Истинная душа дракона
Пролог
Сильные мужские руки вжимают меня в коридорную нишу. Не успеваю и вскрикнуть, как Вендал зажимает длинными пальцами мой рот. Принц нависает надо мной, а в его бесцветных глазах разгорается янтарное пламя. Силой подняв мое лицо к себе навстречу, он прищуривается так, что у меня душа обмирает от страха.
— Моя куколка решила поиграться? А разрешение не спросила? — низкий, пробирающий до мурашек голос заполняет нишу.
— Не понимаю, — выдавливаю из себя вполне искренне.
Я совершенно не помню, что когда-либо общалась с Вендалом.
— Все ты понимаешь, бабочка моя.
Мои губы обжигает теплым дыханием, вызывая еще большую оторопь. Вендал мимолетно касается губами моей скулы, отчего под кожей пробегает разряд молний. Перед глазами в судорожном припадке мелькает вереница смазанных картинок. Спальня, развороченная постель, сбитое дыхание, прикосновение и ласки. Я почти наяву ощущаю эти касания на своей коже. Там, где их никогда не должно было быть! И тут же меня накрывает фантомным удовольствием. Шестеро, я что? Спала с принцем?!
В шоке распахиваю глаза еще больше. Вендал отстраняется от меня с довольной ухмылкой на красивом лице.
— Вижу вспомнила, — утверждает он с откровенным самодовольством.
— Ничего не было, — сглотнув вязкую слюну, отрицаю я.
Не было! Не могло! Я бы запомнила. Такое не забывается!
— Было, куколка моя, — продолжает настаивать на своем Вендал. Его хриплый голос отзывается странным трепетом где-то в глубине души. — Было и будет, раз я тут. Мне понравилось проводить с тобой каникулы, бабочка. Трепетная и нежная. Кто бы мог подумать, что за столь грубым фасадом скрывается такая ранимость, да, Лери?
Губы Вендала изгибаются в насмешке, а мне хочется от души врезать ему. Но, понимаю, что нельзя. У меня больше нет защиты.
— Нет, — все же упрямлюсь я. Ничего не было и не будет. Оставьте ваши фантазии при себе, Ваше Высочество.
— Твои фантазии, сладкая, — поправляет он меня. — То, что ты вспомнила – это в первую очередь твои мечты, куколка. Которые я великодушно исполнил.
— Нет! — выкрикиваю я, отчаянно упираясь в грудь принца и вырываясь из его стальной хватки. — Нет сказала!
— Да! — рявкает он, сжимая мои щеки и впиваясь в губы жадным поцелуем.
Меня парализует всего на долю секунды. Но когда руки принца ложатся на мои ягодицы и вжимают в твердое тело, внутри меня что-то щелкает. Кусаю наглый язык и под громкий вскрик, отталкиваю от себя придурка.
— Ах ты… — шипит Вендал.
Уже в следующее мгновение он снова хватает меня, разворачивает к себе спиной и вталкивает в эту проклятую нишу. Принц скручивает меня так, что я и пошевелиться не могу. Остается только нервно отдергивать голову, когда Вендал склоняется к моему уху.
— Ты забываешься, Лери, — цедит принц. — Я столько для тебя сделал и вот твоя благодарность? Учти, куколка, Миррали с нами больше нет, некому тебя защитить, некому наябедничать папочке, что злой Вендал вас обижает. Теперь я возьму свое сполна. И поверь, тебе понравится.
— Ты не… — начинаю я, но не успеваю договорить.
Принца сметает в сторону, а затем я слышу страшное. Звуки драки и ударов. В панике разворачиваюсь и выпрыгиваю из ниши. Вид Ноктиса, сидящего на Вендале и наносящего ему один удар за другим, намертво впечатывается в память.
— Стой! — вскрикиваю я и бросаюсь к дракону. — Ноктис, нет!
Хватаю моего внезапного спасителя за занесенную для удара руку. Ноктис замирает на мгновение, а потом переводит на меня полный ярости взгляд. В его глазах разливается аметистовый огонь, а я понимаю, что мы в шаге от провала.
— Ноктис, я в порядке! — холодными от волнения ладошками, я прикасаюсь к лицу дракона и прижимаюсь лбом к его лбу. — Он ничего не успел. Ноктис, пожалуйста, приди в себя. Ради меня.
Продолжаю шептать и одновременно молю всех шестерых богов, чтобы магия внутри дракона успокоилась. Чтобы Вендал не получил повода обвинить нас в нападении. Иначе у меня не будет шанса спастись. Иначе мне уже завтра конец.
Солнышки мои, вот мы и добрались до истории Лери. Для тех, кто заглянул в этот мир впервые, даю наводку - все начинается в "Пари на дракона", но эту книжечку можно читать отдельно. Как вы уже поняли - нас ждет огненная на эмоции история. Не забывайте добавить ее в свою библиотеку и нажать на сердечко. Лери это очень важно!
Глава 1. Неприятности пожаловали
Ранее…
— Драконы! Вы видели? Там драконы! — противный голос новой старосты пролетает по аудитории, поднимая волну девчачьих визгов.
Раздается грохот отодвигаемых стульев, топот и взбудораженные перешептывания. Морщусь от звона в ушах и устало тру переносицу. Что ж, это должно было произойти. Как бы я ни хотела заниматься своим делом одна, но император Илларии настоял на компании для меня. Причем компании максимально меня нервирующей.
— А ты чего?
С ряда передо мной разворачивается Варток Расс, высокий блондин, который никогда мне не нравился. Самодовольный, нагловатый и слишком глупый, чтобы попасть в программу обмена между академиями, Расс стал негласным лидером нашего курса. Будь здесь Ильке Эрто, занимавший эту «должность» ранее, Вартоку не на что было бы рассчитывать.
— Не пойдешь выказывать любовь и уважение высоким гостям? — ехидно приподняв бровь, допытывается сокурсник.
Окидываю его безразличным взглядом и возвращаюсь к дописыванию конспекта. Всем своим видом показываю, как мне интересен разговор с сокурсником. Однако Вартока мое молчание не устраивает. Он выдергивает листы из-под моих рук и, наклонившись над столом, заглядывает мне в лицо:
— Почему молчишь, Моль? — цедит он. — Как с принцессой дружить, так ты первая. А как ее предательницей объявили – так ты в кусты? Думаешь, здесь все забыли о вашей дружбе? Не-е-ет, Молька, ты теперь тоже под присмотром. Только дай мне повод заложить тебя Теням.
Морщусь, потому что слова сокурсника попадают в цель. В родной для меня академии я теперь совершенно одна. Мои подруги – Кара и Миррали – пошли своими путями. И если за Кару, нашедшую свою любовь и призвание, я крайне рада. То вот с Миррали все сложнее. Принцессу выкрали со свадьбы Кары, а собственный отец отрекся от нее, назвав предательницей. Но самое страшное – я замешана в этой трагедии по уши. Именно моими руками действовал брат, с которым я была связана ментально. Именно он подстроил и похищение, и масштабный заговор внутри нашего королевства. Подстроил, исполнил, а мне теперь расхлебывать и делать все, чтобы мне сохранили жизнь.
Потому что друзья друзьями, а против воли нового Владыки, уверенного в моей вине, не попрешь.
— Знаешь, Варток, а ты прав, — захлопываю папку так, чтобы прищемить придурку пальцы. — Пойду поздороваюсь со старыми приятелями.
Встаю показательно громко. И с нарочитой леностью собираю свои вещи. Ловлю на себе десятки взглядов. И самое обидное – они все враждебные. Хоть студенты и разделились на два лагеря – те, кто поверил отцу Миррали и стал считать принцессу предательницей, и те, кто встал на сторону ее высочества – они все ненавидят меня. Одни – потому что дружила с предательницей, другие – что не защитила Миррали. Более того, посмела жить прежней жизнью.
— Эй, Расс, — бросаю с наигранной веселостью и наклоняюсь к наблюдающему за мной сокурснику. — Чисти зубы чаще. Смердишь.
Повесив ученическую сумку через плечо, я покидаю аудиторию под по-настоящему змеиное шипение. И оно усиливается, стоит мне только прикрыть за собой дверь.
Прекрасно! Лучше некуда! Мало того, что я топлю себя в чувстве вины, что вокруг меня нет моих друзей, так еще и мои же земляки теперь против меня.
Прислоняюсь к стене и устало выдыхаю. Шестеро, ну почему всё так сложно? Почему за то, что я когда-то доверилась не тому человеку, расплачиваюсь не только я, но и мои близкие?
С усилием провожу ладонями по лицу. Спокойно, Лери. В конце концов именно для этого ты и здесь. Чтобы вспомнить и найти гада, так умело обведшего тебя вокруг пальца. Еще и предусмотрительно зачистившего следы, стерев мне память обо всем, что его касалось.
— Молька, а ты чего тут? — елейный голосочек Лейры Вальт заставляет меня распахнуть глаза.
Маленького росточка, миловидная с очень женственной фигурой, Лейра представляет альв Ночи, как и я. И обладает типичными для нашего народа пепельными волосами и фиалковыми глазами. Только вот после обрыва ментальной связи с братом, мои глаза стали бесцветными, потому все вокруг называют меня Молью.
— Чего тебе? — холодно интересуюсь я.
— А чего так грубо? — мило интересуется сокурсница. — Я вроде бы ничего такого не сказала.
Окидываю взглядом хрупкую фигурку, отмечая не по уставу нарядную одежду. Лейра частенько игнорирует правила и надевает все самое красивое, что найдет в своем гардеробе. В этот раз на ней искрящееся бирюзовое платье, с разноцветными клиньями по подолу и серебристой вуалью поверх открытых плеч.
— Давай я тогда тебя буду павлиньей задницей называть? — приподняв бровь, парирую я. — Ничего же, да?
С удовлетворением отмечаю, как с гневом раздуваются ноздри альвы.
— Бесит, да? — продолжаю ехидничать я.
Я сознательно отталкиваю от себя даже тех, кто пытается со мной общаться. Мне, во-первых, это не нужно. Во-вторых, таких как Лейра лучше обходить по широкой дуге. Иначе опомниться не успеешь, как станешь очередной ступенькой в ее лестнице наверх.
— Не знаю, что ты там себе надумала и куда спешишь, — шипит в ответ альва. — Но лучше скройся с глаз. Запрись у себя в комнате и не отсвечивай. Не хватало еще, чтобы ты в очередной раз опозорила народ Алерата перед драконами.
Лейра опаливает меня гневным взглядом и, развернувшись на пятках, выбегает из коридора. Слышу, как ее окликают подруги, а затем и громкий топот, с которым вся женская часть нашего курса убегает в холл Солнца. Если кто и приезжает в академию, встречают гостей всегда там.
Вздохнув в очередной раз, я уныло плетусь следом. Показываться драконьей делегации пока не входит в мои планы, но подглядеть-то можно?
Прошмыгнув мимо высокой арки, ведущей в холл, я быстро поднимаюсь на второй этаж. Отсюда, с небольшой балконной галереи, открывается прекрасный вид на отделанный янтарными плашками светлый холл. Спрятавшись за колонной, я высматриваю гостей. Это сделать несложно, несмотря на огромную толпу, собравшуюся внизу. Просто потому, что драконы всегда притягивают взгляд. И причиной тому не внешность, не высокий рост или выдающееся телосложение. Там, где драконы, ты душой чувствуешь их присутствие. Их ауру и мощь.
А со мной еще сложнее. После того, как один из драконов, Ноктис Феллард, помог мне разорвать связь с братом, мой внутренний компас будто бы всегда настроен на него. Вот и сейчас, первым, кого я вижу – именно он, аметистовый дракон. Высокий, широкоплечий, с короткострижеными темными волосами, Ноктис снисходительно улыбается вьющимся вокруг него девушкам. Зависаю на этой его улыбке, чувствуя, как сердце сбивается с ритма. Злюсь на себя и ничего не могу с этим поделать. Я не могу не смотреть на Ноктиса. И это раздражает, потому что дракон вовсе не тот, в кого можно влюбляться. Он самоуверенный, наглый, ехидный, а в чемпионате по сарказму обставит даже меня. Но самый большой его минус в том, что он не ищет отношений. Очередной любитель поиграть чужими чувствами. Впрочем, меня всегда тянуло к плохим парням.
Вздохнув, отвожу взгляд от раздающего улыбки Ноктиса. Компанию ему составляет, как ни странно, драконий принц Армониан. Его присутствие здесь искреннее удивляет меня. Я даже подаюсь вперед, нависая над перилами. Арма здесь не должно быть, но он тут. Мило беседует с рехтаром и периодически обращается к Ноктису.
Я уже жалею, что не спустилась в холл и не попыталась подслушать разговор. С драконов станется, они могут не посвятить меня в детали изменившегося плана.
Закусив губу, я продолжаю наблюдение и в какой-то момент понимаю, что на меня смотрят. Причем этот кто-то совсем рядом, на этом же балконе.
Отпрянув от балюстрады, я принимаюсь осматриваться. Волнение набирает обороты, но я стараюсь действовать размерено, не выказывая страха.
— Ты как всегда мила, куколка, — раздается низкий, с будоражащей хрипотцой, голос.
Вместе с тем ко мне из дальнего угла, закрытого от меня широкой портьерой, появляется тот, кого я меньше всего ожидаю увидеть. Принц Вендал, средний сын старого Владыки. Рослый, крепкий, с пепельными волосами, собранными в небрежную косу, Вендал идет ко мне ленивой походкой. В его бесцветных глазах танцуют янтарные искры, почему-то пугающие меня.
— Ваше Высочество? — опешив, я с запозданием склоняюсь в легком поклоне.
— Ну привет, куколка, — принц отвечает мне многозначительной улыбкой. — Скучала?
Скучала? Да я его практически не помню!
Глава 2. Старые друзья, новые знакомые
— Язык проглотила? — склонив голову набок, спрашивает Вендал. — А жаль, мне нравилось, что ты им творила.
Кровь отливает от щек, настолько двусмысленно звучат слова принца. Вместо смущения, я ощущаю дикий страх, ведь не помню ничего, что могло бы связывать меня с Вендалом. Принц же смотрит на меня так, будто между нами было очень многое.
Опускаю взгляд, отмечая, что в отличие от своего отца, Вендал одевается проще, но не скромнее. Свободная рубашка, чуть распахнутая на груди и демонстрирующая крепость торса. Простые темные брюки, выгодно подчеркивающие длинные ноги принца. Единственное, что выдает в нем хоть сколько-то высокий статус – накинутая поверх темно-синяя мантия без рукавов. Вышивка на ней, драгоценные камни и эмблема солнца – все это говорит о принадлежности к альвам Света, а значит к роду Владыки.
— Кажется, вы спутали меня с какой-то другой альвой, — произношу я, радуясь, что удается сохранить спокойствие и выдержку.
Я не позволю, чтобы Вендал понял, насколько сильно расшатал мое душевное состояние.
— Лери, Лери, Лери, — пропевает Вендал, разворачиваясь к холлу спиной и опираясь поясницей о балюстраду.
Положив локти на перила, принц откидывается назад и нарочито лениво разглядывает янтарный узор на потолке и колоннах. Я молча жду продолжения спектакля. В том, что это именно он даже не сомневаюсь. Слишком уже театральны движения и слова принца.
— Как можно перепутать такую роскошную куколку, как ты, Лери? — наконец-то обратив на меня внимание, проговаривает Вендал, а я слышу в его голосе пугающую хрипотцу.
Пугающую, потому что она выдает возбуждение Вендала. Да и блеск в его глазах не оставляет сомнений.
— Вряд ли я бы стала встречаться с тем, кто называет меня куколкой, — цежу сквозь зубы.
Сложив руки на груди, я смотрю в сторону и всем своим видом показываю, что не горю желанием продолжать разговор.
— А кто говорит о встречах, бабочка моя? — Вендал отталкивается от перил и в один миг оказывается передо мной.
Меня окутывает запахом холода и трав. Этот аромат поднимает из глубины памяти неясные видения, но сколько я за них ни цепляюсь – не могу понять, что вижу. И самое ужасное – не могу понять, мои ли это образы. Альвы Ночи управляют снами и ослабленный разум запросто может воспринять чужое видение, как свое.
— Ну же, Лери, скажи мне что-нибудь? — шепчет Вендал, протягивая ладонь, чтобы убрать прядь волос с моего лица.
На инстинктах дергаюсь в сторону и зло смотрю на принца. С досадой осознаю, что снова нарушила правила этикета. Да, мне всегда было плевать на них, но именно сейчас, когда моя жизнь зависит от выполнения задания, мне нужно быть кроткой и покорной. А это сложно делать, когда его высочество сам переходит все грани приличия.
— Вот! — принц, тем не менее, озаряет меня довольной улыбкой. — Вот теперь я узнаю мою куколку. Этот взгляд, эта ярость. Куда ты их прятала, бабочка моя? Неужели драконы что-то в тебе сломали?
«Скорее излечили», — мелькает в моей голове, но мысль эту я, естественно, не озвучиваю.
Вендал своим поведением и тем, что я его толком не помню, только что загремел в список моих подозреваемых. Ведь, какое совпадение, я не помню именно то, что было связанно с заговором против принцессы.
— Ваше Высочество, разрешите, я пойду? Мне еще к зачетным работам готовиться, — полностью игнорируя предыдущие слова, спрашиваю я.
Скорее даже не спрашиваю, а просто утверждаю. Продолжать разговор нет смысла. Мне нужно срочно обсудить всё с Ноктисом и Армом, ведь они здесь именно для того, чтобы помочь.
Удивление, мелькнувшее на лице Вендала, приносит мне толику удовлетворения. Видимо, принц не ожидал, что я предпочту учебу, а не его драгоценное общество.
— Всех благ, и да осветит Солнцеликий ваш путь, — улыбаюсь, понимая, что выгляжу как блаженная.
Но ничего с собой поделать не могу. Почему-то на душе радостно от растерянности, в которой пребывает Вендал. Уже успеваю развернуться в сторону выхода с галереи, как вокруг моего запястья сжимаются крепкие пальцы. Больно и цепко.
— Ты уйдешь только тогда, когда я этого захочу, — шипит Вендал, а я жмурюсь от резкой боли, иглой пронзившей сознание. — Тебе ясно, куколка?!
— Прекратите меня так называть, — в тон ему цежу я, уже не сдерживая стервозность характера.
Снова пытаюсь выкрутиться из его хватки, но какой там! Запястье ноет, голова гудит, размывая ясность сознания.
— Не тебе мне приказывать, — прищуривается принц и дергает меня на себя.
Дергает с такой силой, что я не удерживаюсь на месте. Врезаюсь в мощное тело Вендала и тут же выставляю руки вперед в попытке сохранить хоть какую-то дистанцию.
Под моими ладонями горячая кожа и мощный стук сердца. В шоке поднимаю глаза на принца, встречаясь с его взглядом, полным темной ярости и желания.
— Отпустите, — ровно прошу я, отдергивая руки, но Вендал силой удерживает меня. — Что бы ни было между нами, я больше не та…
— Как будто это что-то меняет, — пренебрежительно фыркает принц.
И в следующий миг делает то, что пугает меня до ледяных мурашек по коже. Вендал прижимает к себе и, зафиксировав ладонью мой затылок, тянется за поцелуем.
— Ваше Высочество! — слышится спасительно снизу.
Принц замирает, недовольно искривив губы. Пользуюсь его заминкой и отталкиваю Вендала. Но тот опять не дает мне и малейшей возможности избавиться от него. Еще сильнее прижимает уже к своему боку и вместе со мной показывается публике в холле.
— Ваше Высочество, не знал, что вы уже прибыли! — радостно приветствует его наш рехтар, лорд Вармос.
Высокий, седой и крайне улыбчивый альва Света, смотрит на нас с теплом в глазах. Только вот это никак не топит тот холод, что сковывает меня сейчас. Я растерянна и не понимаю, как действовать. Как избавиться от присутствия Вендала и не сделать хуже. А потому делаю то, что получается у меня лучше всего. Маска высокомерия и стервозной бесстрастности для меня как родная. Именно таким взглядом я награждаю собравшуюся внизу толпу и делаю вид, что меня не трогают ни осуждающие шепотки, ни смешки, ни даже презрение на лицах моих сокурсников. Конечно, встречаются и завистливые взгляды, но и гораздо меньше.
Мне. Просто. Плевать. И никак иначе.
— Решил осмотреть родную обитель знаний без лишнего официоза. Столько счастливых моментов и историй прожито в этих стенах, я невольно предался ностальгии, — отвечает Вендал с преувеличенным дружелюбием.
Мне аж тошно становится от того, как он переигрывает.
— Всё же стоило сообщить о вашем приезде, — журит его рехтар с улыбкой на лице. — Подобрали бы вам уполномоченного сопровождающего.
— А я уже сам нашел, — самодовольно ухмыляется принц, кивая в мою сторону.
Прекрасно, теперь к званию предательницы добавится еще и постельная грелка. Это в лучшем случае. Тяжело вздохнув и чуть закатив глаза, я опускаю взгляд на толпу. И тут же напрягаюсь. Кажется у меня даже позвонки потрескивают от того, какой ровной становится моя спина. А все потому, что на меня, не мигая, смотрит Ноктис. В его ореховых глазах даже с этой высоты я замечаю аметистовые искры.
И это плохо. Если дракон проявит свой дар при таком скоплении народа, да еще и против представителя королевской семьи – скандала не миновать.
— А можно нам влиться в вашу компанию? — внезапно произносит принц Армониан, бросая на Ноктиса обеспокоенный взгляд. — Мы бы тоже хотели осмотреть «Пацифаль». Признаться, я слышал, что ваша академия – самая красивая среди всех учебных заведений Арсиса. А это, немного, но ущемляет мою гордость за родную Илларию.
Арм заканчивает с непринужденным смешком, который тонет в тишине, повисшей в холле. Напряжение ощущается почти физически. Драконы, которые еще несколько месяцев назад считались нашим заклятыми врагами, прибыли с дипломатической миссией и сейчас находятся практически в окружении. Любой из находящихся в холле может внезапно напасть на драконьего принца и его небольшой отряд. Это понимаю я. Это, судя по глазам, понимают и Арм с лордом Вармосом. И это осознание отчетливо светится в глазах ухмыляющегося Вендала.
— Конечно, присоединяйтесь, — через одну бесконечно долгую секунду отвечает принц. — Я с удовольствием поделюсь вниманием моей прекрасной Лери.
Тва-а-арь какая! У меня чуть зубы не трескаются от того, с какой силой я сжимаю челюсть.
— Не знал, что в Алерате процветает рабовладение, — произносит Ноктис и его низкий голос, с будоражащей хрипотцой, прокатывается по холлу, поднимая волоски у меня на руках и заставляя крупно вздрогнуть.
Шестеро, Ноктис! Не мог промолчать?!
— Не понимаю, о чем вы, — в притворном ужасе восклицает Вендал, который не мог не отметить мою реакцию. Ладонь принца сжимает шею, не позволяя ни двинуться, ни говорить свободно. — Насколько я помню, рабство – это часть вашей истории и к традициям альв оно отношения не имеет.
Пораженное «а-а-ах» раздается в толпе и подобно волне расходится по периметру. Я с усилием прикрываю глаза, молясь, чтобы парни не среагировали на этот выпад. Не повелись на провокацию Вендала.
— Хе-х, уели, Ваше Высочество, — со смехом отвечает Арм, но открыв глаза, я вижу, что взгляд драконьего принца далек от доброжелательного. — Но кто старое помянет, тому хвост отсечь. Верно?
Арм, разведя руки и демонстрируя открытость, медленно оборачивается вокруг себя.
— Я понимаю, что наши народы враждовали не одно столетие, — произносит драконий принц. — Но, как бы банально это ни прозвучало, мы пришли с миром. И опыт ваших студентов в нашей Илларии служит тому наглядным примером. Вы же все знаете, что Кара Тэлль стала женой моего лучшего друга, Рейварда Греаза. Любовь смогла победить предрассудки. Мы здесь для того, чтобы закрепить этот успех и наладить по-настоящему продуктивные связи.
Прикрываю рот ладонью, скрывая легкую улыбку. Арм, истинный дипломат и балабол, может заговорить кого угодно. Причем сделает это так, что и неприятные стороны истории скроет, и позитивные усилит. Вот и теперь, альвы, насторожившиеся после слов Вендала, внемлют драконьему принцу с доверчивостью кроликов перед удавом. Только в сейчас удав действительно обещает защиту. В отличие от нашего же принца.
— Хитер, — уважительно произносит Вендал, сощурив глаза и внимательно вслушиваясь в речь Арма. — Отличная игра нам предстоит, да, Лери?
Он снова смотрит на меня, да так, что успокоившееся было сердце опять заходится в тревожном грохоте. Уж слишком маниакально выглядит Вендал.
— Пойдем, куколка, — произносит принц, хватая меня за руку.
— Куда?
Вопрос повисает в воздухе, как и я сама. Вендал просто перемахивает через балюстраду, прижимая меня к себе. Я даже взвизгнуть не успеваю, а принц, используя неведомый мне артефакт, медленно планирует вниз. В пораженной тишине и сопровождаемый взглядами десятка выпученных глаз. Слава Шестерым, я в брюках, а то в ближайшую неделю парни только и делали бы, что обсуждали цвет моих трусиков.
— Эффектно. — Арм почтительно хлопает в ладони, когда Вендал приземляется в шаге от принца и стоящего позади него Ноктиса.
Аметистовый дракон выглядит невозмутимым, но я почему-то ощущаю его бешенство. Холодное, но такое обжигающее, что выпусти его, Ноктис сожжет до пепла любого, кто окажется на его пути.
— Благодарю, — оскаливается позер и лишь на секунду ослабляет хватку вокруг моей талии.
Этого хватает, чтобы я вырвалась. Наконец-то! Предусмотрительно отхожу от Вендала на дистанцию, которую ему не сократить одним рывком. Была бы моя воля – я бы и вовсе метнулась к Ноктису. Он сейчас выглядит куда надежней моих же земляков.
— Так что, вы там говорили о всеобъемлющей любви, Ваше Высочество? — откинув полы мантии, с невинным видом интересуется Вендал. — Я правильно понял, в «Пацифаль» вы прибыли в поисках новой любви? Старая-то сбежала…
Я давлюсь воздухом и этим спасаю ситуацию. Закашлявшись, пошатываюсь и мне на помощь приходит стоящий рядом рехтар. Лорд Вамос подхватывает меня за локоть и обеспокоенно заглядывает в лицо.
— Деточка, ну как ты же так? — Заботливо похлопывает меня по спине.
— Просто Лери у нас очень впечатлительная, да? — комментирует Вендал, а мне хочется, чтобы он заткнулся хотя бы на десять минут. — Хотя странно, что столь непродолжительный полет вызвал такую бурную реакцию. Драконы хвалятся, что летают и выше, и дольше.
Шестеро, да он откровенно провоцирует всех. Меня, намекая на мои возможные отношения с драконами. Драконов, выставляя их виновными в пропаже нашей принцессы. Кто вообще позволил Вендалу приехать в «Пацифаль»? Неужели новому Владыке нужен конфликт с Валестией?
— Ладно-ладно, что-то я заболтался, — не дав никому из присутствующих и слова сказать, продолжает принц. — Мы же на прогулку собирались? Вот, отлично. Лери всё устроит, раз сама настаивала на экскурсии. Думаю, она будет рада старым друзьям. Вы же друзья?
Последнее он произносит уже глядя мне в глаза. И чудится мне в них скрытая угроза, такая, что я теряюсь, не понимаю – соврать или сказать правду? Что будет хуже? Ведь никто в «Пацифаль» не знает, что с этими драконами я давно и близко знакома. С аметистовым даже слишком близко. Настолько, что в моих снах теперь я регулярно летаю на большом фиолетовом драконе.
— А можно мне с вами? — слышится звонкий голосок, от которого не только мои брови ползут вверх.
— Лейра? — удивляется рехтар. А потом облегченно вздыхает: — Ну, конечно, кому же еще проводить экскурсию, как не старосте выпускного курса?
— Лейра? Неужели перед нами дочь Карвуса Вальта? — проявляет заинтересованность принц, избавляя меня от своего пристального взгляда.
И за одно это я готова обнять бесячую Лейру.
— Доброго дня, Ваше Высочество, — сияя, отвечает ему староста. — Вы правы, мой папенька и есть лорд Вальт…
— Глава сильнейшего рода альв Ночи. Я ведь ничего не путаю? — постукивая указательным пальцем по губам, задумывается Вендал. А я с удивлением отмечаю, как переглядываются между собой драконы. Что их так сильно насторожило?
— Да-да, папенька привел наш род к процветанию, — будто и не замечая сгущающейся атмосферы, продолжает лепетать Лейра. — И делает все, чтобы быть полезным новому Владыке.
— Похвально, — усмехнувшись, Вендал приближается к Лейре. Склоняется к ней и еле слышно произносит. — Особенно то, с каким рвением твой драгоценный папочка отрекся от Владыки старого.
Замечаю, как резко отливает кровь от и без того бледного лица старосты. Она замирает и во все глаза смотрит на принца, а тот, будто насытившись своей игрой, возвращается к нам.
— Мне нравится эта идея, — воодушевленно вещает он. — Пускай староста и те девицы, которых папочки в срочном порядке прислали в академию, тоже составят нам компанию.
— Что? О чем вы, Ваше Высочество? — непонимающе вопрошает рехтар и с обеспокоенным видом оглядывается.
Вокруг раздаются взбудораженные шепотки, собравшиеся принимаются оглядываться. А я наконец-то вижу то, что изначально выбивалось из общей картинки. Не только Лейра сегодня пренебрегла уставом. Еще трое девушек одеты так, будто у них последний шанс продемонстрировать и богатство рода, и собственные достоинства.
— Охотники, Мать, Свет, — шепчу я, перебирая наши магические дары и перебегая взглядом от одной сокурсницы к другой.
Это что же…
— Ваше Высочество, я, признаться, люблю загадки, но тут бессилен, — с улыбкой, чуточку нервной, произносит Арм. — Не поясните ваше заявление?
— Армониан, дружище, — посмеивается в ответ Вендал, а потом переходит на заговорщицкий шепот, — смотрины тут происходят. Как только при королевском дворе узнали, что в «Пацифаль» едет сам драконий принц, наши аристократические жуки тут же погнали своих дочерей на охоту.
— То есть я добыча? — нахмурившись, уточняет Арм.
— Побойтесь вашего Всеединого. — Вендал миротворчески выставляет руки вперед. Только вот во всех его действиях столько театральщины, что поверить принцу может только слепой. — Как может быть дракон добычей? Нет, Ваше Высочество, вы тут охотник, а эти, — Вендал кивает на выстроившихся за ним девушек, — самая легкая в мире добыча. Выбирай любую, какая по душе придется.
Переглядываюсь с Ноктисом, который тенью маячит сбоку от Арма. И без того темные глаза становятся практически черными. Аметистовому дракону не нравится происходящее. Это против нашего плана. Это в сотни раз его усложняет. Мы рассчитывали, что, услышав о моем возвращении, в академию прибудет Кукловод, устроивший заговор против Миррали и драконов. А в итоге будем вынуждены отбивать Арма от четверки оголтелых невест?
— Вы знаете, Ваше Высочество, — начинает драконий принц.
— Вендал, дружище, для тебя я просто Вендал. Мы все же в одной весовой категории, — произносит наш принц голосом, не терпящим возражений.
— Ладно, — уступает ему Арм, но я вижу, что дается ему это с трудом. И тут я с ним полностью солидарна. Считать этого психопата другом может только такой же полоумный. — Так вот, Вендал, я невест не ищу. И в «Пацифаль» приехал, чтобы ознакомиться с лучшими умами Алерата. Возможно, обменяться опытом.
— А как одно другому помешает? — Вендал изображает непонимание. Чуть наклонившись к Арму, он добавляет шепотом: — К тому же, опыт бывает разным, а в компании этих крошек – еще и дико приятным.
Вижу, как каменеют лица обоих драконов. В глазах Арма вспыхивают злые искры, взгляд Ноктиса же полон ночи. Если бы речь шла о даконицах, Вендалу подобные оскорбления с рук не спустили бы. Но сейчас и Арму, и Ноктису приходится молчать. Не их страна, не их устои.
— Что ж, раз с этим вопросом решили, — тем временем произносит рехтар, хлопая в ладони. — Тогда прошу пройти дальше. Девочки вам все покажут, а позднее встретимся у меня в кабинете. Обговорим программу. Вас устраивает, Ваше Величество?
И смотрит рехтар при этом на Армониана.
— Всех все устраивает! — громогласно отвечает Вендал. Подставляет руки Лейре и ее подружке из альв Матери. — За мной!
Я остаюсь стоять на месте, в надежде, что обо мне все забудут. Арм проходит совсем близко, успев наградить обеспокоенным взглядом. Отвечаю ему мягкой улыбкой, безмолвно прося не тревожиться.
— Ты как? — тихо спрашивает Ноктис, останавливаясь рядом, но так, чтобы нас не могли заподозрить в общении.
От его голоса внутри странно екает, а сердце учащает бег. И если внешне мне удается сохранять спокойствие, то вот в душе царит волнение. Нет, определенно, что-то не так или со мной, или с Ноктисом. Иначе почему в присутствии дракона я сама не своя?
— Все в порядке, — отвечаю шепотом. — Будет еще лучше, когда вы уведете этого клоуна.
— Очень опасного клоуна, — делает замечание Ноктис. — Ты с ним близко знакома?
От ноток ревности, что чудятся в вопросе дракона, я поднимаю на него взгляд. И в этот же момент на нас обращает внимание Вендал. Он почти вышел из холла и надо же, именно сейчас решил оглянуться.
— Лери, куколка моя, а ты чего там стоишь? Мне без тебя никак.
Кажется, наши с Ноктисом зубы скрипнули дуэтом. Мои – от желания прикопать принца, дракона – от еле скрываемой ярости.
— Работаем, — цедит Ноктис, кивая мне в сторону скрывшейся за дверьми процессии.
— Да, — эхом отвечаю я.
Шестеро, а почему нельзя хоть раз не ломать наши планы?
Глава 3. Прогулка, далекая от приятной
— А правда, что «Иллария» – это огромный замок, в подвалах которого скрываются секреты драконов? — тонкий голосок Лейры режет слух и вызывает очередной приступ головной боли.
Мы уже битый час бродим по коридорам академии, заглядывая в пустующие аудитории, мастерские и лаборатории. Даже на полигон сунулись, правда нас быстро прогнал тьютор Рендаль. Его даже присутствие Вендала не смутило, орал так, что у меня до сих пор звенит в ушах.
Морщусь и стараюсь незаметно потереть переносицу. Незаметно, потому что Вендал, чтоб его Неведомый забрал, реагирует на каждое мое движение. И чем дольше я провожу времени в его компании, тем больше мне кажется, что принц болен. Маниакальной заинтересованностью во мне. И это не может не пугать, ведь я так и не вспомнила, что же нас связывает.
— Если в подвалах Илларии что и скрывается, то только винный погребок старого магистра Роклета, — хохотнув, отвечает Армониан и белозубо улыбается старосте. — Заместитель нашего ректора очень любит редкие вина и готов, как самый настоящий дракон из древних сказок, сжечь любого, кто посягнет на его сокровища.
— Жа-а-аль, а я думала вы там своих истинных прячете, — томно хихикнув, произносит альва Света, Наяра.
Признаться честно, я не запомнила имена прибывших охотниц за принцем драконов. Все трое обучались дома, и я их даже на каникулах не видела, хотя по приглашению принцессы отдыхала в королевском дворце. Либо я этих девиц вовсе не знаю, либо не помню.
И это напрягает еще больше. Тяжело искать подозреваемых, когда твоя память похожа на пожеванную молью шаль. То там куска нет, то тут – и никогда не знаешь, какое воспоминание отсутствует.
— Наших истинных мы прячем в более приятном месте, — тем временем продолжает любезничать Арм. Принц прикладывает руку к груди и добавляет бархатным от хрипотцы голосом: — В самом сердце.
Не удержавшись, закатываю глаза. Чего у Армониана не отнять – так это умения очаровывать. И я всегда удивлялась, как в этом драконе сочетается безалаберность и галантность. Как он может быть одновременно и баламутом, и самой благовоспитанностью? Я вот всегда была прямолинейной, как лезвие меча. И частенько отхватывала за это.
Зашипев от нового приступа головной боли, я упираюсь рукой в стену.
— Не отставай, — бросает шепотом Ноктис, проходя мимо меня.
Дракон дергается ко мне в явной попытке поддержать, но я лишь отрицательно качаю головой. Не стоит демонстрировать при Вендале дружеских отношений. С этого гада станется – он решит затянуть нас в какую-нибудь свою особо изощренную игру.
— А какие секреты хранит «Пацифаль»? — спрашивает Армониан, когда мы выходим на центральную площадь, от которой лучами расходятся аллейки к различным частям академии.
Мне очень хочется повернуть в сторону жилых домиков, забраться в кровать и уснуть хотя бы до завтра. С удовольствием проспала бы до момента поимки заговорщиков, но беда в том, что я один из главных ловцов.
— А какие секреты могут быть у альв? — невинно вопрошает Вендал, облокачиваясь о бортик высокого фонтана, украшающего площадь. — Нам скрывать нечего. Мы ж не драконы.
Задерживаю дыхание от настолько откровенной провокации. Вендал, видимо, устал от того, что его многочисленные уколы так и не достигли цели, и решил бить напрямую. Некрасиво и слишком агрессивно.
Замечаю, как сужаются глаза Арма, а его ноздри гневно раздуваются. Даже бесконечное терпение драконьего принца когда-нибудь заканчивается. Арм открывает рот, в очевидном намерении ответить в тон Вендалу, но его опережает Ноктис.
— Ваше Высочество, благодарю за напоминание. — Аметистовый дракон любезен до тошноты. — Мы как раз привезли несколько древних фолиантов, раскрывающих правду о причинах древней вражды между нашими народами. Чтобы между нами и вами не оставалось никаких недомолвок. Никаких тайн. Ни со стороны драконов, ни со стороны альв, — выделяет последнее слово Ноктис.
И напряжение, которое в этот момент буквально искрит между Вендалом и драконом, заставляет всех вокруг умолкнуть. Ноктис, вроде бы и ничем не оскорбил нашего принца, но в то же время дал понять, что все нападки Вендала – голословны.
— Да? —приподнимает брови Вендал, но от меня не укрывается, что выступление Ноктиса выбило его из колеи. — Как прекрасно, что наши правители смогли договориться…
— Дети! — до боли знакомый голос заставляет меня оглянуться. — Вот вы где!
Со стороны главного здания академии к нам спешит высокая фигура, в которой я моментально узнаю лорда-отца альв Ночи. Седовласый, в развевающих серебристых одеждах, Сайрус Митраль смотрит на меня с теплотой в серых глазах. В груди растекается радость, а в памяти мельтешит сотня воспоминаний. Дядя Сайрус единственный кто всегда относился ко мне хорошо. Он единственный, кто не отрекся от меня, когда выяснилось, что мой дар несколько бракованный, а демонический выброс, через который я и мой брат прошли еще в утробе матери, оставили след и на моей душе. Нас с Дейдаром предпочитали не замечать, не уделяя внимания и заботы, и только дядя Сайрус любил и меня, и брата. Как жаль, что после получения титула лорда-отца, Сайрус покинул наш родной Сумеречный лес. А потом меня лишили и Дейдара, отправив его в Последнюю обитель, куда ссылают всех, кто несет угрозу окружающим. Магический резерв Дейдара был поврежден, и лишь я могла наполнять его без ущерба самой себе. Только вот мне предстояла учеба в академии, а родители не захотели возиться с ущербным сыном. Я этого не знала и шла учиться в тихой надежде найти лекарство для брата. Но… Моим надеждам не суждено было сбыться. В следующий раз я встретила Дейдара, когда он уже стал альвой Крови. Его обратили демоны, напавшие на приют, в котором содержался брат. Наша встреча произошла ментально и после нее все пошло не так. Пользуясь связью между нами, брат брал под контроль мой разум и делал всё, чтобы подстроить похищение принцессы Миррали. Моей подруги. Подруги, которую я подставила, не имея возможности предупредить, ведь Дейдар всегда приходил в мой разум, если я пыталась хоть как-то намекнуть девочкам об истинной сути всего происходящего.
— Лери? — тихо зовет меня Ноктис. — Что с тобой?
А я понимаю, что в моих глазах стоят слезы. Эти воспоминания приносят боль. Я ненавижу быть слабой, ненавижу себя за то, что допустила похищение. И за то, что оставила брата, когда была нужна ему. В том, что Дейдар стал альвой Крови есть и моя вина.
— Все в порядке, — поспешно отвечаю я, украдкой вытирая слезинки. Улыбаюсь идущему к нам Сайрусу и старательно гоню непрошенные мысли прочь. В конце концов сделанного не вернешь, нужно работать с тем, что есть.
— Лери, девочка моя, как я рад тебя видеть! — лорд-отец останавливается совсем близко и окидывает меня взглядом, полным отеческой гордости. На суровом лице светится добродушная улыбка, но в серых глазах внезапно загорается тревога: — Полери, луна моя, что с тобой случилось?
Он подходит еще ближе и мне приходится запрокидывать голову, потому что даже с моим немаленьким ростом, Сайрус оказывается выше. Дядя заключает мое лицо в свои ладони и с беспокойством оглядывает меня.
— Луна моя, как так? Ты лишилась дара?
— Дар все еще при ней, — шипит сбоку Ноктис, вызывая у меня удивление.
Чего это он решил вступить? Ему-то вообще какое дело до нашего с Сайрусом разговора.
— Но глаза? — в удивлении переспрашивает дядя и обращает внимание на стоящих рядом драконов. — Ох, прошу прощения. Я не представился. Лорд-отец альв Ночи, Сайрус Митраль. Я дядя этой красавицы и меня крайне беспокоят изменения, что я вижу.
— Дядя, потом, — недовольно шикаю я, не желая огласки при Вендале и его банде любопытных альв.
Дар мой действительно пострадал, но обсуждать его при посторонних я не собираюсь.
— Как же потом, луна моя? — восклицает Сайрус в искренней тревоге. — Ты возвращаешься с обмена студентами, имея при этом очевидные изменения в магии. Это я не говорю про те ужасы, что с вами произошли в Илларии…
— А что за ужасы произошли? — к нам подскакивает Лейра и, вежливо поклонившись Сайрусу, продолжает: — Лорд-отец, поясните нам, пожалуйста. А то никто ничего не объясняет. Мы здесь, в «Пацифаль», будто отрезаны от какой-то важной информации, а Лери не хочет ничем делиться…
— Если не хочет, значит так надо, дитя мое, — перебивает ее щебет Сайрус.
Делает это вроде бы мягко, но в бархатном голосе слышится сталь. Лейра замолкает, отступая обратно к ехидно ухмыляющемуся Вендалу и остальным охотницам.
— Все, что вам нужно было знать – уже озвучено, — продолжает Сайрус, обводя взглядом собравшихся альв. — Контакт с драконами налажен, Кара Тэлль стала тем связующим звеном, которым должна была стать принцесса Миррали. Принцесса же, как и сообщил наш достопочтенный Владыка Альгераль, предала интересы королевства и переметнулась к демонам Демастата…
На этих словах дядюшки я со всей силы сжимаю кулаки, до боли впиваясь в нежную кожу рук. Мне хочется возразить, хочется рассказать, как все было, но пока нельзя. Сначала нужно поймать того, кто помогал Дейдару с нашей стороны.
— В любом случае, милые леди, оставьте политику взрослым мужам. Не забивайте ваши прелестные головки, — продолжает Сайрус, а потом берет меня за руки и спрашивает: — Милая, давай я проверю что с твоей магией? М? Доверишься дядюшке?
Не знаю почему, не знаю как – но я впервые чувствую волну паники в присутствии Сайруса. Единственного близкого мне родственника. Я в шоке распахиваю глаза, изучая родные черты. Почему? Почему меня колотит от одной мысли, что он прикоснется ко мне. Да, магически. Да, как лекарь. Но я все равно чувствую инстинктивное желание спрятаться.
И тут впору бы задуматься, начать что-то подозревать, но я помню все, что связано с Сайрусом. Все наши встречи и разговоры. Или всё же не все?
— Это обязательно? — будто почувствовав мое состояние, спрашивает Ноктис.
Дракон встает за моей спиной, пряча своей внушительной фигурой от взглядов Вендала и остальных альв.
— В Илларии Лери была оказана вся возможная помощь. Ее осмотрела в том числе и Кара, — сухо констатирует Ноктис. — Лери здорова со всех сторон. Эмоционально, физически и магически.
Дракон чеканит слова тоном, против которого сложно возразить. В душе расцветает благодарность, потому что стоя вот так, рядом с ним, я ощущаю иррациональное чувство безопасности. Словно меня действительно никто не даст в обиду. Будто я действительно для кого-то важна. Для Нокта важна.
— Да что в вашей Илларии понимают в альвах Ночи? — тем не менее фыркает Сайрус, и в его глазах я отмечаю недовольство. — Как лорд-отец моего народа, я являюсь сильнейшим из ночных. Если с магией Лери что-то не так, то только я смогу это выявить.
— Повторюсь, — бесстрастно произносит Ноктис. — Лери осмотрела ваша же альва Жизни. Её проверила Виреми Тэлль, лучшая альва Матери.
— Но это всё не то… — пытается возразить Сайрус.
— Мне начинает казаться, что вам очень хочется найти в Лери какой-то изъян, лорд Митраль? — припечатывает Ноктис и площадка перед фонтаном погружается в звенящую напряжением тишину.
У меня горит щека, но даже голову поворачивать не надо, чтобы понять, чей взгляд вызывает это воспламенение. Вендал, судя по всему, жаждет вступить в разговор, но что-то его сдерживает.
— Лери совершенное дитя Ночи, о чем вы? — спустя долгую минуту обмена молчаливыми взглядами, отвечает Сайрус.
— Вот и не забывайте об этом, — Ноктис оставляет за собой последнее слово.
Дядюшка при этом смотрит только на дракона, словно и нет никого вокруг. Ни Армониана, ни Вендала и девочек. В глазах дядюшки я вижу уважение и признание дракона достойным оппонентом. Меня одновременно раздирает и гордость за Нокта и тревога. Я совсем не хочу, чтобы эти двое стали врагами. Возможно, дядюшка наш ключ к поиску заговорщиков. Он входит в совет Владыки и почти постоянно находится при дворе.
Хочу сказать что-нибудь примирительное, но голову снова пронзает острая боль. Картинка перед глазами плывет, смазывается, а голоса звенят, рассыпаясь на звуки. Собрав последние силы, я пробираюсь к фонтану и присаживаюсь на широкий бортик.
— Лери? — сквозь эту жуткую симфонию прорывается голос Ноктиса. — Что не так?
— Все хорошо, — сжав виски, выдавливаю я. — Утомилась просто. Приходится много наверстывать по учебе.
Поднимаю голову и обнаруживаю всех четверых мужчин стоящими рядом со мной. Ловлю на себе ядовитые взгляды девушек и понимаю, что для их нападок появился новый повод.
— Лери нужно отдохнуть, — елейным голосом произносит Вендал и протягивает мне руку. — Я отведу тебя к жилым домикам. Думаю, на сегодня с тебя хватит, да куколка?
— Не стоит так называть леди, — делает замечание Сайрус, чем заслуживает мой полный благодарности взгляд.
— Как, так? Я лишь показываю, насколько восхищаюсь утонченностью и красотой Полери, — изображает недоумение принц, но я успеваю заметить раздражение в его взгляде, брошенном на дядюшку.
— Ваши комплименты несколько смердят, — поджав губы, комментирует Армониан и, под прицелом трех пар мужских глаз, добавляет: — Что? Я просто делюсь мнением. Надо бы освежить свои знания об этикете альв.
— Не стоит, — останавливает его Сайрус. — Наши традиции неизменны. Как сто лет назад, так и сейчас. Подобное обращение считается неприемлемым, Вендал.
Что-то режет в этом его нравоучении, но голова болит так, что не оставляет мне шансов разобраться в собственных ощущениях. Мне нужно в кровать.
— Стойте! — взмахнув ладонью, останавливаю мужчин, готовящихся к новому раунду обмена любезностями. — Его Высочество прав, мне нужно отдохнуть. Стоп! — припечатываю Вендала суровым взглядом и удивляюсь, что он слушается. — Я в состоянии сама добраться до домика. На этом все. Хорошей прогулки и до встречи.
Оттолкнувшись от бортика, я обхожу четверку и лишь на секунду задерживаюсь около дядюшки.
— Спасибо за заботу, лорд-отец, — говорю я, стараясь улыбнуться сквозь боль. — Со мной и правда все хорошо. Не стоит беспокоиться.
— Хорошо, луна моя, — отвечает Сайрус, озаряя меня отеческой улыбкой. — Но знай, что всегда можешь на меня рассчитывать.
— Знаю, — киваю я и машинально перевожу взгляд на Ноктиса.
В глубине души понимаю, что доверия сейчас у меня больше именно к дракону, чем к своим же землякам. И что самое удивительное – никаких угрызений совести по этому поводу я не испытываю.
Глава 4. Ночные гости
В нашем с девочками домике тихо, прохладно и пахнет счастливыми воспоминаниями. Цветочный флер Кары, солнечное тепло Миррали… Прохожусь по спальне, прикасаюсь кончиками пальцев к разбросанным на рабочем столе рисункам. Академия, сидящие на лужайках адепты, наш фонтан - принцесса оставила свои наброски, думая, что вернется к ним после поездки к драконам. Не получилось.
Развернувшись, беру небольшую лейку и подхожу к этажерке с горшочками. Кара, скрывая свой дар альвы Жизни, выращивала диковинные растения, названиями которым так и не дала. Зато сейчас мне есть о ком заботиться.
Закончив с поливом, я разворачиваюсь и веду пустым взглядом по спальне. Головная боль практически прошла, оставив лишь легкий фантом. Но находится в комнате невыносимо не из-за боли. С нашим домиком, с этой спальней связано слишком много. Именно здесь я нашла подруг – тех, кому было не важно мое происхождение. Даже когда я рассказала про демоническое влияние ни Кара, ни Миррали не отказались от дружбы со мной. Ни одна не посчитала меня чудовищем.
А я их предала. Неосознанно, против воли, но всё же…
— А-а-а, — подняв голову к потолку выдыхаю я тоскливо. — Я справлюсь. Я всегда справлялась, сделаю это и сейчас.
Отбросив негативные мысли, так и атакующих сознание, прохожу к кровати и, собрав подушки, принимаюсь устраиваться. Да, за окном едва наступил вечер, да, мне бы найти драконов и обсудить план действий – но я слишком вымоталась. Морально я ощущаю себя губкой, которую нещадно попользовали. Мне нужен хороший сон. Целебный, восстанавливающий и без картинок.
Переодевшись в пижаму из коротких шорт и шелковой рубашки, я сооружаю из подушек кокон. Мое личное убежище, в котором прячусь от всех невзгод. Это старая привычка, которую затем очень удобно использовал Дейдар. Ведь под такой защитой не видно моих красных от магии брата глаз. Мысль о Дейдаре рождает опасную идею. Ноктис просил не пытаться связаться с Даром, чтобы не разрушить ту защиту, которую дракон выстроил вокруг моего сознания. Но соблазн велик. Я хочу знать, что произошло. Хочу получить хоть какую-то подсказку в поиске нашего заговорщика. Дар не сказал этого драконам, но может быть скажет мне, своей сестре?
Да и в конце концов, я хочу услышать элементарное прости!
— Дейда-а-ар, — тяну я, закрывая глаза и взывая к собственной магии.
Резерв отзывается тягучей болью, сила растекается по магическим каналам, но сознание остается в реальности. Я не засыпаю, не уношусь ни в свой сон, ни в чужой. А ведь должна была…
Раньше это всегда работало, но когда Ноктис снял сцепку между нашими с Даром силами, я перестала контролировать чужие сны. Я и свои-то теперь не могу призвать. Теперь мои ночи – это закрыла глаза, открыла глаза. И момент «ничего» между этими двумя действиями.
— Дар, — шепчу я, чувствуя, как предательская влага наполняет глаза. — Ну пожалуйста. Услышь меня, брат. Ты мне нужен.
Продолжаю контролировать магию, не отзываю ее, но и воспользоваться не могу. От напряжения голова снова начинает болеть. В какой-то момент ощущение реальности тает, сменяясь блаженным небытием. В нем мне легко, в нем у меня ничего не болит. Ни тело, ни душа. Всё так просто и легко, что не хочется возвращаться. Где-то на краю сознания чувствую знакомую ауру. Родную и пахнущую горечью. Я не слышу мыслей, не вижу образов, но ощущение объятий и тоски захватывает душу. Дейдар всё-таки откликнулся, но или заслон Ноктиса не дает нам полноценно общаться, либо сам Дар этого не хочет. И вот второе гораздо больнее.
— Прости, — разносится фантомное в голове, когда я резко просыпаюсь от тихих шагов в спальне.
Какого?!
Резко сажусь на кровати, сбрасывая с себя весь ворох подушек. В спальне темно, только свет луны вычерчивает грозный силуэт по центру комнаты. Темная фигура, закутанная в плащ, хищный блеск на металлических вставках, украшающих плечи – я сразу узнаю Ноктиса. Сердце, испуганно бьющееся в груди, почти тут же успокаивается.
— Это я, — тихо произносит дракон. — Не бойся.
Глаза постепенно привыкают к сумраку, царящему в спальне и вот я уже вижу и острые черты лица Ноктиса, и будоражащее сияние в его темных глазах. И испуг, мгновением ранее царящий в душе, сменяется на странное возбуждение. Как предвкушение пикировки с достойным противником. Разница лишь в том, что этому противнику мне всегда приятно проиграть.
— Тебя-то? — фыркаю я, инстинктивно отодвигаясь к стене. — Ты в курсе, что мне, как благовоспитанной леди, сейчас полагается визжать как истеричка и звать охрану?
— Как хорошо, что благовоспитанность и ты – антонимы, — с ехидной ухмылкой отвечает Ноктис и подходит ближе.
Я бы могла обидеться, но мы с Ноктисом оба знаем – это не про меня. Хотя бы потому, что меня и впрямь сложно назвать порядочной в общепринятом смысле этого слова.
— А ты, я смотрю, продолжаешь нарушать правила? — ехидно приподняв бровь, я слежу за действиями Ноктиса. — Мог бы хотя бы ради приличия поиграть в благородного лорда.
Дракон наклоняется чуть вперед и, протянув руку, ловит меня за лодыжку.
— Правила – это так скучно, — на губах Ноктиса появляется игривая улыбка. — А приличия – не про нас с тобой, Лери. Особенно после всего того, что мы уже наворотили. Иди сюда.
Он одним мощным рывком подтягивает меня к себе. Я оказываюсь сидящей на кровати, а Ноктис стоит между моих широко разведенных ног.
— Что ты делаешь? — со смехом произношу я, когда дракон утыкается лицом мне в живот.
— А то ты не знаешь, — хрипло произносит Ноктис, подцепляя зубами край рубашки и поднимая его наверх.
Сердце моментально заходится в будоражащем танце, разгоняя кровь в самые чувствительные места. Кожа буквально воспламеняется там, где ее касается теплое дыхание или сильные пальцы Ноктиса.
— А поговорить? — пытаясь справиться с участившимся дыханием, уточняю я.
А у самой руки живут отдельной жизнью. Отщелкиваю застежки на плаще дракона, снимаю наплечники и дрожу от ласковых поглаживаний, которыми Ноктис проходится по моей пояснице.
— Ах, да, точно. Поговорить, — вторит мне дракон. Поднимает голову, впиваясь в меня темным, а потому не читаемым, взглядом. — Как ты?
Замираю от осознания нелепости его вопроса. От нелепости моих попыток замедлиться. Секс у нас не в первый раз, так чего так нервничать?
— Уже лучше, — сглотнув вязкую слюну, отвечаю я.
— Это потому, что я рядом, — самодовольно улыбается Ноктис и тянется за поцелуем.
— Ну ты и нахал, — в восхищении бормочу я, смеясь отбиваясь от его попыток меня поцеловать.
— Видимо поэтому тебе и нравлюсь, — заявляет дракон и одним рывком переворачивает меня на спину.
Заваливается сверху и, поймав мое лицо в ладони, смотрит уже совершенно по-другому. Игривости ноль, зато беспокойства хоть отбавляй. И мне это не нравится. Не хочу никакой эмоциональной привязки. Не хочу, чтобы Ноктис беспокоился обо мне больше, чем как об инструменте, который поможет ему в деле. А тревога в глазах дракона как раз говорит об обратном. Он переживает обо мне, как о важном для него человеке.
— А теперь правду, — шепчет Ноктис. — Как ты? Мне посмотреть?
— Нет! — слишком резко отвечаю я.
Мне больше не хочется пускать его в свой разум. Не потому, что я не доверяю дракону. Нет. Я боюсь себя. Боюсь своей реакции на нашу ментальную связь. Физиология и моя тяга к дракону понятна – мы привлекательны и умеем доставлять друг другу удовольствие. А вот то, что творится в душе в ответ на заботу Ноктиса – это слишком больно. Я не хочу привыкать… Я не хочу снова чувствовать боль расставания.
— Ну нет, так нет, — с деланным безразличием отвечает дракон и, оттолкнувшись от моей подушки, поднимается.
— А ну стой!
Рывком цепляюсь за его рубашку и притягиваю Ноктиса обратно.
— Ты же сказала нет, — лукаво изогнув бровь, произносит дракон.
— Не надо меня лечить, — вредничаю я, задерживая дыхание, потому что губы Ноктиса слегка касаются моих. — Со мной все в порядке. И мы оба это знаем.
— Знаем, — соглашается Ноктис, целуя меня в подбородок и спускаясь ниже, чем заставляет запрокинуть голову. — Ты в порядке, я в еще лучшем…
— Вот и я о том же, — рвано выдыхаю я.
А все потому, что дракон уже добрался до края рубашки и ловко расстегивает пуговицы. Одна за другой они выскальзывают из петелек и через несколько мгновений я оказываюсь по пояс обнаженной под Ноктисом.
— Действительно, в порядке, — довольно урчит дракон, впиваясь поцелуем в грудь.
С губ срывается стон, а тело обжигает огнем, когда я выгибаюсь навстречу удовольствию. Запускаю пальцы в волосы Ноктиса, прижимая дракона к себе и безмолвно прося продолжить ласки. Новый стон пролетает по спальне, когда умелые пальцы Ноктиса ныряют под резинку моих шорт и касаются чувствительных мест.
— Нравится? — хрипло интересуется мой любовник.
— Разденься, — прошу я в ответ.
Мне хочется отвечать ему тем же удовольствием, что он дарит мне. Хочется гладить, целовать и ласкать дракона. Ноктис выполняет мою просьбу с явным нетерпением. Свою рубашку он почти срывает, несколько пуговиц с жалобным стуком отлетает в сторону. Меня пробирает смехом, который гаснет, когда пряжка ремня на брюках дракона угрожающе щелкает.
— Смешно тебе? — ухмыляется Ноктис, накрывая меня собою. — А раньше ты так не веселилась.
— Раньше мы спали с тобой на вашей территории.
— Какая разница?
— Большая, — тянусь к нему, запечатывая рот поцелуем. — Здесь ты на моей территории.
— С тобой любое место – наше, — отвечает Ноктис со странными нотками в голосе.
— Эй, — настораживаюсь я. Смотрю в темные глаза дракона и не могу понять, какие эмоции в них вижу. — Мы же договорились, да? Это ничего не значит, да?
— Как скажешь, — слишком покладисто отвечает дракон.
Но возразить я не успеваю. Ноктис целует меня так, что остатки здравого смысла вылетают из головы, оставляя только чувственность и удовольствие. Тугое проникновение, одно дыхание на двоих, затуманенный взгляд и мгновение единения – это то, что мне так нужно. Это то, что я не хочу делить ни с кем, кроме Ноктиса. Но это же и пугает меня. Не секс, а само желание быть только с драконом.
— Лери… — зовет меня Ноктис, поглаживая по плечу.
— Не надо, — прошу я, зная, о чем он хочет поговорить. — Все же хорошо.
Я лежу у него на груди и жмурюсь от удовольствия, ловя фантомные вспышки удовольствия в теле. В голове легкость и никаких проблем.
— Ну раз не хочешь о нас, давай о Вендале? — предлагает дракон, а я чувствую, как напрягается мощное тело подо мной. — Что между вами было?
— Ничего, — резко отвечаю я.
— Уверена? — тихо спрашивает Ноктис.
— Ты хочешь знать, был ли он у меня первым? — взмахнув гривой волос, я резко поднимаюсь и усаживаюсь на постели.
Обернув вокруг себя одеяло, смотрю на дракона со смесью злости и обиды. Ну да, я не девочка, но это же не значит, что сплю с каждым встречным!
— Лери, не надо додумывать то, чего нет, — ровно отвечает дракон, обжигая меня взглядом, в которым я легко читаю ревность.
— О нет, вот этого нам не надо, — прищурившись, цежу я. — Мы же с тобой на берегу договорились. Только дело и секс.
— О чем ты? — с холодностью интересуется Ноктис, чуть склонив голову набок.
— О ревности этой твоей. Нокт, ну я же вижу...
— То, чего нет, — перебивает меня дракон. — Да и какая разница. Что плохого в капельке ревности?
— Ревность ведет к собственническим выходкам. А я тебе не принадлежу, — говорю, а сама внезапно ощущаю боль от своих же слов.
Раньше подобные замашки моих парней бесили, а вот сейчас почему-то хочется, чтобы Ноктис меня себе… Что? Присвоил?
— Не стоит пугаться собственных мыслей, — успокаивающе произносит дракон, легко считав мои эмоции. — Я не претендую на твою свободу, но признаю, Его Мудейшество меня бесит. Бесят его поползновения в твою сторону. А сейчас меня настораживает твоя реакция. Тебя кто-то принуждал к отношениям?
Молчу долю мгновения. Просто слова Ноктиса такие честные и прямые, что я слегка ошарашена.
— Если мы говорим начистоту, — говорю севшим от волнения голосом. — То я не помню. Не помню, что у меня было с Вендалом. С другим помню, с принцем нет.
— Но ведет он себя так, будто все было, — договаривает за меня Ноктис, а в его сощуренных глазах мелькают аметистовые искры.
— Но я этого не чувствую, — прижав ладонь ко лбу, бормочу я. — В смысле, если бы что-то было, то какие-то фантомные прикосновения, воспоминания… Они же должны быть? Ноктис?
— Я не знаю, Лери, — со вздохом отвечает дракон и, протянув руку, роняет меня обратно к себе на грудь. Ласковыми движениями массирует мне голову, заставляя тихонько мурлыкать от удовольствия. — Я уже говорил – твоя ситуация далека от стандартной. Кто-то сделал все, чтобы любое ментальное вторжение выжгло воспоминание о кукловоде из твоей памяти.
— Я не помню ничего, что связано с Вендалом, — тихо шепчу я.
— И тем не менее это не делает его нашей целью. Однако меньше бесить меня он не перестает.
— Почему ты думаешь, что кукловод – не Вендал? — осторожно ухожу я со скользкой темы.
— Потому что это топорно и слишком явно, —продолжив гладить меня, делится своими мыслями Ноктис. — Слишком явный тычок в его сторону. Зная повадки нашего противника, я делаю вывод что стирание Вендала из твоих воспоминаний – это лишь обманный маневр.
— Или же Вендал специально это сделал, чтобы мы так подумали, — предполагаю я.
— Или же так, — задумчиво соглашается со мой Ноктис.
На какое-то время в спальне повисает тишина. Дракон о чем-то думает, в моей же голове пусто и легко. Ни тревог, ни страхов, ни метаний. Идеально.
— И все же, почему ты так боишься привязанностей? — спрашивает Ноктис, чем портит всё.
— А-а-арх, — рычу я в бессилии и одним резким движением поднимаюсь с кровати. Разыскиваю свое нижнее белье и пижаму. — Вот зачем тебе?
— Интересно, — хмыкает Ноктис с бесстрастным видом. — Я, конечно, красавчик и поклонниц у меня всегда в достатке. Но впервые у меня девушка, которая не требует никаких продолжений. Более того, настаивает на том, что между нами только секс.
— Я тебе не девушка, — злюсь я, прыгая на одной ноге и надевая шорты. Выпрямившись, быстро надеваю рубашку и строго смотрю на дракона. — Мы партнеры, любовники. Но точно не парочка.
— Да как скажешь, — фыркает Ноктис, продолжая следить за моими движениями.
Причем в глазах у него бесячие смешинки скачут. Весело ему.
— Я не отношений боюсь, — остановившись посреди спальни, признаюсь я. — А того, что обязательно последует за ними.
В этот момент я чувствую себя максимально уязвимой, а потому прячу взгляд, устремляя его в пол.
— Лери…
Тихий шепот Ноктиса и скрип кровати под его телом заставляют меня вздрогнуть. Я чувствую дракона. Не телом – душой. Его эмоции, сожаление и щемящая сердце нежность делают еще больнее, ведь я знаю, что это закончится. Он остынет, его призовет долг и Ноктис покинет меня. Ведь даже будучи драконом без зверя, Ноктис Феллард занимает важную должность в Валестии. А я… Я просто ущербная дочь Ночи.
— Нокт, не надо, — прошу я, выставив руки, но дракон обнимает меня, ломая всякое сопротивление. — Не надо меня жалеть.
— А я и не жалею, — произносит он в ответ, заставляя внутренне сжаться. — Такой, как ты, жалость не нужна. Я лишь…
Громкий стук в дверь прерывает речь Ноктиса. И я не понимаю, рада этому или расстроена. Очень хочется услышать финал, но в то же время и страшно. Но голос по ту сторону порога не оставляет нам выбора.
— Лери, дитя мое, можно тебя? — деликатно спрашивает дядюшка Сайрус.
— Что ему тут нужно? — шипит дракон, напрягаясь всем телом.
Всем голым и великолепно вылепленным телом.
— Я откуда знаю, — в тон Ноктису цежу я. Отталкиваю его и принимаюсь собирать одежду дракона. — Одевайся!
— Скажи, что ты спишь, — упрямится он.
— Лери, я слышу твои шаги, — тут же откликается дядюшка. — Я ненадолго. Хочу переговорить по поводу твоего дара.
— Тем более выпроваживай его, — злится Ноктис, уворачиваясь от рубашки, прилетевшей ему в лицо.
— В окно иди, — отмахиваюсь я и отправляю в полет еще и брюки. А сама разворачиваюсь к двери и старательно изображая заспанность, произношу: — Дядя, минуточку. Я не одета, — кошусь взглядом на нарочито медленно одевающегося Нокта и добавляю, — и не расчесана.
— Луна моя, ты же знаешь, что ты всегда прекрасна. К чему эти прихорашивания? Одевайся и поговорим.
— Луна моя, — шепотом передразнивает Ноктис, тем не менее уже занимаясь плащом. — Не нравится он мне.
— Он единственный, кто хорошо относился и ко мне, и к Дейдару, — сложив руки на груди, отвечаю я.
— Вот это меня и настораживает.
— И я его помню.
— Прям от и до? — прищурившись, уточняет Ноктис. — Каждую встречу?
— Как можно помнить встречи, о которых не знаешь – были они или нет? — растерянно спрашиваю я.
Этот момент я как-то упустила.
— Вот и выясни, раз решила с ним поговорить, — советует дракон, разворачиваясь к окну. — Попробуй поймать несостыковки.
— А если их не будет?
Прохожу следом и выглядываю на улицу, когда Ноктис, взявшись за оконную раму, перемахивает на ту сторону. Схватившись за массивные ветки, в переплетениях которых и размещен спальный домик, дракон разворачивается ко мне.
— Уверен, странные моменты будут, — произносит Нокт. — Ты их главное не пропусти.
— Ноктис, — с укоризной смотрю на него. — Мне кажется ты зря подозреваешь дядюшку. Он не стал бы использовать нас с Дейдаром. Он ценил нас.
— Как полезный инструмент? — давит взглядом дракон.
— Ты тоже считаешь меня лишь полезным инструментом? — отзеркаливаю его сарказм.
— Нет, — смягчается Ноктис. — И ты это знаешь. Не надо меня кусать, — он тянется через подоконник и нежно целует. — Я побуду здесь, — он кивает на ветви, проходящие выше окна.
— С ума сошел? — с колотящимся от его поцелуя сердцем, восклицаю я. — Увидят же.
— Лери, — ухмыляется дракон, одним махом подтягиваясь до нужного места. — Мне хватит силы, чтобы отвести любой взгляд. Иди, а то дядюшка забеспокоится.
— Но… — не успеваю я возразить, потому что нетерпеливый стук позади напоминает о предстоящем разговоре.
Нокт же действительно теряется в листве так, будто и не было его. Что ж, ментальная сила дракона всегда поражала.
— Лери? — слышу нотки раздражения в голосе дяди и спешу открыть ему дверь.
— Прости, — старательно изображаю виноватую улыбку, когда встречаю легкий укор во взгляде Сайруса.
Дядюшка осматривает меня, затем пробегается по комнате и поджимает губы. То ли недовольно, то ли сочувственно.
— Тебя оставили одну в спальне на троих? — спрашивает он, пересекая порог.
— Никто не захотел подселяться к изгою, — пожимаю плечами. — Но не могу сказать, что я жалуюсь.
— Что правда, то правда. Тебе всегда было комфортнее в одиночестве, — улыбается Сайрус.
Дядюшка садится за мой рабочий стол и взглядом предлагает присесть на кровать. По пути я поднимаю подушки, разбросанные по полу, и слегка краснею.
— Я смотрю ты по-прежнему строишь спальный кокон? — понимающе улыбается Сайрус, наблюдая за моими сборами.
В глазах дядюшки безмятежность и мягкость, от которой мне становится легче на душе. В глубоком детстве именно он показал мне, что если спрятаться, то никто не найдет ни тебя, ни твои страхи. И с тех пор я поступаю так во всем – когда сплю, когда общаюсь с людьми, когда бегу от своих чувств. Возможно, это неправильно, но привычно. Безопасно.
— Как видишь, — отвечаю я, скидывая подушки на постель. Усаживаюсь и внимательно смотрю на дядю. — Так что ты хотел?
— Меня очень беспокоит состояние твоего дара. Это раз, — Сайрус моментально становится серьезным. Морщинки на его лице из смешливых становятся жесткими, и я узнаю того самого лорда-отца, который представляет наш народ в совете Владыки. — Во-вторых, меня тревожит твоя связь с драконами…
— Какая связь? — настораживаюсь я.
— Ну я же видел, как на тебя смотрит этот лорд Феллард. Мальчик явно очарован, но он опасен.
— Почему?
Хочется броситься на защиту Ноктиса, но я понимаю, что тем самым вызову еще больше подозрений.
— Он аметистовый, а значит может манипулировать эмоциями, Лери, — со снисходительной улыбкой поясняет Сайрус. Протягивает руку и по-отечески накрывает мою ладонь. — Луна моя, пускай мы заключили союз. Пускай драконий принц изображает дружелюбие – нам все равно надо быть настороже. Драконы опасны и кто знает, каким образом Миррали сбежала. Может быть, это все было подстроено валестийцами…
— Нет-нет, дядя! Все было не так! — перебиваю его, понимая, насколько он заблуждается. — Я была там! Я виновата в похищении Миррали. Она не сбегала! Это Дейдар и моя связь с ним помогла демонам организовать портал прямиком в Илларию и похитить принцессу. Это все я!
Слышу хруст ветвей за окном и бледнею. Ноктис бы не одобрил моей честности, но ведь это дядя Сайрус. Он не сдавал меня в детстве, не сдаст и сейчас!
Дядюшка подозрительно прищуривается, глядя на окно. Затем обводит комнату тем же подозрительным взглядом, а я чувствую, как холодеют мои руки. У кровати Кары, сверкая чеканным драконом, лежит одинокая пуговица, оторвавшаяся с рубашки Ноктиса.
Затаив дыхание, я буквально кричу у себя в голове, чтобы дядя не обратил на эту улику никакого внимания.
— Значит это всё Дейдар? — медленно повернувшись ко мне, уточняет Сайрус.
Усиленно киваю, радуясь тому, что новость о вмешательстве брата полностью захватила ум дяди.
— Это очень печально, что мальчик выбрал такой путь, — искренне расстраивается Сайрус. — Вы с ним уникальный дуэт, ваша магия могла бы послужить Владыке и сделать вас незаменимыми. Я не раз говорил тебе, что твой талант нужно беречь и развивать.
— Говорили? — эхом переспрашиваю я.
А сама пытаюсь вспомнить, когда это было? Да, дядя много раз хвалил меня за необычны дар, но я не помню, чтобы мы обсуждали мое будущее во дворце.
Натыкаюсь на острый взгляд Сайруса и спешу исправиться:
— Да, точно, говорили.
— Лери, а сейчас как обстоят дела с твоим даром? Он не пострадал?
И почему-то мне совершенно не нравится то, куда идет наш разговор. Чувствую себя под увеличительным стеклом, словно Сайрусу во мне интересна только моя магия. А не то, что я испытываю.
— Я его потеряла. Я даже снов-то не вижу, — развожу руками, хотя знаю, что лукавлю.
Один и тот же сон с аметистовым драконом редко, но все же врывается в мое ночное небытие.
— Луноликая, — восклицает Сайрус. — Бедное дитя, как же так?! Я должен все исправить!
— Нечего исправлять, дядя, — отодвигаюсь по кровати, но он не отпускает меня. Держит за натянутую руку. — Меня все устраивает.
— Лери, луна моя, — успокаивающе произносит Сайрус. — Это сейчас. Ты в шоке, ты через многое прошла. Стала невольной виновницей большой трагедии. Но потом, когда пройдет время, тебе захочется вернуть свою силу. И знай, я всегда буду рядом, дитя.
Он смотрит на меня с отеческим теплом в глазах, и тревога, вспыхнувшая в глубине моей души, гаснет. Нет, это всё тот же дядя Сайрус, который отгонял от меня мальчишек в нашей деревне и защищал от нападок взрослых.
— Ну раз ты чувствуешь себя хорошо, и я зря беспокоюсь, тогда пойду-ка проконтролирую нашего общего знакомого, — тем временем произносит дядя, многозначительно поигрывая бровями. — Вендал в последнее время сам не свой, и Владыка направил меня проследить, чтобы принц не развязал новую войну с драконами.
Сайрус, тихо охнув, поднимается и, приложив руку к пояснице, направляется к двери. А я только сейчас решаюсь на новый вопрос. Очень важный, хоть и пугающий возможным ответом.
— Дядюшка, а что у меня было с Вендалом? Вы не знаете?
— А ты разве не помнишь? — с удивлением спрашивает Сайрус, притормаживая у порога.
— После того, как Дар выполнил свой план, я забыла все, что происходило во дворце, — сбивчиво поясняю я, сознательно утаивая детали моего «излечения» от связи с братом.
Незачем давать дядюшке новый повод недолюбливать драконов.
— О-хо-хо-хо, — тяжко вздыхает дядя, упираясь локтем в дверной косяк. Какое-то время молчит, потирая переносицу, а когда я уже начинаю предполагать самое противное, дядюшка меня огорошивает: — Ты же помнишь, что помогала старому Владыке с его кошмарами?
— Да, это я помню.
— Так вот. Если Альгераль просил тебя избавить его от встреч с женой, то Вендалу ты была нужна с прямо противоположной целью. Он очень скучал по матери, и ты наводила ему сны, в которых он с ней виделся.
— Это все? Я только работала с его сновидениями? И почему я?
— Я не знаю, — пожимает плечами Сайрус, но я по его лицу вижу – тема скользкая и для него неприятная. — У принца болезненная тяга к тебе, Лери. Он был согласен работать только с тобой. Но, поверь мне, я уже готов был настаивать на браке, потому что Вендал позволял себе слишком многое. Ты ничего не рассказывала, но я видел, с какой неохотой ты отправлялась к нему на сеанс. Поверь, если он сделал что-то компрометирующее тебя, мне хватит сил и связей, чтобы заставить его взять тебя в жены.
Лицо дяди краснеет от негодования и готовности действовать. А у меня в душе все обрывается. С хрустом, в котором я не сразу распознаю треск веток за окном.
— Да что у тебя там происходит? — отвлекается дядя и даже делает попытку подойти к окну.
— Дом старый, крепления трещат, — перехватываю его, молясь всем Шестерым, чтобы Ноктис не вздумал появляться в спальне.
— Надо попросить лорда Вармоса, чтобы тебя пересилили в более подходящее жилище, — сварливо бубнит Сайрус, а потом переводит взгляд на меня. Он разводит руки, приглашая в объятия. — Лери, луна моя, ничего не бойся. Ни Вендала, ни драконов этих. Я дал слово твоей семье, что уберегу тебя. И обязательно это сделаю.
Я утопаю в его руках, ловя отголоски тепла и спокойствия. Но где-то на задворках сознания бьется тревожная мысль. Моя семья никогда обо мне не беспокоилась, ей вообще плевать, где я и что со мной. И сейчас либо дядюшка лукавит, либо я чего-то не помню. Нестыковочка.
Глава 5. Драконий мастер-класс
Ноктис Феллард
— А это аудитория для демонстрационных лекций, — мелодичный голосок Лейры проникает в мысли, но не оставляет в них и следа.
Молча следую за Армом, погруженный в себя и лишь машинально отмечаю происходящее вокруг. Я единственный дракон, который может ментально сканировать пространство, не боясь схлопотать случайную привязку с кем-нибудь из альв. Цена за такую уникальность оказалась высока. Я поплатился моей связью со зверем. Дракон без дракона – так презрительно называют меня за спиной. Было бы обидно, если бы не было так плевать. Пока я приношу пользу императору и служу щитом для моей страны – я не буду ни о чем сожалеть. Ведь пока я орудие, моя семья, обделенная аристократическим титулом, не будет ни в чем нуждаться.
Ментальные щупы, отточенные годами тренировок, беспрестанно сканируют окружающих нас альв. Если кто проявит хоть каплю агрессии к принцу, я тут же среагирую. Но пока вокруг штиль и вежливое любопытство я могу обдумать самую важную для меня тему.
Полери. Альва Ночи, занозой засевшая в голове и сердце.
«Это ничего не значит!», — вспоминаю, с каким жаром она произносила эти слова и ухмыляюсь. Не значит, да? А вот тело Лери, ее эмоции, которыми она щедро делилась со мной – всё это говорило об обратном. Значит, очень даже значит. Просто нужно подождать, пока Лери сама это осознает.
— А мы можем поприсутствовать на лекции? — краем уха слышу вопрос Арма и настораживаюсь.
Чего это он? Мы не учиться сюда приехали.
— Конечно, — кивает Лейра и открывает высокие резные двери.
За ними обнаруживается громадная комната, потолок которой выполнен из стеклянных лепестков куполом уходящих в небо. Несколько десятков сидений ярусами спускаются к демонстрационному подиуму в центре. От количества присутствующих адептов моя ментальная сеть тут же получает дополнительную нагрузку, но мне не привыкать. Застыв на пороге, я веду безучастным взглядом по рядам, оценивая каждого присутствующего. Если бы Лери видела мир моими глазами, наверняка удивилась бы. Он серый, потому что я смотрю на эмоциональном плане. Мне пришлось пожертвовать красками в угоду силе. По малейшим изменениям оттенков серого, я могу понять, какая мысль сидит в голове того или иного человека. Какая эмоция и какой спектр он испытывает.
И я привык к этому серому миру. Он стал мне родным. Ровно до тех пор, пока в нем не появилась Лери. Ее называют молью за бесцветные глаза, и только я вижу искры радуги в них. Искры эмоций, которые она прячет глубоко в себе и боится доверить их хоть кому-то. И от того, что я единственный, перед кем Лери снимает свою маску холодной стервы, в душе растет желание стать ее щитом. Тем, кто спрячет ее ранимую суть и не даст в обиду. Даже если сама Лери меня отталкивает.
— Я смотрю кто-то всё-таки запал на ледяную принцессу? — голос Арма, полный ехидства, заставляет меня отвести взгляд от высокой фигурки на среднем секторе рядов.
Вокруг нас никого. Лейра убежала вниз, к готовящемуся выступать магистру, а охрана осталась стоять за дверьми.
— И? — приподняв бровь, интересуюсь я.
Принц, явно не ожидавший такого ответа, слегка тушуется.
— Что и отрицать не будешь?
— Я похож на пубертатного подростка? — склонив голову набок, уточняю я. — У меня к Лери есть чувства и скрывать это я буду только здесь. И лишь потому, что не хочу навредить делу.
— А потом? — допытывается Арм. — Сделаешь ей предложение?
— Нет, — качаю я головой, чем снова ввожу принца в ступор.
— Ты что собрался поснимать с ней напряжение и бросить? — злость Арма обжигает щупы, заставляя меня собраться.
— Ваше Высочество, впредь прошу даже мыслей таких не допускать, — цежу я, сдерживая ярость. — Лери не девка на один раз.
— А по тому, что я только что услышал, кажется что именно так и ты считаешь, — прищурившись, отвечает Арм. — Она моя подруга, Нокт. Я не позволю с ней играться.
— Я и не играюсь.
— Тогда что же?
— С Лери нельзя идти напролом, — отведя взгляд, я снова нахожу белокурую фигурку.
Сидя отдельно от всех, выпрямив спину и глядя строго в учебник, Лери будто отгородилась от всего мира. И выставила такой заслон, что даже самые дружелюбно настроенные адепты предпочитают обходить ее стороной.
— Будешь ждать, пока она созреет? — интересуется Арм.
— Буду ждать, — киваю я.
— Смотри, как бы другие не решили действовать без оглядки на ее чувства, — замечает принц, кивая на открывшиеся в этот момент двери.
В аудиторию заходят Вендал с лордом Митралем.
— Совет свой себе посоветуйте, Ваше Высочество, — невежливо огрызаюсь я, полностью сосредотачиваясь вошедших.
— Ты о чем? — хмурится Арм.
— Об одной рыжей стрекозе, которую вы в руках не удержали, — бросаю я и устремляюсь к Лери.
Да, опрометчиво, но я не могу оставить ее один на один с Вендалом, вокруг которого колышется кокон из непроницаемо черных лент. Я мастер трактовать оттенки серого, но даже я теряюсь в попытке понять, какие эмоции могут выдавать такой цвет. Слишком много тьмы в алератском принце. И это не может не напрягать. Вендал либо использует мощный защитный артефакт, либо его души коснулось демоническое воздействие. Но проверить обе теории я не могу – любая моя попытка ментально проверить принца тут же выдаст нас с головой. Нет, тут надо действовать хитрее. И осторожнее.
— Лери? — зову я альву, оказываясь рядом.
Краем глаза отмечаю, что Арм перехватил и лорда Митраля, и Его альвийское Высочество. Втроем они спускаются к подиуму в центре аудитории, а я позволяю себе немного, но выдохнуть. Внутри что-то взрывается, когда я вижу Вендала около Лери и сейчас это нечто наконец-то успокаивается.
— Нокт, ты чего? — до моих ушей доносится тихое шипение альвы.
Смотрю на опасливо озирающуюся Лери и не могу понять причины ее тревоги. Только когда ментальная сеть доносит до меня волны любопытства и интереса понимаю, что все же не стоили идти на поводу у своих желаний. Стоя рядом с альвой, я привлекаю к ней слишком много внимания.
— Разрешите? — громко спрашиваю я. — Кроме вас я в академии никого не знаю.
— Да пожалуйста, — с правдоподобным безразличием фыркает Лери и отодвигается, давая мне сесть. — Только на беседу особо не рассчитывайте.
— А вот это печально, — деланно расстраиваюсь я, продолжая отслеживать изменения в аудитории.
Как ментально, так и визуально. И почти сразу напарываюсь на больной взгляд Вендала. Больной, потому что так смотрят только отпетые маньяки. А маньяк он потому, что при всем внешнем спокойствии, ментальный кокон принца полыхает ледяной яростью. Вот эта эмоция мне знакома. Я подобное в зеркале порой вижу. Правда мне совладать с эмоциями помогает безупречный контроль, а вот Вендала разрывает и только чудо, а может присутствие Арма и лорда Митраля, сдерживает принца. Есть у него какой-то стопор, не позволяющей прорваться плотине.
— Нокт… — тихо зовет меня Лери, но договорить альва не успевает.
Аудиторию заполняет громкий голос лорда Митраля:
— Адепты академии Пацифаль! Сегодня вам предоставилась редкая возможность – послушать лекцию о драконах Валестии из уст самого принца Армониана.
— Чего? — хмурюсь я, придвигаясь к высокой парте и складывая на нее руки.
Посылаю стоящему на подиуме принцу безмолвный вопрос, на что тот лишь успокаивающе поднимает ладонь. Под контролем у тебя все, да? А вот судя по самодовольной улыбке Вендала ты повелся на какую-то провокацию.
— Что происходит? — не поворачивая ко мне головы, спрашивает Лери.
— Если б я знал, — отвечаю я, незаметно осматриваясь по сторонам.
Адепты, которых с каждой минутой становится все больше, взбудоражены и моя ментальная сеть гудит от напряжения. Магический резерв качает силу, истощаясь слишком быстро. Не уверен, что меня хватит до конца лекции, а потому сворачиваю щупы, концентрируясь только на защите себя и Лери. Арма прикрывает мощнейший родовой артефакт, поэтому меня не мучают угрызения совести, что предпочел Лери его высочеству.
Хотя, я знаю, что это всего лишь обманка. Даже если бы Арм был бы беззащитен перед ментальной атакой, я все равно выбрал бы Лери. Это смахивает на измену, но сейчас мой выбор таков. Хорошо, что никто в целом мире не может прочесть мои мысли.
— Вам нужны модели для демонстрации вашей силы? — слышу ехидный голос Вендала, в то время как у подиума появляются кандидатки в невесты.
Мы с Армом еще вчера посмеялись над этой нелепой попыткой втюхать ему чью-то высокородную дочь. А сейчас мне не до смеха.
— Они пытаются спровоцировать его на привязку, — шепотом констатирует очевидное Лери.
— Ага.
Ловлю взгляд принца, и понимаю – он тоже осознал в какую ловушку его загоняют. И тут же успокаиваюсь. Арм не идиот и не даст себя поймать.
— Учитывая мой статус, я могу демонстрировать свои умения только на том, кто мне ровня, — долетают до меня слова принца. Армониан, сложив руки на груди и не скрывая улыбки, смотрит на Вендала. — Желаете саркофаг, Ваше Высочество?
Слышу хлесткий шлепок, с которым Лери припечатывает себя по лбу. Согласен, Арм иногда забывается и его шуточки переходят все грани. Но, возможно, с Вендалом только так и нужно. С провокатором можно разговаривать только на его языке.
— Зачем же так радикально? — посмеивается в ответ принц Алерата. — Достаточно обсидиановой короны. Каков принц, таков и венец.
Лери с шумом втягивает воздух, находясь в шоке от брошенного оскорбления. Оскорбления, надо сказать, бьющего в обе стороны. Вендал всего одной своей фразой и себя представил как всего лишь запасного Владыку, так и намекнул на недостойное происхождение Арма. Лишний раз напомнил, что при алмазном отце, дракон Армониана всего лишь обсидиановый.
Судя по тишине, повисшей в аудитории, многие адепты тоже поняли посыл Вендала. И это не радует. Надо выкручиваться без репутационных потерь.
— Погодите-погодите. — Лорд Митраль, встав между принцами, смотрит сначала на Арма, затем на Вендала. — К чему эти пикировки? Если нужен кто-то, подходящий принцу по статусу, то у нас есть принцесса рода. Полери, луна моя, спустись, пожалуйста!
Что?!
В шоке смотрю на альву, которая отвечает мне не менее изумленным взглядом. Да еще и выглядит при этом настолько бледной, что даже снег на ее фоне будет казаться серым.
— Какая принцесса рода?! — шипит Вендал, озвучивая бьющуюся в моей голове мысль.
И сейчас я ему даже благодарен, потому что хваленый контроль трещит по швам. Да чего уж там - я готов и сам сорваться.
— У родов уже лет сто как нет ни принцев, ни принцесс, — тем временем продолжает Вендал, давя лорда Митраля взглядом.
— Мы с новым Владыкой решили возобновить эту традицию, — холодно отвечает Сайрус. — Ты бы знал об этом, если бы присутствовал на заседаниях совета.
Ленты эмоций, окутывающие алератского принца, вспыхивают непроглядной тьмой, и я инстинктивно дергаюсь, чтобы усмирить психа. Но к моему удивлению, Вендал успокаивается сам. Очень быстро и совершенно нелогично. Будто его взяли и потушили. Или что-то потушило его.
В любом случае, я такое наблюдаю первый раз.
— Полери, детка, спускайся, — тем временем повторяет свою просьбу лорд Митраль.
Лери, вместо того чтобы выполнить просьбу дяди, смотрит на меня, будто ищет подсказки. Но что более вероятно и оттого больше тешит мое самолюбие – защиты. Она ищет у меня защиты.
— Лорд Митраль! — Поднимаюсь с места и под недоуменными взглядами собравшихся альв спускаюсь к подиуму. — А давайте лекцию и демонстрацию проведу я?
Иду, улыбаясь дружелюбно и в то же время четко говоря – не на тех ты напал, старый жук. И Сайрус, каким бы добрым и альтруистичным он ни был, отлично считывает мой посыл. Его взгляд теряет налет благоденствия, становясь жестким.
Ну вот и хорошо. А то все в добрячка играл.
— Мне казалось, что ваш принц может рассказать гораздо больше, — осторожничает Сайрус.
— Больше, чем заместитель главы разведки? — вскидываю бровь, поднимаясь на возвышение.
Прохожу мимо Вендала, состояние которого вновь внушает опасение. Гнев сменился интересом. Слишком холодным и расчётливым. Эмоциональные качели альвы мало походят на детские развлечения. Это настоящие полеты в бездну и обратно.
И я не могу точно сказать, кто из этих двух альв наиболее опасен. Но то, что они лидеры в моем списке подозреваемых – однозначно.
— Ноктис, я не думаю, что это хорошая идея, — тем временем в разговор вступает Арм.
Принц однозначно понимает, к чему я веду и это ему не нравится.
— Это не просто хорошая идея, — отрезаю я, выступая вперед, к публике. — Из присутствующих тут драконов – я единственный кто может продемонстрировать дарованную мне силу без угрозы привязки.
Адепты тут же начинают с интересом переговариваться, ведь тема привязок между драконами и альвами не просто болезненна – она смертельно опасна. Эта связь годами убивала наши народы, не давая наладить добрососедские отношения.
Нахожу взглядом Лери, в глазах которой я вижу волнение и страх за меня. Это приятно, но для себя я решил, что могу пожертвовать одним секретом, лишь бы Лери оставили в покое. Хотя бы сейчас.
— Это как так? — недоуменно вопрошает Сайрус. — Валестия изобрела особый артефакт? Но почему тогда ваш народ продолжает привязывать к себе альв, лишая нас жизненных сил?!
Его слова поднимают настоящую бурю в аудитории. Кто-то вскакивает с мест, присоединяясь к негодованию лорда Митраля, другие пытаются их угомонить.
А я, не двигаясь с места и обведя аудиторию спокойным взглядом, вместе со своими словами выпускаю ментальные щупы:
— Нет никакого артефакта, лорд Митраль. Привязки по-прежнему опасны, и вы сейчас пытались подтолкнуть наследника империи к совершению преступления. К формированию привязки. И мы могли бы вынести ваш поступок на обсуждение между императором Гарриардом и Владыкой Серандилом. Но не будем. Потому что Алерат и Валестия с недавних пор друзья, — кошусь через плечо на бледного Сайруса и добиваю: — Что же касается меня, то я абсолютно безопасен для всех альв. Ведь когда нет дракона – нет и привязок.
Мое признание, а также транслируемая через щупы сила, заставляет всю аудиторию притихнуть. Альвы, окутанные моей магией, успокаиваются и усаживаются на свои места. Одна лишь Лери, странным образом не поддавшаяся моим чарам, остается стоять. Альва сверлит меня взглядом, в котором я читаю укор. Она против моего признания, но сейчас это меньшая из зол.
— То есть ты недо-дракон? — слышу ехидный голос Вендала.
— Представляешь? У нас тут прям коллекция недо-, — ухмыльнувшись, возвращаю ему его же оскорбление. И добавляю шепотом, чтобы услышал только он: — Недо-алмазный дракон, недо-наследник королевства, и недо-дракон. Здорово, правда?
Видеть, как Вендал скрипит зубами, несомненно, приятно. Но мне предстоит непростое задание, а потому я возвращаюсь к ждущей объяснений аудитории.
— Итак, раз ни у кого нет возражений, то приступим к нашей ознакомительной лекции. Ваше Высочество, — оборачиваюсь к Арму, — прошу занять место. Желательно в первом ряду, чтобы я мог доложить руководству, что хотя бы в этой академии вы присутствовали на занятии.
Аудиторию заполняет дружный смех, который провожает обоих принцев и последовавшего за ними лорда Митраля. Дожидаюсь, пока Арм, игнорируя мою просьбу, проходит выше и усаживается рядом с Лери. Вендал же вместе с Сайрусом занимает место возле Лейры и ее команды подставных невест.
— Итак, — хлопаю в ладони и окидываю слушателей вальяжным взглядом. — С первым видом магии драконов вы уже познакомились.
Замолкаю, наблюдая за ошарашенной реакцией адептов. Альвы удивленно переглядываются с соседями, лишь Лери с Армом отвечают мне закатыванием глаз.
— Предвидя вопросы, объясню. — Расхаживаю по подиуму, заложив руки за спину. — Магия аметистовых драконов, к коим я имею честь принадлежать…
— Вы же не дракон, — выкрикивает кто-то с верхним рядов.
Это ожидаемо, а потому внутри почти не дергает. За меня и мою самооценку переживают разве что самые близкие люди. Мне же уже давно глубоко плевать. Ну нет у меня зверя и нет. Зато есть мощь, которой позавидует любой из моих собратьев. А то, что жизнь моя сокращается с каждым использованием дара – так это только моя проблема.
— Дракон остается им, даже если у него нет второй ипостаси, — лаконично отрезаю я и посылаю волну неконтролируемого веселья в сторону перебившего меня адепта.
Им оказывается высокий светловолосый парень, который начинает ржать на всю аудиторию.
— Как видите, — вернувшись к хождению по подиуму, продолжаю я. — Аметистовый дар – это возможность управлять эмоциями. Сейчас этот хохочущий молодой человек не может остановиться именно потому, что я так хочу. В моих силах напугать вас до икоты или заставить полюбить не только меня, но и весь драконий род. Успокойся, — бросаю я весельчаку, который тут же оседает на место. — Я не угрожаю, — встаю в центре подиума и обвожу взглядом притихшую аудиторию. — Я лишь демонстрирую возможности одного из шести даров, которыми Всеединый наделил мой народ. Ваши дары не менее жутки и в наших же интересах жить в мире. На этом, как считаете, с демонстрацией закончим? Приступим к лекционной части?
Аудитория заполняется одобрительным гулом, альвы достают письменные принадлежности. Никто больше не хочет испытывать на себе мой дар. Улыбаюсь украдкой, ведь мой план сработал. Я отвел внимание от Лери, сорвал планы Вендала и Сайруса.
Сложив руки на груди, смотрю в просветленные лица альв и молчу. Замечаю, как с каждой минутой нервозность в аудитории растет, но жду. Жду пока хоть кто-то сообразит задать вопрос.
— Это какая-то драконья методика обучения? — первым срывается, как ни странно, Вендал. — Или ты пытаешься транслировать нам свои мысли?
— О нет, — со смехом отвечаю я. — К сожалению вкладывать свои мысли в чужие головы аметистовым драконам не под силу.
Так и хочется добавить, что это в отличии от альв Ночи, которые как раз-таки через сны очень лихо манипулируют чужим сознанием.
— Тогда к чему все это театральное молчание? — недовольно кривится алератский принц.
— К тому, что я жду вопросов. Скучную лекцию о происхождении драконов Валестии и нашей магии вы можете услышать на любом открытом уроке в академии «Иллария». Я же предлагаю вам узнать конкретно то, что вам интересно. Без лишней воды и занудных терминов. Ну?
Едва я замолкаю, как в воздух аудитории взмывает с два десятка рук. Вопросы начинают сыпаться один за другим. Я еле успеваю разъяснять в чем разница между янтарными и адуляровыми драконами. Что молниевая магия первых никак не уменьшает воздушные способности вторых. Сапфировые драконы спокойно живут бок о бок с рубиновыми, и никто никого при этом не тушит или не испаряет. Когда же Лейра задает вполне ожидаемый вопрос об особенностях алмазных драконов и их малых собратьев – обсидиановых – взгляды присутствующих скрещиваются на Арме.
— Тут все просто, Лейра, — пожав плечами, отвечаю я. — Алмазные драконы повелевают алмазами, обсидиановые – скалами. И то, и другое – суть одна сила. А потому разницы никакой, — смотрю на принца и ловлю его улыбку, — Не сила делает дракона повелителем народов, а его душевные качества. Как, впрочем, и каждого из нас. Вы можете быть сколь угодно мощным магом, альвой, драконом или оборотнем – если в мыслях у вас гниль, она отравит и вашу душу. Именно это и привело к появлению в нашем мире демонов. Еще вопросы? Нет? Ну тогда я закругляюсь.
Но не успеваю я сойти с подиума, как ко мне подбегает с десяток альв. Такая бешеная реакция застает меня врасплох. Отовсюду сыпятся вопросы, никак не касающиеся лекции. Девушек почему-то интересуют моя личная жизнь, пристрастия и график свободного времени. Я едва успеваю ответь одной адептке, как на ее место заступает следующая. Краем глаза замечаю, как Лери выскальзывает за дверь. Сердце неприятно сжимается, что для него совершенно не свойственно. Я чувствую болезненную необходимость переговорить с Лери.
— Дамы, — поднимаю руки вверх, прося тишины. Одновременно нахожу Арма, который в окружении охраны беседует с лордом Митралем в окружении охраны. Принц кивает мне, явно отпуская, и я решаюсь сбежать. — Все вопросы потом. И постарайтесь, чтобы они касались именно вашей учебы, а не моей личной жизни.
Игнорируя девичий щебет, устремляюсь к ступенькам, ведущим на выход. Меня провожают разочарованные вздохи, но, когда меня это волновало? Сейчас в моей голове только одна мысль – куда ушла Лери и когда аудиторию покинул Вендал?
Глава 6. Знаки повсюду
Полери Валейт
Вылетаю из аудитории так, что в ушах ветер свистит. Нет, ну надо же! Так красиво себя подать даже Армониан не умеет. Дракон он, видите ли, без дракона, безопасный.
Не понимаю почему, но внутри все полыхает от негодования. А стоит мне только вспомнить, как предвкущающе блеснули глаза некоторых моих сокурсниц – так я и вовсе готова отправить всю академию в какой-нибудь особенно изощренный кошмар. Благо дар мой ослаб настолько, что я даже мышонка в сон погрузить не могу. Иначе беды не миновать.
— Лери! — слышу окрик Ноктиса, когда уже добираюсь до лестницы.
Лавируя между снующими туда-сюда адептами, я быстро перебираю ступеньки. У меня нет настроения разговаривать с драконом. Я боюсь, что сорвусь на нем, а он, по сути, этого не заслуживает. Будучи в гневе, я не особо избирательна в словах и могу сгоряча ляпнуть такое, после чего Ноктис в мою сторону и не взглянет.
— Полери Валейт, остановись! — доносится рык, от которого идущие рядом адепты как-то очень быстро испаряются.
Вроде бы я шла в довольно плотной толпе, а уже стою на лестничной площадке в полном одиночестве.
— Тебе не стоит применять силу вне учебных аудиторий, — развернувшись, выговариваю Ноктису, который подходит ближе.
В глазах дракона довольная ухмылка, а двигается Ноктис как хищник на охоте.
— Я не использовал дар, просто у вас очень дисциплинированные ученики. Достаточно просто вежливо попросить, чтобы они поняли – им тут не место, — нахально улыбаясь, произносит этот позер.
Но уже в следующее мгновение выражение его лица меняется на серьезное, а меня утаскивают в укромный уголок за большой статуей Неведомого.
— Ты почему сбежала? — Ноктис не церемонится и спрашивает в лоб. — Понимаешь же, что тебе опасно находиться одной.
— Как-то же я жила эти дни в академии одна. И ничего – меня никто не сожрал и не подчинил, — огрызаюсь чисто из вредности.
Ну не говорить же ему, что пошла на поводу у ревности?
— Это было до появления здесь Вендала и лорда Митраля, — прищуривается Ноктис, отслеживая и мои эмоции, и держа под контролем лестницу.
— Да сдался тебе дядюшка Сайрус, — хватаюсь за эту соломинку, надеясь уйти от скользкой темы моего побега. — Он последний, кто причинит мне вред!
— Я бы не был так уверен.
— Нокт, — смотрю усталым взглядом, — я не хочу с тобой спорить.
— Со мной и не надо спорить, — улыбается он своей самой соблазнительной улыбкой. — Меня надо слушать и выполнять все, что я скажу.
— Ты невыносим.
Закатив глаза, я смотрю в сторону и покачиваю головой.
— Хочется сказать что-то заурядное вроде «За это ты меня и любишь», но я слишком уникален для такой банальности, — выдает Ноктис, посмеиваясь.
— Шестеро, ну сколько можно, — уже не сдерживаюсь и я, широко улыбаясь. — На тебя невозможно злиться!
— А ты злилась? — Ноктис делает бровки домиком. — На меня, такого лапочку?
— Вот именно поэтому и злилась! — бурчу я, толкая его в плечо. — Теперь то, что ты лапочка, знает вся академия. И каждая девица, необремененная принципами, захочет в свою коллекцию дракона!
Выпаливаю это и только потом понимаю, что вообще-то хотела скрыть свои чувства. Мы с Ноктисом не договаривались, что наши отношения будут эксклюзивными и по идее, дракон может иметь связь и на стороне. Как, впрочем, и я. Только вот меня одна эта мысль приводит в холодное бешенство.
Мой выпад откровенно озадачивает Ноктиса, я вижу это по его лицу. Как вижу и озарение, скользнувшее в его глазах.
— Ты что, ревнуешь, Лери? — спрашивает он в следующее мгновение, лукаво улыбаясь.
— А есть к кому? — изогнув бровь, уточняю я.
Стараюсь держаться спокойно, хотя у самой сердце стучит так, что мне чудится эхо его ритма, гуляющее по лестнице.
— Ты же знаешь, что нет, — серьезно отвечает мне Ноктис, вставая еще ближе.
Зажатая между стеной и постаментом статуи, я не чувствую себя в ловушке. Мне не хочется ни вырываться, ни зубоскалить. Как очарованная, я слежу за аметистовыми искрами в темных глазах и теряюсь в реальности. В этом мгновении – нашем с Ноктисом – нет места для метаний и обид. Сейчас я чувствую, что дракон только мой.
— Может хватит уже бегать от самой себя? — спрашивает Нокт, склоняя голову и опаляя дыханием мои губы.
— Ты же знаешь, я всегда честна с окружающими.
Ловлю себя на том, что как завороженная приоткрываю губы в ожидании поцелуя.
— А с собой? — приподняв бровь, спрашивает дракон.
Он замирает в миллиметре от моих губ, не давая мне желаемое. Это и бесит, и одновременно заводит. Азарт придает мне сил, я берусь за камзол Нокта и притягиваю его к себе еще ближе, вжимаясь в мощную фигуру всем телом. Знаю, как ему это нравится и вижу отблеск возбуждения в темных глазах.
— Мы оба с тобой знаем, что у нашей истории нет счастливого конца, верно? — шепотом спрашиваю я. — Я – девица с сомнительной репутацией, а твой император слишком щепетилен, чтобы разбрасываться аметистовым генофондом. Так зачем все эти вопросы и намеки на то, что у нас будет что-то большее, чем совместное задание?
Мне очень хочется, чтобы Ноктис мне возразил, переубедил в обратном, но знаю, что этому не быть. Мы не Кара с Рейвом, получившие право на счастье через свою истинность, у нас с Ноктом слишком много «но». У него – долг перед страной, я же не хочу больше никаких сильных привязанностей. Где-то в глубине души я даже рада, что и Кара и Миррали теперь далеко. Так я точно больше не смогу им навредить.
— Ты права, — произносит Ноктис, и между нами будто что-то ломается.
Будто мы делаем еще один шаг друг от друга, выстраивая стену.
— Я и правда несколько ограничен в возможностях дать тебе долгую и счастливую семейную жизнь, — добавляет дракон, отводя взгляд.
Его слова тревожат хотя бы потому, что я не понимаю, о чем он. Пытаюсь заглянуть в глаза Нокта, но он упрямо смотрит в сторону.
— Однако, мне хватает силы духа признать, что мои чувства уже давно вышли за рамки оговоренных нами отношений. Поэтому можешь не беситься. Ни одна из местных охотниц этого дракона, — он с ухмылкой указывает на себя, — в свою коллекцию не получит.
И вроде бы да, он смеется, но я чувствую горький привкус у этой шутки.
— Погоди, — отмахиваюсь я и, стукнув его в грудь, допытываюсь, — О каких возможностях ты говорил?
Ноктис кривится, будто ему неприятно говорить на эту тему, а я понимаю, что тут зарыта какая-то проблема. И неожиданно для самой себя, я очень хочу ее выкопать и разобраться. Я, которая всегда старалась отстраниться от чужих забот, внезапно чувствую острую потребность помочь.
— Нокт… — начинаю я уже без агрессии, но меня прерывает мелодичная трель, разносящаяся по всей академии.
— У тебя скоро урок, — произносит дракон, отступая и выпуская меня из ниши. — Постарайся не попасть в руки Вендала, хорошо?
— Ты же понимаешь, что я от тебя все равно не отстану? — сложив руки на груди, угрожаю я.
— Может я на то и надеюсь? — ухмыляется Ноктис, заставляя меня закатить глаза.
Ну ведь правда – невыносимый он в своем обаянии и умении все перевести в шутку.
— Тогда не будем обманывать твоих ожиданий, — довольно улыбаюсь я. — Встречаемся сегодня ближе к закату. После моего последнего занятия. В оранжерее Матери в это время никого не будет.
— Отлично, — кивает Нокт, шагая спиной назад, — Я буду с Армом.
— Э-э-э, нет, нам принц не нужен! — возмущаюсь я. — У нас разговор наедине!
— А может я боюсь, что ты выпотрошишь мой мозг и выведаешь самые сокровенные тайны? Например, что я сплю голым?
— Да как будто я этого и так не знаю? — фыркаю я, а потом до меня доходит, что Нокт опять ушел от темы. — Эй!
— До вечера, — со смехом бросает дракон, разворачиваясь к ступенькам наверх. А потом добавляет через плечо: — Лери.
И столько бархата в этом его «Лери», что меня пробивает дрожью. Вот как он так умеет?
— Эй, Валейт! — окрикивает меня какой-то запыхавшийся парнишка. — Вот ты где!
Ноктис, успевший подняться на несколько ступеней, резко оборачивается и смотрит то на незнакомца, то на меня. Дракон явно ждет от меня сигнала – вступать в разговор или можно идти по своим делам.
— Привет! — радостно выпаливает альва, судя по шильдикам на форме учащийся на третьем курсе.
Он встает напротив, оказываясь на голову ниже меня. Рыжий, вихрастый, с россыпью веснушек на добродушном лице, парнишка с широкой улыбкой смотрит мне в глаза.
— Привет, — настороженно отвечаю я, давая знак Ноктису, что вмешиваться не нужно. — Ты что-то хотел?
— Я? А, да! — рассеянно отвечает он и покрывается очаровательным румянцем.
— Ну и? — спрашиваю я, сдерживая улыбку.
Уж слишком умилительным выглядит незнакомец с этим своим смущением.
— Слушай, ты же сейчас свободна? — спрашивает парнишка, нервно проводя рукой по волосам и еще больше взъерошивая их.
Со стороны лестницы доносится невнятный грохот, а потому я спешу разъяснить ситуацию.
— В каком смысле свободна?
— Как солистка! — выпаливает альва, снова одаривая меня радостной улыбкой. — Я спрашивал у ваших, они говорят, что ты в группе пятого курса не участвуешь. Ну и я подумал, что может быть ты захочешь присоединиться к нам? Мы только недавно собрались и нам не хватает солиста.
На какое-то мгновение я просто теряюсь. Предложение рыжика настолько… Нормальное, что ли? Оно возвращает меня в ту жизнь, когда я была простой студенткой «Пацифаль» и единственной моей заботой было не проспать к первому занятию. Сейчас, когда я оказалась в центре заговора, идея стать солисткой в одной из академических групп кажется нереальной. Будто бы совсем не для меня.
Хотя я очень люблю петь. Это единственное время, когда я могу полностью себя отпустить и дать душе выговориться.
— Как тебя зовут, чудо? — спрашиваю я.
— Миккаль Ларм, но все зовут меня Микка. Я альва Охотника, — бодро рапортует парнишка.
— Да я вижу, — усмехнувшись, я взглядом указываю на вышитые лук и стрелы на кителе Микки.
— А? Да, точно, — тут же краснеет альва и утыкается взглядом в пол. А потом робко интересуется: — Так как? Пойдешь к нам в группу?
Протяжно выдыхаю, чувствуя внутри разочарование от того, что придется отказать.
— Микка, — мягко произношу я, но меня перебивают.
— Прекрасная идея.
В раздражении оглядываюсь на возвращающегося Ноктиса. Вот ушел же, чего лезет в мои дела?
— Не думаю, — возражаю я, взглядом прося дракона удалиться.
— Микка, так? — Ноктис, к моему возмущению, пропускает мои слова мимо ушей.
— Да-а-а, — немного испугано отзывается рыжик. — А вы кто? Новый тьютор?
Ноктис в изумлении косится на меня, на что я отвечаю не менее удивленным взглядом. Откуда это чудо, раз не знает, что в академию прибыли драконы?
— Нет, я не преподаватель, — качает головой Нокт. — Но тот, кто сможет уговорить эту особу принять твое приглашение.
— Что, серьезно?! — в восхищении выпаливает Микка.
— А то!
— Эй, а вы моего мнения услышать не хотите? — возмущаюсь я в шоке с того, как лихо дракон дает обещания за меня.
— Конечно хотим, — кивает Нокт, беря меня за локоть. — Только Микку это мнение не касается. Давай отпустим парня, а потом ты меня раскатаешь?
— Ты что творишь? — цежу я шепотом, не понимая, чего хочет добиться Ноктис.
Но тот снова оставляет мой вопрос без ответа.
— Микка, Лери обязательно согласится. А ты пока составь график ваших репетиций. Или что вам там обычно нужно?
— О, Шестеро, да я теперь ваш должник! — Рыжик разве что не подпрыгивает на месте. — Спасибо, лорд?
— Ноктис Феллард, без лорда, — дернув уголком губ, отвечает дракон.
— Спасибо Ноктис!
Микка сияет, как начищенная монета. Тут же принимается суетиться, доставая из карманов кителя помятые клочки бумаги. Один из них он разворачивает и протягивает мне.
— Вот, это место и время нашей завтрашней репетиции. Перед первым занятием…
— Это на рассвете что ли? — вырывается у меня возмущенное.
Мало того, что я теперь состою в музыкальной группе, так еще и вставать в рань? Я этого терпеть не могу!
— Это пока. Как получим гонорар за первое выступление, я оплачу более позднее время для репетиций, — умоляюще сведя брови домиком, выпаливает Микка.
И снова ищет поддержки у Ноктиса.
— Лери придет, — кивает тот.
— Да ты очешуел! — взрываюсь я, за что тут же получаю ощутимое сжатие локтя.
Нокт еле заметно покачивает головой, прося угомониться.
— Отлично! — улыбается Микка, которого наши переглядывания ни капельки не смущают. — Тогда я побежал к своим. Вот они удивятся!
С этими словами парнишка разворачивается и припускает вниз по ступенькам.
— Эй! Тебе только что помог дракон! — кричу ему вслед. — Ты должен дракону!
— Да хоть самому Неведомому! — доносится до меня жизнерадостное. — У моей группы лучшая солистка академии, за такое и драконам можно задолжать!
— Ого, да у тебя тут сборище фанатов, — подмечает Ноктис, наблюдая за тем, как рыжик скрывается в коридоре этажом ниже.
— О которых я ни сном ни духом, — ворчу я, вырывая локоть и складывая руки на груди. — Что это было? Ну?
— Это была забота о твоем даре, — склонив голову набок, поясняет Ноктис.
— А?
Дракон в ответ глубоко вдыхает и с шумом выдыхает. Потом, прислушавшись к голосам наверху, отводит меня ближе к лестнице вниз.
— Лери, ты сама говорила, что твоя магия была тесно связана с твоим голосом. Ваши альвы Ночи могут управлять снами только касаясь жертвы?
— На слабом уровне развития дара – да, — подтверждаю я, косясь наверх. Судя по всему, здесь с минуты на минуту появятся Армониан и, что самое неприятное, Вендал. — Более тренированные бойцы могут усыплять на расстоянии, но визуальный контакт нужен всегда.
— Тебе же достаточно заговорить с человеком, чтобы потом проникнуть в его сны, даже не видя его? Я ничего не путаю?
— Нет, не путаешь.
Ноктис замолкает и многозначительно смотрит на меня.
— Что? Я не умею читать твои мысли!
— Лери, ну это же логично. Я заблокировал твою связь с братом и тем самым нарушил ментальный контроль твоего дара. Ты не можешь им воспользоваться осознанно, но магия по-прежнему в тебе, — он протягивает руку и кладет ладонь ровно посередине груди.
Там, где я действительно ощущаю свой резерв. Сила, что спит в нем, отзывается на прикосновение дракона, выплескивается в магические каналы, но так и не усыпляет Нокта.
— Возможно, работа с голосом поможет вернуть тебе контроль чужих снов, — продолжает дракон, пристально глядя мне в глаза.
И я почему-то верю в эту его теорию. Настолько сильно, что незаметно для самой себя киваю, соглашаясь с идеей Нокта.
— Вот и молодец, — улыбается дракон. — А теперь беги на свои занятия. Увидимся вечером в оранжерее.
— Я уже говорила, что ты невыносим? — все равно возмущаюсь я, потому что в который раз Нокт добивается своего.
— Пару раз или около того, — ухмыляется дракон.
И мне не остается ничего, кроме как подчинится. Просто потому, что сама того хочу, ведь понимаю – если версия Ноктиса подтвердится, я снова стану альвой Ночи. Я снова смогу видеть сны и, возможно, свяжусь с братом. И тогда потребую у него ответа за всё, что он натворил!
Глава 7. Острый момент
— Все свободны, — отпускает нас тьютор по медитативным практикам. — Лери, пожалуйста, обрати внимание на свое душевное равновесие. Ты сегодня так и не отрешилась.
Молча киваю в ответ и выхожу из аудитории одной из первых. Меня никто не окликает, но я спиной чувствую многочисленные взгляды. Кто-то смотрит с осуждением, кто-то с любопытством. К слухам о том, что я как-то причастна к побегу Миррали прибавились выдумки о моей связи с Вендалом.
Но общественное обсуждение – последнее, что беспокоит меня. Пробежав коридорами академии, я оказываюсь в просторном холле, резную крышу которого удерживают сплетенные из стволов деревьев подпорки. Торможу на мгновение, пытаясь успокоиться. Не хочется появляться в оранжерее запыхавшейся, а то Ноктис решит, что я места себе не находила, как хотела снова с ним увидеться.
После разговора с драконом я все ещё пребываю в каком-то взбудораженном состоянии. Идея Ноктиса о том, что я смогу вернуть дар не дает мне покоя. Одновременно хочется верить в это чудо и в то же время дико страшно, что я снова обманываюсь в своих ожиданиях. Только Шестеро знают, насколько сильно я устала разочаровываться. И самое главное – разочаровывать.
Встряхиваюсь, отгоняя меланхолию. В самом деле сколько можно заниматься самокопанием? Впервые в жизни мое будущее окрасилось в светлые тона, всего лишь надо выполнить задание и получить свободу.
А что дальше?
Запинаюсь на месте, потрясенная этим вопросом. Раньше я никогда не задумывалась о том, чем займусь после академии. Я училась развивать дар, а после, как и все альвы Ночи, должна была вернуться в общину. Служить народу, представители которого меня презирают. И… Ведь мысли даже не было, что это не моя стезя. Мне было все равно. Я и к Каре с Миррой не обращалась с вопросом, как мы будем дружить в будущем.
Просто потому, что я не видела этого будущего. Вывод настолько ошарашивающий, что я, пошатнувшись, хватаюсь за одну из резных подпорок. Шестеро, а ведь моя судьба теперь действительно в моих руках. Я могу не возвращаться в Сумрачный лес, могу… Да хотя бы тем же пением заняться!
Постепенное осознание того, что я на самом деле уже свободна в своих решениях, наполняет сердце радостью и уверенностью в собственных силах.
Все получится, надо только...
— Лери, луна моя, вот ты где! — мягкий голос дядюшки заставляет меня вздрогнуть.
Резко оборачиваюсь и жду, пока Сайрус приблизится. Одетый в серебристые балахонистые одеяния, он сейчас очень походит на проповедника Ночи из старых сказок. Сказок тех времен, когда альвы Ночи слушались только своих лордов-отцов и считали их ставленниками Луноликой.
— Дядюшка? Ты искал меня? — спрашиваю я, стараясь не выдавать нетерпения.
Бросив косой взгляд в окно, я замечаю догорающий закат. До встречи с драконами всего ничего. Не хочу, чтобы они пошли меня искать.
— Да, деточка, — ласково произносит Сайрус, останавливаясь рядом и подставляя локоть. — Уделишь немного внимания старику?
— Ну скажете тоже, старик, — улыбаюсь я, берясь за его руку. — Вы нашим принцам фору дадите.
— Спасибо, луна моя, — на губах Сайруса появляется мягкая улыбка. — Прогуляемся немного? Я не отниму у тебя много времени.
Решив, что пара минут погоды не сделает, я киваю. В конце концов у меня тоже есть вопросы к дядюшке. Может получится их разъяснить и тем самым обеспечить Сайрусу алиби.
Мы выходим из академии, пропуская внутрь несколько припозднившихся студентов. Через арочную анфиладу Сайрус выводит меня в небольшой сад, окруженный статуями Шестерых. В центре бьет маленький фонтан, а по периметру стоят изящные лавочки.
— Ну вот, прекрасное место для разговора по душам, да? — с хитрой улыбкой спрашивает Сайрус, присаживаясь и приглашая меня.
— О да, вчера же нам не хватило, — подмигиваю дядюшке.
— Судя по тому, что ты продолжаешь общаться с драконами – не хватило, — недовольно поджав губы, отвечает Сайрус. — Луна моя, я ведь добра тебе хочу…
— Дядя, раз добра хочешь, то что это было? Я про принцессу рода? Что за ахинея?
Выпаливаю вопросы, а затем резко замолкаю, потому что вижу, как темнеют глаза дядюшки. Ему не нравится ни моя резкость, ни то, что я, очевидно, лезу не в свое дело.
— Ты в стрессе, поэтому я прощу тебе твою резкость, — мягко произносит Сайрус, но я не обманываюсь.
Сталь-то в его взгляде никуда не девается.
— Я не в стрессе, — качаю головой. — Просто хочу получить ответы на мои вопросы. Твое поведение в аудитории и слова были очень странными. Дядя, чего ты добиваешься?
Мы смотрим друг другу в глаза, и я буквально кричу у себя в голове, в надежде, что Сайрус не предатель. Что он не тот, кого мы ищем. Дядюшка последний из моей семьи, кому я еще доверяю. И я не хочу терять эту последнюю родственную нить.
— Ох, Лери, луна моя, — вздыхает Сайрус и взгляд его теплеет.
Он разводит руки, приглашая в объятия, и я подаюсь вперед. Как в детстве, когда в ответ на мои слезы, мама лишь отворачивалась, и дядя был единственным, кто утешал меня.
Утыкаюсь носом в грудь дяди и вдыхаю запах свежести, который воскрешает фантомные чувства спокойства и безопасности. Всё, как всегда.
— Пойми одно, дитя, — произносит Сайрус, поглаживая меня по спине. — Я хочу тебе лишь добра.
— И поэтому объявил меня принцессой рода? — тихо уточняю я.
— Ты сама понимаешь, что тебе будет очень сложно создать семью. С той историей, что тянется за твоей фамилией, мало кто решится взять тебя в жены. С титулом принцессы ты сама будешь выбирать.
Он замолкает, продолжая гладить меня, а я сижу тихо, как мышь под полом. Просто потому, что слова дяди выбивают меня из колеи. Он прав, но это не значит, что мне не больно.
— А если я не хочу замуж? — приподняв голову, смотрю в глаза Сайруса.
— Как это не хочешь? — изумленно выгибает он бровь.
— Может я хочу карьеру построить? Петь, например. Выступать у нас и в других странах.
— Глупости, — фыркает дядюшка. — Я не спорю, голос у тебя прекрасный и твои концерты определенно будут собирать много слушателей. Но это же пока ты молода. А надежный тыл нужно обеспечить уже сейчас.
— И в его качестве ты видишь моего мужа? — отстранившись, я усаживаюсь прямо и, чтобы не выдавать нарастающего раздражения, смотрю перед собой. — И кого, разреши узнать?
— Да того же принца Вендала. С твоим новым титулом это реально.
— Вендала?!
От шока я даже с места подскакиваю. Гляжу на дядю так, будто первый раз вижу этого человека. Сайрус не мог такого предложить!
— Вендала?! — снова повторяю я.
— А что такого? — пожимает плечами дядя.
— Он неуравновешенный психопат! Ты сам мне говорил, что я не хотела к нему ходить! Мне не нравилось. И сейчас подталкиваешь к нему?
— Лери, — устало качает головой Сайрус. — На любого психа найдется поводок. И раз Вендал настолько зациклен на тебе – этот поводок уже в твоих руках. Уверен, будучи в браке, ты найдешь способ, как обеспечить свою безопасность и контроль над принцем. А, значит, и безбедную жизнь для себя.
— И вас? — холодно уточняю я.
— Что? — вполне искренне недоумевает Сайрус.
— Я говорю, что стану и вашим гарантом безбедной жизни, так, дядя?
Всматриваюсь в лицо дяди, пытаясь отыскать хоть какие-то проявления двуличия. Но вижу лишь тревогу и легкую обиду, будто мои слова очень сильно задели Сайруса. Неужели я ошиблась? Дядя просто переживает за мое будущее и пытается устроить его так, как сам считает лучше?
— Лери, луна моя, когда дело касается тебя, о своей выгоде я думаю в последнюю очередь. Ты ведь мне как дочь, а каждый родитель хочет для своего ребенка только хорошее.
— Тогда, — произношу я и замолкаю, собираясь с мыслями. — Тогда прошу, не мешайте мне. Хорошо? Я сама знаю, как мне будет лучше. И мужа я сама себе выберу из тех, кому плевать на мою историю.
— Например, дракона? — опасно сужаются глаза дядюшки.
— Да хотя бы его! — с вызовом отвечаю я.
— Лери, ты не понимаешь, о чем говоришь. Они по-прежнему опасны для нас. И весь этот союз с Валестией может быть уловкой. В совете Владыки много тех, кто против драконов, против этого договора. Я боюсь, что может начаться гражданская война. И все из-за этих чешуекрылов.
— Дядя, а ты сам на чьей стороне? — спрашиваю я, затаивая дыхание.
Сайрус замолкает, но затем отвечает предельно холодно и спокойно:
— Я на стороне Владыки. Да, мне не нравятся драконы и я этого не скрываю. Но раз Серандил считает, что союз с Валестией нам необходим – так тому и быть. Одно прошу: ты с драконами свою судьбу не связывай. В твоей жизни было достаточно боли и разочарований, чтобы еще какой-то чешуекрыл использовал тебя, как личную подпитку.
Нервно сглатываю, переваривая все то, что сказал дядя. Придраться не к чему. Да, драконов не любит, но против воли Владыки не пойдет. Но почему в глубине души свербит подозрение, что меня пытаются обмануть?
— Дядя, поверь мне, я себя в обиду не дам. Ни дракону, ни кому-либо еще, — заверяю Сайруса, разворачиваясь к выходу из сада. — А теперь прошу меня простить, у меня много заданий на завтра.
— Лери, — огорченно окликает меня дядя.
— Все в порядке, — взмахнув рукой на прощание, останавливаю его я. — Провожать не надо.
Полыхая от негодования, я возвращаюсь ко входу в академии и направляюсь к оранжерее. Надеюсь, парни ждут меня, а не пошли на поиски. Солнце село и окружающий мир погрузился в лиловые сумерки. Время альв Ночи, мое время. Но вместо умиротворения я чувствую отголоски злости на дядю и тревогу. Странную, зудящую на подкорке тревогу. Будто что-то должно произойти, и чуйка пытается предупредить меня.
Ближайший путь до оранжереи пролегает у старого храма Неведомого, выстроенного из черного мрамора. Место даже днем наводит жути, а сейчас и подавно. Но мне нужно успеть на встречу с драконами, поэтому откинув всякие сомнения, я вхожу в погруженный во мрак арочный коридор, опоясывающий храм. Прохожу буквально несколько шагов, как ощущаю – здесь кто-то есть. Кто-то следующий за мной по пятам.
Даже развернуться не успеваю, как сильные мужские руки вжимают меня в коридорную нишу. Хочу закричать, но Вендал зажимает длинными пальцами мой рот. Принц нависает надо мной, а в его бесцветных глазах разгорается янтарное пламя. Силой подняв мое лицо к себе навстречу, он прищуривается так, что у меня душа обмирает от страха.
— Моя куколка решила поиграться? А разрешение не спросила? — низкий, пробирающий до мурашек голос заполняет нишу.
— Не понимаю, — выдавливаю из себя вполне искренне.
— Все ты понимаешь, бабочка моя.
Мои губы обжигает теплым дыханием, вызывая еще большую оторопь. Вендал мимолетно касается губами моей скулы, отчего под кожей пробегает разряд молний. Перед глазами в судорожном припадке мелькает вереница смазанных картинок. Спальня, развороченная постель, сбитое дыхание, прикосновение и ласки. Я почти наяву ощущаю эти касания на своей коже. Там, где их никогда не должно было быть! И тут же меня накрывает фантомным удовольствием. Шестеро, я что? Всё-таки спала с принцем?!
В шоке распахиваю глаза еще больше. Вендал отстраняется от меня с довольной ухмылкой на красивом лице.
— Вижу вспомнила, — утверждает он с откровенным самодовольством.
— Ничего не было, — сглотнув вязкую слюну, отрицаю я.
Не было! Не могло! Я бы запомнила. Такое не забывается!
— Было, куколка моя, — продолжает настаивать на своем Вендал. Его хриплый голос отзывается странным трепетом где-то в глубине души. — Было и будет, раз я тут. Мне понравилось проводить с тобой каникулы, бабочка. Трепетная и нежная. Кто бы мог подумать, что за столь грубым фасадом скрывается такая ранимость, да, Лери?
Губы Вендала изгибаются в насмешке, а мне хочется от души врезать ему. Но, понимаю, что нельзя. У меня больше нет защиты.
— Нет, — все же упрямлюсь я. Ничего не было и не будет. Оставьте ваши фантазии при себе, Ваше Высочество.
— Твои фантазии, сладкая, — поправляет он меня. — То, что ты вспомнила – это в первую очередь твои мечты, куколка. Которые я великодушно исполнил.
— Нет! — выкрикиваю я, отчаянно упираясь в грудь принца и вырываясь из его стальной хватки. — Нет сказала!
— Да! — рявкает он, сжимая мои щеки и впиваясь в губы жадным поцелуем.
Меня парализует всего на долю секунды. Но когда руки принца ложатся на мои ягодицы и вжимают в твердое тело, внутри меня что-то щелкает. Кусаю наглый язык и под громкий вскрик, отталкиваю от себя придурка.
— Ах ты… — шипит Вендал.
Уже в следующее мгновение он снова хватает меня, разворачивает к себе спиной и вталкивает в эту проклятую нишу. Принц скручивает меня так, что я и пошевелиться не могу. Остается только нервно отдергивать голову, когда Вендал склоняется к моему уху.
— Ты забываешься, Лери, — цедит принц. — Я столько для тебя сделал и вот твоя благодарность? Учти, куколка, Миррали с нами больше нет, некому тебя защитить, некому наябедничать папочке, что злой Вендал вас обижает. Теперь я возьму свое сполна. И поверь, тебе понравится.
— Ты не… — начинаю я, но не успеваю договорить.
Принца сметает в сторону, а затем я слышу страшное. Звуки драки и ударов. В панике разворачиваюсь и выпрыгиваю из ниши. Вид Ноктиса, сидящего на Вендале и наносящего ему один удар за другим, намертво впечатывается в память.
— Стой! — вскрикиваю я и бросаюсь к дракону. — Ноктис, нет!
Хватаю моего внезапного спасителя за занесенную для удара руку. Ноктис замирает на мгновение, а потом переводит на меня полный ярости взгляд. В его глазах разливается аметистовый огонь, а я понимаю, что мы в шаге от провала.
— Ноктис, я в порядке! — холодными от волнения ладошками, я прикасаюсь к лицу дракона и прижимаюсь лбом к его лбу. — Он ничего не успел. Ноктис, пожалуйста, приди в себя. Ради меня.
Продолжаю шептать и одновременно молю всех шестерых богов, чтобы магия внутри дракона успокоилась. Чтобы Вендал не получил повода обвинить нас в нападении. Иначе у меня не будет шанса спастись. Иначе мне уже завтра конец.
— Лери… — хрипло выдыхает Ноктис, внезапно расслабляясь.
Мотнув головой, дракон поднимается с поверженного врага. И тут случается то, что заставляет меня в недоумении раскрыть рот. Вендал начинает смеяться. Булькая и выплевывая кровь, но смеяться. Принц приподнимается и смотрит на нас с Ноктисом по-настоящему безумным, с нотками удовлетворения, взглядом. Инстинктивно жмусь к дракону, а тот в свою очередь приобнимает меня, пряча от взгляда психопата.
— Лорд Митраль, они тут! — доносится до меня голос Лейры.
С усилием прикрываю глаза, понимая, что все пропало. Ситуация настолько катастрофично, насколько вообще возможно. Я даже придумать ничего не могу, не знаю, как вывернуться так, чтобы Ноктису не предъявили обвинений в нападении.
— Лорд Митраль, Его Высочество и Лери… Они там… — слышу торжество в голосе Лейры, и мне от души хочется ей врезать.
Подняв голову, смотрю в глаза Ноктиса и вижу в них сожаление и вину. А еще, впервые, растерянность. Дракон тоже не понимает, как выворачиваться из ситуации.
— Ого, — в коридоре появляется дядюшка в сопровождении моей сокурсницы.
За ее спиной шушукаются присланные лордами невесты и это означает лишь одно – некрасивую картину со мной и последующей дракой видели слишком многие. Лейра же, любопытно поблескивая глазками, выглядывает из-за спины Сайруса и даже не думает скрывать своего триумфа.
— Я видела, как принц целовал Лери и ну… это самое, — продолжает щебетать Лейра.
— Того самого не было, — сглотнув ком в горле, спешу опровергнуть слова гадюки. — Ноктис спас меня от изнасилования.
Бросаю осторожный взгляд на дракона, но тот лишь хмуро следит за дядюшкой. Вендал продолжает сидеть на полу и с улыбкой наблюдать за нами.
— Ваше Высочество, это правда? — интересуется у него Сайрус.
— Не совсем так, — расхлябанно отвечает ему принц. — Мы миловались с Лери, а этот чешуекрыл напал на меня.
— Что значит миловались? — вспыхивает дядя. — Ты принуждал принцессу рода к непотребствам? Ты понимаешь, что я вынужден сделать?!
— Конечно, — кивает Вендал. — И я готов при свидетелях заверить вас, что теперь просто обязан взять Лери в жены. И сделаю это с удовольствием.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
