Деревенская ведьма хочет любви
Глава 1
Я стояла раком на огороде, в широком длинном платье, скрывавшем все мои прелести, и вырывала из земли сорняки. Эти гады, как назло, после вчерашнего дождя, поперли с удвоенной силой. И теперь грядки с луком и морковкой были заполнены травой. На огород, как и на дом рядом, была наложена магическая защита, так что я не боялась, что кто-нибудь увидит меня в неподобающей для деревенской ведьмы позе.
Спина затекла, ноги болели, но оставалось совсем немного, каких-то три грядки, а потому я упорно продолжала «развлекаться» на огороде. Руки в матерчатых перчатках совершали привычные движения, уничтожая гадкие сорняки. Можно было бы, конечно, применить магию, но тогда оставался риск быстро распрощаться с фигурой. А я любила то тело, в которое попала год назад. Фигуристое, молодое, ладное, оно привлекало внимание мужчин деревни ничуть не меньше, чем лицо. То тоже радовало глаз, и посторонний и мой собственный. Ведьма, симпатичная, яркая, - вот что отражалось в зеркале, когда я в него смотрела. И чтобы не зарастать жиром, я старалась пользоваться магией не так часто, большую же часть работ и в огороде, и в доме выполняла самостоятельно.
Я разогнулась, схватилась за поясницу, помянула незлым тихим словом все типы сорняков, известные в этом регионе, и кое-как доползла до очередной грядки. Ничего, ничего. Вот вырастут скоро и морковка, и лук, и я вознагражу себя за все труды. С этими мыслями я снова склонилась над грядкой. Ну, проклятые гады, идите сюда.
Добив минут через сорок-пятьдесят последний сорняк на последней грядке, я походкой земной бабы Яги поплелась в дом. Сейчас кофе бы, да с зефиром в шоколаде… Эх, мечты. Что то, что другое осталось на Земле. А я – здесь, в теле Арины, деревенской ведьмы. Впрочем, ей самой, попавшей в мое земное тело, не слаще приходится. И тут уже не знаешь, кого из нас жалеть. Я-то хоть в свое время фэнтези о попаданцах начиталась, быстро разобралась, что к чему. А Аринке тяжко. Попробуй привыкни к земной технике.
По утоптанной тропинке между грядок я дошла до домика, небольшого, двухэтажного, сложенного из дерева, потянула за дверь, перешагнула порог.
Меня встретил обалденный запах свежесваренного борща. У деревенской печи хлопотала невысокая полная домовушка Глашка. Она и готовила, и убирала, и закрутками на зиму занималась. Настоящее подспорье для городской меня.
- Глаша, ты меня балуешь, - пошутила я, помыв руки под струей воды в рукомойнике. – Вот сейчас как наемся, в дверь влезать перестану.
Глашка повернулась от печи и окинула меня насмешливым взглядом.
- Чтобы в дверь не влезать, тебе ведро блинов за сутки съесть надо. А ты все фигуру блюдешь.
От Глашки не утаилось перемещение наших с Ариной душ, она знала, кто перед ней, и успела нахвататься у меня земных словечек, которыми порой щеголяла при разговоре с деревенскими домовыми, вводя их при этом в ступор.
- Так сама ж говоришь, что мне жених нужен, - отшутилась я и уселась на деревянную табуретку возле накрытого скатертью обеденного стола, - а в деревне девки почти все фигуристые, но не толстые. Растолстею – не возьмут меня замуж.
- Нужны тебе те деревенские, - презрительно проворчала Глашка, - ты девка умная, городского охомутать сможешь.
Я только хмыкнула. Городского, как же. До ближайшего города нужно было ехать километров двести, не меньше. Сами городские у нас не показывались. Так что мечтам Глашки выдать меня за кого-то побогаче и познатнее сбыться не суждено. Но говорить ей об этом смысла нет: рука у Глашки длинная, глаз острый. Попадет мне полотенцем по макушке, а то и по шее заехать может воинственная домовушка. Знаем, проходили.
Низкорослая, крепко сбитая, Глашка таинственным образом умудрялась при необходимости достать даже до потолка, по которому не раз гоняла тем же полотенцем мух. Ее глаза меняли цвет в зависимости от настроения хозяйки. Сейчас они были голубыми, а значит, Глашка довольна жизнью.
Черные как смоль волосы она обычно прятала под косынкой или платком, в зависимости от времени года. Носила она всегда или платье, или сарафан темных цветов, на ногах – неизменные лапти. В общем, настоящая представительница семейства домовых.
- Зойка заходила, - между тем сообщила Глашка, вернувшись к печке. – Стучала в калитку. Приворотное зелье хочет.
- А ты откуда знаешь? – не поняла я. Клиенты ведьмы обычно не кричали на всю улицу, за чем пришли.
- Да что там знать, - проворчала Глашка, - она вчера на вечерних гульках все к Витьке, кузнецу, липла. А он с Аньки, старостиной дочки, глаз не сводил. Папаша Аньке платок шелковый подарил, вот она в нем и вышла. А Витьке монетки лишние ой как нужны. Так что не быть Зойке Витькиной бабой. Бьюсь об заклад, по осени он с Анькой свадьбу сыграет.
Я промолчала. Прямота Глашки порой сильно меня коробила. Не сказать, чтобы я жалела Зойку или сочувствовала Витьке, у которого недавно случился пожар и выгорело все подворье, хорошо, без жертв обошлось. Но в пересказе Глашки все эти события звучали слишком цинично, что ли.
Глашка между тем закончила варить борщ, налила половником в железную миску борщ и с помощью матерчатых ухваток перенесла ее на деревянный кругляш на столе, поближе ко мне.
- Ешь, - буквально приказала она, подавая деревянную расписную ложку.
Я только хмыкнула и принялась за еду.
Глава 2
Наше с Аринкой попаданство произошло в лучших традициях фэнтезийных книг – внезапно, в нашем случае – во сне. Я, Светлана Викторовна Артурова, засыпала в своей постели в многоэтажке в мегаполисе, а проснулась в деревне, в бревенчатом домике. Первые дни был шок. Я вроде и поверила, что все реально, не розыгрыш – Глашка популярно объяснила, в том числе и полотенцем по загривку. Но все равно рефлекторно я ждала звонок мобильного от раздраженного моим прогулом начальства или гудок машины, с кем-то не поделившей парковку под окном. Но увы. Все. Что мне было доступно, - это редкое общение во сне с Аринкой. Она-то мне и объяснила, что у попаданцев билета в обратный конец не бывает. А на мой вопрос, что вообще произошло, ответила:
- Только боги знают.
Боги если и знали, то упорно молчали. Так что пришлось постепенно привыкать к новой жизни. Благо два источника информации в лице Аринки и Глашки подсказали, как с кем общаться, какие заклинания использовать, чтобы ничего тут не разнести, и чем вообще нужно заниматься ведьме. В этом мире магия принадлежала телу. И я, переместившись в ведьму, обнаружила в себе умение колдовать. Причем я точно знала, какое слово произнести и каким движением его сопроводить. И такие знания существенно облегчали мне жизнь.
Я отвлеклась от мыслей и обнаружила, что борщ почти доеден. Отлично. Еще пара ложек, и можно идти за занавеску, отгораживавшую общую комнату с печкой и столом от жилой комнаты, заодно игравшей и роль кабинета. Именно там я принимала деревенских с их проблемами, которые может решить только ведьма. И там же я засыпала каждую ночь, вымотанная домашними делами.
Минут через пять-семь после того, как я закончила есть борщ, в калитку перед домом постучали. Аккуратно так постучали, вежливо, знали, что если Глашка не в духе, то можно и лягушку за шиворот схлопотать.
- Снова Зойка, - доложила Глашка, чуть прищурившись. – Вот же слабая на передок баба. Не может без мужиков.
- Так она ж вроде по Витьке сохнет, - удивилась я, делая очередной глоток ароматного, свежезаваренного чая.
- Сохнет по Витьке, а в постели у пары других уже побывала, - проворчала Глашка и щелкнула пальцами. – Открыла я калитку. Сейчас здесь будет.
Я с сожалением посмотрела на две баранки с маком, сиротливо лежавшие на глиняном блюдце, вздохнула и приготовилась встречать незваную гостью.
Глашка растворилась в воздухе – домовым чужим людям показываться нельзя, только хозяевам. Иначе якобы быть беде. Причем неизвестно, с кем беда случится. Зная Глашку, я поставлю на гостя.
Секунд пятнадцать-двадцать, и вот уже стук повторяется, только на этот раз в дверь дома.
- Войдите, - крикнула я, неохотно поднимаясь из-за стола.
Зойка, девка фигуристая, этим летом отпраздновавшая свое девятнадцатилетие, по меркам крестьян считалась уже перестарком. И ходить ей в девках оставалось год-полтора минимум. Потом – все, начнут звать и за спиной, и в глаза, подгнившим яблочком, нагло ухмыляться. Каждый второй станет на сеновал звать. Незавидная судьба. Мне, ведьме, в свои двадцать пять этого можно было не бояться: пара взглядов с молниями в глазах, и вся деревня шутников приведет на расправу, да еще и с поклоном мне в руки передаст. Делай, матушка ведьма, с ними, что хочешь, только на деревенских не гневайся. Знаем, проходили уже недавно.
- Светлого дня, матушка ведьма, - в пояс поклонилась одетая в цветастый сарафан Зойка. Не толстая, но плотная, высокая, круглолицая, с русой косой до пояса, большими голубыми глазами и румяными щеками, она могла бы выскочить замуж еще в том году, если бы по кузнецу не сохла, - прошу, помоги беде моей.
Я театрально вскинула черные густые брови. Уступая Зойке и в росте, и в весе, я, кареглазая шатенка, смотрела на нее с понятным нам обеим превосходством. Это с каких пор отказ мужика бедой считается? Нет, нет здесь феминисток. Они научили бы народ «правильной» жизни.
- Ты уверена, что способна расплатиться с ведьмой? – специально запугивая дурынду Зойку, холодным тоном спросила я.
Та побледнела, потом покраснела, снова побледнела, затравленно оглянулась на входную дверь, испуганно сглотнула, перевела взгляд на меня и прошептала:
- Да…
- Ну проходи, - усмехнулась я и повела рукой в сторону занавески.
Зойка шла к заветной комнатке с лицом приговоренного к четвертованию, не меньше. Вот спрашивается, зачем идти к ведьме, если сама до конца не решила, нужен ли тебе тот мужик вместе с приворотом? А если решила, то для чего бояться? В общем, ответа у меня не было.
- Открывай занавеску, не бойся, - хмыкнула я, - кроме меня, других чудищ в комнате не будет.
Пространство хохотнуло голосом Глашки, оценившей мою шутку. Зойка слилась цветом лица со свеже побеленной стеной, но а трясущейся рукой все же отдернула.
Я дождалась, когда она окажется в комнате, и в два шага догнала ее, задернула за собой занавеску, повернулась к Зойке.
- А вот теперь в подробностях рассказывай, зачем тебе ведьма понадобилась.
И в театральном жесте я свела брови к переносице.
Глава 3
Моя рабочая комната представляла собой просторное светлое помещение с широким окном, занавешенным нежно-бежевыми занавесками.
Вся мебель – деревянная, как и положено в этом мире. Никаких изысков или отличий от деревенских домов.
У окна – стол с разложенными на нем всевозможными атрибутами ведьмы. Большая часть – декорации вроде засушенных лапок мышей, чучел лягушек, мензурок с непонятной темно-лиловой жидкостью и нескольких талмудов в черной кожаной обложке. По обе стороны от стола – две табуретки.
Сбоку – кушетка, довольно широкая, служившая мне заодно и кроватью. По углам комнаты – гербарий из высушенных трав. И небольшой шкафчик с химическими ингредиентами и разных цветов камнями. Под ногами – однотонная серая циновка.
Все. Ничего больше. Но и то, что было, обычно впечатляло крестьян по самое не могу. Вот и Зойка переступила порог комнаты и замерла соляным столбом.
- Садись, - кивнула я на табурет, обходя посетительницу и усаживаясь на табуретку с другой стороны стола. – Рассказывай, что за беда с тобой приключилась.
Зойка помялась, но все же уселась.
- Матушка ведьма, - начала она, и я мысленно хмыкнула: «Спасибо, хоть не бабушка», - мне бы зелье приворотное, да такое, чтобы он в меня сразу… того, - щеки Зойки стали красными, как помидор, - ну… навсегда…
- Зелье приворотное? – уточнила я. – А ты помнишь, что каждый из нас должен быть полностью властен над своими чувствами?
Зойка покраснела еще больше, теперь, наверное, еще и от страха, так как за использование приворотного зелья по головке ее ни односельчане, и нам кузнец по головке не погладят. И не со мной, ведьмой, пойдут разбираться, а Зойке дегтем ворота измажут.
- Помню, матушка ведьма, - тем временем пробормотала Зойка. – он любит меня, я знаю, мне бы только подтолкнуть его.
Идиотка. Да еще и безответно влюбленная.
Я потянулась к одной из мензурок, несколько секунд подержала ее в руках, затем протянула Зойке.
- Два каравая хлеба, три крынки молока, одна курица, ощипанная. Все положишь на ступеньки моего дома не позже этого вечера.
- Спасибо, матушка ведьма, - длинные женские пальцы жадно схватили мензурку, - спасибо, все принесу в срок. Спасибо…
Минута-полторы, и только входная дверь хлопнула. Зойка бежала так, что пыль из-под ног вилась.
- И что ты ей дала? – появилась Глашка.
- Общеукрепляющее средство, - фыркнула я. – Станет Витька здоровым боровом, как только в себя все опрокинет.
- А приворотное?
- Глаш, я не Аринка, людей не травлю. Хочется Зойке, чтоб ее любили, пусть сама мужика добивается, а не по ведьмам бегает.
Глашка неопределенно хмыкнула и отправилась в общую комнату, совмещенную с кухней. Я осталась в своей комнатушке.
Приворотное зелье? Нет, конечно, память тела помогла бы мне приготовить и его. Но лишать кузнеца права выбора я не желала. Терпеть не могу, когда меня заставляют. Думаю, и Витька такой же. Пусть сам выбирает из двух баб. Может, вообще третью выберет.
А Зойка с претензиями не придет. Все прекрасно знают: если человек любит по-настоящему, ни одно приворотное его не возьмет. Чушь, конечно. Аринка рассказывала мне во сне, что можно приготовить средство любой силы. Но в данную минуту эта народная вера в силу настоящей любви была мне только на руку.
Развлечений в деревушке практически не было. Попойки, драка стенка на стенку, сплетни, изредка посещение каких-нибудь скоморохов или местных цыган, которые становились обозом за стенами деревни. А потому тут каждый ухитрялся развлекаться, как только мог. Я, когда у меня появлялось свободное время, читала. Вот и сейчас я взяла со стола один из талмудов, раскрыла его и начала освежать свои знания в зельеварении. Пока что я изучала теорию, не собираясь без особой надобности переходить к практике. Никому от того, что я приготовлю зелье для улучшения урожая, лучше не станет. Еще не известно, как отреагирует магия на мое вторжение. Все же я не Аринка. У нас с ней и мысли, и чувства, и отношение к миру – дав все разное.
«Приворотное зелье, - читала я, - бывает трех видов, в зависимости от силы и степени нужного приворота. Самое простое может приворожить объект на сутки-двое. Этого времени обычно хватает для зачатия от объекта или для сцен ревности с его настоящей половиной. Второй тип – возможность приворожить объект на срок до трех месяцев. Потом объект вспоминает о своей прежней жизни. И здесь уже тот, кто привораживал, должен думать сам, как ответить на возможные обвинения. Третий тип, самый сильный, требует от ведьмы всех ее умений. Объект привораживают на всю оставшуюся жизнь. Если ведьма неопытна, то в результате может выйти безвольная кукла, не имеющая ни мыслей, ни чувств, ни воли. Оболочка от прежнего объекта».
Вот так. Три вида. Аринка рассказывала, что есть и четвертое, запрещенное к созданию без приказа главы государства. Тогда можно приворожить не только объект, но и всех его родных и ближайших потомков. Говорят, именно таким способом императоры разных стран добиваются верности от аристократических верхушек. Аринка при дворе не бывала, утверждать или опровергать этот слух не могла, но уверяла, что в теории подобное возможно.
Глава 4
Читала я не особо долго, чуть больше пары часов. Когда за окнами начало смеркаться, я отложила книгу и вышла в общую комнату. В этом мире, кроме свечей, можно было освещать комнату магическими шарами, но они требовали подпитки от источника магии. Причем, чем чаще их использовали, тем чаще нужно было подпитывать. В домах крестьян часто использовались даже не свечи, а лучины, дававшие очень тусклый свет. Магический шар могли себе позволить только богатые или хотя бы зажиточные существа. У Аринки он был. Но мы с Глашкой, экономя его заряд, пользовались им редко, предпочитая зажигать две-три свечи, обходившиеся дешевле. Читать при таком освещении было трудно, особенно мне, привычной к нормальному свету. А потому по вечерам мы с Глашкой обычно находились вдвоем в одной комнате и при свете свечей разговаривали. Я рассказывала ей о нравах на Земле, она обучала меня жизни в местном обществе.
Вот и сейчас мы с ней уселись за столом, на котором на блюдцах стояли две толстых свечи. Глашка недавно поставила пузатый самовар, обычный, не декоративный, топившийся дровами, и мы стали чаевничать. Горячий ароматный чай на травах, пирог со сладкой начинкой, ватрушки с творогом – в общем, жизнь была прекрасна даже в магическом мире без земных удобств.
- В Гродино ярмарка через неделю, - сообщила Глашка, многозначительно глядя на меня.
- И? – не поняла я. – При чем тут мы?
Гродино был ближайшим к нам городом, не особо крупным, на тридцать-сорок тысяч существ, но для деревни просто мегаполис. Три-четыре раза в год там устраивались ярмарки, на которые съезжали купцы со всей округи.
- Ты, - поправила меня Глашка. – Ты тут точно при чем. Поедешь, развеешься, с богатыми и неженатыми мужчинами познакомишься.
Я порадовалась, что успела проглотить кусок ватрушки, иначе точно поперхнулась бы.
- Сводня, - обвинительно заявила я.
- И пусть, - пожала плечами Глашка. – Ты девка молодая, красивая, умная. Замуж тебе надо.
- Глаша.
- Что? Все нормальные ведьмы в этом возрасте замуж выходят, детей рожают. Силу свою надо кому-то передать.
- Мне и так хорошо.
Лежавшее до этого на столе полотенце, мирно лежавшее, замечу, взвилось в воздух и хлопнуло меня по затылку. Я только поморщилась.
- Не дерись. Не хочу я замуж. Да и не за кого.
- В древне – не за кого, - согласилась Глашка. – А в Гродино точно кого-нибудь себе присмотришь.
- Ну хорошо, - фыркнула я, - даже если присмотрю, как ты себе это представляешь? Допустим, будет купец. Он живет в другом месте. У него свое дело, свой дом. А я куда? К нему? Так ты сама говорила, что деревня без ведьмы не живет.
- Он к тебе, а по делам всегда можно самому ездить.
- Угу. И в поездке других баб трахать. Ай! Глаша!
Полотенце хлопнуло снова, теперь уже сильней.
- Заговоры есть специальные, на верность. Тебе Арина и рассказать, и показать может.
- А, то есть о доброй воле существа мы забываем? Это же то же самое, что и приворот. Нет?
- Ты, Светка, умная слишком. А здесь сердцем живут, не умом, - выдала Глашка.
- И изменяют друг другу тоже «сердцем».
Разговор зашел в тупик. И мы сосредоточились на остывавшем чае, пироге и ватрушках.
Спать легли довольно рано: Глашка – в закутке за печью, я – на кушетке в соседней комнате.
Ночью ко мне как обычно пришла Аринка. Она попала в мое земное тело, и сейчас на меня смотрела веселая крупная пампушка ростом примерно метр семьдесят, весом под сто кило, если не больше. Яркая брюнетка с синими глазами, она приснилась мне в каком-то длинном платье, облегавшем фигуру. Смотрелось на мой взгляд не очень, но сама Аринка от подобных моделей балдела.
- Я сожгла еще один тостер, - сообщила она вместо приветствия.
- Это какой по счету? – полюбопытствовала я. – Третий или четвертый?
- Пятый. Но Андрюша не против.
Еще бы он был против. Андрей, мой сосед по лестничной площадке, был единственным человеком на Земле, догадавшимся, что с соседкой творится что-то не то. После нескольких дней наблюдения он припер Аринку к стенке, выслушал совершенно бредовый рассказ о переселении душ и, как ни странно, поверил в сказанное. Теперь они живут вдвоем, спят в одной постели и планирую пожениться. Судя по тому, что рассказывает Аринка, Андрей в ней души не чает. Бывшая ведьма бросила мою работу и занялась тем же, чем и в этом мире – колдовала. Без силы, правда, но зато со знаниями. Ее привороты-отвороты-гадания приносили неплохой доход. Андрей, бизнесмен средней руки, тоже зарабатывал вполне прилично. Так что сожженный тостер проблемой не был.
- Меня Глашка замуж выдать пытается, - выложила я свою новость.
- За деревенских, что ли? – удивилась Аринка. – Так там не за кого.
- В Гродино на ярмарку отправляет. Без жениха, говорит, не возвращайся.
- Так съезди, - пожала плечами Аринка, - развейся.
Я только скривилась. Вот что мне, бывшей жительнице мегаполиса, делать в небольшом городке, пусть и на ярмарке?
Мы с Аринкой поболтали еще немного, а затем она исчезла. Обычно я или продолжала досыпать, или просыпалась в своей постели. Но не в этот раз.
Глава 5
Я оказалась в полутемной комнате, освещаемой десятком-двумя свечей, судя по обстановке, спальне. Посередине – большая кровать, на которой могли бы поместиться пять-семь очень крупных существ типа троллей, рядом с ней – стол и два кресла, в одном из углов – шкаф, окно полностью занавешено, в общем, кто-то явно пытался придать романтичную обстановку помещению. Но как по мне, все вокруг больше походило на шикарную камеру одиночного заключения, а не на спальню, поджидавшую любовников. Слишком темно и мрачно смотрелось все вокруг.
А еще это был наведенный сон, то есть возник он в моем сознании не просто так, а определенно по чьему-то изощренному желанию.
- Ну здравствуй, милая, я дождался, - передо мной, как из-под земли, вырос высокий хорошо сложенный мужчина, причем совершенно голый. И возбужденный. – Начнем?
- Вы кто? И что начнем? – мысленно я, по совету Аринки, разбиравшейся в наведенных снах, поставила вокруг себя монолитный забор, а там, где должна была быть калитка, появилась фига.
- Я твой жених, красавица, - улыбка незнакомца стала такой сладкой, что грозила переизбытком сахара любому, кто на нее купится.
Увы, я никогда не умела хорошо видеть в полумраке, а потому внешность мужчины в подробностях рассмотреть не получилось. Высокий, мускулистый, широкоплечий, коротко стриженый, с членом наперевес. Вот, собственно, и все, что было мне доступно. Ни цвет глаз, ни цвет волос, ни какие-нибудь черты лица, кроме раздвигавшихся в улыбке губ, разглядеть не удалось.
Между тем так называемый жених попытался проникнуть в мое сознание и недовольно поморщился:
- Как грубо. Я к тебе с всей душой. А ты…
- Пока что я вижу только тело, - парировала я. – И вам никто не давал доступ в мой мозг.
- Ведьма, значит, причем неслабая, - задумчиво пробормотал жених, заставив меня удивиться. В каком смысле «значит»? Он что, не знает, кого затащил в свой сон и к кому набивается в женихи? Совсем инкубы обнаглели.
Я не сомневалась, что в данный момент нахожусь во сне у инкуба. Только они, ходоки через миры, могли так нахально появиться в любом сне и предложить заняться любовью. Мне уже предлагали. Дважды. Правда, женихами при этом себя не называли. И очень обижались, когда я их посылала на вершину их собственного орудия.
- А вы каждой своей потенциальной любовнице называетесь женихом? – решила внести я ясность.
- Ну что ты, милая, - в голосе незнакомца послышались бархатистые нотки, - я и правда твой жених. Судьбой привязанный. Слышала о таких, надеюсь?
Слышала. И очень сильно материлась, когда Глашка рассказала мне об этом местном «извращении».
Богиня судьбы любила играть с теми, кто здесь жил. И помогала ей в том богиня любви. Развлекались они таким способом. То гном дриаду полюбит, то тролльчиха – эльфа. И сидят две богини, наблюдают, как выпутаются существа из ловушки чувств. Хорошо, если мозг у обоих в паре имелся, и тогда та же тролльчиха, пострадав, оставляла эльфа в покое и выходила за тролля. А если нет, то гном, например, мог всю жизнь дриаду преследовать, свои чувства ей навязывать. И плевать, что вместе они быть не могут по различным причинам.
Но здесь все же имелась хоть какая-то свобода воли. А вот если судьба привязывала двоих друг к другу, то все, туши свет. Какие там чувства. Инкуб с русалкой? Да запросто. Как это, где они будут жить? Да где хотят. В каком смысле, им нужны разные половые партнеры? Вот еще, пусть извращаются, как хотят.
В общем, я материлась, а Глашка уверяла, что это все мои иномирные заморочки. Здешние же жители спокойно сосуществуют друг с другом, как повелели боги.
Судьбой связанная пара считалась истинными, избранными, как угодно это можно назвать. Как только судьба связывала двоих в пару, у каждого из них начинало ныть сердце, словно требуя присутствия второй половины, а на руках появлялись разные метки, подчеркивавшие парность союза. Естественно, меньше всего я желала стать частью такой пары, а потому довольно резко ответила:
- Никаких чувств у меня к вам нет, меток на руках – тоже. Так что если мы и связаны судьбой, то исключительно в вашем воображении. А сейчас отпустите меня. Иначе прокляну. Сильно.
И пофиг, что из всех проклятий я наизусть выучила только одно: проклятие острого поноса. Я готова была применить и его, если эта наглая сволочь не выпустит меня из наведенного сна.
- А ты горячая штучка, - в голосе незнакомца послышалось одобрение. – Я не имею привычки лгать, милая. Сейчас отпущу. Но скоро приду за тобой. Готовься.
Миг – и я очутилась на кушетке в своем кабинете. Выматерившись про себя, я поднялась и направилась во двор – приводить себя в порядок. Конечно, кое-какие удобства были и в доме, в закутке. Но сейчас еще тепло, конец лета. Почему бы не воспользоваться погодой и не побывать лишний раз на свежем воздухе…
Минут через двадцать-тридцать я, в домашнем платье темно-синего цвета, уже сидела за столом напротив Глашки и пила горячий чай со свежими ватрушками. Ни Глашке, ни Аринке я решила о наведенном сне не рассказывать. Они обе так и стремятся выдать меня замуж, как будто это единственная цель в жизни, а потому только обрадуются такому положению дел и начнут активно подталкивать к встрече с этой якобы половинкой. А мне это не надо, не сейчас так точно.
Глава 6
После чая настала пора работы в саду.
- Скажи мне, что ночью не было дождя, - проворчала я, поднимаясь из-за стола.
Глашка фыркнула:
- Ты с такой силой борешься с этими сорняками, как будто они лишают тебя последней корки хлеба.
- Ненавижу непорядок на грядках.
- От пяти-семи травинок урожай не исчезнет.
Может, и так. Но после сытной кормежки у Глашки мне жизненно необходима была физкультура. Поэтому я вышла из дома в том же платье, что и была, по пути прихватив рабочие перчатки. Битва за огород началась.
Впрочем, воевать оказалось особо не с кем. Десять одиноких травинок на разных грядках выглядели жалко и всем своим видом буквально молили о пощаде. Увы, я была безжалостна. Разогнувшись через несколько минут, я скептическим взглядом окинула участок. Травы не было. А вот яблоки на деревьях в саду вполне можно было срывать. Аринка, еще до попадания на Землю, что-то сильно намагичила здесь, и потому земля ведьмы могла давать до трех урожаев в год. Если, конечно, не забывать о поливке и подпитке магией. Поленившись идти в дом, я щелкнула пальцами, и ко мне переместились из сарая сразу две больших плетеных корзины. Ну что, яблоки, готовьтесь, скоро вы станете вареньем. А уж яблочное варенье Глашка готовит – пальчики оближешь.
Первое, второе, третье, пятое, десятое – яблоки шустро падали в корзину, их становилось все больше. Крупные, сочные, сладкие, они всем своим видом намекали, что придется воспользоваться магией, чтобы дотащить урожай до кухни.
Первая корзина набилась доверху, пришлось брать вторую. Когда и она была набита, я осмотрела «поле сражения», удостоверилась, что там осталось не больше десяти яблок, и щелкнула пальцами. Две корзины и оставшиеся яблоки переместились в дом. Следом раздался вопль Глашки. Похоже, я опять что-то намудрила с заклинаниями…
Что именно, я узнала, когда вернулась домой, по двум шишкам на голове Глашки и ее злобному виду.
- Глаш, я нечаянно, - вспомнила я земные мультфильмы и попыталась округлить глаза, чтобы выглядеть как можно жалобней.
Глашка окинула меня раздраженным взглядом, не поверила ни единому слову и заявила:
- Тебя у Славки ждут. Мазь Аграфене отнесешь. Лично.
Я испуганно икнула.
Славка был одним из домовых деревни. Они с Глашкой любили поболтать вдвоем. Хозяйка Славки, Аграфена, слыла бабой болтливой, злобной, глазливой и наглой. Обычно Глашка, жалея мою нервную систему, передавала нужную Аграфене мазь через Славку, по своим каналам. Но сегодня мне не повезло…
Шишки со лба Глашки уходить не спешили, а потому мне пришлось идти в свою комнатку и переодеваться для прогулки к Аграфене. Вот еще приключение на мою голову. Аграфена уверяла всех, что страдает от ревматизма, но, как по мне, единственной ее болячкой был скверных характер.
Я достала из потайного шкафа, не видимого никому из посетителей, светло-голубое длинное платье, сшитое из плотной ткани. Хоть на улице еще сохранялась летняя погода, ветерок ощущался вполне осенний. И я не хотела простудиться, пока буду добираться до деревни. Пусть Аграфена и жила на самой околице, но идти до нее нужно было минут пятнадцать. Достаточно времени, чтобы подхватить простуду, а потом слушать ворчание Глашки о моей безмозглости.
На ноги – туфли-лодочки зеленого цвета, на голову – синяя шляпка с широкими полями. Этакая ведьма-модница.
Я взяла с собой плетеную сумку желтого цвета, положила туда два пузырька с мазью от ревматизма – Аринкины запасы скоро должны были подойти к концу – и с видом осужденного на смертную казнь вышла в горницу.
Глашка хлопотала у плиты. Моим видом она не прониклась. Глубоко вздохнув, я вышла из дома, а через пару минут и за калитку. За воротами дома пели птицы. Аринка поставила свой дом на поляне в лесу, с помощью магии разбила и сад, и огород. Я, боясь диких животных, старалась поменьше высовывать наружу нос.
- Да не тронут они тебя, - ворчала Глашка каждый раз, - ты же ведьма, они чувствуют твою магию. Думаешь, медведю или волку жить надоело? У них инстинкт самосохранения развит лучше, чем у людей.
Не знаю, что там с инстинктом самосохранения у животных, а вот я трусила неимоверно.
Но идти надо было. Ведьма обязана откликаться на просьбы жителей деревни. Конечно, если эти просьбы не будут во вред ближним.
Вот потоми и шла я сейчас по траве в своих туфельках. Магия надежно охраняла меня от грязи, и я знала, что в деревню приду такая же чистая, какой вышла из дома.
Длинная узкая тропинка вилась между высоких вековых деревьев. Я шла по ней, слушала, как заливаются птицы над головой, вдыхала аромат трав и цветов и ощущала себя Красной Шапочкой, спешившей к бабушке. Вот только была бы моя воля, я обошла бы эту бабушку по широкой дуге.
Через несколько минут я вышла на опушку леса. Теперь перейти луг, и можно поздороваться с Аграфеной.
Подавив очередной вздох, так и норовивший сорваться с моих губ, я бодро зашагала по зеленой траве луга.
Дом Аграфены бросался в глаза каждому, кто шел в деревню со стороны леса. Небольшой, деревянный, скособоченный, со съехавшей набок крышей и прогнившим крыльцом, он одним своим видом пугал любого посетителя. Он, казалось, предупреждал: «Это всего лишь внешний вид. Внутри меня все гораздо хуже. Поэтому бегите, глупцы, если вам дорого ваше здоровье, как физическое, так и душевное».
Ограды вокруг дома не было. Да и кто в здравом уме захотел бы попасть внутрь? Аграфена считалась одной из самых бедных крестьянок деревни. Красть у нее? Что? Глиняные тарелки, видевшие рождение предыдущего императора? Или колченогие табуреты?
В общем, воров Аграфена могла не бояться.
Глава 7
- Ну наконец-то, - встретила мое появление Аграфена, как обычно смотря исподлобья и ворча без остановки. – Что ты за ведьма такая, раз не можешь появиться тут за две минуты?
«А лучше за две секунды», - ухмыльнулась я про себя. Интересно, кто ее уведомил о моем появлении? Глашка через Славку? По идее, так и есть.
- Я еще не освоила полеты на метле, - лучезарно улыбнулась я, - все ножками.
В этом мире, кроме драконов, ни одна другая раса летать не умела. Ни на чем.
Меня окатили взглядом, полным презрения. Аграфена, высокая худощавая брюнетка в халате и платке, выйдя на порог, не пускала в дом ведьму. Я же продолжала улыбаться и не собиралась отдавать мазь на улице. В конце концов, у меня полно времени, можно и свежим воздухом подышать. И плевать мне на их приметы. Видите ли, ведьма в доме к беде. Я вообще могу не появляться в деревне, сами ко мне бегать станут, включая тяжелобольных.
Наконец-то Аграфена сдалась и отступила вглубь своей хибары, позволяя мне зайти. Собственно, сама я внутрь не рвалась, но уже поняла, что с деревенскими слабину давать нельзя – на шею сядут, ноги свесят, погонять начнут. Сказано все дела делать под крышей, значит, приглашайте в дом. Иначе уйду. А вы выкручивайтесь, как хотите.
В доме было сыро и душно. Аграфена не проветривала ни одно из помещений, ужасно боясь заболеть, а потому находиться внутри можно было не дольше трех минут. Впрочем, мне этого времени хватало сполна.
Мы прошли в полутемную комнату с низким потолком и земляным полом. Горница, как называли ее местные, лично мне напоминала тюремную камеру.
- Мазь от ревматизма, - пузырьки я поставила на стол со своей стороны, выразительно взглянула на Аграфену.
Без платы она не получит ни один из пузырьков.
На меня снова посмотрели, как на врага народа. Удостоверившись, что на меня такие взгляды не действуют, Аграфена наклонилась, подняла с пола корзину и выложила из нее на стол половину тушки цыпленка.
Обмен произошел. Я забрала свою будущую еду, произнесла ритуальную фразу:
- Мир вашему дому, - и вышла на улицу.
Теперь можно было с чистой душой возвращаться домой. Глашка уже, наверное, еду приготовила. А я…
- Матушка ведьма! – этот голос я узнаю из тысячи. Вот что ей дома не сиделось? – Матушка ведьма! Помоги! Помирает он!
Ко мне, спотыкаясь и заполошно взмахивая руками, бежала с другого конца деревни Зойка. Простоволосая, кстати. Глаза выпучены, ртом воздух, как рыба, хватает, но бежит.
- Помирает он, матушка ведьма! Помоги!
Да что у нее там случилось? Кто помирает-то?
Зойка жила недалеко, за три дома от Аграфены. Добрались мы туда довольно быстро, еще до смерти мнимого умирающего. Хотя я бы тоже умерла, наверное, на его месте. Во дворе, на земле, валялся и хрипел деревенский кузнец Витька, тот самый мужик, по которому вздыхала Зойка. Изо рта – пузыри, лицо красное, глаза выпучены. В общем, та еще картина. Не мог, никак не мог дюжий мужик, косая сажень в плечах, так резко заболеть, еще и неизвестной здесь болезнью.
Не слушая Зойкиных подвываний, я мысленно просканировала больного. Здоров, как бык, если не считать небольших проблем с печенью. Ну так меньше пить надо.
Я перешла на другое зрение, магическое, позволявшее увидеть порчу, наговоры, проклятия и прочую муть. Все чисто.
Но мужик хрипел и не окочурился еще только из-за моего присутствия рядом. Я крепко держала нить его жизни в своих руках. Что за…
- Что ты ему дала? – повернулась я к Зойке, готовая прибить эту идиотку за самодеятельность. – Ну?!
- Так это… что вы давали, матушка ведьма, - забормотала она испуганно.
- И все? Не ври мне!
- Так водочки еще для верности добавила…
Идиотка! Безмозглая дура! Кто же добавляет спиртное к лекарствам ведьмы?! Да я сама им все твержу постоянно, что пить мои снадобья можно только отдельно от любых алкогольных напитков! Отдельно!
Два средства вступили в силу, и мужику стало плохо, потому что совмещать их нельзя!
Я пошептала несколько слов, выуженных из памяти Аринки, сделала два паса руками, и Витька наконец-то успокоился, задышал спокойно, стал смотреть осознанно. Мне очень захотелось сказать: «Беги от нее, Витька, пока не угробила тебя». Впрочем, если не дурак, сам будет держаться от нее подальше после этого случая. А если дурак… Что ж… Я не всегда смогу помочь.
- Мне все равно, кто из вас двоих это сделает, но за спасение вы мне заплатите. Тушкой курицы, сегодня вечером, - припечатала я, повернулась и отправилась домой.
Настроение у меня было боевым. И Аграфена с ее дурью, и Зойка с влюбленностью, обе они успешно вывели меня из себя. И теперь я несла в магически созданной корзине полутушку цыпленка от Аграфены, шла чеканным шагом, как на параде, и просто мечтала прибить идиотов в этой деревне. Всех, до единого.
Глашка мое настроение увидела сразу, молча поставила на стол вареники со сметаной, забрала курицу, развеяла корзину.
Я быстро помыла руки и села обедать. Внутри меня все еще кипело от негодования. Та же Зойка, когда прибегала две недели назад за средством от простуды, выслушала от меня нотацию насчет правильного принятия лекарства. И что теперь?! Чуть не отправила на тот свет своего хахаля, предложив ему отведать якобы приворотное, добавленное в водку.
Идиотка!
Глава 8
После обеда и вечером ничего интересного не произошло. Глашка все так же не разговаривала со мной. Но мне было все равно. Я в сотоый раз пыталась проанализировать наведенный сон. А заодно гадала, приснится ли мне сегодня этот нахал. Надо же подобрать правильные заклинания, и для защиты, и для возможного нападения. Что-то мне подсказывало, что тип, появившийся прошлой ночью в моем сне, так просто не успокоится. Замуж за него я не собиралась. Следовательно, следовало продумать каждый жест, каждое слово, каждое заклинание!
Ночью мне снова приснилась Аринка.
- У нас скоро свадьба, - огорошила она меня, едва появившись.
Выглядела она холеной и лощеной. Полная противоположность мне, скромной деревенской ведьме.
- А не рано? – ворчливо спросила я. – Сколько вы знакомы? Всего год? Ты и к земным реалиям не до конца привыкла.
- В самый раз. У меня третий месяц уже.
Я открыла и закрыла рот. Вот это скорость! Или я такой тормоз? Для меня ложиться в постель с мужчиной, которого я узнала меньше полугода назад, нонсенс. А беременеть так тем более…
- Свет, ты точно не из моего мира? – насмешливо спросила Аринка, наслаждаясь моим растерянным видом.
- Да уж похоже, что так, - пробормотала я. – Жених рад?
- Счастлив. Васька вернулся?
- Гуляет еще.
Васька, рыжий наглый кот, два-три раза в год исчезал примерно на неделю – огуливал всех местных кошек. В этот раз он отсутствовал уже пять дней, так что я ждала гулену если не завтра, то послезавтра уж точно.
- Вы как праздновать собираетесь? – вернулась я к волновавшей меня теме.
- Да никак, - отмахнулась Аринка. – Позовем его близких к нам домой, стол накроем. А подаренные деньги прибавим к отложенным и машину купим. Подержанную, правда, что-нибудь типа «ниссана», но надо же с чего-то начинать.
Я смогла только кивнуть. Сама я, когда жила на Земле, только о «ниссане» и мечтала. А Аринка, небось, скоро на «лексус» замахнется. Машину-то ей будут покупать. Жених ее катается на «тойоте». Но с их заработками почему нет. А я просто завидую, угу.
- Свет…
- Угу?
- Свет, что стряслось?
- С чего ты взяла, что что-то стряслось?
- Свет, мы с тобой год почти общаемся. Я тебя уже успела изучить.
Вот же зараза. Изучить она успела.
- Я сегодня-завтра кое-что проверю, потом расскажу. Ничего страшного, правда.
Судя по внимательному, буквально сканирующему взгляду, Аринка мне не поверила.
А потом, буквально через пару мгновений после общения с Ариной, я очутилась в уже знакомом помещении, рядом с уже знакомым мужчиной, на этот раз одетым. Не скажу, что была разочарована. Посмотреть там, конечно, было на что, но я с тем же успехом могла раздеть любого работягу из деревни. Физиологически отличий точно не нашлось бы.
- Ну здравствуй, милая, - словно большой наглый кот, мурлыкнул незнакомец.
- Вы случаем не мой потерявшийся Васька? – уточнила я, не видя смысла отвечать на приветствие. – А то он, подлец, какой день домой е приходит. Все кошек обихаживает.
Минутное замешательство, и незнакомец расхохотался, весело так, легко, словно привык к моим остротам и каждый раз ждал подначек с моей стороны.
- Ты язва, красавица. Но мне нравится. Когда ты мне откроешься? Пока что я вижу только твою фигуру и то смутно.
- И вы собрались со мной заниматься сексом, не видя мою внешность? – насмешливо уточнила я. – А если бы я была уродиной?
- Воля богов не обсуждается, детка.
Ага, теперь уже и детка. Нашелся, блин, папик.
Я хотела ответить что-то едкое, такое, чтобы на всю жизнь запомнилось, но не смогла: меня выкинуло из сна, а там, в реальности сразу же послышались крики, ругань, шум чего-то бьющегося.
Бездна, что происходит?!
Я очнулась на своей лежанке, подскочила и мячиком вылетала в общую комнату, как была, нечесаная, сонная, злая. Там, при свете свечей и появлявшихся за горизонтом первых лучей солнца, разворачивалась по истине эпическая битва: Глашка гонялась по стенам, потолку, полу и остальным поверхностям за котом. В излишне самоуверенное пушистое создание летели ухват, сковорода, горшочки, тарелки… В общем, все, что попадалось под руку разгневанному домашнему духу.
- Светка! – Васька заметил меня первым, сиганул с печки и приземлился мне на плечи, впившись в них всеми когтями. Я вскрикнула, но это не помогло, кот не желал отпускать мое многострадальное тело. – Светка, спаси! Она меня хочет убить! Меня, уникальное животное!
- Когти вынул, - перебила я его, - иначе я ей помогу.
Васька все понял правильно: когти оказались втянутыми в подушечки пальцев, а сам кот воротником расположился вокруг моей шеи. Того и гляди придушит, конечно, исключительно в порыве нежности.
- Трус, - презрительно выплюнула Глашка, становясь напротив нас с котом. – Думаешь, не найду на тебя управу?
- Глашечка, солнышко, остынь, - затараторил кот, - это была шутка, всего лишь!
- Ну вот и я пошучу, - отрезала домовушка, - и посмотрю, как ты будешь смеяться.
- Глаш, у меня жених появился, избранный, - прерывая их ругань, негромко произнесла я, - в наведенных снах приходит.
Как я и ожидала, моя личная жизнь заинтересовала обоих спорщиков: они мгновенно замолчали.
Глава 9
Солнце наполовину взошло над горизонтом, когда мы, наконец-то. Расселись за столом. Вернее за столом сидели мы с Глашкой. Васька расположился на полу, с миской молока и куском мяса.
- Рассказывай, - потребовала Глашка, взглядом инквизитора прожигая во мне дыру.
Я сделала глоток горячего ароматного чая из своей кружки и только потом ответила:
- Ко мне вторую ночь подряд в наведенном сне приходит некто. Я почти не вижу его, так, только силуэт. Он утверждает, что мой жених, и что мы судьбой связанные, привязанные, или как там правильно. Но у меня нет никаких меток на теле. Чувств, кстати, тоже. Кроме, разве что, раздражения. Он бесит меня своей наглостью и самоуверенностью.
- И кто он? Раса? Имя?
- Понятия не имею. Судя по очертаниям силуэта, высокий, мускулистый, коротко стриженый. Это все, что я могу сказать.
- Значит, оборотень, дракон, вампир, ну или тролль.
Отличная перспектива.
- И что мне делать?
- Аринке рассказывала?
Я покачала головой.
- Решила сначала убедиться, что это действительно наведенный сон, а мужик – жених. Он мне снится сразу после нее. Сегодня был второй раз. И я не знаю, что и думать. Он, кстати, проговорился, что тоже меня не видит.
- Странно, - задумчиво пробормотала Глашка, так и не притронувшаяся к своему чаю, - обычно на теле проявляются метки, а в сердце – чувства. В твоем же случае, еще и в темноте… Поговори с Аринкой, она точно скажет, что делать. Может, это инкуб хитрит.
Я только плечами пожала. Да все может быть. И конечно, теперь-то я точно ночью, во сне, поговорю с Аринкой. Но пока было только раннее утро. А значит, нужно приводить себя в порядок, одеваться и пытаться заниматься домашними делами. Пытаться – потому что я не выспалась и сейчас отчаянно зевала. Влив в себя уже остывший чай и закусив его ватрушкой, я поднялась и поплелась в комнату – переодеваться.
Через пару минут ко мне присоединился Васька. Беспардонное создание плевать хотело на мою наготу. Оно залезло на кушетку, свернулось клубком и сыто замурлыкало.
- Вась, котят под дверью когда ждать? – шутливо поинтересовалась я, натягивая на себя длинное цветастое платье.
- Обойдешься, - сонно проворчал Васька. – Вы обе меня, такого красивого, прокормить не можете, котят вам еще.
Обормот. Ни в грош не ставит меня, Глашку еще немного побаивается, а со мной себя ведет так, словно я ему в рабыни нанималась. Знает, стервец, что я на него руку не подниму. Я фыркнула и вышла из комнаты. Сейчас умоюсь и выгляну наружу. Нужно проверить, как там поживают сад и огород. Ну, и заодно выросшие за ночь сорняки выполоть.
Сорняков почти не нашлось, так, несколько одиноких травинок, которые я безжалостно вырвала из грядок.
Удовлетворенная результатом, я проверила грядки, сорвала на суп несколько веточек укропа, удостоверилась, что через пару-тройку дней поспеют первые помидоры, и вернулась в дом. Укроп отправился на стол, я – на стул. Мне было скучно. Настроение, с утра относительно нормальное, теперь внезапно ухудшилось. Ничего не хотелось делать. Начала болеть голова.
- Дождь, чтоб его, - проворчала я, - еще и с ветром.
- Опять голова? – понятливо уточнила Глашка.
- Угу. Она, родимая. Все-таки что тут, что там, я везде метеозависима. Глаш, а у Аринки голова болела?
- На дождь – точно нет.
И в моем теле, скорей всего, тоже не болит. Да что ж мне так не везет-то…
Глашка привычно поставила передо мной горячий крепкий чай из листьев смородины и еще каких-то натуральных добавлений, и я принялась пить свое «лекарство». Почему-то снадобья Аринки на меня не действовали. Приходилось идти на поклон к Глашке.
Я уже допивала кружку, чувствуя, как постепенно отступает боль, когда Глашка, хмыкнув, сообщила:
- Клиенты к тебе. Примешь? Или пошлешь?
Что-то в ее тоне меня насторожило.
- Не скажешь, кто?
- Нет.
- Ладно, зови.
Глашка как обычно исчезла. А через пару минут дверь отворилась, и порог переступили Витька и Зойка. Сюрприз, однако. И что этой парочке могло от меня понадобиться? Оба одетые по-крестьянски, он – в штаны и рубаху, она – в сарафан, они явно чувствовали себя в доме ведьмы не в своей тарелке, стояли возле двери, уперевшись взглядом в пол, и молчали. Я не собиралась облегчать им жизнь и тоже молчала.
Понятия не имею, сколько времени длилась бы наша игра в молчанку, но тут из моей спальни вышел, потягиваясь, Васька. Он широко зевнул, распушил свой хвост, посмотрел на визитеров и небрежным тоном спросил:
- Ну и чего застыли? Время у ведьмы отнимаете.
Витька с Зойкой побледнели оба, причем резко спали с лица, слившись с побелкой на стене, вздрогнули, поняли головы, затравленно переглянулись и слаженно сделали шаг ко мне, затем резко рухнули на колени.
- Матушка ведьма, пощади, - взвыла Зойка, - не губи жизни наши, яви милость.
- Пощади, матушка ведьма, - в тон ей прогудел Витька.
Артисты. Характерные такие артисты. По ним сцена плачет. Отлично будут нищих и висельников играть.
Не знаю, кому как, а мне этот цирк начал надоедать, причем сильно. У меня, блин, только голова болеть перестала, а эти два обормота орут, тренируют голосовые связки.
- Что вам нужно? – недовольно поморщилась я. – Зачем пришли. Говорите. Быстро!
- Расколдуй нас, матушка ведьма, - выдала Зойка.
Я удивленно моргнула. Это в каком смысле «расколдуй»?
Глава 10
- А вы околдованы? – прищурилась я. – Кем, интересно? Я на вас никакого заклятия не накладывала.
«Нужны вы мне больно», - добавила я про себя.
- Ну дык, - выдал глубокомысленно Витька, брюнет с карими, но практически пустыми глазами, - мы ж теперича, матушка ведьма, друг к другу прилипли, шага раздельно ступить не можем.
Несколько секунд я обдумывала его слова. Поняла мало. Витька, как и многие деревенские, тренировал мышцы, а не мозг, поэтому все, что он произносил, следовало долго анализировать, чтобы добраться до сути.
- И что, даже по дому вместе ходите? – вопросительно повернулась я к Зойке. Она изъяснялась понятнее своего хахаля.
- По дому ходим поодиночке, – всхлипнула она, - а чуть мне на огород надо, Витенька со мной, иначе корежит нас обоих.
О как. Приворот на водке дал очень интересные, а главное, необычные, результаты. Вот что значит мозгами редко пользоваться. Заплесневеют в голове, и потом получается полное единение. Жаль только, не сердец, а тел.
Я поднялась со стула, прошла к входной двери, распахнула ее и поманила наружу сладкую парочку.
- Покажите. Один стоит на пороге, другой идет по прямой как можно дальше от него. Мне нужно видеть, на каком расстоянии у вас все начинается.
Витька встал в проеме, Зойка медленно пошла в сторону огорода. Я стояла возле Витьки и считала шаги. На одиннадцатом шаге обоих передернуло. На двенадцатом Витька схватился за косяк, чуть его не \выломав своей лапищей. А Зойка тонко взвизгнула, как поросенок, которого пытаются резать.
-Хватит, - велела я. И уже Зойке. – Возвращайся к нам.
Когда она подошла, я сказала полуправду:
- Мне нужно порыться в книгах, узнать, как это с вас снимать. Придете завтра утром.
Спорить с ведьмой они не решились и быстро сбежали.
- Видела? – обратилась я к снова проявившейся Глашке. – И что с ними делать?
- Понятия не имею,- ответила моя добрая домовушка, - пусть походят месяцок-другой подобным образом, может, и притрутся друг к другу.
Отличный план, угу. Просто сольются в экстазе, раз и навсегда.
Я зашла в свою комнату, обложилась книгами и попыталась найти что-нибудь похожее на этот случай. Ничего. Память тела тоже молчала. Или случай был таким уж редким, или же лично Аринка никогда с подобным не сталкивалась.
Отложив книги, я хмыкнула. Похоже, Зойкина мечта осуществилась, Витька стал ее, пусть и телом. Только радости особой я ни у одного, ни у другой не заметила. И снова к ведьме прибежали.
- Как это вообще могло получиться? – ворчала я, выйдя в горницу. – Я же дала ей обычную общеукрепляющую настойку. Там даже магии не было.
- Зойка пожелала, вот и сработало, - пожала плечами стоявшая у печи Глашка.
- Страшная ты девка, Светка, - выдал со стула вылизывавшийся там Васька, - дала подкрашенную водичку и склеила двух людей.
- Иди ты, - от души пожелала я.
Стервец, а не кот.
До наступления ночи ничего интересного не произошло. Васька огрызался на меня, юлил перед Глашкой и всячески пытался выпросить себе кусочки повкусней. Я же снова перелопатила книги, снова ничего не нашла и решила ждать общения с Аринкой.
Она пришла сразу же, как только я уснула, такая же веселая и довольная жизнью, как и обычно.
- Отвратно выглядишь, подруга, - не стесняясь, сообщала она.
- Жизнь не балует, - вздохнула я. – Арин, у меня к тебе два дела, и оба – серьезные.
Аринка вопросительно вскинула брови, демонстрируя, что внимательно меня слушает.
- Первое. Зойка и Витька приклеились друг к другу, чуть ли не в буквальном смысле слова, после того как Зойка намудрила с настойкой… - я рассказывала, Аринка внимательно слушала.
Когда я закончила, она расхохоталась.
- Два идиота. Пусть поспят три дня в одной кровати, разделенные пачками соли, чем больше пачек, тем лучше. Потом может остаться влечение, но и только.
Я кивнула и спросила:
- Как это вообще могло получиться? Я же дала ей обычную общеукрепляющую настойку. Там даже магии не было.
- Была, - ответила Аринка. – Моя. Я все равно крохи вложила туда. В сочетании с желанием Зойки и воздействием на организм водки могло получиться что угодно.
Отлично. Просто превосходно.
- А что второе? – уточнила Аринка.
- А второе – это якобы появившийся жених. Ко мне вторую ночь подряд в наведенном сне приходит некто. Я почти не вижу его, так, только силуэт. Он утверждает, что мой жених, и что мы судьбой связанные, привязанные, или как там правильно. Но у меня нет никаких меток на теле. Чувств, кстати, тоже, - буквально слово в слово передала я Аринке все то, о чем рассказывала Глашке и Ваське.
- Судьбой, значит, связанные, но меток при этом нет, - прищурилась Аринка. – Очень интересно. Он вполне может говорить правду. Ты же из другого мира, наша магия на тебя может действовать как угодно, совершенно любым способом. Так что метки и чувства – не показатель. Первые еще могут появиться. Вторые… Ты ведь не хочешь замуж, так? Плюс в моем теле, в теле ведьмы, находишься. Вот магия и блокирует возможные чувства.
- То есть он не врет?
- Не знаю, сложно сказать. Я ни с чем подобным раньше не сталкивалась. Знаешь, что, я сейчас прочитаю небольшое заклинание. После него ты должна будешь проснуться дома, в избушке. Если в течение двух-трех суток твой «жених» не появится, во сне или в реальности, неважно, значит, врал он тебе. А если появится… Тогда придется тебе замуж за него выходить.
Чудная перспектива…
Глава 11
- А ты как? – чтобы отвлечься от своих проблем, спросила я. – Беременность как протекает?
- Да все в порядке, - улыбнулась Арина. – Послезавтра идем расписываться.
- Андрей еще не попытался сбежать? – пошутила я.
- Наоборот, с нетерпением ждет, когда официально сможет меня женой называть.
Вот же два странных типа. Лично мне брак стол лет не был нужен. Любовь любовью. Но связывать себя узами брака… Нет, я не понимала Аринку и ее стремление поскорей выскочить замуж.
- Мы объединили две квартиры, так что теперь у нас пять комнат и две ванных. Вторую кухню мы отдали Андрюше под кабинет, - добила меня Аринка.
Я только хмыкнула в ответ на это. Увы, билета назад не существовало, а потому моя квартира давно уже стала совершенно чужой собственностью. Впрочем, и обратное было верно: я распоряжалась в жилье Аринки, как хозяйка.
Сразу после разговора с Аринкой я действительно проснулась дома, на привычной лежанке. За окном занималась заря. Сегодня «жених» мне не снился. Что ж, пока у меня есть время, следует принести пользу, в первую очередь себе любимой.
Я поднялась и, отчаянно зевая, в одной ночнушке отправилась на улицу – ночная прохлада и ледяная вода из рукомойника должны взбодрить меня.
Приведя себя в порядок, я уселась за столом. На полу уже пил молоко из миски Васька, у плиты сновала Глашка.
- Что снилось? – с притворным равнодушием спросила она, отвлекшись от готовки.
- Аринка послезавтра замуж выходит, квартиру мою они раскурочили, - вздохнула я.
- И все?
- Нет. Насчет Зойки и Витьки она помогла, а когда услышала о женихе, сказала, что ни с чем подобным раньше не сталкивалась. Теперь я под заклинанием, жду, появится ли в ближайшие два-три дня тот, кто мне снился. Если нет, значит, не судьба.
Глашка степенно кивнула и вернулась к плите. Я же сделала глоток ароматного травяного чая, появившегося передо мной в железной кружке.
Жизнь прекрасна. А главное, сегодня, кроме Зойки и ее приклеившегося дружка, я никого не ждала. Можно было отдохнуть, расслабиться, в крайнем случае, почитать Аринкины книги.
В общем, планов уйма.
Удовлетворенно улыбнувшись, я откинулась на спинку стула.
Зойка с Витькой появились примерно через час, так сказать, с утра пораньше. Я пересказала им способ лечения, взяла плату – две крынки молока и каравай хлеба – и отпустила на все четыре стороны. Очень надеюсь, что следующая наша встреча не состоится. Еще одного приворотного зелья, настоянного на водке, моя психика просто не выдержит.
Ближе к обеду меня «осчастливил» своим визитом деревенский староста Пахом. Мужик хитрый и расчетливый, он во всем стремился отыскать выгоду и часто спорил с тем, кто шел против его воли. Но меня, ведьму, он побаивался, особенно после нескольких молний, чуть не поджаривших его зад. Я тогда только училась владеть доставшейся мне от Аринки силой, Пахом пришел за какой-то мелочью, попытался умничать, у меня не было настроения его выслушивать. Ну, я и попыталась создать огненный шарик на ладони, исключительно в качестве запугивания. Угу, хотела шарик, получились молнии. Хорошо хоть на улице было дело, ничего из моего имущества не пострадало. А вот штаны Пахома немного прожгло, самую малость, на две дырочки. Он перепугался, завизжал, как свинья, забыл даже, зачем приходил, когда ломанулся в калитку. Теперь каждую нашу встречу он кланяется мне практически в ноги. И как только спина не переломится.
Вот и теперь, едва появившись на пороге моего дома, Пахом угодливо склонился, признавая мое главенство. Помня о старом инциденте, я заранее вышла за дверь избы. Мало ли, что опять приключится.
- Зачем пожаловал? – поинтересовалась я, смерив Пахома внимательным взглядом.
Синеглазый брюнет, одетый в рубаху, штаны и лапти, чисто деревенский наряд, Пахом выглядел не то чтобы солидно, но уж точно не по-простецки.
- Матушка ведьма, - робко откликнулся он, - мне бы средство от ревматизма, мне и моей жене.
В отличие от большинства жителей деревни, говорил Пахом относительно чисто. В юности он то ли два, то ли три года служил в доме какого-то барона или графа, тут мнения расходятся, и там его речь стала довольно гладкой. Потом хозяин рассчитался с Пахомом, и тот с женой приехал в эту деревню, осел здесь, купил дом, а со временем и стал старостой.
- Пары пузырьков хватит? – уточнила я.
- Конечно, матушка ведьма.
Я кивнула и отправилась в дом – в свою комнату, искать нужные пузырьки.
Две небольших склянки из прозрачного коричневого стекла нашлись быстро. Я взяла их за крышечки и вынесла страждущему. Взамен получила крынку сметаны. Отличный взаимообмен. Давно я сметанку не ела.
Заперев за старостой калитку, я, довольная, вернулась в горницу. Вот теперь можно и пообедать. Надо только от Васьки сметану спрятать. А то сам всю крынку слопает и глазом не моргнет.
- Светка, - кот нарисовался тут как тут, - Светка, что в крынке?
- Сгинь, нечисть, - проворчала я, - а то в нежить превращу.
Моя сметана. Обойдется.
- Ну Светочка, - сразу почувствовав мое настроение, заюлил этот пушистый наглец, - ну ты же знаешь, что я – маленький голодный котик.
- Да дай ты ему немного сметаны, - хмыкнула со стула Глашка, - он же не успокоится.
- Мышей пускай ловит, - отрезала я, - а то в подпол спуститься нельзя, так и кишат под ногами.
- Неправда, - вскинулся оскорбленный в лучших чувствах Васька. – Там не больше пары штук осталось!
- Вот и вылови их. А потом за сметаной приходи.
Глашка фыркнула. Васька обиженно зашипел. Я же уселась за стол, пододвинула к себе тарелку борща и стала есть его. Со сметаной.
Глава 12
До вечера все было спокойно, даже Васька сбежал в подпол – то ли ловить мышей, то ли жаловаться им на жестокосердную хозяйку. И я, наивная, надеялась, что тишь да гладь продляться хотя бы до утра. Угу, мечтать не вредно.
Часа за полтора до сна в калитку постучали, робко так, как может стучать только тот, кто боится ведьму.
- И кого там принесло, - проворчала я.
Хлопок в ладоши, и калитка открылась. Уже через минуту порог дома переступала молодая симпатичная женщина в лаптях, сарафане и платке. Голубые глаза, из-под платка видны светло-каштановые волосы, слегка вздернутый носик. Я понятия не имела, кто передо мной. Ни на одну из жительниц деревни незнакомка не была похожа.
- И зачем ты потревожила ведьму? – вскинула я брови в своем любимом театральном жесте. Аринка владела им в совершенстве, я же пока только училась.
- Матушка ведьма, помоги…
Какая знакомая песня. Каждый, кто приходит сюда, просит о помощи. И хоть бы один предложил помощь сам. Нет, я же колдунья, магией все делаю.
- Если ты готова заплатить за помощь, - многозначительно протянула я, - то почему бы и нет. Кто ты и зачем явилась?
- Я Аглая, я не отсюда, издалека. Я… Мне сказали, что ты сможешь дать мне амулет, чтобы защититься от чужих глаз.
Рядом тихо хмыкнула невидимая Глашка. Аглая вздрогнула и едва ли не сжалась в комок.
- Защититься от чужих глаз или от преследования? – уточнила я.
И дураку было понятно, что просто так к ведьме ночью не являются. А значит, Аглаю беспокоили не просто «чужие глаза».
И она подтвердила мою догадку, покраснев и опустив глаза в пол. То ли пыталась скрыть что-то еще, то ли просто чувствовала стыд.
- Второе, матушка ведьма.
- И чем заплатишь?
- Я… Я могу отдать это…
На стол возле меня легли две золотые монеты, старинные и тяжелые. О-ч-ч-чень интересно. И откуда она их стащила? А самое главное, сама-то как здесь появилась? Что-то я не слышала о новеньких в близлежащих селах.
Впрочем, Аринка славилась, как ведьма строгая, но не любопытная. И я тоже в душу лезть не стала. Прячется себе девица – пусть ее. Главное, за работу мою заплатила. А остальное меня не интересовало. Чай не в полиции работаю. А самое главное – Глашка молчала. Если ей что-то не нравилось в посетителе, она всегда давала о себе знать. Сейчас же ее слышно не было.
Поэтому я кивнула и щелкнула пальцами. В следующую же секунду на мою руку лег нужный амулет – висевший на веревочке небольшой каменный кругляш, покрашенный в красный цвет. И от глаза избавит, и от преследования.
- Держи, - протянула я амулет гостье.
Та схватила его и одним движением надела на шею.
- Спасибо, матушка ведьма, за доброту твою, - пробормотала Аглая, попрощалась и резвой козочкой выскочила из дома.
Ну, и что это было?
Спать я легла вся в сомнениях. Нужно было обязательно поговорить с Арнкой, выяснить, насколько обычна эта ситуация для ведьмы.
- Поздравь меня, не успела я уснуть, как перед моим внутренним взором появилась счастливая Арника, - я теперь замужняя женщина.
Счастье-то какое… Мне, конечно, не понять… Сама я замуж уж точно не стремилась.
- Поздравляю, - улыбнулась я. – Поэтому ты мне приснилась в свадебном платье и фате?
Аринка стояла передо мной в темно-синем платье, выгодно подчеркивавшем все ее прелести, и такого же цвета фате. Весь ее вид словно кричал: «Выкусите все! Моему мужу со мной повезло! Такая красавица досталась!»
- И поэтому тоже, - хмыкнула Аринка. – Нравится?
Ну что тут можно было ответить? Я бы взяла платье поскромней, без нашитых на подол искусственных синих роз, оборок на рукава и глубокого декольте. Но то ж Аринка. Ей подавай такой наряд, чтобы ее в нем обязательно заметили все вокруг.
- Эффектно, - ответила я. – Как поживает муж?
- Счастлив!
Да кто бы сомневался.
- А твой жених еще не появлялся?
Нет, и не очень-то я горю желанием с ним встречаться.
- Пока нет. Но это ж пошла только вторая ночь, так? Еще все впереди.
Аринка кивнула.
- Да, случиться до конца срока может всякое.
- Арин, мне снова твоя помощь нужна, - перевела я разговор на интересовавшую меня тему. – Тут такое дело…
Аринка выслушала внимательно и пожала плечами.
- Наложи дополнительный охранный контур на дом и прилегающие к нему территории, прошепчи защиту от злых людей и недобрых помыслов и особо не загоняйся. Ко мне разные люди приходили, такого, как у тебя, не было, но беды в том не вижу. Вдруг она из-под венца сбежала, порталом к ближайшей ведьме перенеслась. Всякое может быть.
Я кивнула, принимая к сведению советы.
- Меня за помощь беглянке никто к ответу не привлечет?
- Тебя? – ухмыльнулась Аринка. – Могущественную ведьму? Над тобой властны только боги. Ты имеешь право помогать тем, кому хочешь. Ну и отказать в помощи ты тоже можешь. Почитай свод законов от три тысячи четыреста пятьдесят шестого года от зарождения мира про ответственность ведьм и прекрати трусить.
С этим наставлением я и проснулась. Жених снова не появился, на небе занималась заря. Жизнь казалась прекрасной. И я искренне надеялась, что ее ничто не омрачит. По крайней мере, в ближайшем будущем.
Глава13
Утро порадовало теплом, видимо, последним перед осенне-зимними холодами. Бабье лето вступило в свои права. Сегодня-завтра мы с Глашкой должны были собрать последний в этом году урожай. Вишня, помидоры, петрушка, огурцы и перец ждали нас в саду и огороде. После этого Глашка закатает все, что можно, и можно будет с чистой совестью ждать зимних холодов. Даже без оплачиваемой помощи деревенским, на одних запасах в подполе, мы способны были прожить два с половиной – три месяца. Домовитая Глашка старалась переработать буквально каждую травку. Именно благодаря ей я впервые попробовала щи из крапивы и щавеля несколько месяцев назад.
- Сегодня собираем вишню и вырвем петрушку, - решила Глашка. – Завтра – остальное.
Я кивнула, принимая к сведению такое решение.
Глашка поставила на стол сырники, сладкую кашу и кисель, из погреба на столе появилась сметана, мечта голодного Васьки.
- Изверги, голодом морите котика, - выдало это создание, жадно смотря на стол.
Пришлось делиться, хотя была бы моя воля, я посадила бы Ваську на диету, слишком уж толстым и лоснящимся он стал. Но Глашка таких приколов не понимала. А потому в миске у Васьки оказались и сырники, и сметана.
Мы все трое поели быстро. И скоро уже Глашка, а за ней и я, поднимались из-за стола, чтобы успеть все собрать до обеда. Все же три высоких раскидистых вишни и две грядки с петрушкой – это немало.
Две корзины парили в воздухе возле нас, пока мы, встав на лестницы, каждая у своего дерева, собирали вишню. Время пролетело быстро, и за полчаса до обеда мы благополучно завершили работу.
Я с трудом доползла до дома, плюхнулась на стул и застонала. Мое тело… Это не зарядка, это издевательство над молодым организмом! Да лучше бы мы магией воспользовались! По крайней мере, у меня сейчас ничего не болело бы!
- К тебе гости, - Глашка таких проблем, как у меня, не имела, а потому и порхала у печки, как ни в чем не бывало.
- Может, послать подальше? – с надеждой спросила я.
- Боюсь, не получится, - хмыкнула Глашка. И добавила, привычно растворяясь в воздухе. – Я уже открыла калитку.
Я никого видеть не хотела, да и вид мой оставлял желать лучшего. Растрепанная, измазанная в вишневом соке, еле живая после работы, в затрапезном коричневом платье, я выглядела не ведьмой, а самой настоящей нищенкой, если не хуже.
Хотя что могло быть хуже…
Дверь между тем открылась, и знакомый мужской голос произнес:
- Ну здравствуй, невестушка. Не ждала?
Приехали…
Я неспешно повернулась к говорившему, осмотрела его с ног до головы.
Высокий, мускулистый, широкоплечий, коротко стриженый – да, это, похоже, тот же самый тип, что приходил ко мне во снах. Вот только теперь видно, что глаза у него карие, а волосы насыщенного каштанового цвета. Узкие губы, прямой нос, чуть выдвинутый вперед подбородок, высокий открытый лоб – все говорило об аристократическом происхождении незнакомца. Одет он был в коричневый камзол, черные штаны и серые туфли. Этакий светофор из темных цветов.
В общем, настоящий красавец, не чета мне, замухрышке.
Незнакомец тоже осматривал меня, внимательно так осматривал. Закончив с осмотром, задорно улыбнулся и спросил:
- Ну, и кого ты успела убить? Где закопала?
Я удивленно моргнула. Он это сейчас о чем? Вспомнив о вишневом соке, пожала плечами.
- Это вишня. Я собирала вишню.
- Руками? – изумился незнакомец.
- Ну, а как иначе?
Секунда молчание, а затем незнакомец складывается пополам в хохоте. Он смеется громко, заразительно, весло. Он смеется надо мной. Сволочь. Аристократичная богатая сволочь. Ему точно магию экономить не надо, раз сумел в такой короткий срок меня отыскать. Амулеты, кольца-переходы, услуги магов – все это точно в его подчинении.
Глашка, видимо, почувствовала мою реакцию. В следующее мгновение на затылок незнакомца опустился железный половник. Звук раздался характерный, радовавший обиженную меня.
Смех оборвался.
- Сдаюсь, ведьма, - весело проговорил мой якобы жених, - только не дерись больше.
- Да я еще и не начинала, - обиженно пробубнила я. – Как вас зовут и что вам от меня нужно?
- Аристарх, князь оборотней. Как я и говорил, мы с тобой судьбой связанные, значит, пора свадьбу играть.
Какая свадьба? Не хочу свадьбу! Ой, мама!
Я не собиралась скрывать свои эмоции, и Аристарх удивленно поинтересовался:
- Ты не рада?
- Чему? – угрюмо спросила я.
- Я – князь, ты выйдешь за меня и ни в чем не будешь нуждаться, - терпеливо, как маленькой, объяснил Аристарх.
- Да я вроде бы и так ни в чем не нуждаюсь, - отрезала я. – Эта свадьба. Ее можно как-то избежать?
- Увы, милая. Связанные судьбой должны создать семью как можно быстрее.
- И к чему спешка?
- Наследники.
- Чьи?
Мирно лежавшее на столе полотенце поднялось в воздух. И теперь уже по затылку получила я.
- Домашний дух? – удивленно поднял брови Аристарх. – Надо же, они еще остались.
- Представьте себе, - проворчала я, потирая ушибленную часть тела. – А наследников никак нельзя зачать и родить вне брака?
- Тогда они не получат наследство, - пожал плечами Аристарх.
Сволочи. Все сволочи. Замуж отчаянно не хотелось, но выбора мне никто не оставил.
Глава 14
- Я смотрю, ты не выглядишь счастливой, - продолжал издеваться этот гад.
Я красноречиво провела взглядом от его ног до макушки. Вот уж подарочек от богов.
- У меня нет никакой отметины, - ответила я.
- А у меня есть, - Аристарх закатал рукав и продемонстрировал на руке, ближе к локтю, традиционную отметку: что-то похожее на два сердца, переплетенных между собой.
- А ты уверен, что попал по адресу? – уточнила я. – Может, ошибся дверью?
В ответ Аристарх щелкнул пальцами, и в его руках появилась серебристая нитка.
- Я шел по ней, - объявил он, - и она привела меня к твоей калитке. Еще отговорки?
Зараза. Чтоб его! Путеводная нить, значит. Такая же древность, как и домашний дух. Последние остались по дальним деревням, не встречаясь в городах. А первые… Я, честно говоря, до сегодняшнего дня была уверена, что путеводные нити сейчас есть исключительно в сказках. Этакий амулет, который может привести к любому существу, даже если задать маршрут типа: «Помоги найти того, кто украл у меня кошелек на рынке». Так что если Аристарх попросил привести к той, которую видел во снах, и нить привела ко мне, то отговорок у меня больше не имелось.
- Не спорь, ведьма, - послышался из дальнего угла голос Васьки, - быть тебе женой князя.
- Сметаны не дам, - отрезала я.
Вот же подхалим.
Васька замолчал. Аристарх изумленно уточнил:
- Говорящий кот? Ты и правда сильная ведьма.
- Не могу сказать, что я счастлива его слушать каждый день, - недовольно фыркнула я.
- Ты всегда находишься в таком благодушном настроении? – поддел меня Аристарх.
- Только когда мои планы разрушают высшие силы, - отрезала я, - у меня не было ни малейшего желания в ближайшее время выходить замуж.
Полотенце снова поднялось в воздух, но на этот раз я, догадываясь о намерениях домовушки, успела увернуться. Умные, я смотрю, и Глашка, и Васька. Лишь бы замуж меня, несчастную девицу, выдать поскорей!
Аристарх весело хмыкнул, и я отметила про себя, что немного резкие черты его лица при улыбке или хмыканье немного разглаживаются, и он из представительного мужчины превращается практически в мальчишку. Так… нашла о чем думать! Тоже мне, единственный оставшийся жених на земле!
- В сказках ведьма обычно кормит-поит добра молодца, - прозрачно намекнул между тем тот самый жених о своих нуждах.
- И больше с ним не встречается, - отбила я подачу.
- Нет, такой вариант мне точно не подходит, - тонкие красные губы Аристарха обнажились в улыбке, на свет появились идеально белые зубы. Правильный прикус. Чтоб его вместе с хозяином! – Я предпочту…
Каковы конкретно предпочтения Аристарха, мне узнать не удалось, не в этот раз так точно: в дверь затарабанили, да так, будто к умиравшему звали. Кто и когда успел пройти калитку? И почему Глашка… Ах да, запрет появляться перед чужаками…
- Войдите, - рявкнула я, радуясь, что есть, на ком сорвать свою злость. Ну и кто там такой наглый смертник?
Смертников оказалось двое, и оба были мне отлично знакомы. Зойка и Витька собственной персоной.
- Матушка ведьма, - не замечая никого вокруг, прямо с порога рухнула на колени Зойка, - пощади, помоги беде нашей!
Дежа-вю. Я точно это уже слышала, всего пару дней назад.
Витька тем временем увидел князя, сделал определенные выводы и поклонился в пояс с начала мне, как хозяйке дома, а затем и ему.
- Прибью, - честно пригрозила я, - обоих. Расчленю.
- Расчленяй, матушка ведьма, - согласно прогудел Витька, - только помоги беде нашей.
- В какой раз?! Что вы опять не так сделали?!
Аристарх наблюдал за этим цирком с нескрываемым интересом, но молчал. И правильно. Я была не в том настроении, чтобы еще и его подколки сейчас выдерживать. Злая ведьма вообще способна на многое. А уж ведьма, доведенная до белого каления, и подавно может сделать все, что угодно, вплоть до смертоубийства.
- Соль, матушка ведьма, - прогудел с отчаянием Витька. Зойка все так же стояла на коленях и заливала горючими слезами пол. Она мне так потоп здесь устроит, каяльщица[1] нашлась!
- И что с ней не так? В чем сложность поспать ночь с пачками соли посередине кровати?!
Витька тяжело вздохнул и потупил глаза.
Глава 15
- Так то соль была, для Ладо приготовленная, - выдал он и напрягся, будто бы подумал, что пришел его последний час.
В принципе, он был недалек от истины. Я действительно готова была убивать, а услышав про Ладо, почти схватилась за нож.
Ладо – верховный бог этого мира – по разным источникам обладал разной силой. Кто-то описывал его добродушным стариком, кто-то – злобным парнем, кто-то – веселым гулякой. Но все источники сходились в одном: на глаза Ладо лучше не попадаться, внимание его к своей персоне лучше не привлекать. Только хуже сделаешь. Даже если отчаяние захватило всю сущность, надо постараться обойтись без молитв к этому божеству.
Его задабривали обычно хлебом, солью и мясом. Все три компонента приготавливали заранее и держали отдельно от остальных продуктов. День Ладо, тот самый, в который следовало приносить дары, случался зимой, перед местным Новым годом. Именно тогда все жители, деревни ли, города ли, слободы ли, собирались в близлежащем храме и с поклонами вручали идолу Ладо, безглазому чурбану, свои дары.
Считалось, что вещь, предназначенную Ладо, нельзя было уже использовать в хозяйстве. Иначе божество рассердится и придет самолично выяснять отношения. Насколько я знала, Ладо пока еще ни к кому лично не приходил, но крестьяне не рисковали и «вещи Ладо» держали отдельно от всех.
- У вас совсем мозгов нет? – уже не ожидая, что услышу что-то хорошее, уточнила я. – Это какими идиотами нужно быть, чтобы брать вещи для Ладо? А самое главное, при чем здесь я? Вы и меня хотите в это дело втянуть? Не выйдет. Я с богами не ссорюсь.
- Матушка ведьма, - заревела еще горше Зойка, - спаси нас! Мы жить хотим…
- Не поверишь, но я – тоже, - отрезала я. – У вас в голове есть вещество серого цвета, мозг называется. Вот и пользуйтесь им хотя бы иногда. Говорят, помогает.
- Злая ты, ведьма, - внезапно подал голос со своего места Аристарх. Он ухмылялся, ему было весело, - не хочешь чужой беде помочь.
Зойка вздрогнула всем телом, услышав чужой голос, подняла голову и изумленно уставилась на Аристарха. Сюрприз, угу. Надо хотя бы иногда по сторонам смотреть.
- Я справедливая, - огрызнулась я, - эти два идиота меня уже достали. Так что можешь сам им помочь, если хочешь. А мне они уже надоели хуже горькой редьки.
Аристарх хмыкнул и кивнул обоим умникам на выход.
- В доме ведьмы колдовать может только она. Выйдем за калитку, я перемещу вас в свои владения. Там никто вас не тронет.
«Да неужели? – с насмешкой подумала я. – Довольно самоуверенно так заявлять. Но вперед»,
Вмешиваться я точно не собиралась. Хватит, мой лимит добрых дел закончился.
Вся троица вышла из моего дома, и через несколько минут Аристарх вернулся один. Уж не знаю, куда именно он отправил незадачливую парочку, но я искренне надеялась, что больше ни Витька, ни Зойка в моей жизни не появятся.
- Здесь все жители такие веселые? – поинтересовался Аристарх, усаживаясь на стул напротив меня.
Я только дернула плечом, выражая свое раздражение.
- Не боишься божьего гнева?
- Ты веришь в эту чушь насчет «вещей Ладо»? – брови Аристарха поднялись к волосам.
- Я вообще во многое верю, - проворчала я. – Вон у тебя оказалась путеводная нить, а о ней только в сказках пишет.
- Ну ты сравнила, - улыбнулся Аристарх, - путеводная нить существовала раньше. А вот о том, что Ладо прогневался на нерадивых жителей, не слышал никто.
- Потому что свидетелей не осталось.
- А может, богу просто не интересна наша возня здесь? И у него и без нас есть чем заняться?
И такое может быть. Но рисковать собственной шкурой и проверять истинность этого утверждения я не желала.
- В любом случае, я надеюсь, что эти два обормота больше не появятся на моем жизненном пути, - фыркнула я.
- Злая ты, ведьма, - вновь повторил Аристарх. – А как же их родня?
- Слава всем богам, у них никого нет, - я подавила желание размашисто перекреститься. Здесь этот знак точно не поймут. – Так что и горевать о них некому.
Аристарх ухмыльнулся, проказливо, как мальчишка, сделавший очередную пакость и осознавший, что ему за это ничего не будет.
- Значит, мы с чистой совестью можем вернуться к обсуждению нашей свадьбы, - заявил он.
Я в ответ только досадливо закатила глаза. Вот же упертый баран!
- Вообще-то, кроме Зойки с Витькой, в деревнях живут и другие люди, - заметила я. – Деревня не может стоять без ведьмы. Как ты себе представляешь нашу совместную жизнь? Ты, князь, поселишься в избушке у ведьмы? Правда, что ли?
Это был вопрос по существу, так что ни Глашка, ни Васька не попытались заявить мне о моей неправоте. В конце концов, их существование тоже во многом зависит от ответа Аристарха.
- Все решаемо, ведьма, было бы желание, - пожал плечами он. – На месте твоей избушки можно построить хоромы, в которых мы отлично станем жить. Этакая загородная резиденция. А когда мне необходимо будет присутствовать в столице по тем или иным делам, ты сможешь отправиться туда на пару-тройку дней и оставить здесь, например, амулет, по которому тебе сообщит тот же домашний дух, есть ли в твоем присутствии необходимость.
О как завернул. То есть он заранее все обдумал? Интересно, когда? В ту ночь, когда узнал, что я ведьма? Или прямо сейчас, едва появился в моей избушке?
Глава 16
Самое отвратное в этой ситуации было то, что отказов никто не принимал: ни жених, ни Глашка, ни боги. И никакой свободы воли, блин. Сказано – замуж, значит, замуж. Не сказать, чтобы я чувствовала отвращение к Аристарху. Симпатичный мужик, не урод, не старик. Наверное, и в постели хорошо, раз уж не постеснялся первое знакомство начать голым. Но, блин! А как же мои мысли и чувства?!
- И когда у меня появится привязка к тебе? – поинтересовалась я. – Или как тут это называется? Ну и отметина заодно?
- Как только ты перестанешь смотреть на меня с подозрением, - Аристарх улыбнулся, как ему показалось, обаятельно.
- То есть ты хочешь сказать, что только мое отношение к ситуации не позволяет отметке появиться? – уточнила я.
- Именно, - кивнул Аристарх. – Я читал об этом. Такое редко, но случается. Прекрати сопротивляться, прими ситуацию, и все произойдет так, как нужно.
Слова прозвучали, как установка на каком-нибудь психо-магическом семинаре на Земле.
Я выругалась, матом. Правда, мысленно. Не хотелось снова получить от Глашки полотенцем по затылку. Все же рука у нее тяжелая.
- Мне нужны сутки, - буркнула я, - на обдумывание и принятие ситуации.
- Договорились, - эта манера улыбаться, соблазнительно и обаятельно, начинала меня бесить, - я приду через сутки, и тогда мы с тобой все в деталях обсудим, ведьма, - дверь хлопнула, по дорожке зазвучали шаги.
Вот же… Гадство!
- Спорим, она не хочет за него идти? – подал голос Васька.
- Да я и без тебя это вижу, - Глашка проявилась из пустоты. – Но против судьбы не пойдешь.
- Ты в ее глаза посмотри, - сволочной кот обошел меня со спины и посмотрел в мое лицо, - у нее там подробно расписано, куда пойти той судьбе, а заодно и жениху.
- Ты сейчас нарвешься, - хмуро пригрозила я, - будешь питаться одними яблоками.
Васька угрозой не впечатлился, но хотя бы замолчал, и то дело.
- Я – мыться, смою с себя вишневый сок, а затем – в свою комнату, - проинформировала я Глашку и вышла из комнаты.
Мне необходимо было время, чтобы остаться одной и все обдумать.
Замуж жутко не хотелось. Родители развелись, когда мне только исполнилось пятнадцать, до этого я пять лет жила при их постоянных скандалах. И теперь я не хотела подобной судьбы для своих возможных детей. Да, с Аристархом не развестись, но от скандалов это не застраховывало.
С такими мыслями я быстро смыла прохладной водой дурацкий сок, поменяла одежду, достав из шкафа чистое платье, и потом засела за книги. Не почитаю, так хоть подумаю. Все польза. А ночью надо будет обязательно поболтать с Аринкой. Может, она что подскажет. Хотя вряд ли. Скорее всего, будет, как и Глашка, радоваться моему скорому замужеству.
В библиотеке Аринки не нашлось ни единой нужной мне книги. Ничего о привязках, отметинах, судьбе и «насильственных» браках. Но и правда, зачем эта тема травнице и сильной колдунье? Кто же знал, что однажды мы с ней обменяемся телами, и уже мне, земной попаданке, нужно будет выходить замуж в чужом мире…
Пока я листала книги в тщетной надежде отыскать что-то по теме, Глашка расправлялась с вишней. Малая часть ушла на компот. Большая – в банки. Да уж, с таким количеством припасов мы могли пережить и двенадцать месяцев зимы.
После обеда, ближе к вечеру, в дверь постучали. Гадая, почему Глашка не предупредила меня о посетителе, я крикнула:
- Войдите!
Через порог переступил высокий нескладный парень лет восемнадцати на вид. Гришка. Недалекий сельчанин, из тех, о ком обычно говорят: сила есть, ума не надо. Голубоглазый шатен с правильными чертами лица, довольно симпатичный, не агрессивный, по слухам, щедрый, он к своему возрасту до сих пор не нашел себе ни невесту, ни просто подружку. Наверное, потому что часто ходил неряшливым и не придавал своему внешнему виду должного внимания.
- Матушка ведьма, - прогудел он, избегая смотреть мне прямо в глаза, помня, что этот взгляд может забрать у него всю удачу, независимо от того, была она у него или нет, - помоги мне, смилуйся.
На стол возле меня опустился туесок с грибами и ягодами. Мелкое подношение. Значит, и ничего серьезного от меня не потребуют. Местные таксу знали и ведьму не обижали – себе же дороже выйдет.
- И что ты хочешь? – уточнила я.
- Дык это, Витька-кузнец пропал.
О как. Быстро слухи распространяются. Я надеялась, что народ только завтра-послезавтра кузнеца хватится.
- И? – удивленно приподняла я бровь. – Я тут при чем?
- Дык, матушка ведьма, я ж энто, того, подмастерье его. Самому мне он молот в руки не дает. А теперича нет его. Работа стоит.
Хэх. У доброго дела, оказывается, тоже всегда две стороны. Впрочем, доброго ли? Что я вообще знаю об Аристархе? Может, он Витьку с Зойкой успел прибить по-тихому?
- Так берись за молот, - равнодушно пожала я плечами. – Кто его знает, когда Витька снова появится. Что ж теперь, кузнице все время простаивать?
- Благодарствую, матушка ведьма, - просиял Гришка, развернулся и потопотал на выход.
Вот истинно слон в посудной лавке.
Грибы и ягоды сразу забрала Глашка – то ли варить, то ли сушить, то ли еще как консервировать.
- Глаш, - задумчиво позвала я, - а если тут хоромы строиться будут, припасы в подпространство уйдут?
- Куда ж еще, - хмыкнула кашеварившая у плиты Глашка. – Все туда уйдет. И книги твои, и настойки Аринки, и мебель. А вот после окончания строительства назад появится.
Отличный выход из положения, блин.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
