Обложка Да будет тень. Чародеи. Курс первый

Да будет тень. Чародеи. Курс первый

Папа Добрый

0% прочитано
Стандартный
Папа Добрый

Да будет тень. Чародеи. Курс первый

Глава 18. Со щитом и на щите

Подъём, зарядка, завтрак и подышать, развивая гармонию магического канала, а потом на полигон во власть Маздута, который за последнее пару дней развёл бурную деятельность, преобразив часть долины перед бухтой до неузнаваемости.

Появились рвы, неприступные вертикальные стены, возведённые приглашёнными магами, и старшекурсниками, кои не попали на ликвидацию эпидемии, несколько полос препятствий. Каменные столбы, разной высоты и на разном удалении друг от друга, вращающиеся брёвна, качающиеся и подвижные платформы, верёвочные переходы, узкие трапы, решётки и многое другое, эмитирующее нагромождения хлама и мусора. И неприятненькие такие големчики с разными колотушками и пырялками, символизирующие мини-боссов при переходе с одного уровня на другой.

- Знакомьтесь, господа студенты, – поприветствовал Маздут, представляя четвёрку мужчин, стоящих подле него. – Это мои друзья и боевые товарищи. Они любезно согласились на мою просьбу, и на какое-то время станут вашими наставниками. По именам познакомитесь с ними позже. Сегодня занятие ознакомительное, так что пробежимся налегке, а вот с завтрашнего дня преодолевать полосы будем в полной выкладке.

- Просто амуницию ещё не подвезли, – раздался чей-то смешок из строя.

- Совершенно в дырочку, – улыбнулся Маздут. – Догадливый боец - это уже заявка на победу, так что, студент, на полосу пойдёте первым.

Желание умничать у остальных сразу поугасло.

- Сейчас мы вас поделим на группы и приступим к занятиям. Потом будет хороший перерыв, минут на сорок, а после фехтование. Вопросы? Вопросов нет, – завершил свою речь Маздут.

- Простите, истад Маздут, - раздался голос из строя, правда, уже другой, не голос умника. – Такая подготовка нужна стихийникам, особенно тем, кто на боевом факультете, а нам она на кой?

- А вы кто? – уточнил тренер, интересуясь специализацией.

- Будущий артефактор, – скромно ответил студент.

- Ну, - протянул Маздут, делая вид, что подыскивает аргумент, оценивая масштаб вопрошающего. – Представим, что вам понадобилось отстоять свои честь и достоинство или заступиться за женщину, за свою или… впрочем не важно. Поскольку вы все будущие аристократы, вряд ли дело обойдётся банальным мордобоем. Скорее всего - вам сделают вызов. А как вы помните, если ваш соперник не будет магом, то и вам применять магию будет запрещено.

- Ну когда такое будет? – потянул парнишка, но был перебит одним из мужчин.

- Командир, разреши? – спросил тот у Маздута, и получив согласный кивок, как-то по-свойски обратился к нам, подойдя к строю. – Вот это мне оставило одно очень проворное животное, обитающее в болотах Далдала. – Он продемонстрировал огромные шрамы во всю длину левого предплечья, сняв наруч. – Зверь буквально содрал с меня мясо до кости, только потому, что учуял на мне кольцо - маленький артефакт, оповещающий о попытке отравления. Поверьте, мы - простые люди - искренне завидуем магам и их умениям, но бывают ситуации, когда нужно уметь постоять за себя по старинке: при помощи кулаков и меча. А без физической подготовки это невозможно.

Речь бойца и демонстрация возымели эффект. Строй оживился, бормоча одобряюще.

- А почему вы не уберёте эти шрамы? – спросила Мали́к.

- Оставил на память, чтобы не забывать, что бдительность терять нельзя.

После, как и обещал Маздут, нас начали делить на группы. Как раз по количеству тренеров и полос препятствий. Бойцы при этом, равно, как и наш преподаватель, принялись разоблачаться, снимая с себя доспехи.

- Смотри, Сирена, - обратился я к хозяйке тела, – вот так должен выглядеть настоящий мужчина. А не как этот твой красавчик капитан.

Да, мужчины не были красавцами, но и откровенными уродами не являлись. У них имелись на теле следы от ранений, но как раз те, что являются украшением мужчины. А вот их комплекция вызывала зависть даже у меня. Они не были качками, этими неуклюжими горами мышц, на которых смотришь, не понимая, зачем они содрали с себя кожу. Эти были как атлеты, выступающие на кольцах, брусьях и перекладинах. Мощные, широкоплечие, объёмные, но одновременно эластичные, и, разминая мышцы, двигались словно в танце с пластикой кошки. Недаром на одного из бойцов засмотрелась Мони́к, да так, что не услышала, как её позвал преподаватель.

- Эрик! – позвал Маздут своего подчинённого. – Прими в свою команду эту замечательную девушку.

- Без проблем, командир, – отозвался тот и получил какое-то «ЦУ» на ухо. – Обижаешь, командир.

Мони́к пыхнула розовым, хвост её предательски задрался, и она тут же схлопотала по нему от своих сестёр.

Боевой факультет Маздут возглавил лично, но перед тем, как вступить на собственную полосу препятствий, мы все наблюдали бесславное падение нашего умника-выскочки, посыпавшегося на первом же рубеже, не удержавшись на вращающихся брёвнах. Собственно, с такого же бревна улетел и я. Но вопреки всем ожиданиям, земли я не достиг, а перед ней, словно влип во что-то и только потом аккуратно был опущен на траву.

- Не стоит огорчаться, – прокомментировал мою неудачу тренер. – С первого раза полосу никто не пройдёт, и поверьте, падений и возможно даже синяков будет не мало. Ну, а чтобы вы поняли, что полосу пройти возможно, мы вам сейчас это продемонстрируем.

По команде все четверо двинулись по своим полосам. Что они вытворяли. Нагибались, приседали и подпрыгивали, уклонялись от колотушек, перепрыгивали рвы и со столба на столб, как пауки взбирались по отвесным стенам, сигали с приличной высоты, а потом ещё и бегом вернулись обратно, практически не сбив дыхание. Мы аплодировали. То, что продемонстрировали мужчины, действительно было невероятно.

- Ну что, парни, - обратился Маздут к студентам, – хотите уметь так же? Тогда вперёд, здесь как в магии - всё постигается через опыт, практику и неудачи.

Специально для нас после неполной демонстрации полос препятствий всё подвижное на них было деактивировано, и нам поставили задачу, хотя бы добраться до конца. На первый раз задача оказалась непосильной, лично я в лучшем случае добирался до средины. Конечно же, с надцатой попытки обязательно получится, банально не хватило времени первого урока, но зато мы попробовали все четыре полосы.

Надо отдать должное Маздуту. Несмотря на то, что часть препятствий на полосах повторялась, очень многое зависело от их последовательности и высоты размещения. Да и сами они были спроектированы таким образом, что не давали никому преимуществ. Там, где мне не хватало роста, Яшма проходила без проблем, и наоборот, где она была вынуждена передвигаться почти ползком, я пробегал пригнувшись.

Уставшие, чумазые, но очень довольные, мы направились на долгожданный перерыв и в душ, хотя от последнего новые преподаватели нас отговаривали, обещая согнать семь потов на фехтовании.

После обеда была артефакторика, где мы сразу же наехали на господина Магармаша с просьбой рассказать о свирепых животных, обитающих на его родине.

Хищник, что разорвал руку одному из физруков, оказался весьма внушительных размеров по описанию - не меньше амурского тигра. Впрочем, он и по принадлежности своей относится к кошачьим с несколькими природными правками. Хвост у него как у рептилий, что позволяет животному без труда перемещаться в воде, а на спине дополнительная пара конечностей, чуть смещённая назад, относительно передней пары лап, с тремя длинными когтистыми пальцами.

Аборигены болот относят зверя к условно-агрессивным, ибо он атакует только когда заходят на его территорию. В остальных случаях, зверь предпочитает вальяжно валяться на ветвях деревьев, дожидаясь, пока добыча не подойдёт настолько близко, чтобы единственным телодвижением охотника была необходимость свалиться сверху. А вот к магии у животного природная нетерпимость. Колдовать на болотах, особенно близ мест обитания замши - так зовётся зверь - смерти подобно.

В связи с подобным началом урока занятие так и посвятили боевым артефактам.

Подметил одну интересную вещь о которой и сам мог бы догадаться, но из-за отсутствия необходимости, даже не задумался о столь логичных вещах. Профессиональные военные и боевые маги не приветствуют ношение амулетов, оберегов и прочего. Всё это можно легко потерять в бою, а потому предпочтение отдаётся сразу артефактной амуниции, в которую маги закладывают несколько свойств.

Тема оказалась интересна всем, а студенты-артефакторы вообще фиксировали всё под карандаш.

Вечером намеривались сходить в Хакмат. Обещал Яшме ягодные кексы, которые готовили в одной пекарне. Тихое место почти на окраине города со стороны школы. Всего пара домов от ручья, за которым на склоне любимое место сборов молодых мамочек с детками. А когда ветер с города, то запах из пекарни доносится умопомрачительный и мешает заниматься.

Ждал яшму в расстроенных чувствах. Только что обнаружил, что остался без зачарованного гребешка, формирующего причёску. Привык уже к этой волшебной простоте. Воткнул гребень в волосы и готово - они сами собрались в задуманную заранее форму. Да, всегда в одну и ту же, но для меня, привыкшего к короткому ёжику, это устройство было аки спасение.

Огорчился сильно, ибо запас маки не резиновый, а источников дохода с отсутствием старшекурсников совсем не стало. Но всё равно решил воспользоваться случаем похода в город, и прикупить сразу парочку, всё-таки вещь нужная и не дороже маки.

С любопытством стал разглядывать глиф и даже потёр глаза, когда заметил, что один из его завитков светится несмелой, почти умирающей точкой. Потёр, поплевал и снова потёр, но завиток свечения не утратил. Снял с пальца колечко, чтобы убедиться в своей догадке. Колечко у меня самое простенькое - красит ногти только в один цвет сразу на руках и ногах, и глиф на нём простенький, даже на бытовую форму не хватает - всего пара завитков. Но к нему тянется отчётливая, хоть и слабо приметная паутинка – крохотный канальчик.

Вывод – гребешок сломан.

Газон возле крыльца хастлария обычно место людное, но в силу последних событий сейчас на нём сидели только я и Самандари, которая с упоением рассматривала садящихся её на руку стрекоз. На всякий случай покрутил головой, выискивая посторонний взгляд, попробовал приткнуть к гребешку собачий канал. Но, то ли канал живого существа не подходил для артефакта, то ли я не умею присоединять, и несколько попыток стали безрезультатными. Сам склоняюсь ко второй версии, ибо в прошлой жизни Витёк и паяльник не могли существовать в одном пространстве, да и в электрических схемах я не шарил. Но гребень выкидывать не стал. Прибрал в карман, с надеждой, что его можно починить.

- Чего такая расстроенная? – с ходу заметила Яшма, явившаяся в сопровождении Фоума и Агелла́я.

- Гребешок сломался, – пожаловался я.

- Сирена, ты же не будешь против, если мы составим вам компанию? – тактично поинтересовался красавчик Агела́й.

- Ну, вы уже с Яшмой, следовательно, и я возражений не имею.

Яшма помогла мне собрать волосы в хвост, а после кавалеры любезно подали нам ручку. Я с Фоумом, Яшма - с Агела́ем, согласно роста, так сказать. Я присвистнул, хлопнул себя по бедру, увлекая за нами Самандари.

Проникнувшись горем невосполнимой утраты, пацаны сами предложили пройти до лавки цирюльника, намекая на то, что моя кислая мина их не устраивает. Как результат - два гребня. Первый, стоимостью в грамм, собирает обычный хвост, только не назад, а как бы немножко кверху. Прикольно, мне понравилось. Второй, за три грамма, делал несложную укладку, добавляя в волос немного блёсток, и закручивал два локона на висках. И я, и внутренняя Сирена были удовлетворены.

День сегодня выдался жарким и скорее даже душным, но под вечер, наконец, пришла долгожданная прохлада, которая, правда, доставалась не всем. Вот как вернусь в мужское тело, объявлю себя гномом и буду ходить в килте. Агела́й изнылся уже, сетуя на духоту, а Фоум - ничего, бодрячком, ходит, улыбается.

Поначалу мне без штанов было очень непривычно, казалось что поддувает, но притерпеться пришлось. А со временем, разглядел в этом и преимущества. Свежо, ляжки не потеют, рука свободно чешет то, чего уже нет. Правда, один серьёзный минус всё же есть – сесть и развалиться, как раньше, уже не получится, ибо срамно выходит.

В пекарне чуть не наткнулись на новое разочарование. Кексы были распроданы, а свежей выпечки, можно было и не дождаться, потому как, по словам хозяйки, некоторые мальчишки весь день проиграли с воздушным змеем, и не удосужились сходить к магу, чтобы перезарядить нагреватели.

- Позвольте, мы попробуем, – предложил Фоум.

Хозяйка, как-то уже по-свойски взглянула на нас, вытерла руки о фартук, оставив мучные следы.

- Школьники, что ли? Первокурсники?

- Ага, – ответил за всех Агела́й. – Вы не волнуйтесь, даже если не зарядим до конца, то на этот вечер вам точно хватит. К тому же платы не требуем, тем более, если не получится.

Хозяйка прищурилась, ещё раз окинула нашу разношёрстную команду оценивающим взглядом и согласилась.

С заданием справились все. Разве что Агела́й признался, что максимально допустимой для химирита температуры, так и не достиг.

- Вы не спешите расстраиваться, – предупредила благодарная хозяйка. – Возвращайтесь минут через пятнадцать - кексы будут готовы.

В знак благодарности хозяйка пекарни вручила нам четыре набора кексов с разными начинками. С яблочным, малиновым и абрикосовым джемом, и один с шоколадом. Кексики небольшие, я бы даже сказал крошечные, пацаны такие заталкивали в рот целиком. Но зато, каждому досталось по разной начинке, и никто не был обделён. Даже Самандари, которой я скармливал свои половинки.

Кексы бомбические, жаль, что за нашу услугу перепало так мало, а купить ещё мы не осмелились, глядя, как на нас косятся из очереди.

Прогулка вышла замечательная, а главное продуктивная. Настроение заметно повысило свой градус, желудок был доволен, а Фоум с Агела́ем, как и подобает пацанам, развлекали девчонок весёлыми историями.

У ворот школы застали нескольких учителей, и прибывшего на ночь глядя Асафа Серенти. Дискуссия между ними была оживлённая, но без лишних жестикуляций и повышенных тонов, хоть преподаватели заметно напирали на некроманта.

- Добрый вечер, господин Серенти, – поздоровался, проходя мимо.

- Здравствуйте, Сирена, вы-то мне и нужны. Не сочтите за труд, задержитесь, – попросил некромант.

Суть встречи некроманта и преподавателей действительно касалась моей персоны. Не то чтобы с эпидемией количество смертей в Землеморье резко увеличилось, просто, стало больше обращений с соседних островов. Не все города столь большие, чтобы содержать собственный морг и крематорий, а на некоторых, и вовсе небольшие поселения, ничего не имеющие. Да и некромант, одна из малочисленных специализаций, так что, народная тропа к моргу не то, что не зарастала, так ещё и всё больше вытаптывалась. Пара помощников, что служили у Серенти, хоть и были отличными, опытными зельеварами, некромантами всё же не являлись, так ещё и один отбыл на ликвидацию эпидемии. Гильдия магов хорошо платила, в подобных случаях, и желающих подзаработать было не мало.

Серенти выпрашивал меня к себе на практику и в помощницы, понимая, что остальные старшекурсники нужного профиля и вовсе отсутствуют, обещал полный пансион, и даже стипендию. Но учителя были непреклонны, ссылаясь на то, что учебный процесс хоть и изменён, но не остановлен.

В ходе ожесточённых дебатов, распорядители моего учебного процесса порешили, что каждые два дня я буду проходить практику в морге. Серенти обещал подавать мне с утра свой экипаж, а вечером возвращать обратно, однако Маздут переиначил это предложение.

- Мне нужна интенсивность подготовки, подразумевающая увеличение нагрузок, и я не хочу, чтобы студентка расслаблялась в повозке, – возразил он.

- И какие предложения?

- Я соглашусь, если госпожа Сирена будет добираться в Хошияр-Лог и обратно бегом. Рекордов не требую, но, как и в вашем предмете, господин Серенти, студент должен постоянно практиковаться и нарабатывать опыт, – ультимативно добавил Маздут.

Взоры преподавателей пали на меня.

- Бег по пересечённой местности? – пожимая плечами, переспросил я.

- Вам, Сирена, как заядлой курильщице, это пойдёт только на пользу, – поучал физрук.

- Я согласна.

- Только это должно быть по-честному, а не увеселительная прогулка, – предупредил тренер.

- Слово пацана, – улыбнулся я. – К тому же господин Серенти может сообщать время моего прибытия. Сразу будет понятно, бежала я или прохлаждалась.

- А можно мне с Сиреной? – не выдержала и вмешалась Яшма.

- Нет, – отрезал физрук. – На время отсутствия Сирены, вы, девушка, становитесь моей любимой ученицей, и отрываться на вас я буду с полным пристрастием.

Слова эти никакой угрозы не несли, и даже позабавили Яшму, а вот периодическое отсутствие подруги её расстраивало.

Наутро полосы препятствий нас порадовали не совсем приятными сюрпризами. Часть их ожила, пришла в движение. Да и вообще, за ночь что-то поменялось, но что, пока было не вполне понятно. Позже на дальнейших тренировках всё стало более очевидным. Элементы менялись. Менялась высота, угол наклона и поворота. Проёмы становились то уже, то шире, да и словно блуждали по стене. Менялся шаг лестниц и ступеней. Столбы, по которым нужно было перемещаться над землёй, то врастали в неё, то возвышались метров на пять. И нельзя было заранее знать, какой будет конфигурация полосы на утро. Но это не всё. Через две декады полосы оживали буквально под ногами, а мини-босы с колотушками и пырялками, так и вовсе пришли в движение уже на втором занятии. Именно в этот день вновь сработал якорь защиты.

Добравшись до средины полосы, спрыгнул на площадку перед маятником. Однако, сегодня он снизу был вооружён вращающейся крестовиной, что значительно усложняло проникновение сквозь треугольный проём конструкции. Выждав момент, рванул внутрь и чуть не получил палкой по голеням, прикрытым увесистыми поножами. И тут же встретил разочарование сегодняшнего дня. Два вращающихся столба с деревянными колотушками на цепях, вынудили меня уйти в сторону, пригнуться и рефлекторно выставить блок, хотя мозг уже понимал, что такого удара я не сдержу. Пригнул голову, защищаясь предплечьем, но ощутил удар сразу во весь корпус. Хлёсткий, почти пушечный, смётший меня с платформы. Только в полёте сообразил, что как на боджа́ли, бессознательно сумел выставить магическую защиту. В метре от земли влип в вязкий воздух и медленно опустился на траву.

- Цела́? – тут же поинтересовался Маздут, явившийся, как лист перед травой.

С досадным рычанием вслед за мной на траву полетела Яшма.

- Охренеть! – возмутилась она. – Как с пушки зарядили. А как ты это сделала? – обратилась ко мне, потирая ушибленное плечо.

- Сделала что?

- Как щит выставила? Это воздух или прям магия? Я только дрожание какое-то успела заметить.

Вверху раздались сразу два хлёстких удара и с криком: - Поберегись! – на нас обрушился Фоум. Впрочем, и он влип в пространство в метре от поверхности и опустился между нами.

- Круто! – выпалил он, потирая разбитую губу. – Девчонки, айда на новый заход, я этому чурбану сейчас всю морду разобью. – Намекнул на голема с колотушками.

- Вот это я понимаю, – одобрил боевой настрой Маздут.

- Мужики, – многозначительно согласился я. – Они лет до ста, как дети, потом вроде взрослеть начинают.

Не знаю, как остальным, а нам - стихийникам боевого факультета - полоса препятствий нравилась всё больше и больше. И чем чаще мы с неё летали, тем бо́льшим восторгом были охвачены.

Первый мой поход к некроманту физрук-настоятель решил проконтролировать. Не то, чтобы тот мне не доверял, скорее, хотел дать пару рекомендаций.

- Не забывай правильно дышать, – напутствовал, оценивая мой наряд, комбез и ботинки. – И…

- Триста-четыреста метров бегом с выкладкой процентов на восемьдесят, потом пару минут пешком, – перебил я.

- Бегала на длинные дистанции? – уточнил физрук.

- В основном, пока не догонят, – съязвил, задним числом сообразив, что в отношении девушки, звучит двояко.

- И как? Догоняли? – оценил шутку Маздут.

- Нет.

- Ну, видать, не очень-то и хотели догнать, – вернул двусмысленную шпильку физрук.

Поскольку по дороге в Хошияр-Лог, больше, как бе́гом, заняться было нечем, пытался сосредоточиться на защите, что ещё пару раз удавалось создать на полосе препятствий.

По началу дело совсем не продвигалось, ибо якорь был создан подсознательно, и я никак не мог его прочувствовать. Нужна была эмоция реальной угрозы, и я уж чуть не отказался от этой затеи, но, видать мыслил были в верном направлении, ощутил, как от меня скользнула волна уплотнённого воздуха. Щит качнул ветви куста, мимо которого пробегал.

Перешёл на шаг. Казалось, так легче размышлять, да и дышать точно легче.

Размышления и правильное дыхание вели меня к решению этого вопроса, и дабы не спугнуть подкрадывающуюся удачу, сошёл с тропинки, решив немножко помедитировать. Вот, уже столько раз говорил, и опять повторю – правы учителя, толдычащие нам о необходимости регулярно заниматься своим каналом и не халтурить.

Осознание процесса пришло само собой, как только я увидел свой подсознательный якорь. Это не было чем-то материальным, скорее визуализация некоего силового поля, появляющегося передо мной на манер раскрывающегося зонта. Я попробовал создать этот барьер плотного воздуха пару раз, и убедившись, что всё получается, словно на втором дыхании, продолжил путь.

Если изначально идея бегать от города к городу мне и не грела душу, то после маленьких успехов в создании щита, я преисполнился энтузиазма и надежд. Бегал и экспериментировал, радуясь успехам. Создавал щит перед собой, сбоку и сзади, над головой. С каждым разом выходило всё быстрее, а щит создавался всё точнее к той точке, где и задумывался. Щит становился плотнее.

Я проецировал его перед собой, тараня кусты, пробовал увлекать следом, отталкивал от себя и пытался удерживать как можно дольше.

Поймав размеренный бег, подкреплённый, выстроенным по шагам дыханием, пробовал окружить себя щитами, но это удавалось лишь на мгновение. Канал – нужно развивать канал.

Но не стоит думать, что всё это далось мне в первый же день. Маленькие, по магическим меркам, но, безусловно, великие для меня успехи, нарабатывал почти два месяца, успешно внедряя на полосе препятствий. Апогеем моего могущества была попытка преодолеть ров, которая, ко всеобщему, в том числе и моему, ликованию, закончилась неудачей. За день до этого, я преодолел подобным образом небольшой ручей, создав щит под своими ногами. К счастью, наблюдателей моих амбиций и выпендрёжа на полосе препятствий было много, а вот сил, неизмеримо мало, да и ширина рва способствовала моему триумфальному провалу. Придав себе ускорение, создал щит на краю рва, запрыгнул на него, и даже ухитрился скользнуть с метр, двигаясь по инерции. Создал второй, продолжая бег, а вот на третий мастерства начинающему магу не завезли. Он оказался не столь плотный, сколь хотелось бы, и, повинуясь законам физики о сохранении импульса, я сверзился в вязкую и неприятную жижу рва.

Брызги, хохот и моё торжествующее: -Это фиаско, братан! – завершили феерию восхождения на Олимп магической славы.

Нисколько не обижался на тех, кто скрючившись, ржал надо мной до колик в животе. Прекрасно понимал, какой у меня сейчас видон, а ещё представил, как выглядело со стороны моё недолгое планирование к грязевой глади.

Чтобы прекратить вакханалию безудержного хохота, Маздут активировал дождь над полосами препятствий, и народ рванул во все стороны, как тараканы от включённой лампы.

Дождь это хорошо. Стирка так и так неизбежна, а вот смыть с лица грязь, очень даже не помешает.

Господин Прозрачный за это время не появлялся ни разу, но моя практика в морге принесла заметные результаты и без его участия. Несмотря на то, что посторонняя помощь отсутствовала, каналы я видел всё более явственно. Правда, за всё это время на себя я перетянул всего лишь два, Асаф принципиально предоставлял мне это право, но не потому, что в мире мало магического вмешательства, а потому что магия магии рознь. Можно и аппендицит удалить при помощи магии, и зрение поправить, и слух, вот только такое воздействие не всегда оставляет след. Вроде и есть воздействие, да вот только оно сразу же, через мага-исполнителя трансформируется в энергию. А вот вернуть подвижность человеку с переломанным позвоночником, это уже совсем иной уровень. Тут и маг нужен опытный, и наличие канала необходимо. Я это воспринял так: в первом случае, магия - инструмент, во втором – механизм.

Вот как раз с одного такого пациента морга я и снял канал, упорно цепляющийся за его позвоночник. Взрослый дядька, почти лысый, с мозолистыми руками и сильно обветренным лицом. Рыбак, которому ещё в молодости не посчастливилось попасть в шторм, из которого тот вернулся со сломанной спиной. Но не это было знаменательным в этот день. У дядьки было огромное количество татуировок на теле, многие из которых были на древнем языке. Уж не известно, знал ли рыбак их смысл, Асаф предположил, что они набиты исключительно для красоты и солидности, но вот два слова в длинной надписи на груди, имели перевод. Первое, имело вольную интерпретацию, как тайник, или потаённое место, а вот второе, только одно конкретное значение – тень. Таким образом я пополнил свой словарный запас древнего языка.

Кстати, дополнительных каналов у меня теперь не три, а всего лишь два, так как собачий куда-то подевался. Может, отмер без должного ухода. Тут могут быть варианты.

А ещё, меня приглашали на обед, не как студентку и коллегу, а как девушку.

- Сирена, как ты относишься к тому, чтобы пообедать? – предложил Асаф.

- Сейчас накрою, – отозвался я.

Ну, а что, роль барышни нужно отыгрывать в полной мере, не впадая в крайности.

- Нет, я имею ввиду пообедать сегодня в трактире, – уточнил некромант.

- Да я как-то сегодня не в форме, чтобы ходить по ресторациям, – указал на себя, ещё не сняв фартука.

- Не переживай, я тоже не намерен наряжаться. Работу мы на сегодня всю выполнили, а до вечера ещё есть время.

Пожрать на халяву? А почему бы и да? Во всяком случае трактир место людное, обед не ужин, да и вообще - был уверен в некроманте. Вёл он себя очень достойно, явно старался произвести исключительно хорошее впечатление. Во всяком случае за всё это время, что нам приходилось проводить в морге наедине, ни единого намёка на то, что мы только кино посмотрим, от него не было. Морг не романтическое место? Возможно. Однако, трескать бутерброды нам это не мешало.

Экипаж доставил нас в портовую зону. Здесь было гораздо комфортнее, чем в городе, а таверна, в которую мы направились, так и вовсе находилась на неудобном мыске, окружённым плотным скоплением острых камней. Швартоваться здесь опасно, да и глубина не позволяет крупным судам подходить близко к берегу, так что, меж камней было утыкано исключительно небольшими лодчонками. Пройдя немного по деревянному тротуару, зависающему над водой, мы обошли трактир по террасе, заняв столик на той её стороне, что была обращена к морю.

Мой комбинезон конечно не платье, но всё равно, производил впечатление хоть и обычной, но всё же не дешёвой одежды. Выглядел он очень даже прилично. Асаф, как и обещал, наряжаться не стал. Даже оставил свой бархатный камзол на спинке стула, и о его аристократической принадлежности говорила только белая мужская сорочка с жабо, отороченным золотым кантом.

- Как тебе место? – поинтересовался некромант.

- Свежо, – сухо ответил, но после включил барышню, добавив несколько хвалебных слов за подобный выбор.

Появился столово́й, подавший холодный чай, и раскрыл над дамой кружевной зонт на ножке.

- Ждём когда приготовят? – догадался я. – Курить здесь можно?

- Можно, и даже нужно, – улыбнулся Асаф. – Это заведение для капитанов. Рыбу готовят быстро, но покурить мы успеем.

Не знаю, что за рыбу нам приготовили, но вкусная до одури. Морская, красная, жирная, как свинина, и под сопровождение салатом морской капусты и белого вина, заходила просто на ура.

От вина сначала отказался, сославшись на нелюбовь к алкоголю и предпочтению эля, на что Асаф только поморщился, и попросил столово́го подать графин холодной воды. Разбавлял вино до состояния кисленького морса, составляя компанию некроманту. Впрочем, мужчина по-своему расценил мой каприз, и поспешил внести ясность. Ох, как же я его понимаю.

- Сирена, поверь, я вовсе не ставил задачи тебя напоить, – повинился он.

- Я так и не думала, – соврал не колеблясь, думая на самом деле именно так.

Внутренняя Сирена возмущалась, не приветствуя того, что я использую мужчину самым бесчеловечным образом, давая тому напрасные надежды.

- Не торопись скулить, – подумал в ответ. – Может, ты мне ещё благодарна будешь. Солидный взрослый мужчина с серьёзными намерениями, не то, что твой капитан, который трахнет, да и как звать забудет.

Не согласна со мной была Сирена, и при у поминании о капитане, кровь закипела, щёки побагровели, а в паху зазудело.

Помяни чёрта. Появился на самом интересном месте, как раз в тот момент, когда Асаф выложил на стол небольшую коробочку. Бросил на нас такой взгляд, что мороз по коже по хлеще отката. Сел через пару столов от нас с двумя приятелями.

- Это чего такое? – выпучил на Серенти глазки хлопая ресницами.

Коробочка не могла содержать ничего крупного. Очень надеялся, что это какие-нибудь серьги, а не предложение руки и сердца. Потрогал мочку, вроде проколота.

- Я тут подумал, – немного неуверенно начал Асаф. – Дорогого подарка ты теперь от меня вряд ли примешь, а сделать что-то приятное хочется. Открой. Это стоит не дорого, так, полезная бижутерия.

Ну, что. Сосредоточился, глубоко вдохнул, протяжно выдохнул. Несмело приподнял крышечку. В бархатную подушечку были вставлены три коралловых колечка разного цвета, выполненных в форме морских обитателей. Коралл в Замини Самандар материал очень распространённый, так что кольца Асаф действительно мог купить в ювелирной лавке по цене бижутерии, а вот глифы на внутренней поверхности говорили, что украшений коснулась рука мага. Может даже сам Серенти их и нанёс.

- Взял на себя смелость подобрать цвета, которые тебе очень подойдут, – чуть смущаясь прокомментировал свой подарок некромант.

Начал с красного коралла, в форме морской звезды. Ногти окрасились в насыщенный рубиново-красный цвет. Улыбнулся, потянулся за следующим, голубым, в форме какой-то рыбки.

- Красный идёт всем и к любому платью, а этот, под цвет глаз, – пояснил Асаф.

- Я же кареглазая, – удивился.

- А ты белки свои видела? – улыбнулся некромант.

Ногти окрасились в бирюзовый.

Последнее кольцо розового коралла напоминающего медузу осталось без комментария, но как только я его надел, уголки губ сами дёрнулись кверху. Цвет в тон соска́м. И когда только успел подсмотреть? Вроде, не приходилось щеголять перед некромантом голышом.

Вот вроде я и мужик, и подобное должно быть мне чуждо, но внутреннее благодарное тепло, вынудило признать, что подобное внимание очень приятно. Может и правы девки, когда говорят, что в подарке важна не цена, а внимание. Хотя поспорил бы. Что-то в прошлой жизни мне не попадались такие, для которых подарок, если только это не последний Iphone или новая машина, имели бы хоть какую-то ценность.

- Яшма обзавидуется, – изобразил восторг, оставив медузу на пальце. Именно это кольцо вызвало у Асафа большее волнение.

- Приходи с подругой в выходные, – предложил некромант. – Порадуем и её.

Вот это я понимаю - желание всесторонне закрепить свои позиции. Какой грамотный дядька. Понравиться подруге тоже не мало важно, ибо кто ещё как не она, потом станет жужжать в уши: мол смотри какой мужчина, просто подарок судьбы, не упусти шанс. Эх Асаф Серенти, если бы ты только знал, кто сидит внутри этого молодого привлекательного тела.

- Асаф, а почему я тебе нравлюсь? Что во мне ценного, если не считать природного обаяния? – задал прямой вопрос.

- Вот это и ценно, – ответил тот. – Умение ставить прямые вопросы. С тобой не нужно юлить и лукавить. А ещё, ты очень забавно принимаешь подарки и ухаживания. Складывается впечатление, что первого у тебя не случалось, а второе тебе не особо нужно.

Вот надо же, не в бровь, а в глаз.

Кстати о глазах. Некромант вновь поймал мой взгляд, брошенный ему через плечо. Обернулся.

- Видный мужчина, – оценил он капитана Барса, так как только тот сидел лицом в нашу сторону. – Я бы даже сказал красивый и к тому же капитан.

- Давний знакомец, – попытался отмахнуться я.

- Не ожидала с ним встретиться? Будут проблемы?

- Не думаю.

- Тогда сходи, поговори. Вижу же, как ёрзаешь.

Ну, вот как объяснить, что это ёрзает Сирена, на отрез отвергающая все мои аргументированные доводы.

- Ты не будешь против? – переспросил у некроманта.

- Я же сам предложил.

- Не обидишься?

- Нет, – Асаф улыбнулся. – Ступай. Ни какого криминала в этом нет.

- Господа, – обратился к своим приятелям Фарид. – Можете оставить меня на едини с этой очаровательной девушкой, буквально на пару минут?

Один из мужчин любезно помог мне присесть за стол, а потом оба отошли к ограждению террасы.

- Поговорим? – предложил я. – А то мне не нравится твой взгляд. Я тебе ничего не должна, а смотришь ты так, словно чем-то тебе обязана.

- Это твой поклонник?

- Ревнуешь? Пока нет, но возможно, станет им.

- А как же твоя ящерица?

- Его она не страшит. Предложил в выходные провести время вместе.

Фарид напрягся.

- Его подарок? – кивнул в сторону кольца.

- Да, - кокетливо улыбнулся. – Милая безделица, но очень приятная.

- Он же старый, – в полголоса сообщил и так очевидное Фарид.

- Знаю, но разве по нему это скажешь? Здоров и крепок, уверена, что крепок во всех смыслах. А явный возраст лишь придаёт ему солидности. Ты, конечно, красивый мужчина Фарид, капитан корабля, но уж больно неуверенный в своих желаниях. Ну, вот осмелеешь ты в один прекрасный момент, затащишь нас в постель, а что дальше? Поставишь очередной трофей на пьедестал своих достижений, и разошлись, как в море корабли?

- Я так далеко не заглядываю, – выдавил из себя капитан. – Ты и на этом этапе для меня словно непреступная крепость.

- А вот он заглядывает. Вот этот старый, как ты сказал. Понимаешь, жизненный опыт позволяет ему мыслить в обратном направлении, из глубин будущего. Он не давит, не торопит, оказывает знаки внимания, а не просто ждёт, когда раздвину ноги.

- Выходит, я тебе и не нужен.

- Да мне и он не нужен, – ответил столь тихо, что капитану пришлось склониться. – Только вот я вас не соблазняла, ничего не просила. Это ваше желание, ваша добровольная прихоть, так зачем же бить вам по рукам. Дерзайте капитан. У Вас есть все шансы добиться желаемого, если в том появится и мой интерес.

- А ты не так проста, как кажешься. За милым юным личиком скрывается умудрённая годами Матрона.

- Но так ведь интересней? – я прищурился. – Когда тяжело достаётся - больше ценится.

- Интереснее, – согласился Барс.

- Тогда мир? – я по-детски протянул капитану руку, отставляя мизинец.

- Мир, – заверил тот.

Конечно, моя отлучка за соседний стол Асафу не понравилась. Всё-таки Барс был и значительно моложе, да и реально красавец-мужчина, чего уж там, но мудрость взяла своё.

- Знаешь, а наличие столь достойного соперника даже интересно. Стимулирует.

- Не переживай, он тебе не конкурент. – твёрдо заверил я.

Несмотря на те чувства, что испытывает Сирена к капитану, я бы предпочёл, чтобы та больше тянулась к некроманту. Капитан что? Так, страсть, влечение. А вот некромант мужик серьёзный, обеспеченный, и судя по всему, не бабник, чего точно не скажу о капитане. Вообще думаю, у того в каждом порту по невесте есть.

- И не дуйся. У каждого свои соображения, Сирена. Но пока я главенствую в твоём теле, и ответственен за его сохранность - будет по-моему. Я сказал.

Глава 19. Мечты и амбиции

Пару дней ношусь как ужаленный или словно вожжа под хвост попала. Выбирайте сами, кому, что больше нравится. А всё потому, что некоторые не особо плотные существа в свой очередной и незапланированный визит зародили внутри меня зерно, но вовсе не сомнений - нет. Зерно, давящее на внутреннее «слабо», направляющее на реализацию амбиций.

Началось всё с того, что проснувшись среди ночи, почувствовал острую необходимость проверить Самандари. Наши ликвидаторы эпидемии уже вернулись, и некоторые девчонки были категорически против пребывания нежити в гинекее.

Спустился в подвал и обнаружил там подвывающую подопечную, удерживающую дверь изнутри своей коморки. Слёзы она, конечно, не лила, но явно испытывала страх. Только одно существо вгоняло её в такое состояние, и я отправился на поиски Прозрачного.

- И тебе доброй ночи, Витя, – протянул тот, очевидно, прочитав мои мысли. – Прости, ничего не могу с этим поделать, но пугать покойницу не хотел.

- Какими судьбами? – с ехидцей спросил я.

- Витя, тебе не идёт, – укорили меня. – Ты умный мужчина, и да - ты всё верно подумал.

- Прекрати шарить в моей голове! – рыкнул в ответ.

- Это не твоя голова, да и вообще - не твоё тело, – напомнил Прозрачный.

- Кстати, о теле. Когда закончатся мои мучения?

- А ты страдаешь?

- Да, бля. Я трахнуть кого-нибудь хочу! – почти заревел я.

- Что тебя сдерживает?

- Ты больной? – я стянул с себя штаны. – Полюбуйся! По-моему, здесь чего-то не хватает.

- Разве? – у Прозрачного появилось удивлённое лицо. – На мой взгляд, прекрасное тело. Удивлён, почему ты этим до сих пор не воспользовался.

- Ты точно больной, – обречённо выдохнул я. – Или извращенец. Нет - ты больной извращенец. Я мужик, к тому же гомофоб, да мне сама эта мысль противна.

- Вижу, – согласился Прозрачный. – Ну, раз гомофоб, выходит это ты у нас больной. Кстати, - Сформировалась рука, подпёршая подбородок, – ты неплохо используешь физиологические данные девушки себе во благо.

- Ты подглядывал, что ли?

- Ладно, за примерное поведение я помогу твоему горю.

Однако эти слова меня напрягли до колик в желудке, а когда Прозрачный направился в мою сторону, я понял, что решать проблему отсутствия секса он станет самолично. Успел отступить на пару шагов, но на этом бегство моё завершилось. Тело отказалось подчиняться, ноги оторвались от пола.

Одна из щупалец коснулась моей головы. Как обычно почувствовал возвращение частички Сирены, а потом… потом хрен пойми, что случилось. Словно у меня произошёл секс сразу со всеми девушками, что случились в моей жизни. Хотя, нет - призвездёхиваю. Не со всеми, а лишь с теми, что оставили яркий отпечаток в памяти. Но всё равно, с десяток бы набралось.

Подробностей не ждите. Чувства описа́ть не могу, ибо они были точно неописуемы, точнее - у меня на них словарного запаса не наберётся.

Думаю то, что сделал Прозрачный не делится на мужское и женское, а потому с избытком досталось и Сирене, а в султанках оказалось столько биологического материала, сколько успели накопить оба сознания за время воздержания. В общем, всё смешалось – люди, кони.

Маньяк-добродетель перенёс нас на скамью, на которой пришлось просидеть минимум минут пять, чтобы успокоиться. Ноги Сирены предательски тряслись, и тело отказывалось покидать насиженное место.

- Ещё хочу, – проскочила явственная мысль девушки.

- Матери не вздумай сказать, – предупредил Прозрачный. – Не хочу от неё скрываться по всей Вселенной.

Это кто ж такая её мать? Точно уроженка Земли, если представитель древнейшей расы её так боится?

- Как там она? Чем папка занимается? –принялась общаться Сирена прямо внутри моей - то бишь - её головы.

- Отец, как всегда, весь в грандиозных затеях по терраформированию. Мать продолжает строить планы по захвату Вселенной. Привет тебе передают. Хотели в гости нагрянуть - пока удалось отговорить.

- Получается, они не знают, что случилось?

- Конечно нет. Хочешь ещё одну чёрную дыру в Галактике? Матушка твоя в гневе пострашнее даже будет.

- Ты прости, Валариан, подвела я тебя.

- Не винись, всё поправимо.

- Вот только времени дохера требуется, – вмешался я.

- Времени не существует, ни для тебя, Витя, ни в принципе. Привыкай мыслить иными измерениями. Твоё пребывание в теле Сирены не пройдёт бесследно, я уже вижу начавшиеся изменения у вас обоих.

- Что, у меня после этого титьки вырастут?

- Тьфу, бля! – Прозрачный выругался по-русски и изобразил плевок. – Что вы за существа такие, хомо? Как паразиты, только о размножении и думаете.

- Сирена устала, – сообщил я, чувствуя, как сознание девушки угасает.

- Знаю. Вернёмся к твоему вопросу?

- К которому?

- О теле, и почему ты так стремишься его покинуть.

Но прежде чем я успел привести какие-либо доводы, Прозрачный выдал мне весь расклад возможных перспектив, причём в таких красках, что после его речи сказать мне было нечего. Понимаю, что приличия ради нужно возражать и контраргументы в ход пускать, но ведь он прав, зараза. В очередной раз прав. А ещё этот сатана прекрасно видит будущее, ну, по крайней мере, так утверждает. Весь мой боевой потенциал сошёл на нет.

- Я знаю, Витя, что у тебя есть некоторые задумки. Ты из тех, кто желает, чтобы мир вокруг двигался, и когда он на время затихает, ты начинаешь придумывать движение сам. Ты ведь по этой причине не поступил в университет - испугался, что высшее образование наложит на тебя некие обязательства. Боялся стать обычным белым воротничком, жизнь которого превратится в унылый круговорот бесполезных планёрок, выполнения планов и редких попоек, чтобы хоть как-то выпустить пар. Вот только поверь, ни твои средства, ни связи на Земле не позволили бы тебе реализовать твои фантазии. Подумай, может, ты и Сирена - это ваш общий этап на пути вашего развития, на пути достижения промежуточных целей?

- Выходит, тебя зовут Валлариан? – пробубнил я в ответ.

- Выходит.

- Почему раньше не сказал? Я ведь спрашивал.

- Разве это что-то изменило бы?

- Ты не поймёшь, – вернул я, давным-давно ввёрнутую шпильку.

После той самой ночи, как только закончились занятия, помчал в библиотеку, где буквально требовал с Джина информацию о стоимости судов. Джин предоставил мне тучу материала, как справочного, так и художественного содержания, но всё это было не то. Нет, наверняка, в художественных произведениях где-нибудь, да и проскользнёт стоимость какого-нибудь парусника, вот только это нисколько не поможет. А в книгах по устройству и эксплуатации так и вовсе цены не упоминаются. Мне нужен был обычный прайс, список с ценами, и в этом вопросе всезнающий Джин мне помочь не мог.

Была мыслишка обратиться к Асафу или к школьному капитану, господину Камалку, ну или на крайний случай попробовать узнать в адмиралтействе.

В результате я потрошил все возможные источники и пришёл к единственному выводу, что цена судна от ноля и до бесконечности. Даже в судостроительной верфи мне не назовут цены, пока перед ними не появится полный список предъявляемых к судну пожеланий и требований.

Под бдительным присмотром Яшмы и по её убедительному настоянию мы посетили русалок - местный салон красоты в школьной бухте. Ни какие магические средства не отменяют необходимости тщательного ухода за собой, и в принципе, я неплохо справляюсь. Но гордость Сирены - роскошные длинные волосы, по-прежнему мне не даются. Стыдили меня за секущиеся концы как какую-то малолетку. Давно бы уже остригся под привычный мне ёжик, но абсолютно уверен, что за подобный демарш Сирена разорвёт меня изнутри.

На приёме у русалок разговор невольно коснулся моей затеи, и я возмущался порядком цен, интересуясь, не знают ли обитатели водной стихии корабельную верфь, где не дерут три шкуры.

- Может показать старую лодку? – обратилась Веста к своей старшей подруге. – Всё равно больше века лежит на дне.

- Да покажи, – безучастно согласилась Калипсо. – Рыбы не обидятся.

- Лодка? Век на дне? – я засомневался в актуальности такого предложения. – Там же за это время ничего остаться не должно.

- Так там ничего и не осталось, кроме корпуса. Моё дело предложить, а там сама смотри, надо тебе такое или нет.

- И когда можно глянуть? – всё же решил не отказываться.

- Да давай завтра, после занятий. С тебя лодка и гребцы.

- Далеко?

- Часа полтора. Попутное течение обеспечим.

С бесплатной тяглово-вёсельной силой вопрос решился достаточно легко, и пацанов нисколько не смутила перспектива грести три часа. Ну, это же туда и обратно.

Изначально я обратился к Фоуму и Агела́ю, а Рам присоединился добровольно, как только услышал, что с нами будет Веста. Четвёртым вызвался тёмный эльф Ади́ль. Таким образом яблочная команда вновь собралась почти полным составом.

Шлюпку мы выпросили на школьном корабле, уверив старпома, что вернём её в целости и сохранности, и, переправив её через пороги бухты, выдвинулись в указанном нам направлении. Пацаны гребли дружно, а учитывая тот факт, что команда подобралась из стихийников, то общими усилиями мы ещё и подгоняли себя ветром, а точнее - несмелым ветерком. Но, как оказалось, наши потуги, что мёртвому припарка, и основную работу выполнили русалки. Так или иначе, до места добрались на пятнадцать минут раньше.

На месте нас уже встречали несколько мокриц. Ещё бы, разве они упустят такую возможность - покрутить шуры-муры с парнями. Веста выдала мне и Яшме водоросли, оставив Рама в лодке с весьма строгим предупреждением, чтобы даже и не думал засматриваться на девчонок. Впрочем, те клятвенно заверили, что не намерены посягать на чужое. Ну конечно, кто бы им поверил.

Парни тактично отвернулись, позволив нам обнажиться, и мы погрузились в морские пучины. Ну, как пучины? Искомый объект находился на дне морском, приблизительно, на глубине двадцать, может, двадцать пять метров.

Вода и время не пощадила ничего, кроме самого корпуса. Как и говорила Веста - он был почти в идеальном состоянии. Доски совершенно не сгнили, не смотря на то, что половина корпуса погребена под слоем песка и ила. При всём желании без конкретного целеуказания отыскать судно в порослях водорослей было бы проблематично. Удивительно вообще, что за это время корпус не порос ракушками и всякими кораллами, хотя донные обитатели его неплохо облюбовали.

Судно лежало чуть на боку, и корма его больше была погружена в ил, нежели носовая часть. Мачта и бушприт отсутствовали. Последнего вообще могло не быть предусмотрено конструкцией, хоть тогда и становилось непонятно, как крепился кливер. Впрочем, его тоже могло не быть, и судно ходило исключительно с гротом. Но всё это большие исторические условности. Больше всего меня интересовало, как это судёнышко может выглядеть в будущем.

При общем осмотре я не обнаружил видимых повреждений корпуса, имею в виду пробоины. Правда, осмотреть удалось только один борт, но Веста говорила до этого, что судно скорее всего было перевёрнуто штормом, а оттого и затонуло. В любом случае, то, что я видел, мне нравилось. Судно широкое, длиной около девяти метров с корпусом раздутым в области ватерлинии. Да и вообще оно мне сразу показалось каким-то родным и знакомым, но под водой я так и не сообразил, что оно мне напоминает. Только выбравшись в лодку, понял, где встречал этот корабль. Картинки из интернета всплыли в памяти. «Арго» - легендарный корабль Ясона, ходившего в Колхиду за золотым руном. Всё, с этого момента я точно понял, что хочу это судно. Оставалось только придумать, как его поднять.

Не имей сто рублей, а имей сто друзей. Когда я обратился к Вику и Радо́ру за советом, те заявили, что подъём совсем не проблема, и гораздо сложнее будет транспортировать судно к месту ремонта.

Выпросить маленькое местечко в школьной бухте при содействии директора Муссабада, труда не составило. Он вообще проявил живой интерес к моей затее и даже пообещал последующую помощь, если таковая потребуется.

- Где планируешь брать средства на восстановление? – поинтересовался он. – Или намерена проводить ремонт собственными силами?

- Сама я это не потяну. Естественно, буду искать верфь, а маки планирую заработать. Есть одна мыслишка - уверена, что всё получится. И это не криминал, – сразу заверил я.

Повезло, что с самого начала директор относится ко мне - к Сирене - немного иначе, чем к остальным студентам. Правда, всячески старается не подавать виду. Явной опеки и протекции нет, но уже были прецеденты содействия и некоего покровительства. Не зря же добрая часть студентов считает, что я какая-то там непоседливая фифа. Теория, что выдвинул когда-то Бодма́ш, и подкорректировал Эща́р, прижилась в миру, а потом была тиражирована Сэмом с ещё кое-какими правками. Так что теперь вокруг моей персоны целая Санта-Барбара. Правда, я пока слышал вариант прошедший через фильтр женского коллектива. Ну что ж, вполне-таки романтичная история, похожая на что-то правдивое.

Мать моя - непременно и никак не меньше - королева. Отец - разумеется, благодаря моей подачи - флотский. Вот только не пират, как шутил я, а как минимум какой-нибудь адмирал. Рождена была Сирена, естественно, в результате большой любви. Девочкам больше нравится именно этот вариант. А поскольку среди монархов династические браки в порядке вещей, мать мою - на тот момент ещё не королеву, но уже с приплодом - как выгодную партию, удачно и поспешно выдали замуж. Во избежание ненужных скандалов, воспитывал юную, а потом и не очень Сирену - батюшка морской волк. Однако монаршая кровь она и в седьмом поколении даёт право на престольное наследование, и дабы чего худого не вышло, сорвиголову в девичьем обличии задвинули подальше от дворцовых интриг и разборок. Есть даже две гипотезы, в каком царствии-государстве сие случилось. Это уже устоявшаяся версия, которая безумно нравится Яшме.

Но, что-то я отвлёкся.

Старшие друзья-товарищи подключились к моей затее мгновенно и с неподдельным энтузиазмом. Радо́р два вечера корпел над каким-то артефактом и управился бы быстрее, если бы под руками было всё необходимое. Даже, вроде как, что-то прикупил за собственные маки в городской мастерской.

Дождавшись следующих выходных, при участии навигатора Весты, мы вновь оказались над местом затопления судна.

Артефакт, что собрал Радо́р, оказался одним из самых распространённых устройств на его планете для всевозможных иноземцев, что с привычного притяжения попадали под четырёхкратное. Артефакт компенсировал гравитацию планеты, возвращая существам прежний вес. Собственно, как я узнал значительно позже, гномий артефакт в изготовлении которого была пара секретов, пользовался популярностью у сотрудников транспортной гильдии и нередко использовался состоятельными купцами, перевозящими грузы как по суше, так и по воде. Удовольствие не дешёвое, но долговечное. Правда наш, собранный на скорую руку, был одноразовый и заряд имел всего на сутки. Но нам больше и не требовалось.

Радо́р нырять отказался. Что-то гномы не очень приветствуют глубокую воду, но с артефактом без труда справился Вик. Выгребли часть песка и ила из корпуса, чтобы добраться как можно ближе к килю. Установили устройство и стали наблюдать за наступлением чуда. Первое время ничего не происходило, но стоило чуть качнуть судно, как оно высвободилось из морского грунта и начало подниматься к поверхности.

Остаток дня потратили на то, чтобы вычерпать из судна ил и воду и отбуксировать в школьную бухту. Мокрые, уставшие, с песком и илом за пазухой и водорослями в волосах, лежали на берегу, наблюдая, как начинают подтягиваться к нам любопытствующие студенты.

На берегу мой «Арго» выглядел ещё больше чем на дне морском. Даже подумал, не слишком ли размахнулся в своих амбициях. Померил шагами, прикинул на кривой глаз - вышло что-то около двенадцати метров. От киля до кромки борта корпус скрывает меня полностью. Глубокое так-то судно. Кроме идеально сохранившегося корпуса, в наследство достались четыре латунных кнехта, потемневших и покрытых зелёно-голубой патиной. Внимательный осмотр не обнаружил гвоздей и скобяных соединений. Отсутствовали защитные глифы, что наводило на мысль, что доски пропитаны каким-то специальным составом, приготовленным опытным зельеваром. А может, кто-то заранее вырастил особые деревья или даже вывел новую породу. Но первое было более вероятно. Впрочем, много позже, кое-где глифы проявятся, а пока судно выглядело грязным и, как не странно, девственно чистым от магии.

Отступить уже нельзя. Первый шаг на пути к мечте сделан, и Прозрачный, будь он не ладен, приложил к этому свою руку или щупальцу, или, что там у него.

Объявился Асаф. Был с оказией в Хакмате. Решил заглянуть в школу, пригласить на ужин. Естественно, пригласил меня и Яшму. Полчаса на сумбурные сборы, будто обе приглашены на свидание. Стал перенимать весь этот девичий кипишь с повадками, как только дело касалось гардероба, выходящего за рамки школьной формы. В этом меня уже видели, это к этому не подходит, и вообще, в шкафу катастрофа катастроф. В него уже ничего не входит, а надеть по-прежнему нечего. Хорошо быть ящеркой. Яшма, по крайней мере, с верхом гардероба не парится, напялила новую юбку, и всего делов. Голая грудь её вообще никак не напрягает. Может, и мне так поступить? Мужское внимание точно будет обеспечено. Но спасало отсутствие маки, а потому сколько не переживай, а наденешь, что имеешь.

За ужином Яшма активно пинала меня в ногу, в итоге не выдержала и сама заявила, что мы подняли со дна старое судно и намереваемся его восстановить. Асаф одобрил такое начинание, не забыв предупредить, что средств это будет стоить не малых. Сам знаю, лучше бы он подумал о финансовой помощи, о которой пока умолчал. Правда, порекомендовал поискать частного мастера и как раз в этом обещал посодействовать.

Следующим вечером, как по сговору, у ворот школы появился трепет нашего сердца и туман очей - господин капитан Барс. В парадном почти мундире, ну или в каком другом, но точно не в повседневном, с двумя букетами цветов. Их морское благородие насмелились пригласить меня и Яшму на прогулку по набережной с последующим ужином.

Теперь уже я сам сообщил о своей задумке, а Яшма по простоте душевной ляпнула, что Асаф Серенти пообещал содействие. Однако жучара капитан, как и некромант, о финансовой помощи не обмолвился, прекрасно понимая, какие это траты. Видать, не так уж и дорого они меня оценивают, раз предпочитают не затрагивать эту тему. Но и Фарид пообещал поинтересоваться в верфи на соседнем острове, не притулят ли они моё судёнышко куда-нибудь в ремонт. Главное, что оно на плаву, а следовательно, ждать освобождения сухого дока не требуется.

И тому и другому я сообщил, что намерен первые средства получить с одной затеи, подробности которой озвучивать не хотел, как бы оберегая от дурного глаза и слова.

Не знаю, откуда у меня была такая уверенность, но чётко понимал, что утрата нити Ариадны мне покорится. Ведь, как я понял, проблема была с выходом из пещер, а не столько с монстрами в них обитающими. Я же был уверен в своей памяти и считал, что без труда запомню дорогу и найду обратный путь.

И надо же, как удивительно совпало, правда, после небольшого раздумья, что капитан Барс, как раз спустя несколько дней после начала каникул, направляется именно в нужную нам сторону. Ну как тут отказаться от такой оказии и капитанской любезности. Правда, пришлось настоятельно убеждать, что поездка наша никак не связана с легендой, а скорее, вынужденная школьная необходимость.

- Исторический реферат готовим, – ляпнул я.

- Гербарии собирать будем, – одновременно со мной выдала Яшма.

Нихрена не убедительно вышло. Но, на наше счастье, Барс отмахнулся от наших пояснений.

В пару последних учебных дней уроков, как таковых, не было. Всё свелось к тому, что преподаватели устроили мини зачёты. Контрольно-промежуточные результаты, больше ориентированные не на результат наших умений, а скорее на способности освоения материала. Так что за те дисциплины, по которым у меня ничего толком не получалось, никто даже не порицал, мол не пришло ещё время для оценок. Не выходит – не беда, получится позже, когда со второго курса больше внимания будет уделяться практикам. За положительные результаты, естественно, хвалили, но без особого усердия. Дабы корона на голове не появилась. Да и за навыки, сформировавшиеся раньше срока согласно профессиональной направленности, дифирамбов никто не пел. Хвалить боевого стихийника за то, к чему у того предрасположенность - дело сомнительное.

Но мне всё равно есть чем гордиться. И несобственными навыками, что появились благодаря упорным тренировкам, а достижениями Яшмы. Считаю, что наши вечерние спарринги, которые мы проводили на полосе препятствий по моей собственной инициативе, спровоцировали ящерку на создание собственных щитов. Удар её щит пока не держал, и манипулировать им, хотя бы на моём уровне она не могла, но она создавала такую стену жара, что пробиться сквозь него без ожогов было не реально. Пришлось нам обильно запастись регенерирующими мазями, благо подруга-зельевар у нас была. Она не просто снабдила нас лечебным средством, но и подсказала, какие правки нужно внести в рецептуру с учётом физиологических особенностей рас. Да-да, первое время Яшма регулярно получала ожоги от собственных щитов.

Еле дождались первых дней каникул и появления гонца с «Золотой Лани».

Капитан Фарид заметно изменился. Тактику поведения что ли сменил или как будто повзрослел. Впрочем, он и так не был юнцом, а потому склоняюсь к первому предположению. Вёл себя галантно, учтиво, оказывал знаки внимания, но ровно до какого-то предела. Грань которого была известна только ему, и им же была установлена. Что ж, прекрасно понимаю его, сам пользовался таким приёмом для завоевания женского интереса. Когда не игнорируешь женщину, не делаешь вид, что тебе всё равно, а ведёшь себя с ней, как бы между прочим. Знаю, что это немного злит слабый пол, а теперь ещё и чувствую на себе. Внутреннюю Сирену иной раз подтряхивает от негодования, когда капитан, который только что сам подошёл, затеял разговор, заинтересовал, вдруг бросает Сирену на полуслове, якобы вспомнив о чрезвычайно важных делах. Бесит - сволочь. Что может быть важнее Сирены? Мне бы смеяться над этим бесхитростным приёмом, но я в теле которое вне зависимости от одного полноценного и одного «ущербного» сознания активно реагирует на присутствие рядом с собой капитана. Плюс, совсем бесчестный ход со стороны Фарида. Впрочем, бесчестного в нем не больше чем в том, что сделал я. Сирена-то оказывается ревнует. Скребут её какие-то кошки, когда капитан шушукается с Яшмой, да и нет-нет приобнимает её.

Но за такое я наказываю капитана, жестоко, но дозированно. Дабы не поднять нерв мужику и не довести до психа, когда он пошлёт нас и выкинет за борт. За столом, поскольку завтракаем, обедаем и ужинаем вместе, не упускаю возможности припомнить что-нибудь о некроманте. Как бы невзначай и типа по поводу.

Яшма идеальная подруга. Подыгрывает во всём и помогает соблюдать баланс мужской значимости. Не упустит шанса, чтобы лишний раз напомнить, вроде как бы мне, что быть капитаном судна совсем не так-то и просто, и кто попало капитанами не становятся. После чего непременно предложит Фариду угостить её бокальчиком молодого вина.

Декада в море, посвящённая воспитанию друг друга, прошла быстро, но скучновато. Если бы не любезность капитана, допускавшего меня к штурвалу, я бы точно заскучал. Безделье штука мучительная.

В порт Ми́тоса не заходили. Капитан хоть и не признался, но я как-то сразу заподозрил, что та пауза перед нашим отплытием нужна была ему, чтобы найти заказ в нужном мне направлении. По ходу, конкретно в Ми́тос ничего не было, но капитан взялся за доставку груза куда-то подальше, и теперь ему нужно было уходить западнее от острова.

Тем не менее он помог нам погрузиться в шлюпку, и сопроводил в порт, куда нас доставили четверо гребцов-матросов.

- Через четыре дня вернусь, – предупредил капитан. – Так что встречайте «Лань» в порту.

Нужно было выдать капитану какой-то аванс благодарности. Я внутренне съёжился, намереваясь чмокнуть Барса в щёку, но пересилить себя не смог. Обманул наивно приготовившегося капитана, уклонился в последний момент и шепнул на ушко, что тот самый лучший. А мою оплошность исправила Яшма, лизнув Фарида прямо в губы. Бедный капитан аж вздрогнул от неожиданности, но лица не потерял.

- Я запомнил, девушки, – с толикой раздражения прошептал он. – Следующий шаг за мной, и поверьте, я отыграюсь.

Последнее настораживало, ибо в глазах капитана запрыгали дьяволята.

Ми́тос расположился в удобной бухте и многим напоминал большинство портовых городов. Слева и справа от бухты возвышались башни, с торчащими из бойниц стволами пушек. На одной из них был устроен маяк. Почти типовая портовая зона, с привычными и понятными постройками, двухэтажные домики, дружно громоздящиеся друг около друга, на не совсем ровном рельефе. Большинство улиц узкие, так что груз можно доставить только ручной тачкой, а многие вообще похожи на лестничные марши с небольшими площадками, на каждой из которых вход в два-три здания и переход к следующему каскаду. Чем-то это напоминало Гьяра Бах, ну, разве что дома стояли на земле, а не на платформах, притороченных к каменным столбам. Однако так выглядела только правая часть города. Левая же разместилась на относительно ровной поверхности, имела более широкие улицы, а оттого была как бы больше производственной, нежели жилой.

Город не маленький. Есть тут все необходимые мастерские и предприятия, чтобы обеспечить горожан всеми благами здешней цивилизации. Правитель города и острова, какой-то герцог, которому принадлежат прядильные производства. Шерсть скупается здесь же, на острове, у крестьян двух посёлков, что на запад и восток от города. В общем, очередной остров-государство, приспособленный к жизни посреди морей.

Идти сегодня никуда не хотелось. Ноги не особо верили, что под ними ничего не качается, и наш поход к пещерам мы запланировали на завтра.

От услуг постоялого двора пришлось отказаться. Местные порядки предписывали содержать нежить в отдельном бараке в портовой зоне, а мне очень не хотелось сдавать Самандари в «камеру хранения», тем более, что за это ещё нужно было и платить. Однако повезло - нам дали адрес дома на окраине города, где мы всего за три грамма арендовали чердак сарая на все четыре дня. С нежитью тоже всё удачно получилось. У хозяина дома было два собственных подопечных, а сарай, на чердаке которого мы квартировались, как раз предназначался для содержания нежити. Тут и лежанка была со свежей травой, и кольца в стене, и цепи. Но хозяин не неволил своих и ограничивался только навесным замко́м, запирая нежить на ночь.

- Ничего, что там два мужчины? – побеспокоилась за Самандари Яшма.

- Они покойники, – рассмеялся я. – Они даже личность свою определить не могут, не говоря уже о половой принадлежности. Ну, а даже если и случится чего, то будем нянькать маленького нежитёныша.

Яшма поморщилась, сообразила, что я стебу, ткнула меня под рёбра.

- Ты точно уверена, что завтра у нас всё получится?

- Уверена. Всё-таки, мы с тобой не крестьяне и оружием владеть умеем. Тем более - посмотри вокруг. Город и два посёлка, и что-то никто не жалуется на присутствие монстров. Да и Самандари будет с нами.

- Я не об этом. Как раз в существование монстров я и не верю, – перебила Яшма. – Ты уверена, что мы отыщем обратный путь?

- Помнишь, как я ориентировалась в подвалах во время боджа́ли? Не знаю, как, но я без труда понимала, куда нужно двигаться, чтобы вернуться ко входу. К тому же я ещё и знала, что находится над нами, а ведь видела карту острова всего раз. У меня отличная память и я уверена, что мы не заблудимся. Моя нить Ариадны у меня в голове.

- Какая нить?

- В моём мире есть такая сказка…

Я рассказал всю печальную историю греческого эпоса и даже подчеркнул, что истории разных миров во многом схожи и даже созвучны. Особо расстроила Яшму человеческая забывчивость и невнимательность, когда возвращающийся корабль забыл сменить паруса.

До западного посёлка почти прогулочным шагом меньше двух часов. От него до подножья горы ещё около часа.

Сразу же наткнулись на группу молодых людей в сопровождении какого-то местного гида, вышедших из одной из пещер. Гид воодушевлённо рассказывал старую историю о сокровищах ужасных чудовищах, обитавших в лабиринте пещер.

- Вот видишь, вошли и вышли, – подметил, кивая в сторону группы туристов.

Однако когда мы вошли в пещеру, быстро обнаружили, что туристы не углублялись внутрь дальше чем метров на тридцать. Буквально прошли до первого грота, где в стену было вбито кольцо для крепления факела, и подкопчённый над ним каменный свод.

Мы зажгли факелы и двинулись дальше. На всякий случай с собою у нас было зелье ночного зрения. Варили мы его сами, и в правильности рецептуры я был абсолютно уверен, однако магического опыта было не достаточно, чтобы напитать отвар долгодействием, и нашего варева хватало минут на тридцать. Зато у нас его было много.

Около часа мы действительно блуждали по лабиринтам пещер, но всё это время я ловил себя на мысли, что абсолютно чётко помню каждый поворот, и мысленно, без труда прокладывал путь наружу.

В желудках заурчало и мы остановились на перекус. И именно здесь, нам впервые повстречалось подтверждение древней легенды. Из одного из ответвлений пещеры Самандари принесла человеческую кость.

Дальнейший путь стал более настороженным. Не то чтобы мы боялись трупов, всё же я некромант как ни как, но в пещерах что-то изменилось. Словно появился какой-то сквозняк, который раньше не был заметен. Спустя ещё час нас словно кто-то начал вести за руку. Мы уже не выбирали в какую из пещер свернуть, а не сговариваясь, двигались в одном направлении, повинуясь внутреннему зову. Постепенно пещеры всё больше уходили вниз, а человеческие останки стали встречаться чаще. Часа через четыре (по ощущениям), мы оказались в огромном гроте с озером посредине. Озеро излучало янтарное свечение, и единственное тому объяснение - наличие огромного слоя маки в воде. У этого материала есть пара удивительных свойств. Помимо того, что оно легко трансформируется во что угодно, оно начинает издавать слабое свечение когда находится в воде и когда его много в одном месте. Собственно, по еле приметному свечению его и находят в морском прибое перед восходом Роши.

Легенда не врала. Грот почти круглый, его диаметр метров семьдесят, и почти всё пространство занимает озеро, оставляя только полутораметровую полосу берега, буквально вымощенную человеческими костями.

Я разулся, закатал штаны комбинезона и зашёл в воду. Ноги погрузились в маки глубже чем по колено. Накатило необоснованное чувство тревоги.

- Зачем нам артефакт? – раздалось с берега. – Здесь такие сокровища, что мы можем купить любой корабль. Даже город можем купить или целый остров. Нужно только набрать побольше. Жаль, что не взяли с собой дополнительных рюкзаков.

- Яшма, – ответил на её восторг, не оборачиваясь. – А у тебя нет чувства, что нам следует здесь остаться?

- Да-да, ты права, – согласилась та. – Много мы не унесём, а пока нас не будет, возможно кто-то придёт и завладеет нашим сокровищем.

Не поворачиваясь к ящерице, начал пятиться назад, поймав себя на том, что рука моя опирается на эфес меча. Вышел из воды сел, подвернув под себя ноги. Немалых трудов стоило убрать руку от меча и продолжать не поворачиваться к подруге. Наступила тишина. Про такую говорят – гробовая.

У Яшмы с собой был короткий меч. Совсем короткий в её масштабах. Тесак с клинком сантиметров сорок, и когда я медленно обернулся, он был вынут из ножен почти на половину, а ящерица стояла от меня в паре шагов. Я отвернулся, напрягся, словно пружина, готовясь в любой момент отскочить в сторону. Яшма не скрывала своего подхода и сделала первый шаг.

- В моём мире есть ещё одна легенда, – стараясь не выказать волнения, начал я. – Вот так же, в пещере под горой, обитал злой и кровожадный дракон, охранявший несметные сокровища. Он держал в страхе многие поселения людей, и в качестве гарантии их безопасности требовал дань золотом. Каждый год дракон требовал всё больше и больше, отправляя по деревням и городам своего слугу. Но каждый год находился смельчак, что отваживался бросить вызов дракону и сразиться с ним. Но каждый раз из-под горы приходило одно и то же известие – «Дракон умер, пришёл Новый дракон». И каждый Новый дракон был свирепее предыдущего. Наконец смельчаков не осталось, да и вообще, почти не осталось мужчин способных держать оружие, только старики и дети. На бой дракона вызвал юноша, почти мальчик, и никто не верил, что тому удастся победить. Однако в пещере он встретил старого немощного дракона с которым ему удалось совладать. Мальчишка смотрел на богатства, собранные в пещере за столетия, представлял, как поможет своей семье, своей деревне. Соберёт армию и захватит соседей, захватит страну, станет властелином и соберёт ещё больше золота. Когда в пещеру вбежал слуга, чтобы получить распоряжения от хозяина, мальчишка велел увеличить налоги и принести ещё больше золота. Удаляясь слуга прокричал – «Дракон умер - да здравствует Дракон». Парень поднял золотой круглый щит, взглянул в него, но не увидел своего отражения. С полированной золотой поверхности на него смотрела драконья морда с дикими, горящими жадностью глазами.

Конечно, я, наверное, немало приврал в своём вольном пересказе не то китайской, не то вьетнамской сказки, но постарался передать самую суть.

- Яшма, мы с тобой и есть те самые Новые драконы.

Раздался второй шаг и моего плеча коснулась рукоятка короткого меча.

- Пусть побудет у тебя, – дрожащим голосом попросила она. – Впервые доверяю кому-то больше, чем себе.

Я принял клинок и обернулся.

- Не нужны нам с тобой эти сокровища. Мы пришли за артефактом, так давай попробуем его найти, – предложил я.

Искали долго, переворачивая слои человеческих костей, перемешанных с истлевшей одеждой, ножами, мечами, топорами и копьями.

- А как же монстры? - спустя какое-то время спросила Яшма.

- Да не было никаких монстров. Мы сами чуть не схватились за оружие, не желая делить добычу. Люди теряли рассудок, кидались друг на друга. Убивали.

- А знаки, что они оставляли на стенах?

- Сами же их и уничтожали, не давая шансов друг другу отступить. Каждый надеялся остаться победителем. А когда противников не оставалось, если ещё были силы, с ужасом обнаруживали, что знаков на стенах не осталось. Плутали, блудили, возвращались к озеру, и в результате погибали, отравленные смрадом разлагающихся тел.

- Смотри, это не то ли, что мы ищем? – Яшма протянула мне какую-то прямоугольную табличку, достав ту из-под слоя костей.

Я осмотрел поданный предмет. Приятная на ощупь дощечка, квадратная, размером в человеческую ладонь, и, может быть, сантиметра три толщиной. В центр дощечки полированное до блеска дерева сферическое углубление в центре которого деревянный же, как мне кажется, шарик. По углам дощечки четыре небольших глифа. Присмотрелся, увидел места контактов глифов с каналами. Время выжгло соединение, и артефакт утратил работоспособность.

Вся конструкция как будто залита эпоксидной смолой или прозрачным пластиком, и однозначно является не разборной. Я потряс устройством, шарик с характерным деревянным стуком несколько раз ударился о прозрачную крышку и поверхность полусферы. Описал по ней несколько кругов по спирали, словно в казино, и предсказуемо скатился в центр.

- И как это работает? – спросила Яшма, разглядывая артефакт.

- Работало, – поправил я. – Скорее всего шарик поднимался по стенке полусферы в нужном для движения направлении. По крайней мере другого предположения у меня нет.

- Жаль, что он не работает. Не сможем проверить.

- Знаешь, - я передал артефакт Яшме, – я ожидала нечто иное. Что-то больше похожее на карту. Даже рада, что устройство не показывает конкретного маршрута и в нерабочем состоянии.

- Почему? – не поняла моих размышлений ящерка.

- Посмотри вокруг, – обвёл рукой, указывая на кости. – Это место и так пропахло смертью. Не хотелось бы стать причиной дополнительных жертв. Я вообще предлагаю не говорить, что мы добрались до озера. Скажем, что несколько дней блуждали по лабиринту пещер, и никакого озера не видели, а артефакт обнаружили в одном из гротов. Будет получаться, что наши предшественники просто погибали голодной смертью. Никаких сокровищ, никаких монстров, голод и поехавшая крыша, заставляющая людей кидаться друг на друга.

Было уже поздно. Весь день мы провели в полумраке и на ногах, усталость физическая и эмоциональная явственно ощущалась. Покинули грот с озером, произвольно отойдя в одну из пещер в него впадающею. Отыскали место более менее свободное от человеческих останков и устроились на ночлег, подстелив пледы.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге