Восстание Некроманта
Глава 1
- Шум… Нет… Треск... Не знаю… Где я?.. Темно…
Я открыл глаза, ничего не видно, пробую поднять руку она не слушается. Ногой пошевелить тоже не могу.
- Я заперт? – сам себе задаю вопрос. – Не знаю.
Чувство что вокруг меня пульсирует энергия, холодная, тёмная, злая и скорбящая, но также есть проблески светлой, нежной и согревающей душу энергии. Исходит она толи снизу меня, а иногда перетекает и пронизывает моё тело по бокам, сверху только ничего нету… Я попытался покрутить глазами, посмотреть видно ли что-то, но увидел – или мне так показалось. – только темноту, черную как тьму, густую и тёмную, облепившую меня со всех сторон.
- Сколько я здесь нахожусь?.. День? Два?.. Ощущение что я и не дышу вовсе, грудь не подымается и вздохов я не делаю, просто лежу и не могу пошевелится.
Очередная попытка пошевелить хоть какой-то частью тела оказалась безуспешной, вот только примерно там, где находилась моя правая нога, почувствовалось холодное прокалывающее насквозь ощущение пустоты. Хотя и не похоже на пустоту, больше похоже на отсутствие чего-либо.
Спустя некоторое время и прекратив попытки понять, где я нахожусь, я начал вспоминать последнее, что со мной произошло.
Я сидел в очередной таверне, которые посещал довольно часто на своём пути, никогда не упускал возможность выпить свежего вина или пива, которое часто делали в самой таверне или привозили из близь лежащих деревень и городов. Рядом со мной сидел мой товарищ по путешествиям, уже довольно хмельной Твин. Его две разные брови, по одной из которых прошёлся клинок гоблина в одной из ночей, проведённых в лесу на пути к деревне, и волос так расти и не начал, хмурились и смотрели на меня. Изрядно поседевшие волосы с пробивающимися тёмными локонами, в некоторых местах слипшиеся. падали на правую сторону и прикрывали шрам идущей от лба до брови. Лицо с впавшими глазами, по которым было видно, что путник долгое время путешествовал и не высыпался, говорило о множестве, угроз которое выпадали ему на пути. Мелкие шрамы на щеках и на носу, а также изрядно усыпанные морщинами глаза и лоб не скрывали его возраста. На вид ему было около пятидесяти. Но статная фигура, хоть и хмельной, но сидел он всё же ровно, показывала его с благородной стороны, да и рост его был выше обычного, в заполненной таверне среди сидевших за столами не было человека больше и выше его. Потемневший, когда-то он был кроваво-красным, плащ был накинут на Твина, в застёжке от плаща, была гравировка ордена, к которому он принадлежал, у меня была такая же. Он никогда плащ не снимал, только когда ложился спать, плащ скрывал серебряный с позолотой нагрудник, защищающий его, когда-то давно воин забрал его у своего врага, это был главарь банды разбойников, которые грабили всех путников без разбору, им не повезло нарваться на Твина, под ним была такая же кольчуга, достающая Твину до пояса из-за его роста. Пояс, цвета плаща, подбирал уже начавший появляться пивной живот, который я шутя называл винным, Твин не очень любил пиво. Кожано-кольчужные штаны, издавали легкий звон при движении, хотя защищали носящего лучше, чем любой панцирь рыцаря. Левой рукой он держал деревянный бокал, с налитым в него вином, на пальцах, обхвативших его, было множество ран и старых, и новых, некоторые из них только не давно перестали кровоточить, было ощущение что он только вышел из кустов колючих роз. Хоть второй руки было и не видно, я знал, что на указательном пальце у него одето большое и массивное кольцо, защищающее от проклятий, когда-то давно я попросил ювелира сделать его из оставшегося магического камня, который был у меня, своей магией я его зачаровал против любого проклятия, которое на него могли направить. Это был мой ему подарок. Подарок за спасённую жизнь, Твин сам его так назвал. Еще мне вспомнилось, что он прихрамывал, хотя не закаленные в боях воины и маги не могли этого заметить, на правую ногу, как-то чуть выше колена орк будущий на последнем издыхании вонзил в него ядовитый кинжал, и как бы я хорошо не разбирался в ядах и в магическом лечении, я никак не мог это исправить, яд на удивление был очень сильный и мне не знаком, а к другим целителям Твин идти не захотел. – Если ты не можешь это исправить, значит никто не может. А когда я всё же смог найти травы и при помощи заклинания смог это исправить, он отказал. – Будет мне наука, что, не добив врага и не проверив жив ли он еще, не нужно расслабляться. Так и ходил он уже около десяти лет слегка прихрамывая.
Таверна была просторная, здание было полностью сделано из дерева, крупные дубы и грабы пошли на его постройку, цельными стволами, сложенными один на другой, его построили, вырезав окна уже после окончания строительства. Трактирщик стоял за высоким столом, с небрежно высеченными на нём узорами диких коней. Позади стояли в ряд бочки с вином и пивом, висели на перевязи копчености, рыба и колбасы, так же для больших любителей лежали целые ножки животных, закопченные и приправленные множеством трав. Еще дальше стояла тяжелая дверь с железными петлями, там был склад, сколько всякой всячины там было не знал иногда даже сам трактирщик, там как склад был большой и захламлённый, однажды мне удалось в другой таверне попасть в такой же, жить в нём было можно годами, съестного и питья всегда там было вдоволь. Ольд – так звали трактирщика, был не высокого роста с пышной рыжей бородой, не большая голова с прищуренными карими глазками словно выглядывали из неё. Я часто посещал его таверну, когда проходил рядом с поселением Инзога. Всегда отзывчивый и добрый он подбегал ко мне на своих не больших и немного искривлённых ногах. – Снова вина и рыбку? – спрашивал он. И я кивая согласно отвечал ему. Лучшее что было в этой таверне это рыба. Ольд умел так её приготовить в печи, что даже искуснейшие повара короля бросили б свою работу попробовав его рыбу. Секретом приготовления он никогда не делился, хотя трактирщики всегда между собой делились секретами приготовления, будь то пиво или вино, или съестное. По всей таверне стояли столы со стульями, в отличии от большинства таверн, где вместо стульев были лавки на двух или трёх, а то и более человек Ольд почитал каждого гостя и поэтому еще давно, при самом открытие нанял плотника, который сделал ему множество стульев, куда после этого делся он, никто не знал даже сам Ольд. Стулья сделаны были добротно, каждый был вырезан по-своему, иногда посетители таверны даже просили Ольда, если стул не занят, то принести им именно тот стул, который до этого припал им на глаз. Я был не исключением, мой стул был покрыт тёмной тканью, некогда принадлежащей свирепому кабану, который часто делал побеги на огороды жителей, и в одном из заданий, которое мы выполняли вместе с Твином я прикончил его. Тогда трактирщик сделал этот стул специально для меня, и кроме меня никто на нём не сидел. Ручки стула, на которые я любил опираться локтями были закруглённые и на концах были вырезаны отверстия для пальцев. Спинка была высокая, если бы я сидел посреди зала в этом стуле, можно было бы подумать, что сидит кто-то важный сродни дворянина, а то даже наместника города. Посетителей было много, шумная атмосфера не покидала эту таверну никогда, разве с самого утра, когда Ольд только открывал её. Вверху под высокой пятиметровой крышей висела круглая деревянная светильня. В которой натыкано было множество свечей, время от времени помощники трактирщика их меняли, и под подсвечниками на переплетённых нитях висели глубокие, но небольшие тарели, в которые скапывал воск от свечей. Но когда маги приходили в таверну, своими умениями выпуская около пяти или десяти светящихся шаров, в светильне большой пользы не было, и помощники тут-же тушили свечи при помощи длинной палки, на конце которой было подобие половника, перевёрнутого в низ. В таверне так же можно было остаться на ночь, со стороны второго входа, где находился склад была еще одна дверь, ведущая на второй и третий этаж по витой лестнице, там располагались путники после своих длинных или не очень путешествий, Ольд никогда не брал чрезмерную плату за ночлег. – Они всё равно у меня будут есть и пить. – с ухмылкой говорил он, потирая руки. Людям, Эльфам, Гномам, Дварфам – высшим гномам из знатным семей, так они себя называли, Первородным зверям, звери, наделенные разумом и стоящих на двух ногах, Оркам и троллям имевшим при себе разрешение на торговлю или на путешествия, были среди орков и троллей и дружелюбные особи, за частую они были из одного из нескольких кланов, называющих себя подружившимися, вот только сородичи вели себя с ними всегда агрессивно, особенно те, которые призирали людей или кого-то вроде них и бесчинствовали повсюду. Вот на них я зачастую и охотился, будучи на службе у Ордена Верлинга, древнего ордена, называвшегося в честь древнего героя, который смог погубить последнего из рода первоначальных демонов, ходящих еще на то время по земле. Твин так же был в этом ордене, на должности капитана стражников, но так как ему это было не интересно и провести всю жизнь в ордене охраняя его желания у него не было, он просил старейшин снять с него титул капитана стражи и позволить ему путешествовать, как раз тогда, когда я закончил своё обучение в высшей школе магии посвященной магии исцеления. Старейшины дали ему возможность путешествовать вместе со мной, так как я направлялся в следующую высшую школу магии, тогда я был молодым и меня терзала жажда знаний, а будучи искусным в ней, я подавал большие надежды, меня называли новый молодой гений Верлинга. Все школы магии и даже больше, библиотеки, древние руны, печати и магические инструменты мне предоставлял орден, они видели во мне приемника Верлинга. Хотя по правде мне это было не интересно, я просто хотел изучать магию. Так мы начали путешествовать вместе, а потом и вовсе стали лучшими друзьями. Тридцать лет мы защищали друг другу спины от нападений разбойников и зверей, множество раз Твин, и я спасали друг другу жизни и выбирались из ситуаций, в которых как казалось, нас могла ждать только смерть. Он был надёжный друг, единственный на которого я мог положиться и довериться.
- И что будем делать дальше? – спросил уже сильно охмелевший Твин. – Куда отправимся?
- Не знаю, я думал побыть здесь еще несколько дней. А после и решить. Или ты хочешь что-то предложить?
- Мейз, - так меня и звали, Мейзевулл если быть точнее. – ты ведь давно заметил, уже несколько дней, здесь что-то происходит. В Инзоге никогда не было столько людей, да и еще не известных нам. Они ходят по ночам проверяют дома, скрытно наблюдают за каждым так, как и за нами. – Твин кинул косой взгляд в дальний угол таверны, где сидели трое человек в натянутых темных капюшонах на голове, никаких магических знаков ордена или еще чего у них не было, иногда Твин замечал брошенные на них взгляды. Я тоже чувствовал взгляды, но так как сидел спиной к ним не придавал этому особого значение, так как мой друг всегда был начеку.
- Я тоже заметил это, и Ольд ничего не говорит. – Я уже спрашивал у трактирщика что здесь происходит, но он только улыбался, маша головой и уходил со словами – Всё в порядке, это свои.
- Я думаю, - превозмогая своё опьянение и стараясь говорить четко Твин протёр лицо рукой. – Нам нужно уходить утром, здесь что-то будет… Вот только не знаю, что.
- Давай так и сделаем, мы выполнили все задания, которые нам дал орден, да и в поселении интересных заданий не осталось. Деньги у нас есть, припасов возьмём у Ольда, и отправимся. – Жестом позвав трактирщика, я снова принялся за вкуснейшую рыбу запивая её вином.
- Чего изволите – Расплылся в причудливой улыбке Ольд.
- Собери нам еды на неделю с собой. – Не поднимая головы от тарелки я кинул ему шесть серебряных монет. – И рыбку свою не забудь. – Сказал я ему вдогонку.
Ольд ничего не говоря, развернулся и пошел к себе за стойку, позвав рукой к себе одного из помощников, а их у него было четверо, он быстро сказал ему несколько слов пальцем показывая на нас и занялся дальше своими делами. Помощник кивнул, взяв с собой корзину из переплетённой лозы, открыл дверь в склад и пропал там. Закончив трапезу и облизав пальцы от прекрасной рыбки Ольда, я собрался с Твином на третий этаж, в комнате уже была приготовлена еда на неделю, и доставлена помощником трактирщика.
- Быстро же они. – сказал Твин падая на кровать, через несколько мгновений он уже спал и только запах большого количества вина исходил от него.
Комнаты для гостей были не большие, в окно размером в две человеческие головы, уже начинали засматриваться звёзды. Луны не было видно.Я пустил один светящийся шар, чтобы осветить комнату, и полез в свой походный рюкзак, которые мы перед ужином занесли в комнаты. Достав оттуда магический рубин, который мог предчувствовать опасность если его правильно заколдовать, я, наложив несколько заклинаний положил его под входящую дверь, хоть в таверне Ольда никогда не было нарушителей. - Безопасность прежде всего. - подумал я. Трактирщик пользовался большим уважением в поселке, да и у приезжих, никто не хотел нажить его своим врагом, и больше никогда не испробовать его рыбки. Может поэтому он никогда не нанимал охранников для своего трактира, хотя поговаривали, что его четыре помощника еще те, бывалые, воины.
Посидев еще не много возле окна, я решил ложиться, как в окно постучали…
- Ты всё же пришел. – сказал я, открывая окно и впуская чёрного как кровь орков ворона. – Где был? Ты узнал то что я просил?
Ворон посмотрел понимающе на меня, и ласково ткнул меня в грудь клювом. Я дал ему небольшой кусок рыбы с запасов, которые сложил нам трактирщик. Ворон немедля ни секунды принялся за неё, не только посетители любили стряпню Ольда, но и животные, поэтому под трактиром, где хозяин выбрасывал отходы от посетителей, всегда бродили, собаки иногда приходили лисы и даже в зимнюю пору волки с медведями появлялись. Я подождал пока ворон поест.
- Так что, Крук? Что ты узнал. – Нетерпеливо спросил я, меня тоже уже морил сон, но нужно было еще поговорить с вороном.
- Дааррр. – Проговорил толи прокаркал ворон. Магические вороны были известны всем. Они умели разговаривать на человеческом языке, хотя их можно было научить и другому, они были верными спутниками, никогда не предавая своего хозяина, а также они были чрезвычайно редкие, так как предыдущий король, объявил на них охоту, когда узнал, что один из воронов находящийся в птичнике короля был послан шпионом. После чего множество воронов убили зная, что они могут быть как спутником, так и оружием врага. Вороны могли годами находится возле другого человека, но по-прежнему служить своему истинному хозяину. – Люди в плащах готовят встррречу.
- Кому? – нетерпеливо, так как меня начал одолевать сон, спросил я.
- Не говорррят. Собирррают еду, хворррост. Завтра он должен пррриехать. – Прокаркал ворон, при этом взмахнул несколько раз крыльями, видимо он тоже устал, так как его не было несколько дней. Крук почесал себя между перьями клювом и засунул туда свою голову, больше он говорить не захотел, видимо усталость и сон его тоже одолевали.
Услышав от ворона, что люди в плащах по всей видимости искали не нас, я расслабился, снял с себя такой же кроваво-красный плащ, вот только мой не был потемневшим как у Твина, потому что я наложил заклинание чистоты на него, от которого отказался Твин. – Мой плащ, данный мне орденом Верлинга, символ того, кому я служу, пятна и порезы на нём свидетельствуют моим странствиям, в которые меня отпустили. – Сказал мне Твин, когда я предложил заколдовать плащ. Сложив вещи, я лег в кровать, укрылся мягким и тёплым одеялом из медведя, который видимо приходил за остатками еды зимой к Ольду, и закрыл глаза, ворон сел на край кровати возле меня.
Меня разбудил попадающий в глаза рубиновый свет. Рубин горел алым пламенем сигнализирующем об угрозе. Я быстро встал, Твин храпел как дикий волк, воет на луну. Накинув плащ, я принялся его будить.
- Вставай, вставай! – потряс я друга за плечо – Вставай! – уже довольно громко крикнул я, что аж ворон подлетел, расправив свои крылья. – Вставай! – я ударил твина по затылку рукой, но он даже не пошевелился, и продолжал храпеть. – Да неужели. – взялся я за голову, я не обратил внимание, что Твин мог выпить пять-шесть бокалов вина и его не возьмёт такой измор. Вечером он уже на третьем бокале покраснел, а с четвертого уже с трудом разговаривал. Я не придал этому значения, так как мы устали в пути, но сейчас, я понял. – Ему что-то подмешали... – Мне подмешать ничего не могли, я маг и сразу бы понял, но Твин от магии был очень далек, иногда её даже остерегался, только мне как магу он мог полностью доверять, хотя вначале нашего знакомства и пути он смотрел на меня не доверяющим взглядом, а когда мы пробовали распалить костёр или что-то еще, он всегда старался сделать это раньше, чтобы я не пользовался магией, но потом Твин попривык. – Сейчас помогу… - я преподнёс к спине друга свою руку и тихо начал читать заклинание исцеления, после еще одно, и еще одно, заклинания противоядия тоже не подействовали… Что-то здесь было не так. – Твин! Твин, Проснись! – еще несколько раз прокричал я.
На ступеньках, по которым мы подымались послышались шаги, много шагов, они громыхали хотя и была уже поздняя ночь, видимо поднимающимся было всё равно спят путники или не спят. – Это за нами. – сказал я сам себе. Шаги приближались, послышался скрип открывающейся двери где-то не далеко.
- Вы чего расшумелись!? – сонный и в тоже время злой голос остановил шаги.
- Не твоё дело, иди к себе если не хочешь умереть. – злой, неприятный и шипящий голос отвечал. – Иди к себе. Быстро! – приказным голосом прошипел ночной гость.
- Кто ты такой, чтобы мне приказывать!? – голос, который открывал дверь был свиреп.
Послышался шум, клацанье и лязг метала, после чего что-то тяжелое упало на пол. Я достал из походной сумки свой магический жезл, небольшое древко, на конце с вечно цветущем цветком алого цвета похожим на первые подснежники. Он всегда помогал мне концентрировать атакующую магию, в которой я был не так хорош, как в целебной, усиливающей и в рунах. Древко было старое и в некоторых местах уже дало трещину, из-за того, что я пропускал через неё слишком большие потоки энергии, которыми я обладал. Скорее всего из-за этого меня и называли гением. Я приготовился к тому, что мою дверь сейчас тоже откроют, шаги приблизились и остановились, я замер. Пройдя больше тридцати лет в битвах, путешествиях и скитаниях, я был спокоен, я уже давно перестал бояться сражений, я знал, что его не избежать, так как уйти я хоть и мог один, но Твина взять с собой не смогу. Я прочитал несколько защитных заклинаний на дверь еще перед тем, как ложился спать. Сейчас, держа в руках жезл, я тихо, еле слышно читал укрепляющие тело заклинания и налаживал восстанавливающие чары, так как те, кто всё же посмел вторгнутся в таверну к Ольду были не простыми наемниками, наемники не посмели бы проникнуть сюда. Послышались звуки за дверью.
- Гарячее! – вскрикнул один из стоящих за дверью. Видимо моё заклинание сработало, как только нападающий взялся за ручку двери. – Нам ведь говорили, что он сильный колдун. – сказал второй.
- Дай я. – послышался самый басистый голос. До этого я его не слышал. Дверь скрипнула, ручка начала проворачиваться. Я стал ногами на кровать и приготовился к бою, всё же занять позицию выше нападающих всегда хорошая тактика. Дверь начала неспешно отворяться, нападающий боролся с защитными заклинаниями, но не мог их преодолеть их сразу.
- Значит, магов среди них нету. – подумал я. Дверь уже была открыта на половину, с коридора попадали лучи света от горящих там свечей. За дверью начался шум, нападавшие готовились забежать в комнату. – Вперед! – скомандовал тот же грубый голос, когда в дверь уже и я бы смог пройти.
Я поднял руку готовясь напасть, но не спешил, магическая энергия уже была влита в жезл, мне оставалось всего лишь сотворить заклинание, и первые кто войдут навсегда останутся здесь, но я хотел посмотреть кто всё же решил проникнуть в трактир к Ольду. Показалась голова, на голове тёмный капюшон, переливающийся от света свеч тёмным как смола оттенком. Нападавший был не высок ростом, и, наверное, даже не человек, из открытой части капюшона торчал слегка сгорбленный нос. – Гоблин – Подумал я. – Но что он здесь делает? – думать долго не пришлось, нападающий, не будучи атакован осмелел, может подумал, что я сплю, а Твина и так отравили. Зашел в комнату, за ним второй такой же, не высокий в капюшоне. Затем чуть выше места, где была дверная ручка показалась рука, я бы даже сказал, что это не рука, а лапа, она была большая с длинными нестриженными ногтями, которые были видны при свете свеч. – Пора! – подумал я.
Ледяные копья, которые я пустил в нападающих достигли своих целей, двое нападавших уже лежали, не успев сказать ни слова, как были поражены. Третий, самый грозный не заходил, рука с двери пропала, он медлил, а может чего-то ждал. Я решил не выходить, если он меня там поджидает, лучше будет не лезть в ловушку самому. Я сконцентрировался и стал в выжидающую позицию. Ворон перебирал своими лапками возле окна, готовясь в любую минуту улететь, не на ражая себя на опасность. Послышались звуки тяжелых ступней на лестнице. – Наконец-то. – голос из-за двери был злым и раздраженным. – Он не спит! Убить его! – шаги ускорились, еще двое появились в проходе двери, которых я ожидаемо поразил на этот раз испепеляющей магией, которую после их падения вмиг же и потушил, так как загорелся бы весь трактир. Но нападающих было больше, еще один пролез, переступая через трупы своих собратьев, он здесь, подняв голову, и держа в руке заострённый короткий клинок, на лезвии которого от света свечи в коридоре блеснуло зеленовато-бледным ядовитым цветом. Пока он увидел меня и сказал своим, я уже влил магию в жезл и выпустил пучок искр в нападающего. Его крик по всей видимости мог разбудить всех в трактире, вот только Твин так и храпел себе дальше под действием неизвестного мне яда. Атака прекратилась, я слышал, что за дверью стоит не один, но выходить не собирался, я переступил на другой конец кровати, спрятавшись таким образом на полуоткрытую дверь и ждал. – Жаль, что я так и не смог научиться ощущать присутствие других. – Мне эта магия давалась труднее всего. – Пора с ним кончать! – из-за того, что я стоял прям возле двери, мне показалось, что голос прокричал мне прямо на ухо. – Зови его! – послышались быстрые шаги, отдаляющиеся от моей комнаты. Спустя короткий промежуток времени, который мне показался несколькими часами, несколько пар ног уже подымались по лестнице. – Но почему никто не просыпается, где же все? – подумалось мне. – Но сидеть размышлять не было времени, шаги без остановки приблизились и в двери появился еще один носатый капюшон. Снова ледяное копьё поразило свою цель, но в этот раз нападающий развернулся и пустил в меня светящийся шар, который на короткое время ослепил меня, зайчики в моих глазах закружили хоровод. Проморгавшись я увидел, как две тени направляют ко мне свои руки из одной из них, исходит красное свечение, я попытался отразить эти руки жезлом, но не рассчитав силу я влил слишком много энергии, и когда моя рука с жезлом направилась на врагов, в них полетели только щепки от моего жезла, а цветущий цветок на конце упал оземь. Рука моя горела от перенапряжения, в глазах зайчики не переставали танцевать, я почувствовал, как меня схватили и с большой силой дёрнули с кровати, я упал, попробовал подняться, но было тщетно. Тяжелая ступня уже лежала на моей спине придавив меня к полу. – Вот и конец. – Промелькнуло у меня в голове. Я закрыл глаза и ждал. Но ничего не произошло, меня подняли и потащили в коридор, враги стояли сзади меня, чтобы я не мог рассмотреть их лица, мне завязали глаза очень жёсткой тканью, мне показалось, что завязали мне глаза поясом, который притом промок кровью и потом, от повязки исходил зловонный смрад. Толкая меня впереди, мы пошли к лестнице, я думал вскрикнуть, может кто услышит мой крик, но как только я открыл рот, в него сразу же забили такой же вонючий как повязка кляп, будто бы поджидали удобного случая. Перед лестницей меня отдёрнули, и легкими толчками в спину я начал спускаться вниз. Я ходил по этой лестнице десятки раз и мне без труда удалось спуститься даже с завязанными глазами. Было тихо, кроме моих шагов и атаковавших меня, которых как я понял осталось двое, тот в капюшоне, который выстрелил в меня светящимся шаром точно погиб. Открылась дверь таверны, меня вывели на улицу, я почувствовал легкое дуновение западного ветра, обвевавшее мое лицо, от ветра запах повязки и кляпа стал получше.
- Сади его! Живей! - послышался впереди голос, тихий и шипящий. Меня подняли, загрузили в повозку, и мы поехали, как долго мы ехали я не понимал и направление тоже не знал. Пока меня везли я почему-то думал не как мне спастись, а выживет ли Твин, что с ним будет и чем его отравили таким, что я не смог его излечить ни излечением, ни снятием яда. – Это точно было не проклятие. - Подумал я, снова размышляя над отравой, которую подсыпали моему другу. -У него же есть кольцо. – По всей видимости начало светать, утренние лучи солнца попадали мне на лицо и обогревали его от прохладного ветра дующего всю дорогу. Мы остановились, послышался шум спрыгивающих извозчиков. – Снимай его! – сказал уже знакомый голос, стоявший перед моей дверью в трактире. – Это здесь. – Меня скинули с повозки, я ушиб себе несколько рёбер, падая я выставил руку, но не ориентируясь в пространстве не смог правильно сложиться. Две сильные руки подхватили меня под мышки и поволочили. Солнце пропало, меня занесли в помещение и бросили оземь. Как только я упал, почувствовался запах старой пыли, лежащей здесь уже многие десятки дней. На улице шел разговор, несколько врагов разговаривали между собой, но я никак не мор разобрать о чём они говорят. Понимал, что обо мне, но самого разговора не было слышно. Дверь закрылась, я остался один в помещении вдыхая и выдыхая пыль. Руки мне не связывали, я смог сесть, попробовал развязать повязку на глазах, но толи она была завязана сильным узлом, толи скованная магией ни её ни кляп я вытащить не смог. Мне показалось что прошло несколько часов, а может даже больше, от кляпа во рту у меня постоянно текла слюна и уже через некоторое время я сидел, не только дыша пылью, а еще и весь в слюнях. Послышался шум на улице, кто-то разговаривал на повышенных тонах и направлялся в помещение. – Давно пора было это сделать! – Ворчал недовольный голос, которого я еще не слышал. – Нам дали заказ, мы должны его исполнить. Когда он уже приедет? – Незнакомец открыл дверь, видимо посмотрел всё ли у меня в порядке и закрыл её ничего не сказав. Еще несколько часов я сидел в полной тишине и темноте, вот только капли слюны периодически прерывали тишину, мой нос уже был на половину забит пылью, а после того как открывали дверь её стало еще больше. Дышать ставало всё труднее. В сыром здании начало холодать, я понял, что уже вечер, а то и ночь. За всё время пребывания здесь, я уже попривык, даже несколько раз уснул, но долго спать не мог, мешал кляп и забитый нос. Снова послышался шум на улице, шли точно ко мне, резко без слов отворилась дверь, послышались шаги, меня подхватили за две руки и поволокли наружу. Говорить я не мог, я пробовал издать несколько звуков, но как только я это сделал сразу же получил удар кулаком в живот, после чего мои попытки пошуметь прекратились. Прошли мы меньше минуты и остановились, меня отпустили, я слегка шатаясь от полученного удара в живот пошатывался. – Наконец! – Я услышал омерзительный, пропитанный злостью и до устрашения знакомый голос. Но пока не мог вспомнить от куда я его знаю. – Что молчишь? – голос обратился ко мне. – Мразь! Я с тобой говорю! – И снова, слово мразь было выговорено с такой злостью, но я никак не мог вспомнить, где я её раньше слышал. – Снимите ему кляп! Я хочу, чтобы он узнал! – голос не то прокричал, не то проговорил, в этих словах было столько злости, что было похоже на крик. Мне сняли кляп, и начали развязывать повязку, про говорив при этом одно из самых обычных заклинаний на открытие. Несколько мгновений и я, уже щурясь от света звезд смотрю на окружающих, было темно, я находился на опушке перед небольшим лесом, вот только лес показался мне зловещий, среди деревьев, где пробивался звездный свет были вкопаны копья, пики, мечи, камни, кресты. – Кладбище. – подумал я. – Старое кладбище, с последней войны. – Я был здесь, кладбище было в двадцати пяти лигах от поселения Инзог. Это старое всеми забытое кладбище, всегда служило приютом для разбойников или тех, кто скрывался от правосудия или наемников. Сюда боялись заходить даже самые смелые. С этим кладбищем было связано множество легенд и историй и все как одна были они страшными, таинственными и ужасными. На небе не было ни одной тучи, мои глаза привыкли, и я посмотрел на моих врагов. Их было дюжины две, не считая тех, кто стоял сзади меня, я не поворачивал голову и не смотрел назад. Беспокоил меня больше всего голос, который я услышал, но сколько я не вглядывался, увидеть того, кто говорил я не мог. – Ты не узнал меня?! – снова злобный голос полу крича обратился ко мне. В его голосе прозвучали нотки истерики и насмешки. Тот, кто говорил находился посреди двух дюжин воинов, одетых в капюшоны. Тень, падающая от деревьев, слабо освещённых звёздами, не давала возможности разглядеть его лицо. Всё же истерические нотки в голосе мне дали разобраться кто это.
– Ты? – удивлённым и даже слегка дрожащем голосом спросил я, мои челюсти занемели от долгого пребывания кляпа у меня во рту. – Тордус?.. – неуверенно спросил я. Послышался истерический, мерзкий и отвергающий от себя смех, мне даже показалось что несколько воинов в капюшонах отодвинулись от него. Смех впивался в уши, затяжной, свирепый и злой.
– Это Я! – Завопил он. – Я так рад что ты запомнил меня! – Всё насмехаясь проговорил Тордус. – Ты думал, что я мёртв?!
Около пятнадцати лет назад, я получил задание от ордена, устранить предателя, это был один из учеников святейшего старейшины, в ученики к таким людям могли попасть только способные ученики, имеющие за плечами не только талант, но и богатства. Для такого как я, не имевшего никого за душой кроме друга Твина, не знающего своих родителей, даже мысль о попадании в ученики к святейшему старейшине была абсурдом. Предатель, которого нужно было уничтожить звали Тордус. Это был талантливейший ученик, добившийся успехов в атакующей магии, но после того как он превзошел старейшину в ней, его снискало разочарование, у него не было талантов к целебной магии, к зачарованию или алхимии, в рунах он не смыслил ничего, а усиление ему давалось с большим трудом, даже чтение аур и присутствия, которое мне так же не покорилось. Первое время он пытался учить и тренироваться, но толку с этого не было никакого, после чего он обозлился, он всё чаще стал пропадать в великой библиотеке ордена, из-за его статуса ученика святейшего старейшины у него был доступ ко всем закрытым отделам библиотеки. Тордус пытался получить знания, что помогли бы ему выучить хоть какую-то ветку магии, но даже книги древности ему в этом не смогли помочь. По рассказам старейшины, однажды он попросил библиотекаря открыть ему закрытый отдел, в который мог попасть только старейшина, но ему отказали. Долгое время он уговаривал своего учителя, и всё же соболезновавший ему старик разрешил посетить этот отдел. – Там скрыты тайны старой и древней магии, которая уже исчезла с лица земли, мало кто может даже прочесть несколько слов из этих книг. – сказали тогда мне в ордене перед выдачей заказа. – Но каким-то образом, Тордус смог прочесть несколько книг, и книги эти были о магии крови… Хотя магией её тяжело назвать, она предназначена для выявления скрытого потенциала мага, но только высококлассный маг может без опаски пользоваться ней, все жаждущие силы маги могут провести ритуал и увеличить как свою школу магии, к которой у него предрасположенность так и выучить новую, вот только какую школу он выучит, этого не знает никто. Узнать это маг может только испробуя каждую школу магии в практике. И вот талантливый только в одной школе атакующей магии ученик провёл ритуал магией крови.
- И какой же он талант заполучил? – удивился тогда я.
- Никакой. – ответили ему в ордене. – Он получил проклятие, так как его сила была слишком мала для пользования этим ритуалом. Он проклят, и все его потомки, если он останется жить, проклятие, которое поразило его будет освобождено.
- Так, а что это за проклятие? – не мог понять я слов старейшины.
Старейшина, выдающий мне заказ мешкал, видимо обдумывал говорить или нет. Прошло несколько мгновений, видимо старейшина всё решил. – Я не могу тебе этого сказать, но, если ты не найдёшь и не убьёшь его, пострадают все. Это нужно сделать как можно быстрее.
Твин тогда был совсем на другом задании от ордена, и мне пришлось взять в помощь несколько магов, которых мне посоветовали в ордене и отправиться на поиски Тордуса. Долго искать его не пришлось, после ритуала, Тордус стал еще более злой чем был, он без разбору убивал животных и зверей, которые ему попадались, не важно были они злыми или добрыми. По следам убийств я обнаружил что он скрывается в старинном кладбище, возле поселения Инзога. Я отправился сразу за ним, меня не пугали старые легенды и сказание о кладбище. Найдя его, я хотел сразу его уничтожить, но он нас ждал, два ученика бывшие со мной погибли от ловушек, которые он расставил, нас оставалось всего двое, но и он был один, он скрылся в старой церкви со времён верующих в бога. Она была высокой и старой, деревянные балки из которых она была построена уже начинали гнить, трещины покрыли все что только можно было, но церковь оставалась стоять несгибаемо, будто поддерживали её какие-то силы. Когда я его нашел, он уже не похож был сам на себя, из талантливого, любознательного и слегка высокомерного паренька он превратился в злобного, завистливого и истеричного мага, без выдающихся способностей, он даже растерял ту силу, которую дал ему орден. Когда мы вошли в церковь, он сидел на стуле посреди залы и мерзко смеялся. Внутри церковь была просторная, в самом конце стоял монумент, давно разрушенный временем, и разобрать кто был на нём уже было невозможно, свет внутрь почти не попадал, хотя были большие окна по всем сторонам, но они припали вековой пылью и даже крохотный лучик света не мог пробить их, старые столы и стулья были разбросаны по всему помещению, кроме одного.
– Вы нашли меня! – истеричным криком обозвался он. – Этот дряхлый старик, который не смог мне помочь теперь решил меня убить и избавить мир от его секретов! - снова прозвучал тот же истерический смех. - Раз так! То я убью вас, а потом и его! – Быстрой рысью Тордус встал и прыгнул в угол церкви, там стоял видимо заранее приготовленный перевёрнутый стол, за которым он смог спрятаться, из-за стола появился бледно-красный мерцающий свет. – Беги! Быстро из здания! - крикнул я ученику. Но он не успел вспышка ало-бордового цвета ударила по нему, я смог защититься, покрыв себя защитной аурой, хотя и сам получил мощный удар, разбивший ауру как лопается мыльный пузырь. Я достал из-за пояса свой жезл, который не давно разлетелся в щепки, еще целый, без единой трещины и начал поливать Тордуса заклинаниями, он был силён, он уворачивался и отбивал заклинания как высокоуровневый маг, но у него не было моего в опыта в битвах, я уже пятнадцать лет как странствовал и знал к чему может привести бой, я довольно быстро лишил его магической энергии и как только я решил его схватить, он воспользовался знаниями из древних книг, он приложил руку к своему сердцу и произнёс несколько старинных слов, которые я не понял, рука а потом всё его тело начало излучать свет, он истерически смеялся и кричал. – Я же говорил! Я убью вас! – Тордус кричал и истерически смеялся, этот смех был похож на прощальный вопль победителя, находившегося при смерти. Я быстро развернулся и побежал к выходу, яркий как утреннее солнце свет заполонил всё, но я успел убежать, через время я вернулся в церковь на краю кладбища, она была не повреждена, внутрь кладбища вела тропа и выходила на небольшую поляну, где росли деревья и между ними была россыпь могил. Я вернулся с поляны и зашел в церковь, я нашел ученика, которого поразило заклинание, пол его лица было обожжено, но не огнём…, а чем-то более смертоносным, такие раны могли себе нанести только алхимики при провалившемся эксперименте. Тордус воспользовался магией, которую я не знал, но так как я был не особо силён в атакующей магии я подумал, что просто не смог бы его повторить и больше не задавался вопросом. Тело ученика-предателя было возле стола, на нём не было повреждений лишь только те, которые нанёс ему я, ожоги да царапины, но он был мёртв, холодный как лёд и белый как снег, его лицо застыло в страшной оскаленной улыбке, а мертвецкие глаза смотрели в далёкую даль. Я проверил несколько раз его тело, после чего захоронил тела учеников, которых он убил, а его тело я из-за злости даже трогать не захотел. – Что б тебя собаки съели. – подумал я и ушел. Я был зол, на то, что какому-то ученику пусть и ученику святейшего старейшины удалось убить троих, да и мне трудно было с ним разобраться.
- Так ты не умер… – с досадой проговорил я.
- Как видишь! – громко и с ухмылкой проговорил он.
- Ты думал я умер и бросил меня на съедение псам!
- Я не говорил ему про собак, как он догадался? – промелькнуло у меня в голове. Я на некоторое время растерялся.
Тордус вышел вперёд, звездные лучи осветили его лицо.
- Ты очень изменился. – опомнился я.
Его лицо стало круглым и острый нос, который ему раньше очень подходил сейчас выделялся на округленном лице, хоть лицо и стало круглое, но щеки его запали, было ощущение что он очень давно не ел или голодает. Глаза с зеленовато-голубых, отсвечивали желтизной, мешки вокруг глаз были тёмные как ночь. Одет он был в вышитое бархатом длинное одеяние, на рукавах которого еще виднелись вышитые в ордене руны защиты для учеников. Учиться в ордене было можно не больше двадцати лет, и если не овладеть рунами, то они после такого большого времени начинают разрушаться, их нужно восстанавливать. Из-за того, что Тордус не мог пользоваться рунами, одеяние было грязное и затёртое и только знающий, как оно выглядело раньше мог оценить искусно сделанную одежду. Хоть бывший ученик и был высок ростом, его тело изменилось, рост остался, а вот его худощавость превратилось в лишнюю обузу, он был сухой как щепка, а на пальцах руки проглядывались побелевшие кости, но он был живой, и это точно был он.
- Сегодня я тебе отомщу! Я долго искал тебя! Ты не представился в нашу последнюю встречу, и я потратил долгих пятнадцать лет чтобы отомстить! – Истерический смех снова заполонил поляну. – УБИТЬ! – завопил он.
Наемники достали клинки, скрывавшиеся за тёмными мантиями, я приготовился отбиваться, как моя ошибка сразу же дала о себе знать. Я почувствовал нестерпимую боль, в правой ноге чуть выше колена, наемники, которые стояли сзади меня начали действовать. Кинжал, вонзившийся в мою ногу, выскользнул из неё, я покачнулся, но всё же смог устоять, повернув голову я увидел, как еще три наемника обнажили клинки и приблизились ко мне на расстояние удара, выхода другого у меня не было. Магический щит засеял на всю поляну, я вложил в него огромное количество магической энергии, враги отшатнулись, два наёмника которые уже замахнулись чтобы добить меня отпрянули вместе с клинками, которые отбились о мою защиту.
- Усиление тела! Заживление ран! Регенерация! – начал выкрикивать я, налаживая заклинания, мне было не до того, чтобы произносить безмолвную магию, нужно было действовать. – Огненная стена! – вокруг меня вспыхнул красный как вечерний закат перед зимними морозами огонь. Один наёмник закричал, корчась от боли, причинённой огнём.
- Убить! Бесполезные ублюдки! – завопил Тордус! Он поднял свою руку и ледяное кольцо вылетело из его руки. Долетев до горящего кольца пламени, оно увеличилось и рассыпалось на маленькие льдинки. Там, где упал этот лёд моментально гас огонь. Огненное кольцо распалось. Наемники бросились в атаку.
- Испепеление! – завопил я. Меня начал одолевать страх, я понимал, хоть я и унесу с собой несколько из них, но самому мне с ними не справиться. С моей руки вырвался красный лепесток огня, направленный на атакующих, но не успев их достигнуть начал распадаться. – Сейчас бы мой жезл… - подумал я, с атакующей магией у меня всегда были натянутые отношения, только жезл помогал правильно сконцентрироваться. Или мой любимый посох, который остался в походной сумке в трактире.
Наемники увидели, что огонь, выпущенный мной, распался воодушевились и ринулись в атаку, мой магический щит сдерживал их удары, но каждый раз, когда клинок отбивался от щита я чувствовал, как слабею. Рана на ноге почти не кровоточила, помогала регенерация, но поддерживать магический щит и лечиться было той еще морокой. – Нужно бежать. – Подумал я. – Но куда? – Я осмотрелся вокруг, лес, лес, могилы, лес, церковь. Бежать можно было куда глаза глядят, всё равно попадёшь на кладбище, в которое никому не хотелось бежать, а путь через церковь был перекрыт наёмниками, которых за спиной оказалось больше двадцати.
- Он ломается! – закричал один из наемников бивший по моему магическому щиту. Отбивший клинок щит, в том месте куда направлялся удар не смог закрыться. Еще один удар получил щит сзади меня, и там закрыться он уже не мог, я чувствовал, как моя магическая энергия уменьшается.
- Был бы здесь Твин… - Подумал я, - уже б закончили. – Лучшее что у меня получалось это усиливать союзников, даже на себя я не мог наложить заклинания, которые налаживал на Твина, под моими усиливающими и защитными заклинаниями, Твин был непобедим, а даже если его и смогли бы ранить, я излечить могу, но сам без атакующих заклинаний и без посоха я сражаться не могу, только держать щит да увеличить свою скорость, я всегда был слаб в физических атаках, да и меч держать особо не умел.
Еще две атаки прошли по щиту и в нём уже появились большие дыры. – Это мой конец. – как-то спокойно, без сожалений и жалости подумалось мне.
Один клинок вошел мне в спину чуть ниже левой лопатки, второй резанул еще не успевшую зажить рану на ноге, еще один в спину, а я всё стоял и ни о чём не сожалел, тусклый свет от звёзд начал угасать, мои глаза всё чаще закрывались и всё тяжелее открывались, я почувствовал еще один удар в спину, но боли уже не было, еще удар, и я упал на колени, удары прекратились, мои полузакрытые глаза еще могли различать силуэты, ко мне подошел высокий и очень худой человек, - А теперь прощай! – сказал он и громко издевательски засмеялся, но мне смех показался не громким, а отдаляющимся от меня, я почувствовал как что-то холодное вошло мне в шею, и свет погас…
- Да, всё так и было. Так значит я умер… Но почему я здесь. – Я снова попытался пошевелить рукой или ногой, но это у меня так и не вышло. Сколько я здесь пролежал не знаю, но снова и снова пробуя пошевелится, мне всё же удалось начать двигать пальцами рук, сначала медленно и движения были похожи на подёргивания, а потом все больше и больше, подергивания начали походить на движение пальцев. В полной темноте я каждый день или как мне казалось, что проходили дни я пробовал всё больше и больше шевелить своим телом. Постепенно пальцы на кончике левой ноги тоже начинали шевелиться, вот только правая нога бездействовала. Несколько раз я попробовал согнуть руку, но толи у меня это еще не получалось, толи рука была чем-то привалена, я этого не понимал. Энергия, постоянно пульсирующая вокруг меня, постоянно перемещалась, то она была внизу подо мной, то огибала моё тело, то отдалялась настолько далеко, что я переставал её ощущать. После сотен или даже тысяч попыток пошевелится я потерял всякую надежду. Решив, сосредоточится на энергии вокруг меня, я начал к ней прислушиваться и попробовал её почувствовать внутри себя, долгое время не было никаких изменений, и я бросил и эти попытки. Так я и лежал, иногда шевеля пальцами на руках и левой ноге. Остальное тело не слушалось, приподнять грудь или даже подняться я и вовсе не мечтал. Когда меня обучали в ордене Верлинга, один из учителей преподававший школу чувствительности, с помощью которой можно было ощущать присутствие врагов, сказал, что я не имею ни малейшего таланта к усвоению этой школы магии. Но пролежав здесь неизвестно сколько времени, я отчётливо понимал, что аура, постоянно перемещающаяся вокруг меня и чувства, которые она у меня вызывала это именно то, к чему у меня не было ни малейшего таланта. Но это была единственная зацепка, с помощью которой я мог выбраться от суда, я пробовал медитацию, пробовал контроль этой ауры вливал в неё свою энергию, хотя свою энергию я совсем не ощущал, просто знал, как это делать. Все попытки были тщетными. Долгое время лежа в раздумьях, что мне делать дальше, я попробовал поглотить ауру, окружающую меня. С лева злая, смертельная и злобная аура, её я совсем не хотел поглощать. С права теплая, я бы даже сказал приятная энергия, от которой отдавало теплом и добротой, а подо мной неудержимая как ветер в горах энергия ни злая и не добрая, а просто энергия, которая протекает как мне показалось через всё живое в этом мире. Я сосредоточился и решился впитать именно её. Я толком не знал, как это сделать, поэтому сначала пытался мысленно представить поглощение ауры, из чего ничего не вышло, после я попробовал влить магию в себя, как вливал магию в свой сломанный жезл только наоборот. Когда все попытки, которые я предпринимал не дали никакого эффекта, я потерявший всякую надежду воззвал к этой ауре. – Приди ко мне! Влейся в меня! – ничего не происходило. – Стань моей! – полон злобы на самого себя и от беспомощности приказным тоном воззвал я. И тут энергия начала колебаться, я почувствовал, как она приближается к моему телу, но как только она касалась меня сразу же удалялась. Неудержимый потом живой энергии, которая бурлила подо мной отреагировал на мой призыв. Долгое время я приказывал и приказывал стать моей, и через некоторое время, маленькая щепотка энергии проникла в моё тело. Я ощутил неудержимый прилив сил, сразу же попробовал встать, но после неудачных попыток пробовал шевелить руками и ногами, на удивление это получалось намного лучше и эффективней чем до этого, я даже смог почти сжать кулак на левой руке, хотя и почувствовал, что движению что-то мешает. После этой удачи, ко мне пришла надежда. – Я смогу выбраться! – говорил я сам себе. – Стань моей! – всё сильнее и сильнее я взывал к этой неудержимой ауре. – Приди! Будь моей! – мысленно проговаривал я. Прошло много времени, у меня начало получаться, аура подо мной реагировала уже на второй или третий зов ко мне, и, хотя поглотить получалось совсем маленькую часть её, но прилив сил и надежда моя росла с каждым разом. Я уже спокойно мог сжимать кулаки и даже попытки поднять руки не были настолько бесполезными, я чувствовал, как на меня давит что-то тяжелое и холодное, левая нога поддавалась намного лучше прежнего, вот только правую я совсем не ощущал, хотя ощущение пустоты чуть выше колена усиливалось. Всё больше и больше я взывал к энергии подо мной и всё больше с каждым разом у меня получалось её впитать, мои чувства обострились, я начал чувствовать энергию внутри себя, хотя она и была иная, нейтральная я бы сказал, ни добрая, ни злая, ни яростная, ни беспокойная, ни тёплая и не холодная, она протекала как кровь в организме человека или любого другого животного, медленно и целенаправленно, и чем больше я взывал к ауре, тем больше энергии протекало во мне. Продолжая взывать и впитывать энергию, я всё больше изучал место, где, я лежал, вокруг меня и сверху и снизу и по бокам было множество очагов аур, где ели-ели ощутимая, где сильная и независимая, где тёплая и добрая, но некоторые были тёмными, злыми даже пугающими. Надо мной энергии было меньше всего, она была слабая и далекая от тех, которые были по бокам и снизу, еле заметная. Долгое время взывав и приказывая ауре стать моей, я почувствовал, как энергия уменьшается. Во мне же, энергия била ключом, она протекала по всему моему телу, даже по правой ноге, которую я до сих пор почти не ощущал, хоть поток и был там очень слаб, но всё же он был, что дало мне надежду, что моя нога при мне. Не зная сколько, прошло времени, я истощил все запасы, находящиеся подо мной, я уже мог свободно шевелить руками и левой ногой, правая начинала поддаваться, но встать или поднять хоть какую-то часть тела так и не удавалось. – Этого мало, нужно еще. – Я попробовал сосредоточиться и поискать похожую ауру вокруг меня, но такой больше не было, лишь ели ощутимые очажки, вдалеке были на неё подобны. Я воззвал к ним. Они тотчас начали приближаться ко мне, спустя немного времени я уже их впитал. Попробовав поднять руку, на удивление я почувствовал тяжесть, находящуюся на руке, но всё же мне получилось согнуть её в локте, пальцы упёрлись во что-то жесткое, я ощупал как мог и понял, что это было старое и весьма прогнившее дерево, через которое при каждом шевелении пальцев на меня сыпалась земля. – Я в гробу. - подумалось мне. - Я ведь умер… Или не умер. – Сделав огромное усилие над собой у меня получилось поднять и вторую руку, я уже свободно мог ощупывать гнилую древесину надо мной, я попробовал её приподнять, но это было сверх моих сил. Я попытался надавить на неё, послышался лёгкий треск ломающегося дерева. – Я смогу! – говорил я сам себе и всё больше и больше давил, еще треск, я даже не понял, что это был первый звук, который я услышал за столь долгое время, проведенное здесь. Я согнул левую ногу в колене и попробовал надавить на уже изрядно трескавшееся дерево, на удивление коленом я дерева не ощутил, только рыхлую землю, которая просачивалась через меня. Правая нога двигалась очень плохо, поэтому давя руками и ногой я всё же выдавил часть дерева и почувствовал тяжесть на своём лице от засыпающей меня земли я попробовал встать. Это было невозможно, но руками я мог копать землю, которая осталась после дерева, я копал и копал, разбрасывал землю в разные стороны от меня, убрал землю с лица и дальше продолжал копать, пока правая рука перестала чувствовать тяжесть. Кончиками пальцев я почувствовал прикосновение травы. – Еще не много. – Это прикосновение прибавило мне сил, я еще с большей яростью и надеждой вкапывался руками и ногами в землю, я копал и копал пока не почувствовал, что могу попытаться подняться. С моего тела сыпалась земля, и я вставал. – Наконец! Я выбрался! —говорил я сам себе. Радости моей не было предела, с начала рука, потом вторая, потом я ухватился за землю вместе с травой и попробовал поднять свое тело, забросив левую ногу и поджавшись я всё же выбрался.
Лучи солнца обогревали моё лицо, кожа, давно не видевшая света, прогревалась от них. Я ничего не видел, мои глаза никак не могли привыкнуть к свету. Долго это не продлилось, я начал привыкать, я посмотрел по сторонам. Я был в лесу. Старые, поросшие мхом деревья были покрыты трещинами старости, множество стволов, уже давно перегнивших лежало на земле, вместе них новые молодые деревья возвышались к небу распустив не давно появившееся молодые листья. – Весна. – подумал я. Между деревьев по всему лесу между стволов деревьев земля была не ровная, словно бугорки покрыли всю землю, посмотрев дальше я увидел, как между деревьев сверху бугорков и кочек лежат камни, похожие на плиты, треснувшие, разбитые ветром и дождём камни. – Надгробия... – Я был на старинном кладбище. – Но сейчас весна… - последние мои воспоминания были поздним летом, когда меня поймали наемники. Я развернулся к месту, из которого выбрался, немного выше от ямы, которую я смог прокопать стоял наполовину вросший в землю камень, трещина, росшая из-под земли к самому его верху, разделяла его пополам. Я подошел ближе, какие-то совсем древние надписи были на нём, но припорошённые пылью и поросшие мхом, который успел впитаться в камень, разобрать я их не смог, я попробовал протереть надпись и протянул руку к камню. Рука была мертвенно бледная, кожи почти не было видно, только между пальцев еще оставались её куски, но крови не было, мышц не было и в помине, только сухожилья, дряхлые и высохшие со временем держали эту руку воедино. Я испугался, это была моя рука, я протянул и другую. – Всё так же. – проговорил я вслух, и мертвенный, тихий и сухой голос впился в мои уши. Я посмотрел на ноги, левая нога была покрыта старой, сгнившей тряпкой когда-то бывшей штанами, цвет или еще чего разобрать я не мог, она была чёрная толи от земли толи от старости. Правая нога стояло как мне показалось не ровно, пустота чуть выше колена чувствовалась, но сама нога была голая, точнее кость, на которую я опирался, тонкое как волосы сухожилье соединяло бедренную кость с остальной частью. На мне была старая одряхлевшая тряпка, бывшая когда-то мантией, я поднял руки к своему лицу и потрогал его. Глубокие впадины вместо ушей, носа и рта, зубы были на месте, я попробовал прикоснуться к глазу, но только почувствовал кончиками пальцев-костей как их пропитало нейтральное тепло, похожее на ауру, которую я поглощал под землёй. На голове, где были мои волосы, осталось несколько прядей тончайших волос, спускающихся мне до плеч, они были редкими и сухими как высохшая трава.
- Я мертвец… - без эмоционально сказал я. – Что мне делать?.. Зачем я здесь?.. – я задавал сам себе вопросы, но ответить на них не мог. Рядом с моей могилой была еще одна, судя по тому, что несколько надписей, присмотревшись к ней, можно было разобрать, я подумал, что она посвежее. Я подошел к ней, правая нога больше подходила для поддержания тела, чем для передвижения. Я попробовал разобрать надпись протирая её костлявой рукой.
- … не … спасти … … друга …, хоть в смерти … … вместе. Здесь … Твинний Альбус 14..3 год.
Это всё что я смог разобрать, это была могила моего лучшего и единственного друга Твина.
- Так и ты умер… - с грустью в душе, но не в голосе проговорил я. Меня привлекла дата смерти твина, на сколько я помнил, когда меня поймали наемники, было позднее лето тысяча триста восемьдесят седьмого года со смерти последнего первородного демона, так исчислять начали время победы над последним врагом.
Погладив могилу друга, я присел, есть мне не хотелось, да и не дышал я вовсе, не было жажды, не было никаких привычных чувств, что я раньше испытывал. Ни страха, ни сожаления, вот только скорбь за мертвым другом таилась где-то далеко в моей мёртвой душе. Посидев какое-то время размышляя, что же произошло, я понял, что умер давно, Твин прожил около двадцати лет после моей смерти. – Но сколько же я здесь пробыл? – снова я задал безответный вопрос. Могила Твина тоже была старой, поросшей мхом и её точно не выкопали в ближайшие годы. Я решил посмотреть в округе, может получу хоть какую-то подсказку какой сейчас год. Все мои поиски были тщетны, я бродил среди древних могил, которые были старше чем моя, почти на всех из них разобрать надписей было невозможно, на некоторых и камней не осталось, они со временем разрушились и превратились в пыль. Проходя мимо одной из них, я зацепил пору-разорванным куском ткани висевшем на моей ноге куст, ткань порвалась от малейшего прикосновения, открывая костяную ногу. Пока я ходил, солнце неумолимо двигалось к закату, иногда опираясь на правую ногу я слышал хруст костей возле моего таза.
- Что же мне делать? – снова и снова задавал я себе этот вопрос. – Почему я пробудился от вечного сна? – ответ ко мне так и не приходил. Блуждая по кладбищу как неприкаянный мертвец, я прошел сотни, наверное, даже тысячи могил, я чувствовал энергию возле каждой из могил, где слабо, где ели-тлеющую, где злую и жестокую хотя и тёплой, и доброй было вдоволь, когда я ощущал ауру, которую впитывал под землёй, я останавливался и поглощал её, подойдя к одной из очень древних могил, почему-то она меня к себе манила, я ощутил нейтральную ауру, но сильную и властную, несущуюся потоком вокруг холма могилы, я протянул руку. – Приди ко мне! – властным потусторонним голосом проговорил я, приказывая ей. Бурлящая энергия подчинилась, медленно она подымалась к моей руке и вливалась в меня, я смотрел на руку, синевато-белая энергия, как мне показалось впитывалась в мои кости как вода впитывается в сухую покрытую трещинами землю. Продолжая впитывать, я почувствовал, как изменяется моё тело, посмотрев на правую ногу, я увидел, как сухожилье походившее на волос расширялось, и натягивалось, почувствовал, как на моя челюсть всё плотнее соединяется с остальной частью головы, кожа между пальцами рук связывается воедино, мне стало легче управлять ногой, я даже мог наполовину её согнуть. Солнце спряталось за верхушками деревьев, а я продолжал бесцельно бродить возле могил, ища энергию чтобы впитать в себя. За три дня после освобождения я прошел огромное расстояние поглощая и поглощая ауры мертвецов, лежащих в могилах, мое тело окрепло, ноги обтянули сухие, но уже хорошо работающие мышцы, лицо уже начинала обтягивать кожа, появилось даже несколько прядей волос, всё таких же сухих. Везде были деревья и могилы, я плутал между ними, иногда казалось, что я хожу по кругу так как часто подходил к аурам, которые я уже чувствовал раньше. – Нужно полностью восстановить своё тело. – я попробовал наложить несколько заклинаний восстановления, но никакого эффекта не было. Я продолжал блуждать и на четвертый день я вышел с высокому, старому и почти разрушенному зданию, я знал, что это. Это старая церковь, возле которой меня лишили жизни, она возвышалась возле деревьев, дряхлая, сгнившая, двери были покошенные, но всё же она, стояла ровно будто заколдованная. Подойдя ближе, я почувствовал, как от неё исходит светлая энергия, которую я никогда раньше не чувствовал, я попробовал её впитать в себя, но ничего не вышло, она не реагировала, видимо только за счёт неё гнилое со всех сторон здание еще держалось, я зашел внутрь, дверь с громким и пронизывающим скрипом открылась, пыль как и тогда, усеяла всё внутри, но стульев и столов не было, только гнилые кучки пыли были на их месте, время близилось к закату, и хотя я уже давно понял, что мое зрение что днём, что ночью не меняется, я всё же решился остаться на ночь здесь, спать я не мог и не хотел, но провести ночь в помещении я всё же захотел. Я ходил от одного конца церкви к другому, при каждом моём шаге подымались тучи пыли. – Сколько же лет сюда никто не заходил? – подумал я. В самом конце стоял монумент, который я видел раньше, я подошел к нему, ни формы ничего понял было невозможно, было похоже на стареющий камень когда-то бывшим чем-то. От него исходила такая же энергия, как и от всей церкви, вот только здесь она была сильнее и теплее. Я прикоснулся к нему. Аура содрогнулась, из спокойных потоков она начала меняться и собираться возле меня. Всё больше и больше её становилось.
- Ты пришел. – громкий, властный голос прозвучал в моей голове. – Долго же я тебя ждал. – голос не утихал.
- Кто ты? Зачем ты меня ждал? – я попробовал заговорить, но ответа мне не было, только аура продолжала собираться вокруг меня. Несколько минут она бурлила то ускоряясь, то замедляясь.
- Ты должен спасти их! – приказной тон ударил мне в голову.
- Кого спасти? – непонимающе спросил я. Голос не отвечал, но часть энергии начала проникать в моё тело, там, где энергия проходила в меня, затягивалась кожа, мышцы росли и крепли, всё больше и больше поглощал я, и тело моё восстанавливалось, я почувствовал тепло, даже жар, проходящий по всему телу. Аура уже почти истощилась, тело моё было восстановлено, я полностью ощущал свою правую ноги, так же, как и левую, по моим костям и всему телу проходила сила, которой я никогда не владел, еще давно, я меня был огромный запас магической энергии, но сейчас, я её чувствовал намного сильнее и её было в десятки раз больше чем прежде.
- Спаси их! – прозвучал голос в моей голове, когда последняя часть ауры зашла в моё тело, он был похож на просящий голос ребенка, который хотел кушать и просил его покормить.
Я почувствовал себя, даже более выжив чем был при жизни, управлять своим телом было легче чем с наложенными мной заклинаниями усиления, хотя я чувствовал силу в нём. Я хотел посмотреть, как я выгляжу, но сделать это ночью в тёмной церкви было невозможно, я решил выйти. Я приоткрыл скрипучую дверь и вышел наружу, сделав два шага от здания, послышался шум, дверь упала с ели держащих её петель, церковь наклонилась и под своей же тяжестью начала прогибаться, я, смотря на это невольно начал отступать. Треск, хруст ломающегося гнилого дерева слышался повсюду, здание рушилось, энергии поддерживающего её уже не было, несколько минут потребовалось на то, чтобы церковь разрешилась, от неё остались только небольшие не до конца сгнившие щепки деревьев. Сожалений у меня никаких не было, я развернулся и решил пойти вперёд, цели у меня никакой не было, а просьба, которую я услышал в своей голове была мне не понятна. Чем ближе подходил я к деревьям и кладбищу, тем сильнее я ощущал энергию в нём, раньше я мог только почувствовать тепло или холод от них, или сильные чувства, которыми обладали владельцы аур, но сейчас, впитав ауру церкви, я видел их насквозь, здесь было множество мертвецов, старых и молодых, людей и эльфов, орков и гоблинов, зверей и птиц. В некоторых могилах была захоронено два, а то и более мертвецов. – Будь я жив, я бы низа что сюда не пришел. – Подумал я, и без опаски пошел дальше. - бродивши здесь уже около недели я немного привык быть мертвецом, и даже если на меня кто-то бы напал, я не боялся. - Второй раз ведь не умрёшь. Я шел бесцельно, по пути поглощая ауры, которые мне нравились и подходили, но ноги меня вели к месту, где был похоронен я и Твин. Несколько раз я набредал на могилы древних людей и эльфов. Их ауры были слабыми и находились глубоко под землёй, но я отчётливо их чувствовал, от орков исходила сильная энергия, но чаще всего она была злая и холодная, мне не хотелось её поглощать, а вот от эльфов шла теплая, светлая и добрая аура, её с удовольствием я поглощал, приказывая влиться в меня. Люди лежали здесь разные, некоторые из них как я понял были служителями в церкви или имели какое-то отношение к ней, так как их аура была схожа, у зверей она была нейтральная и спокойная вот только у некоторых была настолько отвратительна, что даже подходить ближе желания не было. Было здесь несколько гномов, с похожей на людей энергией, но самая сильная, приятная и не испорченная исходила всё же от детей и младенцев, я был уверен, что это были именно они, что с ними случилось я не знал, но они были упокоены здесь. Несколько раз я проходил мимо древних и злых существ, они так же глубоко были похоронены или, наверное, закопанные, поглощать настолько злую и жуткую ауру я не хотел. Дойдя до могилы Твина, я почувствовал настолько приятную моему духу ауру, добрую, чистую и знакомую, хоть раньше я ничего подобного не ощущал. Она манила меня, и я подошел ближе. – Влейся в меня! – мой голос прозвучал отчетливо и властно, громко, но как из глубины. – Аура не двигалась, она так же покрывало останки моего друга и никуда от него уходить не собиралась. – Влейся в меня! – снова приказывал я. Проблем с призывом аур у меня уже не было, они подчинялись любому моему зову, но эта не хотела, она даже не реагировала на мои слова. У меня было огромное желание поглотить её, но все мои попытки оказались тщетными, какие приказы только я не давал.
Солнце уже подымалось и выглядывало из-за крон деревьев, сосны, дубы, березы, осины, грабы и буки просыпались от ночного сна. Я сидел возле могилы друга и размышлял. – Солнце встаёт. – подумал я. И мне в голову пришла интересная мысль. – Восстань! Восстань мой друг! – встал я в полный рост, протянул руку к могиле друга и взревел, голом мой был ровный и громкий, я попробовал влить свою магию в энергию возле Твина. – Восстань! – аура взбесилась. Потоки моей магии бушевали и перемешивались с аурой Твина, она проходила через его кости и тело, я это чувствовал хоть и не видел, она впитывалась в него и всё большими и большими частями, его тело поглощало её. Я долго не думая присел и начал копать, я рвал землю разбрасывая её по сторонам, своими ногтями я впивался в траву, росшую на земле, копал и копал, долго копал, открывая ноготь за ногтем и раня свои руки, на удивление которые сразу же затягивались как по волшебству. Солнце перевалило за обед, а я всё копал, и вот я добрался до прогнивших досок гроба, он был целых, хотя еще несколько лет и он стал бы таким как мой и начал бы проваливаться, я взялся за крышку и сделал неимоверное усилие что б её сорвать, дерево затрещало но не поддалось, я еще раз попробовал но безуспешно, еще и еще я пытался открыть крышку, уже несколько гвоздей которые были забыты в дереве начали появляться, как неожиданно мне пришла подмога, изнутри я услышал глухой звук, а потом увидел как дерево гроба выгибается, я с еще большим рвением пробовал разломать могилу друга. – Твин! Я! Здесь! – кричал я, порыв эмоций захлестывал меня, будучи мёртвым эмоция я вообще не испытывал, но сейчас меня они переполняли. – Еще не много! – кричал я. – Сейчас! – крышка всё же поддалась, длинные аж до локтя гвозди не выдержала натиска и вышли из изрядно прогнившего дерева, я увидел руки, а потом и всего, моего старого и верного друга. Эмоции поутихли, на меня смотрел череп с ярко-зелеными и чистыми глазами, смотрел, не отрываясь, но ничего не желал, он лежал в мертвенной позе только руки его слегка приподнимались. Я вспомнил, что и сам долгое время лежал и не мог пошевелиться, чтобы я смог встать мне нужно было впитать множество энергии. – Сейчас я тебе помогу! – безразличным голосом проговорил я хотя моя душа и радовалась, но всё же эмоции утихли. Я прикоснулся к голове Твина, точнее к черепу, и начал вливать в него свою энергию. – Восстань! – говорил я. – Ну же! Восстань! – Моя рука стало испускать мертвенно бедную ауру переливающимся гнилым и жутким оттенком, но энергия вливалась в Твина, я чувствовал некую слабость, когда энергия выходила из меня, но она быстро проходила. Руки моего друга обтягивались сухожильями, а потом и мышцами, появлялась кожа, ноги начали слегка шевелиться, глаза начали двигаться, он приходил в себя, на голове распускались волосы, седые, но постепенно обретали тёмный цвет, долго я вливал магию в друга, пока он полностью не восстановился, даже шрам на брови исчез. Только глаза мёртвые ярко-зеленые не менялись, они смотрели прямо на меня, но Твин ничего не делал, лежал и смотрел. Моя магическая сила истощалась, я это чувствовал, но не переставлял вливать, спустя врем, когда солнце начало прятаться за деревья и уходить в закат Твин пошевелился.
- Оно ушло… - далекий, сухой и тихий голос вылетел изо рта Твина. – Я не мог пошевелиться пока оно светило. – Глаза мертвеца посмотрели в то место, где солнце скрывалось за деревьями.
- Твин! Друг мой! Это точно ты? – не верил своим глазам я, его тело восстановилось, и он был моложе чем я видел его в последний раз, на вид ему было около тридцати лет, тело было сильное мышцы восстановились, он попробовал встать, тяжело, превозмогая себя он встали выпрямился, я видимо много копал, так как когда Твин выпрямился, выглядывал из земли он только по плечи. Я этого не заметил, будучи в порыве эмоций, я был истощен, я чувствовал, как моя магия протекает в моём старом друге, и я мог, если пожелаю, управлять ним. В глазах мои потемнело, я в изнеможении упал на спину, глаза мои потухли.
- Долго ты еще будешь лежать? – послышался далекий, но чёткий голос. Я открыл глаза, была тёмная непроглядная ночь.
- Сколько я пролежал? – спросил я, понимая, что, когда я закрывал глаза, ночь только наступала.
- Три ночи. – Спокойным голосом сказал Твин. – Видимо ты потратил много сил, чтобы меня поднять. – задумчивым, но и довольно радостным, на сколько можно было сказать о бесчувственном голосе мертвеца, голосом сказал человек. – Рад тебя видеть старый друг. – повернулся Твин ко мне, и улыбка поползла по мертвенному телу, в ночной темноте его глаза отбивались мертвенным светом. Я улыбнулся ему в ответ, я чувствовал себя полным сил, хотя часть из них и бурлила в теле Твина.
- Как ты умер? – спросил я, меня давно интересовал этот вопрос, да и еще множество ответов я хотел от него услышать.
Твин посмотрел на меня, сел рядом и начал рассказ.
- Я расскажу тебе всё по порядку. – сказал Твин. – И сам хочу задать несколько вопросов. Пока ты прохлаждался, я бродил вокруг, сколько времени прошло с того момента как я умер?
- Не знаю… - беспристрастно ответил я. – Мне не у кого было узнать, но насколько я разобрался ты, как и я умерли довольно давно.
- Это я уже заметил. – Поправляя на себе остатки одежд, в которых Твин был похоронен, они были такие же черные как у меня, время не пощадило их, разорванные и прогнившие насквозь они покрывали лишь срам и часть плеч моего друга. – В ту ночь, когда тебя убили, меня напоили сонной травой. Я проснулся на следующий день ближе к обеду, тебя нигде не было, только пять наемников в черных плащах лежали мертвыми на полу. Я сразу же спохватился, выбежал в коридор, там лежал один из постояльцев Ольда. Других посетителей и самого Ольда в таверне не было. Я выбежал на улицу, поселок был пуст, будто там никто и не жил никогда. Я обнаружил довольно свежие следы от повозки, уходящей на юг, они вели в сторону древнего кладбища. – Он запнулся. – Я так понял, мы сейчас именно здесь. – дополнил Твин, я же ему согласно кивнул. -Пробродив так никого не находя, я вернулся в комнату, сложил вещи и взяв с собой твой походный мешок я отправился на поиски. Следы повозки были четкими и большого труда следовать за ними не было, в пути меня догнала твоя ворона. – Твин всегда недолюбливал Крука поэтому ворон старался прилетать, когда воин уснёт или чем-то занят. – Я спрашивал у него, что произошло, но так это была твоя птица, отвечать она не собиралась, только летела, рядом останавливаясь периодически на ветках деревьев. Я прошел около двадцати миль, когда ворона всё же заговорила. – Муйзевулл уже близко, рррядом совсем рррядом. – Прокаркал ворон и полетел вперёд. Я ускорил шаг, но на подходе меня застала ночь, мне пришлось остановиться, дальше в непроглядной тьме я путь продолжать не мог, даже луна была скрыта, только звёзды освещали путь, но их было недостаточно. Я нашел укрытую поляну, скрывающую меня от путников, и заночевал там, не разводя костёр. С первыми лучами солнца я уже был в пути, двигался я быстро и через несколько часов, солнце еще не успело подняться к зениту, я уже был у входа на кладбище. Я скрылся между деревьями и начал продвигаться вперёд. Стояла мёртвая тишина, не было ни пения птиц тишина звенела в моих ушах. Пробираясь, я вышел к старой заброшенной церкви и услышал карканье твоей вороны, я направился на звук. Там я тебя и нашел, тебя пронзила несколько клинков в спину, нога была почти разрублена, а в шее была смертельная рана. – Твин показал, где находилась рана. – Ворона прыгала возле тебя то и дела клевала, но как потом я увидела она не клевала тебя, а пробовала разбудить. Рядом не было ни души, я отнёс твоё тело под дерево и решил тебя похоронить. Я нашел несколько старых столов и стульев в церкви и сделал из них гроб, в который с трудом тебя смог уложить, потом долго искал свободное место на этом проклятом кладбище, когда я нашел место, где не было горба-насыпи, я принялся копать, копать мне не было чем, поэтому в ход пошли мои руки и меч чтобы разрыхлить землю. У меня ушло два дня чтобы вырыть для тебя подходящую могилу, я аккуратно сложил гроб с твоим телом туда и пошел искать из чего бы сделать надгробие, я нашел старый с выцветшими надписями камень, почистил его мечом и нацарапал надпись. – Жестом Твин указал на треснувший камень, который был моим надгробием. Я хотел узнать, что он там написал, но прерывать рассказ не хотел. – Когда я закончил, я отправился искать того, кто тебя убил, ворона осталась сидеть рядом с тобой. Я вернулся в поселение, там так никого не появилось, я залез в склад к Ольду, набрал еды, рыбы, которую ты так любил и отправился в путь, я пошел в Салигор.
- Салигор…* - проговорил задумчиво я. – Сколько воспоминаний с этим городом, это первый большой город в землях Иваллы** территории союзных рас.***
- Три дня пути, и я наконец встретил первого живого человека, это был торговец, отправившийся с заказом в Инзог, он тогда еще не знал, что там ни осталось ни одной живой души, заказ ему сделал Ольд еще несколько недель назад. Услышав мою историю, он развернул осла, который вёз его телегу и поехал назад в Салигор. По дороге он поведал мне, что в Салигоре неспокойно, множатся слухи о древнем проклятии поразившим эти земли, люди собирают свои пожитки и уходят подальше, но что за проклятие я так узнать с его слов не мог. Два дня пути я провёл в повозке с торговцем, по зачастую оживлённой дороге на своём пути мы не встретили никого. Это было очень подозрительно. Квирк – звали торговца. – вспоминая сказал Твин. – он был хороший человек, хотя в его роду были и дварфы, может из-за этого он был всего по грудь мне ростом. Мы разделяли пищу на пути к Салигору я дал ему рыбу Ольда а он мне соленую оленину, которая в этих краях была редкостью. Под вечер второго дня мы подъехали к городским воротам. Стражи не было, несколько бездомных собак со щенками пробежали мимо нас, этот город был тоже пуст. Ни следов битвы, ни пожара не было. Город опустел, дома были не заперты, вещи лежали в тюках, видимо подготовленные к уходу с города. – Твин рассказывал бы очень долго, вспоминая разные подробности, он знал, насколько я любил слушать всё до мелочей. Но сейчас было не до этого, мне было интересно что произошло с людьми, и я поторопил его. – Несколько месяцев я блуждал по полям и пустым городам Иваллы. Так ничего путного и не узнав, я решил отправиться в наш орден, Квирк был со мной, он тоже не знал что случилось с его семьёй которая жила в Салигоре, и отправился со мной в Ольмерию.** Путь наш занял около двух недель, Ольмерия огромная страна, в ней мы нашли множество людей, множество беженцев с Иваллы и других рас искали там спасения, Квирк смог отыскать свою жену и ребёнка, он остался с ними а я отправился в Крону*****, к старейшинам ордена Верлинга. Наняв ездовую Крикшу***** спустя неделю, я был уже в ордене.
* Салигор – большой город неподалёку Инзога, через который проходило множество торговых путей, он считался одним из основных в стране Ивалла, зачастую все богатые и знатные жили там.
** Ивалла – Страна, в которой проживало множество различных рас, жили они в мире и без конфликтов, западнее неё находилось Королевство людей Ольмерия**, в которой другие расы, помимо эльфов и дварфов с гномами были рабами и угнетались, союза или дружеских отношений между двумя странами не было, но и открытой вражды тоже, они мирно сосуществовали между собой обмениваясь и продавая товары и магические вещи.
*** Иваллу так же называли Территория союзных рас, из-за того, что расы отличались не только внешне, а и силой, и искусством магии, мало было желающих нападать на неё или захватывать, страна могла за себя постоять и дать отпор любому врагу.
**** Крона – столица королевства Ольмерия, в ней находилось центральное здания ордена Верлинга.
*****Ездовая Крикша – большая птица, летать она не умела, но её огромная спина и мощные лапы позволяли перевозить на себе больше двух путников вместе с вещами.
- От ордена я узнал, что проклятие, от которого бежали все, было вызвано учеником святейшего старейшины, считающимся погибшим. И что ты – ткнул в меня пальцем Твин. – еще пятнадцать лет назад его должен был убить, но по всей видимости он, остался жив, звали его Тордус.
- Так что это за проклятие? – несдержанно спросил я.
Твин молчал. Он обдумывал. – Все, кто попадал под влияние того ученика, лишались своих сил и ставали его вечными сподручными, даже рабами его воли, но чем больше он поглощал энергии других людей, тем больше изменялся его разум и тело. В ордене предположили, что пятнадцать лет за которые о нём никто не слышал, он накапливал силу и собирал себе армию. Но точной информации у них не было. Старейшина Джан, один из целителей ордена, тот который тебя обучал. – невзначай добавил Твин, будто я это мог забыть. – расспрашивал меня, что с тобой произошло. После чего с сожалением посмотрел на меня. Он отправил меня на поиски Тордуса, назначив при этом несколько стражников святого ордена, они были очень сильны. – добавил с нотками грусти Твин. – Несколько лет я бродил по пустым землям Иваллы в поисках бывшего ученика, и всё же я смог его найти. Он был не такой как мне его описывали, я даже сказал бы что он уже был не человек. Цвет его кожи был серебристо-тёмным, как у высших орков, которых мы с тобой встречали в пещерах, глаза желтые-демонические, они словно горели несгораемым огнём, тело истощилось, он вырос, больше чем на голову он превосходил меня ростом, на голова его была склонённая к земле, словно груз на его шее и спине был тяжелее чем его сила выпрямится. На спине виднелись два горба возле лопаток, видимо они и не давали ему выпрямится. Мы напали на него, и только я смог выбраться из той передряги, он послал на нас своих рабов, их было много, но силой они не отличались, все были в черных капюшонах. Я увидел, что там были гоблины, люди, орки, эльфы и даже несколько троллей. Многих мы положили, но меньше от этого их не ставало, нам пришлось отступить, но рабы Тордуса, не отставали от нас, а всё сражение было покрыто яростным и истерическим смехом этого ублюдка. – Несколько минут Твин не говорил ни слова, смотря в светлеющее с востока небо, он видимо вспоминал прошедшее.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
