Обложка Одолень-трава

Одолень-трава

Елена Ликина

0% прочитано
Стандартный
Елена Ликина

Одолень-трава

Пролог

- Вам же больше сорока, верно? – Вита смотрела насмешливо, чуть приподняв рыжеватые густые брови.

- И что? Как это связано с костром? – Ирина дёрнулась, и вопрос прозвучал резко, выдавая её недовольство.

- Да так… В вашем возрасте не уметь такой простой вещи… Странно как-то, - пожала плечами Вита. – Вы же понимали, куда едете. Здесь не курорт.

Ирина в своём возрасте многого не умела из того, что могло показаться странным этой девице. И костёр разжигать, и шашлыки жарить, и машину водить, и в технике разбираться. Не представилась ей до сих пор такая необходимость. Жила себе спокойно безо всяких подобных умений, не задумываясь даже о том, чтобы научиться.

И вот поди же! Угораздило!

Хотя отчасти Вита была права - следовало подумать, что здесь, в глуши, ей могут понадобиться простые практические навыки. Из тех, что помогают выживать в сложной ситуации.

Поездку в недельный тур на травяной сбор она восприняла с воодушевлением, как интересную прогулку, и теперь расплачивалась сполна. Да ещё и с Витой, организаторшей и хозяйкой усадьбы, у них сразу не сложилось.

Бывает ведь такое – взглянешь на человека и мгновенно проникаешься к нему определёнными чувствами. Не зависимо от того, хороший он или плохой. Вот и Ирина, как только увидела рослую, крепкую, запакованную в камуфляж девицу, сразу испытала к той неприязнь. И, по-видимому, это чувство оказалось взаимным.

Тур с незамысловатым названием «За травами» стоил немалых денег. Семидневное проживание в усадьбе «Перуница» оценивалось в тридцать тысяч, она специально погугила стоимость. Это был подарок от Ильи ей на сорокалетие. Последние полгода Ирина хандрила – ничего не хотелось, не было стимула творить. Вот он и решил порадовать сестру, надеялся, что пребывание на природе вернёт хорошее настроение и вдохновит на творчество.

Поначалу подарок Ирине понравился. Предстоящую поездку она сочла прекрасной возможностью перезагрузиться, отдохнуть, а главное – порисовать. Ирина не собиралась собирать и заготавливать травы, она собиралась подсмотреть у природы сюжеты для будущих картин, «размять» руку. Поэтому притащила с собой холсты, краски и даже мольберт.

И как же она разочаровалась теперь! Её раздражало всё - скромные условия проживания с общими удобствами на этаже. Несовместимость с остальными гостями, обязанность принимать участие во всех мероприятиях, запланированных на время тура.

А теперь ещё эти посиделки с костром! Картошки им видите ли захотелось. Как будто местная повариха тётка Таня не могла её нажарить на всех.

- Так как, Ирина, будете учиться или нам без еды сидеть? - повторила вопрос Вита.

Все вокруг засмеялись, и Ирина не сдержалась, спросила с вызовом:

- А что, больше некого привлечь к этому занятию? Почему именно я?

- Считайте, что мне так захотелось, - пожала плечами Вита.

- А мне – нет! Я здесь у вас не бесплатно торчу! Можете оставить меня в покое?!

- Вам бы мяты попить. Мелиссы тоже можно. Мы как раз вчера травы собирали. Я рассказывала, как их сушить, помните? Хотя, кого я спрашиваю – вы же всё время отделяетесь от группы. А ведь я пригласила сюда для того, чтобы научить. Вы внимательно читали правила тура?

Она не читала их вообще, просто собралась и поехала, решив, что «Перуница» что-то вроде пансионата, а прогулки по лесу да сбор трав включены сюда попутно, бонусом, для желающих.

- Вита, не заводись, - Егор, сторож, охранник и ответственный «за всё» в усадьбе, постарался сгладить неприятный разговор. С улыбкой он обратился к Ирине. - Костёр разжечь – дело не хитрое. Тут всё от сноровки и навыка зависит. Хотите, научу?

- НЕТ! – рявкнула Ирина, и развернувшись, пошла с поляны.

Егор хотел её окликнуть, но Вита остановила:

- Пусть проветрится, а то слишком разошлась! Всё равно далеко не уйдёт. Она же не ориентируется совсем. Поломается и вернётся.

Но Ирина так и не вернулась.

Её нашли через неделю в заброшенной деревне за русалочьим озером копатели-энтузиасты. Два паренька набрели на Ирину случайно – услышали вдалеке монотонное причитание, напоминающее плач. Поначалу струхнули, ведь про эти места в их посёлке говорили шёпотом, с оглядкой. Но любопытство пересилило, и они решились посмотреть. На приступочке у дома сидела женщина, раскачиваясь в такт своему странному напеву. Глаза её были пусты, а взгляд неподвижен. На лбу багровела отметина, словно от свежего ожога – странный знак, напоминающий заключённый в овал цветок. В руках женщина баюкала венок из увядших кувшинок.

Глава 1 Знакомство

Наташа вышла из вагона и осмотрелась. Где-то здесь должен стоять Егор, встречающий гостей подворья «Перуница». Вместе с ней с электрички сошло совсем мало народу, и почти все задержались на перроне, тоже кого-то ожидая.

Чуть поодаль стояла экстравагантная парочка – такой самое место на экзотическом курорте, а не в российской глубинке. Невысокие, поджарые, в ярких майках и коротеньких шортах. Шоколадный загар почти скрывал причудливую вязь тату, набитую на руках у обоих. Причёски у пары были одинаковые – выбритые затылки и лбы венчала высокая гуля: мужчине она шла, делая его лицо более выразительным, а женщину портила, огрубляла. Заметив внимание Наташи, она высунула язык и подмигнула.

- Простите, девушка, - прошелестело рядом. – Вы не в «Перуницу»? На грибной тур приехали?

Позади Наташи обнаружилась невысокая симпатичная старушка. Одета она была по-походному: в ветровку, джинсы и крепкие ботинки на высокой шнуровке. Из общего ряда выбивалась только причёска – огромный пучок волос в виде халы, стогом помещающийся на голове.

В ответ на утвердительный кивок Наташи она вздохнула с облегчением и разулыбалась:

— Вот и славно! А то я уже засомневалась - не напутала ли чего? Нас же обещали встретить? Не могли же забыть?

Наташе и самой было непонятно, отчего до сих пор никто не появился. В рекомендациях было чётко оговорено – на станции их будет ждать Егор, помощник хозяйки усадьбы, в которую они направляются.

— Значит, вы тоже за грибами? – щебетала старушка. – Я их очень люблю. Сушу, мариную. В этих местах встречаются редкие краснокнижные экземпляры! Меня Лидия Васильевна зовут, а вас? Надеюсь, эти не с нами. – и она кивнула в сторону парочки. – Что за времена настали, уродуют люди себя по-всякому! Вот зачем ей кольцо в носу? Чтобы хахаль на верёвочке водил? И рисунки эти чёрные на руках – для чего? И причёски! Дикие какие-то! Вы согласны со мной, да?

Наташа не хотела, да невольно взглянула на пару: приобняв свою спутницу, мужчина что-то говорил ей, и та громко смеялась, запрокинув голову. Голос у неё был неприятный. Резкий.

- Так как вас зовут? - продолжила свою атаку Лидия Васильевна. – Вы до сих пор не представились, моя дорогая!

И Наташа назвалась, изобразив вежливую улыбку. Не в меру говорливая старушка начала её раздражать. Поддерживать разговор не хотелось, Наташа по натуре была интровертом.

- Вы в грибах хорошо разбираетесь? – не отставала Лидия Васильевна.

- Я отдохнуть... – пробормотала Наташа и облегчённо вздохнула: по перрону к ним спешил молодой мужчина с табличкой в руке. Подворье «Перуница» – криво было написано на ней.

- Ну наконец-то! – Лидия Васильевна подхватила увесистый рюкзак и бодро засеменила ему навстречу. Её пронзительный голосок, распекающий опоздавшего, разносился далеко вокруг. Экстравагантная парочка медленно двинулась следом.

Значит поедут с нами, отметила Наташа. Перспектива провести десять дней в обществе приставучей старушенции и этих двоих не вызывала оптимизма, но она запретила себе расстраиваться. Ещё неизвестно, кто следующий вольётся в их небольшую команду. Да и общаться со всеми она не собиралась, сразу решив, что будет сама по себе. Отдохнёт, погуляет и вдоволь нафотографирует цветы да насекомых. Грибы тоже интересовали Наташу только как объект фотосъёмки, она ничего в них не понимала и не могла отличить съедобный от ядовитого.

У заляпанного грязью пикапа обнаружилась ещё одна гостья – полная блондинка средних лет в спортивном костюме. Несмотря на простоватую внешность, держалась она отстранённо и немного надменно. В ответ на приветствие лишь кивнула и равнодушно скользнув взглядом по собравшимся, сразу полезла в салон, на переднее сидение.

- Можем ехать, прошу в машину, – Егор загрузил багаж и теперь улыбался, излучая доброжелательную уверенность. – Усадьба находится в лесу, добираться нам предстоит около двух часов.

Лидия Васильевна попыталась предъявить права на место рядом с Егором, но блондинка проигнорировала пожелание бойкой пенсионерки, и после тщетных препирательств той пришлось усесться позади, рядом Наташей. Там же расположились Лёша и Мариша, благо места они занимали немного. Почти синхронно пара достала наушники и отгородилась ото всех. Иногда Мариша начинала подпрыгивать на сиденье и двигать руками, всякий раз легонько толкая Наташу в бок. Лёша слушал что-то спокойное, закрыв глаза он улыбался, слегка качая в такт музыке головой.

От бесконечно мелькающих деревьев за стеклом, от ухабистой просёлочной дороги Наташу сильно укачало. Она закрыла глаза и, стараясь дышать глубже, думала лишь о том, чтобы никто не заметил её состояние. На крутом повороте ей сделалось особенно дурно. Да так, что почти не осталось сил контролировать себя. И в этот момент на её левую руку с силой надавили – ещё, и ещё раз. Сидя рядом с бесстрастным лицом, Мариша выверенными движениями разминала точки на ладони Наташи. И постепенно стало полегче - настолько, что Наташа нашла в себе силы разлепить губы и тихо поблагодарить соседку. Но Мариша уже опять пританцовывала рядом, и непонятно было, слышала она Наташу или нет.

До подворья добрались под вечер. Огромный участок, обнесённый глухим забором, затерялся среди лесного массива. Высокие деревянные ворота венчала надпись – Эко-усадьба «Перуница».

Неприметная хрупкая девушка помогла Егору закрыть створки ворот, повернула в замке ключ и с усилием задвинула тяжёлый засов.

Егор, проследив за удивлённым взглядом Наташи, пояснил:

- Засов для надёжности, лес же вокруг…

Хозяйка – рыжеволосая молодая женщина с длинной косой - скупо поприветствовала всех и попросила пройти в гостевой дом:

- Вон он виднеется. Юна проводит.

Давешняя девчушка молча пошла к ближайшей постройке. Остальные потянулись за ней.

Наташа не спешила. Несмотря на трудности в дороге, она была в приподнятом настроении. Ей всё здесь нравилось: заросший травой и пёстрыми куртинами цветов участок, огромные старые деревья вокруг. Наташа жадно впитывала запахи, звуки, рассеянный мягкий свет уходящего дня. Погладив грубый шершавый ствол растущего рядом дерева, она запрокинула голову, вглядываясь в густую крону.

- Наташа, все собрались и ждут только вас, – Егор подошёл неслышно, и, она вздрогнула, виновато улыбнувшись:

- Уже иду.

Деревянный сруб гостевого дома располагался неподалёку. Наташа не удержалась, потрогала нагретый солнцем гладкий брус. Она с детства мечтала о подобном доме и надеялась, что когда-нибудь у неё будет такой!

- Наташа... – вновь поторопил Егор, и она поспешно поднялась на террасу, вошла в гостеприимно распахнутую дверь.

В просторном холле собралась вся группа. Среди знакомых появились и новые лица: мужчина средних лет с серьёзным, даже мрачным лицом, представившийся Ильёй, и две стильные дамы зрелого возраста, блондинка и брюнетка. Обе как по команде повернули головы и оценивающе оглядели на Наташу.

- Так так… Значит, вам мы обязаны удовольствием торчать здесь! А ведь давно хочется в свою комнату, поближе к кроватке! – хрипловато промурлыкала блондинка. – Кстати, я – Люся! А эта красавица - Натэла.

Брюнетка лениво кивнула, продолжая беззастенчиво рассматривать Наташу.

- Я Наташа. Простите, что задержалась, - сбивчиво пробормотала Наташа и сразу разозлилась на себя за это. Никогда ни перед кем не оправдывайся! Последнее время она пыталась следовать этому жизненному девизу. Так посоветовал психолог, вот только получалось не всегда.

- Наконец-то все в сборе! – на середину комнаты вышла давешняя рыжая. - Я Вита, вы – мои гости. «Перуница» – многофункциональное подворье. Это комплекс из гостевого дома, где вы будете жить, главной усадьбы и специальной зоны, в которой мы строим приют для животных.

- Приют? Для животных? – удивилась Лидия Васильевна. – В описании тура об этом ничего не говорится.

- Моим гостям и не нужно об этом знать. Это наше внутреннее дело. Вход в приют посторонним запрещён, вольеры заполнены лишь частично, строительные работы ещё не закончены.

Вы участники «Грибного тура». Обычно, я провожу его в августе. Но нынешним летом грибы пошли рано. Поэтому мы запланировали дополнительный тур и пригласили вас сейчас. План мероприятий я разослала всем сразу же, кратко повторюсь – мы будем собирать грибы. Искать их в лесу. Надеюсь, все учли эту особенность тура и взяли необходимую одежду, как я просила. Желающие смогут не только собрать, но и заготовить грибы – высушить, замариновать. Моя помощница по хозяйству Татьяна поможет. Это – основное. Я так же запланировала для вас интересные мероприятия – пикник, посещение музея в соседнем посёлке, вечерние посиделки.

- Посиделки? – хрипло засмеялась Мариша. - Это что такое?

- Это такое времяпровождение, - ехидно встряла полная блондинка, назвавшаяся Светланой. - Когда люди собираются вместе и организовывают игры, поют под гитару, беседуют…

- Выпивают… - Натэла подмигнула подруге. - Люська по этой части просто мастерица.

И они захохотали над этой, только им двоим понятной, шуткой.

- Ходить будем группой, - невозмутимо продолжила инструктаж Вита. – Убедительно прошу самостоятельности не проявлять и не отделяться. Вокруг лес, ближайшая деревня далеко, посёлок ещё дальше, заблудиться можно на раз-два. Возись потом с вами. Вот, собственно, и всё. Сейчас Юна раздаст всем ключи и проводит по комнатам. Отдыхайте. Подъём будет ранним.

- Позвольте, - изумилась Светлана, - а ужин?! Я проголодалась.

- Я тоже с утра ничего не ела, – поддержала Светлану Лидия Васильевна. – Можем мы хотя бы выпить по чашке чая?

Наташа с благодарностью взглянула на Лидию Васильевну. Сама она попросить чая не решилась.

- В комнатах приготовлено всё необходимое, чайники, посуда, печенье. Сегодня вам придётся удовольствоваться этим. Для особо голодных, – Вита насмешливо взглянула на Светлану, - в холодильнике на кухне есть колбаса и сыр. Кухня прямо по коридору, в тупике. Не заблудитесь.

- Странновато… - недовольно протянула Светлана. - Вы ждали гостей и не подготовились? Можно же было что-нибудь сообразить? Я заплатила достаточно, чтобы получить хотя бы минимальный комфорт.

- Лучше спать будете, милочка, - пропела блондинистая Люська. - На ночь есть вообще вредно.

- В комнате вы найдёте всё необходимое. – спокойно повторила Вита. – До завтра.

Глава 2 Странности

Наташе повезло – её разместили на третьем этаже, в небольшой симпатичной мансарде. Все остальные гости заняли второй этаж – по два человека в комнате. Поначалу предполагалось, что Лёша и Илья заселятся вместе, однако Мариша с негодованием отвергла этот план. Вот так и вышло, что для одного участника группы не хватило места. По закону бутерброда, им оказалась Наташа. Однако, увидев мансарду, она мысленно поблагодарила Маришу за капризы.

Уютная простота комнаты понравилась ей сразу: тканые половички на полу, деревянная кровать под пёстрым вязанным покрывалом, огромные охапки душистых цветов в обычных стеклянных банках. У широкого окна помещалось кресло и сундук, старинный, кованный. Такие случалось Наташе видеть только на фотографиях. Сверху, прямо на сундуке лежала крахмальная льняная салфетка с кружевным краем, и красовался аппетитный натюрморт – чайная пара, корзинка с печеньем, тарелочка земляники. Угощение принесла Юна, извинившись за произошедшее. Наташа вдохнула тонкий аромат спелых ягод и зажмурилась от удовольствия. Ей всё больше начинало нравиться здесь.

Спать не хотелось – дорога и смена обстановки подействовали возбуждающе. Наташа неспешно разобрала вещи, поставила на зарядку фотоаппарат и достала из потайного кармана сумки небольшой замшевый мешочек. В нём хранилось бабушкино наследство: скромный кулон тусклого зеленоватого золота в виде круга с вплетённым в него причудливым узором линий. Кулон был тяжёлый, и Наташа никогда его не носила, предпочитая более современные украшения. Но теперь ей захотелось его надеть, чтобы похвастаться диковинной вещицей. Две приятельницы его точно оценят. Наташа в этом не сомневалась. Она сразу заприметила на Натэле красивый комплект, брошь и кольцо ей в пару – крупные, с матовым сиреневым камнем в скромной оправе. Вещи были явно старинные и очень дорогие.

За окном совсем стемнело – не разобрать было, что там, по другую сторону стекла. Фонари не горели. И в окнах этажами ниже не было света. Наташа слегка приоткрыла створку, прислушалась. Там, в темноте что-то щёлкало и потрескивало, где-то отрывисто кричала ночная птица да кто-то вторил ей переливчатыми мягкими трелями.

Пахло свежестью и травой. А ещё близкой водой. Надо будет узнать, есть ли здесь река или озеро, наметила для себя Наташа. В проспекте об этом не говорилось ничего.

Кровать оказалась удобной. Мягкой. Наташа повозилась, устраиваясь поудобнее, прикрыла глаза. Но сон всё не шёл.

Наташа лениво перебирала свои впечатления от прожитого дня… Если бы не помощь Мариши, неизвестно, как бы она доехала до места. Её частенько укачивало в транспорте, но так сильно, как в этот раз почти никогда. Хороша бы она была, опозорившись перед всеми!

Интересно, Лёша с Маришей – пара? Бывают же такие, как он – поцелованные судьбой! Красивые, раскованные, уверенные в себе!

Наташа оценивала Лёшу ни как женщина - как художник. Она не испытывала ни зависти к Марише, ни сожаления, что он не свободен. Случись мужчине вроде Лёше обратить на неё внимание – Наташа скорее испугалась бы, чем обрадовалась. Она не умела кокетничать и совсем не ценила себя, как женщину. Наташа давно свыклась со своим одиночеством. Считая свою внешность посредственной, не стремилась ни с кем познакомиться и устроить личную жизнь.

Мариша имела нестандартную внешность и была скорее страшненькая, чем симпатичная. Но харизма, скрытая сила и обаяние чувствовались во всём: во взгляде, в улыбке, в уверенности, которую она излучала.

Лидию Васильевну Наташа сочла немного навязчивой, но безобидной. Не смогла разгадать, чем привлек тур среди леса двух светских дамочек, Люську с Натэлой.

Наташа почти решила, что Светлана ей неприятна, а Вита – странная. Разве так встречают гостей? Интересно всё же, почему им не подали полноценный ужин?..

Мысли перетекали друг в друга, уводя за собой Наташу. Она уплывала за ними медленно, и уже совсем проваливаясь в дрёму, на грани яви и сна скорее почувствовала, чем заметила, как на подоконник выкатилось что-то тёмным мохнатым клубком и затворило створку. Куда оно подевалось после, Наташа не увидела. Она спала.

Поднялась Наташа на рассвете. Быстро оделась и, осторожно ступая по скрипучим ступеням лестницы, спустилась вниз. Все ещё спали, никого не было в просторном и светлом холле. Наташа собиралась поискать кухню, сделать себе бутерброды к чаю. Узкий коридорчик позади холла оканчивался тупиковой дверью, из-за которой раздавалось негромкое пение. Слегка помедлив, как всегда ей было неудобно «вторгаться» на чужую территорию, Наташа решилась постучать. Пение смолкло, но реакции на стук не последовало. И тогда Наташа слегка приоткрыла дверь, заранее заготовив извинения.

Возле широкой плиты возилась приземистая старуха в длинной красной юбке, стёганой жилетке и косынке, на старинный манер закрывающей лоб. Повернувшись, она мрачно воззрилась на Наташу.

- Здравствуйте, - смутилась Наташа. – Я из группы, вчера был заезд…

- Вот значит как… - пробормотала старуха и отчего-то покачала головой. - Ну что застыла, проходи. Кормить тебя стану. Проголодалась небось?

- Очень, - кивнула Наташа, воодушевленная видом толстых золотистых оладий, горой поднимающихся на широком блюде. К ним прилагались на выбор: мёд, сметана и варенье.

- Как зовут-то тебя, ранняя пташка?

- Наташа.

- Славное имя. А я баба Фета. Ты ешь, Наташа, не суши губы. Да побольше сметаны бери, уж больно тошша.

Оладьи оказались горячими и очень вкусными, сметана холодной и густой, варенье в меру сладким и ароматным. Наташа с аппетитом ела, ей давно не было так вкусно.

- Значит, за грибами наладилась? Разбираешься в них? Любишь?

- Нет. Я просто так…

- Это как же? – удивилась бабка.

- Мне сменить обстановку нужно было, - честно призналась Наташа. – Я когда про тур прочитала, сразу решила – поеду! Словно подтолкнуло что-то! Я просто погулять хочу, поснимать природу, восстановиться.

- Может и подтолкнуло… - задумчиво пробормотала баба Фета. – Ты, Наташа, осторожнее будь. Сама в лес не ходи. Места у нас и вправду красивые, но глухие. И звери дикие встречаются, и похуже кто.

- Разбойники что-ли? – засмеялась Наташа.

Но бабка её не поддержала. Пробормотав что-то неразборчивое, повернулась и вышла из кухни.

После сытного завтрака Наташа отправилась во двор. Было ещё очень рано – около пяти утра. Побродив между домами, направилась в глубь участка. За главной усадьбой и хозяйственными постройками протянулась проволочная сетка, отгораживающая территорию будущего птичьего приюта. Наташа некоторое время рассматривала выстроившиеся в ряд деревянные вольеры, тщетно пытаясь понять - заселены те или ещё нет. Затем повернула в сторону, к старому запущенному саду. Здесь царили растения. Буйно и вольно разросся шиповник. Развесив чёрные гроздья ягод, бузина раскинулась по сторонам. Обманчиво-нежно розовела плетистая роза, пряча колючие шипы за зеленой листвой. Среди травы белели головки ромашек и незнакомых пёстрых цветов, в изобилии росла полынь и цвела наперстянка.

Наташа переходила от цветка к цветку, любуясь разноцветными колокольчиками и с восторгом подмечая таившуюся повсюду крошечную живность. Так незаметно она оказалась в самом дальнем конце сада, у заросшей плющом калитки.

Не задумываясь, Наташа отодвинула засов и легонечко толкнула дверцу. Та послушно отворилась, издав лишь лёгкий скрип.

Вокруг простирался лес. Огромные деревья хорошо просматривались ещё из сада. Но тогда, на расстоянии, они не производили такого ошеломляющего и величественного впечатления. Их кроны, смыкаясь где-то в вышине, почти не пропускали солнечные лучи. Здесь было сумрачно и сыро. Между деревьями вилась узкая тропа, начинаясь сразу за калиткой.

Чувствуя себя маленькой девочкой, попавшей в волшебный лес, Наташа медленно пошла вперёд. Восторженное любопытство полностью завладело ею.

Вдруг что-то мелькнуло впереди – шустрое, вёрткое. Наташа поспешила следом - так захотелось ей узнать, кто это. Зверёк нёсся быстро, ловко лавируя между стволов, и от этого Наташе всё никак не удавалось его рассмотреть. Пытаясь не потерять его из виду, Наташа почти бежала по тропинке, как вдруг он исчез, словно растворился в воздухе! И почти сразу что-то большое, серое вспорхнуло с шумом да скрылось в высоко в ветвях. Неужели это была сова? – растерялась Наташа. Разве могут они настолько быстро бегать по земле??

Тщетно пыталась она рассмотреть существо – густые ветки надёжно укрывали его.

Наташа прошла ещё немного, как что-то неуловимо изменилось. Абсолютная неподвижная тишина повисла теперь над тропинкой.

Ни шороха, ни треска. Ни шелеста листвы, ни птичьего щебета – не было больше таких привычных уху и характерных для пробуждающего дня звуков.

Вслушиваясь в тишину, Наташа почувствовала себя беспомощной и одинокой. Она совсем было решила повернуть назад, как вдруг до неё донёсся запах тины и близкой воды.

Совсем скоро за деревьями показалось небольшое озеро, поросшее рогозом и колкими незнакомыми травами. Несмотря на раннее утро, воздух здесь трепетал от жужжания невидимых насекомых. Под ногами мягко пружинил ковёр из цветущего клевера, нежные цветы луговой мяты переплелись с голубыми глазками болотной незабудки.

Это был прекрасный уголок!

Наташа раскинула руки и засмеялась от счастья, переполнившего её.

До чего хорошо! Кажется, она нашла для себя удивительное местечко и теперь непременно вернётся сюда с фотоаппаратом. Сделает макро цветов и насекомых. Поищет тритонов и лягушек. Да и просто помедитирует вдалеке ото всех.

Наташа осторожно подобралась к самой воде и, задержав дыхание, склонилась над ней, пытаясь рассмотреть дно.

Вода была тёмная. Почти чёрная. Повсюду её поверхность покрывали широкие глянцевые листья.

Что-то плеснуло впереди, озеро пошло рябью, и из глубины стали всплывать розовые и белые бутоны водяных цветов. Вместе с ними поднимался и туман, накатывал волнами на берег, и Наташе вдруг показалось, что не цветы то – ладони чьи-то тянутся к ней из воды!

Их было много, очень много - бледных тонких рук! Под волнующейся водой пальцы шевелились, выгибались, словно приноравливались, чтобы получше ухватить её и утащить на дно!

Отшатнувшись, Наташа сморгнула, и наваждение прошло. Лишь кувшинки продолжали всплывать с тихим шелестом, одна за другой. Зачарованной этим зрелищем Наташе почудился в звуках чей-то шёпот. Цветы будто звали её, шелестели настойчиво:

- К нам… К нам... К нам…

Снова гулко плюхнуло где-то рядом. Шёпот усилился, слился в призывное многоголосье:

- Иди к нам… к нам… ближе… ближе….

Волны тумана подобрались к ногам. Откликнувшись на призыв, Наташа невольно ступила вперёд. Да кто-то подхватил её сзади, придержал от следующего шага. Это оказался мрачный мужик из их группы.

- Не бойтесь! Я Илья! Из Перуницы.

- Вы!.. - испуганно выдохнула Наташа. – Почему не окликнули меня, Илья? Я очень испугалась!

- Не успел, уж очень шустро вы двинулись в воду. Неужели решили искупаться?

- Нет, конечно, нет. Сама не знаю, что на меня нашло… - пробормотала Наташа.

- Какое это… странное место. - пробормотал мужчина.

- Странное? – поразилась Наташа. – По-моему, здесь очень красиво. Обязательно вернусь сюда для съемки.

- Вы фотограф?

- Всего лишь любитель природы и всякой живности. Через объектив гораздо интереснее наблюдать за миром, да и остаётся память в виде фотографий.

- Вы помните, что вчера говорила Вита? – вдруг спросил Илья.

И когда Наташа растерянно взглянула на него, пояснил:

- Нельзя бродить по лесу в одиночестве. Это может быть опасно. Вчера Вита предупреждала об этом.

- Но я же здесь, рядом…

- Даже здесь очень легко заблудиться. Да и вообще, в незнакомых местах нужно проявлять осторожность.

Еще немного постояв у воды, Наташа засобиралась обратно.

Прежде чем уйти, обернулась на озеро. На миг ей показалось, что на другом берегу, среди камыша смутно виднеется женская фигура. Неподвижная, размытая, ускользающая, словно мираж.

Глава 3 Поход в лес

За завтраком группа собралась в небольшом флигеле.

Еду подавала полная улыбчивая женщина. Вита представила её как свою помощницу из деревни Татьяну. Угощение было скромным, но сытным. К щедрым порциям манной каши предлагались варенье и огромные куски свежего белого хлеба.

Наташа невольно вспомнила румяные бабы Фетины оладьи и спросила:

- А оладушки ещё есть?

- Сегодня в меню каша, – улыбнулась Татьяна. - Завтра нажарю сырников.

Наташа хотела было возразить, что с утра она ела оладьи, но смолчала – мало ли, может они предназначались не всем, а только проживающим в подворье.

Каши совсем не хотелось, и она вяло ковыряла ложкой густую, щедро сдобренную маслом массу. Вита недовольно поглядывала на неё и, наконец, не выдержала:

- Наталья! Вам нужно поесть. Мы сейчас выдвинемся в лес и пробудем там довольно долго.

- Я с вами не пойду, - равнодушно ответила Наташа. Она собиралась вновь отправиться к озеру на фотоохоту.

- То есть как не пойдёте? – напряглась Вита. – А что же вы будете делать?

- Погуляю, до озера дойду.

- Откуда вы про него знаете? – поразилась Вита.

- Видела сегодня.

- Сегодня? Вы были в лесу? Одна? И это после моего инструктажа?! – возмутилась Вита. – Я же просила не самовольничать и никуда не выходить с подворья!

- Что вы так нервничаете... Я прошла совсем немного, озеро ведь недалеко.

- Вы не пробыли у нас и дня, а уже нарушаете правила! – Вита говорила медленно, но в голосе ясно звучало раздражение. – Сходить в лес – не по парку прогуляться! Местность вы не знаете, в лесу не ориентируетесь.

- И что? – продолжила спорить Наташа. - Я же не заблудилась!

- Не хватало ещё заблудиться! Лес для вас представляет опасность. Тем более после того случая… - Вита запнулась.

- Вы о случае с вашей гостьей говорите? С прошлого заезда? - тут же спросил Илья. - Как её звали-то… Кажется, Ирина?

Вита нехотя кивнула.

- Что за случай? – Лидия Васильевна округлила от любопытства глаза.

- Расскажите нам! - потребовала Светлана.

Лёша с Маришей оторвались от телефонов и вопросительно смотрели на Виту.

- Да нечего рассказывать, - отмахнулась та. – В прошлый заезд одна наша гостья вот также нарушила правила и ушла одна… Прогуляться. Ну, и пропала.

- Как пропала? – ахнула Лидия Васильевна. – Совсем?

- К счастью, нет. Её нашли. Но…

- Она сошла с ума, верно? – спросил Илья.

- Не совсем.

- Но она действительно не в себе! Её что-то сильно испугало! Как и тех, других… - подключилась к разговору Татьяна.

- Таня, достаточно! - Вита поднялась из-за стола, давая понять, что завтрак окончен. – Спасибо, нам было очень вкусно!

Оглядев присутствующих, распорядилась:

- Сбор возле Гостевого через двадцать минут. Рекомендую одеться, как написано в памятке. И не забудьте про репелленты.

Все заговорили одновременно. Лидия Васильевна и Светлана требовали пояснений о тех других. Лёша с Маришей что-то обсуждали между собой. Две дамы-приятельницы, молчавшие до сих пор, беседовали вполголоса с Ильёй.

Вита же, повернувшись к Наташе, проговорила с нажимом:

- Наш тур называется грибной. И вы приехали сюда именно за этим – собирать грибы. Поэтому жду вас со всеми. Не опаздывайте!

Грибов в лесу оказалось вдоволь.

- Подходящее нынче для грибов лето, - объясняла Вита. Она раскраснелась, глаза сияли. – Люблю лес! Всегда любила.

- Ну да, ну да, и мошек тоже любите? И клещей всяких? – съехидничала Люська. Из тонкого серебристого портсигара она извлекла коричневую сигаретку и с наслаждением прикурила.

- Отсталая ты девка, Люся, - поддразнила Натэла. – Сигаретки сейчас не в теме. В теме – специальные устройства. Как бишь их?

- Вейпы, – подсказал Лёша.

- Вот-вот. Они. И модно, и практической пользы от них больше. Их вулканический дым способен разогнать всю эту насекомую шушеру.

Лидия Васильевна собралась что-то возразить, но её отвлёк восторженный вскрик Светланы:

- Смотрите, белый! Да какой огромный! И вот. И ещё!

Впереди на поляне были щедро рассыпаны грибы. И пока все с удовольствием их рассматривали, Вита наставляла:

- Крупные оставляем. Они уже перезрели. На размножение пойдут. Выбирайте те, что поменьше. Совсем маленькие тоже можно. Выкручивайте осторожно. Вот как я.

Взявшись за тугую ножку, она медленно повращала её, ловко потянула и продемонстрировала всем аккуратный и крепенький грибок.

- Лунку сразу нужно засыпать землёй, чтобы не повредить грибницу.

- А ножом можно срезать? – уточнила Светлана.

- Можно и ножом. Кому как удобнее.

- Я не очень разбираюсь в грибах, - повинился Илья. - Можно с вами советоваться?

- Обязательно! Хотя, есть один верный способ – нужно лизнуть срез гриба! – засмеялась Вита.

- Лизнуть? – удивилась Светлана.

- Именно! Меня так бабушка научила – если будет горчить, значит ядовитый, а если нет – нормальный!

- Шаманство какое-то, – пробормотала Натэла. В отличие от других, она почти ничего не собирала, лишь внимательно наблюдала за всеми. Люська тоже больше веселилась - отчаянно фальшивя запевала песни, приплясывала – резвилась словно молоденькая девчонка. Стройная Люська и выглядела соответствующе, казалась воздушной, лёгкой. На мальчишеской фигурке ладно сидели джинсики и голубая льняная рубашка.

Наташа увлечённо фотографировала – столько вокруг было подходящих потрясающих объектов! В основном она снимала грибы. Стараясь найти необычный ракурс, нагибалась, ползала на коленках, примеривалась получше и после щёлкала затвором.

На шляпке одного гриба налипли розоватые листочки, на другом сидела ярким пятнышком божья коровка, рядом с третьим, во мху, ползла красивая улитка… Восторженно ахая и восклицая, Наташа снимала кадр за кадром. Она так увлеклась, что не заметила, что слегка поотстала. На поляне вместе с ней задержались и Мариша с Лёшей. Лёша подолгу разглядывал грибы, иногда срезая понравившиеся экземпляры. Мариша снимала этот процесс, что-то увлечённо комментируя.

Стримят, догадалась Наташа.

Она не понимала этого новомодного увлечения, но относилась к нему спокойно. И даже помахала рукой, когда Мариша навела камеру на неё.

- Люди-и-и! – прокричала издали Вита, показывая на часы. – Все сюда! Быстрее!

И, когда они подтянулись, упрекнула:

- Вы мне процесс тормозите! У нас сегодня по плану деревня. А до того ещё грибы перебрать нужно, подготовить к обработке. Так что живее, живее… Прошу не отставать!

Они пробыли в лесу около трёх часов, когда между Лидией Васильевной и Светланой вспыхнула нешуточная ссора. Обе обнаружили уникальный гриб и не смогли его поделить. Гриб был действительно необыкновенный, он рос на замшелой коряге и издали смотрелся средневековым замком со множеством башенок и выступов.

- Рогатик или Оленьи рожки, - пояснила всем Вита. – Его трогать не будем. Это редкий гриб.

Но разошедшиеся собирательницы её не слушали. Они подняли такой гвалт, что даже Люська затихла, уважительно поглядывая на спорящих дам. Илья и Лёша отошли в сторону, не желая вмешиваться. Мариша же невозмутимо фиксировала схватку на камеру. Дело грозило дойти до рукопашной – отталкивая соперницу от гриба, Светлана случайно задела её корзинку, и весь богатый улов Лидии Васильевны выплеснулся на землю. Почтенная пенсионерка не вынесла подобного обстоятельства и ответила Светлане тем же.

От шума и споров у Наташи разболелась голова. Мучавшая ее с завидной регулярностью мигрень, как всегда подкралась внезапно. В затылке простреливало так сильно, что она не выдержала – присела, опершись о ствол какого-то дерева, чуть в сторонке ото всех. Отстранённо наблюдая за происходящим, Наташа ясно увидела, как Натэла пошептала себе в ладони и после сдула с них что-то в сторону спорщиц. Почти сразу же наступила тишина – женщины смолкли как по команде и, тяжело отдуваясь, принялись укладывать по корзинкам рассыпанную добычу.

- Вот и славно, вот и успокоились мои курочки, - пробормотала Натэла и встретившись взглядом с Наташей, заговорщицки подмигнула ей.

Ни в какую деревню Наташа не поехала. Дом-музей сельского быта в другое время привлёк бы её внимание, но только не теперь - голова разболелась так сильно, что она была не в состоянии даже разговаривать. Наташе было нужно одно – принять таблетку и прилечь. Вита, заметив её состояние, не приставала. Напротив, сама посоветовала остаться в усадьбе и отдохнуть.

Спасительная таблетка в этот раз помогала медленно. Измученная Наташа дремала.

В сонном мороке ей чудилась незнакомая женщина с выжженным на лбу багровым знаком. Она протягивала к ней руки и кричала: «Жжётся! Жжётся!». Появившаяся следом Натэла смотрела пристально, изучающе: «Ты непростая девочка. Верно? Непростая?» Откуда-то эхом доносились слова: «К нам… к нам… к нам…» Они звучали настойчиво и, переплетаясь с болью, стягивали голову давящим жгутом.

Затем вдруг наступила тишина. Видения, навеянные полусном, исчезли. Тихо скрипнула дверь. В комнате зашуршало.

- Тихо ты, бестолковый! Разбудишь её!

В ответ забормотали невнятно, сбивчиво.

- Говорю тебе, она меня увидела!

И опять зашептались неразборчиво, быстро.

- И видела, и разговаривала! И оладушки мои пробовала! – ворчливо подтвердил голос. - Те, что для вас сготовила!

Баба Фета - поняла Наташа. Но что она делает в комнате? Зачем пришла? Встать бы и спросить, да только совсем не хочется. Нет даже сил поднять отяжелевшие веки и посмотреть.

Кто-то снова забормотал в ответ. Быстро-быстро. Голос был трескучий, резковатый. Наташе не удавалось различить ни единого слова.

- Думаю, оберег у неё! – вступила бабка.

- Одолень-травушка? - охнул голос.

- Похоже она.

- Да откудаво-то?

- Если б знать. Раз увидела меня – значит точно есть! Смотри, чтобы тебя не увидела. Не попадайся!

И вновь бормотание, сбивчивое, взволнованное.

- В том и дело, что парный!.. Присматривать за ней нужно, чтобы не случилось чего.

Голоса приближались и отдалялись, а вместе с ними то отступала, то накатывала с новой силой боль.

- Головой мучается, болезная, – проскрипело совсем близко. – Ну да это ничего. Поправимо.

Последовала какая-то возня, и лоб Наташе пощекотало что-то пушистое, мягкое, почти невесомое. Повозилось, умащиваясь, и затихло. Голову окутало приятное тепло, повеяло терпким запахом сена.

- Тебе только дай поваляться, - фыркнула бабка. Вновь зашаркали шаги. Скрипнула, закрываясь дверь.

Голоса больше не звучали, боль становилась всё слабее, и Наташа, наконец, заснула.

Разбудил её настойчивый стук в дверь.

- Наташа. Ната-а-аша! Вы здесь?

Наташа по голосу узнала Маришу:

- Здесь. Входите.

- Не могу. Дверь заперта!

Наташа подошла к двери, подёргала ручку. И правда заперта. Но как же в комнату попали баба Фета и её собеседник?! Или ей просто приснился тот странный разговор? Как и незнакомая женщина с клеймом? Как Натэла...

- Наташа, ау, - позвали из-за двери. И она повернула ключ, отперла.

- Привет. Ты в порядке? – Мариша быстро оглядела Наташу и прошлась по комнате. – А у тебя ничего, мило. Скромный сельский шик. У нас всё гораздо проще, минимализм рулит.

- Ты сама не захотела разлучаться с Лёшей. Теперь не жалуйся. - незаметно они перешли на "ты".

- А я смотрю, ты в музей не поехала. И на ужине не была. Поэтому зашла проведать. Может, нужно что?

Наташа чуть смутилась, она не привыкла к подобному проявлению внимания. Пробормотала нехотя:

- Мигрень накатила. Я поспала и всё прошло.

- Точно? Хочешь, массаж сделаю?

- Как тогда, в машине? – улыбнулась Наташа. – Ты меня спасла!

- Да то так, баловство было. Сейчас настоящий предлагаю. Я дипломированный мастер, Лёха подтвердит.

Разглядывая свою гостью, Наташа вновь невольно отметила, какая совершенная пропорциональная у неё фигура. Мариша напоминала экзотическую птичку – яркую, весёлую, подвижную. Только лицо выдавало возраст – вблизи она выглядела не такой молодой, как показалось раньше.

- Мариш, вы зачем сюда приехали? – неожиданно для себя поинтересовалась Наташа.

- Как зачем? – фальшиво изумилась Мариша. - Грибов набрать. Отдохнуть.

- Такие как вы отдыхают где-нибудь на Гоа или на Бали. Ты только не обижайся, но здесь вы выглядите…чужеродно.

- А ты совсем не проста! – хмыкнула Мариша. - Мы на Бали постоянно живём. Считай, что соскучились по российской экзотике.

- И как там, на Бали? Нравится?

Мариша неопределённо пожала плечами.

- Ты правда была сегодня на озере?

- Была.

- И?

- Что? Там необычно. Красиво. Мне очень понравилось! Завтра опять пойду.

- А как же запрет?

- Я потихонечку. Ты меня не выдашь?

- Зачем мне на тебя стучать, – засмеялась Мариша. - Ты девочка взрослая, в своём праве.

Повернув к дверям, она невзначай поинтересовалась:

- А у озера живёт кто-нибудь?

- Вроде нет. Хотя на другой стороне, подальше, я видела дом. Кажется, видела… Там туман сильный был. Да и не приглядывалась я, если честно. Хочешь, завтра вместе сходим?

- Ну, посмотрим. Время ещё есть. Кстати, завтра опять по грибы. – Мариша закатила глаза и вышла, тихонько прикрыв дверь.

Глава 4 Встреча у озера

Утром Наташа проспала. Однако Мариша претензий не высказала - застыв в причудливой асане, ждала её в холле.

- Ты и йогу практикуешь? – восхитилась Наташа.

- Запросто! – улыбнулась Мариша. – Из наших никто ещё не вставал. Ты как, передумала к озеру?

- Проспала, – повинилась Наташа. – Но всё равно пойду, хоть на полчасика.

- Я с тобой.

Предварительно Наташа заглянула на кухню – расспросить бабу Фету про вчерашнее, а заодно перехватить от неё что-нибудь вкусное.

Комнатушка оказалась пустой. На столе скромным натюрмортом пристроился стакан жирных сливок да огромный ломоть белого, будто вздыхающего, хлеба. Наташа откусила от него кусок и зажмурилась от удовольствия. Было невероятно вкусно.

- Где ты раздобыла хлеб? – удивилась Мариша.

- Здесь. На столе. Мне баба Фета оставила.

- Упс. Это ещё кто?

- Не знаю. Наверное, родственница Виты. Я с ней вчера познакомилась. Ты голодна, Мариш? В холодильнике полно еды. Только вот хлеба больше я не нашла.

- Спасибо. Мой завтрак – стакан тёплой воды. Пошли уже. Время-то тикает.

Едва они ступили за калитку, как сзади прозвучало:

– Вы куда-а-а?

За ними спешила Светлана.

- Продолжаете самовольничать?

Наташа хотела ответить, но Мариша удержала, шепнула:

- Не ведись!

Однако Светлана не отставала:

- Почему вы нарушаете правила? Я пожалуюсь Вите!

Мариша ослепительно улыбнулась:

- Мы что, в песочнице? Отобрали у вас игрушку? Не плачьте, поищите новое увлечение.

И они пошли вперёд по тропинке, оставив Светлану переваривать этот вопрос.

Озеро сегодня выглядело иначе. Кувшинки успели раскрыться, солнце радостно освещало окрестности. И никакой тайны, никакой загадочности не ощущалось в окружающем пейзаже.

Синие стрекозы сновали низко над землёй, присаживались на широкие глянцевые листья цветов, и Наташа поспешно достала фотоаппарат, приготовилась снимать. Мариша подошла к кромке воды, вглядываясь в другой берег. Там среди деревьев и вправду просматривались какие-то строения.

- Как здесь воняет! – Светлана состроила брезгливую гримасу. Она вслед за ними вышла к озеру и теперь размахивала руками, отгоняя мошкару. – Фу, гадость! Комарья полно!

- Хоть бы они её без остатка слопали. – побормотала Мариша. И чуть громче добавила. - Нечего было за нами тащиться!

- Хамка! – Светлана среагировала мгновенно. – Я таких как ты…

Но они не узнали, что хотела сказать Светлана – та неожиданно смолкла, разглядывая что-то под ногами.

- Эй, не ваше? – Светлана подняла с земли какую-то вещицу и помахала ею в воздухе. Это оказался гребень, грубо выструганный из дерева. По основе вился незамысловатый узор из переплетённых линий. Редкие и тупые зубья явно не были предназначены для прямого использования.

- Наверное, местная поделка, - пробормотала Светлана и спрятала находку в карман.

- Чужое брать нельзя, - поддразнила Мариша.

- Не указывай мне, что делать, я сама себе начальница! - не осталась в долгу Светлана.

- Доброго вам дня, красавицы, - со стороны леса к ним незаметно подошла женщина. - Вы гребень тут оставьте. Его брать нельзя. Он русалочий.

Светлана фыркнула:

- Вы кто, местная сказочница?

- Я местная травница, Паша, - улыбнулась женщина.

Её светлые волосы, забранные сзади в тяжелый узел, слегка растрепались, и их пушистые завитки образовали надо лбом золотистый нимб. Поверх простого платья был повязан передник с огромным карманом, из которого выглядывали аккуратные травяные вязанки. Рядом на земле стояла корзина, доверху наполненная кореньями.

- Вы, милые, осторожнее в лесу. Мутно здесь, неспокойно. Бывает, как начнёт водить, как начнёт!

- Ээ… вы о чём сейчас? – выгнула бровь Светлана.

- Предостерегаю вас, заплутать здесь можно.

- Мы недалеко живём, дорогу знаем.

- Ой ли… - махнула рукой Паша. – Это только кажется, что знаете. Вас, городских, запросто заблазить-заморочить, в чащобу завести можно.

- Это как же? – удивилась Наташа.

- Да так! Не чует человек своих мыслей, как будто отключает их что-то. Не задумываясь, не удивляясь, идёт и идёт куда-то, словно ведомый чьей-то указкой.

- Да кто водить будет, зачем? – раздражённо спросила Светлана.

- Лес! – совсем уже непонятно сказала Паша. И с видимым трудом подняв корзину, пригласила:

- Заходите в гости. Я рядом живу - за Русалочьим, на той стороне. Чаем вас напою. Он у меня особенный, молодильный.

Полина пошла в обход озера, сгибаясь под тяжестью нелёгкой ноши. Наташа хотела было предложить свою помощь, но как-то так вышло, что Паша быстро скрылась из глаз, словно растворилась в дымке летнего марева.

К завтраку девушки опоздали. Вита никак не прореагировала на их появление. Она что-то горячо доказывала Илье и удостоила Наташу с Маришей лишь рассеянным взглядом. Кроме них за столом никого не было. На пути от озера Светлана заметно поотстала и к столу тоже не вышла.

Татьяна подала клокочущую огненную яичницу с яркими кружками помидоров, нарезала ароматный чёрный хлеб с семечками.

Отхватив от угощения приличный кусок, забывшая обо всех диетах мира, Наташа наслаждалась едой. Сочащаяся расплавленным сливочным маслом, сдобренная свежим укропом, в меру солёная и перчёная яичница была очень вкусной.

Мариша к завтраку почти не притронулась. Поглощённая своими мыслями, она задумчиво катала по столу кусочек хлебного мякиша.

После завтрака в лес пошли не все – отсутствовали Илья и Лёша. Лидия Васильевна предложила их подождать, но Вита почему-то не захотела. Вместо них к группе присоединилась Татьяна – собиралась за ягодами для киселя.

Нынешний поход разительно отличался от прошлого. Вита никого не торопила, не давала указаний. Она была чем-то озабочена и даже не пыталась это скрывать. Натэла с Люськой, непривычно молчаливые и серьёзные, поотстали и шли позади всех. Светлана вела себя странновато. Она рассеянно улыбалась своим мыслям, словно была далеко отсюда. В её корзинке, среди разнокалиберных грибов краснели яркие шапочки мухоморов. Лидия Васильевна съехидничала по этому поводу, только Светлана не обратила на старушку внимания.

Наташа тоже фотографировала лесную живность без прежнего восторга. Она вспоминала разговор у озера, странные намеки травницы Паши отчего-то растревожили её.

Идущая рядом Мариша молчала. Наташа искоса взглянула и поразилась насколько серьёзное, даже мрачное у неё лицо.

– Мариш. Ты что такая тихая?

- Задумалась. Как тебе новая знакомая?

- Паша? Не пойму. Эти намёки…

- Вот-вот. Думаю, нужно её навестить!

- Ты серьёзно? За молодильным чаем собралась? – пошутила Наташа. Но Мариша, поглощённая своими мыслями, лишь рассеянно кивнула.

Чуть позже они набрели на малинник. Мариша прошла вперёд. А Наташа задержалась, она любила малину. Срывая кисло-сладкие, начинающие спеть ягоды, осторожно пробиралась внутри зарослей, как вдруг где-то сбоку зашумело, послышался раздражённый голос Виты:

- Ты зачем рассказала про тех женщин? Илья всё утро меня допрашивал!

- Вит, люди должны знать об этом. Не мы, так другие расскажут.

- Какие другие? Деревенские? Они не общаются.

- Нельзя скрывать такое! Вдруг с новенькими что случится?

- Если не будут самовольничать и шастать повсюду – ничего не случится! Ты всех гостей распугаешь! Как деньги зарабатывать станем, если слава потянется?

- Вита, ты всё поверить не хочешь…

- Не начинай! Слышать больше не могу ваши деревенские побасенки!

- Всё правда!

- Ага. И нечисть реальна, и ведьму в лесу повстречать можно, и русалки в озере живут… Тань, не смеши. Надоело.

Нечисть? Ведьма?! Русалки??

Наташа слушала и боялась шелохнуться, старалась ничем не выдать своего невольного присутствия.

Татьяна что-то горячо зашептала. Наташа разобрала только, что речь зашла про неё.

- Да, эта не в меру шустра, - подтвердила Вита. - Всюду лезет, всё ей надо. Я таких не люблю.

- А те две дамочки? Повторно приехали. Несмотря на случай с Ириной!

- Странно, конечно. Может, им здесь понравилось? Главное, что за тур заплатили. Ты же знаешь, нам деньги нужны, почти всё на приют идёт.

- Наташа, ты где? – откуда-то позвала Мариша, и разговор в малиннике стих.

Осторожно попятившись, Наташа выбралась из кустов и пристроилась на земле, у компании разросшихся лисичек – вроде как снимала грибы. Почти сразу подошли Вита с Татьяной. Постояли, наблюдая за её действиями.

- Вы так всегда фотографируете, - спросила Татьяна. – Увлечённо?

- Почти всегда, - Наташа безмятежно улыбнулась.

- Вас подруга зовёт, - кивнула Вита в сторону приближающейся Мариши.

- Я тебя потеряла. Наташ. Нужно поговорить!

Но поговорить им не удалось. Почти сразу Лидия Васильевна обнаружила в своей корзинке поганки вместо съедобных грибов и с ней случилась истерика.

- Это Светка поменяла! Светка! Она поганок набрала. И всё ухмылялась. Я ещё подумала – зачем ей такие понадобились. Вот стерва! Выждала момент и поменяла! – сбивчиво причитала пенсионерка.

- Успокойтесь, Лидия Васильевна! Мы сейчас всё выясним, - уговаривала Вита.

- Выяснишь ты, как же! Смылась она!

Светланы действительно поблизости не было.

- Подменила и смылась! Доказывай потом, что это она.

- Возвращаемся! – решила Вита. И как можно спокойнее обратилась к Лидии Васильевне. - В усадьбе со всем разберёмся. Не волнуйтесь.

Глава 5

Светлана сидела перед флигелем. Откинувшись на спинку скамьи, она медленно расчёсывала волосы гребнем. Глаза женщины были полузакрыты, на губах застыла мечтательная улыбка.

Наташа невольно остановилась рядом, наблюдая. Она ждала, что редкие тупые зубцы застрянут в волосах, перепутают густые пряди. Однако этого не случилось.

Полная грибов корзинка помещалась рядом на скамье. По разочарованным восклицаниям Лидии Васильевны Наташа поняла, что в ней тоже оказались поганки.

- Ты куда мои грибы подевала? – раздосадованная пенсионерка легонько ткнула Светлану в плечо.

Женщина встрепенулась, открыла глаза. Взгляд был плывущий, безразличный. Это так не походило на её всегдашнее поведение, что Наташа невольно подумала – не приняла ли Светлана чего-нибудь специфического.

- Обкурилась! – взвизгнула Лидия Васильевна. – В возрасте уже, а туда же!

- Светлана! – позвала Наташа. – Как вы себя чувствуете? Вы слышите меня?

Светлана взглянула на Наташу и неожиданно протянула ей гребень:

- Попробуй, расчеши волосы! От него так хорошо! Легко, прохладно... Кажется, сейчас полечу…

Позади охнула Татьяна:

- Откуда у вас этот гребень?

Наташа виновато потупилась – сейчас Светлана скажет, что утром они ходили к озеру, и Вита опять сорвётся, станет читать нотации.

Но Светлана ответила коротко:

- Нашла.

- Где?

- А вам зачем? Хотите такой же?

- Это же…

- Таня, - Вита подошла бесшумно, попросила, – Займись пожалуйста обедом.

После обратилась к разошедшейся Лидии Васильевне:

- Успокойтесь, пожалуйста. Я отдам вам свои грибы. Не нервничайте так.

Следом подскочила Мариша. Она уже успела побывать у себя в комнате и теперь явно нервничала, теребила многочисленные фенечки на запястье:

– Представляешь, Лёхи до сих пор нет!

- А где он?

- С Ильёй в деревне. С пацанами поговорить пошёл. С теми, которые Ирину нашли.

И заметив недоумение в глазах Наташи, потащила её в сторону сада.

- Я почти решилась тебе рассказать… Вообщем, мы приехали сюда не просто так. И Илья тоже. У него в прошлом туре сестра пропала. Ирина. Вита про неё упоминала. Помнишь?

Наташа кивнула. Конечно же она помнила тот прерванный разговор. Как и другой, невольно подслушанный сегодня в лесу.

- Тут что-то происходит, Ната. Что-то нехорошее. И я пока не поняла – причастна к этому наша хозяйка или нет. Женщины теряют рассудок. Пропадают, через время находятся. И ничего рассказать не могут – полное помутнение у них! И знак! Пятно на лбу.

- Может в секту попали? – предположила Наташа.

- Да какая там секта!

- А что же тогда?

Мариша помялась немного и выпалила:

- Колдовство!

- Колдовство? Ты серьёзно?!

- Вполне. Здесь давно происходит что-то ненормальное, не поддающееся разумному объяснению. Такое и раньше случалось – раз в несколько лет обязательно кто-нибудь из женщин пропадал. Не обязательно из местных.

Наташа смотрела на новую подругу и не могла понять, как реагировать на это заявление. Она вспомнила, как в лесу Татьяна пыталась убедить Виту в существовании ведьмы и русалок… Вспомнила давешний чудной разговор бабы Феты про оберег - одолень-траву… Подумала про Натэлу…

На миг ей стало не по себе – словно и вправду рядом творится что-то страшное, а где-то в лесу ведьма поджидает новую жертву!

Она хотела узнать у Мариши, какое отношение к происходящему имеют они с Лёшей, когда последний появился со стороны гостевого дома, и Мариша кинулась к нему, повисла на шее.

- Наташа, об зовут, - Юна появилась следом за Лёшей, помахала рукой, приглашая, и Наташа поблагодарила, направилась к ней.

Щуплая бледненькая Юна прихрамывала. Наташа быстро догнала её, спросила:

- Юна, кто такая баба Фета?

- А я должна это знать?

- Вы же живёте вместе. Здесь, в усадьбе.

Юна удивилась совсем искренне:

- Здесь нет такой.

- Как нет? Я с ней разговаривала. Она меня оладьями накормила. А позже в комнату ко мне заходила. Когда я спала. – не собиравшаяся вдаваться в подробности, Наташа немного сбилась.

Юна смотрела непонимающе:

- Нет у нас такой. И никогда не было.

Раздосадованная Наташа списала всё на странности девушки и решила обязательно со всем разобраться.

Обедали в молчании. Мариша не сводила с Лёши глаз, словно она встретились после долгой разлуки. Илья с Витой энергично ели. Приятельницы, Натэла с Люськой, отсутствовали. Лидия Васильевна продолжала брюзжать про испорченные грибы. Светлана вяло ковыряла ложкой в борще. Хотя раньше на аппетит не жаловалась.

За столом царило уныние. Мариша с Лёшей быстро ушли. Илья о чём-то заговорил с Витой. Та отвечала неохотно, слегка скривившись. Татьяна, убирая посуду, с тревогой посматривала в её сторону.

Лидия Васильевна вновь пристала к Светлане, ей не давала покоя история с подменой грибов. Светлана на нападки не реагировала, смотрела сквозь пенсионерку и молча улыбалась. И это ещё сильнее раззадоривало старушку.

Наташа решила поговорить с Маришей: ей не терпелось обсудить происходящее, узнать, наконец, что привело пару в усадьбу.

В Гостевом доме ощущалась прохлада. Второй этаж пустовал. Двери, ведущие в номера, были плотно затворены. Наташа понятия не имела, какую из комнат занимает пара и нерешительно остановилась возле первой из дверей. Набравшись смелости, она заставила себя постучать. В комнате было тихо, ей никто не открыл. Зато из соседнего номера доносились возбуждённые голоса. Люська говорила громко, почти кричала:

- Времени почти не осталось. И сил моих тоже! Я боюсь!... Очень!..

Натэла отвечала сдержанно, тихо – успокаивала.

- И у этих что-то случилось, – почему-то не удивилась Наташа.

Она ещё в лесу заметила, что весёлая бесшабашная Люська изменилась. Или она всё время была такой, удачно скрывая тревогу под маской?

Делать ничего не хотелось. Послонявшись по мансарде, Наташа заставила себя пересмотреть давешние фото из леса, удалила неудачные кадры. Макро получились красивыми даже без обработки – так ловко она приноровилась снимать. Раньше это порадовало бы Наташу, но сейчас её мысли были заняты совсем другим. Сошедшие с ума женщины, разговоры про колдовство да нечисть, непонятное поведение Светланы, истерика Люськи и неуловимая баба Фета, существование которой почему-то отрицала Юна - всё переплелось в голове и не давало покоя.

Помаявшись, Наташа вышла во двор. Виты нигде не было. После обеда она не сделала никакого объявления для группы, и теперь ее участники занимали себя кто чем. На лавочке тихо переговаривались Егор и Илья. Рядом, болтая ногами, сидела Юна. Чуть дальше, на открытой террасе флигеля возилась Лидия Васильевна, развешивала на верёвке ровненькие снизки грибов. Общаться с ней не хотелось, и Наташа побрела в сторону сада.

Полуденный воздух звенел от зноя, плавился в ослепительном солнечном свете. Повсюду пестрели цветы. Незаметно для себя, Наташа нарвала небольшой букет, залюбовалась его скромной простотой, вдохнула особый, присущий только полевым цветам, запах зрелого лета, перегретой земли, пряной сладковатой горечи.

Где-то рядом, на дереве прострекотал заливистой пулеметной очередью дятел. Какая-то птица откликнулась издали. Мерно шумели на ветру деревья. И Наташа расслабилась. Ни о чём не думая, шла она через сад, наслаждаясь покоем. До тех пор, пока у дальнего выхода не заметила странное действо.

Там, почти у самой калитки, среди цветов танцевала Светлана. Её движения были неловки, неуклюжи. Она раскидывала руки, кружила, подпрыгивала, делая немыслимые па.

Поражённая увиденным, Наташа остановилась. Открывшаяся картина не рассмешила её. Напротив, вызвала недоумение и неприятное, тревожное чувство.

Со Светланой явно не всё в порядке. Наверное, об этом нужно сказать Вите, пусть решает, как быть. А сейчас лучше тихо уйти. Светлана вряд ли обрадуется, что её застали за подобным занятием.

Вот только что-то в танце женщины смущало Наташу – та двигалась как заведённая, словно по чьей-то указке. Крутанувшись особенно резко, Светлана подскочила, повернувшись в сторону Наташи. Глаза её были закрыты, а бессмысленная улыбка будто приклеилась к губам.

Со стороны леса, скрытая среди теней, за Светланой наблюдала травница. Покачивая головой, она напевала про себя. И этот её неслышный напев задавал танцу женщины определённый ритм.

Глава 6

Вита возилась в будущем приюте, что-то делала у дальнего деревянного вольера.

Разговор с Ильёй взбудоражил её, чтобы успокоиться она пришла к птицам, которых любила и опекала. Приют только строился, и питомцев было немного.

- Вита. Нужно поговорить, – Наташа остановилась у заграждения, не решаясь пройти внутрь.

- Что-то случилось? – Вита нехотя оставила своё занятие, подошла поближе.

- Случилось. Меня беспокоит Светлана. Она странно себя ведёт. Да вы и сами видели.

Вита пожала плечами:

- Я за ней не слежу, может подобные перепады в настроении для неё норма.

- Но она ваша гостья, на вас лежит ответственность за неё… За всех нас.

- Да неужели?! Все здесь совершеннолетние взрослые люди. Вы ознакомились с правилами тура? Лично вы? Там всё чётко прописано – каждый отвечает за себя и не нарушает правила.

Наташа лишь мельком просмотрела убористо набранные фразы про ответственность сторон и прочую скукотищу, поэтому спорить не стала.

- Вы нарушили правила дважды, вчера и сегодня. Светлана ведь с вами была утром на озере? Я права?

- Я её не приглашала.

- Давайте не будем это выяснять, Наташа! Вы нарушили правила. И если со Светланой что-то случится, то именно по вашей вине.

Не ожидавшая такого поворота, Наташа не сразу нашлась, что сказать. Вита смотрела насмешливо – мол что, съела?

- Вита. Я понимаю, что вы меня недолюбливаете. Но речь не обо мне - речь о Светлане. Тем более до этого уже произошёл несчастный случай с другой вашей гостьей. Неужели это вас не пугает?

- Не ваше дело! – отрезала Вита. – Что вы всё высматриваете? Везде лезете? Что вам вообще надо? К Юне прицепились с какой-то бабкой!

- Я просто спросила у неё про бабу Фету! – возмутилась Наташа. – Не знала, что вы её скрываете.

- Нет у нас никакой бабы Фекты!

- Феты…

- Да без разницы! Не было и нет!

- Но как же нет? Ведь я с ней разговаривала. Может, она из деревни?

- Наташа, вы в уме? Сказано вам, нет такой! А местная тут одна – Татьяна!

- И вы с Егором.

- Мы приезжие! Несколько лет назад участок по дешёвке купили, специально под питомник. Здесь тогда одна халупа покосившаяся стояла и всё!

- Дамы, не ссорьтесь! – подошедший Егор улыбался, но взгляд оставался настороженным, серьёзным. – Не поделили, кому убирать вольеры?

Вита хмыкнула, а Наташа неожиданно для себя разозлилась.

- Уборка – это ваша привилегия! Я хочу узнать, будут сегодня какие-то мероприятия или мы свободны до завтра? График почему-то сбился.

Егор переглянулся с Витой, и та вдруг покраснела так сильно, что скрылись яркие крапушки веснушек, щедро рассыпанные по её лицу. Из-за возни с птицами она совсем забыла про расписание!

- Сегодня организуем посиделки под гитару! – улыбка Егора просто ослепляла. – Разожжём костёр, вспомним любимые песни. Это будет сюрприз для гостей. Поэтому пока никому не говорите. Хорошо, Наташа?

И Наташе пришлось заверить его, что сохранит намеченный план в тайне.

Вечером за флигелем ярко полыхало пламя, доносились гитарные переборы и смех. На посиделки собрались все, кроме Наташи. Мариша к ней почему-то не зашла, но с улицы отчётливо слышался её задорный, нарочито громкий голос. За два дня Наташа успела проникнуться к ней симпатией. И явное пренебрежение со стороны Мариши ей было неприятно.

Оставаться в комнате и слушать общее веселье не хотелось. Наташа выскользнула из гостевого дома и в обход, так, чтобы её не заметили, прошла к саду.

В саду в этот час было таинственно и тихо, лишь где-то вдалеке выводил монотонную мелодию сверчок. Остро и сладко пахли незнакомые ночные цветы. Наташа осторожно ступала по траве, боялась – вдруг попадётся змея. Откуда-то появились светляки. Они роились золотистыми и зелеными искорками, то возникали совсем рядом, то ускользали куда-то, словно дразнясь. Вспыхивая и исчезая, мерцающий рой насекомых незаметно уводил Наташу за собой.

Неожиданно смолк сверчок. Исчезли светляки.

Узкая долька народившегося месяца совсем не давала света, и Наташа оказалась в темноте будто в коконе. Она сразу почувствовала себя маленькой и одинокой. Ей вспомнилось, что в новолуние бабушка не разрешала смотреть на месяц, повторяла, что так себя потерять можно. Молодой месяц заодно с мраком, набрасывает на всё морочную завесу, открывает проход на другую сторону. И оттуда могут прийти всякие, неприкаянные да опасные.

Потянуло сыростью, стало зябко. В траве прошелестело, колыхнулся воздух возле лица. Что-то летало рядом – небольшое, неразличимое. Кружило вокруг, легонько задевало кожу.

- Это всего лишь ночная бабочка, - убеждала себя Наташа, с трудом сдерживаясь, чтобы не закричать.

Девушка словно бы потерялась во тьме - не могла сориентироваться, не могла понять, откуда пришла и в какой части сада находится.

Наверное, поэтому она так обрадовалась шепоту, неожиданно прозвучавшему со стороны. Потянулась за ним, напряжённо вслушиваясь, пытаясь разобрать слова.

- Что за ночная птичка в садочке? - перед ней, как по волшебству, появилась баба Фета. - Ты что же, прогуляться наладилась перед сном?

С появлением бабки вокруг будто немного посветлело, тягучий морочный мрак отступил.

Спало и охватившее Наташу оцепенение. Только сердце колотилось неистово, с силой отдаваясь в висках.

- Вы меня испугали!

- Ежели пуганая такая, что в темноте шастаешь?

- Я не шастаю, я воздухом дышу. Нравится мне здесь.

- Ну, коли нравится, дыши, – разрешила бабка. – Только за калитку не выходи. Не открывай щеколду.

- Я и не собиралась…

- А что ж тогда застыла подле неё?

Наташа сообразила, что действительно стоит у самой калитки, ведущей в лес. Как она смогла так далеко зайти? Как оказалась здесь?

- За одной догляд нужен, так еще и за тобой смотри! - сердито выговаривала баба Фета.

- За кем… догляд?

- Да за Светкой вашей. Гребень у неё просто так не забрать - околдованный он. Вот и приходится караулить, чтобы сама не ушла к русалкам да сюда их не впустила!

- К русалкам?

- К ним. Что переспрашиваешь-то, не понимаешь будто! Вместе вы поутру на озеро ходили! Вот и нашли на свою голову… - бабка осуждающе смотрела на Наташу. - Гребень они специально подбрасывают – заманивают к себе. Заметила, какая Светка сделалась? Помрачение у неё. Наваждение. Всё от него.

- От гребня?

- А то!

- Нужно сказать Вите или Егору!

- Упёртая твоя Вита. Ни во что не верит. А Егор и подавно! Современные все стали. Очевидного замечать не хотят.

- Но русалок не существует! Это суеверия, дикость!

- Суеверие, говоришь? А я? Существую или тоже… дикость? Вот чудачка ты! – неожиданно развеселилась старуха, затряслась мелко-мелко от охватившего смеха.

- При чём здесь вы? – удивилась Наташа. И, спохватившись, задала наконец давно волнующий её вопрос:

- Баба Фета, вы кем приходитесь Вите?

Бабка ответила не сразу. Отсмеявшись, промокнула глаза платком и после этого пояснила:

- Дык я… приглядываю тут за всем. Порядок блюду.

После махнула куда-то в сторону рукой:

- Она подтвердит.

Обернувшись, Наташа увидела стоящую совсем рядом Натэлу.

- Смешная старушонка, - Натэла в бордовом бархатном платье и изящных туфлях выглядела так, словно вышла не в сад, а собралась на торжество.

- Вы её знаете? – обрадовалась Наташа.

- Можно и так сказать, - хмыкнула Натэла. – И не только её, тут много кто обретается, - добавила она многозначительно.

И почти сразу, словно в ответ на её слова, о ноги Наташи потёрся кто-то пушистый, тёплый. Вот только это была не кошка – перед ней сидело и чистилось странное существо: крохотного росточку, со сморщенным человеческим личиком, проглядывающим из густой шерсти. Огромные ладони росли прямо из плечей. А стопы босых ног были вывернуты в обратную сторону.

Завизжав, Наташа отпрыгнула. Натэла же растопырила руки и двинулась вперёд, прикрикнув:

- А ну кыш! Кыш отсюда! Прочь поди! Не видишь – разговариваем мы!

Существо хрюкнуло неразборчиво, подпрыгнуло да перекувыркнувшись в воздухе, исчезло.

Ошарашенная Наташа молчала. Вид у неё был такой забавный, что Натэла рассмеялась.

- Я же сказала, здесь много местных шастает. Не надо их бояться.

- Кто это? – выдохнула Наташа.

- Думаю, коловерша.

- Он настоящий?

- Конечно.

- Коло…?

- Коловерша, - медленно повторила Натэла. – Обычно они прислуживают ведьмам. Но здешний на посылках у бабы Феты.

- Ведьмам?..

- Дорогая девочка, чему ты удивляешься? Пора уже привыкнуть. Ты же всех видишь, правда? И бабу Фету, и коловершу… У тебя есть вещь, позволяющая это сделать.

Наташа не заметила, как рассказала Натэле о своей жизни – про вырастившую её бабушку, про доставшийся в наследство кулон. Бабушка была родом из этих мест, поэтому Наташа и решила поехать в тур, совершить что-то вроде паломничества в память о ней.

- А как кулон попал к бабушке?

Наташа виновато вздохнула:

- Не знаю. Я про его существование узнала уже после…

Голос прервался, она так до сих пор и не смирилась с уходом бабушки.

Зажмурившись изо всех сил, Наташа подняла лицо к небу, стараясь сдержать слёзы. И снова кто-то ткнулся в колени, потерся тёплой мягкой шёрсткой, будто успокаивая.

- Только не пугайся, - предупредила Натэла.

Но теперь Наташе было совсем не страшно. Она провела рукой по гладкой шёрстке существа, умильно смотрящего на неё. И стало полегче, тоска потихоньку отступила.

- Я его вижу из-за кулона! – внезапно поняла Наташа. – И бабу Фету, и русалок! Но как подобное возможно?

Задумавшись, Наташа продолжила поглаживать свернувшегося клубочком коловершу.

Натэла не торопила, крутила на пальце массивное необычное кольцо.

- А вы? Почему вы их видите?

- Мне по статусу положено. Кудиани я или кто? - усмехнулась Натэла.

- Кудиани?

- Ведьма. Я грузинка. А по грузински ведьма – кудиани.

Наташа села на ступени перед гостевым домом.

Сколько поразительных открытий свалилось на неё в этот вечер! Нужно было срочно переосмыслить услышанное.

Тёплые, нагретые за день ступени думать мешали, навевали спокойствие и дрёму. Натэла не уходила, курила длинную тонкую сигаретку, наблюдала за Наташей. Откуда-то подошла Мариша. Присела рядом, повздыхала.

- Ты где была? Почему не пришла к костру?

- Да так. Настроения не было.

- И вас не было, – Мариша взглянула на Натэлу. – Зато ваша подруга отжигала!

- Она это хорошо умеет, - улыбнулась Натэла.

Из дома позвала баба Фета:

- Наташка, на кухню зайди. Я там тебе поужинать собрала. Голодная, небось?

- Голодная, - подтвердила Наташа.

- Что – голодная? – непонимающе переспросила Мариша.

- Да так, это я не тебе.

- А кому тогда? Вы что-нибудь поняли, Натэла?

- Я поняла, что Наташа голодна. Да и я тоже. Посему предлагаю пройти на кухню, подкрепиться.

И плавно обогнув сидящих на крылечке, Натэла скрылась в глубине холла.

- Вы телепатки, обе?

Наташа улыбнулась.

- Просто баба Фета позвала ужинать. Пошли, что-ли?

- Когда позвала?

- Только что. Пошли.

И потянула за собой непонимающую Маришу.

Кухня оказалась пуста. Огромная сковорода прожаренной до коричневой корочки картошки стояла в середине стола, в керамической миске розовели аппетитные куски спелых помидоров, сдобренные ароматной зеленью и подсолнечным маслом. Свежая выпечка помещался в плетёной корзинке.

- Боже, - простонала Мариша. – Я так давно не ела картошки! И такого салата! Интересно, сколько здесь калорий?

- Забудь! Просто ешь и наслаждайся!

Натэлы всё не было. И они не стали больше ждать.

У печи, помещавшейся в углу кухни, зашебуршилось что-то, задвигалось. Крохотный косматый старичок – давешний коловерша - выглянул прямо из стены, покосился на девушек, а после просеменил к ляде, ведущей в подпол, завозился возле неё.

- Ты за чем наладился? – баба Фета появилась следом, будто из воздуха.

Старичок сник. Залопотал что-то и попятился.

- Ай, ладно! Доставай, Ферапонт! От нас не убудет! – махнула рукой бабка, разрешая. И довольно крякнула, когда он поволок из-под пола огромную тёмного стекла бутылку.

Наташа наблюдала за ними совершенно спокойно, словно за артистами в телевизионной постановке. Мариша ничего не замечала, происходящее было от неё скрыто. И только когда баба Фета обратилась к Наташе, а та ответила, непонимающе дёрнулась:

- О чём ты?

- Да я не с тобой разговариваю. С бабой Фетой.

- Разыгрываешь меня?

- Нет. Просто я её вижу, а ты нет. Сейчас нас настойкой из лимонника угощать будет. Ты пила такую на своём Бали?

И засмеялась, когда перед потрясённой Марише прямо из воздуха возник стакан, доверху наполненный золотистой ароматной жидкостью.

- Попробуй! – посоветовала Наташа. Озадаченная Мариша послушно глотнула.

Настойка оказалась в меру сладкой, терпко-кисловатой, с лёгким лимонным послевкусием. В ней определенно был градус, в голове у Наташи зашумело, ей стало легко-легко, беззаботно. Мариша тоже расслабилась - не приставала с расспросами, улыбалась каким-то своим мыслям.

Примостившаяся рядом баба Фета долила себе изрядную порцию, чокнулась стаканом с коловершей и затянула монотонную протяжную песню без слов, на одной ноте.

Глава 7

Тусклый зеленоватый свет заполнял комнату. Густой и тягучий, он становился всё плотнее, тяжестью ложился на грудь. Барахтаясь в нём, как в липкой паутине, Наташа попыталась судорожно вздохнуть и тогда, вместо воздуха в лёгкие хлынула затхлая вода…

Она проснулась в испарине, давясь ужасом и кашлем. И долго ещё не могла успокоиться. Заветные слова, когда-то подсказанные бабушкой, тоже помогли не сразу.

- Куда ночь – туда и сон! Куда ночь – туда и сон!.. - твердила бесконечную скороговорку Наташа, с трудом заставляя себя размеренно и спокойно дышать.

Стояла глухая ночь.

Пятна лунного света скользили по полу, окутывали комнату призрачным голубоватым сиянием. Скромные занавесочки на открытом окне трепетали от ветра, и от этого казалось, что все вещи в комнате медленно и плавно движутся.

Натке вновь на мгновение представилось, что она находится под водой. Влажный прохладный воздух скользнул по лицу, послышался неразборчивый шёпот… Вслед за ним переливчато зазвучала мелодия – звуки шли отовсюду, обволакивали Наташу, чаровали…

- К нам… К нам… К нам… - зов становился всё настойчивее, всё громче. И она, повинуясь странному призыву, подошла к окну.

Луна высоко поднялась над домом. Она была странная, Наташа никогда не видела подобной - узкий ломоть месяца будто наложился на бледный ноздреватый блин. Он мерцал и переливался нестерпимо ярко, а сам лунный круг тлел приглушённым красноватым светом. Выглядело это эффектно и немного жутковато.

Вдалеке между деревьев стлался туман. Лунный свет, преломляясь сквозь него, струился искрящимся потоком, просвечивал туман насквозь, обнажая застывшие в нём фигуры… Тёмные, сутулые, в длинных мешковатых одеждах медленно двигались они в сторону дома к стоявшей под окном женщине.

– Я всё еще сплю, это всего лишь сон, – пробормотала Наташа.

И в это время женщина подняла голову и посмотрела на ее окно. То была Светлана! Встретившись взглядом с Наташей, она засмеялась и крикнула:

- Я тебя вижу! Вижу!

И существа вдалеке тоже увидели её! Наташа явственно ощутила их голод, почувствовала желание добраться до неё. Движение фигур изменилось - неуловимо быстро приближались они к дому, словно скользя по земле. Наташа же не могла заставить себя сдвинуться с места, чтобы затворить окно!

- К нам. К нам. К нам… – Всё настойчивее звали голоса.

Подчиняясь им, Наташа послушно двинулась к дверям. Она собиралась выйти в коридор, когда внезапно грудь ожгло нестерпимой болью! Это раскалился бабушкин кулон. Наташа вскрикнула и словно очнулась.

Наваждение пропало, а вместе с ним исчезли странные видения. Никого не стало на улице – ни Светланы, ни жутких существ.

Стараясь унять дрожь, совершенно разбитая, Наташа укуталась в одеяло, свернулась калачиком в уголке кровати. До утра оставалось несколько часов, но она так и не заснула больше.

Вчера она планировала прогуляться на рассвете, пройтись с фотоаппаратом по саду, но сейчас этого хотелось меньше всего.

Позже, рассматривая в зеркале припухшие веки и синие полукружья под глазами, Наташа всё прокручивала в голове события прошедшей ночи.

Что это были за сущности? И почему так странно вела себя Светлана, словно была с ними заодно?!

Наташа силилась понять, в действительности ли видела всё это или, быть може, то был всего лишь сонный морок? Неизвестно ведь, какими свойствами обладает лимонник. После вчерашних возлияний вполне могло привидеться что-то подобное.

Интересно, чудик коловерша на пару с бабой Фетой страдают от похмелья? Уж они-то хорошо приложились к домашней настойке. Вспомнив, как разобрало вчера эту странную парочку, Наташа невольно хихикнула.

В вырезе ночной сорочки мелькнул кулон, чуть ниже темнел след от ожога. Наташа осторожно потрогала его. Странно всё это – кожа была прохладной, гладкой. Словно ожог случился давным-давно. Взгляд задержался на кулоне. Откуда он у бабушки? И знала ли она его настоящую силу? Видела ли таких же сущностей, как она сейчас? Или в городе нет места ни коловершам, ни прочим существам. Наташа решила, что по возвращении всегда станет носит кулон. И будет настороже. Ведь среди этой нечистой братии наверняка есть и злые сущности!.. Да уж… Знал бы кто, о чём она думает ранним утром! Поверить в происходящее было довольно трудно!

Наташа встряхнулась, взлохматила волосы – следовало привести себя в порядок и поговорить, наконец, с бабой Фетой, расспросить обо всем – про женщин, что сошли с ума, про непонятные знаки у них на лбу, про русалочье озеро и про тайный мир, к которому та принадлежит. И про кулон, конечно же, тоже.

Наташа поправила покрывало, разложила в ряд расшитые крошечные думки и подошла к окну. Из закрытого сундука, стоявшего здесь же, торчал кусочек розовой ткани в горошек. Это было настолько неожиданно, что некоторое время Наташа просто разглядывала его. Ей потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что сундук открывали. Значит кто-то заходил в её комнату?! Скорее всего ночью, до того, как она проснулась! Опять коловерша? Или кто-то из жильцов? Наташа метнулась к двери - так и есть, не заперто! Как можно быть такой растяпой? Вчерашние кухонные посиделки плохо подействовали на неё. Интересно, кому понадобилось заглядывать в сундук? И для чего?

Обычно Наташа считала неприличным рыться в чужих вещах. Но только не в этот раз. Она решительно вернулась к сундуку и попыталась его открыть.

После некоторых усилий, ей удалось приподнять тяжёлую и скрипучую крышку. В образовавшуюся щель повеяло травяным духом - небольшая связка тимьяна засушенным стожком лежала на дне. Справа от неё помещалась старая тряпичная кукла-самоделка, в красной юбке, жилетке из простёганных лоскутков и широком наглухо повязанном платке. Раскинув руки, кукла смотрела прямо на Наташу голубыми глазами-пуговицами и как будто молила о помощи – в самом центре кукольной груди торчал огромный ржавый гвоздь.

После этой неприятной находки Наташа совсем сникла. Нужно было немедленно поделиться своими видениями, рассказать про куклу и ужасный ритуал с гвоздём. И она засобиралась на кухню – обсудить произошедшее с бабой Фетой.

Миновав лестничный пролёт, Наташа остановилась – впереди на ступеньках сгорбилась какая-то фигура.

Длинные волосы растрепанными прядями небрежно занавесили лицо. Серый спортивный костюм в обтяжку подчёркивал худобу.

Поравнявшись, она осторожно заглянула в лицо сидевшему и не удержалась от возгласа:

– Лёша!

Без своей эффектной прически, с морщинами, прорезавшими лоб, со скорбно опущенными уголками рта Лёша выглядел сейчас гораздо старше, чем раньше. Больше всего Наташу поразили его глаза – потухшие, пустые, как у снулой рыбы.

- Лёш, тебе плохо? Ты чего тут сидишь?

Лёша бессмысленно смотрел на неё, словно не узнавая. Но постепенно в глубине зрачков проявилось что-то голодное, жадное, опасное… Молниеносным движением он схватил Наташу за руку, с силой сжав запястье холодными пальцами. От неожиданности Наташа дёрнулась и с трудом удержала равновесие.

- Отпусти её! - из коридора выскочила Мариша. Розовая пижамка в белую крапинку делала ее похожей на девочку, и это совсем не вязалось с озабоченным хмурым лицом.

Мариша один за другим отодрала Лёшины пальцы от Наташиной руки и, склонившись над ним, что-то зашептала.

- Мариш, что это было? Что с ним? – растирая посиневшее запястье, Наташа на всякий случай спустилась чуть ниже.

Не обращая внимание на вопрос, Мариша обхватила мужа за талию, потянула вверх:

- Пошли отсюда! Лёх, давай, поднимайся. Пойдём в комнату.

-Тебе помочь? - предложила Наташа

- Нет! – резче чем нужно крикнула Мариша. – Не подходи к нему! Я справлюсь.

- Что с ним? Ему плохо?

- Не лезь! Не твое дело. – Мариша медленно повела Лёшу вверх по ступеням.

От обиды, от нового потрясения, Наташа не нашлась, что сказать. Вот как так можно? Они же общались нормально. Мариша даже обмолвилась о какой-то тайне, из-за которой они вернулись сюда. Собиралась поделиться ею. И вот теперь такая реакция! Почему? И что случилось Лёшей? Неужели он тоже сошёл с ума, а Мариша это скрывает?

Наташа вдруг сообразила, что на Марише была розовая пижама! Возможно, трюк с куклой её работа. Но для чего это сделано? Зачем? Наташа только сейчас осознала, что совсем ничего не знает о людях, окружающих её здесь.

Она прикрыла глаза, пытаясь восстановить недавнюю картинку. Вот появляется Мариша… Пижамка розовая, нежная, симпатичная… Что же там было… крапушки из мелких белых цветочков… Цветочков. Точно! Узор на пижаме оказался не таким как на клочке из сундука.

Значит, это была не Мариша. Но облегчения Наташа всё равно не испытала, она была слишком расстроена для этого.

В кухне гостевого дома царила тишина.

Бабы Феты там не было. Не пахло упоительно завтраком, не пыхтел на плите чайник, не вздыхал на столе свежевыпеченный хлеб.

- Баба Фета, - негромко позвала Наташа. – Вы здесь? Покажитесь пожалуйста. Нужно поговорить.

Ничего.

Наташа позвала снова. Ещё раз, и ещё. Она звала и звала. До тех пор, пока из угла не выкатился мохнатым клубком коловерша. Он завертелся рядом, запричитал, залопотал что-то горестное.

- Не понимаю, что? Не понимаю… – повторяла Наташа растерянно, наблюдая как мечется в отчаянии помощник бабы Феты.

Дверь распахнулась – в кухню заглянула Вита.

- Так и знала, что вы здесь! Сама с собой разговариваете? – сухо осведомилась она. – В лес собирайтесь. Скоро выходим.

Наташа не хотела идти в лес. Ей важно было отыскать бабу Фету, разобраться в происходящем. В том, что в подворье происходили странные вещи, она больше не сомневалась.

Пожалуй, ей сможет помочь Натэла! Но прежде чем подняться на их с Люськой этаж, Наташа решила посмотреть во дворе, возможно приятельницы уже там.

На улице было чудесно! Утреннее солнце ласково скользило по коже. Лёгкий ветерок играл с листвой. И пахло, упоительно пахло свежескошенной травой! Егор уже успел поработать, и повсюду были разбросаны невысокие душистые стожки.

Лидия Васильевна что-то рассказывала Илье, тот слушал рассеянно, всё время озираясь по сторонам.

- Наташенька. Вот и вы! – бодрая пенсионерка подскочила к Наташе. – А я уже хотела послать за вами Илью! Проспали, да?

Наташа неопределенно пожала плечами. Она не была настроена на светскую болтовню.

- И Светлану нужно позвать, – продолжила болтать Лидия Васильевна. – Заспалась она что-то, как и вы! И вообще…

Лидия Васильевна оглянулась и понизив голос прошептала:

- Она странно себя вела вчера!

- Что вы всё выдумываете, Лидия Васильевна! – Вита, как всегда незаметно, успела оказаться рядом.

- Но Виточка, она же…

- Лидия Васильевна! – повысила голос Вита. – Я не люблю, когда шпионят за моими гостями!

- Светлана действительно изменилась! - Наташа хотела сказать про странные танцы Светланы, про то, что видела ее ночью, но осеклась под неприязненным взглядом Виты.

- Всё то вы знаете! Подглядывать сюда приехали или грибы собирать? – съехидничала Вита.

Наташа не стала ввязываться в пустой спор. Слишком многое тревожило её сейчас - и необъяснимая перемена с Лёшей, и отстранённость Мариши, и исчезновение бабы Феты...

- Вы Натэлу не видели? – обратилась она к Илье.

- Утром делала здесь зарядку. Представляете? – хихикнула всеведущая Лидия Васильевна. – А потом пошла в сад.

В саду Натэлы не оказалось. Наташа прошла по всем его уголкам, вновь тщетно позвала бабу Фету.

Калитка, ведущая в лес, оказалась открытой. От неё по земле тянулся влажный след…

Кто открыл калитку? Может, те существа, что привиделись ей в ночи? Или кто-то другой, специально, чтобы впустить их? Неужели... Светлана??

Глава 8

Наташа, пожалуй, не пошла бы в лес, если б не птица.

Она спланировала откуда-то сверху, слегка задев девушку мягким крылом, и скрылась за деревьями.

Неужели, сова? Наверное, живёт где-то поблизости. Возможно даже здесь, в подворье.

Высматривая птицу, Наташа медленно пошла вдоль тропинки, стараясь не ступать во влажную полосу.

Утренний лес звенел голосами. Шелестел листвой в вышине. Переплетал золотистые солнечные полосы между стволами деревьев. И опять словно отключились тревожные мысли – Наташа упивалась каждым мгновением, старалась налюбоваться окружающей красотой впрок.

Незаметно добралась она до озера.

У самой воды, рассматривая заросли кувшинок, стояла Люська.

Наташа обрадовалась, подошла поближе.

- Доброе утро? Хорошо здесь, правда?

Люська не среагировала на её приветствие. Лишь неопределенно пожала плечами, продолжая смотреть на воду.

- А Натэла не с вами?

Но Люська, поглощённая своими мыслями, казалось, не слышала вопроса. Постояв ещё немного, она пошла в сторону, в обход озера.

- Вы куда? Можно с вами? – не отставала Наташа, сама поражаясь своей настойчивости.

Люська не отвечала. И решившись, Наташа последовала за ней, осторожно пробираясь между камышами.

Очень быстро они оказались в узком тоннеле, между зарослями камыша и каких-то незнакомых Наташе растений. Они были невысокие, чуть выше среднего человека, но полностью отгораживали проход от внешнего мира. Где-то над головой синело небо, облака белыми комьями лениво скользили по нему, но здесь был словно другой мир - раздавались щелчки, потрескивания, шелестели стебли, что-то бормотала вода… Странное ощущение овладело Наташей – она испытывала детский восторг и одновременно сердце сжималось от неясного волнения. Засмотревшись на огромные колокольца вьюна, оплетающего стебли рогоза, девушка не заметила, как осталась одна.

Она заволновалась, заспешила и за поворотом чуть не налетела на поджидавшую её Люську.

- Ты зачем за мной таскаешься? – грубовато спросила та.

- Я? Просто так… - опешила Наташа.

- Поворачивай обратно! Мне не нужен хвост.

- А вы куда идёте?

- Вот привязалась! По делам я иду, ясно тебе? А ты не смей! - Люська развернулась и пошла вперёд.

Наташа нерешительно оглянулась – узкий коридорчик позади показался вдруг сумрачным и бесконечным. Камыши задвигались, зашелестели с силой, зашептали, словно насмехаясь:

- На-ташш-ша… На-ташш-ша… Нашш-ша… Нашш-ша…

Совсем рядом заплескалось, зашлёпало по воде, и Наташа сорвалась с места, кинулась вслед за Люськой.

- Ничего она мне не сделает, – бормотала она. - А будет злиться, ну и пусть!

Люська шла быстро, не оборачиваясь. И вскоре Наташа, державшаяся в отдалении, перестала волноваться, что та её заметит.

Так вышли они на противоположный берег. Люська сразу направилась к одинокому дому, что виднелся в просвете деревьев.

Дом выглядел старым и запущенным. Деревянные стены потемнели, чуть покосились наружные ставни, окна покрывал пыльный налёт… Казалось, что в доме давно никто не живёт, но Люську это не смутило. Решительно она поднялась на крыльцо и с силой заколотила по двери.

Она стучала довольно долго. Наконец, дверь отворилась, и на пороге показалась травница Паша. Люська заговорила с ней о чём-то, замахала руками. Та стояла молча, спокойно, и это только сильнее распаляло гостью. Люська теперь почти кричала, будто требовала что-то от Паши. И хотя она говорила громко, Наташа не могла разобрать ни слова.

Из дома выскользнуло жуткое существо, похожее на покрытого жёсткой короткой шерстью богомола. Оно поводило головой будто принюхиваясь, а после поковыляло на ногах-ходулях к Люське. Существо было настолько мерзким, что Наташа не сдержалась.

- Осторожнее, Люся! – закричала она.

Люська не обратила внимание на предостережение Наташи – наклонившись, она медленно погладила богомола по голове.

- Везёт мне сегодня на гостей! – разулыбалась Паша. – Ещё одна красавица навестила. Ты что встрёпанная такая? Неужто испугалась Муру мою?

-Я… просто подумала… вдруг укусит… – побормотала Наташа под цепким взглядом травницы.

Значит, для Люськи это выглядит кошкой. Наташа, видевшая истинный облик существа, с трудом сдерживала отвращение.

Люська же, продолжая наглаживать монстра, присела на корточки и тыкалась лицом в страшную узкую морду. Ещё чуть-чуть и страшные шевелящиеся жвала вопьются в неё.

- Люсь, хватит уже, - Наташа дёрнула Люську за рукав. – Поднимайтесь, сколько можно сюсюкать.

Но Люська не обращала внимания, продолжая умильно что-то бормотать.

Наташа склонилась над Люськой и, похолодела, увидев пустой, ничего не выражающий взгляд.

- Люся, вы слышите меня? Люся! - закричала Наташа. Но та продолжала бессмысленно таращиться в пустоту. Существо замерло, словно перед броском, и тогда Наташа с силой пнула его в бок.

Отскочив, тварь завертелась на месте, заверещала…

Люська выпрямилась, сморгнула, прогоняя наваждение…

- Люся, нужно уходить отсюда!

- Далеко ли собралась? – Паша крутанула к себе Наташу, и та не увидела, как Люська резво взбежала по ступеням и скрылась в доме.

- Ты что пристала к ней! Зачем явилась? Помешать мне хочешь? Напрасно! – нараспев проговорила Паша. Она перестала притворяться, совсем не скрывала злобу. Гладкое, по детски розовое лицо вдруг сморщилось, пошло трещинками морщинок… Паша развела руки и закричала что-то пронзительно, на непонятном языке. И сразу потемнело вокруг, подернулось тусклой пеленой. Заволновалось, задышало позади озеро, усилились всплески и шумы, зазвучали голоса:

- Нашш-ша… Нашш-ша… Нашш-ша…

Они оплетали, зачаровывали, манили… Хотелось откликнуться, пойти на зов, опуститься в прохладные воды русалочьего озера…

Наташа пошатнулась, но устояла. Машинально схватилась за кулон. Он откликнулся почти сразу – затеплился, затрепетал на груди.

- Поддержку ищешь? Напрасно. Не поможет тебе защита. Пустая ты. Ничего не знаешь!

- Где… Светлана? – почему-то это волновало сейчас Наташу.

- Соскучилась? – ухмыльнулась Паша. – Скоро свидитесь, обещаю.

Шаль на её плечах взметнулась и расправилась чёрными крыльями. Подобно гигантской страшной птице на мгновение зависла Паша над землёй.

От неожиданности Наташа отступила. Страх льдинками скользнул по спине, но тут же исчез. От кулона струилось ровное тепло, а вместе с ним Наташу наполняла сила.

Кулон скользнул вперёд, потянул цепочку да завис горизонтально над землёй.

И словно откликаясь из-под воротника простого пашиного платья показалось похожее украшение, ему под пару. Они устремились навстречу друг другу, но замерли, не в силах соединиться, удерживая своих хозяек на расстоянии.

Пашино украшение загорелось красным, выпустило, словно щупальца, багровые узкие отростки. Паша выкрикнула что-то гортанно, хлёстко. Крылья шали взмахнулись, пришли в движение… Вот только взлететь у неё не получилось – всполохи золотого сияния от Наташиного кулона сплелись с красными отростками, и не пустили травницу, удержали её на месте.

И вроде посветлело немного. Солнце появилось в небе. Отступили призрачные голоса… Лишь ветер продолжал злиться, словно не мог решить, чью сторону принять.

Откуда-то сбоку подскочила Люська. Она что-то кричала Наташе, но ветер относил слова прочь.

- Уходите, - попыталась крикнуть в ответ Наташа, но слова не шли, не получалось ничего сказать.

Время для них с Пашей словно перестало существовать. Они застыли напротив друг друга не в силах ничего сделать, ничего изменить. Сплетенье золотых и красных нитей крепко удерживало обеих, не давало пошевелиться. Так продолжалось до тех пор, пока Люська, упав на колени, не стала тыкать в землю возле Паши чем-то крошечным, вроде булавки...

- Ты что, совсем ничего не умеешь? – Люська бежала сквозь камыши, таща Наташу за собой.

Наташа молчала. После пережитого у неё не было сил разговаривать.

- Чего попёрлась за мной?

Это прозвучало до того обидно, что Наташа не сдержалась.

- Я… вас… спасла… - возмутилась она, пытаясь отдышаться.

- Спасла… - передразнила Люська. - Я тебя спасла! Точнее булавка Натэлы. Без неё нам обеим было бы тухло… Ты двигайся давай. Ведьма сейчас не в силе, но вот насколько – не знаю.

То, что травница оказалась ведьмой, Наташу не удивило. Она быстро и незаметно свыклась со всеми странностями, происходящими в этом месте. Гораздо больше потрясло её противостояние, произошедшее между кулонами. И то, что у Паши оказалось похожее украшение. Если бы не вмешалась Люська, что было бы дальше? Наташа не чувствовала в себе никакой силы, не ощутила внезапно пришедших умений и знаний. Кулон сам решил за неё, как и что нужно делать.

Когда Люська ткнула булавкой в тень, отбрасываемую травницей, нити распались, и Наташа упала. Паша же увязла в паутине из красных отростков. Тщетно билась она в ловушке, что-то кричала беззвучно, неистово… Богомол крутился рядом, пытался разорвать кокон, помочь хозяйке…

Раздумывая обо всём, Наташа не сразу заметила, как они вышли к озеру. Люська покрутила грязный серый мешочек, непонятно откуда оказавшийся в её руке и,размахнувшись, зашвырнула в воду.

- Получилось, получилось! Я сделала это! – она совсем как девчонка заскакала по земле, затормошила растерянную Наташу. – Я утопила след! Я свободна теперь! Уррра!

Люська прыгала, вертелась, хохотала. Это выглядело так заразительно и потешно, что Наташа невольно засмеялась тоже.

Взявшись за руки, они закружили по берегу и, если бы не птица, внезапно появившаяся перед ними, неизвестно, когда бы остановились.

Сова, возможно та самая, за которой Наташа решила проследить с утра, бесшумно спланировала откуда-то сверху и теперь сидела совсем рядом.

А они продолжали хохотать – это была уже истерика.

- Не надоело? - поинтересовалась вдруг птица да встряхнувшись, поднялась с земли Натэлой. Она расправила складки шали, поправила очки, провела рукой по волосам.

– Справилась… – улыбнулась, лишь мельком взглянув на Люську. Но тут же нахмурилась вновь, словно вспомнив о чём-то неприятном. – В усадьбе проблемы… Домани нигде нет. И Светланы тоже.

Люська охнула.

Наташа, ещё минуту назад пребывающая в каком-то полубессознательном веселье, будто очнулась, напряглась.

- Коловерша без бабы Феты долго не протянет. От него сейчас никакого толку. Подворье без защиты осталось, любая нечисть прошмыгнёт. - быстро говорила Натэла. - И Светлана не сама пропала, увели её. Так что заканчивайте веселье, нужно действовать.

- Вита знает, что происходит? И Егор? – спросила Наташа.

- Вита слишком упёртая. К сожалению, не там, где надо. И бестолковая. Таким не дано видеть. И Егор такой же. Не восприимчивый. У них словно шоры на глазах.

- А Татьяна?

- Эта верит. Да толку. Не сможет ни помочь, ни Виту вразумить.

- А Илья?

- Ты знаешь, что скрывает твоя подружайка? - проигнорировав вопрос, Натэла внезапно повернулась к Наташе. – С мужем её очень неладно! Так нехорошо, что в любой момент обратиться может! Навсегда.

И правда! За всеми событиями сегодняшнего дня, она совсем позабыла про странное поведение Лёши!

- Я видела его сегодня. Он выглядел неважно. Повёл себе непонятно…

- Не мудрено. При народившейся-то луне. Они сюда тоже не просто так приехали, а как мы, дело какое-то разрешить. Думаю, порча на нём или заклятье. И виновата в том ваша ведьмАчка.

Наташа, стараясь не отставать от приятельниц, спешила по тропинке. Схватка с Пашей, магические свойства кулона, мир, открывшийся перед ней, неведомые силы, с которыми она столкнулась, опасность, грозившая её знакомым, – всё смешалось теперь, и трудно было разобраться, разложить по полочкам, продумать, осознать.

Какая-то мысль на границе сознания тревожила, бередила – словно что-то ускользнуло от неё. Что-то важное, что никак не удавалось ухватить…

Глава 9

Лидия Васильевна наглаживала съёжившегося, будто усохшего, коловершу.

- И откуда ты такой взялся? Тощий такой! Бедный котей, – бормотала она вполголоса и подсовывала поближе миску молока. - Ты ешь, ешь, не стесняйся.

Коловерша вяло уворачивался, и едва завидев Наташу, кинулся к ней, завертелся возле, потянул за джинсы в сторону гостевого.

- Ты смотри, - обиделась Лидия Васильевна, - я его покормить пытаюсь, молочка вот налила. А он к другой ластится!

- Где Вита? – бесцеремонно прервала пенсионерку Люська. Плевать ей было и на Лидию Васильевну, и на оголодавшего кота.

- Да к чудикам этим расписным поднялась поговорить. Остальные Светку ищут. Таня с Ильей в деревню отправились, местных поспрашивать. Егор мотнулся на станцию – может она пешком ушла. Я-то сразу поняла, что с этой Светланой неладно! С виду такая нравная вся, не подступиться. А на деле…

Громкий крик, раздавшийся со стороны гостевого, прервал рассуждения Лидии Васильевны. Встрёпанная Вита сбежала с крыльца, зажимая ладонь левой руки… Рядом вилась Мариша, что-то говорила взволнованно, словно просила о чём-то.

Вита в ответ выкрикивала бессвязно:

- Он у вас чокнутый!.. Чокнутый!.. Не хотите проблем... уезжайте! Уезжайте отсюда!

- Вот и началось, – спокойно констатировала Натэла. – Теперь покатится.

- Что началось? – переспросила Наташа, пытаясь освободиться от обхватившего ее ногу коловерши. Корявые пальцы вцепились в брючину так, что отодрать их не было никакой возможности. И всё тянули и тянули Наташу в сторону дома.

- Обращение. Лёха набросился на Виту. Видишь, та руку зажимает? Он становится опасен. Если не остановить его до полуночи, останется таким навсегда.

- Это как? – не поняла Наташа.

- Суть его поменяется, понимаешь? Он не сможет думать и поступать как человек.

- Паша постаралась? – Люська мрачно наблюдала за происходящим.

- Скорее всего. Не зря же они сюда приехали.

- Мы сможем ему помочь, Нати? И ведьма эта… Она ведь сюда может прийти!

- Обязательно придёт. И не одна, со свитой своей русалочьей.

- Что ей нужно? Зачем?

- За Лёхой придёт. Не зря же она его пометила когда-то.

- Для чего? Зачем ей? – не унималась Наташа.

- У неё свои резоны. Свой расклад. Может, понравился он ей. - усмехнулась Натэла. - Может, помощника себе готовит.

- Что же нам делать? – повторила с тревогой Люська.

- Искать доманю. Подворью защита нужна. Я не могу ее обеспечить, это не моя территория.

- Но где, где искать?

- Повсюду, - неопределённо развела руками кудиани. - До ночи ещё есть время.

Меж тем, возле Виты хлопотала Лидия Васильевна. Помощи от неё не было никакой – одни лишь беспорядочные восклицания и суета. Рукой Виты занималась Юна – обработала чем-то, перевязала и всё поглядывала на Маришу с сочувствием. Та же смотрела в сторону гостевого, лицо у неё было несчастное.

- Мариш, что случилось? – не сдержалась Наташа. Но та не ответила, подхватившись, побежала обратно к дому.

- Кошмар, а не заезд! – зло проговорила Вита. – Всё наперекосяк! Будто кто-то сглазил.

- Это вряд ли, - пробормотала Натэла. – Просто подворье ваше не в том месте стоит.

Натэла говорила тихо, но Вита услышала.

- Не вам решать, в том или нет!

- Не мне, - согласилась Натэла. – Тут другая хозяйка проживает. И давно. Задолго до вас.

- О ком вы? – нахмурилась Вита.

- Да так, не обращайте внимания, - неопределённо пожав плечами под внимательным взглядом Юны, Натэла повернулась и медленно пошла к гостевому.

Люська с Наташей потянулись следом. Уже у входа в дом Натэла обратилась к Наташе, показала на коловершу.

- Ты бы послушала его, пошла, куда зовёт. Может покажет что-то важное.

Коловерша привел Наташу в её комнату, остановился у сундука. Он давно перестал скулить и теперь лишь дрожал мелко-мелко, не сводя с Наташи умоляющего взгляда.

- Что? Что ты от меня хочешь? В сундуке пусто. Только старая кукла… - Наташа вдруг осеклась и застыла. Догадка, поразившая её, показалась невероятной. – Баба Фета… Это она там лежит??

Коловерша затряс головой, заволновался вновь, залопотал непонятное.

Осторожно вынув куклёху, Наташа положила ту на кровать. Гвоздь прошёл насквозь тщедушного тряпичного тельца. Наташа чуть не поцарапалась об его заострённый конец. Глаза-пуговицы на плоском лице потускнели и будто подёрнулись налётом.

Надо спешить, поняла Наташа. Времени осталось совсем немного. Но как же ей поступить? Что следует сделать? Может, просто выдернуть гвоздь?

Примерившись, она осторожно обхватила ржавую шляпку пальцами и попыталась потянуть. Но раздавшийся отчаянный визг остановил её – это коловерша забился возле, привлекая внимание, словно показывая, что так поступать нельзя.

- Наверное ты прав, - пробормотала Наташа. – Это опасно. Нужно посоветоваться с Натэлой.

Завернув куклёху в лёгкий шарфик, Наташа спустилась на этаж ниже. Возле комнаты Мариши было тихо. Из полуоткрытой двери соседнего номера раздавались голоса. И Наташа невольно притормозила, прислушиваясь.

- Не волнуйся так. Я всё правильно сделала. Всё, как ты учила. – говорила Люська. – Это такое облегчение, Нати!

- Эти твои вечные истории! Когда уже будешь осмотрительной?

- Я? Осмотрительной? Шутишь, подруга, - засмеялась Люська.

- Я предупреждала, что это странное место! И Паша опасна. Так нет же. Тебе нужно было устроить с ней скандальчик!

- Зачем вспоминать теперь? Главное, что я забрала землю и утопила свой след. Она ничего не сможет мне сделать!

Подруги примолкли. Но как только Наташа решила постучать, заговорили вновь.

- Знаешь, было страшно! И очень красиво! Когда они схватились с этой девочкой, твоей тёзкой. Словно в мистическом триллере каком-то! Обе так искрили! И эти сияющие разноцветные нити вокруг!.. Мы, конечно, давно дружим, но поверить во всю эту волшбу мне до сих пор непросто.

- У них одинаковые знаки…

- Да! Как такое возможно? Они были на равных! Я побоялась, что девочка не справится и помогла немножко, твою булавку там оставила.

- Правильно, Люся. Непростая эта девочка. Говорила, что кулон у неё от бабушки. Интересно, она сюда специально приехала? Чтобы второй забрать? Если части одолень-травы соединить, мощный оберег получится.

- Не думаю… - протянула Люська. – Девочка многого не понимает. Скорее всего она и не знала, чем владеет.

- Может и так… Зато Паша хорошо знает. И у неё теперь появилась цель – забрать кулон Наташи себе.

- И Лёху заодно?

- И его тоже…

Наташа так увлеклась разговором, что не расслышала позади себя шаги.

- Подслушиваешь? – Вита зло щурила глаза, потирала забинтованную руку. – А такой овцой невинной прикидывалась.

- Я… просто… - от охватившего её стыда, Наташа не сразу нашлась, что сказать.

- А это что? – неожиданно резко Вита выхватила куклёху из рук Наташи и брезгливо теперь рассматривала. – Ты еще и чёрной магией балуешься? Зачем куклу гвоздём проткнула?

Из комнаты выглянула Натэла, мгновенно оценила обстановку и распахнула двери пошире:

- Зайдите к нам, нужно поговорить.

- Да о чём? Опять станете убеждать, что я тут не хозяйка? - досадливо поморщилась Вита.

- Не стану. Хозяйка этого места у вас в руках. Отдайте!

Изумлённая Вита послушалась, протянула куклёну Натэле. Она хотела что-то спросить, но в этот момент снизу показался Егор, устало поздоровался со всеми, присел на ступеньку.

- Егор, как съездили? – опередив всех спросила Люська, ей не терпелось узнать новости.

- Без толку. Никто Светлану не видел, - вздохнул Егор. – Таня просила передать, что скоро ужин. Они с Ильей тоже зря сходили.

- Ну что ж… Про ужин все слышали, – подытожила Вита. Она всё ещё выглядела немного растерянной. - А мы пока выселять сладкую парочку пойдем.

- А как же Светлана? Что вы собираетесь предпринять?

- Завтра будем думать.

- Таня говорит, что её, как и сестру Ильи, как других, оплели… - выпалил Егор.

- И ты туда же!- разозлилась Вита. - Тебя не оплели с ними вместе? Чушь такую несёшь! Сколько можно уже.

- Ви-та! Довольно! Хватит закрывать глаза на очевидные вещи! – Натэла смотрела на Виту, словно гипнотизировала. - Зайдите в комнату. Нельзя больше откладывать разговор.

- Сходить за Ильёй? - предложила Наташа.

- Не стоит. Мы его отсюда позовем. - Натэла пошептала тихо в ладошку и подула на неё. – Я слово за ним послала. Сейчас будет здесь.

Вита посмотрела на неё как на сумасшедшую. Егор – озадаченно. Наташа их прекрасно понимала – трудно было понять и поверить в подобное.

Илья пришёл почти сразу же. Легко взбежал по лестнице, кивнул собравшимся. Вита изумлённо уставилась на него.

- Почему вы пришли? – выпалила сходу.

- Так звали же меня. Натэла позвала… - Илья чуть растерянно улыбнулся. – Или я ошибся?

- Как?! Как вы это сделали? – закричала Вита. – Вы правда позвали его? Или все здесь решили меня разыграть? Называете старую куклу хозяйкой, говорите загадками, намекаете на что-то! Что происходит в моем доме?

Она подскочила к Натэле, собираясь вырвать у той кукляшку, но Егор мягко обхватил ее, не дал ничего сделать.

- Успокойся, - прошептал тихонько. – Мы сейчас во всём разберёмся.

- Да уж… Давно пора, - поддержала Натэла и повторила вновь. – Проходите в комнату. Нам нужно поговорить.

- А как же Мариша с Лёшей? И Лидия Васильевна с Таней? Их тоже нужно пригласить.

Натэла отрицательно качнула головой.

- Их звать не станем. Не стоит раньше времени тревожить наших дам. Пусть пока общаются. Лёша спит. Я дала Марише специальные капли. Она за ним приглядывает и никуда не пойдёт. Его нельзя оставлять одного. Нам нужно ему помочь. Как и домане. Времени почти не осталось.

Когда их маленькая группа расположилась в комнате, Егор вспомнил, что не позвали Юну.

- Вы давно её знаете? – поинтересовалась Натэла.

- Ну как… Около года, верно? – Егор взглянул на Виту.

- Юна моя помощница. Хорошая девчонка. Тихая правда, но исполнительная. Животных любит. Для меня это главное. А почему вы интересуетесь?

- Есть у меня на её счет некоторые мысли. - пробормотала Натэла. - Вита. Ответьте мне на один вопрос. Участок, который вы купили, был с домом?

- Стояла здесь небольшая развалюшка. Мы её снесли. Несколько вещей оставили для колорита. Сундук в мансарде стоит, да ещё какая-то мелочёвка.

Натэла кивнула.

- А в сундуке была кукла. Эта самая. Непростая. – она осторожно погладила куклёну по голове. - Это - доманя. Домовуша. Обережный дух вашего дома. Она досталась вам от прежних владельцев и следит за порядком. Оберегает дом от незваных гостей. Вы её видеть не можете, но находитесь под её защитой. А Наташа сразу увидела. Оберег помог.

- Увидела и разговаривала даже. – подтвердила Наташа собравшимся. Посмотрела с вызовом – как они воспримут её слова. - Зовут вашу доманю бабой Фетой. У неё и помощник есть. Коловерша.

Глава 10

Ужинали в молчании. Даже Лидия Васильевна притихла, обидевшись, что никто не поддерживает разговор.

Никто не оценил по достоинству ни аппетитные жареные грибы, ни воздушное, больше похожее на крем, сливочное пюре.

Татьяна нервничала. С тревогой посматривая на бледную, мрачную Виту, чувствовала, что произошло что-то серьёзное. Только вот что - не понимала. Чтобы не сеять панику, и её, и Лидию Васильевну в разговор решено было не посвящать.

Юна к ужину не вышла. Не было и Мариши. Наташа хотела её позвать, но Натэла удержала.

- Пусть остается с мужем. Я зайду к ним позже, узнаю, как дела.

Вяло ковыряя вилкой грибы, Наташа думала о предстоящей ночи. Она не представляла, что будет делать, как станет защищаться от Паши и ее русалочьей свиты. Неужели Натэла и вправду рассчитывает на действие её кулона? После схватки с Пашей в его силе Наташа не сомневалась. Вот только совсем не знала, как ею управлять.

Ей вспомнилось вдруг, совсем не к месту, как однажды она застала бабушку в слезах с какой-то смятой фотокарточкой в руке. Бабушка рассматривала фотографию и тихонько говорила сама с собой, словно убеждала в чём-то.

- Я должна передать его внучке. Должна. Женщины нашего рода не могут иначе. Но рассказать ей всего не смогу. Вдруг ей захочется вернуть его? И тогда она поедет к тебе… Я не могу такого допустить, ни за что! Пусть лучше живёт в неведении и сохранит кулон просто как память обо мне.

Наташа тогда не решилась обозначить своё присутствие. После она специально пролистала альбом, но никаких особенных фотографий не нашла. Самая старая, желтоватая была очень плохого качества. Две девушки на ней застыли перед объективом, только лиц рассмотреть было невозможно, они потёрлись за много лет.

И вот теперь Наташу осенило – а что, если вторая девушка на снимке - Паша? Конечно, поверить в подобное трудно, бабушки давно нет, а прожила она до глубокой старости. Но ведь Натэла говорила про подпитку… Про то, что Паша питается энергией других женщин. Поэтому до сих пор жива и достаточно моложава.

Бабушка была из этих мест. Она очень любила природу, скучала по малой родине, но никогда, ни разу не приехала сюда. Даже когда Наташа просилась – категорически отказывалась вернуться, отговариваясь, что некуда. Она сразу продала дом, порвала все нити, связывающие с деревней. А как-то раз, в порыве откровенности с горечью проговорилась внучке, что не бывает настоящей дружбы. И никому не дано по настоящему узнать человека, который находится рядом. Наташу удивил тот разговор, но бабушка будто опомнилась и отказалась его продолжать.

Размышления Наташи прервали крики – из гостевого выскочила Мариша, но отчего-то побежала не к ним, а в сторону сада.

- Лёшка, Лёшка, - звала Мариша, рыдая. – Лёшка, вернись!

Илья и Егор среагировали мгновенно – синхронно вскочили и помчались за ней. Наташа и Люська кинулись следом. Натэла тоже заторопилась, она заметно отставала от всех, а полететь птицей при Тане и Лидии Васильевне не решилась.

Маришу настигли у дальней калитки. Она рвала дверь, не в состоянии справиться с щеколдой.

- Лёха сбежал, сразу после ваших капель! – накинулась она на Натэлу. – Он теперь обратится! Я его потеряла!

Натэла развела руки, и Мариша, захлебнувшись словами, замерла.

- Успокойся и расскажи нам всё! – велела кудиани.

- Лёша… сбежал… - задыхаясь повторила Мариша.

- Как это произошло?

-Я… дала… ему ваши капли… только что…

- Мои?

- Да… Их Юна принесла. Он впал в неистовство, разбросал мебель, а потом выпрыгнул в окно…

- Он трогал тебя? Царапал… кусал? – Натэла задавала странные вопросы, и подоспевшие Лидия Васильевна с Таней недоуменно переглянулись.

- Он только оттолкнул меня от окна… - плакала Мариша. – Теперь всё, да? Скажите мне правду, Натэла? Его не вернуть?

Натэла прижала к себе хрупкую изящную фигурку и покачала, словно маленькую.

- Мы попробуем. Время еще есть. До утра. Она его пометила, да?

Мариша, всхлипывая, кивнула.

- Поцеловала. Прошлый раз. На озере…

- Что вообще происходит? – почему-то шёпотом спросила Лидия Васильевна. - Кто кого пометил? О чём речь?

- Свих ума происходит! – рявкнул Егор и огляделся. – Тань, где Виту потеряли?

- Вроде за нами шла, - растерянно пробормотала Татьяна.

Но Виты нигде не было.

На лавочке у дома, сгорбившись, курила Юна. На вопрос где Вита, махнула рукой в сторону ворот:

- А побежала куда-то… чуть меня не сбила…

- Сказала что-нибудь? – Егор волновался и не скрывал этого.

Юна поморщилась:

- Да нет.

- Ты с самого начала знала, что происходит, верно? – возмутилась Люська. – Не только знала, но и помогала…ведьме!

Но Юна лишь смотрела на всех с глуповатой улыбкой и молча продолжала курить.

- Бесполезно. Эта ничего не скажет нам нового, – презрительно скривилась Натэла.

- Юна, это правда? - поразилась Наташа. - Ты действительно помогаешь Паше?

Она склонилась над девушкой, и кулон выскользнул из-под рубашки, повис на цепочке прямо перед лицом Юны. Та подалась вперёд и, засмотревшись на украшение, произнесла:

- Паша заберёт у тебя кулон. Сегодня. И отдаст мне. Она обещала!

- Глупая. Кулон Паша не отдаст никому. Она лишь использовала тебя!

Но Юна продолжала улыбаться и как заводная твердила:

- Моим… Моим… Он скоро станет моим…

- Наташа, – позвала Натэла. – Оставь её, с ней бесполезно разговаривать. Нам надо на озеро, нельзя пускать русалок в усадьбу.

Она приобняла Наташу и повела в сторону гостевого.

- У тебя в комнате должен быть букет из полевых трав. Среди них полынь. У всех такие стоят. Баба Фета постаралась. Выбери её и спускайся.

- А остальные? - спросила Наташа, вдруг заметив, что никого рядом нет.

- Лидию Васильевна с Таней я отправила в деревню. Велела им пойти туда, – с ударением сказала Натэла. - Пусть ищут Виту там.

И упреждая новый вопрос, добавила:

- Всё равно в нашем деле пользы от них не будет. Люся увела Маришу, ей нужно успокоиться. С нами пойдут мужчины. Только особой помощи от них не жди. Против колдовства и чар они не выстоят. Придётся действовать самим.

- Но как?! Я ничего не знаю!

- Я буду рядом. А после тебе подскажет… вот он… - Натэла указала на кулон. - Собирайся. Времени мало.

- Вы не попадете на озеро. Вместе… - прошептала им вслед Юна и тихонько засмеялась. Но этого, конечно же, никто не расслышал.

В комнате Наташа вынула из вазы скромный сухой букетик. Пристроила цветы за поясом джинсов. Облезлый, исхудалый коловерша встрепенулся при виде её. За это время он совсем сдал. Стал крошечным, размером с новорожденного котёнка. Неподвижно лежал он подле изувеченной куклёны, которую незаметно для всех перетащил из комнаты Натэлы на прежнее место.

Наташа вздохнула и погладила его по голове:

- Мы постараемся помочь. Обязательно! Ты держись, пожалуйста. Не исчезай!

Коловерша внимательно посмотрел на неё и вдруг подпрыгнул, схватился за край рубашки да кувыркнулся в карман.

- Что ты делаешь? – поразилась Наташа. - Зачем? Вылезай сейчас же!

Она осторожно нащупала теплый пушистый комок и попыталась достать. Но коловерша крепко вцепился в ткань и только вертел головой, пытаясь куснуть Наташу за руку.

Он был легкий, почти невесомый, и Наташа не стала настаивать.

- Как хочешь! Только с нами опасно, учти!

Собрались все быстро. И теперь молча шли по тропинке, ведущей к озеру.

Тусклый серый свет завис между деревьев. Сумерки спустились гораздо раньше.

Не Пашины ли штучки? – подумала Наташа. И тут же отогнала эту мысль. Не может же ведьма быть настолько всемогущей!

Всё вдруг стало другим. Лес отчужденно наблюдал за ними, мешал идти - подставлял корни-подножки, путал тропу, хватал за ноги цепкими травяными пальцами. Уродливые, напоминающие человеческие, черты проявлялись на деревьях – искажались, гримасничали, открывали широкие рты в беззвучном крике. Жёлтым тусклым светом мигали злые глаза, внимательно рассматривали людей.

Охнул, выругался Илья. Егор пробормотал какое-то проклятье. Наташа сжалась, испуганно оглянулась на Натэлу.

- Полынь, - прошептала та и помахала пучком травы.

Наташа кивнула, схватила букетик в руку, выставила вперёд. По лесу прокатился вздох. Содрогнулся воздух. Деревья будто отшатнулись, застыли в прежних позах. И только глаза продолжали светиться, следить за перемещением маленькой группы.

Терпкий аромат полыни окружил невесомой вуалью, обнимал, успокаивал, и Наташа вдруг успокоилась, почти поверила, что они справятся, смогут спасти и Лёшу, и Светлану.

Уже стемнело, а они всё все никак не могли добраться до озера. Где-то высоко среди деревьев мелькнул месяц. Зацепился рогом за ветку и повис, склонившись, словно тоже рассматривал их.

- Что-то не так. – крикнул Егор. – Мы давно должны были дойти.

- Нас сдерживают, да? Не пускают? – встревоженно спросил Илья.

- Идите. Просто идите вперёд. – голос Натэлы прозвучал глухо. – Я всё время читаю отводную, должно помочь. Только не останавливайтесь.

Наташа обернулась – Илья и Егор шагали будто заведённые, подсвечивая тропинку фонариками. Натэла запиналась, вертела в руках что-то похожее на чётки, постукивала камешками друг о дружку, шептала на непонятном языке.

Илья помахал ей, Егор поднял руку, улыбнулась ободряюще Натэла…

А потом Наташа осталась одна. Пропали её спутники. И месяца не стало. Громадная страшная луна висела теперь низко-низко. И не спрятаться от неё было, не скрыться от всевидящего ока.

Глава 11

Открывшееся перед Наташей озеро изменилось. Травы да камыши словно выросли за короткое время, скрыв его за плотной упругой стеной. Лишь узкий проход открывал доступ к воде.

Наташа стояла на берегу, а вокруг шуршало, потрескивало, шевелились камыши, крошечные существа, что сновали в них, то и дело выглядывали, скалили крошечные зубки, показывали на Наташу пальцами, что-то пищали.

Круглые листья кувшинок ковром покрывали поверхность, и по ним двигались в её сторону фигуры. Искривлённые, тощие, угловатые. Те самые. Наташа отчётливо видела их в лунном свете. Длинные балахоны-рубахи, редкие спутанные волосы-водоросли. Лица вроде человеческих, только смазанные, недоделанные… Словно кто-то начал лепить их, да разочаровался и бросил. Огромные, чуть навыкате глаза без ресниц, растянутый узкий рот. Не прекрасные девы – монстры наступали на неё, ведомые злой волей ведьмы.

Наташа сорвала кулон. Выставила вперёд вроде креста, как часто делали подобное в фильмах. Она надеялась, что оберег отпугнет русалок. Остановит. Но те продолжали неумолимо приближаться.

И лишь когда до Наташи оставалась пара шагов, одна из русалок будто споткнулась и замерла. За ней остановились и прочие. Застыли как по команде, лишь слегка покачиваясь из стороны в сторону. Взгляды русалок направлены были теперь на букетик, который Наташа как зажала в руке, так и не выпустила до сих пор. Полынь задержала их!

Вдруг русалки заговорили, защебетали, не размыкая узких губ. Причудливые стрекочущие трели ввинчивались в голову, мешали думать. Оплетали паутиной, сбивали с толку.

Нужно было что-то предпринять. Да только Наташа не знала, как поступить, что делать дальше. Хотелось развернуться и убежать. Но она понимала, что так просто её не отпустят.

Наташа пропустила момент, когда русалки стали меняться. Люську увидела она совсем рядом, за ней – Маришу. Чуть дальше тянули к ней руки Вита с Татьяной… И у каждой на лбу светилась отметина, и глаза были белые, слепые.

- Спаси-и-и… Спаси-и-и… Спаси-и-и… – прозвучала в голове мольба. – Брось полынь… прочь... прочь…

Словно в дурмане, Наташа почти послушалась их, но тут в кармане завозился коловерша, с силой стал щипать её, чтобы привести в чувство.

Этого оказалось достаточно, чтобы Наташа очнулась. Собственная беспомощность и бездействие неожиданно разозлили её.

Вновь выставив кулон вперёд, девушка шагнула по направлению к русалкам, закричала:

– Убирайтесь! Сгиньте!

Позади тихонько засмеялись.

- Какая наивность! Ты думаешь, всё настолько просто? Помахала, покричала и справилась? Ты должна оживить его знанием, опытом. Силой желания.

Обернувшись, Наташа увидела ведьму.

Рядом с ней находились и Лёша, и Светлана. Леша сидел на траве - Паша держала его на цепи, словно пса. Помеченная клеймом Светлана стояла за ними, она сильно сдала – побледнела, спала с лица. Бессмысленно смотрела она на происходящее, словно ничего не понимая.

Привстав на четвереньках, Лёша повёл носом, облизнулся, ощерился.

- Что вы с ним сделали? – вскрикнула Наташа.

- На цепь посадила, иначе укусит кого раньше времени.

- Зачем?!

- Наказать жёнку его хочу. Чтоб язык свой прикусила да спеси поубавила. Нечего было передо мной выставляться. Вот и получает теперь ответочку.

Всё происходящее напоминало Наташе дурной сон. Время застыло – казалось, оно не движется вовсе.

Паша тоже медлила. Не нападала, не пыталась напугать, не наводила блазь да морочь – стояла перед Наташей простой усталой тёткой. Заурядной, с растрёпанным узлом волос, в длинном пёстром платье.

Хотя, наверное, это и есть обман? Так она пытается отвлечь, показать, что не опасна?

Наташа помнила прошлую схватку и понимала, что Паша не хочет рисковать, боится, что всё повторится снова и она не справится с силой оберега.

Если бы с ней была Натэла! Уж она бы сделала что-нибудь, не стояла бы в ожидании неизвестно чего!

Наташа не собиралась разговаривать, но слова полились сами:

- Зачем вы поступаете так с людьми? Зачем используете кулон во зло?

Паша склонила голову набок, улыбнулась мягко:

- А что есть зло и что добро? Всё относительно. И то, что тебе кажется злом, я считаю добром.

Твоей бабушки давно нет на свете, а я вот, перед тобой! Живу. Дышу. И собираюсь прожить ещё вечность! Это ли не благо?

- Но какой ценой! Вы тянете жизнь из других! Как я жалею, что приехала сюда!

- Тю… Ты приехала не просто так. Я долго искала второй кулон и когда нашла - позвала тебя. - Паша потянулась, вздохнула. - Скучно-то как. Может, поиграем?

Она дёрнула цепь, и Лёха негромко зарычал, припал на руки, словно собрался прыгнуть. Зрелище было жутким. Он совсем не походил на человека сейчас. Оскалив зубы, рвался с поводка, пытаясь добраться до Наташи.

- Отдай мне кулон сама, и я отпущу тебя, не позволю Лёшке напасть. Да и его отпущу, хочешь? Он пока не укусил никого. Не обратился. Что молчишь? Хороший обмен предлагаю! Если спущу его на тебя, то с концами - и он себя потеряет, и ты погибнешь. Кулон тебе не помощник. Ты не можешь им пользоваться.

Наташе было жаль Лёшу, да и Маришe она сопереживала. Но соглашаться с предложением Паши не собиралась, понимала, что ведьме верить нельзя.

- А если я сделаю тоже самое? Попрошу вашу часть оберега себе? – набравшись смелости выпалила Наташа.

Паша рассмеялась – громко, звонко.

- А я откажу. Что станешь делать? Нашлёшь на меня чары?

- Я – нет, но Натэла…

- И где же твоя спасительница? - Паша крутанулась вокруг себя, позвала, - Натэла, ауууу…

- Вы не пустили её сюда… - начала было Наташа и запнулась.

- Именно! Я не пустила! Кудиани ничего не сможет мне сделать на моей земле! Ты меня утомила, девочка! Отдай кулон!

Русалки по прежнему стояли недвижимо. Лишь голод в их глазах усилился. Они жаждали коснуться Наташи, ухватить и себе кусочек человеческого тепла.

Наташа вздохнула глубже, напряглась, решив, что будет защищаться до последнего!

- Ташенька, - родной голос раздался неожиданно, и Наташа не сразу поверила, обернулась в растерянности. Позади никого не было.

- Ташенька, внученька, зачем же ты приехала сюда!

- Бабушка?.. – прошептала Наташа, заметив недалеко от себя маленькую, до боли знакомую фигурку.

Бабушка куталась в шаль и улыбалась внучке.

- Девочка моя, как ты повзрослела, как похорошела! Прошу, дорогая, не бери грех на душу - отдай часть оберега!

- Но… почему? – оторопела Наташа.

- Не повторяй моих ошибок, деточка. Я ведь украла кулон у Паши, был такой грех, - бабушка промокнула глаза уголком платка. – Думала, счастье получить, а вышли только проблемы. Паша была первой во всём. И в ворожбе разбиралась лучше всех, и знала многое… Вот я и завидовала… Отдай кулон, деточка. Не хочу, чтобы и в твою жизнь вошли проблемы.

От звучания родного голоса повлажнели глаза… Наташа понимала, что нет здесь её бабушки, что это наваждение, обман, лишь новая попытка завладеть кулоном, но смотрела на дорогое лицо и плакала. Подбежать бы, уткнуться в знакомую кофту, вдохнуть ароматы свежей выпечки и сухих трав, почувствовать себя хоть на миг защищённой.

И она не сдержалась - потянулась навстречу ласковому взгляду.

Подошла как во сне, протянула руки, чтобы обнять, а бабушка пропала. Истончилась, растворилась в ночи туманным облачком.

Вместо неё оскалилась довольно Паша, крепко схватила Наташу за руку.

- Попалась! Не отпущу теперь! Сама ко мне подошла. По своей воле!

Посмотрела пристально в глаза и велела:

- Отдай!

Не хотела Наташа да послушалась - протянула Паше кулон. Но пальцы ведьмы не смогли его коснуться. Неожиданно налетел на неё крошечный коловерша, прыгнул на грудь, рванул с шеи украшение. Наташа и понять ничего не успела, как тот, балансируя на её руке, ловко сложил две половинки оберега.

И вспыхнул на миг яркий свет. Блеснула золотом одолень-трава, обволокла мягкой пеленой Наташу. Отпрянули русалки, с криком упала Паша - ожгло её, затлела рука, почернела враз. Поползла чернота вверх, потянулась по телу. Скрюченной пылающей головешкой кинулась ведьма к русалкам. Висла на них, хваталась, пытаясь унять огонь. После с воем прыгнула в озеро, ушла под воду, только пузыри пошли по поверхности. И русалки пропали. Струйками пара потянулись в небо...

Ожила ночь. Вернулись в мир звуки – закричали где-то далеко птицы, зашелестел камыш. Сверчки возобновили монотонные концерты. Месяц кувыркнулся на небе и пристроился возле высокого дерева.

Натэла говорила что-то взволнованно, что-то кричал Илья. Но Наташа не понимала ни слова. Она не могла прийти в себя, сосредоточиться, осознать, что все завершилось.

Лёха так и сидел на траве. Только смотрел бессмысленно, никого не узнавая. Егор склонился над ним, пытался отстегнуть цепь.

Светлана кружилась неподалеку, напевала что-то, улыбалась своим мыслям.

Вита была здесь же. Не подпустила ее Паша к озеру, наслала туманную морочь. Так и блуждала Вита во влажной взвеси, пока случайно не встретила остальных.

Словно во сне наблюдала Наташа, как Натэла вынимает из кукляшки гвоздь, как кладет на место прокола оберег, шепчет что-то успокаивающее коловерше... Чувствовала после, что её куда-то ведут, ощущала тепло от накинутой кофты, видела перед собой встревоженный лица знакомых, но даже не пыталась улыбнуться, не хотела ни о чем говорить.

- Это пройдёт, - успокаивала кого-то Натэла. – Просто шок. Она не готова.

- К чему не готова? – сонно подумала Наташа и провалилась в темноту...

Эпилог

Все вещи были сложены. Грибной тур закончился очень быстро. Все собрались в гостевом, последний раз перед долгой дорогой. Разговаривать не хотелось. Немного смущённо гости посматривали друг на друга, не решаясь напомнить о том, что пережили совсем недавно. Притихшая Люська обнимала грустную Маришу. Лёха отстраненно смотрел в окно.

- Он будет таким еще долго. Чтобы прийти в себя, ему нужно время. Наберитесь терпения, - вспомнились Наташе недавние слова кудиани.

Лидия Васильевна придирчиво оглядывала сумки, проверяла - всё ли упаковано как нужно. Она одна из группы провела время с пользой, насобирала и насушила много грибов. Натэла как-то повлияла на неё и на Татьяну, женщины не задали участникам событий ни одного вопроса и вели себя так, словно ничего не случилось.

Илья хмуро и разочарованно смотрел перед собой – надежда, что одолень-трава вернёт память пострадавшим женщинам пока не оправдалась. Силу оберега Натэла попыталась опробовать на Светлане. Но, к сожалению, без пользы.

Юны не было, она почти сразу сбежала, уехала куда-то из деревни.

- Что притихла-то? – баба Фета подошла бесшумно, провела по волосам.

Коловерша не отставал от старухи, и Наташа наклонилась, благодарно погладила теплую густую шубейку. Если бы не его помощь, где была бы она сейчас? Да и другие тоже?

- Ну, пора, – поднялась Натэла. – Спасибо этому дому за всё…

Уже во дворе Наташа неожиданно приняла решение. Сняла оберег, убрала в мешочек. И стало полегче, словно давящая тяжесть исчезла с плеч.

Из машины она обернулась – всё также пестрели цветы, шумели под ветром деревья… Вита с Татьяной махали вслед. Прощаясь, поднял руку Илья. А на крылечке дома намывал новых гостей огромный пушистый кот да пёстрая кукляшка лежала рядом, смотрела в небо голубыми яркими глазами.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге