Обложка Этот мир слишком сложный для обычного человека

Этот мир слишком сложный для обычного человека

Не герой

0% прочитано
Стандартный
Не герой

Этот мир слишком сложный для обычного человека

Пролог: Здравствуй, читатель

Здравствуй. Сразу скажу: иллюстраций не будет. Автор ленивый.

Это суровое фэнтези. Здесь нет «попаданцев», которые спасают мир просто так. Мои герои — эгоисты. Они помогают своим или когда это выгодно. Никаких инстинктов героя.

Если ты ждёшь доброго парня с мечом, который победит всех и всё будет хорошо, — эта история не для тебя. Закрой книгу.

А если ты готов к миру, где обычному человеку очень сложно выжить, — тогда начнём. Знакомься: Акира Кугосаки. Ему 32 года. И сегодня он умрёт.

Глава 1: последний вдох

Вечер был холодным. Акира Кугосаки шёл по пустынной улице, сунув озябшие руки в карманы куртки. В одном из карманов лежал конверт: зарплата и премия, которую босс выдал за то, что Акира сдал проект раньше срока.

Обычно он не спешил домой. Но сегодня деньги были нужны отцу. Тот лежал в больнице, и Акира шёл туда, чтобы оплатить лечение. В голове он прокручивал, как обрадуется отец, как врач скажет, что теперь всё будет хорошо.

Шаги за спиной он услышал слишком поздно.

Чья-то рука схватила его за воротник и рывком затащила в тёмную подворотню. Акира ударился спиной о кирпичную стену. Перед ним стоял мужчина в грязном плаще. В руке блеснул нож — длинный, с зазубринами.

— Пожалуйста, — выдохнул Акира, — у меня отец в больнице. Забери деньги, только не…

Мужчина улыбнулся. Улыбка была странной — слишком широкой, слишком спокойной для человека с ножом.

— Деньги? — Он склонил голову набок, словно разглядывая Акиру как диковинку. — Да мне плевать на твои деньги.

Нож вошёл в живот. Акира даже не сразу понял, что произошло. Боль пришла позже — острая, режущая. Мужчина вытащил нож и ударил снова. И ещё раз. Он не торопился. Он смотрел Акире в глаза и улыбался.

Акира сполз по стене. Конверт с деньгами выпал на асфальт. Убийца даже не посмотрел на него. Он вытер нож о плащ, развернулся и ушёл, насвистывая какую-то мелодию.

Акира остался один в тёмной подворотне. Кровь растекалась по асфальту. Он думал об отце. О том, что не успел. И о том, что мир оказался слишком жестоким.

Глава 2: пространство перерождения

Акира открыл глаза. Вокруг была белая пустота. Не было ни стен, ни потолка, ни пола — только бесконечное белое пространство, которое простиралось во все стороны.

Он посмотрел на свои руки. Они были целы. Никаких ран. Никакой крови. Он провел ладонью по животу — ни дыр, ни шрамов.

«Я умер», — вспомнил он. И тут же почувствовал, как внутри поднимается глухая злость. Он умер, когда шёл к отцу. Умер, когда у него были деньги на лечение. Умер, когда до больницы оставалось всего несколько кварталов.

Прямо перед ним, в нескольких метрах, на огромном белом кресле сидела женщина. На вид ей было лет тридцать шесть — сорок. Она выглядела невероятно уставшей. Под глазами залегли темные мешки. Свободной рукой она подпирала подбородок, а второй что-то печатала на компьютере, который висел в воздухе перед ней. Женщина что-то бурчала себе под нос.

Акира сделал шаг вперед.

— Простите, — сказал он. Голос прозвучал хрипло.

Женщина подняла на него глаза. Взгляд был тяжелым, как у человека, которому задали вопрос, а он уже сто раз на него отвечал сегодня.

— Чего? — спросила она.

— Я... я умер?

— Умер, умер, — женщина вздохнула и снова уткнулась в экран. — Все вы тут умерли. Не переживай, это не конец. Это так, бюрократия. Меня зовут... — она замялась, словно забыла собственное имя, — ...неважно. Можешь звать меня Регистратором. Мне нужно заполнить на тебя данные. Имя?

— Акира. Акира Кугосаки.

— Возраст?

— Тридцать два.

— Причина смерти?

— Меня... убили. Ножом.

— Понятно. Насильственная смерть. — Она нажала на клавишу. — Так... Секунду, у меня тут зависла таблица.

Акира стоял и смотрел, как она водит мышкой по экрану. Внутри всё ещё кипела злость. Он умер. Он не успел к отцу.

— Ладно, — женщина наконец оторвалась от компьютера и посмотрела на него. — С регистрацией всё. Теперь по поводу твоего нового мира.

— Нового мира? — переспросил Акира.

— Ну а ты думал, что после смерти — всё? — она усмехнулась. — Нет. Смерть — это просто переход. Сейчас я выдам тебе способности, и ты отправишься в новый мир. Там будет... сложно. Очень сложно. Но у тебя будет Система. Она тебе поможет. Ну, как поможет... не даст сдохнуть в первые дни.

Она щёлкнула пальцами. Перед Акирой прямо в воздухе вспыхнул полупрозрачный интерфейс. Он был похож на экран из видеоигры — с полями, ползунками и кнопками.

— Частично это похоже на создание игрового персонажа, — сказала женщина, даже не глядя на него. — Только здесь твои характеристики будут подстраиваться под твой возраст. Среднее значение для каждого возраста — десять. В большинстве возрастов ты будешь первого уровня. Если только не будешь убивать монстров, жуков и вообще участвовать в битвах. Тогда уровень будет расти. А пока — все средние характеристики равны десяти. Настрой своё тело.

Акира растерянно уставился на экран. В нём были ползунки для роста, веса, цвета волос и глаз.

— А зачем настраивать тело? — спросил он.

— Затем, что сейчас тебе придётся просидеть в отдельной комнате ожидания, — ответила женщина, продолжая печатать. — Пока твой ребёнок — то есть твоё новое тело — не появится. И то... — она сделала паузу, — может быть, оно временно чуть ли не умрёт. Есть на это шанс.

— Что? — Акира похолодел. — Какой шанс?

— Примерно пять процентов, — женщина пожала плечами, словно речь шла о погоде. — Здесь есть злые души. Они тоже ждут перерождения. И если твоё новое тело на мгновение «освободится», они могут попытаться его захватить. У них будет примерно пять процентов шанса на успех. Если захватят — ты исчезнешь. Навсегда.

Акира сглотнул. Он только что умер. И теперь должен был настраивать себе тело, зная, что с вероятностью в пять процентов его может занять какая-то злая душа?

— Это... обязательно? — спросил он.

— А ты хочешь остаться в белой пустоте навсегда? — женщина подняла на него глаза. — Настраивай тело, Акира. И не забудь: когда родишься, сделай вдох. А то у тебя там будет... сложное рождение.

— Сложное рождение?

— Ну, ты же не хочешь провести вечность в теле трупа? — она усмехнулась. — Так что давай, постарайся.

Она снова застучала по клавишам, и перед Акирой появилась кнопка «Подтвердить».

— Как только настроишь тело — жми сюда. И удачи. Она тебе понадобится.

Акира посмотрел на экран. Ползунки, цифры, характеристики. Он умер, но у него всё ещё был шанс. Шанс прожить новую жизнь.

Он протянул руку к экрану.

Глава 3: создание тела

Акира смотрел на полупрозрачный экран. На нём были ползунки для роста, веса, цвета волос и глаз. Внизу мигала строчка: «Ожидание настройки тела».

Он не знал, сколько времени у него есть. Но помнил слова Регистратора: если промедлить, тело может освободиться, и его займёт какая-нибудь злая душа. Пять процентов — это немного. Но он только что умер. И второй раз умирать не хотелось.

Акира вздохнул и начал настраивать.

Сначала он оставил волосы чёрными — такими же, как в прошлой жизни. Кожа — чуть смуглая, как у отца. Рост и вес он оставил средними: не хотел быть ни слишком высоким, ни слишком низким. В конце концов, у него будет целых пятьсот лет, чтобы привыкнуть к телу.

Цвет глаз он выбрал карий. Оба глаза. Карие, как у матери.

Он уже хотел нажать «Подтвердить», когда перед ним выскочило предупреждение: «Внимание! Обнаружена мутация. Шанс: 25%. Мутация влияет на внешний вид. Продолжить?»

Акира уставился на экран. Двадцать пять процентов — это много. С другой стороны, мутация может быть полезной. Или хотя бы просто не уродливой.

— А что за мутация? — спросил он, обернувшись к Регистратору.

Женщина даже не подняла глаз.

— Не знаю. Система выбирает случайно. Может, что-то безобидное, вроде необычного цвета волос. А может, и что похуже. В любом случае, это только внешность. На характеристики не влияет.

Акира посмотрел на экран. Он мог отказаться. Но кто знает, когда ещё выпадет такой шанс?

Он нажал «Продолжить».

Экран мигнул. И перед ним появилось новое сообщение: «Мутация: Гетерохромия. Левый глаз — голубой. Правый глаз — карий».

Акира моргнул. Голубой и карий. Разные глаза. Он не знал, смеяться ему или плакать. Это было странно. Но, с другой стороны, не так уж и плохо.

— Ну что, готов? — спросил Регистратор.

— Готов, — Акира хотел нажать на кнопку «Подтвердить», но тут в его руке появился предмет.

Это был чёрный двадцатигранный кубик. Тяжёлый, с острыми гранями. На каждой грани были выбиты цифры от одного до двадцати.

— Что это? — Акира растерянно посмотрел на Регистратора.

— Кубик характеристик, — ответила она. — Брось его. Система определит твои базовые параметры. Среднее значение для каждого возраста — десять. Всё, что выше десяти — хорошо. Всё, что ниже — придётся компенсировать потом. Бросай на каждую характеристику по очереди.

Акира сжал кубик в руке. Он чувствовал его холодную тяжесть.

— С чего начать? — спросил он.

— С силы, — ответила женщина, зевая. — Потом ловкость, выносливость, интеллект, восприятие и удача.

Акира кивнул. Он подбросил кубик. Тот завертелся в воздухе, застучал по невидимому полу и наконец замер.

На верхней грани блестело число 14.

— Сила — четырнадцать, — прокомментировала Регистратор. — Выше среднего. Неплохо для ребёнка.

Акира бросил снова. Кубик покатился и остановился на 12.

— Ловкость — двенадцать. Тоже неплохо.

Третий бросок. Кубик замер на 16.

— Выносливость — шестнадцать. Хорошо. Будешь реже болеть.

Четвёртый бросок. 18.

— Интеллект — восемнадцать, — Регистратор даже присвистнула. — Умный малый. С таким интеллектом магия пойдёт легко.

Пятый бросок. 11.

— Восприятие — одиннадцать. Чуть выше среднего.

Шестой бросок. Кубик завертелся дольше обычного и наконец замер на 20.

— Удача — двадцать! — Регистратор подняла брови. — Максимальное значение. Такое редко выпадает. Тебе очень повезло.

Акира смотрел на кубик. Двадцать. Максимальная удача. Он и в прошлой жизни всегда считал себя везунчиком. Но в этот раз удача не спасла его от ножа. Может, в новом мире она пригодится?

— Всё, — Регистратор махнула рукой. — С характеристиками закончили.

Экран исчез. Белое пространство вокруг начало тускнеть.

— Тогда подожди здесь, — сказала женщина, и перед Акирой возникла небольшая комната. Белые стены, белый пол, белый потолок. И ни одной двери. — Комната ожидания.

— А сколько ждать? — спросил Акира.

— Девять месяцев, — ответила женщина, даже не оборачиваясь.

Акира замер.

— Сколько?

— Девять месяцев, — повторила она. — Ты же не думал, что рождение — это мгновение? Ожидание идёт с момента зачатия. Пока яйцеклетка не станет ребёнком. Все девять месяцев. Как обычно.

Акира сел на пол. Девять месяцев в белой комнате без дверей.

— И что мне делать всё это время? — спросил он.

— Ждать, — Регистратор пожала плечами. — И следить за мутациями. Каждый час у тебя есть шанс в двадцать пять процентов на внешнюю мутацию. И ноль целых пять десятых процента — на внутреннюю. Два сердца, укреплённый желудок, более сильная кислота. Что-то в этом роде.

— Внутренняя мутация? — Акира нахмурился. — Это опасно?

— Как повезёт, — женщина усмехнулась. — Обычно нет. Но иногда бывает... интересно.

Она развернулась и исчезла, оставив Акиру одного в белой комнате.

Он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Девять месяцев. Девять месяцев ожидания. Девять месяцев неизвестности.

Он не знал, что ждёт его в новом мире. Но одно он знал точно: он не собирался умирать снова.

Глава 4: 9 месяцев и рождение

Первые сто часов Акира ещё считал. Он сидел на белом полу, смотрел на белые стены и ждал, когда перед ним появится хоть какое-то уведомление. Но система молчала. Никаких мутаций.

На сто двадцать шестом часу он сдался. Время в белой комнате текло странно. Он не чувствовал голода, не чувствовал усталости. Только бесконечную скуку.

Иногда перед ним вспыхивали системные окна.

«Внешняя мутация: не выпала».

«Внутренняя мутация: не выпала».

И так снова и снова. Акира уже начал думать, что удача, которая выпала ему на кубике, была ложью. Но на третьем месяце всё изменилось.

Перед ним вспыхнуло сообщение: «Внутренняя мутация: Укреплённое сердце».

Акира не сразу понял, что это значит. Но через несколько секунд почувствовал, как в груди что-то сжалось. Сосуды начали пульсировать, словно по ним текла не кровь, а раскалённый металл. Больно. Очень больно.

Он схватился за грудь. Боль не проходила. Она пульсировала в такт сердцебиению. Акира застонал и упал на пол. Он не знал, сколько это длилось. Может, час. Может, день. В белой комнате не было ни дня, ни ночи.

Когда боль немного стихла, он остался лежать на полу. Сердце билось сильно и ровно. Слишком сильно. Он чувствовал, как кровь с силой ударяет в стенки сосудов. Они трещали. Не лопались, но трещали.

«Это будет продолжаться всегда?» — подумал он.

Ответа не было.

Прошло ещё несколько месяцев. Акира потерял счёт времени. Он сидел, лежал, ходил по комнате из угла в угол. Иногда перед ним появлялись сообщения о том, что мутация не выпала. Он уже не обращал на них внимания.

А потом выпала вторая.

«Внешняя мутация: Алопеция. Через год после рождения волосы полностью выпадут».

Акира уставился на сообщение. Алопеция. Он знал это слово. Облысение. Он станет лысым. Через год после рождения.

Он провёл рукой по голове, представляя, как это будет. Лысый ребёнок. Лысый подросток. Лысый мужчина.

— Ну и ладно, — пробормотал он. — Волосы — не самое главное.

Внутри всё ещё было пусто. Он умер, попал в белую комнату, и теперь должен был стать лысым ребёнком с больным сердцем. Но он будет жить. Пятьсот лет. Это было больше, чем он мог себе представить.

На девятый месяц белая комната начала тускнеть. Акира стоял в центре и смотрел, как стены растворяются в темноте. Он чувствовал, как его тело сжимается, как он становится меньше.

— Пора, — раздался голос Регистратора откуда-то издалека. — Удачи, Акира. И не забудь сделать вдох.

Темнота поглотила его.

А потом пришла боль. Не такая, как от сердца. Другая. Удушающая. Акира почувствовал, как что-то сдавливает его со всех сторон. Он не мог дышать. Он не мог двигаться. Он не мог открыть глаза.

Он понял, что происходит. Он в утробе. Он задохнулся. Лёгкие были полны жидкости. Он не мог сделать вдох.

«Сделай вдох», — вспомнил он слова Регистратора.

Но как? Как сделать вдох, если лёгкие полны воды? Он попытался пошевелиться. Тело не слушалось. Он был ребёнком. Младенцем. Он не мог даже пошевелить пальцем.

Паника накрыла его. Он снова умирал. Второй раз. В утробе матери, которую он даже не знал.

«Нет», — подумал он. — «Я не умру. Не сейчас».

Он сжал кулаки. Собрал всю волю в кулак. И толкнулся.

Он не знал, что толкает. Просто толкался. Куда-то вперёд. В темноту. В боль.

И вдруг темнота взорвалась светом.

Он почувствовал, как чьи-то руки схватили его, перевернули, и что-то ударило по спине. Он закашлялся. Жидкость хлынула изо рта. Лёгкие обожгло воздухом.

Он сделал вдох.

Первый вдох в новом мире.

Он открыл глаза. Всё было размыто. Он видел лишь силуэты. Люди. Женщина. Мужчина. Они что-то говорили. Он не понимал слов.

Он снова закашлялся. Горло горело. Он хотел закричать, но не мог. Он был младенцем. Беспомощным. И теперь он жил.

Новая жизнь. Новое тело. Новый мир.

И в этот момент сердце в его груди ударилось с такой силой, что сосуды снова треснули. Боль пронзила всё тело. Он хотел кричать, но вместо этого издал лишь слабый писк. Женщина прижала его к груди. Он слышал её сердцебиение. Оно было спокойным и ровным. Не то, что его собственное.

Он закрыл глаза. Он был жив. Пока что.

Но боль не утихала. Сосуды в его груди трещали, словно кто-то водил по ним раскалённой иглой. Он чувствовал, как кровь с силой бьёт в стенки, и они лопаются. Раз, другой, третий.

«Я умираю», — подумал он. — «Опять».

Но потом произошло что-то странное. Боль начала отступать. Не исчезать совсем, а словно притупляться. Акира почувствовал, как в его теле что-то меняется. Сосуды, которые только что трещали, начали медленно затягиваться. Регенерация. Его тело лечило себя само.

Он не знал, сколько это длилось. Может, минуту. Может, час. Но когда он снова открыл глаза, боль стала терпимой. Она не ушла, но стала привычной, как старый шрам.

А потом он понял, что дышит. И воздух был странным. Слишком плотным, слишком тяжёлым. Он обжигал лёгкие, словно он вдыхал не воздух, а густой сироп. Акира закашлялся.

— Тише, тише, малыш, — прошептала женщина. Голос был мягким. — Дыши. Просто дыши.

Акира попытался. И постепенно лёгкие привыкли. Воздух всё ещё был тяжёлым, но дышать стало легче.

Он не знал, что в этом мире кислорода было сорок два процента. Не знал, что из-за этого насекомые здесь вырастают до размеров кошки, а деревья достигают невероятной высоты. Не знал, что его тело будет адаптироваться к этому воздуху ещё много лет.

Он просто лежал на руках у женщины, которая была его новой матерью, и слушал, как бьётся его собственное сердце. Оно всё ещё болело. Но теперь он знал: оно не остановится.

Он выжил.

Глава 5: мир в котором я живу

В новом мире Акиру назвали Мали Торнтсонт.

Он лежал в колыбели и смотрел в деревянный потолок. Вокруг не было ничего, кроме досок, соломы и тусклого света из щелей. Он не мог ходить, не мог говорить, но мог думать. И мысли не давали ему покоя.

«Где я? Что это за место?»

Ответ пришёл сам собой. Прямо перед глазами, словно на стекле, вспыхнуло полупрозрачное окно.

«Добро пожаловать в мир Аэтэр. Атмосфера: 42% кислорода. Рекомендуется адаптация».

Мали моргнул. Текст не исчез. Рядом с сообщением мигал маленький значок — вопросительный знак. Мали мысленно потянулся к нему. И нажал.

Экран развернулся. Перед ним поплыли строки, цифры, схемы. Это было похоже на энциклопедию, написанную для него одного.

«Мир Аэтэр. Физические параметры».

«Планета: Аэтэр. Диаметр: в 40 000 раз больше эталонной планеты (12 742 км).»

Мали замер. В сорок тысяч раз. Он попытался представить, но не смог. Слишком огромно. Слишком невообразимо. Он лежал в маленькой деревянной колыбели, в доме, который казался ему целым миром. А на самом деле этот мир был настолько велик, что его сознание просто отказывалось это принимать.

Он читал дальше.

«Небесные тела: все объекты, включая спутники и звёзды, увеличены пропорционально. Минимальный размер спутника — сопоставим с эталонной Луной (3 476 км), но масштабирован в 40 000 раз».

Мали вспомнил ночное небо, которое видел через щель в стене. Луна висела там, как гигантский глаз, заполняя половину небосвода. Теперь он понимал, почему. Она была не просто большой. Она была колоссальной.

«Звезда системы: Аэтэр-Прайм. Масса: в 40 000 раз больше эталонного Солнца. Физика звезды изменена: звезда не становится красным карликом и не выжигает планету. Термодинамические законы локально адаптированы».

Мали перечитал строчку про красный карлик дважды. В его прошлой жизни он знал: если звезда в сорок тысяч раз массивнее Солнца, она должна была бы давно взорваться или превратиться в чудовище, сжигающее всё вокруг. Но здесь этого не происходило. Здесь физика работала иначе. Законы, которые он знал, здесь не действовали.

«Это не просто другой мир», — подумал он. — «Это другая вселенная. С другими правилами».

Он прокрутил описание дальше.

«Атмосфера: 42% кислорода. Адаптация: рекомендуется. Примечание: повышенное содержание кислорода влияет на метаболизм живых существ. Ожидаемые эффекты: ускоренный рост, повышенная выносливость, усиление хитиновых покровов у насекомых».

Мали медленно выдохнул. Вот почему жуки, которых он видел в щелях, выглядели так, словно их панцири были выкованы из металла. Вот почему они двигались так резко и быстро. Кислород давал им энергию. Кислород делал их сильнее.

А значит, и его тело тоже менялось. Медленно, но менялось. Он чувствовал это по сердцу, которое билось слишком сильно. По сосудам, которые трещали и затягивались. По телу, которое становилось крепче.

Он закрыл окно Системы. Оно растворилось, словно его никогда не было.

Мали лежал в колыбели и смотрел на потолок. Мир вокруг был огромным. Невообразимо огромным. Звёзды были дисками, Луна — гигантским глазом, а планета — колоссом, который он не мог себе даже представить.

Но он был здесь. В этом мире. В этом теле. С этим сердцем.

И он собирался выжить.

Глава 6: первые шаги

К году Мали Торнтсонт научился ходить. Ну, как ходить. Он передвигался. Иногда на двух ногах, иногда на четвереньках, а иногда просто полз, как червяк, которого придавили дверью.

В этом мире дети взрослели быстрее. Кислород делал своё дело: мышцы крепли, кости становились прочнее, и к году большинство детей уже пытались ходить. Мали не был исключением. Но его сердце... Оно всё ещё болело. Каждый раз, когда он делал резкое движение, сосуды трещали, и грудь пронзала острая боль. Регенерация работала, но она не успевала за его желанием двигаться.

А двигаться нужно было. Потому что жуки не ждали.

Они приходили каждый день. Сначала по одному. Потом по два. Потом целыми группами. Феромон смерти работал, как маяк, и насекомые ползли к нему через щели в полу, через окна, через дверные проёмы. Отец уже несколько раз чинил щеколду на оконной раме, но это не помогало. Жуки находили новые пути.

Мали убивал их. Сначала неуклюже. Он хватал их руками, сжимал, ломал панцири. Жуки были сильными, их жвала могли прокусить кожу, но Мали был быстрее. Он использовал свою скорость и небольшой размер, чтобы уклоняться и бить в уязвимые места.

К концу года он выработал свою тактику. Он ждал, пока жук подползёт ближе, а потом резко бил кулаком или ногой. Если жук был слишком большим, он использовал палку, которую прятал под колыбелью.

Однажды ему удалось убить жука размером с ладонь. Жук перевернулся на спину, задёргал лапками, пытаясь встать, и Мали, глядя на это, не удержался:

— Ловкость кошки, грация картошки.

Он ударил его палкой. Жук затих.

Это была победа. Маленькая, но победа.

Родители заметили, что с ним что-то не так. Мать, Хельга, часто заставала его сидящим на полу с мёртвым жуком в руках. Она кричала, забирала жука и мыла ему руки. Отец, Бьёрнсон, хмурился и что-то бурчал про «странного ребёнка». Но они не понимали, что происходит. Они не видели феромон смерти. Для них это было просто странное поведение.

А Мали не мог им объяснить. Он был ребёнком. Он не мог говорить. Он мог только убивать жуков и ждать, когда ему исполнится двенадцать.

Однажды ночью, когда он лежал в колыбели, перед ним вспыхнуло системное окно. Оно было длиннее остальных:

«Обнаружена зрелая душа. Возраст души: более 12 лет. Доступ к Системе разрешён досрочно. Для закрепления способностей в новом государстве необходимо посетить алтарь. Ритуал обязателен».

Мали замер. Значит, Система знает, что он перерождённый. И она разрешила ему доступ раньше срока. Но алтарь... Ему всё равно придётся туда пойти. Не для того, чтобы открыть Систему, а для того, чтобы его способности «закрепились» в этом мире.

— Ладно, — пробормотал он. — Значит, алтарь. Когда-нибудь.

Он провёл рукой по лысой голове. Волосы выпали ещё несколько месяцев назад, и с тех пор он был лысым, как коленка. Мать плакала, отец ворчал, но Мали было всё равно. Волосы — не главное. Главное — выжить.

Интересный факт: зимы в мире Аэтэр достигают минус тридцати градусов и более.

Мали вздохнул и закрыл глаза. Он ещё не знал, что скоро придёт зима. И что в этом мире зимы были суровыми. А он — лысым.

«Ладно», — подумал он. — «Прорвёмся».

Он посмотрел на свою руку. Маленькую, слабую. Но с каждым днём она становилась сильнее. И с каждым днём жуки становились всё более наглыми.

«Посмотрим, кто кого», — подумал он.

И с этими мыслями он снова лёг спать, готовясь к новому дню. Новому дню, в котором ему придётся снова убивать.

Глава 7: первые два навыка

Мали Торнтсонту было полтора года. Он уже более-менее уверенно ходил, хотя иногда ещё падал на ровном месте. Жуки не прекращали свои атаки, но он уже привык к ним, как к надоедливым соседям, которых приходится терпеть.

В тот день он сидел на полу и пытался собрать из деревянных щепок что-то похожее на башню. Получалось не очень — щепки падали, а одна чуть не угодила ему в глаз.

И тут перед ним вспыхнуло системное окно.

«Внимание! Обнаружена возможность определения магического родства. Желаете пройти тест?»

Мали замер. Магическое родство. Он знал, что в этом мире есть магия. Видел, как отец зажигает огонь щелчком пальцев. Но он не знал, что у него самого может быть какая-то предрасположенность.

Он уже хотел нажать «Да», но вовремя остановился. А вдруг это что-то ограничит? Вдруг, выбрав одно, он потеряет возможность изучать другое? В этом мире всё было слишком сложным, чтобы принимать решения наспех.

Он нажал на значок с вопросительным знаком. Появилось пояснение:

«Примечание: выбранное родство не ограничивает изучение других видов магии. Оно лишь даёт начальный бонус и определяет предрасположенность к одному из направлений. Вы сможете изучать любую магию, но родственная будет даваться легче».

Мали выдохнул. Значит, это не приговор. Просто подсказка. Он снова посмотрел на окно и нажал «Да».

И тут произошло нечто странное. Из его груди, прямо в окно Системы, потекла тонкая струйка синей энергии. Она была похожа на дым, но светилась изнутри. Мали почувствовал, как что-то тёплое покидает его тело, и на мгновение ему стало легко-легко.

Энергия втянулась в окно, и через секунду появился результат:

«Ваше родство с магией: Магия Созидания».

Мали моргнул. Созидание. Не огонь, не вода, не тьма. Созидание.

Он не знал, что это значит. Но слово ему понравилось. Оно было спокойным. Не разрушало, а создавало.

«Магия Созидания позволяет создавать объекты из энергии, изменять существующие предметы и со временем — создавать живые организмы. Начальный бонус: ускоренное изучение заклинаний созидания, повышенная эффективность при работе с материей».

Мали задумался. Создавать объекты. Изменять предметы. Создавать живые организмы. Это было... интересно. Он не знал, как именно он будет это использовать, но чувствовал, что это может пригодиться.

И тут появилось ещё одно окно.

«Получена способность: Оценка».

«Вы можете оценивать прочность, твёрдость и другие характеристики материалов. С повышением уровня способности вы сможете видеть скрытые свойства и создавать более сложные предметы».

Мали уставился на сообщение. Оценка. Он теперь мог смотреть на любой предмет и понимать, из чего он сделан и насколько он прочен.

Он посмотрел на деревянную щепку, которую держал в руке.

«Дерево. Прочность: низкая. Твёрдость: низкая. Подходит для создания простых предметов».

— Ого, — пробормотал он. — Это... полезно.

Но Система ещё не закончила.

«Получена способность: Крафт».

«Вы можете в течение 10 секунд увеличить свою силу в несколько раз, чтобы управляться с выбранным материалом без усилий — как с пластилином. После окончания действия способности вы получаете гипертрофию мышц. Внимание: гипертрофия не даёт мгновенной силы. Это процесс. Ваши мышцы получают микроразрывы. Вы чувствуете практически полную отдачу от той силы, которую использовали. Чем мощнее был Крафт — тем сильнее боль. Вы не можете двигать конечностями. Длительность: 1 минута. После восстановления (1 час) ваши мышцы станут немного больше и сильнее».

Мали хмыкнул. Гипертрофия. Знакомое слово. Он читал про это в интернете ещё в прошлой жизни. Микроразрывы, восстановление, рост мышц. Только там это был долгий процесс — недели тренировок. А здесь — десять секунд силы, минута боли, час восстановления. И всё это ради того, чтобы стать чуть сильнее.

— Ускоренный курс мышечного роста через страдание, — пробормотал он. — Логично. За всё надо платить.

Он посмотрел на деревянную щепку в своей руке. Обычная щепка. Если он сожмёт её с силой Крафта, она превратится в труху. А его мышцы потом будут гореть огнём.

— Ладно, — сказал он. — Надо проверить.

Он сжал щепку. Активировал способность. Сила прилила к руке — резко, горячо. Дерево хрустнуло и смялось, словно мокрая бумага.

Мали разжал кулак. От щепки осталась только горсть трухи.

А потом пришла боль. Резкая, пульсирующая. Мышцы свело, пальцы не разгибались. Он стиснул зубы, чтобы не заорать, и опустился на пол. Боль длилась минуту. Потом начала отступать.

Мали выдохнул, посмотрел на свою руку. Красная, опухшая. Но через час она станет сильнее. Это цена. И он готов её платить.

— Неплохо, — сказал он. — Очень даже неплохо.

Он поднялся на ноги. Теперь у него было оружие. Не меч, не топор. Но сила, которая могла сломать что угодно.

— Ладно, — сказал он. — Посмотрим, что я смогу из этого сделать.

Глава 8 предистория

Простите за долгое отсутствие. Я пишу эту главу примерно через месяц после предыдущей. Так вышло, что у меня было мало времени и не хватало идей. Но теперь я вернулся.

Примечание автора: эта глава — объяснение прошлого главного героя. Она нужна для того, чтобы вы понимали, откуда у него те или иные знания и навыки, которые проявятся в будущем.

Акира Кугосаки не был героем. Не был гением. Он был обычным японцем, который жил в маленькой квартире, работал в офисе и пытался не сойти с ума от рутины.

Его жизнь была простой. Утром — метро, днём — бумаги, вечером — диван. Он не любил свою работу, но терпел. Потому что нужно было платить за квартиру, помогать отцу и откладывать на чёрный день.

Но у Акиры было несколько увлечений, которые спасали его от тоски.

Первое — манга. Он читал её запоем. Особенно любил истории про попаданцев в другие миры, где герои получали суперсилы и спасали мир. Он читал и думал: «Вот бы оказаться там. Где всё просто. Где ты — герой». Он не знал, что однажды окажется в таком мире. Только героем он не станет.

Второе — бокс. Акира занимался боксом около четырёх лет. Не для соревнований, не для титулов. Просто чтобы держать себя в форме и уметь постоять за себя. Он ходил в зал, отрабатывал удары, учился двигаться. Тренер говорил ему: «Ты не станешь чемпионом, но ты сможешь постоять за себя». Акира смеялся и продолжал тренироваться.

А потом он ушёл из бокса. Не потому что разочаровался, а потому что жизнь завертелась: работа, отец, больница. Но привычка осталась. Он повесил дома грушу. И иногда, когда выдавалась свободная минутка, отрабатывал на ней приёмы.

Но самое интересное — он любил фантазировать. Он не просто бил грушу, повторяя заученные комбинации. Он придумывал свои приёмы. Смотрел, как двигается груша, и представлял, что перед ним живой противник. Менял стойку, пробовал новые углы атаки, учился бить нестандартно. Иногда получалось что-то гениальное. Иногда — что-то смешное. Но он продолжал.

Это было не для кого-то. Просто для себя. И он не думал, что эти навыки когда-нибудь ему пригодятся.

Примечание: в переулке он не смог их использовать. Он не был готов к драке — не понял, что происходит, не успел среагировать. Всё заняло около полминуты: его затащили в темноту, ударили ножом, и он умер. Бокс не спас его, потому что уличная драка — это не ринг. Здесь нет правил, нет перчаток и нет времени думать.

Он умер, так и не поняв, что произошло. Просто шёл к отцу с деньгами на лечение. Просто оказался не в том месте не в то время. Просто человек с ножом решил, что его жизнь ничего не стоит.

А потом он открыл глаза в белой пустоте. И началось что-то другое.

Глава 9 то что ждёт впереди

Жуки не прекращали приходить. Мали уже сбился со счёта, сколько он их убил. Десять? Двадцать? Сотня? Он просто ждал, пока они подползут, активировал Крафт, сжимал панцирь, а потом пережидал минуту боли. И так по кругу.

Он больше не тратил силы на разговоры. Просто делал то, что нужно было делать.

Но однажды, когда он лежал на полу после очередной гипертрофии, перед ним вспыхнуло системное окно. Это было продолжение того сообщения, которое он получил в день, когда узнал о своём родстве с Магией Созидания.

«Благодаря эпическому родству с Магией Созидания вам будут доступны дополнительные функции Системы при достижении 12 лет:»

«1. Библиотека стихий».

«2. Книга трансмутаций».

«Доступ к функциям будет открыт после прохождения ритуала у алтаря».

Мали перечитал сообщение дважды.

Библиотека стихий. Книга трансмутаций. Названия были... интригующими. Но Система не объясняла, что они делают. Просто названия. Просто строчки на белом фоне.

— Библиотека стихий, — пробормотал он. — Значит, там будут стихии? Огонь, вода, земля? Или что-то другое?

Он попытался нажать на сообщение, чтобы узнать больше, но окно только мигнуло и закрылось. Никаких пояснений. Никаких подсказок. Только названия.

— Книга трансмутаций, — продолжил он. — Трансмутация... это превращение? Превращение одного в другое? Или что-то ещё?

Он не знал. И это бесило. Он привык понимать, что происходит. А здесь — просто названия, за которыми скрывалось что-то неизвестное.

— Ладно, — сказал он. — Значит, придётся ждать. И гадать.

Двенадцать лет. Ему было полтора. До двенадцати оставалось ещё десять с половиной лет. Десять лет жуков. Десять лет боли. Десять лет рутины. Но теперь у него была цель. Не просто выжить. А дожить до двенадцати. И узнать, что скрывается за этими названиями.

Он посмотрел на свою руку. Маленькую, слабую. Но с каждым днём она становилась сильнее. С каждым днём он становился быстрее. С каждым днём жуки становились всё менее опасными.

— Ладно, — сказал он. — Десять лет. Это не так уж и много. По сравнению с пятьюстами.

Он закрыл глаза. Боль отступила. Мышцы расслабились.

Завтра будет новый день. И новые жуки. Но теперь у него была цель. Дожить до двенадцати. Открыть то, что скрыто. И стать тем, кем он должен был стать.

Глава 10 зима

Зима пришла неожиданно. Вчера ещё было прохладно, а сегодня утром Мали проснулся от того, что его тело трясло. Не от боли в сердце. От холода.

Он открыл глаза. В комнате было бело. Нет, не от снега. От инея. Он покрывал стены, окна, даже деревянный пол. Мали выдохнул, и изо рта вырвалось облачко пара.

— Твою мать, — пробормотал он.

Он попытался сесть, но мышцы свело от холода. Сердце забилось быстрее, сосуды треснули, и он зашипел от боли. Как будто мало было жуков, теперь ещё и мороз.

Мать зашла в комнату, закутанная в шерстяной платок. Увидев, что он проснулся, она всплеснула руками и подбежала к нему.

— Мали, малыш, ты весь ледяной! — она схватила его на руки и прижала к себе.

От неё пахло дымом и чем-то тёплым. Мали прижался к ней, чувствуя, как тепло постепенно возвращается в тело.

— Сейчас я тебя укутаю, — сказала она. — Зима в этом году ранняя. Отец сказал, что ночью было очень холодно. Даже вода в бочке замёрзла до самого дна.

Мали мысленно потянулся к Системе.

«Температура воздуха: минус 34 градуса по Цельсию. Средняя зимняя температура в регионе: от минус 34 до минус 35 градусов. Возможны похолодания до минус 40».

Он закрыл глаза. Минус тридцать четыре. И это только средняя. А он — лысый. У него не было волос, чтобы согревать тело. Вообще нигде. Гладкая кожа, как у новорождённого, только покрытая мурашками от холода. И он был младенцем. И у него болело сердце.

— Отличная зима, — пробормотал он. — Просто отличная.

Мать укутала его в несколько слоёв шерстяных одеял и усадила у очага. В доме было тепло, но из щелей в стенах дуло. Мали смотрел на огонь и думал.

Зима. Жуки, наверное, тоже мёрзнут. Может, они перестанут приходить?

Но нет. Через час у окна появился первый жук. Он был медленнее обычного, его движения были вялыми, но он всё равно полз к дому. Феромон смерти работал даже в мороз.

— Ну, конечно, — вздохнул Мали. — Куда же без вас.

Он дождался, пока жук заползёт в комнату, и активировал Крафт. Сила прилила к руке. Он сжал жука. Панцирь хрустнул. А потом пришла боль. Гипертрофия.

Но на этот раз боль была другой. Мышцы не просто горели. Они согревались. Как будто внутри него включился маленький обогреватель. Мали лежал на полу и чувствовал, как тепло разливается по телу.

— Ого, — выдохнул он. — Так вот как это работает.

Он понял: Крафт не только даёт силу, но и разогревает мышцы. А значит, в бою зимой он не замёрзнет. Это было... полезно.

Он поднялся на ноги. Боль отступила. Он подошёл к окну и посмотрел на улицу. Всё было покрыто снегом. Деревья стояли голые, словно скелеты. А вдалеке, у леса, он заметил какие-то тени. Волки? Или что-то похуже?

— Ладно, — сказал он. — Зима так зима.

Он вернулся к очагу. Мать дала ему миску с горячей похлёбкой. Он съел всё до дна. А потом снова сел у огня и стал ждать следующего жука.

Зима будет долгой. Но он выживет. Он уже выживал в худших условиях.

Глава 11 город

Мали Торнтсонту было пять лет.

Он вырос. Не так сильно, как хотел бы, но всё же. Теперь он мог ходить, бегать и даже драться. Жуки всё ещё приходили, но он уже не боялся их. Крафт, Оценка и годы тренировок сделали своё дело. Он убивал их быстро и без лишних эмоций.

Но сегодня был особенный день. Отец взял его с собой в город.

— Пора тебе увидеть, как живут люди, — сказал Бьёрнсон, застёгивая куртку. — Ты уже большой.

Мали не спорил. Он давно хотел выйти за пределы дома. Увидеть мир, о котором знал только по рассказам матери и отца.

Дорога до города заняла несколько часов. Они шли через лес, по узкой тропе, которая петляла между деревьями. Мали смотрел по сторонам. Здесь всё было другим. Кислород делал своё дело: деревья были огромными, а трава — густой и высокой. Иногда на пути попадались следы животных. Больших животных.

— Не отставай, — сказал отец. — Здесь легко заблудиться.

Мали кивнул и ускорил шаг.

Город появился внезапно. За поворотом тропы открылась широкая долина, а в ней — стены. Высокие каменные стены, увитые плющом. Над воротами висел флаг с гербом. Мали не знал, что он значит, но выглядел герб внушительно.

— Это Вольный город Торн, — сказал отец. — Здесь мы продаём кожу и покупаем то, что нужно для дома.

Они прошли через ворота. Внутри город кипел жизнью. Люди сновали туда-сюда, кто-то торговал, кто-то ругался, кто-то тащил тележку с товаром. Пахло дымом, едой и потом. Мали вертел головой, пытаясь всё запомнить.

Они подошли к прилавку, где стоял мужчина с бородой. Отец кивнул ему, и тот кивнул в ответ.

— Мой сын, — сказал Бьёрнсон. — Хочу показать ему деньги.

Продавец хмыкнул и достал из-под прилавка небольшой сундучок. Открыл его. Мали уставился на монеты. Они были разного размера и цвета.

— Вот это чугунные, — отец показал на тёмные, почти чёрные кружочки, которые лежали в кармане у него самого. — Самое простое. За них можно купить разве что воду или кусок хлеба.

Он достал из своего кармана монету покрупнее, красноватую.

— Это медные. За одну медную дают тысячу чугунных. На них уже можно купить молоко или мясо.

Он достал монету с желтоватым оттенком.

— Это бронзовые. За одну бронзовую дают пятьсот медных. Бронза дороже, потому что её сложнее сделать — это сплав.

Мали кивнул. Он знал, что бронза — это сплав меди и олова.

Продавец тем временем достал из сундучка монету побольше, серебристую.

— А это серебро, — сказал отец, кивнув на неё. — За одну серебряную дают тысячу медных. Или две бронзовых. Но у меня таких нет. Это для богатых.

Продавец усмехнулся и достал ещё одну монету — жёлтую, блестящую.

— А это золото, — сказал отец. — За одну золотую дают тысячу серебряных. Но это уже... — он покачал головой. — Это не для нас.

Мали смотрел на монеты. Чугун, медь, бронза, серебро, золото. Пять уровней. И каждый следующий — в тысячи раз дороже предыдущего.

— А есть что-то больше золота? — спросил он.

Продавец хмыкнул и покачал головой.

— Есть, малец. Но не для таких, как мы. — Он понизил голос. — Ходят слухи о платиновой монете. Говорят, одна такая равна тысяче золотых. Но это только слухи. Никто её не видел. Может, она есть, а может, её и вовсе не существует.

Мали кивнул. Платина. Тысяча золотых. Это уже звучало как что-то нереальное.

— А есть что-то подтверждённое? — спросил он.

— Подтверждённое? — продавец усмехнулся. — Есть две валюты, которые подтверждены самим королём и императором. Мифрил и адамант. Но они не для таких, как мы. Слишком дорогие.

— Насколько дорогие? — не унимался Мали.

— Нефриловая монета, мифрил, — продавец понизил голос, — равна ста тысячам золотых. А адамант — миллиону золотых. Если у тебя есть такая сумма, ты можешь их получить. Но кто в здравом уме будет хранить такие деньги в кармане?

Мали моргнул. Сто тысяч золотых за одну монету. И миллион за другую. Это было... невообразимо. Но теоретически — возможно. Если очень постараться.

— Ладно, — сказал отец. — Хватит с тебя. Пойдём.

Они прошли дальше по улице. Отец показал ему кузницу, где делали инструменты, и лавку, где продавали ткани. Мали смотрел и запоминал. Этот мир был сложным. Но он начинал его понимать.

— Ладно, — сказал отец. — Пора возвращаться. Мать будет волноваться.

Мали кивнул. Но перед уходом он ещё раз посмотрел на город. На людей, на стены, на флаг над воротами.

Он вернётся сюда. Когда-нибудь. И не просто как сын кожевника.

Глава 12 двенадцатилетие

Мали Торнтсонту исполнилось двенадцать лет.

Он проснулся утром и сразу почувствовал, что что-то изменилось. Нет, не в комнате. В нём самом. Феромон смерти, который двенадцать лет привлекал к нему жуков, вдруг стал... тише. Он всё ещё чувствовался, но уже не так сильно. Система предупреждала, что противовес исчезнет после двенадцати. И вот этот день настал.

Мали сел на кровати. За окном было светло. Весна. Снег растаял, деревья покрылись листьями. И жуки больше не лезли в дом.

— Неужели, — пробормотал он. — Неужели это конец?

Он встал и подошёл к окну. На улице было тихо. Никаких жуков. Никаких теней. Просто обычное утро.

— Мали! — раздался голос отца из-за двери. — Вставай. Сегодня важный день.

Мали оделся и вышел. Отец стоял в коридоре, уже одетый в дорожную куртку.

— Ты помнишь, куда мы идём? — спросил он.

— К алтарю, — ответил Мали. — Профиль получать.

Отец кивнул.

— В двенадцать лет все проходят обряд закрепления. Ты приходишь к алтарю, Система считывает твои данные: способности, характеристики, родство с магией. И создаёт твой Профиль. Теперь ты официально зарегистрирован в городском реестре. Ты — взрослый.

Он усмехнулся.

— Главное — не забудь подтвердить готовность, когда Система спросит. А то некоторые так и стоят у алтаря, пока их не растолкают.

Мали кивнул. Он знал, что это обычная процедура. В этом мире у всех был Профиль. И его получали в двенадцать лет. Это было так же нормально, как дышать.

— Пойдём, — сказал отец. — Нам ещё до города идти.

Они вышли из дома. Дорога шла через лес, к старому алтарю, который стоял на поляне недалеко от города. Мали видел его раньше, но никогда не подходил близко. Это было место, где Система регистрировала всех, кто достиг двенадцати лет.

Поляна была пустой. Только старый каменный алтарь в центре, покрытый мхом и лишайником. Мали подошёл к нему. Отец остался стоять в стороне.

— Я не знаю, что делать, — сказал Мали.

— Просто коснись, — ответил отец. — Система подскажет.

Мали положил ладонь на камень. И тут же перед глазами вспыхнуло системное окно.

«Обряд закрепления профиля. Подтвердите готовность».

Мали мысленно нажал «Да». Камень под его ладонью нагрелся. Из него в тело Мали потекла тёплая энергия. Он почувствовал, как его способности — Долгожитель, Пожирание генов, Ускоренное мышление, Оценка, Крафт — словно закрепились в его теле. Стали частью его.

А потом появилось новое сообщение:

«Профиль закреплён. Доступ к дополнительным функциям Системы открыт».

«Библиотека стихий».

«Книга трансмутаций».

Мали выдохнул. Двенадцать лет. Он ждал этого момента с тех пор, как узнал о функциях.

— Что там? — спросил отец.

— Всё, — ответил Мали. — Теперь всё.

Он мысленно потянулся к Библиотеке стихий. Перед ним появилась летающая книга. Она парила в воздухе, страницы были исписаны символами, а на обложке красовался знак, похожий на спираль.

Книга открылась на первой закладке. Мали увидел разворот. Слева был список стихий с маленькими значками:

· Огонь (красный значок)

· Вода (синий значок)

· Земля (коричневый значок)

· Воздух (белый значок)

И больше ничего. Только эти четыре. Над списком мигала надпись:

«Всего стихий: 200 197 399 746 628 376 019 028 764. Изучено: 4».

Мали моргнул. Двести септиллионов... и ещё куча цифр. Он даже не знал, как это число называется. И он изучил только четыре.

Он перелистнул на вторую закладку. Там был разворот с двумя страницами. Слева — пятиугольник, в котором показывалось, в какую сторону он прокачивается. Справа — значки способностей с плюсиками.

«Доступно очков стихий: 0».

— Понятно, — пробормотал он. — Сначала нужно заработать очки.

Он закрыл Библиотеку. Книга исчезла.

А потом он вспомнил про Книгу трансмутаций. Он мысленно потянулся к ней, и перед ним появилась ещё одна книга. На обложке был знак печки.

Книга открылась. На развороте слева была печка — небольшое углубление, куда нужно было класть предмет. Справа — колесо, на котором отображались предметы. Внизу мигал счётчик:

«EU: 0. Мана: 0».

«Поместите предмет в печь для преобразования в EU».

Мали перелистнул страницу. Там был второй раздел — «Преобразование». В нём было пустое поле для предмета и шкала маны. Под ней было написано:

«Напитайте предмет маной, чтобы преобразовать его в новый, более ценный предмет. Требуется мана и базовый предмет».

Мали улыбнулся. Теперь он мог не просто находить предметы, а создавать из них что-то новое. Например, взять слиток стали, напитать его маной и получить маносталь. Или взять стальной клинок и получить маносталевый клинок.

Он перелистнул ещё раз. Третий раздел назывался «Зачарование». Мали увидел пустое поле для предмета и список доступных улучшений. Под ним было написано:

«Поместите предмет в книгу и выберите улучшение из списка. Книга покроет предмет тонким слоем маны, улучшив его характеристики».

Мали кивнул. Значит, здесь не нужно тратить ману вручную. Достаточно засунуть клинок или доспех, выбрать нужное улучшение — и книга сама всё сделает.

— Удобно, — пробормотал он.

Он закрыл Книгу трансмутаций. Она растворилась в воздухе.

— Пойдём домой, — сказал он отцу. — Мне нужно кое-что проверить.

Отец кивнул и пошёл следом. Он ничего не понимал, но видел, что сын счастлив.

А Мали уже думал о том, что попробует первым: огонь, воду или трансмутацию. И о том, что за 500 лет он сможет изучить около 120 194 253 287 984 365 874 837 747 стихий. Но даже этого будет мало. Всего 200 197 399 746 628 376 019 028 764. И 80 003 146 458 644 010 144 191 017 стихий останутся невыученными. Навсегда.

Он попытался прикинуть, сколько комбинаций сможет перебрать. Если он будет делать это без остановки, используя Систему как калькулятор, то...

500 умножить на 365... разделить на 24... плюс 4... минус 265... умножить на 199 999... разделить на 3... плюс 7... минус 12 процентов... плюс 4,5 процента...

Цифры мелькали перед глазами. Он сбивался, начинал заново. Проверял, пересчитывал. Парабола расчётов уходила в бесконечность, а он всё считал и считал.

...умножить на 1 000 000... разделить на 7... плюс 3... минус 199... плюс 265...

Он не знал, сколько прошло времени. Может, час. Может, два. Может, целая вечность. Но он не сдавался.

...плюс 4 процента... минус 12 процентов... умножить на 365... разделить на 24...

Спустя два часа и пятнадцать минут он наконец оторвался от расчётов. В голове гудело. Глаза слезились. Но он получил результат.

— 199 999 999 999 999 999 999 999 735, — произнёс он вслух. — Вот сколько я смогу перебрать. И только 265 останутся неизученными.

Он закрыл книгу. В голове гудело. Слишком много информации. Слишком много цифр. И два часа пятнадцать минут расчётов.

— Ладно, — сказал он. — Начнём с малого. Соединим огонь и землю.

Глава 13 изучение новых функций

Мали вернулся домой и сразу закрылся в своей комнате. Он сел на пол, скрестив ноги, и мысленно потянулся к Библиотеке стихий. Книга появилась перед ним, паря в воздухе.

Он открыл первую закладку — список стихий. Огонь, вода, земля, воздух. Четыре значка, которые он уже видел.

Он нажал на огонь. Значок загорелся красным. Потом нажал на землю. Коричневый значок мигнул. На правой странице разворота появилась симуляция: маленький огонёк встретился с комком земли, и они слились в тёмно-красную субстанцию.

«Результат: Магма. Требуется мана: 5».

Мали улыбнулся. У него было 0 маны. Он решил подождать. Через час у него было 5 маны.

Он снова открыл Библиотеку. Выбрал огонь и землю. Нажал «Создать». Из его ладони вытекла тёплая энергия, и на полу появилась маленькая лужица магмы. Она светилась и пузырилась.

— Работает, — выдохнул Мали.

И тут же перед глазами вспыхнуло уведомление:

«Открыта новая стихия: Магма. Награда: +10 очков стихий».

Мали удивлённо моргнул. Очки стихий. Те самые, которые нужны для прокачки. Он открыл вторую закладку Библиотеки. Там было написано:

«Доступно очков стихий: 10».

— Ого, — пробормотал он. — Значит, за каждую новую стихию дают очки.

Он закрыл Библиотеку. Теперь у него было 10 очков. И он мог потратить их на прокачку способностей. Но пока он не знал, что именно прокачивать.

Он снова открыл Библиотеку. Теперь он выбрал магму и воду. Нажал «Создать». Магма зашипела, и на её месте появился чёрный, блестящий камень.

«Результат: Обсидиан».

«Открыта новая стихия: Обсидиан. Награда: +10 очков стихий. Или вы можете выбрать прибавку к характеристикам».

Мали замер. Прибавка к характеристикам? Он нажал на сообщение. Появился список:

«+10% к скорости атаки».

«+10% к скорости передвижения».

«+10% к шансу крита».

«+10% к шансу наложить эффект горения при атаке».

— Ого, — выдохнул он. — Вот это выбор.

Он выбрал +10% к скорости передвижения. И почувствовал, как его тело стало легче, словно мышцы запомнили новое движение.

Он снова открыл Библиотеку. Теперь он выбрал магму и огонь. Нажал «Создать». Магма вспыхнула и превратилась в ярко-оранжевую жидкость.

«Результат: Лава».

«Открыта новая стихия: Лава. Награда: +10 очков стихий. Или вы можете выбрать прибавку к характеристикам».

Он выбрал +10% к скорости атаки.

Потом он выбрал лаву и воду. Нажал «Создать». Лава зашипела, и в воздух поднялся белый пар. А на полу остался серый камень.

«Результат: Пар, Камень».

«Открыта новая стихия: Пар. Награда: +10 очков стихий. Или вы можете выбрать прибавку к характеристикам».

Он выбрал +10% к шансу крита.

Он посмотрел на камень в своей руке. Обычный серый камень. И у него был обсидиан. Чёрный, блестящий, тяжёлый.

Он открыл Библиотеку. Выбрал камень в качестве основы. Потом выбрал обсидиан как второй элемент. Нажал «Создать».

На симуляции справа камень лёг на дно. Сверху на него упал обсидиан. Удар. Камень треснул. Разлетелся на куски.

«Результат: Гравий, Булыжник».

«Открыта новая стихия: Гравий. Награда: +10 очков стихий. Или вы можете выбрать прибавку к характеристикам».

Он выбрал +10% к шансу замедления.

— Логично, — пробормотал он. — Обсидиан твёрже. Он просто раздавил камень.

Потом он решил попробовать что-то другое. Он выбрал землю и воду. Нажал «Создать». На симуляции земля смешалась с водой и превратилась в мокрую, грязную субстанцию.

«Результат: Грязь. Требуется мана: 2».

«Открыта новая стихия: Грязь. Награда: +10 очков стихий. Или вы можете выбрать прибавку к характеристикам».

Он выбрал +10% к скорости восстановления маны.

И так он продолжал. Минута за минутой. Он перетыкивал разные комбинации, создавал новые стихии. Каждый раз Система предлагала награду, и он выбирал прибавку к характеристикам.

Он получил песок (земля + воздух). Пыль (песок + воздух). Глину (земля + вода). Ил (глина + вода). Уголь (земля + огонь). Пепел (уголь + огонь). Дым (пепел + воздух). Туман (пар + воздух). Лёд (вода + воздух). Снег (лёд + воздух). Соль (вода + земля). Ржавчину (земля + вода + огонь). Кислоту (вода + огонь + земля). Щёлочь (вода + земля + пепел). Смолу (земля + огонь + воздух). Деготь (смола + огонь). Сажу (деготь + воздух). Кристалл (земля + вода + воздух). Стекло (песок + огонь). Керамику (глина + огонь). Кирпич (глина + огонь + земля). Бетон (кирпич + вода + песок). Ржавое железо (земля + огонь + вода + воздух). Медь (земля + огонь + воздух). Олово (медь + земля). Бронзу (медь + олово). Сталь (железо + уголь). Золото (земля + огонь + вода). Серебро (золото + вода). Платину (золото + серебро + земля). Мифрил (платина + земля + воздух). Адамант (мифрил + огонь + вода). Кость (земля + вода + огонь + пепел). Хитин (кость + земля). Чешую (хитин + вода). Перо (чешуя + воздух). Шерсть (перо + земля). Кожу (шерсть + вода). Мясо (кожа + огонь). Кровь (мясо + вода). Жир (мясо + огонь). Мозг (кровь + земля). Нерв (мозг + воздух). Слизь (кровь + вода + земля). Яд (слизь + огонь). Слюну (яд + вода). Желчь (слюна + земля). Кислоту (желчь + огонь). Смолу (кислота + земля). Воск (смола + воздух). Мёд (воск + вода). Нектар (мёд + воздух). Пыльцу (нектар + земля). Семя (пыльца + вода). Росток (семя + земля). Лист (росток + воздух). Цветок (лист + вода). Плод (цветок + земля). Древесину (плод + огонь). Кору (древесина + воздух). Корень (кора + земля). Стебель (корень + вода). Шип (стебель + огонь). Яд (шип + вода). Гниль (яд + земля). Плесень (гниль + воздух).

Каждый раз Система предлагала награду, и он выбирал прибавку к характеристикам. Он не брал одно и то же. Он действовал по очереди.

Сначала взял +10% к скорости передвижения. Потом +10% к скорости атаки. Потом +10% к шансу крита. Потом +10% к шансу замедления. Потом +10% к скорости восстановления маны. Потом +10% к скорости регенерации. И напоследок — +10% к шансу кровотечения.

Каждый раз, когда он выбирал награду, его тело отзывалось. Мышцы становились быстрее. Кровь бежала бодрее. Мана восстанавливалась легче. Он чувствовал, как меняется. Как становится сильнее.

Через десять минут он создал около шестидесяти пяти новых стихий. И его характеристики выросли. Он чувствовал себя быстрее, сильнее, опаснее.

— Ладно, — пробормотал он. — Хватит перетыкивать. Пора сделать что-то серьёзное.

Он открыл Библиотеку. Теперь он выбрал не две стихии, а десять. Огонь. Земля. Вода. Воздух. Магма. Лава. Обсидиан. Пар. Гравий. Булыжник.

Он нажал «Создать».

На симуляции все десять стихий смешались в один большой шар. Он завертелся, засветился, и... появился новый материал. Тёмно-красный, мягкий, тёплый. Похожий на сырое мясо.

«Результат: Плоть».

Мали уставился на сообщение. Плоть. Настоящая плоть. Он создал её из огня, земли, воды, воздуха и ещё шести стихий.

— Ого, — выдохнул он. — Вот это да.

Он создал плоть в реальности. На полу появился кусок тёмно-красной массы. Она была тёплой и пульсировала, словно живая.

— Что я могу с ней сделать? — пробормотал Мали.

Система ответила:

«Плоть можно использовать для создания живых организмов, а также для улучшения собственного тела. Но для этого потребуются дополнительные знания и навыки».

Мали кивнул. Значит, это только начало. Он создал плоть, но не знал, как её использовать. Пока.

Он открыл вторую закладку Библиотеки. Там был список его характеристик.

«Скорость передвижения: +100%».

«Скорость атаки: +100%».

«Шанс крита: +90%».

«Шанс замедления: +90%».

«Скорость восстановления маны: +90%».

«Скорость регенерации: +90%».

«Шанс кровотечения: +90%».

Мали уставился на цифры. Он стал в два раза быстрее. В два раза чаще бил. Почти всегда критовал. И всё это — за десять минут перетыкивания.

— Ого, — выдохнул он. — Вот это да.

И тут же перед глазами вспыхнуло новое системное окно. Оно было красным.

«Внимание! Вы — первый владелец стихии Созидание. Это была недоработка Системы. Слишком большая прибавка к характеристикам. Характеристики будут уменьшены».

Мали замер.

«Прибавки к характеристикам уменьшены в 10 раз».

Он посмотрел на список.

«Скорость передвижения: +10%».

«Скорость атаки: +10%».

«Шанс крита: +9%».

«Шанс замедления: +9%».

«Скорость восстановления маны: +9%».

«Скорость регенерации: +9%».

«Шанс кровотечения: +9%».

— Да вы издеваетесь, — пробормотал Мали.

Он только что был в два раза быстрее. А теперь — всего на 10% быстрее. Это было как если бы ему дали конфету, а потом отобрали, оставив только фантик.

— Ладно, — сказал он, стиснув зубы. — Хоть что-то.

Он закрыл Библиотеку. В голове гудело. Но он не собирался сдаваться. Он вспомнил про Книгу трансмутаций. Может, там получится что-то полезное?

Он вышел на улицу и отправился в лес. Там он собрал кучу хвороста, сухих веток и щепок. Вернулся домой, открыл Книгу трансмутаций и засунул всё в печку.

«Изучен новый материал: Древесина. EU: +2».

«Изучен новый материал: Хворост. EU: +1».

«Изучен новый материал: Щепки. EU: +2».

«Изучен новый материал: Сухие листья. EU: +1».

Счётчик пополнялся. Он сжёг весь мусор, который собрал. В итоге у него набралось около 537 EU.

— Ого, — выдохнул он. — Даже мусор можно превратить в энергию. И изучить его.

Он посмотрел на колесо справа. Теперь на нём появились значки древесины, хвороста, щепок и листьев. Он мог создать их в любой момент, потратив EU.

— Ладно, — сказал он. — Это только начало.

Глава 14 через некоторое время

Прошло почти полгода.

Мали Торнтсонту было двенадцать с половиной. За эти месяцы он сильно изменился. Вырос, окреп. Жуки больше не лезли в дом (феромон смерти исчез), но он всё равно иногда выходил в лес и тренировался. На всякий случай.

А ещё он копил EU.

Каждый день он ходил в лес, собирал хворост, сухие ветки, палки, мусор — всё, что плохо лежало. Приносил домой и сжигал в печке Книги трансмутаций. Счётчик пополнялся.

«Изучен новый материал: Хворост. EU: +1».

«Изучен новый материал: Палка. EU: +1».

«Изучен новый материал: Мусор. EU: +2».

И так изо дня в день. Иногда он находил что-то поинтереснее — старую кожу, обрывки ткани, сломанные инструменты. Всё шло в печку. Всё превращалось в EU.

Спустя четыре месяца у него накопилось 11 143 EU.

Мали открыл Книгу трансмутаций и посмотрел на счётчик. Одиннадцать тысяч сто сорок три. Это было много. Очень много.

— Ладно, — пробормотал он. — Посмотрим, на что ты способен.

Он открыл колесо справа. Теперь на нём было полно значков: хворост, палки, щепки, листья, древесина, кора, уголь. Всё, что он изучил за эти месяцы.

Он выбрал хворост. Потратил 10 EU. И в реальности появилась целая охапка хвороста. Он выбрал ещё раз. Ещё одна охапка. И ещё. И ещё.

Через минуту на полу лежала гора хвороста. Достаточно, чтобы растопить камин на всю зиму.

— Ого, — выдохнул Мали. — Вот это да.

И тут же перед глазами вспыхнуло системное окно. Оно было золотым.

«Внимание! Система обновляется. Обнаружено накопление энергии: 11 143 EU. Доступно новое обновление».

Мали замер.

«Обновление 1.1: Добавлен раздел "Крафт" в Книгу трансмутаций. Теперь вы можете создавать предметы из нескольких материалов одновременно. Также добавлена возможность улучшать созданные предметы».

«Обновление 1.2: Добавлена функция "Создание формы" в Библиотеку стихий. Теперь вы можете мысленно вырезать определённую форму из стихии в симуляции. Созданная форма становится новой стихией».

Мали уставился на сообщение. Создание формы. Он мог мысленно вырезать что-то из стихии. И это становилось новой стихией.

Он открыл Библиотеку стихий. Действительно, на первой закладке появилась новая кнопка — «Создать форму».

Он нажал на неё. Появилась симуляция. Он выбрал несколько стихий, которые уже изучил: кожу, плоть, мышцы, жир, мозг, нервы, сердце, кости. И мысленно представил форму... человека.

На симуляции все эти материалы начали смешиваться. Кожа натянулась на кости, мышцы обернулись вокруг плоти, сердце забилось в груди, мозг заполнил череп. Язык он сделал из нервов — вкусовые сосочки, тонкие и розовые.

Но чего-то не хватало. Глаз не было. Лёгких, печени, почек — тоже. Только сердце и мозг. Только два органа. И общая масса.

«Открыта новая стихия: Недочеловек. Награда: +100 очков стихий. Внимание: создание живых организмов требует огромного количества маны и EU. В данный момент у вас недостаточно ресурсов для материализации. Также для полноценного организма необходимы дополнительные органы: глаза, лёгкие, печень, почки и другие».

Мали уставился на сообщение. Недочеловек. Он создал недочеловека. Не монстра, не зверя. Просто тело, которое не может жить.

— Ого, — выдохнул он. — Вот это да.

Он посмотрел на свои руки. Теперь он мог создавать жизнь. Но пока только её часть. И это было... страшно.

— Ладно, — сказал он. — Это только начало.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге