Эффект обезьяны
Глава 1
Настроение у профессора Войниченко с самого утра было хулиганское. Вместо того чтобы степенно сойти с трамвая на платформу, он решил эпично спрыгнуть с высоты третьего уровня, а это без малого тридцать этажей, прямиком на тротуар. Причиной нетипичного для уважаемого ученого поведения стало острое желание опробовать новенький, только вчера купленный гражданский экзоскелет, искусно замаскированный под деловой костюм.
В результате необдуманного прыжка профессору грозило хряпнуться лицом об асфальт. Но, хвала производителям усиленной одежки, реклама не обманула. В момент приземления костюм исправно отработал псевдомускулами, благодаря чему ученый лишь слегка споткнулся.
Конечно, Анатолий Сергеевич, как и каждый уважающий себя москвич, предпочитал гравимобиль, на худой конец гравискутер, но, увы, разрешения на использование личного транспорта в пределах полусферы старой Москвы у него нет. Вот и приходится каждый день трястись до работы в комфортабельном, но вечно переполненном вагоне аэро-трамвая.
Был бы каким-нибудь ядерщиком или, на худой конец, гиперщиком, с пропуском внутрь особого периметра столицы проблем бы не возникло. Там и оклады совсем другие и перспективы. А так... Одним словом, специализацией не вышел.
Войниченко обогнул главное здание РАН и направился к своему институту. Мраморные фасады корпуса Т сверкали золотой отделкой в тон остальным пятнадцати строениям комплекса "Золотые мозги". Как и любое здание на престижном наземном уровне, это тоже было памятником архитектуры, а литера кроме прочего обозначала еще и научную специализацию: Т - означало темпоральный.
Проходя мимо стойки для посетителей, Анатолий Сергеевич легким кивком поприветствовал дежурного администратора Леночку. Та не отреагировала, потому что вместо исполнения своих обязанностей просматривала ролики на РосТубе. На зрение Войниченко не жаловался и синхронные искорки в зрачках девушки разглядел без труда. Впрочем, замечание нерадивой сотруднице делать не стал. Да Бог с ней! Пятница же. В большинстве учреждений день вовсе нерабочий, и благодаря официальному выходному, никаких посетителей в холле не видно. А это замечательно.
Можно заняться чем-нибудь, что давно откладывалось в долгий ящик: почитать хорошие статьи, пообщаться по голо-связи с коллегами из ЦЕРТа[1], они давно уже требуют открытой конференции или, на худой конец, просто порыться в почте. Все это можно сделать и из дома, но в квартире тоскливо, а стены родного института вселяли в ученого оптимизм. Здесь, как и сто лет назад, когда здание только построили, царила атмосфера будущих открытий и научных прорывов.
Вспомнив, как споткнувшись о законодательство, буксует на месте темпоральная физика, Войниченко печально вздохнул. Что толку от путешествий во времени, если человека отправить никуда нельзя? Перенос в прошлое запрещен на основании глупого закона, который ссылается на никем не доказанный "эффект бабочки", а чтобы отправиться в будущее, нужна чертова прорва энергии.
Даже американцы еще не решились скормить своей установке сто квадриллионов БТЕ[2], чтобы совершить скачок хотя бы на год вперед. А у нас о таких расходах и речи нет. Министр энергетики скорее собственноручно удавит всех сотрудников института, чем подпишет разрешение.
Двадцать лет как открыли темпоральные разрывы, а воз и ныне там. Чертов закон, чертовы перестраховщики бюрократы...
Тень печали на его лице промелькнула и так же внезапно сгинула, поскольку радость от удачного приобретения все еще не оставляла ученого со вчерашнего дня. Новинка сезона - гражданская одежда с наномускулами могла многое: прибавить человеческому телу ловкости, скорости, силы, выносливости. Но это только основное, а дополнительных функций было вообще не счесть. Честно говоря, последние сутки все свободное время он посвящал изучению меню костюма и не переставал удивляться его возможностям. И пусть пришлось оформлять покупку в кредит, Экзо определенно стоил своих денег.
Профессор задорным козликом выскочил из лифта на своем этаже и приказал костюму сымитировать лунную гравитацию. Несясь по пустому коридору большими скачками, он рассмеялся. Вот был бы конфуз, если бы кто-то его сейчас видел...
- Э-э-э хм... прошу прощения, - сказал опешивший от такого представления лысый парень в очках, - а это не вы, случаем, А.С. Войниченко?
Анатолий Сергеевич окинул взглядом молодого человека, перед которым только что так сильно опозорился: щуплый, на лице простые оптические очки без встроенного микрокомпьютера и мониторов, на вид не старше той же Леночки а уже лысый, одет в простые футболку и джинсы, за плечами потрепанный рюкзачок. Одежда даже без встроенных усилителей, даже без банальной электронной начинки, а ранец так и вовсе из кусков ткани сшитых между собой нитками. Нитками! Прошлый век. Наверное, парень реконструктор и косплеит донейросетевую эпоху. Или приехал из глухой деревни, где самого понятия цивилизация не существует, не то что Экзо например.
- Войниченко - это я, - смущенно ответил профессор. - Мне право неудобно, какие-то неполадки с экзоскелетом. А вы, собственно кто?
Маленькая ложь о неисправности костюма была, форменным поклепом. Если бы мозгов процессора экзоскелета хватило чтобы возмутиться, он бы непременно высказал ученому свое "фи". К счастью, речевыми синтезаторами гражданскую одежду пока не оснащали.
- Степанов Алексей, - представился лысый. - Я к вам по делу.
- И что же вам нужно? - Анатолий Сергеевич со всей невозмутимостью, на которую сейчас был способен, воззрился на посетителя. К великому сожалению тот пришел именно по его душу. С утра в пятницу. Ну, что за невезение?
- Разрешение на проведение испытаний полезной модели, - лысый протянул профессору пластиковый лист. - Вот. Почти все визы собрал. Осталось только экспертное заключение о безопасности испытаний. В патентном бюро дали ваши контакты, как ведущего эксперта по темпоральным разрывам. Надолго я вас не задержу, мне бы только подпись...
Как ни хотелось Анатолию Сергеевичу отделаться от этого типа побыстрее, все же любопытство взяло верх. Никаких новых открытий и полезных моделей на его памяти не было лет восемь. Так что стоило хотя бы вникнуть в суть предмета. Вероятность стремится к нулю, но вдруг там что-то стоящее?
- Помилуйте, молодой человек, - удивился Войниченко. - Как же я дам заключение, если я вашу модель в глаза не видел? Для начала расскажите, что хоть испытывать-то собираетесь?
- Абсолютную темпоральную изоляцию, - промямлил парень.
- Что?! - профессору показалось, что он ослышался. - Простите, что вы сказали?
- Абсолютную... - нервно поправив старомодную оптику, повторил тот.
- Что вы заладили! - вскипел профессор. - Можете пояснить, что за прибор?
- Это не прибор, - уже увереннее ответил посетитель, - а материал, при определенных условиях игнорирующий временное поле.
- Чушь какая! - разозлился профессор. - Если это розыгрыш, то вы явно промахнулись. Поищите кого-нибудь менее квалифицированного. Я, к вашему сведению, доктор физико-математических наук. Меня не проведешь!
- Никаких розыгрышей! - заявил изобретатель, помахав перед носом у ученого электронным листком. - Здесь вся документация: расчеты, выкладки, сверки, обоснования... Ознакомьтесь.
- Учтите, молодой человек, я все проверю на подлинность, - предупредил ученый, вырывая из рук вспотевшего от волнения парня документ. - Лучше сознайтесь сразу, иначе пожалеете.
Тот попытался оправдаться, но Войниченко его уже не слушал. Профессор решительно влетел в кабинет и кинул листок на рабочий стол, подключив к обработке данных ИИ института.
Удостоверившись, что задача принята к исполнению, Анатолий Сергеевич вывел на экран описание изобретения, и принялся изучать, странный с точки зрения современной науки, опус. Очкастый рационализатор вошел в комнату, но скромно пристроился возле входа и мялся у стены, не решаясь отвлекать академика.
По всему выходило, что заявленный материал, находясь под воздействием электричества плевать хотел как на всю известную науку в целом, так и на темпоральный поток в частности. Эдакий абсолютный консервант.
Заверни в него курицу-гриль и та никогда не испортится. Более того, можно отправиться в прошлое, найти яйцо, из которого та курица вылупилась, и сделать из него омлет. А затем вернуться в настоящее и достать из изоляции все ту же курицу. По заверениям автора документа, никакие события влиять на изолированный предмет не будут.
Анекдот. Рассказать коллегам в обеденный перерыв - животы надорвут от смеха.
Профессор улыбнулся своим мыслям и взглянул на шкалу прогресса: анализ выполнен наполовину. Удовлетворившись, он продолжил чтение: вторая часть документа была еще более странной, чем первая.
В ней утверждалось, что облаченный в изолирующий скафандр человек мог путешествовать в прошлое, не опасаясь "эффекта бабочки". Материал просто исключал любое взаимодействие с физическими объектами.
- Забавно, юноша, - резюмировал Войниченко, отодвигая монитор. - Но это не к нам. Отправьте в издательство фантастики, уверен, там вас оценят по достоинству.
Так и не закончив фразу, профессор услышал сигнал о завершении расчетов и заворожено уставился на результат: достоверность - 100%, точность - 100%, работоспособность - 100%.
В собственной адекватности Войниченко был полностью уверен еще с утра, и поехать кукушкой так быстро просто не мог, а нейросеть не слетала с катушек по определению, даже с транзисторов не съезжала. Не было у нее ни того ни другого. Да и вообще, они в высшей степени надежны. И, тем не менее, в первую секунду ученому показалось, что кто-то из них сошел с ума.
... - простая формальность, - донесся, наконец, до профессора голос посетителя.
- А? - только и смог переспросить ученый.
- Я говорю, что все уже согласовано, а ваша подпись - простая формальность. Ну, что вам стоит?
- Формальность или нет, - ответил отошедший от внезапного ступора ученый. - Но опытный образец я должен оценить. Я, знаете ли, не привык подписи, где попало ставить.
- Да, пожалуйста! - изобретатель, протянул свой рюкзак. - Здесь оба образца. И скафандр и сейф.
- Скафандр - понятно, - кивнул профессор, заглядывая в сумку. - А сейф зачем?
- Контрольный маркер, - пояснил Степанов. - Перед прыжком нужно сделать фотоснимок темпонавта[3] и поместить его в хранилище, чтобы убедиться, что испытатель никак не изменится по возвращению. А то, мало ли...
- Вот что, голубчик, - ответил Войниченко. - Приходите в конце рабочего дня. Я подробно все осмотрю и сегодня же выдам заключение.
- Только умоляю вас, будьте осторожны с образцами! - неожиданно легко согласившись, попросил изобретатель. - Изолятор еще не доработан и аккумулятор скафандра...
- Непременно, - пообещал профессор, выпроваживая посетителя за дверь. - Только осмотр, без механических нагрузок.
Стоило Степанову скрыться с глаз, академик бросился на последний этаж здания, где находилась лаборатория с генератором темпорального пробоя. Не таким мощным, как у коллег из ЦЕРТа, но для его целей сгодится. Возникшая в голове идея требовала немедленной проверки.
Быстро облачившись в безразмерный скафандр, профессор встал на платформу и запустил тест установки. К его удивлению, по окончании процедуры искин так и не обнаружил запрещенных к перемещению предметов.
Быть того не может! Законом запрещено отправлять людей в прошлое и автоматика никак не могла это проигнорировать. Однако он сам стоит в точке разрыва и установка готова к старту. Отсечка не сработала!
- Полная темпоральная изоляция, - благоговейно прошептал ученый.
Это означает, что можно отправиться в любую точку временного потока прямо сейчас и никто ничего не узнает. Согласно логам, он отправит в прошлое неживой предмет весом чуть более восьмидесяти килограмм, только и всего. Никакого криминала.
Он будет первым! Первым, черт подери! Да, потом могут быть проблемы, но победителей не судят...
- Так! - сам себе сказал Войниченко. - Не будем пороть горячку! Сначала нужно все проверить.
Скачок на четыре часа назад, длительностью, скажем, минут пятнадцать, вполне подойдет. Команда искину. Вспышка перехода... и вот вокруг уже раннее утро.
Солнце только-только готовится подняться над горизонтом. Улицы почти пусты, Москва еще спит. Только автоматические грузовики деловито снуют по всем пяти уровням, да жужжат оранжевые дроны зеленхоза, облетая чахлые городские насаждения и избавляя газоны от мусора и пыли.
Феноменально! А ведь запрет удалось обойти.
Но праздновать победу было рано. Надо проверить еще одно важное утверждение, а именно: невозможность физического контакта с объектами в прошлом.
Отправив запрос на открытие клетки с подопытными мышами, ученый с удовлетворением отметил, что компьютер его принял, значит, костюм не экранирует радиоизлучение. А когда Войниченко попытался схватить выскочившего из бокса грызуна, рука просто прошла сквозь зверька, не причинив тому никакого вреда.
- Работает! - от избытка чувств ученый пустился в пляс. Догадайся кто-то слить запись с камеры наблюдения лаборатории - сомнительная слава на весь Рунет ему обеспечена на долгие годы. Впрочем, согласно выкладкам изобретателя, ни одно записывающее устройство сейчас его даже не видит. Так что плевать.
Победный танец был прерван вспышкой обратного перехода. Отпущенные пятнадцать минут истекли незаметно.
Теперь стоило взять передышку и проанализировать эксперимент. Но профессора было не удержать. Хотелось немедленного повторения. Чего-то более серьезного.
- Динозавры! Я должен их увидеть! - воскликнул Войниченко. - Это будет воистину великим шагом для человечества. Но сначала сейф.
Для полноты эксперимента надо протестировать и второй предмет из комплекта. Распечатка и закладка в изолирующий ящик фотографии много времени не заняла, и спустя пять минут возбужденный исследователь вновь стоял на пусковой платформе, готовый к великому триумфу отечественной науки.
***
Анатолий Сергеевич приподнял голову над густыми зарослями папоротника. Чертовы рептилии, которых база данных смартфона определила как орнитомимов, были где-то рядом. Внешне они сильно напоминали страусов. Их ноги были сильными и длинными, а ростом ископаемые оказались примерно с человека. А еще глаза - большие и невероятно зоркие.
Удивительно, но столкнувшись с более ловким и умным противником, настырные хищники так и не оставили попыток изловить добычу. Профессор на собственной шкуре убедился - твари умны, быстры и, к сожалению всеядны. И если при первом столкновении обдурить ящеров удалось без усилий, то с каждым разом это становилось все труднее. Войниченко готов был поклясться, что гадкие существа быстро набираются опыта.
С самого начала все пошло не так: во-первых, элемент питания скафандра сдох вскоре после временного перехода и мелкие хищники, в изобилии водившиеся в джунглях стали его замечать, а потом заинтересовались необычной добычей вплотную. Пришлось от них побегать. Но это полбеды.
Гораздо худшей новостью стало то, что перемещение на 65 миллионов лет дало неожиданный временной лаг: запланированные полчаса превратились в неполные сутки. А именно в двадцать два с половиной часа. Хорошо еще, что изначально профессор выбрал относительно недавний меловой, а не более ранний кембрийский период, а ведь хотелось хоть одним глазком взглянуть на исполинский материк - Пангею. Что его удержало, Анатолий Сергеевич так и не понял. Не иначе как само провидение вмешалось. Расчет на наручном коммуникаторе показал, что такой прыжок субъективно мог растянуться на годы.
И вот теперь, после двадцати часов в бегах, ученый падал с ног от усталости. Таймер обратного отсчета показывал пять минут. Это означало, что здесь нужно продержаться еще два с половиной часа. Без пищи, воды, без сил, на последних каплях заряда мускульных усилителей нового экзокостюма. А подлые рептилии где-то рядом...
Приняв решение взобраться повыше, Войниченко выбрал самое высокое хвойное дерево, которое смартфон определил как араукарию и полез на его макушку, делая частые передышки, чтобы не дать экзоскелету разрядиться в нуль.
Оказавшись на вершине, профессор облегченно выдохнул, пусть любопытные динозавры и кружат вокруг, прикидывая как достать несговорчивую пищу, но тут он точно в безопасности.
Спустя еще час ящеры подозрительно активизировались. Они принялись стаскивать под сосну сухие ветки, мелкие бревна и прочий древесный мусор. Пока Войниченко терялся в догадках, произошло то, от чего у доктора наук и вовсе глаза на лоб полезли: один из орнитомимов притащил горящую ветку и сунул ее в кучу, выросшую к тому моменту до солидных размеров. Нестерпимо завоняло дымом, а притихшие хищники расселись вокруг исполинского костра и задрали свои морды вверх, как будто наслаждались процессом готовки пищи в ожидании скорого ужина.
Обратное перемещение в уютную и безопасную лабораторию, в благословенный 2050й год случилось в последний момент, когда Анатолий Сергеевич был почти готов спрыгнуть вниз, лишь бы не сгореть заживо.
Трясясь от страха, и обильно потея в пропахшем дымом и почерневшем от сажи скафандре, ученый обессилено рухнул на стерильный кафельный пол. Мысли путались, а разум отказывался принимать увиденное. То, свидетелем чего он стал, никак не вписывалось в привычный мир. Впрочем, учитывая обстоятельства, никому рассказывать об этом он не будет. Главное - спасся! Остальное неважно.
Теперь нужно попить, поесть и приниматься за работу: проверить логи установки, удалить записи с камер и почистить злополучный скафандр. Если владелец о чем-то догадается - будет знатный скандал. Из института выставят в два счета.
***
Стук в дверь раздался спустя всего несколько секунд, после того как профессор закончил все дела и уселся в кресло, приняв скучающее выражение.
- Да-да, войдите.
- Добрый вечер, - в проем просунулась лысая голова. - Это снова я.
-Вот ваши вещи, - приветливо улыбнулся ученый изобретателю. - С моей стороны к вам претензий нет. Заключение я подписал. Будете испытывать в ЦЕРТе?
- Да, - кивнул Степанов. - Мне сказали у вас мощность не самая подходящая.
- Разумно, - согласился профессор.
- Большое вам спасибо! Не знаю, как благодарить...
- Полноте коллега, - улыбнулся профессор. - Отчетик не забудьте скинуть. На том и сочтемся.
- Собственным хвостом клянусь - первым делом после испытаний! - заверил Степанов и, попрощавшись, покинул кабинет.
Выйдя из здания РАН, изобретатель понял, что зверски проголодался. По дороге от остановки аэро-трамвая он видел Макдональдс, но вредной для нежного желудка рапторов сублимированной говядины отчего-то не хотелось. Лучше поискать ресторан родной русской кухни. Пусть даже универсальный, сойдет. Расистом Алексей сроду не был, и вид жующих траву собратьев его не раздражал. Вот и этот Войниченко, показавшийся поначалу вредным типом, на поверку оказался нормальным мужиком. Даром что травоядный.
"Прогуляюсь" - решил Степанов. - "Когда потом еще время будет Москву посмотреть?" Для него, жителя отдаленной провинции тут все было в диковинку.
Скоростные магистрали, соседствующие с огромными парками и историческими зданиями на нулевом ярусе, выглядели вполне обычно, но стоило поднять голову и увидеть уходящие ввысь второй, третий, а за ними еще целых два уровня, как у Алексея перехватило дух. Расположенные друг над другом многочисленные административные и офисные здания, углы которых горели дорожками светодиодов, складывались в потрясающую перспективу, а сотни ярких голографических баннеров, раскрашивали вечерний воздух в невообразимые цвета. В один такой, с рекламой накладного хвоста для дам чуть не врезался сам Алексей. Засмотрелся на вывеску детской стоматологии, где только что вылупившийся из яйца младенец уже щеголял пастью полной острых клыков.
Видимо один из датчиков тут же считал интерес и под ноги Алексею устремились многочисленные дроны с голограммами медицинской рекламы. Известные международные клиники пластической хирургии наперебой обещали быстрое увеличение длины и даже толщины хвоста, косметические улучшения хребтовых пластин и даже имплантацию второго ряда зубов.
Изобретатель чертыхнулся и цыкнул на назойливых роботов. Они прыснули в стороны, все кроме одного. Этот оказался с рекламой пересадки перьев. Алексей машинально погладил лысину. Пожалуй, такую операцию все же стоит сделать. Но это потом, когда изобретение пойдет в серию и деньги потекут рекой. Он небрежно кивнул дрону и позволил загрузить свои контакты, назначив звонок через месяц. Как раз к этому моменту он планировал разбогатеть.
Рекламный бот мигнул зеленым огоньком, подтверждая, что принял заказ и отчалил, а Степанов, беспечно насвистывая незатейливую мелодию популярной песни "Я у мамы мастодонт", двинулся дальше.
Однако ни одной даже самой завалящей кафешки на нулевом уровне не оказалось. Что поделать, стоимость аренды площадей здесь просто баснословная. Пришлось подняться почти на сотню метров вверх на третий ярус и проехать еще полкилометра на траволаторе, прежде чем на глаза попалась знакомая вывеска с богатырем, от ноздрей до кончика хвоста покрытым кольчужной попоной.
Ресторан "Русский витязь" в лучших традициях национальной кухни обещал настоящую охоту перед трапезой для хищников и только дикорастущую зелень для травоядных. Обходилось удовольствие недешево, но Алексей решил не скупиться. После успешного, в чем он нисколько не сомневался, испытания изолятора, за патент отвалят такую кучу денег, что финансовые проблемы окончательно перестанут его волновать. Даже если не навсегда, то очень надолго. А там что-нибудь придумаем...
- Что желаете? - встретил его услужливый официант.
- Что-нибудь шустрое и легкое, - ответил Алексей. Возбуждение требовало выхода, хотелось как следует поохотиться перед едой, но перегружать желудок жирной пищей накануне важного дня не стоило.
- Безволосую мартышку? У нас только самые лучшие.
- Подойдет, - кивнул изобретатель.
Действительно, побывать в Москве и не отведать знаменитый деликатес - русских мартышек, на которых предки охотились чуть не с доисторических времен, было бы большой ошибкой. Дороговато... Но, черт возьми, гулять так гулять!
- Устрою вас в общей зале, - кивнул официант. - Сегодня там шведский стол, при желании можно поохотиться компанией, обезьян на всех хватит. Вольер номер двадцать семь. Пройдемте за мной.
"Забыл проверить образцы", - подумал по дороге изобретатель. - "Этот профессор вроде ничего так, но мне так спокойней будет".
Он снял рюкзак и быстро осмотрел вещи.
Костюм оказался в полном порядке, лишь аккумулятор внезапно оказался севшим в нуль, а вот в сейфе изобретателя ждал сюрприз - распечатанное на принтере изображение.
С картинки на Алексея глядела довольно упитанная обезьяна. Ради смеха, неизвестные шутники даже облачили ее в подобие темпорального скафандра надетого поверх подобия делового костюма, разумеется, это был какой-то обезьяний вариант. Выглядело все очень правдоподобно и донельзя комично. Вот ведь кто-то же не пожалел времени на подготовку снимка, как и свой дорогостоящий обед.
- Да уж... - Степанов рассмеялся. - А профессор-то оказывается шутник.
Намек изобретатель уловил сразу: "эффектом обезьяны" в научной среде было принято называть неучтенный фактор с негативным влиянием. Ведь всем известно, что эти забавные зверьки страсть как любопытны и постоянно суют нос, куда ни попадя, часто становясь причиной настоящих катастроф.
Похоже, таким необычным образом, опытный ученый советовал не терять бдительности в ходе эксперимента. Ведь темпоральный поток и сам по себе вещь серьезная. Мало ли, как все может сложиться.
В оформлении обложки использована фотография с https://www.pexels.com/ по лицензии CC0.
[1] Conseil européen pour la recherche temporelle - фр. (CERT) - Европейский совет по темпоральным исследованиям. В этом будущем штаб-квартира и экспериментальная установка находятся на окраине Москвы.
[2] БТЕ - единица измерения энергии в английской системе мер.
[3] Темпонавт - профессиональный (подготовленный) путешественник во времени.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
