Обложка Абсолютное бытие

Абсолютное бытие

Omni Videns

0% прочитано
Стандартный
Omni Videns

Абсолютное бытие

О чем-то, кроме любви

Не вижу смысла писать о чем-то, кроме любви.

И ни строчки еще без нее

Не написала.

Там, где темно,

Все равно

Теплится тонкая лучинка нежности.

Там, где холодно,

Иней растопит робкое дыхание,

Лед — дрожащие руки,

Может быть, слишком слабые, чтобы побеждать,

И тем более — чтобы причинять боль,

Но зато достаточно живые,

Чтоб разогнать мглу безучастности.

В конце концов,

Боли и так достаточно —

Зачем еще тратить на нее силы?

Зачем отнимать единственное занятие

У тех, кто больше ничего не умеет?

Если бы я могла не любить,

То, наверное, не любила бы.

Но увы,

Вместо гнева внутри только песни,

Вместо камней по карманам

Рассованы письма,

В которых одно лишь слово:

Люблю.

Люблю.

Люблю.

Сотнями строчек.

Потому что не вижу смысла

Писать о чем-то, кроме любви.

Карта снов

Ты говоришь, что видишь меня во снах.

Буйное небо —

Индиго мешается с сизым,

Горизонт в перламутре,

И влага сверкает на листьях.

Я лежу, наблюдая за бегом ярящихся туч,

На ладони у леса

И знаю:

Сквозь опаловый сумрак

В полуденной дрёме

Ты видишь меня

Яснее,

Чем могут узреть глаза.

Мой сладкий и терпкий

Запах октябрьского мха

И валежника после дождя

Слышен отчетливей, чем духота в перевёрнутой спальне,

Где под потолком клубятся похмельные сны.

Наклонись ко мне,

Дай к вискам твоим прикоснуться,

Ещё не выпавшим снегом

Остудить перегретую боль

И усталость, не знавшую края.

На карте путей ирреальных,

Онейрических странствий

Отметка —

Твое сознание.

Мерцание

В далях, наполненных рябью знаков,

Которыми наши предки

В веку костяных ножей и зрячих дольменов

Помечали любимых,

Делая их заметными для богов.

Я лежу, наблюдая за ходом небесных часов,

На ладони у леса,

Закрываю глаза — может, тоже усну,

Убаюкана ветром.

И тебя

Разыщу среди тысячелетних деревьев,

Помнящих наши прежние воплощения.

Врата над холодной водой распахнутся — в них солнце.

Вернусь ли

Туда, где ждут меня так давно?

Ты говоришь, что видишь меня во снах.

Счастливый.

Мне не снится совсем ничего.

Буря, которая всегда рядом

Собери меня в горсть, как песок,

И согрей без особенных слов.

Я — морозная крупка, я — снег

На висках твоих, зимние прядки.

Век бежит от людей без оглядки,

Но на месте застыв, как во сне.

Ускользающий времени лёт

Нашим встречам-прощаниям счёт.

Прекратит пусть зацикленный бег

Не "Прощай, моя радость", а "Здравствуй",

Словном ливнем в ноябрьском ненастье

На минуту лишь прерванный снег.

Собери меня в горсть, как песок,

Как разлук поднебесную соль.

Я — голодные волны, я — шторм

В твоем внутреннем тайном порядке.

Я вкусила мятежной загадки

Пред твоим побледневшим лицом.

Но стихии безудержный шквал

Твердь земную лишь пеной обдал.

В темноте умолкающий гром —

Шепот, полный надежды и ласки.

Мы слились — нерушимость и натиск,

Как в ночи зародившийся шторм.

Молитва

Боже, я сохраню

Всё, что дал мне Ты.

Глас мой к Тебе,

Но не с просьбой, а Песнь Песней.

Расскажу о любви земной.

И опять, и опять.

Эдемская мысль —

Чище росинки на белой лилии.

Почти прикоснулась.

Я знаю, Ты ждешь.

Мы покинем терновые заросли.

А пока.

Пока льется кипящая желчь

Берегами свинцовыми,

Овечьим молоком омою лики Твои.

Пока помазанные ядами

Ненавистью слово чернят,

Слово в их руках мироточит гноем,

Каждый звук исцелю,

Заново дам имена вещам,

Научусь говорить, как ребенок — впервые,

Чтоб Тебя славословить.

Глас мой к Тебе,

Но не с просьбой, а с радостью.

Ты был прав,

Когда дал мне душу,

В которой не умещается зло.

Сын Твой — первый бунтарь,

Мятежник духа,

Средь медовых полей стоит

С ягненком на руках.

Пальцы в теплую шерсть зарылись.

Вот таким Он в сердце моем живет.

Вот таким Он живет.

Ночь в Гефсиманском саду

Рассеялась

Воспоминанием зыбким

В момент пробуждения.

От целого сада осталось дерево,

Чьи ветви уходят в небо.

Глас мой к Тебе,

Но не с просьбой,

А с пожеланием.

Будь счастлив, Боже.

Будь счастлив.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге