Обложка Хвост Феи: Серебряная Кровь

Хвост Феи: Серебряная Кровь

Эль Презеденте

0% прочитано
Стандартный
Эль Презеденте

Хвост Феи: Серебряная Кровь

Глава 31 Спокойные дни Арии.

Ария снова была там.

Она видела всё, что Зверь делал с Зеро, — и не могла ни отвернуться, ни закрыть глаза, потому что глаз у неё в этом сне не было. Были только руки. Её руки, которые двигались сами.

А потом пол налился красным.

В луже крови отразилось лицо — её лицо, с двумя синими глазами, которые не принадлежали ей.

— От своей судьбы не уйдёшь, вампир.

Она проснулась в холодном поту, с криком на губах.

Крик ещё висел в темноте, когда дверь распахнулась и в комнату влетели все сразу — Эрза, Люси, Нацу, Венди, Хэппи и Чарли.

— Ария?!

— Что случилось?!

Они увидели её — сидящую на постели, с прилипшими ко лбу волосами и глазами, в которых ещё стоял тот сон, — и не стали ничего спрашивать.

Просто обняли.

Эрза опустилась на колени у кровати и притянула её голову к своему плечу. Люси обхватила за спину. Нацу вцепился в руку так, будто мог этим удержать её здесь, в этом мире.

— Скоро доберёмся до дома, — сказал он. — Слышишь? До дома. И всё будет хорошо.

— Я... — Ария выдохнула. — Я не знаю, как это остановить.

Венди присела рядом.

— Я могу попробовать, — сказала она тихо. — Моя магия лечит раны. Все раны.

— Нет. — Ария покачала головой, и в голосе не было резкости, только усталость. — Спасибо. Но это не рана.

— Душевные раны магия не исцеляет, — добавила Эрза. — Особенно самые глубокие. Их лечат время и люди рядом.

Венди медленно кивнула.

— Я... кажется, понимаю.

Понимала она лишь частично — и знала это.

А Чарли, стоявшая у стены, молча смотрела на Арию.

И каждый раз, когда та делала вдох, Чарли вздрагивала от странного чувства. Будто перед ней была дорога, которую она не видит. Обычно она умела — слабо, но умела — нащупать чужую судьбу, угадать её, как угадывают тень за поворотом.

Здесь тени не было.

Только тьма, у которой не было ни начала, ни конца.

После битвы с «Орасьон Сейс» команда Нацу возвращалась в гильдию — вместе с Венди и Чарли.

Поезд шёл ровно, и Нацу сидел у окна с видом человека, которому наконец-то вернули отнятое в детстве.

— Впервые за всю жизнь, — провозгласил он. — Я наслаждаюсь дорогой!

— Ты только не радуйся слишком сильно, — пробормотала Люси. — Ветер может измениться.

Она отвернулась к окну и ушла в свои мысли.

Правда о «Кошкином Доме» всё ещё жила в ней, как заноза под кожей. Гильдия, которой не было. Девочка, получившая целый мир людей, растворившийся за один день.

И — три ключа.

Она вспомнила, как они пришли: Близнецы, Скорпион и Овн. Встали перед ней — смущённые, серьёзные, — и сообщили, что Ангел арестована, а их контракты разорваны.

А потом попросили её.

— Вы серьёзно? — тогда Люси едва расслышала собственный голос.

— Мы видели, как ты обращаешься со своими духами, — сказали Близнецы. — Мы хотим быть с тобой.

Она заплакала. А потом согласилась — и запомнила, как засветились их лица.

Это было лучшее, что она видела за неделю.

Двери распахнулись, и гильдия взорвалась.

— Вернулись!

— Целые! Живые!

— Они разнесли треть Альянса Балам!

Нацу, Люси, Грей и Эрза едва пролезли сквозь толпу. За их спинами, растерянно прижимаясь друг к другу, стояли Венди и Чарли.

— А это кто? — спросил кто-то.

— Венди Марвелл, — сказала Эрза. — Убийца Небесного Драконов.

Тишина.

А потом кто-то сказал: «Убийца Драконов?! Ещё одна?!» — и гильдия заревела с новой силой.

Макаров уже стоял на стойке.

— Сегодня мы празднуем! — объявил он. — Возвращение нашей команды! И наших новых друзей!Начался пир.

Венди смотрела на всё это огромными глазами: кто-то сунул ей в руки кусок пирога, кто-то поднял её на плечи, Хэппи гордо нарезал круги над головами и представлял её всем подряд — по пять раз одним и тем же людям.

— Мне здесь нравится, — сказала Венди. — Правда. Здесь так... шумно.

— Это ещё тихий вечер, — ответила Чарли.

За дальним столом сидел только один человек.

Ария.Она держала кружку обеими руками, смотрела в неё и не видела. Вокруг кричали, смеялись, чокались, а она сидела в самом центре праздника, как в пустой комнате.

Эрза хотела подойти — и не подошла.

На втором этаже, перегнувшись через перила, стоял Гажил.

Он смотрел вниз: на белые крылья у плеча Нацу, на белые крылья у плеча Венди.

— Двое Убийц Драконов, — пробормотал он. — И у обоих кошки.Он посмотрел на своё пустое плечо.

— А у меня нет.

Венди и Чарли стояли у доски запросов.

— Вот, — сказала Люси, подходя. — Выбирайте. Только не это. И не это. И вообще не смотрите на верхние три строчки.

— Почему?

— Потому что это задания, которые Нацу уже пытался выполнить.

Венди хихикнула.

— Тогда возьмём что-нибудь простенькое. Для начала. — Она привстала на цыпочки. — Ой, смотрите, тут нужно помочь со сбором трав в горах...

— Пятнадцать тысяч золотых, — прочитала Чарли. — Подозрительно выгодно для сбора трав.

— Значит, библиотека. Привести в порядок фонды.

— Вот это подходит.

За их спинами уже начинался другой разговор.

— Нацу.

— Грей подошёл, вытирая руки.

— Слушай. Есть один слух.

— Какой?

— Женщина по имени Дафна. Говорят, она видела дракона.

Нацу замер.

— Где?

— На северо-востоке, в старом отеле. Дам адрес. — Грей помолчал. — Только... Нацу. Послушай меня внимательно.

Но Нацу уже не слушал.

— ХЭППИ! МЫ ИДЁМ!

— А как же обед?! — взвыл иксид, уносимый за шкирку.

Венди и Чарли переглянулись.

— Дракон... — прошептала Венди. — Может быть, Грандина?

И побежали следом.

Гажил, стоявший у стены, только фыркнул:

— Ерунда. Ложная информация. Тратить на такое время...

— Ария.

Она подняла голову.

Грей стоял рядом с её столиком — не садился, держал руки в карманах и выглядел непривычно неуверенно.

— Мне нужна помощь.

— С чем?— С одним делом. — Он помолчал. — Там может быть... опасно.

Ария отставила кружку.

— Грей. — Голос был ровным. — Я не хочу участвовать в сражениях.

— Я знаю.

— Правда не хочу. — Она посмотрела на свои руки. — На последней тренировке Эрза показала мне кое-что. Я не вхожу в боевой раж сознательно. Он приходит сам. А в голове — кровь. Очень много крови. И я не могу это остановить, пока не закончу.

Грей стоял молча.

— Тогда не извиняйся, — сказал он наконец. — Я не настаиваю.

Он положил на стол сложенный листок.

— Вот адрес. Если передумаешь. — И повернулся. — И знаешь что? Даже если не придёшь — всё нормально. Правда.

И ушёл.

Ария просидела за столиком ещё минут десять.

Потом встала, подошла к стене с заказами и взяла два самых дешёвых.

Требуется курьер для доставки почты и посылок по прибрежным посёлкам. Три дня, спокойный маршрут, никаких монстров. Требование: не опаздывать. И не есть посылки.— Почтовое отделение Харгеона(приписка внизу, другим почерком) Только НЕ Нацу Драгнил!Ария долго смотрела на эту приписку.

Потом впервые за неделю тихо засмеялась.

— Видимо, в прошлый раз был Нацу.

Утро выдалось хорошим.

Море блестело, чайки орали, сумка на плече оттягивала руку приятной, обычной тяжестью. Ария шла от дома к дому, стучала в двери, отдавала конверты, кивала, получала «спасибо».

Никто не боялся её.

Старуха у третьего дома сунула ей в ладонь горячий пирожок и сказала:

— Худая ты какая. Ешь.

Ария съела. Пирожок был с капустой — невкусный и удивительно тёплый.

К полудню она поймала себя на том, что улыбается.

Она даже не заметила, когда это началось.

Последний адрес был в переулке за рыбным рынком.

Ария свернула за угол и остановилась.

Трое. Один держал за шиворот мальчишку лет двенадцати — того самого, что полчаса назад получил письмо от матери. Двое других стояли рядом, и у одного в руке был нож.

— Отдай сумку, — сказал тот, что держал мальчишку.

— И конверт. Все конверты.

Мальчишка плакал и молчал.

Ария посмотрела на нож. Потом на сумку. Потом на свои руки — чистые, в бинтах.

Ничего страшного не происходило. Всё решалось за пять секунд.

Она знала, как это делается. Одно движение — и все трое лежат. Но «лежат» — это если она сдержит себя. А если нет — то лежать они будут долго, и не так, как ей бы хотелось.

Она могла бы просто крикнуть. Могла бы сломать одному руку и внушить остальным страх — это ещё в рамках. А могла бы выпить одного до дна — так, чтобы он запомнил до конца жизни, и чтобы других это тоже научило.ъ

Все три варианта были правильными.

Правильными по-разному.

Ария шагнула вперёд.

Она выбрала то, что не оставило бы после неё ни запаха крови, ни разговоров в посёлке. Просто стукнула одного по затылку — ровно, как учили в церкви бить, чтобы не убить, — и посмотрела на остальных.

Что-то в её лице заставило их отступить.

Нож упал на камни.

— Письма, — сказала Ария.

Мальчишка всхлипнул и убежал.

Она сидела на пристани, свесив ноги над водой, и держала в руках нераспечатанное письмо.

Одно из тех, что она несла. Адресат — пожилая женщина, которая умерла три дня назад, и конверт вернулся в сумку с пометкой.

Ария смотрела на воду и думала о том, что выбрала не потому, что было правильно. А потому, что было тише.— Спокойный маршрут, — сказала она.

Вода не ответила.

Новое задание было следующим:

Требуется помощница в пекарню. Работа простая: месить, лепить, ставить в печь. Главное — не отвлекаться и не разговаривать с тестом. — Матушка Бренда.Матушка Бренда оказалась женщиной размером с печь и характером размером с целую улицу.

— Руки мой! — рявкнула она. — Муку не рассыпать! Тесто не жалеть! И не смотри на меня так, будто я тебе что-то должна!

Ария молча надела фартук.

Первые два часа были мучением. Тесто не слушалось, липло к пальцам, рвалось. Руки, привыкшие к мечу и к когтям, отказывались понимать, что от них хотят чего-то мягкого.

Потом — получилось.

Тесто под её ладонями стало гладким, тёплым и послушным. Запахло дрожжами и чем-то домашним.

Матушка Бренда хмыкнула:— Неплохо. Для святой.

Ария подняла бровь.

— У тебя на руках мозоли не от молитвы, — сказала пекарша и вернулась к своим формам.

К полудню полки ломились от пирогов.

Ария стояла в перепачканном мукой фартуке, с мокрой от пота прядью на лбу, и смотрела на свою работу.

Двадцать три пирога. Ровные. С золотистой корочкой.

Она не помнила, когда в последний раз что-то создавала, а не разрушала.

Дверь распахнулась так, что колокольчик сорвался с крючка.

Их было пятеро. Молодые, пьяные, с дубинками — и с той особой злостью, которая появляется у людей, которым однажды сказали, что они ничего не стоят.

— Деньги, старая, — сказал главный. — Всё, что в кассе.

Матушка Бренда вышла вперёд и скрестила руки на груди.

— Пошли вон из моей пекарни.

Один из них замахнулся.

Колокольчик ещё качался на полу, а Ария уже стояла между ними — спокойно, с руками в муке.

Пять человек. Трое с дубинками, один с ножом, один пьяный настолько, что держался за стену.

Она слышала их сердца. Слышала, как кровь бежит по жилам — быстро, горячо, испуганно-зло.

Можно было просто вышвырнуть их. Поставить барьер вокруг пекарни. Или сделать то, что сделала бы она пару дней назад — и о чём потом не смогла бы забыть.

Ария посмотрела на пироги на полке. Потом на свои руки.

И сделала шаг.

Никто не умер.

Никто даже не был серьёзно ранен — только один сломанный нос, вывихнутое плечо и очень много унижения.

Когда дверь за ними захлопнулась, Ария стояла посреди пекарни и смотрела на свою ладонь, на которой не осталось ни капли крови.

Матушка Бренда молча достала из печи свежий пирог.

— С мясом, — сказала она и поставила его на стол. — Садись. Ешь.

Ария шла домой по пустой улице, с фартуком под мышкой и с ощущением, что сделала что-то правильно.

Она почти дошла до гильдии.

А потом остановилась и поняла кое-что неприятное.

Она не выбирала добро. Она просто выбирала то, что дешевле.

И от этой мысли в её груди снова поднялся холод — тот самый, который не засыпает.

— Бегай не бегай, а от своей крови не уйдёшь.

— Я знаю, — обречённо проговорила Ария. — Я знаю.

Она вошла и остановилась на пороге.

Гильдия выглядела как лазарет после осады.

Кто-то лежал на столах, кто-то на полу, кто-то сидел, привалившись к стене. Повсюду бинты, мази, разбитая посуда и запах жжёной ткани.

Хуже всех было Нацу и Грею — оба перевязанные, оба с таким видом, будто их протащило через мельницу.

— Эм... — Ария огляделась. — Что произошло?

— Если коротко, — начал Нацу и почему-то посмотрел на Грея.

— Мы сражались с псевдодраконом, — закончил Грей.

— С чем?

— С искусственным драконом, — уточнил Грей, морщась от боли в рёбрах. — Дафна его построила. И внутрь Нацу запихнула. Там его магию выкачивали, как воду из колодца.

— Я был топливом, — гордо сообщил Нацу. — Но потом я взорвался.

— Ты взорвался, — согласилась Люси. — И мы все взорвались вместе с тобой. Заодно.

— А заодно — Магнолия чуть не стала лепёшкой, — вздохнула Эрза, придерживая забинтованную руку.

Хэппи подлетел к ней и повис в воздухе, наклонив голову.

— А ты чем занималась? Всё это время?

Ария посмотрела на свои руки — чистые, без единой капли крови, пахнущие хлебом и солью.

— Разносила почту, — сказала она. — И пекла пироги.

Тишина.

А потом вся гильдия — все, кто мог говорить, — выдохнула одновременно и с искренним чувством:

— Повезло.

Ария хмыкнула. Потом села на свободный край скамьи, взяла со стола чей-то недоеденный пирог и за долгое время почувствовала, небольшой душевный покой.

Глава 32

В гильдии «Хвост Феи» Макаров взобрался на стойку и произнёс речь о том, каково это — быть магом «Хвоста Феи».

— Мы не всегда были идеальны! — гремел он. — Мы ломали стены, взрывали мосты и однажды снесли половину рынка! Но мы работали весь год. Весь. Год. Поэтому — праздник!

Гильдия взорвалась радостным рёвом.

— ХАНАМИ!

Подготовка началась мгновенно и с тем размахом, на который способна только «Хвост Феи»: гирлянды из бумажных цветов, бочки с сакэ, флаги, корзины с едой. Всё, что можно было уронить, уже было уронено.

Мираджейн подняла руки.

— Так! Все расслабляемся. Это приказ. Никаких тренировок, никаких заданий, никаких разговоров о работе. — Она обвела взглядом зал и остановилась. — И особенно — ты.

Ария подняла голову от кружки.

— Что?

— Ты. — Мираджейн упёрла руки в боки. — Ты себя загоняешь. Все это знают. Вся гильдия. Ты взяла восемь заказов за неделю.

— Девять.

— Вот именно!

И тут сработало то, что в «Хвосте Феи» работало всегда: гильдия объединяется против одного.

— Ария, — сказала Леви. — Отдыхай.

— Это полезно для здоровья, — поддержала Биска.

— А то мы тебя заставим, — добавила Кана.

— Не заставите.

— Заставим.

Ария обвела их всех взглядом — двадцать человек, смотрящих на неё с абсолютно одинаковым выражением лица, — и сдалась.

— Хорошо. Один день.

— Три!

— Один.

— Два, и мы не спорим.

— ...Два.

Вся гильдия выдохнула с облегчением.

Все ждали Ханами и ежегодное бинго — так ждали, что на доске объявлений остались только три заказа.

— Клиенты знают, что мы отдыхаем в сезон сакуры, — вздохнула Мираджейн. — Все идут к другим гильдиям.

— Значит, и нам можно, — сказала Ария, и это прозвучало почти как разрешение.

Команда Нацу поднималась по склону Хакобэ без Арии.

Заказ был странный: собрать траву, которая, если её съесть или выпить настой, якобы усиливает магическую силу. Никто, кроме Эрзы, в это не верил. Эрза верила так сильно, что остальные не спорили.

Люси и Венди сидели внутри Хорологиума и болтали.

— Ты пойдёшь на Ханами? — спросила Люси.

— Конечно! — Венди прижала ладони к щекам. — Мне рассказали, что там будет радужная сакура. Она цветёт всеми цветами сразу. Представляешь?

— Я впервые увижу Ханами в этой гильдии. — Люси улыбнулась. — И впервые — вместе со всеми.

Снаружи раздался глухой удар.

Вулканы устроили засаду — трое, с рёвом и камнями в кулаках. Нацу, Грей и Эрза разобрались с ними, даже не прерывая разговор, и пошли дальше, отряхивая руки.

А потом Нацу замер.

— Пахнет.

— Чем?

— Травой! — И он рванул вперёд, не дожидаясь ответа.

Он вылетел на поляну — и остановился.

Перед ним, у самой травы, стоял дракон.

Белый, с ледяными пластинами на спине и широкими крыльями. Снежный дракон — блаззардверн.

Он не рычал. Он жевал.

— Он... её ест, — сказала подбежавшая Люси.

— Она его любимая еда, — с отчаянием подытожила Венди.

— Тогда делаем так, — сказала Эрза, и её голос мгновенно стал командирским. — Мы втроём отвлекаем его. Вы собираете траву.

— Но он же... — начала Люси.

— Он травоядный. Ему не нужны мы. Нужна трава.

Нацу уже горел.

— Огненный кулак Железного дракона!

Пламя ударило в морду дракона — и вернулось обратно, отброшенное взмахом крыльев.

— Он отражает! — крикнул Нацу, уворачиваясь от собственного огня.

Грей выбросил вперёд ледяной диск. Тот вернулся и разлетелся о скалу.

Эрза перевоплотилась в броню Императрицы Молний и ударила — молния ушла в сторону и задела Нацу с Греем.

— Эрза! Ты в кого?!

— Молния не выбирает! — отрезала она, ничуть не смутившись.

Блаззардверн ринулся на неё, и Эрза выставила перед собой молниевый щит.

А в это время Люси, Венди, Хэппи и Чарли ползли по снегу на четвереньках.

— Ещё немного, — шептала Люси. — Ещё чуть-чуть...Она протянула руку и сжала пучок травы.

И именно в этот момент Нацу ударил.

Грохот. Дрожь. Белая стена, поднявшаяся на горизонте.

— Лавина! — закричала Венди.

Она накрыла всех, снесла, перевернула, швырнула вниз по склону. Снег набился в рот, в нос, в уши.

Когда всё стихло, Люси лежала на спине, наполовину засыпанная, и обеими руками держала траву.

Не отпустила.

Люси не пришла.

Она лежала в постели с температурой, красным носом и голосом, который больше походил на скрип.

— Иди, — просипела она Нацу. — Правда. Мне нужно поспать.

— Я останусь.

— Нацу.

— Я вернусь и расскажу тебе всё. Всё-всё. Кто победит в бинго — тоже.

Он ушёл. Но у двери обернулся ещё три раза.

На празднике было шумно.Было так шумно, что Ария, стоявшая под сакурой в платье цвета морской волны вместо привычной рясы, впервые за месяц не слышала собственных мыслей.

Платье ей выдали без обсуждений. Мираджейн и Кана отобрали у неё рясу, торжественно сложили её в коробку и сказали: «Пока не вернём — ты не монахиня, ты гостья на празднике».

— Я себя чувствую голой, — сказала Ария.

— Ты чувствуешь себя красивой, — поправила Мира.

— Это одно и то же.

Нацу рассказывал про Люси.

— Она чихает, — сообщил он. — Как будто внутри у неё кто-то бьёт в барабан.

— О нет, — вздохнула Эрза. — Бедная.

Хэппи подлетел к Венди:

— Венди! Наложи на неё лечебное заклинание!

— Я уже наложила, — удивилась Венди. — Утром. К завтрашнему дню она поправится.

— Почему не сразу?

— Не всё лечится сразу, — сказала Венди и добавила тише: — И не всё можно лечить. Некоторое просто нужно пережить.

— Итак! — Макаров взмахнул руками. — Традиционный турнир по бинго начинается!

Барабан закрутился.

Все, кроме одного, потянулись к карточкам.

— Нацу, — Хэппи подлетел к нему с карточкой в лапах. — Возьми!

— Не буду.

— Почему?!

— Не хочу.

Хэппи смотрел на него очень долго.— Ты думаешь о Люси.

Нацу не ответил.

— Первый номер! — провозгласил Макаров. — Семнадцать!

— Семнадцать, — пробормотала Люси в пустоту.

В комнате было тихо. За окном — смех и хлопки, приглушённые расстоянием.

Она лежала и вспоминала.

Харгеон. Пляж. Парень с розовыми волосами и синий кот, которыея предложили ей стать волшебницей. Собственно, с этого и началось.

Потом — «Хвост Феи». Первый удар по спинам в «Фейри Тейле». Первый день, когда она поняла, что больше не одна. Сто шестьдесят тысяч золото за дом. Магический Совет. Райская Башня. Нирвана. Локс. Акварии. Дева, Скорпион, Близнецы, Овн.

Целый мир — за несколько месяцев.

— Жалко, — прошептала она. — Так ждала...Она закрыла глаза.

— Спасибо, Нацу, — сказала она вслух, в темноту. — Спасибо вам всем. Я попала в действительно отличную гильдию.

И уснула.

Той же ночью её разбудил шум.

Крики, плеск воды, скрип дерева.

Люси поднялась с постели, пошатываясь, и открыла окно.

Прямо перед её домом, по реке, медленно плыла лодка. На ней, в огромном горшке, стояло дерево — и оно цвело всеми цветами сразу. Красным, синим, жёлтым, зелёным, розовым.

Радужная сакура.

Люси долго стояла, прижав ладонь ко рту, и слёзы капали ей на подоконник.

— Люси!

Нацу и Хэппи вырвались из-за угла.

— Ты выздоровела! — просиял Нацу. — То есть... ты уже не чихаешь?

— Уже не чихаю, — ответила Люси. — И я знаю, кто это сделал.

Нацу замер.

— Кто? Нас же не было!

— Вас не было, — согласилась она и обняла их обоих сразу, едва не сбив с ног.

В гильдии Макаров стоял с газетой в руках и с лицом человека, который уже устал извиняться за своих детей.

— Итак, — сказал он. — Кто выкопал радужную сакуру?

Тишина.

— Мэр в ярости. Он говорит, что это было единственное дерево, которое у него было. Он говорит, что это было дерево его бабушки.

— Ну, сакура ведь была не его, — вежливо сказала Эрза. — Она городская.

— Это не помогает, Эрза!

А на другом конце улицы жители Магнолии уже собирались у реки, показывая пальцами.

Радужную сакуру пересаживали на новое место.

Несколько рабочих, верёвки, повозка и огромный горшок.

Ария сидела на скамейке напротив и смотрела, как дерево медленно поднимают, как его корни, обмотанные соломой, бережно опускают в новую землю, как кто-то поправляет ветку.

— Интересно, могла бы я воспринимать себя как это дерево? — задумалась она. — Которое пересадили в новую почву.

— Ты уже там, — сказала Эрза, присаживаясь рядом.

— Я не знаю, приживусь ли.

— Дерево тоже не знает. — Эрза посмотрела на сакуру. — Оно просто растёт. И всё.

Венди смотрела на доску объявлений.

— Я хочу что-нибудь подальше от Магнолии, — сказала она. — Настоящую работу. Большую.

Мираджейн подошла и достала листок.

— Тогда смотри. Онибус-Таун.

— Что там?

— Театр «Шахерезада». Председатель Рабиан ищет человека, который помог бы ему восстановить тело и дух. Его актёры снова ушли.

— Снова? — переспросила Чарли.

Мираджейн помолчала.

— Слушай, это большой город. Далеко. И, честно говоря...

— Я согласна, — сказала Венди.

— Венди.

— Я согласна!

Гильдия загудела. Кто-то советовал не ехать. Кто-то говорил, что Рабиан — мошенник и вымогатель, который однажды заставил команду Нацу играть одну и ту же пьесу три раза в день целую неделю и не заплатил.

Макаров поставил кружку.

— Одна ты не поедешь.

Он поднял голову и обвёл зал.

— Фрид. Ты пойдёшь с ней.

— Хорошо.

— И Ария.

Ария подняла бровь.

— Я?

— Ты.

Ария подумала о платье, которое с неё уже сняли. Подумала о том, что театр — это шумно, глупо и что там придётся притворяться.

А потом вспомнила тот вечер, когда они вчетвером играли пьесу про Фредерика и Яндерику, и то, как впервые за много лет она смеялась до слёз.

— Не вижу проблемы, — сказала она. — В прошлый раз мне даже понравилось. Хотя Рабиан — придурок.

— Отлично, — сказал Макаров. — Хэппи, ты тоже.

— А я почему?!

— Потому что ты умеешь летать. Кто-то же должен это делать в дороге.

Поезд не ходил.

— Сломан, — объявил начальник станции. — Восстановим через день-другой.

— День-другой, — повторил Хэппи. — Мы можем подождать. Мы же цивилизованные...

— Я пойду пешком, — сказала Венди.

Все повернулись к ней.

— Венди, это три дня пути.

— Два, если идти быстро.

— По горам.— Я справлюсь.

Фрид подумал секунду.

— Я согласен.

— И я, — сказала Ария. — Однажды я так дошла до «Хвоста Феи». Выжила как-то.

Хэппи смотрел на них по очереди с нарастающим ужасом.

Тем временем в гильдии Люси рассказывала Эрзе о работе Венди.

Эрза слушала, а потом неожиданно отошла к стене и начала негромко распеваться.

— Ля-ля-ля... ля-ля...

— Эрза?

— Мне надо разогреть голос.

— Зачем?!

— Потому что я иду за Венди.

Люси заморгала.

— Я беспокоюсь о ней, — просто сказала Эрза. — Она ушла одна. Без меня. Я не могу это так оставить.

И в этот момент Мираджейн вернулась с вокзала.

— Поезд до Онибуса не ходит. Сломан.

Эрза кивнула, будто ждала именно этого.

Они с Люси и Чарли вышли за дверь одновременно.

Венди, Хэппи, Фрид и Ария шли через лес.

— Простите, — сказала Венди в третий раз. — Я втянула вас в это.

— Я пошёл добровольно, — отмахнулся Фрид. — Ради товарища. И потому что в гильдии скучно.

— А я просто люблю ходить, — сказала Ария. — Хотя это, наверное, неправда.

— Привал? — предложил Хэппи.

— Будет дождь, — сказала Венди, поднимая голову к небу. — Скоро.

Фрид уже тянулся к рунам.

— Могу нарисовать укрытие...

— Тут пещера! — крикнула Венди. — Сюда!

Они влетели вчетвером внутрь за секунду до того, как стена дождя обрушилась на лес.

Эрза, Люси и Чарли укрылись в «Хорологиуме», который призвала Люси.

— Это унизительно, — сказала Чарли.

— Это безопасно, — ответила Люси.

— Это часы.

— Это безопасные часы.

В гильдии Нацу узнал, что Люси и Эрза ушли.— Куда?!— За Венди. Пешком. К Онибусу.

Нацу посмотрел в окно на ливень.

— Я еду.

— Нацу, поезд не ходит, — сказала Мира.— Значит, поедет тот, который ходит.

Он с невыразимым страданием влез в состав, идущий в противоположную сторону.

Дождь кончился, но темнело.

— Ночуем здесь, — решила Венди.

— С едой будут проблемы, — сказал Хэппи.

— Будут, — согласился Фрид. — Я знаю, что делать.

Он поднял рапиру и начертал в воздухе руны.

С неба начали падать крылатые рыбы.

— Отвратительные, — сказал Хэппи, попробовав одну.

— Отвратительные, — подтвердила Ария. — Я однажды пробовала их кровь. Два дня потом пила только воду.

— Потому что вы едите их неправильно, — сказал Фрид.Рапира мелькнула так быстро, что Ария не увидела ни одного движения. Рыба распалась на ровные ломтики, каждый — с веточкой травы и солью.

Фрид ел с удовольствием.

Венди, Хэппи и Ария ели с выражением людей, выполняющих долг.

Эрза, Люси и Чарли, сидевшие в «Хорологиуме», — тоже. И тоже жаловались.

Пустыня оказалась хуже гор.

Хэппи упал первым.

— Хэппи!

Ария упала через минуту — на неё солнце било сильнее, будто знало, кто она, и специально метило в спину.

Венди уже склонилась над ними, когда Фрид остановил её.

— Не надо.

— Но им плохо!

— Я вижу.

Он начертал в воздухе второй круг рун, и вокруг Хэппи и Арии поднялся прохладный барьер.

— О-о, — выдохнул Хэппи. — Как хорошо.

— Он не сработает, когда вы выйдете, — заметила Венди.

— Я знаю.

— Тогда...

— Тогда мы выйдем вечером, — сказал Фрид и сел рядом с барьером, будто это ничего не стоило.

Ария посмотрела на него.

— Почему ты это сделал?

— Потому что мог.

Эрза провалилась в зыбучие пески.

— ЭРЗА!

— Я в порядке! — отозвалась она, погружаясь по грудь. — Я совершенно в порядке!

Люси призвала Деву.

Дева ухватила Эрзу за руки и потянула — и ничего не произошло. Песок не отпускал.

— Она тяжёлая, — пропела Дева. — В смысле — достоинства много.

— ТЯНИ!

А с горизонта уже шла песчаная буря. Проклятая, с чёрными спиралями внутри.

Группа Венди бежала навстречу — прямо в неё.

— Туда! — крикнула Венди, увидев Люси.

Эрзу вытащили в последнюю секунду, и все поняли, что бежать некуда. Буря накрывала их целиком.

Венди шагнула вперёд и вдохнула.

— РЁВ НЕБЕСНОГО ДРАКОНА!

Волна ударила в бурю и разорвала её на части. Песок взметнулся вверх, покрутился и осыпался, как дождь.

Тишина.

— Ты... — Фрид выпрямился. — Ты это сделала.

— Я не знала, что так получится! — пискнула Венди.

— Получилось прекрасно, — сказала Ария.

Они добрались.

Полуживые, сожжённые солнцем, с песком в волосах, одежде и душе.

У театра их встретил Рабиан.

— Ах! — воскликнул он. — Добро пожаловать! Спасибо большое! Я должен сообщить вам приятную новость: я помирился с актёрами! Всё прекрасно! Спасибо большое!

Тишина.

Потом все — Нацу, приехавший последним и зелёный от дороги, Люси, Эрза, Фрид, Хэппи, Чарли и Венди — просто легли на землю там, где стояли.

Ария осталась стоять. Каким-то чудом.

Она смотрела на них сверху, с песком в волосах и с ощущением, что весь этот путь был... не зря?

— Ария, — сказал Фрид с земли, — присядь. Тебе плохо.

— Мне всегда плохо. Это не повод ложиться.

Рабиан же смотрел на них с ужасом.

— Это что такое?! — взвизгнул он. — Люди лежат перед моим театром! Это отпугивает зрителей! Мой бизнес! Бизнес!

Он повернулся к Венди.

— Девочка! Убери это! Убери их немедленно! Я заплачу — заплачу больше!

Венди посмотрела на него. Потом на своих друзей.

И тихо, впервые за всё время, разочаровалась.

— ...Хорошо.

Позже Чарли села рядом с ней на ступеньки.

— Ты справилась.

— Я ничего не сделала. Ничего.

— Ты дошла пешком через горы, лес, пустыню и песчаную бурю, — сказала Чарли. — Ты спасла нас всех своим рёвом. Ты пришла, когда тебе сказали, что работа не нужна. — Она помолчала. — Это и есть работа. Ты справилась лучше, чем кто-либо ожидал. И я горжусь тобой.

Венди шмыгнула носом.

— Правда?

— Правда.

— ИТАК!

Макаров стоял на помосте в парке Саут-Гейт.

— Ежегодная двадцатичетырёхчасовая гонка на выносливость «Хвоста Феи»!

Рёв.

— Правила просты. Доберитесь до горы, добы́те чешую виверны и вернитесь сюда до истечения суток. Кто придёт последним — получит наказание!

Джет, победитель прошлого года, выпрямился во весь рост.

— В этом году я снова выиграю, — объявил он. — И Леви наконец заметит, какой я быстрый.

— Никто не замечает, — сказала Кана.

— Заметит!

Хэппи и Эвергрин стояли с одинаково убитыми лицами.

— Полёты... запрещены? — прошептал Хэппи.

— Из-за многочисленных жалоб за последние годы, — подтвердил Макаров. — Никакой магии полёта!

— Тогда это не гонка, — сказала Эвергрин. — Это унижение.

— Это гонка! — Макаров поднял платок. — НА СТАРТ! ВНИМАНИЕ!

Платок упал.

Толпа сорвалась с места.

Ридус нарисовал в воздухе пикты, и перед ним разверзлась яма.

Уоррен свалился туда первым. За ним — Дрой.

Ридус уже поднимал перо для второй ямы, когда мимо пронёсся Гажил и, почти не меняя шага, спихнул его в первую.

— Нечестно! — донеслось из ямы.

Грей выдохнул, и земля впереди покрылась льдом.

Виджитер поскользнулся. Наб поскользнулся. Ещё десяток магов полетел кувырком.

Ария не упала.

Она присела и поехала — плавно, ровно, по самой кромке льда, обгоняя всех.

— Эй! — крикнул Грей. — Так нечестно!

— Всё честно. Ты сделал лёд. Я использовала лёд.

Эльфман догнал Грея и выбросил вперёд руку:

— Beast Arm: Iron Bull!

Грея отбросило назад.

— Грей-сама! — ахнула Джувия. — Эльфман! Это же Грей-сама!

— В гонке нет друзей! — прогремел Эльфман.

Кана и Вакаба шли ноздря в ноздрю.

— У тебя проблемы с бегом, — сказала Кана.

— У тебя тоже, — ответила Вакаба.

И в этот момент мимо них пронёсся Макао, обогнав обеих.

Эвергрин наступила на руну.

— Что за...

Круг вспыхнул. В него попали Биска, Ария и Макс — просто потому, что бежали слишком близко.

— ФРИД!

Фрид стоял на камне в окружении парящих материализовавшихся учебников.

— Чтобы выйти, — сказал он вежливо, — нужно ответить на несколько вопросов. Правильно на все.

— Да ты издеваешься!

— Я никогда не издеваюсь. Я обучаю.

Эвергрин взвыла.

Ария вздохнула.

Потом мир вокруг неё замедлился, обрёл красноватый оттенок — и она почувствовала, как в груди поднимается то самое, чего боялась больше всего. Не было ни гнева, ни обиды. Была просто ловушка, и она мешала бежать.

Она не стала ждать, пока раж возьмёт её целиком.

Барьер лопнул от одного удара.

Фрида отбросило в сторону, и он врезался спиной в дерево.

Ария уже занесла кулак — и остановилась.

Не ударила.

Просто посмотрела на него сверху, тяжело дыша, с дрожащими пальцами, и опустила руку.

А потом побежала дальше.

Фрид лежал в траве и смотрел ей вслед.

— Кажется, я забыл про фактор «Ария», — сказал он, поднимаясь. — Но хотя бы не ударила. Прогресс.

Эрза обошла ловушку по широкой дуге — и увидела Фрида.

Через секунду он был окружён её мечами.

— Ты сбил мой ритм, — сообщила она.

— Я...

— Ты сбил. Мой. Ритм.

Джет взял чешую первым.

Он спустился с горы с такой скоростью, что комментаторы только и успевали повторять: «Он слишком быстрый. Он просто слишком быстрый».

А Венди, Чарли, Грей и Ария стояли и смотрели, как мимо них проходит вода.

Джувия слилась с рекой и тихо проплыла рядом. Грей прошёл в двух шагах и не заметил.

Ночью Нацу добрался до вершины без капли магии.

Он уже падал, когда мимо пронёсся Гажил и сбил его с ног.

А потом Нацу увидел костёр.

— Друзья! — простонал он. — Дайте поесть! Пожалуйста!

Они дали. И магия вернулась к нему так быстро, что он даже застонал от удовольствия.

Хэппи сидел у скалы и смотрел на чешую, которую не мог достать: слишком маленький, а летать запрещено.

— Эй, — сказал Нацу, протягивая ему чешую. — Держи. Пошли вниз.

Хэппи взял и прижал к груди.

Джет лидировал. За ним — Эрза, Ария, Грей, Люси и Гажил.

А потом Джет решил вздремнуть.

— Чтобы интереснее было, — пробормотал он и лёг под дерево.

Через двадцать минут его нашёл Хэппи.

— Джет! Ты проспал!

Тот подскочил, как ужаленный, и сорвался с места на полной скорости — такой, что за ним остался пыльный хвост.

У самых ворот Магнолии Эрза, Ария, Грей, Нацу и Гажил уже видели финиш.

И тут сбоку появился Джет.

Толпа ахнула.

Шесть магов рванули одновременно, обгоняя друг друга на полшага.

И у самой черты Нацу споткнулся.

Грей упал о него. Гажил — о Грея. Эрза — о Гажила. Джет — о Эрзу.

Куча.

Ария перепрыгнула кучу.

Одним движением, через головы, приземлилась и пересекла черту.

— ПЕРВОЕ МЕСТО!

Издалека, пыхтя и подпрыгивая, к финишу бежал Хэппи.

— А-а-а-а!

Он пересёк черту вторым.

За ним — Венди.

Третье.

За ней — Чарли.

Четвёртое.

Остальные маги быстро пронеслись мимо кучи малу на земле, где Эрза уже поднималась, отряхиваясь.

В конце концов на земле остались четверо: Грей, Нацу, Джет и Гажил.

Джет понял это первым.

Вскочил.

И побежал.

Остальные трое схватили его и перетащили через черту вместе с собой.

— Все в равных условиях, — объявил Макаров.

— Значит, — подытожила Мира, — наказание несут все.

Тишина.

— Вы переоденетесь в девушек, — сказал Макаров, — дадите интервью и сниметесь для журнала «Weekly Sorcerer».

Пауза.

— НЕТ!

Грей, Нацу, Гажил и Джет сорвались с места одновременно.

Джейсон, корреспондент, помчался за ними с блокнотом.

— ЭТО ЖЕ МАТЕРИАЛ! ЭТО ЖЕ ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ МАТЕРИАЛ!

Ария наблюдала за этим с видом человека, которого происходящее уже не удивляет.

Потом повернулась к Макарову.

— А мой приз?

— Твой приз? — Макаров посмотрел на неё поверх очков. — Восхищение твоих товарищей по гильдии.

И гильдия, вся, без исключений, разразилась аплодисментами.

Ария замерла.

Она стояла, смотрела на них всех — и за очень долгое время не воевала с голосом в голове. Тот просто молчал.

— А ещё, — добавил Макаров, — после такой беготни я бы не отказался от напитков.

Чашка опустилась на стол перед ней.

Парная. У Макарова было пиво, а у девушки чай.

Мираджейн улыбнулась.

— Всё предусмотрено.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге