Клинков 3. Последний хаосит
Глава 1
— Эй, ублюдок! — выпалил я.
Пульс бил по вискам молотком. Сердце барабаном стучало в груди, норовя выскочить. Кровь бурлила, как и хаос.
Я сделал глубокий вдох. Вы-ы-ыдох. Вдох. Вы-ы-ыдох. Не помогло.
Слова сами сорвались с языка:
— Ты что, оглох?
Караван не успел уйти далеко от ворот. Воины в сером разгружались, как ни в чём не бывало, обменивались веселыми взглядами, смешками и шутками. Им было весело. Забавно смотреть на то, как мы пробились в крепость с боем. В самый последний момент.
Смеется тот, кто смеется последним.
Я сразу заприметил Чернышова на лошади, в серых сияющих доспехах и со шлемом под мышкой. На его лице — издевательская ухмылка.
— Я всего лишь выполнял приказ. Все претензии — к высшему руководству.
Он произнес эти слова механически. Как заготовку. Словно уже не раз использовал их.
— На дуэль нарваться не боишься?
На нас начали обращать внимание не только люди Чернышова, но и обычная стража, и беженцы. Беженцев было много — не только из Сизого Яра. Группы теснились за стенами, словно в предбаннике, и обменивались боязливыми взглядами.
— В городе военное положение, — подмигнул мне Чернышов. — Дуэли запрещены. Можно получить серьёзный срок.
Почему я не удивлен, что Чернышов не собирался сражаться со мной один на один. Думаю, что в иных обстоятельствах, чувствуя свое превосходство, он запрсто бы согласился. И никакие указы и запреты не были бы помехой.
— Ну-ну, я-то увижу конец военного положения…
Я мысленно сохранил в своей памяти портрет нагло улыбающегося, ехидствующего подонка с чёрными кучерявыми волосами.
— Мы ещё сочтёмся, — попрощался с ним я. — Я всегда возвращаю свои долги.
Схлёстываться в несанкционированной битве прямо перед воротами Выкречи было невероятной глупостью. Придётся оставить долг на более позднее время.
Я вернулся к отряду, проверил беженцев вместе с ребятами и оказал первую помощь тем, кому она была нужна. Убитых не было, а вот измотанных — полно.
Марафон в темпе спринта просто поломал дыхалку мужикам. Физическое состояние этих людей, ещё и под Ускорением и прочими воздушными заклинаниями от Ивана, оставляло желать лучшего. Впрочем, сейчас это уже была не моя забота. И не забота моего отряда.
Теперь ответственность за беженцев лежала на Выкречи. Городе, окруженном монстрами. Удивительно, но за один-два дня осады ничего фатального не произошло. Почти ничего.
— Как думаешь, что они не нападают?
Все темы для разговора в трактире были одинаковыми каждый день. Надо сказать, что ели мы здесь всего второй день, но обсуждали очевидное. К сожалению, не женщин и магию.
— Ссут?
— Совсем дурак?
— Так они же один раз они напали, мы отбили.
Тут вмешался третий голос:
— Совсем поехавшие. Сколько жизней это стоило, а? И сколько будет стоить? Монстры под стенами. Понимаете, что это такое? Не люди. С ними не договориться, их не испугать. Это конец.
Настроение, как и большинство разговоров в трактире было пессимистичным. Большинство просто не могло осознать тот факт, что Выкречь была под угрозой не от кого-либо, а от монстров.
Раньше все эти страшилки, звери и твари были чем-то наподобие былины или саги. Вроде и было, да даже есть где-то, но далеко.
Сейчас же они вынужденно столкнулись со своими страхами лицом к лицу.
Мужик за соседним столом дёргал волосы на голове и бормотал себе под нос:
— Не сбежал, дурак, не сбежал. Почему не сбежал? Надо было бежать, бежать, бежать. Куда?
— Командир, — обратился ко мне Аскольд, — а мы-то что делать будем?
Несмотря на то, что первый штурм действительно был отбит, в воздухе витало странное чувство — предчувствие, можно сказать. Уж слишком по-другому атаковали твари из-за стен.
Это нельзя было назвать волной или набегом. Нет, это была настоящая осада. И первый штурм уже случился — неудачный, но всё же.
Если во главе стояли сирины, а это были именно они, то можно было знать наверняка, что где-то в глубине сотен и сотен тел монстров зарождался коварный план. По-другому быть не могло.
Это же чисто человеческое поведение. Проверка боем, откат назад, новая попытка. И можно не сомневаться, что на этот раз она будет более изощрённой и скоординированной.
Пока ходоки не понадобились на стенах, но всё могло измениться в любой момент. Несмотря на то, что в городе было достаточно продовольствия, и продукты, пайки и рационы выдавались жителям по норме ежедневно, воры ни на миг не унимались.
Банд словно стало только больше. Или старые разрослись. Возможно, и то и другое одновременно. Это особенно чувствовалось здесь, в трактире, в Нижнем городе.
Всё-таки наша база находилась на стыке двух кварталов.
За соседним столиком никак не унимался разговор:
— Бежать надо, и всё.
— Куда ты побежишь?
— Да хоть со стенки сигануть.
Я отпил чая из кружки — чёрный, крепкий, без сахара. Сейчас сахар никто даром не добавлял. Цены взлетели ещё выше тех, что были неделю назад. Занимательная экономика. Военная.
— Бежать я не предлагаю, я ж не совсем того, — усмехнулся Аскольд.
Он покрутил пальцем у виска.
— Точно-преточно? — лукаво спросила Весна.
— Ой, да брось ты. Всё на курицу обижаешься?
— А может, и обижаюсь…
Весна забавно надула щёчки.
В отличие от настроения в городе, у меня в отряде всё было в порядке. Каждый день — рабочий день. Если не рабочий — тренировочный. Если не тренировочный — рабочий.
— Где ходоку и наёмнику самое место? — спросил я.
— В бою? — оскалился Аскольд.
Весна тяжело вздохнула.
— Мальчишкам бы только подраться.
— Почему? — не согласился я. — Мы часто решаем вопросы миром. Очень.
Я попытался вспомнить, когда решал проблемы без применения силы. Да, негусто. Но было же!
Весна сделала удивленное выражение лица и приложила ладони к щекам, чуть приоткрыв рот.
— А кто чуть не убил капитана стражи?
— Не помню такого, — возразил я.— Что точно помню, так это Каменный цветок.
Аскольд и Весна тут же посерьезнели и подвинулись ближе ко мне.
— Да не так близко…
Я отодвинулся вбок, ближе к Весне.
— Обидно, — произнёс Аскольд.
Вот только на лице его не было ни капли обиды.
— У нас под рукой настоящий клад, если подумать, — продолжил я. — В десятки раз лучше, чем Одолень-трава. Хотя и ее остатки есть. Кварц есть. Каменный цветок тоже. Нужно только найти лабораторию. В отряде уже все к прорыву так и тянутся.
— Верно, верно, — поддакнул Аскольд. — Особенно Весна. Давно в девках засиделась.
Весна удивленно посмотрела на Аскольда. Затем бросила на меня короткий взгляд, зарделась и уставилась в кружку чая.
— У тебя глаз что ли лишний? — спросил я Аскольда.
— Никак нет. Больше шутить не буду.
Не хотел я так спешно каменный цветок использовать, но придётся. Судя по тому, с чем нам предстояло столкнуться — без него никуда.
— Адептом я вас из города никогда не выведу, — задумчиво произнес я, — случись что.
Аскольд заинтересованно подался вперёд.
— А Подмастерьем сможешь вывести?
Если… нет, когда я возьму ранг Подмастерья я стану очень сильным по меркам Выкречи. На ранге Адепта я вполне могу потягаться с Подмастерьями. А уж если сам им стану, то едва ли в городе найдется один Мастер способный противостоять мне. Ратибор Володин.
От него я, кстати, получил весточку меньше часа назад. Подписано-то было Серегой, но приглашение главы Рода. Неформальное.
— От той дичи, что спряталась за толпой мелких монстров? — ответил я вопросом на вопрос. — Оружие нужно. Без него никак. Из Каменного цветка. Вот только…
— Что?
Было ощущение, что даже так силы будут неравны. Нужно много силы. И сразу. И, желательно, родной. Качественно улучшить арсенал. Пока об этом рано говорить.
— Не бери в голову, — отмахнулся я. — Пойдемте.
Вот упиралось у меня всё в место для алхимических работ. И так совпало, что знал я один Род, всегда готовый к деловым сделкам. Да и меня самого пригласили как-никак.
А там и узнать можно, кто Чернышова подрядил. Возможно, придётся торгануть какую-нибудь информацию на возможность использования лаборатории. Но оно того стоило.
Я не обязан открывать Володиным всё. Можно выдать ровно минимум полезной для Ратибора информации. Ну или чуть больше, если цена будет хорошей.
Мы закончили есть и вышли из трактира. В меня сразу же врезался пацанёнок — грязный, в потрепанной одежде, ростом от горшка два вершка.
— Прости, дядя!
Он тут же попытался скрыться.
— А ну, стоять!
Я схватил его за ухо.
— Ещё раз сунешь руку мне в карман — сломаю. Понял?
— Понял, понял, — затараторил пацаненок. — Пусти!
Как только я отпустил ловкого пацанёнка, он тут же юркнул в переулок и исчез.
— Дал бы ему монетку, — заботливо произнесла Весна.
— Он у меня из другого кармана и так две вытащил. Хватит ему.
Здесь, в Нижнем квартале, прямо на улицах спали разношерстные посетители города. Почему посетители? Городские беженцы, гости, бездомные — в общем, все те, кто не мог себе позволить остаться в резко подорожавших трактирах, постоялых домах и корчмах. И ни у кого не было ни родственников, ни связей. Спали где придётся, ели что придётся, жили как придётся — целыми семьями.
До оговоренного времени оставалось совсем чуть-чуть. Местом встречи был Имперский банк, поэтому я расстался с Аскольдом и Весной и отправился туда.
Было понятно, что Ратибор сейчас вряд ли назначит встречу в особняке. Военное положение, и Рода в данном случае не были исключением. Скорее всего, чтобы попасть на территорию Рода сейчас, нужно было особое разрешение.
Впрочем, от места для меня мало что зависело. Можно сдать часть информации, можно блефовать. Главное — получить доступ к лаборатории уровня не ниже купеческой. Родовые для меня и в мирное время были закрыты, а уж сейчас и подавно.
Я вышел на центральную улицу. Здесь было почище, поменьше беженцев, побольше стражей и ходоков. Не было очередей ни в Кладовочку, ни в Имперский банк. Но я пока не спешил сдавать Кварц или Каменный цветок. Они были нужны мне под рукой. Да и был шанс, что нынешние вклады уйдут на восстановление города. Особенно, если обороняющиеся сильно облажаются.
В банке проверили мою карточку ходока и впустили. Уже через десять минут я оказался в кабинете напротив Ратибора Володина. Он ткнул кнопку артефакта, выглядящего как черный матовый камень, на столе, и нас накрыло пологом с заклинанием, не пропускающим звуки и картинку наружу. Крепким, кстати, заклинанием. Уровня Мастера.
— Как прошёл первый штурм? — поинтересовался я.
Скорее всего, даже несмотря на потери, именно Володин отвечал за военную составляющую обороны.
— Пойдёт. Если ты не против, то я сразу перейду к делу.
— Конечно.
— Мы едва ли сталкивались с подобными монстрами… — задумчиво проговорил Володин. — Ментальные атаки, звуковые волны, общая скоординированность… Одним словом — Сирины. Но ты всё это уже знал, верно?
— Не совсем, — сблефовал я. — Я всего лишь нашёл образец особи.
Допустим, было ощущение, что Володин мне не поверил. Это было и не важно. Я собирался поторговаться и получить то, что нужно. Вопрос был в цене.
— Хорошо. Ты знаешь, как можно победить сирина?
— Сирина можно убить так же, как любого другого монстра.
Я откинулся на спинку стула.
Ратибор дернул уголком губ.
— Я имел в виду, — сказал он, — как убить не их, а вот это.
Ратибор достал из-за пазухи небольшой кристаллик, светящийся белым светом.
— Здесь хранятся последние воспоминания лидера группы разведки. К чему я это? К тому, что единственный, кто смотрел эту запись, нацарапал лишь одно слово перед тем, как сошёл с ума: «Небытие». Понимаешь? Не смерть, страх или что-то ещё.
Я пристальнее присмотрелся к Ратибору. За последние несколько недель он состарился. И немного осунулся. Появились черные круги под глазами. Устал он. Сильно.
— Ты сможешь победить это?
Ратибор постучал по белому кристаллику.
— Я смогу сделать оружие. Оно может помочь. Стопроцентной гарантии не даю.
— Что тебе нужно? — без раздумий спросил Ратибор.
— Лаборатория. Желательно независимая и без контроля со стороны Родов или кого-то ещё. Я сделаю оружие… И кое-что по мелочи себе.
Володин даже не торговался.
— По рукам.
— Только, на твоём месте, — решил подкинуть одну мысль я, — я бы волновался не об этой твари.
Я ткнул пальцем в кристаллик.
— А о чём?
— Что бы не затеяли сирины, если падут стены, в городе начнётся резня. Здесь нет донжона. Только крепостные стены. Пусть крепкие и зачарованные.
Ратибор почесал щетинистую щеку и произнес:
— Спасибо за совет. Я учту его. Хочу вернуть тебе долг сразу. Будь осторожнее. Тобой заинтересовались.
— Тайная канцелярия? — пошутил я.
— Хуже, — покачал головой Ратибор. — Церковь. Рысев нюху доверяет. И никто ещё не вырывался из его цепких когтей.
Это уже серьезно. Мне все равно рано или поздно предстояло столкнуться с ними. Нужно срочно делать зелья и рваться на ранг выше. Подмастерьем я смогу потягаться даже с этим… Рысевым.
— Не подскажешь, бонусом, — попытал удачу я, — на кого работает Чернышов.
— Ха, да это не секрет даже. Кто платит — на того и работает.
— И тебе спасибо.
Мы расстались без пустых вопросов и разговоров. Ратибор выдал мне документ, позволяющий воспользоваться одной из лабораторий в городе. Она числилась заброшенной, но на самом деле была вполне рабочей. Нужно было лишь знать, как ее запустить и иметь немного свободного времени.
Я вышел из банка. На улице уже был вечер. Почти везде горели огни. Тёплый воздух взъерошил волосы и донёс до носа сладковатый сырой запах.
Я прошёл по знакомому маршруту в сторону Нижнего города, отслеживая источник. До тех пор, пока не услышал крик. Он звучал ровно один момент — тонкий, пронзительный, безнадёжный — и сразу затих.
Я прислушался к себе. В соседней подворотне чувствовалась энергетика трёх взрослых и одного ребёнка. И два пустых тела.
Я подкрался в тень и увидел, как трое здоровых бугаев тащат маленькую девчонку через трупы двух престарелых людей — скорее всего, её бабушку с дедушкой. В потрепанной одежде, с клетчатыми одеялами и двумя нетронутыми мешками с вещами. Беженцы, не иначе.
Похоже, что местные криминогенные элементы нашли новый способ заработать. Вернее, старый. Кто хватится тех, кому некуда идти?
Я сделал короткий рывок в переулок. Темнота была мне на руку. Бугаи не сразу заметили мое приближение. А, когда заметили, было уже поздно. В темноте заблестело лезвие сабли.
Удар — голова отделяется от тела и шлепается в лужу. Брызги попадают мне на кожу. Удар — второй бугай глухо хрипит и оседает в грязь.
Третий отпускает ребенка и бросается наутек. Я использую Морок и прикрепляю к нему кусочек своей энергии. Теперь его можно было отследить.
Передо мной сидит девчушка лет семи. Белобрысая, с широкими серыми глазами, полными слез. Но не плачет. Держится.
Я подхватил ее на руки. Заодно взял два мешка и повесил их себе на плечо.
Так и зашел в избу. С ребенком на руках и двумя мешками на плече. Тут же поймал на себе непонимающие взгляды десятка глаз.
Ну и что мне с ней делать? Отдавать Церкви Солнца не вариант. Оставлять тоже. Рановато мне папкой быть. Не пожил еще толком в этой жизни.
В избе повисла гробовая тишина.
— На тебя похожа, — серьезно заявил Аскольд.
На лицах появились первые робкие улыбки. Затем послышались глухие покашливания и смешки. А в следующий миг зал разразился заразительным смехом.
Даже девчонка слабо улыбнулась.
Точно второй глаз лишний. Как пить дать.
Я оборвал слежку за бугаем, дернув за нить. Она перестала дрожать и двигаться уже как минут пять-семь. Значит, бугай добрался до логова.
— Весна, уложи-ка ее спать.
Я передал девочку в руки Весны. Ведьма тут же убаюкивающе запела. И отправилась по лестнице вверх.
Я же вызвал Морок и отправил его вслед. Так девочке будет спокойнее засыпать. Я, правда, еще ни разу не использовал это заклинание вот так.
— Собирайтесь.
Мой холодный тон явно отрезвил бойцов.
— Мне нужны все. И Весна в том числе.
Дом закроем на замки, сигналки и магические ловушки. Еще здесь останется моя иллюзия.
В любом случае, тянуть сегодняшней ночью я не собирался.
— Кхм, командир, — прочистил горло Аскольд. — А зачем?
— Зачем?
Я обвел взглядом всех присутствующих бойцов.
— Сегодня ночью я покажу вам, что такое хаос.
Глава 2
Мой вооружённый до зубов отряд рассек ночные улочки Выкречи, слабо освещённые не только огнями, но и бирюзовыми вспышками защитных куполов. Они работали без перебоя, лишь изредка затухая. Напоминая о том, что город был в осаде.
Даже несмотря на то, что город спал, я не бросился в Нижний город сломя голову. Нет, первым делом я нашёл старого знакомого — Сашку Гвоздя. Он как-то предлагал мне вступить в стражу.
Творить беспредел в Нижнем городе сейчас было вполне возможно: осадное положение, занятость стражи, да и просто удача. Вот только зачем полагаться на случай, если рубль решал практически любую проблему?
Вот и Сашка Гвоздь, заспанный, протирающий глаза непонимающе крутил головой по сторонам. Зато резко проснулся, как только услышал звон монет. И понял с первого раза, что сегодня в Нижнем городе будет жарко.
— Я дам тебе сигнал, — предупредил я Гвоздя. — Ты не пропустишь.
— Ну ладно, а когда? А то у меня смена утром.
— Час-полтора.
— Только осторожнее там, на кого с крышей не нарвитесь. А то вы как будто наружу собрались, на монстров охотиться.
Крыша меня остановить не успеет. А после этой ночи уже не сможет.
— Ты прав, на монстров. Только не снаружи.
Я оставил Сашку Гвоздя у армейских бараков и двинулся дальше. Идти по нити своей же магии было легко. Я следовал за родной стихией, а за мной двигался отряд в зачарованных доспехах, с оружием наготове.
Ни один патруль не останавливал нас. Иногда нам и вовсе уступали дорогу. В Нижнем городе стража практически полностью исчезла. Её здесь, скорее всего, и до осады почти не было, а уж теперь и подавно.
Мы прошли знакомые места — пересечение двух улиц и Бочку, где я некогда разделывал банду Волхва, и старую церквушку с перекошенным крестом. Внутри должен быть поп, но я никого не чувствовал.
Все дальше и дальше, вглубь улиц и переулков Нижнего города. Я замечал по сторонам мелькающие фигуры в темноте, иногда редкие вспышки огоньков. Слышал лязг доспехов и глухие удары сапог.
Нас будут ждать, я в этом не сомневался. Но мне было всё равно. Я был уверен: сейчас мой отряд не сможет одолеть ни одна банде Нижнего города.
Мы оказались перед огромным пустырём. Прямо по центру возвышалось недостроенное трёхэтажное здание. Основание было каменным, где-то на метр высотой.
На первом этаже были крепкие стены, внутри оконных проемов горел свет. А вот второй этаж был достроен всего наполовину — только восточная часть, западная была без стен.
Третий этаж служил крышей, там торчало несколько балок. Похоже, что здесь когда-то затевали серьёзную стройку. Не знаю, что пытались сделать, но остался лишь скелет. По соседству был разрыт котлован, брошенный словно однажды строители просто поднялись с места и ушли.
Нас уже ждали. Перед нами выстроились два десятка бандитов. Первый ряд — шестёрка вооружённых башенными щитами воинов, трёхзвёздочных или близко к тому. За спиной — остальные. Я так же чувствовал энергетику воинов на первом этаже, а на втором и третьем располагались лучники и несколько магов. О нас явно узнали заранее. Отследили.
Вперёд строя бандитов вышел двухметровый здоровяк с коротким ёжиком чёрных волос и бородой, завязанной в косичку. Он положил на плечо секиру, оскалился острыми, сточенными зубами и прокричал:
— Мы в этом месяце гостей не ждали! Рано ещё, не так ли?!
Я проигнорировал его и обратился к своим:
— Рома, Сольвейг, прикройте Весну с Иваном.
Я чувствовал присутствие людей за нашими спинами. В тенях. Рисковать магами, которые будут защищать нас, я не собирался.
— Эй, сопляк, я с тобой говорю!
Чернобородый здоровяк никак не унимался.
— А вы, — обратился я к остальным, — как только они побегут, постарайтесь, калечить, но не убивать. Живыми пригодятся.
— Да ты совсем охренел!
Я уже не слушал злую ругань здоровяка. Лишь скомандовал:
— В бой!
И первым рванул вперёд.
Замерцала изумрудная магия Весны. Я слышал, как за мной последовали бойцы. Нас накрыло зелёным светящимся пологом, о него тут же разбилось два заклинания, запущенные из недостроенной трёхэтажки.
Здоровяк отступать не собирался. Явно видел, что я вырвался вперёд. Лишь покрепче хватился за секиру и принял боевую стойку.
Я видел в его глазах: кровь, жадность, уверенность. Короткий замах — секира смертоносным вихрем летит туда, где я должен оказаться через один удар сердца.
Хороший удар, выверенный. Я даже не уворачиваюсь. Лезвие опускается на плечо и с глухим звуком останавливается. Доспех Хаоса не дает лезвию полакомиться моей плотью. Укрепление тела позволяет мне не сбавлять темп. Я делаю быстрый взмах саблей.
Здоровяк больше не улыбается, лишь удивлённо пялится на два кровавых веера. Секира падает на землю. Он больше не сможет держать оружие. Раздаётся болезненный вой. Здоровяк следом за своей секирой падает на колени.
— Твою ж… Убейте их!
В нас летит десяток стрел. Часть из них меняет направление ещё в воздухе, сбитая воздушным вихрем Ивана. Остальные вязнут в изумрудной магии Весны. Полог надёжно защищает нас от снарядов. Магических и физических
Бойцы влетают в первый ряд бандитов. Раздаётся треск дерева и крики.
Я бы мог сказать, что сталь бьётся о сталь, но палаши хаоситов чаще встречают плоть, чем оружие противника. Аскольд на моих глазах буквально разрубает своим полуторным мечом щит пополам, нанося врагу ужасающую рану от самого подбородка до паха.
Я запускаю на второй этаж Искры, начинённые Хаосом. Они достигают цели. Часть останавливается защитными заклятиями врагов, но всё равно взрывается. Несколько человек, оглушённые и дезориентированные, просто валятся из здания.
Я не даю им продохнуть и запускаю один за другим Воздушные серпы. Палаши бойцов светятся хаотической энергией. Они пробивают неукрепленную магией броню и не зачарованную сталь.
Стрелы летят без остановки, даже несмотря на то, что ни одна не достигает цели. По третьему этажу прилетает несколько Воздушных копий. Я поддерживаю Ивана тремя Выбросами хаоса, запущенными один за другим.
Бой передо мной превращается в побоище. Земля усыпана телами. Многие еще живы, несмотря на страшные раны. Кажется, что бойцы приняли мои слова близко к сердцу. А ведь совсем недавно мы были в меньшинстве…
За спиной вспыхивает белый свет. Это энергетика Сольвейг. Бандиты, похоже, решились на атаку сзади. Зря. С ней они не справятся.
Я бросаюсь вперёд и помогаю соратникам пробить брешь в центре. Моя сабля, напитанная Хаосом, прорубает защиту врагов.
Я схлестываюсь с воином четвёртого звёздного уровня. Делаю финт и он дергается. Затем широкий, размашистый удар. Блокирует клинком.
А следом пара точных уколов в брешь между шлемом и нагрудником становятся для врага последней каплей. Бандиты, потеряв главаря и четырехзвездочного воина, разворачиваются и бегут.
Сбежать далеко им не удаётся. Мои воины преследуют их до самого здания, но внутрь не суются. Хотя на третьем этаже уже никого нет, как и на втором. Похоже, что все, кто могли, уже бросились наутек.
Я делаю глубокий вдох. Кажется, первый за весь бой, и медленно выдыхаю.
— Аскольд, зачистите первый этаж. Не дайте никому уйти.
Я бью в дверь копьём Хаоса. Её тут же сносит с петель. Раздаётся дружный радостный гул голосов, и бойцы бросаются внутрь. Я чувствую, что за дверьми всё ещё таятся враги, но они справятся. С Аскольдом в первом ряду уж точно.
Я оборачиваюсь. Маги в порядке. Рома и Сольвейг разобрались с пол дюжиной бойцов, позволив магам спокойно работать.
Меня интересовало две вещи: во-первых, котлован — от него дурно несло за километр; во-вторых, подвал в доме. Даже не фундамент, а ещё ниже. Оттуда я чувствовал страх. Животный ужас.
Я подошёл на самый край котлована и взглянул вниз. Гора чёрного пепла. В нос ударил серный запах.
— Что там? — спросила Весна.
Она где-то в десятке шагов. Раскраснелась и тяжело дышит.
— Ничего, — качаю головой. — Давайте в дом. Наши там уже закончили.
Иван ловит мой взгляд, понимает без слов, и кивает.
— Сольвейг, Рома, побудьте здесь.
— Почему? — тут же отвечает мне Сольвейг.
Я пришёл сюда не просто так. Я не добрый самаритянин, у меня был свой интерес. Я ведь обещал показать своим, что такое Хаос. Это место идеально подходило. Хоть и все вышло волей случая.
А вот Сольвейг и Рома будут лишними. Дело не в доверии, а в прагматизме. Рома, скорее всего, вернётся к семье в Северск, как только выдастся возможность. Даже если нет — болтун он, пусть даже и мог молчать, когда требуется. А возиться с лишними клятвами и всеми вытекающими из них нюансами мне не хотелось.
Сольвейг же обладала светом, да необычным, а схожим со светом Солнца. Она всё-таки была воспитана солнечниками. Хаос с её энергетикой сочетаться не будет. Скорее получится бомба замедленного действия. А зла я ей не желал.
Вот и получалось, что им нужно ждать снаружи.
— У нас с вами был контракт на одну вылазку. Если решите заключить новый, поговорим утром. А сейчас сделайте так, чтобы ни одна душа не приблизилась к этому зданию.
Рома пожал плечами. Молча. Что уже плюс. Сольвейг поджала губы, но спорить не стала.
— И не заглядывайте в котлован. Сольвейг, следи за болтуном.
— Хорошо.
— А чего это она за главную? Я, может…
Дослушивать Рому я не стал и зашёл в дом. Я уже остыл после боя. Сердце билось ровно, стихия мерно текла по каналам. Бойцы успели зачистить все три этажа. Там зачищать-то на верхних этажах было некого. Весь первый этаж не был разделен ни на какие комнаты и залы. Просто свободное пространство. Повсюду были разбросаны спальные мешки, личные вещи и скудная мебель.
В центре, связанные чем попало, валялись несколько тел.
— Захватите тех, кто снаружи, — приказал я.
Бойцы бросились наружу. Через некоторое время затащили ещё с десяток всё ещё живых бандитов.
— Главарь выжил?
— Нет, — покачал головой Аскольд.
Я лишь тяжело вздохнул. Жаль.
— Я заплачу, — пронзительно закричал один из бандитов.
Совсем молодой, старше меня лет на пять.
— Я знаю, где тайник. Если отпустите…
— Не интересует, — холодно ответил я.
— А! Ты ищешь кого-то? Сестру? Брата? Родителей? Так я могу тебе люк открыть! Ключ есть только у ме…
— Не интересует.
Я все равно не чувствовал в этом здании преград или барьеров для моей магии.
— Если ты пришёл за химерой, то…
— Аскольд, — равнодушно процедил я, — выбей ему зубы.
Аскольд, всё ещё разгорячённый после боя, с хищным оскалом двинулся к пацану.
— Не надо! — закричал тот.
Но было поздно. Раздался глухой звук удара. Затем тонкий плач. Аскольд выполнил приказ.
Ещё несколько бандитов пытались торговаться за свою жизнь, но тут же умолкали, когда на них бросал взгляд Аскольд. Видели, что случилось с их дружком.
Я взглянул на бойцов. Бодрые, довольные, на кураже. Часть из них всё ещё не обладала Хаосом. Выздоравливающие, а ныне уже выздоровевшие, Весна, Иван и Игнат.
Я взглянул на паренька.
— Я молчал!
Игнат тут же вытянулся по струнке.
— Хаос интересует? — напрямую спросил я.
Игнат рьяно закивал головой.
Я был уверен, что многие уже давно завидовали соратникам, владеющим этой стихией. А вот как относился Игнат, до сих пор не знал. Он все-таки нанялся ко мне одиночкой.
— Тогда закрой дверь, чтоб не было лишних глаз.
— Да сейчас, — встрепенулся Игнат. — Только как же её закрыть? Дверь-то…
Я оглянулся. Действительно. Дверь-то я заклинанием вынес.
— Молодёжь… — недовольно пробурчал Аскольд. — Всему вас учить.
Вдвоём они кое-как приложили дверь на место. Точнее, её остатки, так, чтобы скрыть первый этаж от посторонних глаз.
На этот раз, как и в прошлый, я решил провести упрощенную версию ритуала. Есть ритуалы и обряды, идеально описанные в книгах, а есть реальность. Главное, чтобы было соблюдено основное условие — сильные, первобытные эмоции.
А для Среднего крещения Хаоса их нужно было больше, чем в первый раз. Здесь, в здании, было столько страха, столько въевшейся в стены боли, что десяток ещё живых бандитов были лишь вишенкой на торте.
В идеале я бы использовал котлован. Но там слишком открыто, могли заметить из соседних домов. Здесь же получится оттянуть часть эмоций оттуда. Сегодняшняя ночь доказывает лишь одно: самый страшный монстр — даже в Зоне и окрестностях — человек.
Я начертил круг, растворил бойцов, наполнил всё собственной маной и вывел древние символы, известные лишь единицам. Мир вокруг для меня словно погас. Я перестал видеть и слышать. Стал един с моей энергетикой.
Когда хаос начал тонкими струйками прорываться наружу, я замер. Несмотря на броню и одежду, мне было прохладно. По спине и рукам пробежали мурашки.
Я использовал страх и боль этого места. Потянул их на себя. Всё, что мог. А затем выплеснул всю накопленную хаотическую энергию. Всю до единого.
Мир превратился в Хаос.
Не помню, что я делал дальше. Ритуал прошел на инстинктах. Помню лишь тёмную энергетическую вспышку. Когда я пришёл в себя, уши были заложены. Руки потряхивало. Перед глазами бегали тёмные точки. Грудь вздымалась, а пульс бешено стучал.
В каналах было почти пусто. Стоп. Это не маны стало меньше… Сами каналы стали шире. Крепче. Я чувствовал, что и моя аура изменилась, как будто загустела.
Я стоял посреди первого этажа. Все стены, потолок и пол были словно выжжены черным пламенем.
Вокруг сидели потрясенные бойцы.
Аскольд бездумно смотрел в потолок, Игнат — на ладони перед собой, Весна улыбалась и запускала в воздух изумрудно-чёрные шарики.
Получилось. Они прошли крещение.
Нет, не так.
Получилось. Мы прошли крещение.
Понадобилось минут двадцать, чтобы привести всех бойцов в себя. Не просто бойцов. Хаоситов.
Я осмотрел пол. В одном месте не было почернения. Вместо него там красовался целехонький квадрат.
— Расступитесь-ка.
Я использовал последнюю ману, чтобы срезать кусок пола лезвием из хаоса.
Под вскрытым куском пола была непроглядная пустота. В нос ударил затхлый кислый запах.
— Весна, подсвети.
Ведьма бросила изумрудный шарик вниз. Свет озарил десятки голов и десятки тел. Ряды людей, скрюченных. По одиночке и в объятиях друг друга. Еще живых тел.
— Боже…
Весна прикрыла рот ладонью.
— Давайте наружу, — приказал я. — Мы свое дело сделали. Остальное решит город.
Мы вышли наружу. Здесь вместе с Сольвейг и Ромой ждал отряд Саши Гвоздя. Стражи с опаской поглядывали на нас.
— Такого сигнала я не ожидал! — усмехнулся Саша.
— Загляните внутрь, — коротко бросил я. — И вызовите лекаря.
— Они ж все…
Я сунул Саше горсть монет. Он моментально переменился и тут ж закричал:
— Боря, лекаря! Остальные, внутрь!
Мы не стали дожидаться, пока стража вытащит похищенных людей. Просто вернулись домой.
— Макс, я это, — шепнул Аскольд, — боли не чувствую… Ну, в глазу. И в шрамах тоже.
— А я как-будто сильнее стал, — поддакнул Игнат.
— Медитация и отдых, — скомандовал я. — Сейчас же.
Они не чувствовали усталости, ведь многие были на грани прорыва. Да и хаоситами стали. Вот только, если сейчас облажаться, то можно не просто откатиться назад, а потерять энергетику вовсе.
— Или поломаетесь, как когда-то…
Я многозначительно посмотрел на Аскольда.
— Все слышали командира! — взревел Аскольд. — Сейчас же!
Он начал раздавать живительных тумаков всем. Даже Роме с Сольвейг досталось, хотя те и не участвовали в ритуале.
Зал опустел. Со мной осталась только Весна. Ведьме не понадобится никакой медитации. С ее предрасположенностью к Хаосу хватит сна. Даже сейчас я чувствовал, что она уже перешла на следующий ранг.
А вот остальным нужно было помочь.
— А ты?
Весна осторожно, с кошачьей грацией, подкралась ко мне.
— Нужно приготовить зелья из Кварца и Каменного цветка. Иначе не справятся.
— Угу.
Весна мягко обвила меня руками и прижалась ко мне всем телом.
Следом она быстро чмокнула меня в губы и слегка отстранилась, положив ладони мне на грудь.
Ее нежный, быстрый, как дуновение ветра, поцелуй застал меня врасплох. Я почувствовал как по телу пробежала волна тепла. Сердце забилось чуть чаще.
Мне нужно сварить зелье из Каменного Цветка и Кварца. Без него моим хаоситам будет тяжелее. И рискованнее.
Весна чуть наклонила голову набок. На лоб упало несколько прядей угольно-черных волос. От нее пахло медом и виноградной лозой. Телом и нежностью.
Я слышал ее частое, сбивчивое дыхание.
Она приоткрыла жаркие губы. В изумрудных, бездонных глазах ведьмы пробежали игривые искорки.
— Будь осторожен.
И как мне теперь думать о зелье?
Глава 3
Я нехотя отстранился от Весны.
— Давай оставим это на потом.
В данный момент отвлекаться от первоочередных задач было нельзя. Хотя очень, очень хотелось.
— Что оставим на потом? — игриво спросила Весна.
Она накрутила локон черных волос на палец.
— Ведьма, не испытывай меня, иначе всё закончится как в бане.
На щеках девушки тут же выступил румянец, и она потупила глаза.
— Лучше скажи-ка, остался у тебя Одолень?
— Угу, немножко. Почти всё успела из хижины забрать.
— Тогда тащи сюда.
— А как же… — замялась она.
Да, я помнил, что Одолень ей нужен для зелья контроля над своими способностями. Вот только она только что прошла ритуал. Я не собирался оставлять талантливую друидку с предрасположенностью к хаосу без присмотра.
Хаос поможет ей лучше контролировать силы. С этим я разберусь чуть позже и обязательно научу её нескольким новым заклинаниям. Так что не придётся использовать Одолень-траву.
— Как устаканится энергетика — научу как обходиться без костылей из Одоленя. А пока тащи всё, что есть. Пригодится.
— Хорошо.
Весна порхнула к себе собирать ингредиенты.
Я же сходил к тайнику-сейфу и прихватил оттуда редкие ингредиенты, добытые потом и кровью: Кровавый кварц и контейнер с Каменным цветком. Теперь, после Среднего крещения хаоса, я мог лучше работать со своей маной и энергетикой. Следовательно, и с этими ингредиентами обращаться будет проще. Я сложил все в небольшой, неприметный мешок и закинул его за спину.
Перед выходом в город Весна ещё раз поцеловала меня, на этот раз в щёку. Умница, все понимает. А не то пришлось бы наказывать. Долго и беспощадно.
В ночном городе было удивительно тихо. Даже защитные купола на башенках совсем не светились. Значит, этой ночью налёта сиринов и прочих летающих тварей не было. Плохо. Значит, что-то готовится.
Впрочем, мне было некогда клевать носом и смотреть вверх. Я пробрался по ночным улочкам, стараясь не шуметь и не привлекать внимание. Всё-таки я нёс на себе ценный багаж Не то чтобы кто-то мог это отнять, нет. Просто не хотелось рисковать ингредиентами. Всякое могло случиться: что-то разобьется, что-то прольётся.
Я добрался к адресу лаборатории, который ещё на встрече назвал мне Володин. Я удивился: передо мной был двухэтажный деревянный дом, крепко сложенный, с резными ставнями и мутными окнами. Железная крыша зелёного цвета, почти полностью проржавевшая. Это место совсем не походило на лабораторию. Скорее уж на…
— Пекарня, — вслух прочитал я.
Надпись была выведена на старой обшарпанной вывеске. Действительно, на крыше виднелась труба.
Раздался ехидный старческий голос:
— Ишь какой молодец, читать умеешь.
Я обернулся. Напротив здания, на какой-то доске, прямо в грязи, сидела старуха. Старая, изношенная одежда, стоптанные валенки да выцветший платок. Я почти не видел её лицо, только копна густых седых волос выбивалась из-под платка.
— Давно хозяев видела? — спросил я.
Если она тут частенько, значит, могла и владельцев пекарни видеть. Вряд ли Володин дал мне неверный адрес. Хотя…
— Да нет, сейчас подожди, добрый молодец
Старуха начала шарить по карманам, аккуратно простукивая их. Потом зачем-то сняла валенок, взглянула внутрь, надела его обратно и залезла за пазуху…
— А, точно, вот она!
Она вынула из-за пазухи кулак, сложенный в фигу.
— Вот же карга…
Я отвернулся и просканировал здание на предмет энергетики или магии. Чисто. Только на втором этаже что-то немного мерцает. Но очень бледно.
Ну ладно, придётся постучать. Я поднялся по скрипящим ступенькам к удивительно крепкой двери и постучал. Внутри раздалось лишь эхо. Я постучал ещё раз — тот же эффект. На двери висел тяжёлый железный замок.
Странно, в пекарню вообще-то и через окно залезть можно. И никакой замок не помог бы.
— По голове себе постучи, — раздалось старческое ворчание.
Я ещё раз обернулся. Старуха шла через дорогу ко мне, медленно переставляя одну из ног. В ней не было ни капли магии.
Я улыбнулся и ткнул пальцем в небо.
— Отсидела? Или у тебя одна нога здесь, а вторая там?
— Шутник, — хмыкнула карга. — Если б здесь не сидела, кто тебе, Максимушка, дверку то открыл бы?
Понятно. Имя мое знать мог только контакт Володиных. Интересного привратника выбрал Ратибор. Хотя, если подумать, кто обратит внимание на одинокую старуху посреди улицы напротив ржавеющей пекарни?
Карга подошла ближе и начала медленно подниматься по ступенькам. Хромать она уже перестала.
— Хоть бы помог. Что за поколение пошло.
— Могу пинка поддать, — беззлобно усмехнулся я.
— Ага, а я петь сольфеджио. Раз уж обмениваемся бесполезными фактами…
Карга, не переставая брюзжать, забралась по ступенькам, подошла к двери и достала из кармана ржавый ключ.
— Да ну? Споешь?
— Баранки гну. Отойди, свет загораживаешь.
Я чуть не рассмеялся, потому как свет на крыльцо падал с другой стороны. Но отошёл. Мне не сложно. Карга была забавной, и вызывала скорее улыбку, чем злость или что-то еще.
Она вставила ключ, несколько раз прокрутила в одну сторону — раздался щелчок, затем в другую — ещё один щелчок, а потом словно двинула его вверх и резко вынула. Дверь отворилась.
— Что, стоим, особого приглашения ждём? — прокричала карга.
— С таким привратником и сторожевого пса не нужно. Это и облает, и покусает.
Я зашёл внутрь. На первом этаже была свалена мебель. Воздух был затхлым, по всем углам — паутина и пыль.
— Поднимешься на второй этаж, вольешь ману — дверь тебя пустит.
— А проводить?
— Могу пинка поддать.
Старуха серьезно взглянула на валенок, явно оценивая свои возможности.
— А я петь сольфеджио…
Карга на миг замерла, а потом разразилась сухим старческим смехом.
— Иди, давай, певун… — отсмеявшись пробурчала она. — И спасибо, что за Сережкой с Иркой приглядел.
Я молча кивнул и двинул наверх. Спокойненько нашёл лестницу и вскочил на второй этаж. Меня встретила завеса вместо двери — магический полог. Я влил в него немного магии. Завеса замерцала и через несколько мгновений я оказался на другой стороне.
А вот на втором этаже в пекарне как раз и скрывалась лаборатория. Здесь было всё, что нужно для мага: несколько печей, рунные столы, колбы, мензурки, котлы, даже какие-то талмуды с надписями на корешках и множество свитков. И всё очень приличного качества.
Я провёл пальцем по одному из столов. В пыли осталась длинная чистая борозда. Местом не пользуются уже как несколько месяцев, если не больше.
Ну что ж, мне и самому здесь придётся появиться ещё раз или два. Задерживаться не хотелось, поэтому я тут же снял с плеча мешок со своим скарбом и ингредиентами и приступил к работе.
Я пошарил в ящиках, контейнерах и шкафах, чтобы найти все нужное и разложил весь необходимый инструментарий привычным образом. Оказалось, что здесь были даже сушёные травы, консервированные части монстров в банках и магические свитки. Впрочем, большую часть необходимого я принёс с собой.
Когда я начал работать с котлом, то выяснилось, что здесь была установлена магическая система вытяжки. Никак, кстати, не связанная с печной трубой. Видимо, небольшая воздушная сеть с заклинанием. Внутри ни мебель, ни столы не пропахли никакими реагентами.
Кровавый кварц во всех формах — как сам минерал, так и зелье с пылью, позволял без труда работать с Каменным цветком. Сказывалось то, что моё тело после Среднего крещения Хаоса начало лучше воспринимать и передавать хаотическую ману. Потому и работать с хрупкими и опасными материалами я мог один, без ассистента. Хотя, помнится, Весна неплохо помогла при сборе Кровавого кварца.
На зелье у меня ушёл где-то час. Все движения были привычными, пусть ингредиенты и чуть-чуть поменялись. Одолень, например, оказался отличным связывающим компонентом между Кварцем и Каменным цветком, точнее, его лепестками.
Первым делом я приготовил одну порцию модифицированного Зелья прорыва — своеобразную комбинацию между зельем, повышающим концентрацию, и помогающим пробиться за порог своего ранга. Я успел знатно взмокнуть: по лбу катились капли пота, приходилось постоянно смахивать их рукавом, даже несмотря на вытяжку.
Когда я закончил, в небольшом котле остывала фиолетовая жидкость. Немного вязкая по консистенции, как горячий шоколад. Ну, и по запаху, кстати, тоже похоже. Отдаленно, конечно. Никакой травянистости или землистости не было вовсе.
Я отставил котелок в сторону — ему нужно было остыть и немного настояться. В это время взглянул на стол, где лежал один лепесток, измазанный в пыли кровавого кварца.
— Про выполнить свою часть уговора, — вслух проговорил я.
Я сменил рабочую станцию. Взял чистый котёл и принялся варить Отвар кровавого цветка… или Отвар каменного кварца? Тут название могло различаться. Всё-таки рецепт был свежий.
Вряд ли это можно назвать зельем или эликсиром в классическом понимании. Всё-таки здесь я импровизировал и применял свойства Кровавого кварца к регенерации и заживлению ран, запуская процесс избавления от окаменения буквально в самом котле. Затем всё это нужно будет перелить в зачарованный флакон и полить Глеба. Вряд ли его получится напоить, но всё равно должно сработать.
В общем, принцип «от малого к целому». Из всех имевшихся ингредиентов и путей борьбы с окаменением подходил именно этот. Высокоранговые ингредиенты в Выкречи не найти. А так, конечно, были пути попроще.
Пока провозился с зельем для окаменевшего Глеба, жидкость в моем котле успела остыть и немного разойтись. Я перелил Отвар от окаменения в зачарованный флакон, плотно закрыл. Так как жидкость была горячей, стекло слегка запотело, даже несмотря на дополнительные свойства, заложенные умелым мастером.
С этим отваром лучше не ждать следующего дня: свойства могут потеряться или, что вероятнее, одна из стихий победит. Либо Каменный цветок обратит всё содержимое в камень, либо Кровавый кварц превратит содержимое в обычное зелье лечения.
Я вернулся к остывшему котлу. Искать кружку времени не было, да и желания тоже, поэтому я просто отхлебнул зелье прямо из котла. На вкус — ничего, чем-то похоже на горькую настойку из сорока трав, только с лёгким шоколадным запахом.
Я не был до конца уверен в эффективности зелья. Но меня ударило сразу — мощно и прямо изнутри. Я закипел, как вулкан. Изо рта пошёл пар, глаза заслезились, а уши заложило. Магические каналы словно закипели изнутри, ядро завибрировало. Мир вокруг закружился. К горлу подступила тошнота.
Я опустился на пол. Лаборатория в ближайшее время мне не понадобится. Нужно было справиться с прорывом.
И я справился.
Не знаю, сколько времени это заняло. Но когда я смог угомонить своё бушующее магическое естество, то понял, что каналы внутри проросли, словно древесные ростки, и раскинули ветви.
Я открыл глаза. У меня аж перехватило дыхание. Я начал прыгать на месте и выбрасывать удары в воздух: двоечку, троечку, хук. Я чувствовал прилив энергии. Мне хотелось выплеснуть её наружу. И не руками, а клинком или заклинанием. Но я сдержался. Остановился и немного подышал.
Вот теперь я точно Подмастерье.
Спешить я не стал. Теперь у меня была возможность закрепить несколько новых заклинаний в ауре. И им нужно воспользоваться.
Впрочем, такой метод использования заклинаний я задействовал чаще всего, потому что была необходимость работать на ближней и средней дистанции, избегая дальней. Заклинания в ауре используются быстро, почти моментально, но их количество ограничено.
Если напоить этим зельем свой отряд, обучить хаоситов новым техникам, добавить магам заклинаний, то мне больше не придётся сражаться в ближнем бою. Я наконец-то смогу продемонстрировать весь свой арсенал. Да, колдовство будет занимать время, но оно у меня появится.
Но заигрываться с этим не стоит. Даже магу всегда нужно иметь полезные заклинания в ауре. Чем Хаос не шутят — случаи бывают разные.
Обычно для того, чтобы изучить и закрепить новые знания в ауре, нужно пользоваться либо свитками и томами с соответствующими знаниями, либо услугами более опытных магов-наставников. У меня же всё было проще: все знания уже были. Оставалось лишь выбрать подходящее заклинание.
Новых мест для быстрых заклинаний было четыре. Я решил заполнить их относительно равномерно.
Во-первых, добавил мощное заклинание по площади. Выкречь был под осадой. Значит, нам скоро придётся сражаться с толпой монстров. Да и в целом наш отряд двигался вверх, а значит, вскоре мы могли начать сталкиваться не просто с группами ходоков или бандитов, а с настоящими, полноценными военными отрядами. Здесь без мощного заклинания не обойтись.
Я выбрал Воронку. Название простое. Можно, конечно, добавить и сказать Воронка Хаоса, но я ведь хаосит, и мой арсенал как раз и состоит из родной стихии. А Крещение как раз позволяло мне использовать родную стихию в новых, более сильных заклинаниях.
Воронка — это бурлящий вихрь, который охватывает область на шагов пятьдесят–семьдесят вокруг. Заклинание примечательное: оно не только затягивает медленно и неумолимо всё с самого края вовнутрь, но и оказывает случайное воздействие одной или нескольких стихий на всех, попавших под раздачу. Одни горят, другие замерзают, третьих рвёт на части. Урон колоссальный. И зрелище страшное.
Надо сказать, что последнее свойство — это как раз моя разработка. Так враги никогда не смогут подобрать одну контрмеру. Церковь Солнца всё время училась противодействовать заклинаниям Хаоса, и пришлось импровизировать. Так вот и родилась подобная модификация.
Во-вторых, выбрал Кулак Хаоса как бронебойное заклинание. Простое в принципе действия, но очень многозадачное. От удара сконцентрированного Хаоса может потрескаться или вовсе разлететься любая броня или щит. Если Кулак их разрушит, то защита разлетится с громким взрывом, нанося дополнительный урон.
Вот только, даже если Кулак не сможет пробить броню (а такое может случиться, если магический противник будет силён), то он всё равно отобьет плоть и поломает кости, словно огромная палица или булава. Принцип тот же, что и у тупого оружия.
Если с атакующими заклинаниями я довольно быстро определился, то с защитными пришлось пораскинуть мозгами. Весна сможет защитить бойцов в ближнем бою, особенно если я её обучу. Да и как воины против воинов, мои хаоситы после курса молодого бойца смогут перефехтовать других бойцов, даже на звезду выше по уровню.
А вот с магами будет туго. Они могли нанести большой урон по площади, так же как я. Я всё-таки смотрел на перспективу, поэтому из защитных добавил Сферу Хаоса.
Создаётся шар, который выбрасывает в пространство вокруг хаотическую энергию, словно разряды молнии. Они притягивает к себе вражеские заклинания и сфера поглощает их.
То есть, если грамотно разместить сферу, то получится на некоторое время обезопасить бойцов от магии, чуть ли не насовсем. Был, конечно, нюанс: ведь абсолютной защиты не существовало.
Со Сферой можно было бороться двумя путями: если она поглотит слишком много маны одновременно, то взорвётся, а если не поглотит маны вовсе, то просто потухнет и пропадёт.
И первое свойство открывало несколько интересных возможностей. Например, бросить сферу вперёд и просто-напросто взорвать её среди врагов. В общем, заклинание интересное и довольно уникальное.
Последний слот можно было оставить для заклинания усиления или ослабления, но первое вполне можно было сколдовать заранее, а второе было ситуативным: нужно знать противника, тип магии, местность. Короче, иметь информацию. Поэтому я выбрал надёжность — заклинание перемещения, которым частенько пользовался в прошлой жизни.
Прыжок. Несмотря на простое название, заклинание зарекомендовало себя как одно из самых надёжных и универсальных.
Используется хаотическая энергия для мощного прыжка, который вспышкой может перенести меня на расстояние в зависимости от количества использованной маны. В точке приземления происходит концентрация остаточной хаотической маны, которую вполне можно просто-напросто взорвать.
Невидимость, а точнее мимикрию, или порталы я уважал меньше, хотя их тоже частенько использовал в своё время. Прыжок всё-таки позволял двигаться в любую сторону, по любой оси. Хотя, если неудачно прыгнуть, то можно было оказаться среди стены или чего похуже и просто умереть. Тут всё зависело от опыта.
Новый ранг в целом позволял мне использовать больше заклинаний. Да, конечно, мне понадобится время, чтобы энергетика и мана устаканились, полностью стабилизировались. Но…
В дверь снизу раздался стук, от которого чуть ли не содрогнулось все здание. Даже наверху я почувствовал присутствие воина не слабее пяти звезд. Он был один.
Вор? Вряд ли.
Я быстро сунул склянку с зельем для Глеба в мешок, собрал ингредиенты и вышел за дверь.
На первом этаже расхаживала карга.
— За тобой был хвост?!
Слежку я чувствовал отлично, так что вряд ли. Даже воин пяти звезд не смог бы вести меня несколько кварталов незамеченным.
— Нет, это не за мной.
Карга замерла на месте.
Раздался новый стук. На этот раз не такой мощный.
— Сейчас посмотрю, кто там пожаловал, — проговорил я.
— Лучше я, — остановила меня карга. — Об этом месте знают немногие И тебя не должны здесь увидеть.
Я не стал спорить и отошел в сторону. Так, чтобы меня нельзя было заметить в открытую дверь. И подготовил заклинание.
Карга взялась за ручку. Резко приоткрыла дверь. И ахнула:
— Володя! Ты чего сразу не сказал, что это ты?
— Где Максим?
Я знал только одного Владимира на службе Володиных И голос подтвердил — это был наставник Сереги с Ирой.
Старуха отступила в сторону.
Я подошел к двери.
Владимир холодно смотрел на меня. Он, как обычно, был в доспехах и с клинком на поясе.
— Максим, меня послал Ратибор Ижеславович. Тебе следует пойти со мной.
Глава 4
— Куда? — спокойно спросил я.
— К Ратибору, — ответил Владимир. — И не только. К тебе появились серьезные вопросы… И серьезный разговор. Не только у главы, но и, почитай, у всех больших шишек города.
Интересно… Впрочем, чего греха таить — о возможных причинах столь несвоевременного интереса к моей скромной персоне догадаться было несложно. Вопрос вполне мог пойти по одному конкретному моменту, произошедшему этой ночью.
— Володь, ты бы не темнил, а? Идти вслепую на такое собрание мне как-то не улыбается… У меня, знаешь ли, были весьма непростые несколько дней и мне бы хотелось отдохнуть.
Судя по тому, как катнулись желваки Володи, намек он понял правильно. К его чести, строить из себя крутого аристократа мужик не стал.
— Понимаю, — вздохнул Владимир. — Ночью ты в Нижнем городе покуролесил?
— Может, и я, а может, и не я, — уклончиво ответил я. — Мало ли чего там случиться могло?
— В общем, Ратибор до сих пор на встрече. На которой, в числе прочего, ночной вопрос тоже поднимался. Сейчас есть возможность решить всё миром. Ты парень толковый, да и мы тебе кое-чем обязаны, но если не хочешь серьезных последствий — надо бы объясниться. Перед Советом города.
Что ж… В принципе, именно потому, что я был уверен — за сделанное с меня непременно попробуют спросить в ближайшее время, я так спешил, стремясь утвердиться на новом для себя ранге.
Моя ставка была проста — сейчас, в условиях осады и вынужденного сотрудничества перед лицом угрозы падения города каждый действительно сильный чародей и воин на вес золота. Маг уровня Мастера сейчас был дороже доброй сотни воинов четвертого и пятого рангов, а уж хороший, умелый боевой маг пятого ранга перевесил бы добавленный к этой сотне десяток вояк шестого ранга.
Это хорошо, что пока ни Владимир, ни Володины, вообще никто ещё не знает о том, что я перешагнул на следующий ранг. А уж насколько хорошо то, что они даже не представляют, что из себя представляет бывший Архимаг, даже обладающий рангом всего-лишь Подмастерья…
Сомневаюсь, что сейчас в городе больше одного-двух магов сильнее меня. Большинство Мастеров этой задницы мира наверняка слабее даже нынешнего меня — и сегодня отличный шанс разом, за один ход выйти в дамки. Главное разыграть имеющиеся карты правильно…
— Ну что, пойдём тогда, защитник слабых и обездоленных? — усмехнулся я. — Посмотрим, кто мне претензии высказывать будет.
— Да, я это… без зла.
Владимир, несмотря на то что был немного туговат, уловил иронию в моих словах.
— Максимушка, — подала голос старая карга. — Тебе это, если зашкериться нужно, то я это… Фьють-фьють и пристрою куда надо.
— За предложение спасибо, — улыбнулся я. — Но давай-ка, старая, без этих твоих «фьють-фьють». А то хрен знает, куда ты меня там пристраивать собралась.
— Ой, ну и иди тогда к своему… Ратибору.
— Ратибору Ижеславовичу, — тут же поправил её Владимир.
— Кому Ратибор Ижеславович, а кому Ратя, — тут же ответила карга. — И вообще, хватит тут проходной двор устраивать. Дверь закройте. Оба. С той стороны.
Напоминать старухе, что ключ был у неё, я не стал.
Мы с Владимиром покинули лабораторию и вместе отправились по уже встречающему рассвет городу на встречу. Люди ещё не начали вылезать из жилищ. Всё-таки время было ранним. Оно и к лучшему. С Владимиром скрыть своё присутствие не получилось бы — уж больно здоровым он был, да и металл доспеха бряцал довольно громко.
Я ничуть не удивился, когда мы достигли ворот Верхнего города, прошли внутрь и оказались в квартале, совершенно отделенном от всего остального мира. Выкречь словно разделилась на две половины.
Здесь не было беженцев, забитых окон, телег с ранеными или полевых лазаретов. Здесь даже пахло не потом и кровью, а кофе со свежей выпечкой. Это всё потому, что здесь лавочки, чайные и ресторанчики не закрылись или не сделали перерыв в работе на неопределённый срок. Нет, всё продолжало работать. Как ни в чём не бывало.
Разве смог бы купец или зажиточный горожанин начать свой день без любимой заморской или родной выпечки? Может, и дворяне Выкречи заказывали здесь завтраки. Вряд ли, конечно, они сами ходили по ресторанчикам, но думаю, слуги регулярно забирали желаемое.
Вот такая вот она, война. Что с монстрами, что с людьми.
На этот раз правда, встреча явно проходила не в доме Володиных. Ведь мы приблизились к незнакомому мне особняку. Надо сказать, что он был совершенно не похож на поместье Володиных.
Нет, здесь были высокие кирпичные стены с вязью защитных рун и железными воротами. Вот только в остальном за ними скрывался какой-то уродливый особнячок. Иначе его назвать было нельзя.
Даже отсюда я видел, что когда-то здесь было одно главное здание, а уж потом к нему начали пристраивать дополнительные крылья. Причём в разных стилях и из разных материалов: вот красный кирпич, вот зачарованное дерево, вот мрамор. Так, небольшая пристройка. А главная крыша словно позолоченная.
— Какая безвкусица… — не удержался я.
— Да, — коротко ответил Владимир. — Караваевы по-другому не умеют.
Знакомая фамилия. Видел их товары и много слышал о них в Торговом квартале и на рынке. Значит, мы будем в гостях у местного торгового Рода. Ну тогда я не удивлен подобной отделкой. Было страшно представить, что там внутри.
Надо сказать, что пропустили нас довольно быстро и без всяких проблем. Разве что саблю мне пришлось сдать. Впрочем, после недавнего повышения ранга и добавления нескольких полезных заклинаний в ауру, я вполне могу обойтись без неё. Думаю, что так даже было сподручнее. Я теперь и сам вполне мог использовать заклинания пятого-шестого ранга. Сабля для этого была не нужна.
У Владимира клинок не забрали. Похоже, что он был здесь в статусе сопровождения или охраны. А им по службе положено.
Когда мы зашли за ворота, я невольно прикрыл глаза. Пришлось проморгаться.
— Что такое? — спросил Владимир.
Как бы объяснить ему, что я, человек с повышенной магической чувствительностью, видел гирлянду волшебных огоньков? Именно так выглядела магическая защита вотчины Караваевых. Словно кто-то отсыпал несколько ящиков полновесных золотых монет и сказал: «Сделай красиво». И сделали. Только не красиво, а по-ублюдски, чтоб в глаза бросалась.
Функционально сложенные друг с другом защитные заклинания с кучей пересечений, недочётов и неровных линий вообще могли сработать не так, как задумывалось. Что там защита — тут бы сам дом не разнести.
Хотя, ладно, это во мне играла профессиональная гордость. Я бы за такое магу, что это сделал, руки оторвал. Буквально.
— Ничего, — отмахнулся я. — Всё нормально.
— Прорвёмся.
Владимир решил меня подбодрить. Мировой он мужик. Думал, я испугался или ещё чего. Может, волновался. Повезло Сереге с Ирой с наставником. Повезло.
А мне повезло, что внутрь дома мы не пошли. Нет, мы прошли по выложенным камнем тропинкам мимо невпопад высаженных деревьев и разбросанных по территории домов. В одном из которых я узнал оружейную, в другом — барак.
Ещё до того, как мы вышли к беседкам у небольшого искусственного пруда, я почувствовал запах жареного мяса. Интересно, мне предложат? Я был чертовски голоден.
Надо сказать, что прудик был симпатичный, с десятками разноцветных, сияющих бирюзовым, красным и оранжевым рыб. Странно, что золотой рыбки там не было. А что, золотая крыша есть, а рыбы нет? Непорядок.
Надо сказать, что стражи внутри вотчины Караваевых было прилично. Большинство без родовых гербов — значит, наёмники. Но довольно сильные, четвёртой-пятой звезды. И маги толковые были.
И вот, когда мы приблизились к беседкам, я заметил ещё два знакомых герба у воинов, укрывшихся в сторонке: Володины и Островские. Был и третий, незнакомый.
В главной беседке, прямо у пруда, за столом сидели все основные действующие лица. Сама беседка была из чёрного дерева, расписанная, сюрприз-сюрприз, золотыми вензелями и узорами. Даже здесь, в нескольких шагах от неё, я чувствовал тепло.
Здесь, в отличие от дома, защита была эффективной и простой. И не только от заклинаний, но и от холода.
Ратибор, заметив меня и Владимира, приветственно кивнул. Остальные же сделали вид, что меня не существует. Владимир занял позицию за спиной Ратибора и виновато посмотрел на меня.
Возникла небольшая пауза, во время которой я слышал лишь чавканье, звон посуды и прихлебывание.
Во главе стола, неспешно жуя кусок жаркого, сидел мужчина лет пятидесяти. С тёмно-русыми волосами, уложенными на правый бок, и с сединой на висках.
Он, после приличной паузы, и заговорил первым:
— Добро пожаловать. Меня зовут Тимофей Астахов. Я комендант этого прекрасного города. Впрочем, ты, наверное, слышал эту фамилию.
Снова пауза. Явно давал время мне на ответ.
— Конечно, — сказал я.
Честно говоря, в воспоминаниях не было ни одного момента о текущем коменданте. Ну, фамилию я знал, слышал.
На лице Астахова появилась вежливая улыбка.
— Славно. Давай-ка, Максим, я представлю тебя остальным.
Мне было интересно, кто, кроме Островских и Володиных, собрался за этим столом.
Первым, на кого он указал, был грузный мужчина с торчащим пузом, весь увешанный украшениями. Золото и серебро. Камни.
— Это Иван Караваев, хозяин дома, замечательный предприниматель и глава рода Караваевых.
Я молча кивнул. Этого он мог бы и не представлять. Я бы и сам догадался.
Второй, на кого он указал, был мужчина с зализанными назад русыми волосами. Он был одет в костюм на европейский манер, только без галстука или бабочки. Пиджак лежал на скамье рядом.
— Это Константин Островский, владелец аукционного дома.
— Приятно познакомиться, — поприветствовал его я.
— Взаимно, приятно сопоставить словесное описание с личностью.
Голос Островского был на удивление мелодичным. Вот он точно хорошо пел. В отличие от карги.
Следом мне представили Володина, который лишь коротко сказал, что мы уже знакомы. Были ещё пару каких-то купцов, явно приглашённых сюда Караваевыми, и напоследок перешли к самому интересному персонажу.
С самого момента моего появления он смотрел на меня с неприязнью и враждебностью, которые даже не пытался скрыть. За столом он был вторым по силе после Ратибора. Тоже Мастер, но слабее. Хотя второе место он делил с Астаховым. Не знаю, кто из них там выиграет в схватке.
— Кречетов Игорь, — больше Астахов не добавил ничего.
Кречетов был пострижен почти под ноль. С наглыми серыми глазами, слегка вздёрнутым носом и пятидневной щетиной. Было интересно, что он единственный за столом был в кожаном доспехе с вензелями и узорами. Серебряными. Это могло бы сойти за парадную одежду, но так — на троечку. И не на костюм.
— Максим, у вас есть идеи, почему мы вас сюда пригласили? — спросил Астахов.
Какой же он дипломатичный. Жаль, что-то не улыбается. Надо бы исправить.
— Признаться, об этом меня не просветили, — спокойно произнёс я. — Уж точно не мяса поесть, как я понимаю…
Астахов едва заметно усмехнулся и покачал головой, не говоря ни слова. Ну, хоть чувство юмора присутствует… Караваев вообще замер с рёбрышком в руке, затем бросил его, разбрызгав жир по сторонам, и расхохотался. Заливисто, душевно, раскатисто.
— Да что ты себе позволяешь, насекомое?! — процедил Кречетов. — Ты с кем, по-твоему, разговариваешь, быдло?!
Его быстро прервал Астахов:
— Игорь, спокойно. За него всё-таки поручились.
— Поручились… — недовольно пробурчал Кречетов.
Он немного успокоился, но гнева во взгляде поприбавилось изрядно. Что ж… Вот и ответ, чей неосторожный хвост я прищемил. Злись-злись, падаль… Именем Хаоса клянусь — я тебя сегодня ещё макну лицом в дерьмо. Аристократ, мать его итить… После того, что я видел в разгромленном накануне притоне — благодари богов, что город сейчас в осаде. Иначе не сносить бы тебе башки…
— Максим, мы хотели бы решить всё миром, — проговорил комендант. — За тебя поручился перед остальными Ратибор. Да и собрались мы здесь сегодня без ряс и пиджаков. По-дружески, так сказать.
— Точно, вот Рысев-то и не пришёл, — хмыкнул Караваев. — Куда же он без рясы?
Значит, вот и обрисовалась сама собой вся элита Выкречи. Это даже хорошо, что Церковника Солнца здесь сегодня не было. Он мог бы раньше времени заметить, что я хаосит… И тогда просто из принципа постарался бы усложнить мне жизнь. А так было время, чтобы удивить одного-двух человек.
— Игорь хотел бы высказать вам претензию, — закончил Астахов.
— Претензию?! — чуть не сорвался Кречетов. — Да тут не претензия, тут один вопрос. Ты зачем мой бизнес тронул? Тебе кто право давал?
Кречетов обладал очень коротким запалом. Надо пользоваться, пока есть возможность.
— Всё сказал? — холодно ответил я.
— Не, ну это вообще… Вы слышали?
Кречетов обвёл взглядом присутствующих.
— Максим, — вновь взял бразды правления Астахов, — вы должны понимать, кто сидит за этим столом. У вас есть возможность решить всё миром. Никакая защита не будет действовать дважды.
Учитывая, что за столом не хватало церковника, здесь был паритет. Насколько я знал из своего небольшого опыта с Андреем Островским и бандитами из «Бочки», Островские держали руку на пульсе Нижнего города. А тут нарисовался Кречетов. Конкуренты, выходит. Володин был за меня — я его детей спас. Дважды.
Караваев перестал хихикать, заискивающе поглядывая на Астахова. Этот торгаш, за прибылью будет смотреть. Сейчас на военном положении много силы в руках коменданта.
Ну, а сам комендант меня терпеть не может, это я с первого взгляда понял. По глазам. Еще до того, как он заговорил. Никакие улыбки не помогут. И не таких людей считывал. Ну и Кречетов… С ним всё ясно.
Поднимать тут вопросы того, что я видел в подвалах бандитов, смысла не было. Мы не на публичных разбирательствах, все тут взрослые дяди и, скорее всего, никого не интересуют слезы и кровь простолюдинов, на чьих жизнях Кречетов делал деньги.
И отстегивал с этого дела коменданту, а возможно не просто отстегивал, а был его непубличным вассалом… Или скорее младшим партнером, вряд-ли уж прямо слугой.
Вы думали, я сейчас буду взывать к вашей совести? Сотрясать воздух пафосными заявлениями чересчур поверившего в свою счастливую звезду юнца, которому пару раз повезло и он потерял берега?
Что ж… Я дам вам то, на что вы напрашиваетесь. Но сделаю это не так, как вы того ожидали.
Я смотрел прямо в глаза Кречетову.
— А что защита? — спросил я. — Она ведь не только мне может пригодится.
— Не, вы слышали?! Этот щенок мне что, угрожает? Ратибор, тебе бы лучше держать свою псину на привязи, не то мне придется порвать этому щенку чересчур наглую пасть!
Кречетов тут же проглотил наживку.
Володин начал было подниматься со стула, явно собираясь меня поддержать. Но, поймав мой спокойный взгляд, и увидев, как я едва заметно покачал головой, удивленно поднял бровь и сел обратно.
— Максим, — вновь заговорил Астахов. — Ты совсем не хочешь решить дело миром?
— Он вирой больше не отделается, — стукнул кулаком по столу Кречетов.
Мастер не мог вызвать на поединок Адепта. Ну как — мог, конечно, но это смотрелось бы… Ну как если бы взрослы трехзвездочный воин напал на семилетнего мальчишку. Позорище, одним словом… Вот если бы я его прямо оскорбил — другое дело. Он мог бы меня прибить и быть в своем праве — ему бы и слова никто не сказал. И я, признаться, прошел по краешку, но напрямую не оскорбил…
Если бы не поддержка Ратибора, он бы меня просто и без затей попытался б зашибить едва я рот открыл, но игнорировать поддержку в лице сильнейшего мага города Кречетов не рискнул. А жаль, было бы куда показательнее… Видимо, я все же зря так усиленно сдерживал свою ауру.
— Ты спросил, — ткнул я в Кречетова пальцем, — кто дал мне право разнести твой бизнес? Так мне никто права давать не должен. Право есть у сильного. А у слабого прав нет.
— Сильного говоришь… — усмехнулся Кречетов. — Это ты-то сильный? А доказать своё право сильного у тебя смелости хватит, щ-щенок?
Никто не вмешивался в наш разговор. Все понимали, к чему всё шло.
— Доказывать? Я тебя уже напрямую на поединок вызываю, а ты всё мнёшься.
— Принято!
Кречетов резко поднялся из-за стола.
— Господа, господа! — тут же вмешался Астахов. — Я не могу позволить мастеру биться с… Адептом.
— Кто сказал, что я Адепт? Мой ранг — Подмастерье. Притом далеко не нижняя граница.
Моя аура, уже ничем не сдерживаемая, разлилась вокруг, заставив присутствующих собраться и удивленно вслушаться в свои ощущения. Подмастерье в двадцать лет — это что-то на уровне знатнейших Родов Империи, а не здешнего захолустья…
— Ты подписал себе смертный приговор, — оскалился Кречетов.
Астахов нахмурился.
— Боюсь, что теперь всё стало ещё сложнее. Если вы действительно Подмастерье, то я не могу позволить вам просто так сражаться. Если это приведёт к летальному исходу, мы потеряем одного из бойцов. Ранения тоже ни к чему. Сейчас каждый сильный маг на счету.
Астахов был прав. Военное положение все-таки. Да и, помнится, Чернышов у ворот говорил что-то такое. Но кто, как ни власть имущие, готовы слегка отступить от правил. Даже написанных ими же.
— Вы сами призвали меня сюда и обвинили в том, что я нанес ущерб интересам вашего бизнеса. Сами предложили мне уладить этот вопрос мирно, — спокойно сказал я. — И вот я здесь. Предлагаю решить всё настолько мирно, насколько это возможно — между мной и господином Кречетовым. Я ведь далеко не единственный высокоранговый маг в моём отряде — у нас трое Подмастерий и несколько воинов шестого ранга, плюс крепкий отряд бойцов третьего-четвертого… Если вы, господин комендант, желаете, чтобы мой отряд и его Род продолжили решать возникшие у нас разногласия этического характера на тему того, что лишь законченная мразь будет вести подобный, с позволения сказать, «бизнес», более приличествующий какому-нибудь чернокнижнику — я с радостью продолжу решать этот вопрос в уже начатом ключе. Огнем и мечом, на улицах Нижнего Города. И сдается мне — там найдутся сотни, а то и тысячи тех, кто за это мне спасибо скажет. А может и не только скажет, кто знает?
И ты охренешь объяснять населению своего города, какого хрена у тебя под носом творились все эти ужасы, а ты их если не покрывал, так отводил от них взгляд. И ещё сильнее охереешь в таких условиях пытаться спасти вверенный тебе город. В случае бегства из которого в столь сложный момент князь тебе просто из принципа башку с плеч снимет. И тебе, и всей твоей семье и Роду.
Я бы снял. Хотя бы для того, чтобы напомнить вассалам о том, что бывает с замаравшимися слугами, потерявшими берега…
Будь на моем месте кто-то постарше — Астахов не купился бы. Ну в самом деле — это был чистой воды блеф с моей стороны, какими бы мразями он и его дружок не были, я бы не рискнул устроить смуту в осажденном тварями городе…
Но перед ним был двадцатилетний сопляк, которому сказочно повезло и который, судя по всему, открыл в себе огромный талант. И которому в последнее время всё давалось легко и просто и который запросто мог быть достаточно туп и самоуверен, чтобы воплотить свою угрозу в жизнь.
Опять же — если бы не осада, можно было бы прямо тут прихлопнуть меня… Но терять одного, а то и трех потенциальных Подмастерий в случае проблем ещё и с отрядом, не говоря уж о рядовых воинах, ему не хотелось. По крайней мере до тех пор, пока вопрос с монстрами не будет закрыт.
Деревенские, мать их, аристократики…
— Фуфел он, а не Подмастерье, — проворчал Кречетов. — Не со мной ему тягаться… По камням размажу!
Астахов покачал головой и поморщился. А затем пришел к решению — примерно такому, какое я и ожидал.
— Предлагаю следующий вариант. Раз уж Максим пришёл сюда продемонстрировать свои способности, то мы дадим ему такой шанс.
Островский с Володиным переглянулись. Караваев отхлебнул из бокала вина. Похоже, что никто не был против.
— Что ж, тогда формат будет такой. Раз уж мы не можем позволить двум сильным магам просто-напросто поубивать друг друга, то придётся немного извернуться. Игорь ударит по вам, Максим, заклинанием, скажем… шестого ранга. Раз уж вы готовы доказать свою силу.
Будь я обычным Подмастерьем, то заклинание такого ранга не выдержал бы. Мастер, даже слабый, это совсем другая лига. Так же, как Подмастерье в сравнении с Адептом. Но я всё-таки Архимаг хаоса, пусть и восстанавливающийся. Такое испытание было мне по душе.
Вот только нужно было внести одно дополнение.
— Раз Игорь добровольно вызвался протестировать мою защиту, то предлагаю ему же опробовать и атаку. А то как-то нелогично получается, не так ли?
Астахов попробовал возразить.
— Я не думаю, что…
Разгоряченный, готовый к бою Кречетов прервал его:
— Да пусть хоть двумя заклинаниями атакует!
В другой ситуации это была бы ошибка. Слово дворянин держать обязан. И Кречетову пришлось бы действительно принять два заклинания вместо одного там, где это было совсем не нужно.
— Мне и одного хватит, — усмехнулся я.
— Ну-ну…
Кречетов уже играл желваками и хрустел костяшками пальцев. Ему так не терпелось помериться силой.
— Что ж, хорошо, — вздохнул Астахов. — Тогда Ратибор вас прикроет. На всякий случай.
— Хорошо.
Ратибор согласился без раздумий.
Все формальности были утрясены, а бумаги подписаны. Среди которых были и документы, снимающие ответственность с любой стороны за повреждения, полученные или нанесённые во время учебного поединка. Наше противостояние так и назвали — «обмен магическими атаками в тренировочном поединке».
— Ставлю тысячу на Кречетова»
Караваев тут же начал делать ставки. Он явно был уверен в Мастере. У него были причины. Меня-то он совсем не знал.
— Удваиваю, — ловко подсуетился Островский.
Впрочем, дослушать условия ставки мне не удалось. Ко мне подошёл Ратибор.
— Справишься?
— Даю слово.
— Хорошо, — кивнул он. — Не хочу сегодня хоронить друга моих детей.
Думаю, что и без просьбы Астахова, Ратибор бы выступил в качестве подстраховки.
— А мастера-волшебника?
— Как придётся. Если сможешь перенаправить его магию, может, сам себя кремирует.
Спасибо, конечно, Ратибору за подсказку, но тип магии в данном случае был вторичен.
У меня прибавилось заклинаний, и я намеревался испытать несколько из них. Жаль, что получится всего лишь одно защитное и одно атакующее.
Я не смел недооценивать Мастера. На то это и испытание. Если он ударит всерьёз, то может пошатнуться даже самая сильная защита. Вот только умирать я сегодня не планировал. И калекой оставаться тоже.
Караваев всё ещё кричал, смеялся и выбивал ставки. Впрочем, никто, кроме Островского, не согласился. Константин, похоже, был азартным человеком.
Нам выделили пятачок с коротко стриженной травой недалеко от пруда. Володин встал по центру, чуть в стороне. Мы же с Кречетовым оказались друг напротив друга.
Раздался голос Ратибора:
— Кречетов, готов?
Кречетов кивнул, злобно оскалившись.
— Клинков, готов?
— Да, — спокойно ответил я.
Зрители расположились за защитным пологом. Он же укрывал особняк и прилегающую растительность.
— Бой!
Кречетов сделал быстрое движение руками.
В воздухе запахло дымом и серой. Пахнуло жаром. Над моей головой вспыхнуло огненное жерло.
Глава 5
Я рефлекторно использовал доспехи Хаоса. Это заклинание уже плотно вошло в мой арсенал. На меня упали первые искры от заклинания Кречетова, но потухли в темном защитном слое.
Кречетов не использовал аурное заклинание. Он колдовал, заряжая свою атаку маной. Я же в ответ использовал сферу Хаоса — новое заклинание, универсально защищающее от магии. В воздухе возник шар нестабильной энергии. Треть маны срезало как рукой. В сторону разошлись вспышки, похожие на электрические разряды чёрного цвета. Воздух наэлектризовался. Волосы на теле встали дыбом.
На всякий случай я усилил заклинание. Внутри, вокруг ядра, начали хаотично вращаться кольца энергии. Напротив был мастер — халтурить нельзя.
Заклинание Кречетова приняло форму. Уплотнённое, сжатое солнце, зависшее надо мной, обдало меня горячей волной. Его мана завибрировала и ударила вниз широким столбом огня.
Столп огня устремился ко мне, но не достиг своей цели. Где-то на полпути траектория изменилась, и заклинание, словно притягиваемое гравитацией сферы, смазалось, расплылось и потоком маны устремилось внутрь. Туда, откуда исходили чёрные молнии.
В меня ударила волна жара, но её погасил Доспех хаоса. Трава под ногами почернела. Сфера притягивала ману, как магнит, жадно поглощая её.
Она наполнялась и набухала с каждой секундой. Раздулась до размера церковного купола. Затрещала от поглощенной энергии. Вот только кольца не дали ей разойтись. Они сжимали, уплотняли содержимое, до тех самых пор, пока в воздухе не осталось ни крупицы огненной маны Кречетова.
По моему лбу, шее и спине катились крупные капли пота. Рубаха прилипла к телу. От температуры Сфера защитить не могла.
Кречетов стоял напротив с опущенными руками и широко распахнутыми глазами. Что-то бормотал себе под нос. Я не мог его слышать. Володин тоже удивлённо смотрел на меня — брови приподняты, руки сложены на груди.
Кречетов использовал простое, но действенное заклинание, в которое можно вложить достаточно много маны. Он Мастер и мог бы ещё усилить его или выбрать что-то более замысловатое. Тогда у меня могли возникнуть проблемы. Вот только он выбрал грубую силу и надёжность. Недооценил мою защиту.
Зря. Сейчас я покажу ему настоящую атаку шестого ранга.
— Моя очередь.
Мои слова привели Ратибора в себя.
— Кречетов, готов?
— Готов…
Кречетов, не дожидаясь второго вопроса Ратибора и моего ответа, начал воздвигать вокруг себя огненные кольца. Они поднялись вверх, окружили его несколькими защитными слоями.
Володин покачал головой.
— Клинков, готов?
— Готов.
Мне жутко хотелось проверить на Мастере часть своего арсенала. Вот только раскрывать все карты перед советом Выкречи — невыгодно. Да, рано или поздно они и так увидят все заклинания. Но зачем спешить? Чем меньше они обо мне знают, тем лучше.
К тому же, у меня был способ пробить защиту Кречетова. Клин клином вышибают. Огненные маги не славились своей защитой.
Сфера Хаоса всё ещё пульсировала в воздухе. Я притянул её к себе и начал подпитывать собственной маной. Пламенный центр, ядро внутри, горящее огнём, начало извергать чёрные всполохи.
Я медленно, показушно, расположил сферу перед собой, чуть выше уровня глаз. Реальность вокруг сферы искажалась. Начали расходиться огненные всполохи.
Тум!
Одно из колец не выдержало и лопнуло, оставив на земле под собой глубокую рытвину. А сфера всё увеличивалась и увеличивалась, наполняясь моей магией.
Володин уважительно закивал. Он был здесь самым компетентным волшебником — настоящим мастером. Он знал, что видел перед собой.
Я заметил, что в его руках начала концентрироваться мана. Я не видел лица Кречетова — сфера и изменённая магия вокруг не позволяли увидеть его. Только фигуру. Он вспыхнул пламенем, выставив последний камешек в стене своей защиты.
Тум!
Второе кольцо разорвалось и с хлестким звуком улетело в сторону. Оно, совершенно случайно, прилетело в защитный полог, укрывающий зрителей, и с шумом разорвалось.
Я не стал ждать, пока разорвётся ещё одно кольцо, и, собрав силы, запустил огромную сферу кипящей энергии вперёд.
Сфера выжгла траву под собой, разрыла землю по всей траектории полёта. Трава загорелась. Огненные стены не смогли остановить сферу — она прошла сквозь все барьеры.
Последнее, что я видел перед тем, как пульсирующий шар ударился в Кречетова, — это сильный, напитанный воздушный щит, выставленный перед ним Володиным.
На долю секунды звуки исчезли.
Два типа маны взорвались. В ушах зазвенело. В воздух взлетел черно-оранжевый гриб пламени. Смертоносные, горящие искры разнеслись в стороны. Взрывная волна чуть не бросила меня с ног.
Доспех Хаоса накалился и покрылся мелкими трещинами. Но я устоял. В отличие от Кречетова.
Мана успокоилась. Там, где какое-то время назад стоял Кречетов, теперь была воронка — чёрная, выжженная. Я не видел волшебника. Скорее всего, он был погребён где-то на дне.
Пахло гарью и жареной рыбой.
— Он, кажется, обещал две атаки?
Я обратился к членам совета за защитным покровом.
— Дворянин должен держать слово, не так ли?
— Макс…
Володин, как арбитр и гарант безопасности подобного допустить не мог. Но я и не собирался добивать и так сильно пострадавшего Мастера.
Я-то знал, что слово Кречетова ни черта не стоит, и он недооценил меня. Теперь это еще и было продемонстрировано на деле. Мне всё же предстояло работать с некоторыми из этих людей. Работать всегда выгоднее с позиции силы и уважения.
— Шучу, — улыбнулся я уголками губ. — Мы же не можем потерять Мастера в такой важный для города момент, не так ли?
Выражения лиц Совета я не видел. В воздухе все еще висела медленно оседающая пыль. Но вряд ли там были улыбки.
На этом дуэль закончилась. Точнее, обмен атаками.
— Соня, быстро приведи лекаря!
Караваев первым пришел в себя. Он все-таки был хозяином особняка и отвечал за здоровье и безопасность людей.
Среди зрителей были не только члены совета, но и домашние слуги Караваева. Тут явно не часто происходили магические дуэли. Даже если назвать это тренировочным поединком, суть не менялась.
Слуги вышли из ступора и засуетились. Стройная, большегрудая блондинка в черно-белом платье побежала в дом. За ней рвануло еще несколько девчонок.
Лекарь прибыл быстро.
Интересно, что его не было среди зрителей. Члены совета явно не ожидали, что пострадавшим окажусь не я. В случае чего, мне, наверное, помог бы только Володин.
Все-таки для них до поединка я был молодым выскочкой. И терпели меня во многом исключительно из-за поручительства Ратибора.
Из воронки достали еле-еле приходящего в себя Кречетова. Он был словно чертёнок, вылезший из дымовой трубы. Весь в золе, пепле и грязи. Лишь серые, потерянные глаза выделялись на фоне потемневшей кожи. Одежда была изорвана. Он мелко подрагивал.
Слуги тут же понесли его на носилках в дом под чутким присмотром лекаря. Вряд ли кто-то из членов совета мог бы сейчас помочь ему лучше, чем толковый медик.
Впрочем, они уже вернулись за стол. И негромко переговаривались.
Володин подошел ко мне и похлопал по плечу.
— Подмастерье, говоришь?
— Думаешь, переборщил? — весело спросил я.
— В самый раз этому… Кхм…
Он не стал давать Кречетову характеристику при всех. Но я и без этого понимал его отношение к поверженному Мастеру.
— Ты где такому научился? — серьёзно спросил Ратибор.
— Ну, ты же сказал: перенаправить, — усмехнулся я. — Вот я и перенаправил…
Ратибор улыбнулся в ответ.
— Ну да. А то ты без меня бы не дошёл. Ладно, пойдём. Место в совете они тебе, конечно, не дадут, ну считаться с тобой теперь придётся.
Мы двинули к беседке.
— И я, Максим, честно говоря, этому чертовски рад. Выкречи нужен глоток свежего воздуха. Особенно сейчас.
Я промолчал.
Была ли это искренность Ратибора, или он умасливал новоиспеченного Подмастерья двадцати лет отроду — дело десятое. Главное, что с ним можно вести дела. И человек он надежный.
В договороспособности остального совета у меня были вопросы. Всё-таки даже взаимодействия с Андреем Островским было маловато, чтобы судить о целом Роде. Но вражды они не проявляли, уже хорошо.
Разговоры за столом с нашим появлением утихли сами собой. Володин занял своё место.
Я же нагло и бесцеремонно прошёл вдоль стола и сел туда, где до этого сидел Кречетов. Немного беспардонно. Но, учитывая демонстрацию силы, место за столом я уж точно заслужил.
А в совет я не так уж и стремился. Что мне Выкречь с её советом? Лишь один камень в фундаменте. Мой голос и без кресла и кучи бумажной волокиты теперь имеет вес.
— Уберите, пожалуйста, посуду, и смените приборы, — обратился я к слугам.
Они взглянули на своего господина. Караваев перевел взгляд на Астахова. Забавно получилось. Астахов едва заметно пожал плечами и Караваев согласно кивнул.
— Прудик жалко, — тяжело вздохнул он.
— Зато теперь можно и рыбы отведать, — весело произнес Островский. — Но до выплаты ставки даже твоя знаменитая форель не дотянет.
Слуги принялись уносить грязную посуду и, на удивление, быстро принесли мне чистую тарелку и столовые приборы. Не то чтобы я собирался здесь трапезничать. Это просто жест, понятный всем присутствующим.
— Да верну я тебе тысячу, — отмахнулся Караваев, — не пялься так.
— И ещё одну останешься должен.
Островский действительно удвоил сумму ставки. Хоть у Караваева выкрутиться не получилось, он не особенно расстроился.
— Ну, две так две. Я пришлю чек.
Две тысячи — это большие деньги. Огромные по меркам отряда ходоков. Да за такие бабки можно так далеко в Зону залезть, что трёхуровневый монстр покажется сказкой и отдыхом. Да ещё и назад вернуться. А эти двое поставили две тысячи на дуэль.
Дворянство во плоти. Ведь именно совет одобрил фураж по окрестным деревням. Вот и вся разница в жизни крестьянина и дворянина.
Астахов вновь взял бразды правления разговором в свои руки.
— Что ж, Максим, вы пришли сюда продемонстрировать силу, и вы её продемонстрировали. Мне лестно, что такие таланты рождаются и появляются в нашем прекрасном городе.
Хитрый жук тут же словно забыл все сказанные слова. Взгляды и чувства спрятаны за улыбочками и ужимками. Профессиональный политикан.
— К сожалению, даже ваш уровень силы и талант не могут обеспечить вам место в совете…
— Спасибо, но место в Совете меня не интересует, — дежурно улыбнулся я. — Пока что…
Я действительно не пришёл сюда вступать в этот совет. Я свободный человек и сам себе хозяин. А любые предложения Астахова будут в лучшем случае обманом, а в худшем — ошейником с намордником. Вот только и раскрывать все свои карты я не стану. Если будет думать, что мечу в совет - замечательно.
— Хорошо, — закивал Астахов. — Очень хорошо. Тогда попрошу вас не распространяться об увиденном в Нижнем городе. Это дело не просто городской, а имперской безопасности.
Учитывая текущее положение в Выкречи и статус моего отряда, вступать с Астаховым в противостояние открыто я и не собирался. Сталкиваться лбами с комендантом без подготовки — глупая затея. Всё-таки пока что сил для полноценного противостояния Роду не хватит. Другое дело, что информация — вещь ценная, и молчание тоже.
— Совету необходимо некоторое время, чтобы обсудить ваш статус и статус вашего отряда. Уверяю вас, сильные боевые маги всегда в почёте в нашем городе. А в это время Ратибор введёт вас в курс дела, чтобы у нас не возникло недопонимания.
— А что с Кречетовым?
— С ним я поговорю лично. Претензий у Игоря не будет. Город выплатит ему компенсацию за… Деловые расходы.
Кречетов, конечно, этого не забудет. Как и Астахов.
С одной стороны, мне это было на руку. Я завёл себе врагов, но как минимум перестал быть пешкой на доске.
С другой стороны, сунулся вперёд — сабля наголо и никакой чёткой подготовки и продуманного плана. Почувствовал ниточку, за которую можно потянуть, и потянул. Может, кровь взыграла — всё-таки я сейчас в молодом теле. А может быть, просто азарт
Но теперь, после сегодняшней демонстрации, все фигуры на доске придут в движение. Значит, буду решать проблемы на ходу, по мере поступления. В конце концов, выучить все дебюты нереально, но я обязательно доберусь до эндшпиля.
Астахов принял мое молчание за согласие.
— Тогда, если вы не собираетесь отведать мяса, то не смею задерживать…
— Нет, спасибо, — ответил я. — Благодарю за гостеприимство.
Я поднялся из-за стола. Задерживаться здесь в мои планы не входило. Меня и так выдернули посреди подготовки зелий для отряда. Дел было по горло. И их становилось все больше с каждым часом.
Ратибор поднялся из-за стола, коротко попрощался с остальными и поманил меня за собой.
Я свою задачу выполнил. Жаль, что Кречетова достать не смог. Если бы не защита Володина, то Игорек попрощался бы как минимум со здоровой энергетикой, а как максимум — с жизнью. И поделом ублюдку. Ничего, мы еще точно сразимся и я его достану.
Ратибор тоже не горел желанием надолго оставаться за этим столом.
Мы покинули особняк Караваева без всяких проблем. С Ратибором было сопровождение — крепкая ударная группа из рода Володиных.
— Максим, если не занят, — проговорил Володин, — то предлагаю поговорить у меня. Без лишних ушей.
Я кивнул. В городе или особняке Караваевых решать подобные вопросы нельзя.
Мы достигли стен укрепленного жилища Володиных меньше чем за полчаса. Отряд был тут же принят в оборот и до кабинета нас сопровождал только Владимир.
В кабинете мне тут же принесли молока с медом и маслом и свежеиспеченного печенья. Поэтому, пока Ратибор говорил, я довольно жевал.
— Если честно, я и так собирался ввести тебя в курс дела. Без всякого Астахова. Но теперь ты крепко влез наверх и откладывать этот разговор больше нельзя.
Вокруг нас был магический полог, скрывающий звуки и изображение ото всех снаружи.
Ратибор откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул. Я же сделал глоток теплого, сладкого молока.
— Астахов служит комендантом в Выкречи уже не первый год и не первый десяток лет. До него коменданты здесь не задерживались. Регион сложный, многие не справлялись. Вот только этот ублюдок чувствует себя в Выкречи как рыба в воде. Его Род раньше был в Боярской Думе.
Я отставил кружку с молоком.
— Нехило он упал…
Ратибор поморщился.
— Вот только на ноги он встал быстро. Даже несмотря на то, что явился к нам без единого родственника. Последний из Рода был, понимаешь? А сейчас не просто комендант, но и главный воротила в Выкречи. Караваев хоть и ушлый, но Астахова он никогда не переиграет.
Я почесал подбородок.
Чем же так выделялся Астахов? Уверен, что Выкречь до него и в его правление не сильно отличаются. Вряд ли это он превратил деревеньку в крепость. Так он еще и Род здесь умудрился восстановить.
— Если он был изгнан сюда, то покровителей у него быть не должно…
— Верно, — согласился Ратибор. — Вот только если раньше за провинности и недосмотры Князь наказывал и мог даже голову с плеч снести, то Астахов все еще жив и процветает. Понимаешь?
Я задумался.
— Ратибор, город под осадой уже не первый день, так?
— Верно.
— Добраться из города до Выкречи верхом дружина князя, допустим, могла не успеть. Но маги вполне могли перенестись. Но я не вижу здесь ни одного княжеского мага. Да что там, мага, знамени.
Ратибор согласно кивнул.
— Это значит, — продолжил я, — что Астахов… все делает правильно? Как того желает князь?
— Воля князя мне неведома, — возразил Ратибор. — Я знаю одно — будь моя воля, Астахов бы отправился на плаху. Вместе с его дружком-ублюдком Кречетовым.
Я впервые видел в лице Ратибора не спокойствие и сдержанность, а настоящую, медленно бурлящую злость. Он крепко сжал кулаки и по ним пробежали всполохи маны.
Впрочем, Ратибор быстро успокоился и холодно посмотрел мне в глаза.
— Но то, что я расскажу тебе сейчас… не должно покинуть пределы этого кабинета. По крайней мере пока.
Глава 6
— Как думаешь, сколько монстров там за стенами? — спросил меня Володин.
Я задумался. Точного числа я не знал. Но их было много. Очень много.
— Сотни, тысячи, может, больше. Я знаю одно — это осада надолго. Это битва на выживание.
— Ха, — усмехнулся Володин. — Ты не поверишь, но мне недавно сказали почти то же самое. Что бы ты сделал, чтобы защитить город?
Выкречь для меня не имела стратегического значения, но уступать просто так человеческую землю монстрам из Зоны я не собирался. Не для этого в своё время отстраивал Чернолесье с нуля, чтобы теперь отдать его сиринам или другим тварям.
— Собрал бы народное ополчение. Принудительно, если нужно. Вооружил бы всех, способных держать оружие. Удвоил бы, нет, утроил награду магам, волшебникам, ходокам. Отправил бы весть князю. Если не князю, то в соседние земли. Сомневаюсь, что монстры на Выкречи остановятся. Судя по ставкам глав Родов и их образу жизни — деньги не проблема. Только причем здесь моё мнение? Я ведь не Астахов.
Володин поморщился.
— Мне даже вспоминать тошно. Один раз показали… я его прямо там чуть не убил.
Мне в голову начали закрадываться сомнения. Что ж так выбило Володина из колеи?
— В общем, Макс, не знаю, что будешь делать с этой информацией, но… Астахов с Кречетовым создают химер.
За столом повисла тишина. Я обдумывал сказанное Ратибором. Теперь кровавые жертвы и похищения не казались настолько выбивающимися из жизни города. А вопросы Володина сложились в единую мозаику. Осталось только услышать от него детали.
Даже странно. Я не чувствовал в городе магических выбросов и изменений. Впрочем, если заброшенная секретная лаборатория была у Володиных, то такие же могли быть и у других Родов. А уж комендант с его властью над стражей и подавно мог обзавестись укромным уголком.
— А энергию они берут, я так понимаю… — протянул я, намекая на сегодняшнюю ночь.
— Да, — сквозь зубы процедил Володин.
Химера — это одно из самых страшных созданий, встречаемых в Зоне. Не из-за размера или интеллекта, а из-за того, что это настоящая комбинация двух или нескольких мутантов. Тварей, возможно, в природе вовсе не сопоставимых. И свойства у них бывают очень мерзкие. Химеры — опаснее одиночки, потому что способности у них каждый раз отличаются. А ещё эти твари быстро адаптируются.
— Ратибор, — холодно проговорил я, — раз уж ты вводишь меня в курс дела, объясни-ка вот что. Как совет это вообще допустил? Ты ведь понимаешь, что они творят, верно?
Ратибор тяжело вздохнул.
— Я был против. Остальные… остальных голосовавших упоминать не буду. Но решение было принято большинством голосов. И принято, надо сказать, совсем недавно. В преддверии атаки монстров. Как ты знаешь, твари из Зоны могут посеять страх даже в самых рациональных из нас. Астахов, чёрт его дери, привёл убедительные аргументы. Как умеет. Как всегда умел, ублюдок. И прикрывается этой волной как щитом.
Ратибор встал из-за стола и начал расхаживать взад-вперёд по кабинету.
— Пойми меня правильно. Даже после потерь при охоте за Кровавым кварцем я бы не проголосовал за. Никогда. Вот только сейчас мой Род не может самостоятельно выступить против Астахова. Тем более не во время осады. Астахов знает все не хуже меня, потому и жмет на необходимость такого шага перед лицом безнадежной угрозы. Отчаянные времена, отчаянные меры.
То, что рассказал мне Ратибор — это методы чернокнижника или некроманта, не мага. Какая бы опасность не угрожала городу, это не повод похищать собственных жителей для вывода мутантов. Да за такое не то что князь голову снесёт — народ на вилы поднимет.
— Выбросов магии в городе я не замечал, — задумчиво проговорил я.
— Верно мыслишь. То, что показали мне, магии не имело. Лишь запредельные физические возможности, регенерация и полное послушание.
— И кого они слушаются? — поинтересовался я.
— Кречетова. Его людей. У них есть какой-то артефакт или артефактная система. Я до конца не разобрался. Естественно, никто все этапы этого производства мне не расписывал.
Я постучал пальцами по столу.
— И много у них химер?
— Не знаю, честно. Но достаточно, чтобы бросить вперёд как пушечное мясо туда, где ожидаются самые большие потери. Этим Астахов и давил.
— Всё во имя города?
— Всё во имя города, — усмехнулся Володин.
Парадоксально, но решение Астахова я понимал. Власть была дана ему сверху — князем или кем ещё, — и он всеми силами старался удержать её. А его власть зависела от многих факторов. И в первую очередь от сохранности города.
Вот только понимать и принимать — это разные вещи. Не в этой жизни, не в прошлой никто не давал мне власть просто так. Я сам брал её собственными руками, потом и кровью. И выбрать целый город за счет жертв среди честного люда, собственных горожан — непозволительная слабость.
Возможно, Астахов и мнит себя великим управленцем и спасителем Выкречи. В будущем. Вот только прибегать к созданию химер перед всеми другими шагами — это просто тьма. Настоящая и беспроглядная.
Скрыть химер с каждым новым их применением будет всё сложнее и сложнее. Значит, это козырная карта Астахова. Последний шанс.
Производство химер — это, в первую очередь, бизнес. Ведь даже физических мутантов создают при помощи сложных алхимических процессов и магии. В процессе возникают различные субпродукты или побочные продукты: кристаллы из избыточной магии, поглощенной химерой, различные эссенции, магические субстанции и концентраты. В зависимости от процесса ритуала. На этом можно делать не просто большие, а огромные деньги.
Даже странно, что на рынке в торговых кварталах не просочились такие специальные товары. Значит, Астахов плотно держал руку на пульсе.
— Ратибор, ты же понимаешь, что случится после осады? — спросил я. — Особенно если Астахов всё-таки применит химер.
— Понимаю, — Ратибор отодвинул стул и сел на место. — Химеры — средства грязные и непредсказуемые. Если представить, что монстров мы победим своими силами, куда их девать потом?
Вопрос интересный. Точного ответа на него не было.
— Они собираются продать все субпродукты после осады, — продолжил говорить Ратибор. — Это перевернёт баланс сил Выкречи раз и навсегда. Мне предлагали долю. А я отказался. Ещё не хватало в такой грязи вымазаться.
Зато теперь все барыши достанутся Астахову и Кречетову. И то если Караваев с остальными не согласятся.
— Что думаешь? — спросил меня Володин.
— Решать этот вопрос с наскоку нельзя. Нужен план. Конкретный. Кто ещё знает об этом?
Володин взъерошил волосы.
— Главы Родов из Совета, Рысев, может, ещё пару человек.
— Хорошо. Мне нужно заняться отрядом и подготовить людей.
Будем ли мы сражаться с сиринами или химерами — Сила есть сила. Мы должны быть готовы. Я должен быть готов.
— Макс, то, что я рассказал тебе, не должно покинуть эти стены.
— Не покинет.
Я поднялся из-за стола.
Я вернулся домой в избу уже к полудню. К моему удивлению, когда я приблизился к дому, я услышал лязг металла и бодрые выкрики. Зайдя во двор, я понял причину: прямо перед избой происходила настоящая схватка между двумя самыми сильными воинами моего отряда.
Аскольд, без рубахи, усыпанный светлыми шрамами, блестящий на солнце от пота, беспощадно давил защищающуюся Сольвейг.
Одноглазый хищно скалился и двигался ещё лучше, чем обычно. Острый как бритва, ловкий как стрела. Сольвейг грамотно держала дистанцию и упорно обороняясь. Её двуручный меч был длиннее и давал небольшое преимущество.
— Давай!
— Жми!
Мое появление осталось незамеченным. Рома с Федором принимали последние ставки. Иван смотрел за боем с крыльца, подготовив защитное заклинание. Все остальные тоже были увлечены.
Я присел на край колодца рядом с Весной.
Она аппетитно хрустела красным яблоком, а сок стекал у неё по губам и подбородку. Она не могла отвести взгляд от дуэли.
— А ну-ка, — я забрал у неё яблоко и откусил.
— Ой! — вздрогнула девушка. — Напугал!
Я аккуратно вытер ей губы большим пальцем. Весна покраснела и обхватила колени. Я даже немного засмотрелся на смутившуюся девушку. За ночь она смогла устаканить энергетику. Теперь она совершенно точно была на ранг выше — то есть стала Подмастерьем. Добавить к ее природной магии хаос и будет конфетка.
— Как думаешь, кто победит? — спросила она.
— Сейчас узнаем.
Аскольд продолжал давить. Он наносил уверенные удары, постоянно перемещаясь и меняя ритм. Он не давал Сольвейг шанса раскусить его движения и подстроиться. Они оба не использовали энергетику для атак, потому Сольвейг всё-таки была в небольшом минусе.
— Сейчас бы ей использовать Крылья и перевернуть бой, — пробормотал я.
Дзинь!
Соль едва успела отразить короткий быстрый выпад. А в следующий миг Аскольд ударил сверху вниз с такой мощью, что Сольвейг опустилась на одно колено. Аскольд вновь замахнулся, намереваясь нанести решающую атаку.
Я бросил в него огрызок. Снаряд летел в слепой зоне, но одноглазый ловко дернулся и разрубил его на пополам. Ярость и азарт в его глазу сменились осознанием.
— Командир! — весело заревел он.
Соль поднялась на ноги. Поединок был окончен.
Эти двое сейчас не отличались в силе и были в ужасающей форме. Я бы сказал, что как Аскольд, используя хаос, так и Сольвейг, используя свет, вполне могли потягаться с шестизвездочными воинами. Нужно помнить, что уровни — это примерное определение силы. Было понятно одно: они и без моей помощи и зелья прокачались.
— Моё яблочко…
Весна разочарованно вздохнула и нахмурила брови.
— Я пойду, займусь воинами. А то у них сил полно, — я погладил её по макушке. — А вечером потренируем заклинания, как и обещал. Хорошо?
— Угу.
Я вышел в центр двора.
Рома с Федором тут же принялись прятать за пазуху деньги со ставок.
— Смотрю, после прорыва у вас ещё остались силы?!
— А то! — усмехнулся Аскольд. — Хочешь смахнуться?
— Или научить хаосу? — с надеждой в голосе произнёс Игнат.
Я осмотрел бойцов, собирающихся в кучку.
— Конечно. Со всеми смахнусь и всех научу. Упор лёжа, при-нять!
В первую очередь я от души погонял всех воинов. Отжимания, бег, планка, подтягивания — это не была прихоть. Я оценил их физическую подготовку, и она улучшилась. Даже у моряков, которые до Среднего крещения хаоса не обладали магией, были заметны улучшения. Они, конечно, выдохлись первыми, но не остановились.
Более того, нужно было нагрузить бойцов, чтобы они не устроили мне тут мясорубку между собой. Желание испытать новые силы было похвальным, но не бездумно же. Хорошо хоть, Аскольд с Сольвейг догадались не использовать энергетику. Остальные могли и не сообразить. Не только себя, но и других бы покалечили.
После, я научил их нескольким базовым принципам переноса энергетики из собственного тела в предметы. Это была первая фаза.
Всё-таки для того, чтобы собрать энергетику и сделать что-то вроде крыльев, как у Сольвейг, нужно очень много тренироваться или обладать врождённым талантом. Поэтому для начала я учил их переносить энергетику не инстинктивно, а по желанию прямо в их палаши.
С первого раза получилось только у Аскольда. Остальные после изнуряющей тренировки едва могли держать в руках клинки. Это не помешало мне вбить в них теоретическую информацию. Остальное придёт со временем. Один раз получится, и больше не придётся мучиться. Всё будет происходить автоматически.
— Макс, к тебе гости! — позвал меня Иван.
— Иду.
Уже вечерело, хотя солнца не было видно весь день. За воротами я увидел знакомого стража в сером — Сашку Гвоздя.
— Здорово! — махнул он мне рукой.
— И тебе не хворать. Чего пришёл? Понадобилось что?
Сашка, обычно деловитый, закашлялся.
— Говори как есть, — подбодрил его я.
— Как есть? А скажу как есть! — резко выпалил Сашка. — Что, ты меня за тварь бесчувственную держишь?
Он достал из-за пазухи звенящий мешок и протянул мне.
— Вот. Я за такое денег не возьму. Что, я изверг, что ли?
— Это частная оплата, — возразил я. — У нас был уговор.
Саша закачал головой.
— Не возьму. Кому говорю! Я за службу многого насмотрелся. Потому не удивлён. Но денег за спасение детей не возьму. И точка.
— Добро, — согласился я. — Знаешь что… За спасение детей денег брать не надо. Вот и я так думаю.
— Вот-вот, — поддакнул он, — забирай.
Я не спешил брать протянутый мешок.
— Ты, Сашка, лучше помоги-ка мне отследить кое-кого.
— Ну… — хмыкнул Гвоздь. — Отследить — это можно. Это уже другое дело.
Был поздний вечер. Опустившуюся на город темноту разгонял бледный свет огней и редкие вспышки защитных куполов.
Я, не скрываясь, стоял у одной из городских казарм. Стража частенько мельтешила снаружи и внутри, все-таки шла пересменка. Кто-то с понурым лицом выходил на ночное дежурство, пока другие, уставшие и веселые, отправлялись отдыхать.
— Не он.
Сашка Гвоздь стоял сбоку, укрывшись за колонной, и цепко вглядывался в бледно освещенную улицу.
— И это не он.
Вновь повторил Сашка, когда мимо нас прошел очередной отряд серых.
— Может, совсем не появится? — негромко спросил я.
— Появится. Всегда появлялся. Дежурство у него, куда ж он денется?
Сашке я верил. Он за несколько часов умудрился достать расписание стражи и выяснить, где появится нужный мне человек. Мне, конечно, немножко повезло, потому что именно сегодня у этого человека было обязательное дежурство в связи с военным положением. Именно сегодня оно заканчивалось. Именно сегодня он был обязан вернуться в казарму, где я его и поджидал.
Пару раз стражники пытались что-то узнать у меня, но, заметив Сашку Гвоздя, сержанта, тут же отчаливали обратно по своим делам. Он вообще служил хорошим прикрытием. Его многие знали, и он знал многих.
Наконец, когда я уж подумал, что удача на сегодня закончилась, я заприметил небольшой отряд вдали. Стражники в блестящей серой броне и с клинками на поясе шли, обмениваясь шутками и смеясь.
Многие сняли шлемы, так что можно было увидеть их лица.
— Вот, вот, вот! — затараторил Сашка.
— Точно он?
Я скорее подтрунивал над волнующимся Сашкой. Уж больно рьяно он вызвался указать мне на интересующего меня персонажа. Как будто все еще чувствовал неловкость за то, как пытался всучить мне деньги ранее.
Нужного мне человека я и сам бы узнал. Но выследить его через Сашку оказалось проще пареной репы.
— Точно, точно. Всё, я отчаливаю. Если что, ты меня не знаешь, и я тебя не знаю.
— Договорились, — усмехнулся я.
Сашка засуетился, чуть не выронив мешок из-за пазухи. Но собрался и быстро зашагал прочь, не оглядываясь.
Я отлип от стены и пошел навстречу интересующему меня человеку.
Он шёл первым. Растрепанные черные волосы, довольная ухмылочка, хитрые прищуренные глаза. Он заметил меня сразу, но не подал виду. Просто шагал вперёд,. Спокойно и размеренно. Затем бросил что-то своим товарищам на ходу. Лишь следил за мной одними глазами.
— Чернышов! — крикнул я.
Отряд стражников остановился. Чернышов сделал несколько шагов по инерции и тоже замер.
— Ты его знаешь? — раздался голос одного из стражников.
— Впервые вижу, — ухмыльнулся Чернышов.
Его соратники положили руки на рукояти клинков. А вот сам Чернышов, явно чувствуя за собой силу, стоял расслабленно. Словно на экскурсии в музее или перед местной достопримечательностью.
— Странно, — улыбнулся я дружелюбно. — Я же обещал, что свидимся.
Я был уже в двух шагах от него.
Я сблизился одним рывком и смачно, от души ударил Чернышова кулаком прямо в нос. Раздался хруст и Чернышов рухнул на задницу прямо посреди улицы.
На его лице больше не было гадкой улыбочки. Он держался за сломанный нос из которого хлестала кровь и ошарашенно смотрел на меня снизу вверх.
Стража запоздало среагировала и обнажила клинки.
— Ты хоть представляешь, — промямлил Чернышов, — что с тобой будет?
Глава 7
Я выпустил ауру на свободу. Ауру, которую я обычно сдерживал, чтобы не привлекать лишнего внимания. Сейчас был не тот случай.
Стражники, выхватившие клинки, побледнели. Кончики лезвий задрожали. Оно и понятно. Среди них не было никого сильнее трёх-четырёх звёзд. Противостояли же они мне — Подмастерью на бумаге. И еще сильнее на деле.
— У меня есть вопрос получше, — спокойно проговорил я. — Ты представляешь, что сейчас будет с ТОБОЙ?
— Стой, где стоишь! — выкрикнул один из стражников. — Поединки запрещены!
— Да? А что со мной будет?
Я не испытывал никаких эмоций ко всем серым. Наоборот, они выполняли свою работу. Жаль, что пришлось испортить им вечер, но отпускать Чернышова я не собирался.
— Мы позовем капитана и все решим.
Среди стражников нашелся голос разума.
— Зовите. Вот прямо сейчас, не теряйте времени. В городе военное положение, так что думаю, он на рабочем месте, а не где-нибудь в кабаке… С удовольствием послушаю, что он мне сможет предъявить.
— Думаешь, тебя кто-то боится?
Чернышов сплюнул кровь на землю. Он смотрел на меня удивленными глазами и мелко подрагивал. Но держался неплохо, надо признать.
— Не боишься? Каким ты, оказывается, смелым можешь быть… А что ж ты со своими хлопцами таким смелым не был, когда на нас твари под конец пути напали?
— Пошёл ты! Буду я ещё…
Новый удар опрокинул и заставил стражника покатиться по земле.
— Что ты там пролаял, падаль? Повтори, я что-то не расслышал.
Чернышов, глядя на меня со смесью ненависти и страха, вытер кровь с подбородка рукавом. Начинаешь бояться? Это ты правильно… Но, сука, пока ещё недостаточно страха и многовато ненависти.
— Молчишь, значит, псина сутулая? Помниться, когда ты нас с толпой мирняка кинул и свалил со своими в город ты поразговорчивее был. Весь такой, сука, в чистых доспехах да на коне, лыбился, мразь, пугал меня своими командирами… Давай, повтори мне, что ты тогда сказал!
Один из стражников рванул к баракам. Вокруг уже скопились зрители — не только серые, но и простые горожане, наемники и ходоки. В общем, честной люд всех мастей. Все видели мою ауру, поэтому никто не спешил вмешиваться.
Чернышов встал на ноги и попятился.
— Дуэли и тем более драки в городе под запретом, — уже безо всякой уверенности повторил он. — Тебя за это…
— Что? В темницу бросят? — расхохотался я. — Боевого мага четвертого ранга за избиение ничтожества с тремя звездами кинут за решетку в момент осады города?
Я пнул его прямо в пузо, защищенное доспехом. Разбег был небольшим, зато энергетики и хаоса в атаке было предостаточно. Металл, не выдержав удара, прогнулся.
Чернышова отбросило назад. Он чуть не сбил с ног одного из своих сослуживцев. Все остальные вовремя отскочили в сторону. Тело в доспехах протащило по земле на несколько метров.
— Знаешь, это будет даже забавно. Я даже как-то не против посидеть пару-тройку недель чуть ли не в самом безопасном месте города… Но что-то как-то сомневаюсь, что до этого дойдет.
Мой голос был холоден как зимняя стужа.
— Вы что, — с истеричными нотками в голосе выдохнул Чернышов, приходя в себя, — так и будете просто смотреть?!
— А что мы ему сделаем? Он же нас всех положит!
— Что здесь происходит? — раздался громкий командный голос.
О, видимо, прибыл их командир.
Пользуясь случаем, Чернышов вскочил и бросился назад. Он использовал энергетику для ускорения. Вот только я не сводил с него взгляда и усилием мысли сотворил прямо у него под ногами небольшую каменную ступень, о которую он и споткнулся. А сверху добавил слабым Воздушным Прессом, чтобы впечатался в землю посильнее.
— Что здесь происходит? — на этот раз голос был ближе.
На выходе из казармы, где столпилось немалое количество серых, стоял невысокий лысый мужичок. Несмотря на низкий рост, он был весьма крепок и широкоплеч. Сильный воин по местным меркам — пятизвёздочный, не меньше. Его лицо едва ли отличалось от остальных серых, наблюдавших за дракой: смурное, нахмуренное, тревожное.
— Справедливость восстанавливаю, — лениво ответил я.
Чернышов вновь начал вставать — очевидно, прибытие командира придало ему сил. Усмехнувшись, я с наслаждением добавил ему ещё одним Воздушным Прессом сверху.
— Капитан! Он же его сейчас его убьет ни за что!
— Ни за что? — удивленно спросил я. — Неверно. Просто эта тварь была такой душкой в Сизом Яре, деревеньке неподалёку. Такой деловой, смелый, благородный. Убьём монстров так, эвакуируем жителей сяк.
Щелкнув пальцами, я сотворил Хлыст Хаоса и оплел ею ноги бойца. Рывок — и его уже швырнуло через двор под ноги командиру, неслабо приложив об землю.
— У нас было простое задание: эвакуация людей. На нас напала волна монстров. И этот пёс решил, что его жизнь и жизнь его подчинённых важнее, чем жизнь мирных жителей… Но это ещё полбеды — я не сказочный герой, я всякое понять могу. Но при этом эта падаль, привезшая мне просьбу возвращаться в город для его обороны, кинула меня и моих людей… Возможно, у вас, у стражников, нормально бросать своих и спасать свою шкуру. Но у ходоков так не принято.
Я огляделся вокруг. Собралась приличная толпа. Много разношерстных лиц.
— Верно, как-то не по-людски!
— Ладно бы добычу делили…
Возгласы из толпы явно принадлежали или ходокам или наемникам.
— Капитан, давайте мы его просто… — заговорил кто-то из стражей.
— Отставить, — возразил капитан. — Его трогать нельзя.
Капитан не отводил от меня глаз и играл желваками.
Интересно. Похоже, что слухи в Выкречи распространялись быстрее, чем я думал. Ну или обо мне заранее предупредили местную стражу. Но, видимо, не всех.
В любом случае, остановить меня здесь не мог никто. Дело даже не в количестве серых или в звёздах. Хотя, пожалуй, именно в них. У магов ведь семь рангов. Я сейчас на четвёртом, а если мерить, не скрывая силу и учитывая Хаос и знания, даже выше. А здесь самый сильным был пятизвёздочный капитан.
Да, у воинов десять рангов, десять этих самых Звезд. Но это вовсе не значило, что они сильнее — как раз наоборот, чем дальше тем больше маги вырываются вперед. Если речь, конечно, о боевых магах.
Средний Подмастерье — это примерно не слишком сильный шестизвездочный воин. Подмастерье вроде меня — это уже тот, с кем разве что элитный воин шестого ранга может надеяться хоть на что-то, и то только в том случае, если заранее знает, насколько я сильнее обычных магов четвертого ранга. А элитных воинов в этих краях не водилось…
Мастер, пятый ранг магов, не уступал восьмому у воинов. Магистр же… Ну, скажем так — один на один средний Магистр примерно равен лучшим воинам десятого ранга. Но что обладатели шестого ранга среди магов, что обладатели девятого и десятого у воинов были товаром редким, даже штучным. Ну а Архимаги… Воин в одиночку не имел никаких шансов против добравшегося до седьмого ранга чародея.
Но всё, о чем я говорил, было весьма условно, ибо не учитывало ещё целую кучу факторов — место, подготовку, артефакты и алхимию, имеющиеся у сторон, а также личные особенности. Это была аналогия из разряда боя в равных условиях — а в жизни равных условий никогда не бывает…
Я подошёл к Чернышову. Он уже не пытался подняться. Поглядев на урода, я перевел взгляд на его командира.
— Я доложу начальству, — сквозь зубы процедил он.
— Не вопрос, — кивнул я. — Непременно доложите… А ещё доложите — и начальству, и подчиненным, что я готов глотку выгрызть любому за своих людей. Этой мрази очень повезло — в тот день никто из моих не погиб, умудрились даже без серьезных ран обойтись. Иначе я бы его здесь с дерьмом перемешал.
Я обвел взглядом всех присутствующих и чуть повысил голос:
— К страже в целом у меня никаких претензий, народ. Ваша работа очень полезна для города. Блюдите порядок, охраняйте спокойствие — никаких вопросов… Просто не поступайте, как этот выродок, не позорьте себя и своих.
Капитан согласно кивнул головой. Чернышова подняли на ноги. Народ вокруг загудел, перешептываясь и не решаясь подойти ближе.
Стражи, не теряя времени, схватили Чернышова под руки и потащили в казармы лечиться. Или отмывать кровь, кто знает.
— Расходитесь! — грозно пробасил капитан, разгоняя толпу. — Здесь не на что глазеть.
Я оглядел медленно расходящихся по своим делам людей и заметил хитрую морду Сашки Гвоздя. Он все-таки не смог пропустить драку. Сержант кивнул мне на прощание, и мы разошлись. Каждый своей дорогой.
У казарм на меня бросали заинтересованные взгляды свидетели прошедшей драки, но вскоре я растворился в узких, тускло освещенных улочках Выкречи. И добрался до избы без всяких проблем.
Отряд, похоже, уже спал после изнуряющей дневной тренировки. Я тихонько потянул дверь на себя, но она предательски заскрипела. А следом раздался громкий, бесперебойный звон колоколов.
— Тревога!
Встревоженные крики эхом разнеслись по округе.
Я услышал изнутри шум шагов и шорох одежды. Поспать сегодня ни у кого не получится.
Вскоре мы уже бежали по оживленным улочкам Выкречи. Стражи, ходоки, ополченцы — все двигались в одну сторону. Массивная и неприступная стена возвышалась перед нами — главная линия защиты людей от монстров Зоны. Сегодня на ее долю выпало очередное испытание.
Мой отряд распределили на участок на северной части стены — менее опасный, чем восточный. Даже если капитан хотел сунуть нас в самое пекло, сделать этого он не мог. Отряд номинально всё ещё был ходоками, и на передовой оказаться никак не мог. Потому, поворчав и недовольно побурчав, он распределил нас именно сюда.
Ночное небо было окрашено бирюзовым свечением защитных куполов на башнях. Там располагались лучники и волшебники. Пока мы поднимались, я заметил, что на разных участках стены группы были разношёрстные и, чаще всего, смешанные с серыми. Вот только нам ни начальства, ни подкрепления серых положено не было.
— Удержите этот участок стены любой ценой. Любыми средствами. Ясно вам?
Капитан оживленно размахивал руками.
— Если побежите, станете дезертирами. А с ними разговор короткий.
— Не побежим, — бросил ему я.
— Посмотрим…
Капитан тут же удалился в башню. Всё-таки мой отряд свалился ему как снег на голову.
Основной удар я ожидал на восточную часть стены — туда, где находились главные ворота. Именно оттуда чувствовалась энергетика самого большого количества тварей. Впрочем, и в болоте напротив я мог заметить сверкающие глаза ползающих, живущих своей жизнью монстров.
— Как думаешь, готовят чего? — спросил Аскольд.
— Требушеты собирают, наверное. Башни осадные строят.
— А как же они… — растерянно пробормотал Аскольд, вглядываясь в темноту. — Это… Ну, требушетами-то. У них же лапки…
— Аскольд, к чёрту лапки. Штурм готовят. Штурм. На стены полезут.
Я понимал Аскольда. Всё-таки он за время своих похождений от северного моря участвовал только в людских осадах. И с сиринами нельзя ничего знать наверняка.
— Уже и спросить нельзя, — выдохнул Аскольд.
— Дуй на правый фланг и Сольвейг с собой захвати. Если дурость какая придёт оттуда, чтоб не пустили на стену. И пару хаоситов тоже бери.
Я начал раздавать команды.
— Весна, тебе придётся защищать нас от воздушников. Здесь в основном камень, тяжеловато будет. Но ты постарайся.
— Сделаю, — решительно ответила ведьма.
Меня порадовал её ответ. Вот уж на кого можно положиться.
— Иван, если будут цепляться языками, срезай их. Башня, конечно, поможет, лучники есть, но всё равно сил не жалей. Рома, тебе…
В итоге я раздал команды и расставил бойцов.
Ночное небо всё чаще и чаще начало озаряться бирюзовыми вспышками. А вскоре по правое плечо, там, где находились главные ворота, раздался оглушительный птичий визг. Он волной разлетелся над городом. Даже здесь, в отдалении, почувствовалось эхо от ментального удара.
— Ух, — выдохнул Игнат.
Тут же, без пауз, заработали маги. Небо над главными воротами загорелось пламенем и извергло огненный дождь. Хоть это и было далеко от нас, но даже отсюда чувствовалась сильная магия. А уж пожар в черном ночном небе был заметным и подавно.
Чуть ближе вспыхнул электрический шар в десяток метров в диаметре и начал извергать удары молнии, вспахивая землю вместе с надвигающимися монстрами. Электричество выкашивало десятки монстров за каждый удар и вспахивало землю, разбрасывая туши по округе.
Это работали Подмастерья.
На многих участках били и другие площадные заклинания от магов рангом ниже: Водяные волны высотой в несколько человеческих ростов, Камнепады, зачарованные стихийные стрелы. Всё летело в монстров.
Волна, похожая на серп, ударила в главные ворота, а затем двинулась дальше. На соседнем от нас участке стены начали работать два мага-адепта. Близнецы с горящими огненными глазами.
Один запускал огненные лучи вниз, в тёмную волну монстров, пока второй срезал пернатых тварей в воздухе широким огненным хлыстом.
Затем два мага словно синхронизировались и принялись запускать вниз дикие всполохи пламени, покрывая ими уже горящую землю. Колдовали они не жалея маны. Огненный вихрь обрушился на врагов, сжигая все на своем пути.
Рядом с ними стояли стражи. Были воины третьей и четвертой звезды. Вот только они даже близко не были ровней огненным магам-адептам. Даже владея энергетикой, вряд ли они смогли бы выкашивать десятки тварей за раз.
По всему протяжению стены вспыхивали мощные заклинания, озаряя ночь всеми цветами радуги. Летели заряженные энергетикой стрелы. Лилось масло и сыпались камни.
Стена дрожала под натиском сотен когтей и клыков. Монстры тенями рвались вверх. Их рычание слилось в единый гул, наполнивший воздух.
Несмотря на активную работу защитников, языки лягушек начали впиваться в стену, а монстры полезли наверх. Затрубил горн. Сталь столкнулась с хитином и панцирями.
До нас тоже докатилась волна.
Первыми за работу принялись Роман с Иваном. Они сбивали сиринов в небе воздушными заклинаниями. Иван работал Клинками и Серпами, целясь в крупных птиц.
Роман же поднял в воздух сразу несколько вихрей, засасывая десятки сиринов и хищных мутантов в Воздушную дробилку.
Тела змеев и лягушек сыпались вниз от града стрел и череды энергетических атак. Они не могли пробиться к нам на стену. Воины едва вступили в бой. Весна использовала лозы и корни, сотканные из хаоса, и не давала тварям забраться на наш участок стены.
А вот на соседнем участке, где работали братья-огневики, дело шло плохо. Они, похоже, быстро выдохлись, а монстры все еще давили. Там схватка уже шла в рукопашную.
— Аскольд, Сольвейг, помогите им! — скомандовал я.
Иначе их проблемы скоро рисковали стать нашими.
— А как же… — напряжённо выдохнул Роман, но договорить не успел.
Я призвал воронку Хаоса прямо над монстрами. Бурлящий вихрь нестабильной энергии буквально притянул в её центр всех летающих тварей, а также захватил с полсотни зверей с земли. Их потянуло внутрь.
С одной стороны ударила молния, и тела мутантов задёргались, посинев от электричества. С другой — в воздухе взорвался ледяной шар, и часть сиринов повалилась на землю, разбиваясь на куски.
Затем с самого центра во все стороны ударила волна Хаоса. Мелкие частички, словно пылинки, пробили всё ещё притягивающиеся к центру тела и остановились лишь на самом краю области действия воронки — метрах в пятидесяти.
А затем волна Хаоса двинулась обратно, засасывая все тела в самый центр воронки. Раздался оглушительный грохот. Воронка схлопнулась. Черная вспышка на миг заслонила собой Луну.
Все монстры, попавшие в область действия заклинания, превратились в перемолотый в фарш из мяса и костей. В кровавую кашу. Их разбрызгало по земле, стенам, башенкам, шлемам и доспехам бойцов — как моих, так и на соседних участках стены.
— Макс, ты что… вообще такое?
Роман с приоткрытым от удивления ртом смотрел на меня.
— Как что? — не повёл бровью я. — Подмастерье.
— А-а-а.
Рома запустил вниз Воздушную волну, накрывшую оставшихся в живых тварей.
— Если ты Подмастерье… — расстроенно покачал головой он. — Нахрен я тогда вообще стараюсь?
Его волна ударила по монстрам внизу, вбивая их в землю. Следом полетели подсвеченные энергетическим сиянием стрелы.
Это пришел на помощь соседний участок, до которого так и не докатилась волна монстров.
Рома и Сольвейг орудовали мечами, заканчивая свою работу. Маги-огневики помогали им как могли.
— Подмастерье… — все еще неверяще бормотал Роман.
На участках стены, ближе к главным воротам, все еще вспыхивала магия. Отсюда я мог видеть, как воины все еще сражались с остатками тварей. Вот только новых больше не появлялось.
Штурм остановился на нас. А ведь я все-еще чувствовал, что вдалеке, в темноте ночи и сырости Топей скрывалось немало монстров. А сколько тысяч тварей кружило за зоной моего восприятия — не угадать.
Вот только монстры ударили в лобовую, бездумно, как и положено, но не всей силой. И откатились назад, понеся потери. Или вовсе ударили малыми силами.
Над стеной вновь затрубили горны. Раздались несмелые победные крики.
Едва ли многие из простых солдат, празднующих «победу» задумывались о том, что действительно произошло этой ночью.
Глава 8
— Нельзя бросать города на произвол судьбы!
Властный боярский голос эхом прокатился по гостевым хоромам княжеского терема. Этот голос, казалось, мог заставить толстые деревянные брёвна ходить ходуном и оживить резных мифических существ на стенах и потолке.
Терем, сложенный из чёрного зачарованного дерева, с зелёной, мерцающей, как чешуя дракона, крышей, покрытой деревянной дранкой, стоял на холме в самом центре Стужевска, столицы княжества, не первый век.
Вот только этой ночью даже холод, пробирающийся сквозь открытые окна из магического стекла, не мог сбить жар внутри — не столько из-за тусклого пламени множества свечей, сколько из-за повисшего в воздухе напряжения.
Дорогие ковры, привезённые из дальних стран, не создавали в гостевых хоромах тепло и уют, а лишь глушили нервные постукивания боярских сапог. А позолоченные узоры и рисунки на стенах и деревянных колоннах, увековечивающие подвиги неизвестных героев, и картины со славным прошлым предков князя словно предательски предсказывали предстоящие сражения.
Посреди хором возвышался трон из угольно-чёрного дерева, покрытый бархатом и украшенный вставками из драгоценных камней.
— Алексей, что ты предлагаешь?
Сухой, как осенний лист, голос князя звучал холодно и безэмоционально.
Никита Добрынев, князь Чернолесья, величественно сидел на троне, во главе срочно собранного Совета. Он уже не был молод: в тёмно-русых волосах была заметна седина, а вокруг холодных серебристых глаз тянулись узкие бороздки морщин. Но он не потерял ни роста, ни ширины плеч, ни заметной мускулатуры. Стужевск, расположенный на берегу Енисея, был настолько же крепок, как и рука его князя.
Князь был самым молодым Архимагом Российской Империи — как возрастом, так, вероятно, и силой. Вот только он не собирался оставаться таковым навечно. На его пятки всё время наступали идущие следом, крепнущие в силе конкуренты. За ним — противники. И даже здесь и сейчас, в родной вотчине, дарованной императором, в Чернолесье, Никита Добрынев не забывал проделанный путь. Путь Архимага и князя. Оттого внимательно и расчетливо слушал тихо переговаривающихся бояр.
— Осаждены сразу несколько крепостей, — произнес Алексей Стародубов, указывая на расставленные, на карте фигуры. — Боярские вотчины под ударом. Монстры действуют организованно и они исчисляются десятками тысяч, если не больше. Они не просто накатывают волной, как раньше — они осаждают крепости и города.
Стародубов, светловолосый боярин с густой длинной бородой, глава Рода, Магистр. Пусть он был младше и слабее князя, но говорил уверенно и авторитетно. Бояре за его спиной согласно застучали по деревянным скамьям и столу. Согласных было много — примерно четверть собравшихся. Среди них было ещё три магистра и несколько мастеров.
— Словно, не монстры напали, а люди…
В зале послышался ропот. Монстры из Зоны несколько раз в год накатывали волнами на Чернолесье, но впервые они занялись осадой, как настоящая армия. Эти земли столкнулись с подобным натиском впервые за многие десятилетия.
Чернолесье было крупным приграничным княжеством, где князь правил не только Стужевском, но и несколькими волостями напрямую. В княжестве было полдесятка приграничных к Зоне крепостей, четыре свободных города, несколько торговых поселений и несчётное количество сёл и деревень. А ещё — пашни и охотничьи угодья, леса и болота.
И большая часть земель входила в боярские уделы. Большие и малые, их было два десятка, и каждым правил боярский Род. Не каждый был настолько же сильным, как Стародубов, но Родов с Магистрами и Мастерами хватало.
Князь, Архимаг в чёрных, вышитых серебром одеждах, холодно смотрел на присутствующих бояр и влиятельных дворян в расшитых кафтанах и мехах. Суровые, серьёзные лица глав Родов — они были не только опорой княжества, но и его головной болью.
— Повторю ещё раз, — проговорил Алексей Стародубов, — бросать на произвол судьбы Братск и Кровецк никак нельзя. Подкрепления нужны прямо сейчас. Эти твердыни — основа приграничной защиты Чернолесья. Сотни тысяч людей заперты за крепкими стенами и ждут помощи. Каждая минута, каждый час промедления может стоить им жизней.
Князь знал, что Стародубов говорил не только и не столько за себя. Он озвучивал мнение сразу нескольких союзных родов: своего, Львовых и Мстиславских.
На широком дубовом столе в центре зала лежала карта, на которой было нанесено множество пометок и расставлено с десяток фигур.
Знатные и влиятельные люди провели за столом не один час. Слова Стародубова о важности скорого решения звучало смешно. Вот только князь не смеялся. Он был посреди шторма и отступать не привык.
— Нужно немедленно отправить все войска к нашим крепостям! Разделить дружину надвое и отправить! — вскочил боярин Мстиславский, ударив кулаком по столу. — Если они падут, оборона рухнет! Мы потеряем не только земли, но и пути снабжения, плацдарм для контратак… Если монстры прорвутся дальше — экономика рухнет… И что тогда?
Удар монстров пришёлся сразу по нескольким крупным городам, ещё пол дюжине мелких, а сколько сёл и деревень было разорено волной — сосчитать трудно. Синхронная и неожиданная атака обескуражила пограничные силы. Большинство защитников заперлось в городах и острогах. Они оказались заперты в ожидании подкреплений.
— А остальные города? — прищурился князь. — Мы защитим два, но потеряем десять. Если мы бросим все силы на защиту ваших крепостей, другие останутся беззащитными. Это обречёт их на смерть.
— Князь, дозволь слово молвить! — раздался голос с легкой хрипотцой.
— Отчего-же не дать слово доброму дворянину, — кивнул Добрынев. — Говори, Василий. Волковы заслужили право на голос.
Вперед вышел невысокий мужчина в строгом черном костюме без галстука и легком пальто. Он взъерошил короткий ежик русых волос, коротко поклонился, и заговорил:
— Благодарю князь. Братск и Кровецк стратегически важны. Но неужто мы, дворяне, не заслужили получить хотя бы толику поддержки?
Волков указал рукой на людей за своей спиной.
— Мы исправно платим повинность и налог: урожаем, деньгами, товарами. Если монстры продавят небольшие крепостицы, то на их пути окажутся следующие. Городок за городком, острог за острогом падут как карточный дом от дуновения ветра. А ведь на них и княжество держится…
— Переживем!
— Ничего! Потерпите!
Бояре не согласно загудели.
— Порядок!
Добрынин выпустил наружу немного магической силы. Аура Архимага и его грозный голос оборвали и угомонили любые выкрики. Перепалки в Боярском совете новостью не были. Здесь решались самые важные вопросы в жизни княжества и ставки были высоки. Оттого, иногда князю приходилось вмешиваться, чтобы поддержать порядок.
— Василий, продолжай.
— Предлагаю направить во все осажденные города небольшие разведывательные отряды. Если не дружинников, то наемников, Рубежников и магов. Любая помощь поможет нашим землям продержаться до прибытия дружины.
— Ерунда! — вскочил с места едва успокоившийся Мстиславский. — Монстры не отступают, не отвлекаются и не бояться. Их нельзя отвлечь или утомить. Отправить такие отряды — значит ослабить основной отряд, и обречь разведчиков на смерть. И ради чего?
Предложение было толковым. Добрынев, как князь это понимал. Особенно, учитывая, что контракт с наемниками и вольными магами мог если не спасти, то отсрочить падение его собственных приграничных волостей. Вот только орды монстров были слишком опасной, разрушительной силой. Один неверный маневр и дружина может понести непоправимые потери. А впереди предстояло немало боев.
— Ради чего? — холодно переспросил Волков. — Ради жизней княжеских подданных, ради…
— Ради кошелька твоего! — криво усмехнулся Мстиславский. — Твои земли не у границы. Твои владения не под осадой. Какое право дозволяет бросить…
— Вы предлагаете оставить остальные крепости без защиты? — ледяным тоном спросил Волков, скрестив руки на груди.
Дворяне и бояре вступили в новую перепалку.
Добрынев нахмурился. Сколько волшебников мечтают о ранге Архимага и представляют, что бы они делали, став сильнейшими? Как бы не так. Архимагом невозможно однажды проснуться. Больше ста лет, десятки ран, сотни битв, тысячи прочитанных томов и беспрецедентный, всеобъемлющий талант. Потом и кровью, без остановки. Именно так он добился не только ранга Архимага, но и княжеского титула.
Он был самым младшим Архимагом — как возрастом, так и способностями. Вот только он не собирался всю жизнь оставаться на этом уровне. Нет. На его пятки всё время наступали идущие следом, крепнущие в силе. И даже здесь и сейчас, в родной вотчине, в Чернолесье, дарованном императором, Никита Добрынев не забывал проделанный путь.
Быть Архимагом и быть князем — это две разные ипостаси. Даже не две стороны одной монеты. Все князья Архимаги, но не все Архимаги князья. Кроме княжеств есть ордены, предприятия, производства и гильдии. Власть в империи не ограничивалась титулами. Чего стоит та же Кладовочка? Ведь технологию разработал именно Архимаг. Многие Архимаги предпочитали править и управлять из тени.
Магическая сила дает свободу. И в первую очередь — свободу выбора. А княжеский удел — ответственность. Не только за себя, не только за свой Род, но и за каждого жителя, каждого воина, каждого мага в княжестве.
Пусть в чистой силе Добрынев не уступит никому из присутствующих, но решать единолично он не мог. Боярские Рода Мстиславских, Стародубовых и Львовых имели достаточно Магистров, чтобы не уступать Добрыневым.
И терять даже один из городов бояр нельзя. Каждая сторона в Совете была по-своему права.
Стародубов выжидающе смотрел на князя из-под чуть приподнятых бровей. Его прищуренные глаза хитро блестели.
— Порядок!
На этот раз присутствующим хватило лишь княжеского слова. Споры затихли, а главные зачинщики — Волков и Мстиславский сели на свои места.
— Необходимо нанести удар по монстрам у стратегически важных крепостей, — вновь заговорил Стародубов. — Без этого никак. Дружина стянет к бою и остальных монстров, так что другие города и крепости и сами смогут отбиться. Не раз уж отбивались.
— Лишь бы спасти свои земли…
Добрынев услышал шепот Волкова. Еще бы, восприятие Архимага позволяло улавливать магу намного больше, чем обычному человеку. Другое дело, что иногда, наоборот, приходилось совершать усилие, чтобы не слышать постороннего гула.
— А так оно и есть, — невозмутимо проговорил Стародубов, подойдя к широкому столу с картой. — Монстры окружили Братск здесь, здесь и здесь. Если город падёт, то мы потеряем шахты и основного поставщика железа. Кровецк — это центральный город всех линий обороны. Вот здесь, за ним, находится плато. Если монстры прорвутся, то смогут добраться до незащищённых городов и деревень. Если не разделить войско на две части и не направить подкрепления к Кровецку и Братску, то обе крепости падут.
— Не ново!
— Уже слышали!
На этот раз загудели дворяне и небольшие боярские Рода. Они не стеснялись отвечать Родам на Совете их собственной монетой.
— Монстры действуют нестандартно, — невозмутимо продолжил говорить Стародубов, — ведут осаду. Ей кто-то должен руководить, иначе никак. Почему-бы нам не выманить монстра или чернокнижника на основное направление атаки? Если уничтожить главную силу врага, то остальные монстры перестанут быть угрозой. Там и наши уважаемые дворянские рати смогут с ними справиться… Смогут же?
— Глупость!
— Кто это там осмелел? — поинтересовался Мстиславский, вглядываясь в лица оппонентов.
Добрынев тяжело смотрел на Совет. Восточные волости, принадлежащие ему, спасти первыми никак не выйдет. Да до них едва ли удастся добраться. Впрочем, выход был. Пусть тяжелый и затратный, но Добрынев не стал князем просто так. И позволить монстрам произвольничать на своей земле не мог.
— Я согласен, что Братск и Кровецк сдавать нельзя.
Князь заглянул в глаза каждому боярину.
— Князь, чем мы заслужили это? — вскинул руки к небу Волков.
— Добро… — тихо пробормотал Мстиславский.
Лишь Стародубов и еще несколько бояр выжидательно смотрели на князя. Они жили в Чернолесье не первый год и Добрынева знали хорошо. Очень хорошо. Настолько, что мысль о том, что он просто согласился с их предложением даже не пришла им в голову.
— Если мы соберем войска, разобьем главный отряд чудовищ, а затем зачистим оставшиеся очаги, мы победим, — продолжил говорить князь. — Если же распылим силы, нас разобьют поодиночке. Наше главное преимущество — дисциплина и тактика, а не разрозненные схватки.
В зале повисла тишина. Решение князя было центральным. Даже если бояре и собирались его оспорить.
Многие бояре переглядывались, размышляя над словами князя. Волков перешептывался с окружающими его сторонниками. Вокруг него были лишь нахмуренные и разочарованные лица.
— Потому войско делить не стану. Ни на разведывательные отряды, ни тем более на два ударных отряда. Мы пойдем единой дружиной. Отобьем все города и крепости по очереди…
— Княже, а кто эту очередь установит? — поинтересовался Мстиславский.
— Она уже установлена, — холодно отрезал Добрынев, — согласно стратегическому значению и населению. И мы все ее знаем.
Как бы холодно не звучало, но город с крупнейшим населением и важной стратегической позицией всегда будет первым в списке. Остальным придется подождать. Оставалось лишь рассчитывать, что годы защит от волн монстров и подготовок не прошли даром для приграничных земель.
— Они же просто уничтожат все остроги и городки. — проговорил дворянин с седыми висками. — Кто защитит наши земли, князь?
— Гарнизоны выстоят, — твёрдо ответил Добрынев. — Но если мы не разрубим этот узел сейчас, враг поглотит нас всех.
Дворяне недовольно зашумели. Но уже не так смело, как раньше. Слово князя было весомым и сил перечить и ему и боярам у них не было.
Волков молча покачал головой.
Мстиславский с Стародубовым обменялись парой быстрых фраз. Бояре же спокойно переглядывались, не выражая никакого протеста. Обычно, шумные и несговорчивые, сейчас они молча ждали следующих слов князя.
Впервые за вечер, Добрынев почувствовал дуновение прохладного ночного ветерка из открытых ставней. Холодный воздух оставил приятное ощущение свежести на коже, которое предательски исчезло, как только Добрынев задержал взгляд на боярах.
— Хочет ли кто-то возразить? — спокойно спросил князь.
Он уже подозревал по лицам и коротким фразам бояр, что перечить они не станут. Так и вышло. К удивлению нескольких аристократов с другой скамьи в хоромах. Бояре негласно поддержали его план. Притом без всяких обсуждений, что лишь подчеркивало вес княжеского решения и слова.
— Мы идём единым войском, — повторил Добрынев, — и снимаем осаду с крепостей по порядку, начиная с самых населённых и стратегически важных. Затем переходим к менее значимым.
Все еще без возражений. Князь довольно кивнул.
— Тогда, это окончательное решение. Готовьтесь. Дружина выдвинется в ближайшее время.
Бояре удовлетворённо закивали. Они получили свою маленькую победу, а князь сохранил авторитет. Теперь оставалось лишь одно — победить монстров.
Из самого угла зала, вынырнул из тени седой мужчина с длинной светлой бородой. Он был одет в белый балахон, вышитый золотой нитью. Накинутый капюшон скрывал часть лица.
— Поблагодарим Солнце за успешный совет, — произнес мужчина, остановившись по правое плечо князя, — и попросим скорую победу над монстрами и освобождение земель.
Все присутствующие почти синхронно поднялись на ноги — дворяне, бояре и сам князь. Мужчина в балахоне сделал несколько движений руками и комнату охватило теплое, желтое свечение.
После нескольких едва различимых фраз солнечный свет померк.
— С Солнцем!
— Победим!
Совет завершился. Но главная битва для Чернолесья только начиналась.
Глава 9
Рассвет после нашей первой защиты от штурма монстров был наполнен тяжёлым запахом крови и гари. Каменные стены Выкречи были усеяны следами когтей и подтёками чёрной, вязкой крови. На сырой земле перед крепостью лежали сотни тел монстров.
Мой отряд уже спустился вниз, а я стоял на башенке и смотрел вниз — на разрубленные, сожжённые, растерзанные тела монстров, нагромождённые друг на друга после схватки.
Защита не прошла без потерь и для людей. Со стен, особенно с соседнего участка, где ночью бились двое огневиков, выносили израненных, стонущих бойцов. Волшебники и лекари суетились, оказывая первую помощь. Больше всего потерь было, скорее всего, на главных воротах и на всем восточном участке стены.
Я перевёл взгляд на горизонт. Туда, где алые отблески рассвета освещали не только Топь, но и скрывающийся за ней непроходимый лес. Даже здесь я чувствовал исходящую оттуда угрозу, несмотря на то, что монстры отступили.
Я принялся спускаться с башни. На лестнице было довольно людно: кто-то тащил наверх камни, боеприпасы, бочки с маслом, а кто-то, наоборот, помогал спустить вниз тела монстров. Их разделывали прямо здесь, под стеной, чтобы извлечь полезные и необходимые части.
— Трофеи делить будут, — устало сказал седоволосый сержант. — Хорошо потрудились, господин маг.
Его отряд тащил вниз несколько тел Беркутов и одну огромную лягушку.
— Помочь? — поинтересовался я.
Я мог бы просто спустить все это с помощью магии.
— Не надо, — отмахнулся он, — и так ночью выручили, господин.
Так и было. Он был из лучников на соседней башне, а до них монстров почти не добралось. Правда, из-за этого они теперь, в отличие от нас, не отдыхали, а трудились.
Я молча кивнул и направился к своему отряду. Мои «орлы» тут же подскочили с земли и выстроились передо мной — уставшие и немного потрёпанные. Особенно Аскольд и Сольвейг, которым пришлось помогать соседнему отряду на стене.
— Ну что, знатно мы их? — усмехнулся Аскольд.
Он размахивал мечом, выписывая восьмерки перед собой. Хаос действовал на него предсказуемо, наполняя его энергией даже после боя. Нужно будет не забыть погонять его на тренировке и подтянуть контроль. Мне еще в целом предстояло научить моих хаоситов, особенно магов, полезным заклинаниям и техникам.
Со штурмом, постоянными вылазками и стычками времени может не найтись.
Весна зевнула и по-кошачьи потянулась.
Игнат пытался разобраться с застёжками на доспехе. Похоже что один из монстров распорол защитную пластину и теперь он никак не мог привести доспех в порядок.
— Хорошо потрудились, — коротко бросил я.
Все шуршание прекратилось. Аскольд убрал меч в ножны.
— Соль, — шепнул Рома, — мне не послышалось или он нас похвалил?
— Тебе показалось, — невозмутимо ответила Сольвейг.
Я лишь покачал головой. Вроде взрослые люди, воины, маги, а иногда как дети малые.
— Было проще, чем в прошлой вылазке, — подметил Аскольд.
Он улыбался так, словно вновь рвался в бой.
— Чем в позапрошлой, — поправила его Весна.
— Может и так.
В прошлой вылазке мы действительно справились относительно легко благодаря двум новым наёмникам. А вот Мертвый хребет тогда чуть ли не стал нашей последней остановкой.
С Сольвейг и Романом ещё предстояло обсудить дальнейшую судьбу. В ближайшее время не то что добраться до Северска — просто вырваться из Выкречи будет непосильной задачей. И сколько это время продлится — неизвестно.
— Командир, а чего нас… — Игнат обвёл ладонью окружающую суету. —Не припахали?
— По статусу не положено, — ответил Роман.
Рома был прав, вот только Игнат все пропустил, пока собирал «положенные ему трофеи».
Совсем недавно здесь был капитан — не тот, из бараков, другой. Так что мы были освобождены от лишней работы после осады. Я же остался здесь, чтобы оценить не только последствия ночной атаки, но и скорость восстановительных работ.
Несмотря на взаимное недоверие с Комендантом, нужно было отдать должное его гарнизону — действовали быстро и слаженно, как хорошо смазанный механизм.
— Мы с вами теперь не просто рядовое пушечное мясо с улицы, — спокойно произнёс я. — Так что привыкайте. И не расслабляйтесь.
Аскольд согласно закивал. Уж он-то, с его опытом, точно знал, что с силой приходят новые возможности и уважение.
— Давайте в избу, а то я сейчас вас еще послушаю и устрою внеплановую тренировку вместо отдыха…
А отдых они и вправду заслужили.
— Постойте!
Нас окликнули, когда отряд уже отошел шагов на пятьдесят от стены.
К нам бежал один из магов-огневиков с соседнего участка стены. Весь в саже, в потрёпанном доспехе, с перевязанной головой, он остановился передо мной и едва заметно поклонился.
— Спасибо. Если б не ваши воины, мы бы не уцелели.
Его голос был хриплым после ночи командования, но держался он бодро.
— Вот, возьмите.
Он протянул мне небольшой мешочек, от которого исходило магическое свечение. Отказываться я не стал и принял дар. Внутри лежало несколько оберегов с защитными заклинаниями.
— Моим уже ни к чему, — шмыгнул он носом.
— Как зовут?
— Светозар, — улыбнулся он.
Белые зубы ослепительно сияли на фоне измазанного сажей лица.
— А это… — он ткнул пальцем в лежащего в стороне брата-близнеца, — Святослав.
Удивительная фантазия была у их родителей.
— Максим, — ответил я. — Максим Клинков.
Мы пожали руки.
— Ещё раз спасибо.
Он вновь поклонился, и на этом наша ночная авантюра завершилась. Крепость удивительно быстро приходила в себя.
Из окон соседних домов выглядывали зеваки, да и на улице уже мельтешил народ — словно ничего ночью не произошло. Они находились в сотне метров от стены и с интересом смотрели на телеги и обозы, закованных в броню воинов, колдующие маги и лекарей. Как будто это все было театральным представлением.
Мы беспрепятственно добрались до нашей базы.
Оставшийся день выдался спокойным: отмылись, починили экипировку, наточили клинки. Хотя мне и не терпелось научить бойцов лучше пользоваться хаосом, моей родной энергией, я понимал — нельзя давать всё и сразу. Постоянная череда сражений и испытаний должна иногда прерываться отдыхом.
Более того, я собирался сделать одну важную вещь. Возможно, с опозданием — отряд уже имел толкового проводника. Но раз контракт был заключён, его условия должны быть соблюдены.
Потому я стоял перед каменной фигурой, внутри которой всё ещё был живой человек. Глеб.
— Нам точно нужен этот отброс? — поинтересовался Аскольд.
Он стоял рядом со мной и с сомнением смотрел на статую. Тут же была и пара моряков, на всякий случай. Учитывая клятву, вреда Глеб причинить нам не мог. А вот себе или нашему имуществу — вполне.
В своё время я успел насмотреться на разные откаты от магии, потому рисковать имуществом не хотел.
— Пригодится. Ментальный контракт заключен. Теперь он не враг, а слуга, да ещё и с печатью повиновения. Если его знания и умения будут полезны отряду — пусть служит себе на здоровье. Я его даже нескольким приёмам научу. Без хаоса, конечно. А там — посмотрим.
— Да я так… Интересуюсь, — пожал плечами Аскольд. — Мне, по большому счёту, без разницы. Человеком больше, человеком меньше…
Я достал флакон с зельем, открыл его и щедро полил голову Глеба. Затем поднёс руку к холодному камню и сосредоточился.
Поток маны прошёл сквозь камень и проник внутрь застывшей плоти. Даже с сотворенным мной зельем и опытом по снятию проклятий оставался шанс, что часть тела не вернёт функциональность. Всё-таки Глеб был заточён в камень уже приличное время.
Каменная оболочка начала трескаться. Из разломов взметнулись веера пыли. С треском и глухим стуком мелкие осколки посыпались на землю. Пальцы статуи задвигались, а в глазах медленно появилась ясность.
Изваяние словно медленно обретало жизнь. Камень задрожал и посыпался, словно побелка. Наконец, Глеб застонал. Мышцы напряглись — и он рухнул на землю, задыхаясь и жадно хватая ртом воздух, словно вынырнув из ледяной воды.
— Где…
Его голос был тише шёпота, как лёгкое дуновение ветра. Я бы не услышал его без моего усиленного восприятия. Глеб мелко задрожал. Камень на нём не сошёл до конца — кое-где оставались куски.
— Каменный цветок… — прошептал он.
— Ишь чего… — проворчал Аскольд. — Только очнулся, а ему цветок подавай.
— Могу выделить два… — холодно произнес я. — На могилу.
Глеб едва ли был в состоянии говорить и уж тем более двигаться.
— Хватайте-ка его и тащите к Весне. Пусть поколдует. Что-то плохо с него камень сходит…
Аскольд с моряками утащили его.
А через полчаса одноглазый прибежал ко мне, взмыленный и широко улыбающийся.
— Командир, пошли!
— Что, подох что ли? — спросил я в лоб.
— Не-а. Лучше.
Аскольд оказался прав.
Когда я вошёл в наше медицинское крыло, то сразу же увидел Глеба, накрытого тонкой простынёй. С него сняли толстые слои камня, но он не стал от этого больше похож на человека. Точнее, не стал похож на себя прежнего.
На его руках, шее, груди и лице теперь словно была потрескавшаяся каменная кожа темно-серого цвета.
— Макс, это проклятие! — подскочила ко мне Весна.
— Да, вижу.
Она прижалась ко мне и заглянула двумя горящими изумрудами мне прямо в глаза:
— Можно я немного поковыряю его? Совсем чуть-чуть? Пожа-а-а-алуйста!
Похоже, она впервые видела каменное проклятие. Тот факт, что мне удалось расколдовать Глеба, уже был большим успехом.
— Он двигаться-то хоть может?
— Может-может, — тут же закивала Весна
Её тёмные локоны забавно затряслись. Она смотрела на меня широко раскрытыми, умоляющими глазами — прямо как котёнок.
— Может… не надо… — раздался слабый голос сопротивления Глеба.
— Да делай что хочешь. Я только одну вещь проверю — и он весь твой.
Я отстранился от Весны и обнажил саблю. Глеб судорожно дёрнулся на койке, но было поздно. Я ткнул его прямо в бок.
Раздался звук глухого удара, и клинок завибрировал от отдачи. Это была потрясающая защита.
Я вернул клинок в ножны.
— Командир, может, прозвище дадим? — поинтересовался Аскольд.
Моряки тут же принялись весело предлагать варианты:
— Каменнокожий?
— Или Каменнобокий…
— Не хочу… — простонал Глеб.
Природная защита. За такой дар многие волшебники и воины заплатили бы очень дорого. А тут маг Адепт получает вот такую способность…
Да, не всё его тело было покрыто защитой. Например, глаза и органы чувств оставались уязвимыми. Нужно было проверить, выдержит ли каменная кожа магию, но в остальном Глеб через проклятье получил необычный дар.
— Аскольд, возьмись-ка за его тренировки, да так, чтоб двигался не хуже моряков. Методы — на твоё усмотрение.
Аскольд хищно оскалился.
— Это можно. Ну что, жадюга несчастный… Сделаем из тебя боевого мага!
На следующий день я отправил весточку Серёге с Ирой. Володины были на данный момент единственным союзным родом, поэтому я рассчитывал, что они согласятся предоставить нам свою тренировочную площадку. Двор перед избой явно не позволял как следует разгуляться и полноценно отрабатывать заклинания.
Ответ пришёл быстро. Уже днём Владимир постучал в дверь нашей избы. Мы быстро собрали снаряжение и отправились в особняк Володиных.
Ещё на подходе я заметил магические вспышки над территорией усадьбы. Когда мы вошли внутрь, стало ясно — внутренний двор укреплённого особняка превратился в настоящий полигон. Здесь тренировались не только члены Родовой стражи, но и отряды менее опытных бойцов.
— Ратибора сегодня нет, — предупредил Владимир, — но ребята будут рады вас видеть. Вам подготовили площадку за главным домом — там вам будет сподручнее.
Он заговорщически подмигнул мне.
В этот момент с дальнего края двора раздался оглушительный взрыв, поднявший столб пыли у бараков.
— Твою ж мать… — Владимир раздражённо покачал головой. — Не судьба мне вас проводить, сначала придётся разобраться с этими болванами.
— Ничего, — улыбнулся я. — Я здесь не первый раз.
За главным домом действительно обнаружилась небольшая тренировочная площадка, укрытая защитным пологом. Серёга разминался в центре, а Ира отрабатывала стрельбу по мишеням. Их лица засияли, когда они увидели меня с отрядом.
Мы обменялись приветствиями. Володины не могли скрыть радости, наперебой расспрашивая о наших последних приключениях.
— Смотрел в глаза василиска?
Ира с открытым ртом и детским восторгом слушала наши рассказы.
— Было дело, — смущённо буркнул Аскольд.
— Скорее сидел на пеньке, — усмехнулся я, — а потом сполз на землю…
— Командир, подробности были не обязательны!
— Обязательны! Куда же без них?
Пока мы общались, хаоситы начали разминку.
— А каких монстров видели в прошлый штурм? — спросила Ира.
— Всяких, — отозвался Аскольд. — Ящеропсов, лягушек, змей, хищных птиц.
— А вот сиринов у нас не было, — задумчиво добавил я.
Серёга с Ирой переглянулись и поманили меня за собой.
— Макс, у нас тоже есть новости, — начал говорить Серёга, когда мы отошли.
— Слушаю.
— Отец отправлял разведотряд, чтобы выяснить, что стоит за осадой. Они не вернулись.
— До штурма или после?
— После. У них были магические обереги для отслеживания… Эти обереги до сих пор посылают сигнал.
Я внимательно взглянул на Володиных — оба были бледны как снег.
— В чём дело?
— Во время вчерашней осады обереги показывали, — продолжил Серёга, — что люди должны были быть у Выкречи.
— Но тел никто не нашёл, — закончила за брата Ира. — Обереги… они были у стаи сиринов у главных ворот. Будто вплавлены в их тела.
Сирины размножаются как птицы, высиживают яйца… Но чтобы они могли создавать новых особей?
— Может, — предположил я, — использовали обереги как приманку?
— У меня друг пропал… Рыжий — грустно произнёс Серёга. — Я нашёл его медальон в твари с рыжими перьями.
Это ещё ничего не доказывало, но мысленную пометку я сделал.
— Не загоняйтесь, — успокоил я их. — Может быть совпадение. Давайте-ка я лучше научу вас парочке приёмов. Вопрос с сиринами решу — даю слово.
Ребят немного отпустило, когда они услышали мои слова.
Следующие несколько дней мы провели в особняке Володиных. Наша площадка за главным домом, скрытая от посторонних глаз, идеально подходила для тренировок. Здесь можно было в полную силу использовать магию хаоса.
— Хаос — это не только разрушение, но и созидание, — объяснял я воинам. — Если вы сможете обратить ману в жёсткую форму, получите устойчивый щит, подобный моему Доспеху хаоса.
Я взмахнул рукой — доспех как живой перетек к моим пальцам, превратившись в щит.
— Вот так.
Аскольд первым попытался повторить, но вместо барьера у него получилось вызвать лишь столп ослепительных искр.
— Еще раз! — скомандовал я. — Сфокусируйся.
Мы тренировались часами, пока бойцы не начали осваивать новые техники. Даже Володины, не владеющие хаосом, смогли отработать стратегию против воздушных противников — использование барьеров в сочетании с ударными атаками.
Особое внимание я уделил базовой технике перемещения — Рывку. Для Рывка нужно было наполнить тело хаотической энергией, правильно распределить её по каналам и буквально взорвать изнутри. Это позволяло увеличить скорость и мощность рывка, чтобы сократить дистанцию или избежать атаки противника. Наполнять собственное оружие энергией они уже научились.
Мобильность — это база для любого воина среднего и высокого ранга, и большой задел на будущее. Ведь когда-то им придется сражаться не только с монстрами, но и с магами. А к ним еще нужно подобраться.
Следующим этапом стало использование внепредметных атак — перенос собственной маны наружу. Мы тренировались день и ночь, частенько оставаясь на ночлег у Володиных в гостевом доме. Серёга с Ирой почти всё время проводили с нами — тренировались, ели, общались. Было видно, что они соскучились по отряду.
Одной магии было мало. Бойцы усиленно тренировались физически, изучали слабые места монстров, анализировали прошедшие схватки — как с тварями, так и с людьми. Не обошлось и без тренировочных дуэлей.
Весна научилась новому защитному заклинанию под названием Кокон — хаотическая энергия, подобная её лозе, охватывала одного человека или группу людей, защищая от атак.
С ней вообще случилась интересная ситуация. Будучи самоучкой, она не очень хорошо осваивала новые заклинания, зато отлично адаптировала старые. Так у неё появилось устрашающее оружие — её защитный Частокол превратился в Град Хаоса.
Площадное заклинание, где множество выбросов маны в виде кольев вбивалось в землю, взрываясь смертоносными осколками. Это было жуткое сочетание её друидской натуры с хаосом. Впрочем, она, как и Иван, смогла освоить ещё несколько полезных заклинаний.
За эти несколько дней бойцы стали действовать слаженнее. Вот только расслабляться было нельзя — дни шли, а город подвергался новым атакам. Монстры действовали осторожнее, чем в наш первый штурм.
Группы тварей бились в разные участки стены, словно проверяя их на прочность, но не переходя в полноценный штурм. Разведка боем, не иначе.
Всё чаще я слышал в городе тревожный шепот и видел беспокойные лица — не только у горожан, но и у солдат и стражи. Что-то явно назревало за стенами. И каждый новый день я все чаще ловил себя на мысли, что чувствую что-то неладное, как холодный ветерок по спине в штиль.
За двенадцать дней мы ещё дважды защищали стену — это были отличные возможности протестировать всё, выученное на тренировках. И бойцы меня не подвели.
За всё это время я так и не застал Ратибора дома. Даже Владимир частенько пропадал, хотя тренировки с бойцами были одной из его обязанностей. И вот в один из вечеров именно Владимир нашёл меня, когда я задержался на тренировочной площадке.
— Максим, Ратибор хочет поговорить.
Я вытер лицо полотенцем и бросил его на скамейку.
— Веди.
Владимир провел меня в кабинет Ратибора. Глава Рода Володиных сидел за столом. Его лицо чем-то напоминало его выражение, когда мы обсуждали сиринов в первый раз — усталое и бледное. Как будто он не спал уже несколько дней.
— Рад тебя видеть, — поприветствовал меня Ратибор.
— Взаимно.
Я сел за стол напротив него. Ратибор махнул рукой и нас накрыл магический полог.
— Не буду тянуть. За последние десять дней за стены было направлено четыре разведывательных группы. Как моего Рода, так и от остальных. Вот только ни одна из групп не вернулась.
Ратибор начал тереть виски круговыми движениями пальцев.
— Воины четырех звезд, Адепты, проводники. И не простые, а Родовые. Не все, конечно, но многие пытались разгадать загадку с осадой. Караваев обещал награду, крупную, да и я сам своих тоже замотивировал как следует. И не помогло. Ни единого человека не вернулось, понимаешь?
— Что ты предлагаешь? — спокойно спросил я.
Ратибор откинулся на спинку стула.
— У Коменданта есть план. Он собирается отправить в вылазку объединенную группу разведчиков, чтобы выяснить, что происходит за стенами. И с твоими способностями…
— Астахов хочет, чтобы я участвовал?
Ратибор покачал головой.
— Этого хочу я. В группе будет еще один Мастер, воины пяти-шести звезд, Подмастерья… В общем, ударный, но мобильный отряд, способный не только выполнить цель, но и отступить с боем.
Сирины были угрозой для города, вот только и комендант мне другом не был. И вылазка за стены осаждаемого города вполне могла служить ловушкой, даже если основная цель была правдой.
— Со своим отрядом, — продолжил Ратибор, — пойти не получится, там нужны воины не ниже пяти звезд.
Аскольд и Сольвейг подходили.
— Если возьмешься, то наградой город не обидит. Но, за безопасность, сам понимаешь… Ручаться не могу.
Ни одна группа до этого не вернулась — значит они копали в нужном направлении. Родовые воины и маги явно были достаточно хорошо подготовлены, чтобы сгинуть без единого следа.
— В общем, — выдохнул Ратибор. — Плевать на мнение Астахова. Плевать на награды Караваева. Нужно выяснить кто или что стоит за осадой Выкречи. Если не узнаем с чем точно столкнулись — проиграем.
Он решительно смотрел мне в глаза.
— Я хочу, чтобы ты участвовал в этом рейде. Что скажешь?
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
