Обложка Конец и начало Том 1 Столкнувшийся

Конец и начало Том 1 Столкнувшийся

Men A

0% прочитано
Стандартный
Men A

Конец и начало Том 1 Столкнувшийся

Глава 1 Сотворение мира

Примерно за 35 000 лет до основания Королевства Элдория. Космическое пространство, окутанное звёздным светом, мерцало вокруг орбиты маленькой планеты, как небесное полотно, наполненное блестящими жемчужинами. Искрящиеся облака были разбросаны, как пушистые пёрышки, а вдалеке звучала тишина, возвышая величие Вселенной. — Господин! Это шедевр! — восторженно произнес юный Зодиак, и его голос прозвучал, как музыка для ушей, полная восхищения. — У вас получилась отменная планета! Здесь ваше влияние ощущается особенно сильно, не так, как в тех безмолвных песчаных мирах... Как вы назовёте такой тип планеты? Словно проникая через бескрайние просторы, он воспевал творение своего повелителя, а его глаза светились, как звезды в безоблачную ночь. — Да, мне почти удалось осуществить задуманное, — ответила древнейшая космическая сущность, именуемая Властью. Его голос был многогранным и глубоким, словно звон тысячи колоколов. — Я назову такой тип планет узловым, а планету пускай называют её жители.

За 32 000 лет до основания Королевства Элдория.

Территория владыки хаоса была окутана тёмными облаками, и внезапно в зале раздался неспокойный шорох, словно сама тьма шептала о приближающейся буре. — По какому поводу вы желали меня видеть, господин? — спросила вошедшая обворожительная женщина, её голос звучал так, словно струны нежной арфы резонировали в унисон с магией окружающего мира. Её аура словно завуалировала её присутствие, маня и оставаясь неразгаданной загадкой. — До меня дошла информация, что чертов дракон Власть создал не обычный мир, — Владыка хаоса произнес это с тяжелым напором, похожим на удар молота по наковальне, и его голос гулким эхом отозвался в стенах зала. — Я хочу поручить тебе пробиться туда и выяснить, что к чему и как устроен его мир. С внутренним гневом он сжал кулаки, ощущая, как его амбиции терзают его собственную суть. — Слушаюсь, мастер, — элегантно поклонившись, она вышла из зала, словно скользящая тень, совершенно не обращая внимания на новые вспышки гнева своего господина.

За 31 500 лет до основания Королевства Элдория.

Акали находилась в глубоком размышлении, блуждая среди неизведанных просторов ... «Хм, на этой планете ощущается странная сила. Это действительно нечто новое, совершенно не похоже на предыдущие миры Власти. Здесь есть некоторое количество энергии хаоса, но не такой, как на территории Владыки Хаоса, а искусственной. Что ж, надо всё разузнать» .

Спустя сотню лет странствий по планете, её душа наполнилась трепетом, когда она наконец обнаружила местную расу — эльфов теней. Эти удивительные создания, словно живые тени, были сосредоточены на огромном острове посреди бескрайнего океана. Они истово поклонялись колоссальному древу, которое непрерывно впитывало энергию Власти, перерабатывая её в нечто совершенно новое — в псевдохаос.

«Это очень интересно, надо углубиться в исследование», — её жажда открытий расцветала, как нежные весенние цветы, маня её двигаться всё дальше.

Спустя ещё несколько столетий Акали окончательно поняла, что из себя представляет эта планета. Но вместе с открытием пришло осознание: её обнаружили, потому что покинуть пределы атмосферы узлового мира стало невозможно.

«Нужно будет подготовить скрытый портал, чтобы в случае опасности покинуть этот мир» .

За 31 100 лет до основания Королевства Элдория.

— Я позвал тебя, командира моих зодиаков, чтобы ты показал владыке хаоса, что не следует посылать своих крысят на мои планеты, особенно на узловые. — Ваше Величество Власть восседал на престоле, излучая величие и непоколебимую уверенность, как центральное светило в небесном своде. Каждый его взгляд был словно карающая молния.

— Я с честью исполню вашу волю, — воин в изысканных доспехах, с сияющим копьем за спиной опустился на одно колено, его голос звучал с особой серьёзностью, наполненной твердой решимостью.

За 31 000 лет до основания Королевства Элдория.

«О черт, это серьезный противник, сам командир зодиаков, Вальд, тринадцатый зодиак — Змееносец» . — Женщина с лёгкой тревогой думала о предстоящей битве, глядя на приближающийся след с небес, но её дух оставался непоколебимым.

«Битва будет непростой, но мой титул сильнейшего двенадцатого владыки бездны дан мне не для украшения» .

День рождения Бога-Хранителя. За 30 000 лет до основания Королевства Элдория.

Это была колоссальная битва, в ходе которой они уничтожили почти все континенты. Изменили климат и глубоко затронули энергетические струны планеты. Дерево переработки эльфов-теней было почти полностью уничтожено...

«Я потерял командира зодиаков, и при этом прихвостень хаоса улизнула. Это тяжелая пощёчина от него, но я восстановлю потери. Ничего... Что ж, это уже провальный эксперимент, но это будет мне уроком». — Мысли космической сущности Власти звучали с глухой болью, словно прореха в бездонной тарелке.

«Надо создать предохранитель для этого мира, назову это существо Богом Хранителем. Как пробный вариант годится, но для других миров систему нужно доработать. Эх, тяжела доля творца...»

Великий космический дракон Власть

Великий космический змее-дракон Хаос

Глава 2 Буря

Оглядев выделенную комнату, Кайл почувствовал приятное удивление. — Да, тут пыльно и интерьер требует доработки, но она намного больше, чем та маленькая комнатёнка в приюте. К тому же здесь нет сырости и даже плесени на потолке! — восторженно произнес юноша. — Что ж, с этим уже можно работать. И что самое главное — эта комната моя. Впервые за двенадцать лет жизни её можно назвать домом.

Сегодня был важный день — Кайл впервые шел в школу магии. Внутри парня всё так и трепетало от волнения. Ему было безумно интересно, волнуется ли Лера по поводу своего первого дня, или это только его одного так штормит? Что ж, в любом случае, нужно было поспешить со сборами, ведь опаздывать на первую школьную линейку никак нельзя.

Поправив на шее амулет в виде маленькой подковы, пересечённой чуть ниже центра волнистой линией, Кайл задумался: «Может быть, в школе удастся получить ответ на вопрос, что это за амулет и связан ли он с моими родителями?».

Выйдя из общежития он увидел Леру. Девочка стояла у клумбы и с интересом разглядывала разнообразие цветов, чьё благоухание наполняло утренний воздух. — Заскучала, пока меня ждала? — спросил Кайл согревающий улыбкой. — Ты слишком долго собираешься! — заворчала Лера, забавно поджимая губы. — Я уже хотела сорвать несколько цветов, чтобы потом поэкспериментировать с зелиями.

При этом она указала на несколько особенно красивых бутонов. Кто знает, шутила она или действительно собиралась совершить такой варварский поступок, Кайл не знал. — Ну что, пойдём в школу? Не хватало ещё опоздать, — сказала Лера, крутясь и демонстрируя свое новое платье. Всё-таки она была весёлой и доброй девчонкой.

Величественный особняк дворянина был погружён в утреннюю суету. — Юный господин, вы должны поспешить! Скоро подъедет кучер, — суетился дворецкий, собирая молодого хозяина. — Конечно, конечно! Я уже почти готов, осталось только пристегнуть герб к пиджаку, и можно выходить, — ответил юный господин Тарен, единственный сын командира столичной гвардии Джеймса Гардена. — Вы лучше позовите слугу, чтобы она протёрла мне туфли, — смеясь, подначивал он дворецкого. — О чём вы? Туфли уже начищены до блеска, или вы так шутите? — с беспокойством и некоторой усталостью произнёс Френк. — Конечно, шучу, Френк! Ведь сегодня такой замечательный день, я наконец-то иду в школу! — радостно ответил мальчик. — Я слышу звук кареты. Юный господин, пора выходить, — быстро сказал дворецкий.

Выйдя из особняка, Тарен увидел красиво отделанную резьбой карету с упряжкой из двух статных лошадей и приветливого кучера. Подойдя к экипажу, мальчик обернулся и помахал рукой Френку. — Пока, Френк! Я поехал! Надеюсь, будет весело, — озорно сказал Тарен, садясь в карету. Дворецкий, махая в ответ с радостью и надеждой, произнес: — Удачи вам сегодня, юный господин Тарен! Надеюсь, вы заведёте много друзей.

Кайл и Лера медленно пробирались по узким улочкам города Негари, окружавшим их живописными картинками: яркие цветные вывески магазинов, аромат свежей выпечки из пекарни, который вился в воздухе, и тепло утреннего солнца, проникающего сквозь листья деревьев. Каждый шаг был пронизан трепетом новых открытий. Живя в приюте, ребята особо никуда не выходили. Только если надо было помочь кучеру разгрузить телегу, или, если повезёт, послушному ребенку разрешали съездить с ним в прачечную, чтобы отвезти грязные вещи. Но это были всего лишь окраины города, а сейчас они впервые шли по самому центру, ощущая, как внутри трепещет ожидание. Ведь впереди — школа, которая, как говорил тот загадочный мужчина, являлась филиалом столичной академии. — Смотри, какие красивые здания! — сказала Лера, останавливаясь на мгновение, чтобы рассмотреть резьбу на одном из фасадов. Её глаза блестели от восторга и сверкали, как звезды. — Да, это невероятно! — ответил Кайл, восхищаясь тем, как солнце отражается от окон и добавляет игривый блеск всему вокруг. — Это совсем другое, чем тот серый приют.

На подходе к школе ребят встретили не только статуи величественных магов, но и скульптуры поменьше, изображающие сказочных существ. За зелеными ухоженными кустами высились большие ворота, украшенные изящной резьбой, которые, казалось, охраняли вход в мир магии. — Вау, как красиво! — восторженно воскликнула Лера. — Чувствую себя как аристократка, которую принц пригласил на бал! После этих слов она весело рассмеялась. Её смех был невероятно заразительным. — Да, вид, конечно, потрясающий! Восхитительно, что это главная школа в городе! — сказал Кайл, сжимая кулаки от волнения. — Надеюсь, нас тут примут как следует! — добавила Лера, её голос несколько притих, когда она подумала о встрече с новыми людьми. — Давай поторопимся, Лер! Вдруг линейка уже началась! — спохватился Кайл, глядя на время. Он схватил её за руку и рванул вперёд. Лера немного смутилась, но руку не отпустила, послушно следуя за ним, пока её глаза блестели от волнения.

Проходя мимо ворот, они заметили множество карет, стоящих вдоль дороги. Особенно Кайлу приглянулась одна, запряжённая двумя стройными черными лошадьми с блестящими гривами. Сама карета была искусно украшена резьбой, вокруг неё кружили юные слуги в еловых ливреях, и вся сцена выглядела словно из сказки. — Смотри на ту карету! — воскликнул Кайл, указывая на неё. — Кажется, там приехала знатная персона. Неужели тоже будет учиться здесь? — Может, это какая-то принцесса! — шутливо добавила Лера, размахивая руками, как будто на самом деле собиралась взлететь вместе с этими лошадьми.

Не задерживаясь долго на этой мысли, Кайл потянул её к зданию школы. На углу они заметили толпу людей, которые собирались вокруг большой трибуны, и, прислушавшись, поняли, что им как раз туда и нужно. — Пошли! — сказал Кайл, сжимая её руку крепче, чтобы не потерять в толпе. — Нас ждёт наша первая школьная линейка!

Когда карета остановилась, кучер поспешил открыть дверь для юного господина Тарена. — Господин, вот мы и приехали! — произнёс он с теплотой в голосе. — Это вход на территорию школы. Вам нужно будет идти прямо по аллее к главному входу, а справа, на углу, будет трибуна, где ежегодно проходит построение всех, кто зачислен. — Хорошо, спасибо большое, Том! — улыбаясь, ответил Тарен, выходя из кареты.

Как только он ступил на землю, тотчас обратил внимание на пару детей — мальчика и девочку, примерно его возраста, которые любопытно разглядывали его карету, держась за руки. «Хм, оказывается, простолюдины тоже могут учиться здесь?».

Его любопытство немного зашевелилось, но, не придав этому большого значения, Тарен решил не углубляться в собственные размышления. С чувством волнения и ожидания он двинулся по аллее, следуя указаниям кучера Тома. Перед ним раскинулись аккуратные газоны, яркие цветы и высокие деревья, создающие уютную атмосферу. На фоне величественного здания школы его сердце забилось быстрее. «Скоро это станет моим новым домом».

Тарен шёл, урывками ловя обрывки разговоров сверстников, смешиваясь с океаном ожиданий и волнений, который бушевал вокруг. Каждый шаг приближал его к новому началу, и он ощущал, как внутри нарастает волнение от мыслей о том, что ждёт его впереди.

Подойдя к скоплению людей, ребята увидели трибуну, на которой стоял высокий пожилой человек. Его присутствие безусловно привлекало внимание: строгий, но добрый взгляд из-под густых седых бровей, а седина его волос была не просто цветом, но изысканным признаком знатного происхождения. Солнце играло на его волосах, придавая фигуре ореол величественности.

Кайл мгновенно узнал этого мужчину — он приходил к ним в приют перед тем, как их с Лерой зачислили в школу. «Как он связан со школой и почему он здесь?» — размышлял Кайл, наблюдая за ним с благоговейным интересом. — Смотри, это тот дядя, который сказал, что у нас есть будущее! — с радостью произнесла Лера, её голос наполнился удивлением и надеждой. — Он же приходил к нам в приют, когда всем приносил игрушки. — Да, я узнал его, — подтвердил Кайл и ощутил, как внутри закралась неуверенность. — Это так странно, что он здесь. Может, он хочет раздать игрушки детям на линейке?

Сомнение застыло у него на языке, ведь он совершенно не ожидал встретить этого человека в роли наставника. Кайл взглянул на Леру, и её улыбка поддержала маленький огонёк надежды и радости в его сердце. Интересно, что же этот мужчина собирается сказать?

Все с нетерпением ждали начала торжественного мероприятия, обмениваясь взглядами и пытаясь уловить общую атмосферу. Окружающие их дети смеялись, шептались, и воздух наполнялся легким электричеством ожидания. — Доброе утро, дорогие ученики и те, кто только присоединяется к учебному процессу! — мощным голосом произнёс мужчина на трибуне. Голоса толпы мгновенно стихли, и в воздухе раздались приветственные аплодисменты. — Разрешите представиться: я директор этой школы основ магии Виктор Старк, — продолжал директор, и его голос звучал так, что его могли бы услышать и за пределами аллеи.

Как только эти слова достигли ушей Кайла, он впал в ступор. Мысли, словно вихрь, закружились в его голове: «Это директор школы. Так зачем же он приходил к нам в приют, к сиротам? Почему такой величественный человек раздавал нам игрушки каждый месяц? И какое особенное отношение было к нам с Лерой? Теперь я понимаю, каким образом мы с ней попали сюда. Это сам директор нас зачислил!». — Это сам директор нас зачислил, — прошептала ему на ухо Лера, в точности повторив его последнюю мысль, её глаза были полны удивления и даже потрясения от этого открытия. Но, поймав свой восторг, она тихо рассмеялась, добавив: — Мир не без добрых людей. Как славно, что нам так повезло и мы теперь можем жить как люди. — В её голосе слышалась легкая нотка прежней грусти. Кайл не разделял её оптимизма: «Что ему от нас нужно? Мы ведь просто сироты. Ну, кроме Леры, у которой покойный отец был кузнецом в пригороде Негари... Но это ведь не повод для таких сюрпризов! Надо выяснить, что к чему».

Его размышления прервал монолог директора, который продолжал речь: — Дети, в этой школе основ магии вы узнаете, что такое магия, научитесь ею пользоваться и расширите свой кругозор знаний, — торжественно произнёс он. — А сейчас, чтобы заинтересовать вас, давайте попробуем ощутить магию внутри себя. Директор расправил руки в стороны, как будто готовый обнять весь мир. — Выровняйте дыхание, попробуйте посмотреть внутрь себя и сконцентрируйтесь. Я распространю свою магию, и вы сможете почувствовать лёгкие колебания своей энергии внутри себя как реакцию на мою магию, — объяснил он с лёгкостью, будто это было нечто совершенно простое.

Все резко оживились и начали следовать инструкциям Виктора Старка, впитывая каждое слово. Кайл тоже присоединился, закрыл глаза и попытался понять, что происходит внутри него. Ему было безумно интересно, удастся ли ощутить нечто таинственное и загадочное. Ведь он был всего лишь обычным сиротой и никогда раньше с этим не сталкивался.

Немного сбившись с концентрации из-за своих мыслей, Кайл вновь услышал голос директора: — Не волнуйтесь, ребята! Если вы ничего не сможете почувствовать, это не страшно. Энергия есть в каждом человеке. Просто кому-то её ощущение даётся легко, а кому-то нужно больше тренироваться, — подбадривал Старк тех, кто не чувствовал ничего необычного.

И в этот момент Кайл ощутил дуновение лёгкого ветерка. Сначала это было очень приятно — нежный прохладный бриз ласкал лицо. Но вдруг, как по мановению волшебства, сила ветра и его интенсивность начали увеличиваться, словно сама природа отзывалась на призыв магии. Кайл открыл глаза, и мир вокруг заиграл новыми красками.

Юноша обратил внимание, как амулет на его шее начинает сильно нагреваться и как будто резонировать с окружающим пространством. Директор с интересом и мягкой улыбкой наблюдал, как дети стараются обнаружить в себе энергию.

Вдруг его внимание привлёк один из учеников. Это был Тарен, который, будучи обучен в семье основам магии, с лёгкостью почувствовал энергию внутри своего тела. «Это слишком просто», — подумал Тарен, ощущая, как магия директора направляется к нему. «Когда директор помогает своей магией, всё кажется таким простым. Дома я обучался без таких явных подсказок».

Он гордился своей семьёй и её методами обучения. Несмотря на то что его отец был не слишком влиятельным дворянином, этот титул Джеймс Гарден заслужил своей безупречной репутацией гвардейского командира взвода на службе у самого короля Юстаса-Льва IV. Внезапно Тарен заметил, как директор сосредоточенно смотрит в его сторону. — Хах, ну конечно же, на кого же ещё он может обратить внимание, — с лёгкой усмешкой прошептал мальчик сам себе, не догадываясь, что директор на самом деле смотрел на Кайла, стоявшего чуть поодаль.

Пока сила ветра усиливалась, Кайл ощутил, что с его телом происходит нечто пугающее. Оно, казалось, начинало насильно всасывать и перерабатывать магию директора. «Что происходит? Так и должно быть? Почему мне кажется, что это неправильно? Может, это все влияние амулета?» — в панике думал юноша, чувствуя, как энергия плотными потоками проникает в него. Затем, открыв глаза, он увидел, как директор пристально смотрит ему прямо в глаза и даже понимающе улыбается. Ветер при этом становился всё свирепее, и вокруг всей площадки, где находились ученики и трибуна, начал образовываться настоящий шторм. «Я видел много разных ребят за время своей работы : были усердные, были талантливые, были даже гении — один на миллион. Но то, что ты сейчас показываешь, это даже не один на миллион. Ты, вероятно, единственный в своем роде, кто так может», — размышлял директор, глядя на ученика, который неистово демонстрировал свою скрытую силу. «Надеюсь, что этот росток приживётся, окрепнет и станет могучим древом, опорой нашего королевства», — с глубоким вдохновением думал Виктор Старк.

В одно мгновение на площадке началась буря, охвачившая всех учеников. Многие испугались, кто-то с тревогой и насторожённостью оглядывался по сторонам. Но в основном все старались держаться в порядке, ведь они привыкли к подобному, живя на этой планете, известной как Планета Бури.

Когда Кайлу показалось, что сейчас случится нечто непоправимое, он вдруг отчетливо услышал в своей голове голос директора: — Спокойнее, Кайл. Дыши и перестань искать энергию в своём теленке.

Посчитав, что этого уже достаточно, и увидев всё, что хотел, директор чуть сильнее выпустил свою ману, мгновенно нейтрализовав бурю и убрав все стихийные выбросы. К огромному удивлению Кайла, шторм в один миг прекратился, энергия внутри тела послушно успокоилась, а вокруг воцарилась звенящая тишина.

Ученики облегчённо выдохнули, их лица осветились улыбками и радостью, когда они вновь взглянули на трибуну. — На сегодня, думаю, достаточно, — сказал директор, его голос звучал уверенно и абсолютно спокойно. — Вы все большие молодцы! — с ноткой гордости произнёс Виктор, желая успехов каждому в грядущем обучении. — А теперь подойдите к стенду, где написано, в какой класс вы попали и кто ваш классный руководитель, — добавил он, плавно спускаясь с трибуны.

В это же время в пыльном кабинете, пронизанном терпкими ароматами алхимических зелий и снадобий, царила полутьма. Огромный ряд стеллажей, усыпанный книгами, свитками и древними рукописями, создавал ощущение, будто время здесь окончательно остановилось.Среди всего этого хаоса стоял массивный стол из неизвестной темной породы древесины. За ним сидел человек в тёмной мантии, капюшон которой полностью прикрывал лицо, придавая фигуре таинственный вид. Он размеренно листал тяжелую книгу, как вдруг из его уст вырвался холодный, довольный смешок: — О, это интересно. Похоже, ещё один кандидат на роль дитя пророчества пробудился. Перелистывая страницы рукописи, он продолжил говорить сам с собой: — Надо будет выяснить, кто он и где конкретно находится в королевстве Элдория. Закрыв книгу и откинувшись на спинку кресла, человек с явным раздражением и некоторой затаенной усталостью произнёс в пустоту кабинета: — Чёртов Юстас, где же ты прятал его все это время?

Кайл

Лера

Тарен Гарден

Глава 3 Столкновение

Прошёл почти год с момента их зачисления в школу, и за эти двенадцать месяцев ребята узнали так много. Мир вокруг раскрылся перед ними, словно страницы великой книги, полные удивительных историй и тайн.

Каждый начал развивать свои сильные стороны. Кайлу особенно запомнилось, как Лера уверенно покорила мир алхимии. Девочка с радостью присоединилась к клубу алхимиков, где с головой погрузилась в зельеварение, написание сложных формул и изучение редких ингредиентов.

Кайл же выбрал путь в клубе истории и мифов, надеясь не только найти хоть какие-то зацепки о своих родителях. На занятиях он часами слушал увлекательные лекции о величии королевства Элдория и его основателе — легендарном Леоне-Льве I, в честь которого был назван календарь.

К тому же, теперь их школьная компания расширилась — теперь ребят было трое. В клубе истории Кайл познакомился с парнем по имени Тарен Гарден, который происходил из дворянской семьи. Несмотря на очевидные различия в происхождении, они быстро нашли общий язык. Как сам Тарен позже признавался, из-за особенностей строгого гвардейского воспитания в его семье у него никогда не было настоящих друзей. Теперь же молодой дворянин искренне радовался этой простой, честной компании.

Хотя Кайлу за этот год так и не удалось отыскать конкретных сведений о своих родителях, он всё же смог сделать небольшой шаг вперёд. Быть может, его новое открытие и казалось пока малозначительным, но оно отлично освежило надежду: оказалось, что его железный амулет очень похож на символ древних Зодиаков. В разрозненных, покрытых пылью записях он наткнулся на упоминания об этих мифических сущностях, о которых в Элдории было известно ничтожно мало. Из обрывков информации Кайл понял: если он действительно хочет углубиться в эту тему, его главной целью должно стать суровое королевство Вальдрим, ведь, по легендам, его основал человек, когда-то бывший помощником одного из этих звездных существ.

21.08.1085 по Л.К. От личных записей Кайла отвлёк громкий школьный звонок. Перемена подошла к концу, пора было возвращаться на урок. Кайл поспешно захлопнул дневник, осознав, как сильно увлекся мыслями и совершенно потерял счет времени.

В класс, громко смеясь и активно обсуждая что-то важное, вбежали Лера и Тарен. — Да представляешь, у меня теперь огромное чёрное пятно на ковре! — с восторгом в голосе заявила Лера, энергично показывая руками масштаб своего алхимического бедствия. — Я же говорил тебе, что надо точно следовать инструкциям и строго соблюдать пропорции, — с наигранной строгостью ответил Тарен, забавно строя из себя всезнающего профессора. — Ой, да ну тебя! У меня просто нет денег на дорогие алхимические весы, поэтому я всё делаю на глазок, — с озорным смехом отмахнулась девочка. — Я поищу дома, может, у меня остались старые отцовские весы. Если найду, отдам тебе — мне они всё равно ни к чему, — предложил Тарен, и, заметив Кайла за партой, дружески помахал рукой. — Кайл, привет! Ты готов? Сегодня, как я слышал, завуч Флойд будет проверять нашу предрасположенность в магии и измерять количество маны в теле. Жду не дождусь, когда начнётся урок! Тарен уверенно усаживался за парту рядом с другом. Кайл согласно кивнул, но мысленно погрузился в волнительные размышления. Ему было безумно интересно, какова его истинная предрасположенность и сколько маны скрывается в его собственном теле. Он слишком хорошо помнил то масштабное чувство на первой линейке, когда директор Старк велел ему прекратить бесконтрольно высвобождать силу... В груди юноши нарастало волнение, пока дверь класса плавно не отворилась.

В аудиторию вошел высокий, привлекательный мужчина, чья статная фигура излучала хищную грацию и абсолютную уверенность. Длинные тёмно-синие волосы струились по его плечам, напоминая морские волны и создавая вокруг него ореол загадочности. Это был Флойд Медос, завуч школы, известный не только своей безупречной внешностью, но и пронзительным, леденящим взглядом, исходящим из-под глубокого капюшона темной мантии.

Флойд плавно переместился к центру класса и с расслабленной непринужденностью присел на край учительского стола. Его свободная, уверенная поза мгновенно приковала к себе внимание всех учеников, и в классе воцарилась гробовая тишина. Все внимательно смотрели в его холодные глаза, в которых на долю секунды сверкнула искра мимолетного азарта, но тут же вернулась к привычному хладнокровному выражению. — Сегодня мы будем проверять ваши способности, — уверенно и резко, словно удар кинжала, врезающегося в воздух, начал Флойд. — Каждый из вас измерит свою магию. Мы определим, какой атрибут силы вам присущ, и выясним, на каком уровне резерва вы находитесь. После этих слов класс окончательно замер. Кайл почувствовал, как волна волнения всколыхнулась среди его одноклассников. Все с нетерпением ожидали, что произойдёт дальше. Флойд поднял руку, демонстрируя особый артефакт, который он вытащил из кармана — прозрачный хрустальный кристалл, переливающийся в лучах солнца всеми цветами радуги. Его гладкие грани были способны фиксировать природу и количество маны. В глазах завуча заиграла озорная искорка, когда он повернулся к притихшим ученикам. — Этот кристалл расскажет о вас больше, чем вы думаете, — произнёс он с лёгкой ухмылкой. — Но помните: результаты могут быть как захватывающими, так и жестоко разочаровывающими. Я надеюсь, вы готовы выяснить, кто вы есть на самом деле. Кто первый? Кайл обменялся быстрыми взглядами с Тареном и Лерой. Каждый из них чувствовал тяжелое сжатие в груди — смесь страха и сильного возбуждения. Флойд Медос внимательно наблюдал за реакцией класса, устремляя свой проницательный взгляд на притихшие ряды парных столов. Кайл почувствовал, как его сердце заколотилось сильнее. — Ну, раз никто не спешит, — вдруг произнёс Тарен Гарден, решительно поднимаясь со своего места, — я готов первым испытать удачу, учитель! Разрешите мне начать. Увидев, как Кайл сидит на месте и не проявляет особой инициативы, Тарен понял, что этот момент — его личная возможность продемонстрировать свои силы перед сверстниками. Он помнил, как дома отец уже измерял его потенциал и подробно рассказывал о его магических способностях. Это знание придавало молодому дворянину твердую уверенность в себе.

Флойд Медос одобрительно кивнул и жестом пригласил его подойти к столу. На мгновение класс затаил дыхание. — Конечно, мне нравится твой настрой, Гарден, — произнес завуч, и его голос стал более сосредоточенным. — Слушай внимательно. Возьми кристалл в правую руку, закрой глаза, сосредоточься и постарайся почувствовать магию внутри себя. Влей всю эту энергию в артефакт.

Тарен согласно кивнул. Кристалл в руках Флойда маняще сверкал под лучами солнца, ожидая прикосновения. — Когда мана сольётся с хрусталем, он засияет определённым цветом, — продолжал объяснять Флойд. — Этот цвет обозначит принадлежность твоей магии. А затем на мерцающих гранях проступят цифры, которые покажут точное количество маны в твоём теле.

Тарен сделал глубокий вдох, крепко сжал кристалл в ладони и полностью погрузился в свой внутренний мир, входя в привычный ритм дыхания. В этот момент для него перестало существовать всё вокруг — только он сам и бурлящая внутри энергия. Как только Тарен влил магию в кристалл, тот мгновенно вспыхнул насыщенным, глубоким темно-синим светом, напоминающим ночное небо, усыпанное звёздами. Спустя пару секунд этот свет начал постепенно бледнеть, обретая благородный стальной оттенок. Это было поистине завораживающее зрелище. Кайл, наблюдая за этим из-за парты, не мог не задаваться вопросами: а каким цветом вспыхнет его собственная магия? И какой оттенок выберет Лера? В этот момент завуч Флойд Медос удивленно приподнял бровь, и в его глазах промелькнул неподдельный интерес. — Хо, это весьма примечательно! — с долей уважения произнес он. — У тебя акцентированная магия правил с атрибутом защиты. Впрочем, зная твоего отца Джеймса и его гвардейский гений, это не удивительно. Что ж, давай теперь посмотрим на количество маны. Грани кристалла начали мерцать, и вскоре на их поверхности начали проступать светящиеся цифры. Флойд зафиксировал результат: — Двести фиксированных единиц. Для тринадцати лет — весьма похвальный результат! У среднестатистического взрослого человека норма составляет порядка 700–1000 единиц, так что ты молодец. Свободен, возвращайся на место. Он ободряюще похлопал Тарена по плечу. Молодой дворянин, явно довольный своим успехом, вернулся за парту, полный надежд на будущее. — Теперь давайте я буду вызывать вас по списку, и вы будете подходить по одному, проходя эту проверку, — ровным тоном продолжил Флойд. От монотонной процедуры завуч явно начал уставать.

Ученики, словно вереница, пошли один за другим к учительскому столу. Однако выдающихся результатов, способных превзойти или хотя бы сравняться с успехом Тарена, долгое время не было. У большинства проявлялись самые обычные, слабые стихии воды, земли или ветра, а резерв маны у многих едва переваливал за тридцать-сорок единиц. Лишь у одного парня с атрибутом огня резерв смог преодолеть планку в сотню маны, что временно приковало к нему завистливые взгляды класса.

И вот пришла очередь Леры. Кайл почувствовал, как внутри него нарастает сильное беспокойство за подругу, хотя он изо всех сил старался скрыть свое волнение. — Ты волнуешься? — тихо спросил он, стараясь звучать как можно более непринуждённо. — Немного, — с натянутой улыбкой призналась девочка, скрывая дрожь в пальцах. — Но на самом деле мне гораздо интереснее поскорее узнать, какой у меня атрибут. — Лера Тонт, — бесстрастно произнёс Флойд, сверяясь со списком. Его голос больше не звучал так живо, как в начале урока. — Вы следующая, проходите к столу. «Тонт… — подумал Кайл, глядя ей вслед. — Её фамилию я не слышал очень давно. В приюте никто не называл нас по фамилиям, и только когда мы вышли, она взяла фамилию своего покойного отца, кузнеца из пригорода Негари». Отбросив лишние мысли, Кайл решил приободрить подругу. Он крепко сжал кулак и поднял его вверх: «Давай, удачи!». Хотя Лера и старалась выглядеть собранной, Кайл знал её слишком хорошо. За её лёгкой улыбкой пряталось сильное волнение, и ему искренне хотелось, чтобы она верила в свои силы. Лера сделала решительный шаг к столу. Флойд Медос протянул ей артефакт: — Можете приступать.

Девочка взяла кристалл в правую руку и направила в него поток своей маны. В ту же секунду класс озарился величественным, теплым золотым светом. Это сияние не ослепляло глаза — оно бережно окутывало комнату уютом, словно нежные объятия матери.

Усталость Флойда Медоса мгновенно испарилась. Он подался вперед, впившись взглядом в золотое свечение, и его голос прозвучал громко и невероятно серьёзно: — Благословение бога света, подтип исцеление! Это превосходный результат, девочка! Какое же количество маны скрывается в твоем теле? Завуч внимательно всмотрелся в проступившие грани: — Сто восемьдесят единиц. Отличная основа для твоего возраста, учитывая, что тебе всего тринадцать. Иди на место. Лера едва сдерживала слезы счастья. Она вернулась за парту, буквально сияя от радости. — Итак, последний ученик, — произнес Флойд Медос, обводя класс тяжелым взглядом и останавливаясь на Кайле. — Кайл, прошу тебя, подойди к столу.

Когда Кайл поднялся с места и подошел к кристаллу, его сердце заколотилось в груди с такой силой, что казалось, этот стук слышали все вокруг. Он сосредоточился и, пожалуй, впервые в жизни сознательно потянулся к силе, скрытой глубоко внутри. На заднем плане, у дверей аудитории, незаметно для всех замер директор Виктор Старк. Его лицо оставалось абсолютно безмятежным, но взгляд внимательно фиксировал каждое движение завуча и ученика. Кайл протянул руку и коснулся кристалла, направляя в него поток своей маны. В ту же секунду класс погрузился во мрак. Кристалл в руке Кайла окрасился в глубокий, абсолютно черный цвет, напоминающий бездну. Этот мрак казался живым — он буквально поглощал солнечный свет из окон, заставляя тени на стенах неестественно вытягиваться и дрожать. В ужасе Кайл отдернул руку и поспешно отступил на шаг, едва не выронив артефакт на стол. Юноша испуганно уставился на учителя. —Что-то не так? Может, кристалл сломался? — спросил Кайл, всем сердцем надеясь, что это обычный технический сбой. В груди парня нарастало тяжелое предчувствие. Лицо завуча Флойда исказилось от дикого, фанатичного восторга, который он попытался скрыть за маской строгой сдержанности. Он долго и задумчиво рассматривал Кайла, словно читал раскрытую книгу, и этот липкий интерес юноше очень не понравился. — Хаос, — обводя Кайла внимательным взглядом, произнёс Флойд. Его голос слегка подрагивал от скрываемых эмоций. — Это весьма... редкий атрибут. Нам придется изучить твои способности отдельно, Кайл. Твой резерв составляет триста единиц, это великолепно. В ту же секунду в классе воцарилась тишина — тотальное внимание всех учеников было приковано к Кайлу. Напряжение буквально пропитало атмосферу. Но как только Флойд объявил об окончании занятий, класс взорвался бурными обсуждениями. Обмен мнениями о гильдиях приключенцев, магах и адептах бога света сливался в пеструю симфонию теорий и предположений. Кайл растерянно слушал, как его сверстники бурно обсуждают перспективы его энергии Хаоса. — Гильдия приключенцев всегда ищет людей с необычными способностями, — с энтузиазмом подметил Тарен. — Если ты подходишь им, это станет настоящим шансом для тебя, Кайл! С такой силой тебя оторвут с руками. Лера, сидевшая рядом, с надеждой и мечтами в глазах добавила: — А адепты бога света обязательно должны обратить внимание на меня. Они всегда ищут людей, способных противостоять злу. Мы сможем путешествовать вместе... — У тебя тоже множество возможностей, Тарен, с твоей магией защиты и родословной, — тихо ответил Кайл, стараясь выдавить улыбку.

Но в глубине души юноша понимал, что в этом мире существуют и страшные тени. На уроках истории они уже слышали о хаоситах — загадочных и диких племенах, живущих за горным хребтом. Эта неизбежная конфронтация легла на его сердце тяжелым, темным облаком. Сквозь мысли о будущем Кайл не мог избавиться от одного мучительного вопроса: знал ли директор Старк изначально о его магии и магии Леры, когда забирал их из приюта? И если да, то зачем ему всё это?

Закончив урок, Флойд Медос мгновенно сбросил маску школьного учителя. С угрюмым, холодным выражением лица он быстрой, хищной походкой направился в свой дальний кабинет в восточном крыле. Заперев дубовую дверь на массивный засов, Флойд достал из потайного ящика своего стола гладкую магическую сферу связи. Влив в неё ману, он дождался, пока внутри стекла завихрится серый туман, и начал говорить максимально серьёзно: — Я удостоверился, мастер. Он — тот самый кандидат. Обычные дети ничего не поняли. Никто в классе не заметил, что на долю секунды, сразу после черного цвета Хаоса, внутри кристалла начало разгораться первородное белое сияние. Я продолжаю слежку и жду дальнейших указаний, мастер.

Его голос звучал холодно и решительно, а лицо исказила зловещая ухмылка. Флойд не догадывался, что за пределами его запертого кабинета, прямо в отражении оконного стекла, на мгновение замерли капли уличного дождя. Виктор Старк, стоявший в коридоре, лениво отхлебнул яблочный сок из стакана и тихо ухмыльнулся, глядя на запертую дверь своего завуча.

На бескрайних, темных просторах далекого космоса молодой бог раздора Заган, подчиненный Владыке Хаоса, внимательно созерцал планету Бури. Зловещая улыбка на его лице была полна грандиозных замыслов о том, как захватить этот мир. Его глаза, полные первородного хаоса, с жадностью впивались в очертания материка. В его разуме рождались бесчисленные планы, как посеять тотальную анархию, пробуждая темные глубины смертных душ. Ему не терпелось увидеть, как люди столкнутся друг с другом в великой войне, погружая планету в пучину безумия.

— Скоро, — тихим эхом, пронзающим безбрежное пространство космоса, произнёс Заган. — Скоро этот мир станет идеальной платформой для моей великой задачи.

Тем временем глубоко под землей, в недрах огромного горного массива Кольца Скал, от многовекового сна медленно открыл глаза Бог-Хранитель Элдридж. Его пробуждение заставило энергетические струны планеты мелко задрожать, а голос Хранителя прозвучал подобно древнему, глухому грому: — Похоже, скоро произойдёт новое столкновение…

Бог-Раздора Заган

Бог-Хранитель Элдридж

Глава 4 Мир Бури Часть 1

В кабинете директора. Светлые стены просторного кабинета директора Виктора Старка были украшены яркими картинами, изображающими великие магические сражения и влиятельных исторических фигур. Воздух здесь был наполнен легким, сладковатым ароматом яблочного сока, который неторопливо наливал директор. Его лицо светилось привычной, доброй дедушкиной улыбкой. — Ну что, Флойд, как успехи у наших первогодок? — мягко начал разговор директор, плавно отодвигая стакан со свежим соком ближе к завучу.

Флойд Медос с интересом оглядел кабинет, уверенно присаживаясь в удобное кресло с мягкой бархатной обивкой. — В этот раз вы набрали отличных ребят, директор, — произнес он спокойным, но серьезным тоном, в котором сквозили нотки затаенной гордости. — У них у всех нормальное количество маны для их возраста, но есть три ребенка, которые особенно выделяются из общей массы.

Директор, налив себе еще немного прохладного сока, вежливым жестом пригласил завуча устроиться поудобнее в кресле напротив. — Присаживайся, расскажи подробнее, что именно ты увидел на этой проверке, — произнес Виктор.

Флойд, на мгновение смутившись от такого внезапного внимания, немного замялся. «Он что-то знает про парня? Что именно ему известно? Что ж, скажу то, что все и так видели в классе — это не вызовет никаких подозрений», — стремительно пронеслись мысли в его голове, пока он окончательно устраивался на сиденье. — У Гардена магия правил с атрибутом защиты и хорошее количество маны. У Леры Тонт — благословение бога света и нормальное количество маны. А у Кайла — хаос и отличное количество маны, — непринужденно ответил завуч, слегка закусив губу от сосредоточенности. Виктор Старк медленно наклонился вперед, хитро прищурившись. — Только хаос, Флойд? — удивлённо спросил директор, поднося к лицу свой стакан с соком. — Я думал, человек твоего высокого уровня способен увидеть в кристалле гораздо больше. Или ты всерьез думал, что я только из-за обычного хаоса его сюда, в школу, забрал? — с нажимом спросил Виктор. В этот самый момент лицо завуча резко изменилось — какое-то паническое беспокойство пробежало по его глазам. И в ту же секунду Флойд Медос, почувствовав нарастающее, опасное напряжение, атаковал без предупреждения.

Магия забурлила плотным, удушающим потоком в кабинете директора, а прямо из ниоткуда вырвались тяжелые цепи, которые намертво обвили конечности Виктора Старка, вызывая у того моментальное удивление. — Не стоило ко мне лезть, старик, — с холодной решимостью произнес Флойд и, словно молния, мгновенно разорвал дистанцию с директором, оказавшись уже у самой выходной двери. — Ха, сорванец! — внезапно вспыхнул громким смехом Виктор Старк. — Я просто чуть надавил на тебя, а ты тут же перевернулся на спину, как испуганный жук!

Флойд с дерзкой усмешкой покосился на директора, будучи уверенным, что тот вряд ли останется доволен его реакцией. — Но ты всё же слишком слаб, — добавил директор, и его внезапная уверенность вдруг показалась Флойду по-настоящему устрашающей. В мгновение ока всё вокруг резко вернулось на круги своя. Абсолютно так, как будто ничего и не было. Директор Старк вновь спокойно сидел в своем кресле и наливал себе яблочного сока, вежливым жестом пригласив завуча присесть. — Присаживайся, расскажи, что именно ты увидел на этой проверке, — повторил он абсолютно ту же фразу, словно никакого нападения никогда не происходило. Флойд Медос, мгновенно осознав жуткую суть происходящего, с удивительной скоростью задрал рукав своей рубашки и влил всю ману в руну в виде лемнискаты, расположенную на предплечье. Густой, холодный туман, возникший прямо из его кожи, начал стремительно окутывать кабинет, студя атмосферу и сгущая её, словно перед страшной грозой. Через мгновение Флойд полностью исчез из комнаты, оставив за собой лишь тонкий, тающий шлейф магии Хаоса. — Шустрый парень, однако, — спокойно произнес Виктор Старк, лениво попивая сок. Его голос напоминал легкий ветерок, полностью игнорируя то дикое напряжение, что только что царило в комнате.

В глубоком подземелье, расположенном в совершенно другом королевстве, внезапно открылся портал, окутанный темным, клубящимся туманом, из которого тяжело шагнул Флойд. Он испуганно огляделся вокруг, принимая во внимание гнетущую и мрачную атмосферу: стены здесь были каменными, а скудный свет исходил лишь из редких факелов, бросающих трепещущие блики на камни. — Что за страшный старик?.. — потрясенно пробормотал завуч, осматривая собравшихся рядом черных магов. — Черт, задание полностью провалено. Необходимо срочно доложить руководству и придумать совершенно новый план действий. Его сердце бешено колотилось в груди от пережитого ужаса, но Флойд был полон решимости исправить ситуацию. Время действовать пришло.

В это же самое время на границах мира развернулось совершенно другое столкновение, полное колоссального напряжения и божественной энергии.

Яростный бог раздора, Заган, стремительно мчался к самой высокой горе в Кольце Скал, оставляя за собой шлейф из сыплющихся кроваво-зеленых искр Хаоса. Его присутствие напоминало безумную ярость первородного шторма, и каждый его шаг заставлял землю континента содрогаться.

Великий бог-хранитель, Элдридж, окончательно пробудившись от своего многовекового сна, медленно открыл глаза. Его появление словно озарило всё небо над миром, а вокруг фигуры закружился яростный ветер, приносящий с собой отголоски древней магии Власти. Элдридж уже вовсю устанавливал защитные магические массивы, окутывая континент невидимыми, прочными щитами, отчаянно стремясь оградить простых людей от надвигающейся космической битвы. — Печёшься об этих ничтожных муравьях? — с дерзкой издевкой произнес Заган. Его голос звучал как раскаты грома, наполненный чистым сарказмом и пренебрежением. Его кровавые глаза бешено сверкали, когда он с презрением посмотрел на бога-хранителя. — Не переживай, ни ты первый, ни ты последний, — спокойно ответил Элдридж. Его голос был глубоким, монолитным, как стоячая вода в древнем вековом озере. Он не собирался сдаваться перед лицом угрозы. В мгновение ока, полностью закончив установку планетарных барьеров, защищающих людей от разрушительной магии, Элдридж открыл колоссальный разлом пространства. Оно разверзалось прямо перед ними, как пасть чудовища, готового поглотить всё живое. С последним мощным взмахом руки Хранитель швырнул своего врага в эту бездну, как тяжелую гирю, отпущенную с огромной высоты. — Пусть твоя ненависть пролетит через пустоту, сопляк! — прогремел он, и в его словах звучал непоколебимый вызов. После этого сам Элдридж решительно шагнул в разлом, стремясь противостоять своему врагу в ином, изолированном пространстве. Абсолютная, зловещая тишина повисла в воздухе, словно перед страшной бурей, готовой вот-вот разразиться, пока оба бога готовились к своей великой схватке.

В то же самое время. У подножия величественного горного массива, окутанного плотным слоем серых облаков, раскинулась бескрайняя пещера — тёмная, холодная и кажущаяся бесконечной. В её глубоких недрах скрывалась одна из секретных баз таинственного культа, члены которого носили на запястьях руны с символом лемнискаты — бесконечной петли, означающей вечность и тайны. Глубоко внутри, в густом полумраке, где лишь редкие лучи факелов пробивались сквозь тьму, располагался мрачный кабинет. Его стены были сплошь увешаны древними свитками и чертежами, покрытыми многовековой пылью. Старый деревянный стол, потрескавшийся и изъеденный временем, окутывали клубы пыли, вздымающиеся от едва заметного движения воздуха. В комнате висел терпкий, тяжелый запах — смесь выцветших пергаментов, затхлости и едва уловимых ароматов редких магических трав и порошков. Внезапно гнетущую тишину прорезал пронзительный, панический крик. — Командир! — буквально вбежал в кабинет молодой разведчик, его лицо пылало от бешеной спешки, а дыхание рвалось на части от ужаса.

Командир Культа, не спеша отрываясь от изучения древних свитков, плавно поднял голову и взглянул на вошедшего с холодным, расчетливым спокойствием, за которым скрывалась глубокая тревога. — Что случилось? — спросил он ровным, но невероятно строгим голосом. — Субординация в нашей организации — не пустой звук, солдат. Разведчик, отчаянно пытаясь отдышаться, заговорил быстро, спотыкаясь на каждом слове: — В шахте… произошло нечто из ряда вон выходящее. Мы столкнулись с обычным завалом, но когда люди начали расчистку — наткнулись на странный магический барьер. Он древний, чудовищно мощный… эта преграда тянется и бесконечно вниз, и вверх, словно сама земля и небо намертво срослись в одно целое. Командир резко нахнулся, и его сердце сильно сжалось от дурного предчувствия. — Что именно ты там видел? — его голос стал заметно жестче, а в глазах мелькнуло беспокойство. — Наши шахтёры добывали руду и кристаллы маны, как обычно, — продолжал быстро тараторить разведчик, — когда земля внезапно задрожала, и часть дальнего прохода полностью рухнула. Мы начали расчищать завал, но впереди возникло нечто… абсолютно непробиваемое. Магия там такая, что все наши привычные заклинания оказались бессильны. Командир резко встал со своего места, тяжело дыша. Его пальцы мертвой хваткой сжали край стола, словно пытаясь удержать себя в руках. — Барьер?.. — тихо выдохнул он. — Это не просто обвал. Это великий знак. Если это действительно проснулся Хранитель… — он замолчал, и его глаза блеснули холодным, опасным огнём. — Нужно срочно докладывать господину Десятому Пальцу. — Я готов идти вместе с вами, командир, — твёрдо сказал разведчик, не отступая ни на шаг. Они быстро вышли в узкий коридор, где тени зловеще плясали в неровном свете факелов. Каждый их поспешный шаг отдавался эхом, словно предвещая грядущую беду.

В тот же миг.

Королевство Элдория, столица Элдрим.

В глубине величественного собора адептов бога света, на подземном этаже, царила особая тишина. Мягкий свет свечей отражался от резных колонн, а воздух был наполнен лёгким ароматом ладана и старинных свитков. В изысканно оформленном зале, украшенном золотыми орнаментами и витражами с изображениями божественных символов, на большом, красиво украшенном троне восседал объект поклонения адептов — людской бог света.

Он был высоким — около трёх метров ростом, мускулистым мужчиной средних лет, с светлыми волосами, ниспадающими до плеч, и аккуратными чертами лица, излучающими спокойствие и силу одновременно. Его глаза были закрыты, и казалось, что он погружён в глубокий сон. Вокруг него суетились несколько священнослужителей в белых одеяниях с золотыми вышивками, тихо переговариваясь и осторожно выполняя свои обязанности.

Вдруг бог света резко открыл глаза, и зал наполнился звуком его громогласного голоса, который словно раскат грома пронзил тишину:

— Приведите ко мне епископа Одальрика, скорее!

Священнослужители вздрогнули и резко заметались, стараясь выполнить приказ как можно быстрее. Один из них, молодой и нервный, пробормотал:

— Да, ваше божественное величество, сейчас же!

В тот же момент.

Королевство Вальдрим, столица Стальслейв.

В просторном и тихом зале уединенного поместья, расположенного недалеко от роскошного дворца короля, царила спокойная, умиротворённая атмосфера. Тёплый солнечный свет мягко проникал через высокие окна, отбрасывая на стены причудливые узоры от старинных витражей. На искусно сделанном ковре, украшенном сложными геометрическими узорами, неподвижно сидел пожилой мужчина — на вид ему можно было дать около семидесяти лет. Его длинные седые волосы аккуратно спадали на плечи, а густые усы доходили до самого подбородка. Сложен он был невероятно крепко, с мощными, натренированными мускулами, и по первому же взгляду было понятно: этот человек всю свою долгую жизнь посвятил исключительно суровым боевым искусствам. Он сидел в глубокой медитации, а вокруг него несколько служанок тихо наводили порядок, аккуратно переставляя ритуальные предметы и бережно убирая пыль. В воздухе витал лёгкий, приятный запах жасмина и свежесрезанных цветов.

Внезапно мужчина открыл свои древние глаза — они светились абсолютным внутренним спокойствием и пугающей мудростью веков. Его голос прозвучал тихо, но удивительно твёрдо: — Позовите моего младшего правнука, короля Марка.

Сказав это, он снова медленно закрыл глаза, словно возвращаясь в своё внутреннее медитативное пространство. Служанки почтительно кивнули и быстро вышли из зала, спеша во дворец, ведь этот великий старец — прародитель королевской династии, Вальд — хотел видеть именно действующего короля Вальдрима.

За три часа до того, как Флойд вошёл в кабинет директора.

Кайл шёл по коридору школы, его мысли были заняты недавней проверкой. "Дежурный по этажу сказал, что директор хочет меня видеть. Интересно, связано ли это с тем, что я проявил магию хаоса?" — размышлял он, слегка нервничая. Коридоры были наполнены приглушёнными звуками шагов и тихим гулом голосов.

«Это будет первый раз, когда я смогу с ним поговорить с тех пор, как попал в школу», — думал Кайл, подходя к двери кабинета.

Он глубоко вздохнул и постучал.

— Разрешите войти? — спросил он, слегка стесняясь.

Изнутри послышался тёплый голос:

— Конечно, Кайл, заходи. Я тебя ждал.

Кайл открыл дверь и вошёл, чувствуя, как напряжение немного спадает.

Виктор Старк

Бог Света Люциус

Глава 5 Мир Бури Часть 2

Зайдя в кабинет, Кайл почувствовал себя так, словно вернулся обратно в детство. Перед ним за столом сидел всё тот же добрый дядя, который каждый месяц регулярно раздавал сиротам игрушки в приюте. На его мягком лице светилась теплая, искренняя улыбка, которая всегда внушала мальчику безграничное доверие. — Вы что-то от меня хотели? — спросил Кайл, аккуратно подходя к его столу и отчаянно стараясь скрыть сильное смятение в душе. В его голове по-прежнему роился целый вихрь вопросов, на которые он всей душой жаждал наконец получить ответы. — Присаживайся! — вежливым жестом указал Виктор Старк на глубокое кресло, мягко обитое дорогой тканью. — Расскажи, как тебе школа? Познакомился с кем-то? Завел друзей? Его голос был ласковым и очень тёплым, как если бы он общался с родным внуком, и в этом внимании Кайл отчетливо чувствовал неподдельную искренность. Присев, юноша на мгновение задумался, но внутреннее любопытство не давало ему покоя. Решив сразу задать самый волнующий вопрос, он прямо посмотрел на директора и произнёс: — Вы изначально знали, что у меня магия с атрибутом Хаоса, ещё тогда, в приюте? Мягко улыбнувшись, директор Старк спокойно ответил: — Вот так сразу к делу? Молодец, хвалю! Да, Кайл, я изначально знал о принадлежности твоей магии, но… Он на секунду задумался, и Кайл заметил, как в его глазах промелькнуло странное озарение, прежде чем он аккуратно налил немного прохладного яблочного сока себе и парню. — Выпей этот сок, — сказал Виктор Старк, плавно пододвинув мальчику изящно оформленный хрустальный бокал. — Эти яблоки привозят из одной весьма известной конторы, производящей превосходный сидр в самой столице. Но так как я сейчас на работе, а ты ещё слишком мал, давай просто насладимся этим чистым соком. С легким трепетом в пальцах Кайл взял бокал, вдыхая сладкий, насыщенный аромат свежих яблок, и сделал осторожный глоток. Во рту мгновенно разлился превосходный вкус спелых плодов с лёгкой кислинкой и приятной прохладой в послевкусии. Посмотрев на юношу, Старк продолжил, и его голос напоминал мерный, мелодичный поток: — Понимаешь, Кайл, на самом деле в магии Хаоса нет ничего такого уж особенного. Да, это сильная, разрушительная магия, но она требует усиленных тренировок и постоянной практики, она невероятно трудна в освоении. Вы ведь уже наверняка слышали на уроках истории о племени хаоситов. Хотя оно и называется племенем, по своему масштабу оно вполне сравнимо с небольшим королевством.

Так вот, там абсолютно у всех людей магия Хаоса. К тому же, люди с таким атрибутом разбросаны по всему остальному миру, поэтому это далеко не главное.

Директор на мгновение замолчал, давая парню время переварить информацию. В мыслях Кайла нарастала непрекращающаяся волна тяжелых размышлений: «Я знал, что существуют такие люди, но искренне думал, что именно из-за моей редкой магии меня и забрали в эту школу». Виктор Старк, словно без труда прочитав его мысли, плавно продолжил: — Кайл, возьми этот кристалл, — сказал он, доставая из кармана точно такой же прозрачный хрусталь, какой использовался на проверке в классе, и уверенно протянул его юноше. — Но я ведь уже проходил общую проверку. Зачем проверять её ещё раз? — спросил Кайл, окончательно сбитый с толку. — Просто сделай это, пожалуйста, и ты сам увидишь единственный верный ответ на свой вопрос, — мягко, но с непреклонной настойчивостью повторил Старк.

Недоумение и острое любопытство мгновенно пересеклись внутри Кайла, но он всё же послушался и направил поток своей маны в кристалл.

Внезапно кабинет директора осветился ярким, насыщенным светом глубокого черного цвета — точно таким же, какой он видел на уроке у Флойда. Однако спустя всего пару секунд этот мрак начал стремительно бледнеть. Чернота полностью растворилась, и хрусталь в руках Кайла вспыхнул величественным, изысканным и невероятно плотным белым сиянием. У юноши от абсолютного изумления перехватило дыхание, и, не сдерживая эмоций, он поспешно положил кристалл обратно на стол. — Что это такое, директор? — с тревогой и непониманием спросил Кайл, пока его мысли лихорадочно блуждали между страхом и сильным удивлением. — Это твои истинные атрибуты магии, — объяснил Виктор Старк непринужденно, с мягкой улыбкой на губах. — Черный — это Хаос, а белый — это магия Созидания миров. Универсальная энергия, способная копировать и проявлять абсолютно любую стихийную принадлежность, если её правильно настроить.

— Но на проверке в классе этого белого света не было! Кристалл был полностью черным! — взволнованно выпалил Кайл, не понимая, что происходит. — Вот это и для меня большая загадка, почему наш завуч Флойд Медос решил скрыть вторую половину твоей силы от всего класса, — тихо, почти шепотом произнёс директор, и его лицо на миг выразило глубокую задумчивость.

— Впрочем, это уже не важно. Твой секрет Созидания должен остаться строго между нами. Чтобы не выделяться, Кайл, ты аккуратно настроишь эту белую магию под обычный атрибут огня. Для всех окружающих ты будешь просто магом огня и хаоса. Понял меня?

Кайл машинально кивнул, всё еще ошеломленный масштабом этой тайны. — А теперь, — директор Старк плавно достал из-под своей мантии серебряный амулет, выполненный в форме подковы, пересеченной чуть ниже центра волнистой линией. Он был точь-в-точь как у Кайла на шее.

— Я расскажу тебе то, что ты мечтал узнать всю свою жизнь. Его слова звучали так спокойно, будто они обсуждали обычную погоду, а не великую тайну, которую мальчик мечтал разгадать последние двенадцать лет. В предвкушении и азарте Кайл сделал еще один глоток сока и стал внимательнее слушать каждое слово директора, отчетливо ощущая, как вокруг них собирается нечто монументальное. Это был момент, который мог навсегда изменить всю его жизнь.

В памяти Виктора Старка отчетливо всплыли слова из далекого прошлого: «Виктор, ты ещё молод и неопытен — сколько тебе сейчас, двадцать? — голос мужчины тогда был одновременно строгим и очень тёплым. — Продолжай усердно учиться и тренироваться по тем свиткам, что я тебе передал. И последнее — хочу поручить тебе невероятно важное задание. Оставайся здесь. Я верю, что Леон, этот сорванец, однажды превратит эту глухую деревню в настоящий процветающий городок, а ты будь рядом и жди. Жди, когда появится мой сын. Это может случиться через год, через десять или даже через сотни лет — но ты обязательно дождись его. Вот, возьми — это мой личный амулет. Когда-то я носил его с гордостью. Ты сразу узнаешь моего сына по точно такому же знаку. Что ж, удачи тебе, Виктор. Надеюсь, ты справишься». — Мастер Вальд, не уходите!..

Директор, медленно опустив амулет, на мгновение погрузился в свои воспоминания. Его взгляд на миг потускнел, и с лёгкой тоской он залпом выпил свой стакан сока, словно пытался окончательно утолить горечь ушедших веков. Успокоившись, Виктор Старк перевёл пристальный взгляд на Кайла и заговорил: — Кайл, этот амулет оставил мне твой отец. Подробностей я не знаю, но он твердо сказал, что будет ждать тебя, и что я узнаю тебя по точно такому же знаку. Он также добавил, что когда ты вырастешь и сможешь полноценно проявить свои магические способности, я обязан рассказать тебе, где его можно найти — чтобы ты пришёл и встретился с ним лично.

Слова директора окончательно застали Кайла врасплох. Юноша сидел словно в ступоре, отчаянно пытаясь осмыслить услышанное, но мысли путались, и он лишь молча переводил дыхание. Директор мягко продолжил: — Что тебе самому уже удалось узнать о своих родителях? Кайл, всё ещё пребывая в глубоких раздумьях, ответил почти машинально: — Я узнал, что мой амулет связан с Зодиаками — могущественными космическими сущностями. Информация о них чётко ведёт к королевству Вальдрим. По легендам, основатель того королевства когда-то был верным помощником одного из этих существ. Директор Старк понимающе кивнул: — Информация о прошлом твоего отца действительно ведёт в суровый Вальдрим. Но чтобы добраться туда и выжить, ты обязан научиться полностью контролировать свой Хаос. Твой путь лежит через горный хребет, прямо в племя хаоситов. Их могущественный правитель, сможет обуздать твою дикую сторону. Возьми вот это. Старк протянул Кайлу изящные карманные часы со сложной круговой гравировкой на крышке. — Как только доберешься до вождя, отдай ему эти часы. Он не станет совершать необдуманных действий. А теперь иди, собирай вещи. Твое путешествие начинается прямо сегодня.

За час до прибытия Флойда в кабинет директора.

Кайл лихорадочно собирал вещи в своей комнате общежития, когда внезапно раздался негромкий, осторожный стук в дверь. — Кайл, ты там? — тихо спросила Лера, и её голос звучал слегка обеспокоенно. — Да, я здесь, заходи, — ответил юноша, продолжая быстро складывать дорожные принадлежности в походную сумку. Когда Лера вошла, её взгляд мгновенно упал на Кайла, занятого спешной подготовкой к отъезду. В её больших глазах отчетливо читались сильная тревога и полное недоумение. — Что случилось? — произнесла она, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции. — Сразу после разговора с директором ты пулей вылетел из школы, а теперь собираешь вещи. Он что, отчислил тебя из-за этой черной магии Хаоса? — горькие слёзы мгновенно засверкали у неё на глазах. — Нет, конечно, что ты! Не плачь, Лер, всё в полном порядке, — ласково сказал Кайл, тут же перестав укладывать вещи. Он быстро подошел к ней и крепко обнял, отчаянно стараяс вернуть ей чувство безопасности и покоя. — На самом деле, директор Старк дал мне невероятно важную подсказку о моих родителях, особенно об отце. Но для этого мне нужно немедленно отправиться в долгий путь, — признался юноша, чувствуя одновременно сильную тоску из-за скорого расставания и жгучее предвкушение от грядущего путешествия. — Не переживай, я обещаю, что однажды всё тебе подробно объясню. Но сейчас мне нужно спешить.

Крепко обняв Леру, Кайл нежно поцеловал её в лоб на прощание. Схватив сумку с вещами, парень шагнул к порогу, а у самой двери на секунду обернулся. — Мы ещё обязательно увидимся. Попрощайся за меня с Тареном, — тихо сказал он, стараясь изо всех сил сохранить внешнее спокойствие. Сказав это, Кайл быстро вышел из комнаты.

За полчаса до прибытия Флойда в кабинет директора.

Величественная башня из черного дерева и камня грозно возвышалась над окружающим ландшафтом леса Шепота Тишины. Просторный зал, украшенный суровой, монументальной архитектурой, постепенно наполнялся длинными вечерними тенями. Невысокие каменные своды, скрипящие под тяжестью ушедшего времени, создавали вокруг плотную атмосферу нарастающего напряжения. Несколько слуг суетливо наводили порядок, бережно перебирая древние свитки и обметая пыль с массивной мебели, которая, казалось, хранила в себе многовековые мрачные тайны.

У огромного витражного окна, словно величественная статуя из черного мрамора, неподвижно стоял Некто. Он был облачен в тяжелый черный балахон, подол которого тихо колыхался в воздухе, напоминая крылья зловещего призрака. На его голове гордо красовалась корона из темной стали, усыпанная длинными, острыми шипами, зловеще сверкающими в уходящем свете дня. Его лицо было полностью скрыто глубокой тенью капюшона, и лишь глаза излучали холодный, проницательный свет, когда он смотрел на свои бескрайние владения — на древние леса, могучие кроны которых были полны вечных теней.

Внезапно он оторвал взгляд от увядающей зелени за окном и резко обернулся к замершим слугам. Его причудливый голос, похожий на скрежет металла по камню, мгновенно разрубил тишину зала: — Эй, вы! Живее приведите ко мне верховного шамана! Мне есть о чем с ним поговорить.

Слуги, словно испуганные котята, моментально застыли в ступоре от этого леденящего тона. Один из них, оказавшись чуть более собранным, чем остальные, почтительно отозвался: — Будет исполнено немедленно, господин Всадник! Слуга быстро развернулся, и звуки его спешных шагов эхом разнеслись по залу, пока он стремительно покидал помещение. Некто зловеще ухмыльнулся под капюшоном, и его брови склонились в насмешливом, хищном жесте. — Хе-хе, это будет невероятно интересно, — тихо пробормотал он, и его странный голос словно растворился в шёпоте ветра за окном. — Надеюсь, мы все выживем в этой буре…

Момент прибытия Флойда Медоса в кабинет директора.

Выйдя из здания общежития, Кайл на мгновение застыл на пороге, охваченный непреодолимым страхом и тревогой. Его сердце забилось быстрее, как будто инстинкты предупреждали его об опасности. Но именно в этот момент лучи солнечного света нежно коснулись его лица, и в груди разлилась теплая волна заботы. Внезапное беспокойство, словно тень, быстро исчезло, оставив лишь легкое послевкусие всепроникающего покоя.

Небо над Негари оставалось безупречно ясным, редкие высокие облака невесомо плыли по синеве, а вокруг стоял тот самый чудесный день, когда мир казался полным великих возможностей. Кайл глубоко вздохнул, пытаясь окончательно успокоить трепещущее сердце, и на пару секунд присел на деревянную скамейку рядом с дверями, чтобы собраться с мыслями. Когда юноша наконец открыл глаза, краем глаза он отчетливо заметил, как высоко в небе на неуловимую долю секунды блеснул некий колоссальный купол, ослепительно яркий, как свет самого солнца. — Что это было? — потрясенно пробормотал он сам себе, не веря собственному зрению. Протерев глаза, Кайл снова внимательно посмотрел в чистое синее небо, но загадочный купол уже бесследно исчез, как будто его никогда и не было. Юноша легко усмехнулся, поспешно списав это странное видение на обычную усталость после тяжелого дня проверки. Возможно, ему просто показалось от нервного перенапряжения. Покачав головой, Кайл уверенно поднялся со скамьи и продолжил свой путь к главным городским воротам. Шум уличных разговоров и далекий смех горожан приятно согревали атмосферу, и парень почувствовал лёгкое, приятное волнение при мысли о том, что прямо сейчас он навсегда покидает привычные улицы родного города. — На что-то же это точно было похоже, — тихо произнес он, глядя вдаль, где городские ворота словно манили его к великому, неизвестному будущему. — Что ж, навстречу новым приключениям…

Глава 6 Мир Бури Часть 3

В глубинах пространственного разлома, где время текло значительно быстрее, чем в реальном мире, а само пространство переплеталось в хаотичном и опасном танце, встретились два бога — Бог-Хранитель Элдридж и Бог-Раздора Заган.

Пространственный разлом буквально захватывал дух: его мрачные, бесконечные глубины искрились яркими вспышками, где потоки света и абсолютной тьмы сходились в яростной схватке, а звуки сливались в зловещую симфонию, наполняя каждое мгновение предвкушением скорой катастрофы.

Элдридж, древний и умудренный опытом, нес в своей сути тяжесть более чем тридцати тысяч лет существования. Одетый в монументальный плащ, окрашенный в темные оттенки глубокого космоса, он излучал абсолютное спокойствие, словно вибрирующие струны самой вселенной. Его мощная связь с энергией, пронизывающей всю планету, обвивала тело, словно прочные невидимые нити. Однако в сердце Хранителя оставалось то, чего ему сейчас катастрофически не хватало — реального боевого опыта. Он слишком редко покидал пределы своей уединенной обители, и теперь перед ним встал грозный противник, которого он совершенно не знал.

Заган был молодым богом — ему исполнилось всего около пяти тысяч лет, но он уже был жестко закален в постоянных, грязных сражениях, из-за чего внушал первородный страх. Его кровавые глаза бешено сверкали, как раскаленные угли в ночи, а в голосе звучала едкая насмешка, пронзающая воздух, словно остриё боевого кинжала: — Хоть ты и силён, старик, — произнёс он, плавно приближаясь к Элдриджу, — лягушка всё равно останется лягушкой на самом дне колодца, какой бы большой она ни была!

Эти слова, как холодный нож, безжалостно резали по эмоциям Элдриджа, напоминая ему о том, что, несмотря на всю свою колоссальную мощь и древность, он всё еще был ограничен узкой перспективой. Ответить на это было трудно, а нахлынувшие чувства, смешанные с горечью, почти полностью подавили его волю.

Битва началась сокрушительным, гремящим ударом:

Элдридж вызвал мощную волну энергии, сотрясающую весь разлом, и она пронеслась по пространству, как яростная буря. Заган ловко и грациозно уклонился, и его лицо, изрытое старыми боевыми шрамами, осветила лишь хищная, безумная улыбка. Он мгновенно ответил шквалом хаотических вспышек, которые с треском рвали реальность на части, создавая чудовищные вихри света и тьмы. Сама ткань времени и пространства оказалась под угрозой полного уничтожения. — Ты не сможешь победить меня, Хранитель, — тихо, почти зловеще прошептал Заган, и его голос прозвучал как ледяная угроза, ползущая по затылку Элдриджа. — Твои простые чары не уберегут этот мир.

Элдридж отчаянно пытался использовать свои лучшие защитные барьеры и древние заклинания, связывая и успокаивая бушующий вокруг хаос, но противник был словно неуловимый ветер — искушенный в любых тактических хитростях. Каждый удар бога-раздора был наполнен колоссальным опытом и коварством, отточенными в бесчисленных смертельных схватках.

Прошло время, и Хранитель начал заметно уставать — его прочные щиты трещали по швам, а божественная энергия стремительно истощалась. Заган, словно истинный хищник, мгновенно почувствовав хрупкость защитных массивов, начал наступать еще неистовее, выкрикивая: — Эй, Хранитель, твоя планетарная магия слишком слаба против меня! — прокричал он с ехидной, торжествующей усмешкой. — Такой магией ты можешь только пугать ничтожных муравьев, которых ты так отчаянно защищаешь. Против меня тебе необходимо использовать Созидание!

Словно яркая молния, пробежала эта страшная мысль по сознанию Элдриджа. Он прекрасно понимал, что не сможет полноценно противостоять этому сопляку, так как не имел физической возможности воспользоваться древней магией созидания миров — силой Власти, которой во вселенной распоряжались лишь единицы.

Лишь те существа, кто был напрямую связан с космической сущностью, именуемой Власть, могли использовать её чистую первородную энергию. В тот самый момент, когда бог-хранитель на долю секунды отвлёкся на тяжелые размышления о своей утрате, Заган с треском прорвался сквозь его ослабшую защиту. Собрав всю свою мощь Хаоса, он нанес сокрушительный удар, который сбил Элдриджа с ног и отправил его в глубокую бездну разлома. Элдридж, израненный и обессиленный, успел выпустить последние остатки своего божественного естества прямо в ядро планеты, из последних сил поддерживая барьер вокруг континента, растрачивая свои силы и былые признания. Но и Заган вышел из этого столкновения не без тяжелой раны. Его тело покрывало множество новых глубоких шрамов, а энергия хаоса едва удерживала сознание в узде. Он тяжело опустился на колени, чувствуя, как физические раны медленно затягиваются, но это были лишь внешние повреждения. Урон, нанесённый его божественной душе, был воистину чудовищным. Бог раздора понимал, что его сил сейчас слишком недостаточно, чтобы быстро залечить эти духовные прорехи и покинуть это изолированное измерение. — Это ещё не конец, — яростно прошипел Заган, глядя в бесконечную пустоту разлома. — Я обязательно вернусь. И тогда… покажу, кто здесь действительно абсолютный хозяин.

В это же самое время за пределами пространственного разлома, в подземельях Культа. Командир Культа уверенным шагом продвигался по мрачным, холодным коридорам, усеянным мерцающими факелами. Эхо его тяжелых шагов гулко раздавалось в заброшенном пространстве. За ним, едва поспевая, шел его верный подчинённый, молодой разведчик. — Слушай меня внимательно, боец, — резко произнес Командир, внезапно останавливаясь у тяжелой двери. — Говорить здесь буду строго я, а ты, если потребуется, аккуратно добавишь детали в мой рассказ. Без прямого разрешения рот вообще не смей открывать. Разведчик поспешно кивнул, и на его лице отразилось тщетное, тревожное ожидание. Командир шагнул вперед и негромко постучал в деревянную дверь. — Господин Десятый Палец, это Ноготь, разрешите войти? — спросил он и, вновь не дождавшись ответа, решительно толкнул дверь внутрь. Мощный голос из внутренней комнаты немедленно отозвался, звуча как раскат гремящего грома: — Чего тебе? Заходи быстрее, у меня слишком мало свободного времени! Командир открыл дверь, переступил порог и с ходу перешёл к самому сути дела. — Господин Палец, вот этот разведчик доложил мне важные новости, — быстро произнес он, указывая на подчинённого. — Он сообщил, что в нашей дальней шахте внезапно появился некий барьер, который люди никак не могут преодолеть. А ещё этот щит колоссален — он простирается неизвестно насколько далеко вверх и вниз. В комнате мгновенно повисла тяжелая, напряжённая тишина. Взгляд Десятого Пальца стал сосредоточенным, он опасно прищурился. — И что мы, по-твоему, собираемся с этим делать? — спросил он с явным недовольством и растущей настороженностью в голосе. — Хм... что это вообще за барьер? Он ощутил нарастающее внутреннее беспокойство. Словно следуя за его тревожной мыслью, магическая сфера в углу рабочего стола внезапно вспыхнула, наполняя кабинет мягким, но настораживающим багровым светом. — Внимание! Экстренное заседание, всем Пальцам срочно собраться у главного помещения! — пронесся искажённый, громкий голос из сферы, бесцеремонно прерывая его размышления. — Черт, как же не вовремя! — яростно выругался господин, резко вставая со своего кресла в полном раздражении и растерянности. — Чего вы встали?! Живее идите отсюда, мне нужно срочно на заседание! — Но как же этот барьер и наша шахта? — с тревогой спросил Командир. — Не переживай. Думается мне, это напрямую связано с этим экстренным заседанием, поэтому мы во всем разберёмся. Идите выполнять свою привычную работу, — резко бросил Десятый Палец, поспешно собираясь и наполняя глубокую плечевую сумму необходимыми вещами.

Когда он торопливо подошёл к месту общего сбора, то был искренне поражён увиденным: огромный круглый стол для заседаний был уже полностью заполнен людьми. Во главе стола высился великий Лидер Культа — Голова, и его нерушимый авторитет сразу ощущался в комнате. По левую и правую стороны от него разместились два сильнейших человека — Левая Рука и Правая Рука. От них, как будто ответвляясь от мощного дерева, сидели остальные Пальцы: слева — с Первого по Пятый, а справа — с Шестого по Девятый. Десятый Палец, быстро заметив пустое кресло рядом с Девятым, поспешил занять свое место. — Все в сборе, — хриплым, но властным голосом начал Голова. — Мы собрались здесь, чтобы обсудить глобальные изменения, которые произошли сегодня в нашем мире.

Никто из присутствующих не осмеливался перебивать Лидера, и воздух в комнате наполнился тяжелым напряжением. — По точным данным разведчиков Левой Руки, в наш мир тайно вторгся бог-раздора Заган, что привело к вынужденному пробуждению бога-хранителя Элдриджа. Тот мгновенно установил тотальные барьеры от самой середины Кольца Скал, полностью огородив таким образом весь наш континент.

Обсуждение за столом разгорелось в один миг, как яростный порыв ветра пробуждает сонные осенние листья. Все участники собрания, ошеломлённые новыми пугающими данными, начали взволнованно перешептываться друг с другом. —Тишина! — грозно прошипел Голова, поднимая сухую руку. — Насколько мне известно, сейчас их основная битва происходит непосредственно в разломе, в совершенно другом аспекте реальности. Время там течёт иначе, поэтому у нас есть как минимум пять лет относительного затишья, чтобы как следует подготовиться к тому, кто выйдет из этого разлома победителем. Слова Головы сильно взбудоражили присутствующих. Первородный ужас перед неведомой космической угрозой отчетливо отразился на лицах Пальцев. Каждый в зале прекрасно понимал, что исход этого противостояния кардинально повлияет на их личные планы. — Итак, я объявляю, — продолжал Голова, обводя всех тяжелым взглядом. — Вы обязаны в течение этих пяти лет максимально усилить контроль над кандидатами в «дитя пророчества» и направить их на жесткий путь силы, чтобы они как можно скорее проявили свой истинный скрытый талант. Исходя из этих данных, мы наконец точно определим, кто из них является истинным дитя пророчества. Голова медленно повернулся к Пятому Пальцу с выразительным, опасным взглядом: — Кстати, Пятый Палец, обязательно и жестоко накажи своего Ногтя Флойда Медоса, который полностью провалил наше задание в Элдории. Он раскрыл себя перед Старком и трусливо сбежал. Затем Лидер строго обратился к Правой Руке: — Твоя задача — немедленно собрать самых способных людей в области пространственных барьеров и патрулировать границу щита Хранителя круглые сутки. Если возникнут трещины или, не дай бог, дыры — залатать их на месте немедленно. Мы ни в коем случае не должны допустить, чтобы барьер пал раньше, чем мы найдём дитя. На этом я заканчиваю наше экстренное собрание. Все за работу! Живо!

В это же самое время.Королевство Элдория, столица Элдрим. В глубине величественного собора адептов бога света, на подземном этаже, царила особая, сакральная тишина. Мягкий свет сотен свечей красиво отражался от резных мраморных колонн, а воздух был наполнен лёгким, успокаивающим ароматом ладана и старинных пергаментных свитков. В изысканно оформленном зале, украшенном золотыми орнаментами и витражами с изображениями божественных символов, на большом, богато украшенном троне восседал объект поклонения всех адептов — людской бог света Люци.

Главный епископ, глава церкви и религии, посвящённой Богу Света, спешил вниз по мраморной лестнице собора. Эхо его шагов отражалось от высоких потолков, наполняя пространство напряжённым ожиданием.

«Что же такое могло случиться, чтобы сам Господь позвал меня? Ведь до божественной литургии осталось ещё три месяца», — размышлял он, погруженный в заботы. Стены собора были украшены изысканными витражами, которые преломляли солнечный свет, создавая на полу волшебные узоры. Но весь этот мир красоты теперь казался епископу слишком далеким.

Забрезжил свет от огромной, искусно украшенной двери, ведущей в обитель его Господа. Он подошёл, с тяжёлым сердцем постучал и, представившись, поспешил внутрь.

Сердце его колотилось в груди, когда он, торопливо шагая, вдруг упал на колени перед троном.

— О всевышний бог света и справедливости Люци, ваш слуга прибыл по вашему приказу, — произнёс епископ, с глубоким благоговением опуская глаза перед сияющим образом бога.

Бог Света открыл глаза, осветив комнату сиянием своего присутствия. Он поудобнее уселся на троне, его громоподобный голос наполнил воздух, как раскаты грома в ясный день.

— Что-то ужасное вторглось в наш мир, — сказал он, и епископ, сидя в ступоре и недоумении, почувствовал, как его обычные заботы улетают в небытие.

— Слушай меня внимательно, — продолжал бог, его каждое слово звучало как приговор. — Я чувствую, что сейчас бог-хранитель установил барьеры вокруг континента, чтобы защитить нас от захватчика. По моим ощущениям, барьер продержится от четырёх до пяти лет. За это время мы должны быть готовы ко всем угрозам.

Внимая словам господа, епископ начал размышлять над планом действий, его ум быстро искал выход из ситуации.

— Также я недавно почувствовал, — добавил Люци, — как в городе Негари пробудился человек с моим благословением. Найди его и обучи. Создай орден людей с моим благословением для защиты королевства от грядущей угрозы. Сотрудничай с Юстасом, я лично передам ему информацию. А теперь ступай.

Огорошенный такой информацией, епископ вскочил с колен и поспешил обратно наверх в свой кабинет, в голове у него роились мысли о том, что ждёт их королевство, а может, и весь мир в течение этих пяти лет. Он представлял себе города, полные страха, и о том, как они взмолятся в ожидании света, который опять засияет над ними.

Королевство Вальдрим, столица Стальслейв.

Король Вальдрима спешил в поместье, находящееся неподалёку от дворца. Его шаги звучали уверенно по мраморному полу, но в душе его бушевали тревога и волнение. Войдя в просторный зал с высокими арочными потолками и витиеватыми колоннами, он почтительно склонил голову перед старцем, сидящим на ковре, покрытом изысканными узорами, как будто сам космос укрыл его.

— Прародитель, я прибыл по вашему зову, — произнёс король, стараясь придать голосу спокойствие. — Что вы хотели бы, чтобы я сделал?

Старец, открыв глаза, излучавшие мудрость веков, взял паузу, прежде чем заговорить. Его голос звучал, как громовые раскаты, наполненные силой и решимостью.

— Слушай меня, внучек, это очень важно, — сказал он с настойчивостью. В зале повисло напряженное молчание, наполненное лишь тихим шёшем старого ковра, когда тот медленно отошёл от дороги времени.

— Я почувствовал знакомую энергию первобытного хаоса на нашей планете, а затем барьеры хранителя... — произнес он, голос его затих, словно он сам внезапно замер в размышлениях о тяжести сказанного.

Король Вальдрима, ошеломлённый этими словами, пытался оценить слова своего родственника. В душе его копились страх и недоумение, пока старец немного поразмыслил и продолжил, будто заглядывая в бездну своего опыта.

— Также не так давно, около 13 лет назад, я, находясь в медитации, вновь ощутил, что моё тело начинает поддаваться течению времени. По моим расчётам, мне осталось около семи лет, и тогда я наконец-то обрету покой, — с улыбкой на губах и некой радостью проговорил старец, будто предвкушая долгожданное освобождение.

— Поэтому позови своих сыновей и внуков, — продолжил он, голос его стал искренним и важным. — Я должен успеть передать им свою технику, чтобы она не прервала своего существования. Ведь она не всем подвластна, хехе...

С усмешкой и легкой издёвкой старик посмотрел на короля, и тот почувствовал, как тень тревоги вновь пробежала по его спине.

— Ступай, хех, готовься к тому, что скоро мир не будет таким, как прежде, — закончил он, и весёлое настроение старика казалось контрастом его собственным тяжёлым мыслям.

Король направился во дворец с тяжестью на душе, думы о предстоящем давлении и ответственности словно не оставляли его в покое. «Чёртов старик! Отец, почему я родился таким жалким, что не смог унаследовать технику? ».

Тем временем старец закрыл глаза и вновь погрузился в медитацию, возвращаясь в мрак, где не было ни времени, ни тревог. Вот так некогда сильнейший воин — космической сущности Власти, командир Зодиаков, 13-й Зодиак Змееносец Вальд доживал свои последние мгновения в теле смертного, неся в себе груз неизбежного.

В это же самое время.

Королевство Элдория.

Кайл наконец добрался до массивных пограничных ворот, полностью готовый отправиться в свое первое далекое путешествие. Его решительный взгляд устремился вдаль, туда, где за горизонтом начинался долгий путь в загадочную страну Залир — истинные ворота к горному хребту, за которым раскинулся древний и пугающий лес Шепота Тишины, родина племени хаоситов.

— Через Залир и горы я обязательно доберусь до хаоситов, — тихо, но твердо сказал он самому себе, отчетливо ощущая весь груз предстоящих испытаний и робкую надежду на скорое обретение истинной силы.

Сжимая в ладони железный амулет, Кайл сделал глубокий вдох и уверенно шагнул вперед, навстречу своей новой судьбе. Прохладный ветер мягко играл с его темно-синими волосами, словно подталкивая в спину, а сердце билось в уверенном ритме грядущих приключений. Парень прекрасно знал — впереди его ждут суровые испытания, которые изменят его навсегда, но именно через эту боль он сможет стать сильнее и приблизиться к разгадке своей истинной природы.

Дорога в страну Залир обещала быть долгой и непростой, но Кайл был полон решимости. Там, в древних лесах, обитало племя хаоситов — тех, кто разделял его редкую силу и мог помочь укротить бушующий Хаос. Именно там ему предстояло пройти изнурительное обучение, прежде чем отправиться в далекое королевство Вальдрим, чтобы наконец встретиться с отцом и раскрыть свою истинную судьбу.

Главный епископ Одальрик

Король Марк Гарден

Глава 7 Тень Власти Часть 1

Пустое пространство. Ничто. В этом изначальном вакууме не было видно даже материи, словно сама Вселенная ещё не существовала. Внезапно из всепоглощающей пустоты появилось Существо, укрытое величественной мантией, на ткани которой расцветали космические туманности, сверкали далекие галактики и раскрывались новые миры. Оно размеренно шагало по бездне, и каждый его шаг оставлял за собой сияющую дорогу из чистого белого света, пробуждая первородную темноту вокруг. Существо остановилось, и в то же мгновение произошел колоссальный взрыв, с оглушительным грохотом разорвавший тишину мироздания и озаривший всё вокруг яркими цветами радуги. Каждый оттенок оставлял за собой светящийся след, ломая и перестраивая пространство.

Кайл резко проснулся в холодном поту, его сердце бешено колотилось в груди. Он с тревогой поднялся с кровати, отчаянно стараясь избавиться от липкого ощущения, что нечто невидимое продолжает преследовать его даже наяву. — Это снова произошло, — тихо произнес юноша, глядя в полумрак пустой комнаты. — Что за сон, который не отпускает меня уже полтора года, с тех самых пор, как я покинул Элдорию? Присев за стол, Кайл открыл свой походный дневник, стараясь запечатлеть в хаосе мыслей каждую ускользающую деталь ночного видения. — В этот раз он был заметно длиннее, — бормотал парень, углубляясь в записи. — Теперь там появилось некое Существо, хотя раньше были лишь пустота и вспышка… Это Существо остановилось и... взорвалось. 15.04.1087 по Л.К.

Закончив записи, Кайл тяжело вздохнул и перевел взгляд на окно. За стеклом уже вовсю по-весеннему светало, и юноша начал поспешно собираться, с тревогой понимая, что сильно опаздывает в гильдию. — Блин, уже так светло! — воскликнул он, быстро подхватывая вещи и выбегая из комнаты.

Идя по весенним улочкам города Малог в автономной стране Залир, Кайл невольно наслаждался живописным видом яркой зелени, которая буквально окутывала и пронизывала весь город. Нежное прикосновение прохладного ветра постепенно поднимало ему настроение. — Прошло полтора года с того момента, как я ушел в это путешествие... Оно было далеко не легким, — размышлял Кайл, вспоминая опасных разбойников на больших дорогах, глухие деревни суровых охотников в лесах и разношерстных приключенцев, которых ему довелось встретить на своем пути.

Заставив себя сосредоточиться, юноша внезапно оказался перед огромным, монументальным зданием ратуши — местной гильдией авантюристов. Глубоко вдохнув, он уверенно толкнул тяжелую дверь и вошел внутрь.

В уютном, залитом светом закутке зала уже в полном составе сидела его боевая команда, а за столом Кайл сразу заметил совершенно новое лицо. — Эй, Кайл! Иди сюда, мы тебя уже заждались! — громко воскликнул Бренд — парень в тяжелых, массивных доспехах, дружеским жестом пододвигая ему свободный стул. — Да мы так давно здесь сидим, что к нам уже успел присоединиться новичок, — весело рассмеялась Миранда — изящная девушка в нежно-розовой мантии и с большой остроконечной шляпой. — Иди скорее и познакомься с нашим новым товарищем, — добавил Диего, стройный молодой человек в прочной кожаной броне, с пояса которого свисало несколько острых кинжалов.

Когда Кайл подошел ближе к столу, он увидел, что рядом с его знакомыми сидит скромная девушка его возраста. — Привет, меня зовут Мия. Я владею магией правил с сильным уклоном на сдерживание и контроль пространства, — спокойно произнесла она, с позитивной, открытой улыбкой протягивая руку для приветствия. — Приятно познакомиться, я Кайл. Я использую магию огня, — ответил парень с легкой улыбкой, хотя в самой глубине души ощутил тяжелую, темную тень своих истинных способностей. По мудрому совету директора Старка Кайл абсолютно никому не раскрывал, что внутри него на самом деле дремлют магия Хаоса и магия Созидания миров. Виктор Старк, раскрыв ему один из великих секретов Созидания, объяснил, что это универсальная, пластичная энергия, способная изменять и копировать любую стихийную принадлежность. Поэтому Кайл сознательно выбрал маскировать её под обычное пламя, чтобы лишний раз не привлекать к себе опасного внимания.

Разглядывая лицо Мии, Кайл вдруг ощутил легкую, болезненную тоску. Новая знакомая чем-то неуловимо напоминала ему Леру... Юноша мысленно вздохнул: «Интересно, как у неё сейчас дела в Элдории? А у Тарена в его Вальдриме? Надеюсь, с ними обоими всё в полном порядке».

Королевство Элдория.

В самом сердце столицы ,неподалеку от величественного собора, который славился своим золотистым куполом, епископ Одальрик стоял перед алтарем, ощущая благодать своего покровителя — Бога Света Люци. Его сердце наполнялосьсь решимостью, когда он начал исполнять полученое указание от своего господа : найти тех, кто был отмечен светом, чтобы создать орден защиты от нарастающей угрозы в мире.

После тщательного расследования и поисков информации он узнал о девушке по имени Лера. Узнал о том что, когда при проверке силы ее окутал золотистый свет, словно сама божественность обняла ее, завуч Флойд тогда подтвердил ее благословение, обозначив его как благословение бога света подтип исцеление.

— Слава Люци, — прошептал епископ, направляясь к дому, где жила Лера.

Лера, сидя на деревянной скамье в своем скромном доме, который достался ей от покойного отца, чувствовала себя неуютно. Ее мысли были полны тревоги и тоски. Каждый день она наблюдала, как жители Негари спешат по своим делам, но в сердце у нее оставалась дыра, которую не мог закрыть ни один голод или боль.

— Где же ты, Кайл? — думала она, потирая темные круги под глазами. Она провела бесконечные часы, размышляя о том, почему он покинул королевство и что могло произойти. Вспоминая их совместные моменты, она чувствовала себя одинокой.

Когда епископ Одальрик пришел,к Лере он удивился ее свету, который, казалось, исходил изнутри. Таким образом, она была быстро принята в новый орден, основанный для защиты королевства и мира от зла, сам директор школы Виктор Старк был не против и отпустил девочку в столицу. Вскоре их стало десять, благословенных, и они вместе начали тренировки, под руководством опытных адептов Света.

Сейчас, спустя год как она покинула город Негари, тренируясь с ними, Лера чувствовала, как силы исцеления и света растут в ней. Ей давали простые задания: помогать в лечебных процедурах, использовать свои способности, чтобы помогать тем, кто нуждался в медицинской помощи. В моменты, когда она использовала свои силы, ощущая поток целебной энергии, радость переполняла ее, но тоска по Кайлу никогда не покидала.

— Если я стану сильнее, — размышляла она во время очередной тренировки, — я смогу узнать, что на самом деле произошло и почему он исчез. Епископ говорил о том, что наш свет должен защищать и направлять, и, возможно, мне суждено найти его снова.

Лера высоко подняла голову, ее глаза сверкали решимостью. Сегодня она решила тренироваться усерднее, чем когда-либо, зная, что каждый ее шаг к силе не только приближает ее к способности помочь другим, но и к надежде найти ответы на свои мучительные вопросы о Кайле.

— Я сделаю все, чтобы узнать правду, — шептала она, преодолевая усталость, стараясь выплеснуть свои чувства в каждое движение. После каждой тренировки она все больше ощущала свою значимость в этом новом мире, а золотистый свет, когда она оставалась наедине с собой, всегда напоминал ей о том, что она не одна. И несмотря на все сложности, она верила, что однажды снова встретит Кайла.

Королевство Элдория. Столица Элдрим. Королевский дворец.

В напряженной атмосфере замка короля Юстаса IV, где каждое слово и каждое действие имели значение, Тарен стоял перед своим отцом, Джеймсом, и представителями королевства Вальдрима. Он чувствовал, как влитая в сердца их сторонников решимость созидала атмосферу, полную ожидания.

— Вы не имеете права вмешиваться в нашу семью! — вскрикнул Джеймс, гневно пренебрегая попытками посланников выяснить его позицию. — Моя жена уже подверглась страданиям из-за вашего вмешательства, и я не позволю вам забрать моего сына!

Короля Юстаса охватило внутреннее смятение. Долгое время он был верным другом и защитником Джеймса и его семьи, а теперь он находился на распутье, где все слова не хотели находить требуемую весомость. В этот момент ему хотелось защитить Тарена, но всё же не удавалось отойти от долга короля и его народа.

— Я дам свое слово как король, — заявил Юстас уверенно, — Посланники, вы можете идти к черту и оставить моего подданного в покое!

Но вдруг, в дверном проеме появился Виктор Старк, директор магической школы, где учились Кайл, Лера и Тарен. Его невидимый авторитет словно заполнил комнату, когда он шагнул вперед с характерной утончённостью и спокойствием, однако ни одно сердце не могло игнорировать странность его присутствия в этот важный момент.

Виктор, подошел к Юстасу и что-то шепнул ему на ухо. Мгновение, когда его глаза встретились с глазами короля, дало понять, что его слова звучат для короля очень весомо.

— Вы правы, — произнес Юстас, его голос стал более расслабленным, — пусть Тарен отправляется в королевство Вальдрим.

Внезапно в зале царила недоуменность. Как так? С чего вдруг король, решил позволить увести Тарена в совершенно другое королевство? Джеймс, подавив в себе гнев, плотнее стиснул зубы.

— Почему, ваш величество? — воскликнул он, раздражённый словами, что вырвались из его горла. — Почему вы так поступаете?

Но, пока раздавались голоса возмущения, Виктор пожимал плечами, как будто его роль была всего лишь наблюдателем в этой гастроли человеческих страстей. Он знал, что подобные решения требуют доверия, и сам король не мог с ним не согласиться.

— Я верю в вашу судьбу, Тарен, — кивнул Виктор, когда тот направлялся в сторону дверей, окруженный посланниками. — У вашего деда есть что-то важное, что может изменить не только вашу жизнь, но и судьбу всего королевства.

Тарен повернулся к отцу, и, хоть тот продолжал разгорячённо протестовать, внутри него зажглось пламя надежды и стремления. Это решение было началом его пути к тому, чтобы стать кем-то большим.

— Я увижу своего деда! — воскликнул он, даже не чувствуя страха.

Королевство Вальдрим. Столица Стальслейв.

Спустя год Тарен, пройдя через бескрайние просторы и охваченные магией страны Фарена проливные дожди, благополучно добрался до королевства Вальдрим. Огромные каменные стены и величественные башни приветствовали его, и вскоре его встретил король Марк. Обычно неприступный и строгий, король был полон вежливости, но в его глазах горело негодование.

— Тарен, — произнес он, глядя на юношу с добротой. — Я рад, что ты здесь. Мы ждали тебя. У нас собрались не только ты, но и несколько моих сыновей и внуков. Это важно — все мы здесь ради одной цели.

Тарен кивнул, ощущая важность этой встречи. Все они собирались в доме старца, Вальда, легенды, который был живым свидетельством истории их династии. Наконец, они все направились туда — к просторному залу для медитации прародителя.

Как только они вошли в зал, старец Вальд открыл свои древние глаза. Он внимательно окинул взглядом всех присутствующих, которые стояли перед ним: некоторые из них были еще подростками, другие — уже взрослыми парнями около двадцати пяти лет. Старик, же, сосредоточил всё своё внимание на Тарене.

— Уйдите, — произнес он, отпуская остальных.

Комната наполнилась тишиной, когда все покинули зал. Наедине со старцем, Тарен почувствовал, как волнение витает в воздухе, а старец вдруг спросил:

— Готов ли ты понять суть вещей?

Тем временем.

За лесом Шепота Тишины, среди темных деревьев, встречались шаманы племени Хаоситов. Величественный правитель племени, Всадник Апокалипсиса, сидел на троне, образованном ветвями и камнями, его черная мантия развевалась, как тень. На его голове была корона с острыми шипами, отражающая свет лунного сияния. На его стороне сидел главный шаман, окруженный другими, все они прислушивались к владению и предсказаниям Вселенной. — Я чувствую его, — произнес правитель, его голос звучал как гром среди безмолвия, — носитель энергии Хаоса приближается. Он уже в Залире, и оттуда путь к нам не так далек. Шаманы, испытывая трепет, слушали его слова, понимая всю значимость происходящего. — Продолжайте заниматься подготовкой людей, — продолжал правитель, — время движется быстрее, чем когда-либо. Скоро бог-раздора вырвется на свободу, и я чувствую, что тень власти покидает наш мир. Слова правителя зловеще отозвались в сердцах собрания, и все шаманы, стремясь исполнять его волю, поспешили продолжить вырабатывать и реализовывать планы. Их обиталище мирно разделяло границы с королевствами, но вскоре они должны будут встретиться лицом к лицу с купающейся в хаосе судьбой.

Король Юстас-Лев IV

Джеймс Гарден

Глава 8 Тень Власти Часть 2

Страна Залир. Город Малог. Гильдия авантюристов. — Итак, раз мы все в сборе, может, наконец обсудим, какую миссию возьмемся выполнить? — в голосе Кайла зазвучала деловая уверенность, а прежние грустные мысли неохотно отступили. — Да, мы уже выбрали отличный контракт, и надеемся, ты не будешь против, — с улыбкой ответил Бренд. — Наша цель — отправиться на дальний горный хребет, прямо к границе леса Шёпота Тишины, — кратко сообщил Диего, постукивая пальцами по столу.

Кайл почувствовал, как волна дикого воодушевления мгновенно охватила его изнутри. Это было именно то, чего он так долго и преданно ждал! Лес Шёпота Тишины, где, по словам Старка, должно располагаться таинственное племя хаоситов, способных помочь ему обуздать и развить его силу Хаоса, — это был его главный шанс! — Тогда вперед! — воскликнул юноша, решительно вставая со стула, пока его глаза ярко сверкали надеждой. Команда дружно поднялась вслед за ним, охваченная предвкушением нового контракта.

Но в этот самый момент абсолютно никто из авантюристов не заметил, как Мия, слегка потирая предплечье левой руки под тканью мантии, с какой-то скрытой, глубокой тревогой взглянула в окно, а затем поспешила вслед за уходящим Кайлом.

Добравшись вместе с командой до самого подножия массивного горного хребта, авантюристы наконец остановились, чтобы перевести дух. Величественные, острые пики уходили высоко в серые облака, словно цеплялись за само небо, а плотный туман, струящийся по каменистым вершинам, придавал всему ландшафту мрачную загадочность. Ветер глухо шептал среди сухих деревьев, будто предостерегая чужаков о том, какая опасность ждёт их впереди.

Но вместо облегчения Кайла не покидало гнетущее ощущение тяжелой тревоги. Всё это время, пока они пробирались сквозь расщелины и преодолевали трудности долгого пути, его неотступно преследовал один и тот же ночной кошмар — странный сон, где первородная пустота поглощала Вселенную, и в ней шагало зловещее Существо в мантии из звезд. Юноша тяжело вздохнул и тряхнул головой, отчаянно пытаясь прогнать навязчивые мысли. — Мы справились, — сказал Бренд, шумно отряхивая дорожную пыль со своих тяжелых наплечников и задорно подмигивая парню. — Добрались до хребта, теперь можно со спокойной совестью приступать к самой миссии.

Кайл внимательно взглянул на команду — уставшие после тяжелого подъема, но довольные и собранные лица. Ощущение крепкого боевого единства приятно согревало сердце. — Кстати, может, расскажете уже в деталях, в чём заключается конечная цель нашей миссии? — спросил Кайл с легкой улыбкой, пытаясь окончательно развеять внутреннее беспокойство. — Наша задача — выследить скалистую змею, которая обитает в этих глубоких расщелинах, — начал объяснять Диего, аккуратно разворачивая старую карту прямо на своей ладони. — Нужно найти тварь и уничтожить её, чтобы извлечь редкие железы с концентрированным ядом. Судя по специфике заказа, наш наниматель — какой-то подпольный алхимик. — Но это может быть и не алхимик, — добавила Миранда, тихо рассмеявшись, пока её глаза сверкали в полумраке скал, как ночные светлячки, словно намекая — Ведь подобные железы при правильной обработке имеют отличные свойства афродизиака. — Что ж, тогда давайте двигаться дальше, — тихо, но невероятно твердо произнесла Мия. Её ровный голос был наполнен такой решимостью, которая казалась затишьем перед настоящим штормом.

Внимательно исследуя суровые скалистые окрестности, отряд вскоре вышел к узкому, угрюмому входу в глубокую пещеру, полностью погруженную в густую полутень. — Как думаете, это место подходит под её логово? — негромко спросил Кайл, не отрывая напряженного взгляда от зияющей темноты прохода. — Более чем вероятно, Кайл, — подметил Диего, с нарастающим профессиональным интересом осматривая следы на камнях перед пещерой. — Скалистые змеи в этих краях достигают по-настоящему крупных размеров. — Что ж, тогда надо проверить обстановку, — сказал Кайл, переводя взгляд на следопыта. — Ведь Диего — единственный среди нас, ну, кроме меня, конечно, кто может абсолютно незаметно пробраться внутрь и провести разведку. — Эх, опять вся грязная работа мне, — с лёгким вздохом, в котором смешались юмор и лёгкая осторожность, произнёс Диего, бесшумно растворяясь в темноте пещеры.

Через пару минут он стремительно вернулся назад, и его лицо было непривычно хмурым и бледным. — Тварь у себя в логове, — серьёзно сообщил следопыт, и его тихий голос прозвучал для команды как резкий удар грома в ясный день. — Но она... просто гигантских размеров. Метров пятнадцать в длину, не меньше. Чешуя толстая, как броня. Оценить точнее в темноте не получилось, но бой будет тяжелым. — Тогда нам нужен четкий, проверенный план, как противостоять такому монстру, — зафиксировал Кайл, ощущая, как адреналин мощной волной накатывает на сознание.

Немного посовещавшись, авантюристы разработали детальную стратегию боя. Воздух вокруг пещеры буквально зазвенел от предвкушения жестокой схватки. Каждый проверил свое оружие и магические резервы. — Тогда я начинаю?! — спросил Кайл, делая шаг к темному зеву пещеры. — Давай, Кайл, мы полностью готовы. За нами ты как за каменной стеной, — ответил Диего, и в его глазах разгорелась опасная решимость воина.

Подойдя вплотную к узкому входу, Кайл замер. Он выстроил дыхание, выровнял внутренние потоки и сконцентрировал магию Созидания, маскируя её под ревущее пламя, почти до самого предела своего резерва. Ладони юноши раскалились докрасна, а воздух вокруг него пошел рваными волнами от дикого жара. Кайл выкинул руки вперед и разом выпустил колоссальный, ревущий напор раскаленного добела огня прямо внутрь темной пещеры. Яркие огненные сполохи ворвались в логово, выкуривая тварь и выжигая кислород. Как только огненный поток иссяк, Кайл резко отпрыгнул назад, разрывая дистанцию. Скалистая змея не заставила себя долго ждать. Разъяренная невыносимым жаром, огромная тварь с оглушительным, леденящим кровь шипением буквально вылетела из пещеры, словно колоссальная живая гора из камня и чешуи. Её тело было покрыто толстыми, гранеными пластинами угольно-серого цвета, а огромная пасть с двумя рядами бритвенно-острых клыков исказилась в свирепом оскале.

Как только монстр наполовину выбрался наружу, Мия среагировала мгновенно. Она резко вскинула руки, и её магия правил сжалась в пространстве. Прямо из воздуха с тяжелым звоном соткались массивные магические цепи, сплошь покрытые причудливыми, светящимися фиолетовыми символами. Цепи намертво обрушились на голову и шею змеи, натягиваясь как струны и прижимая морду гадины к острым камням, не позволяя ей вертеться и использовать смертоносные клыки. Змея яростно взвыла, её чудовищный хвост с силой обрушился на скалы, выбивая гранитную крошку. — Держу! Долго не выстою, она слишком сильна! — сквозь зубы крикнула Мия, её пальцы дрожали от дикого напряжения, а рунные цепи начали покрываться мелкими трещинами под напором гиганта.

Бренд, издав яростный боевой клич, спрыгнул со скалистого уступа прямо на массивное тело бьющейся змеи. В его руках был тяжелый ростовой щит. С колоссальной силой он обрушил стальную кромку щита на чешую твари, пытаясь пробить её броню. Произошел оглушительный скрежет металла о камень — несколько чешуек разлетелись вдребезги, обнажая сочную, сочащуюся темной кровью плоть. Следом Бренд выхватил свой тяжелый палаш и со всей дури вонзил его в рану, отчаянно пытаясь разрезать змею надвое. Но скалистая тварь была невероятно живучей. Превозмогая боль, змея совершила дикий, судорожный рывок всем телом. Тяжелый удар хвоста пришелся прямо в щит Бренда. Раздался глухой, страшный удар — воина буквально сдуло с тела змеи, он отлетел на несколько метров и сильно ударился спиной о каменный валун, тяжело закашлявшись.

Цепи Мии с оглушительным звоном лопнули, разлетаясь фиолетовыми искрами. Свободная змея, брызжа ядом, резко взвилась вверх, готовая всей своей массой рухнуть на беззащитную девушку. — Назад! — закричал Диего, молнией проносясь мимо. Следопыт совершил безумный прыжок в воздухе. Его кинжалы, напитанные магией , тускло блеснули, и он точными, хирургическими ударами вонзил лезвия прямо в левый глаз гигантской твари. Змея издала истошный, оглушительный свист от разрывающей боли, её голова дернулась в сторону, промахиваясь мимо Мии всего на полметра. Диего ловко перекувырнулся по камням, уходя от ответного удара. — Кайл, жги её изнутри, чешую снаружи не взять! — тяжело поднимаясь на ноги, проревел раненый Бренд. Он с глухим стоном прижал свободную руку к ребрам — удар огромного хвоста не прошел бесследно. Воин тут же накинулся на змею увязывая ее в схватке. Мужчина тяжело задышал, сплевывая кровь на скалистую почву , но щита не опустил, намертво заклинив чудовище на месте. — Маг, твою мать, сейчас или никогда! — сквозь зубы прорычал Бренд, и его ноги начали медленно увязать в крошеве камней под диким напором раненой змеи.

Кайл среагировал мгновенно. Ярость и адреналин выжгли остатки страха. Универсальная магия Созидания внутри его тела забурлила, перестраиваясь в колоссальный, ревущий поток огня. Юноша рванулся вперед, сокращая дистанцию, и разом направил обе ладони точно в разорванную Брендом плоть на теле гадины.

Из его рук вырвался безумный, ослепительно-белый вихрь огня с черными искрами, который с ревом хлынул внутрь змеиного тела.

Тварь издала такой оглушительный, ультразвуковой визг, что у всех присутствующих из ушей брызнула кровь, а по сводам пещеры побежали глубокие трещины. Пламя выжигало монстра изнутри, иссушая его кровь и заставляя чешую лопаться, как перезрелые плоды.

Огромная слепая морда с окровавленной пастью взвилась над Кайлом, готовая рухнуть и раздавить его своим весом.

Но прямо из тени, словно соткавшись из самого воздуха, над головой змеи вырос Диего. Сделав глубокий выпад в воздухе, он с диким криком вогнал оба своих кинжала по самые рукояти точно в пустые глазницы твари, пробивая черепную коробку и заставляя клиноки войти в мозг.

Огромное тело скалистой змеи тяжело, с глухим грохотом рухнуло на землю, подняв колоссальное облако серой пыли и каменной крошки. Наступила звенящая, мертвая тишина, нарушаемая лишь тяжелым, хриплым дыханием уставшей команды. Миранда, тяжело дыша и шатаясь от истощения, аккуратно подошла к затихшей туше. Её пальцы дрожали, когда она с помощью своей магии крови точечно и ювелирно извлекла из горла змеи неповрежденные железы с редчайшим ядом и бережно убрала их в плотно закрывающуюся шкатулку. Хотя битва и закончилась их абсолютной победой, вся команда была вымотана до предела, словно они только что прошли через жерло вулкана. Кайл обессиленно опустился на колено, чувствуя, как мана внутри него опустилась почти до нуля, а кожа на руках зудит от перегрузки. — Это было... чертовски близко, — с хмурой ухмылкой выдавил Бренд, с трудом поднимаясь с земли при поддержке Диего и морщась от боли. — Да, мы действовали на пределе возможностей, — серьезно подметил Диего, вытирая кинжалы о чешую поверженного монстра. — Без щита Бренда и огня Кайла мы бы остались у этой пещеры навсегда. — Раз миссия выполнена, давайте убираться отсюда как можно скорее. Терпеть не могу разбивать лагерь рядом с трупом какой-нибудь гадины, — брезгливо вскрикнула Миранда, оглядывая заваленный обломками грот. — Возвращайтесь в Малог, отчитайтесь перед гильдией и заберите полную оплату, — твердо произнес Кайл, поднимаясь на ноги и поправляя свой амулет. В его глазах горела непреклонная решимость. — А я прямо отсюда пересекаю хребет и выдвигаюсь в лес Шепота Тишины. — Кайл, ты с ума сошел? Ты видел, какие твари тут водятся? — искренне встревожился Диего. — Хребет кишит опасностями, давай мы подлечимся и пойдем в этот проклятый лес вместе с тобой. Это слишком безумный риск. — Нет, — отрезал Кайл, качая головой. — Наш заказчик в гильдии не будет ждать, пока вы решите мои личные проблемы, да и к тому же я не собираюсь намеренно искать неприятностей.

Я пойду один. — Оставлять тебя одного после такого боя — самоубийство, — сурово произнес Бренд, держась за бок. — Пусть хотя бы кто-то из нас пойдет с тобой на всякий случай, чтобы прикрыть спину, пока ты не восстановишь ману. Кайл на секунду задумался, взвешивая все риски, и в воздухе повисло тяжелое напряжение. — Что ж, ладно. Если так... тогда я выбираю Мию, — спокойно произнес юноша. — Ого, Кайл, а что это ты так резко решил? — злорадно проговорила Миранда, хитро прищурившись и не веря своим ушам. — Парень и девушка одни в темном лесу? — Всё просто, Миранда, — аргументированно и холодно ответил Кайл, пресекая любые шутки. — У меня мощная атака магии огня, а у Мии — идеальная защита и сдерживание. Наши навыки дополняют друг друга. К тому же, если на хребте нам повстречаются патрули или чужаки, то в их глазах парень, гуляющий с девушкой, вызовет куда меньше подозрений, чем два вооруженных наемника, блуждающих среди скал. Хотя на самом деле Кайл руководствовался совсем другим — его обострившиеся инстинкты четко подсказывали, что эта тихая девушка Мия скрывает в себе силу, которая может превосходить всю их команду вместе взятую. — Что ж, ладно, убедил, логика дворянская, — с легкой уважительной усмешкой согласилась Миранда. — А саму Мию ты вообще спросить догадался? — Черт... — Кайл смутился, осознав, что от усталости действительно принял решение за нее. Он растерянно повернулся к девушке. Мия, которая всё это время стояла в тени пещеры, плавно сделала шаг вперед. На её лице расцвела мягкая, теплая улыбка, а глаза сверкнули странной, решимостью. — Я полностью согласна с Кайлом и считаю это единственным правильным решением, — ровным, уверенным тоном ответила она. Её спокойный голос мгновенно вернул Кайлу чувство контроля и умиротворения. — Раз всё решено, тогда удачи вам, ребята, — сказал Диего, крепко похлопав Кайла по плечу. — Берегите себя. А мы пошли завершать контракт.

Обменявшись крепкими прощальными рукопожатиями, Кайл почувствовал, что доверие внутри их маленького отряда стало крепче, чем когда-либо.

— Если ты передумала или боишься — ты всё еще можешь вернуться с ними в город, — тихо сказал Кайл, поворачиваясь к ней, хотя глубоко внутри понимал, что этот вопрос он задает скорее самому себе, проверяя собственную готовность. — Нет, Кайл. Мне невероятно интересно узнать, какие тайны скрывает этот лес, — с искренним энтузиазмом ответила Мия. Её голос прозвучал как свежий весенний ветер, наполняя юношу новой надеждой. — Тогда в путь, — выдохнул Кайл, и они начали тяжелый подъем на горный хребет.

С каждым шагом вверх они покидали знакомые, безопасные земли. Древний лес Шепота Тишины медленно распахивал перед ними свои огромные, зловещие объятия, приглашая чужаков прикоснуться к его мрачным тайнам. Густая темнота вековых деревьев нависала над ними, а блеклые солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотную листву, оставляя на камнях причудливые, увядающие узоры света и тени. Шум ветра в скалах напоминал заунывную мелодию, будто сама природа Планеты Бури просыпалась вместе с ними. — Ты когда-нибудь бывала в столь диких местах? — спросил Кайл, отчаянно пытаясь разрядить повисшее между ними напряжение пути. — Нет, — тихо призналась Мия, неторопливо шагая следом. — Но я много раз слышала древние мифы о лесах, которые способны сами разговаривать с теми, кто действительно готов слушать. Её вкрадчивый голос, полный скрытых интриг, звучал так, словно окружающая глухая чаща уже затягивала их в свои объятия. Кайл не мог не заметить, как внимательно её глаза выхватывали каждый шорох вокруг. Внезапно в его груди снова шевельнулся тот самый глухой страх из его ночных кошмаров, напоминая, что тёмные мечты могут ожить в его сознании. Юноша заставил себя собраться — он не имел права быть уязвимым, ведь впереди их ждало главное испытание. Словно чутко прочитав его внутреннее состояние, Мия внезапно остановилась и повернулась к нему, скрестив руки на груди. — Кайл, — твердо произнесла она, удерживая его взгляд. — Не беспокойся так сильно. Мы со всем справимся. Кайл молча кивнул в ответ, хотя сам еще не до конца верил, что эти простые слова способны вернуть ему хотя бы каплю прежней уверенности. Позади оставалась их верная команда и привычная жизнь, а впереди, за пеленой тумана, лежал серый, заброшенный лес, полный великих тайн и смертельной опасности.

Глава 9 Бог-Хранитель Часть 1

Когда Кайл и Мия успешно пересекли горный хребет, их взору предстал огромный лес древних деревьев. Этот лес, прозванный «Шепотом Тишины», окутывали тайны и страхи, столь глубокие, что даже ветра, проносящиеся сквозь его крону, казались говорящими.

Почему он получил такое название — было непонятно, но в старинных мифах и легендах упоминалось, как некогда он являлся пристанищем таинственной расы, поклонявшейся величественному дереву, подобному божеству. В те далёкие времена лес был живым, полным ярких цветов, нежных трав и мелодий множества птиц, щебечущих в кронах.

Сейчас же перед путниками простирался лишь тусклый серый лес, полностью потерявший былую красоту. Местами он утопал в болотах, и лишь редкие звуки нарушали тишину — вороны да лягушки оставались верными его обитателями.

Именно в этом заброшенном царстве находилось племя хаоситов, куда Кайлу и нужно было попасть, чтобы обуздать магию Хаоса. Директор говорил, что в лесу таится загадочное существо, которому поклоняются местные жители. Оно способно помочь с силами Кайла, хотя, по его словам, оно могло быть далеко не таким, каким кажется на первый взгляд. Кайл и Мия немного углубились в чащу, и когда угрюмое солнце начало заходить за горизонт, они решили разбить лагерь. — Мия, разведи пока костер, из веток поблизости, а я пойду поищу что-то покрупнее для поддержания костра, а за одно осмотрю окрестности, — сказал Кайл, направляясь вглубь леса, где темнота уже начинала плотно оплетать стволы деревьев. — Кайл, будь осторожен, не заходи далеко! — крикнула ему вслед Мия, и её голос звучал с явной тревогой. Девочка слегка потерла запястье левой руки и со страхом подумала про себя: «Иначе меня жестоко накажут, если с тобой что-то случится».

Кайл немного улыбнулся про себя, зная, что она была так заботлива. После кратких мыслей о её беспокойстве он пошёл дальше, поначалу останавливаясь, чтобы оглядеться. Отойдя от лагеря на расстояние около пятисот метров, юноша замер, собрал мысли и начал действовать. Направив магию Созидания в руки, он отчетливо ощутил её силу. Юноша трансформировал эту энергию, бережно придавая ей форму защитного барьера. Кто знает, что может ожидать их в этом зловещем лесу, поэтому было лучше подготовиться заранее.

С тех пор как Кайл начал ощущать внутри себя магию Созидания, она значительно развилась и, казалось, усиливалась с каждым днем.

Ему удалось создать барьер, охватывающий радиус в пятьсот метров вокруг их лагеря. Словно надежный оберег, этот щит мгновенно заполнил его душу спокойствием. Но когда Кайл закончил его формирование, его поразило то, что барьер точь-в-точь напоминал тот купол, который привиделся ему в небе, когда он вышел на улицу после прощания с Лерой.

Задумавшись, юноша достал из-под одежды амулет. За время долгого пути тот сильно изменился. Ржавое железо, каким оно было в изначально, превратилось в аккуратное, очистившиеся серебро. Директор Старк говорил, что этот амулет напрямую связан с отцом Кайла, который предположительно, находится в королевстве Вальдрим. Возможно, изменения в амулете произошли именно потому, что сейчас парень находился ближе к этому королевству, чем когда-либо прежде. Подумав об этом, Кайл вдруг резко остановился: отчетливый, рваный шорох в глубине леса мгновенно привлёк его внимание. — Эй, кто здесь? — громко выкрикнул он, уже вовсю готовя магию огня в своих ладонях и подготавливаясь к возможной угрозе. В лесу мертвой хваткой повисло тяжелое напряжение, словно даже сама природа замерла в ожидании столкновения.

В то время как Кайл и Мия пересекли горный хребет.

В самом сердце серого леса, подобно древнему, грозному стражу, стояла мрачная башня, похожая на огромный дуб, высоко возвышающаяся среди крон вековых деревьев — она казалась несокрушимым доспехом, охраняющим секреты давно забытых времён.

Внутри этой башни, за массивными, искусно украшенными резьбой дверями, Всадник Апокалипсиса размеренно восседал на своём деревянном троне. Он выглядел величественно и пугающе, а его тяжелые одеяния переливались темными оттенками, отражая красоту вечернего неба, окутанного яркими лучами заката. Свет с трудом пробивался сквозь витражи, рисуя на его лице танец призрачных, длинных теней, а корона, украшенная редкими камнями, играла бликами, как звёзды, пробуждающиеся к ночи. Внезапно гнетущую тишину нарушил резкий треск дерева, когда Всадник тяжело встал со своего престола, и его высокая фигура, окутанная мраком, заполнила зал. Его голос, скрипучий, как скрежет коры , и мощный, словно удар кузнечного молота, эхом разнесся по стенам: — Фермино, немедленно позови моих следопытов! Гости наконец-то добрались до наших земель. Надо проводить их, чтобы они случайно не забрели куда не следует.

Старый дворецкий Фермино быстро вскинул голову, и его лицо исказилось от преданного почтения: — Будет исполнено немедленно, господин! — с готовностью ответил он и поспешил выйти из зала, пока его торопливые шаги эхом отдавались в пустоте коридоров.

Тенистый зал вновь окутался глухой тишиной, едва нарушаемой шорохом одежды под ногами Всадника. Он медленно вернулся на трон, и его мысли снова погрузились в глубокие раздумья. Он молча смотрел в застывающий свет заката, который постепенно смыкал свои объятия, и в его уме взыграли тревожные, тяжелые мысли: «Почему события давно ушедших лет до сих пор терзают меня?».

Этот вопрос, словно холодный туман, плотно окутал его сердце, и во мгле этих раздумий Всадник тайно надеялся на то, что странники принесут с собой ту самую надежду, которую его израненная душа отчаянно искала все эти века.

Окраина леса «Шепот Тишины». — Кто здесь? Выходите! — твердо крикнул Кайл, и его голос звучал уверенно, хотя внутри неосознанно поднималась тревога. — Не атакуй, гость! — раздался спокойный ответ из чащи. Из-за густых деревьев плавно шагнул мужчина с блестящими в лучах заката металлическими кинжалами на поясе. — Мы здесь исключительно для того, чтобы сопроводить тебя и твою подругу к нашему господину, — продолжил он, выходя из тени наряду с другим мужчиной, облаченным в точно такую же прочную кожаную броню. Кайл сосредоточил магию огня в руках, но атаковать не спешил. — Так вы из племени хаоситов? — поинтересовался он, внимательно оценивая незнакомцев. — Да, путник. Мы из племени, и наш владыка лично послал нас, чтобы безопасно провести вас к нему. Он очень ждет вас, — ответил один из следопытов с абсолютной ясностью в голосе. — Хорошо, тогда вернемся в лагерь за моей подругой и вещами, — сказал Кайл, оставляя место для их согласия. — Кстати, а как вас зовут? — поинтересовался он, пытаясь до конца разобраться в их истинных намерениях. — Меня зовут Серанис, — вежливо ответил первый. Он был невысоким мужчиной средних лет, с аккуратными седыми висками, что придавали ему вид опытного воина. — А меня зовут Амеранис, — представился второй, чей моложавый облик говорил о том, что расцвет его жизни только начинался. — Меня зовут Кайл, — сказал юноша, тоже решив представиться. — У вас довольно похожие имена, — подметил он очевидную связь. — Да, мы родные братья. В нашей семье абсолютно у всех мужчин имена заканчиваются на «-нис», — с легкой улыбкой произнес Серанис, и в его глазах отразилась гордость за свой род. — А как вы прошли через мой барьер? — с живым любопытством спросил Кайл, вспомнив о недавно созданной преграде. — Барьер? — оба мужчины удивленно переглянулись. — Похоже, ты установил его уже после того, как мы оказались в его пределах, — с улыбкой пояснил Амеранис, идя в ногу с братом. После прояснения этого момента они дружно направились обратно в лагерь.

В лагере.

Подходя к месту стоянки, путники почувствовали удивительный, сочный аромат жареного мяса и свежих трав, который мгновенно пробудил голод, спрятанный где-то глубоко внутри. Кайл увидел Мию, и на её лице отчетливо читалась настороженность. — Кайл, кто это с тобой?! — громко выкрикнула она, уже вовсю готовя магические цепи, которые угрожающе замерцали в её руках. — Все в порядке, Мия, отмени магию! — уверенно произнес юноша. — Это наши надежные провожатые, владыка племени хаоситов послал их, чтобы провести нас к поселению. Услышав это, Мия мгновенно успокоилась и, развеяв магию, плавно села у костра, наблюдая за гостями с любопытством. — Тогда давайте скорее перекусим! Не пропадать же такому добру! — весело предложила она, приглашая всех присесть у пылающего огня, где сочные кусочки мяса уже аппетитно золотились, наполняя воздух потрясающими ароматами.

Не смея отказаться от столь заманчивого предложения, мужчины сели, и вскоре дружеский смех и разговоры шумно зазвучали вокруг костра, создавая теплую атмосферу единения в этом загадочном лесу. Закончив с едой и наскоро собрав вещи, они вместе с двумя следопытами уверенно направились вглубь леса, к племени, которое должно было раскрыть им свои главные тайны.

Продвигаясь в самую глубину леса, следопыты внезапно резко остановились, и один из них, Серанис, повернулся к ребятам с серьезным выражением лица. — Стойте, прямо здесь проходит граница земель нашего племени, — произнес он твёрдо и отрывисто. — Она надежно огорожена невидимым барьером. Сейчас мы откроем безопасный проход и продолжим путь.

С этими словами Серанис вместе с братом принялся синхронно выполнять замысловатые пассы руками. Кайл внимательно наблюдал, как они складывали пальцы в сложные жесты, а воздух вокруг наполнился рваной, напряжённой энергией. Вдруг юноша отчетливо ощутил, как по их рукам плотным потоком потекла магия Хаоса. Это было что-то совершенно необычное — энергия не была разрушительной, как его собственная магия, она была извивающейся, текучей и непостоянной. Если магия Кайла представляла собой яростную бурю, гремящую среди штормовых облаков, то их магия выглядела как полноводная лесная река, бурлящая, но устремлённая в одном четком направлении.

Закончив работу с барьером, Амеранис встряхнул руки и, расправив плечи, изрек: — Готово! Пойдём быстрее, пока проход снова не замкнулся.

Они быстро двинулись дальше, стараясь успеть до того момента, как магия снова восстановит купол. Вдруг Кайл не смог сдержать своего любопытства: — Почему здесь установлен столь плотный барьер? Чего именно вы опасаетесь?

Серанис, повернувшись к нему с загадочной ухмылкой, ответил: — То, что мы вас благополучно провели, значит, вы их просто не встретили. Но на самом деле в этом лесу водятся очень опасные твари, которые обитают исключительно в этих краях.

С каждым новым словом он лишь сильнее подогревал интерес юноши. Прошагав немного дальше, их взору открылось величественное деревянное строение — огромный забор с массивными воротами, украшенными искусной, сложной резьбой. Именно за ним и располагалось это таинственное племя. Группа замерла на месте: в самом центре поселения высилась колоссальная башня, напоминавшая могучий древний дуб, который выглядел как истинный вековой хранитель всего леса. — Вот мы и добрались, — с улыбкой произнёс Серанис, глядя на уставших путников. — Вау, как красиво! — восхищённо воскликнула Мия, с любовью разглядывая сочную зелень и цветы, окружавшие жилые постройки. — Здесь так полно жизни, не то что во всем остальном мертвом лесу! — Да, это поселение выглядит очень умиротворённо, — искренне добавил Кайл, будучи под сильным впечатлением от увиденной атмосферы. — Поспешим! Владыка уже ждёт вас, — быстро проговорил Амеранис, явно желая поскорее завершить миссию.

Не успев до конца насладиться великолепием окрестностей, Кайл и Мия послушно последовали за проводниками, направляясь вглубь поселения навстречу своему загадочному господину.

В момент открытия прохода в барьере племени. — Гости благополучно прибыли в племя, господин, — почтительно произнёс дворецкий Фермино, склонившись перед престолом в глубоком поклоне. — Да, я сам почувствовал, как открылся проход в барьере, — ровным тоном проговорил Всадник Апокалипсиса, и его голос звучал с такой силой и глубиной, словно сами деревья леса замирали, прислушиваясь к его словам. — Пусть наши слуги всё организуют как надо. Не пристало мне встречать гостей с пустым столом.

Словно повинуясь его невидимой команде, в воздухе зала мгновенно замелькали тени слуг, спешащих выполнить волю своего господина.

Кайл

Мия

Глава 10 Бог-Хранитель Часть 2

Просторный зал встречал Кайла и Мию благодатным облаком прохлады. Слуги, словно бесшумные тени, спешили мимо, и каждый из них был одет в нарядные ливреи, отливающие золотом. Воздух наполнял терпкий аромат свежесрезанных цветов, а музыка где-то вдали, подобно шёпоту, нежно доносилась до ребят, словно приглашая в мир подлинного волшебства. — Это просто великолепно! — восхищенно воскликнула Мия, открыв рот от изумления. Её глаза горели, как звёзды, увлеченно вглядываясь в искусные фрески и живописные картины, на которых были детально запечатлены сцены из древних легенд. — Да, я никогда не ожидал, что башня, снаружи похожая на старый дуб, внутри будет такой изысканной, — ответил Кайл, по-прежнему находясь в приятном шоке от зрелища, которое располагалось вокруг. — Вы ещё успеете как следует осмотреть башню, — прервал их мысли Серанис. Он говорил с лёгким налётом уверенности, шаги его были размеренными, а голос звучал, как тихий, мерный поток воды. — Господин уже ждёт вас. Он быстро повёл ребят к самому центру зала, и стены, казалось, начинали оживать с каждым их шагом. — Станьте прямо в этот круг, — сказал Амеранис, вставая рядом со своим братом. Его голос звучал с лёгким трепетом, как майский ветер.

Когда Кайл и Мия подошли ближе, в их поле зрения оказался идеальный круг из магических рун, аккуратно расположенных на ковре, обрамлённом изящными узорами. Его мягкое сияние тихо манило к себе, как свет далекого маяка в ночи. Обменявшись взглядами, полными вопросов и немого ожидания, Кайл и Мия одновременно шагнули в круг. В тот же миг всё вокруг мгновенно померкло, и звуки полностью растворились, оставляя ребят наедине с тёмной бездной, где их страх смешивался с жгучим волнением.

Когда перед глазами всё померкло, в груди воцарилось тяжелое, тревожное давление, словно невидимая рука с силой сжимала сердце. Кайл инстинктивно покрепче сжал руку Мии, пытаясь успокоить её, но в то же время сам отчаянно искал опору, ощущая, как липкий страх переполняет сознание.

Внезапно, словно всё это было лишь мгновенным сном, яркий свет вновь озарил их глаза. Путники обнаружили себя в длинном коридоре, прямо перед великолепными резными дверями, выполненными с потрясающей, ювелирной тщательностью. Каждый изгиб и узор на них казался безмолвным рассказом о древних временах, полных великой магии и загадок. — Это личный зал нашего господина. Проходите, он ждёт вас, — спокойно произнёс Серанис, указывая рукой на двери. Его голос звучал с привычной уверенностью, словно он не раз уже выполнял этот ритуал. — А вы разве не пойдете с нами? — удивленно спросила Мия, и её голос слегка дрожал от любопытства и подступающего беспокойства. — Нам не дозволено входить туда без личного приказа, — ответил Амеранис, отводя взгляд, как будто в его словах таился скрытый, мрачный смысл. — Увидимся, — бросил в завершающей реплике Серанис, неторопливо уходя вместе с братом обратно к переходу. Звуки их шагов постепенно полностью затихли, оставив ребят наедине с таинственной, гнетущей атмосферой коридора.

Подойдя вплотную к двери, Кайл обернулся, чтобы взглянуть на Мию. В её глазах, полных ожидания и волнения, отражалась абсолютно та же тревога, что бушевала в его собственном сердце. — Ну что, ты готова? — тихо спросил он, чувствуя, как сердце стучит в унисон с её прерывистым дыханием. Острое предвкушение полностью наполняло этот момент. — Да, — ответила девочка, и её голос прозвучал решительно, словно шепот ветра. — Мне очень хочется поскорее узнать, что именно ждёт нас за этой дверью.

Войдя в зал, ребята мгновенно столкнулись с обволакивающей атмосферой, словно тяжелая тень спустилась к ним прямо с небес. Напротив широкой двери раскинулся просторный зал, но, вопреки ожиданиям Кайла, он не был светлым и утонченным, как тот, в который они вошли в самом начале башни. Здесь царил плотный мрак, вселяющий подсознательную тревогу. Тяжелые витражи, украшенные причудливыми узорами, пропускали внутрь только тонкие лучики лунного сияния, едва касающиеся пола, словно стараясь избежать встречи с темнотой комнаты. На большом, роскошном столе, обитом бархатом, тускло горели свечи, от которых во все стороны танцевали капризные, длинные тени, скользящие по стенам.

Во главе стола стоял огромный трон, вырезанный из древнего темного дерева и монолитного камня — казалось, его подняли прямо из самых глубоких недр этого мира. Слева от него, у самого окна, находился Он — то самое загадочное Существо, о котором Кайлу поведал директор Старк. Оно стояло спиной к вошедшим, под два метра ростом, полностью окутанное тяжелой черной мантией, напоминающей ночной туман. На его голове величественно раскинулась корона из темной стали, обрамленная длинными острыми шипами, которые зловеще отражали причудливые блики луны в зале.

Как только Всадник медленно повернулся к ним, Кайл и Мия ощутили колоссальное, парализующее давление. Страх, дикая тревога и неизъяснимое чувство подступающего безумия пронзили их тела, словно ледяные иглы, пробирающиеся до самых костей.

У Мии инстинктивно подкосились ноги, и она с глухим звуком рухнула на деревянный пол. Видя это, Кайл мгновенно активировал магию Созидания внутри своего тела, ощущая, как чистая энергия наполняет его решимостью противостоять давлению. Он поспешил достать из кармана то, что дал ему директор перед уходом. Юноша отчетливо вспомнил слова Старка: «Вот это карманные часы. Как только ты отдашь их Ему, он не станет совершать необдуманных действий».

Парень быстро подбежал к Всаднику, упав перед ним на одно колено, и, стараясь изо всех сил подавить парализующий страх, вытащил из кармана часы. — Господин Всадник Апокалипсиса, примите этот подарок от моего учителя, — твердо произнёс он, хотя его сердце билось с невероятной, бешеной силой.

Когда Всадник приблизился, Кайл ощутил новую, сокрушительную волну ментального давления, от которой не смог устоять на одном колене и, не в силах противостоять чужой воле, буквально ударился лбом о деревянный пол. Но, как только Сиэльданис плавно взял карманные часы в свои руки, всё колоссальное давление резко, в один миг прекратилось.

В это же мгновение зал озарило мягкое, теплое сияние канделябров на потолке, и зловещая тревога, нависшая над ребятами, вдруг окончательно рассеялась. — Хм, так ты, значит, от Старка, — с пугающей, тонкой улыбкой произнёс Всадник, и его голос звучал, как шёпот ветра в кронах. — Что ж, присаживайтесь за стол, дорогие гости.

В памяти Кайла тут же всплыл их разговор с директором: «А что это за часы такие, что правитель целого племени хаоситов примет меня как гостя?» — не удержался тогда юноша от вопроса. «Эти часы я сделал лично, своими руками, — ответил ему Старк, и его губы искривились в уверенной ухмылке. — Они далеко не простые, но ты сам не сможешь ими воспользоваться. Зато, если расшифруешь гравировку на крышке, сразу узнаешь, к кому именно ты идёшь». Кайл слушал его тогда с замиранием сердца.

Наконец, когда Всадник плавно опустился на свой престол и начал внимательно разглядывать механизм, в тишине зала отчетливо прозвучали слова, вырезанные на часах:

«Пусть ход твоего времени никогда не останавливается, последний лорд Сиэльданис, Бредущий в Тенях. С уважением, покоритель времени, Виктор Старк».

Сев за стол, Кайл вместе с Мией с затаенной тревогой глядели на Всадника. Атмосфера в зале снова постепенно сгущалась, словно длинные тени, исходящие от свечей, пытались заполнить собой каждый свободный угол, создавая невидимое мрачное напряжение. — Ну что же, гости, раз вы проделали столь долгий путь и пришли ко мне, то выкладывайте прямо, что именно вам нужно! — со скрипучим, сухим звуком начал Всадник, и его слова звучали как шёпот исчезающего ветра.

Немного помявшись, Кайл решил прямо взглянуть в его темные глаза, полные вековых тайн, а затем многозначительно перевёл взгляд на Мию, давая Сиэльданису понять, что хочет поговорить с ним строго наедине. В зале стояла такая звенящая тишина, что даже шорох их дыхания казался оглушающим. — Так вот оно что... Понятно, — спокойно сказал правитель племени, и его лицо осталось абсолютно бесстрастным и таинственным. Затем он сделал несколько лёгких, мерных хлопков ладонями, и, как по мановению волшебства, Мия мгновенно исчезла со своего места. Кайл почувствовал, как его сердце буквально обмерло от ужаса, испугавшись, что могущественный Всадник мог неправильно истолковать его жесты. — Нет! Что вы сделали?! Зачем вы уничтожили её?! — в панике закричал юноша. Слёзы инстинктивно навернулись на его глазах, а первородная ярость закипела внутри, как лавина, готовая сорваться с обрыва. — Успокойся, парень, — твёрдо и ровно произнёс Бредущий в Тенях. — Она сейчас в полной безопасности, в гостевой комнате, где её накормят наши служанки и помогут с принятием ванны. Она ведь девушка, а вы, как я вижу, очень давно находитесь в путешествии.

Его слова звучали так спокойно, словно это было само собой разумеющимся действием, полностью опровергая все страшные догадки юноши. Кайл сильно смутился, понимая, что его эмоции снова выходят из-под контроля. — Простите, я не понял ваших истинных намерений, — неловко произнёс он, стараясь успокоить нервы и вернуть разум в привычное русло. — Оставим это, — отмахнулся Сиэльданис, и его голос стал более строгим, деловым. — Итак, зачем именно ты здесь? — Господин Всадник, я пришёл к вам по личному совету Виктора Старка, чтобы научиться полноценно контролировать свою магию Хаоса, — твердо сказал Кайл. Юноша вскинул ладонь вверх, демонстрируя буйство и непостоянство своей темной энергии — черные искры и рваная тьма послушно затанцевали над его пальцами. — О, это действительно очень занятно, — протянул Сиэльданис, и на дне его глаз вспыхнул искренний интерес. — У тебя невероятно необычная магия Хаоса, она...

Внезапно его речь была грубо прервана. Дверь зала с грохотом распахнулась, и внутрь вбежал слуга с абсолютно перепуганным, бледным лицом. — Господин! Что-то зловещее прямо сейчас пытается силой прорвать внешний защитный барьер племени! — в панике прокричал он, и его голос дрожал от неведомого, дикого ужаса.

Сиэльданис, словно мгновенно преобразившись в грозного воителя, в один миг вскочил со своего трона и стремительно подошёл к окну. Его лицо стало смертельно сосредоточенным, когда он начал что-то внимательно высматривать в густой тьме, заполняющей пространство за пределами башни. Кайл мгновенно задумался о том, не являются ли эти зловещие создания теми самыми опасными тварями, о которых на хребте упоминали братья-следопыты...

В то время как Кайл и Мия шли по узким тропам к племени.

Тем временем в Королевстве Элдория, в самом сердце столицы, неподалеку от величественного собора, который славился своим золотистым куполом, царила совершенно иная атмосфера. В просторном и сияющем подземном зале, залитом мягким светом тысяч свечей, на высоком золотом троне восседал объект поклонения всех адептов — Людской Бог Света Люци. Его величественная фигура с каждым движением излучала колоссальную тяжесть силы и Власти. Однако выражение его лица было удручающим, как будто все радости этого смертного мира не могли его взбодрить. Он поглощал изысканные яства с явной жадностью, словно пытался насытить не только тело, но и саму душу. — Эх, надоело абсолютно всё! — раздраженно проворчал он, откидываясь на спинку престола и прикрывая глаза.

Его мощный голос звучал как громкий, раскатистый рев, наполняя зал эхом, которое вибрировало от стен собора. — Эй, немедленно позовите ко мне епископа Одальрика! Пусть подробно расскажет, как продвигаются дела в нашем ордене, — властно приказал он замершей прислуге. — Сейчас же всё будет исполнено в точности, о Господь! — испуганно ответил один из слуг, быстро опускаясь в лёгком поклоне и поспешив за епископом по мраморным полам. — Ах да! — добавил Люци вдогонку, и его тон стал чуть мягче, но всё же оставался непреклонным. — Пусть он обязательно возьмет с собой ту самую девчонку. — Конечно, конечно, мой великий господин! — мгновенно ответил слуга, исчезая в проходе. Свет в зале на миг зловеще замерцал, послушно отражая переменчивое настроение своего Бога.

Заканчивая очередную изнурительную тренировку на полигоне, Лера собиралась пойти умыться, искренне наслаждаясь приятным ощущением физической усталости и удовлетворения. Как вдруг к месту её отдыха тяжело прибежал один из молодых послушников церкви. — Госпожа Лера! — его голос звучал со всей очевидной спешкой, и девочка сразу поняла, что произошло что-то важное. — Сам господин епископ срочно зовет вас! Немедленно идите за мной, он сейчас ждет вас в главном соборе!

Лера немного удивилась такой спешке и попыталась возразить сквозь навалившуюся усталость: — Но я же только что закончила тренировку. Давай я хотя бы быстро умоюсь и переоденусь, прежде чем идти в святыню. — Нет времени, — отрывисто ответил послушник, даже не пытаясь скрыть глубокую тревогу в голосе. — Срочно идите к епископу, господин Одальрик ждёт вас прямо сейчас!

В полном недоумении Лера направилась к собору, судорожно пытаясь понять, что могло вызвать такую экстренную спешку. Когда она вошла внутрь, её встретил сам епископ Одальрик с выражением лица, полным странной, глубокой серьезности — словно он знал нечто такое, чего ей знать пока не полагалось. — Лера, хотя, на мой личный взгляд, для этого ещё слишком рано... но ты обязана прямо сейчас беспрекословно следовать за мной, — проговорил Одальрик с глухим чувством безысходности, которое заставило сердце девочки забиться в два раза быстрее.

Не понимая, что происходит, она всё же послушно пошла за ним. Они миновали тёмный нижний ярус собора и оказались в глубоком подземном коридоре, о существовании которого Лера ранее никогда даже не слышала.

С легким трепетом в голосе она тихо спросила: — Господин епископ, а куда именно мы сейчас идём? Я не знала, что под нашим собором есть этот подземный проход. — Не переживай, дитя, всё хорошо. Когда мы доберёмся до места, ты сама всё поймёшь, — согревающий улыбкой ответил Одальрик, аккуратно успокаивая её тревоги. Его уверенный тон немного унял её внутренние страхи.

Наконец, они добрались до искусно украшенных огромных дверей, сложная резьба на которых таинственно сверкала в полумраке, словно далекие звезды. — Какая невероятная красота... Что это за тайное место? — спросила Лера с искренним восхищением, и её голос эхом нарушил вековой мрак и затишье, которые окутывали этот коридор. — Сейчас ты сама всё и узнаешь, — загадочно произнёс епископ, плавно открывая одну из тяжелых створок.

Внезапно ослепительный поток света ворвался в её глаза, сверкая и заставляя зажмуриться. На секунду Лере показалось, что она полностью ослепла от этой вспышки. Но вот зрение снова вернулось к ней, и то, что она увидела перед собой, девочка запомнит на всю свою жизнь.

Перед ней открылся огромный, монументальный зал, изысканно украшенный невероятным богатством и роскошью. А в самом его центре, словно живое воплощение абсолютной силы и величия, величественно восседал гигант на золотом троне. Его светлые, аккуратно уложенные волосы блестели под свечами как настоящие солнечные лучи. — О, Господь! Я здесь по вашему первому зову! — в священной молитве мгновенно упал на колени епископ Одальрик, и его голос звучал с глубоким благоговейным трепетом.

Осознав всю колоссальную серьёзность момента, Лера тоже послушно опустилась на колени рядом с ним. Она благоговейно сложила ладони в знак молитвы, сведя их вместе, а затем опустив кончиками пальцев вниз и чуть наклонив голову. Её сердце до краев наполнилось трепетом и священным страхом перед божеством.

В этот момент время для неё словно полностью остановилось, и оставалось лишь безмолвно молиться, полностью поддаваясь величию взирающего на них Господа. — Я позвал тебя для того, чтобы ты подробно рассказал, как продвигается работа с нашим новым орденом, — громогласным, раскатистым во все стороны голосом начал Господь, обращаясь к епископу Одальрику. Его слова звучали как чистые звуки грома, наполняя зал величием. — Но сначала мне искренне интересно посмотреть на эту девочку.

Его пронзительный взгляд, словно направленный луч солнца, вдруг упал прямо на Леру.

Девочка в шоке и полном недоумении посмотрела на епископа, отчаянно ища ответы на вопрос, что происходит. Её сердце забилось быстрее, когда она увидела, как выражение лица Одальрика металось между волнением и гордостью. — Выйди вперёд и представься Его Святейшеству, Богу Люци, — тихо прошептал ей на ухо епископ, и в его голосе звучала непреклонная настоятельность.

Собравшись со всеми силами и преодолев секундное замешательство, Лера уверенно поднялась и направилась прямо к золотому трону. Каждый шаг казался ей бесконечно долгим, словно она проходила через плотный туман. Не доходя до ступеней престола ровно тридцать шагов, она остановилась, снова благоговейно сложила руки в молитве и, сделав глубокий вдох, представилась: — О, Господь... Лера Тонт пришла по вашему первому наказу. — Тонт, Тонт... Да, хорошая, сильная фамилия, — отозвался Люциус, и его голос звучал как глубокая мелодия, полная интереса. — А известно ли тебе хоть что-то о твоей фамилии или, быть может, о твоем покойном отце? — с интригой спросил Бог, и его глаза, сверкающие как далекие звезды, внимательно впитывали каждое её движение. — Прошу прощения, Господь, но я была слишком маленькой, когда отец умер, и я оказалась в приюте Негари. Единственное, что я точно знаю — это то, что он был простым кузнецом, — с явной тревогой проговорила Лера, панически опасаясь разочаровать Его Святейшество своим ответом. — Ха, то есть ты до сих пор ничего не знаешь? — со смехом прокомментировал Люциус, и в его словах прозвучала неожиданная, смягчающая нотка. — Одальрик, почему ты до сих пор ей ничего не рассказал? — грозно взглянул Люциус на епископа, словно тот допустил тяжелую, непростительную оплошность. — Ваше Святейшество, нижайше прошу прощения, — испуганно склонился Ольдрик, и его голос был полон искреннего раскаяния. — Я лишь хотел сказать ей всю правду тогда, когда её тело и разум будут окончательно готовы к этому бремени.

— Ха, готова? — усмехнулся Бог, и его наклоненная голова придавалась веселому настроению. — Она впитывает моё благословение Света как губка, Одальрик. День ото дня её личная магия растёт как на дрожжах.

Лера сильно встревожилась при этих словах. Ей-то казалось, что каждодневное увеличение силы связано исключительно с её собственными титаническими усилиями, тренировками и желанием стать сильнее, чтобы в будущем снова встретить Кайла. Она отчаянно не хотела оставаться позади. Девочка прекрасно помнила, как во время проверки в школе у неё было значительно меньше маны чем у Кайла. — Девочка, я лично поведаю тебе всю правду о твоём отце и о твоей редкой силе, — произнёс Люциус мощным, торжественным голосом, и его слова буквально заворожили её.

— Твой отец имел необычно сильное благословение Света. Настолько мощное, что оно попросту не вмещалось в его человеческое тело и постепенно разрушало его изнутри. С сожалением начал Господь, и его взгляд стал полон сострадания. — Но он не отчаялся, а нашёл гениальный путь облегчить это бремя силы. Он начал ковать. Не просто обычные мечи, а священные клинки, наделённые благословением Света. Так он выплёскивал излишки разрушительной силы из своего тела, и благодаря этому стал одним из лучших священных кузнецов нашей церкви, — с глубоким уважением произнёс Бог, и абсолютное спокойствие его голоса наполнило подземный зал.

— Но из-за того что он слишком поздно начал ковать, тело всё же не выдержало, и в итоге он умер, — с тоской закончил Люциус. Горькие, горячие слёзы потекли по щекам Леры. Чувство внезапной утраты и великого восхищения сжались в её сердце, игриво смешиваясь друг с другом. — Вот, возьми этот меч, это его самая последняя, лучшая работа. Взгляни на гарду, — сказал ей бог, плавно протянув изящный меч в ножнах.

Когда Лера бережно взяла оружие в руки, её глаза расширились от изумления: ножны были искусно сделаны, рукоять гордо возвышалась из красивой породы древесины с тончайшей резьбой, а на гарде были четко выгравированы два слова: «Сильная и жизнерадостная».

Прочитав их, девочка с решимостью поспешила достать клинок. Внезапно плотный поток теплого, золотого света окутал весь подземный зал, и узоры на мече сплелись, постепенно образуя четкое название «Вразумитель» на самой середине стального клинка.

Но как только Лера решила убрать меч назад в ножны, наверху, со стороны столицы, прогремел мощный, оглушительный взрыв. Огромный толчок с ревом пронесся по подземному залу, сокрушая каменные своды пространства, как будто сама земля Планеты Бури отзывалась на страшные изменения вокруг.

— Не отпускай этот меч! Сейчас он тебе как никогда пригодится, — громогласно провозгласил Бог Люциус, и в следующее мгновение Он мгновенно исчез в ослепительной вспышке золотого света, оставив после себя лишь пустой трон. Его отсутствие как бы застывало в воздухе, создавая четкое ощущение, что сам свет навсегда покинул этот зал.

Всадник Апокалипсиса Сиэльданис

Лера Тонт

Глава 11 Бог-Хранитель Часть 3

Королевство Вальдрим. Столица Стальслейв.

Величественное поместье прародителя раскинулось на холме, его стены, выложенные вековыми камнями, казались вечными. Утреннее солнце пробивалось сквозь густую листву деревьев, окрашивая фоновые пейзажи золотом, а ветви нежно шептали о древней мудрости. Тарен Гарден сидел, глубоко погруженный в свои мысли, и пытался всеми силами постичь суть вещей и секретную технику старца Вальда, о которой в их роду слагали легенды. — Старец Вальд, — обратился Тарен к нему, — я уже несколько месяцев отчаянно пытаюсь понять суть вещей, но пока совершенно ничего не выходит. — Голос юноши был полон надежды, хотя внутри постепенно зрело разочарование. Он усердно практиковал по методу, который показал ему прародитель, но видимого прогресса не наблюдалось. Старик только добродушно усмехнулся, и в его древних глазах заиграли искорки былой непокорности. — Хе, юнец, если бы это было так легко, каждая собака умела бы использовать мою технику, — его голос звучал строго, но в этом тоне было что-то ободряющее. — Продолжай, Тарен, — сказал он серьезно, и юноше стало немного легче от его поддержки. — Я твердо знаю, у тебя обязательно должно получиться.

С легким огорчением от отсутствия прямых подсказок Тарен вновь углубился в дыхательную практику. Сев в привычную позу для медитации, он закрыл глаза и начал выполнять знакомую технику. За эти месяцы ему удалось полностью войти в мир глубокой концентрации, ощущая дыхание окружающего мира, но пока только в пределах метра от себя. Юноша отчетливо чувствовал, как в его внутреннем мире и окружающем пространстве мощным, плотным потоком течет чистая энергия — нечто внешне похожее на ману, но гораздо более древняя, почти первозданная сила. Мастер объяснял, что эта энергия пронизывает абсолютно все сущее в их мире, и что, научившись ей правильно управлять, Тарен будет полностью готов перейти к первому этапу его секретной техники.

Углубляясь в медитацию, юноша начал ощущать, как энергия постепенно начинает представлять собой тончайшие струны, формирующие само пространство вокруг. Он пытался направить свое ментальное влияние на эти струны, но они словно расступались, послушно ускользая от него, как тени в сгущающемся вечернем свете. — Мастер Вальд, — начал Тарен, раздосадованный очередной неудачей, — у меня никак не выходит их коснуться. Может, я просто не способен обучиться вашей технике? Неужели вы ошиблись во мне?

Старик весело засмеялся, и его смех был словно трепет теплого весеннего ветра. — Хе-хе, эй, ты учишься всего какие-то месяцы, а уже капризничаешь! У твоего деда, короля Марка, в свое время ушло целых четыре года, чтобы просто коснуться одной-единственной струны, — с усмешкой осадил Вальд. Он почему-то снова глубоко задумался, будто припомнил важный фрагмент из далекого прошлого. — Знаешь, за всю мою долгую жизнь у меня был только один уникальный ученик, который смог полноценно освоить одну мою технику и полностью развить её… хе-хе, кстати, ты его уже однажды встречал. Тарен слегка насупился и снова погрузился в свои упорные попытки, когда вдруг старик резким движением бросил ему в руки искусный меч. — Держи! Иди и немедленно помоги своему деду! — серьезно произнес Вальд, и в его голосе внезапно прозвучала нотка сильного напряжения.

Юноша недоуменно уставился на клинок, когда в зал заседаний вихрем вбежал слуга с испуганным, бледным лицом. — Великий прародитель! На столицу вероломно напали! Король Марк с гвардией уже поспешили навстречу нападающим!

Сердце Тарена бешено заколотилось, словно стуча в ответ на грядущую беду. Юноша резко встал с ковра, крепко держа меч в руках, завороженный словами слуги. — Началось?.. — задумчиво произнес прародитель, и каждый звук его голоса напоминал о том, что настало время тяжелых испытаний.

— Тарен, иди к ним. Эта великая битва очень многому научит тебя, — подытожил старик, и его глаза сверкнули решимостью. — Слушаюсь, мастер! — почтительно поклонился Тарен, уже стремительно направляясь к выходу из поместья. В голове парня роились десятки мыслей о том, кто именно осмелился напасть на столицу Вальдрима и какую страшную силу скрывают в себе эти враги. Он отчетливо ощущал, как адреналин плотно наполняет тело, и, выбегая навстречу полю боя, стремился как можно скорее получить ответы.

Портовое государство Флоис.

Во время спокойного утра в островном портовом государстве Флоис, в роскошных покоях правителя царила атмосфера абсолютного взаимопонимания и сотрудничества. Вокруг витал легкий аромат жасминового чая, его сладковатый запах гармонично смешивался с прохладным морским бризом, проникающим сквозь приоткрытые окна, откуда отчетливо слышался мерный шум волн, омывающих прибрежные скалы. — Король Юстас, — произнес правитель Флоиса, выражая искреннюю радость в голосе и вспоминая минувшие разговоры. — Великая честь для нас, что вы решили лично прибыть и провести эти переговоры.

Юстас-Лев IV, удобно устроившись в мягком кресле, отхлебнул немного душистого чая из изящной чашки, а затем с легкой, уверенной улыбкой ответил: — Ну что вы, хранитель портов Уилл, — в его голосе звучала неподдельная доброжелательность. — Как я мог отправить обычного подчинённого, когда речь идет о важнейшем торговом союзе между вашей страной и моим королевством Элдория? — Хотел бы упрекнуть вас в излишней лести, но вы абсолютно правы, — с легким укором проговорил Уилл, по-дружески подмигнув. — Это монументальный шаг как для нас, так и для вашей державы.

Они продолжали неторопливо обсуждать детали соглашения, будучи полностью уверенными, что объединение их сил только укрепит дружбу и процветание. Однако вдруг, без какого-либо видимого предупреждения, король Юстас, остро ощутив резкую перемену в атмосфере, резко встал со своего кресла. Его глаза мгновенно наполнились глубокой тревогой. — Хранитель, похоже, кто-то вероломно вторгся в вашу страну, — произнес он, напряженно глядя из окна на синее море, где волны внезапно показались бушующими и неестественно темными. — Что?! — встрепенулся Уилл, и его лицо мгновенно побледнело от ужаса. — Как вы смогли узнать об этом раньше моих дозорных? — Я отчетливо чувствую мощную, чужеродную силу в районе южного порта, — продолжал король, сосредоточив тяжелый взгляд на линии горизонта. На мгновение он замер, обдумывая следующий шаг. — Я могу лично помочь вам ликвидировать угрозу, но в обмен прошу, чтобы вы приняли текущее торговое соглашение строго на моих условиях. — Я согласен, — серьезно произнес хранитель портов, его решимость была прочной, как сталь. — Лишь бы моя страна осталась в полной безопасности.

Не дожидаясь больше никаких слов, в одну секунду Юстас полностью исчез со своего места, словно растворившись в воздухе. Спустя мгновение он оказался высоко в небе, и его пронзительный взор пронзил бескрайние просторы Флоиса.

Что это за мощная, удушающая энергия Хаоса? — думал он, и сердце короля было переполнено тревогой. Надеюсь, с Элдорией всё в порядке. Хотя, по крайней мере, столицу сейчас охраняет сам сын основателя…» — с легкой уверенной ухмылкой на губах вспомнил правитель и, полностью уверенный в своих силах, моментально двинулся по воздуху в сторону надвигающейся угрозы.

За час до нападения на племя хаоситов, столицы Элдрим и Стальслейв, а также государство Флоис.

Кольцо Скал, подземная база Культа Вечности.

Зал собраний, мрачный, сырой и безмолвный, освещался лишь тусклым светом, проникающим сквозь редкие щели в тяжелых камнях. Стены густо обвивались вековыми корнями, а пыльные полы хранили в себе память о множестве неразгаданных тайн. В самом центре зала, на высоком возвышении, стоял Лидер Культа — Голова, его скрипучий, авторитетный голос эхом разносился по помещению: — Итак, я позвал вас всех, чтобы обсудить текущие важные дела, — произнес он, нахмурив густые брови. — Начнем с тебя, Левая Рука. Он кивнул своему подчинённому, чья плотная маска полностью скрывала черты лица, как и у остальных членов Культа с их строгими анонимными статусами. Обращаясь друг к другу, они использовали исключительно свои иерархические титулы. — Господин Голова, — почтительно начал Левая Рука, — дело с одним из ключевых кандидатов наконец-то сдвинулось с мертвой точки. Другой Ноготь, тайно подосланный к нему Пятым Пальцем, в своем секретном донесении полностью подтвердил, что мальчик одновременно обладает необходимой магией Хаоса и магией Власти.

Он тщательно и с глубоким уважением отчитывался перед лидером, искренне полагая, что его слова помогут укрепить позиции среди прислужников. — Пока что кандидат совершенно не знает основ мироздания и сильно ограничен в своей силе. Исходя из данных последнего отчёта, сейчас он направляется прямиком к Всаднику Апокалипсиса. Похоже, на эту идею его надоумил сам Виктор, — закончил Левая Рука, поджав губы. — Хм… — Голова задумчиво потер подбородок, и его глаза заискрились живым интересом. — Старк… Невероятно интересно, в какую именно игру играет этот старик. Первоначальную магию Хаоса Всаднику всё равно никак не подавить, а вот если он научит мальчишку её правильно контролировать, то это будет нам только на руку, — произнес лидер Культа с мрачной ухмылкой. — Ну а ты что расскажешь? — повернулся он к Правой Руке, ожидая его отчета. — Глава, как вы и приказывали, я отправил на дежурство почти всех наших людей, кто владеет магией, напрямую связанной с барьерами, — почтительно начал Правая Рука.

Грубая тень его высокой фигуры зловеще отразилась на каменных стенах, когда он продолжал: — Всё было стабильно, но в последний месяц великий барьер Бога Хранителя начал покрываться огромным количеством глубоких трещин. Мои подчинённые работают на износ, — серьезно проговорил он, очевидно, сильно беспокоясь о стабильности ситуации. Голова задумчиво посмотрел на Правую Руку, и его мысли блуждали в глухом мраке зала. — Что ты сам думаешь по этому поводу? — спросил лидер Культа, и его голос звучал как глухой удар молота по наковальне. — Господин Голова, поначалу я считал, что затяжная битва богов за барьером наносит ущерб куполу. Но позднее мне удалось достоверно выяснить, что некая посторонняя энергия оказывает дестабилизирующее влияние на прочность барьера, и исходит эта энергия с самого нашего континента, — завершил отчет Правая Рука, и в его словах слышалась глубокая тревога. — Левая Рука, срочно разберись, кто именно дестабилизирует барьер изнутри! — громко приказал глава, его голос напоминал яростную грозу, готовую обрушиться на мир.

В этот самый момент, как по команде злого волшебства, в зале раздался резкий, пугающий звук, похожий на звон бьющегося тонкого стекла. Все на несколько секунд застыли в полном недоумении, когда Правая Рука резко перехватил слово. — Господин Голова! — его голос сильно дрогнул, и он поспешно прочистил горло, чтобы избавиться от подступившего ужаса. — Мне экстренно поступают отчёты от всех отрядов, поддерживающих купол… — На мгновение его дыхание перехватило в груди от шока. — Барьер Хранителя полностью рухнул! — в ужасе выдохнул Правая Рука, и его глаза расширились от страшного осознания.

В зале воцарилась гробовая, звенящая тишина, подчеркивающая колоссальную угрозу, нависшую над ними и над всем миром.

В миг, когда защитный барьер рухнул.

В самом пространственном разломе, в глубине этого иного аспекта реальности, всё излучало тусклое, фиолетовое свечение, смешанное с тенями мрачных, гигантских форм, шевелящихся в кажущемся бесконечным пространстве Бездны. — Я полностью восстановился, — со зловещей ухмылкой произнес Бог-Раздора Заган, и его голос звучал как раскат грома, пронзающий космическую тишину. В его глазах пылала жажда мести и тотального разрушения, словно первородный огонь, готовый вспыхнуть. — Этот ничтожный божок даже после своей смерти умудряется ставить мне палки в колеса! — раздраженно выплюнул бог, и его слова были полны чистой злости. — Пока что я не могу полностью обойти древнюю печать разлома своим истинным космическим телом, — продолжал Заган, и зловещий оскал украсил его лицо. — Но ничего, благодаря своевременной помощи с той стороны поток времени в этом пространстве ускорился. Так что барьер Хранителя обязан был рухнуть! Глаза Бога Раздора на мгновение зажглись как две раскаленные угольные искры — он прекрасно понимал свою силу. Ему удалось преодолеть границы возможного, и это внушало неподдельный страх. — Ну что, смертные муравьишки, готовы ли вы погрузиться в пучину безумия и самого первородного Хаоса? — с истерическим, безумным смехом прокричал Заган, и его голос навевал предчувствие неминуемого бедствия. Это был звук, который сам по себе мог разжечь пламя паники во всей вселенной.

В эту же секунду десятки аватаров Бога-Раздора одновременно ступили на континент. Каждый из них являлся воплощением разрушительной, слепой силы, несущей смерть. Их присутствие, подобно тёмным грозовым облакам, затянувшим ясное небо, приносило с собой тотальные разрушения, окончательно нарушая покой некогда стабильного и умиротворенного мира Планеты Бури.

Как жуткие призраки, они двигались вперед, оставляя за собой лишь руины и заполняя сердца людей неизбежным ужасом, словно сметая всё живое на своем пути.

В это же самое время, в королевстве Элдория, в городе Негари.

Под яркими лучами уходящего солнца, уютный кабинет директора Виктора Старка, обычно наполненный светом и теплом, вдруг окутался глухим, таинственным мраком. Тени начали активно играть на стенах, будто бы предвещая что-то зловещее. — Простите меня, мастер Вальд... — тихо произнес директор, обращаясь к невидимому собеседнику и медленно попивая прохладный яблочный сок из своего хрустального стакана. Его голос звучал глухо, словно заглушаемый сумеречными тенями, заполнившими всё пространство кабинета. Он тяжело вздохнул, раздумывая о том, что прямо сейчас собирается сделать. — Надеюсь, вы поймёте меня, — добавил он, и мрачное выражение на его лице становилось все более явным. В комнате стоял плотный, напряженный воздух, мысли Старка сменялись одна за другой, а мир вокруг казался неустойчивым.

С загадочной улыбкой он глядел на сок, вспоминая все те возможности, которые этот спелый плод таил в себе. — Я просто не мог упустить такой грандиозный шанс! — прошептал он, словно окончательно выпуская на свободу свои внутренние страхи и самые потаенные желания.

Затем, одним резким движением, директор Старк осушил стакан яблочного сока, и его глаза блеснули леденящей решимостью. А в следующую минуту, словно призрак, он мгновенно исчез из своего кресла, оставив после себя лишь легкий аромат яблок, смешанный с воздухом абсолютной таинственности и ожидания.

Собрание Культа Вечности

Глава 12 Первый Бой Часть 1

Портовое государство Флоиса.

На горизонте ярко сверкали огни южного порта, перемешиваясь с тяжелыми клочьями серого тумана, словно предвещая грядущую бурю. Король Юстас-Лев IV стоял на самой вершине утеса, крепко сжимая каменный парапет. Его сердце билось в такт прибойным волнам, словно волна бурного протеста, накатывающая на берег. — Так вот о чем меня заранее предупреждал Люциус, — тихо прошептал правитель, глядя сверху вниз на своего противника.

Перед его глазами воссияло по-настоящему страшное зрелище: существо ростом около трех метров с дикой яростью сметало простых людей на своем пути. Оно с легкостью сотрясало прочные каменные здания, поднимая колоссальные волны пыли, и тут же безжалостно прихлопывало испуганных жертв, словно назойливых мух.

— Эй, мразь! Ты что тут вообще устроила? — громко прокричал король, даже не пытаясь скрыть своего кипящего гнева. Аватар Бога Раздора, мгновенно отвлекшись на столь грубое обращение, бросил бездыханное тело местного жителя, словно сломанную куклу. Его тяжелый взгляд, полный ярости и презрения, встретился со взглядом Юстаса.

— Муравей, ты явно что-то перепутал, — громогласно прорычал монстр своим могучим голосом. — Так дерзко обращаться к Богу!

— Я прекрасно знаю, что это лишь одно из твоих временных воплощений, — произнес Юстас с уверенной ухмылкой на губах. — Иначе я бы даже не смог подойти к тебе на расстояние удара.

Аватар Загана злобно усмехнулся, и его темные глаза зловеще сверкнули от закипающей злобы: — Хо, а ты далеко не простой муравей, как я погляжу. Чуть крупнее всех остальных, — заговорил он, словно хладнокровно оценивал потенциал противника.

Пришло время действовать. Юстас сделал глубокий вдох, осознавая, что его разум уже лихорадочно ищет верные пути к победе. «Он непрерывно поглощает души невинных людей и за счет этого становится сильнее, — стремительно пронеслось в его голове. — Надо немедленно отрезать его от гражданских и заставить сразиться один на один, пока он еще относительно слаб».

С этими мыслями правитель Элдории стремительно спустился с неба на землю и встал прямо напротив Аватара, готовясь к смертельной битве.

— Ну что, проверишь на своей шкуре, как больно умеет кусаться муравей? — с насмешкой произнес король.

И в тот же миг огромная, ревущая огненная стена образовала вокруг них плотное кольцо, создавая изолированную арену для их яростной схватки. Аватар, не проявляя ни капли паники, лишь сильнее наращивал свои эмоции, и его первородный гнев шумно выплеснулся наружу.

— Давай, человек, сразись со мной и познай мою истинную мощь!

— безумно закричал он, набрасываясь на Юстаса с непреклонной яростью.

Магия огня и первобытного Хаоса встретились в отчаянном, разрушительном противостоянии. Огненные шары летели в лицо монстру, как разъяренные осы, а тяжелые удары Хаоса заставляли колебаться само пространство вокруг них.

— Твое детское пламя не способно даже ранить меня, смертный!

— злобно прорычал Аватар.

— А твои хваленые удары Хаоса — для меня как легкий весенний ветерок, — жестко парировал Юстас, хотя внутри него уже начинала зреть настоящая, тяжелая битва.

Истинная сила Юстаса заключалась далеко не в одной лишь магии.

Он отчетливо осознал, что, вовремя прервав поглощение душ, заставил Аватара остаться слабее его самого. Тем не менее, ощущения равного баланса уже начинали казаться иллюзией. «Черт возьми, я слишком давно не использовал эту силу», — промелькнуло в голове короля, когда суставы отозвались тянущей болью.

— Эй, муравей, ты всё равно никак не можешь ранить меня! — закричал Аватар Загана, издевательски смеясь.

— Заткнись, червяк! Я Юстас-Лев IV, прямой потомок великого основателя королевства Элдория Леона-Льва I. И сейчас я покажу тебе истинную мощь нашей драконьей крови! — громогласно воскликнул король, крепко сжимая кулаки и разводя руки в стороны.

Внезапно всю огненную арену наполнило ослепительное, величественное золотое сияние. Прямо из пламени появился он — огромный, монументальный лев, сверкающий плотной золотой шерстью, с темно-синим пламенем, яростно обвивающим его густую гриву.

— Что это такое?! Откуда у обычного смертного подобная техника?! — впервые закричал Аватар в паническом ужасе, пытаясь отступить.

— Умри, — твердо и безжалостно произнес Юстас.

В этот самый момент неистовое, уничтожающее темное пламя полностью сожгло Аватара Бога Раздора в прах, оставив после себя лишь быстро тающее облако черного дыма.

Вновь приняв свой обычный человеческий облик, Юстас с огромным трудом медленно двинулся назад к правителю Флоиса, чтобы окончательно завершить важные переговоры. Мрачные мысли терзали его разум. «Эта техника слишком сильна... Годы неумолимо берут свое. Если бы этот монстр успел поглотить больше человеческих душ, мне пришлось бы по-настоящему худо», — он отчетливо чувствовал, как свинцовая слабость тяжело давит на его плечи.

Но Юстас-Лев IV даже не подозревал, что в самой основе его фамильной силы лежит чистая энергия космической сущности Власти. И только благодаря кровному родству с Леоном, первым человеком, укротившим эту силу на планете, он мог позволить себе такие невероятные способности.

Глава 13 Первый Бой Часть 2

Королевство Вальдрим. Столица Стальслейв.

Светло-синие небеса постепенно заволакивались тёмными тучами, словно предвещая бурю. Тарен Гарден, молодой воин с огненным взглядом, мчался по извивающейся тропе, ведущей к полю боя. Его мысли порой уносили его так далеко, что он не замечал, как быстро пролетали километры.

«Кто мог напасть на столицу? Почему мастер Вальд дал мне меч и сказал отправиться в бой, если я ещё не изучил технику?» – эти вопросы не оставляли его в покое, ворочаясь в сознании, подобно рой диких пчёл. Но вот, оказавшись на месте сражения, он мгновенно погрузился в реальность.

Перед его взором открылась картина настоящей войны. В воздухе витал запах гари и дыма, а вокруг раздавались крики и звуки столкновения железа. Король Марк, величественный и уверенный, стоял в центре гвардии, отсылая команды своим верным воинам:

— Щитоносцы, держите кольцо! Копейщики, используйте магию и атакуйте врага!

Его голос был подобен грозовому небу – мощным и внушающим страх. Гвардейцы, собранные вокруг него, излучали мужество, но в их глазах уже читалась тень страха. Если бы бравые солдаты знали, с каким ужасным существом они столкнулись, они бы не были так спокойны. Аватар бога раздора, только что попробовавший на вкус души беззащитных жителей деревень, теперь стал всё сильнее.

Тарен, погружённый в гущу битвы, наблюдал за всем происходящим. «Со стороны может показаться, что битва проходит успешно, но враг даже не использует магию, а у гвардии уже есть потери», – думал он, оглядываясь по сторонам в поисках подмоги. В этот миг он ощутил необходимость сосредоточиться. Его сердце забилось быстрее, когда он вспомнил дыхательную практику, которой обучил его старец Вальд.

Сделав глубокий вдох, Тарен закрыл глаза и погрузился в мир медитации. Странная гармония охватила его, и он ощутил мощь противника. Страшная, неистовая сила исходила от Аватара. «Он заманивает их ближе к себе!» – догадался Тарен, открывая глаза, полные решимости.

— Отойдите от него! — закричал он изо всех сил.

Однако его голос утонул в хаосе сражения. Гвардейцы не обратили на него внимание, следуя приказам короля. Король Марк, заметив Тарена, вдруг осознал, что стоит на краю пропасти.

— Отступайте! — прокричал он, но эти мгновения колебания стоили многого.

— Ваши тактики такие интересные, но такие бесполезные, — произнёс венценосный Аватар с ухмылкой. Его голос прозвучал как грозовая туча, готовая разразиться яростью. — Ко мне! Умрите!

В этот миг магия хаоса вспыхнула вокруг него, а воины, окружившие Аватара, начали падать, подобно мученикам. Подобные куклы, лишённые нитей жизни, они оказались беззащитны перед ненасытным ужасом.

Тарен почувствовал, как каждую утерянную душу поглощает это жуткое существо. «Надо остановить его!» – решил он, каря себя за беспомощность.

— Дедушка, задержим его! — прокричал Тарен, глядя на короля с надеждой.

Марк, словно прочитав его мысли, активировал свою магию.

— Барьер звёзд! — прогремел он, и с небес спустился синеватый свет, формируя защитный купол вокруг Аватара.

— Он заманил их в ловушку, чтобы поглотить души, теперь он ещё сильнее, — настойчиво сообщил Тарен.

— Я понял, нам нужно изолировать его и сражаться. Но что ты здесь делаешь? Ты ведь должен был обучаться у прародителя? — с укором спросил король.

— Старец Вальд сам меня сюда отправил и дал меч! — с недоумением ответил Тарен, демонстрируя искусный клинок, который переливался на свету.

— Что же, тогда мы сразимся вместе, — произнёс Марк, его глаза блестели решимостью.

«Зачем он дал мальчишке нашу реликвию — меч правосудия?» – промелькнула мысль в голове короля.

— Надеюсь, ты успел чему-то научиться? — с лёгкой улыбкой произнёс он, напряжение в воздухе увеличивалось.

— Я готов, — ответил Тарен, его глаза горели решимостью.

В то время, как величественный барьер мерцал вокруг врага, Аватар бога раздора размышлял, глядя на него.

«Что это за барьер? В его основе я чувствую мощную энергию власти! Даже поглотив такое количество душ, я не могу сразу сломить этот барьер», — думал он, скользя проникновенным взглядом.

— Муравьишки, готовы? Идите ко мне, и я вас уничтожу! — закричал он, его слова были полны злой алчности.

Поле боя завибрировало от напряжения.

— Давай, Тарен, — произнёс король, — сразимся с ним в барьере.

— Мне уже не терпится опробовать меч, — с предвкушением ответил Тарен, уверенность наполняла его сердце.

В этот момент Аватар загадочно улыбнулся, полон мрачного предвкушения...

Началась битва в барьере. Тарен, словно опытный танцор, искусно наносил удары мечом, уклоняясь от атак и пробуждая в себе магическую мощь, которую передал ему старец Вальд. Каждый его удар был безупречен, а волны магии, что сопутствовали мечу, лишь усиливали уверенность молодого воина.

Король Марк, чья кровь несла в себе силу прародителя, тоже отважно сражался. Его атаки, заключённые в магии звёзд, озарялись мерцающими потоками света. Но даже его самым могучим заклинаниям было недостаточно, чтобы отвлечь внимание Аватара бога раздора, что неистово атаковал магией хаоса. Повсюду летели куски земли, и на фоне огромных вихрей раздавались удары, от которых столбцы света метались по оставшемуся барьеру, как молнии в бурю.

Несколько часов безжалостной борьбы пролетели незаметно.

— И это всё? Жалкие букашки! — с гневом закричал Аватар, его голос был подобен раскатам грома. — Вы тратите моё время!

— Я только привыкал к мечу! — огрызнулся Тарен, усталость накрывала его, оставляя на руках следы крови от порезов и ссадин. Мана в его теле почти истощилась, и он быстро осознал: «Нужно срочно придумать, как победить его. Я на пределе, да и дед тоже – он поддерживает ещё и барьер».

Король, обессиленный, но не сломленный, закричал с яростью:

— Отродье хаоса, мы уничтожим тебя!

Он чувствовал, как его тело дрожит, растратив последние силы на атаку и поддержание барьера, который их защищал от ударов воплощения бога. «Долго я не протяну в таком темпе, да и Тарен уже выдохся. Нужно заканчивать бой!» — мрачно думал Марк.

— Тарен, назад! — крикнул король и стал готовиться активировать свою магию.

Слыша голос деда, Тарен поспешил отступить к краю барьера, его сердце колотилось в груди.

«Этот старый муравей что-то задумал? Или просто готовит очередную бесполезную атаку?» — мысленно прорычал Аватар. — «Не важно, мальчишка с этим противным мечом отступил. Это мой шанс убить старика!»

Собрав все свои силы, Марк направил на Аватара свою атаку. Звёздное сияние, ослепительное и холодное, озарило барьер, а мощная космическая энергия, устремляясь, напоминала замерзшие шквалы.

— Получай! Падение звезды! — закричал он, его слова раскатились по полю боя.

— Своими фейерверками будешь развлекать своих детей, букашка! — взревел Аватар, выставляя щит хаоса для защиты.

Произошёл колоссальный взрыв. Клубы пыли встали в воздухе, и остатки магии хаоса с магией звёзд смешались, образовав вихрь, который скрыл всё вокруг.

Тарен, заметив, что звёздный барьер рухнул, как можно быстрее ринулся к королю, его сердце сжималось от беспокойства.

— Дедушка, ты в порядке? — закричал он, прорываясь сквозь пыль и порывы магии.

Король, выходя из вихря и опираясь на трясущиеся ноги, улыбнулся ему, хотя его дыхание было тяжёлым.

— Тарен, не беспокойся, я в порядке, — сказал он с попыткой успокоить внука, его голос был слегка скошен усталостью.

Но внезапно, следуя за королём, из завесы выскочила массивная рука Аватара и схватила его за голову.

— Твоя душа довольно ценна, букашка, — зловеще произнёс Аватар, его голос полон злобы и насмешки.

Тарен, сжимая кулаки, наблюдая, как враг начинает вытягивать душу деда, ринулся к ним на помощь. В процессе он применил дыхательную технику, чтобы войти в гармонию с окружающим пространством. В этот момент время словно остановилось, и он почувствовал легкость.

— Я понял, мастер Вальд, — произнёс он, сжимая меч с такой силой, что побелели его суставы. Именно в эту микросекунду Тарен наконец-то увидел мир Планеты Бури совершенно иначе — в виде бесконечных, вибрирующих струн чистой энергии, и под влиянием множества факторов он наконец смог коснуться этих струн.

Все произошло так быстро, что невозможно было даже уловить это взглядом. В одной секунде Тарен звал короля, а в следующую уже одним точным ударом меча обезглавливает Аватара бога раздора.

Расправившись с врагом, Тарен обессилено упал на землю перед дедом. Руки Тарена были покрыты ожогами ,а тело было все в мелких ссадинах и порезах, даже секундное использование техники Вальда имело свою цену.

Смотря на своего внука, который сделал ,по меркам Марка невозможное, внутри короля смешались разные эмоции и чувства.

— Благодарю тебя, Тарен! — тепло сказал король, обнимая внука и унося его с поля боя, окутанные сиянием победы, словно они выныривали из тьмы битвы.

Поместье прародителя.

На мягком ковре, уставленном подушками, сидел старец Вальд, его длинные волосы переливались в огне свечей, словно опаловые преломления. Он размышлял, глядя на окружающий его мир, наполненный тайными и забытыми знаниями.

"Всё-таки смог, Тарен, ты действительно самый способный из моих потомков," — с теплотой подумал он, его сердце наполнилось гордостью за юного воина. По мере того как он чувствовал события сражения, его ум витал среди воспоминаний о мужестве и силе Тарена.

Тем не менее, мрачная тень перетянула радость. "Мы отбили нападение, но я чувствую, что это только начало. В воздухе витает облако угрозы, а знакомая сила пронизывает весь континент," — серьезно размышлял Вальд, его лицо омрачалось беспокойством. Он ощущал нарастающий хаос, как угрожающий ветер, раскачивающий ветви деревьев.

"Эх, в своё время я бы раздавил подобного щенка хаоса одним пальцем левой ноги," — с сожалением завершил свои размышления старец. Воспоминания о молодости, полном силы и могущества, стучались в его сознании, словно призывая к действию.

— Слуги! — внезапно произнёс Вальд, его голос звучал, как грозовой гром, заполняя помещение. — Скорее, помогите королю Марку и Тарену! Они у крепости!

В голове старца промелькнула мысль о своих обязанностях. Он знал, что всё, что он может сделать сейчас, — это надеяться.

— Надеюсь, в других местах люди тоже одержат победу, — тихо пробормотал Вальд, его взор метнулся к горизонту, где встречались небо и земля. В сердце его зреет тревога, но он всё ещё верил в силу людей ощущая, как судьба континента зависит от их мужественных сердец.

Глава 14 Цена Рассвета Часть 1

Королевство Элдория.

Столица, величественный город Элдрим, когда-то сияла яркими огнями надежды, внезапно окутала гнетущая тревога. Небеса покрыли плотные чёрные облака, словно зловещая пелена, полностью поглощая солнечный свет и оставляя королевство в мрачной тени. Каждый житель физически чувствовал, как мир вокруг наполняется зловещей энергией, вызывая обострение паники в их сердцах. Город, ранее олицетворявший вечный мир и гармонию, теперь стоял на самом краю хаоса, готовый к полному обрушению.

В это время Аватар Бога Раздора размеренно шагал по столице, словно чудовище, сошедшее со страниц ночных кошмаров. Его страшный путь начинался у живописного озера, где, жестоко разорив ближайшие деревни и поселения, он впитал в себя множество человеческих душ. Само его присутствие и гигантский рост около десяти метров внушали первородный страх. Он отчетливо чувствовал мощные энергетические потоки, исходящие от столицы, и довольная ухмылка проскользнула по его безобразному лицу. — Семь тысяч душ, ха! Думаю, этого с лихвой хватит, чтобы растоптать этого самозванца, — размышлял он, наполняясь зловещей, хищной радостью. — Давай, выходи, божок! — прокричал он громогласно, и его мощный голос раздался эхом по пустым улицам. Не сдерживая своего гнева, Аватар направил сокрушительный удар магии Хаоса прямо в собор адептов Бога Света.

— Лера, Его Могущество покинул собор! — с глубоким трепетом произнёс епископ Одальрик, и его проницательный взгляд был устремлён в тёмный потолок, теперь полностью лишенный священного света. — Люци, скорее всего, уже самостоятельно отправился навстречу противнику. Мы должны поспешить и оказать ему немедленную поддержку! — твёрдо продолжил он, и его голос звучал настойчиво. Лера, всё ещё находясь под сильным влиянием нахлынувших эмоций, быстро пришла в себя и ответила с непреклонной решимостью: — Да, нужно срочно помочь нашему Господу!

Она крепче сжала меч в руке, и её глаза ярко засияли. Оба, словно выпущенные стрелы, стремительно рванулись с подземного этажа собора, чтобы как можно скорее прийти на помощь своему божеству. Громкий шум, грохот и сильная тряска сопровождали их на всем пути на поверхность. Каждый шаг отдавался в сердцах, как тяжелый удар молота. «Мы обязаны успеть! Наш Господь непобедим!» — с фанатичной решимостью бежал Ольдрик, и его мысли целиком заполняла слепая вера в их общую силу.

«Сокровище моего отца — меч Вразумитель, я обязательно испробую его в этой битве!» — не менее решительно думала Лера, пока ощущения волнения и дикого напряжения плотно заполняли её дух.

Сеяв тотальную разруху перед собором и безжалостно лишая жизни простых людей, Аватар Бога Раздора вдруг резко остановился, как будто чутко уловив в пространстве что-то невероятно важное. — Пришел-таки, наконец-то, — подумал он с презрительной усмешкой.

В тот же момент всю площадь перед собором озарила величественная, золотая сцена света, и всё вокруг замерло в немом ожидании. — Порождение Хаоса, я так понимаю, твоё настоящее тело всё ещё находится запертым в разломе. Так зачем же ты устроил это жалкое представление? — спокойно произнёс Бог Света Люци, и его голос звучал чисто, ровно и величественно, словно эхо, пришедшее из далёких времён. — Ха! Да что ты вообще можешь знать! — злобно усмехнулся в ответ Аватар, и его глаза сверкнули лукавством. — Я вижу тебя насквозь, — указал он когтем на свои глаза, излучая злую, непоколебимую уверенность. — Может, для этих ничтожных муравьёв ты и великий Бог Света, но в моих глазах ты просто жалкий выродок, которому до настоящего бога — как до небес. «Даже Бог Хранитель этой планеты мог с трудом считаться мне достойным противником, но этот же ублюдок одним своим существованием нагло оскорбляет священный титул бога», — пренебрежительно размышлял Аватар. — Что бы ты ни говорил, я полностью уничтожу твое текущее воплощение, а затем, когда ты наконец выберешься из разлома, сотру и твое основное тело, — произнёс Люци, крепко сжав кулаки, и его решимость была очевидна для каждого. «Ещё никто в этом мире не видел моей истинной сущности. Я просто не могу допустить, чтобы кто-то раскрыл правду обо мне людям!» — стремительно пронеслось в голове у Бога Света, когда он начал свою первую атаку. — Ладно, я с удовольствием поиграюсь с тобой, щенок! — прорычал Аватар Бога Раздора, готовясь вступить в бой с невероятным, безумным азартом. С этими словами два бога разразились мощной, свирепой схваткой, которой суждено было полностью определить дальнейшую судьбу всего королевства Элдория.

Битва разгорелась не на шутку, и, чтобы простые невинные люди вокруг не пострадали, Люциус мгновенно окутал площадь перед собором ярким барьером в виде прочного купола, сверкающего множеством оттенков, словно радуга, появившаяся на фоне бурных, темных небес. Громкие звуки божественной схватки переплетались с отголосками молитв, непрерывно доносившимися из безопасного укрытия святыни.

Аватар Бога Раздора с дерзкой ухмылкой на лице не мог упустить шанс посильнее поддеть противника. Словно свирепый ветер, что ворочал вековую листву, его голос оставался безжалостным и едким. — Печешься о ничтожных муравьях? — произнёс он с дерзким глумлением. — Ну, они всё равно гарантированно помрут сразу после того, как я уничтожу тебя! — Лучше поменьше болтай своим языком и дай мне хорошенько побить тебя, — с лучезарной улыбкой ответил Бог Света, и его чистый голос прозвучал как звонкий колокольчик, готовый разорвать любую тишину. В этот самый момент из собора, с грохотом распахнув тяжелые двери, выбежали епископ Ольдрик и Лера. Сердце Леры колотилось в безумный унисон с громом битвы, а её глаза блестели решимостью. — Лера, Господь уже сражается! Мы обязаны помочь! — серьезно произнес епископ, и его шаги уверенно вели прямо к барьеру, пока длинные белые одежды развевались за ним, словно боевое знамя. — Да! — утвердительно кивнула Лера, крепче сжимая в пальцах рукоять меча, а её губы едва заметно дрожали от ожидания. Она поспешила следом за епископом, оставляя за собой шлейф нервного волнения. Но заметив их опасное приближение к куполу, Люциус на одно краткое мгновение отступил от схватки. Его голос, словно острая стрела, пронзил пространство между ними: — Стойте строго за барьером! Это совершенно не тот противник, с которым вы способны справиться. Вы будете мне только мешать!

Не смея ослушаться прямого приказа своего Бога, Одальрик и Лера вынужденно стали безучастными зрителями ожесточенной битвы двух высших существ. Их сердца замирали от страха и искреннего восхищения, когда молнии разрывали черное небо, а гремящие удары оружия смешивались с яростными криками воинов. Вокруг них ярко вспыхивали всполохи света и тьмы, переплетаясь в невообразимом танце, как вились ветры в бушующем шторме.

Спустя пару часов разразившаяся битва оставила позади некогда величественную площадь перед собором. Изысканная плитка, которая когда-то ярко блестела на солнце, теперь полностью пряталась под обломками, а аромат цветущих клумб, наполнявший воздух, уступил место зловонному запаху разрушения. Глубокие кратеры от мощных ударов и вспаханная маной земля, словно следы великого катаклизма, стали новыми «украшениями» площади, увековечивая странную симфонию магии и боли.

Аватар Загана, задумчиво стиснув массивные кулаки, глядел на пейзаж, исписанный хаосом. «Я искренне думал, что семи тысяч человеческих душ будет вполне достаточно, чтобы убить этого калеку, но всё оказалось далеко не так просто...» — сурово размышлял он, и его мысли блуждали по темным дорогам военной стратегии. Его противостояние с Люциусом затянулось, и он прекрасно понимал, что каждая секунда на счету. Загнанный в угол, Аватар иронично усмехнулся: — Ха! Это всё, на что ты реально способен? — его голос звучал как раскаты грома, наполненные глумлением. — А ведь это даже не мое истинное тело! Хотя... чего ещё и следовало ожидать от калеки, который изначально вообще не должен был существовать, — едко закончил Аватар. Люциус с высоко поднятой головой и абсолютно спокойным лицом ответил без единого осипшего звука: — Ты можешь говорить своему языку всё, что вздумается. Но я отчетливо вижу, что болтать — это единственное, что ты реально умеешь делать.

Несмотря на внешнюю уверенность Бога Света, ядовитые слова Аватара всё равно достигли ушей его последователей, пробуждая под куполом неясные сомнения.

— Что он имел в виду? Не должен существовать? Калека?.. — задумчиво зашептались испуганные люди под защитным куполом, их мысли переплетались вместе, создавая сложный узор тревоги. Епископ Ольдрик, находясь рядом с Лерой и видя, как веет мрак сомнений, решительно выступил вперед. — Не принимай слова этого мерзкого существа близко к сердцу, Лера, — твердо сказал он. — Он просто отчаянно хочет, чтобы наш Господь отвлекся на эту глупую чушь. — Вы абсолютно правы, господин епископ, — с глубоким уважением ответила Лера, и её голос звучал горячо и искренне. — Наш Господь сияет ярче полуденного солнца, и этому врагу только и остается, что прибегать к таким жалким уловкам.

Но даже оставаясь снаружи внешне спокойным и собранным, Люциус внутренне буквально кипел от ярости, его мысли сконцентрировались на оскорблениях. «Как этот мерзкий сгусток Хаоса смеет так говорить, да ещё и прямо при моих верных последователях?» «Нужно действовать немедленно, пока он не раскрыл всю правду обо мне людям!» — стиснув зубы, пришел к единственному выводу Люциус.

Новая яростная волна сражения разразилась мгновенно. Два бога с невероятной мощью обменивались ударами, а затем разъезжались в стороны, восстанавливая силы. Но на этот раз свирепый бой неожиданно сменился тишиной — барьер, поддерживаемый Люциусом вокруг собора, полностью исчез. Все в глубоком замешательстве застыли, как будто перед ними раскрылся неизвестный мир. Люциус, почувствовав долгожданное ослабление давления, как тигр, вырвавшийся на свободу, рванул вперед. Магия Света мощно взвилась под его ногами, он мчался с невообразимой скоростью, словно луч утреннего солнца вырывался из облаков, чтобы охватить мир. Схватив мертвой хваткой за шею десятиметрового гиганта, Люциус мгновенно исчез из поля зрения, ослепляя всех вокруг сиянием своей магии. Дикий восторг и изумление охватили сердца людей на площади — сила их Господа поразила до самой глубины души. Но только епископ Ольдрик остался стоять с хмурым, встревоженным лицом. Тяжелая тревога, как зловещая тень, плотно окутала его разум: «Этот враг настолько силен, Господь?!» — Господин епископ, похоже, наш Господь скоро одержит окончательную победу! — воскликнула Лера с искренним восторгом, и её глаза ярко светились надеждой. — Конечно, наш Господь непобедим, — с видимым усилием произнес Ольдрик, отчаянно стараясь успокоить свои внутренние страхи. — Он непременно одержит победу. Но внутри него бушевала непрекращающаяся тревога: «Люциус, простите, что мы так сильно мешаем вам победить. Вы просто не могли сражаться в полную силу, вынужденно поддерживая этот барьер для нашей защиты».

Глава 15 Цена Рассвета Часть 2

У высокой скалы на самой окраине столицы Элдрим мирный пейзаж внезапно озарило ослепительно яркое сияние Света. Глухая тишина, царившая над главной ареной для божественных схваток, была окончательно нарушена звуками надвигающейся битвы.

— Отпусти, щенок! — раздался громкий, раздирающий тишину голос Аватара Бога Раздора. Его угрюмый образ нависал над Люциусом, словно туча, готовая разразиться грозой.

Ветер свистел, поднимая тучи пыли и безжалостно обрывая листья с редких деревьев. Люциус, остро ощутив мощь противника, стал свидетелем столкновения двух полярных миров — Света и Тьмы. — Теперь, когда нам больше никто не сможет помешать, я окончательно уничтожу тебя, — произнес Бог Света, и его голос был полон непреклонной уверенности.

Аватар Загана с дерзкой ухмылкой шагнул вперед, его глаза сверкали чистым злорадством. — Так вот что ты придумал — бой на открытой местности?! — вскрикнул он, и его слова были полны презрения. — А я-то наивно думал, ты испугался, что я во всеуслышание расскажу твоим последователям, что их великий бог — на самом деле просто искалеченный ребенок!

Люциус крепко сжал кулак, чувства ярости и старой боли полностью переполняли его суть. — Ты!.. — яростно вырвалось у него, и с невиданной ранее мощью он обрушил всю свою силу на врага. — Ха-ха-ха! — раздался безумный смех Загана. Он принял на себя этот страшный удар с презрительной улыбкой, словно чаша его безумия только начинала наполняться. — Так значит, ты далеко не так спокоен, как любишь показывать перед этими ничтожными муравьями!

Игры теней и света начались заново. Вспышки Света и Хаоса расцветали вокруг скалы, словно безумный фейерверк, рожденный в самом пекле. Яростные порывы ветра приносили с собой терпкий запах раскаленной магии, и каждый новый взрыв силы сотрясал землю до основания. Теперь ничто не сдерживало Бога Света — он мог позволить себе продемонстрировать всю свою абсолютную мощь противнику, который безжалостно издевался над ним. В воздухе физически чувствовалось дикое напряжение — столкновение двух разностей, готовое разорвать пространство на части. — Я покажу тебе, что такое истинный свет, — прорычал Люциус, и его глаза искрились чистой энергией.

Одальрик с глубокой тревогой наблюдал за далекими вспышками света, которые разрывали темное небо над скалами на окраине столицы. Каждое новое сияние, словно удары молнии, придавало городу атмосферу надвигающейся катастрофы. Страх и смятение охватили его душу, но он прекрасно знал, что не имеет права позволить себе слабость. Собрав всю волю в кулак, епископ резко расправил плечи и заговорил, и его голос прозвучал как гром среди тишины:

— Священники и рыцари адептов Бога Света! Пока наш Господь сражается со злом, мы не должны стоять без дела! Толпа, озадаченная и сильно напуганная, замерла, но уверенные слова Ольдрика как будто пробудили людей. Его авторитет стал для многих настоящим светом в темноте.

— Разгребайте завалы, полностью расчистите площадь! Нам также нужно собрать тела всех погибших, чтобы похоронить их с высшими почестями — за то, что они отважно пытались остановить это ужасное создание! — четко и ясно командовал епископ, подталкивая людей к действию.

Вокруг него раздались согласные голоса, зашумели шаги, и вскоре люди дружно принялись за работу, хотя страх все еще витал в воздухе, а далекие громы доносили тревожные звуки из-за скал. Лера, стоя на самом краю толпы, почувствовала странное, болезненное сжатие в груди. Не в силах удержаться, она подошла к епископу, её голос слегка трепетал от волнения:

— Господин епископ, я… я что-то отчетливо чувствую. Может, нам стоит немедленно отправиться к той скале? На всякий случай. Вдруг мы сможем чем-то помочь Богу Люциусу, — произнесла Лера, её глаза светились решимостью, но в них читалась и глубокая тревога.

Епископ остановился, тяжело задумавшись. Глядя на Леру, он заметил её искренность и необычную ментальную связь с божественным. — Что ж, учитывая твою особую связь с благословением Бога Люциуса, давай полностью доверимся твоему чутью. Я с тобой. Не раздумывая поспешим ему на помощь, — его голос звучал тепло, словно обнимая её робкую надежду. И, объединившись в едином порыве, они стремительно направились к далекой скале, в легком тумане страха и надежды, отчетливо ощущая, как их сердца бьются в унисон с волей Света.

Битва божеств разгоралась не на шутку. В воздухе витала плотная энергия, а само небо окончательно заволокли тучи — черные и кошмарные, как отражение той ярости, которая разворачивалась на земле. Каждое столкновение, каждое заклинание полностью меняло ландшафт: срывались вековые деревья, разрывались горные породы, словно сама природа замерла перед мощью их столкновения.

Бог Света Люциус, яркий и величественный, ощущал, что его атаки не приносят окончательной победы. Каждый раз, когда он подходил к финальному удару, ему не хватало лишь последнего шага. Он стоял напротив Аватара Бога Раздора, который без усталости шутил и провоцировал его. — Уж не знаю, кто твои родители, но сотворить такое со своим собственным ребенком... Хе, даже мне есть чему у них поучиться, — злобно усмехнулся Аватар, и его слова стали свирепым спусковым крючком для Люциуса. Словно гром с ясного неба, Люциус взревел, и его мощный голос потряс землю: — З-А-Т-К-Н-И-С-Ь! В тот же миг золотистый свет, окутывавший его, смеркнулся, и в груди Аватара послышался легкий вдох ужаса. Мощный удар руки Люциуса рванулся вглубь, нацеливаясь на гнусное создание перед ним.

— Ты, гнусный выродок Хаоса, должен умереть! — прокричал Люциус, и снова золотое сияние мощно вспыхнуло вокруг него. За его спиной возникло огромное древко лука, сверкающее космическим сиянием, погружающим в тайны бескрайних миров.

— Это я уничтожу тебя, — серьезно произнес Аватар, теперь уже без той наигранной насмешки и безумного веселья, что много раз вызывало ярость Люциуса.

Мысли Бога Света метались в полном хаосе: «Стрела, выпущенная из этого лука, сотрет его в порошок». Он направил всё благословение Света в лук, создавая огромную огненно-красную стрелу, которая сверкала проявлением мощи его божественной натуры.

Аватар, напротив, собрал все свои силы, прекрасно зная, что его противник не так прост. «Это плохо, лук этого ублюдка Зодиака даже в руках младенца будет грозным оружием», — промелькнуло в его голове, когда он создал колоссальный щит из чистой энергии Хаоса.

В следующую секунду мир вокруг заколебался под страшной вспышкой света. Ослепительное сияние и громкий звон пронеслись по всей столице Элдрим.

Люциус, присев на колени у самого края огромного кратера, ощутил, как невыносимая тяжесть усталости упала ему на плечи. В эти мгновения в его голове отчетливо всплыли детские воспоминания. — Больше ничего не болит? — спросил высокий мужчина с длинными красными волосами, нежно обнимая маленького светловолосого мальчика. — Нет, папа! — радостно ответил ребенок, высоко подпрыгнув и улыбнувшись лучезарной детской улыбкой, которой так не хватало в ожесточенном сердце взрослого Люциуса. — Хорошо, сынок, — мужчина бережно погладил его по голове, и в его глазах сияла гордость. — Знаешь, Люциус, однажды ты станешь очень великим человеком. — Прямо как ты, папа? Я буду королем? — с детской наивностью спросил мальчик. — Нет, я уверен, впереди тебя ждет титул, куда больше, чем просто король, — произнес сквозь задумчивую улыбку основатель королевства Элдория Леон-Лев I, словно глядя далеко в будущее.

Воспоминания внезапно исчезли, вернув Люциуса к жестокой реальности. Он взглянул на кратер и, охваченный растерянностью, осознал: — Он должен был погибнуть. После того как я вложил абсолютно все силы в эту стрелу, он не мог выжить! — Тварь!.. Я чуть не помер! — яростно взревел Аватар Загана, с трудом выползая из гигантского кратера. С его тела с шумом сыпались обломки земли и камней. «Жив?!» — в полном недоумении подумал Люциус. — Ха, меня не так-то просто убить, — тяжело вставая на ноги, процедил Аватар, и его голос напоминал мрачный смех. — Я закончу начатое, — уверенно произнес Бог Света, ощутив, как перед ним резко похолодел воздух.

Вставая на ноги, Люциус с ужасом заметил, как пальцы на его ступнях начали медленно осыпаться, превращаясь в серый пепел. «Нет, не сейчас, еще слишком рано, я обязан успеть!» — мысленно закричал он.

Аватар Бога Раздора, скованный своей ненавистью, медленно приближался к нему. — Ха, похоже, твое тело попросту не выдерживает той силы, что ты показал в этой атаке, — насмешливо произнес он, и в его голосе слышалась зловещая радость.

Но Люциус не обращал никакого внимания на слова врага. Преисполненный решимости, он твердо встал на ноги, утопая в своем величии. — Ты поглотил семь тысяч душ и достиг огромной силы. Я уверен, что твое тело может поглотить даже сотни тысяч душ... — размышлял он. — Но сможешь ли ты выдержать мое личное бремя?

Внезапно, как молния, в лоб Аватара вонзился тонкий, едва заметный лучик света. — Что ты сделал?! — с недоумением вскинулся Аватар, и на его лице отразился дикий ужас. — Это всего лишь одна тысячная частичка моей души. Посмотрим, выдержишь ли ты, существо, которое поглощает тысячи душ обычных людей, каплю души истинного бога, — спокойно произнес Люциус, и сияние его света заполнило всё пространство вокруг.

Лучик света в теле Аватара начал неистово, бешено метаться, уничтожая все накопленные души и разрушая само основание этого жуткого создания. — Как такое вообще может быть?! Это тело может вместить как минимум двести тысяч душ, но оно не в силах справиться с жалкой каплей души этого ублюдка?! — в отчаянии метался разум Аватара Бога Раздора. Его глаза полыхали безумием, а тело искривлялось в жутких судорогах, как будто сама земля отвергала его присутствие. — Как? Как ты вообще можешь жить с такой душой?! — в панике закричал Аватар, извиваясь на земле, и его голос звучал как крик утопающего.

— Мое тело — это моё благословение, а вот душа — это мое проклятие, — тихо произнес Люциус, присев на землю. Его слова были полны мудрости, словно эхо древних предков. Устремив взгляд на безумного врага, он отчетливо чувствовал, как невероятная тяжесть, заключенная в его душе, сжимает тело как в тисках.

Бог Света молча наблюдал, как Аватар извивался на земле, не в силах вынести силу его души. Спустя мгновение окончательной агонии Аватар Загана полностью рассыпался в пепел.

Тучи в небе, словно повинуясь воле богов, разошлись, и вновь появилось солнце. Его теплая, лучезарная сила окутала пространство, окончательно прогоняя тьму. Люциус лег на землю, полностью истощенный, не в силах подняться. — Мама, папа... спасибо вам большое за всё, — прошептал он, глядя в необъятное голубое небо с мягкой улыбкой на лице. В его протянутой руке словно светилась любовь и благодарность, преображая момент прощания в особенно светлый. Сладкое спокойствие окутало его, и он навсегда закрыл веки, погружаясь в мир вечного покоя и оставив за собой лишь светлый след.

То расстояние, которое в один миг преодолел Люциус, держа Аватара Бога Раздора, епископ Одальрик с Лерой преодолевали около полутора часов. С каждым шагом их сердца колотились в унисон с тревогой, и воздух становился все тяжелее от нависшей угрозы.

Когда они наконец добрались до места сражения, перед их взорами предстала ужасающая картина. Некогда величественная скала теперь была полностью разорена. Живописная природа вокруг изрыта и искажена катаклизмом, лишь иногда заметные остатки былой красоты напоминали о том, что здесь когда-то цвели цветы. Немного осмотревшись, Лера вдруг увидела огромный кратер в земле, отразивший всю катастрофу, и в её груди бешено забилось сердце. — Господин епископ, наш Господь у кратера! Поспешим! — громко закричала она и, не сдерживая себя, побежала вперед, оставив Одальрика немного позади.

Они испуганно подошли к тому месту у края огромной выжженной воронки, где лежал их бог. Люциус лежал абсолютно неподвижный и бездыханный, как если бы его великий свет наконец навсегда угас. Всё вокруг в этот миг потонуло в мертвой, зловещей тишине.

Сильное горе пронзило их сердца так резко, что нахлынувшие эмоции захлестнули их, словно могучая буря. Епископ Одальрик, потерявший своего обожаемого господа, обессиленно пал на колени рядом с телом. По его бледному лицу катились беззвучные слёзы, отражая всю глубину внутренней боли, пустоты и разочарования. — Господь Люциус, как же так... Я верой и правдой служил вам всю свою жизнь, но вы ушли первым, — с трепетом в голосе произнес епископ и, плотно закрыв глаза, погрузился в глубокую молитву, отчаянно надеясь хоть как-то поговорить с тем, кто теперь навсегда его покинул.

Лера же, переживая невыносимую, жгучую боль и ярость, вскинула меч отца к небесам, словно бросая им дерзкий вызов. Её чистый голос прозвучал над кратером как гремящий гром: — Я, Лера Тонт! — гордо провозгласила она, и её слова моментально наполняли окружающее пространство непоколебимой решимостью. — Клянусь, что полностью усвою ваше благословение Света, продолжу верно распространять вашу веру, — её голос на секунду слегка дрогнул, но мужество в глазах не угасало ни на миг. — И клянусь, что лично уничтожу Бога Раздора Загана!

Поглощенные своими сильными эмоциями, они так и не заметили, как в стальной клинок меча бесшумно проник тонкий, лазурно-белый лучик света, оставшийся от души Люциуса.

Собравшись с силами, епископ тяжело поднялся с колен. Его лицо, хотя и было полностью переполнено горем, теперь выражало твердую решимость. — Лера, останься здесь и надежно охраняй тело господа, — произнес он, пытаясь найти в себе силы справиться с этой непростой, трагической задачей. — Я немедленно вернусь к собору за людьми, и мы вместе аккуратно отнесем его к церкви. Мы похороним его как величайшего героя всего нашего королевства.

Лера молча кивнула, её сердце разрывалось от невыносимого горя и боли утраты, но в её некогда мягком, девичьем взгляде больше не было слез.

Девочка мертвой хваткой сжимала рукоять отцовского меча, и на её ладонях остались следы от чеканки гарды с надписью «Сильная и жизнерадостная». Плотный, величественный золотой свет, исходящий от клинка, вдруг начал вести себя пугающе странно. Он больше не дарил тепло и уют — он вибрировал и неестественно пульсировал, входя в пугающий резонанс с её собственной маной.

Внутри Леры, медленно разгоралось фанатичное, холодное, неиссякаемое и безжалостное пламя. В эту секунду внутри замысловатых узоров священной стали на неуловимое мгновение отчетливо проступил белоснежный лик Высшего духа Света, который тайно проник в клинок в месте с частью души Люциуса. Этот мифический отпечаток высшей сущности беззвучно потянулся к её разуму, начиная медленно, капля за каплей, влиять на ее девичьи эмоции, желая взять разум девушки по свой контроль.

В это же самое время, на мгновение ,глаза Леры Тонт стали неестественно стеклянными, ледяными и пугающе безэмоциональными. Она медленно подняла клинок перед собой, глядя на сияющий, такой теплый и казалось бы ласковый свет. Внезапно секундное помешательство исчезло также стремительно как и возникло , а Лера не предав этому состоянию особо значения, покрепче сжала меч. Теперь у неё появилась единственная и великая цель — полностью искоренить скверну Хаоса и лично уничтожить Бога Раздора Загана. Чего бы это ни стоило.

Бог Света Люциус в своей атаке

Глава 16 Смысл Существования

Лес Шепота Тишины. Племя Хаоситов.

Сиэльданис изменился в лице. Грозный, безжалостный воитель, дремавший глубоко внутри этого загадочного существа, пробудился в одно мгновение. Сорвавшись с массивного трона, он стремительно подошёл к широкому стрельчатому окну и буквально впился взглядом в густую, непроглядную тьму, заполняющую все пространство за пределами башни. Кайл мгновенно похолодел: в голове вихрем пронеслась страшная догадка. Неужели на мирное и скрытое от чужих глаз племя хаоситов напали те самые опасные твари, о которых на скалистом хребте предупреждали братья-следопыты?

Черная стальная корона с длинными, невероятно острыми шипами зловеще блеснула в полумраке зала, когда Всадник Апокалипсиса плавным, отточенным движением накинул на голову глубокий капюшон своей тяжелой мантии, полностью скрывая личину.

— Оставайтесь здесь и не смейте вмешиваться, что бы ни произошло снаружи, — леденящим, непреклонным тоном приказал Сиэльданис, полоснув по замершему Кайлу коротким, пронзительным взглядом.

Прежде чем юноша успел вставить хотя бы слово в свое оправдание, правитель племени бесшумно растворился в нахлынувших сумеречных тенях, стремительно устремляясь к выходу из башни. Кайл крепко сжал кулаки до побеления суставов. В груди испуганной, загнанной птицей бешено билась тревога, а скрытый под походной одеждой серебряный амулет вдруг обжёг кожу сухим, крайне неприятным теплом. Талисман буквально пульсировал, предупреждая своего владельца о колоссальной, смертоносной опасности.

Сидеть сложа руки и покорно ждать Кайл просто не мог. Там, на нижних этажах башни или в гостевых покоях, всё еще находилась беззащитная Мия, оставшаяся в полном одиночестве! Нарушив строжайший наказ могущественного Всадника, юноша решительно бросился вон из зала вслед за ушедшим господином.

Выбежав в пустынный, глухой коридор, парень резко затормозил перед магической платформой перемещения. Он растерянно уставился на сложный, светящийся узор из древних рун, абсолютно не понимая, какое именно заклинание нужно произнести или куда наступить, чтобы запустить телепорт. К счастью, прямо из густой тени коридора соткался дворецкий Фермино. В отличие от перепуганного насмерть слуги, ворвавшегося минуту назад с криками о помощи, старик выглядел абсолютно невозмутимым, словно происходящее вокруг было лишь досадной помехой.

— Дорогой гость, я так понимаю, вы изволите срочно спуститься в холл? — с лёгким, едва уловимым подтруниванием спросил дворецкий, оправив безупречную ливрею. — Встаньте в самый центр формации, и я мгновенно отправлю вас на первый этаж.

Кайл послушно шагнул на пересечение светящихся линий. Яркая вспышка на мгновение ослепила его — и в следующее мгновение он уже твердо стоял посреди белоснежного зала на первом этаже, внутренне готовый к яростной схватке, прорыву врагов и ко всему... кроме того, что открылось его взору.

На роскошном бархатном диване, в окружении суетливых, взволнованных слуг, с полным комфортом устроилась Мия. Щёки её были забавно испачканы сладким кремом: девочка торопливо, словно отчаянно пытаясь заесть пережитый недавний ужас от подавляющего ментального давления Всадника, поглощала выставленные перед ней изысканные сладости. Она явно не успела дойти ни до какой ванны, её короткие волосы были растрепаны, а в широко распахнутых глазах всё ещё метались испуганные, тревожные искорки.

Остановившись, очарованный этим невероятным, абсурдным для разворачивающейся катастрофы зрелищем, Кайл на мгновение замер в своем стремительном порыве.

Но это хрупкое затишье длилось недолго. Пол под ногами Кайла резко ушел вбок, а вековые стены древней башни-дуба тяжело застонали от сокрушительного, чудовищного удара снаружи. Мощный импульс чужеродной магии эхом прокатился по залу, заставляя хрустальные подвески на потолке испуганно зазвенеть.

Невозмутимость дворецкого Фермино мгновенно испарилась. Его лицо сделалось суровым и сосредоточенным. Старик грозно выкрикнул короткое защитное заклинание, активируя внутренние контуры башни, и слуги в спешке бросились врассыпную, ища надежного укрытия в глубоких подземных ярусах.

— Кайл! Что происходит?! Что это за грохот?! — Мия испуганно выронила недоеденное пирожное, её лицо в один миг мертвенно побледнело. Она импульсивно вскочила с дивана, прерывисто дыша и лихорадочно ища у него защиты, растерянно оглядываясь по сторонам.

— На поселение напали! Здесь небезопасно, бежим наружу! — Кайл мертвой хваткой вцепился в её холодную ладонь и потянул за собой, устремляясь к выходу сквозь распахнутые настежь тяжелые дубовые врата башни.

Выскочив на просторную площадь поселения, юноша замер на месте от открывшейся его глазам жуткой картины. Величественный, сияющий купол защитного барьера вокруг земель племени хаоситов трещал, ходил ходуном и прогибался под ударами колоссальной, невероятно разрушительной силы. Это магическое поле, которое еще пару часов назад казалось полноводной, непреклонной и вечной рекой, теперь стремительно покрывалось глубокими, зловещими багровыми трещинами, сочащимися чуждой, агрессивной энергией. Каждый новый удар отзывался стоном самой земли.

Прямо сквозь разорванную ткань пространства, с легкостью ломая искусно вырезанные деревянные ворота поселения, внутрь уверенно шагнул огромный, десятиметровый аватар Бога-раздора Загана. Его покрытое плотной, блестящей чешуей массивное тело источало ядовитый фиолетовый туман, который при соприкосновении с землей с шипением разъедал камни, превращая их в бурлящую жижу. Кроваво-зеленые глаза гиганта горели диким, абсолютно безумным пламенем первородного хаоса. Из пасти чудовища вырвался оглушительный, вибрирующий рев, заставивший содрогнуться даже великую башню-дуб, сорвав со старых ветвей тучи листьев.

— Ублюдки! Я отчетливо чувствую в вас слабую энергию Хаоса! Вы, жалкие щенки, даже не знаете, как правильно обращаться с этой силой! — громогласно прогрохотал Аватар, и его мощный голос породил настоящую сейсмическую волну, мгновенно срывающую листву с гигантских вековых деревьев вокруг площади. Волны давления били в грудь, заставляя воздух застревать в горле.

Всадник Апокалипсиса без малейшего страха вышел вперед, преграждая монстру путь к беззащитным жилищам своего племени. Вокруг его рук мгновенно забурлила плотная, извивающаяся темная магия. В отличие от самого Кайла, Сиэльданис управлял этой коварной стихией с пугающей, завораживающей грацией — фиолетовые потоки энергии послушно подчинялись малейшему движению его длинных пальцев, мгновенно выстраиваясь в сложные боевые плетения и концентрируясь в лезвия псевдохаоса. Всадник создавал целые каскады атакующих плетений одним взмахом руки.

Столкновение двух божественных сил разразилось с пугающей, ослепительной мощью. Сиэльданис двигался невероятно быстро, словно скользящая по опаленной земле бесплотная тень. Он с невероятной легкостью уклонялся от колоссальных ударов когтистых лап Аватара, раз за разом вонзая в его толстую чешую рваные, нестабильные лезвия псевдохаоса. Взрывы атакующих заклинаний расцветали один за другим, озаряя серое, затянутое тучами небо зловещими неоновыми вспышками. Земля под их ногами плавилась, превращаясь в черный, безжизненный пепел, а ударные волны то и дело заставляли ребят сильнее прижиматься к камням, спасая лица от летящих осколков.

Кайл и Мия тяжело, прерывисто дышали, надежно укрывшись за массивными, узловатыми корнями башни-дуба. Юноша ни на секунду не отрывал напряженного, лихорадочного взгляда от титанической битвы, а Мия, крепко сжимая его руку, казалось, мелко дрожала от непереносимого ужаса. Кайл чувствовал, как пульсирует мана в его собственном теле, отзываясь на каждый выпад Всадника. Но Аватар Загана, поглотивший тысячи невинных душ ради этой атаки, оказался слишком силен для Эльфа Теней. Его чешуя поглощала большую часть ударов псевдохаоса, а ядовитый туман медленно отравлял пространство вокруг.

Спустя полчаса жестокого, изнурительного боя Сиэльданис начал заметно сдавать позиции. Его стремительные движения замедлились, а извивающиеся вокруг тела потоки защитной магии стали тревожно тонкими. Аватар, издав громоподобный, торжествующий хохот, наотмашь обрушил свою гигантскую лапу на истощенный щит Всадника, вдребезги разбив его магическую структуру. Мощный энергетический всплеск швырнул Сиэльданиса на землю. Его стальная корона со звоном покатилась по острым камням, а изо рта брызнула густая темная кровь. Всадник замер, не в силах сразу подняться после такого сокрушительного удара.

Чудовище занесло огромную когтистую лапу для финального, смертельного удара, не оставляя противнику шанса на спасение.

Кайл мгновенно понял: если он не вмешается в эту битву прямо сейчас, его потенциальный наставник погибнет, а безумный монстр навсегда сотрет это древнее поселение с лица земли. Время для сомнений и страха безвозвратно ушло, уступая место чистой, концентрированной решимости.

Юноша резко сорвался с места и на максимальной скорости рванулся к Аватару со спины, стараясь остаться незамеченным среди клубов поднимающегося дыма. Универсальная магия Созидания внутри его тела забурлила диким, безумным и практически неуправляемым потоком. Повинуясь давнему наставлению директора Старка, Кайл насильно перестроил эту чистейшую силу под привычный всем атрибут разрушительного огня, тщательно скрывая её истинную природу от возможных свидетелей. Юноша резко вскинул руки, концентрируя всю доступную ману до последней капли, выводя резервы на опасный предел, и разом выпустил колоссальный напор раскаленного пламени прямо в израненную спину десятиметрового гиганта.

Но именно в эту самую секунду, когда Кайл находился на абсолютном пике эмоционального и физического перенапряжения, жесткий контроль над маной на долю мгновения ослаб. В самом центре яростного, ревущего огненного шквала внезапно вспыхнуло ослепительное, невероятно плотное белое ядро магии Созидания миров. Эта первородная, чистейшая энергия абсолютной Власти с оглушительным, хрустальным звоном пробила защитную чешую Аватара, выжигая его темную суть изнутри. Мощь этого всплеска заставила саму реальность вокруг Кайла на секунду исказиться.

Монстр безумно, истошно взвыл от неожиданной, парализующей боли, и этот внезапный сбой дал Сиэльданису драгоценные секунды для контратаки. Всадник Апокалипсиса мгновенно пришел в себя, вскинул руку и вогнал колоссальное, извивающееся копье Хаоса прямо в разверзнутую пасть дезориентированного чудовища. Аватар Бога-раздора с грохотом взорвался, оставив после себя лишь облако черного, удушливого дыма и гору осыпающегося серого пепла. Ударная волна от взрыва прокатилась по площади, окончательно развеивая фиолетовый туман.

Кайл обессиленно упал на колени прямо на выжженную землю, тяжело дыша и отчетливо чувствуя, как его внутренний резерв маны опустел почти до абсолютного нуля. В глазах темнело, мышцы выли от нестерпимой усталости, а сердце бешено колотилось в грудной клетке. Из-за этой дикой, изнуряющей усталости он не заметил, как стоявшая чуть поодаль Мия медленно опустила руки, которые до этого держала у лица в притворном жесте защиты.

Девушка плавно, едва заметно потерла предплечье левой руки, где прямо под плотной тканью темной мантии зловеще и горячо пульсировала скрытая руна лемнискаты. Её глаза, полные пугающей, холодной и расчетливой осознанности, были неотрывно прикованы к поверженному на землю юноше. Она отчетливо, во всех мельчайших деталях успела заметить этот аномальный, чистейший белесый отблеск внутри его яростного огня.

«Белое сияние Созидания... истинная магия Власти в теле предполагаемого хаосита, — лихорадочно, с торжеством крутилось в её голове. — Значит, Глава не ошибся. Этот мальчишка действительно является истинным Дитя Пророчества, которого мы так долго искали. Нужно немедленно, любым доступным способом доложить руководству».

Однако, когда изнуренный Кайл с огромным трудом поднял голову, на лице Мии не отразилось ни единой подозрительной или опасной эмоции. Привычная маска напуганной, слабой девочки мгновенно вернулась на свое место. Она с искренней, заботливой и теплой улыбкой поспешила к нему, нежно подставляя плечо, чтобы помочь подняться, и бережно отряхнула его одежду от пепла.

Глубокой ночью, когда зловещий шторм окончательно утих, Кайл и Сиэльданис сидели вдвоем у небольшого костра на самой вершине башни-дуба. Вокруг них тихо, умиротворяюще шелестели огромные вековые ветви, а чистое небо Планеты Бури казалось неестественно близким, словно до мерцающих звезд можно было легко дотянуться рукой. Юноша растерянно смотрел на пляшущие языки пламени, чувствуя себя полностью опустошенным и потерянным в этом огромном, разваливающемся на части мире. В тишине ночи каждый треск прогорающих поленьев казался оглушительным.

— Мир рушится на глазах, барьеры древнего Хранителя падают один за другим, я чувствую, что повсюду прорываются кровожадные Аватары... — тихо, с глубокой внутренней болью произнес Всадник, вглядываясь в звездную бездну над головой. Его фигура в этот миг казалась монументальной и одновременно бесконечно уставшей.

— Зачем я вообще здесь? В чем истинная суть всего этого безумия, в которое нас втянули? — ответил Кайл, покрепче сжимая в ладони прохладный серебряный амулет, который теперь ощущался странно легким и безмолвным. Он надеялся найти ответы, но пока видел лишь новые вопросы.

Сиэльданис, аккуратно поправив свою тяжелую стальную корону, внимательно и изучающе посмотрел на юношу. Его скрипучий, глубокий голос прозвучал на удивление спокойно и весомо в ночной тишине, разгоняя скопившиеся сомнения:

— Ты упорно ищешь привычную логику там, где видишь лишь одно разрушение, Кайл. Но Хаос — это вовсе не слепая смерть и не первородное, абсолютное зло, как учат глупцы в сияющих залах Элдории. Это великая, необходимая сила перемен. Он приходит в этот мир тогда, когда прежний порядок окончательно загнивает, застряв в собственных закостенелых, мертвых правилах. Хаос сокрушает старые, оковы лишь для того, чтобы полностью очистить пространство для нового, великого Созидания. Без этого разрушения невозможен шаг вперед.

Всадник Апокалипсиса наклонился чуть ближе к огню, подбросив в него сухую ветку, и в самой глубине его горящих фиолетовых глаз сверкнула истинная вековая мудрость существа, видевшего рождение и гибель великих эпох:

— Именно в этом и кроется высшая истина твоего существования, мальчик, — Всадник Апокалипсиса наклонился чуть ближе к огню, подбросив в него сухую ветку, и в самой глубине его горящих фиолетовых глаз сверкнула вековая мудрость существа, видевшего рождение и гибель великих эпох. — Ты не просто парень с редким магическим даром. В твоих жилах бурлит Хаос такой чистоты и плотности, какую наше племя не видело со времен Великой Катастрофы. Твоя сила дикая, необузданная, но именно она — наш единственный шанс переписать законы этой вселенной. Стань сильнее, отбрось былую слабость. Укроти эту сторону. И тогда ты наконец поймешь, ради какой великой и страшной цели был рожден. Твоя судьба предрешена, но выбор пути за тобой.

Слова наставника огненными, несмываемыми буквами выжглись в сознании Кайла. Впервые за долгие годы тягостных скитаний и пугающей неизвестности внутри него зародилось четкое, непоколебимое понимание собственной судьбы. Прежние детские страхи и сомнения отступили, уступая место первому, настоящему и осознанному стремлению к истинной силе. Он больше не был песчинкой, ведомой ветром.

В то же самое мгновение. Королевство Вальдрим, суровая столица Стальслейв.

В просторном, мрачном зале своего уединенного поместья старец Вальд резко оборвал глубокую, многочасовую медитацию и открыл глаза. Его исхудавшее тело, скованное неумолимым, безжалостным течением времени, мелко задрожало от внезапного магического резонанса. Некогда командир легендарных, мифических, космических сущностей Зодиаков, великий тринадцатый Змееносец, отчетливо почувствовал этот далекий, но невероятно мощный всплеск магии Власти и Созидания миров, донесшийся до него прямиком из лесов в стороне Залира. Эта энергия заставила древнюю кровь в его жилах побежать быстрее, напоминая о временах великих битв.

Старик с огромным трудом улыбнулся в свои густые седые усы, преодолевая слабость, и в его тускнеющем, угасающем взоре на мгновение вспыхнул гордый, победный огонь:

«Появился... Всё-таки ты появился, мой мальчик. Твой амулет наконец-то полностью очистился от сдерживающих оков, и ты принял свою истинную, первородную силу».

Вальд медленно перевел тяжелый, усталый взгляд на молодого Тарена Гардена. Тот сидел в дальнем, самом темном углу зала, тяжело, прерывисто дыша и бережно протирая мягкой тканью свой фамильный клинок после недавней жестокой, изнурительной схватки с Аватаром у стен пограничной крепости. Клинок Тарена еще хранил следы божественной крови, отражая тусклый свет свечей. Старец прекрасно понимал: его собственные физические силы уже на самом исходе, а время пребывания в этой смертной земной оболочке стремительно истекает. Он не станет тратить последние крохи угасающей энергии на мгновенное перемещение к сыну в далекие леса — сейчас он обязан во что бы то ни стало дождаться сына здесь, в Вальдриме. Судьба сама приведет его на порог.

Но самое главное — он должен успеть полностью, без остатка передать Тарену все секреты великой, запретной техники Змееносца, пока барьер времени окончательно и безвозвратно не сомкнулся над его остывающей душой. Разрушительная буря уже вовсю бушевала над миром, не щадя никого, и его прямые потомки обязаны встретить её во всеоружии, готовые к финальной, решающей битве за судьбу всего этого гибнущего мира.

Глава 17 Силы Человечества

Горная страна Залир всегда славилась своей суровой, первозданной красотой. Зубчатые скалы, вечные свирепые ветры и люди, высеченные из того же дикого гранита, что и их неприступные дома. Но сегодня над столицей Залира, древним городом Малог, нависла смертельная, удушающая угроза. Небеса, обычно чистые, пронзительно-синие и наполненные режущими горными потоками воздуха, заволокло плотным фиолетовым туманом Хаоса. Сквозь эту противоестественную, клубящуюся пелену зловеще и часто пробивались глухие, раскатистые вспышки грома. Огромная каменная ратуша, сложенная из монументальных серых глыб, в которой располагалась центральная гильдия авантюристов, содрогалась до самого своего основания. Земля под ногами мелко и непрерывно вибрировала, словно весь Малог превратился в живое существо, бьющееся в предсмертной агонии.

Прямо по мощеным улицам города, круша жилые постройки в мелкое крошево и превращая в щепки деревянные торговые лавки, неторопливо шагал пятиметровый Аватар Бога Раздора Загана. Его чешуйчатое багрово-черное тело источало едкую, фосфоресцирующую скверну. Каждая капля этого тумана, срываясь со зловещего силуэта, с шипением разъедала древнюю каменную кладку мостовой. Кроваво-зеленые глаза монстра горели безумным, фанатичным голодом космического хищника. Тварь с пугающей легкостью давила массивными лапами испуганных, дезориентированных жителей. Она с жадностью впитывала в себя их ускользающие человеческие души, которые вырывались из тел в виде блеклых, трепещущих лазурных огоньков и тут же затягивались в разверзнутую пасть чудовища. Чем больше душ поглощал Аватар, тем плотнее и ядовитее становился окружающий его фиолетовый купол, тем яростнее вибрировало расколотое пространство.

— Жалкие смертные букашки! — громогласно ревел Аватар, и от этого чудовищного звука каменные фасады вековых домов покрывались глубокими, ветвящимися трещинами, а стекла в окнах со звоном разлетались на тысячи осколков. — Ваша ложная безопасность мертва! Извечный порядок рухнул! Ко мне! Умрите и станьте частью великого первородного Хаоса!

Воздух на улицах Малога сделался настолько плотным от ядовитых миазмов, что бегущие в панике люди начинали кашлять кровью, зажимая ладонями рты и замертво падая на холодные камни. Казалось, великий город, переживший сотни горных осад и войн, обречен на тотальное, бесславное уничтожение. Надеяться на далекую королевскую гвардию или божественное вмешательство здесь, в автономном и полузабытом Залире, было верхом глупости.

Но Залир не собирался сдаваться без боя. Суровые горцы никогда не умели покорно склонять головы перед неизбежностью. Тяжелые, обитые потемневшим железом дубовые двери ратуши с оглушительным грохотом распахнулись. На залитую фиолетовым маревом площадь перед гильдией уверенным, чеканным шагом вышла сплоченная группа наемников. Возглавлял их Глава гильдии авантюристов — Роланд Гибс.

Это был по-настоящему брутальный, закаленный в сотнях грязных, кровавых стычек ветеран. Мощный, широкоплечий мужчина с седой, жесткой бородой, глубокими рваными шрамами на суровом лице и хитрой, непоколебимой ухмылкой человека, который за свою долгую и бурную жизнь наемника видел абсолютно всё. Он хоронил королей, вырезал логова чудовищ и прекрасно знал цену смертной жизни. Его тяжелые черные доспехи, иссеченные десятками вражеских клинков и украшенные тусклой золотой чеканкой в виде корабельного штурвала, грозно поблескивали в фиолетовом тумане. Роланд Гибс мертвой хваткой сжимал в мозолистых руках колоссальную двуручную секиру. Вся его массивная фигура излучала стальную, непреклонную волю залирских наемников.

— Эй, космическое отродье! Ты что тут, сука, устроило на моих улицах?! — громогласно прорычал Роланд Гибс, и в его низком, рокочущем голосе не было ни капли священного страха перед божеством — лишь чистая, концентрированная ветеранская ярость. — Муравьишка, говоришь? Жалкие букашки? Ну давай проверим на твоей собственной шкуре, как больно эти самые муравьи умеют выгрызать твои божественные, зажравшиеся кишки!

Следом за старым Главой в бой рванулась бывшая команда Кайла, которая только вчера вернулась со сложнейшего задания на горном хребте. Возглавлял атаку Бренд. Его правые ребра, безжалостно сломанные в недавнем тяжелом бою со скалистой змеей, были наспех и туго стянуты окровавленными кожаными бинтами прямо под кирасой. Мужчина тяжело, хрипло задыхался, и при каждом резком движении его суровое лицо искажалось от острой, пронизывающей боли. Но своего огромного ростового щита он не опустил ни на сантиметр. Стальной ветеран прекрасно понимал: если они не удержат эту тварь в центре площади прямо сейчас, страна Залир попросту перестанет существовать. За его спиной, сжимая кинжалы, скользил Диего, а Миранда уже шептала заклинания, чувствуя, как мана закипает в её жилах.

— Щитоносцы, держать кольцо! Прикрыть фланги, шаг в шаг! Копейщики, использовать атакующую магию по моим командам, бить в сочленения чешуи! — зычно и четко скомандовал Роланд Гибс, мгновенно разворачивая наемников в безупречный боевой порядок. Вокруг них не было сияния божественного света, но была отточенная годами дисциплина людей, привыкших выживать вопреки всему.

Аватар Загана с бесконечным презрением и злой, голодной алчностью посмотрел на выстроившихся перед ним смертных:

— Ничтожные букашки! Ваши ничтожные тактики так же бесполезны, как и ваши жалкие, скоротечные жизни! Вы — лишь топливо для моего величия!

Монстр издал леденящий душу свист и наотмашь обрушил колоссальную лапу, окутанную яростным фиолетовым пламенем Хаоса, прямо на плотный строй авантюристов. Удар нес в себе такую кинетическую и магическую мощь, которая могла бы в один миг уничтожить целую стену замка. Но залирские наемники не были регулярной королевской гвардией, привыкшей стоять до конца под градом стрел. Они действовали как единый, сыгранный, невероятно хитрый и гибкий механизм, умеющий подстраиваться под любого противника.

— Бренд, купол! Прими удар на себя! — резко и пронзительно выкрикнул Диего, на максимальной скорости уходя с линии атаки монстра и буквально растворяясь в густых, серых тенях разрушенного здания ратуши.

Бренд со стоном, который больше походил на звериный рык, задействовал самые последние, потаенные остатки своей маны Правил. Прямо перед нападающей когтистой лапой Бога соткался плотный, полусферический темно-синий щит Защиты, вибрирующий от напряжения. Вспышка Хаоса с ревом и треском ударила в магический барьер, заставив землю вокруг наемников мгновенно просесть на целый метр и подняв тучи гранитной крошки. Бренд глухо зарычал и выплюнул багровую кровь прямо на растрескавшиеся камни мостовой. Он физически почувствовал, как сломанные ребра под тяжелым доспехом опасно сместились, причиняя адскую, ослепляющую боль, но натиск воплощенного Бога он удержал. Кольцо наемников выстояло. Строй не разорвался ни в одном месте.

— Миранда, режь её, пока тварь открылась! — хрипло и неистово проревел старый Глава гильдии Роланд Гибс, уже срываясь со своего места и устремляясь вперед, словно выпущенный из баллисты снаряд.

Миранда, чье лицо сделалось смертельно бледным от предельной, изнуряющей концентрации, резко вскинула руки к фиолетовому небу. Её редкая, опасная и пугающая магия Крови мгновенно взвилась под ногами. Девушка точечно и ювелирно подхватила пролитую на площади свежую кровь погибших жителей и раненых бойцов авангарда. Повинуясь резкому взмаху её тонких пальцев, эта багровая жидкость в одно мгновение кристаллизовалась, сформировав из себя десятки острейших, рубиновых лезвий, переливающихся зловещим светом. Лезвия со свистом и воем устремились вперед, вонзаясь точно в незащищенные сочленения багрово-черной чешуи на лапах и шее Аватара. Тварь яростно, оглушительно взвыла от неожиданного, пронзительного урона, и её фиолетовый щит на секунду тревожно замерцал и просел.

— Получай, гнусный космический червяк! — Роланд Гибс использовал этот момент замешательства и совершил колоссальный, свирепый и невероятно мощный прыжок, буквально взмывая в воздух над ослепленной мордой монстра.

Его тяжелая двуручная секира, усиленная до самого предела плотным, гудящим потоком чистой боевой маны, с оглушительным, металлическим звоном обрушилась на левое плечо Аватара. Удар залирского ветерана заставил площадь взорваться мириадами ярких искр. Сталь глубоко, с хрустом врубилась в плоть чудовища, разрубая кость и полностью лишая его возможности использовать левую пятиметровую конечность. Из раны монстра брызнула густая, фиолетовая жижа, выжигая землю вокруг.

Аватар Загана безумно, истошно взревел от ярости. Он попытался высвободить тотальный, круговой выброс первородного Хаоса, чтобы в один миг испепелить обнаглевших, смертных наемников. Но сыгранность и интуиция отряда сработали безупречно. Изменчивая, серая магия сдерживания, которую Мия тайно и предусмотрительно оставила на площади Малога перед своим поспешным уходом в лес, внезапно срезонировала с остаточным барьером Бренда. Рунные цепи, соткавшиеся прямо из воздуха, намертво сковали движения раненого Бога, блокируя его внутренние энергетические потоки и не позволяя завершить разрушительное заклинание. Тварь оказалась полностью обездвижена на несколько драгоценных секунд.

В эту самую секунду прямо из глубокой тени разрушенной крыши ратуши, словно соткавшись из самого фиолетового тумана, над ослепленной, хрипящей мордой чудовища вырос Диего. Его кожаный доспех был полностью покрыт копотью, гарью и кровью, а глаза горели леденящей, профессиональной решимостью убийцы. Сделав глубокий, безупречный и молниеносный выпад в воздухе, он с диким, гортанным криком вогнал оба своих металлических кинжала по самые рукояти точно в пасть беснующегося Аватара, пробивая верхнее нёбо и входя в самое основание черепа.

Роланд Гибс, едва успев коснуться ногами земли после прыжка, мгновенно сориентировался в ситуации. Перехватив секиру поудобнее, он нанес финальный, сокрушительный круговой удар колоссальной силы прямо по обнаженной шее монстра. С глухим, грязным звуком огромная, уродливая голова Аватара Бога Раздора отделилась от туловища. Тварь в то же мгновение ярко вспыхнула фиолетовым маревом и со свистом рассыпалась в серый, безжизненный пепел, оставив после себя лишь быстро тающее облако зловонного, темного дыма.

На некогда оживленной, а теперь залитой кровью и заваленной каменными обломками площади Малога наступила тяжелая, звенящая и абсолютно мертвая тишина. Фиолетовый туман над городом начал медленно, неохотно рассеиваться, уступая место привычным горным ветрам Залира. Роланд Гибс тяжело, со свистом опустил окровавленную секиру на расколотые камни мостовой. Он неторопливо вытер пот, копоть и чужую скверну со своего израненного, старого лица, а затем сурово, с прищуром посмотрел на вымотанную, израненную, но абсолютно живую команду авантюристов.

— Смертные муравьи, говоришь?.. Жалкие букашки?.. — хмуро, сквозь зубы процедил старый Глава гильдии, и на его губах снова появилась жесткая, привычная ветеранская ухмылка человека, переигравшего смерть. — В горном Залире золото платят за честную работу, а не за громкие божественные титулы. Мы выстояли, парни! Живые, ко мне! Разгребайте завалы, собирайте уцелевших и латайте раненых. Наша буря только начинается, и мы должны встретить её на ногах!

Авантюристы гильдии, опираясь на зазубренные мечи, расколотые щиты и тяжело, хрипло дыша, согласно и торжествующе закричали в ответ. Эхо их голосов разнеслось по уцелевшим улицам Малога. Они победили это космическое воплощение Бога не за счет древней магии или благословения небес, а исключительно благодаря своей стальной воле, идеальной сплаченности, тактике и хитрости залирских наемников.

Глубоко под землей, в недрах огромного горного массива Кольца Скал. Тайная, секретная база Культа Вечности.

Зал заседаний Пятого Пальца тонул в привычном, гнетущем полумраке. Редкие факелы, закрепленные в сырых каменных стенах, бросали длинные, неровные тени на массивную мебель. Воздух здесь был пропитан тяжелым запахом выцветших пергаментов, пыли и горьких алхимических составов. В самом центре кабинета, за столом из черного дерева, неподвижно восседал Пятый Палец — один из верных подчиненных, верховных руководителей Культа, чье лицо скрывала глубокая тень капюшона.

Внезапно тяжелая дубовая дверь кабинета со скрипом отворилась, и внутрь быстрой, хищной, но слегка нервной походкой вошел Флойд Медос. Завуч школы магии Негари, бежавший после позорного провала перед директором Старком, выглядел бледным. Его длинные тёмно-синие волосы были растрепаны, а в глубине холодных глаз всё еще метался отголосок того первородного ужаса, который он пережил в кабинете «страшного старика». Ему было жизненно необходимо реабилитироваться перед руководством Культа, чтобы сохранить свою жизнь.

— Господин Пятый Палец, разрешите доложить, — Флойд склонил голову в почтительном, но напряженном поклоне, стараясь, чтобы его голос звучал максимально твердо и решительно. — Мои скрытые информаторы и контуры слежения только что зафиксировали экстренные данные из автономной страны Залир.

— Говори, Флойд, и надейся, что эти новости действительно стоят моего времени, — ровным, леденящим тоном отозвался Пятый Палец, не отрывая взгляда от древней рукописи на столе. — Ты и так исчерпал лимит моих уступок после того, как трусливо упустил ситуацию в Элдории.

Флойд Медос сглотнул подступивший к горлу комок нервного напряжения и быстро заговорил, чеканя каждое слово:

— Час назад Аватар Бога Раздора Загана вероломно атаковал столицу Залира, город Малог. Пятиметровое воплощение успело поглотить около тысячи человеческих душ и практически уничтожило ратушу. Однако... монстр был полностью и окончательно уничтожен местными наемниками под предводительством Главы гильдии Роланда Гибса. Они разбили Аватара в пух и прах, превратив его в пепел.

Пятый Палец резко поднял голову. Из-под капюшона блеснули его внимательные, расчетливые глаза:

— Наемники уничтожили Аватара Бога? Весьма примечательно. Залирские псы умеют огрызаться. Но почему этот отчет приносишь мне именно ты, Флойд? Какое отношение это имеет к нашей главной миссии и кандидатам?

Завуч сделал шаг вперед, и на его бледном лице проступила зловещая, торжествующая ухмылка человека, который наконец-то нашел свой главный козырь:

— В самом финале этой битвы, когда Аватар Загана готовился испепелить наемников выбросом Хаоса, прямо на площади сработали скрытые магические ловушки. Наши сенсоры четко зафиксировали их структуру. Это была изменчивая серая магия сдерживания пространства. Тот самый уникальный след, который принадлежит Мие — нашему «Ногтю», тайно приставленному к ключевому объекту. Она предусмотрительно запечатала площадь перед уходом, и именно её чары сковали Бога, позволив наемникам отрубить ему голову.

Пятый Палец задумчиво постучал пальцами по краю стола. Атмосфера в кабинете мгновенно изменилась, наполнившись предвкушением разгадки тайны.

— Мия... — тихо произнес руководитель Культа. — Значит, она успела подстраховать наемников до того, как они с объектом углубились в чащу. Где они находятся прямо сейчас?

— В эту самую секунду, господин, объект Кайл вместе с Мией уже находятся в самом сердце леса Шепота Тишины, под прямым надзором Всадника Апокалипсиса Сиэльданиса, — Флойд выпрямился, чувствуя, как уверенность возвращается к нему. — Более того, наши скрытые контуры на границе леса зафиксировали отголоски колоссальной битвы в поселении хаоситов. Объект Кайл вступил в бой с другим, десятиметровым Аватаром Загана. И во время финальной атаки Кайл полностью раскрыл себя.

Флойд Медос сделал театральную паузу, переводя дыхание, и его голос опустился до свистящего, фанатичного шепота:

— Внутри его маскировочного пламени огня на долю секунды вспыхнуло ослепительное, первородное белое ядро магии Созидания миров. Мальчишка пробил чешую Бога Созиданием. Наш великий Лидер — Голова — изначально был абсолютно прав. Этот сирота Кайл из приюта Негари — не просто потенциальный хаосит. Он и есть то самое Истинное Дитя Пророчества, балансирующее между разрушением и сотворением, которого наш Культ Вечности искал долгие тысячи лет. Теперь у нас есть неопровержимые доказательства. Ситуация полностью под нашим контролем.

Пятый Палец медленно поднялся со своего кресла. Его тяжелая мантия зашуршала в тишине подземного кабинета. На его губах, скрытых полумраком, расцвела мрачная, глубокая и зловещая улыбка, предвещающая скорую смену эпох во всей вселенной.

— Прекрасно, Флойд. Ты полностью реабилитирован в моих глазах, — властно произнес Палец, и его голос эхом разнесся по сырым камням подземелья Культа. — Мия выполняет свою задачу безупречно. Пусть продолжает оставаться рядом с мальчишкой, направляя его по жесткому пути силы и заставляя развивать оба атрибута. Дитя Пророчества пробудилось, великий барьер Хранителя рухнул. Наше время пришло. Ступай и продолжай слежку круглые сутки.

Роланд Гибс

Глава 18 Раскол Эпох

Королевство Элдория, чья величественная столица Элдрим веками сияла огнями нерушимой надежды, погрузилось в удушающий, зловещий траур. Золотистый купол центрального собора Адептов Бога Света, раньше ловивший каждый луч солнца, теперь казался мертвым и серым под тяжелыми, нависшими облаками. По всему периметру монументальных дворцовых стен, сложенных из белого гранита, лениво хлопали на ветру черные полотнища флагов. Столица королевства замерла. Похороны Бога Люциуса вывели на узкие мощеные улицы тысячи безмолвных, сломленных людей. Их вера в завтрашний день, веками державшаяся на божественном присутствии, превратилась в пепел. Великий защитник ушел, оставив смертных наедине с надвигающейся тьмой.

В главном тронном зале королевского дворца, сжав позолоченный каменный парапет до боли в костяшках, неподвижно стоял король Юстас-Лев IV. Его длинные огненно-рыжие волосы, обычно аккуратно уложенные под тяжелую корону, были растрепаны, а на суровом лице залегли глубокие тени. Юстас смотрел на пустую, заваленную обломками площадь собора сквозь высокие витражные окна, и в его груди глухо рокотала ярость. Люциус был для него не просто объектом поклонения — они оба были плоть от плоти великого основателя Леона-Льва I, в чьих венах текла чистейшая кровь древней драконьей династии. Гибель родственника-божества нанесла королю страшный удар, полностью обнажив человеческое бессилие перед лицом вселенского хаоса. Юстас слишком хорошо помнил, как тяжело далось ему недавнее использование фамильной техники в портовом государстве. Возраст неумолимо брал свое, суставы ныли, а драконья кровь больше не бурлила прежней молодой яростью.

— Мы потеряли наш главный щит, — глухо прошептал Юстас-Лев IV, и его голос вибрировал от сдерживаемого гнева. — Наступает конец старой, мирной эпохи. И наши мечи бессильны против того ужаса, что грядет из глубин открытого космоса.

Теперь, когда великий барьер Бога-Хранителя полностью рухнул, а защитный купол Люциуса навсегда угас над столицей, Элдория оказалась открыта для ударов аватаров. Чтобы защитить свой народ от тотального, безжалостного истребления, королевству в самые кратчайшие сроки требовались колоссальные ресурсы, качественное железо и новые стратегические территории. Командир столичной гвардии Джеймс Гарден, чей сын Тарен год назад уехал в суровый Вальдрим, сейчас тоже пребывал в ярости и скорби, стягивая войска к границам. Старый порядок рушился. Юстас принял жесткое, бескомпромиссное решение действовать исключительно с позиции силы. Элдория должна была выжать абсолютный максимум из всех своих зависимых фракций и соседей, превращая их в живые щиты для собственной безопасности .

Этот жесткий королевский шаг мгновенно докатился до островного портового государства Флоис. В просторных покоях правителя, где еще недавно веяло морским бризом и умиротворением, теперь царила гнетущая атмосфера панического страха. Терпкий запах жасминового чая в фарфоровых чашках больше не приносил покоя, а мерный шум прибойных волн за окном казался зловещим предвестником скорой катастрофы.

Хранитель портов Уилл, чье лицо за эти трагические дни полностью потеряло здоровый румянец и осунулось, трясущимися от нервного напряжения руками подписывал протянутый посланниками Элдории пергамент. После того как король Юстас на его собственных глазах призвал колоссального призрачного льва с темно-синим пламенем, в один миг испепелил Аватара Хаоса и бесследно растворился в воздухе, Уилл окончательно лишился сна. Он воочию, лицом к лицу увидел истинную, пугающую мощь магии королевской крови. Этот первородный страх полностью подавил его волю к сопротивлению.

— Я согласен... я согласен на абсолютно любые, самые жесткие условия короля Юстаса, — заикаясь и едва переводя дыхание, испуганно произнес Уилл, с силой вдавливая свою личную сургучную печать в плотный пергамент соглашения. — Лишь бы гвардия Элдории немедленно взяла под защиту наши южные порты от прорывов этих кошмарных тварей. Лишь бы они защитили мой народ...

Торговый союз, о котором две страны так долго и уважительно договаривались, в одну секунду превратился в кабальный договор. Островной Флоис добровольно и безвозвратно отдавал Элдории полный контроль над всеми своими стратегическими морскими путями, верфями, доками и богатыми сырьевыми базами, превращаясь в бесправный придаток королевства. Это была страшная цена за призрачную, шаткую надежду просто выжить в надвигающейся буре.

В это же самое время далеко за горным хребтом Кольца Скал, в самом сердце древнего леса Шепота Тишины, кипела суровая и изнурительная работа. Величественное поселение хаоситов, надежно огороженное массивным деревянным забором с искусной резьбой, полностью преобразилось за считанные дни. Та умиротворенная, цветущая атмосфера с яркими бутонами и ухоженными лужайками, которая так радовала взгляд при первом прибытии, бесследно испарилась — племя хаоситов экстренно перешло на жесткое, тотальное осадное положение.

Колоссальная башня-дуб Вамен непрерывно гудела от избытка нестабильной энергии. Извивающиеся, текучие фиолетовые потоки псевдохаоса бурлили вокруг корней и ствола огромного древа, как взбесившийся, штормовой океан. Верховный шаман племени вместе с десятками старых, опытных колдунов круглосуточно, сменяя друг друга, дежурил у магического круга рун на ковре. Они отчаянно и на пределе сил укрепляли внутренние барьеры поселения после недавней яростной атаки Аватара Загана.

Лорд Сиэльданис, Бредущий в Тенях, неподвижно стоял на самой вершине башни-дуба Вамен. Его черная стальная корона с длинными, острыми шипами грозно и холодно резала тусклый, блеклый свет уходящего за горизонт заката. Рядом с ним, словно две каменные статуи, почтительно замерли братья-следопыты Серанис и Амеранис, готовые ловить каждое слово своего вождя.

— Тень прежней защиты окончательно покинула этот мир, — скрипучим, как скрежет металла по граниту, голосом произнес Сиэльданис, глядя на колышущиеся серые кроны деревьев. — Великий Бог-Хранитель Элдридж мертв, барьеры континента открыты. Отправляйте лучшие, и самые опытные отряды следопытов в круглосуточные патрули по всему периметру леса. Любой чужак, шпион или маг из любого государства должен быть безжалостно уничтожен на месте. Наше племя обязано выстоять, чего бы нам это ни стоило.

Всадник Апокалипсиса плавно, с хищной грацией обрубил поток приказов и перевел свой тяжелый, светящийся фиолетовый взгляд на Кайла, стоявшего чуть поодаль вместе с Мией. Четырнадцатилетний юноша всё еще был бледен и тяжело дышал после недавней изнурительной битвы с десятиметровым Аватаром на площади поселения. Сиэльданис отчетливо видел, какую мощную, аномальную силу Хаоса скрывает в себе этот парень.

— Кайл, подойди ближе, — леденящим, непреклонным тоном приказал Сиэльданис, и его стальная корона зловеще блеснула в сумерках. — Твой детский покой окончен. Твой серебряный амулет очистился, и твоя скрытая магия — это единственный и последний шанс нашего племени выжить, когда весь этот мир Бури окончательно перевернется вверх дном. В твоих жилах бурлит Хаос такой чистоты и плотности, какую наше племя не видело со времен Великой Катастрофы. Начиная с сегодняшнего дня, я лично буду ломать твое слабое тело и заново пересобирать твой разум на изнурительных тренировках. У нас есть ровно три года осадной изоляции, чтобы ты научился полностью контролировать свою внутреннюю бурю, прежде чем главная угроза прорвется сквозь печать разлома. Ты готов отбросить слабость и узнать, как управлять своей разрушительной силой?

Кайл сделал глубокий, ровный вдох, выравнивая дыхание по старой школьной методике Старка. Он крепко сжал серебряный амулет на своей шее — в самом основании души разгоралось новое, взрослое пламя непоколебимой решимости. Детские страхи отступили. Юноша прямо и твердо посмотрел в холодные, фиолетовые глаза вождя хаоситов:

— Я полностью готов, мастер Сиэльданис. Обучите меня. Я обуздаю эту силу.

Стоявшая за его спиной в полумраке башни Мия незаметно улыбнулась под глубоким капюшоном своей темной мантии. Её пальцы плавно потерли скрытую руну лемнискаты на левом запястье. Три года жесткой, глухой изоляции Кайла в этом отрезанном от мира лесу, под её личным, чутким присмотром — это был бесценный подарок для Культа Вечности. Ловушка времени захлопнулась над ними окончательно.

Королевство Фарен всегда считалось нерушимым оплотом чистейшего, высшего магического искусства, а его сияющая Магическая Башня гордо и грозно возвышалась над всем континентом, словно монументальный памятник триумфу человеческого разума. Но сегодня в её древних стенах царили беспрецедентная паника и хаос. Сотни хрустальных приборов, сложных измерителей маны, рунных компасов и астральных сфер связи прерывисто мерцали в полумраке лабораторий, непрерывно фиксируя одну и ту же пугающую аномалию: великий защитный купол планеты истощался и разрушался с чудовищной скоростью.

В главном зале величественных соборов Башни экстренно созвался Высший Совет Магов. Старейшины влиятельных магических фракций, бледные от ужаса, перебивали друг друга, их взволнованные голоса сливались в единый испуганный гул. Напряжение росло с каждой секундой, пока к центральной мраморной трибуне неспешным, чеканным и абсолютно уверенным шагом не вышел Он — Архимаг Никсель Омбрет.

Это был истинный патриарх магической науки, чьё нерушимое величие заставило огромный зал мгновенно затаить дыхание и замереть в гробовой тишине. Роскошные сине-голубые волосы Архимага плавно струились по его широким плечам, а пронзительные, светящиеся чистым мистическим светом белые глаза без зрачков видели энергетические потоки вселенной насквозь. Глубокие, суровые шрамы на лице Никселя Омбрета красноречиво доказывали, что этот маг прошел через десятки реальных боевых крещений, а не просто читал книги в тишине библиотек. На его плечах покоилась тяжелая темно-синяя мантия, богато расшитая чистым золотом, а на белоснежной накидке красовались искусно вышитые, мерцающие созвездия. За его головой величественно, мягко горел гигантский, сияющий лазурью круг со сложнейшей рунной геометрией, а на поясе гордо возвышалась подвеска в виде золотого компаса-звезды, таинственно перекликаясь с древней символикой самого Бога-Хранителя.

Архимаг Никсель Омбрет медленно окинул притихший зал Совета своим леденящим, насквозь пронизывающим взором белых глаз. Его мощный, глубокий голос, усиленный маной, раскатился под высокими сводами, заставив вековые каменные стены Башни мелко вздрогнуть.

— Высшие маги Фарена, немедленно прекратите этот жалкий, бессмысленный шум. Я официально объявляю Высшему Совету: наш Бог-Хранитель Элдридж после тяжелой битвы погрузился в вечную, непробудную кому. Его божественная душа стремительно угасает, и великий барьер планеты обречен на полное уничтожение.

Зал на мгновение взорвался потрясенными возгласами старейшин, но Никсель Омбрет резко, властно вскинул руку с золотым компасом-звездой, мгновенно возвращая тишину.

— Но самое страшное скрыто совершенно в другом. Мой личный рунный анализ структуры защитного купола показал математическую аномалию. По всем фундаментальным законам магии, барьер Хранителя после первой свирепой атаки обязан был продержаться как минимум тридцать тысяч лет. Однако его временной спектр был насильно выжжен всего за несколько часов. Кто-то целенаправленно, невероятно искусно истощил барьер времени изнутри нашего собственного континента. Нам противостоит не просто внешняя Бездна. На Планете Бури затаился сильный, безжалостный предатель, сознательно приблизивший падение этого мира. Королевство Фарен начинает тотальное, скрытое расследование. Мы найдем его.

Слова великого Архимага заставили старейшин Фарена содрогнуться от осознания масштаба открывшейся угрозы. Сияющая Магическая Башня закрыла свои двери и начала планомерно готовиться к скрытой, жестокой войне умов.

Королевство Вальдрим. Столица Стальслейв.

В то время как Фарен погружался в тайные расследования, суровый северный Вальдрим не тратил драгоценного времени на теории. Король Марк , чье бледное лицо после недавнего тяжелого боя у пограничной крепости всё еще хранило следы глубокой усталости, твердо стоял на высокой крепостной стене дворца. Он сурово глядел на раскинувшуюся внизу столицу. Северный суверен не умел плакать о павших — он умел воевать до последнего вздоха.

По его личному, жесткому приказу на всей территории Вальдрима была объявлена тотальная, всеобщая мобилизация. Все королевские кузни Стальслейва были немедленно переведены на круглосуточный, экстренный режим работы. Тяжелый, мерный гул сотен огромных молотов днем и ночью разносился над притихшей столицей: кузнецы без сна и отдыха ковали тысячи тяжелых латных доспехов и оружия из прочного, редкого темного серебра, способного эффективно сдерживать и разрушать вражескую скверну.

Марк прекрасно понимал, что обычная человеческая гвардия будет полностью бессильна, если этих солдат не ведет за собой истинный мастер. Повернувшись к замершим позади него командирам взводов, король отрывисто скомандовал:

— Немедленно отправьте моего внука Тарена обратно в уединенное поместье прародителя. Обеспечьте ему полную изоляцию от внешнего мира и предоставьте любые необходимые ресурсы. Наш старец Вальд обязан успеть до начала битвы передать мальчику все секреты древней техники. Времени у нашего королевского рода осталось слишком мало, и Тарен — наш единственный стальной щит в грядущей войне.

В это же самое время. Королевство Элдория. Город Негари.

Пока весь континент Планеты Бури бился в панических судорогах, королевства лихорадочно объявляли всеобщую мобилизацию, маги Фарена искали заговоры, а племена хаоситов намертво закрывали свои границы, в школе основ магии жизнь текла своим привычным, размеренным чередом.

В уютном, светлом и просторном кабинете директора, насквозь пронизанном терпким, сладковатым ароматом спелых яблок, за своим массивным столом из темного дерева спокойно восседал Виктор Старк. На его благородном лице с изысканной сединой по-прежнему цвела всё та же мягкая, теплая и безгранично добрая дедушкина улыбка, которая всегда заставляла детей чувствовать себя в полной безопасности.

Директор Старк непринужденно, с расслабленной грацией взял со стола хрустальный бокал и сделал ленивый, долгий глоток прохладного яблочного сока, искренне наслаждаясь его превосходным вкусом с легкой кислинкой. Сквозь прозрачное стекло бокала он хладнокровно, с легкой ироничной ухмылкой наблюдал, как на самом горизонте за окном кабинета медленно угасают багровые всполохи недавней планетарной катастрофы.

Директор продолжал жить и работать так, словно во всем мире абсолютно ничего не произошло. Он прекрасно слышал панические донесения фракций, знал о великой догадке Архимага Никселя Омбрета и о начале изнурительных тренировок Кайла в лесу хаоситов и Тарена в Вальдриме. Но на его безмятежном лице не дрогнул ни один мускул. Все эти испуганные короли, маги, вожди и культисты прямо сейчас действовали строго по его великому, сценарию. Они паниковали, вооружались и стягивали свои лучшие силы в нужные точки, послушно выполняя роли обычных пешек на его глобальной шахматной доске. Ложная маска абсолютного спокойствия сидела на старике безупречно.

Директор Старк аккуратно, бесшумно поставил пустой хрустальный бокал на деревянный стол, хитро, с опасным блеском прищурился из-под густых седых бровей и тихо, едва слышно прошептал в звенящую пустоту кабинета:

— Паника — это лучшая в мире ширма для финала, верно, мастер Вальд?…

Никсель Омбрет

Глава 19 Тяжесть Силы

Лес Шепота Тишины. Племя хаоситов.

Ледяной горный ветер, пришедший со стороны скалистого хребта Кольца Скал, с резким, заунывным свистом бился о неровные деревянные зубцы на вершине башни-дуба Вамен. Вечер наползал на заброшенный лес Шепота Тишины неохотно, тяжелыми мазками укутывая серые, мертвые кроны вековых деревьев удушливым сизым маревом. В сыром воздухе неподвижно висел плотный, режущий запах озона, гари и застоявшейся, гнилой болотной воды.Две фигуры у самого края каменистой смотровой площадки казались монолитными изваяниями, высеченными из серого гранита. Они замерли друг напротив друга, разделенные лишь редкими искрами прогорающего внизу костра.

Кайл стоял на одном колене, шумно, с надрывным хрипом втягивая ртом холодный, влажный воздух. Каждая крупица этого ветра обжигала его легкие, словно жидкий свинец. Капли липкого пота, смешанные с лесной копотью и пеплом, медленно катились по его лбу, прочерчивая грязные дорожки на бледной коже и капая на растрескавшиеся плиты под сапогами. В свои семнадцать лет он заметно вытянулся, раздался в плечах, а темно-синие, жесткие пряди волос теперь непослушными локонами ложились на плечи.

Но плата за эти изнурительные тренировки была буквально выжжена на его теле. Внутренние магические каналы горели непрекращающимся огнем; от титанической ментальной перегрузки капилляры в глазах лопнули, окрасив белки в пугающий, кроваво-красный оттенок. Серые повязки на руках обгорели, обнажая раны из грубых серых рубцов и глубоких, сочащихся трещин на ладонях, доходящих до самого живого мяса. Кожа зудела и горела от постоянных энергетических откатов Хаоса, превращая любое движение пальцев в муку.

— Слишком медленно, Кайл. Ты снова колеблешься на мгновение перед самым формированием плетения, — металлический, скрипучий голос Сиэльданиса полоснул по оголённым нервам юноши, словно остриё боевого кинжала.

Тяжелый черный балахон Всадника Апокалипсиса зловеще, раскидистыми крыльями колыхался на ветру, а стальная корона с длинными, острыми шипами грозно ловила блеклые, увядающие отсветы заката. Лицо правителя хаоситов полностью скрывала плотная, глухая тень глубокого капюшона, и лишь фиолетовый, пронзительный блеск его глаз неотрывно контролировал каждую крупицу энергии, циркулирующей на площадке.

Кайл стиснул зубы так сильно, что на челюсти проступили желваки. Преодолевая свинцовую, парализующую дрожь в коленях, он заставил свое измотанное тело подняться на ноги.

Внутри него не осталось мыслей — только упрямое, дикое нежелание сдаваться перед лицом этого скрытого под мантией существа.

— Собери ману в кулак, парень, или я просто сброшу тебя с этих зубцов, — Сиэльданис даже не шелохнулся, но фиолетовое свечение в глубине его капюшона налилось удушливой, осязаемой тяжестью.

Кайл рвано, со свистом выдохнул сквозь зубы. Ментальное давление Всадника навалилось на плечи многотонной гранитной плитой, заставляя растерзанные колени снова опасно подогнуться. Но юноша выпрямился. Он медленно развёл руки в стороны, и серая кожа на его ладонях мгновенно лопнула, выпуская наружу первые, робкие струйки нестабильной черной энергии.

Внутри его измученного тела в ту же секунду закипела безумная, практически неуправляемая ментальная война. Согласно жесткому, въевшемуся в подкорку наказу директора Виктора Старка, Кайл не имел права раскрывать свою истинную природу ни одной живой душе на этой Планете Бури. И сейчас, когда Сиэльданис требовал от него выплеска чистой силы, Кайлу приходилось совершать двойное, почти невозможное для человека усилие.Глубоко внутри, в самом ядре своего существа, он сознательно потянулся к Созиданию — ослепительно-белой, первородной энергии абсолютной Власти, которая прибывала в его каналы с каждым новым днем изоляции. А затем, сжимая эту чистейшую силу воли в тиски, он на чистом автопилоте начал насильно ломать её рунную геометрию. Он перекручивал лазурные нити Власти, смешивал их и искусственно, ювелирно маскировал получившийся контур под обычный, привычный всем атрибут разрушительного огня.Это был сущий ад. Стоило его концентрации ослабнуть хотя бы на долю секунды от дикой боли в мышцах — и белое первородное сияние Созидания миров с хрустальным звоном прорвалось бы наружу.

— А-а-а-арх! — гортанный, звериный рык вырвался из груди Кайла, когда он резко выкинул обе ладони вперед. Над каменистой площадкой башни Вамен с оглушительным, яростным ревом вспыхнул тяжелый, плотный черный вихрь магии Хаоса. Воздух вокруг Кайла пошел дикими, искаженными волнами от яростного, парализующего жара. Гранитные плиты под его сапогами мгновенно начали плавиться, превращаясь в жирную, темную и бурлящую жижу, испускающую едкий, режущий глаза дым.

Темный шквал ревущего пламени выжигал лесной туман еще несколько долгих секунд, прежде чем контур окончательно распался. Кайл чувствовал, как с этим последним выдохом из его тела уходит абсолютно всё. Дикая энергия Хаоса разом обнулилась, оставив после себя лишь выжженную, звенящую пустоту.

Внутреннее ядро словно схлопнулось.В глазах Кайла резко потемнело — мир вокруг пошел серыми пятнами, очертания башни поплыли, а каменные плиты под ногами потеряли всякую плотность.

Юноша беззвучно, мешком рухнул лицом вперед прямо в остывающую гранитную жижу, окончательно теряя сознание от привычной, изнуряющей перегрузки.

Сиэльданис медленно опустил руку, скрытую широким рукавом балахона. Всадник Апокалипсиса плавно, словно бесплотная тень, подошел к распростертому на камнях телу парня. Фиолетовый блеск в глубине его капюшона на мгновение потускнел, уступая место тяжелой, вековой тоске.

Он сознательно ломал это человеческое тело день за днем, неделя за неделей, выводя каналы маны Кайла на опасный, смертельный предел. Эльф-теней ковал оружие. Последнее, бескомпромиссное оружие, способное защитить остатки его вымирающего племени полукровок, когда реальное тело Загана неизбежно прорвет истончившийся купол Хранителя. Всадник аккуратно наклонился, подхватил Кайла под мышки и с легкостью понес его вниз, по винтовой лестнице вглубь башни, оставляя вершину Вамен наедине со свистящим ночным ветром.

Когда сознание вернулось, Кайл первым чувством ощутил не зрение, а запах. В комнате густо, обволакивающе пахло подсушенной хвоей, смолой и терпким, вяжущим ароматом болотного багульника. Где-то совсем рядом мерно, убаюкивающе потрескивали сухие поленья, и тепло от камина мягкими волнами касалось его лица. Кайл попробовал приоткрыть веки, но ресницы словно слиплись, а от ярких оранжевых отблесков огня на каменном своде потолка в глазах тут же вспыхнула резкая, пульсирующая боль.

Лопнувшие капилляры внутри глазных яблок всё ещё горели, отзываясь на каждый удар сердца. Он попытался пошевелить хотя бы пальцами правой руки, но тело его не послушалось. Каждая мышца, каждая кость были налиты такой чудовищной, свинцовой тяжестью, словно его заживо замуровали в монолитный гранитный блок. Руки от плеч до самых ладоней онемели настолько, что он не чувствовал ткани простыней, на которых лежал. Внутренние каналы, выжженные заклинанием, теперь напоминали пустые, высохшие русла рек, по которым вместо маны лениво перекатывался сухой, колючий жар. Кайл тяжело, со свистом выдохнул сквозь сухие, потрескавшиеся губы. В полумраке гостевой комнаты башни Вамен время тянулось неестественно медленно. Длинные, капризные тени от каминного пламени медленно плясали по стенам, высеченным прямо внутри исполинского древнего дуба, создавая ощущение полной, глухой изоляции от остального мира Планеты Бури.

Юноша лежал неподвижно, запертый в собственном истощенном теле, и внутри него медленно разгоралось привычное, липкое чувство беспомощности, которое всегда накрывало его после пиковых тренировок Сиэльданиса.

Тяжелая дубовая дверь гостевой комнаты отворилась без единого звука — петли были щедро смазаны жиром еще в первую зиму их пребывания в лесу. На пороге возник хрупкий девичий силуэт, очерченный мягким оранжевым светом коридорных факелов.

— Кайл? Ты уже очнулся? — Мия сделала быстрый шаг к постели, неся в руках небольшую глиняную миску, от которой поднимался густой, ароматный пар. Она присела на самый край матраса, и к запаху смолы в комнате мгновенно примешался сочный, манящий аромат мясного бульона, приправленного сушеными лесными лечебными кореньями.

Её короткие темные волосы были слегка растрепаны штормовым ветром, а в широко распахнутых глазах отражалось столько искреннего, невыносимого беспокойства, что у Кайла внутри само собой отпустило леденящее чувство одиночества. Мия аккуратно поставила миску на прикроватный столик, а затем протянула руку и ласково, невесомо прикоснулась прохладной ладонью к его пылающему лбу, проверяя, не началась ли ночная лихорадка. Кончики её пальцев были влажными и пахли речной водой.

— Сиэльданис совсем сошел с ума... — негромко, со слезами в голосе прошептала она, убирая руку.

— Твои каналы маны истощены до предела, кожа на ладонях снова разорвана. Сколько можно издеваться над человеком?

Кайл попытался что-то ответить, но из пересохшего горла вырвался лишь глухой, едва различимый сип. Видя, что юноша из-за судорог в мышцах не может даже приподнять голову, Мия мягко, согревающей улыбкой остановила его попытки. Она взяла деревянную ложку, аккуратно зачерпнула немного горячего бульона, слегка подула на него и поднесла к его сухим, потрескавшимся губам.

— На, выпей. Я весь вечер варила этот отвар на лечебных травах и мясе, что передали братья-следопыты. Он поможет восстановить силы и утихомирит жар внутри тела. Давай, потихоньку. Кайл послушно, маленькими глотками начал пить бульон. Живительное, приятное тепло мгновенно разливалось по пищеводу, возвращая онемевшим мышцам робкие капли чувствительности. В его груди, разгоралось чувство абсолютного, детского и настоящего доверия. За эти три года Мия стала для него единственным близким человеком за все время нахождения в племени.

Кайл верил каждому её слову, ловил её ласковый взгляд и искренне считал эту тихую девчонку своим единственным ангелом-хранителем в рушащемся мире. Он не мог или не умел замечать, как глубоко на дне её ясных зрачков то и дело проскальзывал леденящий, расчетливый блеск, методично фиксирующего каждое его уязвимое состояние.

С каждым новым глотком горячего отвара веки Кайла наливались непреодолимой, усталостью. Тепло камина и мягкий голос Мии окончательно убаюкали его измученный разум. Юноша тяжело выдохнул, его пальцы расслабились, а ладонь, которую до этого слабо сжимала девушка, бессильно соскользнула на одеяло.

Дыхание Кайла выровнялось, став глубоким и редким. Он провалился в тяжелый, безмолвный сон, абсолютно уверенный, что находится под защитой самого преданного человека на земле.

Мия посидела неподвижно еще около десяти минут, бережно удерживая руку на его лбу, словно проверяя глубину его сна. Убедившись, что Кайл спит беспробудно и не очнется от случайного шороха, она плавно, словно бесплотная серая тень, убрала ладонь. Девушка медленно поднялась с края матраса. Её шаги по массивным деревянным половицам гостевой комнаты были совершенно бесшумными, не порождая ни единого скрипа. Она подошла к высокому стрельчатому окну, за которым в густом полумраке шумел вековой заброшенный лес Шепота Тишины, и замерла, скрестив руки на груди. Мягкая, заботливая девичья улыбка в одно мгновение, без следа исчезла с её бледного лица. Мимика Мии изменилась настолько разительно, словно маска преданного ангела-хранителя была безжалостно сброшена за ненадобностью. Лицо девушки приняло леденящее, пугающе безэмоциональное и расчетливое выражение лица профессионального агента, хладнокровно анализирующего состояние объекта. В её глазах больше не было сострадания или страха перед Сиэльданисом — остался лишь сухой, прагматичный ум шпиона Культа Вечности, завершившего очередной этап сложнейшей многолетней слежки.

Мия плавно, без единого лишнего звука задрала плотный рукав мантии на левом предплечье. Прямо на её бледной коже, резко выделяясь в полумраке комнаты, зловеще, багрово и горячо пульсировала скрытая руна в виде лемнискаты — бесконечной петли Культа Вечности. Знак наливался жидким огнем, заставляя воздух вокруг её запястья едва заметно дрожать от избытка маны.

Девушка плотно прижала указательный и средний пальцы правой руки к раскаленной руне, замыкая ментальный контур связи. Она закрыла глаза и полностью заблокировала внешние раздражители, входя в привычный ритм шифрованной передачи данных.

В её разуме, натренированном годами суровой шпионской подготовки, мысли выстраивались в четкие, лаконичные строчки секретного донесения для своего непосредственного руководства: Пятого Пальца.

«Объект Кайл. Исход третьего года осадной изоляции в лесу Шепота Тишины. Стабильность внутренних каналов Хаоса при пиковых ментальных перегрузках Сиэльданиса восстановилась почти полносью. Физическое тело истощено, но ядро Созидания миров — восполняет резервы в полтора раза быстрее, чем в прошлом. Маскировка под магию огня по-прежнему держится идеально для хаоситов. Однако во время сегодняшнего обморока контроль на долю секунды ослаб — скрытые сенсоры зафиксировали четкий, аномальный белесый отблеск первородного Созидания. Ментальная привязанность объекта ко мне — максимальна. Доверие абсолютное. Кайл изолирован от внешнего мира и готов к дальнейшим указаниям. Глава Культа — Голова — изначально был прав. Этот сирота из Негари — Истинное Дитя Пророчества, балансирующее между разрушением и сотворением. Он идеально созрел для финальной стадии ритуала в штабе культа».

Она поправила рукав, скрывая багровый след на бледном запястье, но пальцы её продолжали едва заметно подрагивать. Мия повернулась к кровати и долго, не мигая, смотрела на спящего Кайла.

В отсветах камина его лицо, осунувшееся от изнурительных тренировок, казалось совсем мальчишеским, беззащитным. На лбу пролегла глубокая складка — даже во сне внутренние каналы, опаленные Хаосом, не давали ему покоя. В груди Мии в этот миг шевельнулось нечто необычное, горячее. За эти три года , когда они делили на двоих один сухой паек, одну тишину векового леса и одну лихорадку после обмороков, Кайл стал для неё всем. Она знала каждый его шрам, помнила ритм его рваного дыхания и искренне, со всей силой своей израненной девичьей души любила этого синеволосого юношу. Каждая его судорога отзывалась в её собственном теле физической болью. Но эта любовь не заставляла её предать Культ Вечности. Напротив, фанатичная, извращенная догма, вбитая в её голову лидером-Головой с самых ранних лет, заставляла её верить, что отправлять Кайла под темные алтари, она совершает высшее благо. Древнейшие мифы и пророчества об «Абсолюте» и «спасении человечества от космических угроз» прочно запечатала её критический разум.

Мия была свято, до безумия уверена: Великий Ритуал — единственный способ очистить Кайла от человеческой слабости, спасти его от неминуемого выгорания и превратить в бессмертного защитника вселенной. Она вела его на этот алтарь ради его же «спасения», готовая лично держать его за руку до самой последней секунды трансформации.

Ближе к рассвету, когда свинцовая тяжесть в мышцах немного отступила, уступив место привычной ноющей боли, Кайл бесшумно поднялся с постели. Стараясь не потревожить Мию, которая уснула прямо в кресле у камина, уронив голову на плечо, он накинул походную куртку и медленно вышел в коридор. Серебряный амулет на груди ощущался непривычно легким, словно его металл остыл вместе с ночной лихорадкой. Послушно переставляя ноги, юноша преодолел крутые ступени винтовой лестницы и снова поднялся на вершину башни Вамен.Каменистая смотровая площадка встречала его звенящим, леденящим безмолвием. Небо над лесом Шепота Тишины постепенно светлело, наливаясь блеклыми, предрассветными красками, а тяжелый фиолетовый туман лениво оседал на верхушки массивных деревьев. У самого края площадки, прямо у тлеющего, исходящего редкими фиолетовыми искрами костра, неподвижно сидел Сиэльданис. Всадник Апокалипсиса не обернулся на звук шагов, словно заранее знал о приближении ученика.

— Ты упорно ищешь привычную, оседлую логику там, где видишь лишь одно разрушение, Кайл, — металлический, скрипучий голос вождя хаоситов прозвучал удивительно спокойно в утренней тишине, разгоняя остатки лихорадочного сна.

— В сияющих залах Элдории тебя, наверняка учили, что Хаос — это слепая ярость и разрушение. Скверна, подлежащая немедленному истреблению священной сталью.

Кайл медленно подошел ближе, кутаясь в рубашку от пронизывающего горного ветра, и сел на растрескавшуюся гранитную плиту напротив наставника.

— Но Хаос — это вовсе не абсолютное деструкция, мальчик, — Сиэльданис плавно наклонился вперед, поворошив угли длинным кованым прутом.

— Это великая, необходимая сила перемен. Он приходит во вселенную тогда, когда прежний порядок окончательно загнивает, превращаясь в болото. Без этого разрушения невозможен ни один шаг вперед. Мой народ... Эльфы Теней... Мы веками пытались удержать этот баланс, перерабатывая чистую ману Власти через корни великого древа на нашем острове...

Всадник Апокалипсиса медленно повернул голову, и из-под глубокой, непроницаемой тени капюшона на Кайла устремился тяжелый, пронзительный блеск его фиолетовых глаз. Стальная корона с длинными шипами зловеще блеснула в утреннем полумраке.

Сиэльданис медленно поднялся со своего места. Тяжелый черный балахон Всадника Апокалипсиса плавно, беззвучно расправился за его спиной, а стальная корона с длинными шипами холодно блеснула в утреннем свете.

— Наше затишье подошло к концу, Кайл, — скрипучим, как скрежет металла по граниту, голосом произнес Всадник, вглядываясь в линию горизонта на востоке.

— Великий барьер Хранителя Элдриджа исходит глубокими трещинами. Контуры времени, которые сдерживали космическую Бездну последние три года, истончились до критического предела. Повсюду — от берегов Флоиса до горных перевалов Вальдрима — уже во всю идут битвы против Аватаров, которые прорываются на континент.

Кайл тоже встал, крепче сжимая в ладони прохладный серебряный амулет. В его глазах, всё ещё хранивших кровавый оттенок от лопнувших капилляров, больше не было прежнего детского страха. Три года изнурительного, жесткого ломания на этой каменистой площадке выжгли из его души последние остатки детской слабости. Он чувствовал, как внутри его опустошенного ядра мана Хаоса и Созидания начинает медленно, горячо циркулировать, отзываясь на вибрации раскалывающейся планеты. Маскировка под пламя огня больше не имела значения — впереди их ждала настоящая война за выживание.

— Твое учение здесь завершено, — Сиэльданис плавно повернулся к нему, и фиолетовый блеск его глаз на мгновение стал невероятно плотным.

— Ты научился удерживать внутреннюю бурю в узде, но настоящий баланс сил ты обретешь только там, в настоящей битве. Иди в комнату, собирай вещи и готовь Мию к выходу. Я чувствую как ткань реальности рвется на части, мощный выброс магии прорывается в мир. Мы выдвигаемся на юго-запад, в сторону города Особэн, сегодня к полудню. Встреть этот шторм на ногах.

Кайл молча, решительно склонил голову перед наставником, развернулся и быстрыми, уверенными шагами направился к лестнице. В его груди разгоралось концентрированное пламя непоколебимой воли.

Глава 20 Луч Надежды

Территория страны Самер, близ границ с Залир и Калли.

Под сенью почерневших, изуродованных скверной исполинских деревьев Самерского леса вечно клубился противоестественный, тяжелый фиолетовый туман. Земля здесь давно потеряла здоровый, живой цвет, превратившись в гниющее, топкое и смертельно опасное болото, сплошь покрытое сизым, скользким мхом. Солнечный свет с огромным трудом пробивал тяжелые, нависшие тучи мертвой эпохи, оставляя на мшистой почве редкие, блеклые, почти трупные пятна. Воздух в лесной чаще был пропитан удушливым, режущим запахом гари, тухлой серы и вечной сырости — верными, неопровержимыми признаками того, что великий барьер Хранителя в этой приграничной зоне истончился до критического предела, пропуская различных тварей хаоса, созданных Заганом, вместе с его Аватарами.

В самом центре выжженной дотла лесной поляны, усеянной дымящимися кратерами и обугленными ветками, только что стихли звуки жестокой, беспощадной схватки. Последняя изменчивая тварь Хаоса — уродливый, соткавшийся из чистой тьмы многоногий кошмар — судорожно забилась на земле. Плотные золотые цепи чистейшего Света, соткавшиеся прямо из воздуха, намертво прижали её извивающееся чешуйчатое тело к каменистой почве.

— Копейщики, замкнуть кольцо! Держите контур сдерживания, не давайте ей рассеяться в тумане! — резкий, звонкий, но пугающе ровный девичий голос разорвал звенящую тишину поляны.

Лера Тонт сделала плавный, почти невесомый шаг вперед. Ей исполнилось семнадцать лет, и в её фигуре больше не было той девичьей, робкой угловатости, что когда-то отличала сироту из приюта Негари. Она сильно похудела за это время непрерывных приграничных зачисток, черты её лица заострились, став сухими и строгими, а бледная, прозрачная кожа казалась почти фарфоровой под блеклыми лучами угасающего солнца. Её длинные русые волосы были небрежно, грубо обрезаны под самый корень, чтобы не мешать в бою, а на лбу и впалых щеках запеклись капли чужой, фиолетовой крови.

В её правой руке, окутанный ревущим, ослепительно ярким золотым сиянием, покоился «Вразумитель». Клинок, выкованный когда-то её покойным отцом-кузнецом, непрерывно вибрировал от избытка святой маны, издавая тонкий, пронзительный, почти ультразвуковой свист. Этот звук заставлял фиолетовый туман вокруг лезвия испуганно сжиматься и таять.

Лера плавно подняла меч над головой. Золотой свет, исходящий от безупречно заточенной стали, на мгновение стал настолько плотным, что разогнал тяжелое марево Хаоса над всей поляной, обнажив истинный, безобразный лик корчащегося монстра. Тварь зашипела, её многочисленные суставчатые конечности судорожно заскребли по камням, пытаясь разорвать светящиеся оковы сдерживания, но рунные звенья цепей лишь глубже впивались в багровую чешую, выжигая её темную суть.

Без тени сомнения, страха или секундной жалости, девушка опустила лезвие вниз. Движение было выверенным, лишенным каких-либо человеческих эмоций, словно удар тяжелого механизма. Она вонзила священную сталь точно в пульсирующее фиолетовое ядро на груди монстра.

С оглушительным, хрустальным треском, от которого зазвенели латы замерших вокруг копейщиков, чудовище вспыхнуло лазурно-золотым огнем. В секунду расколотая реальность вернулась на место — тварь рассыпалась в серый, безжизненный пепел, который шквальный лесной ветер моментально развеял по выжженному мху. На поляне осталась лишь небольшая дымящаяся воронка, испускающая тонкий шлейф горького дыма.

Рыцари и послушники ордена Света, тяжело, хрипло дыша, начали медленно опускать свои массивные ростовые щиты. Поляну сковала мертвая, зловещая тишина. Никто из выживших бойцов тринадцатого карательного взвода не смел нарушить это безмолвие вслух — все взгляды с глубоким, суеверным и священным трепетом были прикованы к бледной, неподвижной фигуре своего командира.

Лера медленно, без единого лишнего движения опустила клинок остриём к каменистой земле. Железное устье ножен приняло тяжелую сталь с сухим, костяным щелчком, и золотое марево, только что резавшее глаза, послушно втянулось обратно в лезвие. Поляна вмиг потемнела, укутывая растоптанный мох привычным фиолетовым полумраком, а в нос снова ударил резкий запах болотной гнили и мокрой золы.

Вместе со светом ушло и тепло. Лера замерла посреди поляны, чувствуя, как под воротник походной куртки, прямо к основанию шеи, вползает знакомая, липкая волна холода. Сначала он парализовал кончики пальцев, начисто стирая жжение от рукояти меча, а затем двинулся выше — к горлу, оседая где-то в груди ровным, безразличным онемением.

Её дыхание сделалось редким, а пар изо рта пошёл ровными, холодными толчками. Кожа на подушечках пальцев потеряла чувствительность, превратившись в плотную, деревянную корку — Лера провела большим пальцем по чеканному эфесу, но почувствовала лишь тупое, далёкое давление металла. Холод лез глубже, стягивая внутренние каналы маны и завязываясь в тугой, безжалостный узел прямо за ребрами, выстуживая изнутри всё, что ещё способно было чувствовать или болеть. Наступало привычное онемение, которое защищало её разум от лесного ужаса Бездны лучше любых лат.

Внутри сделалось удивительно тихо. Все звуки Самерского леса — глухой хруст веток под сапогами послушников, волочащих по грязи тела погибших, далекое уханье лесных птиц — внезапно отступили, сделавшись плоскими и неважными. Мысли текли ровно, по одной единственной линии, без углов и всплесков. Исчезла детская тревога, вечно терзавшая её в Негари, испарился даже страх темноты.

Лера попыталась вызвать из памяти лицо Кайла — то самое, с синеватыми прядями и дурацкой, согревающей улыбкой, которое она последний раз видела во время прощания с ним в Негари. Но в темноте разума нарисовался лишь серый, размытый контур. Как бы она ни пыталась разглядеть этот неясный силуэт, то лицо которое она казалась никогда не забудет, так и ускользало от её взора. Самое страшное, что никакого укола в груди. Никакой тоски или боли. Пустая, выцветшая страница в старой книге.

Она наклонилась над зеркальной гладью глубокой болотной лужи у поваленного ствола сосны, чтобы смыть фиолетовые брызги скверны со щеки. Из темной воды на неё взглянуло неподвижное, бледное лицо с заострившимися скулами и ледяными, стеклянными глазами, в которых больше не отражалось небо. Кончики её пальцев коснулись ледяной воды, но вода показалась тёплой — её собственное тело было холоднее этого мёртвого болота. Послушники в карауле, стоило ей обернуться, всегда инстинктивно опускали глаза и отступали на шаг, шёпотом называя этот взгляд божественным отрешением. Ей было абсолютно всё равно, как они это называют. В этой звенящей пустоте было легко.

Позади послышался влажный хруст мха и тяжелое, прерывистое дыхание. Лера не обернулась. Она продолжала неподвижно смотреть на свое отражение в луже, пока по воде от чужих шагов не побежали мелкие круги, разбивая её стеклянный лик на зеркальные осколки.

Из фиолетового тумана леса, бережно огибая дымящиеся воронки, к ней медленно вышел главный епископ Одальрик. Его длинные белые одежды, богато расшитые золотой нитью по подолу, теперь были безжалостно изодраны колючими ветками и покрыты бурыми пятнами болотной грязи. Старое, высохшее лицо религиозного лидера, казавшееся восковой маской в сумерках чащи, мелко дрожало. Старик мертвой хваткой сжимал свой массивный деревянный посох, и золотое солнце на его навершии тускло поблескивало, ловя блеклые отсветы неба.

Одальрик остановился в трех шагах от девочки, и Лера отчетливо услышала, как его дыхание сорвалось на благоговейный, дрожащий вздох. По его впалым, покрытым глубокими морщинами щекам катились беззвучные, крупные слезы. В этих глазах, устремленных на бледный профиль юной послушницы, не было ни капли жалости к её истощенному телу или растерзанным рукам. Там горел чистый, концентрированный и пугающий восторг фанатика, который после долгих лет темноты и отчаяния наконец-то узрел истинное, осязаемое чудо. Для Одальрика её ледяное онемение и стеклянный взгляд были не трагедией, а высшим триумфом веры — свидетельством того, что покойный Господь Люциус лично коснулся этой сироты, выжигая из нее всю скверну, и все грехи людские ради спасения королевства.

Старый епископ медленно поднял исхудавшую, дрожащую ладонь над её неподвижной головой. Кончики его пальцев, пахнущие церковным ладаном и старыми пергаментами, едва коснулись мокрой от пота и тумана русой макушки Леры.

— Ты снова явила нам нерушимое величие Его Света, дитя мое, — согревающей, трепетной улыбкой произнес Одальрик, и его голос сорвался на благоговейный шёпот. — Твой дух чист, а взор закрыт для земных соблазнов. Сам Господь Люциус направляет твою руку сквозь этот божий клинок. Ты перешагнула через человеческие слабости, Лера. Твой разум очищен от сомнений, а сердце не ведает колебаний. Ты — истинное, последнее спасение нашей Элдории в эти мрачные дни.

Лера даже не моргнула. Она слушала его раскатистые, полные религиозного пафоса речи, но они казались ей далеким, блеклым шумом, будто шёпот ветра в кронах мертвых деревьев. Внутри её груди по-прежнему вибрировал тяжелый, безразличный холод меча «Вразумитель», заглушая любые остатки каких-либо чувств.

— Скоро города, полные панического страха, взмолятся в ожидании чуда, — Одальрик фанатично прижал ладонь к груди, и в его глазах разгорелся опасный, слепой огонь веры. — И ты поведешь наши карательные взводы за собой, как карающая, безжалостная длань Люциуса. Ты сотрешь Хаос в пепел! Твоя стальная отрешенность — это великий триумф нашей веры!

Старый епископ продолжал фанатично шептать молитвы над её неподвижной головой, искренне радуясь, что вырастил идеальное, безжалостное божественное оружие. Они оба были полностью ослеплены ложными догмами, совершенно не подозревая, что их «священный поход» и титанические лесные зачистки — лишь безупречно подготовленное пушечное мясо.

Одальрик опустил руку, но Лера не пошевелилась. Позади них, увязая сапогами в жирной бурой жиже, послушники тринадцатого карательного взвода молча крепили тела погибших товарищей к седлам лошадей. Кожаные ремни со скрипом натягивались, фиксируя окоченевшие конечности в белых, изодранных ветками мантиях. Лошади тревожно прядали ушами, косясь на подступающий со всех сторон фиолетовый туман, и шумно выдыхали серый пар.

Ни один из выживших бойцов не проронил ни слова. В лагере пахло сырой кожей, лошадиным потом и застарелым железом. К Лере робко приблизился раненый рыцарь, багровая кровь на его поспешно забинтованном предплечье уже успела подсохнуть и потемнеть.

— Лошади навьючены, сестра Лера. Готовы к переходу через Самерскую чащу. Ждем вашего приказа.

Лера скользнула взглядом по окровавленному холсту на его руке, затем перевела взор на вытянувшиеся в цепочку силуэты коней. Онемевший разум не выдал ни капли скорби по павшим, ни капли жалости к выжившим. Холод, монолитно сидевший за её ребрами, делал окружающий мир на удивление простым и понятным — набором тактических единиц, которые необходимо доставить из точки А в точку Б.

— Выдвигаемся, — её голос прозвучал сухо, без единого интонационного всплеска, словно треск сломавшегося на болоте сучка. — Держать дистанцию в три шага. Застава должна встретить нас до наступления полной темноты.

Она первой перехватила поводья своей лошади и уверенно шагнула в фиолетовое марево, не оборачиваясь назад. Взвод послушно потянулся следом, растворяясь в серой мгле.

Вынырнув из удушливых, цепких объятий Самерского леса, карательный взвод Леры наконец вышел к внешнему кольцу укреплений южной приграничной заставы. Город Солар, когда-то бывший оживленным торговым узлом на пересечении путей, за три года осадного положения окончательно преобразился, превратившись в суровую, ощетинившуюся сталью цитадель. На наспех возведенных каменных бастионах, сложенных из темного грубого гранита, непрерывно мерцали контуры магических сигнальных огней, а воздух здесь казался сухим и горьким от постоянной гари кузнечных горнов.

По всему периметру массивных бревенчатых частоколов, окружавших военный лагерь, лениво, с тяжелым, зловещим хлопком качались на ветру огромные черные полотнища флагов. Королевство Элдория не снимало тоталитарный траур по погибшему у скалы Богу Люциусу — эти флаги, напоминавшие о катаклизме, въелись в повседневность каждого гвардейца и послушника, выжигая из их душ последние остатки надежды на мирное небо.

Лера ехала в авангарде отряда, мерно покачиваясь в седле. Её ледяной, никуда не устремленный взгляд скользил по бесконечным рядам гвардейских палаток, разбитых прямо на растоптанной, превращенной в бурое месиво земле лагеря. Здесь царил плотный, давящий порядок тоталитарного военного положения. Тысячи регулярных солдат, одетых в потемневшие от болотной сырости доспехи, суетливо двигались между кострами: одни наспех правили зазубренные клинки о точильные камни, другие туго перебинтовывали раны грязными холстами, третьи молча, в гробовом молчании поглощали скудную похлёбку из общих котелков. Никто не смел повышать голос. Смертный страх перед прорывами тварей Хаоса, которые из-за истончившегося купола Хранителя происходили теперь чуть ли не каждую неделю, полностью подавил в людях желание спорить или роптать на жесткую волю короны.

Король Юстас-Лев IV стянул к южным рубежам абсолютно все боеспособные силы королевства, превращая Элдорию в глухой, изолированный щит. Торговая страна Самер быстро вошла в состав Элдории в это тяжелое время. Самерская застава задыхалась от нехватки провизии, а в кузнях катастрофически не хватало качественного железа для ковки стрел и лат — старые запасы столицы Элдрим были сожжены ещё в первый год осадного затишья. Проходящие мимо Леры солдат регулярных полков Элдории инстинктивно замирали, завидев разорванные белые мантии тринадцатого взвода и привязанные к седлам тела погибших. Они почтительно, с суеверным страхом прижимали кулаки к гвардейским бляхам на латах, провожая взглядами бледную юную деву.

Для этих измученных, запертых в окопах мужчин Лера Тонт была живой святой, карающей дланью угасшего божества, способной выжигать фиолетовый туман Хаоса до самого основания.

Гвардейцы латали свои кирасы и крепили частоколы, действуя из соображений сугубо земной военной логики, и они даже близко не догадывались, что весь этот огромный, ощетинившийся железом лагерь на границе Самерского леса — лишь одно из многих мест столкновения на континенте. В самом сердце Солара, за толстыми, сложенными из дикого гранита стенами пограничного штаба, царило глухое, парализующее напряжение. Окна просторного кабинета были настежь распахнуты, и холодный ночной ветер доносил до комнаты отдаленный, тяжелый рокот Каллийских гор, смешанный с горьким запахом лагерного дыма. На массивном дубовом столе, испещренном следами от ударов кинжалов, была небрежно расстелена старая, пожелтевшая от сырости карта прибрежных провинций и южных островов.

Командир столичной гвардии Джеймс Гарден стоял у стола, тяжело опершись ладонями о деревянную кромку. Его лицо за три года непрерывных патрулей сильно осунулось, под глазами залегли глубокие, серые тени, а в волосах густо проступила благородная седина. Единственный сын Тарен уехал в суровый Вальдрим, и с тех пор от него не было ни единой весточки, но старый гвардеец не умел жаловаться. На его латах тускло поблескивал серебряный гвардейский герб — скрещённые мечи под щитом — символ непреклонной воли короля Юстаса-Льва IV.

— Наш левый фланг у Самерского леса полностью прикрыт Орденом Света Леры Тонт, — отрывисто, сухо доложил один из адъютантов, указывая остриём ножа на южные просеки. — Скверна Хаоса сдерживается, но наши внутренние запасы железа и провизии в лагере исчерпаны до самого дна. Если в течение недели не прибудет новый конвой, кузнецы не смогут ковать латы и стрелы.

Джеймс Гарден молча кивнул, не поднимая головы от карты. Внутренний тон его мыслей был мрачным. Старость безжалостно наваливалась на плечи, а драконья кровь короля, согревавшая гвардию в былые годы, теперь казалась лишь тяжелым бременем выживания.

Джеймс Гарден медленно перевел тяжелый, уставший взгляд на противоположный край дубового стола.

Там, кутаясь в богатый меховой плащ от пронизывающего ночного сквозняка, неподвижно замер Хранитель портов Уилл. Животный, первородный страх перед драконьей кровью элдорийской королевской династии, который он в полной мере испытал три года назад во время подписания соглашения, навсегда парализовал его волю к сопротивлению. Руки правителя Флоиса мелко, судорожно дрожали, когда он пытался унять нервный зуд в пальцах.

— Ваши комиссары забрали всё, Гарден... — заикаясь, едва слышно произнес Уилл, не смея поднять глаз на гвардейского командира. — Мой народ голодает на островах, матросы выходят в открытое море без сна и отдыха третьи сутки подряд, перекрывая кордонами каждую бухту со стороны Калли до Залирских берегов. Торговый союз, о котором мы изначально уважительно договаривались, превратился в бесправное рабство. Чего еще от нас хочет ваша корона? Мы отдали все верфи, доки и рудные шахты.

— Корона хочет, чтобы мы выжили в этой мясорубке, Уилл, — холодно, отрывисто, без тени жалости отрезал Джеймс Гарден, и его ладонь жестко, со зловещим скрежетом легла на эфес палаша. — Наш Бог Люциус мертв, его великий защитный щит навсегда угас над собором столицы Элдрим. Если мы ослабим хватку и уберем боевые корабли Флоиса из Розового моря хоть на один час, фиолетовый туман Бездны сожрет и твои южные острова, и наши провинции. Твой флот — единственное, что прикрывает Элдорию со стороны моря, пока Орден Леры Тонт выжигает тварей на суше. Вы будете ковать металл и поставлять зерно гвардии до тех пор, пока континент трещит по швам. Это суровый закон выживания.

Джеймс Гарден действовал из военной логики, прагматизма и жестких приказов Юстаса-Льва IV, исходя из текущей оборонительной ситуации. Для него островной Флоис был просто удобным сырьевым придатком и живым, бесправным щитом, способным удержать водные границы. Ни он, ни парализованный страхом Уилл не знали будущего. Они распределяли патрули и заряжали баллисты темным серебром, искренне веря, что их трехлетняя осадная готовность способна сдержать катаклизм.

Смертные люди Планеты Бури на суше и на море стискивали зубы и латали раны, и они даже близко не догадывались, что гвардия Гардена в Соларе, Орден Света Леры Тонт в лесу и весь этот угрюмый, мобилизованный флот Флоиса в Розовом море — лишь пешки в той бойне что грядет.

Глава 21 Прародитель

Королевство Вальдрим.

Северные ветра Вальдрима всегда славились своей беспощадной, режущей яростью, но к исходу третьего года осадного затишья они сделались по-настоящему леденящими.

Плотные, свинцово-синие небеса над столицей, древним городом Стальслейв, были туго заволочены тяжелыми, низкими грозовыми тучами. Они нависали над острыми шпилями величественных каменных башен королевского дворца, словно готовая вот-вот разразиться каменная лавина, способная в один миг похоронить под собой остатки человеческой цивилизации.

Воздух здесь, на высоте птичьего полета, был насквозь пропитан терпким, удушливым запахом раскаленного древесного угля, окалины и горькой серы — гигантские кузнечные цеха, высеченные прямо в недрах гранитных скал под городом, работали на самом пределе человеческих возможностей, выбрасывая в небо серые шлейфы дыма сквозь массивные каменные трубы.

Король Вальдрима Марк стоял на самой вершине массивной крепостной стены дворцовой цитадели, подставив суровое, исхудавшее лицо колючим, обжигающим порывам ветра. Он не шевелился уже несколько часов, застыв подобно мраморным изваяниям своих великих предков. Его бледная кожа по-прежнему хранила глубокие, сероватые следы изнурительной усталости после затяжного и страшного боя у пограничной крепости три года назад, а на висках густо, грязными прядями проступила благородная седина.

Но взгляд северного суверена оставался прочным, тяжелым и непоколебимым, как гранитные пики Кольца Скал. Марк не умел плакать о погибших солдатах, не умел сокрушаться о потерянных приграничных провинциях — он был рожден воином и умел организовывать глухую, бескомпромиссную оборону до самого последнего вздоха, выжимая из своего государства абсолютный максимум.

С этой высоты Стальслейв казался огромным, притихшим серым склепом, зажатым в тиски базальтовых скал. Узкие мощеные улочки, обычно заполненные шумными торговцами и каретами знати, теперь были пусты. По ним лишь изредка маршировали патрули гвардейцев, чьи тяжелые доспехи глухо, зловеще гремели в наступающих сумерках. Город замер, затаился, прислушиваясь к глубокому, едва уловимому гулу, который каждую ночь поднимался со стороны восточных перевалов.

Марк медленно перевел взгляд на горизонт, где тучи сгущались особенно плотно, наливаясь противоестественным, фиолетовым оттенком. Великий барьер Бога-Хранителя рухнул, окончательно обнажив горы перед Бездной, и Вальдрим остался один на один с наползающим штормом.

Тяжелые кованые сапоги короля Марка мерно стучали по каменным плитам крепостной стены, когда он спускался к галереям восточного бастиона. Гвардейцы, завидев суровый силуэт своего правителя, тут же выпрямлялись, вскидывая подбородки и прижимая кулаки к нагрудным пластинам доспехов. Воздух здесь, на передовой линии обороны, казался еще более плотным, вибрирующим от затаенного страха и напряжения.

Солдаты армии Вальдрима были закованными в железо ветеранами горных осад, но предчувствие столкновения с неизведанным космическим ужасом подтачивало даже их стальную волю.

Король шел вдоль строя щитоносцев, лично проверяя надежность креплений и стыков защитных плит. Массивные ростовые щиты, отлитые из редкой породы темного серебра, стояли плотной, монолитной стеной, готовые встретить любой натиск.

Гвардейские командиры взводов то и дело отдавали приглушенные, рубленые команды, распределяя запасы зазубренных копий и тяжелых палашей. Каждый воин на бастионе знал свое место, но в их глазах, устремленных на наползающее с востока фиолетовое марево, читался один и тот же немой вопрос: способна ли земная сталь остановить истинного Бога Бездны?

Король Вальдрима прекрасно понимал эти страхи и опасения своих людей. Марк не успокаивал солдат ложными обещаниями легкой победы — северная закалка требовала смотреть правде в глаза.

— Растянуть цепь щитоносцев до самого края угловой башни! Не оставлять зазоров в монолите! — отрывисто, сухо скомандовал Марк, останавливаясь у одной из бойниц. — Мы запечатали перевалы изнутри, и эти стены — наш единственный заслон. Если твари прорвутся сквозь бастион, Стальслейв превратится в пепелище. Стоять насмерть, шаг в шаг.

Гвардейцы согласно, глухо зарычали в ответ, крепче сжимая рукояти своего тяжелого оружия. Они были полностью готовы защищать свои дома.

Закончив инспекцию бастиона, король Марк решительным шагом направился к массивной кованой двери, ведущей внутрь скального основания цитадели. Двое гвардейцев на входе синхронно налегли на тяжелые засовы, и дубовые створы, обитые темным железом, со стоном распахнулись, пропуская правителя в сырую полутьму винтового спуска.

С каждым шагом вниз, в недра гранитных скал, на которых стоял Стальслейв, воздух становился все более тяжелым, сгущающимся и горячим, а звенящая тишина коридоров верхнего яруса медленно сменялась далеким, но мощным гулом.

Этот гул шел из самой глубины земли. Он вибрировал в подошвах сапог, отдавался в зубах и заставлял вековые гранитные стены мелко, непрерывно дрожать.

По мере того как Марк спускался глубже, стены коридора начали покрываться каплями маслянистого конденсата, а в нос ударил резкий, въедливый запах серы, окалины и перегоревшего каменного угля.

Наконец винтовая лестница оборвалась огромной кованой аркой, за которой перед королем открылась грандиозная панорама подземного ада Стальслейва.

Это был колоссальный, высеченный прямо в базальтовой породе зал, уходящий вниз на десятки ярусов. Огромные подвесные мосты и деревянные настилы паутиной переплетали пространство, а в самом низу, подобно живым вулканам, полыхали десятки исполинских плавильных печей.

Оранжевые и багровые отсветы жидкого металла бешено плясали на закопченных сводах пещеры. С грохотом, способным заглушить раскаты самого яростного грома Планеты Бури, огромные механические молоты, приводимые в движение скрытыми водяными колесами подгорных рек, опускались на раскаленные заготовки.

Воздух здесь был настолько плотным и горячим, что каждый вдох давался с трудом, а кожа Марка мгновенно покрылась испариной. Королевские кузни Вальдрима работали на самом пределе, не затихая ни на одну секунду.

Марк медленно шел по подвесному деревянному настилу, который мелко вибрировал над самым жерлом центральной плавильной печи.

Внизу, в огромном каменном чане, бурлила и пенилась тяжелая, маслянистая масса расплавленного темного серебра. В отличие от обычного благородного металла, эта редкая порода, добываемая в самых глубоких шахтах Кольца Скал, не отражала свет факелов — она словно впитывала его, наливаясь тусклым, благородным стальным оттенком.

Воздух над чаном искажался рваными, маревыми волнами; редкая руда обладала уникальными антимагическими свойствами, способными эффективно гасить, связывать и растворять в своей структуре нестабильные выбросы первородного Хаоса.

Кузнецы и литейщики Стальслейва двигались среди этого адского жара подобно закопченным подземным духам. Мужчины с мощными, натренированными мускулами, обнаженные по пояс, работали без сна и отдыха по сменным графикам, сменяя друг друга каждые четыре часа. Их кожа была покрыта въевшейся черной окалиной, старыми шрамами от брызг раскаленного металла и каплями липкого пота, который мгновенно испарялся, едва коснувшись горячего воздуха.

Три года тотальной мобилизации превратили этих людей в единый, монотонный и безжалостный механизм. Мастера длинными железными ломами направляли струи жидкого серебра в изломы песчаных форм, отливая тысячи латных кирас, тяжелых палашей и монументальных ростовых щитов.

Король Вальдрима остановился у края платформы, хмуро наблюдая, как из остывающей формы рабочие щипцами извлекают готовый нагрудник. Его тусклая, стальная поверхность покрылась изящным слоем инея, едва металл соприкоснулся с прохладным воздухом верхнего яруса — темное серебро остывало мгновенно, намертво запечатывая внутри себя защитную рунную геометрию Вальдрима.

Марк куя это оружие, он искренне верил, что эта броня защитит его легионы от любого врага.

Особняк предка.

Стоило покинуть пределы грохочущих подземелий Стальслейва и выехать за черту городских ворот, как мир вокруг резко, почти пугающе изменился.

Уединенный холм, на котором раскинулось поместье прародителя Вальда, встретил редкого путника глухой, звенящей тишиной, какая бывает только на старых, заброшенных кладбищах.

Здесь не было слышно ни тяжелого мерного гула огромных механических молотов, ни окриков гвардейских командиров, патрулирующих восточные бастионы.

Тяжелые серые облака, ползущие со стороны горного хребта Кольца Скал, нависали над холмом так низко, что их рваные, сырые края, казалось, цеплялись за острые вершины вековых елей, окружавших усадьбу.

Редкие колючие снежинки лениво, почти неподвижно кружились в холодном воздухе, медленно опускаясь на потемневшие от времени камни старинной мостовой.

Сама природа вокруг этого места словно замерла в нерешительности, застыв на самой границе времени и пространства, боясь нарушить покой существа, дремавшего внутри.

Величественное поместье, сложенное из огромных базальтовых глыб, выглядело монолитным продолжением самой скалы. Вековые камни стен, иссеченные ветрами и проливными дождями, за три года казались еще более серыми и безмолвными.

В окнах-витражах не горело ни единого огня. Сумрачные тени лениво ложились на растрескавшееся крыльцо, и этот мертвый, призрачный покой резко контрастировал с закипающим, ощетинившимся темным серебром Стальслейвом.

Усадьба Вальда существовала в своем собственном, обособленном ритме, отрезанная от суеты смертного мира невидимой, но осязаемой стеной. Любой гвардеец, патрулирующий подножие холма, инстинктивно замедлял шаг и старался не греметь оружием, чувствуя, как от этих серых стен веет пугающей, первозданной мудростью.

Внутри просторного зала для медитаций, за высокими арочными потолками и старинными витражами уединенного поместья, время текло иначе — рвано, тяжело, словно застревая в невидимых песчинках. На искусно выделанном ковре, усыпанном мягкими бархатными подушками, неподвижно восседал старец Вальд.

Его длинные седые волосы, аккуратно спадавшие на мощные, натренированные мускулы плеч, серебрились в полумраке, а густые усы доходили до самого подбородка.

Внешне он казался монолитным каменным изваянием, но внутри этой смертной земной оболочки бушевала непрекращающаяся, трагическая и разрушительная судорога.

Великий тринадцатый Зодиак-Змееносец — некогда командир легендарных звездных легионов Творца — стремительно, необратимо угасал.

Вальд мелко, судорожно дрожал от глубокого магического резонанса. Каждое дыхание давалось ему с титаническим трудом, легкие жгло, словно от раскаленного угля, а по человеческим венам вместо обычной крови струился чистый, концентрированный огонь угасающей Власти. Старец тратил последние, крошечные капли своего божественного естества на то, чтобы удерживать контроль над Планетой Бури, ментально патрулировать её энергетические нити и, самое главное, не дать своему сердцу остановиться раньше положенного срока.

Тот самый серебряный амулет, который он когда-то носил с гордостью и передал своей жене, наконец-то начал полностью очищаться от многовековой ржавчины.

Сын был жив. Сын приближался. И Вальд был готов сжечь остатки своей остывающей души до единой крохи, лишь бы дождаться его здесь, на суровых камнях Вальдрима.

Вальд закрыл глаза, окончательно отсекая от себя запахи жасмина и тихий шорох служанок, убиравших пыль в дальних углах зала. Смертная оболочка растворилась, уступая место чистому, концентрированному сознанию Зодиака. Его ментальный взор рванулся ввысь, пробивая каменные своды поместья, свинцовые тучи Стальслейва и устремляясь в бездонную пустоту над планетой Бури.

Там, в изначальном вакууме, мир больше не состоял из гранитных скал и кипящих морей. Для угасающего титана вся Планета Бури предстала в своем истинном, фундаментальном виде — в виде колоссального, хаотичного сплетения бесконечных, вибрирующих и тончайших струн чистой энергии. Эти нити, сотворенные когда-то космической сущностью Власти, формировали саму ткань пространства, удерживая континенты и океаны в хрупком, искусственном балансе.

Но сейчас этот великий узор был изуродован. За барьером Хранителя Элдриджа, в пространственном разломе, неистово бесновалась разрушительная сила Бога Раздора Загана. Каждая нить вселенной звенела на пределе, натягиваясь, как тетива лука, и покрываясь мелкими багровыми трещинами Бездны.

Пространство крошилось, атомы Власти расступались, и ткань реальности готова была лопнуть в любую секунду, погружая планету в пучину анархии.

Вальд упрямо, жестко потянулся своим ментальным влиянием к этим поющим струнам. Каждое прикосновение к устройству реальности отзывалось в его смертном сердце разрывающей, невыносимой болью.

Крошечные капли божественного естества, оставшиеся в его душе, сгорали одна за другой, переплавляясь в чистую лазурную ману Власти. Старый Змееносец вручную, на чистой воле связывал лопающиеся нити пространства, затягивая узлы времени вокруг раскалывающегося континента. Он патрулировал эти струны три года, сдерживая планетарную катастрофу и умышленно замедляя падение купола.

Он знал, что совершает невозможное. Его сил не хватало, чтобы залатать все дыры, но он продолжал держать этот стальной щит над Вальдримом, выигрывая драгоценные месяцы, недели, секунды.

Планета Бури должна была выстоять. Старый титан обязан был удержать реальность в узде до тех пор, пока его сын не сделает свой первый, осознанный шаг на порог этого зала.

В самом дальнем, погруженном в густую сумеречную тень углу зала медитаций сидел Тарен Гарден. За три года изнурительных, жестоких тренировок под строгим и суровым надзором прародителя молодой дворянин преобразился до неузнаваемости.

В его движениях появилась хищная, собранная грация отца, плечи заметно раздались, а ладони были сплошь покрыты грубыми серыми мозолями от чеканки рукояти Меча Правосудия.

Парень тяжело, прерывисто дышал, и каждая мышца в его теле выла от нестерпимой боли. Его гвардейский пиджак с пристегнутым серебряным гербом лежал на ковре, а рубашка насквозь пропотела, прилипнув к спине. Капли пота медленно катились по его бледному лицу, застилая взор, но Тарен даже не пытался их утереть.

Все его внимание было сосредоточено на клинке, покоившемся на его коленях. Меч Правосудия, ставший для него единственным смыслом существования за эти три года, тускло поблескивал в полумраке зала.

Тарен крепко сжимал рукоять, чувствуя, как металл реликвии едва заметно, болезненно пульсирует, отзываясь на каждый удар его сердца. Молодой дворянин тренировался до кровавого пота каждый день, доводя свое тело до полного изнеможения, стремясь соответствовать безупречной репутации своего рода.

Он чувствовал, как адреналин и усталость плотно наполняют его естество, но прародитель Вальд требовал от него невозможного — заглянуть за грань физического мира и коснуться невидимых нитей вселенной. Тарен стискивал зубы, превозмогая слабость, и снова готовился войти в привычный, мучительный ритм дыхательной концентрации. Он панически боялся оказаться жалким и не унаследовать технику, которая должна была стать стальным щитом Вальдрима в грядущей войне.

Тарен Гарден сделал глубокий, медленный вдох, заставив себя выровнять рваный ритм бьющегося сердца. Сев в привычную, позу для медитации, он опустил веки и полностью погрузился в мир внутренней концентрации.

За время суровых тренировок под руководством Вальда ему удалось развить свое восприятие настолько, что он научился улавливать едва заметное, мимолетное дрожание окружающего пространства в пределах двух метров от себя. Воздух вокруг него казался плотным, заряженным тяжелой, почти первозданной силой.

Он отчетливо ощущал, как в зале непрерывным, мощным потоком течет чистая энергия — нечто внешне похожее на привычную ману, но гораздо более древнюю.

Углубляясь в медитацию, Тарен попытался направить все свое ментальное влияние вперед, стремясь разглядеть и зафиксировать те самые тончайшие нити-струны, о которых без конца твердил старец.

Он выстроил контур воли, напрягая каналы до боли в висках, но вибрирующее пространство вселенной по-прежнему оставалось для него туманным, зыбким шифром.

Стоило ему попытаться жестко, осознанно коснуться этих невидимых энергетических нитей, как они послушно, с легким издевательским шорохом расступались и ускользали от него, словно капризные вечерние тени. Тарен рвано выдохнул, открывая глаза, полные жгучего, бессильного разочарования.

— Мастер Вальд... — негромко, сдерживая подступающую к горлу горечь, произнес юноша, стирая липкий пот со лба. — У меня снова никак не выходит их коснуться. Струны просто тают, стоит мне проявить волю. Может... Может, я просто не способен обучиться вашей родовой технике? Неужели вы ошиблись во мне, дедушка, и я рождены слишком жалкими, чтобы унаследовать это величие?

В его мыслях тяжелым облаком стоял страх оказаться недостойным гвардейской чести отца и короля Марка.

Старец Вальд медленно открыл свои древние глаза. В их глубине, лишенной привычного человеческого тепла, на мгновение плеснуло ровное, лазурно-белое сияние Власти, после чего комната снова погрузилась в мягкий полумрак, рассеиваемый лишь редкими свечами. На его бледных губах, скрытых густыми седыми усами, расцвела слабая, добродушная ухмылка векового титана, который за свою долгую космическую жизнь видел рождение и гибель целых звездных систем.

— Хе-хе, юнец, ты слишком много капризничаешь и торопишь время, — его глубокий, рокочущий бас эхом разнесся под высокими арочными потолками, заставив Тарена инстинктивно вздрогнуть и выпрямить спину. — Ты практикуешь эту дыхательную концентрацию всего какие-то жалкие годы, а уже требуешь от пространства абсолютного повиновения. Ты делаешь огромные успехи, Тарен. Продолжай дышать и слушать вибрацию. Я твердо знаю — у тебя обязательно должно получиться.

Вальд плавно, с ленивой грацией поправил подушки под своей спиной, скрывая за этой маской спокойствия тяжелую, разрывающую тело боль.

Старый Зодиак Змееносец умышленно, жестко сдерживал потенциал своего потомка. Он не давал Тарену ключевых подсказок в управлении силой Власти и не объяснял, как заставить струны пространства звенеть в боевом ритме Меча Правосудия.

Вальд слишком хорошо знал суровые законы космоса: этот ментальный барьер в разуме человека невозможно сломать простыми тренировками в тишине уединенного поместья.

Окончательно эта невидимая преграда в сознании Тарена Гардена должна была лопнуть только под чудовищным, парализующим давлением истинного космического тела Бога Загана.

— Отдохни немного, — уже тише, согревающим ночным шёпотом ветра произнес прародитель, снова медленно закрывая глаза и погружаясь в свое внутреннее медитативное пространство, где времени больше не существовало. — Набирайся сил, Тарен. Скоро этот мир Бури изменится навсегда, и тогда наша родовая сталь станет единственным заслоном между жизнью и вечным мраком Бездны.

Тарен Гарден почтительно поклонился старцу, бережно сжимая рукоять Меча Правосудия. В его груди вновь разгоралось стремительное, мощное пламя решимости.

Вальд

Спасибо за чтение

Вернуться к книге