Чудовищная алхимия. Том 3
Глава 1
Отряд черных плащей, вывалившийся на поляну, был небольшой, максимум человек десять. Но даже так раненым Милажене и Леопольду пришлось постараться, прежде чем они упокоили всех незваных гостей.
И пока парень и девушка сражались, Брут все это время оставался рядом с лежащим навзничь Зефиром и, нервно скалясь, сжимал в одной лапе очень сильно потрескавшийся клюв попугая, готовый в любую секунду его применить, а во второй — небольшой ножик.
Но его помощь не понадобилась. Где-то через пару минут интенсивной битвы Леопольд добил последнего противника, который попытался убежать, и уселся прямо на землю посреди тел. В то время как Милажена просто грохнулась вниз, как стояла, мучительно простонав. Это послужило сигналом для чернявого, который внезапно вспомнил, что у девушки не осталось эликсиров, и поспешил поскорее к ней, доставая с пояса заветную бутыль.
Зефир в этот момент начал наконец-то приходить в себя. Головокружение немного поутихло, и парень приподнялся сначала на локти, а потом и вовсе сел.
– Как она? – спросил командир у товарища.
– Слабая слишком, но в сознании, – послышалось от друга. – Жаль мы стимуляторами не запаслись, сейчас бы в миг ее на ноги поставили.
Замечание было отчасти резонным. Алхимики продавали множество эликсиров разнообразного действия, однако ничего мобилизующего силы у парней в их «аптечке» не водилось. Во-первых, для них самих такого рода эликсиры были, по сути, бесполезны – с выносливостью у юношей все было более чем хорошо, и чтобы опустить ее в ноль, им нужно было активно сражаться без продыху весь день напролет. Во-вторых, у любых стимуляторов существовало множество гадких побочек. К примеру, некоторые зелья после того, как эффект заканчивался, полностью выводили из строя человека, что в условиях Выдоха было смерти подобно.
Учитывая все это, молодые люди попросту решили не тратить деньги на такие эликсиры. Но кто знал, что они могут понадобиться для кого-то постороннего?
– Надо уходить, – встал на ноги Зефир, немного покачиваясь. – Скорее всего где-то здесь бродят другие отряды еретиков.
– Надо, – согласился чернявый. – Сейчас я ее раны обработаю и валим.
– Не бросайте Луку, – послышался слабый голос блондинки. – Сожгите хотя бы, чтобы зверью не достался. И заберите средоточие.
Кивнув, командир осмотрелся, но свиного пятака не обнаружил, да и его котомка отсутствовала.
– Еретик в капюшоне пропал вместе с сумкой, – бросил он девушке и сделал нетвердый шаг к старшему служителю. Потом был еще один, затем следующий, но уже более уверенный, а парня наконец-то перестало штормить.
Оказавшись у тела, смотревшего пустыми глазами в небо, Зефир начал поливать его маслом из ладони. Следом юноша достал факел, быстро зажег его и бросил на Луку. Мертвец занялся мгновенно, а командир, вооружившись первым попавшимся на земле мечом, развернулся в сторону Леопольда. Чернявый как раз закончил с неотложными процедурами и поднял блондинку на руки, кивнув юноше.
– Брут, давай на плечо, – Зефир посмотрел на енота, стоявшего в стороне с виноватой моськой.
И когда зверь оказался на месте, молодой человек, не задерживаясь, повел команду на выход – оставаться и искать беглеца со средоточием он не планировал, даже если бы его начала упрашивать Милажена.
...
Отряду везло, и никаких черных плащей по дороге обратно не встретилось. То ли они все собрались у крупного дерева, где прошла битва, то ли изначально их здесь находилось не так много, но путь назад прошел без неожиданных встреч.
Тем не менее, еретики были не единственной проблемой, и ранее отсутствующие ловушки начали неожиданно появляться как грибы после дождя, по мере того как Зефир с товарищами отдалялись от центра Выдоха. Причем многие из них вели себя довольно странно — то резко возникая в пределах чувствительности юноши, то также резко исчезая, как будто их там никогда не существовало.
К слову, для обнаружения некоторых ловушек даже не нужно было обладать никакой чуйкой – пропустить начинающие плавиться, словно свечки, деревья мог только слепой.
Складывалось отчетливое впечатление, что окружающая действительность попросту сошла с ума. И связано это было, скорее всего, с тем, что недобитый свиной пятак незаметно для всех пропал вместе со средоточием. Во всяком случае, Зефир склонялся именно к такому мнению, но даже если причина была в другом, ситуацию это не меняло, и продвигаться вперед по лесу приходилось крайне осторожно.
Только все предосторожности оказались напрасными, когда прямо там, где проходили молодые люди, внезапно появилась странная рябь в пространстве. Никто даже пикнуть не успел, как четверо соратников в один миг перенеслись из темного леса в непонятное каменное строение.
– Ну, хоть не разорвало на месте, – посадив блондинку рядом с собой на пол, фаталистично заметил Леопольд. Он снял шестопер с пояса и вытащил щит из-за спины, приготовившись к неприятностям.
– Эта дрянь прямо под ногами возникла, – ошарашено заметил командир, впрочем, тоже не забывший покрепче сжать рукоять обнаженного клинка.
– Где это мы? – тем временем спросила Милажена, оглядываясь.
Место, куда попали товарищи, представляло собой пустую и просторную комнату с единственным выходом, ведущим в тёмный коридор, а также парой пустых окон, через которые задувал сильный ветер. Состояние каменных стен, пола и потолка создавало впечатление глубокой древности, а растущие из сколов и трещин растения только усиливали этот эффект.
– Давайте выбираться, – озвучил витавшую в воздухе мысль Зефир, посмотрев на рябь в углу комнаты, через которую они сюда попали.
Вдруг на его плече дал о себе знать Брут, тявкнув пару раз и не сводя взгляда с растительности на стене.
– Вкусняшки? – удивленно переспросил чернявый.
– Собирай, но в темпе. Мы не знаем, когда исчезнет проход, – немного подумав, в итоге согласился с енотом командир и добавил строго, – и Всемогущей Бойней заклинаю, не исчезай никуда.
Брут быстро закивал и, спрыгнув вниз, начал рыться в своей сумочке. Вскоре у него в лапах появился небольшой мешочек, а он, не теряя времени, посеменил к стене.
Зефир же подошел к окну и непроизвольно присвистнул, выглянув наружу. Все пространство на улице было укрыто плотным белесым туманом, закрывая полностью обзор. Создавалось впечатление, что они оказались где-то в высокой башне прямо среди облаков, которые можно было потрогать рукой, стоило только протянуть руку.
– Не нравится мне здесь, – произнес подошедший Леопольд, заглянув через плечо командиру.
– А зря, – внезапно раздался красивый женский голос. – По-моему, у меня очень уютно.
Зефир и остальные резко повернулись к единственному выходу из комнаты, где в проходе незаметно для всех появилась женщина.
Да еще какая...
Своей фигурой она напоминала Милажену: крутые бедра и большая грудь, длинные красивые ноги и тонкая, лебединая шея. Одета незнакомка была в небрежно запахнутый дорогой шелковый халат, благодаря которому командир и смог рассмотреть все подробности, а на ногах у нее были почему-то домашние тапочки.
Но всё впечатление портила голова.
Это был практически лысый обтянутый серой морщинистой кожей череп с кучей возрастных пятен, на котором выделялись крупные глаза навыкате и жиденькие седые волосы, растущие клочками. Со ртом у существа тоже было не все в порядке — тонкие высохшие губы обрамляли частокол гнилых зубов, а улыбка, которую сейчас демонстрировала страхолюдина, вызывала единственное желание — выйти в ближайшее окно.
– А мы, собственно, уже уходим. Извините за беспокойство, – первым отмер командир и сделал пару шагов к мареву в углу.
Его чувство опасности на этого монстра попросту взбесилось, причем да такой степени, что чемпион, померший недавно бесславной смертью, казался пятилетним ребенком рядом с медвежутью.
– Ну куда же вы? – страшная женщина сделала несколько быстрых шагов внутрь комнаты, оказавшись совсем близко к товарищам, а Зефир почувствовал, что не может двигаться.
Скосив глаза на Леопольда — единственное, что ему подчинялось в теле, – молодой человек обнаружил, что тот тоже стоит не шелохнувшись. Впрочем, это касалось всех и даже енота, замершего без движения у стены с мешком в лапах.
– Ко мне не так часто приходят гости, чтобы так быстро их отпускать, – существо подошло к Зефиру, осмотрев его сверху донизу, и добавило, облизнувшись, – особенно тебя, пряничек. Отмоем кровушку, причешем и будешь снова, как новенький, радовать глаз и не только.
Контраст, который создавал красивый голос и уродливая морда, был просто непередаваемый. А скрытый и не очень приятный «кулинарный» подтекст, который сквозил в интонациях этого чудовища, заставил тысячи мурашек промаршировать по телу командира.
– Так, что тут у нас еще? – женщина тем временем посмотрела на Брута, не уделив тому особого внимания, а затем перевела взгляд на Леопольда. – Ты, кстати, тоже вкусненько выглядишь.
Услышав это, зрачки чернявого расширились, однако это было единственное, на что его хватило. Непонятная магия держала крепко, не давая даже бровью двинуть.
– И раненый адепт, очень интересно..., – между тем задумчиво проговорило существо, посмотрев на Милажену и ненадолго погрузившись в свои мысли.
Через несколько мгновений женщина-монстр отмерла и зашагала на выход, а парализованные люди и зверь поднялись в воздух и полетели прямо за ней.
Снаружи помещения оказался не коридор, а выход к гигантской круговой лестнице, уходившей сквозь этажи высоко вверх как минимум на десяток уровней.
– Как тебя зовут? – женщина повернула голову, а командир помимо своей воли подлетел к ней поближе.
– Зефир, – ответил он, неожиданно прорезавшимся голосом.
– Интересное имя, – вступив на лестницу и начав подъем, собеседница облизала уродливые губы, что выглядело крайне отвратительно. – Ты не думай, убивать я вас не буду. Просто вы проникли ко мне в дом, и вас нужно немного наказать. А потом идите на все четыре стороны.
Командир что-то не особо ей поверил, но высказывать это и как-то злить чудовище не стал. Вместо этого он усиленно стрелял глазами по сторонам, рассматривая обстановку. Так, на круглых этажах виднелись проходы в комнаты. Часть из них была открыта, отчего можно было разглядеть разруху внутри, часть плотно закрыта. Однако увиденное навело командира на мысли, что они сейчас действительно находились внутри какой-то большой башни. Причем, где-то на ее вершине.
– И откуда вы такие красивые, Зефир? – продолжила расспросы женщина-монстр.
– Убегали от врагов, – честно признался парень.
– Вместе с адептом? – удивилась та. – Жалкие нынче адепты пошли, раз от битвы бегут.
– Она на ногах стоять не могла, какие битвы? – почему-то не смог смолчать командир.
– Ну раз так, – собеседница пристально посмотрела на юношу, а затем выражение ее уродливого лица, напоминавшее ожившего мертвеца, неуловимо изменилось, и она заговорила совсем другим голосом — скрипучим и истеричным, – ты склизкий кусок дерьма! Думал сбежать от господина?!
Сила, удерживающая Зефира на весу, начала сдавливать его со всех сторон, словно пресс масло. Затрещала кожа и кости, а командир испытал такую зверскую боль, что даже закричать был не в силах.
Все прекратилось также внезапно, как началось, а молодой человек стал хватать ртом воздух.
– Извини за это, – вновь донесся до него приятный голос сквозь барабанный стук крови в ушах. – Подселилась какая-то дрянь, пока я спала, все никак не могу ее до конца вытравить.
Зефир ничего не ответил, пытаясь перевести дух. Он, конечно, знал, что существо, захватившее их, было очень опасно, но то, что оно еще со своей уродливой головой не дружило, стало для него неприятным сюрпризом.
Тем временем они прибыли на следующий этаж, где перед страшной женщиной самостоятельно открылась одна из дверей, ведущих в пустую комнату. Сумки и оружие товарищей полетели в помещение и уместились на полу. Следом дверь захлопнулась и сразу же открылась соседняя, где посреди комнаты стояла пустая деревянная кровать, на которую переместилась парализованная Милажена. Уложив девушку, существо вытащило из складок халата какую-то склянку, а затем споило ее вращающей глазами блондинке и зачем-то пояснило:
– Пусть поспит.
Троица наблюдала за этим молча. Енот и чернявый не могли говорить — женщина не дала им такого права. Командир же предпочел не сотрясать воздух. Не от нехватки слов, их как раз было предостаточно, а потому что весь его текущий словарный запас состоял исключительно из отборного мата.
Дальше последовал подъём ещё на три этажа вверх, а затем Зефира с товарищами доставили в темницу — судя по тяжелой двери и засову с внешней стороны, а также нескольким истлевшим подстилкам на полу. Правда, в комнате было окно без рамы, через которое мог пролезть взрослый человек, но если учесть, что находились они где-то высоко над землёй, то смысл его как-то прикрывать отсутствовал. А ещё здесь же, у стен, лежало два древних скелета.
Поставив товарищей на пол, женщина вышла и закрыла за собой дверь, опустив засов. В то же самое время силы, что ранее удерживали троицу на месте, пропали, а их пленительница проговорила томным и многообещающим голоском из-за преграды:
– Зефир, я скоро зайду за тобой.
Чудовище, маскирующееся под женщину, ушло, а товарищи переглянулись.
– Ну почему мы постоянно влипаем в такое дерьмо?! – простонал Леопольд, схватившись за голову.
Его поддержал жалобным тявканьем енот, однако командир не стал отвечать на, в общем-то, риторический вопрос, а подошел к двери и прислушался. Удостоверившись, что тварь ушла, Зефир размахнулся ладонью и влепил мощнейшую пощечину, усиленную умением, прямо по преграде.
Рука встретилась с деревом и прозвучал громкий шлепок, вот только почему-то на двери даже отпечатка не осталось. Раздраженно цыкнув, юноша развернулся и осмотрелся. Как он успел ранее приметить, помимо окна и трех подстилок не первой свежести, в комнате находились два скелета, лежавших на полу. Плоть и одежда давно сгнили, причем даже запаха не оставив, однако странным было не это, а раздробленные тазовые кости у обоих людей.
Кто это сделал — вопрос не стоял. Молодого человека интересовало — зачем монстру вообще было ломать этим беднягам таз? Чтобы не сбежали? Тогда почему не ноги?
Брут тем временем тоже решил не сидеть без дела и, пока командир подошел к окну и высунулся из него по пояс, подобрался к двери и попытался найти хоть крохотную щелочку, через которую можно было бы переместиться наружу с помощью его способности, а потом выпустить остальных. Но дверь сидела плотно, и разочарованный мохнатый вернулся к одной из подстилок и уселся на нее, нервно теребя в лапах мешок с пучком трав внутри.
– Со стороны окна тоже глухо, – развернулся обратно к товарищам Зефир. – Кладка гладкая, ухватиться не за что. Да и камень такой же крепкий, как дверь на входе.
– Что делать будем? – поинтересовался Леопольд, устроившийся напротив Брута.
– Если бы я знал..., – протянул командир. – Еще эти слова ее последние. Учитывая, что монстр наговорила до этого, уж не хочет ли она меня сожрать на обед?
Енот в этот момент затявкал, а для наглядности сжал кулачок, повернув его немного боком, и затем несколько раз резко пошлепал второй лапкой сверху.
– Не может быть, – удивленно уставился на него Зефир, а затем скривился. – Не верю.
Мохнатый закивал, убежденный в своих словах, а парень горячо возразил:
– Да не может быть!
Брут не стал продолжать спор, а высыпав из мешочка собранную траву, поднялся и подошел к Зефиру, протянув ему кусок материи.
– Зачем мне это? – взяв предмет, недоуменно посмотрел на зверя молодой человек.
Енот тявкнул пару раз, и параллельно этому устроил целую пантомиму, показывая, как он натягивает мешок на голову воображаемому монстру.
– Ты у меня точно по мохнатой жопе скоро получишь, – начал раздражаться Зефир и откинул от себя ткань. – Советчик хренов!
Брут обиженно пожал плечами. Задачи оскорбить у него не стояло, зверь просто хотел немного помочь товарищу справиться с очень страшной на лицо проблемой.
– У нас против этого вообще шансы есть? – внезапно спросил Леопольд.
– Я заметил, что ее сила, чем бы это ни было, работает где-то в метрах двух-трех от нее, – потер подбородок командир. – Возможно, если неожиданно приблизиться и атаковать, то удастся ее достать.
– А может она хочет, чтобы мы так думали? – задумался чернявый.
– Может и так, но сидеть сложа руки нельзя.
– Согласен, – решительно кивнул Леопольд, и в тот же самый момент дверь бесшумно открылась, а внутрь вошла женщина-монстр, застав парней врасплох.
– Ай-ай-ай, какие плохие мальчики, – погрозила она пальчиком, страшно улыбаясь. – Напасть на меня вздумали?
Чудовище сделало пару шагов в центр камеры и оглядело замерших, словно деревянные цыплята, товарищей своими выпученными глазами.
– Ладно, пойдём. Развлечёшь меня, – она повернулась к Зефиру, и парень в этот момент взлетел на полметра от земли, затем перевернулся вверх тормашками и медленно поплыл по воздуху к выходу. Та явно издевалась таким образом над командиром, мстя за недавно сказанные слова.
И пока парень летел, их пленительница, развернувшись к двери, приготовилась уходить. По идее, это был отличный шанс для остальных напасть, но монстр не была глупой и сразу же обездвижила енота и чернявого, отчего те беспомощно следили, как уносят их командира.
К слову, руки летящего вниз головой Зефира и вся верхняя часть тела в этот момент оказались свободными, однако его ноги были крепко зафиксированы, потому единственное, что он смог сделать — схватить мешочек с пола.
Дверь закрылась, и обездвиживание спало.
– Вот сука! – нервно взрезал кулаком по стене чернявый.
Если бы проблема состояла только в близости с этой страшной мордой, после чего их должны были отпустить, то, наверное, все было бы не так печально. Однако, несмотря на слова енота, парни доподлинно не знали, какие у чудовища на них планы, а два скелета в камере служили наглядным подтверждением, что все было не так просто.
Бессилие, злость и безысходность — ровно те чувства, что терзали сейчас Леопольда. Чернявый угрюмо опустился на подстилку и принялся ждать, потому что ничего другого ему не оставалось. В отличие от товарища, Брут не был так фаталистично настроен, но даже он немного приуныл и тихо уселся на свою мохнатую задницу в уголке.
Глава 2
Примерно минут через двадцать дверь в темницу открылась, а в комнату медленно влетел по воздуху командир со странным выражением на лице. Проделав путь до середины помещения, парень опустился на пол, в то время как проход за ним закрылся.
Зефир выглядел... необычно. Во-первых, куда-то пропали доспехи, а вместо них на юноше оказалась просторная белая рубаха с красивой вышивкой и узкие кожаные штаны. Во-вторых, голова была вымыта каким-то вкусно пахнущим мылом, а волосы высушены, бережно расчёсаны и завязаны в хвост фиолетовой ленточкой. В общем, перед енотом и чернявым стоял элитный жиголо, сбежавший из борделя для искательниц, отчего в камере воцарилась неестественная тишина.
Первым опомнился Брут. Тявкнув, он вопросительно поиграл бровями, как любил это делать в очень специфических ситуациях. Но сейчас движения были неуверенными, а зверь явно сомневался, радоваться или печалиться за командира.
– Нет, не было ничего, – отрезал Зефир. – У этого монстра случился новый психоз, и она меня опять чуть не угробила. И пока эта сумасшедшая наводит порядок у себя в тыкве, давайте валить отсюда. Появилась у меня одна идея.
Предложение вызвало оживление у друзей, а командир уселся прямо на пол и зачем-то начал снимать правый сапог. Енот и чернявый переглянулись, явно не понимая, что задумал молодой человек, но не стали отвлекать вопросами, с интересом наблюдая, как Зефир стащил с ноги светлый льняной носок.
Не прошло и мгновения, как на его стопе материализовалась точная копия, а командир, подобрав «старый» носок, кинул его Леопольду со словами:
– Не зевайте! Будем трос плести.
Учитывая, что «Левый носок бесконечности», как называл его командир, мог действительно штамповать свои копии в промышленных количествах, а также благодаря тому, что они были прочными и длинными, вскоре перед друзьями лежала тридцатиметровая верёвка.
Поначалу Зефир думал сделать такую же, но из своих волос, вспомнив, как когда-то давно Вилтани упоминала про принцессу из сказки, сбежавшую из башни с помощью своей шевелюры. Но этот вариант был с одним большим минусом — каждое новое отращивание сжирало внутренние силы командира. Потому остановился он на артефактном носке, о котором вовремя вспомнил.
Надев обратно сапог, Зефир нашёл взглядом ранее примеченный штырь, торчащий из стены под потолком, и с помощью подсадившего его Леопольда привязал один конец веревки к нему, а второй выбросил в окно.
– Так. Когда нас сюда несли, я заметил на три этажа ниже, прямо под нами, окошко в комнате с открытой дверью. В общем, ждите здесь, я быстро, – произнеся это, командир тем не менее не сразу полез наружу, а для начала повисел на носочном канате в помещении, проверяя его прочность. И только убедившись в надёжности верёвки, Зефир выбрался наружу.
Ветер на улице был злой и мощный. Он периодически обрушивался, словно дикий зверь, на человека, спускающегося по связанным носкам, пытаясь сбросить того в пропасть и сильно раскачивая импровизированный канат. А ещё снаружи оказалось дико холодно. В помещении это не особо ощущалось, но сейчас Зефир почувствовал на своей шкуре все прелести погоды вне башни. К слову, земли он так и не увидел. Везде был этот странный туман, препятствующий взгляду дальше, чем на пару десятков метров, и понять, что это за башня такая и где она вообще находилась, было абсолютно невозможно.
Через несколько минут спуска командир подобрался к намеченному окну и хотел было попасть в комнату, как налетел особо сильный порыв и швырнул его о камень. Удар о стену был мощным, дезориентировав юношу, отчего тот на секунду выпустил из рук верёвку и сразу же полетел вниз.
Начав судорожно размахивать конечностями, Зефир в какой-то миг зацепился за канат левой рукой и схватил его с такой силой, что аж материя носков затрещала. Но, к счастью, падение было остановлено, а парень сразу же вернул вторую руку на верёвку и упёрся ногами в стену, начав быстро карабкаться вверх. Вскоре нужное окно показалось вновь, и молодой человек наконец-то забрался внутрь.
Комната была пустой и ничего интересного из себя не представляла, помимо того, что впереди виднелась открытая дверь, выводившая к лестнице. На секунду задумавшись, куда отправиться первым из трёх возможных мест: комната с Милаженой, склад с вещами или темница, командир в итоге выбрал для начала освободить товарищей.
Выглянув в проход и не обнаружив ни единой живой души, Зефир быстро направился вверх. Через три пролёта круговой лестницы он оказался на нужном этаже, найдя взглядом дверь с засовом. Посмотрев ещё выше, туда, где через четыре этажа жила эта женщина-монстр, командир передёрнул плечами, вспомнив свой недавний опыт, в котором был безмолвной куклой, выполнявшей все приказы хозяйки благодаря её непонятной силе.
Кстати, секция покоев наверху, занимавшая половину уровня, отличалась от запустевших нижних этажей, как день и ночь. В отличие от остальной башни, за своим жильём женщина следила, а вещи и мебель, которыми она пользовалась, не производили впечатления того, что простояли сотни лет без дела.
Юноша мотнул головой, избавляясь от посторонних мыслей, и подбежал к двери, открывая засов. Внутри обнаружились Леопольд и Брут, караулившие у входа, а командир, приложив палец к губам, повёл товарищей вниз.
Вскоре они достигли комнаты со сваленными на полу вещами и попали внутрь. Зефир и Брут собрались первыми. И пока Леопольд возился со стреломётом, командир, коротко бросив: «Я за Милаженой», направился в соседнее помещение, где должна была быть девушка.
Открыв дверь, молодой человек подошёл к кровати со спящей на голых досках блондинкой. Её волосы растрепались, а чумазое личико было странно умиротворённым, отчего командир на некоторое время застыл, рассматривая красавицу.
От созерцания девушки юношу отвлекла какая-то возня рядом. Повернув голову, он обнаружил мохнатого, который старательно вытягивал губы, пытаясь изобразить поцелуй, но с учётом строения морды у него это не особо получалось.
Зефир закатил глаза и шагнул к кровати, подхватив блондинку и закинув её на плечо. После чего быстро выбрался к лестнице, где его уже ждал Леопольд.
– Двинулись, – тихо проговорил командир и, подавая пример, шагнул на ступеньки, ведущие вниз.
К слову, архитектура башни была очень необычной. По идее, где-то здесь должен был быть спуск к основанию, но юноша почему-то не встретил ничего подобного. Может, другая лестница находилась в какой-то из комнат, а может, её в принципе не существовало. Но как тогда чудовище покидало строение? Или попало сюда? В общем, своими странностями это место напоминало Выдох, но почему-то Зефир не встречал никаких упоминаний об огромных башнях со шпилями, высоко в облаках — ни в жёлтой, ни в красной зоне.
Дойдя до марева, которое, слава Всемогущей Бойне, всё ещё находилось в углу комнаты и никуда не исчезло, командир выкинул посторонние мысли из головы и сделал решительный шаг вперёд. Пора было валить, пока чудовище не спохватилось, и молодой человек очень надеялся, что они вернутся в целости туда, откуда пришли, а не отправятся куда-нибудь на Эрну, да ещё и по кусочкам.
Друзьям повезло — рябь в пространстве выплюнула их обратно в том же самом месте. Быстро оглядевшись, Зефир поспешил к выходу из гигантской котловины, потому что если монстр из башни наведается сюда через проход, который так никуда и не пропал, и застанет парней, это будет провал эпических масштабов.
По мере продвижения вперёд командир постепенно повышал темп — за время их отсутствия местность более-менее пришла в норму, и странное поведение ловушек закончилось. Нет, их всё ещё было много вокруг, но они хотя бы перестали спонтанно возникать и пропадать прямо под ногами спешащих поскорее убраться отсюда людей. И примерно через четверть часа товарищи наконец-то забрались на склон, найдя более-менее пологий подъём, и окончательно покинули центр Выдоха.
– Выбрались, – выдохнул Зефир и оглянулся на верхушки деревьев, торчащих из чаши в земле.
– Куда дальше? – поинтересовался Леопольд. Он тоже в этот момент оглянулся назад и окинул взглядом странный и пугающий лес.
– Сначала на юг, чтобы не пересечься с недобитками, а затем на юго-восток до тракта.
На плече командира тем временем завозилась Милажена.
– Где мы? И что произошло? – послышался её сонный голос.
– Идти сама сможешь? – уточнил командир.
– Если уберёшь руку с моей попы и поставишь на землю, то да.
Молодой человек наклонился и выполнил просьбу, водрузив блондинку рядом с собой. Та сразу же осмотрелась, потому что свисая с чужого плеча, делать это было проблематично, и задумчиво спросила, остановив взгляд на командире:
– И почему ты выглядишь как жиголо?
Зефир пару раз моргнул, затем кашлянул, чтобы прочистить горло, и произнес:
– Давай попозже обсудим, когда уберёмся отсюда подальше.
– Хорошо.
...
– То есть ты выбрался из окна с помощью каната из носков? – удивлённо посмотрела на Зефира девушка.
– Ага.
Пробежав с приличной скоростью остаток дня, соратники расположились среди нескольких больших булыжников в крохотной роще на ночлег. Место попалось хорошее – с ключом в ближайших кустах, поэтому командир решил сделать на всех суп, чем параллельно и занимался, пока вводил в курс дел Милажену.
– Вы как обычно в своём репертуаре, – покачала головой блондинка, у которой на секунду на губах промелькнула улыбка.
– Надо было эту тварь подстеречь и трахнуть по голове жезлом, – заметил Леопольд, которого спокойная обстановка, когда на кону не стояла жизнь, сделала чересчур воинственным.
– Или она бы нас, – возразил командир.
– Ну, можно было что-то придумать, – несколько сбавил тон чернявый. – Например, я даю залп из стреломёта, отвлекая её, а ты в это время подбегаешь сзади и хреначишь жезлом. У неё там, скорее всего, много сокровищ было.
Окончание фразы было произнесено мечтательно, а Зефир, как непосредственно бывавший в покоях женщины-монстра, мог бы согласиться с этим предположением — у той действительно было много ценностей наверху — но не стал раззадоривать друга. Потому что угроза, которую молодой человек ощущал от их пленительницы, была настолько колоссальна, что там, скорее всего, и десять жезлов не помогли бы.
– Убежали и ладно, у меня от этого чудовища до сих пор мурашки по коже, – в итоге произнёс он и был поддержан Брутом, который одобрительно тявкнул.
– Кстати, да, – внезапно согласилась Милажена и спросила, – почему ты того же Людевита деревянным членом не отоварил? Это очень мощный артефакт, и этот ублюдок, скорее всего, не выдержал бы даже одного удара.
Командир сконфуженно запнулся, помешивая суп половником, а следом признался:
– Забыл. Увидел подходящий момент и сорвался в атаку, не подумав. К тому же жезл всегда лежит в сумке. Возможно, стоит перевесить его на пояс на постоянной основе, – задумчиво потер подбородок молодой человек, чем вызвал странный взгляд блондинки.
Енот тем временем горделиво приосанился, однако о своём участии в низвержении чемпиона в пучины отчаяния решил промолчать. Всё же это из-за Брута товарищи попёрлись в центр Выдоха, а командир ещё и сильно пострадал. Кроме того, мохнатый не хотел никому рассказывать, что тайно прикарманил несколько артефактов, которые частенько использовал, когда хотел пошалить.
Тем не менее получить свою долю славы и похвалы еноту хотелось. Поэтому он пододвинул к себе заплечную сумочку и, порывшись в ней, достал два хрустальных колокольчика, которые начали потихоньку светиться в наступающих сумерках, и молча положил их на ладонь, не забыв вытянуть лапу вперёд, чтобы всем было хорошо видно.
– Полуночница! – первым заметил растения Леопольд. – Я и забыл со всеми этими событиями, что она должна расти рядом со средоточием! Да ещё и сразу две штуки!
– Молодчина! – улыбнулся Зефир.
– Что это? Какая-то ценность? – недоумённо спросила блондинка.
– Это наша первая эволюция и получение ядра, – радостно пояснил командир, смотря на красивые переливы света в лапе Брута.
– Поздравляю, – произнесла девушка без особого восторга в голосе и примолкла, будто перенеслась мыслями куда-то очень далеко отсюда.
– Спасибо, – заметив её состояние, Зефир решил закруглять разговор, тем более суп уже был готов. – Давайте есть.
Ночью, перед тем как сдать своё дежурство Леопольду, командир услышал тихие всхлипывания, раздававшиеся от лежанки Милажены. Девушку было по-человечески жалко, вот только что делают в таких ситуациях нормальные люди, командир не знал, а сводить всё к соблазнению блондинки ему претило. Поэтому молодой человек тихо растормошил чернявого, а следом улёгся спать.
Сон, правда, не шёл, а голову забили несвойственные юноше мысли о бренности бытия. Но долго это не продлилось - Зефир был жизнерадостным малым и не любил хандрить. Он попросту наслаждался жизнью во всех её проявлениях, будто пытаясь нагнать то, чего был лишён долгое время. И вскоре плохие мысли ушли, а в сознании осталась только железная уверенность: прожить отведённое время нужно как можно ярче, а если уходить - то в ослепляющей вспышке.
Утро встретило командира грустной улыбкой Милажены, сидевшей в стороне и смотревшей в направлении центра Выдоха. Потянувшись и заразительно зевнув, Зефир проконтролировал все ли на своих местах, и ушел умываться к ключу, а вернувшись, присел рядом с девушкой.
– Скажи, какие последствия будут после всего этого? – покрутил он неопределённо рукой в воздухе.
– Не знаю, – ненадолго задумалась блондинка. – Как только вернёмся, я доложу иерарху, а дальше что он решит – мне неизвестно.
– Нам нужно чего-то опасаться, как думаешь? – решил не ходить вокруг да около командир.
– Вам вряд ли. Возможно, даже наградят как-то, – пожала плечами Милажена.
– А тебе?
– Да и мне, наверное, тоже, – безразлично ответила она.
– Ясно, – кивнул парень и обратился к прислушивающимся к разговору друзьям. – Давайте завтракать и выдвигаться. Чем раньше выйдем, тем быстрее будем в Перекрёстке.
***
Пока группа Зефира удалялась по направлению к городу, рябь в пространстве заходила волнами, а через миг выпустила из себя красивую, фигуристую женщину – если, конечно, не смотреть на её ужасную голову с практически отсутствующими волосами. Одета она была в дорожный костюм из кожаных штанов и куртки отличного качества, а за спиной у нее висела небольшая торба. Правда, из образа искательницы выбивались домашние тапочки на ногах. Но это было бы последнее, на что обратили внимание зрители, будь они здесь – настолько нереально страшным было её лицо, напоминавшее недавно поднятого мертвеца.
– Хренова техника! – вслух выругалась женщина, держа зеркальце и с отвращением разглядывая себя. – Ну, давай уже!
Когда-то давно, обнаружив это умение под названием «Спячка», она не обратила внимания на мелкий шрифт в старом свитке. А зря. Там неизвестный автор прямо предупреждал, что лицо и голова после пробуждения придут в негодность. В прошлый раз, когда её разбудили два еретика, последствия техники проходили несколько часов, заставив ее понервничать. Вот и сейчас происходило ровно то же самое.
Между тем под испытующим взглядом женщины из её почти лысого черепа начали появляться иссиня-чёрные волосы, а седые клоки – выпадать. Кожа постепенно розовела, в то время как гнилые зубы сменялись новыми – ровными и белыми.
Минут через десять метаморфоза завершилась. Теперь ничто не напоминало об уродливом монстре – перед зеркалом стояла прекрасная брюнетка лет тридцати с острыми чертами лица.
– Ну уж сейчас-то этот придурок вряд ли бы попытался надеть на меня мешок, – хищно улыбнулась она и расхохоталась.
Убрав зеркальце, брюнетка мигнула в пространстве, оказавшись высоко над кронами, зависла в воздухе и осмотрелась. Местность была незнакомой, и куда ее из башни привел природный портал было абсолютно не ясно. Однако спать и ждать больше не хотелось, поэтому она решила прогуляться и посмотреть, как изменился мир и изменился ли вообще. А если вдруг то, что она с таким нетерпением ждала, не произошло, то, видимо, ей придется поспать еще.
Глава 3
– Спасибо за все, – сдержанно поблагодарила Милажена. – Я найду вас через день-два, рассчитаюсь за задание. Вы же у себя будете?
– Да, после такого нужна минимум неделя отдыха, – кивнул командир.
– Хорошо, до встречи, – блондинка развернулась и поспешила к возвышающемуся невдалеке храму Всемогущей Бойни, а парни потихоньку направились к «Поцелую».
– Жалко ее, – внезапно проговорил Леопольд. – Я так понял, Лука ей чуть ли не за отца был.
– Да, явно кто-то близкий, – согласился Зефир.
После всего произошедшего поведение девушки сильно изменилось, а задиристая оторва без царя в голове, которую они раньше знали, испарилась без следа.
– Эй, красавчик! – внезапно обратилась к Зефиру проходившая мимо девушка-искательница в дорогой броне, отвлекая от мыслей. – Сколько за час?
Командир повернулся к ней и пару раз моргнул, не зная, как реагировать. Дело было в том, что он так и не переодел тот костюм, состоящий из просторной белой рубахи и узких кожаных штанов, в котором бежал из башни. Сначала не хватало времени, а потом он попросту забил, так как смысла надевать и пачкать запаску не было.
И сейчас, даже несмотря на то, что вещи изрядно поизносились за время путешествия, его все равно приняли за местную ночную бабочку мужского пола.
Образовавшаяся пауза немного затянулась, пока на сцену не вышел Брут. Енот важно тявкнул, привлекая к себе внимание, и, подняв обе лапы вверх, показал на них семь пальцев.
– Семь серебряных? – удивилась девушка. – Дороговато, конечно, но беру!
…
Минут через пять, наконец-то отвязавшись от приставучей искательницы и разрешив недопонимание, товарищи двинулись к таверне.
– В следующий раз я тебя сдам на отработку, шутник хренов, – проворчал командир.
Енот в ответ изобразил обиду, потому что, на его взгляд, идея была отличная – и развлечение, и легкий заработок, но спорить не стал.
Молча пройдя пару улиц, вскоре перед глазами друзей появилась таверна. Зайдя внутрь и поздоровавшись с завсегдатаями, среди которых оказалась Хвоя в компании с Карлой – той шутницей-искусницей с некоторыми физиологическими особенностями, о которых Зефир предпочитал не вспоминать, товарищи отнесли наверх вещи, а затем спустились на обед, устроившись за одним из свободных столиков в ожидании заказа.
– Не возражаете, мы составим вам компанию? – взяв с собой кружки, обе брюнетки были уже тут как тут.
– Садитесь, – пожал плечами командир. – Вы по делу?
– Не-а, просто поболтать. Без вас здесь довольно скучно, – заняв место рядом с Зефиром, ответила девушка в шляпке, а ее собутыльница разместилась напротив командира и пристально уставилась на него.
Заметив это, молодой человек закатил глаза и, опережая глупые вопросы, проговорил:
– Нет, я не сменил работу и жиголо не стал. Просто другой одежды не было, а эту я скоро сниму и сожгу.
– А зря, – выпив из кружки, произнесла Карла. – Ты бы со своей внешностью не меньше, чем на искательстве, зарабатывал.
Юноша глянул на нее раздраженно, но говорить ничего не стал, сменив тему:
– Что-то интересное произошло, пока нас не было?
– Ничего такого, – задумалась девушка. – Хотя поговаривают, что команда Танислава пропала. Взяли какой-то секретный заказ и как в воду канули. Скорее всего, на черных плащей нарвались.
Кто такой Танислав, командир не знал, да и не особо хотел знать, поэтому повернулся к Хвое и спросил:
– А Ночка с Веселиной не появлялись?
– Недели полторы назад умотали в Выдох. Вообще не отдыхают девчонки, – покачала та головой и внезапно добавила, – и, кстати, вам бы помыться не мешало.
– Только пришли, – развел руками Зефир. – Поедим и заглянем в купальню.
– Я так понимаю, тяжелый поход был? – спросила Хвоя, рассматривая дыру в бригантине у чернявого.
– Да, не из легких, – передернул плечами Леопольд.
– Тогда сходите в купальни, что вам здесь из бочки мыться? – посоветовала девушка. – Самое то после тяжелых выходов.
Предложение было заманчивым, потому что жить в таком ритме утомляло, и иногда нужно было хоть какое-то развлечение. Поэтому Зефир и Леопольд заинтересованно посмотрели на Хвою, но больше всех, конечно, возбудился Брут, который вперил зенки в девушку и превратился в одно большое ухо.
– В районе искателей две хорошие купальни, которые стоят внимания, – продолжила она. – «Мокрый уголок» и «Русалочьи будни». Они, в принципе, ничем друг от друга не отличаются, но в «Мокром уголке» есть смешанные залы для мужчин и женщин, а у русалок такого нет.
– Еще есть «Водный Сад Удовольствий», – внезапно включилась в разговор Карла. – Я там иногда подрабатываю, поэтому, Зефир, если пойдешь туда, обязательно мне сообщи!
– Как-нибудь обойдусь, – отрезал командир.
Енот тем временем заерзал на лавке и тявкнул пару раз просительно.
– В этот сад мы точно не пойдем, – сразу обломал его Зефир. – Но в «Мокрый уголок» можем зайти.
Мохнатый радостно затявкал на его слова, а затем пакостливо улыбнулся, потирая лапы.
– Всегда хотела спросить, как вы Брута вообще понимаете? – озадаченно посмотрела на енота брюнетка в шляпке.
– Привычка, – не стал вдаваться в подробности командир. – И спасибо за наводку.
Пообедав под разговоры с девушками, товарищи откланялись и, взяв с собой запасные вещи, направились в купальни. Путь до них лежал в центральную часть района, самую престижную и, соответственно, дорогую, но иногда можно было себя побаловать, потому решение немного потратиться далось парням довольно легко.
На входе в двухэтажное заведение, отделанное с торца вырезанными из дерева и разукрашенными в морские цвета разнообразными гадами, их встретила парочка вышибал, которые подозрительным взглядом проводили Брута, когда товарищи отворили дверь.
Шагнув через порог, они оказались в небольшом помещении, откуда выходили три коридора, занавешенные салатовыми шторками. Слева располагалась зона ожидания, где стоял небольшой столик с симпатичными диванчиками и креслами, а справа за стойкой, выполненной в форме ракушки, дежурила миловидная блондинка в синем халате.
– Добрый день, – поприветствовала их девушка, улыбнувшись.
– Добрый, – кивнул командир, с интересом осматриваясь. – Мы хотели бы воспользоваться услугами вашей купальни.
– Все трое? – спросила она, посмотрев на енота.
– Да, это проблема? – напрягся молодой человек, зная, как многие трактирщики относились к Бруту.
– Нет, конечно, но для особых гостей, – выделила она слово, – у нас есть железное правило: в общих бассейнах не плавать. Хотя, если вы закажете отдельный зал, то можете купаться в маленькой купальне сколько угодно.
– Расскажите-ка поподробнее, – попросил Зефир, а Леопольд добавил:
– И что по цене?
В итоге, после непродолжительного разговора, оказалось, что в заведении были общие залы и отдельные кабинеты для компаний друзей. Первые подразделялись на женский, мужской и смешанный типы и стоили два серебряных за час мытья, причем это было минимальное время, которое можно было купить. А вторые сдавались в аренду по пятнадцать серебряных за час.
Платить золотой и четыре серебрушки для товарищей было как-то чересчур, поэтому они остановились на общих залах и попросили рассказать подробнее, что входит в услугу. Девушка на это еще раз улыбнулась и заученным текстом поведала им о следующем:
Во-первых, все общие залы были стандартными и состояли из большого бассейна с теплой водой, зонами отдыха и непосредственно мытья.
Во-вторых, заведение использовало у себя только передовые технологии бронзового трубопровода с постоянно горячей водой внутри. При этом она назвала эту штуку «душ», да и вообще была очень горда этим фактом.
В-третьих, мыло и полотенце входили в общую стоимость услуги, однако ароматные масла и всякие непонятные штуки, которые начала перечислять блондинка, шли по отдельной стоимости.
Ну и, в-четвертых, здесь был свой ресторан морской кухни, а морепродукты привозили сюда чуть ли не с самого восточного побережья, используя какие-то очень крутые и огромные Холодки. И, естественно, еда была за отдельную и очень значительную плату.
– Так на чем вы остановили свой выбор? – уточнила девушка, продолжая дежурно улыбаться.
– Нам, пожалуйста, на троих в общий мужской зал, – проговорил Зефир.
Енот в этот момент тявкнул пару раз, и командир поправился, указав на себя и Леопольда:
– Мы вдвоем в общий мужской зал на час, а его, – парень указал на Брута, – в смешанный.
В ответ на это мохнатый заворчал недовольно, а командир специально для него пояснил:
– Тебя никто на женскую половину не пустит. Да и какая тебе разница? Женщины и в смешанной зоне будут.
Девушка на стойке странно посмотрела на парочку и решила озвучить официальную позицию заведения:
– Мальчики могут попасть только в мужские и смешанные залы. Никак иначе. Ну или заказывайте отдельный кабинет и приводите туда хоть медвежуть, – хитро улыбнулась она.
– Нет, мы обойдемся, – покачал головой Зефир.
– Тогда с вас шесть монет.
…
Оставив вещи в шкафчике для хранения и повязав себе на запястье веревочку с ключом, оба парня обмотались полотенцами, захватили мыло и направились в зал. Попав внутрь, товарищи для начала огляделись, и то, что они увидели, им очень понравилось. Мужская зона, отделанная внутри белым мрамором, оказалась светлой и довольно просторной. С левой стороны расположился огромный бассейн, где сейчас отмокала парочка о чем-то болтающих мужчин. Впереди из стены на уровне человеческого роста торчали бронзовые трубы с какими-то насадками на них, а чуть ниже установлены вентили, которые предлагалось крутить, чтобы пошла вода. Справа стояло три уровня мраморных ступенек по полметра высотой, с отдыхающими на них людьми. Ну и в дополнение ко всему, посетителей здесь практически не было.
– Красиво здесь, – проговорил Леопольд и добавил, – хотя за такую цену это и не удивительно.
– Да, что есть, то есть, – покивал Зефир. – Ну что, давай оценим.
А дальше друзья пошли оттирать пот и грязь, накопившиеся за время путешествия, и, конечно, не забыли посетить после этого теплый бассейн. Накупавшись вдоволь, парни, прикрывшись полотенцами, как это было принято в этом заведении, уселись на мраморной «лестнице», которую какие-то умельцы умудрились сделать подогреваемой, и болтали ни о чем.
– Слушай, Леопольд, все хотел спросить, как ты относишься к человеческим девушкам? – с интересом посмотрел на товарища командир, давно приметивший, что какого-то особого ажиотажа они у него не вызывали.
– Это все сложно, и я пока не определился до конца, – почесал затылок чернявый. – Ты знаешь, кем я раньше был и как жил, и вот так сразу перейти с птиц на людей я все еще не могу.
Услышав ответ, Зефир покивал понимающе и обернулся на резкое движение справа, где недалеко от них сидел сорокалетний мужчина. Тот, видимо, услышал их диалог и моментально отсел, покрепче затянув полотенце на поясе и опасливо смотря на двух полуголых двухметровых лбов с выделяющейся мускулатурой. В его глазах в этот момент отчетливо читалось сильное опасение того, что парни могли интересоваться не только птицами.
Тем временем, пока юноши разговаривали, в соседнем зале на похожей мраморной лестнице на самом верху сидел нахохлившийся енот. Повернув голову налево, он, скривившись, посмотрел на группу из пяти пожилых матрон с дряблыми телами, которые, отбросив в сторону полотенца, стреляли глазами в парочку сидящих с правой стороны юнцов.
Те потупились и не знали, куда себя деть. Уходить им было жалко, потому что за купальни были уплачены серьёзные деньги. А еще они в тайне надеялись, что сюда наконец-то придет хоть кто-нибудь женского пола и хотя бы лет на тридцать помоложе, потому что кроме престарелых нудисток, енота и их самих здесь больше никого не было.
Брут тоже надеялся на чудо, но время тикало, а красотки так и не появлялись. Поэтому расстроенный енот, которому к тому же еще и запрещалось купаться в общем бассейне, поднялся, взял с собой полотенце и пошлепал на выход. Однако, как только он скрылся за шторкой в коридоре, то сразу же остановился, а затем осмотрелся и, не обнаружив никаких свидетелей, исчез. Догадаться, куда он направился, было не сложно, ведь мохнатый изначально хотел попасть на женскую половину.
…
Время пребывания в купальнях подходило к концу, и товарищи, еще раз ополоснувшись, направились в раздевалку. Одевшись в чистое и забрав вещи из шкафчиков, довольные Зефир и Леопольд вышли к девушке за стойкой и расположились на диванчиках в ожидании Брута.
Время шло, а его все не было, поэтому командир окликнул блондинку:
– Девушка, а енот случайно здесь не проходил?
– Нет, не видела, – покачала та головой, а Зефир расстроено вздохнул и уже было хотел пойти его поискать, как из-за шторки в проходе объявился мохнатый.
Брут был одновременно раздражённым и расстроенным, тихо потявкивая себе что-то под нос.
– Какие еще вездесущие и бесстыдные старые клуши? – прислушавшись к бормотанию енота, чернявый удивленно посмотрел на командира, однако тот тоже ничего не понимал.
– Раз все в сборе, то двинули. Нам еще с броней нужно разобраться и с оружием, – поднявшись с дивана, обратился Зефир к друзьям, решив не выяснять, что там такого произошло у мохнатого. С большой долей вероятности, это была какая-то неудавшаяся проказа, о которой было лучше не знать для своего же блага.
Остаток дня у товарищей прошёл в заботах. Зефир приобрёл меч и металлический щит, а ещё они с Леопольдом прикупили себе по новой бригантине, так как оказалось, что дырка на груди в броне чернявого неремонтопригодна. Также парни пополнили запасы эликсиров, которые улетали на прошлом задании, словно горячие пирожки, и посетили Эдена, отдав ему Полуночницу.
К слову, физиономия молодого чудовищного алхимика, когда товарищи вытащили и положили перед ним два колокольчика, была настолько удивлённой, что тот на некоторое время потерял дар речи.
– Вы, наверное, самые везучие люди, которых я когда-либо видел, – наконец-то отмерев, ошарашено проговорил он, взяв в руки цветы.
– Шкурой мы тоже знатно рисковали, – заметил Зефир и, кинув рассеянный взгляд на пустую операционную зону, продолжил, – и, кстати, насчет твоего заказа…
Пояснить ситуацию и то, что товарищи не готовы так сильно рисковать ради камня из гнезд зеленых кабачков, много времени не заняло. Эден понимающе кивнул на это, проговорив:
– Извините, что так получилось с непроверенными сведениями, и я понимаю ваши резоны. Попытаюсь дать заказ другим искателям через магистрат. Может, повезет. Хотя с учетом того, что вы рассказали, камень я, скорее всего, получу только чудом.
– Мы не в обиде. Все-таки это Выдох, – отмахнулся командир. – Скажи лучше, когда можно будет пройти улучшение?
– Ну, – немного замялся чудовищный алхимик, – не буду скрывать, эликсир из Полуночницы я буду делать второй раз в жизни, а первую эволюцию самостоятельно я еще ни разу не проводил, хоть и ассистировал однажды и знаю всю теорию. Поэтому приходите завтра вечером.
– Эм…, – протянул Леопольд в замешательстве.
В общем-то, те же самые мысли бродили в голове Зефира, которые он решил сразу же прояснить:
– Может, нам тогда к Кветко обратиться, пусть и за деньги? Я не говорю, что ты не справишься, но мы все-таки о наших жизнях и здоровье говорим.
– А он не умеет, – пожал плечами чудовищный алхимик и удивил еще больше, когда продолжил, – мастер Мияр, в общем-то, со мной возится только по одной причине – хочет, чтобы я поделился с ним знаниями.
– Хрена себе… – выражение лица у чернявого сейчас напоминало физиономию Эдена, когда товарищи показали ему хрустальные цветы.
Да и Зефир был знатно удивлён. В понимании друзей Кветко был просто хорошим человеком, который решил помочь единственному сыну своего друга, а не это вот всё. Конечно, Эден мог и приврать, но зачем ему это делать? Ведь узнать, умел ли мастер Мияр проводить первую эволюцию, можно было в течение пары минут, просто спросив его самого об этом.
По сути, молодой чудовищный алхимик остался один на один со всем миром. Это была дерьмовая ситуация, когда тебе не на кого положиться, не прибегая к оплате золотом или услугами. А командиру даже стало немного жалко парня.
– Ну, да, такой вот у нас мир, – внешне безразлично заметил Эден. – В общем, вы можете посмотреть и поспрашивать у других чудовищных алхимиков на тему проведения первой эволюции, и, вероятно, даже найдете кого-то, но придется много заплатить.
– Насколько ты уверен в своих силах? – поинтересовался Зефир.
Их собеседник задумался ненадолго и ответил:
– Не буду врать про сто процентов, так как это, в принципе, невозможно, и в любой операции всегда есть риск, но девяносто пять я вам дам, – голос юноши сквозил верой в собственные силы, а товарищи даже почувствовали некоторую неловкость из-за того, что усомнились в нём.
– Отлично, – хлопнул по коленке командир. – Тогда до завтра.
– И с вас еще три серебряных за остальные ингредиенты для эликсира, – кивнув и улыбнувшись, произнес Эден.
Покинув чудовищного алхимика, Леопольд и Зефир направились в «Поцелуй», а Брут, сообщив, что ему нужно отлучиться по своим енотьим делам, под подозрительный взгляд командира, посеменил в совсем другую сторону.
Оказавшись в переулке, он оглянулся по сторонам и, никого не заметив, пропал, переместившись своей способностью на одну из крыш. Откуда, где бегом, а где своим умением, начал передвигаться в одном ему известном направлении.
Вскоре район искателей остался позади, и енот попал в северную часть города. Дома здесь были зажиточными, а улицы гораздо чище. Да и всяческих маргиналов практически не было. Тем не менее, мохнатого это интересовало постольку-поскольку, а он, перепрыгнув пару крыш, оказался рядом с трубой на двухэтажном доме, откуда открывался отличный вид на площадку, где сейчас занимались мечом две отдельные группы. Первая состояла из семи парней примерно двадцати лет, но она никакого внимания от енота не удостоилась. А вот вторая, включающая в себя четырех молодых и атлетичных девушек, его очень интересовала.
Возбужденно хихикнув, Брут достал из рюкзачка монокль и приложил его к глазу. Артефакт сразу же прилип, а мохнатый начал наслаждаться зрелищем, как четыре красотки прыгают и скачут, размахивая учебными клинками. С учетом сегодняшнего полного провала в купальнях, зверю срочно требовалась отдушина, которую должны были предоставить ни о чем неподозревающие девицы внизу.
Тем временем на площадке рослая брюнетка наклонилась, чтобы подобрать выпавший из руки меч, а Брут перевел на неё свое внимание, отчего его морда растянулась в довольной и жутко похабной улыбке.
– И что там такого интересного? – внезапно раздался над ним любопытный женский голос.
Шерсть на затылке Брута моментально встала дыбом, а зверь, перепугавшись до мокрых штанов, подскочил, разворачиваясь к угрозе. Между тем позади него на той же самой крыше обнаружилась очень красивая женщина с длинными черными волосами, одетая в дорожный костюм и почему-то тапочки. Однако ни новая внешность, ни одежда не могли обмануть обоняние зверя – перед енотом стояла та самая женщина-монстр из башни, от которой товарищи якобы успешно скрылись.
– Дай посмотреть, а? – она протянула руку, а Брут безропотно снял с глазницы монокль и передал его грабительнице.
Силу этого существа он видел лично и даже чувствовал на себе, поэтому, не раздумывая, принял решение не чудить и выполнять любые требования. Все-таки он ценил свою меховую жизнь, которую его собеседница могла оборвать мановением пальца.
Брюнетка тем временем приложила артефакт к глазу и сначала с любопытством посмотрела на занимающихся девчонок, пробормотав: «Вот оно что…», а затем перевела взор на взмыленных парней и их мускулистого тренера.
Через миг её губы растянулись в похотливой улыбке, а женщина присела на корточки рядом с трубой и захихикала.
Брут пару раз моргнул шокировано, однако быстро пришел в себя, начав просительно и тихо потявкивать, отвлекая от постыдного занятия древнее чудовище.
– Отстань, – отмахнулось оно, но, когда мохнатый изменил тон на жалобный, внезапно сжалилось, – ладно, будем смотреть по очереди...
В тот день многие прохожие на улице рядом со школой меча еще долго могли слышать попеременно звучащее откуда-то сверху пугающе-похабное хихиканье на два разных лада, от которого мурашки толпами маршировали по коже.
Глава 4
На следующий день Зефира нашла в общем зале таверны Милажена. Девушка выглядела уже не так подавлено, но, конечно, прежнего задора не излучала. Когда она присела к троице, которая только закончила обедать, то сразу же начала с дела.
– Вот ваша оставшаяся часть, – поставила она небольшой мешочек на стол и пододвинула к командиру. – Пятьдесят золотых, как договаривались.
– Спасибо, – молодой человек забрал деньги и повесил кошелек на пояс.
– Как я говорила, вас произошедшее никак не должно коснуться, но при условии, что вы будете молчать, – продолжила девушка. – И так как я за вас поручилась, то очень прошу не распространяться о произошедшем, а не то нам всем будет очень плохо.
– Конечно, – кивнул Зефир. – Мы не доставим проблем.
– Благодарю.
– Милажена, подскажи, – начал было говорить командир, но был мягко перебит блондинкой:
– Можно просто Мила.
– Мила, подскажи, – поправился парень, – а как можно вступить в культ? В боевое крыло. И принимают ли туда енотов?
Брут непроизвольно открыл рот – никаким боевым храмовником он уж точно быть не хотел, да и собеседница парня удивлённо посмотрела на него и спросила:
– Зачем это вам? К тому же вы будете простыми храмовыми воинами, а свободы у них нет никакой.
– А нельзя сразу адептом стать? – подал голос Леопольд. – Мы вроде бы не хлюпики какие.
– Хах, – впервые за разговор улыбнулась девушка. – Это так не работает, и для того чтобы стать адептом, необходимо чувствовать эну и встать на путь объединения всех резервов и жизненной силы в один источник. А вы такое не могли нигде практиковать, потому что, во-первых, эти техники секретны и за их использование простых людей ждет суровая кара, а, во-вторых, улучшенные основания этого просто не позволяют.
Прозвучавшие сведения заставили товарищей не на шутку задуматься. Про эну они уже слышали до этого от самой Милажены, которая описывала её как энергию, которая пронизывает все сущее. О жизненной силе парни знали не понаслышке, потому что частенько ею пользовались для своих воинских умений. А вот термин «резерв» Зефир узнал когда-то давно, еще во времена путешествия в фургоне со Смиланой.
Так, среди подруг брюнетки была синеволосая маг по имени Ружика, которая немного просветила Зефира об этом. И, если упрощать, то для каждого вида маны, которых насчитывалось аж семь штук, в теле человека был свой отдельный резерв. Иными словами, хочешь кидаться огненными шарами – изволь пользоваться соответствующим резервом и развивать его.
Тем не менее, разрозненные знания никак общую картину не проясняли, и командир попросил блондинку:
– Мила, можешь детальнее пояснить?
– Не-а, – вновь улыбнулась девушка. – Не хочу. Разговор об этом вызывает во мне немедленное желание уснуть. Да и зачем вам это? Говорю же, никто из вас не сможет стать адептом. Да и к Бруту в своих рядах служители и храмовые воины вряд ли хорошо отнесутся.
В итоге Зефир решил не настаивать. Все-таки вступление в культ было опционально и практически никак на их планы не влияло. Да, было бы хорошо иметь за спиной такую организацию, но и без неё молодой человек был уверен, что они справятся.
Тем временем, пока парни болтали с девушкой, дверь в таверну открылась, и внутрь зашла красивая женщина с длинными черными волосами, одетая по искательской моде. Её появление вызвало у мужской части посетителей закономерный и повышенный интерес, и они с удовольствием проводили брюнетку взглядом до стойки.
Не стал исключением и Зефир, который невольно залип на статную красавицу, пока его не отвлекло хмыканье блондинки за столом.
– Что планируешь дальше? – слегка кашлянул молодой человек, прочистив горло.
– Не знаю, мне нужно о многом подумать, – проговорила Милажена и добавила решительно, – а еще стать гораздо сильнее. Поэтому пока никаких Выдохов, если ты про это.
– Да, про это, – кивнул командир и непроизвольно понизил голос, пробормотав, – нам всем не помешает стать сильнее.
Слова девушки, как по мановению руки, вызвали в нём неприятные воспоминания о том, как он беспомощно лежал на земле и ожидал смерти. Что ни говори – это были не самые приятные мысли, которые мотивировали поскорее пройти первую эволюцию, благо, что всё для этого было практически готово.
Между тем новоприбывшая брюнетка, о чем-то поговорив с Ясо, щелкая каблучками новеньких сапожек, направилась к свободному столику, который оказался рядом с товарищами, и почему-то по пути кивнула еноту. Выражение мордочки мохнатого в один миг стало очень важным, пока тот степенно кивал ей в ответ. Леопольд, заметивший этот обмен любезностями между зверем и женщиной, странно посмотрел на Брута, но, по своему обыкновению, лезть в чужие дела не стал.
– Кстати, – встрепенулась собеседница. – Так почему ты выглядел, как жиголо, сбежавший из борделя для искательниц?
Зефир поморщился, устав от этой темы, но вопрос не проигнорировал и скупо пояснил:
– Она меня заставила отмыться от крови и переодеться своей странной силой. И давай не будем говорить о том, какие извращенные планы были у этой женщины-монстра.
Милажена весело рассмеялась, а из-за соседнего столика послышалось пренебрежительное фырканье, на которое Зефир обернулся и встретился взглядом с брюнеткой. В миг сработало чутье, и он ощутил, что перед ним сидел кто-то чудовищно опасный.
Улыбнувшись самой обаятельной улыбкой, на которую он был способен, и заставив женщину удивленно приподнять бровь, командир как ни в чем не бывало отвернулся, когда в таверну зашел еще один посетитель. Это был один из завсегдатаев – мужчина из небольшой команды искателей, которые жили в соседней с друзьями комнате.
Он подошел к Ясо и о чем-то с ним быстро переговорил, удалившись затем за один из столиков. Трактирщик тем временем хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание, и громко произнес:
– Друзья, срочные новости. На площади у магистрата маги вывесили объявление о том, что уровень энергии в желтом Выдохе постепенно падает уже на протяжении двух недель.
– И что это значит? – спросил один из посетителей в образовавшейся тишине.
– То, что, скорее всего, случился Вдох, и желтой зоны больше нет, – ответил ему Тито – командир ватаги искателей с уродливым шрамом на физиономии.
– Как это нет?! – ошарашено проговорил парень, задавший вопрос. – Мы что, без работы остались?!
В этот момент Зефир переглянулся с Милой и Леопольдом. Всем троим было очевидно, что странности начались из-за пропажи средоточия, которое в итоге оказалось у еретиков. Конечно, после того как командир немного больше узнал о зонах, называть то, что происходило сейчас Вдохом, было не совсем правильно, но суть от этого не менялась – огромная желтая область перестала подпитываться.
– Как думаете, что станется с Выдохом в ближайшее время? – обеспокоенно поинтересовался Леопольд.
– Скорее всего, попавшие туда растения, животные и люди перестанут искажаться, – пожал плечами командир. – Но монстры все равно останутся. Поэтому нас это особо не должно коснуться.
– А ловушки? – уточнил чернявый.
– Спроси чего полегче. По логике вещей, их должно стать меньше или они вообще пропадут. Но кто знает?
В общем, новость взбудоражила не только «Поцелуй медвежути» – весь город стоял на ушах. Ведь Перекресток существовал в своем нынешнем виде только благодаря желтому Выдоху и бродящим по нему искателям, в то время как красная зона была на порядок опаснее и соваться в нее практически никто не хотел.
…
Вечером, как было обговорено, товарищи направились к Эдену. Молодой чудовищный алхимик встретил их и провел к себе, где четверка разумных разместилась в креслах, что стало уже небольшой традицией при посещении парня.
– У меня все готово, – протянул хозяин кабинета по пузырьку Леопольду и Зефиру, заполненные какой-то светящейся жидкостью белого цвета.
– И что делать? – с интересом повертел в руках склянку командир.
– Пьете, потом ложитесь на кушетку, а я запускаю процесс формирования ядра из ваших резервов и жизненной силы, а зелье помогает довершить работу.
– Подожди, – нахмурился Зефир, – у нас же нет резервов маны.
– Почему же? – удивился чудовищный алхимик. – Конечно есть. Просто они в зачаточном состоянии.
– Хорошо, – кивнул командир. – Тогда другой вопрос: мы недавно с одним членом культа Всемогущей Бойни говорили, которая нам вкратце рассказала практически о таком же способе становления адептом. Только там фигурировал какой-то источник, а еще она упомянула, что те, кто улучшал себе основания, не могут создать его в принципе.
– Ну, храмовники к чудовищным алхимикам не заходят, – пожал плечами собеседник. – Вы же в курсе антипатии культистов ко всему, что связано с Выдохом?
– Ага, – кивнул Леопольд.
– Но вам повезло, – улыбнулся Эден, – у отца были некоторые выкладки на эту тему, с которыми я ознакомился. И если коротко, то ядро и источник – разные вещи, которые выполняют схожие функции. То есть они оба позволяют улучшить организм. Но, скажем так, улучшение через основания и обретение ядра – это подражание монстрам из Выдоха и восхождение по их лестнице к вершинам силы, а то, что делают культисты, – совершенно иной путь, но который тоже ведет наверх.
– То есть у нас будут внутри медузы? – передернул плечами чернявый.
– Нет, человеческое ядро нематериально, поэтому не стоит беспокоиться, – возразил чудовищный алхимик.
– А суть у этого ядра и источника какие? Что они вообще делают, кроме влияния на тело? – заинтересовано посмотрел командир на собеседника.
– Помимо этого, они еще и огромные накопители энергии, если изъясняться доступно. Просто разные их вариации.
– И что там будет внутри? Жизненная сила? – задал Зефир довольно резонный вопрос.
– Ох…, – вздохнул немного утомленный расспросами Эден. – Чувствую себя, как на экзамене у отца.
– Извини, но это важно. Если мы потом воинские умения не сможем применять – это будет большая проблема, – пояснил командир.
– Да ничего, – отмахнулся чудовищный целитель. – Начнем тогда сначала. Есть всего один вид энергии – эна, которая существует везде. Она есть в воздухе, людях, растениях и даже предметах. Где-то её больше, где-то меньше, но не суть. Эну, что содержится в наших телах, принято называть жизненной энергией или силой. Она немного отличается от той, что свободно летает в воздухе, потому что подстроилась под нас и была переработана телами, но даже так это всё равно одно и то же. Поэтому ничего вы не потеряете, а наоборот, сможете гораздо дольше применять свои техники, к тому же они будут эффективнее.
Эден на секунду прервался, чтобы перевести дух, а затем продолжил рассказ:
– К слову, многие ученые мужи выделяют энергию Выдоха и ману в отдельные виды, но отец придерживался мнения, что первое – это просто невероятно концентрированная эна, а второе – это тоже эна, но сильно переработанная соответствующим резервом мага.
– Ясно, спасибо, – благодарно кивнул Зефир и уточнил, – то есть жизненную энергию, как и ману, тоже можно как-то пополнять из эны, разлитой вокруг?
– Можно, конечно. Вы и так это делаете, даже не замечая, но есть и активные практики. Например, для магов были придуманы специальные дыхательные упражнения, которые помогают с помощью внешней эны восстанавливать определённый вид резерва.
– Можешь научить? – поинтересовался командир. – Мы заплатим, естественно.
Их собеседник ненадолго задумался и произнес:
– Тут дело не в том, могу или не могу. Я, в принципе, не уверен, что они вам подойдут. Все-таки техники создавались для магов.
– И всё равно, лучше попробовать и разочароваться, чем вообще упустить шанс, – настоял на своём Зефир.
– Ладно. Я вас научу, но мне потребуется кое-какая помощь… – чудовищный алхимик замолк, выжидательно посмотрев на товарищей.
– Слушаем, – кивнул командир, поощряя к продолжению.
– Я практически расшифровал те записи, что мы добыли из поместья, и обнаружил, что у отца была секретная лаборатория, – собравшись с мыслями, проговорил Эден. – И я хочу её найти, но один такое путешествие не потяну. Брать с собой наемников мне не с руки, потому что доверять им невозможно. Но вы – другое дело. Поэтому если поможете мне, то я помогу вам.
Стоило ему закончить, как командир, переглянувшись с чернявым, спросил:
– И где она примерно?
Далее шло детальное обсуждение задания и торг, в результате которого Брут окончательно заскучал и громко зевнул, перебивая парней. Те отвлеклись на него, а Зефир решил закругляться с разговорами и произнес:
– Хорошо, остановимся на сорока пяти золотых и практиках для сбора эны.
– Отлично, – потер руки молодой чудовищный алхимик и перевел тему, – ну так что? Кто из вас первый на получение ядра?
…
Ощущения после усиления на следующий день были странными. Зефир частенько ловил себя на мысли, что он похож на ту лягушку, пойманную местной шпаной и надутую через трубочку. Но, конечно же, все это были фантомные чувства, в основном из-за того, что его общее количество жизненной энергии увеличилось раза в три с половиной, а сама она сконцентрировалась где-то в районе пупка.
В то же время физические кондиции скакнули вверх не так сильно – всего лишь процентов на двадцать, и то все подсчеты были очень примерными. Но даже так теперь командир, по его мнению, мог с легкостью уделывать любых адептов, даже если те будут прибегать к своим нечестным способностям.
У Леопольда дела обстояли схоже – количество жизненной энергии товарища также очень сильно скакнуло вверх, да и физические кондиции не сильно увеличились. А если учесть, что чернявый был объективно слабее Зефира, то он опять остался позади. Но здесь, видимо, вступали в силу природные данные и предрасположенность, и поделать с этим ничего было нельзя.
Тем не менее, командир считал, что друг теперь тоже был способен, не особенно напрягаясь, расправиться с любым адептом, что в их полной опасностей жизни было очень круто.
В общем, первая эволюция была отличной штукой, однако воспользоваться всеми её преимуществами парни, к сожалению, не могли из-за того, что не знали никаких умений и техник, кроме самых простых, которым их когда-то обучила Варна. С этими техниками вообще была беда в плане их свободного приобретения, а чего-то более продвинутого, чем Крепости и Сокрушения, в продаже в принципе не встречалось.
Между тем, закончив тестировать способности на заднем дворе таверны, товарищи отправились по своим делам. Чем там хотели заняться мохнатый и Леопольд, командир не знал, но лично он запланировал посещение Лакомки. Молодой человек уже давно не был у пещерки в гостях, а та очень расстраивалась из-за слишком долгого отсутствия Зефира.
Поднявшись в комнату, молодой человек прошел внутрь и взял свою заплечную сумку, в которой он всегда носил с собой диск. Усевшись на кровать, Зефир открыл горловину и начал рыться в вещах, когда услышал неожиданный стук.
– Открыто, входите, – бросил парень, не отвлекаясь от своего занятия.
Дверь отворилась, а на пороге обнаружилась Ночка.
– Привет, Зефир. Будет минутка? – выглядела девушка решительно, как будто собиралась сделать или сказать что-то важное.
– Привет, проходи, – рассеянно отозвался парень, ухватившись за артефакт, который никак не желал вытягиваться из сумки, зацепившись за что-то.
– Мы хотели бы предложить вам… – пепельноволосая прошла внутрь и встала рядом с парнем, начав говорить, и именно в этот самый момент у командира в голове непонятным образом возникла смазанная картинка от Лакомки, в которой пещерка умоляла быстрее прийти ей на помощь.
Складывалось ощущение, что она пыталась пробиться к командиру своим странным способом общения через диск уже довольно долго, но получилось у неё это только сейчас, и то сведения, полученные из сообщения, были смазанными и рваными.
И если кратко описывать ситуацию, то часть Лакомки, которой та закрывала проход, подверглась нападению со стороны монстров и с минуты на минуты должна была пасть. А ещё хранителю места было очень и очень больно.
С силой вытащив диск, так, что заплечная сумка затрещала по швам, Зефир кинул его на пол комнаты. Бегать и искать Леопольда не было времени, как и одевать броню и брать щит, поэтому юноша встал на артефакт, вытащив клинок с пояса.
– Что ты делаешь? – прозвучал недоуменный голос девушки, сбивая с мыслей.
– Не сейчас, – коротко бросил парень.
– У тебя всё нормально? – не отставала Ночка, смотревшая на парня круглыми глазами, ведь его действия со стороны выглядели крайне неадекватно.
– Позже, – коротко бросил Зефир, не обращая на нее особого внимания, а следом мысленно активировал устройство.
– В смысле позже? – начала раздражаться красотка и сделала шаг вперёд, оказываясь в непосредственной близости от юноши и попытавшись развернуть его к себе за плечо.
Диск в этот момент посчитал, что переносит единый предмет, однако на такие габариты он не был рассчитан, поэтому просто отказался работать. У Зефира, который сильно нервничал из-за утекающего сквозь пальцы времени, не было особого выбора, кроме как оттолкнуть девушку или, наоборот, прижать её к себе и переместиться вместе.
Быстро развернувшись к Ночке, молодой человек притянул ойкнувшую пепельноволосую и ещё раз мысленно активировал артефакт. Естественно, действовал он в этот момент на голых инстинктах, которые отталкивание красоток от себя как опцию, в принципе, не рассматривали. Вот и получилось, что из комнаты парочка исчезла вдвоем под визг девушки и также вдвоем была выплюнута Лакомкой в пещере в луже слюны.
Поднявшись и бережно отцепив от себя мокрую и шокированную девицу, с которой капали чужие слюни, молодой человек быстро ответил на картинку радости от Лакомки и попросил пещерку спрятаться, сохраняя проход закрытым как можно дольше. Та ответила моментальным согласием, хоть ей и было ужасно больно, в то время как молодой человек уже повернулся к стене с множественными прорехами, через которые в темноте мелькали метровые черные шары, утыканные игловидными шипами по всему телу, и приготовился к бою.
С такими тварями он раньше лично не встречался, но тем не менее читал о них в энциклопедии. Это были так называемые ежелизи. Эти монстры перемещались, довольно быстро катаясь по поверхности, а их иголки несли в себе парализующий яд, благодаря которому чудовища накатывались на жертву, обездвиживая её, а затем начиналось самое интересное и отвратительное:
У ежелизи была небольшая пасть, лишенная каких-либо зубов, однако зубки ей были не нужны, потому что тварь имела длинный розовый язык, чем-то похожий на Лакомкин, но более широкий. Этот орган выделял какой-то фермент, растворяющий тело жертвы при лизании, и в общем-то именно таким образом ежелизь и питалась. Лизнула один раз – нанесла слюну, лизнула второй раз – добавила слюны и заодно унесла в пасть размякший и питательный кусочек.
Что происходило в этот момент с ещё живой, но парализованной жертвой, объяснять не нужно. Это была ужасная и мучительная смерть, ведь в той же энциклопедии говорилось, что яд на иголках нисколько не блокировал боль. При всем при этом эта слюна была ещё и жутко ядрёная, что твари сейчас и демонстрировали, разрушая каменную перегородку, которая была телом Лакомки.
Между тем в стене, недалеко друг от друга, образовались две достаточно большие дыры у пола, через которые шипастые шары начали закатываться внутрь. Своего первого противника Зефир встретил, резко взмахнув мечом и моментально разделив на две равные половины. Вторую тварь из другого отверстия постигла та же участь, а небольшая перегородка, перекрывающая проход, тем временем становилась всё более похожей на дырявый сыр, потому что чудовищ за ней было огромное множество.
Следом молодой человек заколол третьего монстра, а четвёртого неожиданно взяла на себя Ночка, вставшая рядом с командиром с обнаженным коротким мечом.
А дальше началась тяжёлая работа. Ежелизи не были особенно проворными, но их количество превышало все разумные пределы, да и стена постепенно разрушалась, создавая новые входы для монстров. Командир рубил и рубил, а конца и края этой волне не было видно, и что-то определённо нужно было менять, потому что меч, частенько соприкасаясь с языками чудовищ в момент удара, начал постепенно разрушаться.
– Ночка, – крикнул он сильно вымотавшейся девушке, у которой к этому времени были растворены штаны на бедре, а также часть рубашки, открывая вид на аппетитную грудь. – Там позади ящики стоят. В одном из них есть факел и огниво, подожги его.
– А как же твари?! – проткнув один из шаров, отчего тот повалился наземь и затих, крикнула она в ответ.
– Я возьму на себя. Давай!
Пепельноволосая, слава Всемогущей Бойне, не стала спорить и сорвалась с места, а командир моментально ускорился, кромсая всех тварей, лезущих через теперь уже один невысокий проход — где-то метр высотой и три шириной, — который они в буквальном смысле вылизали у пола.
Не забывал юноша поливать маслом в дыру из своей руки в моменты относительного затишья. Однако всё шло не так уж гладко – разрезав сразу два шара, Зефир пропустил третью, очень мелкую тварь, выкатившуюся из-за трупа товарки и умудрившуюся лизнуть парня по ноге. Кусок штанины на икре начал моментально плавиться, превращаясь в отвратительную кашу, а юноша поблагодарил всех богов разом, что слюна взаимодействовала только с верхним слоем и не добралась до его кожи.
Заколов мелкого уродца с особым удовлетворением, молодой человек крикнул подбежавшей с зажжённым факелом Ночке:
– Кидай в проход!
Девушка, рубашка которой к этому моменту окончательно упокоилась с миром и попросту упала отдельными лоскутами на пол, сверкая грудью, распорола один из шаров рядом с собой и сразу же запульнула горящую деревяшку в дыру.
Миг, и коридор полыхнул, под громкие визги монстров с другой стороны, а Зефир, наколов клинком парочку дымящихся тварей, которые ринулась к нему из пламени, наконец-то выдохнул и отошел подальше от мощного жара, образовавшегося в каменной кишке.
– Молодец..., – повернувшись в сторону девушки, молодой человек забыл, что хотел сказать, и завис, наблюдая за тем, как из-за учащенного дыхания вздымаются огромные прелести красавицы.
Ночка, естественно, всё это заметила и, моментально покраснев, быстро прикрылась рукой, прижав её к груди, отчего весомые дыньки сплющились и стали на вид ещё притягательнее. Но не успел командир снова получить в глаз, как Лакомка подала «голос», отправив ему паническую картинку.
Глава 5
На разговоры времени не осталось, поэтому молодой человек с места прыгнул на девушку, заваливая ее на пол. В этот же момент стена, ведущая в коридор и изъеденная снизу мелкими ежелизями, разлетелась камнями и каменной крошкой, а в пещеру влетел двухметровый и дымящийся шар, оказавшись прямо на том месте, где до этого стояла девица.
Он остановился в облаке поднятой пыли и остаточных языков пламени, и пока главарь монстров соображал, Зефир моментально поднялся с Ночки, развернувшись к противнику, а затем ускорился, подпрыгнув и оказываясь прямо над чудовищем.
Усиленная ладонь опустилась сверху прямо на иголки чудовища, не причинившие руке никакого вреда. Однако то же самое нельзя было сказать о двухметровом шаре, который мгновенно сплющился вполовину своей высоты и брызнул кровью в стороны, окропляя все вокруг своим внутренним миром.
Приземлившись на ноги, Зефир огляделся и с облегчением заметил, что шипы не разлетелись губительным дождем. Затем его взгляд упал на девушку, лежащую на полу и обляпанную чужой требухой, которая в смятении смотрела на него. Точнее, её глаза были устремлены не на лицо командира, а почему-то немного ниже, на его торс.
Опустив взгляд, молодой человек обнаружил в правом подреберье короткий клинок, вошедший в тело наполовину, а затем наконец-то изрядная доля адреналина в его крови схлынула, и он ощутил все прелести меча в печени.
– Я… я не хотела… – ошарашенно проговорила пепельноволосая, и, спохватившись, подскочила с пола в направлении деревянных коробок. – Я там зелья видела. Сейчас, подожди секунду!
И пока девушка искала эликсир, командиру пришла картинка от радостного хранителя места, а сама Лакомка, которая скрылась в стене, как только выплюнула парочку изо рта, вновь появилась и издала по случаю победы счастливые и громкие звуки, похожие на чириканье.
Ночку это насторожило, и та встревоженно обернулась. Ее глаза моментально расширились в крайней степени удивления, граничащего с шоком, а следом она выпалила:
– Зефир! У тебя за спиной хранитель места!
– Знаю я, – буркнул молодой человек, смотря на меч в теле и раздумывая, выдернуть его или нет. – Это Лакомка, мой друг.
– Какой еще друг?!
– Монструозный. Ты зелье мне дашь? Или дождёмся, пока я здесь скончаюсь?
Сбитая с толку девушка повернулась обратно к коробкам и наконец-то вытащила из одной искомый эликсир, а затем подошла к командиру и отдала его. При этом она находилась в полной прострации, отчего даже прикрыться не удосужилась, как делала это раньше. В принципе, её состояние можно было понять, потому что Лакомка в этот самый момент начала своеобразную уборку, вытянув свой длинный язык изо рта и слизывая подтеки внутренностей и крови со стен. Про туши маленьких монстров пещерка тоже не забыла, по очереди подтаскивая их к своему огромному рту и запихивая внутрь.
Командир тем временем со второй попытки – потому что было сложно что-либо брать, когда оба глаза смотрят совершенно не туда, – взял зелье из рук девушки и начал приводить себя в порядок, для начала вытащив клинок.
– Зефир, – отмерла девушка и снова прикрылась рукой. – Какого демона здесь происходит?!
Молодой человек не спешил отвечать и только когда закончил с оказанием первой помощи проговорил очень серьезным тоном:
– Ты наверняка слышала о Культе Последнего пристанища. Так вот, всё это время они были правы, и за пределами нашего мира существует ад, в котором живут черти, демоны, дьяволы и искаженные твари, и мы сейчас находимся как раз в этом аду.
Ротик красавицы приоткрылся от удивления, однако командир не закончил и вывалил на девушку ещё больше подробностей:
– Давным-давно здесь существовал обычный мир, где жили самые обычные люди, которыми правил мудрый король, но пришли чудовища и уничтожили его. И я, как последний представитель королевских кровей, теперь должен восстановить справедливость и отвоевать мир назад. Это мой священный долг, и я буду следовать ему до конца, – пафосно закончил молодой человек, подняв полный решимости взгляд в потолок.
Ночка в этот миг смотрела на красивого юношу перед собой широко раскрытыми глазами. Даже несмотря на то, что он был покрыт чужой кровью с ног до головы, Зефир снова напомнил ей о тех былинных героях, про которых она читала в детстве. Храбрых, бесстрашных, сильных и справедливых. Они шли к своей благородной цели, не считаясь с ранами, и всегда добивались своего. И девушке было стыдно признаваться, но её первой детской любовью был такой книжный персонаж.
А затем Зефир – этот огородный козёл – заржал в голос, разрушая момент, отчего девушка начала хватать ртом воздух.
– Ты поверила, что ли? – отсмеявшись, поинтересовался он, за что получил удар в плечо и обиженный фырк. – Мы в желтом Выдохе на юге. Здешний хранитель места – наш друг, её зовут Лакомка, поэтому не нужно причинять ей вреда, она и так натерпелась от этих ежей.
– Как мы сюда попали? – взяла себя в руки красавица и деловито добавила, – я видела у тебя там оружие в коробках и припасы. Нужно скорее возвращаться.
– У Лакомки есть кое-какие способности, которые вернут нас прямо в таверну, поэтому не стоит волноваться. А сейчас подожди, пожалуйста, мне нужно здесь окончательно разобраться с делами, а потом мы вернемся.
– Хорошо, – задумчиво кивнула пепельноволосая. – Я там у тебя запасные вещи видела, можно воспользоваться?
– Конечно.
Ночка отошла к коробкам переодеваться, где она долго выбирала, какую рубашку из двух надеть, а молодой человек обратился к пещерке и поинтересовался о её состоянии. После небольшого специфического диалога между ними выяснилось следующее: Лакомка несильно пострадала и была готова восстановить стену, прикрывающую выход из пещеры, однако она очень боялась здесь оставаться.
И это была реальная проблема.
То, что юноша услышал её сообщение и появился вовремя, было по большей части чудом, и если сюда в следующий раз наведаются какие-нибудь сильные монстры, то вероятность такого же чуда стремилась к нулю. Иными словами, Зефир попросту лишится Лакомки, чего он очень сильно хотел бы избежать.
К счастью, у пещерки было решение. Оказалось, что внутри гигантского шара, так и продолжавшего лежать нетронутым, Лакомка чувствовала энергетический центр, который могла использовать. Причём довольно нестандартно, так как он пойдет не на её усиление, а на какую-то пространственную фигню, которую командир так до конца и не понял.
По сути, пещерка как бы закуклится в себе, исчезнув из реальности, и единственным средством связи с ней станет диск. При этом фактически она будет отрезана от мира на долгое время и станет полностью зависима от командира.
Лакомка была готова пойти на это, потому что безоговорочно верила юноше. Да и у Зефира не было мыслей её предавать, и он одобрил план. Через пару мгновений длинный язык уже был у гигантского расплющенного монстра и, обмотавшись вокруг него, потащил в пасть.
Эти действия привлекли внимание одевшейся к этому времени Ночки, которая, усевшись на табуретке у стены, с интересом следила за происходящим, однако то, что произошло дальше, заставило её запаниковать. Так, всё ещё видневшийся через дыры коридор, где сейчас догорали останки монстров, внезапно пропал, а на его месте образовалась непроглядная тьма. Она была настолько густой и первобытной, что вызывала инстинктивный ужас.
Даже Зефир, хоть и был приблизительно в курсе того, что должно произойти, нервно сглотнул, смотря на это странное ничто.
– Что это такое?! – раздался напряжённый голос девушки. – Мы здесь заперты теперь что ли?!
– Всё хорошо, через пару минут мы отсюда уйдём, – молодой человек попытался вложить в свой голос как можно больше уверенности.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – тактика сработала, и пепельноволосая немного поуспокоилась, продолжая с опаской следить за происходящим.
Между тем тьму от людей отделила внезапно возникшая каменная стена, а Лакомка отчиталась командиру об окончании процесса переноса.
– Всё, – кивнул Зефир. – Можем уходить.
Ночка в ответ, облегчённо улыбнувшись, подошла к командиру и вопросительно посмотрела на него. Одновременно с этим молодой человек отправил картинку пещерке, а та незамедлительно открыла свою пасть, приглашая вовнутрь.
– Пойдём, – парень протянул девушке руку.
– К-куда?! – пепельноволосая перевела взгляд с командира на огромный зубастый рот в стене, и сложить два плюс два для неё не составило труда, отчего она даже назад немного подалась.
– Ночка, – устало вздохнул юноша и серьёзно посмотрел на неё. – Я бы никогда не стал причинять тебе вреда. Ты мне веришь?
– Ты вообще-то меня чуть не взорвал, – пробурчала она в ответ, но к юноше подошла и взяла его за руку.
– Это было несознательно, – отмахнулся Зефир и повёл свою притихшую и отчего-то закрывшую глаза спутницу к пасти.
Через пару мгновений парочка залезла к Лакомке в рот, где командир покрепче прижал к себе девицу, а ещё миг спустя они, обнявшись, стояли в комнате.
– Ночка?! Зефир?! – раздался поражённый голос Веселины.
Напарница Ночки обнаружилась в проходе и, видимо, только подошла, заглянув в открытую дверь, которую парень и девушка не удосужились прикрыть, до того как исчезли из помещения.
– Что с вами произошло?!
Вопрос был не в бровь, а в глаз. Потому что выглядели они очень необычно. И дело было даже не в том, что парочка так страстно прижалась друг к другу, а в том, что оба были мокрые, словно упали в колодец, да ещё и в разводах крови. К тому же подруга щеголяла порванными штанами и чужой не по размеру рубашкой, когда как у юноши отсутствовал кусок штанины.
– Это не то, что ты думаешь! – отскочила от спокойно стоящего Зефира опомнившаяся девушка.
– Я пока ничего не думаю. У меня даже идей нет, как вы оказались в таком виде, – сделала шаг внутрь комнаты Веселина и закрыла за собой дверь. – Рассказывайте, что у вас опять случилось.
Пересказ недавних событий не занял много времени, и Веселина, слушая его, могла только качать головой. По её мнению, стоило Зефиру появиться рядом с Ночкой, как всегда происходило что-то ненормальное. То они оказывались голыми на улице, то этот деятель чуть не подорвал подруг на камнях. А в последний раз они все попали в какую-то странную область, выставляющую чужие и личные воспоминания на обозрение. В общем, этот тандем напоминал ей чем-то Выдох – такой же непредсказуемый и такой же безумный.
– Кстати, а зачем ты приходила? – внезапно спросил парень у Ночки.
– Мы хотели вас на совместную охоту позвать. Одним нам там будет слишком опасно, но с вами – самый раз, – ответила за неё подруга.
– Охота… – задумчиво протянул юноша. – А на что и когда?
– На медвежутей, в ближайшие дни.
– К сожалению, не сможем, – развёл руками парень, отчего выражение лица Ночки сразу же стало хмурым.
– Вы на медвежутей не хотите охотиться? – уточнила Веселина.
– Не, у нас задание, которое может чуть ли не месяц продлиться, если не больше. Поэтому не сможем мы в ближайшее время.
После прозвучавшего пояснения от Зефира чумазое личико его напарницы по сумасшедшим приключениям просветлело, и она быстро проговорила:
– Мы нашли логово небольшой стаи и можем подождать. Вряд ли монстры будут переселяться оттуда.
– Ну, тогда давайте поговорим об этом ещё раз, когда мы вернёмся, – подытожил командир.
…
Спонтанное приключение по спасению Лакомки подошло к концу, однако забот у Зефира, наоборот, прибавилось. И когда девчонки ушли, он переоделся и умылся, а затем поспешил по лавкам, чтобы докупить потраченные запасы на базе, которая сейчас, к слову, существовала непонятно где.
Вообще, командир немного расстраивался из-за того, что теперь не мог моментально попасть на юг Выдоха. Однако, выбирая между потерей возможности быстро путешествовать, которой никто из его товарищей всё равно не пользовался, и потенциальной опасностью для Лакомки, молодой человек сделал выбор в пользу последней. Всё-таки это добродушное и умильное создание ему сразу понравилось, и предавать ее доверие он абсолютно точно не хотел.
Завершив поход по магазинам, Зефир вернулся к пещерке со своим заплечным мешком и начал раскладывать покупки по коробкам, в которых Ночка устроила настоящий бардак. Рассортировав вещи и дополнив их новыми приобретениями, молодой человек осмотрелся, пытаясь понять, нужна ли здесь уборка. Однако Лакомка и так отлично справилась, а пещера чуть ли не блестела.
Тем не менее, командир заметил кое-что необычное – внутреннее пространство убежища значительно увеличилось. И, к примеру, коробки и мебель, раньше приставленные вплотную к стене, теперь стояли на расстоянии полуметра. Заинтересованный происходящим, Зефир обратился к пещерке, и та подтвердила, что большое количество питательных мелких ежей позволило ей немного подрасти в размерах.
Новости были занятными и хоть какой-то сиюминутной выгоды не несли, но зато навели юношу на другую мысль, с которой он поспешил обратиться к Лакомке. И после непродолжительного диалога оказалось, что та может не только создавать стены, которые не отличались от обычного камня, но и импровизировать с их внешним видом, а ещё изменять планировку внутри.
И это было очень здорово!
Обрадованный Зефир сразу же взялся за выяснение подробностей и, конечно же, не смог устоять перед натурными экспериментами, отчего минут через двадцать внутреннее пространство Лакомки претерпело кардинальные изменения.
Так, ранее овальная пещера приобрела прямоугольную форму, а стены, пол и потолок из шероховатых и изогнутых превратились в ровные прямые линии. Правая часть убежища теперь стала двумя отдельными комнатами, которые Зефир планировал приспособить под спальни, перетащив туда кровати и масляные светильники. Левую часть командир оставил в виде большого зала, где в дальнем углу расположился склад, в ближнем стоял стол с табуретками, а посредине из стены высунулась Лакомка, которая, после того как сделала всё, о чем её просили, с любопытством следила своими большими глазищами за суетой человека.
И, подводя итог, бывшая пещера стала похожа на какое-никакое жилье, а вишенкой на торте всех изменений, произошедших с убежищем, стал самый настоящий туалет в стене. Он пока не закрывался, но крепления и петли уже были, поэтому командиру осталось только изготовить дверь, чтобы тот стал окончательно функциональным. К слову, все нечистоты должны были улетать в пугающую пустоту за стенами, и единственное, о чем переживал Зефир, – чтобы никакое хтоническое чудовище из темноты не заинтересовалось сидящим на «троне» человеком. В этой связи он даже специально уточнил у Лакомки, обитает ли там кто-нибудь, и, получив отрицательный ответ, с удовольствием «обновил» помещение.
Закончив со всеми делами, юноша, ещё немного пообщавшись с довольным и радостным хранителем места, проверил проклятую скатерть на работоспособность, а затем отправился обратно в комнату в реальном мире, откуда спустился в общий зал. За небольшим столиком внизу сидели вернувшиеся к этому времени Брут и Леопольд, к которым Зефир присоединился.
Держать их в неведении юноша не стал и рассказал о недавних событиях, однако те особо новостями не прониклись. Единственное, чернявый немного посетовал, что они лишились безопасного ночлега на юге зоны. Впрочем, чего-то другого командир и не ожидал.
– Как думаешь, когда Эден появится? – поинтересовался Леопольд.
Чудовищный алхимик ранее говорил что-то про день-полтора, однако точных сроков не назвал. Всё-таки он не поле пахал, а занимался расшифровкой записей, поэтому товарищи, в принципе, изначально отнеслись к такой неопределённости с пониманием.
– Завтра, возможно, – пожал плечами Зефир.
– Не знаю, как вы, но я что-то устал бездельничать, – признался друг. – Скорее бы уже пойти куда-нибудь.
Брут на его слова отрицательно затряс головой, в корне не согласный с этим заявлением. У енота проблем со скукой не было, а он сейчас вел попеременную войну с хозяйками жилья, в которое проникал. Так, многие девушки в городе начали предпринимать шаги, чтобы поймать и наказать нахала, залезающего к ним в гардероб, ставя ловушки и организуя засады. И мохнатый в эти дни в городе пытался обойти препятствия и не попасться.
С учётом феноменальной чуйки и способности к перемещению у Брута это пока получалось, однако всё шло к тому, что с проникновением в дома придётся на время завязать, что сильно расстраивало неуловимого извращенца.
– Ну, я особо не бездельничал, – заметил Зефир. – Но согласен, пора бы уже выбираться из города.
Его пожелание, произнесённое вслух, было услышано – дверь таверны отворилась и внутрь вошёл Эден. Найдя взглядом троицу друзей, он подсел к ним и без приветствий громко проговорил:
– Я нашёл место! – выглядел юноша при этом лихорадочно возбужденным, как будто занимался изысканиями без продыху сутки напролёт, причём под стимуляторами.
– Привет, Эден, – кивнул ему командир. – Куда и когда направляемся?
– Привет, – немного смутился парень. – Хребет русалки, чуть южнее Гнилой топи. А направляемся хоть завтра.
– Гнилая топь? Что-то знакомое, – сказал задумчиво Леопольд.
– Гигантские болота на юго-востоке, рядом с Щетиной русалки, – ответил их собеседник.
– Это не те ли, случаем, которые мы по дороге контрабандистов обходили, когда с Варной и Лисой шли?! – воскликнул удивлённо чернявый.
Зефир затруднялся ответить на вопрос, а енот и тем более чудовищный алхимик об этом тоже не знали. Тем не менее, разницы никакой не было. Даже, наоборот, существовал один большой плюс – по дороге на юго-восток можно будет попробовать пройти через подворье и ещё раз навестить домочадцев.
– Возможно, – кивнул Зефир другу и перевёл взгляд на Эдена. – Раз мы туда пойдём, ты не против, если мы у знакомых остановимся на пару дней?
– Нет, конечно, – отмахнулся их собеседник и добавил немного неуверенно, – как я понял, лаборатория находится в скалах, и что с ней сейчас не ясно, поэтому нам могут понадобиться кирки.
– И лопаты, наверное, – почесал подбородок командир.
– Больше верёвок, – добавил Леопольд.
– Ладно, – закруглил разговор Зефир, – предлагаю до конца дня ещё подумать о том, что нам может пригодиться в походе, и завтра с утра вместе сходить на рынок и по лавкам, а потом выдвинуться в путь.
– Отлично! Все расходы я возьму на себя, – радостно улыбнулся Эден.
Глава 6
И вот дорога снова вела товарищей в том же составе в Лемарк. Как и в прошлый раз, Эден предложил воспользоваться извозчиком, курсирующим между городами, и у парней не было причин отказываться. Поэтому, спрятав ценные вещи, включая стреломет, у Лакомки, вскоре трое людей и один енот тряслись в повозке. Попутчиков у них в эту поездку не было, и всё пространство фургона было в полном распоряжении парней.
Правда, этот факт не особо помогал развеять дорожную скуку, но худо-бедно товарищи доехали, и через четыре дня пути вышли на одной из улиц города.
– Н-да, я и забыл, какой это тихий ужас, – захрустел спиной Леопольд, а его поддержал Брут, горячо затявкавший в этот момент. Причем мохнатый еще и всем своим видом показывал, как он настрадался.
– Ничего не поделаешь, – ответил Зефир, не обращая внимания на ужимки енота.
Ему тоже не особо нравились эти поездки, но что прикажешь делать в этой ситуации? Эден ведь быстро перемещаться не мог, и приходилось терпеть. Хорошо, что у них хотя бы были редкие остановки для приема пищи и ночлега вне телеги.
– Как бы мне не хотелось тоже отдохнуть, но предлагаю не задерживаться, – подал голос молодой чудовищный алхимик. – Пойдемте, где-то здесь должны быть местные извозчики, которые едут на юго-восток.
К слову, к путешествию он отнесся серьезно и, помимо туго набитого рюкзака с притороченным к нему комплектом из кирки и лопаты, не забыл экипировать себя доспехом и вооружиться клинком. Всё-таки Щетина русалки изобиловала Выдохами, да и дороги после Лемарка были не самыми безопасными.
– Веди, – кивнул командир.
Вот только ни через час, ни через два подходящего транспорта они так и не нашли и в итоге расположились в одной из таверн города, решая, что делать дальше, а заодно пообедать.
– Один из торговцев отбывает через неделю, – вяло ковыряясь ложкой в тарелке, подытожил Эден и протянул, – но столько ждать…
– Слишком долго, – согласился Леопольд. – При этом он пойдет со скоростью груженой телеги, что будет не быстрее, чем если бы мы пешком пошли.
– Лошадь? – подал голос командир, только что закончивший со своей порцией какой-то не особенно вкусной каши с мясом.
Рядом разочарованно тявкнул Брут, положив ложку обратно в тарелку, из которой он почти ничего не съел, и отодвинув её от себя.
– Да вы, батенька, зажрались, – хмыкнул командир.
Енот в ответ пожал меховыми плечами, не желая вступать в спор, и достал из своей сумочки сушеную рыбку, которую он, гулко обстучав об стол, начал с азартом чистить, помогая себе зубами.
– Лошадь – хорошая идея, но это не чужая повозка, за ней еще следить надо и ухаживать, – задумчиво проговорил чудовищный алхимик.
– Так, – несильно хлопнул по столу решившийся Зефир, которого уже всё это очень утомило. – Эден, ты нам доверяешь?
– Да, – не понимая, к чему ведет собеседник, ответил тот.
– Мы можем быстро добраться, но тебе придется посидеть в одиночестве кое-где.
***
С точки зрения Эдена предложение было довольно странным и необычным. Однако в чем уж точно был уверен молодой человек, так это в том, что эта троица его не предаст. Да, парни любили деньги, а енот был извращенцем, раскрывшим свою натуру еще тогда в путешествии с четырьмя девицами. Да, у Зефира и Брута были какие-то свои секреты, которые они стремились сохранить. Но когда дело касалось данного слова, они всегда его держали. При этом даже тогда, когда выгоднее было бы тюкнуть Эдена по голове и попросту ограбить.
Поэтому Зефиру с товарищами он действительно доверял и быстро согласился. Тот, кстати, не стал ничего рассказывать в таверне, а подождал, пока они покинут город через южные ворота и пройдут пару часов пешком. Затем командир остановился среди деревьев у небольшого пруда, где не было ни души, и заговорил деловым тоном:
– У нас есть друг – искаженное животное из Выдоха, – и, увидев, как чудовищный алхимик непроизвольно покосился на енота, добавил, – нет, не этот. Я про хранителя места, и она не опасна.
– Она?
– Да, ее зовут Лакомка, и у нас есть способ переправить тебя к ней, где ты побудешь дня два, пока мы не добежим до наших друзей, к которым хотели заглянуть. Они, кстати, живут практически у подножия гор.
– Это точно безопасно? – спросил внезапно занервничавший Эден. – И как я там жить-то буду?
– Абсолютно, я пойду первым и всё ей объясню, поэтому никаких недопониманий и накладок не предвидится. Также там есть запас воды, еды, которая не требует готовки, масло для ламп, спальное место и даже туалет.
– Хорошо, – кивнул немного успокоившийся парень. – А как вы к ней вообще хотите попасть?
– Есть у нас предмет один..., – улыбнулся Зефир и, сняв заплечный мешок, начал что-то доставать из него.
Пока командир рылся в сумке, чудовищный алхимик следил, как тот сначала вытащил два каких-то куска материи, а затем извлек полуметровый металлический диск, который кинул на землю.
– Держи, – Зефир вручил растерянному юноше тряпку в руки и сказал, – как только я исчезну, через десять секунд становишься на мое место и мысленно желаешь переместиться отсюда.
– А куда?
– Тут пункт назначения всего один, так что достаточно просто желания.
– Хорошо, – кивнул находящийся в прострации Эден.
Командир тем временем встал на артефакт и через секунду пропал, а чудовищный алхимик, под заинтересованные взгляды енота и чернявого, отсчитал положенное время, а затем занял место на диске.
– Сочувствую…, – последнее, что услышал парень, прежде чем попал куда-то в темноту, где было очень мокро и почему-то тепло.
Следом всё вокруг зашевелилось, а потом Эдена, под звуки, будто кто-то прочистил горло и избавился от лишнего, выплюнули — по-другому не скажешь — прямо на пол. Юноша завозился в луже чего-то тягучего и отвратного, а из-за того, что его глаза залепило этой же субстанцией, он к тому же ничего не видел.
Вспомнив, что у него в руках была тряпка, Эден попытался протереть ею лицо, однако она тоже промокла до нитки, поэтому никакого эффекта он своими действиями не добился.
– Что-то ты сегодня чересчур слюнявая, – прозвучал знакомый голос невдалеке, а затем Зефир подошел ближе к юноше и всучил ему кусок сухой материи. – Вот, держи.
Эден быстро протер лицо, и первое, что он увидел – большой и любопытный глаз, который таращился на него из стены.
– Это Лакомка, – пояснил командир. – Извини за тряпку, что-то я не подумал тебя предупредить, что её нужно спрятать.
Чудовищный алхимик, всё еще находясь в изрядном шоке, оторвал взгляд от хранителя места и осмотрел себя. Всё его тело было покрыто довольно вязкой и прозрачной жидкостью, похожей на слюну. А потом в его голове наконец-то всё встало по полочкам, и, поднявшись, он возмущенно взглянул на вытирающегося Зефира.
– Если бы я рассказал, ты бы не согласился, и мы бы два месяца плелись пешком до гор, – несколько виновато проговорил собеседник. – Да и попали мы к Лакомке в неудачное время – она только собралась обедать и обильно пускала слюни.
Молодой чудовищный алхимик не стал горячиться и осмотрелся. Всё-таки он действительно бы не согласился залезать в рот к чудовищу ни при каких обстоятельствах, и то, что ему не рассказали всего, было понятно, но всё равно несколько обидно.
Сейчас они находились в довольно большой комнате, плохо освещенной люминесцирующим мхом на потолке. Невдалеке угадывались очертания коробок, рядом с которыми был прислонен почему-то заряженный стреломет, так и манивший пальнуть из него. А в другом углу помещения стоял грубо сколоченный стол с табуретками, тогда как позади парней обнаружилось два прохода, ведущих куда-то в темноту.
– Так, с хозяйкой убежища ты познакомился. Она добрая и любопытная, поэтому не обижай её, – отвлек молодого человека голос командира. – И давай я тебе здесь всё покажу для начала.
Далее была небольшая экскурсия, во время которой Зефир рассказал, как здесь всё устроено, а Эден только диву давался. Особенно он был поражен местным туалетом, где из глубины подстерегала пугающая тьма.
– И, да, чуть не забыл, – проговорил его экскурсовод, собравшись уходить, – ни в коем случае не ешь со скатерти, как бы вкусно еда Лакомки ни выглядела, и не трогай стреломет.
– Она может агрессивно это воспринять? – спросил чудовищный алхимик.
– Нет, – отмахнулся Зефир, – это проклятые артефакты. В первом случае ты просто сильно отравишься, а во втором можешь стать одержимым.
На этой ноте он попрощался с задумчивым Эденом и пошел к пасти чудовища, которая заблаговременно открылась. Оказавшись рядом, молодой человек полез внутрь, а затем та попросту захлопнулась.
– А чего я еще ожидал-то? – тихо пробормотал юноша, подобрав челюсть с пола, и посмотрел на два огромных любопытных глаза.
Не то чтобы этот взгляд нервировал, но чудовищный алхимик чувствовал себя не очень уютно. Постояв немного, он подошел к табуретке и уселся на неё, продолжая играть в гляделки с чудовищем.
Перед уходом Зефир немного рассказал Эдену про хранителя места, в том числе про его способ общения с ней. Поэтому в том, что она была абсолютно точно разумна, у чудовищного алхимика сомнений не было.
– Стол, – внезапно указал пальцем юноша на предмет перед собой и произнес название вслух. Пытливый ум молодого человека не знал покоя, а появившаяся интересная идея требовала незамедлительной проверки.
В ответ послышалось заинтересованное чириканье, а юноша, улыбнувшись, указал на себя:
– Эден, – а затем перевел палец на хранителя места и добавил, – Лакомка.
***
– Ну и как он отреагировал? – с болезненным любопытством спросил Леопольд, в то время как командир приводил себя в порядок.
– В целом, нормально, – ответил Зефир. – Да даже Ночка тогда не истерила. Что вы нос воротите, я до сих пор не понимаю.
Эта тема поднималась у них не в первый раз, а чернявый с мохнатым стояли на своих позициях до конца, не желая лезть в пасть к Лакомке. Поэтому, не дождавшись вразумительного ответа, командир попросту махнул рукой и, убрав тряпку в сумку, проговорил:
– Побежали, у нас еще долгий путь впереди.
…
Дорога до подворья заняла меньше времени, чем в прошлый раз. И немного поднажав, чтобы не ночевать в чистом поле, под вечер второго дня товарищи были у знакомого частокола.
Хотя Зефир предупредил Варну и Лису через доску об их скором возвращении, точного времени он не указал, и, разумеется, никто их не встречал. Тем не менее, командир не спешил заходить и для начала вытащил диск, поспешив за чудовищным алхимиком. Попав внутрь, командир застал юношу, сидящим за столом.
– Ну что, как ты тут?
– Учу Лакомку языку.
– И как успехи? – удивился Зефир.
Его собеседник повернул голову в сторону пещерки и указал на неё пальцем, на что та медленно проговорила звонким голоском: «Ла-ком-ка». Затем Эден указал на себя, а хранитель места прилежно повторила его имя, ну и в заключение юноша тыкнул пальцем в командира, услышав в ответ очень радостным голосом: «Зе-фир!».
– Ох и намучился я с твоим именем, когда не было примера под рукой, – пояснил чудовищный алхимик очумевшему гостю.
– Ну ничего себе, – отмерев, проговорил Зефир и отправил пещерке картинку с похвалой.
Через миг по убежищу раздались радостные чирикающие звуки, а командир тем временем обратился к Эдену:
– Пойдем, мы прибыли к нашим друзьям.
Долго собираться «узнику» Лакомки не было нужды, поэтому вскоре оба молодых человека стояли перед открытой пастью.
– Ты не возражаешь, если мы вместе переместимся? – внезапно спросил Зефир. – Зарядов в диске немного осталось, и восстанавливаются они долго.
– Э-м, нет, – ответил немного замешкавшийся чудовищный алхимик, который в душе возликовал, так как жутко боялся лезть в рот, полный зубов, даже если это была Лакомка.
Спустя пару минут, они оказались на диске в реальном мире. И, естественно, чтобы переместиться, парням пришлось быть как можно ближе друг к другу, но хотя бы обошлось без объятий. Тем не менее у Брута это вызвало однозначную реакцию – енот начал двигать бровями вверх-вниз и гадко захихикал, отчего раздраженный командир, делая шаг с артефакта, веско сказал:
– Ты доиграешься и точно скоро получишь по мохнатой жопе.
Зверь изобразил, что он здесь ни при чем, однако дурацкую улыбку с морды не убрал. Закатив глаза, Зефир принялся упаковывать диск обратно, когда ворота неожиданно начали открываться, а следом раздался теплый голос Варны, выглянувшей наружу:
– Вы пришли. И к тому же с гостем.
– Зефир, дядя енотик и Леопольд! – раздался голосок Вилтани, выбежавшей за ограду и кинувшейся обниматься.
…
– Итак, Эден, значит, ты чудовищный алхимик? – спросила парня блондинка, когда они разместились в общем зале за длинным столом.
Время было позднее, и от еды товарищи отказались, да и сами домочадцы только недавно ужинали, поэтому все ненадолго собрались внизу, прежде чем пойти спать.
– Да, – кивнул немного робеющий молодой человек, на которого Варна произвела неизгладимое впечатление.
Несмотря на отсутствие руки, аура и вид опасного хищника у женщины никуда не делись, и если Леопольд и Зефир уже давно привыкли, то новоприбывший никаким «иммунитетом» не обладал.
– И как успехи?
– Варна, ну что ты насела на него, – вмешалась Лиса. – Он вообще-то заказчик и деньги парням платит.
– Да нет, всё нормально, – благодарно посмотрел на рыжую молодой чудовищный алхимик. – У меня есть небольшая практика в Перекрестке. Но я планирую и дальше работать по специальности и расширяться. Это если кратко.
– Как ты говоришь, твоя фамилия? – продолжила допытываться женщина.
– Бальдуф.
– Бальдуф…, – протянула Варна, задумчиво рассматривая двух шатенов с резкими чертами лица, сидевших рядом – Зефира и Эдена.
– А сложно было стать чудовищным целителем? – тем временем поинтересовалась Лиса.
– Да, отец был очень строгим, – грустно улыбнулся юноша. – Он всю жизнь посвятил чудовищной алхимии и от меня требовал того же.
– А мой, наоборот, хотел, чтобы я сама нашла свое призвание, – тоже загрустила рыжая.
– Ладно, давайте закругляться и ложиться спать, – хлопнула в ладоши Варна, привлекая внимание и нарушая тягостную атмосферу. – Вон, Вилтани уже засыпает на ходу.
Девочка, сидевшая рядом со своим меховым дружбаном, действительно уже клевала носом. Да и Хагг позевывал в уголке, отчего бдительная блондинка решила продолжить общение завтра. Возражений ни у кого не было, и вскоре все разошлись.
Следующий день начался с завтрака, к которому Варна специально всех разбудила в одно время. И смотря за непринужденным общением собравшихся за столом, Зефир в этот момент отдыхал душой. Всё-таки если бы не нужно было искать более безопасного жилья, то он бы с удовольствием остался здесь и наслаждался тихой жизнью. Во всяком случае, какое-то время, потому что, как для себя не так давно заметил командир, из-за постоянного риска он постепенно к нему пристрастился. Да и похоже, что Леопольд тоже начал страдать таким же недугом.
– Варна, а как дела с монстрами в округе? – меж тем поинтересовался Зефир.
– Заходило несколько свиножоров, видимо, наши знакомцы по прошлому гону, а так всё более-менее тихо, во всяком случае у нас, – ответила блондинка. – А вот Малые болотные демоны эти твари часто беспокоили в последнее время.
– Ясно, – кивнул Зефир и предложил, – с чем вам помочь по хозяйству, раз уж мы здесь?
Так незаметно пролетели два дня, и наступило время уходить. Попрощавшись со всеми, товарищи отправили Эдена к Лакомке и побежали к тропе контрабандистов, а, добравшись до неё, направились на восток, следуя между Гнилой топью и Хребтом русалки.
По инструкциям от чудовищного алхимика они искали гору с двумя вершинами, которую должно было быть хорошо заметно издалека, поэтому скорость друзья держали не очень высокую. Тем не менее, ничего похожего им так и не встретилось, и, переговорив с Леопольдом, Зефир решил выпустить на воздух Эдена. Вполне возможно, парни что-то не так поняли, да и свежий взгляд им бы не повредил.
Вернувшись с юношей, командир на пару секунд замер, считая в уме, сколько переносов было в запасе у диска. Учитывая, что одно перемещение восстанавливалось ровно за неделю, попыток осталось всего лишь четыре из пятнадцати, а ещё одна дополнительная должна была появиться только через два дня. И это создавало проблему. По-хорошему, из-за частого использования убежища Зефиру следовало бы обсудить с Лакомкой, можно ли усовершенствовать артефакт с помощью косточек. И если такая возможность существовала, необходимо было ею воспользоваться.
Сделав себе зарубку в памяти, командир вернул внимание на товарищей и проговорил:
– Ну что, Эден, помогай искать.
– Эх, была бы у нас карта, – вздохнул молодой чудовищный алхимик, внимательно осматриваясь. – Пойдем вперёд, что ли.
...
За всё то время, пока товарищи бродили по тропе контрабандистов, иногда углубляясь в лес, им не встретилось ни единой души. И даже агрессивное зверьё из Выдохов практически не попадалось — может, везло, а может, те чувствовали, что с такой добычей не стоит связываться. Тем не менее, самих зон парни насчитали как минимум две, однако обе были небольшими и располагались ближе к горам, не выходя на дорогу.
Только вот все эти наблюдения не особо приближали поисковой отряд к их главной цели — найти лабораторию, поэтому они продолжали движение вперёд километр за километром.
– И всё-таки она удивительная! – внезапно проговорил Эден, решив немного скрасить разговором скучные поиски.
– Лиса-то? – подначил его Зефир, заметивший, как чудовищный алхимик за два дня на подворье частенько оказывался рядом с рыжей. Да и девушка была не против его компании.
Неизвестно, существовала ли у них взаимная симпатия или Мелисе было просто радостно пообщаться с новым человеком, всё же бывшая таверна была максимально удалена от цивилизации. Но сам командир ничего против их общения не имел. Рыжая давно стала для него кем-то вроде младшей сестры, благодаря стараниям Варны, и единственное, что беспокоило юношу, так это чтобы Эден ей не навредил.
– Нет! – выпалил покрасневший чудовищный алхимик, а затем понял, что сказал, и быстро поправился, – да!
Идущий рядом енот противно захихикал, а Леопольд кашлянул в кулак, маскируя смешок.
– Я про Лакомку, – постарался побыстрее перевести тему молодой человек. – Вот вы задумывались о том, чем мы там дышим? В таких замкнутых помещениях всегда должен быть приток свежего воздуха, иначе люди внутри попросту умрут. Я когда на второй день об этом задумался, то жутко испугался, однако никаких негативных последствий не было!
– М-да, ты прав, – загрузился не на шутку командир.
Какого-то внятного объяснения этой проблеме не существовало, однако люди давно приметили, что если не сделать нормальную вентиляцию в той же штольне, то горняки умирали довольно быстро. А убежище, по сути, было замкнутой пещерой.
– А туалет, например? – тем временем продолжил Эден.
– А с ним-то что? – удивился Зефир.
– По твоим оговоркам, да и по той жути, находящейся в нём, я бы предположил, что Лакомка расположена где-то в очень странном месте.
– Да, есть такое, – согласился командир. – Не знаю даже, как это описать. Ничто? Междумирье? Тьма?
– Вот и я о чём, – радостно покивал собеседник. – Говорю же, удивительное создание.
Заметив, что Леопольд и Брут с интересом прислушивались к разговору, Зефир невзначай поинтересовался:
– Ну что, не надумали заглянуть к ней в гости?
Человек и зверь затрясли головами, словно болванчики, а командир, усмехнувшись, добавил:
– Да и не получится это в ближайшее время. Пока заряды в диске не восстановятся хотя бы до половины, использовать артефакт просто так мы не будем.
Между тем, за разговорами соратники не забывали посматривать по сторонам, и в какой-то момент Леопольд внезапно остановился и произнёс:
– Зефир, ты случайно место не узнаешь?
Командир замер и внимательно осмотрелся. Слева, рядом с дорогой, была небольшая рощица, где, если сильно приглядеться, можно было увидеть остатки очень старого кострища. Чуть дальше за деревьями журчала небольшая речушка. Выдохом здесь и не пахло, а само место было, в общем-то, ничем непримечательным.
Однако через секунду его наконец-то осенило, и он удивленно воскликнул:
– Мы здесь когда-то давно встретились!
Глава 7
– Именно, – кивнул удовлетворенно чернявый и дополнил со смешком, – ты еще тогда в проклятую скатерть завернулся и щеголял в розовых тапочках из листьев.
Брут рядом затявкал, подтверждая, что тоже вспомнил это место, а Эден недоуменно переводил взгляд с одного парня на другого.
В принципе, никакого особого секрета в истории Зефира и Брута не было, поэтому командир кратко просветил чудовищного алхимика о себе и о Бруте заодно, умолчав только про случай с маленьким средоточием в лесу и некоторые свои догадки о происхождении енота.
Эден, услышав рассказ, долго хлопал глазами, смотря на командира. Чудовищный алхимик, конечно, подозревал, что тот был непрост, но реальность оказалась гораздо страннее и запутаннее, чем он мог себе представить.
Тем временем вечер вступал в свои права, и группа решила остановиться в рощице, где они когда-то давно, казалось, в прошлой жизни, вставали на обед. Обустроившись и организовав костер, Зефир принялся за готовку, а соратники разместились рядом в ожидании ужина.
– Вот скажите мне, – задумчиво протянул Леопольд, неотрывно смотревший в сторону горной гряды, – вон тот пик не напоминает вам, будто бы у него должно было быть две вершины, но одна по какой-то причине отвалилась?
Оторвавшись от своего занятия, командир перевел взгляд в указанном направлении. И действительно, гора, которую они не так давно прошли и даже изучали издалека, с другого ракурса на закате выглядела так, будто там должна была возвышаться вторая вершина, которая, по-видимому, обломилась.
– Слушай, а ведь верно, – согласился с ним Эден и поднялся на ноги, готовый помчаться туда хоть сейчас.
– Присядь, еда скоро будет готова, – раздался спокойный голос Зефира. – Никуда твоя лаборатория не убежит.
Опустившись обратно, чудовищный алхимик смущенно кивнул, признавая его правоту, и добавил:
– Что-то я разнервничался.
Понять Эдена было несложно. Отец пропал более года назад при загадочных обстоятельствах. Двоюродный брат мертв и теперь его ни о чем не спросить. А эта лаборатория, возможно, единственное, что может пролить свет на судьбу старшего Бальдуфа.
…
На следующее утро соратники, посовещавшись, выдвинулись к горам, но не через лес, а по берегу небольшой речки, по которой когда-то Зефир и Брут вышли к группе Варны. Причин для этого было несколько: во-первых, продираться через густой лес, когда есть более удобный берег, не самая разумная идея, а во-вторых, с таким ориентиром было невозможно заплутать.
В прошлый раз енот и человек были в пути около трех дней, однако тогда они делали долгие остановки для отдыха, во время которых добывали еду и воду. Поэтому в этот раз, даже несмотря на наличие Эдена, дорога вверх по течению заняла не более суток. При этом, как и подозревал командир, никакого Выдоха, кроме отдельных и малочисленных мутировавших животных и растений, здесь больше не существовало. А этот факт еще раз подтверждал теорию о том, что они с Брутом съели тогда в пещере новорожденное средоточие.
В скором времени группа добралась до предгорий, где лес резко заканчивался, а речка уходила выше в скалы.
– Узнаешь? – спросил командир енота.
Тот повертел мохнатой головой и важно закивал. Все-таки зверь провел здесь свое детство и не мог не распознать места, где вырос. Зефир в этот момент тоже с улыбкой вспоминал, как он подобрал, как тогда думал, пушистый трупик, чтобы пустить его на набедренную повязку, а Брут оказался живее всех живых и стырил у него рыбу.
– Вон она, – повернувшись в сторону искомой горы, указал пальцем радостный Эден.
– Идем, – кивнул командир.
Путь до скалы с одной обломанной вершиной занял еще час неторопливого шага, и когда товарищи забрались на холм у подножья, то с интересом осмотрелись. Точнее, это делали Эден, Леопольд и Брут, а вот лидер группы сейчас гипнотизировал серьезным взглядом очень знакомый лаз, который практически не изменился с тех пор.
– Зефир, в чем дело? – поинтересовался заметивший это чернявый.
– Помните, я вам про туннель говорил, по которому лез в раскорячку? – внезапно сказал командир и указал пальцем на небольшую дыру в подножье скалы. – Ну так это он и есть.
Троица его спутников, не сговариваясь, уставилась на лаз, ведущий внутрь горы. Их удивление было искренним, и дело было не только в странном совпадении. Ведь чтобы пролезть туда взрослому человеку, нужно было сложиться в три погибели, и даже тогда не было гарантии, что не застрянешь.
– Ты уверен? – осторожно спросил чудовищный алхимик.
– Конечно.
Неизвестно, какие мысли сейчас бродили в голове Эдена, но у Зефира была стойкая уверенность, что отец их спутника и он сам каким-то образом связаны. И простой заказ молодого чудовищного алхимика в миг стал чем-то личным и для него.
– Ладно, – прервал образовавшуюся тишину командир. – Давайте искать вход.
– Да, – спохватился Эден и начал пояснять, – с западной стороны должен быть проход за большим булыжником. Пойдемте для начала посмотрим, что с ним.
Между тем с возможностью попасть внутрь все было печально: прямо там, где должен был быть путь, лежала огромная куча камней, завалившая все наглухо.
– Кирками мы здесь год пробиваться будем, если не больше, – оторвав взгляд от нагромождения валунов, произнес Леопольд и обратился к Эдену, – а как вообще твой отец умудрился построить что-то в скале?
– Насколько я знаю, у него было несколько хороших знакомых магов, специализирующихся именно на магии земли. Скорее всего, они ему с этим помогали.
– Это, наверное, было ужасно дорого, – заметил чернявый, а чудовищного алхимика в этот момент осенило, и он шокировано проговорил:
– Так вот куда все деньги семьи ушли! А я всё думал!
– Так, – хлопнул в ладоши Зефир, решив взять дело в свои руки, – всем уже ясно, как день, что тот туннель как-то связан со всей этой историей, поэтому предлагаю попытаться забраться через него. Вы втроем подождете снаружи, а я постараюсь пробиться через завал в самом конце.
– Может, вместе? Быстрее управимся, – предложил Леопольд.
– Внутри одному-то нет места, а вдвоем там тем более делать нечего, – пояснил командир и, развернувшись, направился к лазу в «фронтальной» части горы.
Троица соратников переглянулась и последовала за ним. Оказавшись у небольшого прохода, куда можно пролезть только на карачках, Зефир скинул свою сумку и снял притороченную к ней кирку с деревянной ручкой. Показушно крутанув её в ладони, молодой человек заткнул инструмент за пояс и моментально припал к земле, чтобы через пару секунд, перебирая руками и ногами, словно огромный таракан, исчезнуть в дыре.
В его действиях чувствовался немалый опыт, потому товарищи снова неуверенно переглянулась. Стоять и ждать не имело особого смысла, поэтому первым вытащил подстилку и разместился прямо у входа чернявый, а его примеру последовали енот и чудовищный алхимик.
– Эден, всё хотел спросить: а ты какой-нибудь магией, кроме лечения, владеешь? – неожиданно поинтересовался Леопольд, прервав молчание.
– Не-а, я обучался только чудовищной алхимии, целительству и совсем чуть-чуть обычной алхимии. В этих трех магических науках используется один вид магии – целительная, и соответственно нужен только один резерв, тот, который находится в районе печени.
В этот момент из лаза послышалось шебуршение камней, а на свет обратным ходом быстро вылез Зефир в своей тараканьей манере, бросив товарищам:
– Лампа нужна.
Два человека и енот проводили взглядом парня, который быстро захватил с собой искомое, и полез обратно, а затем чудовищный целитель продолжил:
– Для какой-нибудь магии огня мне нужно было бы параллельно развивать второй резерв – в районе паха, а это занимает очень много времени. Поэтому магов, владеющих двумя и более направлениями, вы практически не встретите. К тому же каждый вид магии требует настроенные «точки выхода».
– Что за точки такие?
– Ну, по-научному они называются эксфильтрационные узлы, – ответил парень, но заметив, что его собеседник завис, глупо хлопая глазами, поправился, – представь воображаемые дырки в теле, через которые мана выходит из организма для сотворения заклинания. Вот эти «дырки» требуют специальной настройки для каждого вида маны. Например, полечив кого-то заклинанием, ты не можешь через ту же «дырку» кинуть огненный шар, потому что она настроена на целительную ману и огненную не пропустит. Так понятней?
– Ага, – согласился чернявый, и даже енот рядом подтверждающе тявкнул.
– Я, кстати, правильно понял, что вы для Варны руку ищете? – внезапно перевел тему юноша.
– Да, ты прав.
– Хорошо, – кивнул Эден, – я поговорю с парочкой других знакомых чудовищных целителей на эту тему.
Командир тем временем уже был в тупичке, где он впервые очнулся, и светил по сторонам. Задняя стенка этого не очень большого кармашка в толще горы представляла собой груду камней, которые, видимо, осыпались и завалили проход. И без расчистки куда-то попасть отсюда было невозможно.
Отставив светильник и взявшись поудобней за рукоять кирки, Зефир осторожно размахнулся и влепил по большому камню острием, раскалывая его, будто спелый орех. А дальше началась нудная и утомительная работа – командир бил и крошил камень, затем, зачерпывая руками, перекладывал получившийся щебень к стенам кармашка. Так продолжалось четверть часа, пока тупичок не перестал быть таковым, а кирка не провалилась в пустоту. Расчистив проход, уводивший вверх, чтобы можно было без проблем пролезть, молодой человек, подхватив лампу, сунулся вовнутрь.
Помещение, освещаемое одиноким язычком пламени, было небольшим, пыльным и затхлым. У дальней стены виднелся темный дверной проем, уводивший в неизвестность. Слева была навалена груда осыпавшихся булыжников, а с правой стороны, практически вплотную к юноше, торчащему по пояс из лаза, лежала какая-то покорёженная и толстая металлическая труба длиной со взрослого человека, если не больше. Рядом с ней валялось множество скальных обломков, которые, судя по всему, и разломали её до состояния рваной тряпки.
В общем, проникновение в лабораторию состоялось, и парень юркнул обратно. Оставив лампу и кирку в закутке, он быстро пополз на свежий воздух. Пора было звать остальных, и самое главное – чудовищного алхимика.
Выбравшись из лаза, Зефир, под любопытные взгляды ожидающих товарищей, рассказал об увиденном и предложил идти внутрь, на что Эден резонно заметил:
– Помнишь, мы говорили про воздух и Лакомку? Я бы подождал немного, пока помещение проветрится. Судя по твоему рассказу, вентиляцию там завалило.
– Хорошо, – легко согласился командир, вытащив флягу и начав из неё умываться. – Тогда давайте располагаться.
– И да, предлагаю еще на лица повязки сделать, – добавил чудовищный алхимик.
…
Следующая попытка исследования лаборатории состоялась через полдня. Посовещавшись, соратники решили оставить Брута и Леопольда в лагере, а Зефир и Эден, вооружившись лампами, полезли внутрь.
Командир довольно быстро добрался до закутка перед помещением, а вот чудовищный алхимик не обладал выдающимися физическими данными, да и способ перемещения был для него непривычен, поэтому парень полз по туннелю минут двадцать с частыми остановками.
– Я даже завидую, как лихо ты тут лазаешь, – простонал юноша, у которого болели даже те мышцы, о существовании которых он и не подозревал, стоило ему нагнать Зефира.
– Улучши свои основания, – пожал плечами напарник.
– Не то, чтобы это мне сильно помогло, – покачал головой Эден. – У меня порог насыщения низкий, и сильного прироста физических показателей ждать не стоит. К тому же самому себе сделать это нереально, а обращаться к другим чудовищным алхимикам не всегда здравая идея.
– Почему? – поинтересовался удивленно командир.
– Мы же конкуренты, и нередки случаи намеренного вредительства, – пояснил собеседник, как само собой разумеющееся.
Про Кветко Зефир не стал уточнять и, подхватив светильник, спросил:
– Готов?
– Да.
– Тогда за мной.
Юркнув первым в проход, молодой человек оперся на свободную руку и вылез в разрушенной комнате. Следом из дыры появился его напарник, и командир, подхватив юношу за запястье, легко вытащил того из лаза.
В комнате к этому моменту ничего не изменилось, а чудовищный алхимик, увидев единственный интересный предмет в обозримом пространстве, быстро подошел к цилиндру и начал его внимательно рассматривать, подсвечивая себе лампой.
– Что это, как думаешь? – спросил Зефир.
– Похоже на алхимический инкубаторий, – задумчиво проговорил собеседник.
А командир впервые попал в ситуацию, когда термин, изрекаемый Эденом, прозвучал, словно какая-то белиберда, и переспросил:
– Что?
– В записях отца я видел упоминание об этой штуке, правда, там она описывалась не такой огромной. Эта камера служит для роста и развития новорожденных монстров.
– Я теперь даже спрашивать боюсь, чем таким он тут занимался, – по-новому посмотрел Зефир на остатки гигантского артефакта.
– Если честно, я сам до конца не понимаю, – пробормотал Эден. – Пойдем дальше?
– Да, – кивнул его напарник и первым направился к единственному проходу.
Пройдя через проем, железная дверь от которого лежала на полу, придавленная грудой камней, молодые люди осмотрелись. Судя по всему, когда-то здесь было большое помещение, однако сейчас все пространство перед ними оказалось завалено под потолок огромными булыжниками, оставив пятачок там, где они стояли, и совсем узкий проход, ведущий по стене куда-то налево. Разбираться с этими нагромождениями было гиблым делом, во всяком случае в адекватные сроки, поэтому Зефир повел своего спутника по единственному обозримому пути.
Под ногами громко хрустела каменная крошка, пока товарищи осторожно шли по узкой кишке. В то время как сверху раздавалось тихое поскрипывание и изредка сыпался небольшими ручейками мелкий песок. Подняв ненадолго взгляд на камни, нависавшие справа, командир поморщился, потому что ему все время казалось, что они сейчас обвалятся ему прямо на голову. Однако, слава Всемогущей Бойне, ничего такого не произошло, и вскоре парочка «расхитителей гробниц» добралась до проема, ведущего в темное помещение.
Осветив себе путь, Зефир шагнул внутрь и огляделся. Вся правая часть комнаты была наглухо завалена обрушившейся породой, однако слева уцелели, покрытые слоем пыли, деревянный стол со стулом, а также железный прямоугольный ящик в углу.
– Несгораемый шкаф! – обрадовался чудовищный алхимик и поспешил вперед.
И пока он с ним возился, командир подошел к столу и осмотрел его на наличие чего-нибудь полезного. Посреди лежал листок с какими-то непонятными заметками, чуть левее стояли давно высохшая чернильница и перо, а справа нерабочие механические часы.
Взяв листок, который раскрошился прямо у него в руках, молодой человек смущенно оглянулся на Эдена. Однако тот не обратил на это никакого внимания, с азартом начинающего домушника пытаясь подобрать код для замка. Отложив остатки обратно на столешницу, командир открыл единственный ящик и не обнаружил там ничего, кроме вездесущей пыли.
– Как успехи? – Зефир перевел взгляд на чудовищного алхимика.
– Свою дату рождения и отца я уже попробовал, и они не подошли. Возможно, пароль – день рождения мамы? – задумчиво проговорил спутник.
Помочь ему командир никак не мог, поэтому бездумно обвел взглядом помещение и резко остановил его на трещине в потолке, которая практически бесшумно с каждой секундой разрасталась.
– Эден! Сейчас на нас потолок обвалится! – бросил Зефир, обернувшись назад.
– Мне нужно пару минут, – отозвался тот нервно в ответ. – Я не могу уйти отсюда с пустыми руками!
– У нас нет пары минут! – крикнул парень, наблюдая, как трещина увеличилась до полуметра, а сверху посыпалась каменная крошка.
– Но я не могу уйти! – чуть не взвыл чудовищный алхимик, судорожно пытаясь подобрать пароль.
Решать нужно было быстро, поэтому Зефир, особо не церемонясь, взвалил сопротивляющегося Эдена на плечо, а второй рукой, обняв тяжеленный ящик, прижал его к себе и дал деру.
В этот же момент сверху раздался гулкий треск, а затем потолок в комнате не выдержал и рухнул вниз, подняв облако пыли и чудом не задев парней, которые успели выскочить в последний миг. Однако останавливаться командир и не думал. Он несся по кишке, словно ужаленный в зад, особо не разбирая дороги и сбивая выступающие камни громоздкой железякой. И то ли это, то ли каскадный эффект, запустившийся в момент обрушения потолка первой комнаты, но рушиться вдруг начало все и сразу.
Завернув в комнату с раздербаненным цилиндром, Зефир прямо на ходу закинул Эдена в дырку с криком:
– Двигай булками!
Попал он хорошо – парень пролетел внутрь, словно пробка, а сам командир, подняв металлический ящик над головой, последовал за ним ногами вперед. И в этот же момент позади него зазвучал оглушающий грохот.
Приземление вышло отнюдь не мягким: сверху послышался звон, а руки ощутили сильный толчок – это какая-то каменюка ударилась о ящик, который послужил своеобразной защитой головы. Поставив ношу на пол и обернувшись, Зефир увидел намертво заблокированный проход, но, вроде бы, разрушения дальше не пошли, поэтому юноша облегченно выдохнул.
– Жив? – обратился он к чудовищному алхимику.
– Да, спасибо! – держась за бок, коротко ответил тот, а затем перевел взгляд на несгораемый шкаф. – У тебя получилось вытащить его!
– Получилось, – проворчал командир и потер отбитый зад. – Валим отсюда, пока и этот потолок нам на голову не свалился.
Металлический ящик, естественно, пришлось тащить Зефиру, потому что Эден едва его ворочал. И, конечно же, это был тот еще геморрой из-за невеликой высоты туннеля.
А ближе к середине пути, изображающие тараканов парни встретили Леопольда, целеустремленно ползущего им на выручку.
– Все целы? – спросил он, посветив в лицо Эдену лампой.
– Ага, – раздалось позади от командира, а чернявый начал неуклюже сдавать назад, потому что развернуться здесь было нереально.
В итоге таким странным образом троица соратников минут через пятнадцать наконец-то вылезла на свежий воздух к обеспокоенно ждущему их еноту.
– Камнепада не было? – вспомнив свой давнишний опыт, уточнил Зефир, когда они оказались в лагере.
– Нет, внутри горы начался глухой гул, вот я и подумал, что у вас там обвал и поспешил на выручку, – ответил сидящий рядом Леопольд. – Что произошло?
– Мы нашли лабораторию и даже захватили оттуда несгораемый шкаф, – кивнул командир на металлический ящик, с которым невдалеке ковырялся Эден. – А потом потолок начал сыпаться нам на головы. Еле сбежали.
– А выяснить что-то удалось? – заинтересованно посмотрел на него чернявый.
– Практически ничего, – развел руками тот. – Вся надежда на эту железяку.
– Получилось! – под хорошо слышимый щелчок тяжелая дверца ящика немного приоткрылась, а радостный чудовищный алхимик полез внутрь, едва слышно бубня, – мы, конечно, все любили Златогривку, но делать её день рождения паролем – это, по-моему, чересчур.
– Златогривка? – недоуменно переспросил Леопольд.
– Кошка это. Жила с нами, когда я еще маленьким был, все её очень любили, особенно отец. Мы даже выбрали дату в году, которую праздновали как её день рождения. Жаль, померла давно, – вздохнул парень.
Эден тем временем начал вытаскивать на свет какие-то отдельные листы, исписанные убористым почерком, а сверху положил тугой кошель, две костяшки и целую медузку.
– Всё? – даже как-то разочарованно протянул он и взял первые попавшиеся записи.
Глаза чернявого в этот момент алчно разгорелись, стоило ему увидеть такое богатство. Однако командир посмотрел на него с укором, отчего Леопольд несколько стыдливо отвел взгляд, благо что чудовищный алхимик эти переглядывания не заметил, поглощенный текстом на одной из бумажек.
– Есть что интересного? – поинтересовался Зефир.
– Да, конечно. Отец здесь один свой опыт описывает, но чтобы разобраться, мне нужно время. Давайте тут немного задержимся, пока я изучаю записи, – попросил юноша с лихорадочным блеском в глазах.
– Не лучше ли сделать это хотя бы на подворье? – засомневался командир, которому не особо хотелось торчать в этом захолустье.
– А мне кажется, Эден прав, – неожиданно высказался Леопольд. – Вдруг нам надо будет какое-то место проверить в округе, после того как он изучит документы. И что, возвращаться потом?
– Н-да, хорошо. Но не больше двух дней сидим, – сдался Зефир.
На самом деле, ответы на вопросы командира тоже сильно интересовали. Ведь стало окончательно ясно, что он в свое время вылез из лаборатории старшего Бальдуфа, когда в ней случился обвал.
Вот только в качестве кого он там был? Являлся ли он подопытным, или, например, ассистентом? Или, может быть, это Зефир взорвал лабораторию и убил старшего чудовищного алхимика?
Последнее, как и первое, казалось маловероятным. Однако версия с ассистентом выглядела вполне допустимой, особенно учитывая, что он довольно хорошо понимал Эдена, когда тот сыпал терминами и объяснял чудовищную алхимию. Правда, в этом случае оставался открытым один важный вопрос: что именно там ассистировал Зефир абсолютно голым?
В любом случае, все это было лишь простым гаданием, и парень рассчитывал получить ответ от чудовищного алхимика. Однако, даже если ответа не окажется, командир честно признавался себе: он не сильно расстроится.
Глава 8
Незаметно начался второй день бдения команды у подножия горы. Чудовищный алхимик, как обычно, после завтрака полностью погрузился в добытые бумажки, в то время как остальные развлекали себя, чем могли. Леопольд, например, достал ту старую энциклопедию, которую товарищи получили от Кветко, и штудировал её. Брут, предупредив всех, отправился шляться по лесу, а Зефир планировал сегодня поохотиться.
– Леопольд, – обратился командир к чернявому и кивнул на не в меру перевозбужденного Эдена, – проследи, на всякий случай, за ним.
– Добро, – оторвался от чтения юноша.
– Спасибо. Вернусь к обеду, – благодарно кивнул Зефир и, перехватив копье поудобнее, начал спускаться с холма в сторону зарослей.
Шлем, щит и заплечную сумку он решил с собой не брать, так как не собирался очень далеко забредать. А вот меч, на всякий случай, захватил. Всё-таки копья у командира долго не жили, поэтому запасное оружие было абсолютно точно необходимо.
К слову, проплешины, которыми здесь изобиловала местность после того давнего камнепада, уже давно заросли, а лес отвоевал обратно свои позиции и, по мнению юноши, стал ещё гуще, чем был. Тем не менее обычная чаща не шла ни в какое сравнение с Выдохом, поэтому парень чувствовал себя расслабленно. А ещё его сильно радовали обыкновенные, невырвиглазные цвета и звуки, приличествующие нормальному лесу, пока он продвигался вперёд.
Первые следы небольшого семейства кабанов Зефир заметил примерно через час. Они были довольно свежими, и парень, мысленно потирая руки, направился по ним, во всю фантазируя о жареном молодом кабанчике.
Вскоре из-за деревьев послышались негромкие похрюкивания, и молодой человек удвоил осторожность, следя за каждым своим шагом и стараясь ступать как можно тише. Однако в момент, когда он проходил под раскидистым деревом, внезапно какой-то умник решил набросить на него сверху сеть.
Сказать, что парень удивился — ничего не сказать. Никакими признаками цивилизации в Щетине русалки не пахло. А недавний гон из чёрной зоны на востоке, с которым до сих пор не справились, полностью перекрыл проход по старой контрабандистской тропе, идущей параллельно горам. В итоге здешние места, включая единственную на всю округу дорогу, попросту стали неинтересны даже тем, кто раньше рисковал тут шастать, и встретить здесь людей было удивительно.
В общем, расслабленность вкупе с неожиданностью позволили врагам подловить командира, который оказался полностью окутан сетью.
В следующий миг из густых веток на землю спрыгнули две колоритные девицы, одетые в кожу и держащие в руках неказистые копья, одна из которых произнесла строгим голоском:
– Сдавайся! Мы не причиним тебе вреда, если ты не будешь сопротивляться!
Офигевший Зефир хлопал глазами, переводя взгляд с одной гостьи на другую. Шокирован он был не только из-за того, что не ожидал повстречать здесь кого-то разумного, но и потому, что обе девушки прошли одинаковые и странные улучшения.
Первое, что бросалось в глаза – слегка вытянутые вверх и назад уши, покрытые мехом. Вторым и третьим инородным элементом в образе были выделяющиеся во рту небольшие клыки и вертикальные зрачки в крупных глазах. А ещё девчонки могли похвастаться длинными волосами, заплетёнными в косы, довольно редких цветов – розового и зелёного.
– Брось копьё! – тем временем сказала та, что была с розовыми волосами, направив своё оружие на молодого человека. – И отстегни ножны с мечом.
Одежда на девушках тоже была чудной – обе носили узкие штаны из светло-коричневых выделанных шкур с какими-то висюльками по швам, а сверху на дамочках были надеты курточки из того же материала и с теми же висюльками на обратной стороне рукавов.
– Эй, красавчик, отомри уже и делай, что тебе говорят, – проговорила зеленоволосая девица, покрывшись небольшим румянцем из-за беззастенчивого взгляда, которым одаривал их командир.
Балаган пора было заканчивать, поэтому Зефир, выпустив из рук свое копьё, ухватился за сеть и потянул её в разные стороны.
– Моя сеть! Я её месяц вязала! – под треск материи раздался обиженный выкрик девушки с розовыми волосами, в то время как вторая, ловко перевернув оружие в руке, попыталась ударить тупым концом молодого человека.
Ухватившись за древко и несильно потянув на себя, Зефир получил в своё распоряжение чужое копьё, которое сразу же отбросил в сторону. Через несколько мгновений очнулась первая подруга и с воинственным криком подскочила к юноше, попытавшись проделать то же самое, однако буквально секунду спустя также лишилась своего оружия, которое молодой человек попросту бросил себе под ноги. Было кристально ясно, что девицы говорили правду и убивать его не планировали.
Размяв кулаки и сделав самую зверскую рожу из возможных, Зефир стал медленно надвигаться на обескураженных противниц, которые начали инстинктивно пятиться. Обе девушки в этот момент окончательно осознали, что повстречали в лесу того, с кем не стоило связываться.
– Ну что ж нам так везёт-то! – эмоционально воскликнула зеленоволосая, отступая.
Рядом раздался внезапный вскрик – это её подруга, не заметив кочки, упала на попу, подвернув ногу, которую сейчас баюкала со слезами на глазах.
– Не убивай нас, пожалуйста, – остановившись и выставив вперёд ладони, умоляюще проговорила девушка с зелеными волосами. В последнее время у двух охотниц всё действительно шло через одно известное место, и, видимо, это происшествие должно было стать их финальной неудачей, поэтому та решила действовать нестандартно.
Зефир остановился. Убивать он их действительно не хотел, просто проучить немного, но, увидев плачущую на земле девицу и переведя взор на её подругу с максимально жалостливым личиком, решил не делать и этого, спросив не очень дружелюбно:
– Какого хрена вы на меня напали? Ограбить решили?
– Нет! Всё не так! – возмущённо возразила зеленоволосая и, сбавив тон, добавила просительно, – можно я помогу Дивне, а потом сразу же всё расскажу?
…
– Наши предки сотню лет назад подались в Щетину русалки из Одель-Бера, спасаясь от сумасшедших поборов и беззакония, и основали в лесу поселение. Земля была хоть и опасной из-за близости Выдоха, зато не было никаких господ, а люди были сами себе хозяевами, – начала рассказ охотница, не забывая делать тугую повязку своей неудачливой и притихшей подруге.
Зефир в этот момент стоял со скрещенными руками рядом, изображая суровость, но при этом с интересом слушал.
– Долгое время всё было хорошо, хоть, конечно, и не без проблем: переселенцы отстроились, возвели частокол, жили охотой и собирательством, почувствовав наконец-то свободу. Но где-то сорок лет назад деревню накрыл внезапно появившийся Выдох, который искорёжил всё вокруг и постепенно превратил нас всех в это, – оторвавшись от своего занятия, с отвращением показала на свои ушки зеленоволосая. – Люди каким-то чудом выстояли и ушли оттуда, но все дети, которые появились позже, не избежали суровой участи. Более того, у нас практически полностью перестали рождаться мальчики!
Стоило командиру услышать про искажённых, как его взгляд потеплел, и он подошёл к несколько напрягшимся девчонкам и протянул эликсир с пояса.
– Зелье лечения, – пояснил он на недоуменный взгляд.
– Спасибо!
– Спасибо! – горячо поблагодарили его обе девушки, а зеленоволосая, развязав повязку, капнула чуть-чуть на лодыжку подруге, спрятав практически полный флакончик за пазуху.
– Так почему вы на меня напали? И как вас зовут? – уселся рядом с ними на землю Зефир.
– Я Богдана, – представилась та, что лечила подругу, и указала на вторую девицу, – это Дивна. А напали мы из-за проблем с рождаемостью.
Молодой человек удивлённо посмотрел на собеседницу, не до конца понимая, о чём та говорила, и девушка, заметив это, начала пояснять:
– Мы постепенно вымираем, потому что у нас практически нет мужчин. Раньше, когда по дороге за лесом ещё ходили путешественники, мы за плату припасами приводили в селение парней, которые помогали нам, – на этом моменте Богдана покраснела. – Но теперь дорога пуста уже много месяцев подряд, и когда мы увидели тебя, то решили во что бы то ни стало привести в поселок.
Зефир смотрел на теперь уже двух заалевших молодых девиц и тихо офигевал. Судя по реакциям, говорили они искренне, и оттого вся история была ещё более несуразной. Еще никогда юноша не попадал в ситуацию, когда на него охотились с сетью для того, чтобы потом совершить это самое. Девушки не совсем правильно оценили выражение его лица, и розоволосая Дивна произнесла горячо:
– После мы бы тебя отпустили! Честное слово!
Командир тем временем ненадолго задумался, а затем неожиданно поинтересовался:
– А как выглядят те, кому нужна «помощь»? – выделил он последнее слово интонацией.
– Как мы, – немного погрустнела Богдана. Она явно считала себя каким-то страшным мутантом, к которому было боязно даже просто подойти.
– То есть, как красавицы с подтянутыми фигурами и шикарными бедрами? – уточнил юноша.
Подружки в ответ захлопали глазами, а затем Дивна первой пришла в себя и выпалила:
– Да! И нам с Богданой тоже нужна срочная помощь!
– Тогда чего же мы ждём?! – Зефир подорвался на ноги и схватил взвизгнувших девушек, закинув их себе на плечи. – Показывайте дорогу!
…
Командир вернулся в лагерь только под вечер, где его встретил взволнованный Леопольд.
– Я уж думал искать тебя, но не хотел оставлять Эдена, – произнёс чернявый, а потом спросил недоумённо, – и почему ты такой довольный?
– Повстречал в лесу местных нимф, – заулыбался Зефир.
Недоумение на лице Леопольда только усилилось, но он не стал углубляться в тему, а перешёл сразу к самому важному, по его мнению, вопросу:
– Брут тоже не появлялся всё это время.
– А вот это проблема, – сразу же посерьёзнел собеседник, однако не успел он ничего предпринять, как на стоянке материализовался енот.
Он был взмыленным и утомленным, а ещё тряс своей мохнатой ладошкой из стороны в сторону, которая, отваливалась от усталости по какой-то не совсем очевидной причине. Тем не менее зверь был жутко довольным и тявкнул пару раз просительно.
– Тебе бы всё жрать, а я вообще-то волновался, – проворчал чернявый, а затем поинтересовался у Зефира, – охота, как я понимаю, неудачная?
– Да, – мечтательно заулыбался командир, вгоняя собеседника в небольшой ступор. – Сейчас приготовлю что-нибудь.
И пока парень занимался едой, мохнатый расположился рядом и достал из своей сумочки записную книжку. Открыв её, енот с гордостью посмотрел на обновлённый рисунок, где появились дополнительные элементы.
Первым было обведённое в кружок изображение кучи малы, занявшее полстраницы и состоящее из ушастых женщин. По-видимому, в какой-то момент Брут понял, что зарисовывать их всех по отдельности не самый экономный способ, поэтому волевым решением сделал одну большую картину в своём неподражаемом стиле. И, да, зверь постарался на славу, что даже лапка устала от такого интенсивного труда.
Второй новой зарисовкой, которая появилась чуть раньше, была обведённая несколько раз и, как обычно, криво изображённая фигуристая женщина. Помимо её прелестей, которые енот тщательно отрисовал, другими отличительными чертами этой девицы были домашние тапочки на ногах и череп вместо лица. Удовлетворённо кивнув, мохнатый убрал свою книжицу и перебрался поближе к разожжённому костру, где сейчас хозяйничал командир.
Вскоре ужин был готов, и Зефир, посмотрев на сидящего под светом масляной лампы чудовищного алхимика, который в этот момент что-то читал, окликнул его:
– Эден, иди есть.
Обычно дозваться юношу было довольно сложно, потому что тот вел себя как сумасшедший учёный, полностью погружённый в свою работу. Однако в этот раз он неожиданно быстро поднялся с подстилки и, словно только что поднятый мертвец, пошёл к костру.
– Я во многом разобрался, – заявил он устало, присев рядом.
– И? – передал ему миску каши командир.
– Зефир, я тебе когда-нибудь говорил, как звали моего отца? – взяв еду, вопросом на вопрос ответил юноша, внимательно рассматривая собеседника.
– Нет.
– Его звали Зефиран Бальдуф. Интересное совпадение, не правда ли?
Командир моргнул пару раз, не совсем уверенный, к чему Эден клонит. Всё-таки в мире с таким количеством людей тёзки не были чем-то удивительным.
– В общем, я не буду утомлять вас подробностями, – тем временем продолжил чудовищный алхимик мрачным тоном. – Но мой отец выращивал в том цилиндре себе новое тело, созданное из его крови и частей монстров, в которое он хотел позже перенести своё сознание. И ты, Зефир, и есть то самое тело. Третья попытка, если быть точным.
В лагере установилась мёртвая тишина, и даже енот притих от таких откровений.
– Но я не Зефиран, – внезапно проговорил командир спокойным голосом.
– Да, – согласился с ним Эден, – ты не он. Во время эксперимента что-то пошло не так, чему мы оба были свидетелями под горой, а ты каким-то невероятным образом обрел самосознание или душу, если хочешь, хотя не должен был, и покинул разрушающуюся лабораторию. Что точно случилось, я не знаю, но у отца там, судя по записям, было какое-то не очень стабильное артефактное оборудование, которое, скорее всего, взорвалось, вызвав обвал.
– Возникший Выдох мог быть причиной взрыва? – поинтересовался Зефир.
Их собеседник задумался ненадолго, а следом кивнул:
– Вполне.
– Во дела, – протянул молчавший всё это время Леопольд и спросил, – если командир сделан из крови твоего отца, то должен быть похож на него, нет? Тогда почему ты, Эден, никогда не обращал на это внимание?
– Потому что ему был девяносто один год. Я его никогда молодым не видел даже на картинах, – ответил тот несколько сконфужено. – Да и сравни сейчас нас, неужто не замечаешь, что мы похожи?
Чернявый пристально посмотрел на резкие черты лица чудовищного алхимика и его каштановые волосы, а затем перевёл взгляд на задумчивого Зефира. Они действительно были схожи, но командир по всем показателям являлся как будто бы более качественной версией, причём на порядок.
– Ну, видишь, похожи же, – проговорил Эден. – А ещё когда-то давно Кветко спрашивал про наши с Зефиром родственные связи. Короче, это было заметно всем, кроме нас четверых.
Внезапно раздалось тявканье енота, который заявил что-то возмущённо, чем вызвал улыбку у Леопольда.
– А? Что он говорит? – обратил на это внимание чудовищный алхимик.
– Брут сказал, что видел картину в подвале у мастера Мияра, где были изображены молодой Кветко и, по-видимому, твой отец. И Зефиран был гораздо страшнее нашего Зефира, на его взгляд, – пояснил чернявый.
Эден на это замечание немного смутился и проговорил:
– Ах, это. Я ещё не дошёл до этого момента, но отец, похоже, немного подкорректировал внешность своему будущему двойнику, сделав его гораздо привлекательнее. И хозяйство увеличил, – совсем тихо добавил он, покраснев.
На лагерь вновь опустилась задумчивая тишина, которую через пару минут нарушил мохнатый, тявкнув просительно и протянув миску командиру. Тот вынырнул из мыслей и положил еды еноту, а следом обратился к чудовищному алхимику:
– И что с Зефираном сейчас? Это удалось понять?
– По записям-то? Нет, конечно, – ответил их собеседник и внешне спокойно добавил, – но за его экспериментом нужно было постоянно следить, поэтому он, скорее всего, не покидал лабораторию и лежит сейчас где-то там под камнями.
– Ясно, – протянул Зефир и поспешил сменить тему, – как это вообще, кстати, возможно – создать человеческое тело из кучи, по сути, мяса и крови? Причём, сделать его похожим на оригинал.
– Если бы я знал, – взлохматил затылок Эден. – Найденные нами записки – это просто обрывки мыслей, которые содержат малую часть, при этом они зачастую не связаны. Я кое-как собрал из них общую картину, но никаких деталей полного процесса там нет. И я скажу честно, то, что делал отец, уже не высшая чудовищная алхимия, а какая-нибудь божественная.
– Какие теперь у тебя планы? – командир наполнил пустую тарелку и протянул её чернявому, а затем положил еды себе.
– Возвращаться, – пожал плечами парень. – Больше здесь делать нечего.
Разговор на этом заглох, а товарищи вяло принялись за еду. Вся эта ситуация была не просто крайне необычной, она открывала глаза на многие моменты, а другие переворачивала с ног на голову, вызывая очень противоречивые чувства у всех присутствующих. Кроме, конечно, мохнатого, который, по своему обыкновению, не сильно заморачивался по жизни и сейчас активно чавкал, не вынимая морды из миски.
Взять, к примеру, Эдена. Каково это было узнать, что они с двоюродным братом, который, по сути, погиб из-за действий молодого чудовищного алхимика, ошибались, виня друг друга в смерти старшего Бальдуфа? Оба доподозревались до такой степени, что в итоге один убит, а второй потерял наследство и был вынужден бежать в другой город.
Обычно жизнерадостный и неунывающий Зефир в этот момент тоже механически работал ложкой, погружённый в мысли. Парня не особо волновало, что его, возможно, создал какой-то сумасшедший учёный, решивший поиграть в Всемогущую Бойню. Однако недавно рассказанное Эденом и увиденное в лаборатории неожиданным образом перекликалось с видением в пещере, в котором он умирал, плавая в темноте, а рядом раздавался чей-то голос. Фактически та сценка не была плодом его воображения, а являлась воспоминанием о том времени, когда его создал старший Бальдуф. И получалось, что самое первое видение, где у него было раздвоение личности, вполне вероятно, тоже было всамделишным.
Ну и вишенкой на торте являлось то, что они с молодым чудовищным алхимиком внезапно оказались родственниками.
Командир мотнул головой, избавляясь от не особо приятных дум, которые пошли уже по второму кругу. Ведь в конечном счёте ничего не поменялось. Он всё также оставался Зефиром, у которого существовала цель – купить большой дом, а всё остальное было неважно.
– Не вешай нос, – отложив пустую тарелку, он потянулся и хлопнул по плечу не в меру загруженного Эдена.
Тот встрепенулся, как будто очнулся ото сна, а затем посмотрел на командира и хмыкнул:
– Хорошо, бать.
– Вот это настрой, сынок! – рассмеялся Зефир. – Завтра уходим отсюда, мне уже хочется наконец-то попасть в цивилизацию.
***
По грунтовой дороге, всбивая пыль, маршировала колонна вооружённых и одоспешённых воинов, насчитывающая около трёхсот человек. Все они были в едином обмундировании, а на деревянных щитах красовался дуб с мощными корнями и раскидистой кроной, выполненный в золотом цвете – королевский символ Одель-Бера.
Позади колонны плелся обоз, состоящий из двух десятков телег, запряжённых флегматичными лошадками. А впереди, на резвых конях, которые все норовили пуститься в галоп, медленно ехала троица воинов, парочка из которых были особенно примечательны.
Первый мог похвастаться чуть ли не сияющей кирасой, отполированной до блеска, и дорогим мечом на поясе. За его спиной развивался зелёный плащ с золотистым дубом, в то время как шлем этот довольно молодой юноша принципиально не носил, отчего встречный ветер трепал его короткие чёрные волосы. На смазливом и породистом лице парня застыла печать лёгкого недовольства, от того что обоз очень сильно тормозил отряд, а выполнение важного и, по сути, простого поручения его сюзерена растянулось к этому времени уже на целый месяц.
Второй всадник кардинально отличался от бравого молодца по соседству. Его фигуру укутывал чёрный плащ, а глубокий капюшон скрывал лицо, из-за чего рассмотреть внешность человека было крайне затруднительно.
– Баронет, скоро мы минуем стороной деревню и часов через шесть будем на месте, – доброжелательно обратился скрывающий свой облик мужчина к первому спутнику, хотя под капюшоном его губы в этот момент искривились в сардонической ухмылке.
Юнец рядом с ним был обыкновенным выскочкой, безземельным дворянчиком, который удачно выбрал сторону в конфликте за власть и вовремя вылизал зад кронпринцу, благодаря чему и взлетел так высоко. Тем не менее, культ Истины или еретики, как их любили называть пустоголовые почитатели Всемогущей Бойни, имели общие дела с будущим правителем Одель-Бера, который к этому времени уже расправился практически со всеми конкурентами и готовился взойти на престол королевства. Поэтому ссориться и проявлять неуважение даже к такому навозному жуку, как этот баронет, было не в интересах культа.
– Это отличные новости, Бернар, – обрадовался Элмер Аларик. – Меня уже тошнит от этой нерасторопности, с которой мы движемся.
– Возможно, не стоило брать с собой в дорогу катапульту? – не смог удержаться от шпильки мужчина в плаще. – Всё-таки мы идём убивать принцессу с калекой телохранителем, а не медвежуть с выводком.
Его собеседник поморщился и обернулся назад, выхватив взглядом повозки, где лежало разобранное осадное орудие, занимавшее сразу несколько телег и знатно тормозившее обоз. А затем перевёл взор на третьего всадника – седого и бородатого воина с носом картошкой, и сварливо произнёс, пытаясь снять с себя ответственность:
– Индрик, не напомнишь мне, почему ты захватил катапульту?
– Потому что, когда слушал указания от вас, господин, по ошибке подумал, что «что-нибудь потяжелее» значит осадное орудие, а не арбалеты со стременной скобой, – ровным тоном ответил тот уже заученным текстом. – Ещё раз прошу прощения за это.
– Ты бы ещё королевскую гильдию магов захватил с собой, – проворчал Элмер.
Бернар в этот момент закатил глаза, но говорить что-либо не стал. За месяц пути данная сценка повторялась из раза в раз, и она его уже откровенно достала.
– Я так понимаю, ты сразу же нас покинешь, как только мы прибудем на место? – тем временем поинтересовался у него юнец.
– Да, по договорённости с королём, – немного польстил собеседнику и его непосредственному господину мужчина в капюшоне, – культ показывает место нахождения девчонки и только, но если вам всё же нужна наша помощь, мы, естественно, готовы её оказать.
– Нет-нет, – быстро пошёл на попятную Элмер, которого будущий король сожрал бы с потрохами за такое самоуправство с этими опасными «союзниками».
– Как хочешь, – безразлично пожал плечами Бернар.
– А если её не будет на месте? – внезапно поинтересовался баронет, в попытках отыграться.
– Принцесса живёт там, – резко обрубил его мужчина в капюшоне. – Поэтому если её не будет на месте, то ищите потайной ход. Насколько мне известно, в бывшей таверне как раз должно быть что-то подобное.
***
Наученный прошлым опытом, молодой чудовищный алхимик вытащил тряпку из-за пазухи и вытер лицо. Следом он поднялся с пола, повернулся к Лакомке и, приветливо кивнув, проговорил:
– Как ты тут?
Хранитель места весело чирикнула что-то непонятное в ответ, а в конце добавила на человеческом языке:
– Э-ден! – чем вызвала у парня широкую улыбку.
Сидеть в убежище молодому человеку нужно было как минимум весь день, пока Зефир и Леопольд возвращаются обратно в подворье, поэтому Эден, чтобы чем-то себя занять, направился к складу без какой-то особой на то причины.
Подойдя поближе, он окинул взглядом ящики и остановился на стреломете, прислонённом к одному из них. Чудовищный алхимик не так давно поинтересовался, зачем парням нужен этот монструозный проклятый артефакт, и каково же было удивление юноши, когда он узнал, что Леопольд носил его на спине в Выдохе.
Рассказ подогрел закономерный интерес Эдена к экзотическому оружию, однако его не раз предупреждали не трогать эту штуку и даже не приближаться к ней, если он не хотел стать одержимым. И чудовищный алхимик, в общем-то, не собирался рисковать. Однако стреломет имел на этот счёт своё мнение и с момента появления парня в пещере активно влиял на него, заставляя испытывать сильное желание шмальнуть из себя.
В какой-то момент внушение набрало критическую массу, и Эден, словно в трансе, потянул руку к артефакту. До заветного спускового крючка оставалось всего пару сантиметров, когда кто-то прошёлся мокрой тряпкой ему по лицу. Наваждение мигом спало, а парень, вытерев рукавом слюни, благодарно посмотрел на Лакомку, взволнованно следившую за ним со стены, и с чувством произнёс:
– Спасибо!
Потеря контроля напугала юношу до мокрых штанов, и он решил как можно быстрее покинуть склад. Однако, пока он поворачивался, боковым зрением заметил что-то странное на доске в деревянной рамке из непонятного белого материала, прислонённой к одному из ящиков.
Чудовищный алхимик видел эту штуку в прошлый раз, и она не вызвала у него никакого интереса. Но сейчас его внимание привлекла не сама доска, а отпечаток ладони, внезапно появившийся на ней, будто кто-то опёрся окрашенной в чёрный рукой. Заинтересовавшись, молодой человек оказался рядом, а на белом покрытии тем временем, прямо под отпечатком, начал появляться рваный текст, как будто бы написанный пальцем, обмазанным в той же краске:
«Это Варна»
«На нас напали»
«Не возвращайтесь. Их сотни»
Глава 9
Эден прекрасно знал, кто такая Варна. И понять, что она и остальные, включая Лису, попали в беду — причем очень серьезную, — не составило труда. Вот только что в этой ситуации делать, молодой человек вообще не представлял. Связи-то у него с внешним миром не было от слова совсем.
Чудовищный алхимик растерянно обернулся к Лакомке, но та лишь вопросительно чирикнула, не особо понимая, что происходит.
Реакция хранителя места заставила молодого чудовищного алхимика собраться. Он глубоко вздохнул, успокоился и задумался. Нужно было как-то донести до Лакомки, что ему необходимо вернуться в реальный мир, но никаких идей, как это сделать, на ум, как назло, не приходило.
Более того, у Эдена не было никакой уверенности, что такое перемещение вообще сработает. А если и сработает — не убьёт ли его? Ведь диск сейчас находился у Зефира в сумке, среди прочих вещей.
Юноша не был героем и уж тем более — бесстрашным, как командир. Тем не менее, Лиса ему очень понравилась, и знать, что он мог попытаться её спасти, но ничего не сделал, было физически невыносимо. Потому, собравшись с духом, чудовищный алхимик подошёл к Лакомке и начал буквально на пальцах объяснять своё желание выбраться из убежища.
Минут через десять безуспешных попыток та наконец поняла, чего от неё хотят, и широко раскрыла рот. Эден, не раздумывая, рванул вперед — если бы он медлил, то ещё столько же времени решался бы на этот сумасшедший шаг. Лакомка, как только парень забрался внутрь, закрыла пасть, как это обычно происходило при перемещениях, оставив его в мокрой темноте. Однако время шло, а чудовищный алхимик так никуда и не исчез. Вскоре ему стало не хватать воздуха, отчего он зашевелился — и буквально через пару секунд был выплюнут наружу под виноватое чириканье хранителя места.
– Не сработало, – горько произнёс он вслух.
Идей у юноши больше не было. Совсем упавший духом, он опустился на пол прямо там, где стоял, под взволнованные звуки, которые издавала Лакомка. Пещерка видела, что с человеком творится что-то не то, но понять причину не могла, бесполезно суетясь рядом.
Эден же, не обращая на монструозную соседку особого внимания, изо всех сил пытался отогнать от себя отвратительные мысли о том, что сейчас происходит с Лисой и остальными. А от накатившего бессилия — прямо как тогда, когда он бежал от преследователей по дороге между Лемарком и Перекрёстком, — ему дико хотелось выть.
***
Обратное путешествие шло бодро, хоть Зефир и не задавал особо высокий темп. И пока они двигались по тропе контрабандистов, в голове у парня роились мысли экзистенциального характера — что ему было совсем не свойственно, и это слегка раздражало.
Юноша не любил размышлять о таких вещах, они всегда нагоняли на него жуткую тоску. Но из-за недавних событий просто отмахнуться от вопроса «Кто же я такой?» было крайне сложно. Потому молодому человеку приходилось постоянно воскрешать в памяти два единственных светлых пятнах в их приключении — посещении подворья и знакомстве с целой деревней озабоченных ушастых дамочек.
Вспомнив о последнем, губы юноши сами собой растянулись в дурацкой улыбке. Если бы Зефир не был вынослив, как три быка, он бы, наверное, там помер от истощения, сопровождаемого разрывом сердца.
Меж тем на его плече похабно захихикал енот — будто залез в мысли командира и вместе с ним пересмотрел эти пошлые воспоминания. Подозрительно глянув на мохнатого, Зефир вернул взгляд на дорогу, где вскоре показался поворот. А это значило, что они почти на месте.
– Чуть-чуть осталось, – крикнул он на ходу Леопольду.
Вот только по мере приближения радость постепенно сменилась гнетущим предчувствием, которое буквально требовало поторопиться. Его истоки были неясны, но Зефир привык доверять интуиции. И, бросив чернявому короткое: «Ускоряемся!» — командир выжал из мышц ног всю их мощь.
Из-за такой прыти Брут, сидевший у него на плече, чуть не свалился, успев вцепиться в хвост юноши, торчащий из-под шлема. И теперь развевался позади стремительно несущегося человека, словно боевое знамя на копье скачущего во весь опор всадника. Енот пытался материться на внезапно обезумевшего Зефира, но из пасти почему-то вылетал только жалобный писк.
Командир не замечал ничего вокруг, поглощённый мрачными мыслями. Поднимая облако пыли, он нёсся вперёд, непрерывно ускоряясь, будто за ним гнался сам зайцехват. Леопольда такое поведение товарища тоже смутило, но чернявый не привык сомневаться в Зефире и без лишних вопросов перешёл на свой максимальный темп. Однако даже так он сильно отставал от юноши, разогнавшегося до невероятной скорости.
Вскоре перед командиром показался знакомый лесок, окружавший подворье, в котором одна важная деталь сразу же бросалась в глаза — земля была практически полностью вытоптана. Несмотря на это, парень не просто не сбавил скорость, а наоборот, прибавил ходу, одной рукой выхватывая меч, а другой стаскивая со спины щит.
Миновав деревья, Зефир наконец увидел частокол и резко остановился перед вынесенными воротами. Внутри суетились солдаты, причем их было очень много. Но важнее было другое: у внешней стены купальни к нему спиной стояла, пригвождённая к дереву, совершенно голая девушка. Её стройное тело было покрыто ужасными ранами и кровью, морем крови, словно она искупалась в ней. И будто этого было мало — какой-то ублюдок скальпировал её, а ладони, сведённые вместе над головой, прибил гвоздём.
Увидев, что эти твари сделали с Лисой, Зефир сначала остолбенел, не веря своим глазам, а затем взревел, как раненый зверь. Никогда ещё он не чувствовал такой всепоглощающей ярости — той самой, что испытывал обезумевший сожитель из его первого видения в пещере. Сейчас ему отчаянно хотелось убивать и крушить всё вокруг. И через мгновение он приступил к исполнению своего желания.
...
Леопольд не поспевал за командиром, умчавшимся вперёд. Казалось, будто Зефир мог обогнать самого резвого в мире коня, оставив того далеко позади, словно улитку. Тем не менее чернявый отставал не слишком сильно и вскоре достиг опушки, где в траве заметил мохнатую задницу енота.
Брут, видимо, не удержался и свалился по пути. Теперь он, кряхтя, поднимался, не забывая при этом ругаться на своём енотьем наречии.
– Давай ко мне! – притормозил чернявый.
Зверь сначала буркнул что-то нелицеприятное, но через секунду уже сидел на его плече. Леопольд тем временем собрался бежать дальше, как вдруг со стороны подворья раздался то ли рёв, то ли рык — словно там орало какое-то чудовище. Голос, однако, был до боли знакомым, не оставляя сомнений, кто именно так кричал. А следом послышались панические вопли, полные боли и ужаса.
Переглянувшись с мохнатым, чернявый рванул к воротам. Но, добежав, замер, увидев сцену, сошедшую со страниц самой жуткой сказки: весь двор был усеян десятками зверски изувеченных тел и буквально залит кровью, приобретя багровый оттенок.
В нос молодому человеку тут же ударил тошнотворный металлический запах, а прямо у его ног, сквозь звуки боя, слышались жалобные стоны. Опустив взгляд, парень увидел какого-то мужчину. Всхлипывая, тот пытался запихнуть обратно свои сизые внутренности, вывалившиеся после того, как его разрубили пополам вместе с кирасой.
Леопольд перевёл взгляд дальше — туда, где раздавался шум сражения. У входа в дом Зефир, с ног до головы покрытый кровью, пробивался сквозь ряды воинов. И что самое странное — орудовал он при этом... лопатой и киркой.
В тот миг Леопольду показалось, что перед ним не его друг и даже не человек, а какая-то затупленная мясорубка, которая, потеряв остроту, всё равно дробила кости и разрывала плоть одной лишь грубой силой. Да что там кости — ударами простой лопаты Зефир на глазах у парочки друзей, следивших за ним очумелым взглядом, рвал кольчуги и кирасы вместе с их содержимым.
Меж тем первый ряд из двух дюжин воинов, в который врезался командир, уже потерял половину бойцов. Остальные, не в силах противостоять той ярости и жестокости, с которой на них обрушился парень, дрогнули и бросились врассыпную. И именно этот момент выбрали шестеро стрелков на крыльце, дав залп из луков и арбалетов, при этом не особо разбирая, куда стреляют. Часть снарядов угодила в своих же, а один болт вонзился Зефиру в плечо, пробив наплечник бригантины. Но для юноши, впавшего в неистовство, это было, как укус комара алому бык-быку. Стрелки мгновенно поняли, что им сейчас будет, мягко говоря, несладко, и кинулись к двери. Но та захлопнулась прямо перед их носом.
Тем временем, взревев что-то нечленораздельное, командир пригвоздил киркой к земле последнего живого солдата из заслона, а затем рванул вперёд и через мгновение оказался на крыльце, устроив там настоящую кровавую вакханалию. Руки, ноги и головы разлетались в стороны, пока Зефир за считанные секунды не покончил со всеми. Следом он с размаху выбил дверь ногой и ворвался внутрь.
Леопольд шокированно смотрел ему вслед — такого командира он ещё не видел, и этот новый облик товарища пугал его до чертиков. С плеча внезапно раздалось злобное тявканье Брута, указывавшего в сторону. Юноша обернулся и наткнулся взглядом на стену купальни.
– Вот дерьмо!
Теперь всё встало на свои места, и нечеловеческая жестокость Зефира сразу обрела смысл. Более того, у самого Леопольда появилось дикое желание отхватить парочку конечностей этим ублюдкам за то, что они сотворили.
Неожиданно позади послышался лязг доспехов. Чернявый резко развернулся — по северной дороге бежал отряд из двадцати человек, экипированных также, что и нападавшие. Видимо, эти твари были неподалёку, услышали звуки бойни и теперь спешили на собственные похороны.
Обнажив оружие, Леопольд бросил еноту: «Схоронись где-нибудь», — а сам двинулся навстречу непрошеным гостям.
...
Выбив дверь ударом ноги, Зефир оказался в зале первого этажа. Помещение больше не напоминало уютную гостиную — лавки и столы были перевёрнуты, а пол в нескольких местах вскрыт. В центре комнаты стояли двое: седой бородач и молодой франт в дорогих доспехах. Оба держали наведённые на командира арбалеты.
В следующий миг болты уже летели в лицо юноше, и тот мгновенно поднял лопату плашмя, прикрыв голову. Раздался звон — крепкий садовый инструмент легко отправил оба снаряда рикошетом в стороны.
Не дав противникам опомниться, Зефир с чудовищной силой метнул кирку в бородача. На таком расстоянии промахнуться было невозможно — острие вонзилось прямо в грудь, пробив доспехи и отправив седого в полёт, в итоге пришпилив того к дальней стене, словно жука.
И пока первый враг был в воздухе, командир уже оказался рядом со вторым. Франт только успел отбросить арбалет, когда лопата со свистом рассекла воздух, перерубив тому обе ноги с характерным хрустом. Противник моментально рухнул на пол, заливаясь нечеловеческими воплями. Но добивать его Зефир не стал. Отшвырнув ногой арбалет и выхватив у врага меч, он закинул тот в угол. Затем достал флакон с зельем, плеснул немного на кровавые культи и, несильно ударив по лицу, отправил истекающего кровью человека в беспамятство.
К этому моменту животная ярость, затуманивающая сознание, уже отпустила командира. Потому он планировал сначала допросить ублюдка перед тем, как отправить его к праотцам. И пока зелье останавливало кровотечение, Зефир поднялся на второй этаж.
Комнаты представляли собой удручающее зрелище: перевёрнутая мебель, вещи, разбросанные по полу. А в дальней комнате, которая раньше была его, юношу ждал неприятный сюрприз — замученная до смерти незнакомка. Ей «повезло» больше, чем Лисе, если это слово вообще уместно — обнаженную девушку просто придушили, перед этим хорошенько поразвлекшись.
Эта находка заставила шестерёнки в голове парня наконец-то со скрипом провернуться. Осмотрев еще раз мертвую бедняжку в своей кровати, он задался логичным вопросом: «Что она здесь делает?». Что-то в этой всей истории не сходилось.
Спустившись вниз, Зефир направился к кухне, чтобы наконец-то проверить потайное убежище, как в зал вошёл Леопольд. Тот был готов к бою, но, оценив обстановку, убрал окровавленный шестопёр и повесил щит за спину.
– Ты как? – осторожно спросил он.
– Нормально, – кивнул Зефир.
– Мы с Брутом осмотрели ту... девушку, – продолжил чернявый. – Это не Лиса. Хотя очень похожа.
– Точно?! – в голосе командира прозвучала такая надежда, что не услышать её мог только глухой.
Хотя сам Зефир почувствовал себя неловко в тот момент – в конце концов, эти твари замучили живого человека, а он радовался, что это не рыжая.
За спиной Леопольда раздалось тявканье, и в зал осторожно вошёл Брут, озираясь по сторонам.
– Нос у него всё-таки получше нашего, – пояснил чернявый, указав на мохнатого. – Ты убежище уже проверил?
– Нет, только собирался. Присмотри за уродом, – командир пнул застонавшего калеку. – Допрашивать будем позже.
– Добро, – кивнул товарищ, перевернув ближайшую лавку и устроившись на ней вместе с енотом.
Зефир тем временем направился к леднику. Кухня, через которую он прошёл, тоже оказалась в полном беспорядке, да и кладовая пострадала от обыска, в то время как люк в подпол был распахнут. Спустившись вниз, командир огляделся. К его величайшему облегчению, потайная дверь оказалась закрыта, а трухлявый ящик стоял на месте, никого не заинтересовав.
Выдохнув через плотно сжатые губы, всё ещё нервничающий молодой человек нашёл цепь и дёрнул, одновременно с этим громко проговорив:
– Варна, Лиса, это я, Зефир!
Стена позади со щелчком отодвинулась, образуя проход, из которого сразу же появилась вооружённая блондинка, подозрительно озираясь по сторонам. На ней была повседневная одежда, а на рубашке в районе груди алело большое кровавое пятно с небольшой дыркой — скорее всего, след то ли от стрелы, то ли от болта.
– Что с нападавшими? – сразу перешла к делу Варна, окидывая странным взглядом полностью покрытого кровью командира.
– Все мертвы.
– Так уж все... – с сомнением протянула женщина. – Их тут минимум пара сотен пришла за нашими головами. Ты разве послание на доске не читал? Я же просила не соваться сюда.
– Нет, не читал. Но дюжин пять мы здесь положили, наверное. У нас наверху есть «язык», можно у него расспросить, что происходит, – предложил юноша и, бросив взгляд на пятно крови, спросил, – а что с раной? Помощь нужна кому-нибудь?
– Пустяки, – отмахнулась блондинка, – я уже выпила зелье, которое вы нам оставили. С остальными всё в порядке.
В этот момент позади неё из-за угла выглянула рыжеволосая и радостно воскликнула:
– Зефир! – а затем ахнула, заметив, в каком виде был командир.
– Лиса! – нервный клубок в груди у молодого человека наконец-то рассосался окончательно, а сам он радостно улыбнулся живой и невредимой рыжей.
– Так, – привлекла внимание Варна. – Мелиса, оставайтесь здесь, а я поднимусь наверх. Пойду поговорю с этим «языком».
– А может, мы вместе с вами пойдём? – спросила занервничавшая девушка.
– Лучше не стоит, – вспомнил юноша, что натворил на улице и в доме. – Соберите пока припасы в дорогу.
– Хорошо, – не стала спорить рыжая, кивнув, а командир с блондинкой поднялись по лестнице и через кухню прошли в общий зал.
– Варна! Вы в порядке?! – вскочил с лавки Леопольд, едва пара появилась, а Брут рядом с ним начал радостно скалиться.
– Да, всё хорошо, – женщина осмотрелась, переведя взгляд с прибитого к стене киркой мужика и остановившись на безногом парне в луже собственной крови, а затем признательно добавила:
– Спасибо, что пришли, несмотря ни на что!
Калека на полу к этому моменту очнулся и застонал, заставив всех в комнате обратить на него внимание.
– А тебе приходилось кого-нибудь допрашивать? – неожиданно спросил командир у блондинки. – У меня такого опыта нет.
– Приходилось пару раз, – ответила она, подходя к пленнику.
– Возьмёшься? – спросил Зефир.
– Конечно, – легко согласилась женщина, пнув мыском сапога прямо по культе. – Сколько вас и где остальные?
– Сука! – взвыл хлыщ. – Вам всем конец!
Голос его звучал надломленно, на грани истерики, но отвечать он явно не собирался, за что получил ещё один удар по обрубку. Раздался жалобный вскрик, а блондинка равнодушно, словно разговаривала с навозным жуком, повторила вопрос.
– Не бейте больше, прошу! Я всё скажу! – взмолился пленник, сдавшийся удивительно быстро.
Всхлипывая и почему-то бросая затравленные взгляды на Зефира, он начал сбивчивый рассказ, который Варна направляла уточняющими вопросами и пинками по ране. Если кратко, картина вырисовывалась следующая:
Баронету Элмеру Аларику, тому самому, что сейчас валялся на полу без ног, кронпринц Одель-Бера выделил отряд в триста воинов с заданием убить свою сестру — принцессу Мелису, хотя пленник почему-то называл её Мелисаной. При этом местонахождение девушки им указали некие люди в чёрных плащах — очень опасные типы, о которых Элмер почти ничего не знал.
Баронет собрал отряд и отправился выполнять задание, и после продолжительного путешествия на запад этот ублюдок, захватив пару селянок по дороге для своих больных развлечений, оказался около подворья. Хагг, которого Варна регулярно отправляла присматривать за округой с вышки, заметил окружающих их людей и вовремя предупредил блондинку. Поэтому, когда противники пошли на штурм, женщина уложила нескольких воинов, первыми перелезших через частокол, и, получив болт в грудь, успела отступить с домочадцами в подпол, прихватив артефактную доску.
Вскоре нападавшие ворвались во двор, а затем и в дом. Не обнаружив своей цели, они принялись переворачивать всё вверх дном в поисках потайного хода. Вдобавок занервничавший баронет, опасаясь провалить, казалось бы, простое задание, отправил большую часть воинов прочёсывать окрестности. И к немалому неудовольствию слушавших этот рассказ товарищей, те могли вернуться в любой момент.
– Достаточно, – коротко оборвала Варна поток слов.
– Не убивайте меня! – взмолился пленник. – Я всё рассказал! За меня заплатят золотом по весу!
Раздался хруст — это блондинка опустила ногу, моментально сломав ему шею, как цыплёнку, а затем подошла к выходу и замерла, всматриваясь в двор.
– Варна, нужно уходить, – поторопил её командир, отложив на потом расспросы о Лисе и о ней самой.
Женщина вздрогнула и обернулась. В её глазах читалась растерянность — видимо, масштабы бойни на улице потрясли блондинку. Но уже через секунду она взяла себя в руки и спросила Зефира:
– Ты сам, кстати, как?
– Нормально, – нетерпеливо ответил юноша.
Сейчас были проблемы поважнее его душевного состояния. Да, вспышка ярости и последовавшая резня самого парня слегка насторожили, но разобраться с этим можно было и позже.
– Зефир, у тебя болт в плече, – спокойно заметила блондинка.
Молодой человек скосил взгляд, увидев торчащий из тела снаряд — и тут же ощутил резкую боль, стиснув зубы.
– Понятно, – многозначительно кивнула Варна, подходя ближе. – Не дёргайся.
Обработка раны заняла немного времени, а парни и женщина параллельно обсудили дальнейший план действий. Так, все согласились, что оставаться здесь было опасно, потому что, когда нагрянут две с половиной сотни человек, даже парни не справятся с таким количеством противников. Но и бежать с детьми было рискованно.
– Вы трое уходите, а мы переждём в укрытии, – в итоге предложила Варна.
– А если вас найдут? После такой бойни они перероют здесь всё! – горячо возразил Леопольд.
– Не факт. И это лучше, чем тащить с собой Вилтани и Хагга.
– Подождите, – вмешался Зефир. – Почему бы не спрятать вас всех в Лакомке, пока мы прорываемся?
– Не слишком ли это рискованно? – усомнилась женщина в хранителе места.
– Да нет же! С Эденом ведь ничего не случилось, сколько раз он там прятался.
– Так вот где вы своего нанимателя потеряли! – озарилось пониманием её лицо. – Но всё равно сомнительно.
– Поверь, это лучший вариант, – твёрдо сказал командир, полностью уверенный в Лакомке.
Блондинка пристально посмотрела на него и медленно кивнула. И поскольку у предложенного Зефиром плана было несколько проблем, требовавших решения, обрадованный парень тут же развил бурную деятельность, к которой мигом подключил всех остальных.
Первая сложность заключалась в том, что в пещерке почти не было запасов на такое количество людей. Отчего Брут, Леопольд и Варна отправились помогать Лисе собирать провизию на кухне и из кладовой, а командир в этот момент вытащил во двор пустую бочку для воды, поднес её к колодцу и начал спешно наполнять.
Вторая проблема — в диске оставалось всего четыре перемещения, а новое должно было появиться через несколько дней. Поэтому груз и людей нужно было компактно упаковать, чтобы не тратить лишние заряды, которые восполнялись только раз в неделю.
В результате сборы заняли около получаса. Первыми с кухни к Лакомке отправились Вилтани, а также Лиса и Варна, нагруженные заплечными сумками. Они встали на артефакт, крепко обнявшись, и через несколько секунд растворились в воздухе. Три девушки были некрупными, и хотя командир из-за дополнительных вещей сомневался, пропустит ли их диск, всё вышло как нельзя лучше.
Подождав немного, Зефир поставил на артефакт огромную бочку с водой, плотно закрытую крышкой, а сверху усадил Хагга.
– Будь осторожен, когда Лакомка начнет тебя выплевывать и не попади под бочку, – предупредил его командир.
Паренек нервно кивнул и хотел было что-то сказать, но не успел, исчезнув через миг. Подобрав диск, Зефир взглянул на стоявших рядом друзей и мотнул головой в сторону выхода.
– Может, сожжём всё? – неожиданно предложил чернявый. – Вряд ли мы сюда вернёмся, зато следы запутаем.
Немного подумав, командир согласился и начал поливать пол и стены маслом. Собственноручно уничтожать первый в жизни дом, с которым было столько связано, оказалось не так-то просто, но делать было нечего. И вскоре троица друзей удалялась от охваченного пламенем подворья по направлению к Перекрёстку.
Глава 10
Парни принципиально не стали пользоваться дорогой, двинувшись в начинающихся сумерках через редкий лес, окружавший бывшую таверну. И, к своему удивлению, сразу же вышли на оставленный среди деревьев обоз.
Ничем иным, как повозками нападавших, он быть не мог, а возницы и охранники, видимо, услышав звуки бойни, учинённой на подворье, быстро смотали кто куда, бросив всё добро прямо тут. И хоть у Леопольда очень чесались руки, останавливаться и копаться в вещах товарищи не стали, поэтому два десятка телег вскоре остались позади.
Минут через сорок быстрого бега стало совсем темно, и Зефир снизил скорость, но на ночевку так и не встал, ведя отряд дальше. К этому моменту троица друзей уже обошла стороной Малые болотные демоны, и только отойдя от деревни на приличное расстояние, командир объявил небольшой привал, чтобы подкрепиться. Костер парни не разводили и, перекусив всухомятку, продолжили путь.
К слову, первая эволюция и улучшение оснований сказались на товарищах не только в увеличившемся резерве жизненной силы и физических возможностях. Эден этого не упоминал, но тела молодых людей изменились и в других аспектах, которые они теперь понемногу за собой замечали.
Например, еда. Частенько несочетаемые продукты или чрезмерное употребление каких-то овощей могли вызвать расстройство желудка. Но совсем недавно Леопольд, любящий поесть, с удивлением заметил, что такие проблемы теперь обходили его стороной.
Или, к примеру, выносливость. Она всегда была у парней аномально высокой, а стала ещё больше после получения ядра. Тем не менее, спать юношам всё равно было нужно, потому что голова продолжала так же уставать. Однако теперь оба товарища могли бодрствовать гораздо дольше, да и на сон они тратили меньше времени.
Поэтому-то Зефир и повёл их дальше, несмотря на темень, и не стал останавливаться на ночлег.
Утро троица друзей встретила в пути, а командир наконец-то решил сделать долгий привал и приготовить чего-нибудь горячего.
Расположившись на одной из полян, он развёл костёр и занимался готовкой, когда Леопольд, сидевший рядом, внезапно не решил обсудить произошедшее:
– То есть нашу рыжую на самом деле зовут Мелисана, и она королевских кровей? Никогда бы не подумал, что жил под одной крышей с самой настоящей принцессой.
– Видимо, да. Ты их особо не доставай по этому поводу, как вернёмся. Захотят – расскажут, – задумчиво ответил Зефир.
– Да это понятно, просто она такая… такая простая, что ли, – не нашёл нужных слов Леопольд.
Однако командир его понял. У обычных людей в голове сложилось представление, что принцессы, короли и королевы — это что-то неземное, возвышенное и обязательно чванливое. Тем более в Республике не было персон такого полёта, а собственная псевдоаристократия — бывшие выходцы из низов, воспринималась гораздо проще. Их даже в восточных королевствах за своих не считали, относясь соответствующим образом. И тут оказывается, что эта добрая рыжая девушка, которая могла спокойно вымыть полы в общем зале и которая жила с ними столько времени, оказалась всамделишной принцессой.
– Хорошее воспитание, – глубокомысленно заметил командир.
– Или влияние Варны, – хмыкнул чернявый.
Рядом захихикал енот, а Зефир, посмотрев на него, шутливо предупредил:
– Ты в будущем поаккуратней с подглядываниями за особами королевских кровей. Это Лиса у нас добрая, а другие могут с тебя шкуру спустить.
Мохнатый на это пренебрежительно махнул лапой. В его «подвигах» числились трусики Милажены, которые он гордо носил на голове — правда, всего несколько секунд, а потом зверь быстро убрался от греха подальше из её комнаты, — поэтому какими-то мифическими королями его было не напугать.
Хмыкнув на позёрство енота, командир продолжил:
– Этот кронпринц из Одель-Бера, насколько я понимаю, убрал уже всех претендентов, и Лиса осталась последней — даже с учётом того, что она вроде как отказалась от притязаний на престол. Во всяком случае, так Варна когда-то давно говорила, рассказывая про отказ от наследства.
– И он от неё не отстанет, – мрачно подытожил чернявый.
– Да… – протянул Зефир. – Я молчу про его беспощадность и безжалостность. Но это ж каким нужно быть дегенератом, чтобы за двумя девушками три сотни солдат отправить!
– Мы, когда мимо повозок пробегали, я заметил в парочке из них ещё и разобранную катапульту, – почесал затылок Леопольд.
– Бойня Всемогущая, ну точно дебил, – поражённо проговорил командир. – Сочувствую я этому Одель-Беру, когда эта мразь на престол взойдёт.
Зефир помешал ложкой грибную похлёбку, основные ингредиенты для которой предоставил мохнатый, и проверил её готовность.
– Как думаешь, а чёрные плащи — это еретики? – поинтересовался чернявый, наблюдая, как его друг колдует у костра. – Если это так, то мы с ними теперь однозначно враги.
– Скорее всего, да. А учитывая, что они помогают этому братцу-ублюдку, то в Перекрёстке Лиса и Варна не будут в безопасности.
– И что делать?
Рядом раздалось деловитое потявкивание Брута, а командир, одобрительно кивнув, проговорил:
– А что? Хорошая идея. Купим им краски для волос, я их в той сгоревшей алхимической лавке видел... Как она там называлась?
– «Дары чудолесья», – подсказал друг.
– Да, в «Дарах». А если она была там, значит, и во втором магазине должна быть. Плюс, надо бы у Эдена поспрашивать, сможет ли он девушкам немного изменить лица, чтобы их было сложнее узнать. Да и с рукой для Варны что-то быстрее решать. Она без неё очень заметна, – разошёлся Зефир.
– Дельно, – одобрительно кивнул Леопольд, немного повеселев, пока не услышал продолжения.
– Ну и самое главное, – проговорил командир, – нам срочно нужно решать что-то с жильём. Первое время им можно в таверне пожить, но долго там быть нельзя. Враги по таким заведениям в первую очередь будут шарить.
Грибная похлёбка меж тем поспела, а Зефир принялся разливать её по мискам и передавать друзьям. Взяв свою порцию, он наконец высказал то, что совсем не хотел услышать чернявый:
– Предлагаю всем скинуться и добавить к тому, что мы уже отложили на дом.
Ситуация была неординарной, и Леопольд это понимал. Потому, пересилив свои сорочьи инстинкты, он тяжело вздохнул и ответил:
– Я практически ничего не тратил и могу отдать двести двадцать пять монет, правда, большая часть из них – серебряные.
– Из моей доли осталось двести пятнадцать золотых, плюс твои и те, что мы откладывали, итого: семьсот сорок монет, – посчитал командир, а затем повернулся к Бруту.
Мохнатый, увидев, что на него смотрят, беспечно пожал плечами и, оторвавшись от еды, полез в свою сумочку. Порывшись в ней, он протянул туго набитый кошелёк Зефиру, явно не возражая расстаться со своими накоплениями.
– Всего у нас девятьсот пятьдесят монет, – задумчиво проговорил командир, пересчитав богатства енота и пытаясь безуспешно понять, куда тот умудрился потратить целых двадцать три золотых за такое короткое время.
– Не хватит, скорее всего, – засомневался чернявый.
– Придумаем что-нибудь. Давайте доедать и поторопимся.
...
Товарищам повезло: воинов с деревом на щите они так и не встретили. Скорее всего, устроенный пожар не только скрыл следы, но и привлёк внимание солдат, которые бросились к подворью, когда парни, наоборот, удалялись оттуда с приличной скоростью.
Не то чтобы командир и чернявый не справились бы с каким-нибудь небольшим отрядом, однако стычка в любом случае оставила бы следы, которых они очень хотели избежать. Ведь враги у них были чертовски могущественные, и давать им зацепки пахло откровенной глупостью.
Меж тем троица с минимальными остановками к обеду второго дня уже обходила Лемарк и, не останавливаясь, двинулась дальше к Перекрёстку. А к вечеру следующего дня они прошли через ворота города и поспешили к «Поцелую». Запасов у ожидавших в Лакомке людей должно было хватить ещё как минимум на пару дней, поэтому Зефир решил не светиться на воротах в такой пёстрой компании и выпустить всех уже в таверне.
Вскоре перед товарищами показалось двухэтажное здание с легко узнаваемой вывеской, изображающей голову медведя с пухлыми и накрашенными чем-то красным губами. И отворив дверь, друзья попали внутрь.
Зал, как обычно под вечер, был полон посетителей, среди которых мелькало множество знакомых лиц. Однако командир не стал задерживаться и, кивнув вышибале, повёл всех наверх. Оказавшись в комнате, которая встретила их лёгким слоем пыли и духотой, Зефир сначала открыл ставни, зажёг лампу и, покопавшись в заплечной сумке, достал диск. Учитывая недавно появившийся заряд, у того оставалось всего три перемещения. Одним командир должен был воспользоваться прямо сейчас, чтобы попасть внутрь, а дальше предстояло как-то ухитриться вшестером вернуться в реальный мир, при этом захватив с собой стреломет Леопольда.
– Я пошёл, – бросил он товарищам, раскладывающим вещи, и встал на артефакт.
Прошла секунда-другая – и вот его уже выплюнула изо рта Лакомка прямо под ноги проходившей мимо Варны.
– Зефир! – радостно воскликнула она и крепко обняла обслюнявленного командира, как только тот поднялся. – Мы волновались! Как всё прошло?
– Нормально, вырвались. Только вот подворье пришлось сжечь.
– Демоны с ним, – отмахнулась женщина.
Рядом с парочкой тем временем собрались остальные «узники» пещерки, которые наперебой начали задавать вопросы. На что Зефир быстро проговорил:
– Давайте потом обсудим, а сейчас пора возвращаться. Вы собраны?
– Да, – ответила за всех блондинка.
– Тогда вперёд.
Первая попытка отправить всех девчонок вместе с Хаггом провалилась. Четверо человек никак не хотели перемещаться, поэтому пришлось забирать к себе Вилтани, и только после этого они отправилась в реальный мир. Мелкая егоза, кстати, воспринимала все эти необычные перемещения очень положительно, считая их чем-то вроде захватывающих приключений, а путешествие через пасть Лакомки вообще приводило её в полный восторг, поэтому никаких проблем с девочкой не было.
Подождав пару минут, командир попрощался с пещеркой, предупредив, что их не будет довольно долго из-за того, что у диска кончились заряды, и уже хотел было уходить, когда получил ответную картинку. В ней хранительница места в основном грустила из-за скорого расставания, а ещё невзначай сообщала, что может помочь с этой проблемой, немного увеличив количество перемещений в диске.
Зефир когда-то и сам хотел с ней поговорить на эту тему, но из-за всего происходящего как-то позабыл, и вот сейчас Лакомка предложила выход из ситуации. Правда, не бесплатный – ей, как и в прошлый раз, была нужна любая косточка, чтобы провести такое улучшение.
Свободных энергетических центров у командира не было, поэтому, поблагодарив хранительницу места и сделав мысленную пометку, юноша взял за руку приплясывающую на месте Вилтани и позвал Эдена.
Перемещение прошло без проблем, и, отпустив мелкую к ожидавшей её Лисе, Зефир отцепил от себя бледного чудовищного алхимика и шагнул с диска. Подойдя к кровати, он скинул наскоро закрепленный на спину стреломет и подобрал заранее приготовленную ветошь, когда услышал, как рыжая обращается к нему:
– Зефир, вам бы у Лакомки купальня не помешала, даже самая простенькая. Находиться там столько дней без мытья – это тихий ужас. К тому же, если вы будете там долгое время жить, то можете легко заболеть.
– Определённо, – поддержала её Варна, сидевшая на кровати енота вместе с самим мохнатым и перебиравшая вещи в своей сумке.
– Я подумаю, что можно сделать, – кивнул командир и следом предложил, – здесь в таверне можно помыться. Если хотите, я пойду и договорюсь, а потом поедим.
– Будем признательны, – благодарно посмотрела на него Лиса.
Не задерживаясь более в ставшей столь многолюдной комнате, молодой человек поспешил вниз – к Ясо.
– Привет, вижу, вернулись, – почему-то очень радостно проговорил хозяин таверны, с любопытством рассматривая командира. И если радость мужчины была тесно связана с одной до зубовного скрежета надоевшей ему блондинкой, то интерес происходил из того, что одежда юноши перед ним была опять влажной, хотя заходил он несколько минут назад сухим.
Вообще, трактирщик не раз замечал странности за своими самыми неординарными постояльцами: то парень перед ним натащит кучу вещей наверх, которые там физически не могут поместиться, то выходит, как после купания, будто поставил наверху бочку с водой и постоянно окунался в неё прямо в одежде.
Тем не менее в личную жизнь своих клиентов Ясо не лез и тем более старался не копаться в их секретах, пока они исправно платили, не уничтожали комнату и не докучали остальным, поэтому относился к этим странностям как к разминке для ума, строя различные предположения.
– Ага, – тем временем кивнул Зефир. – Помывочная свободна?
– Да.
– Тогда мы займём её на час, – юноша прервался и сразу же поправился, – нет, на пару часов.
– Валяйте, цена не изменилась, – пожал плечами хозяин таверны.
– Отлично! – отсчитав деньги, парень повернулся к спускавшимся девчонкам, в руках у которых были принадлежности для мытья и запасные вещи. – Вот, они первыми пойдут.
Ясо же в этот момент переводил ошеломлённый взгляд с юноши перед ним на двух людей, которых он никогда прежде не видел. И дело здесь было не в том, что мужчину так удивили молодая рыжая девица с блондинистой малышкой во влажной одежде, а в том, что он не заметил, чтобы они вообще заходили!
Хозяин таверны привык контролировать своего горе-вышибалу и всегда поглядывал за входом, поэтому был в курсе происходящего в его таверне. Да и в принципе, следить за обстановкой вокруг было у него в крови и не раз спасало жизнь в бытность искателем, и тут такое!
– Вам – за дверь и прямо, – указал Зефир девчонкам путь.
Те благодарно кивнули и улыбнулись, но не успел Ясо прийти в себя, как сверху появилась другая женщина, которую тот никогда прежде не видел. Да ещё какая! Несмотря на отсутствие руки, мужчину прямо до печёнок пробрал опасный и хищный вид блондинки. В общем, связываться с ней было опасно для жизни, потому он просто промолчал, провожая её взглядом.
– Там ещё молодой парнишка спустится, – добавил Зефир, наблюдая за переменами на лице хозяина таверны и не особо понимая, почему тот разнервничался.
– Ещё и молодой парнишка? – тихо повторил шокированный трактирщик.
В голове у него сейчас крутилась единственная мысль – насколько он сдал, раз не заметил целый табор, тайно пробравшийся наверх.
– Слушай, если мало, я могу ещё доплатить, – не выдержал этих пантомим командир. – Я понимаю, нас многовато получается…
– Нет, не нужно, – спохватился собеседник. – Всё нормально…
Однако не успел он закончить, как по лестнице спустился юноша, которого Ясо раньше замечал в компании Зефира. Насколько мужчина знал, тот вроде бы был чудовищным алхимиком со своей какой-то мутной историей, но без криминала. Иными словами, обычный парень, если не считать уважаемой профессии, появление которого трактирщик тоже каким-то образом пропустил!
– Зефир, спасибо! Я к себе, а вы подходите завтра, рассчитаемся, – проговорил молодой человек и спокойно вышел на улицу.
– Ясо, у тебя точно всё хорошо? Ты побледнел… – раздался участливый голос командира.
– Чёртова старость! – разозлился хозяин таверны, стукнув по стойке кулаком.
Бровь Зефира дёрнулась в удивлении, но лезть с расспросами к собеседнику он не стал, спросив немного о другом:
– Нам бы ещё одну комнату на четверых на пару дней. Есть такие?
– Для двух девушек, малышки и того парня, про которого ты упоминал? – взяв себя в руки, уточнил мужчина.
– Ага.
И пока они обсуждали условия, вниз спустились Леопольд с Брутом и Хагг. Чернявый указал пареньку, где купальня, а сам оглядел зал. Мест на большую компанию не было, зато он приметил Хвою за дальним длинным столиком у стены вместе с Ночкой и Веселиной, у которых как раз было свободно.
– Пойдём, – позвал он за собой мохнатого и направился к девчонкам.
Подойдя поближе и поздоровавшись, чернявый взял быка за рога и спросил:
– Можно мы к вам присоединимся поужинать? Мест совсем нет на большую компанию, – развёл он руками в досаде.
– Конечно, – ответила Хвоя и хитро улыбнулась. – Но взамен ты расскажешь нам, кто ваши спутники.
От глазастой девицы в шляпке не ускользнуло происходящее у стойки, а Леопольд тем временем призадумался. Врать он не любил и особо не умел, а сейчас было необходимо именно это, потому молодой человек не придумал ничего лучше, чем свалить сию обязанность на командира, проговорив:
– Вы же знаете, я не мастак рассказывать. Лучше с Зефиром поговорите, к тому же вон он как раз идёт, – указал чернявый на приближающегося друга и поспешил занять лавку вместе с Брутом.
– Всем привет! – улыбнулся командир, подсаживаясь за стол вслед за товарищами.
Раздались приветствия от девчонок, а затем роль дознавателя неожиданно взяла на себя Ночка и подозрительно поинтересовалась:
– А кто это с вами? И чей это маленький ребёнок?
Шестерёнки в голове молодого человека заскрипели, а дальше начались чудеса словесной эквилибристики от командира, который вертелся ужом на сковороде и пытался выдать поменьше информации, при этом чтобы это не смотрелось подозрительно.
Рассказывать как на духу всю подноготную он не хотел – не из-за того, что не доверял им, а скорее из опасения, что их могут подслушать или девчонки проболтаются кому-то «по секрету», не понимая всей тяжести ситуации. Поэтому на скорую руку была сочинена история о гоне, который согнал их близких друзей, чуть ли не дальних родственников, с насиженных мест. Идти тем было некуда, и товарищи решили помочь, пока они не устроятся в новом для них городе.
Девушки, по мере того как Зефир упражнялся в красноречии, переглядывались, своей женской интуицией ощущая какой-то подвох. Однако перед ними был мастер-балабол, поэтому вскоре те окончательно поверили в довольно-таки обыденную историю для этих мест и даже немного посочувствовали.
– Да, простым людям совсем тяжко под гнётом монстров. Это искатели более-менее привычные, да и не беззащитные, – участливо проговорила Хвоя.
В принципе, в мире, наверное, не существовало ни одного человека, который бы хоть как-то не пострадал от Выдохов. Прямо или косвенно. И эта тема была близка всем без исключения.
Между тем друзьям принесли заказанную еду, а из купальни вскоре вернулись Варна, Вилтани и Лиса, и за столиком стало совсем тесно. Причём каким-то незаметным образом женская компания сразу же разделилась на два противоборствующих лагеря – новоприбывшие против Хвои, Веселины и Ночки.
И нет, в словесные баталии они пока не вступали, но вот зыркали друг на друга очень подозрительно и недружелюбно – особенно в этом старалась мелкая егоза и Ночка, отчего Леопольд виновато посмотрел на Зефира. Чернявый как-то не подумал, что выбор этого места обернётся полем битвы.
Командир в ответ незаметно пожал плечами. Он тоже видел полностью заполненный зал, и, по сути, выбора у них не было, кроме как сидеть в комнате.
– Зефир, а что это за женщина, с которой Брут вежливо кивками обменялся, и почему она так пристально на тебя смотрит? – внезапно нарушила неуютную тишину Варна, задав странный вопрос и кивнув на красивую брюнетку, сидевшую в одиночестве за небольшим столиком на двоих позади юноши.
Стоило парню обернуться и пересечься взглядами с той женщиной, как он улыбнулся самой располагающей улыбкой и сразу же разорвал зрительный контакт – потому что узнал ее. Это была та самая брюнетка, от которой командир в прошлый раз почувствовал чудовищную опасность, по сравнению с которой покойный Людевит был пятилетним ребёнком, и как-то её раздражать он очень не хотел.
– Не знаю, – слишком поспешно ответил юноша и начал усиленно работать ложкой под странные взгляды, которые на него бросала вся женская половина компании.
А буквально через пару секунд, проходившая мимо Карла с кружкой в руке поздоровалась с командиром:
– Зефир, привет!
– Привет, – махнул ей рукой молодой человек.
– Наставница, тебе не кажется, что вокруг Зефира как-то слишком много женщин? – раздался голосок рыжей, которая с подозрением рассматривала сидящих напротив пепельноволосых подружек. И если Веселина встретила её взгляд спокойно, то вот Ночка глядела в ответ с вызовом.
– Уху, уху, – энергично закивала головой Вилтани и повторила, растягивая слова, – о-о-очень мно-о-ого.
От продолжения неловкой беседы командира спас вернувшийся Хагг, которого девушки, видимо, заставили идти мыться последним. Он робко топтался около стола, пока его не приметил Леопольд и не усадил рядом с собой.
И вроде бы тема себя изжила, однако стоило Зефиру выдохнуть, как дверь в таверну резко распахнулась, будто её выбили ногой. А внутрь, сразу привлекая всеобщее внимание, вошла Милажена и звонко крикнула, заглушая все остальные голоса в заведении:
– Зефир, я стала чемпионом! Выходи! Махаться будем!
«Медвежуть» погрузилась в тишину, а через несколько секунд сбоку раздался шёпот одного из посетителей:
– Она уже три дня подряд приходит и орёт одно и то же. Совсем с ума сошла баба.
– Да, не завидую я Адской ладошке...
– Тише вы, – зашикал на них сосед. – Она же вас в порошок сотрёт.
– Вон он! – вдруг раздался в тишине громкий голос Ясо, который бесстыдно указывал рукой в сторону командира. – И ради Всемогущей Бойни, хватит мне дверь каждый раз выносить!
Голубые глаза блондинки вмиг сфокусировались на большой компании у стены, затем она выхватила профиль командира и, предвкушающе улыбаясь, зацокала каблучками сапожек в его сторону.
К слову, шла она очень эффектно: длинный блондинистый хвост хлестал по плечам будто хлыст, а массивная полуоткрытая грудь, как обычно сдерживаемая одинокой пуговицей на рубашке, призывно колыхалась в такт её движениям. Правда, посетители в основном отводили глаза – потому что это была не какая-то красавица-куртизанка, а ужас всего района искателей, который к тому же из адепта внезапно стала чемпионом.
Адептов в принципе в Северо-восточном регионе можно было пересчитать по пальцам обеих рук, а своего чемпиона до этого момента вообще не было. Поэтому взбалмошная девица одним своим появлением заставляла поджилки и сердца искателей в прямом смысле трепетать.
Тем временем взгляды всей женской половины стола вновь скрестились на командире, заставляя того чувствовать себя неуютно…
Глава 11
Неизвестно почему, но Брут очень любил пожрать, трогать женские вещи и подглядывать за красавицами, а также суету и веселье, которые обычно происходили за счёт окружающих. И откуда в этом комке меха взялись столь неоднозначные интересы, не знал даже он сам.
Возможно, во всём была виновата кипящая в нём кровь енота — а эти существа, в принципе, во всех мирах слыли отъявленными пройдохами. А может, зверю просто не стоило поглощать всяких проходимцев и странные зелёные облака. Или причина крылась в чём-то ещё.
Но факт оставался фактом: Брут, быстро умяв свою порцию харчей, балдел от бедлама, который творился вокруг командира.
– Мила, а можно я поем? – потерев пальцами бровь, устало спросил Зефир у девушки, вставшей у него над душой.
Услышав такое неформальное обращение и разозлившись на наглость, с которой блондинка прервала их, Ночка набрала воздуха в лёгкие, чтобы разразиться тирадой. Однако вовремя появившаяся сзади рука Веселины, зажала ей рот, пока остальные девушки за столом молча наблюдали за представлением.
– Можно, – царственно разрешила Милажена, но так и осталась стоять на месте.
– Бойня Всемогущая! – не выдержал командир. — Идём!
Поведение девушки, которая ещё несколько недель назад горько скорбела, вернулось к своему «нормальному» состоянию. И, зная упрямый нрав блондинки, парню было проще сразу согласиться, чем оттягивать неизбежное. Все равно ведь не отстанет.
Зефир поднялся и повёл девушку на задний двор, когда притихшая таверна разом заголосила, а самые резвые уже рванули за ними. Веселина перестала зажимать Ночке рот, и та, избавившись от «оков», тоже подскочила с места и понеслась следом за толпой.
– Он что, идёт драться с чемпионом Всемогущей Бойни?! – ошеломленно поинтересовалась Варна.
– Это наша хорошая знакомая, и они не станут калечить друг друга, – пояснил Леопольд, пока та не нафантазировала себе невесть что, и тихо добавил, – надеюсь.
Брут дальше слушать не стал и, спрыгнув с лавки, засеменил за всеми. Добравшись до заднего двора, где уже столпились посетители, а быстро сориентировавшийся Ясо откуда-то достал лампы и факелы, развешивая их по площадке, мохнатый оглядел толпу. Люди образовали неровный круг, прижавшись к стенам, и толкаться с ними еноту не хотелось. Поэтому зверь решил поступить по-умному.
Мгновение — и он уже свесил лапы с покатой крыши подсобки, откуда открывался отличный вид на импровизированную арену, в центре которой стояли Зефир и Мила.
– Без оружия и способностей, а то мы здесь всех поубиваем, – тем временем заявила боевитая блондинка. – Проигрывает тот, кому пустят первую кровь.
– Хорошо, – спокойно согласился командир, отбросив ножны с мечом в сторону.
То же самое сделала и соперница. Ясо в этот момент, закончив с освещением, втиснулся в круг, растолкав зевак, и прогрохотал зычным голосом:
– Я объявлю начало! Но давайте сначала дождёмся всех зрителей.
Трактирщик был явно воодушевлён. Шутка ли — ритуальный поединок с чемпионом Всемогущей Бойни прямо в «Поцелуе медвежути»! Это событие должно было поднять престиж его заведения на невиданную высоту.
В отличие от него, Зефиру и Милажене было всё равно. Поэтому, подождав пару минут, пока не выйдут все желающие, хозяин таверны выскочил из круга, встав поближе к зрителям, и крикнул:
– Начали!
Брут и ещё человек пятьдесят зевак, среди которых были Варна с домочадцами, затаив дыхание, напряжённо следили за соперниками, спокойно стоявшими друг напротив друга. Прошло секунд пять тягостного ожидания — и вдруг они будто исчезли с места, точнее, ускорились до предела, оставляя за собой размытые силуэты.
Глаза мохнатого, который так и не решился на улучшения, да и большинства зрителей, не поспевали за боем, из-за чего перед ними была какая-то мешанина, а не чёткий поединок. Тем не менее толпа мгновенно взорвалась криками поддержки — и, к удивлению, у Милажены оказалось гораздо больше болельщиков, чем у командира, которого подбадривал в основном женский пол, составлявший меньшинство.
Два вихря, обмениваясь стремительными ударами, мощные хлопки которых сливались в какой-то инфернальный гул, метались по площадке. Простому зрителю и понять было невозможно, кто же берёт верх. Но буквально через минуту всё внезапно прекратилось — на земле, в центре двора, оказалась чемпион, над которой возвышался юноша.
Люди примолкли, наблюдая за замершими противниками. Самые глазастые заметили, как у девушки выступила кровь в уголке губ, тогда как у парня начал наливаться фингал под глазом.
– Я проиграла, – прозвучал спокойный голос блондинки, словно гром среди ясного неба. А девушка, утерев кровь, протянула руку парню, чтобы тот помог ей подняться.
Пару мгновений спустя шокированные зрители очнулись от оцепенения, и над задним двором таверны раздался возбуждённый галдёж. Брут же сидел на крыше подсобки, приосанившись и горделиво оскалившись — будто это он научил победителя всему, а тот выиграл лишь благодаря усердным урокам мохнатого «учителя».
Тем временем на площадке череда событий не только не закончилась, но после краткой паузы стремительно покатилась дальше — правда, в совершенно неожиданном направлении. Зефир наклонился к лежащей девушке и рывком поднял её на ноги. Та кивнула в знак благодарности, продолжая держать его руку, а затем внезапно притянула к себе ошеломлённого парня, впившись в его губы жарким поцелуем.
На импровизированную арену вновь опустилась гробовая тишина — абсолютно никто не ожидал такого поворота. И если большинство пребывало в оцепенении, то Лиса и не по годам умная Вилтани, быстро оправившись от потрясения, с возмущением уставились на наглую девицу. Но больше всех, конечно, была шокирована Ночка. Она беззвучно открывала и закрывала рот, словно рыба, выброшенная на берег.
Прошло секунд десять, а Милажена всё не отлипала от Зефира, который к этому моменту уже активно участвовал в постыдном занятии. Взяв себя в руки, пепельноволосая отыскала взглядом сидящего на краю крыши енота. Улыбка мохнатого давно сменилась с горделивой на похабную. И пока зверь скалился, весело дрыгая ногами, Ночка решительно направилась к нему, расталкивая остолбеневших зевак.
– Псс, Брут, – прошептала она, привлекая внимание. – Помнится, у тебя была записная книжка с рисунками. Дай мне её посмотреть!
Енот с подозрением опустил взгляд на девушку и отрицательно покачал головой. Делиться своим имуществом он не желал.
– Я готова меняться, – не сдавалась она. – Что тебе нужно? Еда? Деньги?
Брут ненадолго задумался, а затем глаза его загорелись, и он радостно затявкал, видимо, предлагая условия обмена. Вот только Ночка ничего не поняла и лишь недоумённо смотрела на него.
Осознав проблему в коммуникации, мохнатый поднялся на лапы и начал изображать, будто что-то натягивает себе на ноги.
– Я не понимаю!
– Нижнее бельё он твоё хочет, – внезапно раздался голос фигуристой брюнетки, которая, в отличие от остальных зевак, с интересом наблюдала за диалогом пепельноволосой и зверя.
Брут благодарно кивнул древнему чудовищу из башни, маскирующемуся под человека, тогда как Ночка, ошеломлённая таким предложением, возмущённо выпалила на весь двор:
– Что?! Только через мой труп!!
В тот же миг на неё обернулись все присутствующие. Даже Мила оторвалась от командира и уставилась на девушку, которая начала стремительно краснеть.
– Любовный треугольник! – театрально ахнула Хвоя.
– Везёт же козлу! – раздался чей-то мужской голос, но говорящий тут же спрятался в толпе, заметив, как нахмурился Зефир.
...
После своего вызывающе смелого поступка Милажена быстренько смылась, не попрощавшись — буквально перепрыгнула через подсобку, на которой сидел Брут, — и оставила командира глупо хлопать глазами. Но долго пребывать в одиночестве ему не дали: Лиса тут же взяла его под руку и решительно поволокла обратно в таверну, где вместе с Варной устроила допрос с пристрастием, пока остальные грели уши. За столом, правда, народу оказалось на двоих меньше — пепельноволосые подружки тоже куда-то испарились.
Кое-как отбившись от любопытных девушек, назойливых поздравлений и зевак, норовивших угостить его выпивкой, командир сунул Варне ключ от комнаты на четверых, а сам отправился спать, отложив все важные разговоры на утро.
***
Начало следующего дня, увы, встретило Зефира вовсе не в объятиях белокурой красавицы. Вместо этого его разбудили оглушительный храп енота и бормотание чернявого о «блестящем золоте».
Поднявшись и растолкав остальных, командир пошел умываться, и вскоре большая компания из шести человек и одного мохнатого зверя собралась в пустом зале на завтрак, чтобы обсудить насущные вопросы и заодно подкрепиться.
– Варна, у вас всё необходимое есть? – неопределённо повертел ладонью в воздухе Зефир.
– Мы почти ничего не взяли из личных вещей, так что нет, – ответила блондинка, ковыряясь ложкой в каше. – Но прожить какое-то время без этого можно.
По ней было заметно, что произошедшее сильно её напрягает. К слову, после того как эйфория от спасения прошла, Лиса и Хагг тоже сидели понуро, тогда как Вилтани, напротив, выглядела радостной и уплетала завтрак за обе щёки. Впрочем, девочке никто не рассказывал всей правды и уж тем более не показывал ужасов подворья, поэтому она воспринимала всё как приключение.
– Докупим, – кивнул Зефир. – Леопольд, сходишь с ними сегодня?
– Конечно, – легко согласился чернявый.
– А я навещу Эдена и загляну в магистрат. Нужно срочно подыскать вам дом.
– Ты уверен? – замялась блондинка.
Как-то незаметно их роли поменялись: теперь именно ей требовалась поддержка. И это вызывало смешанные чувства у женщины, привыкшей всегда быть в лидерах и контролировать ситуацию.
– Конечно. Мы с Леопольдом и Брутом именно для этого и стали искателями, если ты помнишь.
Мохнатый в этот момент тявкнул пару раз для порядка, напоминая, что его в отряд заманили в основном вкусной жратвой. Однако Зефир отмахнулся и продолжил:
– Правда, есть одно большое «но».
– Денег не хватает? – с участием спросила Лиса. – Мы можем пожить в таверне, немного монет у нас есть на первое время.
– Да, золота маловато, – согласился Зефир. – Но только если говорить о большом доме на всех. Для четверых, думаю, что-то найдётся. И, к слову, на постоялых дворах вам надолго задерживаться нельзя. Мы с Леопольдом подозреваем, что те чёрные плащи, которые нашли вас у Хребта русалки, принадлежат к одной очень могущественной организации. Им не составит труда отыскать вас снова, так что нужно сделать всё, чтобы этого не произошло...
Следом командир изложил девушкам планы по их маскировке, которые они обсуждали с товарищами в дороге, и, закончив, стал ждать вердикта. Ведь без согласия Варны и Мелисы все задумки теряли смысл.
Меж тем рыжая сразу же самоустранилась, предоставив выбор наставнице. Блондинка долго думала и даже в какой-то момент хотела возразить, но не стала. Здравое зерно в словах Зефира действительно было, а её личные эмоции и слегка уязвлённые чувства к делу не относились и только мешали.
Тяжело вздохнув, Варна заговорила:
– Хорошо, тогда сделаем так: за краской для волос и вещами мы сходим с Леопольдом и Хаггом. Ты, Лиса, посидишь пока с Вилтани в комнате, – посмотрела она на рыжую и, переведя взгляд на командира, добавила, – а потом мы возвращаемся и ждём тебя здесь с вестями по дому и этим... непонятным процедурам по изменению внешности.
– Может, ты тоже лучше в таверне посидишь? – спросил Леопольд.
– А ты так хорошо разбираешься в женских и детских вещах? – с сомнением посмотрела на чернявого блондинка, на что парень отрицательно покачал головой. – Вот то-то и оно.
– Тогда решено, – улыбнулся Зефир и, поднявшись, обратился к мохнатому, – пойдёшь со мной?
...
Первым пунктом назначения у парочки товарищей стал Эден. Парень оказался свободен и сразу же пригласил человека и енота в кабинет, стоило им объявиться.
– Вот, держи, – поставил чудовищный алхимик на стол небольшой мешочек, а сверху положил какой-то свиток.
– Это, я так понимаю, техники для сбора эны? – командир развернул лист, заметив свежие чернила на бумаге.
– Да. Они были разбросаны по разным источникам, так что я их собрал, переписал и переработал на более понятный язык. А то раньше там была одна словесная шелуха.
– Отлично, спасибо, – благодарно кивнул Зефир, убирая мешочек и свиток.
– Нет, это вам спасибо, – проговорил собеседник, слегка замявшись в конце.
– Ты что-то хотел спросить?
– Да, два вопроса.
– Задавай, если знаю — отвечу, – пожал плечами командир.
Чудовищный алхимик ненадолго замолчал, собираясь с мыслями, и следом выпалил:
– Ты не в обиде из-за всей этой истории?
– То, что я, по сути, мясной костюм? – хмыкнул Зефир, а когда собеседник перед ним совсем сник, добавил, – не волнуйся, к тебе у меня претензий нет. Да и к твоему отцу, если подумать, тоже. Не знаю, что там у него случилось, но благодаря ему я появился на свет. Так что расслабься.
– Фух... – облегчённо выдохнул Эден, и после небольшой паузы, осторожно спросил, – Зефир, а что случилось у Лисы и Варны?
– Они не рассказали?
– Очень общо, упомянув только о нападении. Тогда им было не до меня, а я не стал докучать.
Командир задумался. Особого смысла хранить этот секрет не было — им ведь нужна была помощь Эдена. Поэтому он решил рассказать почти всё, начав с вопроса:
– Что ты знаешь о типах в чёрных плащах?
– Чёрных плащах? – удивился собеседник.
– Да, о них, – кивнул Зефир.
– Только слухи, – пожал плечами чудовищный алхимик. – Но, судя по всему, они чрезвычайно опасны.
– Верно. Именно они помогают родственнику Лисы, организовавшему нападение. И цель у этого родственничка — не вернуть рыжую домой, а убить. Из-за наследства, – мрачно заключил командир. – В итоге чёрные плащи выследили её в том захолустье, где было подворье, и слили сведения ублюдку. А тот уже отправил людей, чтобы с ней «разобраться».
– Раз нашли там, здесь и подавно найдут, – сразу понял суть проблемы чудовищный алхимик.
– В точку! Поэтому скажи, можешь ли ты немного изменить лица Варны и Лисы?
– М-м, – забарабанил пальцами по подлокотнику юноша. – В принципе, чуть-чуть могу, но не кардинально.
– Даже если немного — уже хорошо, – обрадовался Зефир.
– Хотя если подумать... – собеседник замер, вглядываясь в невидимые контуры будущего образа, – тут убрать, там подправить... Мелочи, но в сумме — совсем другой человек. Да, должно сработать!
Очевидно, что у парня было какое-то озарение, понятное только ему самому, поэтому командир не стал уточнять и просто спросил:
– Отлично! Сколько с нас?
– Бесплатно, – махнул рукой слегка смутившийся молодой человек. – Мне самому интересно, насколько хорошо выйдет их замаскировать.
– И ещё, Эден, – вспомнил важную вещь Зефир, – что насчёт правой женской руки? Варна без неё слишком выделяется.
...
Вторым пунктом назначения товарищей стал магистрат. Попав внутрь, Зефир нашел кабинет работника, занимавшегося вопросами недвижимости, и за несколько медяков получил перечень домов на продажу. И поскольку городское управление за дополнительную плату выступало посредником, в списке были не только муниципальные объекты, но и предложения от частных лиц.
Тем не менее выбор жилой недвижимости оказался небогатым. Командир потратил на ознакомление не больше четверти часа, остановившись на единственном подходящем варианте. По описанию это был небольшой двухэтажный каменный домик с четырьмя спальнями в северном районе города, с собственным двором, огороженным каменной стеной. И стоило это «чудо» всего-то тысячу сто золотых.
Остальные варианты не подходили: где-то было мало комнат, но главное — отпугивали цены. Например, не особо большой дом на десять человек оценивался в три тысячи золотых. Будто строили его из чистого золота! Или целое поместье в городской черте, конфискованное за долги, за десять тысяч! Десятку, Бойня Всемогущая!
– Можно этот домик посмотреть? – обратился Зефир к скучающему работнику, пододвинув лист и указав на понравившийся вариант.
– Конечно, – оживился лысеющий мужчина. – Шесть медяков — и можем идти прямо сейчас.
Устало вздохнув от вечной обдираловки в городском управлении, командир выложил требуемую сумму на стол, после чего енот и двое людей отправились к дому.
Северный район Перекрёстка нравился Зефиру. Здесь было больше городской стражи, улочки и здания содержались в порядке, а на дорогах почти не встречалось мусора и конских яблок. Само жилище располагалось ближе к центру, поэтому вскоре троица уже стояла перед нужной дверью.
Внутри на первом этаже располагались просторная гостиная с камином, кухня и кладовка, а на втором — четыре маленькие спальни. На кухне имелась дополнительная дверь, ведущая в небольшой огороженный двор с колодцем, туалетом и старым деревянным сараем, переоборудованным под купальню. Вся необходимая мебель в доме уже была — ничего роскошного вроде диванчиков или резных шкафов, но жить можно.
В общем, дом Зефиру понравился, и даже Брут одобрительно кивнул. Но оставалась одна проблема — не хватало денег. После визита к Эдену у командира было всего девятьсот девяносто пять золотых, тогда как это жилище стоило тысячу сто.
И в этой связи у молодого человека имелось два варианта решения проблемы. Первый — продать на подпольном рынке статуэтку козы или свой носок. Однако торг открывался только через две недели, и ждать так долго Зефир не хотел.
Второй вариант — занять недостающую сумму. Состоятельных знакомых у юноши было немного: мастер Кветко, Смилана и Эден. К чудовищным алхимикам ему обращаться не хотелось по разным причинам, а вот попросить в долг у красотки казалось хорошей идеей — тем более командир знал, на каком постоялом дворе она остановилась с подругами.
Попрощавшись с работником магистрата и предупредив, что вернется чуть позже с нужной суммой, Зефир повёл заскучавшего енота в центр города, где располагалось элитное заведение, в котором жили девушки. Но на месте командира ждало разочарование — брюнетка с подругами уже съехали.
При этом, служащий постоялого двора умолчал о том, куда они направились — может не знал, а может не хотел говорить, соблюдая свод внутренних правил, но за монетку все же намекнул, что свой фургон они забрали. В тот момент Зефир наконец-то вспомнил, что Смилана собиралась завязать с искательством, и он сам поспособствовал этому.
Нет. Что ни говори, их решение было верным — четверым подружкам действительно нечего было делать в опасной зоне. Вот только внезапный отъезд девчонок перечеркнул все планы командира. Нахмурившись, парень застыл на улице в раздумьях.
Рядом раздались нетерпеливые енотьи звуки — это Брут желал прекратить бесполезные, по его мнению, хождения по городу. Отчего Зефир с укором посмотрел на спутника:
– Тебе бы только бездельничать. Лучше бы помог.
Мохнатый на секунду задумался и затявкал, внезапно выдавая решение.
– Можешь же, когда захочешь! – обрадовался молодой человек и взлохматил себе волосы. – Вот только... где живёт Мила?
Как-то так вышло, что командир до сих пор не удосужился выяснить адрес блондинки. Впрочем, это было неудивительно — обычно девушка сама их находила, то для драки, то с каким-нибудь дельцем.
Брут самодовольно ухмыльнулся и, бросив на енотьем «Идём за мной», уверенно засеменил прочь, не дожидаясь парня. Зефир проводил его взглядом, а через секунду до него вдруг дошло, откуда зверь мог знать такие подробности. Покачав головой, юноша поспешил за меховым пройдохой.
Глава 12
Жильё Милы оказалось в богатой части района искателей — в большом трёхэтажном здании. Это был элитный доходный дом, в холле которого командира и мохнатого встретила пожилая, ухоженная женщина в дорогом закрытом платье красного цвета.
– Вы кого-то ищете? – спросила она, оглядывая странную компанию: красивого молодого человека и енота.
– Да, – кивнул Зефир. – Подскажите, у вас проживает чемпион Всемогущей Бойни Милажена?
– Ох, Мила уже чемпион! – воскликнула женщина и приложила ладони к щекам. – А мне ни словом!
– Мы бы хотели с ней увидеться, это возможно? – воспринял восклицание собеседницы как положительный ответ командир.
– А вы, собственно, кто? – вмиг она стала серьёзной и подозрительно взглянула на парня, а затем перевела ещё более подозрительный взгляд на енота.
– Зефир, её хороший знакомый, – ответил юноша и добавил, указав на Брута, – с другом.
– Раз она сказала тебе, где живёт, видимо, ты не просто хороший знакомый, – сразу сделала неверные выводы женщина. – Ох, Мила наконец завела себе парня! Какое счастье!
– Послушайте, – попытался вмешаться Зефир. – Всё не совсем так.
Однако его уже не слушали. Собеседница фантазировала напропалую, сама же выдумывая факты и соглашаясь с ними, не давая парню вставить и слова. Зефир беспомощно взглянул на Брута, но тот ответил лишь странным взглядом, в котором читалось: «Ты всерьёз спрашиваешь у енота, что тебе делать?»
– Какого красавца себе отхватила! – подвела итог женщина, оценивающе оглядывая командира с ног до головы. И когда она уже собиралась начать свой монолог по новой, с лестницы раздался раздражённый голос:
– Даника! Ты опять за старое!
Со второго этажа стремительно спускалась искомая блондинка. Выглядела она сегодня необычно: домашние тапочки, бежевая короткая туника без рукавов и светлые мешковатые штаны, сидевшие так низко на тонкой талии, что открывали полоску плоского животика.
– Ой, ну что ты, Мила, – запричитала та. – Я же о тебе забочусь. Тебе скоро уже двадцать четыре, а мужика всё нет! Часики-то тикают!
Милажена проигнорировала это и обратилась к гостям:
– Пойдёмте быстрее.
И, не дожидаясь ответа, первой поспешила обратно.
Оставаться в компании этого чудного человека Зефиру не хотелось, поэтому он кивнул Данике и тут же направился в вместе с Брутом вслед за Милой. Та, поднявшись на второй этаж, свернула к ближайшей двери и вошла, поманив человека и енота пальцем.
– Фух, – выдохнула девушка, когда они оказались внутри. – Даника добрая, но слишком навязчивая, да ещё помешана на том, чтобы свести меня хоть с кем-то.
– Да, мы заметили, – кивнул парень, с интересом оглядываясь.
Жилище блондинки было крохотным и состояло всего из одного помещения, условно разделённого на две зоны. Справа от двери стоял невысокий столик с удобным диванчиком и креслом, а в глубине, за большой ширмой, видимо, находилась спальня. По бокам разместились несколько шкафов и массивный комод. Вот, собственно, и всё.
– Присаживайтесь, – предложила Мила, а затем усмехнулась. – Как там говорят? «Чувствуйте себя как дома»?
– Спасибо, – улыбнулся в ответ командир и, вместе с енотом, устроился на мягком диванчике.
– Хотите, заварю вам травяного сбора? – неожиданно предложила девушка, усевшись в кресле.
Идея была заманчивой — они провели всё утро на ногах, и Зефир благодарно кивнул. Правда, оставалось загадкой, как она собиралась вскипятить воду в комнате без кухни. Да и вообще, эта Мила казалась какой-то… домашней. Не только из-за необычного вида, но и из-за неожиданно гостеприимного поведения, что слегка сбивало с толку.
Тем временем девушка скрылась за ширмой, и оттуда донёсся её голос:
– Я недавно одну новинку приобрела — нагревательный артефакт. Дорогой зараза, но очень удобно!
– Насколько дорогой? – заинтересованно спросил Зефир.
– Десять золотых.
– Н-да, немало, а что он из себя представляет-то?
Такой артефакт был действительно полезен — причём не только дома. Например, в том же Выдохе, где ты не мог или не хотел жечь костёр, он пришёлся бы впору. Правда, если, конечно, не был размером со шкаф.
– Подойди, посмотри, – послышалось в ответ.
Поднявшись, командир проследовал в дальнюю часть комнаты, параллельно ведя беседу с Милой, пока Брут, позёвывая, остался сидеть на месте, изображая всем своим видом, что ему это неинтересно. Но как только парень исчез из поля зрения, мохнатый подскочил с диванчика и целеустремлённо направился к комоду.
Мигнув в пространстве, он оказался на столешнице и потянул лапы к верхнему ящику, который через секунду был открыт. Перед зверем предстал настоящий «сундук с сокровищами», заполненный женским нижним бельём. Очевидно, что фразу «чувствуйте себя как дома» енот воспринял буквально и сейчас натурально пускал слюни на это богатство.
Вскоре взгляд мохнатого остановился на красивых кружевных трусиках, а лапы помимо воли потянулись к ним. Выглядел енот сейчас словно зомби, который увидел мозги, а пустые глаза и капелька тягучей слюны изо рта только дополняли этот образ.
– Кхм, – раздался неожиданный звук.
Брут пришёл в себя и отдернул лапы, заполошно посмотрев в сторону ширмы, откуда высунулась голова Зефира со зверским лицом, обещающим боль для мохнатой попы. Изобразив, что он тут ни при чём и ящик самостоятельно открылся, енот осторожно закрыл его и переместился обратно на диван, сложив лапки у себя на пузе.
Через пару минут за столик вернулись парень и девушка с тремя кружками в руках, из которых шёл пар. И разместившись, Мила спросила у Зефира:
– Ты же не просто так в гости зашёл? К тому же я не говорила, где живу.
– Да…, – протянул командир, отставив напиток. – Я хотел бы попросить у тебя денег в долг. Сто двадцать золотых.
Блондинка удивлённо посмотрела на парня. Совсем недавно они вместе прилично заработали, и куда можно было деть за такое короткое время примерно пять сотен золотых, ей было не очень понятно.
– Дом нужно срочно купить, – понял её затруднение Зефир и коротко пояснил, – у нас очень хорошие друзья в беду попали. Ты их видела, кстати, в «Медвежути».
Девушка не стала ничего уточнять, поднялась и направилась к комоду, где из второго ящика достала кошелёк. Вернувшись, она положила его на стол со словами:
– Здесь сто пятьдесят золотых, вернёшь, когда сможешь.
– Спасибо! – горячо поблагодарил её командир, забрав деньги. – Мы в ближайшее время планируем выход в зону, поэтому скоро я всё верну.
– Вернёшь, когда сможешь, – повторила Милажена и внезапно перевела тему, – у меня есть встречная просьба.
– Слушаю.
– Я нашла кое-какие зацепки по одному объекту еретиков и хотела бы, чтобы ты с друзьями составил мне компанию для визита туда, – огорошила девушка.
Причем время она выбрала идеальное — сразу после того, как оказала неоценимую услугу: выдала в долг гору золота да ещё без процентов. У тех же малоуважаемых ростовщиков, что обдирают всех как липку, командиру пришлось бы отдать как минимум половину суммы в качестве платы за полученные деньги.
Зефир не был неблагодарным козлом, к тому же у парней были свои счёты к чёрным плащам, которые навели на Лису её сумасшедшего родственника. Потому размышлял он недолго:
– Хорошо.
– Что, даже плату не попросишь? – ехидно спросила девушка.
– Нет, – широко улыбнулся юноша, смутив Милу.
Немного помолчав, блондинка хлопнула рукой по ноге:
– Отлично. Я чуть позже вас найду, когда добуду более точные сведения по месту.
– А почему именно мы? – поинтересовался Зефир. – Не проще сообщить культу?
– Ты думаешь, я там кому-то теперь доверяю после всего произошедшего? – натурально возмутилась девушка. – К тому же вы с Леопольдом сильны и проверены в деле.
– Ты же поддавалась тогда? – внезапно спросил командир, подразумевая их недавнюю дуэль.
К слову, вела себя собеседница так, будто ничего день назад не случилось, и это не она недавно целовалась с юношей. Девушкой Мила была красивой, и Зефир был бы очень даже «за» пообщаться с ней ближе, но проблемы Варны и Лисы, которые требовали срочного решения, и не особо понятное поведение самой блондинки останавливали его.
– На ритуальном поединке? – уточнила девушка.
– На нём.
– Нет. С чего ты это взял? – недоумённо посмотрела она.
– Ты чемпион и помимо силы и скорости, у тебя, вероятно, есть и другие способности, – намекнул командир на то, что у блондинки должно было быть что-то похожее на огонь Людевита, помимо стандартных техник.
– А-а, вот ты о чём. Если бы мы там выложились на полную, то, скорее всего, без жертв среди зевак не обошлось бы — я ещё плохо контролирую себя. А если брать голую физическую мощь и скорость, то ты и сильнее, и быстрее меня. Я ни капли не поддавалась.
– Понятно..., – задумчиво произнес парень и поинтересовался. – Так что ты теперь можешь? Тоже огонь?
– Позже расскажу, – хитро улыбнулась девушка.
Пообщавшись ещё немного с Милаженой, Зефир, поблагодарив ее еще раз, забрал енота, который всё это время сидел как шёлковый, и отправился сначала к меняле, конвертировать серебро Леопольда в золото, а затем в магистрат. В заботах и бумажной волоките пролетел остаток дня, но к вечеру домик в северном районе был куплен и оформлен, а командир отправился в таверну радовать остальных.
Переселение заняло пару дней, и хотя мебель в доме была, однако всё остальное там отсутствовало, из-за чего пришлось ещё немного потратиться и побегать, пока в новом месте не стало возможно нормально жить. При этом объявившийся на следующий день в «Медвежути» Эден тоже был привлечён к заботам Варной, и, видимо, желая покрасоваться перед Мелисой, из кожи вон лез, помогая.
Закончилось всё грандиозным застольем в новом доме. И здесь уже постарался Зефир, который несколько часов кряду готовил, чтобы порадовать всех вкусностями.
– Зефир, а вы с нами жить не будете? – отложив ложку в пустую тарелку, спросила Вилтани.
Голос её звучал расстроенно — как ни мала она была, но отчётливо понимала, что комнат в новом жилище на всех нет. Даже вкусное жаркое, которое девочка только что уплетала за обе щёки, и новенькое голубое платьице, подаренное парнями, не смогли поднять ей настроение.
– Не выйдет, – развёл руками командир. – Мы останемся в таверне, но теперь точно будем к вам почаще заходить — обещаю.
В просторной гостиной, где они сейчас ужинали за большим столом, места хватило всем, включая молодого чудовищного алхимика. Варна к этому моменту уже порядком заездила его поручениями, отчего бедняга походил на выжатый досуха лимон. И тем удивительнее было видеть, как этот самый «лимон» тихо светился довольством.
– Надолго? – продолжила расспросы мелкая егоза.
– Полгода, наверное.
– У-у-у, долго! – мило надулась она.
На самом деле, чтобы накопить на огромный дом, скорее всего, требовалось гораздо больше времени. Но Зефир решил не расстраивать её заранее.
– Вы, кстати, когда перекрашиваться собираетесь? – закончив с едой, Леопольд откинулся на спинку стула и посмотрел на Варну.
– Завтра с утра, – ответила блондинка. – Нужно будет воспользоваться купальней во дворе, чтобы всё краской не заляпать.
Услышав это, Брут навострил уши и украдкой потер лапы под столом в предвкушении. Однако на его морде не дрогнул ни один мускул.
– Раз уж вы заговорили о маскировке, у меня две новости, – включился в разговор Эден. – Первая: жду вас у себя, чтобы подкорректировать черты лица. Вторая: я нашёл женскую руку, и мы сможем сразу её прирастить.
– Это же замечательно! – обрадовалась Лиса. – Что ж ты молчал?
– Сюрприз хотел сделать, – смутился юноша.
– Спасибо, Эден, – с искренней благодарностью кивнул командир и перевёл взгляд на Варну.
Та застыла с каменным лицом, словно изваяние, но Зефир почти физически ощущал бурю, бушующую у неё в душе. После всех испытаний, через которые женщина прошла вместе с Лисой, она, вероятно, уже смирилась со своей участью калеки. И вдруг — не просто пустые обещания, а реальный шанс вернуть утраченную конечность. Причем не какую-то лапу монстра, а нормальную женскую руку и буквально в ближайшее время.
– Если мы завтра днём подойдём? Нормально? – деловито уточнила рыжая.
– Да, в самый раз.
Присутствовать на операции Зефир с товарищами не планировали. Пока сегодня парни мотались между домом и таверной, командира перехватили Ночка с Веселиной и напомнили про охоту на медвежутей. Так что к нужному моменту друзья уже будут на пути в Выдох. К тому же Эден давно зарекомендовал себя как профессионал, а главное — как тот, кому можно было доверять. Поэтому ничего плохого в том, что они пропустят это событие, Зефир не видел. Рука-то у Варны никуда не денется, и посмотреть на неё и поздравить женщину можно будет и позже.
Вскоре посиделки подошли к концу, а четверо гостей отправились к себе, тогда как домочадцы остались обживать теперь уже их новый дом.
***
Утро началось для Брута непривычно рано — ведь перед походом в Выдох его ждало важное задание. Тявкнув сонным парням о неотложных делах, он тут же выскользнул из таверны и, не теряя ни секунды, поспешил на север города.
Для передвижения зверь выбрал верхние уровни, потому довольно скоро оказался рядом с жильём Варны и Лисы. Переместившись на крышу их дома, енот уселся рядом с трубой и принялся терпеливо ждать.
Прошло минут двадцать, прежде чем внизу началось движение: Хагг засуетился между колодцем и домом, таская вёдра. Вскоре зачадила труба рядом с енотом — видимо, девушки нагревали воду, — а Брут продолжил терпеливое ожидание.
Когда приготовления наконец-то закончились, и рыжая с блондинкой зашли в купальню, енот, похабно оскалившись, переместился на крышу помывочной. Доски там были скрипучими и рассохшимися, поэтому ступать приходилось осторожно. Но как раз из-за их состояния в крыше зияли щели, к одной из которых мохнатый извращенец и приник, оттопырив пушистый зад.
Шло время, и девушки, закончив купание, приступили к покраске волос. Недавно приобретенные алхимические средства нужно было сначала развести в ведре, а уже потом поливать на голову. Кожа при этом не окрашивалась, что делало процедуру довольно простой.
Первой опробовать чудо алхимической мысли вызвалась Варна. Она села на скамью и наклонилась, а Лиса, зачерпывая чёрный раствор, поливала ей на волосы. И буквально через пару минут натуральная блондинка превратилась в жгучую брюнетку. Следом девушки развели ярко-синий состав в другой емкости и поменялись местами.
– У тебя нет ощущения, что на нас кто-то смотрит? – замерла Варна с черпаком в руке.
– Да! – горячо поддержала её Лиса. – Прямо как тогда на подворье!
В купальне на мгновение повисла тишина — и вдруг обе девушки, будто сговорившись, в унисон возмущенно крикнули: «Брут!»
Сверху послышался скрип и какая-то паническая возня. Внезапно старые доски потолка не выдержали и проломились, а упитанный енот сорвался вниз. Мохнатый в этот момент суматошно махал лапами, но летать он не умел, поэтому жесткий пол неумолимо приближался, когда зверь наконец-то вспомнил о своей способности.
Миг — и он исчез, однако в смятении напортачил и материализовался прямо над ведром с синей краской, куда и плюхнулся, разбрызгивая содержимое.
...
– Ты опять за старое? – наскоро одевшаяся Варна с влажными и растрепанными волосами строго вышагивала вокруг Брута, сидевшего понуро во дворе дома. – И как тебе не стыдно-то?
Зверь выглядел несчастным, но не из-за того, что превратился в мокрую синюю курицу, а потому что его — неуловимого и дерзкого енота, терроризировавшего красоток практически всего Перекрёстка, поймали.
Раскаяния там не было и в помине. Будь Брут образованнее, он бы сослался на инстинкты: птицы вьют гнёзда, коты вылизывают хозяйство, а псы нюхают задницы. Так и у него после всех мутаций и странных происшествий развился инстинкт натурального извращенца, ставший второй натурой, которой он не просто не тяготился, а наслаждался.
Варна тяжело вздохнула, вспомнив бесполезность прошлых внушений. Сколько ни увещевала она енота на подворье — словами и не только, — он всегда возвращался к своему постыдному занятию.
– Иди уже, – махнула брюнетка рукой.
Енот сразу же оживился и, не раздумывая, моментально оказался на доме. А женщина лишь покачала головой, провожая взглядом мокрое синее нечто, которое уже припустило дальше по крыше.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
