Обложка #10 Печать пожирателя

#10 Печать пожирателя

Соломенный Илья

0% прочитано
Стандартный
Соломенный Илья

#10 Печать пожирателя

Глава 1 - Игра на опережение

20 июля 2035 года. Долина Царей

Воздух в Долине Царей был всё тем же - сухим, раскалённым, пропахшим пылью веков и остывшим камнем. Но на этот раз он казался мне едким, обжигающим не лёгкие, а саму душу - потому что я чувствовал лед древней силы, пропитавшей это место.

Уж не знаю, потому ли, что мне удалось убить одного из Совета, или потому, что я тащил в себе часть его силы и личности…

Дерьмо космочервей, до сих пор не верится, что мне… Нам - удалось!

Бросив быстрый взгляд на Илону, я усмехнулся.

И подумать не мог, что начав с ней отношения, всё обернётся… Так. Что именно благодаря ей, благодаря её любви, благодаря тому, что она рискнёт пожертвовать собственной безопасностью и отдаст мне крохи Эфира, которые я дал ей для защиты - благодаря всему этому мне удастся убить божественную сущность…

И ведь сама научилась манипулировать Эфиром! Для человека это просто что-то немыслимое!

М-да, в выборе спутницы я точно не ошибся… Станет королевой этого мира, когда закончим!

Мы шли по знакомому ущелью, и каждый камень, каждый поворот напоминал о прошлом визите. Только тогда я не знал чего ждать - и в итоге Илону похитили, а я получил лишь крупицу знаний. Теперь же всё было предельно ясно.

Илона шла рядом, её плечо иногда касалось моего. От неё пахло дорожной пылью и слабым ароматом мыла (страшно представить, сколько воды она израсходовала на яхте после того, как мы покинули Индию!). Рыжие волосы, собранные в высокий хвост, а золотые глаза внимательно осматривают обстановку - но теперь кроме настороженности в них столько удивления…

- Значит, вот как обстоят дела… - наконец, произнесла она.

Я только кивнул - только что закончил рассказ. Вывалил на невесту всё - холодную, горькую правду о Совете, о том, что древние пожиратели не просто маги-узурпаторы, а беглецы из иного мира, последние титаны, о том, что они играли в земных богов, а теперь собрались разрушить планету - просто чтобы сбежать.

Тишина после моих слов повисла густая, звенящая, нарушаемая лишь шуршанием песка под ногами и отдалённым воем ветра в скалах.

Я снова посмотрел на невесту.

Илона шла, уставившись прямо перед собой, и даже под слоем загара её лицо показалось мне бледным.

- Получается, Распутин, его заговоры, его интриги против Императора… - наконец проговорила она, и её голос прозвучал неестественно тихо и хрипло, - Всё это было такой… детской вознёй в песочнице по сравнению с тем, что происходит сейчас?

Она резко повернула ко мне голову, и в её золотых глазах читался не страх, а ошеломлённое недоумение.

- Я думала, мы имеем дело с могущественными колдунами, вышедшими из-под контроля! С теми, кто дёргает за ниточки теневым правительством, а тут… - она резким жестом ткнула пальцем куда-то в небо, - Инопланетяне? Древние боги? Серьёзно, Марк? Ты сейчас не надо мной издеваешься?

Я лишь мрачно покачал головой.

- Иномирцы, если уж говорить о терминологии… И уж поверь, я бы предпочёл, чтобы это была шутка. Тогда у меня было бы куда больше шансов против них.

Илона фыркнула, и это прозвучало дико неуместно.

- Ну знаешь, - в её голосе появились знакомые нотки едкого сарказма, - Когда-то мне казалось, что самый опасный парень на планете - это Император. Потом я узнала о Распутине. Потом увидела, на что способен ты, и снова передумала. А теперь выходит, что все вы - просто мелкие муравьишки по сравнению с этой… компашкой расстроенных беженцев, которые заскучали и решили устроить апокалипсис от скуки!

Она покачала головой, смахнула со лба каплю пота.

- Боги, - выдохнула она с горькой усмешкой, - Настоящие, долбаные, всесильные боги! И ты, мой дорогой, рискнул в одиночку пойти против них! Прямо как… - она запнулась, подбирая сравнение, - Как Прометей, получается? Или… да кто там ещё из их мифов бросал вызов небожителям?

- С твоего позволения я оставлю собственное имя.

- Похоже, я недооценивала твои амбиции, Марк. Может, и тебе пора в пантеон записываться? Место, я смотрю, скоро освободится.

Она шутила - сквозь дрожь в коленях и леденящий ужас, который я чувствовал исходящим от неё тонкой, почти невидимой пеленой. Это был её способ справляться с невыносимым давлением реальности.

Я не ответил - лишь усмехнулся про себя, глядя на вход в проклятый храм, что зиял в скале впереди, как чёрная, беззубая пасть.

“Если бы ты только знала, дорогая” - промелькнуло у меня в голове - “Если бы ты только знала, что твой "Прометей" и сам из той же оперы... И что мой вызов Совету - это не подвиг во имя спасения человечества, а... внутривидовая конкуренция. Битва за место под солнцем, которого, возможно, скоро и не станет”

Но вслух, разумеется, я ничего не сказал. Лишь сжал её руку в ответ на шутку - коротко и сильно - давая понять, что я здесь, что мы вместе.

А потом сделал шаг вперёд, к тёмному проёму.

Мы двинулись вглубь храма, и знакомый мрак, пахнущий сыростью, прахом и озоном, поглотил нас. Под ногами хрустел песок и мелкий щебень. Где-то впереди с тихим шелестом прощупывая путь, скользили по камням и сливались с тенями мои энергожгуты.

Илона шла по лабиринту сразу за мной. Её дыхание было ровным, но я чувствовал, как бьётся её сердце - частым, тревожным ритмом.

- Я просто не могу всё это переварить, - голос невесты, приглушённый стенами с зелёными прожилками энергии, прозвучал задумчиво, почти мечтательно, - Вся наша история… Вся мировая история, Марк! Войны, империи, религии, великие открытия… Всё это - что? Побочный эффект? Декорации для их… их долгой, затянувшейся партии?

Она споткнулась о камень, я инстинктивно поддержал её за локоть. Кожа Илоны была прохладной…

- Мы изучали в училище Древний Египет, - продолжала она, и в её голосе слышалось нарастающее изумление, - Да что там, я выросла в окружении исторических книг, знаю огромное их количество наизусть ты и сам в курсе! Все эти мифы об Осирисе, Сете, Исиде… О древних китайских богах… Минос, древнегреческий пантеон? Скандинавский? Ацтекский? Это просто… Это что вообще?! Отчёт о рабочих буднях Ментухотепа и его приятелей?! Получается, никакой магии в её настоящем, человеческом понимании и не было? Всё, к чему мы стремились, всё, во что верили многие поколения человечества - всего лишь бледная тень, отблеск их технологий, которые мы приняли за чудеса?! За законы мироздания?!

Я молчал, позволяя ей выговориться, давая ей время осмыслить невозможное. Мои щупальца тем временем наткнулись на первую ловушку - замысловатый узор, высеченный в полу. Ловушка была новая - в прошлый раз такой не было - её магия скрутилась до размеров атома, но готова была выплеснуться и оторвать нам ноги.

Я послал короткий, точечный импульс физическо энергии, и древние руны с треском погасли, рассыпавшись в пыль.

- Если бы это стало известно… - Илона говорила всё быстрее, её мысль работала, выстраивая логические цепочки, - Если бы мы смогли рассказать всем… не только магам, а всем! Всему миру! Это же перевернуло бы всё с ног на голову! Не было бы никаких споров о том, кто прав, чья магия сильнее… Все объединились бы перед лицом такой угрозы! И… - она сделала паузу, и я почувствовал, как её взгляд упёрся мне в спину, - И твоё имя очистилось бы, Марк! Все бы поняли, против кого ты на самом деле сражался! Ты бы стал не изгоем, а… героем. Спасителем, который первым узнал правду и осмелился бросить им вызов!

Её голос звенел от внезапно вспыхнувшей надежды. В нём была такая трогательная, такая наивная вера в силу правды и справедливость людского суда, что я не выдержал и тихо рассмеялся. Мой смех прокатился по тёмному коридору, странным, отстранённым эхом.

- Милая моя, - произнёс я беззлобно, но с лёгкой усмешкой, - Ты думаешь, людям нужна правда? Они сожгут первого же, кто попробует им её рассказать, как еретика, сумасшедшего или провокатора. Так было всегда, и я, честно говоря, не уверен, что у меня получится что-то изменить. Хотелось бы, но… Мир предпочитает удобную ложь, в которой человек - венец творения, а не… побочный продукт чужих игр.

Я остановился и обернулся к Илоне. В слабом свечении, что исходило от парящего над нами магического светильника, её лицо казалось бледным и очень юным.

- А что до моего имени… - я пожал плечами, и сидящий на на правом плече Хугин переступил с ноги на ногу, издав тихий щелчок, - Героем быть накладно. И смертельно опасно. Мне это даром не нужно.

Илона удивлённо посмотрела на Хугина. Механический ворон повернул голову, и его объективы-глаза холодно блеснули в полумраке, поймав отблеск магии.

- Так ты всё записываешь?! Все наши разговоры?! - возмутилась она.

- Не все, конечно. Но какой-то материал да, собираю. Я реалист, малышка, ответил я её, легонько коснувшись пальцем металлического клюва Хугина, - И я давно усвоил одно простое правило: слово - это всего лишь вибрация воздуха. А вот видео… Видео - это доказательство. Неопровержимое, улика, которая не потерпит никаких оправданий! Ты сама видела как меня изгнали из Империи обычной нейронкой. Ну… Почти обычной. Так что мне мешает провернуть обратный трюк?

Хугин тихо каркнул - сухой, механический звук, чуть насмешливый - и на мгновение его глаза вспыхнули ярче, проецируя в пыльный воздух крошечную, мерцающую голограмму.

Кадр из горящей крепости одного из махарадж-пожирателей.

- Всё, что сейчас происходит, - тихо произнёс я, глядя в широко раскрытые глаза Илоны, - Всё, что имеет отношение к Совету этих сраных пришельцев… Всё это я снимаю, да, с помощью Хугина. Каждый бой, каждое доказательство их силы, каждое наше слово. Весь этот путь. Всё это - мой страховой полис, если позволишь. Моё оправдание.

- Перед Императором?

- Нет, - усмехнулся я, - Перед обычными людьми. Все эти видео будут говорить за меня - громче любых слов. А народ пусть сам решает, кто я, герой или злодей.

- Что-то мне подсказывает, что ты подашь всё так, что злодеем точно не окажешься…

- А ты хорошо меня знаешь.

Мы вышли в небольшой зал, и я на мгновение остановился, давая энергожгутам просканировать пространство на предмет скрытых угроз. Воздух здесь пах иначе - не пылью, а металлом.

- У тебя уже есть… наброски плана по своему “отбеливанию”?

- В общих чертах. Юсупов, Салтыков, связи из “Арканума”, соцсети…

- Оттуда всё удалят, и очень быстро.

- Знаю. Но это создаст первоначальный резонанс и вызовет ещё больший интерес. К тому же - есть теневые интернет-каналы, хостинги, которые не контролируются правительством. Есть дед, в конце-концов, который может физически пробраться в новостные офисы и запустить видео… Можно устроить утечку - постепенную. Начать с малого, с видео о махараджах, о их жестокости, о том, как они правят из тени - но тут появляюсь я. Показать, что есть сила, способная им противостоять! А затем… затем уже и до главного дойдём.

Я усмехнулся, холодной, расчётливой усмешкой.

- Самое классное, что мне, наконец, даже не придётся ничего скрывать! Наоборот, пусть все знают. Пусть все видят!

- Что именно? - спросила Илона, и в её голосе прозвучала лёгкая тревога.

- Что я - Пожиратель.

- Ты серьёзно?! Признаешься в этом Всему миру?

- А что остаётся? Меня так и так преследуют - хоть не надо будет думать о постоянной маскировке… Заколебало гулять с чужим лицом, - Отшутился я и выдержал её взгляд, - Да расслабься, дорогая! У меня есть план. Да, я пожиратель - но не такой, как другие. “Особенный”, хах! Не тиран, не убийца, не паразит. Я - избранный! Оружие, которое создал Совет древних исчадий ада, и которое обратилось против них! Я на стороне людей, Илона! Потому что именно из них я вышел! Именно их страх, их боль, их гнев сделали меня тем, кто я есть! Всё это - и любовь, конечно же… И я использую свою природу, чтобы защитить людей от тех, кто считает их скотом!

Я сделал паузу, наслаждаясь произведённым эффектом.

- Признайся, сколько раз репетировал? - как ни в чём ни бывало спросила рыжая.

- Дважды.

- Неплохо… Но над некоторыми предложениями нужно ещё поработать, - хмыкнула невеста, - Слишком уж вычурные.

- Ничего, как начало для предвыборной кампании сойдёт! - я криво улыбнулся. - “Голосуйте за меня! Я чудовище - но я ваше чудовище! Ха-ха-ха!

Мой смех снова прозвучал слегка неестественно в этом мрачном месте, но Илона тоже прыснула.

И ведь я не шутил… Больше я не собирался прятаться - я собирался показать людям всё. Всю свою силу, всю свою мощь! И заставить их принять меня таким, какой я есть.

Ну… Почти “таким, какой есть”, хехе!

Хугин на моём плече снова тихо щёлкнул, записывая и этот монолог. Первый камень в фундамент моего нового образа. Образа спасителя, который не боится быть монстром.

Что может быть лучше хорошего противоречия?

Мы продолжали двигаться. Туннель сужался, своды всё ниже нависали над головами, пока не упёрлись в массивную каменную плиту, преграждавшую путь. На её поверхности змеились руны, которые пульсировали тусклым, ядовито-зелёным светом.

- Кажется, мы пришли, - прошептала Илона, замирая за моей спиной, - То место, до куда мы добрались в прошлый раз? Но оно… Заперто! Тут же не было двери!

Я молча кивнул. Не было, и когда мы с Джамалом и Лейлой уходили - тоже не было… Но откуда-то она взялась…

Впрочем, я знал, как её открыть - а потому сосредоточился на двух точках внутри себя.

Первая - сгусток инопланетной энергии, тот самый “ключ” добытый здесь же, в этой самой гробнице, холодный и непостижимый, как сама пустота.

Вторая - крошечная, едва уловимая частица, оставшаяся от сущности Ментухотепа после нашей битвы. Она жгла мне изнутри ледяным огнём ненависти и памяти, словно заноза из иного измерения.

Я закрыл глаза, отсекая всё лишнее - тревожное дыхание Илоны, давящую тишину гробницы, назойливый шёпот рун. Внутри меня разверзлась бездна моего сознания, и я погрузил в неё обе эти силы.

Сначала они оттолкнулись друг от друга, как два одноимённых полюса магнита. Энергия Ментухотепа визжала от соприкосновения с печатью своего творца. Но я был проводником - и тисками одновременно. Моя воля, усиленная остатками Эфира, сжала их, заставила смешаться, сплавиться воедино…

Боль пронзила виски, будто раскалённое шило, в ушах зазвенело. Я почувствовал, как по моим жилам побежал не ток, а нечто иное - древнее, чужое, неправильное. Это было похоже на то, как будто я вставляю ключ в замочную скважину, которой передо мной нет.

Я открыл глаза и протянул руку к плите. Из центра ладони, разрывая плоть, вырвался сноп переплетённых энергий - мерцающий зелёный свет, пронизанный чёрными, обсидиановыми прожилками сущности Ментухотепа.

Он упёрся в камень.

Несколько секунд ничего не произошло - лишь руны на плите вспыхнули ярче, пытаясь отвергнуть чужеродное вторжение. А затем раздался скрежет и плита…

Не растворилась и не разломилась. Она просто... Исчезла, без звука и вспышки, уступив место провалу в абсолютную, беззвёздную тьму. Из чёрного проёма пахнуло воздухом таким древним, что на языке остался вкус металла и остывшей лавы. Запах пустоты, возрастом миллиарды лет...

Хм, в прошлый раз такого не было… Что-то изменилось…

Я хорошо помнил это место. Гигантский круглый зал, купол, теряющийся в темноте, по-прежнему усеянный звёздами изумрудных кристаллов, мерцающих магическим светом. По стенам шли ряды колонн, каждая - в форме божества: Анубис, Тот, Сет... Их каменные взгляды сходились в центре, где на возвышении раньше стоял алтарь из чёрного обсидиана.

Только теперь алтаря не было - на его месте зиял огроменный колодец.

Мы замерли на краю, заглянув внутрь. Ни света, ни звука, ни намёка на дно. Казалось, это портал в саму бездну.

Но я знал, что это не так.

Миг - и из моей ладони снова вырвалось сплетённое из двух частей заклинание. Кратко осветив квадратный провал колодца, оно мелькнуло, и исчезло где-то на его дне…

А затем из бездны, медленно, бесшумно, словно невесомый пузырь, всплыл он.

Гигантский шар из полированного металла, отливающего тусклым серебром и тёмной бронзой. Его поверхность была идеально гладкой, без единого шва, стыка или символа. Он не излучал света, но поглощал его, затягивая в себя тусклое свечение моих энергожгутов, и парящих вокруг нас с Илоной светильников, делая окружающий мрак ещё гуще.

Он был размером с небольшой дом и висел в пустоте, неподвижный, безмолвный и совершенный в своей геометрии.

Ядро.

Одно из трёх сердец системы, созданной Ур-Намму! Источника силы Совета и их слабость!

Ядро просто висело перед нами. Без защиты, без кристаллов, без алтарей, без рун и заклинаний. Просто шар.

Илона беззвучно открыла рот, не в силах издать ни звука. Её рука инстинктивно вцепилась в мою куртку.

Я же чувствовал лишь ледяную пустоту внутри. Не торжество. Не страх. Лишь осознание того, что теперь выбор за мной. Уничтожить его? Или… попробовать забрать эту силу себе? Ту самую силу, что согревала бессмертные души… Ту самую, что ждала своего часа…

О, Великий Эфир, сколько же тут должно быть сил!

Несколько мгновений мы просто молча смотрели на этот идеальный, безмолвный шар. Воздух вокруг него дрожал от остаточной, нездешней энергии, щекоча кожу статикой.

Я протянул руку, не касаясь поверхности, сканируя её своими щупальцами, пытаясь ощутить хоть что-то - пульсацию, тепло, хоть малейший признак той колоссальной силы, что должна была быть заключена внутри.

Ничего.

Хм…

Абсолютная пустота! Идеальный вакуум - не физический, а магический. Как будто кто-то вынул сердцевину из яблока, оставив лишь безупречную, блестящую кожуру.

Что за хрень?..

- Марк? - тихо позвала Илона, почувствовав моё настроение, - Что… что не так? Он… мёртвый?

- Хуже, - вздохнул я, - Кажется, он пустой.

Мои энергожгуты, словно щупальца спрута, облепили гладкую поверхность шара, впиваясь в неё на уровне квантовых связей. Я искал хоть что-то - трещину, скрытый механизм, следы взлома.

И нашёл.

Не на поверхности. Внутри неё. Крошечный, почти невидимый узор, выжженный в самой структуре металла. След заклинания - не древнего, не покрытого пылью веков.

Свежего, едва остывшего. От него ещё пахло озоном и чем-то горьким, чужим, звёздным.

- Кто-то был здесь, - выдохнул я, - И совсем недавно!

Я не стал церемониться. Я вонзился в этот след своим сознанием, применив “пожирание памяти”. Я не ждал подробных образов - лишь обрывков, отпечатка последних мгновений, энергии действия.

И я получил их.

Видение ударило по сознанию, резкое и яркое, как вспышка света прямо перед глазами!

Тот же зал. Тот же шар. Но он пульсирует ослепительным, невыносимым для глаз светом. Он полон. Переполнен. Из него сочится мощь, готовая разорвать реальность!

И перед ним - силуэт. Высокий, неестественно худой, одетый в струящиеся одежды, что кажутся сотканными из ночного неба и теней. Ур-Намму.

Сучара… Так и знал, что это его рук дело…

Он не произносит заклинаний - просто протягивает руку, и его пальцы, длинные и бледные, словно щупальца, касаются поверхности ядра.

И энергия начинает течь. Свет из ядра вытягивается в тонкую, ослепительную струю и вливается в ладонь Ур-Намму. Он поглощает её спокойно и равномерно, как будто делал это много раз. Без усилия, без напряжения.

Процесс идёт секунды, но кажется, что длится вечность. Свет гаснет, мощь иссякает. Шар тускнеет, превращаясь в тот самый пустой металлический пузырь, что висит перед нами сейчас.

Ур-Намму медленно разжимает пальцы. От него теперь исходит слепящее сияние, он кажется фигурой, вырезанной из самой раскалённой звезды. Он поворачивается. Не к нам. Его звёздное лицо обращено в пустоту, но я чувствую, что он смотрит прямо на меня, через время и пространство.

Этот дерьмоед знал, что я приду… Сволочь!

Его губы не шевелятся, но слова, тихие, леденящие душу, чётко отпечатываются в моём мозгу:

“Выкуси, червь”

Видение исчезло.

Я отшатнулся, словно получил удар в грудь. Воздух с силой вырвался из моих лёгких, а перед глазами поплыли кровавые пятна.

- Марк! - крикнула Илона, хватая меня за руку.

А я рассмеялся. Ай да шумерская сволочь, ай да сукин сын! Обвёл всех вокруг пальца - и меня, и своих братишек… Узнал, видимо, что Ментухотеп погиб, и наведался за его “заначкой”...

Я злился, конечно - внутри меня кипела ярость.От того, что меня опередили, что унизили, оставили у разбитого корыта, высмеяли - да ещё и оставили издевательское послание…

“Выкуси, червь”

Хугин на моём плече тихо щёлкнул, фиксируя моё унижение и пустой артефакт, всё ещё висевший в воздухе.

Выкусить-то выкушу… Вот только и ты, придурок, обосрался по полной. Оставил свой энергетический отпечаток на этом треклятом шаре.

И отпечаток этот я с удовольствием отправлю самой быстрой посылкой Императору России-матушки…

Глава 2 - Москва без Апостолова - или всё же с ним?

1 августа 2035 года. Москва, личная резиденция Императора России Александра III.

Воздух в личных покоях Императора был густым и неподвижным, словно выдержанное вино.

Пахло старым деревом дорогой мебели, воском для паркета и едва уловимой, горьковатой нотой перегретой электроники. Свет от камина играл на позолоте книжных корешков в гигантских шкафах, но его живое тепло не могло соперничать с холодным сиянием массивного голографического экрана, висевшего в центре зала.

На экране танцевали тени и вспышки чистого ада.

Император, откинувшись в кресле из черного дерева и такого же цвета кожи, смотрел.

Его лицо, обычно непроницаемая маска абсолютной власти, было искажено - смесью страха, невольного восхищения и ярости. Пальцы сжимали подлокотники так, что тончайшая кожица обивки трещала под ногтями.

Это был уже третий “выпуск”.

На экране Марк Апостолов, дворянин, вундеркинд, надежда Империи и лицо современной молодёжи (всё с приставкой “бывший”) двигался с грацией хищника. Камера ловила каждый момент. Звук был приглушён, но сквозь тишину покоев прорывался яростный рёв энергожгутов, сметающих очередной заслон личной гвардии какого-то индийского махараджи.

Кажется, это крепость Ашрамана второго? Того, который любил варить людей заживо и питаться их страхом?

Воздух на записи плыл от жары, искажаясь над раскалёнными руинами; сладковато-приторный запах горелой плоти будто просачивался сквозь экран прямо в ноздри Императора.

Он видел, как древняя крепость горела, превращаясь в груды оплавленного камня и пепла. Видел, как могущественный пожиратель, последние полвека правивший целым регионом Индии, метался в панике, прежде чем его настигали щупальца из чистой силы - и обращали в ничто.

Марк Апостолов не просто убивал - он устраивал спектакль. Хладнокровный, методичный - и оттого вдвойне ужасающий.

На столике рядом с креслом тихо завибрировал планшет. На его экране одна за другой всплывали сводки от министра пропаганды и начальника службы кибербезопасности. “Блокируем основные платформы…” “Попытка удаления с 37-ми хостингов…” “Утечка в пиринговые сети... Не удается локализовать…” “Обсуждения в darknet набирают обороты…”

Император скрежетнул зубами и отшвырнул планшет. Гаджет с глухим стуком ударился о ковёр и затих.

Это было бесполезно - как пытаться вычерпать океан чайной ложкой. Каждые пять-семь дней, как выпуск новостей, появлялся новый ролик. Его выкладывали повсюду - в заблокированные на территории Империи соцсети, на пиратские стриминговые сервисы, в зашифрованные каналы мессенджеров. Марк словно издевался, демонстрируя всю тщётность попыток его остановить!

И самое ужасное - народ всё это видел. Сначала обсуждали шёпотом, украдкой. Потом - всё громче. “Шоу Апостолова” - несмотря на то, что он по прежнему считался опасным пожирателем! - стало вирусным, скандальной сенсацией номер один в мире.

Плохо, что люди разделились - далеко не все считали действия Апостолова предосудительными и достойными наказания…

Одни да, называли его исчадием ада, маньяком, которого нужно уничтожить. Но вот другие считали молодого парня карающим мечом, спасителем, который делает ту грязную работу, на которую никогда не решились бы законные правительства.

А ещё теперь все знали, что Император солгал, когда объявил Марка погибшим… Конечно, пресс-службы уже работали, но…

Император встал и подошёл к окну. За толстенными стёклами, способными выдержать удар “Томагавка” простиралась ночная Москва, усыпанная огнями.

Его город. Его Империя.

Упорядоченная, жёстко контролируемая реальность, которую он выстраивал десятилетиями - как двадцать пять поколений его предков…

- А где-то там, в душных трущобах Мумбаи или на древних гхатах Варанаси, этот выродок своим кровавым карнавалом рушит сами основы этой реальности! - пробормотал Император и скрежетнул зубами.

Апостолов не просто убивал пожирателей. Он выставлял напоказ их немощь, их страх - и тем самым бросал вызов всем им. Всем, кто правил, из тени, или открыто…

Тишину нарушил тихий, почтительный кашель. В дверях, не смея переступить порог, замер Юсупов. - Ваше Императорское Величество, - его голос был хриплым, - Чрезвычайное заседание Совета Безопасности назначено на рассвет.

Император медленно отвернулся от окна. Его тень, удлинённая и искажённая мерцанием голограммы, легла на Юсупова, словно придавив того к полу.

- А смысл, Руслан? - голос Императора прозвучал низко, - Вы нашли его? Хоть что-то?! Спутниковые снимки, след в сетях, болтовню в чатах его новых поклонников?!

Юсупов сделал шаг вперёд, его лицо в полумраке казалось осунувшимся и серым. Запах дорогого парфюма донёсся до ноздрей Императора.

- Ничего, Ваше Величество, - выдохнул глава Инквизиции, опуская глаза, - Ацтексткий след оказался липой - Апостолов каким-то образом умудряется проецировать сигнатуру своей искры сразу в нескольких… Хм… Направлениях. Все мои отделы работают в круглосуточном режиме, совместно с тайной канцлярией и внешней разведкой. Но... Нам нужно время. Он появляется в новом месте с каждым выпуском. Мумбаи, затем Варанаси, сейчас - по данным из последнего ролика - где-то в предгорьях Гималаев. Не говоря уже о тех местах, где он навряд-ли может быть - Австралия, Океания, Юг Африки, Перу… Между точками - сотни, тысячи километров. Никакой логистики, никаких следов перемещения. Он... просто материализуется там, где нужно ему!

Император молча выслушал Юсупова, и его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Он знал, что ответ будет именно таким, но от этого не становилось легче.

- Зачем он это делает, как ты думаешь? - тихо, но с металлом в голосе спросил он, указывая подбородком на замерший кадр, где Марк стоял на фоне пылающего дворца, - Что это? Вызов? Насмешка? Он что, надеется, что я, увидев это, выйду к нему на дуэль?!

Юсупов кашлянул в кулак, подбирая слова. Воздух в комнате сгустился, стал тяжёлым, как свинец.

- Ваше Величество, с позволения... Это не вызов. Это... - Руслан замолчал, подбирая слова, - Думаю, это обращение к толпе. К людям. Апостолов говорит на языке силы, который понимает каждый - и маг, и обыватель. Он не скрывается, не договаривается, не ищет расположения власть имущих. Он просто... показывает. Кто он и на что способен. И люди... они уже смотрят. И обсуждают это. Он… Думаю, Апостолов стелит себе соломку, чтобы вернуться.

Наступила пауза, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине. Юсупов, набравшись смелости, сделал ещё один шаг. Его голос стал тише, почти заговорщицким.

- Возможно... Нам стоит рассмотреть иной подход? Он уничтожает наших... общих врагов. За пределами Империи. С колоссальной эффективностью, которую наши спецслужбы не могут обеспечить годами. Мы могли бы... - Юсупов сделал паузу, чувствуя, как на него давит взгляд Императора и его магическое поле. Глава Инквизиции, с таким трудом удержавший власть после бегства Апостолова, очень не хотел её потерять, и тщательно обдумывал, что говорит, а о чём умолчать, - Мы могли бы заключить негласное соглашение. Пусть продолжает. Возможно, он даже предоставит нам информацию о еретиках и пожирателях внутри наших границ - связи у них обширны, и вы сами прекрасно знаете, что финансирование ячеек чаще всего идёт из-за границы. А взамен... мы - формально, разумеется! - могли бы прекратить его преследование. Дадим ему призрачный шанс на помилование в будущем. Это слегка обезоружило бы его пропаганду, возможно, заставило бы его снизить обороты и обратило его силу в нашу пользу.

Император задумался на несколько мгновений, а затем резко, с отвращением, сморщился, будто почувствовал запах гнили.

- Сделку? - он фыркнул, и это прозвучало как плевок, - С ним? Вы совсем ослепли, Юсупов? Он уже больше месяца водит за нос всю Империю! Его лицо знает каждый школьник, его ролики смотрят тайком в каждом кабаке! Он плюёт на наши приказы, на наши блокировки, на нашу юрисдикцию! Он - ПОЖИРАТЕЛЬ! И вы думаете, его волнует наше “преследование”? Да он им наслаждается! Если бы этот выродок хотел помилования, он бы не устраивал цирк, а уже стоял на коленях в этом кабинете и вымаливал его! Нет… Он играет в другую игру. Совсем другую.

- Вообще-то, Ваше Величество… - снова заговорил Юсупов, - Моё предложение - не просто досужий домысел. Мне бы стоило начать с этого, но вы задали вопрос и…

- Говори!

- Есть один... неприятный момент, - начал Руслан, и его голос звучал очень тихо, - Сегодня на рассвете, через дипломатический курьерский канал из нейтральной Швейцарии, поступила посылка. На ваше имя.

Император медленно обернулся. В его взгляде не было интереса, лишь усталое раздражение.

- От кого? Опять эти навязчивые альпийские сепаратисты со своими сырами и проектами вечного мира?

- Нет, Ваше Величество, - Юсупов покачал головой, - Посылка зарегистрирована на один из фальшивых паспортов Марка Апостолова.

Воздух в кабинете, казалось, застыл. Давление подскочило так, что заложило уши. Император выпрямился, его глаза сузились до щелочек.

- Что? - это было не слово, а низкий, опасный гул, - И ты молчал?!

- Прошу прощения, Ваше Величество, я всего лишь отвечал на ваш вопрос… Но что касается посылки - она прошла все возможные проверки на магические угрозы, токсины, взрывчатые вещества. Чисто. Но её содержимое... - Юсупов сделал паузу, подбирая выражения, - Это энергокристалл высочайшей чистоты. К нему приложено... голосовое сообщение. Апостолов утверждает, что на кристалле записаны остатки заклинания, как он выразился, цитата: “неведомого порядка”. Он клянётся, что это докажет вам: истинный враг человечества - не он.

Император фыркнул, и этот звук был сухим и презрительным. Он отвернулся к окну, словно то, что сказал Юсупов, было настолько нелепым, что не заслуживало даже взгляда.

- Чушь собачья. Очередной трюк! Он хочет нас запутать, отвлечь, или втереться в доверие. Ведёт свою игру, а мы должны плясать под его дудку, разгадывая его ребусы?

- Я тоже так посчитал, Ваше Величество, - Юсупов не отступал, - Но... это не всё. Вместе с кристаллом... он передал архив. Колоссальный объём данных. Терабайты - и это все те видео, что он публикует по кусочкам. Исходники. Без монтажа, без цензуры. Среди них всего несколько тех, что он уже выложил. А остальное… Большая часть…

Глава Инквизиции замолчал, и пауза получилась тяжёлой.

- И? - нетерпеливо бросил Император, всё ещё не глядя на Руслана.

- Там есть... другие записи, - Юсупов выдохнул, - То, что он пока не выкладывает в сеть. То, что выглядит как... как бред сумасшедшего. Я отсмотрел часть - и признаюсь честно, всё это…

- По существу!

- Древние храмы, которые не похожи ни на одну известную архитектуру. Существа... Я не знаю, как их описать. Не пожиратели - нечто иное. И голоса... Зовущие голоса. И он везде. Он в этих храмах, он говорит с этими... существами. Архивы, записи, которые можно прочесть… И самое пугающее, Ваше Величество, - Юсупов понизил голос до шёпота, - Это то, что даже я, просмотрев лишь малую часть, начал сомневаться. Это снято слишком реалистично. Магия там... она другая. Древняя и мёртвая. Апостолов либо величайший мистификатор всех времён, либо... Либо он нашел нечто такое, о чём мы и не подозревали. И это “нечто” пугает меня куда больше, чем его кровавые спектакли с махараджами.

Император медленно повернулся. Его лицо было бледным, а в глазах стояла та ледяная, бездонная ярость, от которой замирало сердце даже у самых стойких министров. Воздух в кабинете загустел, наполнившись запахом озона и подавленного гнева.

- Что именно в этих файлах, Юсупов? - его голос прозвучал тихо, но с такой силой, что стекла в окнах задребезжали, - Я требую конкретики! Не твои впечатления, а факты!

Юсупов, не в силах выдержать этот взгляд, опустил глаза и молча протянул руку к своему планшету. Вместо ответа в центре кабинета, разрезая густую атмосферу, вспыхнула голограмма.

Появился он - Марк Апостолов. Не искажённый сжатием потока или пикселями экрана, а чёткий, почти осязаемый. Он стоял на фоне каких-то тёмных, пульсирующих нездоровым светом базальтовых колонн. За его спиной висело нечто, напоминающее карту звёздного неба, но со странными, незнакомыми созвездиями.

- Ваше Императорское Величество, - голос Марка прозвучал спокойно, почти фамильярно, без тени подобострастия, - Если вы смотрите это, значит, мой скромный дар дошёл до адресата.

Император замер, его кулаки сжались так, что кости затрещали.

Марк же продолжил, его слова падали в гробовой тишине кабинета, как удары молота. Он произносил почти дословно ту самую “предвыборную речь”, что произнёс Илоне в подземельях Долины Царей. Признался в том, что он - пожиратель, но пожиратель особенный. Оружие, созданное системой и обратившееся против неё. О том, что он на стороне людей.

А затем он перешёл к сути. Его голос стал жёстче, холоднее. - Вы думаете, что ваши враги - такие как я, вышедшие из-под контроля? Вы ошибаетесь. Истинные враги человечества - это Совет. Древние Пожиратели. Не люди, не маги. Пришельцы. Беглецы из иного мира, которые тысячелетиями правили нами из тени, как скотом. А теперь, пресытившись и устав, они решили уйти. Их план прост - использовать накопленную магию этой планеты, всю её жизнь, как одноразовый аккумулятор для прыжка в иные миры. Цена билета - конец света.

Он сделал театральную паузу, глядя прямо в записывающую камеру. - Одного из них, Ментухотепа, я уже убил. Охоту на остальных продолжаю. Вместе с этим посланием вы получаете все данные, всю информацию по Совету, что мне удалось добыть. Всё, что знаю я. История, догадки, теории, слабые места. Что вы будете с этим делать - ваше дело. Но что бы вы не решили - скрывать такую информацию от человечества я не намерен. Я обнародую всё, что переслал вам - обнародую всему миру. Дам вам шанс сделать это самому, но если вы не решитесь - возьму ситуацию в свои руки. Ибо люди должны знать, что у нас есть общий враг.

Голограмма погасла. В кабинете воцарилась тишина, более оглушительная, чем любой взрыв.

Император стоял неподвижно несколько секунд. Потом его тело содрогнулось. Он резко развернулся и с грохотом швырнул со стола тяжеленный бронзовый бюст своего отца. Тот врезался в стену, оставив в дорогой обшивке глубокую вмятину.

- ДА КАК ОН СМЕЕТ?! - рёв Императора сотряс стены, - КАКОЙ-ТО ВЫБЛЯДОК! ЩЕНОК! СТАВИТ МНЕ УСЛОВИЯ?! УГРОЖАЕТ?! ПОДАЧКУ ПРИНЁС?!

Слюна брызнула из его уголков рта. Юсупов отпрянул, побледнев ещё больше - он впервые увидел Императора НАСТОЛЬКО злым.

- ВСЁ! - прошипел Император, - Всё, что он публикует, всё, что связано с ним - в печь! Блокировать на всех уровнях! Стирать из сетей! Любой, кто распространяет эти файлы - враг государства! Я сделаю так, что его имя забудут, как кошмарный сон! Проклятье, да он просто выигрывает время, раскачивает лодку и пытается обелить своё имя!

Он тяжело дышал, его грудь ходила ходуном. Затем он резко выдохнул, и в его взгляде, помимо ярости, появилось холодное, расчётливое понимание. Он обернулся к Юсупову, который замер в ожидании.

- Но... - Император произнёс это слово тихо, с усилием, - Всю информацию, что он прислал... про этих... “древних”. Всё это - изучить. Тщательно и тайно. Привлеки лучших аналитиков, криптографов, историков. Я должен знать — лжёт этот ублюдок или… И будешь отвечать головой, Руслан! Не думай, что я забыл, что этот Апостолов - твой протеже!

- Я всё исполню, Ваше Величество…

Глава 3 - Вечерний Шанхай

2 августа 2035 года. Шанхай, Нефритовая Империя.

Воздух Шанхая обжёг лёгкие не жаром, а ледяной, стерильной чистотой, смешанной с уже привычным мне магическим озоном, сладковатым дымком благовоний и едва уловимым ароматом цветущих где-то неподалёку нефритовых лотосов.

Выйдя из шаттла, привёзшего нас с Илоной из порта, я замер, пытаясь перевести дух. Глаза, за последние недели привыкшие к выжженным солнцем пустыням и грязным трущобам Мумбаи, отказывались верить в открывшийся им вид.

Илона стояла рядом, её пальцы впились в мой рукав. - Мамочка... - выдохнула она, и в её голосе не было ничего, кроме чистого изумления.

Даже я, повидавший немало необычного и прекрасного за свою жизнь в мирах Титаноса, был вынужден признать - Шанхай умудрился меня удивил.

И ещё как!

Город вздымался в багровеющее от заката небо не просто небоскрёбами. Это были живые скульптуры из света и энергии. Хрустальные спиральные башни, оплетённые пульсирующими биолюминесцентными лианами, по которым струились реки чистой магии - изумрудные, сапфировые, аметистовые!

Они питали парящие в воздухе целые острова-сады, с которых свешивались водопады из лепестков вишни, испаряющихся, не долетев до земли, в облака серебристой пыльцы.

На зданиях висели гигантские голографические рекламные баннеры, которые показывали не товары, а целые сюжеты - танцующие фигуры из света, пейзажи далёких планет, сложные магические формулы...

Воздух над скоростными, проложенными между высотками, магистралями, дрожал от бесшумных мобилей, оставляющих за собой лишь лёгкие разноцветные шлейфы сконденсированной магии.

Над широкими, идеально чистыми проспектами бесшумно скользили роботы доставщики, а тротуары были сложены из самоочищающейся смарт-керамики.

На улицах то и дело встречались сотканные из радужного пара скульптуры, разыгрывающие сцены из древних мифов Нефритовой Империи - маги, воины, титаны, родовые существа, армии и драконы переплетались в невероятных постановках, заставляя людей ахать и хлопать в ладоши.

Воздух звенел от тихой, мелодичной музыки, исходящей от самих зданий.

Горожане в одеждах из умного шёлка, меняющего цвет в такт их настроению, двигались с невозмутимой грацией - их лица были спокойны, а глаза светились уверенностью и силой.

Ничего общего с социальным расслоением Индии и забитыми жителями “нижних” ярусов Мумбаи. Тут всё ощущалось иначе - взаимное уважение и…

Безопасность?

- Это... даже словами не описать, - прошептала Илона, и её золотые глаза широко распахнулись, - Я думала, что Москва - это вершина удобства, технологии и магии... Но это... Это другой мир!

- Похоже, мы попали в будущее, - усмехнулся я.

Мои энергожгуты, спящие в энергетике и обычно напряжённые (после событий последних месяцев-то!), слегка ослабили хватку - сбитые с толку этой неестественной, тотальной гармонией.

Где-то высоко в небе, почти сливаясь с сияющими потоками энергии, я чувствовал две знакомые энергетические точки - Хугин и Мунин, мои два таких разных, и похожих одновременно, ворона, кружили в воздухе.

Мы шли дальше, от вокзальной площади до района высоток. От гигантских деревьев, стволы которых были сплетены из меди и живого дерева, пахло озоном и мёдом, а фонтаны изолированного света вокруг них били в такт какому-то незримому ритму…

- И что теперь? - тихо спросила Илона, - Просто встретимся с твоим дедом? Где он ждёт нас?

- Где-то в парке на одном из небоскрёбов, - ответил, с трудом отрывая взгляд от парящего в небе светящегося карпа размером с дирижабль. Фантастика! - Он приходит туда каждый вечер и сидит до рассвета.

- А потом?

- Будет видно. Для начала нужно добыть информацию о древнем городе Янчэн.

- Я тебе и так могу о нём рассказать.

- О его истории, знаю. Но ты не в курсе, охраняется ли он, как туда добраться, какие вокруг маршруты патрулей и всё в таком духе, верно, дорогая?

- Верно, - была вынуждена согласиться Илона, - Без линз и ИИ-спутников живётся не так удобно, как раньше… И без нормальных планшетов и лэптопов!

- Что поделать, - вздохнул я, - Приходится выбрасывать всё, чтобы не попасться в руки охотникам Императора.

- Мечтаю вернуть старые добрые деньки, когда главной нашей проблемой была реклама лавки…

- Не поверишь - но я тоже, - чуть соврал я.

- А что насчёт тех тайников, о которых ты рассказывал? Тайников пожирателей, - опустив голос до шёпота, спросила моя невеста.

- На Туманный архипелаг точно надо будет заглянуть, - я тоже понизил голос, хотя гул города надёжно скрывал наши слова, - Придётся тоже для начала собрать информацию, но уверен - оно того стоит. Без чего-то подобного лезть в логово к Ур-Намму… Может даже и перед Янчэном стоит озадачиться новым усилением...

Илона посмотрела на меня, и в её взгляде читалась та же тревога, что потихоньку собиралась и во мне. - Ты думаешь, это сработает? Что мы успеем? Ур-Намму...

- Ур-Намму уже на шаг впереди, - перебил я её, резко выдыхая, - Он знает, что я жив. И он знает, что я иду за ним. Сидеть сложа руки он не будет. Однако доступ к Ядру Ментухотепа он получил только после его смерти… Полагаю, до Ядра Юя он тоже не сможет добраться, пока тот жив. Так что… Время есть, но нам нужно двигаться быстро и тихо.

Илона молча кивнула, понимая правоту моих слов. Мы свернули в чуть менее людный переулок, где гигантские голограммы уступили место традиционным фонарям в форме драконов. Вокруг витал запах жасмина и риса, то и дело у подножия высотных зданий, на самых первых этажах, нам встречались разные лавочки и крошечные заведения - буквально, на пару человек.

Чифальни, бары, лапшевни, курильни - но, в отличие от Мумбаи, они расположились тут не беспорядочным и произвольным образом. О нет, это были не грязные забегаловки, а чистые заведения, сохраняющие стилистику, культуру и дух старой Нефритовой Империи!

Аттракцион как для туристов, так и для местных - как напоминание о прошлом.

Мои энергожгуты, обычно лениво вившиеся вокруг запястий, сжались в напряжённые пружины, сканируя пространство на предмет слежки. В какой-то момент они отреагировали на проблеск сканирующего заклинания с крыши ближайшего здания, мгновенно отразив его, и я мгновенно напрягся - однако быстро понял, что это городская система безопасности, а не неизвестный преследователь Совета…

Мы шли по проспекту, больше похожему на парк, где вместо деревьев росли кристаллические структуры, тихо напевающие на ветру многоголосые мелодии.

Воздух вибрировал от энергии, исходящей от всего вокруг!

Илона, кажется, немного оправилась от первоначального шока. Она шла рядом, внимательно вглядываясь в архитектурные детали, людей и магико-технологические приблуды, некоторые из которых казались натурально инопланетными технологиями!

- Знаешь, - начала рыжая, и её голос прозвучал задумчиво, - Здесь ведь на каждом углу история! Видишь тот мост? - она кивнула на ажурную конструкцию, перекинутую между двумя небоскрёбами, по которой не ехали машины, а текли настоящие, живые реки света, переливающиеся всеми цветами радуги.

- Кажется, на нём что-то написано, - прищурился я, пытаясь разобрать иероглифы, светящиеся на опоре.

- До меня только дошло - это же мост Спящего Дракона! Его построили не инженеры, а двенадцать мастеров дзэн под руководством императрицы Линь Ши-мэй в тысяча девятьсот девяносто пятом году! Говорят, они семь лет медитировали на этом месте, чтобы “услышать” песнь земли и неба, а затем возвели конструкцию за одну ночь силой совместного заклинания. Камни скреплены не раствором, а застывшей музыкой! Если приложить ухо к парапету в полнолуние, можно услышать шёпот мастеров!

Я посмотрел на мост новым взглядом. Теперь он казался не просто инженерным чудом, а чем-то живым и древним.

Любопытное отношение к магии… Синергия с энергопотоками мира, значит?..

Даже немного жаль, что я переродился не тут!

- А эти фонари? - Илона. оседлав своего любимого конька - историю - указала на изящные шары из матового стекла, парящие над тротуаром и испускающие тёплый, мягкий свет, - Это “Нефритовые светлячки”. Технологию их создания подарил городу старый мастер Ли ещё в восьмидесятых годах прошлого века. Внутри каждого - настоящий светлячок, чьё биение сердца усилено и трансформировано крошечными руническими схемами! Они живут столетиями в этом замкнутом цикле, а их свет успокаивает разум людей и отгоняет тёмные мысли! Говорят, уровень уличной преступности в Шанхае упал до нуля не из-за полиции, а благодаря этим светильникам!

Я присмотрелся к ближайшему фонарю. Действительно, в его глубине мерцала крошечная, нежная искорка жизни. Обалдеть… Страшно представить, какой объём работы нужно проделать, чтобы создать даже один такой светильник! Уж мне, как мастеру артефактору, это ясно!

Хотя… Можно использовать искры жизни людей, чтобы ускорить процесс… Тех же преступников, например. Конечно, подобное их убьёт, но результат того стоит!

- Здесь всё такое? - спросил я, - Всё имеет двойное дно?

- Почти, - кивнула Илона, - Вот видишь тот небоскрёб, что похож на стебель бамбука с золотыми листьями?

Я посмотрел на одну из самых высоких башен, чей шпиль терялся в низких облаках.

- “Бамбуковый Посох”. Его построили на месте древнего храма. Фундаментом служит запечатанный Источник, который монахи охраняли веками. Инженеры не стали его уничтожать, перемещать или использовать - встроили его в систему энергоснабжения здания. Вся башня работает на древней силе, а золотые “листья” на фасаде - это на самом деле излучатели, которые стабилизируют поток и не дают ему вырваться наружу - направляют излишки на оснащение энергией всех соседних районов. И знаешь, что самое ироничное?

- Что?

- Я слышала, что в подвале здания до сих пор живёт последний монах из того храма. Якобы следит за чистотой энергии. Его зовут “стражем розетки”.

Я лишь фыркнул на эту шутку.

- А вон там, - Илона, распаляясь всё больше, указала на обширную площадь, где толпы людей наблюдали за гигантскими, но почти бесшумными фонтанами, струи которых переплетались в сложные, мистические узоры, - Площадь Молчаливого Водопада. Вода в этих фонтанах заряжена заклинаниями памяти. Каждый вечер сюда приходят старики, чтобы “записать” свои воспоминания в воду. А молодые пары приходят, чтобы прикоснуться к струям и на мгновение ощутить мудрость тех, кто был до них! Это как живая библиотека, только из чувств и образов!

Мы свернули на чуть более тихую улицу, где сияние неоновых драконов уступило место мягкому свечению тех самых “Нефритовых светлячков”. Воздух здесь был чуть прохладнее и пах влажным камнем - и всё теми же магнолиями. Чуть поодаль тусовалась толпа молодёжи, на первых этажах расположилось несколько закусочных.

Пора было делать то, зачем мы сюда прибыли.

- Давай остановимся на минутку, - сказал я Илоне, остановившись у резной каменной стены, испещрённой иероглифами, которые медленно перетекали друг в друга.

Из внутреннего кармана куртки я извлёк небольшой, уродливо-угловатый аппарат чёрного цвета, выполненный из грязного пластика, с крошечным экранчиком и выдвижной антенной.

Одноразовый мобильный телефон, реликт начала девяностых город прошлого века. Каким бы неуместным он ни казался в современном мире, отследить сделанные с него звонки по “огрызкам” старых сотовых сетей было весьма и весьма сложно. Особенно если таких телефонов было несколько, и каждый раз можно было пользоваться новым.

В Шанхае эта “труба” смотрелась так же уместно, как викинг в космическом скафандре...

Я выдвинул антенну, набрал заученный наизусть номер и поднёс трубку к уху. Монотонные гудки прозвучали оглушительно громко.

Именно в этот момент мимо проходила группа местных студентов - парень и две девушки в стильных одеяниях из умной ткани, меняющей цвет с лазурного на изумрудный в такт их шагу. Они оживлённо о чём-то спорили, проводя пальцами по воздуху и оставляя за собой светящиеся следы от потоков магии. Их взгляды скользнули по мне, и… зацепились за телефон.

Спор мгновенно прекратился. Все трое замерли, уставившись на аппарат с откровенным, неподдельным изумлением.

- Ва-а-а-ау! - прошептала одна из девушек, и её глаза расширились, - Смотри-смотри! Полный улёт! Это же настоящий винтаж!

Переводчик, который я постоянно таскал в ухе, транскрибировал её слова, и я всё понял, а потому резко сбросил звонок и повернулся к компании ребят. Илона тоже.

- Ничего себе сохранность! - присвистнул парень, делая шаг ближе, но не нарушая моего личного пространства, - У моего деда в коллекции был такой, но экран у того был весь в царапинах. А этот будто вчера с конвейера!

Они перешли на быстрый, певучий шанхайский диалект, щёлкали языками и покачивали головами с видом экспертов с антикварного рынка, обнаруживших раритет исключительной чистоты.

В первые мгновения этой “оценки” я инстинктивно напрягся, пальцы сжали грубый пластик корпуса, готовый в любой момент превратить его в груду хлама. Мои энергожгуты замерли, оценивая угрозу - но её не было. Ни намёка на агрессию, лишь чистое, детское любопытство и благоговение перед артефактом ушедшей эпохи.

- Извините, - наконец обратился ко мне парень на ломаном, но понятном английском, указывая на телефон изящным движением руки, - Это… настоящий “Сименс”? Можно… посмотреть одним глазком?

Не удержавшись, я тихо рассмеялся. Илона тоже, наконец, сообразив, чего от меня хотят студенты.

Я медленно протянул парню аппарат. Он не пытался взять его, лишь склонился, изучая кнопки и крошечный монохромный экран с благоговейным видом.

- Фантастика! - выдохнул он, - Настоящий GSM! Аналоговый звук. Вы его… используете по назначению?

Я кивнул.

- Невероятно, - покачала головой одна из девушек, - Это же надо было найти такую рабочую модель! Вы коллекционер?

- Что-то вроде того, - ответил я.

- Простите, можем мы… Сделать несколько фото с ним?

Я снова рассмеялся, и протянул трубку одной из девиц. Она тут же взвизгнула от возбуждения, и следующую пару минут трое студентов с упоением фоткались со старым сотовым телефоном, то и дело выбирая новые ракурсы и корча идиотские, но милые рожицы.

Закончив, они с почтительными кивками вернули мне телефон, поблагодарили и отошли, напоследок ещё раз поцокав языками от восхищения.

Я снова набрал номер деда и принялся выслушивать гудки. В трубке воцарилась тишина, а затем раздался сухой, механический голос, сначала на китайском, потом на английском произнёс: “Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны обслуживания”.

Я опустил руку с телефоном, не разжимая пальцев. Холодный пластик вдруг показался обжигающе холодным.

- Что? - тихо спросила Илона, подойдя ближе и сразу прочитав всё по моему лицу.

- Не отвечает, - произнёс я, задумчиво, - Абонент не абонент...

- Но… вчера же всё было нормально? Он выходил на связь, подтвердил время и место?

- Именно что так, - я сунул телефон обратно в карман куртки, чувствуя, как по спине пробегают холодные мурашки.

Дед педантичный - он всегда на связи. Особенно в такой день, когда я должен был приехать... Особенно здесь, где любая оплошность могла стоить нам жизни…

Могли за ним прийти? Могли, конечно, но… Он слишком хитёр и силён, чтобы так просто попасться. Могло с ним что-то случиться? Что-то, что заставило его уйти в глубокое подполье? Или что-то, что не позволило ему выйти на связь?

Да, тоже могло… Но в таком случае он оставил бы мне сообщение… На месте встречи, например.

Я посмотрел на сияющий, безупречный город вокруг. Его гармония внезапно показалась мне зловещей.

- Ладно, - я тряхнул головой, - Давай-ка прогуляемся до места встречи и посмотрим, что там обнаружим… Что-то мне подсказывает, что дед не просто так загасился…

Глава 4 - Кровавый след

Тревога, холодным тяжелым камнем лежавшая в желудке, с каждой минутой становилась все сильнее. Предчувствие, которое не раз меня предостерегало и спасало, сейчас тоже сигналило - не всё в порядке!

Мы с Илоной шли молча и уже не обращали внимания на красоты и необыкновенности Шанхая…

Дед выбрал для встречи место публичное, но не слишком людное - висячий парк “Небесная Роща” на сто восемьдесят седьмом уровне одного из небоскрёбов в северо-восточной части города.

Туда мы добрались на летающем такси, чтобы не терять время, и сейчас поднимались на лифте, сквозь стеклянные стенки которого открывались умопомрачительные виды на сияющий город.

Двери разъехались беззвучно, и нас окутала влажная, цветущая прохлада. Воздух здесь пах живой землёй, свежесрезанной травой и экзотическими цветами, чьи лепестки мерцали собственным мягким светом. Между вековыми баньянами, высаженными в гигантские каменные кашпо, вились дорожки из упругого мха. Где-то журчала вода, а высоко над головой, под куполом силового поля, мерцали искусственные огоньки-светлячки.

Но первое, что ударило мне в ноздри, едва я сделал шаг из лифта, был другой запах. Слабый, едва уловимый, приглушённый ароматами парка, но от этого ещё более отвратительный. Медная острота свежей крови и сладковатый, тленовый дух недавней смерти.

И народу вокруг не было - ни единой души.

Живой, по-крайней мере, кхм…

- Марк? - тут же насторожилась Илона, и её рука легла на моё предплечье, - Ты чего напрягся?

- Пахнет кровью…

Я заставил свои энергожгуты сжаться в тугой клубок. Инстинкты, отточенные в индийских “скотобойнях”, вели меня вглубь парка, в сторону самого тёмного и глухого угла, заросшего гигантскими папоротниками с листьями, похожими на малахитовые лезвия…

Запах становился всё гуще и гуще - я уже почти мог его потрогать! Илона шла следом за мной и её дыхание участилось. Мы обогнули массивный ствол дерева, чья кора была испещрена мерцающими рунами, и остановились.

Под гигантским цветком, напоминавшим лилию из хрусталя, лежали они. Трое. Одеты в дорогую, но неброскую одежду из тёмных тканей. Со стороны можно подумать, что это уставшие бизнесмены прикорнули на газоне...

Если бы не неестественная позы, в которых они застыли, и не тёмные, уже подсохшие лужицы под ними, черневшие на изумрудном мху.

Я сделал шаг вперёд, присев на корточки рядом с ближайшим телом. Мужчина. Лицо застыло в маске безмятежного удивления. Рана точно такая же, как у двух других - разодранное в клочье горло…

- Что с ними? - прошептала Илона, содрогаясь, - Это твой дед сделал?!

- Полагаю, что да… - я провёл рукой над телом, чувствуя исходящий от него холод и остаточные вибрации ушедшей жизни, - Тело уже остывает, но это произошло недавно - не больше часа назад.

Мой взгляд скользнул по другим телам. Та же картина…

- Но зачем?! Он что… - Илона запнулась, - Он что, потерял контроль?

- Не думаю, на него это непохоже… - я начал медленно обследовать трупы - запястья, ладони, предплечья, ключицы, одежда, карманы - в надежде найти что-то, что подскажет мне, что тут произошло…

У них не было личных вещей - вообще никаких! И если отсутствие документов я мог бы списать на осторожность деда, то всё остальное… Сигареты, зажигалки, носовые платки, телефоны, чеки, визитки, жвачки - что угодно! - но ничего не было…

Хмыкнув, я “провёл” своими энергожгутами по остаткам тел, по их затухшей, едва ощутимой энергетике…

И нахмурился.

А затем отогнул губу одного из мужчин, и хмыкнул.

Клыки - почти такие же, как у деда, но чуть меньше.

- Вампиры?! - ахнула Илона.

- Так и есть… Интересно, что тут произошло? Они отстаивали территорию? Следили? Работали на кого-то? Хм…

Я встал, закрыл глаза, отсекая всё лишнее - запах цветов, шорох листьев, учащённое дыхание Илоны - и сосредоточился на крови. На её медном зове, на её магии.

Моё сознание, обострённое до предела, проскользнуло в лужицы, впиталось в капли на траве, в мельчайшие брызги на листьях папоротника...

И я увидел. Не картинку, а направление. Тончайшую, алую нить, пульсирующую остаточной энергией жизни и боли. Она вела не к выходу из парка, а вглубь, а затем - к самому краю платформы, за которым зияла бездна и сияющий город далеко внизу…

Я двинулся за ней, как охотничий пёс.

Нить обрывалась у самого парапета, за которым простиралась пустота. И там, в щели между идеально подогнанными плитами, валялось то, что я никак не ожидал найти.

Сломанный пополам. Экран - в паутине трещин, клавиатура - разбита. Грязно-белый пластик был испачкан в нескольких местах алыми, ещё не до конца высохшими пятнами.

Одноразовый телефон моего деда, такой же “Сименс”, как у меня...

Я поднял его. Что же тут произошло? Эти вампиры вышли на деда, устроили засаду? Он отбивался - тут была драка, я чувствовал остаточные всплески чужой, холодной магии. Он отбросил их сюда, к краю... а потом сорвался? Или его столкнули?

Я обернулся. Илона смотрела на меня, на окровавленный телефон в моей руке, и её лицо было белым, как бумага.

- Марк... это же...

- Да. Его телефон. Похоже, кто-то узнал о природе дедули… И похоже, что этому “кому-то” это всё очень не понравилось…

Теперь воздух в “Небесной Роще” не казался мне просто “сладким” от ароматов тысяч цветов. О нет, для моего нюха, обостренного до предела, он был расписан куда более мрачными нотами.

Медь, сладковатая вонь плоти и холодный, уже угасающий дух смерти. Я стоял на коленях у самого края парящей платформы, сжимая в пальцах обломки одноразового телефона деда. Пластик был липким от запёкшейся крови - но крови, как я успел понять, не одного, а нескольких человек.

Я провел рукой по каменному парапету, и мои энергожгуты, тонкие и невидимые, слизнули с шероховатой поверхности мельчайшие капли. Три разных энергетических отпечатка, три разных следа.

Один - холодный, знакомый до боли, с той самой вампирской ноткой, что была и у деда. Два других - чужие, чуть более теплые, но тоже не человеческие в чистом виде.

Гибриды? Полукровки? Охотники?

Сказать наверняк было сложно…

- Трое, - тихо произнёс я, поднимаясь, - Кровь троих. Одна из них… его.

Илона, слегка побледневшая, смотрела на меня, и в её золотых глазах читался завуалированный страх. Но на размышления и обсуждения времени нам не дали.

Резкий, нарастающий гул, похожий на рой разъяренных шершней, разорвал в идиллическую тишину парка. Из-за стволов малахитовых папоротников и хрустальных лилий выплыли три полицейских дрона. Сферы из матового черного поликарбоната, испещренные сенсорами, парившие в воздухе, приблизились к нам.

- Граждане! - раздался механический, вежливый голос, исходящий отовсюду сразу, сначала на мандаринском наречии, а затем и на чистешем русском языке, - В замечены на месте предполагаемого преступления! Сообщите, пожалуйста, цель вашего визита в эту зону!

Мои энергожгуты сжались в комок, готовые в любой миг превратить эти идеальные сферы в дождь раскаленного пластика. Но я не торопился привлекать к себе внимания. Это бы означало, что нам снова придётся куда-то убегать - а меня это изрядно достало.

Поэтому я ответил что мы туристы, и обнаружили тела и следы крови.

Дроны попросили нас остаться на месте, и буквально через пять минут, почти бесшумно ступая по упругому мху, появились двое патрульных. Их темно-синяя форма с серебряными нитями магических контуров идеально сливалась с полумраком. Лица - спокойные, почти отрешенные, но глаза, усиленные имплантами, сканировали нас с ледяной проницательностью. От них пахло свежестью ментола и холодным металлом.

Минут десять мы отвечали на сухие вопросы полиции. Я вжался в роль растерянного туриста, бормоча что-то о трупах и крови, о том, что мы хотели сделать фото ночной панорамы города, и нашли это место благодаря отзывам в сети…

Лучи сканеров скользили по нашим поддельным ID, выискивая малейшую трещину в легенде - но ничего не находили.

Ну ещё бы - все документы были “настоящими”, а найденный мобильник деда я сразу спрятал в убежище Бунгамы.

Наконец, старший из патрульных, тот, что повыше, едва заметно кивнул. - К вам вопросов не имеем, господин и госпожа Васильевы, - назвал он нас по вымышленной фамилии, и указал пальцем в сторону лифтов, - Вам туда. Если потребуется - мы свяжемся с вами для дополнительных показаний. Прошу не распространяться о случившемся в сети, и не покидать город в течение ближайших пяти дней.

- Конечно, - легко согласился я.

Уф! Как же всё-таки хорошо, что я заморочился дополнительными документами со всеми легендами, вплоть до следов активности в сети! В этот раз они прям лучше сработали, чем в Александрии… Был момент, когда я запереживал, что отсутствие “спутников” и линз вызовет подозрения - но полицейские удовлетворились нашими обычными смартфонами и сотовыми номерами.

Спустившись на лифте на улицу, я обошёл здание и отыскал то место, куда вели три кровавых следа из парка. Нужно было торопиться, пока полиция не оцепит этот участок и не нагонит сюда своих ищеек - вон, дроны так и шныряют вокруг, их стало раз в двадцать больше…

Впрочем, удалось отыграть лёгкую растерянность, и пока мы “метались” у подножия мегабашни, я обнаружил те три следа, что были в парке.

Смотреть на эти три алые нити, пульсирующие в моем сознании, было все равно что видеть развилки судеб трёх разных людей.

- Ты знаешь, куда нам дальше? - тихо спросила Илона.

- Два ведут в одну сторону, один - в другую.

Жаль, что определить наверняка, кому какой след принадлежит, я не мог… Но все три принадлежали вампирам - так что вариантов не было. Нужно было проследить за каждым.

Илона, услышав это, молча кивнула. Её пальцы сжали мой рукав, не в страхе, а в готовности.

- Думаю, дед не стал бы убегать с нападавшими, - пробормотал я, анализируя ситуацию, - Если он смог их убить, то либо добивал раненых, либо... его самого ранили, и он уходил, истекая кровью. Единичный след - скорее всего, его. Идем.

Я сделал шаг, и мир вокруг изменился. Сияние нефритовых светлячков, мелодия кристаллических деревьев, запах магнолий - всё это померкло, растворилось в фоновом шуме. Мое восприятие сузилось до одной-единственной алой нити, что тянулась через край платформы в бездну ночного города.

Мои энергожгуты вырвались наружу тонкими щупальцами чистой энергии. Они не парили в воздухе, а приникли к поверхностям - камню, стеклу, металлу - считывая мельчайшие частицы, невидимые глазу. Я шел, почти не глядя по сторонам, ведомый этим зовом, этим медным привкусом на языке, что становился то слабее, то резче.

Нить зова крови вела нас через сияющие проспекты, где толпы праздных горожан и не подозревали, что мимо них пробирается охотник. Я чувствовал сквозь асфальт и умную керамику тротуаров следы - вот здесь моя цель присела, опёрлась о стену, оставила мазок крови... Вот здесь перебежала улицу, и капля упала на нагретый асфальт...

След вел все дальше и дальше - от сияющего центра, от гармонии и порядка в сторону окраины. Воздух постепенно терял сладковатый аромат цветущих лотосов, наполняясь запахами машинного масла, окисленного металла, соленой влаги и протухшей воды. Голографические баннеры сменялись тусклыми неоновыми вывесками, кристаллические деревья - чахлыми чайными кустами в громадных кадках.

Через пару часов такого “преследования” мы вошли в порт Шанхая.

Зона гигантских доков, складов и грузовых терминалов. Здесь царил иной ритм - гул тяжелой техники, скрежет крановых лебедок, далекие гудки кораблей. Воздух вибрировал от низкочастотного гула и был густ от запаха рыбы, угля и солярки. Магия тут чувствовалась иначе - приземлённо, утилитарно, в виде усиливающих заклятий на тросах и защитных рун на воротах ангаров.

Алая нить вела все глубже в это индустриальное чрево, в лабиринт из ржавых контейнеров, сложенных в горы, и тёмных, плохо освещенных проходов. И эта зона была закрыта от посторонних, так что пришлось пробираться аккуратно используя то невидимость, то иллюзии, то ментальное воздействие на рабочих, не давая им видеть нас… Постоянно приходилось держаться в тени, следить за обстановкой и пускать вперёд воронов, чтобы “видеть” слепые зоны камер, которых тут было великое множество.

Я замедлил шаг, сжимая руку Илоны. Энергожгуты сжались, насторожившись, сканируя пространство на сотни метров вперёд.

След обрывался у одного из таких ангаров - массивного, стального, с потрескавшейся от времени краской и огромными, наглухо закрытыми воротами. От него пахло старой ржавчиной, рыбой и чем-то еще... чем-то знакомо-холодным.

- Здесь, - выдохнул я, останавливаясь в тени горы контейнеров и глядя на мрачное здание, - Он где-то здесь.

Ворота ангара были не просто заперты - они были запечатаны изнутри. И не банальным замком, а сложным заклятием, сплетенным из ледяной магии и чужой, звериной воли.

Беглого взгляда и небольшой “птичьей” разведки хватило, чтобы понять - лезть сюда напролом было бы огромной тупостью. Это было бы равносильно тому, если бы я заорал на весь Шанхай о своём присутствии и природе своей магии.

Я стиснул зубы, отступая в тень высокого штабеля контейнеров, от которого пахло ржавчиной и морем.

- Никак, - тихо сказал я Илоне, - Лобовая атака станет самоубийством.

Но сидеть сложа руки было тоже нельзя. Я отдал мысленный приказ своим питомцам. Где-то высоко в смоге, сливаясь с тусклым ночным небом, два черных силуэта изменили траекторию.

Через нашу связь в меня в тот же миг хлынул поток чужого зрения. Картинка раздвоилась, запрыгала, а затем сфокусировалась. Я видел мир глазами Хугина и Мунина - в призрачно-зеленых тонах тепловизора, с наложенными энергетическими картами.

Мои вороны, как бесшумные тени проскользнули через вентиляционные решетки под самой крышей ангара, без труда миновав защиту. Они не были людьми, и их энергетика отличалась. Да, сигнальный контур даст своему создателю информацию о том, что какое-то заклинание (а маледикты были именно что заклинаниями по своей сути, пусть и сложными) прорвало периметр. Но их мощность будет казаться создателю защиты минимальной, и пока он разберётся - я уже соберу всю информацию.

Внутри царил полумрак, нарушаемый лишь редкими аварийными светильниками. Воздух был спёртым, пах пылью, старой древесиной и... чем-то медным, звериным.

Хугин парил под потолком, его сенсоры выхватывали скопления тепла в дальних углах помещения. Группы людей - или того, что лишь притворялось людьми…

Они сидели на ящиках, на корточках, их позы были неестественно гибкими, движения резкими и угловатыми. Энергоотклик от них был знакомым - тот же холодный, вампирский привкус, что и у нападавших в парке, но более дикий, необузданный.

Китайские сородичи?

Верояно… Но это точно была стая.

Мунин тем временем методично сканировал периметр, заглядывая в каждый тёмный угол, в каждую щель. Склады, подсобки, офисные кабинки за запыленным стеклом - везде была лишь пыль, старые бумаги и следы пребывания этих полудиких тварей. Ни намёка на знакомый холодный след деда. Ни капли его крови, ни клочка одежды.

Я уже начал сжимать кулаки от ярости, как вдруг ухо Мунина, лучше чем любой сверхчувствительный микрофон, уловило обрывки разговора.

Двое вампиров помоложе, с хищными, тощими лицами, сидели в стороне от других, у большого холодильника. Они попеременно прикладывались к пластиковым пакетам с темной жидкостью, и от них пахло дешёвым самогоном и свежей кровью.

- ...еще один мешок с вечерней добычей, - хрипел один, облизывая губы, - С доков. Спят себе, бедолаги, и не знают, что их жизненная сила идёт на благое дело - наше лечение!

Второй фыркнул, и его голос прозвучал глублее: - Лечение... Лучше бы этот русский демон не совался на наш берег! Полтора десятка братьев! Разорвал, сука, как гнилую ткань!

Сердце у меня замерло. “Русский демон”?

Первый вампир мотнул головой, и его глаза на блеснули лихорадочным огнем. - Да ладно тебе, нам же меньше конкурентов осталось, ха-ха! Да и этого русского потрепали как следует! Слыхал, да? Старейшина отравили его своим особым ядом, прежде чем тот сбежал. Каким бы древним он ни был - против наших технологий не попрёшь! Не жилец он теперь, гнида бородатая! Пусть подыхает где подальше, только не на нашей территории!

Они снова принялись за свои пакеты, довольно похлопывая друг друга по плечам.

В тот же миг я разорвал связь. Видение ангара исчезло, сменившись грязной реальностью портовой зоны. Я отшатнулся, прислонившись к холодному контейнеру. Воздух с силой вырвался из моих легких.

- Марк? - тревожно спросила Илона.

- Его здесь нет, - прошипел я, сжимая виски, в которых стучала адская боль от двойного зрения, - Но там вампиры, много. И они явно обсуждали деда. Якобы они ранили его, отравили. Но он сбежал…

Отравили...

Значит, дед, возможно, сейчас где-то умирал…

А эти твари радовались, что “прогнали чужака”?.. Каждая клетка моего тела требовала мести, требовала сжечь этот ангар дотла вместе со всеми, кто находился внутри!

Но это было бы бессмысленно. Убийство стаи диких гиен не спасёт деда. Оно лишь привлечет внимание всего города.

Я с силой выдохнул, заставляя энергожгуты втянуться обратно в энергосистему.

- Его здесь нет, - повторил я, отворачиваясь от ангара, - Эти гиены лишь ранили его. Нам нужен другой след - тот, что вел тех двоих. Проклятье, я ошибся…

- Все ошибаются, - Илона поцеловала меня в щёку, - Идём отсюда, не будем терять времени.

Я лишь кивнул. Мы потеряли время и теперь придётся возвращаться обратно к мегабашне…

Два других кровавых мазка, сплетённых в одну ускользающую нить, всё ещё пульсировали в моём сознании, зовя обратно, в сердце сияющего города. Мы двинулись назад, оставляя позади вонь порта и гул машин.

Путь оказался долгим, и у мегабашни мы оказались лишь в середине ночи. Однако я сразу же ухватился за след и “встал” на него, словно гончая.

Этот след вился причудливыми зигзагами, будто те, кто его оставил, пытались запутать погоню или сами были ранены и двигались неуверенно.

Мы снова пересекли несколько оживленных проспектов, где голограммы танцевали над нашими головами, а немногочисленны припозднившиеся горожане спешили по домам.

Районы снова менялись на глазах. Шумные улицы сменились тихими, широкими бульварами, засаженными вековыми деревьями, чьи листья отливали серебром в свете изящных фонарей. Воздух здесь был другим - прохладным, чистым, пахнущим дорогим деревом и цветущими оранжереями.

За высокими, глухими заборами из чёрного камня или полированного дерева угадывались силуэты особняков - не вычурных дворцов, а строгих, современных резиденций, где каждая линия говорила о деньгах и власти.

След привел нас к одному из таких владений.

Особняк был выполнен в стиле минимализма - низкий, растянутый, с огромными панорамными окнами, сквозь которые струился приглушенный свет. Территория была обнесена идеально гладкой стеной из тёмного стекла, в котором отражались луна и блики города. От всего этого места веяло ледяным, безжизненным порядком.

Я уже было собрался запустить разведку, мысленно отдавая приказ Хугину и Мунину облететь периметр, как вдруг воздух вокруг нас сгустился и задрожал.

Тени у подножия стены зашевелились - не просто сгустились, а оторвались от камня и приняли форму!

Одна, вторая, пятая... Более двух десятков фигур возникли из ниоткуда, беззвучно и мгновенно, будто ждали нас. Они окружили меня и Илону плотным кольцом. От них веяло морозом, старым камнем и дорогим, чужим парфюмом, перебивающим природную вампирскую сущность - которую, тем не менее, я сразу же почувствовал.

Илона резко вдохнула, прижимаясь ко мне спиной. Мои энергожгуты рванулись наружу, готовые к бою, окрашивая ночь зловещим изумрудным сиянием - я сделал их видимыми, в надежде отпугнуть кровопийц...

Я оскалился, чувствуя, как мир замедляется, готовясь к кровавой жатве.

Но вперед вышла она.

Девушка - высокая, с идеальной осанкой, в простом, но безумно дорогом платье цвета ночного неба. Её длинные черные волосы были убраны в строгий узел, открывая безупречные, холодные черты лица. Глаза, миндалевидные и пронзительно-черные, смотрели на меня без страха, лишь с холодным, оценивающим любопытством. От нее пахло жасмином и древней, нечеловеческой силой.

Она подняла изящную тонкую руку, и ее голос прозвучал тихо, но с железной властью, что заставило окружающих её вампиров сделать синхронный шаг назад.

- Остановитесь, господин Апостолов, - произнесла она на безупречном русском языке, - Нам нужно поговорить.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге