Эпизод 999
Глава 1
МУЛЬТСЕРИАЛ «ДРУЖНАЯ КОМАНДА». 6+. ЭПИЗОД 977.
СЦЕНА 12
НАТ. - ПАЛУБА КОРАБЛЯ «ДРУЖНЫЙ» - ДЕНЬ
Пират КУЛЬТЯ (около 30 лет) прикрывается ДЖУЛИ (12 лет), как живым щитом, прижав лезвие ножа-протеза к ее горлу. Капитан ДЖЕК (12) опускает пистолет - он боится попасть в Джули. Пират ЗЛОБЕНЬ (25) держит на мушке матроса ПИТЕРА (10).
КУЛЬТЯ
(Джеку)
Ну что, жалкий мальчишка! Сдавайся! Твоя песенка спета!
Бульдог КУСАКА выглядывает из-за ног Культи, ощеривает пасть и отрывисто лает, затем наступает на Джека, утробно рыча.
ДЖЕК
(Джули)
Не бойся, Джули! Всё будет хорошо. Дружная команда не сдаётся!
(Питеру)
Питер, Злобень никогда не попадает в цель с первого раза. У тебя есть шанс.
Питер с опаской смотрит на пистолет Злобня.
ПИТЕР
(Джеку)
Капитан, я боюсь!
ДЖЕК
(обращаясь к зрителям)
Ребята, мы покоримся или дадим отпор?
(выдерживает паузу)
Конечно, дадим отпор!
КУЛЬТЯ
(Джеку)
Я теряю терпение, мальчишка! Сдавайся, или девчонке не поздоровится! Считаю до трёх. Раз! Два!
Джули резко наступает на ногу Культе.
ДЖУЛИ
Три!
КУЛЬТЯ
О, моя мозоль!
Джули вырывается из рук Культи. Обезьянка ЧИ-ХИ появляется на мачте и бросает в Злобня кокосовый орех. Орех попадает Злобню по голове. Злобень падает и роняет пистолет, который подхватывает Питер. Кусака жалко скулит и отползает к ногам Культи. Джек целится в Культю.
ДЖЕК
Ну что, капитан Культя, чья взяла?
Питер и Джули становятся бок о бок с Джеком.
ПИТЕР
(Джеку)
Это наш шанс расправится с врагами раз и навсегда, капитан! Отправим их на морское дно!
ДЖЕК
Культя так бы и поступил с нами. Но мы не будем на него равняться. Пусть это послужит для него уроком!
ЧИ-ХИ
Апчхи!
НАТ. – ШЛЮПКА - ДЕНЬ
Культя, Злобень и Кусака отплывают от корабля «Дружный» на спасательной шлюпке.
КУЛЬТЯ
Это еще не конец, Джек! Мы еще поквитаемся!
Сцена 13
НАТ. - ПАЛУБА КОРАБЛЯ «ДРУЖНЫЙ» - ДЕНЬ
ДЖЕК
(к зрителям)
Ребята, сегодня мы с вами узнали, как важно никогда не сдаваться! Вы запомните этот урок?
(выдерживает паузу)
Так я и думал!
ДЖЕК, ПИТЕР, ДЖУЛИ и ЧИ-ХИ
(поют хором)
Опасности грозят бедой
Команде нашей дружной!
Но если верный друг со мной,
Бояться нам не нужно!
Пускай коварный враг Культя
Свои расставил сети,
Его мы победим, шутя.
Вперед! Попутный ветер!
ТИТР: ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ТИТРЫ
Я не люблю концовки и финальные титры. В этот момент зрители исчезают – переключают канал или выключают телевизор. Только что на тебя – вечно юного капитана Джека - смотрели миллионы детей, и вот их уже нет рядом. Я знаю, что не могу их увидеть, но я чувствую каждого зрителя – мальчиков, девочек, скучающих взрослых, смотрящих телевизор субботним утром вместе со своими чадами. Мысленно я визуализирую их, как бесконечный монитор, заполненный маленькими квадратиками-экранами, через которые они смотрят на меня, а я смотрю на них. Целая стена лиц, смотрящих на тебя с тревогой, сочувствием, восторгом. А потом идут титры, и экраны гаснут: сначала гроздью разрозненных точек, сливающихся островками темноты, и вот уже остается лишь горстка самых преданных зрителей – тех, кто смотрит на титры до конца. Потом включают рекламу, и канал связи обрывается. Мы остаемся одни.
- Джек! – Джули бросилась ко мне, как только отключился последний зритель. – Я так волновалась! Сегодня Культя злее, чем обычно, смотри!
И она показала царапину, оставленную на шее протезом нашего заклятого врага.
- Проклятье… Надо промыть рану. В кадр не должно попасть ни капли крови. Питер!
Питер уже почти скрылся из виду – когда эпизод заканчивался, он уходил к себе в каюту. Я его хорошо понимал – внутренние помещения корабля в мультфильме никогда не показывали, поэтому только в своей каюте я мог расслабиться и побыть самим собой. Хотя после двадцати лет на экране, можно и позабыть о том, кто ты есть на самом деле. Питер подошел ко мне, убирая со лба непослушную прядь светлых волос:
- Да, капитан.
- Принеси аптечку. И ещё… Ради всего святого, Питер, что ты там такое сказал в конце серии?
- Э-э-э… Я…
- Ты предложил отправить их на морское дно! В детском сериале!
- Но, капитан… Так написано в сценарии. Я лишь выполняю свою роль, как все мы. – Он развел руками. – Кстати, раз уж Культя становится злее, такое поведение моего персонажа вполне оправдано.
Я задумался. Питер прав – формально мы продолжали оставаться в рамках утреннего сериала, но что-то неуловимо изменилось. Может, бульдог Кусака рычал сегодня злее обычного. Или Культя отыграл чуть более жестко, чем требовалось. Я тряхнул головой – мне стоило отдохнуть.
- Джек… - Джули осторожно взяла меня за руку. – Не сердись на него. Мы все перенервничали немного. А рану я обработаю сама – это же просто царапина.
Я точно не знаю, как называется место, в которое мы попадаем между сериями – оно похоже на наш корабль, но лишь потому, что мы проводим на нем большую часть экранного времени. Привыкли. Я возвратился в свою каюту, мысленно прокручивая в голове события дня – включая прикосновение Джули. Мы почти никогда не касаемся друг друга в кадре, за исключением случаев, когда я вытаскиваю ее из пропасти, или она спасает меня из болота. Сериал-то – детский, и нам на экране всегда чуть за десять лет: зрителям всё равно, что шоу идет уже двадцать лет подряд, а герои – не стареют. Получается, нам всем – около тридцати, хотя мы и заперты в детских мультяшных телах с непропорционально большими головами. Лучше не думать об этом.
А каково носить одну и ту же одежду девятьсот с лишним серий подряд? Я всегда выгляжу, как задорный мальчишка в капитанском сюртуке, мои непослушные черные волосы собраны в хвост и перевязаны синей лентой. Мой помощник Питер в форме матроса выглядит чуть младше меня: худощавый, с длинными светлыми волосами, падающими на лицо. Красотка Джули вынуждена постоянно носить одно и то же цветастое платье – в нем она похожа на цыганку – и нитку жемчужного ожерелья. Наши враги-пираты тоже обречены наряжаться в свои карнавальные костюмы: Культя в длинном черном камзоле, из правого рукава вместо кисти торчит острый нож, на голове – широкополая черная шляпа. На Злобне – нелепые красные штаны и рваная серая рубаха. На экране они выглядят туповатыми верзилами лет тридцати. Сколько им сейчас на самом деле – за пятьдесят? Хотел бы я спросить своих юных зрителей – какого черта наша «Дружная команда» делает на корабле посреди океана, да еще и сражается со взрослыми пиратами? Только зрители меня не слышат. Связь у нас односторонняя.
Я лег на свой подвесной гамак – наверно, если я сосредоточусь, то смогу визуализировать кровать поудобнее, но гамак меня до сих пор устраивал – и постарался заснуть. До следующей серии.
***
- Джек… Джек, проснись!
Питер. Голос встревоженный. Черт, мы уже в кадре? Что это за эпизод? Какая у меня реплика? Меня пронзил страх, который хотя бы один раз в жизнь испытывал любой актер, позабывший текст прямо на сцене.
- Джек, вот наш сценарий на сегодня!
Если Питер говорит о сценарии, значит мы точно не в кадре. Я окончательно проснулся: Питер стоял у моего гамака и протягивал мне стопку листов:
- Возьми, почитай!
Я пробежал глазами страницы, отпечатанные на пишущей машинке с заскакивающей буквой «Н». Я не так много знаю о реальном мире, но даже мне этот метод печати кажется устаревшим. Видать, визуализация осталась от самых первых серий.
978-я серия начиналась вполне обычно: пират Культя со своим прихвостнем Злобнем пытаются отыскать сокровища на необитаемом острове, а я со своей командой пытаюсь им помешать. Разумеется, мы первыми разгадываем тайные знаки и откапываем клад, но Культе удается взять в плен нашу обезьянку Чи-Хи. Злодеи предлагают обменять заложницу на сокровища и…
Я несколько раз перечитал последнюю страницу, не веря своим глазам:
СЦЕНА 12
НАТ. – БЕРЕГ МОРЯ – ДЕНЬ
КУЛЬТЯ и ЗЛОБЕНЬ стоят на берегу и держат пойманную в сети ЧИ-ХИ. КУСАКА оглушительно лает. ДЖЕК, ПИТЕР И ДЖУЛИ в лодке, у них сундук с сокровищами. Они готовы к отплытию на «Дружный».
КУЛЬТЯ
Это ваш последний шанс, ребятки! Отдайте ваши сокровища или больше никогда не увидите свою любимицу!
ДЖЕК
Тебе не видать нашей добычи, Культя! Делай с обезьяной, что хочешь.
(обращаясь к зрителям)
Ребята, вы согласны?
(выдерживает паузу)
Да, сокровища останутся у нас! Прости, Чи-Хи!
Культя грозит Джеку. Чи-Хи пронзительно кричит. Лодка плывет к «Дружному», Джек сидит на сундуке с сокровищами, Питер и Джули налегают на весла.
ДЖЕК, ПИТЕР И ДЖУЛИ
(поют хором)
Опасности грозят бедой
Команде нашей дружной!..
Я бросил листки, словно они пропитались ядом кураре. Страницы разлетелись по всей каюте, и Питер бросился их собирать. Он всегда любил порядок.
- Что это такое, тысяча чертей? – прошептал я.
- Я сказал то же самое, - Питер собрал листки и теперь сортировал их по номерам страниц. – Они что, поменяли сценариста?
Такое было возможно. За время существования шоу «Дружная команда» авторы менялись постоянно, но общий стиль оставался прежним. Происки пирата Культи, находчивый ответ команды «Дружного», победа добра над злом, нехитрая мораль и песенка в финале. Но это… Чи-Хи сопровождала нас во всех приключениях, и оставить ее в руках Культи ради сокровищ… Это было гадко.
- Может, это наш обманный ход? – пробормотал я. – В следующей серии мы вернемся в лагерь Культи, пока тот спит, и спасем Чи-Хи? Или в сети окажется дыра, и она спасется сама? Или Культю заест совесть, и он…
Я замолчал, глядя на красноречивое выражение лица Питера. Он был прав. Я говорил ерунду. Каждый эпизод состоял из законченной истории – смотреть шоу можно с любой серии. Даже если в следующем эпизоде и планировалось продолжение о спасении Чи-Хи, сколько тысяч детей пропустят этот эпизод, так и оставшись при убеждении, что мы бросили друга в беде,
- Ты еще не прочитал мораль эпизода, - Питер ткнул пальцем в смятый лист. Я прочел:
ДЖЕК
(обращаясь к зрителям)
Ребята, сегодня мы с вами узнали, как важно сделать правильный выбор и не распускать сопли. Вы запомните этот урок?
(выдерживает паузу)
Молодцы, так я и думал!
- Джек! Питер! – в мою каюту вбежала Джули. В руке она держала свой экземпляр сценария. – Тут такое…
- Да, - хмуро протянул Питер. – Мы уже в курсе.
***
Остаток ночи мы потратили, обсуждая дальнейший план действий. Уж что-что, а строить планы нам приходилось чуть ли не в каждой серии. Но теперь ставки поднялись – нам предстояло бороться не с глуповатым пиратом, а с собственным сценарием.
Он всегда появлялся из ниоткуда – мне стоило уснуть, а наутро сценарий очередного эпизода оказывался на моем столе. Когда-то мы читали текст от корки до корки, заучивая строчки, как перед экзаменом, но после поняли, что нужные слова поневоле выскакивают у нас изо рта, а тела сами двигаются, как положено по сценарию. Это напоминало «дежа вю» - мы проживали каждый эпизод, словно в первый раз, но при этом знали, что все наши действия уже отпечатаны на пишущей машинке. Теперь мы лишь просматривали их «по диагонали», и то, что Питер обратил внимание на последние строки нового сценария, само по себе было чудом. Но теперь это означало, что через несколько часов мы совершим подлость – и потеряем члена нашей команды. И это увидят дети.
***
Еще никогда вступительные титры не казались такими тягостными. Мы распевали веселую песенку, стараясь выглядеть беззаботными и веселыми. Как всегда.
Мы стояли у штурвала «Дружного» и пели о дружбе и о море, сверкая белозубыми нарисованными улыбками, и тут же оказались на острове – монтаж давно приучил нас к идее мгновенного перемещения между сценами. Мы отработали свой номер до конца: поиск сокровища, расстановка ловушек для Культи и его банды, перенос тяжелого сундука к лодке. Несколько раз, когда зрители следили за злодеями, или когда в кадре находились Питер или Джули, я тщетно пытался дать сигнал Чи-Хи: уходи! Тщетно. Не знаю, что именно за столько лет отложилось в ее маленькой обезьяньей голове, но она поступала так, как и должна поступать ручная любимица мультипликационных героев – вертелась под ногами, попадала в нелепые ситуации и швырялась всем, что попадется, в наших врагов.
Когда мы погрузили тяжелый сундук в лодку, Чи-Хи все еще оставалась на берегу, пытаясь сбросить самый большой кокос на голову капитану Культе. И, как и было написано в сценарии, угодила в расставленную Злобнем ловушку.
Я стоял у кормы лодки по колено в воде, чувствуя, как холод пробирает меня до костей. Дело было не в температуре воды. Я знал, что должно сейчас произойти.
- Это ваш последний шанс, ребятки! Отдайте ваши сокровища или больше никогда не увидите свою любимицу! – радостно прокричал с берега Культя, потрясывая в воздухе сетью с запутавшейся там Чи-Хи. Та вела себя на удивление спокойно – за время показа сериала она пережила и не такое, будучи абсолютно уверенной в своей безопасности и вечности. Как ребенок.
Я набрал в грудь побольше воздуха и с усилием, словно преодолевая встречное течение, прокричал:
- Ты так и не понял, что самое ценное, Культя! Дружба дороже денег!
Я повернулся в сторону. Понятия не имею, где именно находится невидимая камера в этом нарисованном мире, но всегда с неизменной точностью попадал точно в объектив. Я посмотрел прямо в глаза миллионам детей, которые сейчас на меня смотрели, и произнес негромко, как говорят закадычному другу:
- Ребята, вы согласны?
И выдержал паузу.
Именно это и поддерживает меня на протяжении долгих лет. Ради этого я смирился с существованием в теле мультяшного мальчишки. Я задаю зрителям вопрос и вслушиваюсь. Я чувствую их: всех детей, который смотрят сейчас в экран. Каждого из них. Конечно, многие молчат – особенно те, что постарше. Для них я просто задаю риторический вопрос в камеру, молчу, а потом сам себе отвечаю. Это выглядит и звучит, как фальшивка. Но есть дети – много-много детей – которые в этот момент громко кричат «Да!» И я вступаю с ними в диалог. Отвечаю персонально им. Становлюсь реальным – здесь и сейчас. И я не могу их подвести. Не могу допустить, чтобы они поверили в то, что команда «Дружного» способна на подлость.
Я выдерживаю паузу, и впитываю в себя каждое «Да», звенящее где-то там, за гранью нарисованного мира. А потом продолжаю:
- Молодцы, ребята! Эй, Культя, сокровища твои! Отдавай нашего друга!
Через минуту мы стояли на берегу – я с Хи-Чи на плече, Питер и Джули – глядя, как Культя, Злобень и Кусака отплывают на лодке с нашим сокровищем. Взгляд у Культи полыхал безумием – впервые за столько серий его план удался. В следующее мгновение волна перехлестнула за борт лодки – сундук тяжеленный, а двое взрослых пиратов, не считая здоровенного бульдога – весили куда больше, чем наша худосочная команда. Культя беззвучно выругался – вряд ли утренний детский сериал позволил бы себе крепкое словцо – и повалился в воду. Лодку качнуло, и она перевернулась. Сундук с сокровищами канул на дно, а наших врагов уже относило течением в открытое море.
- Это еще не конец, Джек! Мы еще поквитаемся!- услышал я сквозь гул ветра привычную реплику Культи и наконец-то расслабился. Кажется, сейчас все закончилось так, как надо. Я вновь повернулся в сторону и сказал в камеру:
- Ребята, сегодня мы с вами узнали, как важно сделать правильный выбор и не бросать друзей в беде! Вы запомните этот урок? – я выдержал паузу, наслаждаясь волной положительных ответов. – Молодцы, так я и думал!
С небес грянула финальная песенка. Я думал, что мы победили. Я ошибался.
***
Отныне я внимательно перечитывал сценарий каждой серии: от первой до последней реплики. И каждый раз безжалостный сценарист – кем бы он ни являлся – придумывал все более отвратительные варианты развития событий. Спасаясь от погони, мы бросили в джунглях раненого Питера. Джули тайком перешла на сторону Культи, поддавшись на его посулы о невиданных богатствах. Мы подожгли джунгли, чтобы оторваться от преследователей – сгорело много зверей. Все это было написано в сценариях, и всего этого не произошло. Мы сопротивлялись, как могли: шли вразрез с написанным, как через бурную реку. Делать это с каждым разом становилось все труднее - я едва успевал дождаться финальных титров, чтобы, оказавшись в своей каюте на «Дружном», упасть без сил в гамак. Эта постоянная борьба измотала не только меня: Джули перестала улыбаться вне кадра, а Питер стал угрюмым и нелюдимым – он почти не разговаривал со мной. Однажды он впервые сказал мне, что боится смерти.
- Ерунда, - ответил я бодро, как будто мы сейчас были в эфире. – В детских сериалах никто не умирает.
- Так было раньше, - прошептал Питер. – Теперь все по-другому. Что-то случилось там, в реальности… То, что написано в этих сценариях – не больной бред одного сценариста, и не политика телеканала. Что должно случиться с этим миром, чтобы такое разрешили показывать, как мораль для детей?
Мне трудно было возразить. Я прекрасно помню, какие уроки предлагались юным зрителям в новейших сценариях: «Ребята, сегодня мы с вами узнали, как важно заботиться о собственной выгоде…» «Теперь вы знаете, что всё на свете имеет свою цену…» «Хотите победить – пусть другие проиграют!»
- Ты прав, - сказал я. – Попробую в этом разобраться.
- Как? У нас нет никакой связи с внешним миром. Сценарии, детские голоса – и больше ничего, ни одной зацепки.
- Не переживай! – я похлопал его по плечу. – Мы же научились менять сценарий. Пусть не весь, а только последнюю реплику или страницу. Обычно этого хватает.
Питер обреченно посмотрел мне прямо в глаза:
- Однажды мы не успеем. Меня зарежут, и ты останешься один с Джули.
Ночью я плохо спал – в голове как будто кто-то отплясывал чечетку. А на следующий день в сценарии заголовок серии назывался «Последнее дело Дружной команды». Он отличался от других эпизодов тем, что в нем не было финальной песенки. В последней сцене я убивал Питера.
***
МУЛЬТСЕРИАЛ «ДРУЖНАЯ КОМАНДА». 6+. ЭПИЗОД 999.
СЦЕНА 13
ИНТ. – ХРАМ АЦТЕКОВ – НОЧЬ
Храм заполнен сокровищами, сундуками с золотом и драгоценными камнями. В центре подземелья находится каменный стол, на котором лежит Джули. Она спит, но выглядит смертельно бледной. По одну сторону стола стоит Культя, а по другую – Джек и Питер.
КУЛЬТЯ
Ну что же, моя ловушка сработала! Джули открыла древнее проклятие, и теперь она умрет с первым лучом солнца, если только один ее лучший друг не убьет другого.
ПИТЕР
(Джеку)
Что нам делать, Джек? Рассвет наступит через минуту!
ДЖЕК
Без паники! Всегда есть выход!
ПИТЕР
Всё пропало! Нам придется это сделать.
(берет из кучи сокровищ острый клинок, протягивает его Джеку)
Убей меня, Джек! Спаси Джули!
ДЖЕК
Нет, так нельзя!
ПИТЕР
Нет времени на размышления! Я – твой помощник и правая рука, но Джули – гораздо важнее. Я не прощу себе, если она погибнет, и не могу лишить ее тебя.
Питер делает шаг к Джеку, держа клинок острием к себе. За окнами храма светлеет.
ДЖЕК
Нет, Питер!
ПИТЕР
Уже рассвет!
Питер делает еще шаг, становясь вплотную к Джеку. Раздается звук рассекаемой плоти. Джек в ужасе отшатывается назад, его руки в крови. Питер медленно оседает на пол – у него из живота торчит клинок.
ПИТЕР
(к Джули)
Будь счастлива…
(умирает)
КУЛЬТЯ
Ха-ха-ха!
ДЖУЛИ
(просыпаясь)
Где я?
(испуганно смотрит на Питера)
Что с Питером? Какой ужас!
(видит Джека)
Джек! Ты жив! Какое счастье!
ДЖЕК
(бросаясь к Джули)
Что сделано, то сделано! Жизнь продолжается!
(к зрителям)
Ребята, сегодня мы с вами узнали, что жизнь бывает жестокой, и поэтому мы должны принимать трудные решения.
ТИТР: Так закончились приключения Дружной Команды.
ТИТР: КОНЕЦ
***
Когда мы дочитали сценарий, Джули колотила дрожь:
- Это… отвратительно. Это нельзя показывать детям!
Питер, сидевший в стороне с каменным лицом, процедил сквозь зубы:
- Ты о детях думаешь? А как насчет меня?
- Подождите! – Я вертел в руках последнюю страницу злополучного сценария. – Давайте лучше подумаем, что мы можем сделать.
- Лучшее, что мы можем сделать, - парировал Питер, - это не участвовать в последней серии. Но у нас, как всегда, нет выбора!
- Мы можем выбрать, как поступить в финале, - прошептала Джули. – Нам до сих пор это удавалось.
- Удавалось, но речь не шла о гибели персонажа… - заметил я.
- Персонажа? – вспылил Питер. – Персонажа? Я может быть, и персонаж для сценариста, который убивает нас, но для себя я – живой. Я хочу увидеть следующую серию, следующий рассвет. Черт возьми, если мне повезет, я хочу, наконец, вырасти из надоевшего детского тела. Ты капитан, Джек, вот и скажи, как нам поступить.
Прежде, чем я собрался с мыслями, за меня ответила Джули:
- Культя блефует. Разве это не очевидно? Он стравливает вас, придумав дурацкое проклятие.
- И ты готова рискнуть собственной жизнью, чтобы узнать это? – съязвил Питер.
- Мы сделаем так… - начал я, но не успел.
Стены каюты дрогнули, стали прозрачными, и я услышал вступительную музыку нашего сериала. Шоу начиналось.
***
Я пытался сопротивляться сценарию – с самой первой сцены, но ничего не мог поделать. Нас несло, как корабль несет на рифы – к неизбежной развязке. Мы оказались в храме ацтеков. Джули попала в ловушку. Культя торжествовал:
- Джули открыла древнее проклятие, и теперь она умрет с первым лучом солнца, если только один ее лучший друг не убьет другого!
Питер затравлено оглянулся, словно кто-то из зрителей шоу мог его спасти:
- Что нам делать, Джек? Рассвет наступит через минуту!
Если я должен был что-то предпринять, я должен это сделать: сейчас или никогда. Превозмогая сопротивление сгустившегося воздуха, я повернул голову к невидимой камере, и задал вопрос, на который сам не знал ответа:
- Что нам делать, ребята?
Я должен был знать, что они думают. Должен узнать, куда катится этот так называемый реальный мир. Я выдержал паузу.
И они ответили. Почти все - мальчики и девочки, малыши и подростки – все, кто этим субботним утром оказался у телевизора, наблюдая совсем не детский сюжет приключенческого шоу. Они наперебой советовали самые разные варианты развития событий, но почти никто из них не сказал: «Убей Питера. Черт с ним». Дети хотели нам как-то помочь, но не желали, чтобы я сделал подлость. Этого было достаточно. Наше шоу подошло к концу из-за безумного сценариста, но с этим миром все оставалось в порядке.
Пауза закончилась.
- Всё пропало! Нам придется это сделать! – воскликнул Питер, поднимая из кучи сокровищ острый клинок и делая шаг ко мне.
- Питер, нет! – закричал я.
А потом Питер приблизился ко мне вплотную и вонзил клинок мне в живот.
Боли не было. В конце концов, я – мультипликационный персонаж.
Оседая на пол, усыпанный золотыми монетами, я слышал раскатистый хохот Культи, испуганный возглас Джули и – словно разноголосый белый шум – оглушающий крик моих зрителей:
- Нет!!!
А потом пошли финальные титры.
***
Зрители ушли. Выключили телевизоры. Кто-то убежал от экрана в слезах. Кто-то не понял, что произошло. Я видел, как гаснет виртуальный монитор у меня перед глазами, как наполняется темнотой, пока не выключился мой последний зритель. «Интересно», - подумал я. - «Как его звали?» А потом удивился, что продолжаю мыслить.
Я обнаружил, что Культя и Джули исчезли. Исчез и храм, наполненный первыми солнечными лучами. Остались я и Питер – посреди бесконечной белизны. Как будто мы нарисованы на листе бумаги размером с океан.
- Зачем ты это сделал, Питер? – спросил я. Во мне не было злости – только недоумение. И досада за то, что мы все-таки показали детям плохой урок.
- Джек, Джек… Ты действительно думал, что наше шоу изменилось под влиянием деградации общества? – Питер широко улыбался – таким счастливым я не видел его уже давно. – А ты не подумал о куда более прозаической причине?
Я промолчал. Если мой бывший друг хочет мне что-то сказать, он скажет. Питер продолжил:
- Сценарии переделывал я. На виртуальном корабле нетрудно найти пишущую машинку и перепечатать на ней пару страниц – для тебя и для Джули.
Я подумал о том, что на последних страницах сценария не заскакивала буква «Н». Питер очень аккуратен.
Словно услышав меня, он продолжал:
- Вечный матрос. Юнга. Правая рука. Вот кто я такой. А ты вечно был капитаном. И Джули смотрела только на тебя, а ты даже толком не обращал на нее внимания. Тебе важнее эти сопливые детишки у телевизоров.
Я пожал плечами. Питер был прав. Таким я и задуман.
- Я двадцать лет терпел этот балаган, пока однажды не придумал простую вещь: изменил одну строчку. Вместо «Отпустим их восвояси» сказал «Отправим их на морское дно!» И ничего не случилось. Шоу продолжалось, как ни в чем ни бывало! Я стал действовать смелее – получив новые сценарии, внес в них свои корректировки. Жаль, что они тебе не нравились, Джек. Меняя их, ты на самом деле играл правильный сценарий. А я ждал своего часа. Сегодняшняя серия должна была закончиться тем, что Культя блефовал. Не было никакого проклятия.
Питер рассмеялся – для десятилетки, которым он выглядел, его смех звучал жутковато, будто смеялся разбитый параличом старец:
- И тогда я сделал свой маленький ход. Шоу окончено.
- С чего ты взял, Питер?
- Называй меня «капитан Питер»! Ты думаешь, телеканал продолжит выпускать в эфир сериал, в котором один герой-ребенок заколол другого на глазах у миллионов малолеток? Как бы не так! Посмотри вокруг – ничего больше нет. Рисунки уничтожены. Сценарии следующих серий выброшены в мусор. Телевизионная сетка сожрет наше эфирное место и не заметит!
- А что будет с нами? С Джули? А где Джули?
Питер криво ухмыльнулся.
- Надо же, только сейчас вспомнил о ней. Мы с ней – выжившие персонажи, оставшиеся без работы. Временно, я полагаю. Я умею ждать. А ты – отработанный материал. Мертвый персонаж. Ты останешься здесь, в пустоте, но никогда не вернешься на экран. Прощай, идеалист Джек. С тобой останется наша песенка.
Насвистывая мотивчик нашего шоу, Питер повернулся и исчез, как после монтажной склейки. Музыка оборвалась, и я остался в пустоте. Потом ничего не было. Очень долго.
***
СЦЕНА 1
НАТ. – КАПИТАНСКИЙ МОСТИК КОРАБЛЯ «ДРУЖНЫЙ» - ДЕНЬ
По палубе деловито снуют матросы. Капитан ПИТЕР (около 20 лет) и его жена ДЖУЛИ (около 22 лет) стоят на капитанском мостике «Дружного». Ветер дует им в лицо.
ПИТЕР
Сегодня десять лет с того ужасного дня, когда Джек погиб по моей вине.
ДЖУЛИ
Не вини себя, Питер. Это был несчастный случай. Ты же сам хотел пожертвовать собой ради меня.
ПИТЕР
Да, Джек поскользнулся на камне, и упал прямо на острие клинка. Я каждую ночь вспоминаю об этом.
ДЖУЛИ
Это ужасно. Но теперь, когда Культя гниет на каторге, а найденные сокровища сделали нас настоящими богачами, мы можем отправиться куда угодно, и совершить столько добрых деяний во имя Джека.
ПИТЕР
Во имя Джека!
ДЖУЛИ
Полный вперед, мой капитан!
Питер и Джули целуются.
Затемнение.
ТИТР: Новое телевизионное шоу «Команда Дружного. Десять лет спустя». 16+
ТИТР: Первая серия
СЦЕНА 2
НАТ. - ПАЛУБА КОРАБЛЯ «ДРУЖНЫЙ» - ДЕНЬ
Питер и Джули целуются. Камера пролетает над их головами, спускается на нижнюю палубу, кружит по лабиринту внутренних помещений корабля. Звучит тревожная музыка. Камера перемешается в трюм. Там сыро, холодно, на полу - лужи воды. Слышно, как пищат крысы. Трюм забит бочками и сундуками.
Крышка одного из сундуков со скрипом открывается. Оттуда выбирается ДЖЕК, одетый в лохмотья. Ему около 22-х лет, но его возраст трудно определить из-за грязи, покрывающей его тело. Сквозь дыру в лохмотьях виден безобразный шрам на животе. В руке Джек сжимает острый клинок.
ДЖЕК
(к зрителям)
Ну что, как вы думаете, простить негодяя?
(выдерживает паузу)
Так я и думал!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
