Голос из ниоткуда
Давай заберемся в горы
Давай заберемся в горы, Забросим цивилизацию. Там нет ни беды, ни горя, Ни сломанных канализаций. Там так хорошо порою, Что петь начинает сердце. Давай заберемся в горы, Дадим нашим душам согреться.
Посмотрим на мир с вершины, Послушаем ветра шепот, Забудем про шум машин И кучу обыденных хлопот. Уйдем от своих проблем, Стараясь громко не топать. А если уйдем насовсем – Нам можно будет похлопать.
Побудем немного вдвоем. Зачем нам нужны эти люди? Давай, собирайся, пойдем. А вдруг больше шанса не будет? Там чист, как слеза, водоем – Пусть он нас немного остудит. И мы, под шум волн, споем О наших израненных судьбах.
Давай же, смелее, пошли! Зачем запираться в бетоне? Мы счастье ещё не нашли. (Неужто в дерьме и потонем?!) О нем мы из книг лишь прочли, Но люди, в повышенном тоне, Твердят, что его обрели. А сами от боли стонут.
Мне так надоели они Своими притворством и лестью, И тем, что за ними стоит. Тебе ведь тоже, коль честно? В них нет ни добра, ни любви, Ни даже души. С нею тесно. А что там у них внутри – Мне вовсе не интересно.
Тебе же не страшно со мной? Мы сделаем шаг в неизвестность, Но это ведь стоит того! Поверь мне, все будет чудесно. Дай руку, не бойся, пойдем, В волшебное, дивное место - Лишь горы и мы… мы вдвоем, И жизнь без забот, словно в детстве.
Ты знаешь, там легче дышать, Там крепче, спокойнее спится, И там, наконец-то, душа Свободно парит, словно птица. Там вовсе не жизнь, а мечта – Нет денег, врагов, и границ. Давай просто сделаем шаг! Ведь нужно когда-то решиться.
Подумай, какой там закат, И как там спокойно живется. Представь, как большой водопад Сверкает в лучах, данных солнцем. Там в сто раз красивей гроза, И дождь восхитительней льется. Ты все ещё хочешь назад? Я – нет, но, пожалуй, придется.
Не нужно вилять, мол «потом». Давай, собирайся, скорее! Мы можем построить там дом, И жить, ни о чем не жалея. Прощайся с любимым котом, Который на солнце балдеет, Порадуй его молоком И близким отдай, хоть на время.
Теперь нам дорога наверх Сквозь камни, упорно, не млея, Настойчиво веря в успех И правильность нашей затеи. А если сомненье берет, Что нынче для этого время - Так вспомни, что ты человек, А люди, порою, стареют.
Давай же со мной, напролом, Пока все не станет крушится. А так было сложно решиться…? Спасибо тебе и на том.
Война внутри меня одного
Пожалуй, меня морально тошнит от людей Я вижу в их лицах ложь, а хотелось бы смысл. Кто самый лучший с виду – по сути, злодей, И мне не дает покоя теперь эта мысль. Она словно пуля торчит в голове моей – И вытащить сложно, и там оставить нельзя, И с каждой минутой становится все трудней. А что сейчас делают, мне интересно, «друзья»?
Я ем лицемерие ложками день за днем, Лапша на ушах очень плотно давно застыла. Они говорят: «Мы скоро к тебе придем» И правда приходят. С ножом, чтобы вставить в спину. Закрыть бы все двери на крепкий железный засов, А дом тот же час привязать сторожить злую псину... И скрыться надежно от всех их неискренних слов, Я просто уже сыт по горло всем этим, спасибо.
Хочу убежать, но куда? И вообще от чего? Хотелось бы спрятаться где-то на поле битвы. Она протекает внутри меня одного, И я на ней раненый, но еще не убитый. Да – больно, да – страшно, но это скоро пройдет. Надеюсь, что скоро... Я слышал, что время лечит. Возможно, однажды, меня здесь кто-то найдет, И вскинет мое полумертвое тело себе на плечи.
А если же нет... велика ли моя беда? Мой жизненный путь преждевременно, значит, был пройден. Я просто в честном бою с собой проиграл. А кто же получит в итоге посмертный орден?
"Ты еще дышишь?"
Давай заклеим раны душевные пластырем,
И сор из жизни своей попробуем вымести.
Мне множество раз твердили, мол, не случается,
Чтоб боли давалось больше, чем ты мог вынести.
Те самые люди внушали мне веру в Бога,
Науку и вовсе ставили под сомнение.
Я думаю, вряд ли, большого внимания стоят
Их слишком важные и неоспоримые мнения.
И коль бы суждения их о боли являлись правдой,
А не простым утешением тем, кто их слышит,
То вряд ли бы люди под поезд ложились «случайно»,
Едва ли «по неосторожности» прыгали б с крыши.
Но мы не такие, и нам сдаваться нет смысла.
Мы очень многое, верю я, дать еще сможем миру.
Я каждую ночь буду приходить к тебе: «Ты еще дышишь?»
- Дышу. Останься со мной навсегда в пределах этой квартиры.
О людях и мусоре
Увы, я к людям не питаю уважения.
Не выношу, когда в священной полночи
На смех берут твои все откровения,
А после так легко звонят и просят помощи.
Не выношу, когда в лицо такие милые,
Что остается лишь посыпать сахаром,
А за спиной тебе роют могилу,
И если б ты исчез, то не заплакали.
Не понимаю, быть зачем такими злыми.
Зачем устраивать войну, идя на гибель?
Зачем последние гроши сдирать у нищих
И дома радостно сидеть, считая прибыль?
И против этого ни правил, ни законов.
Покрылось гнилью все. Как ее вывести...?
-Не забывайте мусор выносить из дома!
-А из людей его нельзя ли вынести?
Сгоревшая в любви
Я хочу не писать тебе письма,
Не делиться больше секретами.
Я хочу от тебя не зависеть
Это больно, только поэтому.
Ты, я вижу, меня не любишь
Ненавидишь даже, возможно.
Сильно ранишь, предвзято судишь.
Это так на тебя похоже.
Нож достань со спины, пожалуйста
Он пронзает мне насквозь сердце
Нет, прости, я совсем не жалуюсь.
Соль не нужно, сыпь раны перцем.
Я не слабая, я все вытерплю
И орать не буду в отчаяньи
Не скажу, что тебя до сих пор люблю
Ой, прости, это вышло нечаянно.
Поменяю свой номер полностью
Чтоб не видеть твой вызов в каждом
Вдруг захочешь однажды полночью
Поболтать о чем-то о важном.
Да кого я дурачу, впрочем?
Из двоих только я скучала.
Разговор наш давно окончен.
Ах, о чем я… давай сначала!
Я хочу не молить о помощи,
Я хочу не рыдать ночами.
Ты считаешь меня подлой сволочью?
Я ведь доброй была изначально.
Я всем верила, все прощала,
Об меня вытирали ноги.
Мне ведь столько всего обещали,
И оставили гнить на дороге.
От меня так легко избавились
Обо мне так быстро забыли.
Так не делают даже с вещами.
Я была не весомей пыли.
А теперь я совсем другая
Извини меня, если можешь
Я жила в аду, а ты в рае.
Не суди. Может, лучше поможешь?
Я устала быть сильной, знаешь?
Я устала терпеть все гадости,
Те, которыми вечно терзаешь.
Я хочу хоть немного радости.
Я хочу улыбаться людям,
Что идут мне навстречу вечером,
А не думать, что с ними будет,
И с телами их изувеченными.
Извини, слишком много агрессии…
Слишком много бесчеловечного.
Это высшая степень депрессии,
И добавить здесь больше нечего.
Я не злая, я просто не знаю,
Как из этой выбраться пропасти.
Мне в ней больно, и я замерзаю.
Я зависла как в невесомости…
Здесь становится слишком холодно
Лед сковал мое тело полностью
И душа вместе с телом скована.
Я уже не надеюсь на помощь.
Ты пришел? Я, кажется, таю
Мне тепло! Я немного окрепла.
Нет, мне жарко. Горю. Я сгораю…
… и как феникс восстала из пепла.
Ночное убийство
Это было ночное убийство Кровь сочилась на мокрый асфальт День спокойный был. Снег кружился. А потом все пошло не так.
Он сидел за столом весь день, Он не двигался, не говорил. И дышать уже стало лень. Сигаретку взял, закурил. Поразмыслил о жизни своей, Что-то вспомнить не мог никак - Может фразы, а может людей. В голове был сплошной бардак. Разобрать его нужно время, Много месяцев, или лет. Но хотел ли он это делать? Я не знаю, наверное, нет. Дома было сидеть невозможно, И вот он у двери одет. Для прогулок уже было поздно, Но всегда был на страже рассвет. Он поспешно вышел из дома, Вдоль безлюдных прошел аллей, Они были до боли знакомыми - Он провел здесь немало дней. Снег растаявший плыл под ногами Фонари свой бросали свет Он шел быстрыми слишком шагами, Как ходил уже много лет. В этом месте прошло его детство: С кем-то ссорился, с кем-то дружил. Он все помнил, на диво, чудесно Хоть давно здесь уже не жил. Ностальгия пронзила сердце, Вдруг он вскрикнул, был выстрел, смех (Жаль, не вспомнить порядок действий) И упал тут же замертво в снег.
- «Я не знаю, кто был убийцей, Слышал выстрел и, кажется, бег. Знаю лишь, что работал в полиции, И хороший был человек». Все о нем отозвались прекрасно, Говорили, счастливый он был. Что случилось, им было не ясно, Каждый сразу об этом забыл. Ведь у всех свои жизни, заботы. Толку думать о судьбах чужих? Кто там умер ночью в субботу, Кто успешно продолжил жить. След от крови давно уже выцвел, Но никто не нашел ответ, Кто же сделал тогда тот выстрел, И оставил там пистолет.
Он из жизни ушел очень быстро, Не жалея и не скорбя. Это было ночное убийство. Он убил в эту ночь себя.
Самодельный робот
Деревья меняют листья, змеи меняют кожу,
А я вот не изменился - остался такой, как прежде.
Не знаю, что с этим делать. Меня это очень гложет.
Я вовсе себе не нравлюсь, но в сердце живет надежда.
Куда бы сейчас податься? Где скрыться от всех печалей?
К чему мне теперь стремиться? Зачем мне вообще все это?
Вопросов так много разных. Они будто одичали.
Они мне срывают крышу. И ни одного ответа...
Я маленький робот странный. Живой лишь на пять процентов,
Закрывшийся в своем мире из множества тонн железа.
Здесь куча лежит орудий - я мог бы обороняться,
Но вместо этого сам неустанно себе наношу порезы.
Я много хотел узнать бы: прочувствовать слово счастье,
Понять, что такое горе. Но с этим пока что сложно.
Я сделан из прочной стали, с защитой от всех ненастий,
Но бьется живое сердце. Такое тоже возможно.
Я лишь самодельный робот. И мне от этого тошно.
Хочу быть из плоти и крови, но страшно и не выходит.
Хочу быть любимым кем-то, желательно, очень срочно.
Но разве полуживые кому-то на свете подходят?
Голос из ниоткуда
Очень жаль, что порой слишком поздно бывает умнеешь. Я хотел быть хорошим для всех, но момент то упущен. Говорили не раз мне мол «пожнешь что посеешь», И тогда для меня это было ужасно гнетуще
Я подумал: «А много ль вы смыслите в этой жизни?!» И пошел так как мог, как хотел. Пошел как умел. До предела дошел, а затем оказался вдруг лишним В жизни тех, для кого сам я, в общем, лишь жить и хотел.
И вопрос тут назрел: а куда же теперь мне податься? Для кого я не стану проблемой, не стану обузой? С кем я снова смогу обрести настоящее счастье? И молчанье в ответ легло на душу тягостным грузом.
- «Ты же сам доигрался!» – внезапно сказало сознание. - «Ты продал меня дьяволу!» – резко шепнула душа. Сердце выбило в такт: - «Ничего уж теперь не исправить!» Сам я тот час на землю свалился, не в силах дышать.
- «Позабудь!» – крикнул голос нежданно, доселе неведомый. Я поднялся, отерся. Решил оглядеться: а вдруг?! Не нашел никого, кто бы мог навредить мне заведомо. И вообще никого. Но спросил я: – «Скажи, ты мне друг?»
Тишина вновь в ответ. Но он здесь, но он есть, я же чувствую. - «Обьясни, почему я не вижу? Скажи, где стоишь? Мне нужна сейчас помощь, я рад бы любому присутствию!» И вдруг понял: дружок, а ведь ты сам с собой говоришь.
Ты же все потерял: что было, и то, чего не было; И семью, и друзей, и свое беззаботное будущее. Разноцветную пленку сам превратил в черно-белую, И лишь сам себе можешь теперь посочувствовать.
Слишком много ошибок, которых уже не исправить, И они как открытая рана, что вечно болит. У судьбы, к сожалению, очень уж прочная память, И она никогда не прощает обид.
И я понял всю истину! Понял! Да жаль только поздно. Столько сил я впустую потратил, себе же во вред... Но мой внутренний голос озвался, немножечко грозно: - «Да, для них ты погиб, а вот для меня еще нет.»
И улыбка меня озарила давно позабытая, Сердце чаще забилось, и снова запела душа. Если с самим собой отношения удалось сохранить - Значит можно еще дышать.
Милый друг
Уходи, милый друг, подальше и безвозвратно Не терзай мою душу и тело тоже не трогай Вот еда, вот одежда, вот самая лучшая карта, Даже денег могу тебе дать, если хочешь, немного.
Позвонишь мне, когда доберешься, расскажешь как ты Я ведь знаю, захочется голос твой вновь услышать И не нужно гадалкой быть, раскладая карты, Чтоб понять, как с тобой мы неровно друг к другу дышим.
Мы давно влюблены, и, возможно, бесповоротно В нашем сердце искра, что горит (или может тлеет) Да, у нас с тобой совсем разные в жизни заботы Но вот жить друг без друга – однаково не умеем
Милый друг, но послушай, что я сегодня скажу тебе Не сложилось у нас, и ладно, быть может к лучшему Мы боролись, но не победили в нашей личной борьбе, Отдадимся давай, пожалуйста, воле случая.
Ты ушел, я ушла, и мосты сожжены и сломаны Путь неправильный, но спокойный. Без капли риска в нем. Две дороги, теперь ведущие в разные стороны. И забудем, что были когда-то друг другу близкими.
Не скучай, я тоже не буду, расстанемся сильными Но не дам обещаний. Не думаю, что получится. Может быть, я скорее расстанусь разве что с силами... Но ведь мы же уверены, правда, что это к лучшему?
Как мы счастливы были - друзья теперь не услышат от нас Но страданий друг другу тоже уже не доставим: Я не буду бояться твоих, душу ранящих, острых фраз Ты свой бедный кулак в стену бить наконец перестанешь.
Милый друг, ты там счастлив сейчас? Подай мне хоть весточку. Что ж, забыл? Хорошо, и я тоже, пожалуй, счастлива. Не волнуйся, я справлюсь. Я справлюсь тебе в отместочку! Одеваться вот ярче стала, помада красная.
И парней очень много хороших и добрых вертится Обещают весь мир к ногам моим кинуть, в общем то Задарили меня цветами, вот ужин вечером Никакого совсем убийственного одиночества.
•••••••••••••••••••
Не пишу потому что не смог еще с болью справиться, И не знаю как вылечить этот ужасный недуг. Пара строк – вот и все, на что сил мне останется: «Буду ждать тебя вечно. Твой милый друг».
Я все потерял
Я все потерял И друзей, и врагов И любовь, и мечты И реальность...
Я забыл кто я есть Я из тех дураков, У кого ничего не осталось
Я пришел в никуда. Я старался, желал И ломал на пути все преграды
Я дошел до конца До предела дошел И мне даже здесь не рады
За душой ничего Даже, в целом, души И от этого так одиноко
Я все потерял Осталось лишь тело Но и оно не надолго
Один в поле воин
Я один в поле воин согласно судьбе, И согласно всевышнему плану. Я родился, и выжил, и прожил в борьбе, Прикрывая точащие раны.
Я уставший от жизни иду напролом, Примеряя различные роли. А железная маска сравнилась с лицом, И от страха храня, и от боли.
Одиночество раньше пугало меня, Я стучался в закрытые двери Я просил, чтоб пустили, я даже кричал И в расклад такой грустный не верил.
Мне ответили «Нет». Я смирился, затих, Отпустил это тяжкое бремя. Было время, я чувствовал... Было любил... Это было ужасное время.
Сам с собою всегда. Что в проблемах больших, Что в период великого счастья
Я не верю, когда Кто-то мной дорожит, И не смею никак обольщаться.
Это все ни о чем.
Знаешь, было не так. Мне казалось, что я... не один. Я действительно верил, (Нелепый чудак) Что могу быть, и вправду, любим.
Но итог был каков? Предательство. Ложь. Лицемерие. Сильная боль.
Я успешно избавил себя от оков, И о том себе жалости ноль.
А с потерей внутри я смирился давно. Одиночество – это броня. Никому в этом мире теперь не дано Ни обидеть, ни ранить меня.
Даже если подставят однажды плече, И покажется кто-то «своим». Помню только одно: «Это все ни о чем» Все-равно я навеки один.
Откровенно плохие стихи
Есть откровенно плохие стихи, Даже читать их не хочется. Только начав, прямо с первой строки, Ждешь: «Ну когда же он кончится?!»
Рифмы не очень, и смысла там нет. Все невпопад, все не ладится. Кто мог вообще написать этот бред?! Или он так издевается?
Думаешь: «Может быть автор дурак? Может в бреду писал это?» Лучше совсем ничего уж, чем так. Стыдно назваться поэтом.
Стыдно, что можно такое слагать Стыдно, что кто-то читает. Мысль не выходит совсем излагать, А все-равно сочиняет.
Нет, ну когда до писаки дойдет, Что графоманить не нужно. Я бы устроил всеобщий бойкот, Или чего-то похуже.
Пусть не позорят поэтов других, И без того им не просто. Взял бы таких, из мотивов благих, Выслал на маленький остров.
Там, где не будет совсем никого – Там фантазируйте вволю. Хитро придумал я! А, каково! Все же чего-то я стою.
Просто боюсь за народ и за мир, Где бесталанные в массах. Если такой у кого-то кумир – Значит, культура угасла.
Есть откровенно плохие стихи. Я бы навел вам пример, но Сборник откройте мой и посмотрите – Каждый второй... каждый первый.
Клоуны рядом
Оглянитесь, клоуны рядом. Посмотрите прямо им в лица. Они вышли будто из ада, И хотят теперь веселиться.
Никого они не боятся, Ничего им в мире не чуждо. Оглянитесь, клоуны рядом, И хотят предложить вам дружбу
На лице их вечно улыбка, Но, по сути, это гримаса. Они ждут лишь вашей ошибки, И дождутся этого часа.
Стоит раз им только поверить, И обратно не возвратиться... Запирайте получше двери, Очертите свои границы.
Не ведитесь на милый голос, И на приторное веселье. Все они способны на подлость, Даже если молят о спасении.
Перед вами всего лишь маска, А под ней пустота, не более. Обещать будут дивную сказку, Что в кошмар превратиться вскоре.
Хорошо умеют смеяться, Но внутри поголовно сломаны. Вот и вышли с судьбой сражаться На арену грустные клоуны.
И от них никуда не деться.... Это правда безумно страшно: Стоит пристально лишь вглядеться – И увидишь клоуна в каждом.
Дурной сон
Этой ночью ты снился мне мертвый, Без малейших жизненных признаков. На холодном полу распростертый, И с витающим рядом призраком.
Кровь струилась на старый ковер, Твоя поза была немыслима. Я осталась с тобой вдвоем. Я была от тебя зависима.
Сердце билось, будто в последний, И решающий смертный час. Я спросила: «Кто это сделал?» Ты ответил: «А кто не спас?»
Это все, наверное, бредни. Сон тревожный был от разлук. Но в моей сокровенной вселенной Умер мой самый близкий друг.
Беда не приходит одна
Говорят, что беда не приходит одна. Эта правда действительно гложет.
Говорят, если в доме случилась беда – Друг тебе непременно поможет.
Я стоял и смотрел, как горят все мосты. Опускались стремительно руки.
Я нуждался в поддержке, объятиях простых От всех тех, кого счел верным другом.
«Верный или не верный покажет беда» — Так всегда меж людей говорится.
Я сказал им: «Придите, придите сюда», Просто чтобы увидеть их лица.
Чтобы знать, что я важен, что я не один, И есть с кем еще вместе сражаться.
Но никто не пришел, и я сам пошел к ним. Я пошел, я не смог удержаться.
Мне открыли, пустили к себе на порог. Хоть в глазах интереса не видел –
Я излил свою душу, излил так, как смог, Но они не подали и вида.
Лишь насмешка мелькнула у них на лице. Кто-то молвил, что ныть не солидно,
Кто-то вовсе зевнул от сих скучных речей, И мне стало действительно стыдно.
Одиночество сгрызло меня целиком, Может даже могло подавиться.
Как хотелось быть дальше слепым дураком... Как жалел, что увидел их лица...
Я смотрел на друзей, но увидел врагов. Это было ужасно обидно.
Я ушел навсегда, а за мной на засов дверь закрыл... лучший друг, очевидно.
Демократия (?!)
Демократия – высшая ценность, Что дала наша власть народу. Хочешь митинг – иди на митинг. Посмотрите, у нас свобода!
Только рот открывай поменьше, Да кричалки ори потише. Перекроем сегодня площадь. Ой, смотрите, никто не вышел?!
В объективах «дешевых» камер (не по ценнику, а по сути) Вас представят как хулиганов, Но мы правда вас очень любим.
Мы ведь всё для народа, верьте! И салют и парад победы – Ничего нам не жаль на свете (Если только за ваши деньги).
Что не так вам, скажи на милость? Мало пенсии чтобы выжить? Ну немного не получилось. Вам всё сразу подай, бесстыжим.
Даже митинг не так как надо Совершили по принужденью. Извините, но что за стадо Вышло вдруг без предупрежденья?
Мы бы вам разрешили в среду. Может быть, например, в субботу. Но сегодня, простите, вторник — Демократия не работает.
И майору (взглядов свободных) Дан приказ, аж мороз по коже: Посадить в автозак неугодных, А угодных немного позже.
Вы забудете все до завтра, Ведь зачем поминать былое. И откуда столько азарта? Поезжайте лучше на море.
Прекратите на мозг нам капать, Что пошла за такая мода?! И кончайте над трупом плакать. Просто верьте, это свобода.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
