Командировка в Калахари
Глава 1
Жил на свете глупый человек. Впрочем, он был не глупее других людей, живших на земле. У него был свой дом, гараж и машина. И жена, которая варила ему борщ. А вот звездолёта не было, хотя человек постоянно мечтал улететь куда-нибудь далеко, возможно, даже на другую планету. По утрам он пил горячий кофе и читал газету.
— Что сегодня пишут в газете? — спрашивала жена. Она, конечно, и сама могла прочесть, что там пишут, но очень не любила это делать.
— Пишут, что в Ираке война.
— Ох! Ну, это далеко от нас, — женщина вздохнула с облегчением. — Жалко всех, кто в Ираке живёт. Как странно, почему люди не могут жить мирно? Почему где-то обязательно должна быть война?
— Все войны происходят из-за ресурсов, денег и политики, — ответил мужчина, поправив съехавшие на переносицу очки.
— А что ещё пишут? — снова поинтересовалась женщина. Она всегда полагала, что муж её чрезвычайно умён.
— Ещё пишут про пластиковые отходы, которые загрязняют всю планету. Все знают, что бросать мусор где попало — это плохо, но ничего не меняется. Все так и продолжают мусорить.
— Какой ужас! — покачала головой женщина. — А какие-нибудь хорошие новости есть?
— Да, вот! Китайский миллиардер Чин Чунь открыл предприятие по производству противогазов, которое сильно загрязняет атмосферу. Чтобы дышать чистым воздухом, люди покупают эти противогазы. Ты представляешь, дорогая! Что было бы, если бы он не открыл это предприятие? У людей не было бы противогазов, и весь мир оказался бы под угрозой вымирания. Нам тоже нужно приобрести пару противогазов.
— Не волнуйся, дорогой. Я сегодня же пойду в магазин и куплю для нас противогазы. Всё-таки хорошо, что газеты предупредили нас о загрязнении воздуха. Вот уж никогда бы не подумала, что мы теперь дышим грязным воздухом.
— Да. Самое время приобрести звездолёт, чтобы улететь отсюда подальше. Может быть, даже в другую галактику.
Тут человек посмотрел на часы и вскочил со стула.
— Без четверти девять! — воскликнул он. — Через пятнадцать минут я должен быть на работе. Директор оторвёт мне голову, если я не прибуду вовремя!
Пока мужчина судорожно надевал плащ, жена вынесла в коридор его коричневый кожаный портфель и протянула ключи от машины, а также чёрный зонт.
— Зачем мне зонт? Я же на машине.
— Не забудь шляпу, — напомнила она мужу. — Ты в ней такой солидный.
Он машинально схватил шляпу и портфель, на ходу поцеловал жену и, выскочив из дома, бросился в гараж к машине.
Глава 2
Разумеется, мужчина не прибыл на работу вовремя. На дороге образовался затор из-за большого потока машин, и наш герой в очередной раз посетовал, что не имеет личного звездолёта. Потратив драгоценное время на преодоление пробок, он прибыл на работу с опозданием на час. Но, вопреки ожиданиям, директор вовсе не собирался отрывать ему голову. Он только приказал:
— Принеси мне отчёт о проверке за прошлое полугодие о проведённой проверке качества выпускаемых надувных резиновых шаров на фирме «Воздушные авиарейсы».
— Сию минуту, — ответил человек и скрылся за дверью своего кабинета.
Он работал в статистическом бюро и считал, что делает что-то очень важное. Ему приходилось писать много отчётов и докладов, например: о замерах нор кротов; о том, сколько человек думает, что у бегемота нет талии, и сколько, наоборот, полагают, что талия у бегемота есть; или сколько человек согласны спрыгнуть с моста, и о многом другом.
— Где же этот отчёт? — Человек судорожно искал среди множества документов тот, который запрашивал директор.
Наконец он нашёл то, что искал, у себя на столе и без промедления отправился к директору.
— Вот отчёт, — мужчина протянул увесистую папку.
Директор только рукой махнул.
— Отнеси этот отчёт в пятый кабинет, — сказал он. — Пусть они рассчитают на основе результатов проверок среднее количество произведённых надувных шаров. Это очень важно. А ты, дружочек, пакуй чемоданы и отправляйся в командировку. Вот тебе билет в один конец, поезжай с важнейшей миссией в пустыню Калахари. Там нужен толковый статистик. Если вопросов нет, аудиенция окончена.
Человек был в сильном замешательстве. У него было очень много вопросов, поэтому он робко залепетал:
— Прошу прощения, конечно. Я искренне извиняюсь перед вами. У меня, собственно, сущие пустяки, но мне бы хотелось... Я хотел спросить.
— Что у тебя ещё? — рявкнул директор. — Спрашивай, если хочешь что-то узнать.
— Мне непонятно. А почему билет в один конец?
— Что тут может быть непонятного? Это значит, что отъезд запланирован, а возврат не предусмотрен. Всё на этом?
— Извините, а что я должен делать в пустыне Калахари?
— Я разве не сказал? Хм, странно. Ты, дружок, должен вести статистику тушканчиков. Количество тушканчиков, бегающих по пустыне, волнует и будоражит многие великие умы в настоящее время. Не думай, что считать тушканчиков так-то легко, но ты вполне толковый специалист, поэтому я верю, что именно ты справишься.
От похвалы начальства сотрудник слегка покраснел.
— Спасибо за столь высокое доверие, — поблагодарил он.
— Ну, раз все вопросы исчерпаны, идите и выполняйте свои прямые обязанности. Не будем тратить драгоценное время попусту. Всего доброго!
У него оставалось много вопросов: как долго он должен вести подсчёт, где в пустыне можно приобрести обратный билет, а также будут ли там другие специалисты или ему придётся работать в одиночку?
Но он не стал пререкаться с директором, только ответил:
— Да, да. Зачем же тратить драгоценное время? И вам тоже всего самого доброго!
А сам подумал: «Пожалуй, лучше разберусь со всем этим на месте».
И, развернувшись, покинул кабинет.
Глава 3
Тем временем дома жена уже сварила ставший традиционным в их семье борщ. Она также пожарила котлетки и в ожидании возвращения мужа с работы принялась разгадывать кроссворд.
Она сходила в магазин и, как планировала, купила два противогаза из суперпрочной резины. Один из них был даже украшен небольшими стразами.
— Что испекла баба деду, после того как они по сусекам поскребли, по амбарам помели? Семь букв, — прочитала задание женщина. — Господи! Что можно из этого испечь? Может быть, курабье? По количеству букв вроде подходит. Для курабье нужны мука и яйца, а здесь того, что поскребли и помели, недостаточно.
В этот момент вернулся с работы муж. Она отложила журнал с кроссвордом в сторону.
— Дорогая! Я ужасно голоден, и у нас мало времени! — с порога сообщил мужчина. — Этим вечером, с последним поездом, я должен ехать в командировку. В пустыню Калахари. Я должен провести там подсчёт тушканчиков. Вот билет на поезд.
— В командировку? — женщина явно расстроилась.
— Ну да! А почему ты вдруг стала грустной?
— Потому что командировки ничем хорошим не заканчиваются. Мужчины встречают ветреных женщин в этих командировках, крутят с ними романы, а по возвращении домой разводятся с жёнами, заявляя, что полюбили других.
Мужчина был явно удивлён столь глубокой осведомлённостью своей жены в вопросах командировок.
— Откуда у тебя такие мысли? — спросил он. — Какие женщины в пустыне? Я еду считать тушканчиков!
— Можно подумать, что в пустыне вообще нет женщин! Да и, если хочешь знать, женщины — они везде и повсюду. Обещай мне, что будешь остерегаться каких-либо романов на стороне и будешь думать только обо мне.
— Клянусь, я буду думать о тебе, только о тебе, дорогая!
— Вот так, славненько. А теперь марш на кухню, не забудь помыть руки с мылом перед едой, — скомандовала женщина. — Иначе, сам знаешь, какие последствия могут быть. Сегодня опять по радио говорили, что по городу гуляет кишечная палочка. Опасные бактерии повсюду подстерегают нас.
Мужчина послушно вымыл руки и сел за стол. Он взял ложку в ожидании борща.
— Вот! Горячий, с пылу, с жару, — жена поставила перед мужем тарелку, до краёв наполненную борщом. — А ещё котлетки есть.
— Нет. Заверни их. Я котлетки с собой в дорогу возьму.
Он с большим аппетитом принялся за еду. Когда тарелка оказалась пустой, человек попросил добавки.
Время пролетело незаметно, настал час расставания.
— Ну, всё! Мне пора, — сказал он.
— Уже пора? — женщина грустно посмотрела на часы. — Действительно пора. Я всё собрала тебе в чемодан и рюкзачок. В чемодане вещи, в рюкзаке продукты, вода. Смотри не перепутай! Я слышала, что в пустыне воды совсем мало или вовсе нет, поэтому положила пятилитровую бутылку.
— Спасибо, дорогая.
— А когда ты вернёшься?
— Не знаю. Мне дали билет в один конец. Дальше я должен действовать по обстоятельствам.
— Тогда пиши мне письма. Обязательно пиши, я буду ждать.
— Хорошо, — ответил человек и снова повторил: «Мне пора».
Затем они обнялись, задержавшись в объятиях на несколько секунд. Человек поцеловал жену. Он уже приготовился уходить, когда она неожиданно снова спросила:
— Дорогой, а ты случайно не знаешь, что испекла бабка деду? Слово из семи букв.
— Она испекла ему пирожок. Пирожок с капустой, — ответил человек совершенно серьёзно и, взяв чемодан, вышел за дверь.
Глава 4
Мужчина прибыл на перрон за тридцать минут до отправления поезда. У вагона стоял проводник довольно плотного телосложения с густыми усами. Человек предъявил ему свой билет.
— Так-с, посмотрим! Что у нас тут? — проводник внимательно посмотрел на пассажира, затем на билет и поводил рукой по усам. — Пункт назначения — пустыня Калахари. У вас одиннадцатое место, можете проходить.
Мужчина зашёл с багажом в вагон, но тут же вышел.
— Извините, — сказал он. — Вероятно, это какая-то ошибка. У меня в билете указано, что вагон — купе. А этот вагон — плацкартный.
— Так-с, сейчас разберёмся, — спокойно ответил проводник. — Где ваш билет?
Человек снова протянул ему свой билет.
— Верно. Указано, что купе. Хм!
После этого проводник достал из кармана пиджака химический карандаш, слегка смочил его языком и вывел поверх буквы "К" жирную букву "П".
— Теперь всё в порядке. Можете проходить в вагон, — сказал он.
— То есть как «могу проходить»? За билет заплачено как за купе! А вы мне предлагаете какой-то плацкарт? Это просто возмутительно!
Но проводник оставался совершенно спокойным. Он повернулся всем корпусом в сторону человека и тоном, не терпящим возражений, произнёс:
— Бунтовать вздумали? Стыдно должно быть, гражданин. Что это за капризы такие? Вам предоставили чистый и тёплый вагон, а вы ещё чем-то недовольны!
— Но... но это несправедливо! — пытался возразить мужчина.
— Гражданин! Вы мешаете работе проводника. Прекратите немедленно свои протесты, или я позову полицию. Вас задержат по подозрению в нахождении в нетрезвом состоянии, и тогда, вместо пустыни Калахари, вы окажетесь в другом месте до выяснения личности.
— Я не пил!
— Вот и прекратите вести себя, будто вы пьяны. Идите, размещайте свой багаж, мы скоро отправляемся.
Человек был интеллигентным, добропорядочным гражданином. Он не любил разного рода скандалов или пререканий, поэтому со словами: «Это чёрт знает что!», предпочёл ретироваться в вагон. Разместив чемодан и рюкзак, мужчина окончательно успокоился, подумав: «В конце концов, не столь важно плацкарт это или купе, если вагон действительно чистый и тёплый. В любом случае, важен результат действия. А результат, в данном случае, может быть один. Я должен доехать до пункта назначения».
Глава 5
Оставалось не более десяти минут до отправления поезда, когда в вагон зашёл высокий дядька, с рыжей бородой и гитарой за спиной. Он выглядел как могучий богатырь, но был одет в нелепый синий вязаный свитер с орнаментом из скачущих оленей.
— Здорово, попутчик! — раздался его громогласный голос.
Он явно обращался к нашему герою, поскольку никого другого поблизости просто не было.
— Здравствуйте, — ответил тот.
— Я — геолог, — представился незнакомец после того, как быстро разместил свои вещи на местах и бросил гитару на свою полку.
— Очень приятно. Я — статистик, — вежливо ответил собеседник и, немного подумав, добавил:
— Высококвалифицированный.
— А! Само собой разумеется, высококвалифицированный. Я тоже не абы какой геолог. Минералы искать приходится, металлы, камни — опять же. В недрах Земли много всякого добра лежит.
После этого, дядька энергично подхватил гитару и, ударив по струнам, запел:
— Когда я на почте служил ямщиком,
Ко мне подошёл косматый геолог
И, глядя на карту на белой стене,
Он усмехнулся мне.
Он рассказал, как плачет тайга;
Без мужика она одинока.
Нету на почте у них ямщика —
Значит, нам туда дорога,
Значит, нам туда дорога!
— А вы куда едете? — спросил геолог, также быстро закончив петь, как и начал.
— В пустыню Калахари.
— В пустыню?! Зачем? Там же ничего нет, кроме песка.
— Мне нужно рассчитать, сколько тушканчиков бегает в среднем по пустыне.
— Разрази меня гром, если это серьёзно! — и дядька принялся хохотать; сквозь смех он произнёс:
— Впервые вижу такого чудака! Ой, не могу! Ха-ха! Тушканчики, ха-ха-ха! Какая идея — считать тушканчиков!
— Это не идея, это работа.
Человек абсолютно не понимал причину веселья своего соседа. Он застелил постель и лёг, отвернувшись к стенке.
— Не обижайся, попутчик, — сказал дядька, закончив смеяться. — Если бы кто-то платил деньги за тушканчиков, возможно, я тоже тогда отправился бы их считать.
Человек не чувствовал никакой обиды на соседа с рыжей бородой, но поворачиваться к нему не стал, а только спросил:
— Может быть, вы теперь расскажете, куда едете сами?
Снова заиграла гитара, и мужчина услышал:
— А я еду, а я еду за туманом,
За мечтами и за запахом тайги.
— На этом концерт окончен! — объявил проводник. — Бременские музыканты до утра уважают чуткий сон других пассажиров!
Геолог послушно отложил гитару в сторону.
— Ничего не поделаешь, начальник сказал — нужно спать, — произнёс он. — Спокойной ночи, статистик!
— Спокойной ночи, — ответил человек.
Долго ворочаться ему не пришлось, и довольно скоро он погрузился в царство Морфея.
Глава 6
Проснулся человек от того, что кто-то трепал его за ногу. Этот кто-то оказался геологом.
— Там проводник чай готовит для всех желающих, — сказал он. — Я подумал: «Кто рано встаёт, тому Бог подаёт». С добрым утром!
— Доброе утро! — вежливо ответил мужчина. — Спасибо, что разбудили.
— Да ладно! Мне это не трудно было сделать.
— А кофе проводник тоже готовит? Я по утрам кофе пью.
— Это тебе, брат, у самого проводника нужно спрашивать.
Человек быстро надел шлёпанцы и направился туда, где находился проводник.
— Извините. Мне сосед сказал, что вы готовите чай для желающих.
— Совершенно верно, — отозвался проводник, не отрываясь от своего занятия.
— А можно мне кофе? Я по утрам кофе пью.
— У нас исключительно чай.
Немного поразмыслив, человек согласился:
— Хорошо, тогда чай. А какой чай у вас есть?
— У нас чай чёрный, чай с лимоном, чай с сахаром, чай без сахара, чай с бергамотом.
— Если можно, чай с бергамотом, пожалуйста. И булочку.
— Все булочки — в вагоне-ресторане.
С очень важным видом занятого человека проводник приступил к завариванию чая с бергамотом. Сделать это было совсем нетрудно. Достаточно было положить пакетик с заваркой в стакан, залить кипятком и дать настояться три-пять минут.
Поэтому наш герой довольно скоро смог насладиться горячим чаем.
— А вы не подскажете, как долго ещё ехать до пустыни?
— Неделю, не меньше, — ответил проводник.
— Как?! Как неделю?
— Ну да. Пока всех развезём, кому куда надо. Пустыня — последняя в списке пунктов назначения.
— Ой! Как долго, — посетовал человек. — Почему обязательно всех нужно развозить? Это же поезд, а не такси.
— Так положено по плану и по расписанию.
— Ах! По плану, — вздохнул мужчина. — Ну да, конечно. А у меня ещё один маленький вопрос. У вас есть свежие утренние газеты? Я по утрам всегда газеты читаю.
Проводник начал раздражаться. Этот человек ему порядком надоел, поэтому он ответил крайне грубо:
— Гражданин! Это поезд, а не типография. Об утренних газетах нужно было позаботиться с вечера, чтобы приобрести их в надлежащем месте.
«Какой пренеприятный этот проводник, — подумал человек, возвращаясь на своё место. — Нервный такой. Прямо ничего у него не спросить».
Геолог в весёлом расположении духа играл на гитаре какой-то озорной мотивчик. Увидев нашего героя, он сменил музыку и запел:
— Горячее солнце. Горячий песок,
Горячие губы — воды бы глоток.
В горячей пустыне не видно следа,
Скажи, караванщик: «Когда же вода?»
Учкудук! Три колодца!
Защити, защити нас от солнца.
Ты в пустыне — спасительный круг,
Учкудук.
Но человек не разделил столь оптимистичного настроя.
— Звездолёт. Мне срочно нужен звездолёт.
— Чего? — геолог даже слегка присвистнул. — Ну ты, брат, не перестаёшь меня удивлять. Звездолёт-то тебе зачем понадобился?
— До пустыни мне ехать на поезде не меньше недели. Если бы у меня был звездолёт, то через час я был бы в нужном месте и уже приступил к своей работе, — мужчина с тоской посмотрел в окно поезда на проносящиеся мимо деревья.
— Всего и дел-то? — собеседник даже ухмыльнулся в бороду. — Подумаешь, велика беда — прибыть на место через неделю. Отдыхай пока, природой из окна наслаждайся.
И геолог затянул новую песню:
— Как прекрасен этот мир, посмотри!
Как прекрасен этот мир!
Так они и продолжили поездку: ворчливый проводник, оптимистичный геолог и человек, мечтающий о звездолёте.
Глава 7
Стучат по рельсам колёса, мчится поезд. На Урале вышла часть пассажиров, радостных в связи с благополучным прибытием. Остальные продолжили поездку с деловито-скучающим видом.
— Вот, мои владения начинаются, — с гордостью произнёс геолог. — Сибирь! Таёжный край. Тут тебе и пушнина. Тут тебе и самородки. Кедр — могучий красавец!
— А это не опасно? — спросил собеседник.
— Конечно, опасно! Ещё как опасно. Сибирь — она не для слабых ботаников, Сибирь для сильных мужиков! Вроде нас с тобой, — геолог показал пальцем на себя и на собеседника.
— Спасибо. Спасибо за комплимент, — мужчина даже слегка засмущался от такого сравнения.
— Ну! Пора мне собираться на выход. Ты, статистик, не поминай меня лихом.
— Что вы, что вы. Зачем я вас лихом буду вспоминать? Нет, конечно.
— Тогда бывай! Удачно тебе тушканчиков пересчитать. И порадовать своими подсчётами всех, кого волнует этот вопрос, — затем геолог крепко пожал руку статистику, слегка обнял его и, подхватив гитару вместе со всем багажом, зашагал к выходу, не оборачиваясь.
Когда поезд остановился на какой-то небольшой станции, погода за окном разбушевалась. Лил проливной дождь, ветер клонил к земле даже большие деревья. Но геолог бесстрашно вышел из вагона с песней:
«Ревела буря, дождь шумел,
Во мраке молнии блистали,
И непрерывно гром гремел,
И ветры в дебрях бушевали».
Он словно растворился в пелене дождя.
Больше желающих сойти на этой станции в такую непогоду не оказалось, и оставшиеся пассажиры продолжили путь.
Это было необычное, даже странное путешествие. Дальше весь состав вместо того, чтобы привычно продолжить путь по суровому таёжному краю, неожиданно повернул на юг, направляясь к морю. По мере того как море становилось всё ближе, люди начинали готовиться к выходу, надевая купальники и соломенные шляпки. Они надували резиновые матрасики или круги для плавания.
Только наш герой совершенно не разделял общего приподнятого настроения и не участвовал в нём. Поэтому, когда поезд прибыл наконец к долгожданному морю, в вагоне остался только один человек.
— А что, коллега, может быть, по пивку? — предложил машинист проводнику.
— По какому пивку? У нас с тобой работа ещё не закончилась, — заворчал тот в ответ.
— Разве?
— Нам с тобой ещё одного чудака нужно отвезти в пустыню Калахари. Вон он! В вагоне сидит.
— Тьфу ты! Зачем ему туда понадобилось? Там же ничего нет! Один песок вокруг.
— Вот, ты его об этом и спроси. Он с самого начала передо мной привередничает: то ему купейный вагон подавай, то газеты утренние вместе с кофе.
Машинист, раздосадованный, махнул рукой.
— Ладно. Значит, пиво временно отменяется, — сказал он, возвращаясь на своё рабочее место.
Поезд тронулся дальше с единственным пассажиром в вагоне.
Глава 8
От моря до пустыни было гораздо ближе, чем от Сибири до южного моря. Поэтому поездка заняла не так много времени. С каждым часом расстояние до пустыни заметно сокращалось, и в вагоне становилось жарче.
Вскоре человек увидел за окном песчаные барханы.
— Слава Богу! Доехали, — только и успел сказать наш герой, как поезд неожиданно затормозил.
Пытаясь рассмотреть, в чём причина остановки, человек наполовину высунулся из окна. Он увидел, как машинист выбрался из тепловоза, прошёл до вагона, где находился проводник, и, оставаясь снаружи, громко объявил:
— Всё! Поезд дальше следовать не может. Рельсы занесло песком после песчаной бури.
— То есть как не может? — человек втиснулся обратно и взволнованно посмотрел на молчаливо стоявшего в сторонке проводника. — Может быть, всё-таки как-то возможно добраться до станции?
— Может быть, как-то и возможно, но точно не на поезде. Там дорогу расчищать — работа для целой бригады на месяц! — снова раздался голос машиниста. — Возвращаться надо.
— Нельзя мне возвращаться, у меня командировка в Калахари. Я должен выполнить задание.
— Ну, больше ничем помочь мы не в силах. Мы возвращаемся.
С этими словами, посчитав, что сказал достаточно, машинист развернулся и ушёл в кабину.
Долго собирать вещи человеку не пришлось. Он принял твёрдое решение во что бы то ни стало продолжить экспедицию и добросовестно выполнить возложенную на него задачу. Только перед самым выходом мужчина спросил:
— А вы не знаете, это зыбучие пески?
— Откуда мне знать? — у проводника даже глаза округлились от негодования. — Я что, хожу по этим пескам? Мы вообще приехали сюда впервые. Если бы не этот ваш билет!
— Извините, — едва слышно произнёс человек.
Мужчина был так сильно расстроен, что проводнику стало немного неловко из-за своего грубого обращения, и он сказал уже более дружелюбно:
— Да ладно! Что мы? Не люди, что ли? Но я, правда, почти ничего не знаю о пустынях.
— Тогда до свидания и спасибо, что доставили меня сюда.
— Пожалуйста. Вам тоже всего доброго! — ответил проводник. Потом он засуетился с подсчётом использованного постельного белья, уже забыв о своём последнем пассажире.
Машинист тепловоза одним гудком оповестил об отправлении. Весь состав медленно, задним ходом, начал движение в обратную сторону.
Человек стоял неподалёку и наблюдал, как поезд уезжает.
Когда вагоны вместе с тепловозом, достигнув горизонта, слились в одну точку, а затем даже эта маленькая точка исчезла из вида, наш герой остался совсем один.
С глубоким вздохом человек собрал всё своё имущество и, взвалив его на плечи, побрёл в неизвестном направлении, надеясь дойти до какого-то места, где могут находиться люди.
Глава 9
Мужчина уже сбился со счёта, сколько дней он блуждал по пустыне. Весь вид его был измучен жарой и жаждой. Солнце беспощадно палило днём, песок раскалялся, и становилось просто невыносимо. Но наш герой продолжал упорно двигаться вперёд, теряя всё больше сил день ото дня.
За время всего пути он так и не увидел ни одного тушканчика.
«Куда? Куда эти маленькие пройдохи попрятались?» — подумал человек в очередной раз.
Хотя мысли его начинали путаться, ему уже совсем не хотелось ни о чём думать, а лишь безумно хотелось пить.
Пять литров воды, которые положила ему жена, давным-давно закончились. Пустая пластиковая бутылка затерялась где-то в песках.
«Люди! Да где же вы? Чёрт вас дери! — это были мысли отчаяния. — Я скоро сам испекусь, как пирожок. О, Господи! Помоги мне! Я так не хочу умирать».
И в столь критический момент, статистик вдруг заметил какое-то движение вдалеке перед собой. От неожиданности он остановился и начал пристально всматриваться, стараясь рассмотреть объект получше.
«Показалось? Неужели только показалось? Или это мираж? Или пустыня играет со мной злую шутку?» — человек готов был расплакаться.
Но вот впереди снова что-то появилось. Это были два силуэта: верблюд с погонщиком. Они двигались навстречу.
Мужчина бросил чемодан и почти пустой рюкзак на песок. Пытаясь крикнуть «Эге-гей!», он из последних сил стал размахивать руками. В горле настолько пересохло, что крика не получилось.
Погонщик тоже заметил впереди размахивающего руками человека. На короткое время он остановился. Но затем, словно приняв важное решение, продолжил путь навстречу незнакомцу.
Когда погонщик с верблюдом были уже совсем близко и смертельная опасность миновала, человек неожиданно рухнул на песок. Он потерял сознание.
Глава 10
— Ассаламу алейкум! — это первое, что услышал мужчина, когда пришёл в себя.
— Что? — едва слышно спросил он.
— Приветствую тебя, дорогой, — погонщик говорил с восточным акцентом.
— Здравствуйте. Где я?
— В пустыне, конечно.
— А! Пустыня Калахари.
— Почему Калахари? Нет. Это пустыня Батпайсагыр.
— Как это — Батпайсагыр? Мне нужно в Калахари, у меня командировка и билет.
— Да будет тебе известно, достопочтенный, что пустыня Калахари находится далеко-далеко, в Африке. А здесь — пустыня Батпайсагыр.
— А зачем же они меня сюда на поезде привезли?
— Э, дорогой! Наверное, кто-то очень зло над тобой пошутил, — погонщик с сочувствием посмотрел на мужчину. — Но ты не расстраивайся, дорогой. Я тебе помогу. Давай знакомиться. Я акын — поэт и певец.
— Очень приятно. Я статистик. Просто статистик.
Человек был явно расстроен и отвечал скорее по инерции, не задумываясь над словами.
— Эй! Не расстраивайся. Посмотри на ситуацию по-другому: ты здесь теперь не один, ты нашёл меня, а я нашёл тебя. Значит, скоро вернёшься домой, будешь жену обнимать. Всё хорошо будет!
Мужчина только головой кивал в ответ, сидя на песке.
Погонщик, продолжая что-то говорить, поднял чемодан и погрузил его на верблюда, старательно закрепив верёвками.
— Вот, совсем хорошо, — сказал он, когда закончил работу. — Надо продолжать путь. Мы должны идти, достопочтенный статистик.
— Мне бы водички. Так печёт, спасу нет.
Акын протянул бурдюк с водой, и человек смог сделать несколько глотков.
— Спасибо, — произнёс он, возвращая живительную влагу хозяину и поднимаясь с песка. — Мне кажется, теперь я, пожалуй, смогу идти.
И они продолжили путь, но уже вдвоём.
Акын оказался на редкость говорливым попутчиком. Всю дорогу он декламировал стихи собственного сочинения.
Акын оказался на редкость говорливым попутчиком. Всю дорогу он рассказывал стихи собственного сочинения.
«Вероятно, я у него первый слушатель за всю его творческую деятельность», — подумал человек, шагая рядом с верблюдом.
Вечером они сделали привал и начали готовиться к ночлегу. Насобирав вокруг сухих колючек, палочек и веточек, погонщик развёл маленький костёр. Он заварил чай из чабреца, который был у него в поклаже.
— Почему вы помогаете мне? — спросил спутник, когда оба спокойно сидели у костра и пили чай. — У меня нет даже денег, чтобы хоть как-то вас отблагодарить за всё, что вы делаете для меня.
— Когда я был ещё мальчишкой, мой дед учил меня: «Никогда не будь как шайтан. Если кому-то плохо, не проходи мимо, помоги ему. И тогда душа твоя будет спокойной и светлой. Добро всегда возвращается добром. А зло порождает ещё большее зло». Я запомнил всё, чему учил меня дед, и теперь пришло время проверить, как я усвоил урок. А деньги... скажи, зачем они мне в пустыне? Разве что мой «корабль пустыни» отремонтировать?
— Какой «корабль пустыни»?
— Мой верблюд.
— А что с ним?
— Иногда он упрямится, не хочет идти.
— А! — рассмеялся статистик. — Значит, у него упрямый характер.
Вокруг давно стемнело. Акын взял в руки домбру.
— Так хорошо на душе и светло, что душа моя поёт, — сказал он.
Акын сначала заиграл нежную восточную мелодию, потом стал подпевать: «А-а-а-а».
Голос его с низких нот переходил на высокие, потом плавно возвращался к низким. Слушая дивное пение, человек незаметно для себя уснул.
Глава 11
Погонщик разбудил нашего героя с первыми лучами солнца.
— Пора, достопочтенный, — сказал он. — Сегодня нас ждёт долгая дорога по величественным пескам.
Человек открыл глаза, затем приподнялся, сел и потянулся. Позавтракав тремя сушёными финиками, они снова отправились в путь.
— Какая странная песня вчера прозвучала, — заметил мужчина. — Совсем без слов.
— Да, друг мой, — кивнул погонщик. — Когда душа поёт, слова не нужны. И так понятно, счастлива она или страдает.
— А почему вы в пустыне? Что вы здесь делаете?
— Это моя родина, я здесь живу. Я странствую по пустыне, как странствовали мой отец и дед. А после меня будут странствовать мой сын и мои внуки.
— У вас есть сын?
— Нет. Но будет.
— И вам никогда не хотелось уйти из этих мест?
Погонщик удивился такому вопросу. Он об этом даже не задумывался, поэтому спросил:
— Куда?
— Ну, не знаю, — растерялся мужчина. — Туда, где лучше, чем здесь. Я, например, мечтаю купить звездолёт и улететь далеко! На другую планету.
— А зачем? Тебя кто-то там ждёт?
— Нет, — покачал головой человек. — Никто не ждёт. Но это такая мечта.
— Она красивая?
— Кто?
— Планета, на которую ты мечтаешь улететь.
— Не знаю. Я никогда её не видел.
— Тогда это глупая мечта. Зачем лететь неизвестно куда, где тебя никто не ждёт? У тебя, достопочтенный, уже есть планета. Это прекрасная планета, на которой есть всё, что тебе нужно: воздух, вода, почва, растения, животные. Здесь всё есть. Нужно только беречь то, что планета даёт. Я считаю, что не нужно никуда улетать, чтобы хорошо жить. Посмотри, дорогой, как красиво вокруг.
Человек послушно окинул взглядом окружающую местность, но увидел только бесконечный песок.
«Ну, это кому как», — подумал он, а вслух произнёс:
— Мне бы воды. Пить очень хочется.
После того как человек напился, акын запел песню, слегка переделав мотив на восточный манер:
— Живи, земля, живи, земля!
И вы поймите, люди,
Другой земли, другой земли,
Другой земли не будет.
Из тысячи планет — такой зелёной нет!
Из тысячи планет — такой прекрасной нет!
Дослушав песню до конца и похвалив певца, мужчина поинтересовался, почему не видно тушканчиков и не странно ли это.
— Ах, достопочтенный! Их давным-давно не видно по всей пустыне. Раньше люди ловили тушканчиков, чтобы продавать в магазинах. Люди всех ловят, чтобы потом продать. Даже змей и варанов ловят. Всех переловили. Пусто стало в пустыне. Только я да мой верблюд странствуем по пескам.
— Как такое возможно? — удивился человек. — Тушканчиков же должно быть много. Как можно их всех переловить?
— Абсолютно всё имеет предел, дорогой. Всё когда-нибудь кончается, если ничего не беречь, — вздохнул акын.
После этого погонщик впервые замолчал, погрузившись в глубокие раздумья.
Мужчина не стал его беспокоить расспросами, и они продолжили путь молча.
Глава 12
Два путника день за днём упорно шли по пескам, иногда делая короткие привалы, чтобы продолжить путь с новыми силами. По вечерам они обустраивались на ночлег.
Человек был рад своему спутнику. Если бы они не встретились, вероятно, он давно был бы мёртв.
Его нисколько не беспокоила чрезмерная говорливость спутника. Но бывали времена, когда погонщик о чём-то задумывался, уходя в себя; тогда мужчина тоже замолкал. Они шли молча, отдыхая от разговоров.
Однажды погонщик спросил:
— Достопочтенный статистик, ты рассказал мне о своей мечте, но не сказал, почему ты хочешь улететь отсюда на другую планету. Что тебя беспокоит здесь?
— Не знаю, — честно признался человек. — Наверное, это просто мечта.
— Ничего не бывает просто так. Всё происходит по какой-то причине.
Помолчав совсем немного, акын снова спросил: «А там, у тебя на родине, люди дружные?»
— Там, где я живу, люди разные. Они работают и отдыхают, ездят на машинах, смотрят кино или слушают музыку, и повсюду — интернет. Вокруг так много техники, так много других вещей, которые все хотят непременно приобрести. Из-за всего этого люди стали забывать о дружбе, перестали ходить в гости друг к другу.
Когда мужчина закончил свой рассказ, погонщик остановился, взял человека за плечи и, серьёзно глядя ему в глаза, сказал:
— Значит, ты — одинокий человек. Не улетай, достопочтенный мой товарищ. Здесь, на земле, я могу быть твоим другом. Странствуя, я могу прийти к тебе в гости когда-нибудь. Но если ты улетишь, найдёшь ли ты себе друга на другой планете?
— Спасибо тебе, акын. Я рад, что теперь ты мой друг. И обещаю, что никуда не улечу.
Они крепко пожали друг другу руки, скрепляя тем самым всё сказанное.
И только верблюд был абсолютно ко всему равнодушен. Он нашёл съедобную колючку и теперь медленно её пережёвывал.
Глава 13
Всё когда-нибудь заканчивается. В один из дней закончилось странствие двух путников по пустыне.
Они брели как обычно, когда вдруг на горизонте увидели зелёную полосу.
— Какой красивый мираж, — сказал человек.
— Нет, достопочтенный. Это не мираж. Это наступает время нашего расставания.
— Расставания? Не понимаю, почему?
— Там, на горизонте, заканчивается мой мир. Где заканчивается мой мир, начинается твой, — объяснил погонщик.
Человек снова посмотрел вдаль.
— Это трава, — высказал он мысль.
— Да, друг. Ты очень догадлив.
— Как странно. Я никогда не задумывался, что у пустыни есть границы. Никогда не представлял, как выглядит земля рядом с пустыней.
Они прошли ещё несколько метров, с каждой минутой приближаясь к самому краю пустыни.
— Что ты теперь будешь делать, акын? Может быть, пойдёшь вместе со мной? У меня дом большой, места всем хватит.
Погонщик покачал головой:
— Нет, дорогой друг. Спасибо тебе за предложение, за заботу. Но у меня здесь есть незаконченные дела. Я взрослый мужчина. Настала пора найти свою любовь, которая подарит мне сына. Когда мой сын подрастёт, я приду вместе с ним к тебе в гости.
— Но как ты найдёшь свою любовь в пустыне, где нет ничего?
— Сердце подскажет мне.
Человек не знал, что возразить в такой ситуации. Он только сказал:
— Хорошо, дорогой друг. Я надеюсь, что это правильное решение.
Меньше чем за два часа путники дошли до места, где пустыня заканчивалась.
Акын остановил верблюда и стал отвязывать чемодан.
— Дальше ты справишься без моей помощи, — промолвил он.
— Спасибо тебе, акын.
Они обнялись на прощание. Вспомнив о чём-то, человек стал лихорадочно шарить по карманам.
— Вот я балда! — воскликнул он. — Как же ты меня найдёшь, не зная адреса? Мне срочно нужны бумага и ручка.
— Не надо, достопочтенный товарищ, — погонщик слегка коснулся его руки, останавливая его порыв.
— Но как ты найдёшь меня вместе с сыном?!
— Сердце — лучший компас. Оно приведёт меня к тебе. Теперь нам придётся идти разными дорогами. Я искренне желаю тебе удачи, дорогой мой друг.
— И я желаю тебе удачи, — невольно вырвалось у человека.
Затем они, не сговариваясь, повернули в разные стороны. Каждый пошёл своим путём. Они шли, отдаляясь друг от друга с каждым шагом. Лишь один раз мужчина обернулся, чтобы ещё раз увидеть погонщика и верблюда.
Сердце его на минуту сжалось от тоски, но, вспомнив слова своего друга, он отогнал это чувство. Путь продолжился.
В один из вечеров, сидя у костра, акын сказал: «Не грусти, товарищ, ни сейчас, ни в день нашего расставания. Без разлуки не бывает встреч. А встреча — это всегда радость. Значит, разлука — предвестник радости».
Именно эти слова вспомнил человек. 90-х
Глава 14
Статист благополучно добрался до маленькой железнодорожной станции. То был его мир, хорошо знакомый и привычный. Поскольку денег у него с собой не было — ведь он думал, что в пустыне позаботятся о его отъезде, — он решил ехать без билета. Подойдя к одному из вагонов, он увидел знакомого нам проводника.
— Ваш билет, — привычным тоном потребовал работник железной дороги.
— Негодяй! — растягивая слово, произнёс человек. — Ты преспокойно завёз меня в пустыню с другим названием и оставил там на погибель. А теперь требуешь от меня какой-то билет!
— Гражданин! Как?! Опять вы? Сказать, что железнодорожник был удивлён — значит ничего не сказать.
— Что?! Не ожидали увидеть меня в живых? Думали, что никогда не откроется ваш коварный замысел?
— Подождите, гражданин, подождите! Минуточку! Объясните, о каком плане вы говорите? Я ровным счётом ничего не понимаю.
— Ах, он не понимает! — ещё больше распалился человек. — Ну, хорошо! Сейчас я всё популярно объясню.
— Уж потрудитесь, пожалуйста.
— Вы должны были привезти меня в пустыню Калахари, а вместо этого завезли в богом забытую пустыню Батпайсагыр! Я чуть не умер там!
— Во-первых, прекратите кричать на меня. Я, между прочим, должностное лицо.
Проводник уже оправился от удивления; он вновь стал таким же, каким был обычно.
— А во-вторых, — продолжал он, — откуда мне знать, где какая пустыня находится? Я не специалист по пустыням. Я всего лишь должностное лицо, сопровождающее людей во время поездки. Я обязан проверять билеты, следить за порядком и обеспечивать пассажиров чаем и постельными принадлежностями. Понимаете?
Услышав сказанное, человек перестал кипятиться. Он расстроенно спросил:
— А что же мне делать? Я очень, очень, очень хочу домой. Но у меня нет с собой денег, чтобы купить билет.
— Ну, что мы, нелюди какие? Заходите, гражданин, в вагон. Я вас на резервное место размещу, доедете до дома, не переживайте.
— Спасибо. Честное слово, спасибо вам.
Человек в порыве благодарности пожал руку проводнику. И впервые усы работника железной дороги дрогнули в улыбке.
В назначенное время поезд отправился — на этот раз увозя нашего героя в его родные края.
Глава 15
Ранним утром ключ повернулся в замке несколько раз. Входная дверь открылась, и человек вошёл в собственный дом. Поставив в коридоре потрёпанный, выгоревший на солнце чемодан, мужчина прошёл на цыпочках в спальню, где спала его жена. Как ни старался он её не разбудить, она всё равно проснулась, почувствовав, что в доме больше не одна.
Стоило ей увидеть мужа, как весь сон тут же испарился.
— Родной мой! — вскрикнула женщина.
От нахлынувшего счастья она бросилась к нему в объятия. Прижавшись лицом к груди супруга, она плакала громко, навзрыд. А он гладил её по волосам и шептал: «Ну, всё. Всё. Я здесь. С тобой. Рядом».
— Ты не прислал мне ни одного письма, — едва выговорила женщина сквозь рыдания. — Я чуть с ума не сошла. Я думала, ты умер.
— Ты не представляешь, дорогая, как плохо организована почта в пустыне. Невероятно трудно найти там почтовый ящик, — ответил мужчина, слабо улыбнувшись.
— Ах! Голова моя садовая! Ты наверняка голоден. А я тебя про письма всё спрашиваю. Пойдём скорей на кухню. Там борщ, всё как ты любишь.
Женщина сразу перестала плакать.
— Хорошо, дорогая,– согласился мужчина.– Я только сначала душ приму. И бороду сбрею.
После душа он чувствовал себя превосходно, в теле ощущалась приятная лёгкость. А после еды подниматься и куда-либо идти вовсе не хотелось, но мужчина решил, что непременно должен побывать в этот день на работе.
— Куда-то уходишь? — спросила жена, увидев его одетым в строгий костюм и при галстуке.
— Я в бюро поеду, ненадолго. Но у меня к тебе одна просьба. Пожалуйста, испеки пирожки. Те самые, о которых ты меня спрашивала перед моим отъездом. С капустой.
Женщина засмеялась, слегка покраснев.
— Позже в газете написали, что правильный ответ — Колобок.
— Нет. Пожалуй, Колобка печь не надо. А пирожки всё-таки испеки,– и, взяв ключи, человек вышел за дверь.
Глава 16
В бюро оставалось неизменным: служащие вели подсчёты, готовили отчёты и докладывали о проделанной работе директору, который периодически вызывал их в свой кабинет.
Но на этот раз, наш герой прошёл к нему, не дожидаясь особого приглашения или распоряжения. Он уверенно постучал в дверь кабинета директора, и в следующую секунду уже вошёл.
Директор привычно сидел в своём кресле. На столе, перед ним возвышалась гора из исписанных листов.
— Я вас вызывал? — строго, даже можно сказать, сердито спросил он.
— Нет, — статистик сел в кресло, напротив начальника, — Я тот самый специалист, которого вы отправили в командировку. В пустыню. Считать тушканчиков. Теперь я вернулся.
— Разве? Я посылал кого-то в пустыню с таким странным заданием? Не помню.
— Конечно, посылали. В то время, великие умы, очень волновал вопрос тушканчиков, бегающих по пустыне.
— Ну и, как там, тушканчики? — рассеянно спросил директор.
— Отлично! Они все передавали вам привет.
— Да? Спасибо. Если у вас ко мне больше нет никаких вопросов, можете продолжать работу.
Но человек не двинулся с места. Более того, он вызывающим образом закинул ногу на ногу и заявил:
— Мне полагается двухнедельный отпуск.
— Что?! Это ещё что за манера общения? — директору явно не понравилось поведение подчинённого. — Пока вы в пустыне прохлаждались, другие работали в поте лица, выполняя и вашу работу, между прочим.
Сотрудник продолжал настаивать на своём; он упрямо повторил:
— Мне полагается двухнедельный отпуск. По закону. Если вы не согласны с законом, я буду вынужден обратиться в Министерство статистики по данному вопросу. И тогда дело может принять совсем другой оборот, не в вашу пользу.
Покрасневший от злости директор, едва сдерживая гнев, сказал необычайно спокойным голосом:
— Хорошо. Вы можете написать заявление на отпуск прямо здесь, и я вам его тут же подпишу.
После того как заявление было написано, а затем директором собственноручно подписано, человек, слегка склонив голову, сказал: «До свидания» — и покинул кабинет.
Стоило подчинённому уйти, директор наконец дал волю обуревавшим его чувствам:
— Чтоб я ещё раз хоть кого-нибудь послал в командировку? Ни за что! Слишком умные потом возвращаются. Командировочные!
Выпустив немного пара и тем самым успокоившись, начальник приступил к чтению бумаг на столе, стараясь уйти с головой в работу.
Глава 17
По старой доброй семейной традиции мужчина пил кофе и читал газету.
— О чём сегодня сообщают нам корреспонденты? — как обычно поинтересовалась жена.
— Пишут, что люди нашли другую планету, пригодную для жизни. Идёт набор добровольцев в первую колонию, на поселение.
— Какое чудо! Мы так долго ждали этого момента. Значит, можно продать дом, гараж и машину, чтобы купить наконец звездолёт! Ты так мечтал об этом. Да, дорогой?
Мужчина не разделил восторга жены.
— Нет, дорогая, — ответил он, продолжая спокойно читать другие новости.
— Но что случилось? Ты разве не мечтал обо всём этом? Что с тобой? — впервые за долгие годы женщина не понимала своего мужа.
Он отложил в сторону газету, серьёзно посмотрел на неё и сказал:
— У нас с тобой уже есть прекрасная планета, на которой мы живём. На этой планете живёт ещё один замечательный человек, который спас меня в пустыне. Теперь он мой друг. Однажды он придёт вместе с сыном к нам в гости.
— Друг? Какой друг? Ты ничего не говорил об этом.
— Я не хотел расстраивать тебя рассказом о том, как едва не умер в пустыне. Но, по счастливому стечению обстоятельств, этого не произошло. Я обязательно всё-всё тебе расскажу, дорогая.
— И всё-таки жалко, что мы не полетим на другую планету, — вздохнула женщина. — Так хотелось посмотреть хоть одним глазком, какая она.
Человек мягко обнял жену, что случалось нечасто.
— Не расстраивайся, — сказал он. — Пусть на другую планету летят одинокие люди. А мы останемся здесь.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
