Обложка Король-дракон и Ванадис

Король-дракон и Ванадис

Никита Суховецкий

0% прочитано
Стандартный
Никита Суховецкий

Король-дракон и Ванадис

Глава I

Движущая сила Небес непостижима. Она сгибает и расправляет, расправляет и сгибает. Она играет героями и ломает богатырей. Благородный муж покорен даже невзгодам. Он живет в покое и готов к превратностям судьбы. И Небо ничего не может с ним поделать.

Конфуций.

-Милорд! Вставайте, милорд!

В ответ — лишь сонная тишина.

-Ну! Не смейте притворяться, я знаю, что Вы уже не спите! Лорд Тигревурмуд!

Отчаявшись добиться ответа «по хорошему», совсем ещё юная девушка с заплетёнными в два хвостика орехового цвета волосами обижено надула щёчки и принялась трясти кутающегося в одеяло парня, которому такое обращения явно пришлось не по душе:

-Отставить толкать графа! - прошипел он, - Прекрати, женщина, кому говорю?!

-А вот и не прекращу! Вы и так уже почти до полдня провалялись! Ну же, граф, Вы должны!

-Это кому я чего должен? - раздался возмущенный ответ, - Королевский указ мне, за подписью и печатью!

-Вы... - начала задыхаться девочка, - ...Вы! Я всё лорду Массасу расскажу!

На пару секунд сценка застыла, пока юноша переваривал тяжесть прозвучавшей угрозы, а служанка переводила дыхание.

-...Иуда. Можешь забирать своё серебро, но оставь меня в покое до утра казни.

-Не надо мне Вашего серебра! И меня зовут Тита, а не Иуда! Хватит уже говорить всякие странности! - наконец, после продолжительной возни, Тите удалось стянуть злополучное одеяло на пол.

-Т-тигре... - заикаясь произнесла стремительно наливающаяся краской девушка, - П-почему ты голый?

-Потому, что так хочу. Так удобнее, а ночью жарко. И вообще, моё графство — мои правила.

-Во... В-вот, - резко отвернулась смущённая до крайности Тита, чуть ли не с закрытыми глазами кладя на край кровати аккуратно сложенные вещи, - Одевайся скорее!

-Хм. Убежала, - пожал плечами парень. Забавная она, эта Тита.

Тёплое солнце заливало светом просторную спальню, заставляя щуриться и

тереть слезящиеся спросонья глаза.

Одежда: простая рубаха, надеваемые на голое тело льняные подштанники, грубые, но прочные штаны, некое подобие портянок заменяющее носки — есть и чулки, но они не для повседневного ношения, и, наконец, невысокие сапоги. Тёплой осенью в таком наряде довольно жарко, а ноги отчаянно потеют, но приходится держать марку. Какой-никакой, но граф не самого маленького графства в королевстве Брюн. Одного из самых бедных и малонаселённых правда, но это уже другой разговор.

-Так, Тита, - полностью одевшись, граф Эльзаса зашел в трапезную, где уже был накрыт завтрак, а заодно, пожалуй, обед. Что поделать — рано вставать парень не то, что не любил, но просто не видел на то причины, - Где моя большая ложка?

-Вы умылись? - немного резко спросила девушка, явно всё ещё сердясь.

-Мне не пять лет! Кстати, к чему вообще такая спешка? Я же просил не беспокоить.

-Уже полдень, милорд. Вредно столько спать. И... - внезапно Тита прервалась на полуслове, нервно теребя краешек белого фартука, - Заходил господин Батран. Он сказал, что ночью прибыл гонец из Ниццы.

-Из столицы? Если это что-то важное, то почему не разбудили? - мгновенно посерьёзнел юноша.

-Господин Батран сказал, что это не настолько срочно.

Тигре нахмурился, пробарабанив костяшками пальцев по массивной столешнице.

-Ладно, - наконец сказал он, отламывая ломоть хлеба, и рявкнул, - Стража!

Внезапный тон заставил девушку вздрогнуть.

-Милорд граф? - через несколько секунд послышались тяжелые шаги, а следом и хрипловатый голос.

В дверной проём протиснулся бородатый мужчина средних лет, которого помимо могучего телосложения отличал разбитый когда-то давно нос, шрам на левой щеке и, естественно, притороченный к поясу меч.

-Найди мне Батрана.

-Да, милорд. Будет сделано, - тряхнул он грязной головой, развернулся и ушел проч, оставляя за собой чётко видимый на начищенном полу след.

Если бы взглядом можно было убивать, Тита уже прикончила бы беднягу раз семь подряд.

-Тигре, - после недолгого молчания спросила она, - Что могло стрястись?

По своему обыкновению, когда Тита была взволнована, она обращалась к графу как привыкла в детстве — по имени.

-Кто знает, - пожал плечами Тигревурмуд, - Может, какая-нибудь ерунда, вроде приглашения на именины Его Величества. Решил король гульнуть — вот и собирает вассалов со всех концов. А может, - Добавил он немного подумав, - Придётся малость повоевать.

-В-война? - прикрыла рот ладошками Тита, - Но с кем?

-Ведомо с кем. С Дзктедом, - нарочито легкомысленно бросил граф.

-...Но как же так.

-Да не переживай ты раньше срока, - отмахнулся парень, - К тому же, что тут такого? Ну война как война. Я же граф, мне положено воевать. Может, повезёт захватить какого-нибудь богатого пленника — враз разберусь со всеми долгами!

-А ну не зовите беды! - вскрикнула Тита, - Не зовите, - произнесла она уже тише, - Были Вы на войне, как же... и вообще... суп остывает, - Совсем шепотом закончила служанка.

Тигре нахмурился. Почти три года назад он уже участвовал в битве вместе со своим покойным отцом и получил серьёзную рану. Юный граф не просыпался несколько недель, а когда наконец очнулся, то не мог вспомнить даже своего собственного имени.

-Беда, - так же тихо сказал граф, неведомо чему кивая головой, - Беда, Тита, всегда приходит сама по себе, зовёшь ты её, или нет.

***

С чего началось всё это безобразие? Честно говоря — понятия не имею. То есть, мне следовало бы сказать что-то вроде: я умер, меня посетила Неведомая Всемогущая Хрень, я заключил сделку с демоном или ещё что-то в таком же духе, но на самом деле я банально не помню. Совсем. Просто как-то раз, я, самый обычный (да простят мне эту пошлость) студент исторического факультета лишенный особых амбиций или планов на будущее, проснулся и обнаружил, что я «больше не в Канзасе».

Собственно, что что-то не так, я понял почти сразу, глядя в заплаканные глаза одетой в костюм французской горничной девочки.

Сказать, что мне было плохо и жутко — ничего не сказать. Несколько дней я не вставал с кровати, почти не ел и молча пялился в потолок, надеясь, что после очередного приступа беспамятства всё пройдёт. И, действительно, прошло — я понял, что мне придётся либо смириться с творящимся вокруг безумием, либо и дальше терпеть, как меня через силу пытаются кормить с ложечки.

В отчаянии я пробовал молится всем богам, каких только мог вспомнить — от

Христа и Кетцалькоатля, до Ктулху и Невидимого Розового Единорога. Не помогло — никто так и не отозвался. Ходил даже в местный храм и немало удивился знакомым именам и идолам: Перун, Триглав, Радегаст, Ярило...

Хоть бы один отозвался. Ух, идолища поганые. Ещё и деньги на эту всю религиозную дребедень... ладно, об этом не сейчас.

По крайней мере язык, сначала воспринимаемый с огромным трудом, постепенно сложился в голове в понятную «мозаику».

В конце концов, мне не оставалось ничего иного, кроме как искать плюсы в своём теперешнем положении, что было не так уж и сложно, ведь я, или, вернее, Тигревурмуд Ворн, был целым графом.

Эльзас был территорией сравнительно крупной, но большую часть земель занимали леса да горы, чем обуславливалась небольшая численность населения и довольно вялая экономика. С другой стороны, по этой же причине у меня не было проблем с алчными соседями и можно было не бояться пасть жертвой интриг больших столичных шишек — Эльзас был никому особо не нужен. Подозреваю, что большинство крупных феодалов из центральных провинций даже не вспомнят где моё графство расположено, во всяком случае не без помощи карты.

Некоторое опасение вызывало пограничное расположение Эльзаса, но между странами была горная гряда, что делало графство не самым удобным маршрутом для крупной армии, да и Дзктед традиционно не вёл экспансии на запад.

Внутри графства тоже всё было тихо — ни ненадёжных младших братьев, ни коварного дяди, ни даже злобной мачехи. Я был непосредственным вассалом короля и единственным наследником предыдущего графа — «моего» отца.

Иными словами, я был лишен львиной доли связанных с титулом проблем, но сполна мог пользоваться всеми привилегиями — у меня даже была собственная служанка! И никакого Дамоклова меча над головой.

Да, Эльзас был небогат, но и нищим его назвать нельзя: леса предоставляли древесину и меха, а земли хватало и под земледелие, и под пастбища для скота. Также варили пиво и даже выращивали виноград — но скорее для крошечного внутреннего рынка, чем на экспорт.

В такой ситуации виноваты прежде всего предки Тигревурмуда и основатель династии Ворнов в частности. Когда-то ему, простому охотнику, была дарована земля на самом краю Брюна — тогда ещё совсем дикая и неосвоенная. И его это полностью устроило. Он предпочёл остаться тем самым простым охотником, превратив титул «граф Эльзаса» в пустую формальность. С тех пор это стало чемто вроде семейной традиции.

К счастью, только то, что Ворны не были заинтересованы в управлении Эльзасом, не значит, что никто не был в этом заинтересован — население просто продолжило решать большинство своих вопросов самостоятельно, а феодал стал фигурой «на случай ЧП».

Мне такое положение дел сперва также пришлось по душе — почему нет? Сиди себе спокойно в усадьбе, наслаждайся жизнью и в ус не дуй (не то, чтобы у меня были усы — молод ещё).

А потом мне стало скучно и я залез в оставленную предками Тигре документацию, относительно большое количество которой меня сперва весьма удивило. Интересно, сколько тут стоит бумага, если даже кто-то вроде Ворнов мог себе позволить её в таком количестве?

Понял я, само собой, очень мало, поэтому обратился к старому Батрану — вместе с Титой моему единственному слуге, но тот и вовсе даже читал с превеликим трудом, не говоря уж о чём-то более сложном. Пришлось просить графа Массаса

— старого друга «моего» отца и соседа, частенько наведывающегося проведать как у меня идут дела.

Узнал много нового и даже предпринял попытку разобраться с одной из застарелых проблем графства - перефразируя Бонапарта: «В Эльзасе нет дорог, только направления». И я говорю не о мощёных дорогах - не было даже грунтовых, если таковыми не считать жиденькие тропинки и откровенно звериные тропы.

Будут дороги — можно будет попробовать убедить городских толстосумов вложится в строительство лесопилки или даже замахнутся на виноделие. Если я правильно помню, Эльзас из моего родного мира знаменит как раз своим вином. Немного оживится торговля, всё же нам есть, что предложить, а там и пошлины в казну пойдут.

Мелькали даже мысли изобрести что-нибудь "эдакое", но умерли все ещё в зародыше. Прогрессор из меня такой, что даже не смешно, да и кому это надо? Уж точно не мне, а местным и так неплохо живётся.

Короче говоря, не считая утомительные и порой болезненные «рыцарские» занятия с сэром Массасам, в общем и целом жилось мне как средневековому аристократу весьма не плохо.

До сего дня.

В моих руках лежал запечатанный восковой печатью конверт. На печати был изображен вставший на дыбы конь — герб королевства Брюн, означавший, что письмо написано если и не королевской рукой, то по крайней мере королевским министром и уже затем подписано «биг боссом».

Не то, чтобы печать было невозможно подделать, но кто пойдёт на такое ради захолустного графа?

Сорвав печать на глазах Титы — той самой «французской горничной» и Батрана, только что подошедшего с письмом и теперь смиренно ждущего за моим плечом, я с головой ушел в чтение издевательски-аккуратного почерка.

Глубоко вздохнув, я набрал полную грудь воздуха, затем медленно выдохнул, успокаивая встрепенувшиеся нервы. Я в некотором роде ожидал этого, но всё равно, получить письменный приказ стало для меня шоком. Вот оно — свершилось.

-Тита, - так спокойно, как только мог, сказал я, вкладывая аккуратно сложенный лист бумаги обратно, - Будь добра, отнеси это наверх. Третий ящик снизу, ты знаешь.

Окинув меня обеспокоенным взглядом глаз цвета тёплой карамели, девушка приняла конверт. Было ясно, что она одновременно и очень хочет задать вопрос, и боится услышать ответ.

-Иди, - скомандовал я.

Дождавшись, когда стихнет её лёгкий шаг, я повернулся к Батрану:

-У нас остаётся пара дней на подготовку к походу. Если выступить позже, то можно не успеть к месту сбора в срок.

-Неужели всё же война, милорд?

-К тому всё и шло, хотя я не стал бы называть это войной — слишком громко звучит. Уверен, всё ограничится парой пограничных стычек.

-Вы уверены? Если вспомнили даже про Эльзас, то собирают всех рыцарей востока, а это немалая сила.

-Наш главнокомандующий, - усмехнулся я, - Его Королевское Высочество принц Регис собственной персоной. Можно не сомневаться, что король пошлёт с ним не меньше гвардейцев, чем соберут рыцарей все наши соседи вместе взятые. Мы нужны просто для создания фона. Массовка.

-Порой мне бывает сложно понимать Ваши слова, милорд. Уж простите старика.

-Кхе, - немного смущенно кашлянул я, - Королю просто нужно создать подавляющее численное превосходство, дабы победа принца выглядела неоспоримо, а заодно напомнить всем вассалам, кто их будующий правитель. Им нужно наше знамя, а не наше войско.

Верно. В конце концов, я всё ещё целый граф, да и если собрать всю нашу пограничную мелочь вместе, можно получить немалую армию. Тысячи четырепять, я бы сказал. Из них - не меньше пары сотен рыцарей, а лёгкой конницы и того больше. Конечно, это только если собрать всех-всех-всех.

Всё дело в том, что в последние годы обстановка в королевстве стала... не то, чтобы шататься, но пошатываться уж точно.

У «нашего» горячо любимого короля Фарона был один-единственный сын — Регис. Почти ровесник Тигревурмуда, кстати. Видеть я его не видел, но поговаривают, будто он смазлив до неприличия, добр, великодушен, щедр, вежлив, справедлив... В общем, ему бы на страницы галантного романа, а не на трон политически децентрализованного государства.

Регис любим горожанами, но вот феодалы, особенно крупные, относятся к нему с настороженностью и тут я их вполне понимаю — и сам бы задумался о будущем королевства с таким правителем, будь мне до него дело, или даже о своём собственном будущем, будь кому дело до меня.

Ситуация усугублялась наличием в Брюне двух центров влияния помимо Его

Величества (по слухам, уже давненько хворавшего) — это герцоги Ганелон и Тенардье, каждый из который имел пусть и жиденькие, но вполне законные права на престол.

На самом деле сложился вполне классический сценарий — ослабление центра и усиление регионов. История показывает, что в подобном случае смута неизбежна. Учитывая, что оба лорда-претендента наверняка нацелены на трон Брюна, да ещё и на перегонки друг с другом, то гражданская война становится естественным выходом из ситуации.

Желая предотвратить развитие событий по подобному сценарию, Фарон и устроил или, вернее, воспользовался застарелым вялотекущим конфликтом с Дзктедом, недавно вновь давшем о себе знать, дабы устроить своему сыночку яркий и запоминающийся дебют.

Маленькая победоносная война во всей своей красе — учитывая предмет спора, всё закончится очень быстро, поскольку никто не станет разжигать большой войны из-за пограничного курьёза, особенно учитывая вполне реальную угрозу Брюну с востока.

-Мне объявить сбор, милорд? - вывел меня из размышлений официально звучащий голос Батрана.

Я кивнул:

-Да, пошли людей. У нас ещё будет время... хотя, чего тут думать. Нам нужно человек сто-сто пятьдесят ополчения, не больше. Займись этим сам, скажи, что поход продлится не дольше месяца-другого. Я пока наведаюсь в арсенал.

Надо сказать, что когда почти три года назад я занял место неведомо куда девавшегося настоящего Тигревурмуда, то все вооруженные силы графства состояли полностью из ополчения. Пусть номинально Ворн и был крупным (ха-ха!) землевладельцем, но у него не было не то, что собственных вассалов-рыцарей, но даже вооруженных слуг, а «копьё» состояло исключительно из собираемых в случае нужды ополченцев.

С тех пор ситуация не особо изменилась, да и что я мог тут поделать? Просто однажды, проснувшись одной тёмной ночью от странных шорохов внизу (крысы, чтоб их!) мне вдруг стало очень интересно — какого чёрта в доме аж целого графа нет, ладно прислуги, но даже ночного сторожа?! А если кто позарится на моё серебро?! Мне и самому мало!

Тогда я и велел Батрану, как старому и авторитетному ветерану, подобрать мне десяток-другойлюдей понадёжнее, которых можно будет поставить на постоянное довольствие в городе. Получилось нечто вроде крошечной гвардии — большую часть времени они были заняты поддержанием порядка в Целестии и охраной моей резиденции, то есть, можно сказать, бездельничали. Только изредка мне подворачивалась возможность использовать их как посланников или гонцов, а раз в год именно на их плечи ложилась тренировка собираемого на месяц ополчения — добрая местная традиция военных смотров, сохранившаяся как раз благодаря отсутствию более «специализированного» на военной службе класса или наёмной армии.

Как известно, лучше синица в рукаве, чем журавль в небе. Служак у меня набралось всего шестнадцать, семнадцать вместе с самим Батраном, но это были именно мои люди, всегда бывшие под рукой, надёжные и опытные. Я даже помнил почти всех по имени.

Теперь пару слов об арсенале. Строго говоря, Эльзас мог выставить и полтысячи, и, если собрать уж действительно всех, кто только может держать оружие, семьсот человек ополчения. Проблема лишь в том, что вооружить я смогу не больше двух-трёх сотен, а остальным придётся брать в руки топоры да вилы. К счастью, ни разу за свою историю Эльзас не сталкивался с угрозой вторжения и такая сила никогда и не требовалась.

Вооружение было простым и полностью соответствовало неписанным стандартам Брюна, чья армия стояла на, скажем так, двух столпах — натиске тяжелой кавалерии и стойкости тяжелой пехоты. Насколько пехота была тяжелой, правда, больше зависело от состоятельности феодала — как самый минимум требовалось копьё, щит и умение держать строй. С этим никаких проблем у нас не было. Да, ни о каком профессионализме речи не идёт, но время от времени Ворнам всё-же приходилось принимать участие в разного масштаба войнушках, так что для большинства из тех, кого мне приведёт Батран, это будет не первый поход. Только оружие нужно будет в порядок привести.

Батран давно ушел, а я всё так и сидел, уставившись в потолок невидящим взглядом и думал о том, что ещё можно сделать, а делать что уже поздо. Незаметно вернулась Тита — на грани слышимости зашуршало платье.

Мне было жаль её, эту милую девочку, как и по-собачьи преданного седовласого Батрана. Они оба так носились со мной, но я — не «их» Тигревурмуд Ворн. За два года я успел свыкнутся, но гаденькое чувство предательства всё так же порой сдавливало грудь.

А ещё, мне было жаль самого себя. Мне ведь неплохо жилось там, дома: современные удобства, интернет, перспектива спокойной и не пыльной работы, семья наконец. А что теперь? На кой чёрт я должен рисковать жизнью и, если уж пошла такая речь, брать ответственность за идущих за мной людей? Ради земли, которая мне не Родина? Ради страны, на которую мне плевать? Ради короля и принца, которых я в глаза не видел и, скорее всего, никогда и не увижу? И плевать на титул — лично я никому ни в чём не клялся! Оммаж приносил «мой» предок, который на самом деле даже и не мой вовсе.

Оперившись локтем на стол и массируя пальцами виски, я медленно опустил взгляд вниз.

Суп, естественно, уже давным-давно остыл.

***

Сто тридцать четыре человека. Из них двое конных, из которых один даже самый настоящий рыцарь - это я про себя, разумеется.

Сложно представить мой ужас, когда в своё время я узнал, что в во всём графстве

Эльзас нет ни одного приличного доспеха. Ни-од-но-го. Даже у графа. Если верить Батрану, то все Ворны сражались «налегке», используя лук. Лично я тут связи не увидел — почему обеспеченный лучник не может носить гибкого доспеха? Пришлось обращаться за помощью к всё тому же лорду Массасу, у которого с этим делом было получше, ибо подозрения о том, что рано или поздно мне таки придётся побывать в зоне военных действий, глодали меня уже довольно давно.

Собственно, выбор был прост — либо латы, в сторону которых ядовито шипела пресловутая жаба, либо бригантина, которая вышла из моды ещё при деде нынешнего короля и считалась снаряжением скорее пехотинца, ну, или бедного рыцаря. В общем, графу в такое рядится должно быть стыдно, во всяком случае я понял примерно так. Мода, чтоб её.

Деньги я нашел, куда деваться — не настолько уж нищ. Да только из огня да в полыми — даже сравнительно лёгкий вариант доспеха весил столько, что таскать его на себе было удовольствием крайне сомнительным. Но лучше так, чем вилами в пузо.

К чему это я? К тому, что полноценный доспех был у меня одного. Собранное ополчение было облачено в кожаную броню разного фасона, качества и даже метода изготовления, лишь иногда разбавленную кольчугами и стальными пластинами моих сержантов, большую часть которых я забирал в поход. Лучшего Эльзас предложить просто не мог, но даже так, блестя начищенными шлемами и наконечниками копий, строй выглядел весьма внушительно.

Преодолевая волну раздражения, я повёл затекшими под непривычным весом груды железа плечами, мечтая о том, чтобы поскорее закончить смотр и отправится уже в путь. За прошедшие сутки снаряжение было приведено в порядок, припасы собраны, а бойцы успели вспомнить былые навыки — насколько это было возможно в столь сжатые сроки.

Оставалось только толкнуть напоследок речь. Если честно, сильно сомневаюсь, что это необходимо, но учитывая обстоятельства, я считал своим долгом хотя бы посмотреть в лица всем этим людям. Рослые, широкоплечие — среди них было мало молодёжи и я чувствовал себя совсем мелким мальчишкой, не весть что забывшим перед этими мужиками, куда более достойными, чем я сам.

-Думаю, все знают кто я такой, - произнёс я, - Но всё же представлюсь — перед вами ваш граф, Тигревурмуд Ворн. Не секрет и то, зачем я собрал вас здесь.

Строй, ещё недавно полный шуток и смеха, теперь застыл во внимании, нагнетая моё волнение.

-Его Королевское Величество Фарон Солей Рауль Блаинвилль де Чарльз, - кто бы знал, как сложно выпалить это без запинки! - Велел мне явится с войском на равнины Динанта, для сражения с вторгшейся на земли Брюна армией Дзктеда. Тишина стояла такая, что я мог слышать стук своего собственного сердца.

-Плохие новости — вы и есть это самое войско. Хорошие новости — помимо нас, там будет ещё не меньше двадцати тысяч человек, против примерно пяти у противника. Очень хорошие новости — мы стоим в арьергарде, охраняя лагерь и обоз.

Вся информация предварительна, но едва ли что-то поменяется, когда поле боя уже определено и план битвы кажется очевидным.

-Поближе к кухне, подальше от неприятностей, - выкрикнул кто-то и строй повело от смеха.

Надо же, некоторые вещи и впрямь не меняются. Я позволил себе улыбнутся:

-Вот и славно. Командуй, Батран. Завтракаем, сворачиваемся и выступаем.

Расчёт был прост — чтобы к сумеркам дойти до одной из пограничных деревень, где в последний раз можно будет лечь спать под крышей перед длительным маршем, а на следующий день соединится с силами графа Массаса.

...Я иду на войну. На самую настоящую, чтоб её, войну. Даже смирившись, всё равно было трудно до конца осознать всю тяжесть происходящего. События последних лет вообще воспринимались мной как нечто сюрреалистичное хотя, казалось бы, давно уже следовалопривыкнуть.

Не без некоторой возни скинув на телегу бронь, я остался только в поддоспешнике и смог вздохнуть с облегчением. Был соблазн отстегнуть с пояса меч, но решил оставить как есть — несолидно без него, да и уже пора привыкать. Не зря же со мной занимался старик Батран и гонял по лужайке Массас?

-Господин Тигре?

Ну разумеется. Тита. Со всей этой сующей суетой я почти забыл. Помнится, я по первости на имя "Тигре" даже не реагировал. Потом привык.

-Да?

-Вы и в самом деле обязаны ехать?

-Никуда не деться.

На самом деле, при желании что-нибудь придумать было можно, да только проблем потом можно отгрести - начиная от обвинений в трусости и, если какимто чудом Регис умудрится проиграть, то и в измене, как козёл отпущения. И плевать, что мои сто человек — капля в море.

Девочка стояла опустив лицо и не смея посмотреть мне в глаза. Если подумать, тогда, несколько лет назад, не так же ли она провожала в бой настоящего Тигревурмуда Ворна?

-Пообещайте, что вернётесь невредимым?

-Других планов у меня уж точно нет.

-И что не будете геройствовать?

-Геройствовать будет Его Высочество, а мы с лордом Массасом будем сидеть в лагере и пить тёплое вино.

-И-и что не станете морить себя голодом, пока меня нет рядом?

-Мне не пять лет.

Повисла неловкая пауза.

-...Вы не возьмёте с собой Ваш лук?

А, ну да. Судя по всему тому, что я слышал, Тигре был превосходным лучником и заядлым охотником. Я — нет. Некоторые способности мне, правда, передались «по наследству», и рука порой словно чувствовала, какой угол и поправку на ветер нужно брать, но это не тот навык, которому я рискнул бы доверить свою жизнь. К тому же, единственный лук, о котором я мог подумать как о «своём» - это тот странный чёрный лук, но он вроде как семейная реликвия, раритет, а к таким вещам я с прошлой жизни (как дико звучит!) привык относится серьёзно.

-Мы взяли с собой достаточно луков, - край охотников, этого не отнять, - Если потребуется, возьму любой.

-Я буду ждать, - наконец прошептала она, шмыгнув носом, - Ты только возвращайся, Тигре.

«Со щитом или на щите» - потянуло меня на мрачную шутку, но я сдержался. Да и не факт, что она поняла бы, а если бы и поняла, то ещё хуже.

Ох, что-то я сам себя накручиваю. К чему бы это?

***

Путешествия в средние века не отличалось комфортом. Моя бы воля — так слез бы с коня и топал пешком, а не мучился бы, натирая болезненные мозоли, но — увы! Не поймут, и прежде всего верный Батран. Зная старика, он спешится вслед за мной и никакие доводы не помогут, ибо это вопрос статуса.

Двигались мы не спеша, сначала по недостроенной дороге, затем по едва различимым тропам и даже пересечённой местности, и через несколько дней с долгими привалами и неспешным темпом движения вошли на территорию графа Массаса, где он вскоре встретил нас с полусотней ленников и в пятеро большим числом вооруженных слуг, глядя на которых болезненно-остро понимаешь разницу между полупрофессионалами и ополчением. Мы оба графы, мои земли более, чем вдвое превосходят по территории его, но я едва смог позволить себе семнадцать, а он взял в поход больше двух сотен. Завидно, да и я так думаю, всегда лучше иметь как можно больше бойцов между тобой и врагом.

-Лорд Массас, - поприветствовал я крепкого мужчину средних лет, которому я обязан знаниями всего того, «что должен знать каждый рыцарь». Порой было не легко, да, но без него и его учения адаптироваться было бы куда сложнее.

-Тигре, - приобнял он меня за плечи, - Гляжу, ты снова подрос. Надеюсь, Тите не приходится больше носится с тобой как с маленьким?

-Это было почти три года назад, старик! - сжатые в кулак пальцы костяшками несильно треснули меня по лбу, - Ауч?!

-И куда делся «Лорд Массас?»

Я обиженно потёр ушибленное место и ответил грозным взглядом. Старик усмехнулся:

-Ничего, сейчас проверю, занимался ли ты без меня с мечом и посмотрим, останусь я «стариком» или «Лордом Массасом».

Вот чёрт! Так, думай, думай, нужна отмазка!

-Разве сейчас подходящее время? Нам скоро в бой.

-Нам ещё несколько дней дороги, - с сарказмом произнёс граф, - И, зная твою пронырливую натуру, ни за что не поверю, будто ты всерьёз веришь, что нам доведётся участвовать в сражении.

Это да, но всё же.

-Какой же юноша не мечтает о подвигах и славе? - скорчил я возмущённую гримасу.

-Скажи мне это кто другой, я бы поверил, но сейчас этот самый юноша стоит прямо передо мной.

-Вы оскорбляете мои лучшие чувства, граф!

-Вызовите меня на поединок, граф?

-Пожалуй, я воздержусь.

А затем мы оба захохотали в голос. Это было странно, я знаю, но он был самым близким мне человеком здесь, в этом странном мире. Батран был «слишком слуга», а Тита всё время напоминала мне о том, кто я есть на самом деле и кем только притворяюсь быть.

-На твоём месте я бы не переживал о ратной славе — вся грядущая битва затеяна ради принца Региса. После победы его звезда засияет, не минует её свет и нас с тобой, - Сказал Массас отсмеявшись, но слова его были полны почти неприкрытой иронии, - Вперёд пойдут вассалы Тенардье и Ганелона, а мелкие лорды вроде нас будут сидеть в стороне и наблюдать за битвой из лагеря.

В отличие от меня, старик выглядел действительно огорчённым этим обстоятельством. Сомневаюсь, чтобы он на старости лет так рвался в бой, скорее просто не хотел чувствовать себя бесполезным придатком, чьё присутствие — не более, чем формальность.

-Да оно и к лучшему, вот что я скажу, - напоследок тяжело промолвил он, - Наш с тобой долг в том, чтобы вернуть всех этих людей, - Массас кивнул в сторону, - Домой в целости и сохранности.

Вот странность — от средневекового лорда странно ждать столь трепетного отношения к своим слугам, даже наёмным, но граф Массас то ли был исключением, то ли настоящее этого мира отличался от прошлого моего не только географией и распространённостью бумаги.

-Граф, - Решил я поддержать разговор, пока старик и в самом деле не надумал на ночь глядя гонять меня с мечом, - Наверняка Вам больше моего известно о готовящемся сражении. Чтоможете сказать помимо написанного в королевской грамоте?

Усатый граф задумчиво хмыкнул:

-Оставив в стороне суету с наводнением, да?

-Наводнение — не более, чем повод. Мне понятно, чего добивается Его Величество, но о чём думает Дзктед? Это правда, что нам будет противостоять всего пять тысяч?

-Да, - достался мне утвердительный кивок, - Когда войско принца только подходило к Динанту, к нему уже присоединились лорды и рыцари со всего Брюна. Сложно сказать точное число, но мы уже превосходим силы Ванадис не менее, чем в три-четыре раза. Когда подойдут все пограничные владыки вроде нас с тобой, разрыв только увеличится.

Я невольно нахмурился. Равнины Динанта на то и равнины, что «засадный полк» там особо прятать негде. Не степь, конечно, но, думаю, можно спокойно предположить, что противнику неоткуда ждать подкреплений.

-Это безумие, - покачал я головой, - На что она рассчитывает? Даже если она просто реагирует на наши действия и не собирается давать бой, Ванадис должна по крайней мере догадываться, что сражения желает принц и без своей победы Регис всё равно никуда не уйдёт. Никакого «стояния» не выйдет. Зачем тогда она выступила нам на встречу не дожидаясь подкреплений?

-Я не думаю, что она собрала армию лишь за тем, чтобы показать зубы, Тигре. Ванадис всего шестнадцать, но за ней уже стоит немалая репутация. Говорят, она всегда рвётся в бой и непобедима в сече. Её даже прозвали Серебряной Вспышкой и Танцующей с мечом.

-Хо? - Недоверчиво выгнулись мои брови, - И как же она собирается побеждать? Эта, - вспомнил я, -Вилтария, кажется? Элеанора.

История знает немало примеров, когда менее многочисленная армия побеждала, с этим не поспоришь, но если присмотреться, то всем таким победам непременно найдётся объяснение и помимо личного гения полководцев.

У Брюна более удобная позиция, за счёт королевской гвардии и вассалов двух соперничающих во всём герцогов мы как минимум не уступим Дзктеду качественно и, наконец, соотношение сил: четыре-пять к одному. Если она не Ганнибал Барка в юбке, то поможет ей только чудо.

Надо сказать, что проведя в этом мире почти три года, единственным проявлением «сверхъестественного» был лишь сам факт моего «попадания», так что простите мне мой скептицизм на байки о шестнадцатилетней девчонке, которая «непобедима в сече».

Что же до самих семи Ванадис, «Принцессах Войны», то мало ли какие фетиши были у первого короля Дзктеда?

Видя моё отношение, Массас нахмурился:

-Тигре, разве я не говорил тебе никогда не недооценивать противника?

-А Ванадис и не мой противник, - пожал я плечами, - Пусть об этом голова болит у господ познатнее моего, а наше дело маленькое.

-Хорошо бы, - вздохнул Массас, - На самом деле я согласен с тобой, насколько бы она не была талантлива, преодолеть такую разницу в численности должно быть невозможно.

***

Поход, начавшийся не так уж и плохо, плавно перетёк в фазу «хреново» и «щас сдохну». Болело всё: задница, спина, плечи, руки... Кто бы мог подумать, что чёртов старикан в самом деле специально для меня захватит с собой тренировочные мечи?

-Всё плохо? - как-то спросил его я после очередного издевательства, без сил развалившись на мокрой от росы траве.

-Отнюдь, - к немалому моему изумлению ответил Массас, - Твой стиль не произведёт впечатления на зрителей, но ты едва ли примешь поражение от коголибо из сверстников.

-Вы льстите мне, граф. Я так ни разу и не задел Вас.

-Ты не любишь меч, Тигре, - покачал головой он.

-Сложно любить несущийся тебе в лицо кусок железа.

-Ты боишься меча, - продолжал он, на что я не стал даже спорить.

-Разумеется боюсь. Плохо, будь оно иначе.

Массас усмехнулся, забавно шевеля усами:

-Знаешь, многие назвали бы тебя за такие слова трусом.

-«Многим» я и не стал бы говорить подобного, граф.

-Из тебя не выйдет славного рыцаря.

Вот это новость! Чувствуйте сарказм, да?

-Я не удивлён, - между тем продолжал он, - Твой отец тоже не был рыцарем, не в том смысле, который обычно вкладывают в этот титул. Но он был отличным воином и надёжным другом. Ни до, ни после я не встречал столь же искусного лучника, каким был он.

К чему это он клонит?

-Но ты совсем непохож на него, Тигре. После того случая, - на пару секунд в воздухе повисла неловкая пауза, - Ты знаешь, когда принесли тело твоего отца и тебя с разбитой головой, Тита всё время проводила либо у твоей постели, либо в храме, без устали моля всех богов о чуде.

Ну вот, такое чувство, будто кто-то ковыряется в старой, гниющей ране — одновременно больно и мерзко. Но Массас продолжал, словно и не видя моего перекошенного гримасой лица:

-Ты сильно изменился. Я не стану судить, к добру или к худу, но я клялся на могиле Урса, что пригляжу за тобой. И я сделаю это. Ты дерёшься как наёмник, а не как рыцарь, но это ничего — дерись так и дальше, а лучше — не дерись вообще. Ты слышишь, Тигре?

Я молча кивнул. Это были, возможно, самые тёплые слова, которые мне когдалибо говорили. В обеих жизнях.

-Хорошо, а теперь вставай. Попробуем ещё раз.

Разумеется, со второго раза тоже ничего не получилось, как и с третьего и четвёртого. Батран иногда занимался со мной, но старый слуга мог научить лишь простым вещам: как бить, вкладывая в удар как можно больше силы, как правильно держать щит и как лучше отводить в сторону удары, всё в таком духе. Граф Массас больше напирал на практику, после того, как заявил, что учить меня биться «правильно» не получается. Как по мне — так тоже ничего не получалось, хотя, казалось бы, меч - не шпага и особо учиться там нечему.

В общем, как обычно после сессий с моим дражайшим наставником, болело всё.

Добавим кучу времени в седле и получится, вернее, уже получился, полный абзац.

К счастью всё проходит, всё кончается. Подошел к концу и наш марш, когда небольшая армия наконец-то вышли к лагерю армии Брюна на равнинах Динанта.

Глава II

А эти — видишь — головой вперед:

Вот Брут, свисающий из черной пасти; Он корчится — и губ не разомкнет!

Напротив — Кассий, телом коренастей.

Но наступает ночь; пора и в путь;

Ты видел все, что было в нашей власти»

"Ад" Данте

Каким был средневековый военный лагерь? Шумным, вонючим и грязным, вот каким. Ничего "римского" тут и отдалённо не было - только нагромождение палаток, повозок и различной походной мелочевки.

К счастью, «наша хата с краю» - графа Массаса, а заодно и меня, как и планировалось разместили в арьергарде, на пологом склоне холма, на вершине которого располагался штаб нашего принца. Основные же силы, к счастью, находились у подножия — по плану, именно они пойдут в наступление на армию Дзктеда. Скатертью дорожка.

Надо сказать, что к "высокому начальству" нас так и не вызвали, но и ладно, не очень-то и хотелось. Массас вскоре куда-то убежал, оставив меня наедине с сопутствующей случаю канителью, которая скорее добавляла головной боли, чем действительно выматывала. К счастью, примерно за час управились, разбив палатки, включая и мою личную, начали готовиться к ужину.

Велев развернуть знамя Ворнов - белый полумесяц на голубом фоне, рассечённом падающей звездой, я принялся с важным видом следить за действиями подчинённых. Вскоре задымили костры.

Я повёл носом — к букету сомнительных ароматов примешивался запах готовящийся пищи. Вернувшийся Массас — он искал знакомых лордов — предложил отужинать вместе с ним, но я вежливо отказался, поскольку не имел никакого желания мелькать перед глазами крупных шишек из столицы. Ещё заметят и предложат мчатся завтра в атаку вместе с кавалерийским клином. Нафиг такое счастье. Отметились для галочки и ладно.

Массас, как мне показалось, разочарованно вздохнул, но не стал читать нотаций и ушел один.

Вот и славно. Зато я заработал пару очков у своих людей, жуя с ними кашу из одного котла вместе с Батраном. Кто-то из рассевшихся вокруг бойцов пытался перешучиваться, кто-то травил охотничьи байки, кто-то давал советы к грядущему сражению. Я старался держаться настолько невозмутимо, насколько это только было возможно, но даже не знаю, получалось ли. Вообще, у меня складывалось впечатление, что в Эльзасе к Ворнам сложилось довольно занимательное отношение - их, несомненно, уважали, но считали настолько "своими", что понятие субординации порой было для них несколько условно.

Мне-то плевать, но как бы не попасть впросак перед кем-то рангом повыше.

А ещё, мне было сильно не по себе. Я мог бы назвать это дурным предчувствием, если бы верил в подобную чушь. Увы, но у моего беспокойства были вполне рациональные основания.

Дело в том, что сейчас, когда потянулись часы ожидания, ко мне в голову начали возвращаться мысли, ранее распуганные тряской в седле и утомительными тренировками.

Чем больше я думал, тем, против воли, сильнее сдвигались мои брови. Нужно переговорить с Массасом.

Вновь с графом мы встретились только поздним вечером, когда солнце уже почти наполовину ушло за горизонт.

-Что скажите, граф? Ничего не изменилось? - первым делом спросил я.

-Нет, Тигре. Мы стоим в арьергарде, в самом тылу. Битва, скорее всего, состоится уже завтра - начнут её войска герцога Ганелона и герцога Тенардье.

-Мы успели как раз вовремя, - невесело усмехнулся я, - Надо полагать, лично ни один из них не присутствует?

-Ты прав, - кивнул он, - Тенардье послал своего сына, Зиона. Войском Ганелона командует один из его вассалов.

Что ж, возможно, всё не так плохо, как я думал.

-Кстати, чьи это знамёна? Они прибыли совсем недавно, - я указал в сторону крупного отряда, размером сопоставимым с нашим, который действительно подошел буквально минут десять-пятнадцать назад, остановившись напротив наших с Массасом объединённых сил. Два разных знамени: простое чёрно-белое и желтое в черную полосу.

-Тигре, стыдно спрашивать о таком. Хорошо тебя никто не слышит, а не то вскоре весь Брюн будет знать, какой ты у нас неуч.

-Но никто не слышит, верно? И я почти уверен, что чёрно-белый щит принадлежит графу Меца. Э-ээ, Геральд? Мы только вчера проходили через его земли.

-Жерар, Тигре, - вздохнул мой наставник, - Графа Меца зовут Жерар. Но ты прав, это его знамёна. Вот уж не думал, что старый волк решит погреметь костями.

-А второй?

-Граф Эно, что в двух днях к северо-западу от равнин Динант. Они соседи и хорошие знакомые, но я, признаться, знаю куда больше о Жераре, нежели о Ренье. А теперь скажи-ка, Тигре, откуда столь нежданно вспыхнувший интерес? - с изрядной долей подозрения покосился он на меня, - Только не говори, что ты вдруг решил всерьёз отнестись к своему образованию.

Э, старик, с образованием у меня всё в порядке! Это с тобой что-то не так - помнить наизусть столько фамилий по цветастым тряпкам!

-Я тут подумал, - сказал я и украдкой посмотрел на графа, но никаких комментариев не дождался. Вместо этого он смотрел на меня спокойно и очень серьёзно, - Так вот, я тут подумал, если Ванадис и в самом деле настроена на победу, то, как ни посмотри, а ждать нашего хода она не станет. Если она надеется победить против многократно превосходящих сил, то как ей следует поступить? - провёл я тыльной стороной ладони по гладкому подбородку.

-Думаю, ей следует атаковать первой, - улыбнулся Массас, - Если бы ты поборол свою лень и сходил со мной, то знал бы, что советникам Его Высочества известно о такой возможности. Караулы этой ночью будут усилены. К тому же, наши разъезды постоянно держат армию Дзктеда в поле видимости. Думаю, причин для беспокойства нет.

-Это всё просто замечательно, - продолжил я свою мысль, - Но если она будет атаковать, то уж точно не с фронта. Единственная возможная цель - штаб и лично принц Регис. С флангов склоны холма достаточно круты и охраняются людьми принца - пехотой не продавить, кавалерия не сумеет взять разгон. А вот что насчёт нас, тут, в тылу? Нас-то кто охраняет?

-Тигре? - неуверенно насупился Массас, смерив меня вопросительным взглядом.

-Склон с нашей стороны пологий и преградой не станет. Если ей удастся провести свои силы в тыл, то даже если её заметят, толку-то? Сможет ли наша пехота продержатся достаточно долго, чтобы рыцари успели облачится в броню? Моя - нет. А Ваша? - задал я заведомо провокационный вопрос, - Сколько нас тут всего? Если не считать гвардии, то тысячи три-четыре, из которых подавляющее большинство - плохо вооруженные ополченцы, ещё немного туда-сюда, да сотни полторы лордов и сэров разной степени важности из которых треть с Вами, а остальные рассеяны кто где. Что, если мы не успеем организовать единый строй? Если начнётся паника, то королевскую гвардию задавят свои же, а кроме них тут сражаться особо и некому.

Повисла напряженная тишина, прерываемая лишь раздающимися время от времени возгласами и криками из глубины лагеря.

-В этом случае, - тяжело проронил граф, - От нас ожидается стойкость, подобающая защитникам Брюна. Но, позволь сказать откровенно - думаю, ты рано поддаёшься панике, Тигре.

-Я не поддаюсь панике, - возражаю ему, - Просто я не желаю проявлять неосмотрительность там, где можно и нужно проявить бдительность. Если уж пошла такая речь, то я и сам не верю, что подобное можно провернуть - ей будет нужно завести существенную часть своей армии нам в тыл до рассвета, прорваться через дюжину-другую графов и баронов и, наконец, разбить охраняющих Его Высочество лучших рыцарей королевства. И всё это необходимо провернуть до того, как среагируют наши основные силы в авангарде, - пожал я плечами.

Так и есть. Пусть я и высказал Массасу свои соображения, но сам я на месте Ванадис ни за что не решился бы на такого рода авантюру. С другой стороны, на её месте я бы вообще не стал связываться с численно превосходящим противником. Немного даже странно - даже если она сама ничего не понимает в военном деле, разве не должно при ней быть опытных вельмож? Ванадис - титул примерно равный титулу герцога в Брюне, а их полномочия и того шире. Во всяком случае, я так слышал.

-Вот я и подумал, - вернулся я к тому, с чего начинал, - Что было бы неплохо переговорить с расположившимися рядом лордами. Объединим силы. Меня никто тут не знает, а Вас будут слушать.

Как-никак, но Массас - граф видный и знаком если не со всеми, то с большинством аристократов королевства. Он не только достаточно влиятелен, но и хорошо известен по всему Брюну.

Некоторое время граф прикрыв глаза раздумывал, пока в конце-концов не оповестил о своём согласии коротким кивком.

***

Граф Меца, как и говорил мой наставник, оказался тем ещё стариканом. Жерар д'Авен - вот как его звали. Лет ему было на вид под шестьдесят, сухой и тощий, я с трудом мог понять, как он держится в своих доспехах. Нет, погодите, почему он вообще щеголяет по лагерю в доспехах? Второй аристократ, ждавший нас с Массасом в наспех разбитой палатке был лишь на пару лет старше меняТигревурмуда и лет на пять младше меня-меня... чёрт, кажется, я запутался. Короче, было ему лет восемнадцать-двадцать.

-Массас, старый друг, - проскрипел скелет в доспехах, - Семь лет! Семь лет и не годом меньше! Вижу, и тебя время не пощадило.

-Лорд д'Авен, - куда более формально поприветствовал Массас старого знакомого улыбаясь тому, впрочем, вполне искренней улыбкой, - Рад видеть Вас в добром здравии.

-Эх, каком таком "добром", - пожаловался он, - Думаю, недолго мне осталось ходить под звёздным небом. Вот, решил в последний разок вспомнить лучшие деньки. Позволь представить, - сделал он жест в сторону молодого парня, - Старший сын моего доброго товарища, графа Эно - Жан Ренье. Сам бедняга уже не встаёт с постели.

-Граф Од, - кивнул тот Массасу в приветствии, после чего вопросительно посмотрел на меня.

-Тигревурмунд Ворн, - представился ему, - Граф Эльзаса.

Жан, услышав моё имя, переменился лицом. Ну ещё бы. Его представили, как нижестоящего по рангу, что совершенно правильно, ведь пусть он хоть трижды наследник, но пока простой рыцарь, а я - целый граф. Граф, семейство которого не пользуется уважением в среде того самого рыцарства, а земли больше похожи на дикие дебри. Пустая дань вежливости, поскольку пока дело не касается отношений типа сюзерен-вассал мы тут все равны вне зависимости от титулов, но тем не менее выходит, что я немного "ровнее" его.

-А, лорд Ворн. Я помню вашего доброго батюшку, Урза. Славный был человек, - на этих словах Ренье фыркнул, а я решил, что парень мне определённо не нравится, - Славный, - повторил Жерар, - И не слушайте, что говорят глупцы да невежды. Нас, старой гвардии, мало осталось. Даже старина Фарон уже не тот... а эти негодяи, Ганелон и Тенардье, творят, что вздумается, будто и нет над ними короля, - едва не сплюнул он.

-К сожалению, мы зашли не затем, чтобы вспомнить старину, - поспешил вмешаться Массас, пока разговор не ушел в сторону. Очень нежелательную сторону, я бы добавил.

-Нет? - огорчённо воскликнул Жерар д'Авен.

-Нет. Мы с графом Ворном надеялись обсудить предстоящее сражение... ***

-Трус!

Я даже не удивился. Серьёзно, этого следовало ожидать, хотя я и не думал, что реакция Ренье будет столь резкой и категоричной.

-Простите, что? - для вида переспросил я.

-Вы трус, Ворн! - с явственной охотой повторил он, - На этих равнинах собрались лучшие рыцари со всего Брюна, но Вы считаете, что нам следует, словно дикому зверю, поджать лапы и ощетинится колючками? Если Дзктед нападёт подло во мраке ночи - хотя на Вашем месте я бы воздержался судить по себе даже о врагах - мы встретим их как надлежит людям благородным, а не станем прятаться за спинами черни!

"Броня крепка и танки наши быстры," - несколько ошалело провёл я

неутешительную аналогию. Я был озадачен. Никто и никогда так не разговаривал со мной. В прошлой жизни я был вполне успешным, пусть и ничем не выделяющимся из общей массы студентом и даже срочка в армии прошла как-то... ну, по крайней мере никто не хамил в лицо лично мне.

Я даже не знал, как реагировать. С одной стороны, спускать подобное было не по статусу. С другой, мне и самому не хотелось закрывать глаза на неприкрытое оскорбление. Но с третьей стороны - свара была ни к чему и закончилась бы, скорее всего, ничем.

К счастью, дилемма была решена быстрее, чем я успел изобразить даже показное возмущение:

-Довольно! - резко прозвучал голос графа д'Авена, - Негоже ссориться в ночь перед боем! Не так твой отец учил тебя, Жан! Что же до Вас, - вновь заулыбался он, - То, думаю, могу сообщить хорошую новость - недавно мы получили известие, что Ванадис Дзктеда встала лагерем напротив нашей ставки. Любое движение будет неизбежно замечено. Я благодарю Вас за чистосердечный совет и последую ему, усилив дозоры, но вот Вам совет уже от меня - дайте своим людям отдохнуть перед завтрашним днём. От сонного воина немного проку на поле брани.

***

После этого мы с Массасом наведались ещё к нескольким аристократам, но каждый раз один ответ был похож на другой - нас не то, чтобы не воспринимали всерьёз или не верили, скорее, никому не казалось необходимым принимать некие особые меры. Общее настроение было таким - даже если враг нападёт, мы просто контратакуем и победим. За короля! За принца Региса! За Брюн! Ура!!

Как-то примерно так.

Рыцари рвались в бой и создавалось впечатление, что я один не воспринимал победу как данность. Хорошо, хоть старый граф не оставил меня. Боюсь, без Массаса меня бы просто засмеяли.

Естественно, спокойствия такое положение дел мне не добавляло. Скорее наоборот, мне начинало казаться, что при подобном отношении к делу, у врага и в самом деле есть шанс, каким бы незначительным тот ни был. Оставалось лишь надеяться, что командование знает, что делает и что двадцатитысячное войско по ту сторону холма одержит быструю и убедительную победу, благо, все основания наедятся на неё были.

Ночью мне не спалось. Поддавшись паранойе, я не стал снимать латы полностью, развалившись во тьме палатки и таращись в никуда. Ночь была звёздной и огни лагеря продолжали гореть не угасая, что, вместе с приглушенными разговорами часовых, создавало иллюзию оживлённости даже глубоко за полночь. Не знаю, сколько раз я просыпался и засыпал снова, постоянно проверяя рукоять своего меча, но в итоге только извёл все нервы, пожалев, что не воспользовался советом Жерара и не выспался как следует - только утомил и без того усталое тело.

На нас напали с первыми лучами рассвета.

***

Немного иронично, но что что-то неладно я понял не сразу. Первые несколько секунд я боролся с ощущением некой нереальности, будучи неспособным понять, проснулся я или ещё пребываю в путах туманных сновидений.

Все сомнения развеял ворвавшийся ко мне в палатку Батран:

-Милорд граф! Скорее вставайте, это враги!

Я пришел в себя ещё до того, как слуга закончил говорить - при виде выражения его лица моя рука уже шарила в полумраке в поисках шлема и подшлемника. Застегнув лямки и лихорадочно проверив пояс с мечом, я выскочил наружу, где был немедленно встречен невообразимым гвалтом и беспорядочным шумом: крики и вопли, ржание коней и далёкий лязг железа о железо, треск ломающейся древесины и прочий хаос, определять истоки которого не было ни времени, ни желания.

-Какого чёрта?! Батран! Всех в строй! Ты, - схватил я за плечо первого попавшегося на пути бойца, - Коня мне!

-Коня господину графу!

-Тревога! На нас напали!

-Где враг?!

-Грр! - заскрипел я зубами. Как же всё плохо! И почему я только оказался прав?

Прямо сейчас опасность исходит не столько от противника, сколько от своих же бегущих союзников. Хуже того, я ни черта не вижу за мельтешащими спинами своих людей и неведомо что забывших тут людей Массаса. Погодите, это же черно-желтые цвета!

-А ну стоять! - крикнул я и преградил дорогу бегущему воину, - Что с твоим графом?

К моему возмущению меня не только начисто проигнорировали, но и попытались не очень вежливо оттолкнуть в сторону. Добром это не закончилось - со смачным хлюпаньем сломанного носа, человек Ренье приземлился на задницу, а один из моих "сержантов" - широкоплечий детина под два метра ростом - напоказ размял кулаки.

Пожалуй, не стоит спрашивать про очевидное. Да и не важно - тут самое время беспокоиться о себе самом.

-В строй! В строй, собака, а не то я сам тебя зарежу! - пригрозил я, чувствуя себя за спинами своих людей настоящим храбрецом.

Привели коня. Вскочив (на самом деле, скорее, взгромоздившись, но никто ведь не заметил, да?) в седло, я принялся озираться в поисках лорда Массаса. А вот и он - кричит что-то в окружении своих рыцарей. На секунду наши взгляды встретились и он отвесил мне короткий кивок.

-Знамя, Батран! Выше знамя! И, ради всех богов, сомкните уже строй! Ко мне! Все ко мне!

Краем сознания я понимал, что уже и сам паникую, но ничего не мог поделать. Положение складывалась неутешительное. В рассветном полумраке видно было плохо, но мы всё же находились на возвышенности и, привстав на стременах, я мог примерно оценить обстановку вокруг.

Противник ворвался в лагерь немного левее от нас, кавалерийским клином растоптав дезорганизованные попытки сопротивления. Сразу за всадниками шла тяжело вооруженная пехота, расширяя прорыв и не давая взять их сравнительно небольшой отряд в окружение. Впрочем, едва ли это уже было возможно - никакого фронта со стороны войск Брюна не было. Тут и там мелькали знамёна знати, вспыхивали очаги сопротивления, но центр наших сил продавливали куда быстрее, чем те могли бы консолидироваться и даже просто попытаться остановить наступление Дзктеда.

С нарастающим ужасом я заметил, как наступающее крыло пехоты разворачивается в нашу сторону. Над моей головой просвистела стрела - я не хотел знать, нашла она свою цель или нет.

-Сомкнуть щиты! Выставить копья! Ни пускать! Даже своих не пускать! Держать строй! - почти прохрипел я - горло было надсажено.

-Щиты! - подхватил, не в пример моему, богатырский голос, - Копья! Покажем этим подонкам из Дзктеда!

Я оглянулся и увидел лыбящегося детину, что совсем недавно помог мне с "дисциплинарными" мерами в отношении несостоявшегося дезертира. Как его там зовут? Ханс? Или Луис? Надо запомнить.

Разумеется, совсем "не пускать своих" было невозможно - уж больно много их бежало в нашу сторону, включая спешенных и кое-как одетых рыцарей. К счастью, некоторыми навыками и опытом ополченцы в самом деле обладали - смешанные ряды моей и Массаса пехоты расступились, пропуская беглецов вглубь жиденького строя, прежде чем сомкнутся вновь, встречая врага частоколом пик и копий.

Раздался скрип и треск - копья уткнулись в выставленные щиты. Мой первый бой начался по-настоящему.

***

Первые минуты запомнились мне плохо. Даже не столько плохо, сколько частично, эпизодически, подобно нарезанной на кусочки плёнке.

Вот одному из пехотинцев Массаса впивается в горло стрела. Он бросает оружие и тянется дрожащей рукой к оперению, но падает, чтобы через секунды быть растоптанным ногами своих же товарищей.

Вот наконечник копья бесполезно выбивает искры из латного наплечника пехотинца Дзктеда, когда тот пытается сократить дистанцию, но стоило ему только приблизится, как из-за спины слегка подвинувшегося копейщика взметнулся тяжелый топор, лезвием обрушившийся тому на голову.

Вот один из моих Эльзасцев падает с пронзённой грудью - вываренная кожа не защитила от точного удара клинком, и его изрубленный щит опускается навсегда.

Вот строй Брюна гнётся и пятится под напором тяжелой пехоты Дзктеда и на минуту мне кажется что уже всё, но замелькали мечи, топоры, палицы и прорыв замедлился, давая возможность копейщикам вновь поднять частокол стальных жал, отталкивая ими врага назад.

Сколько это уже длится? Где остальные союзники? Нас атакуют отборные силы противника, так что же целая чёртова двадцатитысячная толпа по ту сторону холма возится? Почему они до сих пор не пришли нам на помощь?!

-Тигре! - проревел над ухом смутно знакомый голос, перекрикивая хаос битвы.

-Лорд Массас? - встрепенулся я, отведя взгляд от бойни и озираясь по сторонам.

В шлеме я даже не сразу узнал его. Думаю, это как-то связано со спрятанными бородой и усами.

-Тигре! Мы попытаемся прорваться к Его Высочеству! Если принца убьют - всё пропало!

Только тут я заметил, что граф не один, но в окружении ещё нескольких всадников, как его, так и с незнакомыми мне гербами. С вялым удивлением я отметил, что Жерар д'Авен был среди них. Ренье видно не было.

-Постарайся отступить к западу! Пока им не до преследования, у тебя есть шанс!

Что?! Какой ещё шанс?! Да если мы повернёмся спиной, начнётся бегство! Даже если нас не станут преследовать, потери только возрастут! И что потом? Битва ещё не проиграна! Как мне потом оправдываться перед всем светом?!

-Лорд... граф Массас! - крикнул было я, но старик не стал слушать, пришпорив коня.

-Время для доблести и славы, парень! - весело прохрипел мне вслед граф Меца, - Для доблести и славы!

Да вы что, издеваетесь надо мной? Это что, я теперь тут за старшего?! Какие подвиги? Какая слава? Ты вообще о чём, маразматик ты старый!! И ты, как ты мог кинуть меня, Массас?!

-Господин, берегитесь!

"Треньк!" - пробив железную обшивку, стрела глубоко вошла в неведомо откуда возникший прямо передо мной круглый щит. А, нет, ведомо. Меня спас Батран. В одной руке слуга держал знамя, в другой - тот самый щит, застрявшая стрела в котором была далеко не единственной.

Я нервно сглотнул и ещё раз посмотрел по сторонам.

Наши пёстрые ряды по-прежнему неровной стеной стояли на пути монотонносерой волны солдат Дзктеда. Кровь, вмятины на броне, невообразимая какофония адских звуков... я не мог не заметить, что подавляющее большинство сражавшихся рядом людей было мне совершенно незнакомо и было их куда больше, чем наши с Массасом неполные четыре сотни. Ощетинившись во все стороны сталью, громадный "ёж" не подпускал к себе пусть сравнительно немногочисленного, но закованного в тяжелые доспехи и очень упорного противника. Было сложно оценить потери, но воины держались, как могли.

Я видел гордо реющие знамёна с чёрным драконом Дзктеда. Я видел знамёна с вставшим на дыбы алым конём Брюна. Я видел простых ополченцев и профессиональных солдат, редких конных рыцарей и оруженосцев. Но было коечто, чего я никак не мог найти.

С нашей стороны, я не видел в обозримой близости ни одного знамени лорда, помимо своего собственного.

-Твою мать!

***

Пот заливал глаза и я в раздражении шевелил бровями, но не смел снять шлем ни на минуту - стрелы без устали летели в обе стороны. В армии Брюна нет специальных подразделений лучников, но многие феодалы набирают их для прикрытия пехоты, так что в реальности стрелков хватало, в том числе и в числе тех, кого я привёл с собой. Порой удачливой стреле удавалось найти брешь в доспехах противника, но намного чаще потери несли легковооруженные воины Брюна.

В какой-то момент наш строй всё же был прорван и схватка перенеслась вглубь построения. Помню, я размахивал сверкающим в лучах рассветного солнца клинком и обещал, что подмога скоро подоспеет, говорил, что победа уже у нас в руках, надо только выстоять и враг отступит. Мне на руку сильно играло то, что за забралом не было видно раскрасневшегося мальчишечьего лица, а хриплый голос неоднократно дублировался Луисом (или его зовут Ганс?).

В блестящих латах, под двумя знамёнами - Брюна и Ворнов - не удивительно, что меня сделали приоритетной целью. Некоторые стрелы принимал на щит Батран, под чьим-то оруженосцем, держащим королевское знамя, дважды была убита лошадь, и дважды наконечники стрел чиркали о мой собственный панцирь.

Мы выдержали. За каждого убитого врага мы платили двумя своими, но в какой-то миг стало ясно, что противник действительно выдыхается - битва, ещё недавно кипевшая совсем рядом со мной (никогда, никогда я не видел столько крови так близко!) постепенно стала отдалятся, вновь взметнулись копья ища слабые места в доспехах недруга, выровнялся строй, поднялись щиты. Мне начало казаться, что мы победим.

А затем по левому флангу прокатилось невнятное волнение. Ко мне подскакал всадник без шлема и в окровавленных доспехах. Я узнал его - это был один из рыцарей старика Массаса.

-Граф Ворн! - прохрипел он голосом ещё более осипшим, чем мой, - Вам нужно уходить. Всё пропало!

Мне хотелось схватиться за голову или, ещё лучше, стукнуть этого болвана по башке за то, что он орёт такие вещи посреди своих, но вместо этого я с неведомо откуда взявшейся властностью в тоне потребовал:

-Где граф Массас?

-Я... я не знаю, - задыхался он, судорожно глотая воздух и я заметил, что этот парень вполне может быть моим ровесником, - Сражение разделило нас... он велел прорываться к Вам... принц мёртв! Наша армия бежит, лорд Ворн, мой граф велел уводить уцелевших!

-Что? - прошептал я, чувствуя, как бешено колотящиеся в груди сердце уступает место хватке могильного холода, - Как это случилось? Что с гвардией? Как мы могли проиграть?! Ты уверен...

-Не знаю! Я не знаю, лорд Ворн, - замотал он головой, - Кажется, на Его Высочество напали ещё до нашего прибытия, с противоположной стороны, а затем стало ясно, что главные силы отступают. Враги уже повсюду!

Я... я уже ничего не понимал. Битва проиграна? Но... как? У Ванадис пять тысяч человек. Не меньше тысячи участвует в налёте на лагерь. Как двадцатитысячная армия крупнейших феодалов королевства могла проиграть четырём тысячам? Даже если допустить, что их, как и нас, застали врасплох, то всё равно это ничего не объясняет! Там должны были быть лучшие рыцари Брюна и войско их - не чета нашему. И что значит "напали с противоположной стороны?" Дзктед разделил свои силы на три части? Что вообще происходит?! И главное...

...Что мне теперь делать?

Всадник продолжал что-то кричать, но я уже не слушал, пытаясь решится на дальнейшие действия. Отступать? Но тогда что, всё напрасно? Все эти смерти? Усилия и жертвы всех этих людей? Но даже если я велю отступать, разве мы тут же не получим удар в спину? И... Массас. Проклятье, старик, как тебя угораздило, а?!

И тут меня осенило.

Отступление союзников. Нападение на принца Региса в обход гвардии. Стало понятно, почему мы проиграли сражение. Нет, правильнее сказать, почему мы с самого начала не могли его выиграть. Мои растрескавшиеся губы сами собой расползлись в полубезумной, полной ядовитой иронии усмешке.

Это измена.

Наш авангард более, чем на половину состоит из вассалов Тенардье и Ганелона. Им даже не нужно было ничего делать - просто не проявлять особого рвения во время сражения, превратить бой в хаотичную свару, ну а там... всякое может случиться.

Очень может быть, что герцоги вступили в сговор с Дзктедом. Может и нет. Может, они просто воспользовались удачно подвернувшийся ситуацией - или даже только один из них. Быть может, поражения как такового и не планировалось вовсе и махинации предателей просто наложились на внезапные действия Ванадис.

Это уже неважно. Принц мёртв, большинство королевских вассалов, не связанных клятвами с кем-то из герцогов, совершенно разгромлены. Мне хотелось сорвать этот осточертевший шлем с головы и расхохотаться в голос. Нас привели сюда, как свиней на убой.

-Милорд граф, - взволновано сказал Батран, - Вам нужно скорее бежать! Мы ещё сможем ненадолго задержать их!

"Что за чушь!" - уже был готов взвиться я, когда внезапно появившаяся на поле боя деталь привлекла моё внимание. Словно серебряная вспышка на самом краю зрения.

Тогда я и увидел её в первый раз. Танцующую с Мечом Принцессу Ветра.

Следующие за ней кавалеристы были перемазаны кровью, их латы покрыты следами ударов, кони взмылены - следы длительного сражения были несомненны. Но на ней не было ни пылинки, словно... словно она и не принадлежала этому полю боя, была на нём чужой. Но думать так было ошибкой.

Через пару секунд дева с серебряными волосами достигла переднего края строя остатков войска Брюна. Моего войска. Вспышка - настолько быстрым был удар - и древко наставленного на неё копья оказалось перерублено. Вспышка - и несчастный пехотинец был разрублен надвое, вместе со щитом, шлемом и кирасой.

Это... как так? Что за чертовщина?!

Подавив приступ тошноты, я до боли стиснул кулак и заворожено уставился на невозможную сцену. Каждый её удар вздымал в воздух фонтан алых брызг - но не единая капля не могла коснуться её одежд.

Подоспевшие рыцари Дзктеда врезались в отпрянувший строй пехоты - пики ими были давно оставлены и таранный удар вышел не таким сильным, каким мог бы, но обескровленной, утратившей веру в победу сборной солянке сил Брюна этого хватило. Строй рассыпался.

-Ванадис! Это Дева Войны! - закричал кто-то.

Я словно очнулся ото сна на яву.

-Стреляйте! Стреляйте в неё! Лучники!

Меня услышали и несколько стрел в самом деле направили свои смертоносные жала в её сторону.

Если нам удастся убить вражеского лидера, то не всё ещё потеряно!

Серебряной вспышкой блеснул меч в её руке и стрелы были отбиты. Нет, это было словно... их отразил невидимый барьер.

-Ещё! - кричал я, чувствуя, как меня пронзает страх, равного которому мне ещё не приходилось испытывать, - Стреляйте в ведьму! Ко мне, воины Брюна! Сражайтесь!

-Милорд граф! - сделал попытку образумить меня верный Батран, но было уже поздно. Ведьма заметила меня.

Наши глаза встретились и на её лице расцвела озорная улыбка. Словно мы и не на поле боя. Словно это не я только что приказал убить её. Словно это не она только что решила убить меня.

Впервые я пожалел, что внешним видом отличаюсь от рядового пехотинца.

Ещё пара пущенных стрел были отражены сверхъестественным образом без видимых усилий со стороны Ванадис. Паника в наших рядах продолжала нарастать. В общей свалке пехота оказалась не способна сдержать рывок закованной в латы кавалерии Дзктеда. Люди падали один за другим и на самом острие атаки была она - ни на миг не выпуская меня из виду, будто я - ценный приз, который может исчезнуть, стоит ей только отвернуться.

На этот момент никакого фронта уже не существовало - свои и чужие смешались в единый поток, сносивший всё на своём пути. Некому было преградить путь Ванадис но она, словно в нетерпении, подняла свою лошадь в воздух. В буквальном смысле. Словно сказочный скакун, та неправдоподобно длинным и плавным прыжком, словно паря на воздушной подушке, перелетела через разбегающихся в стороны бойцов и очутилась в нескольких метрах от меня.

-Граф Ворн! Уходите! - к моему удивлению и некоторому облегчению, крик принадлежал не Батрану, но оставшемуся неназванным рыцарю Массаса, принесшему нам дурные известия. Пришпорив коня, он занёс меч и бросился на Ванадис.

Вспышка - и голова парня отделилась от туловища. Я понял, что буду следующим.

Сложно сказать, что руководило мною в следующее мгновение. Это не было здравым расчётом или запланированным действием, продуманным шагом, нет.

Это было нечто куда более дремучее и потаённое.

Вонзив шпоры в бока своего коня, я что есть сил натянул поводья, ставя животное на дыбы и подставляя под предназначенный мне удар. Разумеется, для настоящего рыцаря нет позора страшней, чем подобным образом принести в жертву боевого товарища. Разумеется, мне было плевать. Потом я, может, и пожалею денег, которых стоил приличный боевой конь, но сейчас я не думал ни о чём таком. Я вообще не думал. Я действовал.

Сталь лат потянула меня к земле, но она же защитила от жесткой посадки. Спас поддоспешник, а тот факт, что весила броня куда меньше, чем консервные банки, которые таскают некоторые местные особо брутальные сэры, позволил пусть и неуклюже, но подняться на ноги, вынимая меч из ножен тщательно отработанным движением.

Меня шатало и мутило. Наплевав на всякую технику безопасности, сорвал прочь завалившийся набок и мешающий обзору шлем.

Было тихо... только звенит что-то. Нет, не так. Это у меня в ушах звенит.

Бегло огляделся и не нашел рядом Батрана. Вот и славно. Надеюсь, старика утащили наши когда поняли, что спасать меня поздно. Чёрт, надеюсь, мысль спасти своего графа вообще приходила кому-нибудь в голову, но особо тешить себя этой надеждой не следует. Батран для них свой, а я... тоже свой, но Батран уж точно "своее".

Под ногой оказалось что-то мягкое. Полотнище королевского знамени.

-Так вот, как ведут себя доблестные рыцари королевства Брюн?

Я оглянулся.

Разумеется, на ней не было ни капли крови, а голос, вопреки словам обвинения, был полон весёлого задора.

-Да мне плевать, как там ведут себя доблестные рыцари, - устало вздохнул я, - И хвала всем богам, иначе я не сделал бы вот этого.

Состроив свой лучший покер-фейс, я поднял меч над головой. Её губы расцвели в предвкушающей улыбке. Красные глаза вызывающе блестели.

Это выражение и застыло на её личике, когда клинок вонзился глубоко в землю у моих ног. Подняв руки в универсальном во всех мирах и эпохах жесте, я громко и чётко произнёс:

-Граф Ворн сдаётся.

Глава III

Одно из самых удивительных заблуждений - заблуждение в том, что счастье человека в том, чтобы ничего не делать. Л.Н. Толстой

Десять дней - по словам моих конвоиров выходило, что именно столько займёт дорога от равнин Динант до города Лейтмеритц. С одной стороны, это значило, что у меня будет время подумать над своим новым статусом. С другой - десять дней это, блин, много. Чем мне занять столько времени?

Понимаю, пленнику должно быть странно жаловаться на хорошее обращение - я и не жалуюсь - но полторы недели в пути? Боюсь, такими темпами я рискую соскучиться по издевательствам Массаса... надеюсь, старикан выбрался невредимым.

Если честно, то я пребывал в довольно странном расположении духа. Мне было немного страшно, немного противно и немного интересно.

Страшила неизвестность - пусть между двумя странами и имелся соответственный договор, но фактически отношение к военнопленным, даже знатного происхождения, могло быть очень различным. Будут ли меня пытать? Я солгу, если скажу, что не боялся пыток. Что, если вдохновлённый успехом, король Дзктеда решит начать интервенцию в Брюн? Сейчас самое время для такого, а моя участь в этом случае становится совсем уж непонятной. Наконец, самый очевидный вариант - выкуп. Вот только я был единственным пленником. Вот так вот. Спрашивается, если не брали пленных, то почему для меня сделали исключение? Наконец, к чему вообще такой жесткий подход? Пленных не берут, когда находятся в глубине вражеской территории, когда не хватает провианта или нужно сохранить мобильность, для запугивания старого врага с которым ведёшь тотальную войну, наконец. Во всех остальных случаях нет никаких причин отказываться от взятия аристократа в плен - это просто экономически выгодно. Так зачем я понадобился?

Помимо страха было и лёгкое, глубоко похороненное чувство неприязни. Умом я мог сколько угодно понимать, что так устроена цивилизация и подобного рода вещи происходят сплошь и рядом даже в моём мире - просто обычно не с нами и оттого на них легко закрывать глаза. Легко делать вид, что я тут не при чём, что просто повиновался воле сюзерена, что всему виной недальновидность принца и самого короля, недооценившего наглость заговорщиков, легко ненавидеть предателей, особенно если они того заслуживают. Так оно и есть, да только подозреваю, что семьям погибших плевать на детали. Мне и самому-то на них плевать. Понятное дело, что никаких пособий, пенсий, льгот и компенсаций семьям павших предусмотрено не было ни в Эльзасе, ни где-либо ещё. Да мне при всём желании не хватит денег на программу помощи, не без ущерба всему остальному. Сколько вообще сумеют вернуться домой? Они, все они, от Батрана до последнего безымянного ополченца Эльзаса находились и находятся под моей ответственностью. Что же до меня... к счастью, сохранность своей шкуры - это только моя забота и ничья больше. Вот почему судьба всех этих людей беспокоила меня не многим меньше собственной. Возникало такое впечатление, будто я их предал, бросил на произвол судьбы. Мерзкое чувство, даже если и иррациональное.

Что же до интереса... каюсь, если у меня и были серьёзные увлечения, то только одно - история. Я виню во всём своего деда-академика. Нормальным детям читали на ночь сказки. Мне - в лучшем случае "Старшую Эдду." В худшем - "Записки о Галльской войне." Что со мной что-то не так я начал подозревать только классе в третьем, когда во время игры в "загадки" на мою: "Почему Дмитрия Донского прозвали Донским", страшные глаза сделал не только класс, но и молодая классрук. Уже на истфак, впрочем, я поступал идя по пути наименьшего сопротивления, а не из-за неких гипотетических высоких побуждений. Теперь же я в эту самую историю вляпался во всех смыслах по самые уши.

Но, как говорится, во всём надо искать положительные стороны. Раз уж дела обстоят хреново, то почему бы не представить себя в роли туриста? В Эльзасе единственным сложным архитектурным строением помимо храма является графский особняк, а Лейтмеритц - город вроде крупный, будет на что посмотреть... из окна темницы. Ух.

У меня изъяли оружие и доспехи. Правда, недалеко - в ту же повозку, в которую посадили и меня самого. Между прочим, раньше она принадлежала оному из аристократов Брюна, но сменила владельца на основании самого надёжного из всех законов - права сильного. Иронично, не так ли? Я в буквальном смысле спал на своём снаряжении, но попытка воспользоваться им немедленно была бы приравнена к попытке бегства.

Судя по взглядам, которые я порой ловил на себе, у меня возникало смутное подозрение, что они хотят, чтобы я выкинул нечто подобное. Хе, ну что за нелепица.

Ещё один любопытный факт - командовала армией Дзктеда женщина. Я имею в виду не Ванадис, которую я с того дня и не видел вовсе. Вроде бы она отправилась в столицу с докладом к королю Виктору Артуру Волку... дальше не помню. Эх, Гугл всемогущий, как же я по тебе скучаю, о лучший друг любого студента!

Так вот, их командира звали Лимлиша и была она при Ведьме кем-то вроде адъютанта. Вроде бы даже не благородного происхождения, но здесь всё туманно - на мои вопросы отвечали очень неохотно и я в лучшем случае удостаивался взгляда, которым взрослый смотрит на маленького ребёнка, спросившего: "почему небо голубое?", а в худшем мне прямо советовали заткнуться. Вежливо, конечно, но сути сие не меняет. Хорошо, хоть язык знаю - спасибо Массасу, да и похожи диалекты друг на друга.

...Чувствую, это будут длинные, длинные десять дней.

***

Отрыв глаза, я увидел над собой ровный, белоснежно-белый потолок. На мгновение меня пронзило странное, необъяснимое чувство неправильности, но исчезло так же быстро, как и появилось.

Старая, еще советской эпохи пластиковая люстра, оливкового цвета обои на растительную тематику, приоткрытая форточка, через которую в комнату проникает дневной свет - всё на месте. Всё так, как и должно быть.

Я встаю с кровати и, поежившись от осенней прохлады, натягиваю любимую черную футболку - на ней грязи не видно.

Мама уже вовсю хлопочет на кухне и квартиру обволакивает запах готовящейся стряпни.

Пока иду до ванной комнаты, слышу стук клавиатуры и щелканье мышки. Младший брат. Когда он вообще спит?

Мерно журчит вода из крана. Ополоснув лицо, я смотрюсь в небольшое зеркало над умывальником и... не вижу своего лица.

Вижу линии головы, очертания волос, но я не вижу лица - только нечёткие, размытые контуры. Словно туман.

Что это? Где моё лицо? Почему я...

В ноздри внезапно бьёт неприятный ржавый запах. Такой мерзкий и, в то же время, такой знакомый. Мои ладони красные от крови. Алые капли стекают по подбородку и капают на кафель плитки.

Я не хочу опускать взгляд. Я не хочу, но не могу ничего поделать. Тело меня больше не слушается. Нет, с самого начала оно двигалось помимо воли, но лишь сейчас это стало до ужаса очевидно.

В раковине умывальника, на половину погруженная в кровавую жидкость, лежит отрубленная голова.

-У.о..те, г..ф В.рн!

***

-Твою мать! - с чувством произнёс я, трогая мокрый от холодного пота лоб.

Ничего себе. Кошмар. Когда в последний раз... даже не помню. Вот уж не ожидал, что нервишки начнут пошаливать. С другой стороны, неудивительно, после вчерашнего-то. На самом деле меня не особо беспокоил тот факт, что я с трудом мог вспомнить своё "настоящее", старое лицо. Такого рода память бесполезна в любом случае и только тянет с собой вниз, в пучины рефлексии.

И всё же я солгу, если скажу, что меня совсем не беспокоят начавшие появляться пробелы в памяти. Особенно во всём, касающемся личной жизни вплоть до того, что я не всегда могу вот так сразу вспомнить своё собственное имя. С другой стороны, на ум стали приходить давно, казалось бы, позабытые вещи, о пребывании которых на свалке памяти в другое время я бы и не вспомнил.

Может, это своего рода психологическая реакция? Или расстройство? Или же это как-то связано с приключившейся со мной ересью в целом?

Выпрыгнув из крытой повозки, я вдохнул полную грудь ночного воздуха, прогоняя прочь ненужные мысли и освежая чувства.

-Далеко ли собрались, Ваше сиятельство?

А, дежурный надзиратель. Ох уж этот ехидный тон...

Впрочем, я немного ошибся. Видимо, было не настолько поздно, как я думал, поскольку за костром сидела целая компания. На огне жарился кусок баранины, на расстеленной скатерти лежали ломти ржаного хлеба, была просыпана соль. У одного на коленях лежал музыкальный инструмент, идентифицировать который я не возьмусь ввиду слабого понимания предмета, но если ляпнуть не подумав, то я провёл бы аналогию с цитрой или даже вспомнил бы про гусли.

-Да нет, не далеко. Ноги размять.

-Как знаете, - пожал плечами старший, - Только, Ваше Сиятельство, не забывайтесь. Тут многие церемониться не станут.

-Благодарю за предупреждение, - спокойно улыбнулся я, стараясь не обращать внимания на встрепенувшееся от пренебрежительного тона раздражение. Желание напроситься в компанию тут же пропало.

Да, долгие десять дней.

***

Лейтмеритц был столицей одноименного княжества Дзктеда. Если верить легенде, которую я знал со слов Массаса, который знал её со слов ещё одного своего знакомого, который слышал её от одного торговца - как не сложно догадаться, о достоверности информации в тёмные века речи не идёт - такое территориальное деление существует со времён основания государства и ни разу не подвергалось изменениям. Семь племён, пошедших за назвавшим себя воплощением Черного Дракона чужеземцем, семь принцесс, семь провинций. Всё просто.

Сам город производил довольно серьёзное впечатление: высокие белые стены, мощёные камнем широкие улицы, аккуратные домики. Лейтмеритц был немал даже по современным мне меркам, а уж с Целестой Ворнов и сравнивать нечего. К моему удивлению, никакого особого ажиотажа марш победителей к расположенной на возвышенности крепости не вызвал. Я ожидал триумфа, лепестков роз и всего прочего, соответствующего блистательной победе способной войти в историю мира, но ничего подобного не было. Возможно, дело в отсутствии самой Ванадис? То есть, на войско конечно глазели, показывали пальцами, приветственно кричали и размахивали руками, вокруг носились стайки ребятни, но всё это не несло признаков предварительных приготовлений, словно ничего особенного и не произошло и армия возвращаться после учебных маневров, а не выигранной войны.

Замок, в свою очередь, удивил меня своим архитектурным стилем, напоминающим идеи эпохи возрождения, сочетающие дворцовую стилистику с вполне солидными укреплениями - компромисс между комфортной резиденцией и надёжной крепостью. Ещё не дворец, но уже и не просто минимизированный укреплённый пункт.

Больше я ничего особо и не успел разглядеть, прежде чем был заперт в небольшой комнатушке. Окно, непокрытый каменный пол, кровать. Лучше, чем подземелье, полагаю. На просьбу раздобыть мне перо и бумагу был дан дежурный до осточертения ответ: "Не велено."

Зашибись.

Надеюсь, про меня не забудут.

***

Если кому придёт в голову назвать меня лентяем, даже не подумаю спорить, но всё же есть некая грань между нежеланием делать что-то и невозможностью это самое что-то делать. Во время дороги я имел возможность пялиться по сторонам - то ещё удовольствие, но пялится в потолок надоело ещё быстрее. Мною овладела странная апатия - наверно, организм устал сидеть на нервах.

-Молча сижу под окошком темницы, синее небо отсюда мне видно, - меланхолично протянул строки полузабытого стихотворения, - В небе играют все вольные птицы...

Должны были пройти как минимум сутки. Примерно одиннадцать дней от катастрофы на равнинах Динант. Если Регис в самом деле сыграл в ящик, то ситуация в королевстве должна идти по наклонной. Других прямых наследников нет, а значит и причин считаться с королём Фароном. Ему бы женится снова, да только раньше надо было думать. Что-то подсказывает мне, ни Ганелон, ни Тенардье тянуть с мятежом не станут. Подозреваю, обойдутся даже без серьёзного повода. Можно сколько угодно говорить про доблесть, верность и прочие рыцарские качества, но своя рубашка всё равно ближе к телу. Для множества мелких и не очень феодалов надвигающаяся смута станет долгожданным шансом испытать удачу ловя рыбку в мутной водице. Мало кто останется в стороне.

Вопрос - что с Эльзасом? Не то, чтобы мне было дело до клочка земли, но... Мне вспомнилось личико Титы. Вот кто точно переживает за "Тигре", а верный Батран наверняка будет винить себя во всём, что только пошло не так. Если он вообще жив. К тому же, неприятно осознавать, но в отсутствии своего графа, Эльзас вполне может стать той самой "рыбкой" для какого-нибудь предприимчивого мерзавца.

В дверь постучали, вырвав меня из упаднических раздумий. Стук был напорист и не слишком вежлив, но он был и следовало ответить:

-Не заперто, - съехидничал я. Ну а что? Хуже быть не може... ладно, может, но уж больно много раздражения успело накопиться.

Дверь открылась, явив высокую голубоглазую блондинку с собранными в "хвост" длинными, ниже пояса, волосами. Вау! Я таких раньше только на картинках видел. Совсем молода - едва ли ей есть те же двадцать, а на поясе закреплены ножны с мечом. И почему у меня такое чувство, что оружие ей не для красоты?

-Вижу, Вы не теряете присутствия духа, граф Тигревурмуд Ворн, - холодно произнесла она.

-Имя можно опустить, - широко улыбнулся в ответ, - На самом деле, это было бы предпочтительно. Сокращает время делового разговора примерно на четверть. -Советую Вам серьёзнее отнестись к вашему положению, граф Ворн. Ваше поведение кажется мне чересчур легкомысленным.

-Уверяю Вас, я серьёзен как никогда, - чистая правда, - Просто едва ли угрюмый вид сможет мне чем-либо помочь.

-Беспечность поможет Вам ещё меньше, - в тон ответила она, сверкнув глазами, - Моё имя Лимлиша. Госпожа Элеанора желает встретиться с вами.

Лимлиша? И где же я уже слышал это имя? А, точно! - замер на месте я. Ну ничего себе. Я видел её всего пару раз и всегда в доспехах, да и доходившие до меня слухи не изобиловали подробностями, так что представлялась она мне эдакой девой-богатыршей, способной гнуть подковы голыми руками, но никак не шикарной блондинкой только-только вышедшей из подросткового возраста.

-Долго мне ещё ждать вас, Ворн? - всё тем же льдистым тоном поинтересовалась... нет, потребовала она.

Я почувствовал, как непроизвольно дернулась веко. Уж лучше пусть была бы великаншей с квадратным подбородком - было бы не так обидно.

***

Я никогда не был во дворцах, но уверен - обстановка вполне соответствовала. Потолки и пол были украшены мозаикой, было просторно и солнечно, а броня стоящих на постах стражников была начищена буквально до блеска. Шикарно жить не запретишь, полагаю. Впрочем, в данном случае роскошь - просто признак статуса.

-Мы пришли, - остановились мы перед дверью, - Госпожа Элеанора, я привела военнопленного.

Незаметно вздохнув, я постарался скрыть волнение за уверенной, но такой лживой маской.

-Да, заходите.

Даже не знаю, что именно я ожидал увидеть? Тронный зал? Магическую лабораторию? Первым делом внимание привлекали прибитые к стене два громадных знамени - Чёрный дракон Дзктеда на одном и серебряный меч на тёмном фоне на другом. Помимо этого, к моему облегчению, предо мной предстал самый обыкновенный кабинет, насколько может быть обыкновенным кабинет, расположенный в роскошной княжеской резиденции, где почти любой предмет интерьера стоит больше, чем весь мой особняк. Одной только позолоты было больше, чем я видел в живую за обе свои жизни вместе взятые. Хотя нет, погодите, а церковные купола считаются?

Прогнав как обычно не вовремя лезущие в голову мысли, я направил взгляд на Принцессу Войны, беззастенчиво пользуясь возможностью рассмотреть её поближе.

Ванадис сидела за столом, напротив внушительной стопки документов. В её руке мелькало гусиное перо. В углу комнаты стояла корзина с мусором, вокруг которой валялись скомканные листы бумаги. Бюрократия. Воистину, лучше быть графом в Эльзасе, чем Ванадис в Лейтмеритце.

-Тигревурмуд Ворн, не так ли? Довольно длинное имя.

-Мне это известно. Просто Ворн или Тигре, если мы хотим сэкономить время.

-Тогда, Тигре. Можешь звать меня Элен.

-Госпожа Элеанора!

-Но это правда, Лим. Так мы сбережем больше времени, - невинно улыбнулась она.

Тогда, на поле боя, мне довелось видеть Ванадис только мельком и эта улыбка... не так я себе всё представлял.

Она была очень молода, даже моложе Лимлиши. Серебряные волосы и алые глаза смотрелись очень необычно, придавая ей эфемерный, почти сказочный вид. Она была почти сверхъестественно прекрасна.

Я понял, что пялюсь и почувствовал как к щекам приливает кровь. Проклятые гормоны. Снова шестнадцать - то ещё удовольствие. Впрочем, чтобы остудить горячую кровь было достаточно вспомнить, что сидящая напротив девчонка является матёрой убийцей, рубящей людей на куски примерно с такой же улыбкой, с которой сейчас смотрит на меня.

-Хорошо, давай не будем злить Лим и перейдём к делу. Ты - граф Эльзаса, не так ли?

-Именно так.

-Согласно договору между нашими странами я буду ждать выкуп за тебя в течении 50 дней. В случае, если выкуп не будет доставлен в назначенный срок, ты станешь моей собственностью. Ты принимаешь эти условия?

-Да, - как будто у меня есть выбор, - Я хочу услышать сумму.

-Семьсот тысяч серебром.

... ...

Признаться, было у меня желание задать идиотский вопрос в духе: ''я не ослышался?'' или ''ты серьёзно?'', но обошлось.

Семьсот тысяч денье. Или пенни. Или копейных монет. Неважно, почти вся мелочь стандартизирована. Я буквально чувствовал, как скрипят шестерёнки в голове, проводя подсчёты с феноменальной для меня скоростью. Это же около шестидесяти тысяч су, почти три тысячи ливров! Чёртова тонна серебра! Да даже предай я вотчину Ворнов огню и мечу, не соберу и четверти!

-Несомненно, госпоже Элен известно, где находится Эльзас? - нарочито ровным тоном поинтересовался я.

-Сразу за Вогезами, - понимающе кивнула она.

-А известно ли госпоже Элеаноре, что названная сумма втрое превышает годовой доход моего графства?

-Нет и я не вижу, каким образом это моя проблема.

Я уже открыто вздохнул и запустил руку в свою рыжую шевелюру.

-Могу я тогда поинтересоваться, откуда столько много нулей после семёрки?

-Можешь, - сложила она ладони под подбородком, выглядя при этом донельзя довольной, словно бы заранее ожидая этого вопроса, - Но мой ответ будет очень прост. Я всего лишь назвала цену соответственно твоей роли в сражении.

-Хм? - прищурился в ответ.

-Так уж вышло, что из всех подразделений армии Региса, лишь твоё доставило мне некоторые хлопоты. Можно сказать, из всех дворян Брюна сражавшихся на равнинах Динант, ты единственный, кто сумел оказать хоть какое-то сопротивление вообще. Это больше, чем я могу сказать про вашего принца. Вот почему будет не справедливо, если я назначу за тебя маленький выкуп. К тому же, - продолжила она, - Цена осталась в пределах указанной в договоре.

...Так и есть. На самом деле, три тысячи ливров - сумма неподъёмная для графа Эльзаса, но тот же Массас почти наверняка смог бы выплатить её, пусть даже и ценой банкротства. В общем, при других обстоятельствах всё могло быть не так уж и плохо. Увы, обстоятельства были именно такими, какими они были. Ну кто станет платить столь внушительные деньги за одного никому не нужного графа в преддверии гражданской войны? Хотя... может и станут, в целях самопиара.

-Как насчёт рассрочки?

-Не пойдёт. У меня нет желания возиться с тобой дольше, чем необходимо, - с ходу отклонила предложение Ванадис.

-Мои извинения, но собрать требуемую сумму в нынешних условиях будет чрезвычайно трудно, - обратится я к голосу разума, - Прошу проявить понимание. Если сократить выкуп невозможно, то разреши выплатить его частями. Я соберу деньги, но не за пятьдесят дней.

-Мои условия никак не нарушают соглашение о выкупе военнопленных. У меня нет никаких причин делать тебе поблажки.

Ах ты ж! Ладно...

-В таком случае, мне нужно написать несколько писем.

-Разумеется. Тебе предоставят всё необходимое, а пока будешь жить в моём особняке. Надеюсь, нет причин напоминать, что случится при попытке бегства?

-Нет, - процедил я, - Не нужно.

-Если вы закончили, то я распоряжусь проводить пленника обратно. Госпожа Элеанора, у Вас ещё много работы на сегодня.

Личико Ванадис приняло обиженное выражение, показавшееся мне забавным. Я уже сделал несколько шагов по направлению к выходу, как вдруг резко замер, вспомнив про кое-что важное. Действие это было столь неожиданным, что Лимлиша напряглась, а Элеанора вновь отложила перо.

-Что-то ещё, Тигре? - с любопытством спросила она.

-Да. Всего один вопрос, - я медленно развернулся, ища правильные слова, - Понимаю, у тебя нет причин отвечать, да я и не надеюсь на ответ, да только если не спрошу, то не смогу спокойно спать по ночам.

-Не могу обещать, что отвечу, но я слушаю тебя, - кивнула Ванадис.

-Я должен знать, состояла ли ты в сговоре с кем-либо из дворян Брюна с целью убийства Его Высочества принца Региса, или же заговорщики действовали самостоятельно?

-Так ты знаешь, что принц мёртв?

-Разумеется. Мне доложили, что на него напали с нескольких направлений, но послушав разговоры по пути в Лейтмеритц я точно знаю, что ты разделила свои силы на две части, не на три. Тебе не хватило бы людей штурмовать штаб с двух сторон разом. Вот почему я хочу знать, были ли твои и предателей действия согласованы, или нет.

На лице ведьмы отразилось непонимание, осознание и, наконец, раздражение. Она встретила мой тяжелый взгляд и ответила:

-Я могу только сказать, что не поддерживаю и никогда не поддерживала никаких связей с аристократией Брюна. Не считая тебя, разумеется.

Сказано это было тоном настолько серьёзным и категоричным, что я не стал сомневаться в её словах.

***

-Думаете, это правда? - спросила Лимлиша как только графа Эльзаса вывели из кабинета, - Против принца Брюна в самом деле существовал заговор?

-Кто знает? - неопределённо пожала плечами Элен, - Если подумать, мне с самого начала показалось, что всё прошло слишком гладко. С такими-то дворянами Брюну можно только посочувствовать.

-Грызня среди врагов нам только на пользу.

-Так и знала, что ты это скажешь, Лим, - вздохнула Принцесса Меча, - Я была настроена так серьёзно, заготовила столько запасных планов, а в итоге - сплошное разочарование. А теперь ещё и выходит, что мною просто воспользовались? Разве ты не зла?

-Вы доверяете словам графа Ворна? - с каменным лицом спросила Лимлиша.

-Почему нет?

-Зачем Вы взяли его в плен? Разве вы не знаете, какие слухи теперь ходят среди солдат? - наконец задала Лим мучающий её вопрос. Битва на равнинах Динант была далеко не первым их совместным сражением, но раньше Элеанора никогда не интересовалась пленниками. Удары её меча всегда били только насмерть.

-А какие слухи ходили бы, убей я безоружного графа, уже сдавшегося мне в плен? Как думаешь, Лим?

-... - не нашлась та с ответом.

-Пусть уж лучше судачат свои в Лейтмеритце, чем злословят за спиной недруги, - улыбнулась Элен.

Лимлиша хорошо знала эту улыбку.

-И это всё? - голос Лим сочился подозрением.

-Ну, - смутилась Элеанора, - Скажи, разве он не показался тебе... интересным?

-Интересным? - опешила собеседница, - Скорее, трусливым пижоном. Зачем Вы на самом деле назначили столь высокую сумму выкупа? Очевидно же, он не сможет заплатить. Почему бы просто не избавится от него поскорее?

-Я не лгала Тигре, - голосом обиженного ребёнка возразила Элен, - Почти половину всех наших потерь составляют потери отряда, так и не сумевшего самостоятельно смять его пехоту. Кстати, как там Арсений?

-Просит в отставку, - вспомнила Лим имя одного из их самых заслуженных капитанов, впервые за много лет не сумевшего выполнить приказ, но тут же нахмурилась, - Не уводите разговор в сторону. Даже если это правда, то личная заслуга графа невелика. Он не сделал ничего особенного.

-Вот именно! - горделиво кивнула Элен, - Он не сделал ничего, что стало бы причиной фатальной ошибки. Он не бросился в самоубийственную атаку, он не начал беспорядочного отступления, он не отдавал лишних приказов. Он, наконец, не бросил своих людей в попытке спастись бегством. А его трюк с конём? Разве среди дворян Брюна кому-либо ещё подобное пришло бы в голову?

-Я думаю, мало кто в Брюне был бы восхищён действиями графа Ворна. Как и его сдачей в плен врагу.

-Хм, - пришел черёд хмурится уже Эленаноре, - А как бы поступила на его месте ты, Лим?

-Госпожа Элеанора?

-Когда я только поняла, что он решил просто взять и сдаться в плен, я была просто вне себя от ярости и разочарования, знаешь ли. Но потом подумала: "а как ещё он мог сохранить свою жизнь?" Вот ты, Лим, приняла бы безнадёжный бой или предпочла бы сложить оружие?

-Я готова умереть ради Вас, если возникнет необходимость, - холодно, звонко и без малейшего промедления отчеканила Лимлиша.

Ванадис прикрыла глаза, на секунду сбитая с толку громкими словами подруги.

-А если не ради меня? Если за короля Виктора?

-...Я верна Вам, госпожа Элеанора, - медленно проговорила Лим. Большего и не требовалось.

На самом деле Лимлиша не считала поступок графа Ворна постыдным. Он не делал Тигревурмуду чести, да, но и позора в нём не было. Между доблестью и глупостью есть некоторая грань и кому как не ей, бывшей наёмнице, этого не знать. Просто таков её долг - держать Элен подальше от любых неприятностей, которые та постоянно если не находит, то пытается сама себе создать.

Ванадис Лейтмеритца триумфально улыбнулась:

-Вот видишь. Потому мне и стало интересно, как он попытается выйти из вот такого положения. Поддастся отчаянию? Или что-нибудь придумает?

-Вы думаете, он решит бежать?

-Тигре кажется тебе человеком, способным решиться на побег? - искренне удивилась Элен.

Лимлиша была вынуждена согласиться. Граф Ворн не производил впечатления того, кто готов рискнуть своей головой пока остаётся любая иная альтернатива.

-Так всё же, что Вы планируете с ним делать?

-Как граф Брюна, Тигре несомненно получил достойное образование. Жалко отправлять такой кадр на галеры. Конечно, нужно будет ещё проверить его навыки, но, думаю, никаких проблем возникнуть не должно, - легкомысленно ответила Ванадис.

Глаза Лим расширились:

-Вы же не серьёзно?

-Почему нет? Мне всегда нужны офицеры. Но не стоит торопиться - за него вполне могут успеть собрать выкуп, да и кто знает, согласится ли он так просто.

-Вы думаете, граф Ворн откажется от такого предложения? - не поверила Лимлиша.

Элеанора Вилтария сверкнула глазами и не глядя отправила высохшее перо обратно в чернильницу:

-А давай поспорим?

***

"Его королевскому Величеству Фарону Солею Раулю Браинвилю де Чарльзу, волей богов королю Брюна, от Вашего преданного вассала, королевской милостью графа Эльзаса Тигревурмуда Ворна. Перед ликом богов я желаю ещё раз

засвидетельствовать свою верность... желая Вашему Величеству здравия и долгих лет правления... со всем надлежащим уважением и почестями... в исполнение Вашей воли и подчиняясь высочайшему указу... доблестно сражался на равнинах Динант... был ранен и в бессознательном состоянии взят в плен. Смиренно взываю... к благородному сюзерену... поскольку уплатить сумму в 700.000 денье самостоятельно не в состоянии. Во имя доброй памяти... смиренно молю богов... ниспослать мне спасение. Написано от... месяца... шлёт с низким поклоном Ваш преданный слуга."

Вроде нормально получилось, нет? - критически осмотрел я результат своей писанины. Знал бы кто, как тяжело орудовать гусиным пером! Ох, чувствую, быть новой мозоли. Ну да ладно.

"Светлейшему и могущественному государю Феликсу Аарону Тенардье, герцогу Неметоценны, от графа Эльзаса Тигревурмуда Ворна. Желая всяческих благ и успеха во всех начинаниях Вам и Вашей прекрасной супруге Её Высочеству Мелисанде... осознавая, что для нашего государства наступает непростое время... необходима сильная рука. Как Вам несомненно известно... во исполнение королевского приказа... на равнинах Динант... прикрывая отступление основных сил... был ранен и в бессознательном состоянии взят в плен. Оказавшись в безвыходном положении... 700.000 денье. Посыпая голову пеплом... прошу не оставить в несчастье... поскольку не имею иного выбора, кроме как, подобно многим на моём месте, искать опоры в более могущем. Написано от... месяца... с надлежащим почтением и надеждой на скорейшее возрождение Брюна."

Не переборщил ли с лестью и намёками? Вроде всё понятно, но ничего совсем уж откровенного. Всё как надо. Хрустнув кистью, я в очередной раз окунул перо в чернильницу.

"Светлейшему и могущественному государю Максимилиану Беннисе Ганелону, герцогу Лютеции..."

Глава IV - 1

Пусть чередуются весь век

Счастливый рок и рок несчастный.

В неутомимости всечасной

Себя находит человек.

"Фауст" Гёте

Я находился во внутреннем дворе замка, между цитаделью и внешней стеной. Левая часть была отведена под казармы, в то время как правая - под тренировочную площадку, ну и плац, полагаю. Одно другому не мешает.

Моя ладонь лежит на рукояти простого лука несколько больше полутора метров в длину - ещё далеко не знаменитый Английский, но уже не простой охотничий, которые я привык видеть в Эльзасе. В пальцах зажата стрела. У ног воткнуты в землю ещё три. До цели - двести аршин или просто шагов, если по-местному. Если по-современному, то метров сто пятьдесят. На такую дистанцию даже выстрелит не каждый, не говоря уже о том, что бы во что-то там попасть.

Украдкой я скосил глаза в сторону, на высокого брюнета, стоящего недалеко от меня. Поймав мой взгляд он насмешливо-презрительно усмехнулся, поднял свой лук, натянул тетиву и, потратив на прицеливание не больше секунды-другой, выстрелил.

Тренькнула тетива. Я не мог слышать звука попадания, но вполне мог видеть результат не испорченным за учебниками и компьютером зрением. Стрела вонзилась в мишень дюжиной сантиметров выше "яблочка." Небольшая толпа зрителей разразилась одобрительными возгласами, а выражение лица Рюрика приняло довольный вид.

Твою мать! - беззвучно возмутился я.

-Ваш черёд, господин военнопленный, - подколол он, пользуясь полной поддержкой большей части аудитории. Конечно, были и те, кто мне сочувствовал и даже, возможно, болели за меня, но таких явно было не так много.

Я практически чувствовал, как напряженно буравит меня взглядом Олег. Ну ещё бы, на кону почти два рубля. Из который один - мой.

Как я вообще вот так вляпался? Ах, да. Меня взяли на "слабо". Ну и жадность, разумеется, корень всех зол.

Есть ли у меня шансы? Начнём с того, что для хорошего выстрела необходимо соблюдение по крайней мере следующих условий: пристреленного лука с подобранными одна к другой стрелами, достаточной физической силы стрелка, мускульной памяти и опыта стрельбы на заданную дистанцию и, наконец, техники производства выстрела.

Тело его настоящий хозяин оставил мне тренированное, да и я сам порой любил пострелять из лука, просто любопытства ради. Развлечений у средневекового графа было меньше, чем можно представить. Не вводить же право первой ночи...

Но двести шагов? На такие дистанции я прицельно стрелять даже не пробовал. Тигре, если верить Тите или Батрану, мог и дальше, но я - не он и никакой уверенности не чувствовал и в помине. Да ещё и лук незнакомый. Тем не менее, деваться было некуда. Если пойду на попятную сейчас, то только выставляю себя посмешищем.

Набрать полную грудь воздуха. Медленно выдохнуть. Поднять лук. Положить стрелу со специальным облегчённым наконечником на тетиву. Плавно натянуть. Ни в коем случае не щурится. Смотреть прямо, обоими глазами. Взять угол возвышения.

Меня охватило странное ощущение. Сердце, меньше минуты назад бешено колотящееся от волнения, успокоилось, руки обрели нежданную твёрдость, зрение сузилось, оставив всё лишнее позади... Нельзя медлить, иначе нехватка воздуха даст о себе знать.

И вот, в тот момент, когда тянущая за собой тетиву кисть мягко легла под подбородок, я плавно разжал пальцы.

"Треньк!"

Описав невысокую параболу, стрела впилась практически в центр мишени, на самой границе белого круга, совсем немного перелетев мимо.

Повисла изумлённая тишина. Собственно, больше всех присутствующих изумлён был я сам, поскольку в отличии от них, был прекрасно осведомлён о собственных возможностях. Новичкам везёт, а? Повернувшись к Рюрику, я с немалым трудом скорчил выражение: "А ты как думал, салага?", всем своим видом пытаясь подчеркнуть, что ничего необычного не произошло и всё идёт так, как и должно идти. Надеюсь, это заставит его понервничать.

Мой соперник был удивлён, растерян и... было в его взгляде что-то ещё, понять чего я никак не мог. Но вот он пришел в себя, его глаза решительно сузились, поза обрела серьёзность, которой раньше была лишена. Не говоря больше ни слова, он выхватив вторую стрелу и выстрелил, потратив на прицеливание намного больше времени, чем ранее.

Пару мгновений в молчании стрельбища был слышен только свист рассекаемого воздуха.

Есть попадание. Совсем не далеко от желанной "десятки", но даже невооруженным взглядом было видно, что моя стрела всё-ещё находится визуально ближе к центру мишени, нежели обе его.

Несколько десятков человек выдохнули разом. Это был очень, очень хороший результат. Прицельно стрелять почти на полторы сотни метров из обычного лука - это настоящий подвиг. Да, цель достаточно крупная и заметная, да, на стрелах совсем не те тяжелые наконечники, которые обычно используются для пробития доспехов, но всё равно подобная меткость не могла не внушать уважения. Если мой выстрел для них, да и для меня самого, был просто слепым везением, то от Рюрика меньшего и не ожидали.

Но теперь у меня было над ним преимущество. С первым выстрелом мне повезло, ладно. Теперь не нужно искать ошибки или изобретать нечто новое. Просто повторить успех, уповая на качество стрел.

Я повторил свои движение в точности, насколько это вообще было возможно. Не так уж и просто, на самом деле. И всё же, механическое принятие правильной стойки - основа искусства лучника. У меня это получалось интуитивно, с практически сверхъестественной лёгкость. Сверив по памяти и ощущениям угол возвышения, я отпустил тетиву.

Нет. Близко, но нет. Приблизительно на одном уровне со второй, более удачной попыткой Рюрика. Тем не менее, всё идёт неожиданно не плохо. Преимущество явно на моей стороне. Я ведь так и победить могу!

Замолкшие разговоры за спиной возобновились с новой силой.

На сей раз Рюрик даже не удостоил меня взглядом - всё его внимание было разделено между луком, стрелой и целью. Вот это я понимаю, профи. Сумел не только проигнорировать задетое эго, но и полностью сосредоточится на вставшей перед ним проблеме.

Его третья стрела легла пусть и далеко не в самую сердцевину, но внутрь центрального круга. Стараясь не придавать успеху соперника значения, я проигнорировал вновь взметнувшиеся крики восторга и позволил телу привычной серией движений совершить очередной выстрел.

Есть! Если бы не свидетели, подпрыгнул бы от восторга на месте. Стрела легла ниже всех прочих, даже слегка слишком низко - лишь по этому попадание не было идеальным. Честно говоря, понятия не имею, как у меня получается. Удача удачей, но молния не бьёт дважды в одно и то же место. В "яблочко" со ста пятидесяти метров - да увидать такое со стороны, сам бы холодным потом покрылся. Правда, "яблочко" это довольно крупное, но, блин, дистанция!

Настроение зевак в очередной раз переменилось, сместившись в сторону оглушительной тишины. Пользуясь заминкой, я как можно незаметнее постарался размять руку и плечо - требуемое для натяжения тетивы усилие заставляло работать несколько иные мышцы чем те, с помощью которых я обычно махал мечом, заниматься чем мне доводилось не в пример чаще.

-Граф Ворн, - нарушил молчание Рюрик. Было это несколько неожиданно и я едва не вздрогнул, но смог подавить нервную реакцию и, напялив маску спокойного внимания, повернулся в сторону лучника.

-Прежде всего, позвольте принести Вам свои извинения, - продолжил он, убедившись, что заполучил моё внимание, - Уступив Вам в игре разума, я намеренно выбрал для реванша такое состязание, в котором, как мне казалось, на моей стороне будет неоспоримое преимущество. Я слышал, что дворяне Брюна не жалуют лук и бесчестно решил воспользоваться этим. Вот почему, в не зависимости от результатов последнего выстрела, я прошу простить меня, - Сказал он, смотря мне прямо в глаза, после чего отвесил короткий поклон.

Секунду я не знал, что ответить. Но затем подумал: "Какого чёрта?" и решил быть честным с человеком, бывшим честным со мной.

-Не стоит, Рюрик, - искренне ответил я, - Быть может, мне и не было известно о твоих навыках, но не будь я уверен в своих силах, ни за что не согласился бы соревноваться в стрельбе. Я не думал, что ты окажешься настолько хорош, - если я и лукавил, то только на счёт своей уверенности. Вот уж чего у меня было не так много, как бесполезного гонора, подтолкнувшего принять пари.

Он просто кивнул. Думаю, мы неплохо поняли друг друга.

Рюрик положил на тетиву последнюю, четвёртую стрелу. Я беспокойно наблюдал, уже мало заботясь о стоящих на кону деньгах. Во мне бурлил неведомо откуда взявшийся азарт.

Он выстрелил и это было ещё одно великолепное попадание. Великолепное - но не достаточно, чтобы сместить чашу весов в его пользу. Стрела не попала в центральный круг.

Я поднял лук, уже зная, чем всё закончится, как когда ты нажимаешь на дверную ручку и знаешь, что вот сейчас она повернётся.

Так и случилось. Завершающая попытка вышла хуже предыдущей, но даже едва засчитанная "десятка" всё ещё остаётся "десяткой". Последняя стрела вонзилась в мишень примерно в паре сантиметров ниже моей самой первой.

Офигеть! Да я прям Робин Гуд!

Самодовольная улыбка сама собой нашла свой путь к моим губам. Рубль серебром! Это сотня денье! Итого у меня уже почти две с половиной сотни. Значит, осталось мне... шестьсот девяносто девять тысяч семьсот пятьдесят, - несколько поостыл мой энтузиазм, - всего-то ничего...

-Что тут происходит? - внезапно разразился на всё стрельбище гневный голос, - Кто додумался дать пленнику оружие?!

Лимлиша.

Вот чёрт. Спалились.

***

Некоторое время до этого.

А началось всё, как не удивительно, с шахмат. Я уже отмечал количество параллелей между двумя мирами, порой весьма несуразных, вроде варёной картошки на обед, так что самая популярная игра рыцарства и аристократии на протяжении веков была встречена мною с распростёртыми объятиями. Почему их не было в особняке Ворнов?

Представил их мне Олег. Олег - мой персональный надзиратель, выделенный из числа дворцовой стражи. Лет двадцати пяти на вид, с русыми волосами и правильными чертами лица, мы с ним довольно быстро нашли общий язык. Я не боялся, что он будет шпионить за мной или ещё что - мне особо нечего было скрывать. Поначалу относились мы друг к другу с взаимной настороженностью, но на третий день мне надоело зеленеть от скуки и я прямо спросил его о том, как гарнизон обычно проводит свободно от несения службы время.

Правила местных шахмат несколько отличались от современных мне, но разобраться было не особо сложно.

-Король мёртв, - с фальшивой скукой на лице сказал я, передвигая фигуру "коня".

Он скорчил гримасу и с явной неохотой высыпал предо мной несколько серебряных монеток с ноготь размером. Я протянул руку за своим добротным кожаным ремнём, бывшем моей ставкой в этой партии. Конечно, ремень едва ли стоил и половины выигрыша, но Олег был настолько уверен в себе, что согласился на мои условия сходу. Кто я такой, чтобы спорить?

На самом деле, играл он и в самом деле достаточно неплохо, как для самоучки. В какой-то момент я даже стал опасаться, что придётся перетягивать штаны верёвкой. Пронесло. Всё же за мной стоит некоторая школа и даже несколько городских чемпионатов, на одном из которых я, между прочим, занял почётное второе место. Была у меня в детстве наивная идея-фикс - обыграть деда в шахматы. Мечта не сбылась, да и едва ли теперь когда сбудется.

-Вы хорошо играете, граф, - заметил он.

-Ты тоже, - благосклонно кивнул в ответ.

Пару секунд Олег задумчиво хмурил брови, а затем неожиданно предложил: "Не хочет ли граф Ворн испытать силы против иных противников?"

-А если ли у этих "иных противников" серебро? - беззастенчиво спросил я.

Олег понимающе улыбнулся. Больше, чем просто понимающе - от уху до уха, словно Чеширский кот. Тогда я и понял, что мы с ним поладим. Определённо.

Как оказалось, путь наш лежал недалеко - во двор, где после тренировок ратники играли в настольные игры, устраивали потешные поединки и всё в том же духе. Я поинтересовался, разрешено ли мне вообще покидать внутренние помещения резиденции, на что Олег серьёзно ответил, что всё в порядке до тех пор, пока я не один, остаюсь на виду и не делаю ничего подозрительного.

С тех пор я стал завсегдатаем таких посиделок. Олег подыскивал мне противника, пользуясь своей славой, как оказалось, умелого игрока, делались ставки, в том числе и примитивный тотализатор, я выигрывал. Всё просто. Думаю, мне на руку играла моя "слава" пленного графа - диковинка, по их стандартам. Тем более, что вокруг меня, как оказалось, успела выстроится целая гора самых разнообразных слухов: от того, что на самом деле я чуть ли не королевский коннетабль и до того, что являюсь тайным любовником Элеаноры.

Забавно, правда? И самую малость тревожно.

Очередным противником мне попался некто Рюрик, как я выяснил позже, лучший лучник в войске Ванадис и, соответственно, во всей провинции. Мне он не понравился с первого взгляда. Слишком заносчив и высокомерен. Быть может, я никогда в полной мере и не ощущал себя средневековым феодалом, но уже успел привыкнуть, что на меня мало кто смотрит с высока. Во всяком случае, не столь неприкрыто. Я разделал его за пять минут.

Именно тогда он, нахально улыбаясь, и предложил мне посоревноваться в стрельбе из лука. Повторяюсь - на тот момент я понятия не имел, насколько Рюрик на самом деле хорош и, пусть с ходу раскусил его замысел, на волне энтузиазма решил подыграть, тем более, что стрелять из лука я умел куда лучше среднестатистического аристократа Брюна, на что, как я думал, рассчитывает противник, а ставки тут же взлетели до небес. Оглядываясь назад, нетрудно признать, что во мне взыграла жадность и откровенная глупость, иначе я не стал бы мерится по большей части унаследованным навыком, в котором не до конца уверен, против человека, о способностях которого не имел никакой информации.

Хуже того, я совершенно не подумал о возможных последствиях.

И вот результат.

***

Я снова стоял в кабинете Элеаноры, словно нерадивый школьник перед директором и жутко нервничал. Не за себя - цена мне больше собственного десятикратного веса серебром, но будет некрасиво, если головы лишится Олег. Или Рюрик - он, вроде, не такой уж и плохой парень.

-Ты не говорил мне, что можешь стрелять из лука, - с ходу бросила она обвинение.

-Со всем уважением, но ты не спрашивала, - пожал плечами, - Собственно, что это меняет? - уже немного обеспокоено спросил я.

Ванадис выглядела недовольной, но совсем не тем, о чём можно было бы подумать.

-Что меняет? - в тон повторила она, - Разумеется, мне хотелось бы лично увидеть, на что ты способен!

Широко распахнув глаза, я уставился на хмурую Эллен. Надо сказать, в этом я был не одинок - Лимлиша выглядела немногим лучше, но вот оправилась куда скорее. Опыт сказывается, не иначе.

То есть, её больше беспокоит не то, что кто-то злостно нарушил дисциплину и дал военнопленному боевой лук и стрелы, но то, что её не пригласили поглазеть на шоу?

Лимлиша громко прокашляла в кулак. Эллен не уделила ей особого внимания.

Наоборот, хмурое выражение уже покинуло ей лицо, уступив место

обворожительной улыбке. (Обворожительной, серьёзно? Нужно бы лучше следить за своими мыслями.)

-Я думала, в Брюне лук - непопулярное оружие. Разве не так?

-Так, - согласился я, - Его часто можно увидеть в руках ополченцев, но у нас нет регулярных подразделений стрелков. Во всяком случае, не в полевой армии.

-Так как же вышло, что даже мой лучший лучник тебе не соперник? - поинтересовалась Эллен.

-Я бы не сказал, что Рюрик "мне не соперник". Просто так получилось. Стрелять же я научился в Эльзасе, тут никакого секрета нет. Мой далёкий предок был охотником, получившим земельный надел в награду за боевые заслуги. Эльзас был тогда совсем диким фронтиром и большая территория вместе с причитающимся в довесок графским титулом никого не смутила. С тех пор изменилось не многое - семья Ворнов до сих пор остаётся династией охотников.

Мой дед был охотником, мой отец был охотником, и я сам научился стрелять из лука куда раньше, чем ездить верхом или владеть мечем, - пересказал я вводную, в своё время выданную мне Батраном.

-Но я не видела у тебе лук в день битвы.

-Разумеется, - почти привычно пожал я плечами, - Один в поле не воин. Неписаная военная доктрина Брюна предполагает, что лук - оружие прикрывающих тыл крестьян, а аристократ должен биться в седле, с копьём и мечом. Я могу быть не согласен с идеализированием роли тяжелой кавалерии, но глупо плыть против течения и мешать общему делу.

-О? - подалась она на стуле вперёд, - Так ты не согласен с тем, как сражаются у тебя на родине?

Ух. И почему у меня такое чувство, что разговор сворачивает куда-то не туда? С другой стороны, почему бы не высказать наболевшее? Если бы не чрезмерная самоуверенность моего прямого начальника - короля, вкупе с его несвоевременно откинувшим копыта сыночком, то я бы сейчас сидел дома... ладно, не совсем дома, но всё же, и запивал бы вином копчёную свинину, а не уповал бы на милость сильных мира сего. "Никогда и ничего не проси у сильного", а то я сам не знаю! Только какой у меня выбор?

-В случае войны короли Брюна созывают феодальное ополчение. Когда армии лордов собирается вместе лишь для нескольких решающих сражений, разнообразие войск будет скорее помехой и потому наши силы, как тебе несомненно известно, вполне справедливо унифицированы. Есть тяжелая кавалерия, которой обычно доверяют победу, и есть стоящая в одном строю и служащая единой цели пехота. Тактика молота и наковальни. Строго говоря, никто не запрещает отдельным феодалам брать с собой кого их душе угодно, включая наёмников, но им нет места в общей картине генерального сражения, - начал я импровизированную речь.

-Рыцарскую конницу Брюна часто называют лучшей в мире. Даже жаль, что на равнинах Динант мне не довелось увидеть её удар в деле, - кивнула Ванадис. Я был совершенно уверен, что Лимлиша не поленилась вновь выставить своё недовольство на показ, но не стал оборачиваться.

-В этом и вся беда. Тактика Брюна излишне проста и прямолинейна.

Предполагается, что вражеский строй будет смят таранным ударом кавалерии. Пехоте же обычно отводится вспомогательная роль - она либо отражает фланговые удары, либо развивает достигнутый успех. Даже в оборонительном сражении задача пехоты сводится к тому, чтобы остановить кавалерию противника или же измотать его силы перед контрударом, - договорив, я ненадолго остановился собраться с мыслями и быстро продолжил, - Ни в коем случае я не оспариваю эффективность данной тактики. Она проверена временем и вполне действенна. Проблема в том, что работает она только тогда, когда не найдётся никого, способного помешать её практическому воплощению. Увы, но это не так уж и сложно. Таранный удар страшен, но это не значит, что его нельзя остановить или не допустить. Не имеет значения, как сильны наши рыцари, если им не удастся в полной мере показать себя на поле боя, как это и произошло всего несколько дней назад.

Я не знаю, воспринимала ли она мои слова всерьёз или просто потешалась надо мной, но Эллен широко улыбнулась и спросила:

-Хочешь сказать, Брюн слишком полагается на своих рыцарей?

-С тяжелой кавалерией как таковой всё в полном порядке, - слегка поморщился я, - Кавалерийский удар был и остаётся одинаково эффективным в любом сражении, на любой его стадии. Я хочу сказать, что наша тактика до слепоты агрессивна, слишком предсказуема, лишена гибкости. Проблема не в том, что переоценивается кавалерия, проблема в том, что недооценивается пехота. Не говоря о том, что кавалерийский наскок бесполезен, если он не состоится, я совершенно убеждён, что соответствующим образом вооруженная и хорошо подготовленная пехота вполне может остановить удар кавалерии.

-Но пехоту можно обойти с фланга. Кроме того, на равнине даже закованным в доспехи пехотинцам придётся очень не легко. За первым ударом просто последует второй, третий - столько, сколько потребуется, пока строй не окажется прорван, - возразила Эллен. Впрочем, не уверен, что она на самом деле мне возражала, скорее было похоже, что она провоцирует меня на контр-аргументы. Думаю, ей было интересно, что мне ещё есть сказать. Я не стал её разочаровывать.

-Достаточно дисциплинированная пехота устоит. Я слышал, что в прошлой войне Сахштейн использовал соединения тяжело бронированных копьеносцев и арбалетчиков. Эта тактика была достаточно эффективна и стоила королю Фарону многих знатных рыцарей. Ещё, инициатива не обязательно должна принадлежать кавалерии - можно и нужно стремится навязать бой на невыгодных для противника условиях. Даже если инициатива упущена, то позиции пехоты несложно укрепить: выкопать рвы, поставить колья и иные преграды, рассыпать ежи. Столкнувшись с неожиданным препятствием конница окажется беспомощна перед тренированными стрелками и хорошо организованными и вооруженными пехотинцами. Даже если лук не пробьёт стальной панцирь, то конь обычно куда более уязвим, нежели всадник.

На несколько секунд между нами повисла звенящая тишина.

-Скажи Тигре, - наконец произнесла Эллен, - Неужели тебя нисколько не смущает, что перед тобой находится враг?

-Эм, - немного замялся в ответ, - Я всего лишь привёл свои соображения. Не думаю, что высказал что-то новое.

-Ты только-что с энтузиазмом раскритиковал армию своего королевства, - с улыбкой поддела она, - Вряд ли твой сенъёр был бы в восторге.

Я просто пожал плечами.

-Уверен, королю и знающим людям всё известно и без меня.

Между прочим, тут я не привирал. Если я всего-навсего говорил с позиции своих не столь уж надёжных знаний о армиях Высокого и Позднего Средневековья, то король Фарон слыл в народе героем и имел репутацию выдающегося воина и полководца. Беда не в нехватке понимания проблем откровенно устаревшей даже по меркам соседних стран армии Брюна, беда в укоренившейся в стране децентрализации. Пока в государстве остаются значимые центры силы помимо короля, ни о каких масштабных реформах не может быть и речи, а собираемое на несколько месяцев в году феодальное ополчение хорошо таким, какое оно есть, и никаким более.

Ванадис удостоила меня пристального, изучающего взгляда.

-Мастерски стреляешь из лука, играешь в азартные игры, разбираешься в тактике... а что ещё ты можешь?

-Я не настолько высокомерен, чтобы утверждать, будто разбираюсь в тактике, - скромно возразил я, чуть менее скромно умолчав про остальное.

Элеанора пренебрежительно махнула рукой: "Ты уже сказал больше, чем утруждает себя знать большинство дворян, можешь доверится моему опыту. Что важнее, как на счёт моего вопроса?"

-...Я умею обращаться с мечом и щитом, длинным мечом, копьём и, в теории, кавалерийской пикой, - немного подумав, я перечислил ей соответственные навыки.

-Вот как? Я под впечатлением.

-Да нет там ничего впечатляющего, - прямо заявил я, - Даже мой наставник так говорил.

-Вот и посмотрим. Завтра.

Я поморщился: "Это необходимо?"

-Ты мне интересен, а после сегодняшнего, уверена, не мне одной. Я хочу знать что ты умеешь, какими ещё талантами обладаешь. В твоих же интересах не пытаться ничего скрыть, - предупредила она.

Полагаю, это означает "да, необходимо."

-Если у тебя всё, то у меня есть одна просьба.

-Да? - приподняла она бровь, кладя подбородок на сложенные в замок ладони.

-На счёт Олега. Он будет наказан?

-Олега? - переспросила Ванадис.

Я внутренне чертыхнулся. Ну разумеется она не знает всех своих подчинённых поимённо.

-Олег из сотни дворцовой охраны. Я назначила его присматривать за графом Ворном, - пришла на помощь Лимлиша.

-Я хочу просить за него, - подтверждая слова девушки кивнул я.

-Если не забыл, ты всё ещё находишься в плену, граф. Думаешь, ты в том положении, чтобы о чём-то просить госпожу Ванадис? Тем более, за кого-то кроме себя самого?

-Потому и прошу, - немного подумал и с улыбкой добавил, - Смиренно. Ведь просьба на то и просьба, не так ли?

На мои слова Лимлиша раздраженно насупилась, а Эллен коротко рассмеялась, но быстро вернула себе серьёзное выражение, нарушали которое только слегка приподнятые уголки губ.

- Понятно. Но своей просьбой ты ставишь меня в непростое положение, Тигре, - сказала она, - Лично я вполне довольна тем, как всё в конце-концов сложилось, но порядок есть порядок. Я не могу просто взять и закрыть глаза на произошедшее.

-Но ты можешь что-нибудь придумать и смягчить наказание, верно? Рюрик предложил, Олег допустил, я не возражал, а пол сотни человек смотрели со стороны и делали ставки. Не станет же госпожа Ванадис казнить такую прорву народа?

-Казнить? А кто говорит о казни?

-Я... исходил из худшего?

-И был в этом совершенно прав, - сухо прокомментировала со стороны Лимлиша.

-С наказанием решим позже, - словно от головной боли поморщилась Ванадис, - Но не думаю, что кто-то будет казнён. Вернёмся к этому разговору завтра.

Завтра? Это что, намёк? ...И почему у меня нехорошее предчувствие, словно перед спаррингом с одним определённым графом?

***

Примерно в это же время, графство Эльзас.

Старик, если ты это читаешь, то значит тебе повезло больше, чем мне. Надеюсь. Если читаешь ты, Тита, то не стоит, лучше позаботься о том, чтобы остальные три письма дошли по адресу. Если это читает кто-то другой, то ты наглый тать и будешь гореть в аду. И даже не спрашивай, что такое "ад" - тебе там не понравится.

Итак, Лорд Массас, если не вдаваться в подробности, то я, граф Тигревурмуд Ворн, был взят в плен Ванадис Дзктеда Элеанорой Вилтарией, которая теперь требует за мою свободу выкуп в размере семисот тысяч серебряных монет. С гонцом должны были быть доставлены ещё три письма с просьбой о помощи - Его королевскому Величеству, а также лордам Ганелону и Тенардье. Мне некого просить доставить эти письма и представлять мои интересы, кроме как Вас.

P.S. Старик, по-секрету говоря, мне неплохо живётся тут, у Ванадис, так что не сходите там с ума стараясь собрать деньги в срок, ладно? Мне бы не хотелось подставлять тебя больше, чем я это уже сделал. В любом случае, сомневаюсь, что моя судьба будет так уж ужасна.

P.P.S. Тита, если ты не смотря ни на что читаешь эти строки, не пытайся собрать выкуп самостоятельно.

Немолодой уже граф поднял взгляд от вскрытого письма и устало помассировал морщинистый лоб, полный безрадостных дум. К счастью, самые худшие ожидания не оправдались, но...

-Господин Массас, там ведь о Тигре написано? Ведь правда? - со слезами на глазах спросила Тита, нервно теребя кухонный фартук.

Граф посмотрел на трясущуюся девочку, которая давно стала близка ему, как родная внучка, на бледного от тревоги Батрана и глубоко вздохнул.

Ему предстоит проделать непростое дело.

***

Я поднял предложенный меч в руке и взмахнул им для пробы. Обманчиво лёгкий, нет даже полутора килограмм. Центр тяжести распределён равномерно, наконечник слегка закруглён. Удар таким мечом получится сильным, но его будет сложно направить в слабое место доспеха. Это меч старого типа, которым рубили слабо защищённого противника, и встретить который вполне возможно в руке простого солдата, но редко - у знатного рыцаря.

Покачав головой, я вернул меч на стойку. Как бы не было мне интересно попробовать себя с этим оружием, надежнее будет взять более привычное. Немного длиннее и тяжелее, с сужающимся к наконечнику клинком - классический рыцарский меч, которым несколько сложнее рубить, но зато можно наносить мощные колющие удары, способные легко проткнуть и толстую кольчугу и, если приложить достаточное усилие в нужном месте, то даже и более совершенные виды доспехов.

Владению именно таким мечом Массас и учил меня. Искусство рубки на мечах было совершенно не похоже на изящное фехтование шпагами, которое я видел по телевизору. Оно было жестким и прямолинейным, даже простым в той степени, в которой простым может быть умение человека, посвятившего ему десятилетия своей жизни.

-Готов? - спросила Эллен, - Покажи всё, на что способен.

Сегодня одета она была легче обычного и мне, положа руку на сердце, было довольно трудно не отвлекаться. Собрав волю в кулак, я посмотрел ей в глаза и кивнул.

Меч и щит. С таким оружием я чувствовал себя наиболее уверенно. Почему? Ну, для начала, если уж мне не удалось избежать схватки лицом к лицу, то я всегда предпочту иметь между собой и противником лишнюю преграду. В данном случае преграда эта представляла собой крашеный в черный и красный неправильный треугольник со слегка закруглёнными краями.

Прежде всего, учил меня Массас, щит - это больше, чем просто висящий на локте кусок брони. Щит - это оружие и использовать его нужно соответствующе.

Эллен зеркально копировала меня - левая нога выставлена вперёд, левая рука со щитом немного выставлена мне на встречу. Она стояла неподвижно, словно приглашая атаковать первым. Очень хорошо. Пожалуй, начнём с чего попроще.

Моё самое очевидное преимущество, на которое я смею надеяться - это превосходство в массе и грубой силе, а иначе всё становится совсем уж мрачно. На её стороне безусловно больший опыт, скорее всего превосходные навыки и, само собой, жуткое колдовство про которое я не забывал ни на минуту.

Резко сократив дистанцию, я нанёс простой, но мощный удар в голову. С одной стороны мне было непросто преодолеть некоторое внутреннее сопротивление - в отличие от меня, облачённого в шлем и поддоспешник, Ванадис была лишена защитной экипировки, но с другой стороны я просто не смел сдерживаться. Разумеется, мечи были затуплены, но...

Излишне и упоминать, что все мои опасения были беспочвенны и даже смешны. Эллен не стала рисковать и уклоняться, но просто закрыла голову щитом. Было у меня желание попробовать простенький финт и, воспользовавшись тем, что щит ограничил ей обзор, перенаправить удар на неприкрытую ногу, но я счёл это плохой идеей. Массас неоднократно замечал, что финты у меня выходят очень не плохо, но он же и на собственном примере очень наглядно показал, насколько они неэффективны против более опытного и быстрого в плане реакции оппонента. На мой закономерный вопрос о том, что же в таком случае надлежит делать, он спокойно ответил, что моим главным союзником должна стать моя молодость. Короче говоря, против лома нет приёма.

Меч и щит столкнулись и я почувствовал, как моё оружие повело в сторону. За секунду до удара Эллен сделала шаг правой ногой и подалась всем телом вперёд, одновременно расправляя руку со щитом мне на встречу. Удар встретил удар и, мой меч был не остановлен полностью, но, что куда более опасно, смещён с линии удара, открывая тело для контратаки - колющий удар в корпус или горло. В корпус, полагаю, не хочет же она меня прикончить.

Как бы то ни было, но она поступила точно так, как поступил бы на её месте я сам. Иными словами, именно на это я и рассчитывал. Резко присев и закрывшись своим собственным щитом для отражения практически неминуемого удара, я с силой оттолкнулся ногами от земли, планируя если не подбросить саму Ванадис, то хотя бы поднять в воздух её щит.

Однако меня встретила лишь пустота. Я промахнулся. Спасло же меня чутьё - быстрый разворот и удачный блок плоской стороной меча. Краем сознания поражаясь тому, что у меня, похоже, зарождается такая мистическая штука как "интуиция", я поспешил воспользоваться ситуацией, в момент соприкосновения клинков вкладывая всю силу локтя и плеча в попытке скрутить кисть так, чтобы сбить её меч к земле.

И вновь меня постигла неудача. Эллен успела почувствовать неладное и сложным движением кисти, разглядеть которое я просто не успел, не только вывела свой клинок из захвата, но и умудрилась провести лезвием до самой гарды моего меча, заставив резко отпрянуть, дабы избежать тычка в горло.

Она не стала пытаться перехватить инициативу. Вместо этого Элеанора отчего-то довольно улыбнулась и приглашающе качнула оружием. Я мог только со злобы стиснуть зубы.

Мои попытки крутить финты типа "голова-ноги", целить в кисть или руку, отвести в сторону щит или меч потерпели полную неудачу. Она игнорировала, сбивала мои удары в сторону или просто уклонялась, пытаясь попутно обойти меня с фланга, а несколько раз я едва не попался на ловко проведённые контрудары. Её движения и удары сопровождались такой чёткостью и точностью, что у меня возникло впечатление, что при желании она могла бы уже не единожды закончить наш с ней поединок.

Я не горел желанием вновь ломится в ближний бой, но иначе схватка грозила перерасти в нечто для меня унизительное. Оглядываясь назад, сложно сказать, откуда во мне вообще взялся этот непонятный азарт, но в тот момент мне впервые не хотелось просто поскорее отложить оружие в сторону. Мне не хотелось проигрывать.

Моя рука уже начала неметь от усталости, но дыхание пока ещё не было сбито и я решил попробовать решить дело серией мощных ударов. Если мне не удалось заставить её совершить ошибку, то я вернусь к тому, с чего начал и без лишних изысков проломлю оборону Эллен силой. Если бить достаточно быстро и сильно, то возможности для контратаки просто не появится. Главное - не подставляться по глупому и не открывать уязвимые части тела.

От удара справа она ушла немного повернув корпус и прикрывшись щитом, но я использовал это как возможностью сократить дистанцию. Удар слева заставил её отступить назад и я поспешил закрепить кажущийся успех рискованным вертикальным ударом, от которого она снова ушла назад. Видимо понимая, что в подобном темпе она рано или поздно либо потеряет равновесие, либо будет вынуждена принять очередной удар на "жесткий" блок и предоставить мне преимущество, Эллен воспользовалось вынужденной паузой между короткими сериями моих атак и ударила в ответ.

Надо заметить, что за наш спарринг Ванадис всё больше пыталась достать меня контратаками и не особо охотно проявляла инициативу, так что я решил воспользоваться предоставленным шансом. Я ответил ей зеркально, решив применить ту же тактику, которую уже не раз довольно успешно применяла против моих финтов она сама и резким ударом отбить её клинок в сторону, создав таким образом брешь в обороне.

В тот самый миг, как наши мечи столкнулись, я понял, что совершил ошибку.

Не встретив ожидаемого сопротивления, мой клинок буквально смёл меч Эллен, а в следующее мгновение, куда быстрее, чем я мог бы надеяться среагировать, и моя рука ушла налево вслед за оружием. Меч Эллен проскочил под потерявшим контроль моим, после чего она с удивительной силой ударила по его обратной стороне, добавляя инерции.

Это было настолько классическое "используй силу врага против него самого", что япочувствовал, как у меня против воли буквально отвисает челюсть. Уже через пару секунд я валялся внизу, держась за саднящую от пропущенного удара грудь.

-Ты там цел? - скорее с интересом, нежели с беспокойством спросила Элеанора.

-...Пострадала только моя гордость.

Ответом мне стала очередная довольная улыбка.

***

На этом представление не закончилось, но останки моего чувства собственного достоинства заранее трепетали, стоило мне взять в руки идущий следующим по списку полуторный меч. Надёжное и универсальное оружие, ставшее ответом на совершенствование и утяжеление рыцарских лат. Ещё не полноценный двуручник, которым я и просто махать могу лишь с превеликим трудом, но уже то оружие, с которого и начало зарождаться искусство фехтования как таковое. Я не питал ложных иллюзий - если я слил даже предыдущий бой, то едва ли мне что-то светило сейчас, когда в руках у Эллен был куда более привычный ей клинок.

Так и случилось. Не смотря на все мои финты и уловки, часть из которых я выдумал сам и пару раз смог удивить ими даже графа Массаса, меня преследовало настойчивое чувство, что она вела спарринг от начала и до конца. Казалось, что на каждый мой приём у неё есть заранее отработанная контрмера, а все мои попытки решить дело прямолинейным натиском оборачивались для меня потерей равновесия или нарушенной стойкой.

Одно дело, когда моим противником был седой ветеран, но совсем другое, когда ты никак не можешь достать нагло усмехающуюся девчонку, которая в лучшем случае является твоей ровесницей, а фактически... Унизительно, чёрт возьми. Масло в огонь подливало осознание и ещё одного факта. Я думаю, каждый в своей жизни сталкивался с мелкими, ничего по большему счёту не значащими неудачами. Вроде и плевать, а вроде и обидно. В таком случае легко оправдать себя, например "да я особо и не старался" или "вот если бы я взялся за дело всерьёз, то..."

Так вот, старался. Выжал себя, как лимон, образно говоря. Не получилось.

-Не так уж и плохо, - ободряюще кивнула мне Элеанора, - Местами грубовато, но уже только то, что ты работаешь ещё и головой, а не одними мускулами, говорит в твою пользу, - поскольку сказано это было сверху вниз, явно указывая на победителя и побеждённого, то веры её словам было немного, - Как я и думала, ты совсем не прост. Скажи, кто тебя учил?

-Граф Од, Массас Родант, - отозвался я, не подымаясь с земли. В отличие от меня, Эллен, похоже, даже особо не запыхалась.

-Вот как? Он известный мечник?

-Он упрямый старикан, после тренировок с которым я не мог подняться с постели.

-Я тебя прекрасно понимаю.

-В самом деле? - уставился я на едва сдерживающую смех девушку.

-Разумеется. Мне в своё время тоже пришлось пройти через суровые тренировки, ещё до того, как я стала Ванадис. А ты как думал?

-Ты - ведьма. Кто тебя знает.

Над тренировочной площадкой повисла тишина. С раздражения я не подумав ляпнул первое пришедшее в голову и прямо сейчас был занят тем, что усиленно сожалел о своей несдержанности.

- Ведьма, говоришь? Ну знаешь ли! И почему же я ведьма?

Вопреки всем моим опасениям, тон Ванадис сохранил свои беззаботные и игривые нотки, давая надежду на то, что мои слова не приняли близко к сердцу, или их просто не сочли за оскорбление. Очень аккуратно подбирая слова, я произнёс:

-Я видел, как ты сражалась. Видел, как ты отражала стрелы и разрубала людей на пополам. Быть может, я и не величайший воитель в округе, но даже я знаю, что есть вещи, которых можно достичь через тренировки и есть то, на что человеческое тело не способно в силу своей биологии.

-Био-логии?

-...Не обращай внимания. Я хочу сказать, что то, что я видел, должно быть невозможно с точки зрения законов физи... эм, в общем, нельзя просто так взять и заставить лошадь взлететь в воздух. Так не бывает.

-Но ты же сам видел это, верно? Значит всё-таки бывает, - передразнила она. -Потому и ведьма, - уже без особого страха пробурчал в ответ.

-Можешь выдумывать себе всё, что только душе угодно, - подзадорила меня Эллен, прежде чем развернутся прочь с тренировочной площадки.

Мне же оставалось только лежать и дальше пялится в синее, безоблачное небо. Похоже, внятного ответа мне сегодня не услышать. Так тому и быть.

Глава IV - 2

Распорядись собой, прими решенье, Хотя бы и ценой уничтоженья.

"Фауст" Гете.

-Фух! - с чувством произнёс я, убирая прилипшую ко лбу прядь волос. Это, конечно, не полноценная баня, но лучше чем ничего.

Смыв пот и пыль я сразу почувствовал себя словно новым человеком, как оно обычно и бывает после хорошей физической нагрузки и заслуженного отдыха. При всей моей нелюбви к чрезмерной активности, нужда пары последних лет заставила меня учиться ценить такие вот моменты. Теперь лучше поторопится обратно в свою каморку, а то пусть мне и предоставили ограниченную свободу передвижения, но даже так я всё время ощущал направленные в мою сторону взгляды разной степени любопытства, заинтригованности или же почти неприкрытой враждебности. Последних, к счастью, было не так уж и много.

Внезапно я почувствовал, как нечто схватило меня сзади за штанину.

-Грррр! - донеслось сквозь стиснутые вокруг грубой ткани зубы рычание.

Собака. Животные меня отчего-то никогда не любили и нелюбовь эта вполне взаимна, но кусать за штанину? Это уже просто свинство! Не оборачиваясь, я гневно потряс ногой уповая на прочность одежды и слабую хватку псины, поскольку судя по месту укуса роста та была небольшого.

-Гррр!! - даже повиснув почти полностью в воздухе, зверь хватку не ослабил, а только шумно захлопал крыльями в тщетной попытке удержатся на лапах. Тяжелый, зараза.

Стоп, крыльями?!

Резво обернувшись, я уставился на странную тварь, не прекращающую попыток отгрызть кусок моей штанины, и взору моему предстала крылатая ящерица, покрытая бирюзово-синеватой чешуёй. Действительно, небольшая - вместе с хвостом всего сантиметров сорок и для своего размера даже более легкая, чем можно было бы ожидать. Но главное...

Четыре лапы. Два перепончатых, как у летучей мыши, крыла. Итого, шесть конечностей. Плюс хвост, разумеется. Короче говоря, это был пусть и маленький, но самый настоящий фэнтезийный дракон. Даже не знаю, что страшнее - то, что я встретил откровенно мифическую тварь, или то, что в контексте последних события я был практически не удивлён.

Наши глаза встретились. Глаза человека и зверя.

-Гррр! - потянул он штанину.

-Рррр! - оскалился я в ответ, не прерывая зрительный контакт. Дракон или нет, но это мои штаны!

Так продолжалось почти целую минуту, пока неожиданный окрик не заставил меня вздрогнуть, прервав поединок воли.

-Луни! Вот ты где.

Я повернулся на голос и тут же пожалел об этом.

-Грррр!!! - на сей раз в рыке "Луни" слышались ноты победного торжества, а я легко представил, как остатки моей гордости пошатнулись от очередного удара.

-Элеонора, - натянул я кислую улыбку, - Боюсь, у меня возникла небольшая проблема.

-Это Луни, мой дракон. Он ласковый, но обычно не отходит далеко и не доверяет незнакомцам. Ты нравишься ему, Тигре.

-Скорее, ему пришлась по вкусу моя штанина. Можешь с ним что-нибудь сделать?

-Луни, иди сюда.

-Грр! - возразил дракон, пятясь назад, но по-прежнему не разжимая челюстей.

-Лу-ни, - протянула Ванадис.

Раздался громкий треск и я обречённо вздохнул.

-Ласковый, говоришь? По-моему, он только что пытался отгрызть мне ногу.

-Ты недооцениваешь Луни. Он может быть ещё очень молод, но его зубы уже прочнее стали. Если бы он хотел отгрызть тебе ногу, то именно это он бы и сделал, - с кажущейся серьёзностью ответила Эллен, но её веселья явно выдавали предательски трясущиеся плечи.

-Тигре, ты в первый раз видишь дракона? - спросила она.

-Да, - киваю ей, - Минуту назад я был более-менее уверен, что драконы встречаются только в сказках.

-Более-менее?

-Ещё пару недель назад я сильно сомневался в существовании ведьм, а оно вон как вышло.

Брови Эллен слегка приподнялись: "Всё ещё настаиваешь на "ведьме"?"

-У меня пока ещё нет иных объяснений, - пожал я плечами.

-Ты мог бы просто спросить.

Я замер. Неужели всё так просто? Она вот так возьмёт и расскажет? Собственно, с чего я вообще взял, что это большой секрет? А если да? Так ли уж я хочу знать?

Меньше знаешь - крепче спишь.

-Скажи, Тигре, - первой нарушила тишину Элеонора, - Ты хочешь вернутся в Эльзас?

Озадачено моргнув, я молча уставился на неё.

-Я спросила что-то странное?

-Не в этом дело. Просто не знаю, что ты хочешь от меня услышать. Разумеется, по сравнению с твоим городом Целеста кажется унылой глубинкой, но "лучше быть первым в деревне, чем вторым в Ницце", - исказил я слова небезызвестного полководца и государственного деятеля.

-Ты так ценишь свою свободу?

Я поморщился: "Я ценю, когда никто не указывает мне что и когда делать. Кому нравится, когда им помыкают? Но главное - это безопасность."

-Безопасность? - спросила Эллен, подымая дракончика на руки, словно здорового кота. Тот наконец выплюнул кусок графских штанов и смерил меня высокомерным взглядом, словно бросая некий очевидный для него вызов. Ну, мне так показалось.

-Вот именно, - киваю, решив начисто игнорировать ящерицу, - Эльзас не представляет собой особой ценности ни с экономической, ни с геополитической точек зрения. Были у меня кой-какие планы, но долгосрочные и упирающиеся в нехватку средств. Самое главное - Эльзас, каким он представляется сегодня не интересен большим игрокам в Брюне. Быть может, моё графство - леса да горы, но в этих лесах и горах нет никого главнее лорда Ворна. Боги высоко, а король далеко.

-И вновь я слышу крамольные речи, - улыбнулась девушка.

-Надеюсь, ты не станешь сплетничать? - спросил я, и в самом деле немного обеспокоенный собственными словами, но тут же махнул рукой, - В любом случае, королю нынче не до сплетен.

-...Ты знаешь о том, что происходит в Брюне?

-Я догадываюсь, - хмуро бросаю в ответ.

К этому времени мы как-то незаметно подошли к конюшням, где, как оказалось, у дракона по имени Луни была "ВИП-комната." Не желая расставаться с компанией, он состроил жалобную мордашку, но Эллен осталась непреклонна. "Нет", - прямо заявил я, когда тот попробовал тот же приём на мне. Обижено махнув хвостом, дракон демонстративно свернулся на соломе и прикрыл голову крылом.

-Что за наглое создание, - не удержался я.

-Обычно Луни так себя не ведёт.

-Просто ты его слишком балуешь. Насколько он умён?

-Взрослые драконы считаются самыми умными животными из всех, но Луни ещё совсем малыш.

-Вот как. И что будет, когда он вырастет? Драконов используют на войне?

-Может, иногда, - покачала она головой, - Но драконы слишком редки и прожорливы для армии. Во всяком случае, я о таком не слышала.

-Ты назвала драконов животными, но я читал, что первый король Дзктеда был воплощением чёрного дракона. Драконы могут принимать человеческий облик? Или разговаривать?

Она рассмеялась и я смущенно отвернулся.

-Знаешь, ты наверное первый, кто воспринял слова о чёрном драконе буквально. Конечно, вокруг деяний основателя крутится огромное количество мифов и преданий, но порой легенда - это всего лишь легенда.

-Значит, не могут, - немного разочаровался я. Эх, D&D, моя загубленная юность.

-Если интересуешься драконами, то могу посоветовать книгу из моей библиотеки.

-Было бы просто замечательно, - вежливо кивнул в ответ, умолчав о том, что читаю на её языке я куда хуже, чем разговариваю.

-Вот ещё что, - уже уходя бросила она через плечо, - Ближе к вечеру Лим зайдёт за тобой. Хочу кое-что обсудить в более спокойной обстановке.

***

В кабинете Ванадис с моего последнего визита ничего особо не изменилось - роскошный ковёр, позолоченная мебель... завидно, однако. Хозяйка кабинета как и в прошлый раз сидела за высоким столом, лениво перебирая документы, но увидев меня с нескрываемым энтузиазмом решительно отодвинула их в сторону.

-Госпожа Элеонора, я привела графа Ворна.

-Спасибо, Лим. Дальше я сама.

Судя по выражению её лица, Эллен была настроена на серьёзный разговор.

Может, наконец прибыло предложение о выкупе? Времени прошло уже изрядно.

-Я скажу прямо, Тигре. Я хочу тебя.

-Слишком неожиданно, чтобы быть правдой.

-Почему же? - удивилась она, - Уверена, из тебя выйдет толк. Конечно, я не могу сразу дать тебе вотчину, но даровать поместье вполне в моей власти. Если сумеешь выслужится, я смогу представить от твоего имени прошение королю и он сделает титул наследственным...

-Что..?

-Тигре?

-Нет, - поспешил я увести разговор в сторону от нелепого недоразумения, - Продолжай.

Глаза Эллен странно сверкнули, и я вдруг проникся впечатлением, что девушка про себя надо мной посмеивается. Ладно, проехали.

-Я предлагаю тебе место в своём войске. На какой именно должности ещё не решила, но обещаю, что не обижу ни чином, ни жалованием, ни почестями. Что скажешь, граф Ворн?

-Граф Ворн, а? - пробормотал я, задумчиво почесывая подбородок.

Секунды плавно перетекали в минуты, но никто не спешил прервать напряженную тишину, столь внезапно заявившую свои права на помещение. Наконец, придя к выводу, что тянуть дальше бессмысленно и невольно сопроводив ответ тяжелым вдохом, я ответил: "Я не могу."

-Почему? - нахмурилась Ванадис, - Недавно ты говорил о свободе и независимости, но не находишь ли ты свои собственные слова противоречивыми? Разве не по приказу своего короля ты отправился на войну? Разве не из-за внутренних дрязг пэров Брюна ты оказался в столь незавидном положении? Думаешь, другой на моём месте был бы столь обходителен с нищим военнопленным? Я же обещаю, что буду считаться с твоим мнением и не оставлю без внимания будущие заслуги. Спрашиваю ещё раз - ты согласен?

-Это очень заманчивое предложение, - в очередной раз вздохнув, мне почудилось, как плечи наливаются свинцом под тяжестью невидимого груза, - Но я тут выяснил, что совершенно не перевариваю предательство. Паршивое это чувство - когда власть имущий бросает тебя на произвол судьбы.

-Вот как? - удивилась она, - А мне казалось, ты невысокого мнения о своём сюзерене.

-Да причём тут король? - в свою очередь пришлось удивляться уже мне, - Я про моё графство.

-Эльзас? Ты так любишь его?

-Да не особо, - пожимаю плечами, - Плюсы имеются, но вот в такие моменты и понимаешь, какая же это на самом деле морока, - признался я, заработав понимающий кивок от Эллен, - Так уж вышло, что у меня не осталось живых родственников. Быть может, подайся я в перебежчики, и Его Величество сразу найдёт нового графа или назначит наместника, но куда более вероятно, что про Эльзас на какое-то время просто забудут. Теперь представь - у нас есть формально королевская, а фактически бесхозная земля. Недостаточно богатая, чтобы заинтересовать в долгосрочной перспективе, но достаточно обеспеченная, чтобы там нашлось чем поживится. Улавливаешь ход моей мысли?

-...Понимаю. Но одним упрямством ты никому не поможешь, Тигре.

-Пусть так. Вот только я не стану обрекать этих людей на беду. Не своею рукой. Пусть уж лучше от меня и дальше ничего не зависит.

-Это бессмысленно, - неодобрительно покачала она головой, - Ты действительно готов лишится всего ради пустых принципов?

-Конечно же нет. Я всего лишь прошу немного повременить и вернутся к этому разговору когда истечёт срок ожидания выкупа. Тогда моя совесть будет чиста, - развёл я руками.

На мои слова Элеонора ответила широкой улыбкой - словно рассеялись затмевающие солнце тучи: "вот это уже больше похоже на Тигре, которого я знаю. А ведь я чуть было не решила, что ошиблась в тебя."

-Какой уж есть, - улыбаюсь в ответ.

-Но в следующий раз условия могут быть другими, понимаешь? Я не люблю повторяться.

Мне оставалось лишь молча кивнуть.

***

Как только граф Эльзаса покинул кабинет, Ванадис Элеонора, явно пребывая в самом радужном расположении духа, повернулась к Лимлише.

-Ты проиграла, Лим. Он отказался.

-Не отказался, - упрямо поджала губы девушка, - Просто извернулся и выиграл себе небольшую отсрочку. Вы слишком добры с ним, госпожа Элеонора.

-Но я предложила и он отказался. Мы с тобой не уславливались о деталях. Давай, Лим, не будь букой!

-...Хорошо, - вздохнула Лимлиша, старательно игнорируя радующуюся как маленький ребёнок Ванадис Дзкдета.

***

Следующие несколько дней я провёл за попытками разобрать написанный на слабо знакомом языке, да ещё и от руки, архаичный текст. Вооружившись найденным в той же библиотеке словарём, мне удалось сдвинуть процесс с места, но результат был куда более скромным, чем мне бы того хотелось. Драконы, как оказалось, были не так уж и редки, но предпочитали селится на удалении от человеческого жилья, из-за чего многие и в самом деле не верили в их существование. Это не делало их менее реальными. Существовало множество различных видов этих созданий и не все из них даже обладали крыльями, но зато все имели якобы непроницаемую чешую, повредить которую не может даже самая прочная сталь. Вот как-то так.

Неожиданно раздался стук в дверь моей комнатушки и я, перелистнув страницу, произнёс:

-Да?

Вместо вербального ответа дверь приоткрылась и во внутрь проскользнул Олег.

-Граф Ворн?

-Кого мы видим, - протянул я, - И где же ты пропадал? Я уж было решил, что тебе голову оттяпали.

-Было близко, - усмехнулся гвардеец, - Но лишили меня только кошелька, а не головы. А пропадал я в нарядах, но приятно знать, что о тебе беспокоятся, гори оно всё огнём.

-Вот и славно. Где деньги? - перешел я к сути.

-Так говорю же - нету, - поморщился он, - Весь банк конфисковали, да ещё и взыскания влепили всем без разбору. За неподобающее поведение, - словно бы передразнил он невидимого командира, - Вы, граф, легко отделались.

Одним движением я захлопнул книгу.

-Ты что это, кинуть меня решил?

-Ни в коем случае, - замахал он руками, - Слушай, как на счёт в конце месяца?

-На кой мне деньги в конце месяца? - мрачно спросил я, - К концу месяца я имею все шансы потерять потребность в деньгах как таковую.

-Да, мы тоже так подумали и нашли альтернативу. Рюрик, давай сюда.

В комнату проскочил ещё один мой знакомый и нехватка свободного пространства разом стала ощущаться примерно в два раза острее.

-Мне всё ещё не нравится твоя затея, - приглушенным голосом проворчал он, - Это уже не просто проступок, это без пяти минут измена.

-Измена? - изумился Олег, - Какая такая измена? Не сгущай краски, пожалуйста. Как будто ни разу в самоволку не ходил.

-С княжим пленником? Ни разу. Олег, если нас поймают...

-Значит, не поймают. Ты что, трусишь? Или хочешь, чтобы я рассказал Марии сам знаешь о чём?

-Меня шантажирует боевой товарищ. О боги, как же низко я пал, - театрально развёл руки в стороны Рюрик, но больше спорить не стал, хотя напряженное выражение на лице и выдавало его отношение.

-...Что вы задумали?

-Он, - ткнул пальцем лучник, - Вот он задумал. Быть может, хоть Вам достанет здравого смысла отговорить его, граф?

-Отставить панику, мы ничего ещё и не сделали.

-Не сделали чего? - откровенно говоря, неясность ситуации начинала раздражать.

-Как Вы смотрите на то, чтобы сегодня вечером выбраться в город?

Такого я, признаться, не ожидал, хотя по их поведению и стоило бы заподозрить.

-Это как?

-Очень просто, - заговорщицки подмигнул Олег, - До сумерек Вас никто ведь не хватится? Ну а выбраться за территорию замка - дело техники. У меня в этом деле немалый опыт.

...Не уверен, что тут есть, чем гордиться. Но вот само предложение интересное, да.

-Решайтесь, граф. Пир не обещаю, но знаю одну хорошую забегаловку. Готовят там - пальчики оближешь.

Заманчиво, но Рюрик прав - если нас поймают, то простым выговором не отделаюсь уже даже я. Почему он готов идти на такой риск? С чего бы мне идти на риск?

-А ещё квас, граф. Вы когда-нибудь пробовали квас? Хотя, о чём это я, конечно же нет. Откуда в Брюне квас. Побывать у нас и не испить студёного кваску - вот это настоящее преступление. Можно и чего покрепче, ежели с острасткой. Главное - вернутся своим ходом и до темноты.

-...Квас, говоришь?

-Ага!

Ну, двум смертям не бывать, верно?

***

Перемахнуть через крепостной вал оказалось куда проще, чем я думал. Никаких тебе тайных ходов или раздвижных стен. Да там, можно сказать, уже тропинка была протоптана!

-Мне всё ещё не нравится эта идея, - хмуро бросил Рюрик, когда мы втроём уже растворились в потоке спешащих по своим делам горожан, - Проворачивать такое за спиной у Ванадис.

-Мы уже решили, что госпожу не стоит беспокоить по пустякам.

Было у меня сильное подозрение, что у самой Эллен на сей счёт имеется иное мнение, ну да ладно. Я волновался, естественно, но, в то же время, был полон радостного предвкушения.Лейтмеритц стал для меня опытом совершенно уникальным, не похожим ни на города 21-го века, ни на столицу Ворнов, отличающуюся от большой деревни разве что наличием нескольких каменных и кирпичных зданий ближе к центру, вроде храма, арсенала или поместий некоторых зажиточных горожан. Почему бы не воспользоваться возможностью сходить на экскурсию? Если выкуп за меня не придёт, то кто знает, что тогда со мной будет.

Я уже имел сомнительную честь лицезреть город во время своего бесславного прибытия, но сейчас, меряя шагами широкую улицу, впечатление было просто потрясающее. Высокие каменные дома возвышались над нами с обеих сторон, и я мог внимательно рассмотреть каждое из них, мостовая под ногами была на удивление чиста, а разбитые тут и там палатки ломились всевозможной всячиной - тут были и сувениры, и украшения, и глиняная посуда, и домашняя утварь, и многочисленные магазинчики, продающие продукты и закуски на любой вкус. Это была торговая улица крупного и богатого города и не будет преуменьшением сказать, что я, как и настоящий Тигревурмуд Ворн, никогда не видел ничего похожего.

-Мы пришли.

-Думаешь, в это время дня есть свободные места?

-Найдём, - успокоил Олег.

Внутри было тускло и не очень чисто, зато довольно уютно и весьма атмосферно. Одинокая масляная лампа висела под потолком, за деревянными столиками седело в общем около двух десятков не богато, но и не бедно одетых посетителей, а весёлый гам не переходил ту черту, за которой шум перестаёт отвлекать и начинает откровенно раздражать.

-О, смотрите, кого к нам занесло! А чего сегодня не при параде, служивые, а? - донеслось из зала.

-Тссс! - показушно поднёс палец к губам Олег, - Мы ин-ког-ни-то!

-Иш ты, слова-то какие знаешь. И что за таинственность? Да твоего приятеля тут каждая девка знает, а твоего папашу и того пуще - каждая собака!

Кое-кто отозвался смехом, но большинства посетителей просто проигнорировало наше появление, продолжив заниматься своими делами. Олег и Рюрик уверено направились к столику, за которым сидел один-единственный тип не самой опрятной наружности, но Рюрик наклонился и быстро прошептал ему что-то на ухо, после чего тот чиркнул по нам недовольным взглядом, но не стал возмущаться и мирно освободил место.

-Эй, хозяин! - крикнул он, - Нам всего понемногу.

Через пару минут я уже слушал в пол уха байки, которые с напускной беззаботностью травил Олег, проникаясь незабываемой атмосферой места. Не хотелось признавать, но даже затворнику вроде меня тягостно было проводить большую часть времени в четырёх стенах, где самым многообещающим развлечением была едва понятная книга. Тут же я мог сколько угодно глазеть по сторонам, да и еда откровенно радовала - солдатские рационы, которыми меня обычно кормили в резиденции, были пусть и не плохи, но уж слишком пресными.

Принесли квас - крепкий и холодный. Олег продолжать говорить о своём, Рюрик, казалось, умудрялся не сводить с меня глаз даже во время шутливой перебранки с какой-то смазливой девицей, но я, право же, не слушал. Я вспомнил свой дом, свою квартиру и дворик, вспомнил дачу, на которую я ездил отдыхать, а возвращался с мозолями на ладонях, вспомнил речку и бор за ней... Прошло уже довольно много времени с тех пор, как я мог вспомнить свою прошлую жизнь настолько четко. Казалось, еще немного и в памяти всплывут дорогие мне лица, очертания которых я уже почти забыл, как и своего собственного.

Ох, ну и чего я снова раскис? Ведь вроде бы уже решил не подаваться тоске. Мне, право же, не до того сейчас должно быть, когда собственная судьба висит на волоске. Каков реальный шанс того, что за меня заплатят выкуп? Довольно высок, на самом деле. Я понятия не имею о потерях короны в отгремевшей битве, но если мои предположения верны, то именно лоялисты приняли на себя основную тяжесть поражения. Если король хочет вернуть себе расположение мелкопоместной аристократии, то популистский шаг вроде спасения шкурки меня-любимого точно сыграет ему на руку. Опять же, для Фарона заплатить три тысячи ливров должно быть не так уж и накладно. Ганелон и Тенардье... лучше бы с этой парочкой вообще не связываться, вне зависимости от того на какой стадии находится мятеж и есть ли он вообще. Нехорошие слухи о них ходят, о их внутренней политике и отношении к вассалам. Ну, как для меня нехорошие. Чисто средневековая такая политика - душащие налоги, принудительная вербовка, несправедливые законы. Местные вроде относятся с пониманием, а вот мне тревожно. Макиавеллизм в классическом виде - пусть лучше боятся, чем любят. Прагматический такой взгляд на вещи, ничего не скажешь. Проблема в том, что в числе должных боятся нахожусь и я сам, а я, чёрт возьми, не хочу никого боятся!

С другой стороны, какой у меня есть выбор? Тот же Тенардье хоть относительно предсказуем, а вот чем руководствуется Ванадис Элеонора я до сих пор имею весьма смутное представление. А ещё, стоит только согласится на её предложение, как меня заставят работать. Что, если она действительно засунет меня в действующую армию? Это же постоянные походы, неудобства, холода и антисанитария. Ладно бы ещё в гарнизон, комендантом, да в крупный город, да подальше от горячих точек...

Размечтавшись, я не заметил, как кто-то положил руку мне на плечо. Против воли я вздрогнул от неожиданности и выразительно уставился на отвлекшего меня от раздумий Олега.

-Ты чего это притих? - с беспокойством спросил он, - На тебя совсем не похоже. Песня не по нраву пришлась?

-Хорошо тут, - отмахнулся я, с удовольствием отметив переход на "ты". Хотя как иначе на публике? То ещё у нас "инкогнито" получилось бы, - И, какая песня? Я что-то пропустил?

-Ну ты даёшь! - беспардонно хмыкнул Олег, - Тебя так с квасу развезло? Дома что, одной водой поят?

-Ничего особенного, обычные кабацкие байки, - подал о себе знать Рюрик, заодно отвечая на мой вопрос.

-Эй-эй, что значит ничего особенного?! - как бы не искренне возмутился Олег, - Хорошая песня. Про купца, по счастливой случайности нажившего себе славу с богатством, но потерявших их из-за собственной жадности и высокомерия, - пояснил он мне.

-Не в злате счастье, - подвёл итог Рюрик.

-Но со златом счастье слаще, - усмехнулся собеседник.

-Не потому ли ты сбежал от отца к госпоже Ванадис?

-А вот папу не тронь, - враз посерьёзнел Олег, на что Рюрик поднял руки в знак применения.

Мне, право же, были мало интересны семейные драмы подчинённых Элеоноры. С другой стороны, местную прозу я бы послушал. Неужели я "выпал" так на долго? Или история была короткой? Как я вообще пропустил выступление? Впрочем, надо признать, что в минуту раздумий я могу быть достаточно рассеян - тут никаких открытий нет. Немного пошарив глазами по помещению, я без особого труда отыскал довольно молодого мужчину с музыкальным инструментом - теми самыми не то гуслями, не то цитрой, что мне уже доводилось видеть по пути с поля боя.

-Кстати, раз уж пошла такая речь, а о чём поют у тебя на родине? Наверняка в Брюне хватает своих историй?

Я удивлённо моргнул и задумался. В самом деле, а о каких культурных героях слагают предания в Брюне? Понятное дело, у Ворнов не было ни придворных, ни, собственно, своего двора, так что единственным местом, где я мог послушать такие истории в живую был один на весь город постоялый двор, посещать который у меня не было ни повода, ни особого желания. Не было литературы подобного толка и в крошечной графской библиотеке. Может, настоящий Тигре и знал пару местных сказок или преданий, но моя голова на сей счёт пуста. Блин, а ведь неловко получается - оба моих собеседника явно ждут ответа. Так думай, думай...

-Кхм, - важно кашлянув в кулак я прочистил горло, - Могу рассказать одну, если угодно. История эта очень старая, семейное предание если угодно, и, думаю, вам не удастся услышать её от кого-либо ещё, - нашел я выход из положения, воспользовавшись своим статусом последнего в роду. Поскольку больше Ворнов нет, то и слова мои опровергнуть будет некому. Что я собирался исполнить? Ну уж точно не Высоцкого - слуха у меня нет, голос ещё хуже, да и играть я не умею даже на гитаре, чего уж про экзотику. Зато неожиданно шанс получило одно очень странное, по меркам моих старых сверстников хобби. А я что? А я не виноват, что в школьные годы каникулы мне приходилось проводить в такой глуши, где не то что связи, души живой днём с огнём не сыщешь. Учил стихи я от скуку, да и, чего уж таить, понта ради. Прошло несколько лет, прежде чем до меня начало доходить, что лучше бы я учил Высоцкого...

"Полны чудес сказанья давно минувших дней Про громкие деянья былых богатырей.

Про их пиры, забавы, несчастия и горе

И распри их кровавые услышите вы вскоре."

Читать я начал приглушенным голосом, отчаянно вспоминая похороненные под завалами памяти строки и заполняя пробелы прямо на ходу. К чертям рифму - всё равно при переводе от неё мало что останется.

''Жила в земле бургундов девица юных лет.

Знатней ее и краше еще не видел свет.

Звалась она Кримхильдой и так была мила,

Что многих красота ее на гибель обрекла.''

Бургундия, Бургундия. А есть ли тут Бургундия? Территория с таким названием постоянно "кочевала" по карте знакомой мне Европы. Я даже пожалел, что в своё время не последовал совету Массаса и не отнёсся серьёзнее к изучению географии этого мира.

Между тем, я определённо вошел в раж, незаметно для себя самого немного повысив тон. Было сложно не заметить, как постепенно вокруг стихли разговоры и посетители стали прислушиваться к размеренному слогу. Вот она, минута славы - не в той жизни, так в этой, хе-хе. Думаю, у простого люда тут не так много развлечений и нечто новое всегда приветствуется. К сожалению, по вполне понятным причинам я не помнил всей поэмы дословно, а потому то и дело заменял или пропускал слова и целые куски текста, маскируя заминки то и дело прикладываясь к беззастенчиво изъятой у Олега кружке с вином. Собственно, я больше пропускал, чем воспроизводил, но кого это колышет пока повествование остаётся более-менее связным? Как вообще менестрели древности помнили всё это наизусть?

В какой-то момент ненавязчивым мотивом забренчали струны, подстраиваясь под рифму "Песни о Нибелунгах", а я продолжал рассказывать легенду, о которой каждый мой современник хоть краем уха, но слышал. Я рассказывал о могучем Зигфриде и несметном кладе Нибелунгов, о сватовстве к Кримхильде и войне с саксами, о ссоре королев, о вероломном предательстве и убийстве. И, разумеется, о человеческой жадности.

"Пока в отъезде были три венценосных брата,

В Лохгейм на Рейне Хаген увез тот клад богатый И утопил, чтоб после воспользоваться им,

Но так и не пришлось ему владеть добром чужим."

А ведь от Целесты до Рейна рукой подать. Раньше я не обращал на ещё одно совпадение особого внимание - если есть Эльзас и Вогезы, то почему бы не быть Рейну? Однако интересно получается, да.

"А для вдовы настала печальная пора. Её всего лишили - и мужа и добра,

И сердце ей томили обида и кручина,

Предел которым положить сумела лишь кончина.

Так, после смерти мужа,- я вам ручаюсь в том,- Тринадцать лет Кримхильда жила, скорбя о нем.

О Зигфриде не в силах забыть она была,

За что и воздавалась ей людьми везде хвала."

На этом моменте я решил закончить. В основном потому, что вторую половину поэмы, посвящённую мести Кримхильды, я помнил не в пример хуже и, если уж тут позабыл как минимум треть всего текста, то дальше лучше не позорится вовсе, а оборвать повествование на благозвучной ноте и заслужено почить на лаврах. Второй причиной послужил внутренний голос, услужливо советующий отодвинуть вино в сторону, пока я не успел от него вконец окосеть. Вино, вроде, было разбавленным, но со здравым смыслом лучше не спорить. От греха подальше, как говорится. Да и поздно уже должно быть. Пора возвращаться, пока никто не успел хватился.

Через пару секунд аудитория взорвалась оживлённый гулом. Оставшийся неназванным музыкант встретился со мной взглядом и отвесил уважительный кивок. Я уж было поднёс кружку к губам для последнего глотка "на дорожку", как сзади донёсся голос, услышать который в подобном заведении я ожидал в самую что ни на есть последнюю очередь.

-Так ты ещё и бард, Тигре? А мне казалось, ты обещал не скрывать от меня своих талантов.

Слева резко выдохнул Рюрик. Справа шумно сглотнул Олег.

"Вот чёрт", - подумал я, давясь попавшим не в то горло напитком, - "Спалились."

***

Образ, выбранный Эллен для визита в город довольно сильно отличался от её обычного, привыкнуть к которому я уже более-менее успел. Сейчас же на ней было опрятное, но простое на вид платье, а длинные серебряные волосы оказались связаны в хвост.

Вдвоём мы неспешно брели по людным улицам города и я чёрной завистью завидовал парочке служак, которых великодушно отпустили на все четыре стороны, хотя, право же, по уму завидовать там нечему - едва ли про них так просто забудут.

-Знаешь, Тигре, - поправила краешек юбки Элеонора, - Ты не устаёшь поражать меня.

-Сочту это за комплимент, - нервно отозвался я.

-Как тебе вообще пришло в голову сбежать? Что, если бы твою пропажу заметили?

-Ты меня спрашиваешь?

-А кого ещё?

-А кто из нас Ванадис Лейтмерица?

-И как же Ванадис теперь следует поступить, не подскажешь? - ничуть не растерялась она, вновь переведя стрелки.

-...Понять и простить? - начал я и полушутливо добавил, умеючи угадав настроение Эллен, - Подумай о серебре, которое ты не получишь, если отрубишь мне голову.

-Скажи, Тигре, - уловив что-то в моих словах, девушка вновь перешла на ровный, серьёзный тон, - Ты и впрямь веришь, что Его Величество Фарон заплатит за тебя?

-Давай не будем о грустном, - предложил я, - Кстати, со мной всё понятно - решил проветрится - а вот что ты тут делаешь?

-Снова уводишь разговор в сторону, - Элеонора покачала головой, - Что до меня, то, как видишь, не одни только пленные графы порой тайком выбираются наружу.

-Но почему тайком? То есть, не графы, а... ну, ты поняла, - я выразительно махнул рукой.

-Совсем дурак? - сдвинула она брови, - Думаешь, иначе удалось бы мне увидеть всё это? - обвела она пальчиком в воздухе полный круг.

-Понятно.

В самом деле, её можно понять. По идее, ей вообще по статусу не положено покидать особняк без сопровождения. Причём, скорее всего, конного.

-Разве тебе никогда не приходилось действовать без огласки?

-Целеста - это одна большая деревня. Половину жителей я узнаю в лицо, и лично знаком, наверное, с каждым седьмым.

-Везёт тебе.

-Как сказать. Тебя саму-то искать не будут?

-Нет, - весело подмигнула она, - Я уже не в первый раз так поступаю.

Словно ребёнок, честное слово. Впрочем, она и есть ребёнок... лишь бы по неосторожности в лицо ей чего такого не вякнуть. Кстати, её что, действительно никто не узнаёт? Ладно, город совсем не маленький и у большинства горожан наверняка есть дела поважнее разглядывания своей Ванадис, но ведь и Эллен далеко не серая мышка. Сколько ещё в округе серебрянновласых молоденьких красоток? Может, все давно привыкли и просто подыгрывают ей? Подозрительно оглядевшись по сторонам, я только сейчас заметил странность - мы свернули с главной улицы и углубились в сеть переулков и закутков, где встречалось куда меньше прохожих, а стены сужались, не оставляя места для медленно клонящегося к закату солнца.

-Куда ты..? - начал было я, но замолк, когда Эллен украдкой поднесла указательный палец к губам. Через пару шагов она схватила меня за кисть и резко свернула с улицы под ведущую во двор арку.

Включив мозги и быстро оценив ситуацию, я одними губами прошептал : "за нами следят?"

Девушка коротко кивнула. Получив подтверждение своей догадке, я прильнул к сырой поверхности стены и принялся вслушиваться в доносящиеся с улицы шаги, но появление незнакомца всё равно застало меня врасплох. Дальнейшие события развивались в течении буквально пары секунд.

Показавшийся человек был невысоким брюнетом, одетым в дешевые льняные штаны и белую рубаху, поверх которой была наброшена кожаная куртка на подобии моей собственной, но заметно худшего качества. Лицо его казалось обветренным и довольно неприметным, плечи - сутулыми, а глубоко посаженые глаза - холодными и сосредоточенными.

Хотелось бы мне сказать, что я сразу опознал в нём убийцу, что намеренно заслонил собой Эллен и успел подготовится к обороне. На самом деле всё было не так. Я не увидел ножа, не разобрал молниеносного движения руки, не принял какой-то специальной стойки. Я просто осознал с пронзительной ясностью, что умру, если не сделаю хоть что-то прямо сейчас. Нечто похожее я чувствовал на равнинах Динанта, но куда менее остро. Это было не предупреждение - это был порыв к действию.

Не до конца ещё понимая, что же именно происходит помимо очевидного, я насколько это было возможно сместил корпус в сторону. Убийца не провалился вперёд, не потерял равновесия - нечего подобного. Он всего лишь на мгновение замешкался. Полагаю, он рассчитывал избежать лишнего шума заткнув меня одним точным ударом в горло, прежде чем переключится на главную цель, и был удивлён моей прытью не меньше меня самого.

Для человека, которого последние три года знали как Тигревурмуд Ворм, одного мгновения было слишком мало. Я находился в чересчур неудобном положении, чтобы даже пытаться уйти от неминуемого повторного выпада, а расстояние было слишком мало, чтобы надеяться перехватить руку с ножом. Да даже будь оно иначе - вряд ли соотношение сил существенно изменилось бы. Безоружный человек имеет мало шансов против человека вооруженного и ещё меньше - если противник не только вооружен, но и умеет своим оружием пользоваться.

Для Ванадис Элеоноры Вилтарии одного мгновения оказалось предостаточно.

Серебряная вспышка рассекла воздух, едва не ослепив и заставив отшатнутся.

Раздался булькающий звук и я увидел, как несостоявшийся киллер

опрокидывается навзничь, рассечённый от ключицы до середины живота. Сцена смерти разыгрывалась перед моими глазами уже не в первый раз, однако, то ли из-за особых обстоятельств события, то ли из-за близости тела, но характерный запах показался мне особенно мерзким. Торопливо отведя глаза и прилагая немалые усилия для удержания содержимого желудка на месте, я принялся искать способ отвлечься и довольно быстро оный нашел.

-Где ты прятала меч? - спросил я Эллен, глядя на безупречно-чистое лезвие необычного клинка.

-В подобный момент тебя это интересует? - неверяще переспросила она.

-Да. Я готов поклясться, что ещё минуту назад его у тебя не было. Ты что, повсюду с собой оружие таскаешь?

-Разумеется! Вот только нельзя же в городе носить его у всех на виду... почему ты так на меня уставился, Тигре? И вообще, о-отвернись. Мне нужно убрать Арифал обратно, - внезапно смутилась Эллен, пряча глаза за чёлкой.

Она что, под юбкой его прячет?! Понимая, что ещё немного и градус дикости происходящего перевалит за все мыслимые пределы, я подчинился. Новым объектом интереса выступил обронённый покойником нож, который я и принялся сосредоточенно рассматривать. Любопытная штука - обоюдоострый, симметричный клинок выдаёт в ноже именно оружие, а не инструмент, но он был слишком лёгок для боевого кинжала. Явно штучный товар.

Внезапно я услышал быстро приближающийся стук подкованных сапог по мостовой и сообразил, что мы вели себя мягко говоря не особо тихо. Внутри что-то сжалось от нехорошего предчувствия.

-А ну, что тут проис...?!

Стража. В полном снаряжении.

Медленно, даже несколько заторможено, я перевёл взгляд от лежащего в луже собственной крови тела, на нож в своей руке и обратно, а затем на стремительно сереющие лица двух служителей порядка. Со звоном нож упал на каменную кладку.

-Это не то, что вы подумали! - выкрикнул я.

-Душегубство! - прохрипел тот из них, что повыше.

-Бежим! - потащила меня за собой Элеонора.

Никогда, никогда, ни в той жизни, ни в этой, я не шевелил ногами настолько быстро.

***

-Почему мы убежали? Тот тип же по твою душу... был.

Меня мучила одышка, пот липкими каплями струился по спине, а слова выходили рваными и сиплыми. К счастью, с копьями и в тяжелых кольчугах, преследователи отстали от нас довольно быстро, а Эллен знала город достаточно хорошо, чтобы не завести нас в тупик.

От быстрого бега девушка раскраснелась, но в целом и общем выглядела явно лучше меня. Блин, может пришла пора всерьёз заняться физухой?

-Хлопотно больно, - пожала она плечами, - К тому же, это была бы пустая трата времени.

-Что? - не понял я, - Но это точно не случайное нападение! Это было покушение и, как бы мне не хотелось потешить своё самолюбие, но едва ли покушались на меня. Нет, целью точно была ты!

-Думаешь, я этого не понимаю? - посмотрела под ноги Эллен, словно что-то там ища.

-Я понимаю, что ты понимаешь. Я не понимаю только почему ты так спокойно ко всему относишься! Разве ты не должна велеть провести расследование? Ни за что не поверю, что стражники не узнают свою Ванадис, стоит тебе только представится!

-Меня пытаются убить не в первый и не в последний раз, ничего необычного. По возвращению придётся рассказать Лим, но едва ли всплывёт нечто важное. Такие люди обычно не оставляют за собой хвостов.

В молчании я отодвинул в сторону ветку - мы уже перемахнули через стену в том же месте, откуда ещё несколько часов назад я спускался в город, и в данный момент осторожно пробирались через небольшой парк во внутреннем дворе крепости. Охрана тут на удивление так себе - слишком уж легко мы избежали караульных.

-И ты совсем не беспокоишься? - наконец спросил я. Мне, например, до сих пор было очень не по себе, и её отношение интриговало, - Неужели к такому можно привыкнуть?

-Волнуешься за меня? - игриво улыбнулась Элеанора, - Как мило с твоей стороны. Что же до вопроса, то я всего лишь не вижу смысла беспокоится о неизбежном. У Ванадис всегда хватает врагов, такая уж судьба. Я с самого начала знала, что будет не просто.

Внезапно девушка замерла на месте, её глаза расширились, а лицо исказилось в непередаваемом выражении.

-Вот ведь! Я совсем забыла!

Для понимания всей глубины проблемы, оказалось достаточно проследить за взглядом девушки - прямо на ведущей к резиденции дорожке, словно заранее зная, откуда следует ожидать нашего появления, со скрещенными под грудью руками стояла Лимлиша, и поза её не предвещала ничего хорошего для тех несчастных, на чьи головы предстояло обрушится гневу блондинки.

***

Неметоценна, один из крупнейших, старейших и наиболее богатых городов Брюна, был примечателен в числе прочего ещё и тем, что являлся столицей одноимённого герцогства и оплотом династии Тенардье. Нынешний глава рода, Феликс Аарон Тенардье, сделал очень многое для приумножения славы своего родового гнезда, хотя самому герцогу едва ли было дело до города и его жителей.

Неметоценна была ресурсом. Люди были ресурсом. Ресурсом, который может и должен достаться тому, кто сумеет его удержать. Считать иначе, значит не только закрывать глаза на неопровержимую истину, но и идти против естественного порядка вещей. Кто-то находится у власти и правит, а кто-то подчиняется. Величайшая власть - это власть уничтожить и вполне естественно, что только сильный может обладать этой властью. Только сильный должен править. Так устроен мир, такова система, согласно которой работает человеческое общество. Если даёт сбой система, то начинает рушится и всё то, что стоит на ней. Не допустить этого - тоже долг сильного.

Герцог Тенардье был силён. Его могли боятся, его могли ненавидеть, но не нашлось бы такого безумца, что упрекнул бы его в слабости. Один из величайших полководцев современности, направляющий ход любого сражения той же цепкой хваткой железной длани, которой он держит в повиновении земли свои и своих вассалов. Могучий воин, в равной степени известный за свою отвагу и жестокость. Патриот, не верящий в компромиссы и мягкость в политике.

В сердце аристократа не должно быть места для жалости или сочувствия - был уверен герцог. Нежные эмоции ведут к слабости, а к чему приводит слабость... Цену слабости королевская семья Брюна уже познала на собственном опыте.

-Ты звал меня, отец?

В просторном кабинете находились двое - Феликс Тенардье и его единственный сын, Зион. Суровое, словно высеченное из камня лицо герцога надёжно скрывало ход его мыслей за никогда не проходящем выражением холодного высокомерия. Высокий и крепко сбитый, с густыми чёрными волосами и жесткой бородой - несложно было заметить, насколько отец затмевает сына - холёного и худощавого. Не могло это укрыться и от глаз самого герцога.

Зион не был глупцом, но и умом не блистал. Зион не был мямлей, но и отцовского характера не унаследовал. Зион не был трусом, но и подвигов от него ждать не приходилось. Зион не был слабаком, но в нём не было и толики той силы, что позволила его отцу заявить свои права на трон королевства.

Подводя итог, Зион был посредственностью. Разочарованием. И всё же, он был наследником герцогского и, вполне возможно, в будущем, королевского титула. Быть может, герцог Тенардье и желал бы себе иного наследника, но Зион, при всём своём несовершенстве, всё ещё был его сыном. Его кровью.

-Зион, - прозвучал строгий и твёрдый голос, - Что ты можешь сказать мне о графе Ворне?

-Ворне? - на секунду растерялся юноша, - Тигревурмуд Ворн, граф Эльзаса. Мне жаль, отец, но мне мало что про него известно, - строго говоря, Зион смог вспомнить хоть что-то про Ворна по той единственной причине, что в канун битвы у Динанта находился в штабе принца, где того упоминали в числе лордов арьергарда, - Я слышал, граф перенёс тяжелую болезнь и долгое время не появлялся на публике. Ещё я знаю, что его семья пользуется не лучшей репутацией, - осторожно ответил Зион.

-Да, - презрительно скривился герцог, - Я не припомню ни одного Ворна, кто был бы достоин гордого титула лорда. Трусы, в которых не было ни грамма дворянской чести и дворянской гордости. Нынешний граф не исключение, - чеканный тон Тенардье был непреклонен, а каждое слово несло на себе печать непоколебимой истины, - Однако, кое-что в его послании показалось мне любопытным.

-Послании? Разве граф Ворн не мёртв?

-Нет. Более того, он имеет наглость просить у меня внести за него выкуп Ванадис Дзктеда. Семьсот тысяч серебром.

-С-семьсот? - не поверил Зион. Сумма была столь велика, что парень мог бы ожидать её за свою собственную жизнь, но никак не за жизнь заурядного графа.

-Один мой знакомый барон предположил, что Ворн "заработал" свой выкуп будучи последним из лордов Брюна, оставшихся на поле боя после... несчастья с Его Высочеством Регисом. Поговаривают даже, будто он сошелся в поединке с самой Ванадис.

-Э-это правда? - слова отца заставили Зиона неловко перемяться с ноги на ногу. Он очень не любил, когда при нём поминают Динант и, пусть его отец казался вполне довольным итогом сражения, это никак не смывало личного позора Зиона, в числе первых сбежавшего из схватки.

-Разумеется, нет, - герцог удостоил своего сына гневным взглядом, - Обычный мальчишка ни за что не пережил бы подобной встречи, - в отличии от многих, Тенардье было прекрасно известно, насколько опасна может быть Ванадис на поле боя, и от этого набирающие популярность среди черни беспочвенные слухи вызывали в нём одновременно и усмешку, и злость.

-Ты говорил про послание, отец, - Зион рискнул увести разговор от неприятной темы.

Герцог поманил юношу к себе рукой: "подойди ближе. Посмотри на карту."

-Да?

-Что ты можешь сказать про Эльзас?

Зион неодобрительно покачал головой, рассматривая протянувшуюся с севера на юг территорию на восточной границе Брюна: "если не считать горных массивов и лесов, то земли не так много, а пригодной для пашни и того меньше. Только один город. Думаю, это очень бедная провинция."

-Одно из самых небогатых графств в королевстве. Продолжай.

-Ещё? - не понял юноша, - Могу я узнать, почему ты так интересуешься землями Ворна? Разве ты не сказал, что и они и граф бесполезны?

-Ворн льстец и ничтожество, но не идиот. Или, наоборот, полный кретин, - с нехарактерной для себя противоречивостью выдал герцог, - Но его графство расположено очень удобно для нас. Слушай, что я скажу тебе, Зион.

-Отец? - подобрался тот.

-Возьми армию и направляйся в Эльзас. Мы не можем допустить усиления влияния Ганелона в регионе. Нельзя, чтобы граница с Дзктедом попала под его контроль. Лорды востока либо присоединятся к тебе, либо послужат примером для остальных. Ты меня понял?

Зион покорно кивнул, внутренне радуясь шансу смыть неприятный осадок недавнего разгрома. Обезопасить границу, заручится поддержкой мелкой аристократии и... если война между двумя великими домами севера и юга неизбежна, то та сторона, что контролирует восток королевства, получит возможность угрожать флангу противника, вынуждая того рассредоточить силы в ожидании удара разом с двух направлений. Кажущееся таким незначительным графство вполне может стать важным плацдармом в грядущем конфликте, а возможно, даже той самой искрой, что этот конфликт зажжет. Юноше осталось прояснить лишь последнюю деталь.

-И всё же, что с Ворном? Ты заплатишь за него?

Всё тем же избавленным от всякой симпатии голосом, герцог Неметоценны произнёс: "Граф Ворн тоже станет примером. Так или иначе."

***

Элеонора Вилтария. Что я могу сказать о ней? Она достаточно легкомысленна, чтобы в тайне ото всех выбраться из замка и слушать песни в ближайшем кабаке. Она достаточна самоуверенна, чтобы отмахнутся от покушения на её жизнь как от чего-то обыденного. Она достаточно хладнокровна, чтобы вести за собой в битву и убивать не моргнув глазом. А ещё, ей настолько претит сидеть без дела на одном месте, что она до сих пор возится со мной.

Так много всего разного... и так мало определённого. У меня было желание свалить вину на пресловутое "женщины!", но совесть не позволила. Или самомнение. Неважно, я полагаю. Проблема в том, что я совсем не понимал её. Чего она в конечном итоге добивается? Чего хочет? Чем я так ей приглянулся, чтобы сначала назначать за меня неподъёмный выкуп, а затем предлагать идти к ней на службу? Откуда, в конце концов, столь благодушное отношение? Я мог бы понять, если бы она хотела расположить меня к себе, но... зачем? Всё это не имеет никакого смысла. Не может же быть, что ей просто настолько скучно. Ведь не может же?

Я не жалуюсь, само собой. Просто не понимаю и это бесит.

-А вот и ты, Тигре.

Действие вновь происходило в кабинете в который я, по собственному наблюдению, зачастил. Единственным серьёзным отличием была сама Эллен. Впервые за всё то время, которое я её знаю, девушка выглядела по-настоящему недовольной. Хмуро оглядев мою фигуру, она прикрыла глаза и принялась накручивать на палец серебряный локон, демонстрируя угрюмую задумчивость. -Что случилось? - ровно спросил я.

-Кое-кто хочет тебя видеть, - ответила Эллен далеко не сразу, а после поджала губы, дуясь, словно маленький ребёнок, - Хорошо, что ты первый пришел.

Это было так на неё похоже и, одновременно, так не похоже, что я не на шутку встревожился.

Дверь в кабинет приоткрылась и во внутрь вошла Лимлиша, вопреки обыкновению напрочь проигнорировав моё присутствие и направившись прямиком к Ванадис, быстро зашептав той что-то на ухо, отчего Эллен ещё сильнее сдвинула брови.

-...Кто платит? - сложил я два и два.

-Скоро узнаешь, - буркнула та, после чего громко продолжила, - Ладно, Лим, нечего кота за хвост тянуть. Пусть заходит, раз уж притащила сюда свою...

-Как грубо!

В очередной раз отворилась дверь и в помещение вошла незнакомая мне девушка, держа в руке короткое копьё со странным наконечником, напоминающим сделанный изо льда трезубец. Я говорю "вошла", но на самом деле больше подошли бы слова "ворвалась" или "залетела", если бы её образ не было бы столь сложно связать с подобными выражениями: отпущенные до плеч синие волосы (кто-нибудь, скажите мне что это не натуральный цвет!), изящная фигура, стройный стан, гордо вздёрнутый носик и милое личико... я бы смело поставил незнакомку в один ряд с Эллен, будь та немного повыше ростом.

Вдруг я почувствовал, как на долю секунды холодный, словно полярная ночь взгляд девушки скользнул по моей персоне. Она же не может мысли читать, нет?

Впрочем, внимание девы очень быстро переключилось на свой первоначальный источник - Элеонору.

-Я вижу, твои отвратные манеры ничуть не изменилась. Неужели ты даже гостям надлежащий приём оказать не в состоянии? - с ходу пошла в наступление незнакомка.

-Гостям - пожалуйста, - не осталась в долгу Эллен, - Но тебя сюда никто не звал. Ты, кстати, тоже ничуть не изменилась - такая же коротышка. Хочешь бесплатный совет? Если выгнешь спину ещё сильнее, то грудь будет казаться немного больше.

-Вульгарная речь, недостойное поведение и ни капли достоинства, - перечислила та недостатки Элеаноры. Если оскорбление девушку и задело, то на ней это никак не сказалось, разве что в комнате стало как будто бы холоднее. Вдруг волосы у меня на голове зашевелились под восходящим воздушным потоком, и это при полном отсутствии сквозняка - занавеси на окнах не позволяли ошибиться.

Ох, не нравится мне это. Может, стоит их разнять?

Эллен и неназванная Ванадис - хотя я уже был практически уверен, что знаю её имя - уперлись друг в дружку взглядами и не желали уступать. Будь это мультфильм, между ними уже вовсю мелькали бы искры.

Ну их нафиг. Хотят устроить тут кетфайт? Пожалуйста! Надо только передислоцироваться поближе к выходу, на всякий случай. К сожалению, а может, и к счастью, ретироваться тихо не получилось - осторожно пятясь в сторону двери, я не заметил, как налетел на приставленную к книжному шкафу табуретку.

-Тц, - обратив на себя всеобщее внимание, я почесал подбородок в попытке изобразить хорошую мину при плохой игре, - Пожалуйста, продолжайте. Не обращайте на меня внимания и дальше, Ваши Сиятельства.

-Тигревурмуд Ворн, полагаю? - мне пришлось на собственной шкуре ощутить, что голос девушки с синими волосами ничуть не уступал её взгляду, - Обычному графу следует быть более расторопным в присутствии Ванадис.

Я приподнял брови и с толикой сарказма ответил: "Неужели сей "обычный граф" настолько незначителен, что недостоин даже быть представленным прекрасной госпоже? Могу я узнать, с кем имею честь беседовать?"

Ну а что? Девушка мне не то, что бы не нравилась, но между ней и Эллен вполне естественно, что я поддержу последнюю.

-...Людмила Лурье, - после непродолжительной паузы представилась та, полностью подтвердив мои подозрения о своей личности, - Ванадис Ольмюца. Приношу свои извинения за пренебрежение правилами хорошего тона, - я заметил, что при этих словах её уши слегка покраснели, хотя от стыда ли, смущения или гнева, сказать было невозможно.

-Тигревурмуд Ворн, граф Эльзаса, - кивнул я, но кланяться не стал, пользуясь фактом своей принадлежности к другому государству. Об этой девушке мне известно только то, что владения её находятся по соседству с Лейтмерицем, и также граничат с Брюном, только несколько южнее.

-Именно из-за Вас я и проделала этот путь. Знайте, что Вам оказана большая услуга. Вам и не только Вам. Я прибыла в это негостеприимное место с посланием от лорда Тенардье, герцога Брюна. Вот оно.

Натянув на лицо не читаемое выражение в попытке скрыть своё волнение, я принял конверт и без лишних церемоний сорвал печать.

-С каких это пор ты бегаешь на побегушках у иностранной знати, а, Людмила? - не могла не сорваться Эллен.

-С тех самых, как затрагиваются отношения между двумя государствами.

-И что с того?! Тигре - мой пленник! Ты не имеешь никакого права вмешиваться!

-Вот потому-то меня и позвали в качестве посредника, - покачала головой Лурье, - Во-первых, до тех пор, пока не истёк срок, указанный в договоре между нашей страной и Брюном, все военнопленные находятся под королевской защитой. Нельзя препятствовать возвращению пленного на родину, когда соблюдаются предварительно названные условия. Во-вторых, тебе нет доверия как заинтересованному лицу.

-Нет доверия?! - подскочила Эллен, - На что ты намекаешь?!

-Я не знаю что ты задумала, Элеонора, но со стороны твои действия выглядят очень странно. Зачем назначать выкуп, который заведомо невозможно выплатить в срок?

-Не твоё дело!

-Как я уже говорила, ты всё ещё не достойна титула Ванадис. Поучись сперва вежливости.

-Не желаю слышать про вежливость от той, кто заваливается во дворец без приглашения и оскорбляет хозяйку!

Элеонора потянулась за мечом. Людмила крепче стиснула рукоять своего копья.

Атмосфера накалилась до того, что, казалось, сам воздух дрожал от напряжения.

-Сколько у меня есть времени?

-Времени?

-Времени на ответ, - уточнил я у Лурье.

-Нисколько, - отрезала та, - Я желаю покинуть Лейтмериц как можно скорее.

-Вот и катись отсюда. Скатертью дорожка! - Эллен продолжало трясти от едва сдерживаемой ярости, но руку с рукояти меча она всё же убрала.

-Тогда я отвечаю отказом.

Мои слова произвели фурор в масштабах одного отдельно взятого кабинета.

-Что?/Тигре?

-Вам известно о содержании предложения герцога Неметоценны? - обратился я к посланнице.

Она едва заметно нахмурилась: "у меня нет привычки читать чужую переписку. Тем более, если она имеет официальный характер."

-Так я прошу Вас ознакомиться. Желаю услышать мнение со стороны.

Не слишком охотно девушка приняла исписанный ровным почерком лист бумаги и быстро пробежала по нему глазами.

-...И что же именно Вас не устраивает, граф? Условия лорда Тенардье тяжелы, но вполне приемлемы. Вы сохраните свой титул и владения. Не знаю, почему Вы упрямитесь и тратите моё время, но позвольте сказать - что бы Ванадис Элеонора Вам не обещала, но перебежчики нигде не в почёте.

Что ж, я хотел увидеть её реакцию. Я получил желаемое. Интересно, Эллен такая же? Да, скорее всего. Полагаю, с моей стороны будет лицемерно винить их. Как если бы медведь-панда встретил белого медведя и решил бы поучить того жизни за полярным кругом. Вот только что с того, что я и есть тот самый глупый медведь? Лучше уж буду поедателем бамбука, чем грифом-падальщиком.

-Титул? - мягко выдохнул я, - Владения?

-Нет? Тогда в Вас говорит гордыня, граф?

-Если Тенардье желает, чтобы я переступил через свою гордость - пожалуйста, невелика потеря. Тут я делаю это почти каждый день, - спокойно посмотрел я на посланницу, - Если Тенардье желает, чтобы я переступил через короля - почему бы и нет? Если королю плевать на меня, то мне на него и подавно. Если Тенардье желает загнать меня в долговую кабалу очень хорошо, я готов выплачивать треклятые проценты хоть до конца своих дней. Но если Тенардье хочет, чтобы ради спасения собственной шкуры я переступил через всех тех людей, защищать которых я клялся, то ему придётся сначала переступить через меня.

Вот так, мать их! Как сказанул-то! Аж самого пробрало! Конечно, "клялся" я с очень большой натяжкой - было это аккурат после моего попадания, когда меня представляли народу как нового графа, взамен погибшего отца подлинного Тигревурмуда. В то время я ещё с трудом воспринимал реальность происходящего, а потому просто повторял составленный Массасом текст, да и клятва та сводилась к тому, что я, конечно, должен их всех защищать, но в целом они должны своему графу куда больше, чем граф должен им, а все вместе мы по гроб жизни должны нашему замечательному королю Фарону, милостью богов королю Брюна и так далее, и тому подобное... но вернёмся к нашим тараканам.

-...Ты хоть понимаешь, что несёшь? - с нескрываемым презрением спросила Людмила, - Если откажешься, то не только не сможешь ничего изменить, но и станешь врагом герцогу Тенардье.

-Тенардье видит перед собой только одного врага, и враг этот Ганелон, - выпрямившись и посмотрев на Лурье сверху вниз (что, право же, было не сложно), я в припадке необоснованной самоуверенности произнёс: "Может, в Эльзасе нет ничего, кроме лесов и гор, но это всё ещё мои леса и горы. Если он их так хочет - пускай придёт и возьмёт."

-Сколько у Вас людей, Ворн? Пятьсот? Семьсот?

-Тысяча! - не моргнув глазом слил я дезу.

-Даже так, - с неизменно-холодным выражением продолжила Ванадис гнуть свою линию, - У Вас нет никаких шансов.

-Бо́льшие дела совершались меньшими силами.

-Для начала, кто заплатит за Вас, если не герцог?

-Я что-нибудь придумаю.

-Вижу, меня слушают, но не слышат. Ваше упрямство станет Вашей погибелью, граф, но это уже не моё дело - я и так сделала куда больше, чем намеревалась изначально.

-Вот и замечательно, - с широкой улыбкой влезла Элеонора, напомнив где мы, собственно, находимся, - А теперь, раз уж у тебя есть твой ответ, давай, проваливай уже отсюда.

...Они действительно не ладят друг с другом, да?

Было видно, что Лурье очень-очень не хочется оставлять последнее слово за Эллен, но в конце-концов она сообразила, что расклад сил не в её пользу и удалилась точно так же, как и появилась - с гордо поднятой головой.

Как только дверь за ней закрылась, из меня точно весь воздух выпустили. Нашарив рукой злополучную табуретку, я поставил ту в вертикальное положение и медленно опустился на неё.

-Ну надо же, - прокомментировала Эллен, - Так что же потребовал Тенардье? Почему ты вдруг решил отказать?

-На, смотри, - в очередной раз перешло письмо из рук в руки.

Элеонора углубилась в чтение.

-Обеспечить обоз? Трёхмесячный запас продовольствия на три тысячи человек?

-Из которых тысяча конных, - добавил я немаловажную деталь, - И ещё - отрядить пять сотен вооруженных людей в войско его сына, Зиона. А самое паршивое - куда, по твоему, они направятся потом? Вряд ли они просто побренчат оружием.

-Он провоцирует Ганелона, - предположила Эллен.

Я кивнул. Наши мысли работали в схожем направлении.

-Если я выполню требования герцога Тенардье, то не только рискую превратить Эльзас в поле битвы, но и собственноручно обреку графство на голод. У нас никогда не было лишнего зерна и если я отдам столь приличный кусок в пользу армии, то этой зимой придётся есть посевные. Где я куплю ещё? Кто вообще продаст мне зерно в период войны? И это не говоря уже о том, что денег-то у меня как не было, так и нету. А ещё, - не утихал я, - Пятьсот человек - это почти всё взрослое мужское население Эльзаса. Если хотя бы половина из них не вернётся, то в будущем году сеять и жать станет просто некому. И что-то я сомневаюсь, что Зион станет беречь доставшееся ему за так ополчение. А обоз - он хочет, чтобы я обеспечил не только провизию и телеги, но и сопровождение, а это ещё люди, включая женщин. Он что, ещё и на шлюхах сэкономить решил?! - в праведном негодовании я потряс кулаком в воздухе, но быстро вернул себе самообладание, - Имей я дело с кем ещё, можно было бы попробовать договориться, но Тенардье не из тех, кто идёт на компромиссы. Ублюдок даже не стал ждать ответа, а уже выдвинул свои силы - вот насколько ему интересно моё мнение. Он, мать его, это прямым текстом пишет.

-Так что ты планируешь делать? - серьёзно посмотрела на меня Эллен.

-И в самом деле, что? - пробормотал я, - Умою руки, вот что.

-Я заметила у тебя плохую привычку, Тигре - выражаться непонятными словами.

-А, это? Это... из старой истории.

-Как история про Зигфрида?

-Ну, что-то вроде того.

-Тогда ты должен как-нибудь обязательно рассказать её мне, - живо заинтересовалась Эллен.

Представив себя в роли проповедника в рясе, цитирующего по памяти Библию, я слабо улыбнулся.

-Если Эльзас так или иначе обречён, то я не хочу иметь с этим ничего общего. Как я уже тебе говорил - не собственными руками. Полагаю, отпускать меня ты не надумала?

-Нет, конечно. Ты пока всего лишь мой пленник, а до проблем с чужой землёй мне дела нет.

-Разумеется, - понимающе киваю, - Тогда я хочу попросить тебя об услуге - отправить в Эльзас гонца от моего имени. Отдам последние распоряжения, как граф.

-Последние распоряжения? - переспросила Эллен.

-Если твоё предложение всё ещё в силе, то я приму его, - пожимаю плечами, - После чего меня неизбежно лишат титула и вся эта каша станет чьей-то ещё головной болью. Так на счёт гонца?

-Нет необходимости, - ответила она немного странным, словно слегка обескураженным тоном.

-Что ты имеешь в виду?

-Людмила прибыла в Лейтмериц не одна. С ней был представитель из Эльзаса. Скорее всего, это кто-то из твоих знакомых.

Кто-то из моих знакомых?

***

Мне следовало догадаться...

-Милорд! Милорд граф! Хвала богам, Вы в порядке!

Батран - старый слуга семьи Ворнов, верно служивший ещё отцу Тиревурмуда, а теперь, вроде как, и мне. То есть, в его лояльности я не сомневаюсь - просто я никогда не говорил ни ему, ни кому бы то ни было ещё, что их Тигре не просто потерял память, но его уже просто нет. И не скажу, ибо нафиг мне такая драма. Решат ещё, что их граф вконец рехнулся.

Возможно, именно поэтому мне было донельзя неловко держать рыдающего от счастья старика за сухую, морщинистую ладонь.

-Да, рад, что ты тоже в порядке. Как Массас?

-Лорд Массас цел, господин граф.

-Вот и славно. Скольких мы потеряли? - перешел я к ещё одному не дающему мне покоя вопросу.

Старик явственно помрачнел, но чётко ответил: "двадцать шесть убитыми, милорд, и почти столько же тяжело ранеными. "

Пол сотни мёртвых и калек... И это только с моей стороны. А теперь ответственная за это скотина пирует на костях своих жертв, в то время как я только и могу, что искать способы минимизировать ущерб. Знал ли я, что так получится, когда обращался к нему за помощью? Да знал, наверное. Просто хотел верить в лучшее. С другой стороны, он бы всё равно не остановился - если гражданская война начнётся, сомнений в чём уже не оставалось, то расположение Эльзаса внезапно становится слишком удобным, чтобы игнорировать, а моё положение настолько шаткое, что я никак не стану ему серьёзной помехой. Стоило бы мне согласится, и графство пошло бы в уплату долга. Ну, а в случае отказа, Эльзас в любом случае остаётся бесхозным - приходи и бери. Чем там король занимается?!

-Что с королём? - спросил я, - Массас добился аудиенции у Его Величества?

-Его Величество... Его Величество всё ещё скорбит по принцу и никого не принимает. Так сказал граф Массас, - неловко ответил Батран.

Понятно. Значит Фарон уже не фактор. Либо заперт в четырёх стенах под домашним арестом, либо его уже в тихушку прикончили. Вопрос в том, кто нынче контролирует Ниццу? Неважно. Для меня уже не важно.

-Но теперь всё в порядке, так ведь? Лорд Тенардье согласился заплатить, и...

-Нет, Батран, - поморщился я, оглашая неприятные новости, - Как граф Эльзаса, я нашел выдвинутые герцогом условия неприемлемыми.

-М-милорд?

-Послушай, Батран, и делай как я скажу. Тенардье собирается использовать ресурсы Эльзаса для войны с Ганелоном. Вот эта бумажка, - помахал я упомянутым листом, - Просто формальность. Он прямо пишет, что его армия уже на марше, понимаешь? Они возьмут всё с моим согласием или без него. Всё, Батран, - подчеркнул я, - У него нет причин считаться с нами. Он уже предал Его Величество и ничьё мнение его больше не волнует. Тенардье поставил себя выше королевского закона. Понимаешь? Он собирается разграбить Эльзас и будь я проклят, - для пущего эффекта рубанул я воздух ребром ладони, - Если дам ему на то разрешение.

-Но как же так? Что Вы такое говорите, милорд? - затрясся старик.

-Возможно, я немного и преувеличиваю, хотя вряд ли, но будь уверен - когда силы Тенардье дойдут до графства, то ничего хорошего ждать от них не придётся. Вот почему ты как можно скорее вернёшься в Эльзас и передашь всем мой приказ: пусть забирают всё ценное и уходят в горы - люди Тенардье не станут тратить время на поиски. Всё, что не смогут унести, пусть спрячут или зароют в землю. Ясно?

-Но... неужели лорд Тенардье и в самом деле... я слышал слухи, что он уже разорил владения нескольких аристократов, но неужели... теперь и Эльзас?

Слухи? Похоже, я прав даже больше, чем думал. Эскалация конфликта происходит очень быстро.

Внезапно глаза Батрана расширились и он с силой сжал мою ладонь: "Погодите, но как же тогда Вы, господин?!" -За меня не волнуйся. Не пропаду.

-Но...

-Меня и тут неплохо кормят, ладно? Жаль, конечно, но ничего не поделать. Я дам тебе серебра, сколько есть - купишь себе свежего коня. Должно хватить. И поспеши обратно - времени мало.

-Нет! - упрямо замотал старик головой, - Я никуда без Вас не уйду! Я обещал вашему отцу и Тите, я...

-Эй, эй, эй, Батран, - схватил я его за плечи и заглянул в глаза, - Это приказ.

-Но...

-Кто твой граф, Батран?

-Вы, милорд, - выдохнул он.

-Так выполняй.

По щекам старика вновь заструились слёзы. Блин, ну и чего он тут сопли развёл?! Я, между прочем, тоже не из камня деланный!

-Граф Ворн, - неожиданно вмешалась в мелодраму Элеонора, - Куда подевалась вся та воинственность, с которой ты спорил с Людмилой? Что такое? Уже передумал воевать?

-Воевать? - моргнул я, - Какое ещё "воевать?" Мало ли что я на взводе выпалил?

-На взводе? Ладно, я тебя поняла. Значит, ты так всё и хочешь оставить?

-Не хочу, - ответил ей, - Но я не вижу больше выхода. Эльзас не может воевать с Тенардье. Про короля можно забыть, а Ганелон едва ли чем-нибудь лучше своего соперника, да и времени уже не хватит. Больше мне просить помощи не у кого.

-Прямо так и не у кого?

-Эллен? - переспросил я.

-Знаешь, Тигре, - озадачено покачала она головой, - Для человека столь сообразительного, некоторые вещи доходят до тебя просто поразительно долго. -...Говори яснее, - чуть ли не шепотом сорвалось с моих губ.

-В последний раз спрашиваю: граф Тигревурмуд Ворн, ты будешь служить мне?

Мои глаза против воли полезли на лоб, а по спине прокатились холодные мурашки: "Ты же намекаешь на то, на что я думаю ты намекаешь?"

Ванадис лучезарно улыбнулась, как всегда, когда события развивались в желанном ей направлении: "Так и знала, что ты не безнадёжен. Итак, твоё слово?"

-...Меня казнят. Это же измена, - обвиняюще ткнул в её сторону пальцем, - И тебя тоже. Ты не можешь просто взять и начать интервенцию в Брюн.

-Если ты согласишься, то никакой интервенции и не будет. Или я не могу защищать своих вассалов?

-Это безумие! Эльзас принадлежит не мне, а королю!

-И где теперь твой король? "Боги высоко, а король далеко" - не твои ли слова?

Я открыл рот... и закрыл его. Строго говоря, никакого определённого закона на подобный случай просто не было, особенно в Брюне, где всё ещё сохранялись остатки феодальной вольницы. Для феодала вполне нормально думать о себе и своём феоде, а не духе национального единства, которым только-только начинало попахивать. Земельный надел был дан Ворнам не нынешним королём, а его благородным предшественником в обмен на службу, и Ворны верно служили на протяжении многих поколений. Мой казус вполне можно рассматривать не как моё предательство Фарона, но, поскольку никаких поводов для недовольства собой я ранее не давал, как предательство короной верного ей графа, что оставляет за мной право защищать вверенные мне земли всеми доступными способами. Прецеденты были. Натянуто, конечно, но... победителей не судят, верно? А побеждённым - горе.

-А Его Величество Виктор? - задал я ещё один животрепещущий вопрос.

-Это моя проблема. И вообще, сколько уже можно, Тигре? Разве ты не знаешь, что девушкам не нравятся нерешительные парни?

-...Почему? Почему ты делаешь это? Ответь мне, Эллен.

Какая ей выгода? Эльзас? Ну, допустим, получит она графство и графа в придачу. Что толку? И она только-что подтвердила, что королю Дзктеда ничего о её планах не известно. О боги, во что я собираюсь ввязаться?!

-Почему, спрашиваешь? - девушка закрыла глаза и запрокинула голову к потолку, - И в самом деле, почему? Тигре, ты знаешь, кто такие Ванадис?

-Разумеется. Ты уж совсем неучем меня не считай. Я даже знаю про Арифал, твой Драконий Клинок, - указал я пальцем на меч Элеоноры, который по обыкновению был закреплён у неё на поясе. А рассказал про меч мне Рюрик. Всё действительно оказалось на удивление просто, достаточно было спросить.

-Вот как? Значит, больше не станешь называть меня ведьмой?

-Как знать, - ухмыляюсь в ответ, - Волшебное помело или волшебный меч - велика ли разница?

Внезапный порыв ветра, взявшийся буквально из неоткуда, заставил меня зажмурится и прикрыть глаза рукой.

-Кажется, сам Арифал с тобой не согласен, - веселилась девушка.

-Он что, живой?!

-Не то, чтобы живой, но, скажем так - он обращает внимание на происходящее вокруг. Но мы отвлеклись.

-Да. Ты спрашивала меня про Ванадис.

-Семь Ванадис, - кивнула Эллен, - Каждая подчиняется только королю, только ему верна, только его приказам следует. С Орудием Дракона в руках, каждая стоит в бою тысячи человек.

Что? Я, конечно, прекрасно помню на что она способна, но тысяча? Звучит как абсурд, но абсурдно и само моё "попадание", и магия, и драконы...

-Не веришь? - Без тени улыбки продолжила Элеонора, - На самом деле ходит множество слухов про Ванадис, что могли победить и две, и пять тысяч. Ты только представь, какая это сила, Тигре.

Червячок сомнения никуда не делся, но я никак не выразил своё недоверие.

-Дзктед - мирное государство. У нас уже очень давно не было крупных войн, а границы остаются неизменными в течении сотен лет. Никто не может победить Дзктед, пока его охраняют Ванадис, но и Ванадис не могут и шагу ступить без королевской на то воли. Но король никогда не отдаст такой приказ. Знаешь, почему?

-Баланс сил, - предположил я, - Король опасается Ванадис и балансирует между ними и прочей аристократией. Он слишком боится вас, чтобы избавится, но старается всегда держать в поле зрения.

-Ванадис - меч и щит короля, но что проку, если он не решается ими

воспользоваться? - с горечью сказала девушка, - Дело не только в Его Величестве Викторе. Пусть он и мой король, но ни он, ни его отец, ни дед - никто даже не пытался командовать Ванадис. Мы должны служить королю, но на самом деле больше похоже, что мы просто игнорируем друг друга, лишь иногда придерживаясь формальных обязательств.

-... - подвело меня красноречие.

-Возможно, мои сомнения кажутся тебе жалкими, но порой я думаю, - Элеонора взяла Арифал за рукоять и плавно обнажила оружие, словно желая показать мне начищенное до блеска острие, - Если королевству нужны мир и стабильность любой ценой, то зачем я вообще нужна? Зачем нужен Арифал? Не стань Ванадис, и разве хоть что-нибудь изменится? Зачем я получила силу, если ей нет применения?

-Длительная стабильность часто ведёт к упадку. Развитие - это всегда движение,

- осторожно и не очень оригинально высказал я свою точку зрения, - Но на твоём месте я бы попробовал просто наслаждаться жизнью.

-Наслаждаться жизнью? - распахнулись её глаза.

-Именно. У тебя есть верные слуги и друзья, процветающая провинция, довольные поданные, волшебный меч, в конце концов. Ну, а если тебе скучно, то так и быть - пойдём повоюем.

-Тигре? - девушка оказалась застигнута моими словами врасплох.

-Так и быть, говорю, ты меня уговорила. Война так война. Тенардье даже не догадывается, какую яму себе выкопал.

-...Почему ты выставляёшь всё так, словно это ты делаешь одолжение мне, а не на оборот?

-Не понимаю, что ты имеешь в виду, - демонстративно отворачиваюсь в сторону, - Дальше как? На колени вставать надо?

-М-милорд граф? Что Вы делаете? - подал голос окончательно запутавшийся в последних событиях Батран.

-Разве не понятно? Совершаю акт государственной измены.

-Пф!! - несколько секунд Элеанора ещё держалась, но вскоре разразилась искренним хохотом, - Это так на тебя похоже!

Так на меня похоже, а?

Ну, Рубикон перейдён. Посмотрим, что будет дальше.

Глава V

Та война справедлива, которая необходима, и то оружие священно, на которое единственная надежда.

Никколо Макиавелли

-Вот это - Вогезы, - подкованный каблук сапога прочертил в песке глубокую линию, - А вот это - Чернолесье. Эльзас расположен в низменности между этими двумя горными массивами.

Компания собралась во дворе крепости. Кругом царила деловая суета, со стороны конюшен радовалось ржание лошадей, а я, быстро прикидывая в уме варианты развития событий, продолжал вглядываться в песок, будто в географическую карту.

Видят боги - если они всё же существуют - я не хотел этого. Мало того, что я только что способствовал возникновению, а фактически спровоцировал международный скандал, ход которого потенциально способен растянутся на много поколений, так я ещё и собираюсь вмешаться, а то и развязать гражданскую войну в довольно крупном государстве. Вот только решение уже принято. Остаётся лишь отбросить неуместные больше сомнения и идти до конца.

...К тому же, есть в этом некоторая историческая трагикомедия. Сколько раз Эльзас моего родного мира переходил из рук в руки - от германцев к франкам и обратно?

-Во главе армии Тенардье стоит его сын, Зион. Кто-нибудь про него что-нибудь знает? - спросил я собравшихся.

-Лишь то, что он наследник герцога, - сдвинула брови Ванадис Элеонора, - Лим?

-Единственный наследник, - внесла дополнение Лимлиша, прежде чем виновато опустить голову, показывая, что большего ей не известно.

В отличии от Эллен, одетой только в дорожный костюм, Лимлиша уже была облачена в стёганный поддоспешник, словно ожидая боя в любую минуту. Впрочем, судя по виденному мною, Эллен доспехи без надобности, а вот как её помощница умудряется стоять под солнцем в нескольких слоях ваты - ума не приложу.

-Батран? - на всякий случай уточнил я.

-Мне жаль, милорд. Наверняка лорд Массас знает, но...

-Но его здесь нет, - понимающе киваю, - Тогда вернёмся к Эльзасу. Со стороны Чернолесья к нам не пройти, то есть, - добавил я немного подумав, - Пройти-то можно, но совершенно не нужно, тем более с тысячей конных и фуражом. Кто в здравом уме попрёт через заросшие дремучим лесом холмы?

Метким движением ноги я поставил на импровизированной карте отметину немного ниже северо-западной части "Эльзаса."

-Вот почему Зион пройдёт через Бельфор. Если нам повезёт, то местный виконт...

впрочем, нет, нам не повезёт. Виконт совершенно точно пропустит армию Тенардье без всяких осложнений.

-Разумно. Лучше всегда готовится к худшему, - согласилась Лимлиша.

-В данном случая я исхожу не из худшего, а из разумного. Едва ли виконт, - пару секунд я честно пытался припомнить его имя, но в конце махнул на это рукой, - Едва ли виконт примет Зиона с распростёртыми объятьями, но и преград чинить не станет. Я бы не стал.

-Сколько от Бельфора до Целесты? - задала Эллен вопрос, что называется, "по существу".

-Верст сто-сто двадцать, но мы снова возвращаемся к особенностям географии Эльзаса, - мрачно усмехнулся я, - Рейн течёт с юга на север, вверх по течению и стоят все мои деревни. Крестьяне сплавляют брёвна, грузы на плотах - всё как обычно, в общем. Для нас важно, что в связи с этим юг графства освоен на порядок хуже севера. Если Зион хочет идти напрямик, то его ждут всё те же леса. Уже равнинные, правда, и не такие густые, но у него нет никаких причин выбирать из двух вариантов худший. Нет, - заявил я, чертя каблуком ещё одну линию, - От Бельфора он пройдёт на восток, до Рейна, и двинется дальше вверх по течению - это сильно упростит ему путь до Юнавира, - на песке двора возникло очередное углубление.

-Юнавир? Это деревня? - спросила Эллен.

Я кивнул: "Да. Верстах в тридцати к югу от Целесты. Там начинаются луга и пашни, да и некоторое подобие дороги уже имеется."

Несколько секунд никто не произносил ни звука, пока Эллен не нарушила повисшего молчания: "Ты хочешь дать бой до того, как Зион выйдет на открытую местность."

Её слова были не вопросом, но спокойно озвученным фактом. Как и ожидалось, Эллен быстро поняла меня.

-Наше главное преимущество - внезапность. Зачем отказываться от него?

-Предлагаешь устроить засаду?

-Люди Тенардье не ожидают серьёзного сопротивления. Даже если они выставят охранение, из-за особенностей местности проку от него будет не много. Будет расточительно упустить такую возможность. Можно даже попытаться заманить их в ловушку - создать впечатление, что им противостоит только ополчение Эльзаса и спровоцировать неосторожную атаку.

Эллен с энтузиазмом согласилась: "Тенардье не мог отправить слишком много рыцарей из-за ситуации с Ганелоном, а те, кто есть, не ожидают ввязаться в бой так скоро, да ещё и со мной вместо оравы вчерашних крестьян. Наши шансы выглядят совсем не плохо. Сколько людей ты сможешь выставить, Тигре?" -Двести, но только если лично прибуду в Целесту.

-Двести? Двести намного меньше, нежели пятьсот, - подозрительно заметила Лимлиша.

Я поморщился.

-Двести крепких, адекватно вооруженных бойцов с некоторым представлением о дисциплине. Больше просто не успею. Эльзас - это вам не Лейтмериц. У меня просто нет возможности собрать людей со всех хуторов и охотничьих заимок, тем более - заставить их взяться за оружие. Да и оружия у меня столько тоже нет.

-По бездорожью..., - межу тем пробормотала Эллен, азартно блестя глазами, - Значит, на вскидку у нас есть дней пять.

- Зависит от того, насколько они будут торопиться, на самом деле. Возможно, что и больше, особенно если задержатся у виконта Аугре, - припомнилось мне наконец имя южного соседа.

-Ты же сам сказал, что на него не стоит рассчитывать?

-О, я имел в виду, виконт не станет пытаться остановить Тенардье силой. Но есть и менее очевидные методы. Аугре должен быть, как минимум, не в восторге от перспективы стать пешкой герцога, и если я попрошу его о не несущей в себе особой опасности услуге, то что-нибудь может и получится, - почесал я подбородок, - Вот только не уверен, что ещё не слишком поздно. Говорю же, нужно сперва добраться до моей столицы и уже на месте оценить обстановку. Мы даже не знаем, где герцогская армия находится на данный момент.

На грани сознания мелькнула идея предупредить Зиона о заключенном соглашении и, таким образом, избежать кровопролития вовсе, но довольно быстро, пусть и с некоторым сожалением, от неё пришлось отказаться. Даже если Тенардье отступит сейчас, то, зная приписываемый ему характер, конфликт на этом исчерпан не будет. Он не простит ни моего отказа, ни измены, ни уступки территорий Дзктеду. В худшем случае, придётся воевать сразу на два фронта - против него и Ганелона разом. Нет, уж лучше сразу заявить о себе победой и получить пусть кратковременную, но зато гарантированную передышку. А там видно будет. Многое, опять же, будет зависеть от короля Виктора.

-Мы не знаем где они, а ещё мы не знаем, сколько точно с Зионом рыцарей и слуг, - согласилась с прозвучавшим доводом Эллен, заодно добавив в копилку ещё парочку фактов.

-Провианта было затребовано на три тысячи.

-Это ещё ничего не значит, - отмахнулась она, - Возможно, он не ждёт от Эльзаса большего или рассчитывает добыть провизию в ином месте. В том же Бельфоре. Быть может, он сознательно не стал указывать совсем уж невозможные цифры, чтобы сделать предложение более благовидным. В конечном итоге, когда они доберутся до твоего графства, ничего из этого не будет иметь значения.

-Тогда от двух до пяти тысяч, - примерно предположил я.

-Не слишком много, чтобы не ослаблять основные силы, но более, чем достаточно для Эльзаса, - кивнула Лимлиша.

-Не только для Эльзаса, - качаю головой, - После Динанта на всём востоке Брюна не найдётся такой силы, что смогла бы в открытом бою противостоять даже трёхтысячной армии.

-Всё упирается во время.

Не смотря на то, что Элеонора высказала, в общем-то, очевидную мысль, её слова привлекли моё внимание своей финальной твёрдостью. Полагаю, она уже приняла решение и сейчас как раз собиралась его озвучить.

-Мы выдвинемся налегке, возьмём только необходимое для трёхдневного марша.

-Успеем ли за три дня? - усомнилась Лимлиша.

-Да, если пройдём через Вогезы, - вопросительно посмотрела на меня Ванадис.

-Это возможно, - киваю ей, - Только нужно велеть выслать на встречу проводников, из местных охотников, что знают горные тропы и броды через Рейн. Но даже так, придётся поторопится.

-Тогда я разобью армию на две части: конный передовой отряд и полк пехоты. Командование авангардом беру на себя - мы с Тигре прибудем в графство первыми и будем действовать по обстоятельствам. Пехота на тебе, Лим. В Лейтмерице начальником гарнизона останется Арсений.

Девушка невозмутимо кивнула, в то время как я пытался прикинуть, сколько же людей у нас будет в распоряжении. Вроде, полк - это всё равно что "копьё" в Брюне, то есть засунуть туда можно столько людей, сколько сможет себе позволить каждый отдельно взятый феодал. С другой стороны, в личном войске Ванадис наверняка есть свои, более определённые стандарты.

-Батран, - с надеждой посмотрел я на старика, - Мне вновь придётся положится на тебя. Мне нужно, чтобы ты собрал к нашему прибытию всех важных людей Целесты. Городской голова, главный жрец, наши купцы и просто состоятельные горожане. Все те, кому есть, что терять. Деревенских трогать пока не будем - можем не успеть, да и веры им меньше. С нашими-то, с посадскими, я хоть знаком, - последнее предложение я уже пробормотал себе под нос, но Батран не то не заметил, не то просто решил не обращать внимания, - И, да, проводники. Найди там кого понадёжнее.

-Будет сделано, милорд граф! - бодро пообещал старик, смотря на меня странным взглядом, содержание которого я не взялся бы трактовать. Была ли это жалость? Или гордость? Или просто решимость? - Но, милорд, не лучше ли Вам отправится со мною?

-В самом деле, Тигре, - неожиданно поддержала Батрана Элеонора, - Тут от тебя толку будет уже не много. Лучше поспеши в Эльзас и подготовь там всё к нашему прибытию.

-Настолько мне доверяешь?

-А куда ты денешься? - с хитрой улыбкой ответила она вопросом на вопрос.

...И ведь не поспоришь.

***

Пьер, к вечеру успевший совершенно ошалеть от дневного зноя, мутным взором вглядывался в окружающие город луга. Лёгкий ветерок клонил стебли травы к влажной земле, подставляя их лучам клонящегося к горизонту, но пока не желающего уступать свои права солнца. Ноги мальчика саднило от непривычно долгого стояния на одном месте, плечи болели от веса кольчуги - короткой и лёгкой для взрослого мужчины, но спускающейся невысокому даже для своих лет мальчику почти до колен.

И всё же, Пьеру бы и в голову не пришло жаловаться. Да, ростом он не вышел, но теперь он был воином, как его отец. В кольчуге, много лет назад принесённой отцом с войны, с копьём в руке и начищенным до блеска мечом на поясе, его уж точно нельзя было принять за простого пастушка, как грязнулю-Джори. Вот он пусть и пасёт деревенских гусей!

Вот бы его ещё и поставили не на восточные ворота - думал мальчик, опираясь локтем на деревянные перила балкона смотровой вышки. Вышка была совсем новой - смастерили её только той весной, по приказу Его Милости (или, правильно будет, Его Сиятельства? Пьер никак не мог запомнить, хотя господин Батран не единожды повторял ему). Не понятно только, зачем. Вот с той стороны - там да, но с востока только река да горы. Через эти ворота разве что скот ходит, да порой охотники - на тот берег Рейна, где угодья, считай, совсем не тронутые. Чего их сторожить-то?

Ох, как хотелось поскорее стянуть с головы опротивевший капюшон со шлемом, из-за которого все волосы уже липнут от пота, но нельзя - как никак, но он всё же на посту, пускай и бесполезном. Ежели кто из старших заприметит - не поздоровится.

Мальчика до того уморило на солнцепёке, что ему приходилось прикладывать все мыслимые и немыслимые усилия, держа глаза открытыми, воображая себя то великим воителем, направо и налево рубящим супостатов, то, наоборот, с испугом вспоминая все те наказания, которым его могут подвергнуть, стоит ему задремать и попасться с поличным. Не так уж и удивительно, что он совсем не заметил, как двигаясь вдоль частокола к воротам подошли два человека. Один из них шел немного впереди, а другой - на пару шагов позади, ведя за поводья пару коней.

-Вай! - удивлённо вскрикнул Пьер, когда небольшой камень гулко стукнул по защищающей голову железяке.

-Ты там что, заснул? - донёсся до него недовольный голос, - А ну отворяй!

Мальчик устремил свой возмущённый взгляд вниз, на стоящего у запертых ворот парня всего на пару-тройку лет старше самого Пьера. Откуда он такой взялся с этой стороны города? С запылёнными и необыкновенно-рыжими волосами, в наброшенной поверх кожаной куртки и дорогой даже на вид черно-красной накидке, и паре грязных, но явно тоже не дешевых сапог.

Пьеру не нужно было долго думать, чтобы понять, что перед ним находится не простой путник. Вот только почему он пришел со стороны Вогезов?

Возможно, не будь тон незнакомца столь надменным, действия столь наглыми, а обстоятельства столь подозрительными, и Пьер бы обратил внимание, что цвет волос парня такой же, как и у отсутствующего вот уже два месяца графа, да и вообще путник ему на самом деле смутно знаком. К сожалению, Пьер никогда не отличался кротким нравом, да и графа видел всего раз, да и то издали, а потому четырнадцатилетний мальчишка поступил так, как поступил.

-Без дозволения головы открывать не велено! - заявил он, отчаянно храбрясь. Но ведь частокол высокий и прочный, да и если он закричит, его точно услышат. Так чего боятся?

-Какого ещё головы? - ошарашено прокричал явно не ожидавший такого поворота парень, - Какого ещё головы, мать твою?!

-Городского головы, - твердо ответил уверенный в своей правоте мальчик.

-Пьер, ты что ли?

Узнав старческий голос, Пьер наконец заметил ещё одного человека, сразу не бросившемуся ему в глаза.

-Господин Батран?! Вы здесь? - сразу вскинулся мальчишка, - Но это значит, - начало доходить до него, - М-милорд Ворн?!

-Единственный и неповторимый! А теперь, могу я наконец попасть в собственный город?

***

-Батран, - обратился я к своему сопровождающему, - Это что за кадр?

Слуга виновато взглянул на меня и сказал: "Звать Пьером, милорд. Отца его мы после боя раненым подобрали, да до дому не донесли. Сынишка-то вон, в кольчуге щеголяет, что покойный ещё при батюшке Вашем добыл, но сам не носил, говорил, к земле тянет. Вот в землицу и слёг," - сокрушенно покачал головой Батран.

-Ну а он тут при чём? - вновь спросил я, пока парень, судя по возне с другой стороны, пытался поднять тяжелый засов, прилагая для того явно немалые усилия.

-Стукнуло ему в голову, мол, тоже воевать хочу, - продолжил свой рассказ Батран, словно оправдываясь, - Я и так, и эдак, и словом, и затрещиной, а он - хочу и всё. Я подумал, как бы по глупости не учудил чего, а так он хоть на виду. Я когда за Вами собирался, наказал строже с ним быть. Может, наиграется и к мамке вернётся, а может, через пару-тройку годиков какой толк и выйдет.

Тут ворота наконец отворились и я, предвкушая долгожданный отдых, не в последнюю очередь для своей настрадавшейся в седле задницы, направился в город. Ну, здравствуй, Целеста. Твой граф вернулся.

Проходя мимо замершего при моём приближении Пьера, я вдруг развернулся к нему лицом и потребовал: "Доклад!"

Судя по охватившей мальчика панике, с тем же успехом я мог бы кричать "полундра!" или "ахтунг!" Сразу видно, из деревни парень. Городские и просто знакомые на меня так не реагируют, а он, видно, до сих пор не знает, чего от меня ждать.

-Я спрашиваю, что произошло за время моего отсутствия. С каких это пор мы запираем ворота?

-Та-так это же, - пролепетал парнишка. Батран попытался было вмешаться, но был остановил жестом моей ладони.

-Ну? - приподнял я брови в напускном нетерпении.

-Два дня тому назад, Ваша Милость! Голова велел! - резко отчеканил Пьер, да так, что я чуть сам от неожиданности не отшатнулся. Ишь ты, "ваша милость!"

-Жуль, значит? И в честь чего?

-Так это, - вновь засомневался он, - Не знаю?

Махнув на Пьера рукой, я обратился уже к старому слуге: "Давай к голове, Батран. Сначала его и нашего жреца... хотя нет, к демонам. Давай сразу всех, как раньше собирались. Неохота повторятся. Скажи, на закате пусть соберутся в графском особняке, в гостиной. Обязательно возьми с собой пару человек из наших, кому доверяешь. На всякий случай."

Думаю, до беспорядков дело не дойдёт - но перестраховаться не повредит. Да и выглядеть я буду внушительней, если рядом встанет не только Батран, но и несколько "дружинников." Пусть сразу видят, у кого сила... если только Жуль уже не успел меня подсидеть, но это уже паранойя. Не такой он человек, да и авторитета ему бы не хватило. Городской голова, по сути своей, просто избранный представитель от городской толпы и никакой существенной властью в сравнительно маленькой Целесте не обладает, как и влиянием за пределами своей узкой сферы деятельности - представительства интересов горожан перед лицом власти, то есть, моим лицом. Ещё на его плечи ложилась координация общественных работ, вроде сбора урожая или ремонта частокола, и решение мелких споров, слишком незначительных, чтобы ими стоило озадачивать графа. Вот почему, раз уж Жуль в отсутствие Батрана взял на себе командование моими людьми, то на это должны быть серьёзные причины.

Наше появление не могло оставаться незамеченным долго. Вскоре со всех сторон стали раздаваться приветственные крики, и я старался кивнуть или улыбнутся каждому встречному горожанину, показывая, что, мол, понял и оценил. Скоро наши с Батраном пути разошлись - он направился в построенную чуть больше года назад по моему приказу казарму, а я, провожаемый небольшой толпой, свернул к резиденции Ворнов, заранее испытывая трепет перед неизбежным. -Тигре! Ты вернулся!

Навстречу мне выбежала девочка в неизменном и до смущения стереотипном наряде французской горничной, волосами цвета каштанового ореха и широкой улыбкой на совсем ещё детском личике. На секунду мне показалось, что Тита бросится мне на руки и я уже даже приготовился ловить её, но буквально в паре шагов девочка вдруг остановилась. Её губы дрожали, глаза красноречиво блестели, но, похоже, она всё же сумела совладать со своими чувствами.

Отвесив правильный, чем-то напоминающий реверанс поклон, как во всём Эльзасе умеет, пожалуй, только она одна, девочка тихо произнесла: "Добро пожаловать домой, милорд."

-Домой, да? Ну, пусть будет домой.

-Господин Тигре? - с волнением посмотрела на меня Тита.

-Ничего. Давай уже зайдём.

***

Внутри ничего не изменилось. Всё такая же чистота и порядок, словно ещё только вчера я хлебал вот за этим столом похлёбку и даже не помышлял, что пусть и странная, но вполне спокойная и даже размеренная жизнь провинциального феодала совершит столь резкий разворот в пока ещё не совсем понятном направлении. Знай я обо всех произошедших событиях наперёд, и никакая сила не вытащила бы меня из Эльзаса! Впрочем, может оно и к лучшему. Там видно будет - если я переживу грядущее сражение и не лишусь головы по приказу если не Тенардье, то короля Виктора.

Прошло немного времени. Поставив Титу в известность относительно назначенной встречи, я не стал пускаться в пространные объяснения, просто сказав "не волноваться." Ничего удивительного, что далеко не глупая девушка тут же сообразила, что повод для волнения точно есть, но, видя мой настрой, не стала лезть с расспросами, а заняла обиженно-выжидательную позицию, то есть не знала, стоит ли ей возмущаться, или же уже заранее беспокоиться.

Первым, как я того и ждал, вернулся Батран, а с ним - четверо вооруженных людей, да ещё пара осталась стоять у ворот во дворик. Среди вошедших я к своему приятному удивлению узнал и здоровяка, запомнившегося мне по Динанту.

-Ханс? - спросил я.

-Луис, - улыбнулся тот двумя рядами желтоватых зубов.

-Луис так Луис, - пожимаю плечами, - Почему у нас ворота охраняются? - задал я интересующий меня вопрос. Да, я сам приказывал построить вышки и укрепить окружающий Целесту частокол, но в часовых раньше никогда не было нужды.

-Так когда командир за Вашей Милостью убыл, он меня за старшего оставил, - заметив мой вопросительный взгляд, Батран подтвердил слова Луиса коротким кивком, - А позавчера, значит, старина Жуль меня находит и говорит, мол, непонятные дела творятся. Надо, говорит, чтоб беды какой не вышло, до Вашего возвращения ворота запереть, да людей с оружием на них поставить. Вот и стоим третий день.

-Какие ещё "непонятные дела?"

-Так не сказал, мол, вот Вашу Милость дождёмся, там и видно будет. Ещё и людишек своих отправил, а куда - только он сам, да боги знают.

-Ладно, - в непонятках покачал я головой, - Слушай мой приказ: ворота остаются запертыми. Более того, ты прямо сейчас лично передашь караульным у западных ворот, что граф Ворн запрещает без его ведома впускать или выпускать кого бы то ни было, в том числе самого Жуля Потье. И отправь кого-нибудь к тому пареньку с восточной стороны - для надёжности. Можешь считать, что с этого момента Эльзас находится на военном положении. Понятно, да?

Вряд ли он понял, что такое "военное положение," но суть наверняка ухватил верно и без лишней суеты отправился выполнять команду.

-Батран, где там Жуль? Ты его видел?

-Видел, милорд граф. Он взялся оповестить остальных особ.

-Ждём, - бросил я, нетерпеливо барабаня пальцами по столешнице.

Впрочем, долго ждать не пришлось. Тита как раз успела достать масляную лампу, на случай, если мы засидимся до темноты, хотя я планировал покончить с болтовнёй куда раньше, когда мне доложили о прибытии городского головы.

Я сразу узнал его: всё та же лысеющая макушка, обычно прикрытая сейчас сжимаемым в руках беретом, немолодое лицо с глубоко посажеными глазами, сутулые плечи и хорошо заметный за камзолом живот. Жуль был, после Массаса, моим самым доверенным советником по делам управления графством. Именно он подвергал критике не так давно ставшие у меня появляться идеи экономического развития Эльзаса, он же и сводил с нужными людьми здесь, в Целесте. Например, вот этот средних лет мужчина, степенно оглядывающийся по сторонам - он был главой плотницкого цеха, на чьи плечи легла постройка водяной мельницы. Стройка, впрочем, так и не началась, поскольку столь сложная конструкция находилась за гранью компетенции Эльзасцев, а сторонний специалист запросил такой аванс, что не согласен был уже я, понадеявшись справится собственными силами. А вон, слева, стоит смотритель графских виноградников, с которым мы обсуждали перспективы расширения производства и пришли к выводу, что возможность есть, но нет покупателя. Именно он настаивал на строительстве дороги во "внешний мир," утверждая, что вино - это не брёвна и сплавляя его вниз по Рейну мы разоримся на пошлинах, или же просто "потеряем" бочки в пользу мелких прибрежных баронов.

А вон тот хмурый тип в похожей на халат робе - ни кто иной, как главный жрец "всея Эльзаса". Этот мудак регулярно требовал с меня пожертвований в пользу храма, а то и ритуальных жертв. Окончательно мы разругались с ним как раз перед моим отбытием на войну. Он назойливо требовал принести жертву Триглаву - богу войны Брюна и, к слову, Дзктеда тоже. Под жертвой подразумевался молодой бык, как водится, лучший в стаде. По началу я был настроен вполне миролюбиво, помня о важности роли духовенства в поддержке легитимности светской власти, но под конец чёртов дед меня таки достал и я прямо заявил ему, что коли он так переживает, то пускай режет храмовых быков, а трогать графское стадо я не позволю. А оно вон как вышло. Наверняка опять сейчас гундеть начнёт, хрыч старый.

-Ваше Сиятельство, - начал было сгибаться Жуль, но я нетерпеливо махнул рукой и он с готовностью вернул себе вертикальное положение, поднял на меня взгляд... и на краткий миг застыл, пораженно уставившись на пыльную накидку, вопреки всем попыткам Титы так и не покинувшую моих плеч.

-Рад видеть вас всех в добром здравии, - дежурно улыбнулся им я, - Надеюсь, в

моё отсутствие не возникло никаких проблем?

-Нет, господин граф. Мы рады возможности среди первых засвидетельствовать своё почтение и поздравить с благополучным возвращением домой, - пришел в себя Жуль и выдал вполне ожидаемую речь, в меру уважительную и в меру короткую. Во всём графстве он один из немногих, кто вообще озадачивает себя всей этой церемонщиной.

-Да, да. Теперь ответь мне - что это за "непонятные дела," которые "творятся?" - быстро спросил я, не давая уже открывшему рот священнослужителю шанса вклинится в разговор.

Встретив полный смятения от такой формулировки вопроса взгляд, я уточнил: "Почему ты велел выставить часовых на воротах?"

Вот теперь я увидел в его глазах понимание. Бегло осмотревшись по сторонам, словно проверяя, не присутствуют ли на встрече люди посторонние, он ответил: "Несколько дней назад у меня гостил гонец от Вашего доброго знакомого, графа Од."

-От Массаса?

-Да, Милорд. Боюсь, он принёс тревожные вести.

-Тенардье?

Ничуть не удивившись моей осведомлённости, он кивнул: "Да, милорд. В послании было сказано, что войско Его Светлости Тенардье выдвинулось в сторону Бельфора, но нам до сих пор ничего не известно о их цели," - выразительно посмотрел на меня Жуль, - Более того, до господина Роданта дошли слухи, будто вассалы Его Светлости Ганелона также собирают силы. Граф пишет, что многие лорды выражают обеспокоенность сложившейся на севере ситуацией, в связи с чем он взял на себя роль посредника в предстоящих переговорах и выразил надежду, что Вам удастся благополучно завершить Ваши дела с Его Светлостью Тенардье.

-И потому ты решил запереть город на замок? - спросил я, тихо поражаясь решительности Портье, а равно и его способности шпарить монотонно и без эмоций. Хоть бери и учись.

Мой собеседник покачал головой: "Милорд, я не знал, что мне стоит ожидать. Мы предполагали, что как только за Вас внесут выкуп, Вы вернётесь и проясните наше положение."

Я хмыкнул и ещё раз оглядел собравшихся. Сидя во главе стола, было на удивление легко чувствовать себя важным. Даже само помещение казалось более просторным, потолок - более высоким, а стоящие предо мной люди - именно теми, кем они и должны быть согласно господствующему социальному строю. Не уверен, что это такое уж приятное чувство, но прямо сейчас оно помогало справится с ситуацией.

-Очень хорошо, - наконец решив перестать тратить время на разговоры "по кругу", я продолжил: - К сожалению, в нашем случае эта предосторожность оказалась не лишней. Боюсь, вопреки надеждам Массаса, нам с герцогом Тенарде не удалось прийти к соглашению.

Удивление большинства присутствующих было мною напрочь проигнорировано.

-Владыка Неметоценны выдвинул требования, согласие с которыми обрушило бы на вас, моих верных слуг, бесчисленные беды и несчастья, - внешне невозмутимо продолжал вещать я, - Во имя воплощения своих нечестивых амбиций, Тенарде потребовал у меня моего графского дозволения разместить в Эльзасе пять тысяч его людей, содержание которых должно было лечь на наши с вами плечи, - идея задрать на всякий случай планку показалась мне весьма к месту.

-Но милорд, позвольте, - взволновано заявил "главный плотник", - Неужели из-за этого стоило ссорится с господином герцогом?

Сощурив глаза, я надавил на диссидента самым тяжелым взглядом, который только сумел изобразить. Что удивительно, у меня получилось, поскольку он поспешил виновато опустить голову.

Тем не менее, я решил воспользоваться возможностью расставить все точка над «ё»: "Кажется, возникло некоторое недопонимание. Решение уже принято и приведено в исполнение. В критике я не нуждаюсь, а любые комментарии считаю излишними. Понятно?"

Не дожидаясь ответа, я, вовремя заметив, что не сдержался и в очередной раз использовал слово не местного происхождения, поспешил продолжить импровизированный брифинг: "Я всего лишь довожу до вашего сведения мотивы своих действий, не больше и не меньше. По вашему, сколько мы смогли бы кормить их всех без непоправимого ущерба для графства? Тенардье не счёл нужным указать сроки пребывания своих сил на моей земле. Очень может быть, что полномасштабные военные действия не начнутся до осени, а там и до весны. Сможем мы содержать многотысячную армию в течении полугода?"

На несколько секунд - буквально на пару - в помещении повисла тишина.

-Военные действия, Ваше Сиятельство? - осторожно уточнил Жуль.

-А то ты не знаешь. Но если так хочешь услышать это от меня, то пожалуйста, - недовольно скривив лицо, я оглядел собравшихся ещё раз и сказал: - Имеющие место быть маневры вассалов Тенардье являются неоспоримым доказательством его злого умысла. Я - Тигревурмуд Ворн, граф Эльзаса, не подчиняюсь и не отчитываюсь ни перед кем, кроме Его Величества короля. Пусть он и носит титул герцога, но мы оба королевские вассалы и потому равны. Идя войной на прямого вассала Его Величества, Тенардье не оставляет никаких сомнений касательно своих намерений. Я заявляю следующее: герцог Неметоценны, Феликс Аарон Тенарде, предал короля Фарона и намеревается силой захватить трон путём открытого мятежа.

Если я и ожидал некоторого смятения, то его не последовало. Возможно, все ещё переваривали услышанное, а возможно, мои слова не были для них никакой новостью. Вот только сильно сомневаюсь, что даже зная о назревающей смуте, хоть кто-либо из них догадывался, что она коснётся их самих. Там, на западе, за лесами и холмами, вечно своим чередом происходили различные события, а Эльзас продолжал жить своей собственной жизнью. Мне остаётся лишь радоваться воистину удивительной интуиции "градоначальника" Целесты, хотя чего именно он хотел достичь - вопрос спорный. Скорее всего, просто решил "перебдеть" и удостоверится, что к прибытию "ответственного лица" (то есть, опять же таки, меня) всё остаётся под контролем. Я же, в свою очередь, всерьёз опасался возможных лазутчиков и просто паникёров -не знаю, как у них с разведкой, но нельзя допустить, чтобы противник раньше времени заподозрил неладное.

-Но несомненно, - кивнул мне Жуль, - Милорд уже нашел выход из столь щекотливой ситуации.

-Разумеется, я не мог опозорить своих благородных предков, склонившись перед тираном и узурпатором, - строго говоря, Тенардье ещё не успел ничего узурпировать, но кого волнуют детали? - В то же время, король продолжает хранить молчание, тем самым не оставляя мне иного выхода, кроме как искать иные способы защитить вверенных мне богами и короной людей от амбиций предателя. Итак, - скорчил я скорбную мину, - Не взирая на все унижения, которые мне пришлось претерпеть в плену, и усмирив собственный гордый нрав и дух, мне большой ценой удалось добиться покровительства Ванадис Элеоноры Вилтарии, - наконец добрался я до главного, не забыв попутно перечислить всё то, что мне пришлось ради них вынести.

Заканчивая эту небольшую речь, я элегантно умолчал о том, что именно кроется под "покровительством", а также и о том, что мои действия, строго говоря, тоже можно классифицировать как измену. С другой стороны, я очень рассчитывал на правильность своих догадок относительно участи Фарона. Прелесть средневековья - тут ещё не додумались до такой замечательной национальной штуки, как "измена родине." Таким образом, если в будущем возникнут вопросы на тему моей лояльности - а они возникнут - я смогу совершенно спокойно ответить вопросом на вопрос: "А кого, собственно, я предал?"

-В связи с вышеперечисленным, вот вам мой приказ...

***

Собственно, на данный момент план был достаточно прост по причине своей неопределённости. Во-первых, все ворота, во избежание утечки информации, остаются под надзором. Во-вторых, в очередной раз объявляется сбор ополчения - теперь я уже точно знал, что не успею стянуть силы со всего графства, а потому решил ограничится тем, что смогу получить с города и Юнавира, как ближайшей к нам деревни. О причинах сбора было приказано не распространятся, но тут-то как раз ничего необычного не было. В-третьих, Батран отправил несколько доверенных охотников вперёд, следить за продвижением уже вошедшей в Эльзас армии. Вряд ли им удастся подобраться достаточно близко, чтобы точно назвать численность войск противника, но и из виду не упустят, и никакие охранения с дозорами им в наших лесах не помогут. Наконец, было велено подготовить провиант и фураж для ожидаемого подкрепления. На этом пока всё.

Нельзя сказать, что решение было встречено с энтузиазмом, но и открытых возражений не было, да и, скорее всего, не будет. Во всяком случае, если предстоящая битва не обернётся для Эльзаса бойней. Ещё один плюс местного менталитета, полагаю - ополченцы шли воевать не "против кого-то," но "за когото." В данном случае, за меня. Помогало и то, что из всех соседей Брюна, Дзктед ближе всего в культурном плане - похожие боги, праздники, язык. Даже те войны, что были между двумя странами никогда не принимали ожесточённого характера, да и Эльзас никогда не попадал под удар. Короче говоря, с моей стороны всё прошло "на ура."

К сожалению, про меня лично нельзя сказать того же. Я банально нервничал. То, что я затеял, что уже провернул, настолько выходило за пределы моей обычной зоны комфорта, что мне хотелось вскочить со стула и взвыть с яростью загнанного в угол зверя. Вместо этого я расстелил на столе карту графства, составленную кем-то из предков Тигревурмуда, зажег светильник, налил себе одну кружку терпкого красного вина, и приготовился вспоминать школьные уроки географии, геометрии, и, вот ужас, алгебры, в попытке сориентироваться на местности, рассчитать расстояние и скорость движения обеих армий, вычислить точное количества зерна, которое пойдёт на прокорм такой кучи народу и коней... Блин, дома, в моём мире и времени, даже у самого последнего начальника для соответственных целей есть бухгалтер и секретарь, так почему я должен заниматься этим лично?! Вопрос риторический, конечно. Нету у меня людей. Да и не доверил я бы такое человеку со стороны.

Медленно, но со всей своей извечной неотвратимостью, ночь вступала в свои права. Тита ещё некоторое время продолжала буравить меня взволнованным взглядом, но в конечном итоге оставила упорные попытки отправить меня в постель и, кажется, сама задремала напротив. Устало улыбнувшись самому себе, я накрыл её маленькую фигуру снятой с плеч накидкой и, прихватив с собой светильник, направился вверх по лестнице. Я шел без всякой цели, просто желая размять ноги и нагулять никак не идущий сон. В детстве я боялся темноты, но этот свой страх я давно перерос, только чтобы нажить дюжину новых.

Старинный особняк, тёмный коридор, одинокий юноша со светильником в руках... ну чем не сюжет фильма ужасов? Увы, но в самом скором будущем мне предстоит встретиться с более реальной угрозой. С другой стороны, мне уже пришлось убедится в существовании драконов и волшебных мечей, а потому возможность существования ещё и приведений уже не казалась мне сугубо фантастикой.

Внезапно я замер, пронзённый странной догадкой. Затем резко развернулся и, держа светильник перед собой, прошел несколько метров до входа во вполне определённую комнату, которую раньше посещал считанное число раз. В неровном свете, контуры Чёрного лука проступали неохотно, словно вырезанные из ночного мрака. Из чего он вообще сделан? Раньше я не особо задавался этом вопросом, поскольку всегда считал покоящийся на подставке лук семейной реликвией, церемониальным или даже ритуальным предметом и никогда не смотрел на него как на оружие, которое следует брать в бой. Лук был наследством, единственным, что целиком и полностью принадлежало Ворнам. Теперь я имел возможность взглянуть на него с другой стороны. Странным был не только материал, но и дизайн рукояти и плеч, словно бы неизвестный создатель намеренно стремился сделать оружие не столько удобным в использовании, сколько устрашающим, даже откровенно зловещим на вид: резкие черты, острые края... там, где у иных луков плечи заканчиваются прорезью для тетивы, у Черного лука начинались совершенно не практичные, но грозно смотрящиеся шипы сантиметров в десять длинной каждый. Черный лук был обычным, не композитным, но достаточно длинным - сантиметров сто пятьдесят-шестьдесят. Опять же, ещё не английский, но куда длиннее, чем принято делать в Брюне.

Для порядка немного поколебавшись, я осторожно прикоснулся к гладкой поверхности и чуть было не одёрнул руку. Лук был прохладным, не смотря на жаркий день и тёплую летнюю ночь. Но дело даже не в этом, а в необъяснимом чувстве узнавания, охватившем меня. Словно это не первый раз, когда я держу его в руке. "Дежавю."

Кончиками пальцев я потрогал тетиву. Такого же чёрного цвета, как и всё остальное, она была натянута и не менялась по крайней мере в течении трёх лет. Солидное усилие, и плечи лука согнулись, тетива натянулась, а затем со звуком рассекаемого воздуха вернулась в исходное положение. За прошедшие годы она ничуть не ослабла, на ней не было ни следа износа. Из чего бы она не была сделана, но это точно не льняная и не пеньковая нить, не сухожилие и не кожа. Подчиняясь неведомо откуда взявшемуся порыву, я поднёс большой палец к одному из венчающих оружие шипов и осторожно попробовал тот на остроту. Я не прикладывал совершенно никакого усилия, не почувствовал боли - только капля крови беззвучно сползла по острию.

-А ведь ты... не обычный лук, да? - проговорил я во тьму. Тьма не ответила.

Глава VI

Государственный деятель, который видит, что война неизбежна, и не может решиться нанести удар первым, виновен в преступлении против своей страны.

Карл фон Клаузевиц

Военный лагерь я единолично решил разбить прямо под Целестой, для экономии времени и упрощения логистики. Можно подумать, плёвое дело, но на самом деле расчистить место под тысячу человек не настолько просто, как может показаться. А припасы? Мне страшно даже подумать, где я буду искать зерно, если Эллен не решит вопрос с поставками в самое ближайшее время. То, что в Эльзасе останется гарнизон даже не стояло под вопросом - это было понятно и так. По крайней мере, с пресной водой проблем ждать не приходилось - Иль, один из многочисленных притоков Рейна, исправно удовлетворял названную потребность.

Сама Ванадис заявилась только к полдню, отстав от меня почти на сутки и сходу принялась жаловаться на ужасную переправу, но я совершенно справедливо заметил, что выше по течению река становится глубже и бродов нет вообще. Конечно, здравое звено в её жалобах есть, как не быть? Переправить, ладно конницу, но повозки с припасами будет трудно даже при наличии достаточного количества плотов. Может, ещё и мост за её счёт построить? А что, идея неожиданно неплохая - переправлять товары из Лейтмерица в Брюн будет ощутимо быстрее транзитом через Эльзас, нежели по традиционному северному маршруту. Ну, а где торговые пошлины, там и деньги. Большие деньги. К счастью, до единства внутреннего таможенного пространства тут ещё далеко, так что в накладе точно не останусь.

-Тигре!

-Хм? - встрепенулся я на оклик.

-Ты меня слушаешь?

-Конечно, -прозвучал единственно верный ответ.

Упершись рукой в бок, Эллен удостоила меня полного подозрения взгляда, но озвучивать свои сомнения не стала, предпочтя не уводить диалог (монолог?) из конструктивного русла. На самом деле, её появление в очередной раз произвело на меня двоякое впечатление. С одной стороны, той энергией, с которой она принялась за дело, нельзя было не восхищаться. С другой, я просто не мог понять, как после длительного марша она может выглядеть настолько... свежо, в то время как я с трудом удерживал глаза открытыми.

-Я закончила осмотр города. Целеста не готова к осаде.

-А теперь скажи мне что-нибудь, чего я не знаю сам, - буркнул я в ответ, устало массируя виски.

Целеста была окружена частоколом, это да, но он был предназначен скорее против диких зверей, чем более серьёзных угроз. Даже наблюдательные вышки строились из того простого соображения, что людей надо было чем-то занять, прежде, чем они начали бы искать себе занятия сами.

-Мы можем попытаться забаррикадировать центр и выстроить оборону вокруг храма, но это приведёт к резне с огромными потерями и неопределённым результатом, - продолжила она, напрочь игнорируя мой красноречивый взгляд, - Не говоря уже о уроне самому городу.

-Да, я бы предпочёл обойтись без сомнительной чести править дымящимися развалинами.

-Оставь сарказм, Тигре, - выразила она неодобрение, - Нам следует рассмотреть все варианты, прежде чем идти в бой. Тем более, время пока есть. Я полагаю, о разведке ты позаботился?

Мне оставалось только развести руками: "Новостей стоит ждать в лучшем случае к ночи и не позже утра."

Действие происходило в рабочем кабинете, что на втором этаже особняка Ворнов. Само помещение не было особо просторным, но тут хватало места под массивный, но полупустой книжный шкаф; прибитую к стене медвежью шкуру, под которой врастал в пол здоровенный сундук забитый, впрочем, больше всяким хламом, чем действительно ценными вещами - и только на самом дне в кожаном мешочке были припрятаны серебряные монеты; а также широкий стол, вся макулатура с которого была с непривычной аккуратностью собрана в стопку и перебазирована на пол, освобождая место для карты графства.

От карты этой у любого современного картографа волосы бы встали дыбом, но как для кустарного проекта полуграмотного феодала всё было более-менее. Во всяком случае, как я уже вчера убедился, масштаб был передан достаточно точно.

-Итак, - без лишних церемоний подошла ко мне Эллен, смотря на карту, - Что ясно уже сейчас?

Подхватив полуобъёмную свинцовую фигурку рыцаря на коне, я со стуком опустил её на условное изображение Целесты: "С тобой тысяча всадников. Ополчение, в количестве от ста двадцати до двухсот человек, как самостоятельную силу не учитываем." Дождавшись кивка Эллен, я взял ещё трёх солдатиков - двух пехотинцев и ещё одного рыцаря - и поместил их одного за другим на некотором удалении от нарисованной столицы: "Предположим, что силы противника колеблются в районе трёх тысяч, из которых по меньшей мере треть верхом. Они могут находится здесь, здесь и здесь. Едва ли дальше, но точно не ближе."

-Всё выглядит не так уж и плохо, - улыбнулась Ванадис.

-Да ладно? - приподнял я бровь, - Соотношение сил - три к одному.

-На равнинах Динанта было пять к одному, - отмахнулась она, задорно улыбаясь.

Я уже научился узнавать эту улыбку: "Там всё было иначе. Не стоит снова полагаться на везение."

-О чём это ты? Пока с тобой я, Ванадис, в везении нет нужды.

-Следуя твоей логике, у нас и вовсе численное преимущество! Не ты ли говорила, что одна Ванадис равна трём тысячам обычных воинов?

-Вот теперь ты мыслишь в верном направлении, Тигре, - мудро кивнула Элеонора, назидательно поднимая указательный палец, - Сомнения ведут к поражению.

-Это была ирония!

-Я знаю, - тут же пошла трещинами маска её серьёзности, - Но видел бы ты сейчас своё лицо!

-По твоему, сейчас время для шуток? - спокойствие, только... спокойствие...

-По моему, - передразнила она, - Ты слишком напряжен. Мы для того и стараемся предусмотреть все возможные варианты, чтобы не переживать попусту. Пока твои люди не вернутся, ни о чём договорится у нас всё равно не выйдет. Не стоит так себя накручивать, иначе на настоящее дело сил может просто не остаться. Я... возможно, она и права. Пойти, что ли, вздремнуть?

Раздался стук в дверь, а затем, по обыкновению не дожидаясь формального разрешения, в кабинет проскользнула Тита, неся перед собой поднос с нехитрым обедом. Заметив Эллен, она на секунду стушевалась, но затем на её личике проступило самое что ни есть решительное выражение. Гордо выпятив грудь, она прошагала к столу, на секунду встретившись с Ванадис взглядом. Со стороны было похоже, словно две девушки ведут между собой безмолвный диалог, по итогам которого Тита ещё сильнее выгнула спину, а уголки губ Эллен мелко задрожали, явно сигнализируя о том, что она нашла себе очередную забаву.

-Ваш обед, милорд граф. Приятного аппетита, - служанка задрала носик, блеснула глазками и, резко развернувшись, хлопнула дверью.

Испытывая чувство, подозрительно похожее на отчаяние, я облокотился на стол и уронил лицо в ладони.

Рядом раздался заливной девичий хохот - Эллен не выдержала.

...Как будто мне и без того проблем не хватает.

***

Как вскоре выяснилось, проблемы и в самом деле не заставили себя ждать. Нет, день как таковой прошел вполне благополучно: лагерь был разбит, ополчение почти сформировано, "политика партии" в форме моей версии событий активно распространялась в городе усилиями местной, если её можно так назвать, администрации. А потом вернулись разведчики. Существенно раньше, чем ожидалось. Из шести человек - только двое. В грязной от пота и налипшей пыли одежде, они были похожи скорее на пару загнанных браконьеров, нежели на графских слуг, а взволнованные выражения их лиц заразили беспокойством и меня самого.

-Милорд, - резко качнул головой один из них.

Я слегка нахмурился. Да, фамильярное отношения к графу в Эльзасе было обыденностью, до сих пор меня особо не напрягавшей, но вот демонстрировать это Элеоноре желания не было никакого... не говоря уже о том, что формально он должен был сперва кланяться ей, а не мне. С другой стороны, знать подобных тонкостей простой охотник никак не мог, да и сама природа наших отношений имеет, скажем так, сомнительную законность. Принять вассальную клятву у графа, уже состоящего в вассальной зависимости от третьего лица...

-Говори, - решительно махнув охотнику рукой, я решил разбираться с проблемами по мере их поступления.

-Мы это, - внезапно замялся тот, видимо не зная, как правильно выразиться, и странно косясь на демонстративно взирающую на нас со стороны Ванадис, - Как милорд и велел, в разведку ходили. Вот.

-Где остальные? - думаю, так будет быстрее.

-Там. Там остались, врагов считать.

-А вы тогда что тут делаете? - искренне не понял я.

-Так это...

К счастью, видя злоключения своего товарища, вперёд шагнул его спутник и куда более твёрдым тоном произнёс: "С ними дракон, господин граф. Без крыльев, но на четырёх лапах. В холке аршин пять, как бы не больше."

Если бы у меня в руках была кружка, то я бы непременно её уронил, а так только выпучил глаза в приступе недоверчивого изумления, краем зрения замечая, как Эллен поддалась вперёд на своём стуле.

-Ты уверен, Анри?

Присутствующий на встрече Батран, похоже, разделял моё удивление, но обладал достаточной верой в знакомого ему охотника.

-Собственными глазами видел, - мрачно подтвердил тот, - Так же чётко, как сейчас вас.

-Один? - неуклюже спросил я, всё ещё прибывая в некоторой прострации от столь неожиданных вестей. Пять метров ростом... это как с такой тварью вообще бороться? То есть, можно конечно, но как же всё усложняется!

-Видели одного, а так - боги знают. Мы не смогли подобраться достаточно близко, чтобы рассмотреть их лагерь целиком. Остальные решили дождаться, как враг начнёт марш и сосчитать в точности, а мы, стало быть, с вестями сразу обратно. -Сколько врагов всего?

-Верховых - сотен десять будет, - задумался охотник, - А вот про пеших точно не скажу, но никак не больше тридцати сотен и не меньше десяти. Если будут идти в прежнем темпе, то к Юнавиру подойдут послезавтра, а ещё через день гостей ждать и нам, милорд.

-Это всё?

-Всё, господин граф, - утвердительно кивнут тот и принялся покорно ждать дальнейших указаний.

-Тогда можете идти отдыхать. В скором будущим ваши навыки понадобятся мне снова.

Как только охотники покинули кабинет, я незамедлительно встал, размял затёкшие плечи и, в который уже раз, уставился на карту.

-Откуда, демоны его побери, у Тенардье взялся дракон?

-Мне тоже интересно, - присоединилась ко мне Эллен, - Никогда бы не подумала, что кому-то из Брюна удастся приручить Земляного дракона.

-Земляного?

-Судя по описанию. Они довольно крупные, но медленные и неповоротливые, а ещё ленивые и редко покидают свою территорию в горах.

-Это, конечно, очень познавательно, но меня сейчас интересует другое.

Элеонора приподняла бровь в немом вопросе, хотя не приходилось сомневаться, что она уже знает, о чём я собираюсь её спросить.

-Ты сможешь убить его?

-Конечно.

Быстрый и лаконичный ответ добавил мне уверенности.

-Что ты будешь делать теперь, Тигре?

Я посмотрел на Эллен. Выглядела она серьёзно и продолжала давить на меня тяжелым взглядом. Похоже, она то ли проверяет меня, то ли... даже не знаю. Едва ли она просто решила спихнуть на меня ответственность за своих людей.

-Когда прибудет Лимлиша?

-Послезавтра, с двумя тысячами латников. Она не успеет, к тому же люди будут уставшими после марш-броска. Или ты всё же решил сражаться в поле?

Сражаться в открытом поле... нет, идея мне откровенно не нравится. Пусть соединившись с отрядом Лимлишы мы и достигнем с Зионом численного паритета, но лишимся преимущества внезапности, да и дракон... хотя, как раз этот момент можно повернуть к нашей пользе - если Эллен действительно справится с тварью, да ещё на глазах обеих армий, то это вполне может стать одним из тех самых переломных моментов, что обычно и решают судьбы такого рода сражений.

-Нет, - наконец было принято мною решение, - Мы нападём из засады.

-Вот и ладно, - довольно улыбнулась девушка, - Не думаю, что мы проиграем. Если выступим через пару часов...

-И снова, нет. Я тоже верю в победу, - добавил я на всякий случай, - Но не вижу смысла рисковать.

-Тигре?

-Мы и дождёмся подкреплений и не пустим Тенардье в Юнавир. Мы задержим его.

-Легко сказать, - в задумчивости наклонила она голову на бок, - Но как ты собираешься это сделать? Тебе ведь нужна не пара часов, но лишь немногим меньше суток.

-Но ты не против попробовать?

-Если не получиться - лишимся преимущества. Но знаешь, почему бы и нет?

Не смотря на неопределённый тон, глаза Ванадись завораживающе блестели в потаённом, но таком очевидном для меня азарте.

-Батран!

-Милорд!

Мне захотелось рассмеяться, но вместо этого я проговорил: "Найди среди ополчения всех охотников и тех, кто хорошо умеет обращаться с луком. Отдельно выдели знакомых с угодьями южнее Юнавира."

-Да, милорд Ворн. Но что я скажу им?

-Скажи, им предстоит поохотится.

***

Охотник по имени Анри лежал на сырой земле, холодя лицо в свежей утренней росе. Не смотря на расслабленный вид, он ни на минуту не прикрывал глаз, не отвлекался на посторонние мысли, но внимательно вслушивался в перекличку лесных птиц, вглядывался в заросли камыша, что так часто можно встретить на болотистой местности между Рейном и Илем.

У него не было сомнений, что уставшие от похода господа желают как можно скорее оставить пересечённую местность позади, а значит, как и предполагает его граф, люди Тенардье постараются добраться до деревни Юнавир, откуда им будет открыта дорога вглубь Эльзаса. Но вот незадача - любой, кто желает измерить графство ногами в ширину, очень скоро обнаружит, что сделать это можно лишь преодолев не меньше дюжины небольших рек и речушек, спускающихся в низину с гор. Если не иметь при себе грамотных проводников, то можно легко заблудится в их извилистых руслах, блуждающих среди невысоких холмов и омывающих своими потоками корни вековых деревьев.

Проводники у пришлых были и это, как ни забавно, делало работу Анри во много раз проще. Вот сейчас, например, он поджидал гостей ничуть не сомневаясь в неизбежности визита - ведь самая удобная переправа на много вёрст вокруг расположена от него на расстоянии вытянутой руки.

И точно, не прошло и пары минут, как камыш был отодвинут в сторону и из зарослей показалась разношерстная группа незнакомцев. Первого из них, невысокого старика в простой одежде, Анри немедленно отметил как провожатого. Куда интереснее были двое, показавшиеся следом. Охотник даже едва не присвистнул, увидев, как юноша не старше шестнадцати лет ведёт за поводья грозного коня, на котором с гордым видом восседал грузный мужчина, непонятно кому грозя гневным взором.

Прямая спина, широкие плечи - даже без доспехов, Анри ни за что ни спутал бы благородного сэра с простым служкой или даже просто бывалым воином. Порода не та. Охотнику показалось немного странным то, что важная особа решила лично выйти вперёд, но кто он такой, чтобы отказываться от столь любезно предоставленного им подарка?

Быть может, Анри не понимал до конца всей подоплеки событий, не знал, отчего их граф связался со вчерашним врагом, но он знал - это их граф. А люди по ту сторону реки - чужаки, которых никто сюда не звал. И если у них добрые намерения, то он готов съесть свою собственную шляпу.

Рубленым движением подав знак затаившимся немного ниже товарищам, и по едва слышимому шелесту узнав, что его жест заметили и поняли, охотник медленно встал с земли и, всё ещё скрытый за покрывалом густой листвы, положил стрелу на тетиву.

Из лука, что он своими силами смастерил из ветви тиса; стрелою, что он резал и ровнял холодными зимними ночами; рукою, что уже спускала тетиву тысячи раз... разве мог он промахнуться?

***

Даже выслушивая второй раз подряд один и тот же доклад, Зион с трудом верил собственным ушам. Уже третий разъезд попал в засаду. Третий! Хуже того, помимо бесполезных смердов, подобранных в последнем цивилизованном городе на пути в эту глушь, и нескольких наёмников, жертвой подлецов стал барон, неосмотрительно поддавшийся любопытству. Не то, чтобы сыну герцога было дело до одного идиота, но отец едва ли придёт в восторг, когда узнает о столь нелепой смерти своего вассала, сколь бы незначительным тот ни был. Герцог Тенарьде в гневе - одна мысль заставила Зиона поёжится.

Но нужно было что-то делать. Наследник думал не долго.

-Прикажите ускорить движение! Я покажу этим обнаглевшим смердам, что бывает с теми, кто смеет поднять руку на благородного лорда!

-Прошу, не спешите с решением, мой господин, - неожиданно вмешался один из приставленных к Зиону дворян, - Мне кажется, смерды ни за что не решились бы на такое самостоятельно. Думаю, все эти происшествия указывают на то, что Ворн отклонил щедрое предложение господина герцога.

-Очевидно! - скрипнул зубами Зион. У него возникла мысль наказать наглеца, отнимающего его драгоценное время, но всё же он решил повременить.

-Ваш покорный слуга опасается, что нам готовят ловушку.

-Ловушку? - фыркнул наследник, - Даже если и так, сколько у него холопов? Или ты пугаешь меня садовниками да лесорубами? Мы раздавим их, только и всего.

-Несомненно, милорд прав, - собеседник склонился в поклоне, - Но если мы будем действовать неосмотрительно, насколько возрастут наши потери?

Слова советника и в самом деле заставили Зиона задуматься. Разумеется, ему не было особого дела до пары десятков или сотен неудачников, но ему предстояло удерживать отнюдь не маленькое графство в течении неопределённого времени и, возможно, даже сойтись в бою с силами герцога Ганелона.

-И что же ты предлагаешь? - в раздражении спросил он, - Просто дать этим негодяям разбежаться и забиться в свои норы?!

-Урожай ещё не созрел, мой господин, - вмешался очередной рыцарь, - А без урожая им не пережить зимы. Враги никуда от Вас не денутся, нужно лишь проявить добродетель терпения.

-Они отчаялись, милорд, - вновь произнёс первый, - Как загнанный в угол зверь, они будут рычать и кусаться, но не смогут избежать своей судьбы. Нам же спешить некуда. Как только дойдём до Целесты, для дома Ворнов и их слуг всё будет кончено, а шайки прячущихся тут и там бандитов выползут сами уже к осени, или же передохнут зимой. А зимы в этих краях довольно суровые.

-Им в любом случае придётся дать нам бой или признать поражение без него, - кивнул второй, - Итог предрешен в любом случае, но Вам не следует позволять простолюдинам диктовать свои правила.

Зион нахмурился: "Но тогда у смердов будет время подготовить стены к штурму."

-Поверьте моему опыту, господин - между парой сотен крестьян на стене и парой сотен в лесу, всегда выбирайте первое.

Идея молодому Тенардье была не по душе, но... но эти рыцари были людьми его отца и наверняка знали своё дело. Пусть идея следовать чужому совету вызывала в нём глухую злобу, но страх совершить ошибку и разочаровать отца оказался сильнее.

-Эй, там! - наконец крикнул он, - Почему мы остановились?!

Ответа ждать долго не пришлось.

-На том берегу завал, господин!

-Так разберите!!

Как оказалось, разобрать завал уже пытались, но вошедший в воду отряд немедленно был обстрелян из луков. К счастью, на этот раз бойцы оказались готовы и никто не был ранен, однако...

Ещё никогда Зиону Тенардье так не хотелось кого-нибудь зарезать.

***

Итак, час "икс" настал. Точка невозврата, после которой дипломатия станет возможной лишь в случае полной и безоговорочной победы.

Я снова, как много дней назад, стою перед строем пусть и не совсем добровольно, но всё же идущих на смерть людей и пытаюсь собрать весь внутренний пафос, чтобы выплеснуть его наружу возвышенной речью... ну, или превратить себя в посмешище. Как повезёт. На мне вновь латный доспех, блеск которого успешно скрывает чёрно-красная накидка, на поясе заточён в ножны острый меч, а верный Батран стоит во главе моего небольшого войска, гордо держа в руках знамя с падающей звездой Ворнов.

-Враг у ворот, - начал я, стараясь сделать голос взрослым и серьёзным, вместо положенного подростку писклявого и ломающегося, - Многие годы предатель Тенардье точил зубы на престол нашего возлюбленного монарха, благословенного самими богами. Предательски убив любимого всеми нами принца Региса, и приговорив к смерти всех, кто не забыл своих клятв, он и его алчные слуги решили, что их время пришло. Сегодня настал наш черёд. Он не может простить нам ту ревность, с которой многие поколения Эльзасцев служили короне. Он не может без зависти взирать на наше трудолюбие и упорство, с которыми мы из века в век превозмогали все жизненные трудности и невзгоды. Но самое главное - он знает, что пока мы живы, его власть не будет полной. Каждый день, каждый час он будет помнить, что на белом свете есть люди, не желающие ползать на коленях перед детоубийцей и тираном!

Полная, абсолютная тишина. Не избалованные пропагандой умы были полностью сосредоточены на мне и только на мне.

-Я не хочу войны, - резко сбавил я тон, перейдя почти на шепот, - Уверен, никто из нас не хочет. Мы все хотим заниматься своими делами, пахать и сеять, охотится, растить детей. К сожалению, помимо нас с вами, на свете есть люди вроде Тенардье и его шавок. Придёт день и кара богов настигнет их всех, но сегодня это придётся сделать нам с вами. Сегодня..!

Одним движением я вынул меч из ножен и указал клинком в синее небо над головой.

-...СЕГОДНЯ МЫ БУДЕМ ОРУДИЕМ БОЖЕСТВЕННОГО ВОЗМЕЗДИЯ!

Правильно истолковав сигнал, сотни глоток невпопад заревели каждая о своём, сливаясь в ужасно немузыкальный, но впечатляюще-грозный хор. Воистину, чем больше лож, тем скорее в неё поверят.

-Враг у ворот, - голоса стихли, - Они пришли грабить и убивать, они пришли разрушить всё то, что создали наши предки и мы с вами! Мы позволим им?!

-@^!$@!!! - донёсся эмоциональный ответ, разобрать в котором хоть что-то было решительно невозможно.

Блин, жив буду, напишу Устав. Пусть хоть "Ура!" кричат, что ли.

Отвернувшись от возбуждённой толпы, я приблизился к ошарашено пялящийся на меня Эллен.

-Победителей не судят, - пришло мне в голову оправдание, - А побеждённым - горе.

***

-Уверен, что не хочешь поработать трубадуром? Честно, у тебя талант, Тигре! Ты озолотишься!

-Сколько ещё ты будешь издеваться надо мной? Ты что, никогда не произносила речи перед подчинёнными?

-Такие? Нет! Интересно даже, а что подумал бы о твоей речи сам герцог? Наверняка позеленел бы от злобы!

-Эллен.

-Знаешь, таким ты нравишься намного больше, чем когда начинаешь юлить или жалеть самого себя. Решительным, как в тот день, когда мы впервые встретились.

Усмехнувшись напоследок, девушка развернулась и помахала на прощание рукой. Вот так. Никаких тебе разговоров по душам, никаких "не умирай." Обыденно и буднично, словно это вовсе и не поворотный момент в судьбах многих тысяч людей.

Предложенный мною и после некоторых оговорок принятый Эллен план был достаточно прост и потому относительно надёжен. Бой было решено дать почти у самой деревни. Двигаясь к Юнавиру, армия Тенардье уже давно оставила позади Рейн и вышла к руслу Иля, используя его как надёжный ориентир. Проблема в том, что Иль, пусть и не чета Рейну, но всё же слишком глубок, чтобы многотысячная армия могла вот так просто взять и переправится. Им потребуется брод, путь к которому и было решено преградить.

Здесь, на западе, глухие леса уже начинали уступать место более холмистой и, в то же время, несколько более открытой местности, позволяя планировать сражения, которое не обречены превратится в неразборчивую свару.

Армия была разделена на три части. Первая, во главе с самой Ванадис, встанет на поросшим кустарником холме, перекрывая "дорогу". На вершине холма встанет горстка Эльзасцев вместе со знаменем и неохотно расставшимся со мной Батраном, провоцируя врага на действия, в то время, как отряд латной пехоты притаится за гребнем. Лишних подозрений такой ход вызвать не должен, поскольку встретить удар стеной копий на возвышенности - это совершенно нормальная тактика не только в Брюне, но и по всему миру. Ничего странно не произойдёт и тогда, когда при приближении кавалерии неприятеля, Эльзасцы дружно обратятся в бегство, поскольку именно это обычно и происходит, когда на плохо обученное ополчение на полном скаку мчится рыцарская конница... -Граф Ворн, - ткнул меня под бок Рюрик, - Начинается.

В самом деле, на прогалине между лесом и Илем показался одоспешеный авангард Зиона. Заметив моё знамя, реющее в трёхстах метрах от их текущей позиции и неровный строй ополченцев, они замерли, несомненно передавая сообщение основным силам. Подготовка к атаке заняла у них чуть меньше часа. Я сильно опасался, что Зион может поддаться чувству здоровой паранойи и выслать разведку но, видимо, мы достаточно разозлили его непрерывными атаками на охранение и разъезды, чтобы у него не возникло опасного желания потянуть резину.

Как я и предсказывал, вперёд выдвинулась кавалерия. Строго говоря, рыцарей среди них наверняка было не больше сотни, а остальное - просто конные слуги, но даже так они выглядели чертовски внушительно. Громогласный стук копыт, последовавший за протяжным пением боевого рога, был мне слышен даже отсюда.

Затая дыхание я наблюдал за пестрящей гербами и знамёнами лавиной, несущейся на жиденький строй ополчения. Согласно плану, мои люди побежали... откровенно говоря, я думаю, они побежали бы и без всякого приказа. Я бы точно побежал, поскольку встречать такое в лоб без трёхметровой пики в руках - это чистой воды безумие. Собственно, именно поэтому никто тут и не собирался принимать таранный удар в лоб. Весь холм, вплоть до гребня, покрыт наспех вырытыми ямами, заграждениями и прочими пакостями, на которые только хватило воображения. Ничего по-настоящему серьёзного, но натиск, да ещё вверх по холму, сорвётся непременно. Будь против закалённых в бесчисленных боях рыцарей и в самом деле обычное ополчение, и все ухищрения в конечном итоге оказались бы бесполезны, поскольку даже лишившись возможности пронзить врага копьём, рыцарь всё ещё остаётся боевой единицей, непревзойдённой в ближнем бою в не зависимости от обстоятельств: годы и десятилетия тренировок, практически непроницаемые латы, боевой дух, который не пошатнуть парой трюков из рукава...

К сожалению для них, их противником было отнюдь не обычное ополчение, да и, как уже упомяналось, различных сэров среди них просто не могло быть слишком много, ибо даже герцог Тенардье не может легко распоряжаться такими кадрами в трёхзначных значениях.

Приминая грудью траву, мне с моего места было плохо видно происходящее, но, судя по суете в рядах противника, там уже заметили неладное. Сейчас он уже не может свободно отправить в бой дракона, а значит, у него есть два варианта - либо протрубить отступление и перегруппироваться, либо...

Раздался звук рога. Не отступление. Атака. Нормальный вариант, учитывая, что у него до сих пор нет весомых оснований полагать, что ему противостоит нечто большее, нежели неожиданно крупное ополчение провинциального графства и, максимум, банда наёмников. На его месте, впрочем, я был бы более осмотрителен.

Ощетинившись копьями и щитами, две тысячи тяжеловооруженных воинов двинулись вперёд. Зрелище могло бы быть ещё более внушительным, шагай они в ногу, но, опять же таки - внушало. Это не полуголое ополчение, но обученные, опытные, хорошо вооруженные полупрофессионалы, которым герцог платит из собственного кармана. У меня таких ребят остался всего десяток, а он отправил с сыночком аж две тысячи. Завидно.

Между тем, наш выход неумолимо приближался. У меня вдруг возникло навязчивое желание стянуть кожаные перчатки и вытереть о что-нибудь потные ладони.

Наконец, когда порядки противника достаточно растянулись, рог протрубил в третий раз, но уже с нашей стороны. Точнее - со стороны леса, к которому войско Зиона оказалось повёрнуто неприкрытым флангом.

Лимлиша ударит кавалерией в тыл, а мы со свежепроизведённым в полуполковники Рюриком атакуем центр.

Встав в полный рост, я поднял Чёрный лук и, особо не целясь, выпустил первую стрелу. Стрелки Эльзаса чуть впереди. За ними, вооруженные не в пример более мощными луками - люди Элеоноры. Всего лучников набралось человек примерно пятьсот, обрушив смертоносный дождь на шокированного неприятеля. Первые несколько залпов принесли успех, собрав свой урожай убитых и раненых, но вскоре воины опомнились, зазвучали рваные команды, поднялись щиты над головами, и эффективность огня сразу снизилась многократно.

Ещё через пол минуты две волны пехоты схлестнулись. Я старался не смотреть туда слишком пристально, не вслушиваться в эту дьявольскую какофонию насилия, и просто продолжал механически стрелять навесом в гущу врагов, но...

Ха, да кого я обманываю. Спокойствие было лишь маской, которую я добровольно натянул в стремлении хотя бы изобразить хладнокровие.

Желая отвлечься, я ещё раз прокрутил в голове план. Стрелы нужны не столько для нанесения реального урона, сколько для продления неразберихи, нагнетания напряжения и, вкупе с атакой по всем частям вражеской армии разом, для создания ложного впечатления подавляющего численного превосходства.

Опасения вызывал лишь один или, вернее, два момента. Драконы. Земляной и воздушный - виверна. Разведка доложила о существовании второго зверя вовремя, и мы с Эллен потратили немало времени диспутируя, которую из трёх атак она должна будет возглавить. Сама она настаивала как раз на моей роли... сильно подозреваю, Элеонора не столько беспокоилась за целостность моей шкурки, сколько хотела поскорее померятся силами с этими зверюшками. Я, как нетрудно догадаться, был не против, да только именно заслону предстояло принять на себя главный натиск. Он же был наиболее, даже критически важен для всего плана. Падёт заслон, и нас оттеснят в лучшем случае и окружат в худшем.

Сам же я принял волевое решение остаться со своими людьми там, где их применение было наиболее оправдано. Что же до драконов... была у меня надежда, что в общей суматохе они как слоны в армиях древнего мира, причинят больше вреда союзникам, нежели противникам, после чего сбегут на все четыре стороны. Ну, а там Эллен уже сама справится. Надеюсь.

Между тем, битва обещала быть скоротечной. Двойной шок - от внезапной контратаки и того, кто именно их атаковал, произвёл на войско герцога эффект даже более сокрушительный, чем я рассчитывал. И... Эллен. Да, думаю, её присутствие можно считать за отдельный деморализующий фактор. На вершине холма её силуэт был прекрасно виден всем желающим - на белоснежном коне, со сверкающим мечом в руках она скашивала всех врагов, кому не посчастливилось оказаться поблизости и это, блин, даже не метафора. Ни щиты, ни доспехи, ни сталь мечей - ничто не могло даже на миг замедлить удар Арифала, её Драконьего клинка.

Да к чертям драконов, как с ней бороться?!

Разбитый на три неравные, отрезанные друг от друга группировки, враг вскоре дрогнул. Бой пока ещё и не думал утихать, но я уже видел, как самые отчаянные бросают оружие и пытаются перебраться через Иль вплавь. Многие пойдут ко дну, но многие и сумеют бежать - Иль недостаточно широк и глубок, дабы стать для них непреодолимой преградой. Придётся вылавливать их по одному, но это уже, как говорится, дело техники.

Опустив лук, я позволил себе перевести дыхание и размять болящее от нагрузки плечо. Надо признать, у таинственного Чёрного лука была просто поразительна мощь для той лёгкости, с которой натягивалась тетива. К сожалению, даже Эллен не смогла сказать мне ничего нового о его природе.

И вот, когда я уже уверился в полном успехе мероприятия, именно в этот самый момент всё пошло не по плану. Вернее, в общем и целом ничего не изменилось, кроме маленькой детали - сравнительно небольшой конный отряд прорвал неплотное полукольцо окружения Лимлиши и бросился прочь в направлении наименьшего сопротивления, то есть, в моём направлении.

Вот сейчас бы мне запаниковать, но я, напротив, оставался на удивление спокоен. Перегорел, наверное. Пару секунд я прикидывал свои действия и решил не командовать отступления. Мало того, что приказ пришлось бы отдавать через Рюрика, так в текущих условиях он ещё и был трудновыполним на практике, не говоря уже о том, что тогда риску подверглась бы вся картина сражения.

Вместо этого я что есть мочи проорал: "Не стрелять! Враг слева! Целься в коней!

Теперь - залп!"

Залп получился так-себе, но своей цели достиг и из примерно двух дюжин всадников трое полетели наземь вслед за своими скакунами. На полном скаку, да в латах... если и не помрут, то бегать в ближайшее время точно не смогут.

Примерно минута прицельной стрельбы сшибла больше половины оставшихся рыцарей, но остальные неумолимо надвигались.

-Расступится! - крикнул я, - В рассыпную!

Всадники пронесутся мимо и либо развернутся чтобы дать бой, либо дезертируют. Оба варианта меня устроят, поскольку будут иметь схожий итог.

Всё бы хорошо, но один из прорвавшихся рыцарей, судя по вычурному доспеху и самому факту своего недавнего пребывания в тылу, кто-то из штаба или личной гвардии Зиона, направил своего коня прямиком на меня.

...Это только моя вторая битва, но я уже второй раз жалею о том, что не напялил чего-нибудь поскромнее. Мало того, что стрелять было неудобно, так с тем же успехом можно было повесить над собой флажок "граф Ворн здесь!"

Но на сожаления времени не оставалось. Резко присев на одно колено, я избежал просвистевшего над плечом клинка, одновременно выставив собственный меч перпендикулярно ноге животного. Удар был настолько сильным, что, казалось, будь лезвие чуть менее острым и мою руку вырвало бы из сустава или, что более вероятно, я просто лишился бы оружия. Но мне повезло. Ему, к сожалению, тоже.

Не смотря на обстоятельства, падение для соискателя моей головы выдалось действительно удачным - он не только ничего себе не сломал, но и относительно бодро вскочил на ноги, подхватил упавший неподалёку меч и изготовил к бою щит. Щит, на котором я без труда узнал известный по всему королевству герб.

-Тенардье? - изумлённо выдохнул я. Нет, ну надо же! Судьба, блин.

Плавным движением он поднял забрало, открыв молодое, но перекошенное в непередаваемой гримасе лицо. Я, естественно, жест не повторил.

-Ворн?! - блеснул дедукцией сын герцога.

-К Вашим услугам, - не стал я отпираться. Может, не слишком умно, но, чёрт возьми, у меня тоже есть гордость. Да, похороненная глубоко под руинами здравого смысла, но есть!

-Мерзавец! Грязный предатель!

-У меня хорошие учителя.

-Что?!

-Твой отец решил кинуть Фарона, вот я и подумал - ну а я чем хуже? Раз уж пошла такая мода, предам-ка Его Величество и я!

-Ты!! - аж задохнулся тот от возмущения.

Добившись желаемого, я немедленно воспользовался заминкой, нанеся молниеносный удар в открытое лицо. Увы, но он оказался не то слишком расторопен, не то просто ожидал подлянки, но удар пропал всуе.

Зазвенела сталь и мне пришлось со всей ясностью осознать, что значит бой насмерть. Будь то Батран, Массас или даже Эллен - они все сдерживались, давали время обдумать следующую комбинацию и поработать над ошибками. Здесь - ничего подобного. Никаких сложных движений, никаких финтов - только скорость, сила и натиск. Вскоре я с нарастающим волнением понял, что проигрываю. Он был физически сильнее, быстрее и банально лучше меня. Пока мне удавалось отклонять или принимать на щит все опасные удары, но на латах уже появилась пара свежих зарубин. Мои же успехи были куда как скромнее. Впрочем, кто знает, как бы всё закончилось, если бы в очередной раз не вмешался слепой случай - отступая от очередного выпада, я споткнулся.

"Едва ли примешь поражение от сверстника, а?" - мысленно передразнил я старика Массаса.

-Последнее слово, предатель? - оскалился Зион.

-Ты забыл...

Смущённый отсутствием в моём тоне признаков страха, он успел удивиться - собственно, это было последним, что он сделал в этой жизни. Когда лезвие топора обрушилось на шлем, его глаза неестественно выкатились, тело обмякло и мешком картошки повалилось на землю.

-...что это не дуэль, придурок.

Снизу вверх глянув на здоровяка, уже некоторое время наблюдавшего за нашим "танцем", я нашел в себе силы возмутиться: "Почему только сейчас, Луис?!"

Тот красноречиво пожал плечами. Вот и не поймёшь, наградить его или, наоборот, наказать за подобные выкрутасы.

Я встал и огляделся по сторонам. Ещё раздавалось лошадиное ржание, были слышны крики и стоны, но всё уже было ясно. Рыцари или нет, но двадцать к одному, на пересечённой местности, без возможности прикрыть друг другу спину... у них не было ни шанса.

На грани сознания шевельнулась запоздалая мысль, что кровь наследника герцога на руках - это хреново, да только сделанного не воротишь.

Внезапно по ушам ударил пронзительный крик, заставив волосы встать дыбом, а нервы завопить о ужасной опасности. Ну разумеется - проворчала та часть меня, что уже слишком устала за сегодня, чтобы нервничать.

Предо мной во всей своей красе предстал... предстала чёртова помесь птеродактиля и классической виверны из D&D. На её спине болтался заваленный набок трон... или это такое седло? Неважно. Важно то, что распахнув пасть просто нереально широко, тварь решила отобедать и обедом этим, по очередной неясной прихоти судьбы, должен был стать угадайте, кто?

Мне нужно оружие.

В следующее мгновение я понял, что моя ладонь сжимает рукоять Чёрного лука. Когда..? Неважно!

Я оттянул тетиву, и...

..

.

Собственно, чего я ждал? Что волшебная стрела вдруг появится из неоткуда или лук возьмёт и выстрелит молнией? Так вот - хрен. Ничего подобного не произошло. За секунду до неизбежного я сгруппировался и приготовился, как самый минимум, вызвать у ублюдочной рептилии несварение желудка.

***

Тьма. Кругом было настолько темно, стоял столь кромешный мрак, что я не видел не то, что дальше своего носа, я вообще не видел ничего. Не важно, сколь темна ночь - под небом просто не может существовать столь беспросветного места. Я ощущал под ногами твёрдую поверхность, но руки могли лишь беспомощно шарить в пустоте. Только тут я понял, что Чёрный лук по-прежнему со мной. Лук, цвета столь же тёмного, что и Тьма вокруг.

И вдруг в океане тьмы засияла искорка света. Как мотылёк на огонь я пошел к нему - что ещё мне оставалось? Дойдя до места, я нахмурился. Невысокие колонны из странного материала, похожего и, одновременно, не похожего на камень поднимались из земли и спускались к ней с потолка. Большинство были чёрными - как лук, как сам мрак вокруг меня, но вокруг некоторых клубился, словно дым, блеклый свет.

-Какого..?

Вот мы и встретились, юноша. Вновь.

-Кто здесь? - сказать, что мне было не по себе, значит ничего не сказать. Этот голос... он был странным.

Ты знаешь, кто я.

Ну вот, не зловеще ли звучит, нет?

Ты интересный. Необычный. Маленькая искорка, заблудившаяся в океане бытия. Один шанс на миллион миллионов.

-Сейчас... сейчас же прозвучит какое-то важное откровение, да?

Мне не интересны откровения. На самом деле, дела смертных тоже мне не интересны. Но мне интересен ты - уже потому, что лук ещё никогда не использовали подобным образом. Многие сочли бы это кощунством.

Кто может представить, как Тьма улыбается? Вот и я не могу, а потому чувствую, словно схожу с ума, потому что она улыбалась.

Но твоя воля недостаточно сильна. Сейчас ты не сможешь сделать этот лук своим.

-О чём ты?

Ты слаб, но забавен, как может быть забавен только слабый смертный. Потому, я дам тебе подсказку.

-Подсказку? - повторил я, словно глупый попугай.

Если ищешь силу, то знай - лук бесполезен без стрел.

-...

Если раньше Тьма улыбалась, то теперь, был уверен я, она смеялась. Я это чувствовал.

Ответ ближе, чем ты думаешь. Многое было забыто, но тот, кто ищет - найдёт. Вспомни моё имя, и уже одно это будет неплохим началом.

-Чт... ты...

***

Очнулся я резко, без предупреждения, но зато по вполне определённому поводу - какой-то негодяй больно хлестал меня по щекам.

-Ты что, Батран, прикончить меня вздумал? - неожиданно слабым голосом прохрипел я. Грудь была спёрта так, что было трудно дышать, болело всё и даже больше и...

-Жив! - взревел кто-то под самым ухом, - Граф Ворн жив!

Меня что, заочно уже схоронили?!

...и чем так воняет?

-Ты чего опять сопли развёл? - спросил я верного слугу.

-Вы же, - всхлипнул он, - Вы же не... не дышали, милорд... мы д-думали...

Да ладно.

-А ну-ка помоги мне встать.

-Но милорд! Ваш нагрудник... мы пошлём за оружейником... у него инструменты...

-Ничего, - морщусь в ответ, - Потом снимем.

С помощью Батрана встав на ноги, я оглядел собравшуюся толпу народа и тушу дракона, валяющуюся буквально в паре шагов. Сложно было не заметить кровь, обильно натекшую из пасти чудовища.

Моя броня была измята и перепачкана кровью виверны. В моей правой руке попрежнему был зажат столь же окровавленный Чёрный лук. До меня стал доходить порядок событий: тварь решила разжевать меня перед проглатыванием, но венчающий лук шип пронзил ей нёбо, а затем и мозг, оборвав жизнь создания. В предсмертных судорогах твари меня неплохо так помяло и... непонятно, как я только остался жив. Божественное вмешательство, не иначе. Затем примчались наши и, слава всем богам, вытащили своего графа оттуда. Конец истории.

-Батран, наших убитых забрать, раненых - пока в Юнавир.

-Д-да, милорд!

-И отряди кого повылавливать трупы из реки, а то нам только эпидемии не хватало.

-Да, милорд!

Ну а теперь, время исполнить мечту детства.

-Меч мне.

Получив желаемое, я с важным видом поставил ногу на дохлую тварь и поднял высоко над головой сверкающий в лучах полуденного солнца клинок.

Это победа.

Глава VII

Не может жизнь по нашей воле течь.

Мы, может статься, лучшего хотим, Но ход событий не предвосхитим.

Уильям Шекспир "Гамлет, принц датцкий."

Столица Дзктеда ожидаемо была большим и оживлённым городом. Даже слишком оживлённым - на узких улочках сливались воедино крики торговцев, кабацкий гогот, ржание лошадей, цокот подков по мостовой и мириад прочих звуков, выделить из которых хоть что-то внятное было решительно невозможно.

Силезия. Один из крупнейших городов этого мира и место, где по воле монарха окончательно решится моя судьба. Я улавливал в этом некоторую иронию - пережить семь смертей лишь затем, чтобы самому шагнуть в объятия восьмой.

...Я немного утрирую, конечно, но если подумать, то в последнее время моей новой жизни опасность и в самом деле стала угрожать уж больно часто. Уже трижды я оставался жив лишь благодаря слепой удаче. Постойте, а последний случай можно считать за божественное вмешательство? Вопрос, на самом деле, вовсе не тривиальный.

Как бы то ни было, но до сих пор события развивались поразительно благополучно, что давало мне самую малость иррациональный повод надеяться на лучшее.

Сражение при Юнавире закончилось сокрушительным поражением сил герцога Тенардье. Никто не считал убитых поголовно - вернее, я отбыл до того, как мне доложили - но речь идёт по крайней мере о полутора тысячах убитых, раненых и захваченных в плен. Колоссальная цифра, в которой виновен мой план - расчленённый на неравные части противник был зажат в тиски и в буквальном смысле сброшен в реку. Ну, лучше они, чем мы.

Наши потери... среди моих Эльзасцев - семеро. Вроде бы ничтожно мало, но не скажу, чтобы мне было приятно стоять на их похоронах. Потери среди людей Элеоноры были, вполне понятно, куда более серьёзными относительно моих, но всё ещё ничтожными относительно размаха достигнутой победы. Я спрашивал - семьдесят четыре убитыми и сто сорок восемь ранеными, из которых не меньше трети - тяжело.

Короче, в задницу всё это. Навоевался.

Теперь о приятном. Оба дракона мертвы, причём половина Эльзаса уже уверена, что их граф бился с тварью один на один и, видя, что честная сталь не берёт чешую зверя, отважно запрыгнул чудовищу в пасть пронзив тому нёбо мечом.

Что ж, кто я такой, чтобы их переубеждать?

Второй дракон пал от руки Ванадис - судя по дошедшему до меня пересказу, она убила ту каким-то колдовством, призвав с небес ураган. Жаль, я этого не видел.

Разочаровала и убившаяся об меня крылатая тварь, из которой я по началу хотел сделать себе чучело. Чешуя оказалась настолько прочной, что все инструменты были практически бесполезны, оставляя после себя только неглубокие царапины. Кто-то предложил мне попробовать жечь тушу, пока не останутся только кости и чешуйки, но дракон горел настолько плохо, распространяя столь ужасный смрад, что я не выдержал и плюнул на это дело, велев просто закопать останки поглубже.

Зато я смог от души насладится видом трофеев, ставших отрадой для глаз, видевших в тот день слишком много вещей, что я предпочёл бы не видеть никогда. К моему сожалению, войсковую казну Эллен оставила себе, как и немногочисленных знатных пленников, но да у меня в любом случае не было возможности содержать их. Хорошо, хоть на месте не казнила - это было бы расточительно, не говоря уже о уготованной мне по в таком случае сомнительной репутации. И так теперь думать, что делать с простой солдатнёй. Возвращать врагу глупо, кормить за свой счёт жалко, а взять и поголовно казнить рука не поднимается. Зато, хотя большая часть лошадей противника была либо убита, либо разбежалась, но из тех, кого удалось поймать, я сумел отбить себе приличный кусок. Наконец-то у меня появятся графские конюшни! ...Ну, или продам вместе с целой грудой трофейного оружия и доспехов.

Некоторые проблемы доставляли разве что многочисленные дезертиры из тех, что сумели переплыть реку или оставались вместе с обозом и имели достаточно времени, чтобы оценить ситуацию и заблаговременно дать дёру. Ну да ладно - даже уйди они от погони, беглецы либо покинут графство, либо сгинут в диких лесах Эльзаса.

Итак, мёртвых похоронили, добычу поделили и тут встал закономерный вопрос: "А дальше-то что?"

Чуть ли не первым делом я направился прямиком к городскому жрецу и под предлогом переосмысления жизненных ценностей на фоне чудесного спасения допросил того на тему местного пантеона, с которым до сих пор был знаком достаточно бегло. Интересовали меня, по вполне понятным причинам, богини.

Вот тогда-то я и услышал новое для себя имя - Тир На Фал, примечательное уже тем, насколько оно выбивается из общего ряда божеств откровенно славянского толка. Богиня ночи, тьмы и смерти, не имеющая устоявшегося культа. Жена или сестра Перуна, а также - его враг. В общем, создавалось впечатление, что речь идёт о богине не то пришедшей со стороны, не то просто более древней, нежели нынешний пантеон, в который её пытались интегрировать.

Естественно это относится к фольклорному персонажу и я понятия не имею, принадлежал ли тот голос богине. Тем более - той самой богине. Как вариант - я просто бредил... но долгожданного быка жрецу на заклание всё же отдал. Мало ли.

- Волнуешься?

Вопрос застал меня врасплох.

- Как сказать. Не то, чтобы особо, но не каждый день у тебя состоится аудиенция с королём.

- Ну и зря, - бросила Элеонора, - Всё равно нас сегодня не примут. Скорее всего встреча состоится завтра или послезавтра, если Его Величество пожелает лучше ознакомится с ситуацией.

- Но не позже?

- Едва ли. Дело у нас слишком важное, чтобы с ним тянуть. В общем, Тигре, - повернулась онако мне лицом, - Можешь особо не переживать. У нас будет время осмотреться, да и не станет король рубить с плеча.

- Знаю. Иначе чёрта с два я бы оставил Эльзас.

- И я совсем не удивлена. Очень в твоём стиле, - кивнула девушка, - Но на самом деле, Тигре, я не могу гарантировать королевской благосклонности. Только то, что Его Величество Виктор почти наверняка воздержится от решительных мер и займёт выжидающую позицию.

Я кивнул.

На самом деле своими действиями мы подложили правителю Дзктеда изрядную такую свинью. Он не может просто взять и объявить действия Эллен незаконными, поскольку подобный ход не только создаст неприятный по отношению ко всем Ванадис прецедент и рискует пошатнуть баланс сил, но и вызовет недовольство существенной части того самого дворянства, которое он Ванадис противопоставляет. В конце концов, далеко не всем по душе пассивная политика короля и в эпоху, когда могущество державы измерялось в первую очередь площадью подконтрольных территорий, добровольный возврат буквально просящегося в руки графства мог быть воспринят как слабость или даже трусость.

Есть и вторая причина. И заключается она в простом вопросе: "Возвращать кому?" Если наш король - в смысля, король Брюна - не принимает даже собственных вассалов, едва ли он снизойдёт до послов иного государства. Не говоря уже о том, что старина Фарон, вероятно, уже некоторое время "не у дел." Значит, договариваться придётся с кем-то из мятежников, но уже сами по себе подобные переговоры могут быть восприняты как поддержка той или иной стороны.

Добавим ещё одну сложность - между Ганелоном и Тенардье, кто победит? Смотря на ситуацию объективно, за герцогом Тенардье стоит внушительная репутация и он популярен в рыцарский кругах как жесткий, но решительный воин и военачальник, в то время как фигура Ганелона куда менее однозначна. Когда дело дойдёт до войны, то шансы первого со стороны выглядят несколько лучше, нежели второго, даже если у Тенардье больше не осталось этих проклятых драконов.

Конечно, Ганелон мог бы попытаться выиграть побольше времени для усиления своих позиций в столице и центральной части страны и на вербовку наёмников, но разве Тенардье даст ему эту возможность?

Вот тут и всплывает проблема - с точки зрения соседей, включая Дзктед, было бы весьма нежелательно видеть на троне Брюна правителя, известного своими милитаристскими и откровенно агрессивными взглядами, которые просто обречены перенестись на проводимую им внешнюю политику.

Проще говоря - как следует поразмыслив над проблемой и разложив по полочкам имеющиеся факты я пришел к выводу, что в ближайшее время моя голова всё же останется на плечах.

Между тем, пробравшись через людную площадь, мы добрались до пункта назначения - королевского дворца. И зрелище, надо сказать впечатляло. Центральную часть комплекса занимал, конечно же, старинный замок, который очевидно не единожды расширялся и достраивался, постепенно превращаясь из монументального оборонительного сооружения в символ власти, величия и богатства короны. Тем не менее, высокие башни по-прежнему смотрели наружу узкими бойницами, а подступ к главному зданию преграждала стена, не преодолев которую невозможно было приступить к штурму самого замка.

- Госпожа Элеонора Вилтария, - сразу же узнали её гвардейцы, что, право же, неудивительно, хотя наша небольшая компания и путешествовала без знамени, - Позвольте увидеть Ваш Виральт.

Виральт. Драконий клинок. Сверхъестественное оружие, которым обладает каждая Ванадис, и которое, как я слышал, само Ванадис и выбирает, хотя я понятия не имею, как именно это работает на практике. В любом случае, для Дзктеда эти клинки былы намного большим, чем просто магическими артефактами - они были символом. Нет Виральта - нет и Ванадис.

Эллен обнажила Арифал и я сразу почувствовал дуновение лёгкого ветерка, взявшегося буквально из ниоткуда, словно меч радовался мимолётной свободе. Мои мысли украдкой скользнули к Черному луку, который по-прежнему не подавал никаких признаков "жизни," к добру или худу.

- Кто ещё из Ванадис присутствует?

- Госпожа Людмила Лурье и госпожа София Обертас, - с коротким поклоном ответил караульный.

Вот как? Знать бы ещё, хорошо это или плохо, тем более, что про вторую я не знаю ничего совершенно, а по взявшей официальный тон Эллен нельзя было судить наверняка.

Дальше нам пришлось разделится - у Элеоноры, как у Ванадис Лейтмерица, были собственные покои, в то время как мне, знатному гостю, выделили гостевую комнату. Разместили и полудюжину человек сопровождения, среди которых был и Батран. Правда, в казарме, но всё лучше, чем на улице, поскольку найти постой в оживлённом городе без нужных знакомств могло быть не так уж и просто.

Ближе к вечеру мне сообщили, что король примет нас уже завтрашним днём.

***

Недовольно сопя, я поправил свой лучший (и единственный) камзол, проверил пояс на раздражающе облегающих ноги бриджах, для верности провёл руками по тщательно вычесанным волосам.

Невозможность заглянуть в зеркало не позволяла убедится в качестве всего этого безобразия, в которое при других обстоятельствах я предпочёл бы не рядится по возможности никогда, но как раз сейчас необходимость соблюсти некоторый "дрес-код" имела место быть.

-Немного поздно прилизываться, Тигре, - шепотом заметила Эллеонора, когда мы встали в самом конце выложенного мрамором коридора.

-Ничего, - тихо пробормотал в ответ я, - Мне нужно произвести впечатление на короля, а эти мордовороты пускай смотрят.

Под "мордоворотами" имелся в виду караул из закованной в латы стражи, исполняющий свою декоративную функцию не хуже знаменитых Букингемских гвардейцев.

Как и я, Эллен была одета непривычно торжественно и её бело-синее платье просто восхитительно сочеталось с заплетёнными в хитрую причёску волосами, а от обнаженных плеч мне пришлось вполне осознанно отвести взгляд.

Уже далеко не в первый раз я замечаю несколько она красива и от этого понимания только злее на душе. Я, в конце концов, не железный, но... как-то не сложилось. Городскими девками я не то, чтобы прямо так брезговал, но и желания проявить инициативу особо не возникало, да и не до того было, опять же. Рядом, правда, постоянно вилась Тита, но на девочку у меня просто рука не подымалась.

Я отдавал себе отчёт, во всяком случае достаточно, чтобы не лгать самому себе. Естественно, мне нравилась Элеонора. Даже если я всё ещё немного опасался её как человека, от, по большему счёту, капризов которой зависела моя жизнь.

А ещё я знал, что мне хватит самообладания засунуть свои гормоны куда подальше, поскольку иначе и наши отношения, и вся ситуация в целом сильно усложнятся.

Возможно, потом. Как-нибудь. Если доживу.

***

- Ванадис Лейтмерица, Элеонора Вилтария! Граф Эльзаса, Тигревурмуд Ворн!

Представили нас пусть и торжественно, но сухо и кратко, по существу. Не знаю, было это нормой или по разным случаям существовали разные правила, да и не важно. Ступая по самой настоящей ковровой дорожке, я, вслед за Эллен, размеренным шагом ступал к ступеням трона, изо всех сил стараясь не обращать внимания на взгляды придворных, да и просто не пялится по сторонам на витражи.

Честно говоря, я надеялся, что встреча будет проходить в менее... публичном формате, но, видимо, король Виктор уже всё для себя решил и мы шли больше выслушивать его решение, нежели принимать участие в формировании оного. Что ж, уже то, что меня приняли и титуловали графом внушает определённую надежду.

Примерно в десятке шагов от подножия трона Эллен остановилась и медленно опустилась на одно колено и я, немного позади, последовал её примеру.

- До Нас дошли слухи, - сухо проговорил правитель Дзктеда, - Что ты, Наша Ванадис, самовольно пересекла границу с королевством Брюн и заняла соседнее графство Эльзас. Это так?

- Ваше Величество правы, - с совершенно не свойственной ей кротостью ответила девушка.

- Осознаёшь ли ты, насколько непозволителен твой поступок?

- Осознаю, Ваше Величество.

- Тогда объяснись. Можешь поднять голову. Ты тоже, граф Ворн.

Король Виктор был ещё не слишком стар, лет шестьдесят, но выглядел он для своих лет откровенно паршиво. Пусть король был высок, а его осанка пряма, но сухощавое телосложение,невыразительные глаза и впалые щёки производили своеобразное впечатление, словно он может в любой момент рассыпаться прахом, причём впечатление это только подчёркивалось частыми нитями седины в ухоженных волосах и бородке.

- Как Ваше Величество справедливо заметили, я действительно разместила в графстве войско, но сделано это было по непосредственно просьбе законного графа Эльзаса, Тигревурмуда Ворна, в обмен на защиту преклонившего предо мной колено.

По залу прокатилась волна приглушенного гула неопределённого тона и содержания. Для многих из присутствующих это стало новостью.

- Да. Мы слышали, граф был взят тобою в плен в недавнем сражении. И как же так вышло, что положив конец одной войне, ты решила начать ещё одну? Кто дал тебе такое право?

- У меня не было и нет намерения начинать войну с Брюном. Я остаюсь верной Ванадис Вашего Величества, и всего лишь действовала в защиту интересов своего вассала.

- Вассала короля Брюна, ты хотела сказать. Что позволило тебе считать, что ты можешь принять клятву лорда, уже бывшего вассалом иного владыки, не спросив Нашей на то воли?

- Мне хорошо известно, - как по писанному ответила Эллен, - Что в плену граф Ворн писал королю Брюна Фарону с просьбой внести за него справедливый выкуп, поскольку он был взят в плен выполняя королевскую волю, однако просьба эта не только не была удовлетворена, но полностью проигнорирована. Более того, воспользовавшись царящей в королевстве смутой, герцог Неметоценны Феликс Тенардье, не имея на то каких бы то ни было оснований и не предоставив никаких объяснений, направил в сторону Эльзаса свою армию с приказом установить контроль над всем пограничным регионом.

Самое замечательное - всё это чистая правда. Идея кидаться камнями в Тенардье принадлежала мне самому, а то уж больно удобную мишень он из себе представлял, чтобы не сделать его козлом отпущения.

- Не смотря на открытый мятеж, король Фарон продолжал хранить молчание, - без запинки продолжала идти по плану Элеонора, - И потому, когда брошенный собственным сюзереном на произвол судьбы граф Эльзаса обратился ко мне за помощью, я сочла это благовидным поводом положить конец опасным манёврам у наших границ. Действовать следовало незамедлительно и мне пришлось взять на себя дерзость принять решение самостоятельно. Я могу лишь молить Ваше Величество о снисхождении.

- То есть ты утверждаешь, что действовала в Наших интересах? - Всё так же невыразительно спросил король.

- Я Ваша верная Ванадис, Ваше Величество.

Происходящее постепенно начинало напоминать мне фарс, в котором король Виктор изображал из себя гневного владыку, а Эллен - покорную слугу, причём оба при этом фальшивили.

- И тебя не беспокоит перспектива войны, отныне нависшая надо всем Дзкдедом?

- Я не думаю, что мои действия создали новых врагов для королевства.

Лицо Виктора исказилось в странной гримасе между усмешкой и раздраженным прищуром. Он словно одновременно и признавал справедливость прозвучавших слов и был недоволен тем, как прямо они были сказаны.

Наконец, он вздохнул: "Очень хорошо. Граф Эльзаса Тигревурмуд Ворн."

Я непроизвольно напряглся.

- Наша Ванадис оказала тебе покровительство, но её вассал - это Наш вассал, а права решать, кто есть Наш вассал, а кто нет, у Элеоноры Вилтарии не имеется. Так ответь же, почему Мы должны принять лорда, однажды уже изменившего своим клятвам?

- Ваше Величество, я не предавал короля Фарона. Напротив, я отклонил предложение присоединится к мятежу и до последнего надеялся на помощь из Ниццы. Но король остался глух к моим мольбам и не сделал ничего, чтобы остановить возмутительные действия герцога Тенардье. Многие поколения моих предков верно служили королям Брюна и именно потому я не мог позволить этому предателю делать, что вздумается. Я убеждён, что лучше вверенное мне графство отойдёт в руки мудрого правителя, нежели достанется предателю Короны и послужит его подлым замыслам.

- И всё же ты изменил клятве, - не повёлся на неуклюжую лесть правитель Дзктеда.

Я неуютно повёл плечом: "Строго говоря, Ваше Величество, я никогда не приносил королю Фарону клятвы лично."

- Хм? - приподнял брови Виктор.

- Ваше Величество, я принял титул графа Эльзаса не так давно и до сих пор не имел возможности предстать пред монархом.

Забавный, кстати, казус. Понятное дело, что подтверждение оммажа - жест почти всегда исключительно формальный, но королю я действительно ни в чём не клялся, что, чисто теоретически, не позволяет мне вступать в наследство. Фактически, впрочем, на подобные мелочи зачастую закрывают глаза, поскольку и лишать права наследования без веского повода тоже как-то не принято, а каких-либо конкретных сроков для такого рода вещей не предусмотрено.

- И чего же ты хочешь, молодой граф? Что тобой движет?

- Передать Эльзас своему сыну так же, как я получил его от моего отца, а он - от своего, - выдал я нейтральный и предельно понятный, лишенный ненужного пафоса ответ, в тайне надеясь, что обстоятельства сего гипотетического события будут несколько иными, нежели в моём случае.

Король молчал. На самом деле, думаю, я понимаю этого человека. В некотором роде мы были похожи. Виктор плевать хотел на все эти пляски с бубном вокруг престола Брюна, не имел никакого желания ввязываться в не несущий явных перспектив конфликт, и вообще в гробу видел одну беспокойную Ванадис, которая не даёт ему дожить оставшиеся годы в покое и стабильности. Да, я его прекрасно понимаю.

К сожалению, как и у меня, у него нет адекватного выбора и из двух зол он скорее выберет меньшее.

Наконец, испустив обречённый (если дать волю воображению, разумеется) вздох, Его Величество чинно кивнул.

- Да будет так. Поскольку король Брюна Фарон Солей Рауль Блаинвилль де Чарльз не способен обеспечить мир между своими вассалами, тем самым подвергая опасности границы Нашего государства; поскольку Мы видим братоубийственную войну в Брюне неизбежной и опасаемся беспорядков и смуты; поскольку больше нет никаких гарантий соблюдения Брюном заключенных пред ликом богов договоров о мире и торговле; поскольку под угрозой оказываются Наши верноподданные, Мы оставляем за Нами право принять любые меры для защиты Наших пограничных владений. Граф Ворн! Поднимись.

- Да, Ваше Величество.

От непривычной позы ноги затекли, а сердце в волнительном предвосхищении тяжело билось в груди, но при этом голова моя была на удивление ясна.

- Мы признаём, что твой сюзерен пренебрёг своими обязанностями, допустив причинение тебе несправедливой обиды.

Ну, на самом деле формально у моего сюзерена нет по отношению ко мне никаких обязанностей, только у меня - по отношению к нему, но я же не дурак спорить.

- Мы так же признаём, что Наша Ванадис, Элеонора Вилтария, действовала исходя из Наших интеоресов. Однако! - Вдруг поднял ноту король, - Нашим Ванадис не должно самовольно решать вопросы требующие королевского внимания и без Нашей на то воли присоединять к своим провинциям сопредельные территории. Таким образом, Мы объявляем, что отныне графство Эльзас находится под Нашей защитой. Мы подтверждаем права графа Тигревурмуда Ворна на эти земли, а так же его титул и все надлежащие человеку его положения привилегии.

Далеко не идеально, но могло быть куда хуже. Лично меня очень заинтересовали слова про "защиту." То есть выходит, что он просто "защищает" графство, но не владеет им. Не владеет им, выходит, и Эллен. Спрашивается, а чьё тогда графство? А моё. То есть, если что-либо пойдёт не так, то Виктор всегда может улыбнуться и сказать, что, мол, Эльзас больше в защите не нуждается. Ну а граф... а что граф? У графа даже наследника нету. С другой стороны, сложись ситуация благоприятно, куда этот самый граф от короля Дзктеда денется? Просил о защите? Просил. Вот то-то и оно. Никуда тогда Эльзас от него не денется. - Тебе есть, что сказать, граф Ворн?

- ...Премного благодарен Вашему Королевскому Величеству за проявленное великодушие.

На большее меня не хватило.

***

Выйдя из зала в коридор я замер и зажмурился, сильно, до боли, и резко распахнул веки. Затем с шумом втянул в себя воздух и со свистом выдохнул.

- Фу-ух.

Рядом обрывисто хихикнула Эллен, хотя этот её жест показался мне несколько вымученным, лишенным обычной живости и лоска. Тем не менее, по сравнению со мной девушка явно куда проще справлялась с напряжением. Хотя, полагаю, она с самого начала волновалась куда как меньше одного определённого графа, совершенно неопытного в делах придворных.

- Неплохо справился, Тигре. Я и не думала, что всё пройдёт настолько гладко. Король к тебе расположен.

- Как будто в этом есть много хорошего, - буркнул я.

- Кто знает, - пожала она плечиками, - Между королевским гневом и королевской милостью второе обычно всё же предпочтительнее. Я не сомневалась, что он поостережётся вдаваться в крайности, но была действительно уверена, что мы загубим куда больше времени, пока не выжмем из него приемлемый для нас вариант. Думаю, ты произвёл на Его Величество определённое впечатление.

- Это комплимент?

- Комплимент?

- То есть, это хорошо или плохо?

- Сказала же - кто знает. Время покажет. Я тебя в любом случае так просто не оставлю. Должен же кто-то осуществить ту самую "королевскую защиту."

- Его Величество ничего такого не говорил, - приподнялись мои брови.

- Он ничего и не запрещал и не отрицал. В этом наш король, - вздохнула она.

- Не хочет играть по-крупному, но и не запрещает помогать мне. Выходит, любой исход если и не придётся ему на руку, то во всяком случае не выйдет боком, а?

Эллен ничего не ответила и высказанная ирония так бесцельно и повисла в воздухе.

Правитель, что не отказывается от выгоды, но при этом не желает ни идти на риск, ни возлагать на свои плечи лишнюю ответственность. Он не гнушается использовать Ванадис, но при этом опасается потерять над ними остатки контроля. Быть может, этот человек и был неплохим администратором, но едва ли он был хорошим лидером. Делает это Виктора плохим королём? Да кто его знает, на самом деле. Не собираюсь я его судить.

Устав от неловкого молчания, я спросил: "Что теперь? Мы ещё задержимся в городе?"

- У меня нет никаких дел в Силезии, - повела она плечами, - Но я хотела бы успеть встретится с Софи.

- Софией Обертас? Вы в хороших отношениях? - Припомнилось мне имя ещё одной Ванадис. Кажется, она должна была быть на приёме, но тогда я был слишком взволнован, чтобы глазеть по сторонам. К слову, Людмила, Ванадис, передавшая мне предложение Тенардье, тоже должна сейчас быть во дворце.

- Да, - мягко улыбнулась Элеонора, - Уверена, Софи подскажет нам что-нибудь стоящее. Она хорошо разбирается в политике и всём таком подобным. Она уже должна ждать нас.

Вот как? Что ж, хорошие новости, я полагаю.

Вскоре мы вышли на открытый воздух, где почти под самой сенью крепостных стен располагался небольшой сад с фонтаном и мраморной беседкой.

- Так ты всё же решила задержаться, Эллен, - поприветствовала нас девушка лет двадцати в нарядном, если только несколько на мой вкус излишне откровенном зелёном платье. Богато украшенный посох в её руках весьма однозначно выдавал её личность, - Зная, как тебе не нравится во дворце, я уж было подумала, что ты не утерпела.

- Спасибо тебе, Софи, - подтвердила Элеонора мою догадку, - Ты нас здорово выручишь.

- Рада возможности познакомится с Вами, господин Тигревурмуд. Я одна из Ванадис, София Обертас, но Вы можете обращаться ко мне просто Софи.

- ...Граф Тигревурмуд Ворн. К Вашим услугам, Ваше Сиятельство. - Выдавил я в ответ на приятную улыбку златовласой Ванадис, - И не нужно формальностей.

- Тогда мне хотелось бы поблагодарить тебя за то, что приглядываешь за Эллен. Я пришла на сегодняшний приём готовая вмешаться при необходимости, но всё завершилось на удивление благополучно.

- С-софи!

- Не желаете ли фруктового сока? Я попросила принести немного с кухни.

Действительно, на столике стояло несколько бокалов и стеклянный графин стоивший, вероятно, намного больше собственного веса золотом. От его содержимого я, впрочем, отказался, вместо этого подхватив из стоящей тут же вазы яблоко, да и то больше для вида.

- Я слышала, что случилось с сыном герцога Тенардье, - взяла София бокал, - Боюсь, он будет искать мести против вас обоих и найдёт для этого немало союзников, причём не только внутри Брюна.

Эллен нахмурилась: "Хочешь сказать, у него есть сторонники и при дворе короля Виктора?"

- Многие выиграют от его победы и многим создаст проблемы его поражение. Герцог Тенардье, нет, правильнее будет сказать, вся его династия имеет прочные торговые и даже династические связи в Дзктеде. В первую очередь - в Ольмюце. Какой бы не была будущая политика Тенардье, но прямо сейчас его победа для множества влиятельных людей означает стабильность, а его поражение - хаос и неопределённость. То же самое можно сказать и о Ганелоне, но нас сейчас волнует не он.

- Из-за Людмилы, да? - Ещё сильнее сдвинула брови Эллен.

- Верно, - кивнула София, внимательно смотря на нас обоих, - Я слышала кое-что про этого человека и не думаю, что Людмиле он нравится, но её семья много десятилетий была близка с Тенардье.

- Так вот почему она снизошла до того, чтобы лично доставить Тигре письмо герцога.

- Не стоит считать, будто Людмила бегает у него на побегушках, - покачала головой старшая Ванадис, - Но она вполне может согласится оказать герцогу несколько услуг за торговые преференции или во имя сохранения хороших отношений. Если Тенардье добьётся своего и станет королём, то любые вложения наверняка окупятся. Она может стать для тебя, для вас обоих, очень опасным врагом.

- Но Его Величество обещал мне защиту, - вмешался я.

София только повела головой, отчего грива её волос качнулась из стороны в сторону: "Безусловно, Людмила не станет действовать непосредственно против тебя, граф, но эта девочка сможет найти иные способы. К тому же", - перевела она взгляд на Эллен, - "Когда дело касается конфликтов между Ванадис, Его Величество..."

- Предпочитает не вмешиваться, - прикусив в раздражении губу закончила за Софией Элеонора.

Вот же блин! Действительно, нехорошо получается. Не слишком приятно признавать, но без помощи Эллен мои собственные ресурсы ничтожны. Поможет ли мне Массас, не смотря ни на что? Кто-либо из моих соседей? Можно нанять наёмников, но как сдержать их в узде, даже если я и наскребу достаточно средств? Помимо этого остаётся только (предположительно) благосклонная ко мне богиня и волшебный лук, которым я до сих пор понятия не имею как пользоваться.

- Тогда, Софи...

- Конечно, Эллен, - продолжала улыбаться та, - Я соберу информацию о всех возможных сторонниках герцога Тенардье, но, - посерьёзнела девушка, - Больше ничем помочь я тебе не смогу. Что бы не произошло, я не намерена вмешиваться, ладно?

- Да, только вот ещё. Ты можешь разузнать, откуда у Тенардье взялись драконы?

- Драконы? - Впервые выражение лица Софии дрогнуло, - Ты уверена, Эллен?

- Я сама сразила Земляного Арифалом, - кивнула она, - А Тигре убил Виверну.

- Но как? - Широко распахнулись на меня зелёные глаза девушки.

- Тварь мною, кхм, подавилась.

- Подавилась?

- Тигре скромничает! - С лисьей ухмылкой вклинилась Эллен, сверкая глазамирубинами. - На самом деле, видя, что честная сталь не в силах пробить чешую дракона, он самоотверженно прыгнул чудищу в пасть и ударил своим мечом в незащищённое нёбо!

София в изумлении прикрыла рот ладошкой.

Я обречённо склонился над столешницей и устало зажмурился: "Да. Можно сказать и так."

- Ладно, Софи! - Привстала Элеонора, явно довольная произведённым эффектом, - Хочешь поиграть с Луни?

- Он с тобой?! - Просияла та.

- Ага, никак не мог успокоится, пока не взяли его вместе с нами. Ну так что?

- Конечно!

- Тигре?

- Я тебя потом найду.

Чувствую, я буду там лишним. До сих пор не пойму, чего эта рептилия так ко мне привязалась? А главное - с чего это мы считаемся с капризами домашней зверушки? ...Даже если однажды он и вымахает до размеров взрослого дракона.

Я остался в беседке один, наслаждаясь приятной, спокойной тишиной и с ностальгией вспоминая Эльзас и прошлые пару лет, когда самыми насущными из стоящих предо мной вопросов были "существую ли я" и "быть или не быль", а затем "что бы сожрать сегодня на ужин."

Надеюсь, эта Обертас действительно на нашей стороне и сможет помочь хоть чем-нибудь, хотя бы информацией. Лишним уж точно не будет.

Кстати, интересно, как там Тита? Не смотря на жаркие протесты, мною было принято волевое решение оставить девочку в графстве, обосновав это необходимость оставить надёжного человека "на хозяйстве." Отчасти это было правдой, поскольку Батрана я забирал с собой и, вернись старик Массас или ещё кто в Эльзас и застань они там знамя Дзктеда над моей резиденцией, да Лимлишу в придачу, так проблемы были бы обеспечены. Титу же знают достаточно хорошо, чтобы поверить ей на слово. К тому же, она приходится внучкой нашему жрецу и сама вроде как должна была стать жрицей, но эту историю в подробностях я не знаю. В общем, некоторый авторитет, подкреплённый оставленным мною письмом, а главное - моим доверием, у девочки был. Но основной причиной оставить её дома была банальная жалость. Наш небольшой отряд собирался в путешествие ставя в приоритет скорость, а не комфорт, и я совершенно точно не желал на долю Титы всех тех дорожных невзгод, к которым сам уже начинал постепенно (и против собственной воли) привыкать.

- Признаться, не думала встретить Вас вновь, граф Ворн. Тем более, при подобных обстоятельствах.

Смутно знакомый голос едва не заставил меня вздрогнуть, вырывая из глубокой задумчивости, но, видимо, я и самом деле начиная привыкать к подобным вещам, поскольку появление предо мной Людмилы Лурье было воспринято как нечто практически ожидаемое.

Вполне возможно, ещё один смертельно опасный противник.

Вежливо поднявшись, я коротко поклонился: "Госпожа Ванадис."

Всё те же невозможно-голубые волосы и пронзительные синие глаза, разве что её платье имело несколько более нарядный и формальный вид, чем то, которое я видел во время нашей короткой встречи в Лейтмерице.

- Я искала встречи с Ванадис Вилтарией, но будет даже лучше, если мы с Вами сможем поговорить без свидетелей и прочих... помех.

Против воли я покосился на её Орудие Дракона в виде копья с ледяным навершием. У меня не было причин сомневаться ни в магических свойствах этой штуки, ни в умении Ванадис им пользоваться.

Если Людмила мой взгляд и заметила, то предпочла не подавать вида.

- Очень хорошо. Сок? - Вспомнил я про всё ещё наполовину полный кувшин.

- Нет, благодарю. Вы позволите? - Кивнула она на место напротив и, не дожидаясь формального согласия с моей стороны, опустилась на скамью. - К тому же, Вы и сами не самый большой поклонник этого напитка, не так ли?

- И что же меня выдало?

Сок я не то, что не любил, но испытывал некоторые граничащие с паранойей сомнения относительно соблюдение его производителями санитарных норм. К чёрту, с вином как-то спокойнее.

- Три бокала, - ровным голосом подметила она очевидное, - И только один чистый. Элеонора была здесь вместе с Софией Обертас, не так ли? Это она особенно любит яблочный сок.

Мне оставалось лишь смущённо прокашлять в кулак.

- Вы знаете, в иной раз я бы с радостью предложила бы Вам чашечку чая, но я готовилась к королевскому приёму, а не задушевным разговорам, так что придётся обойтись без него.

...То есть, обычно чай всегда при ней? Стоп.

- Чай?

- Вы ценитель? - Проявила интерес Людмила.

- В некотором роде, но в моих краях трудно найти импорт, а в Ницце я бываю нечасто.

На самом деле никогда, да и про существование в этом мире чая я узнал только что от неё самой, но не суть.

- Понимаю, - кивнула синеглазая Ванадис, - К сожалению, даже мне приходиться выписывать чай у крупных купеческих домов в столице, но в целом в Дзктеде этот напиток достаточно известен. Если бы я знала, что найду у Вас понимание, то непременно захватила бы что-нибудь из своей коллекции.

- И сколько, если не секрет, стоит, скажем, пуд этого удовольствия?

- Зависит от сорта. Если Вы не особо привередливы, то сорок копеек.

Сорок копейных монет. Не сказать, что нереально дорого, как за шестнадцать килограмм, но ведь речь идёт об обычном чае...

- ...Да, жаль, что не захватили.

Уголки губ Людмилы самую малость приподнялись, показывая, что она оценила неловкую шутку.

- Чай везут из далека, да и налогом он облагается особенно. Но хватит о постороннем. Как бы мне не хотелось продолжить обмен любезностями, обстоятельства диктуют обратное, граф. Кажется, в нашу прочую встречу я сказала, что Ваше упрямство Вас же и погубит.

Я уже и не помню содержание той беседы дословно, но смысл был примерно такой, да.

- Признаться, я и не представляла, что Элеонора зайдёт настолько далеко ради Вас, граф Ворн. Мне стало любопытно, что же в Вас такого особенного?

- И что же?

- Не знаю, - резко отрубила она. - Возможно, Вы и производите не самое худшее впечатление, но это ни в коем случае не оправдывает её безрассудных решений. То же я могу сказать и о Вас. Вы думаете, своими действиями Вы защищаете своих людей? Выполняете свой долг? Это благородная цель, граф, но только если у Вас были бы шансы на успех. В противном случае, это не благородство - это глупость.

-...Не сочтите за дерзость, но Вы высказывали сомнения на счёт моих шансов и раньше.

- И была не права, признаю, - холодным тоном согласилась она, - Но на вашем месте я бы не рассчитывала на слова Его Величества слишком сильно. Он мудрый правитель и будет в первую очередь смотреть на выгоду государства. Или, быть может, Вы надеитесь и дальше прятаться за Ванадис Элеонорой?

- Вы хотите сказать, что не позволите этому случится? - Прямо спросил я.

- Именно. Не позволю, поскольку это не в моих интересах, - прозвучал столь же открытый ответ. - Я не думаю, что у Вас получится победить герцога Тенардье, граф. Вы и сами должны это понимать. Но мне хотелось бы спросить ещё раз, оглядываясь назад - оно того стоило? Вы жалеете, что не приняли его предложения, когда ещё могли?

Её взгляд был необыкновенно тяжел и строг, как будто и не было ещё минуты назад непринуждённого разговора о мелочах жизни. Я чувствовал себя, словно на меня направили метафизический клинок, неуютно и небезопасно... и внезапно я понял, почему.

Она была полностью, на все сто процентов уверенна в собственной правоте. Вот почему она смотрела на меня с таким высокомерием - как на деревенщину, не способного отличить реальную жизнь от куртуазного романа.

Задумавшись над ответом я провёл пальцами по вспотевшему на жаркой погоде лбу, подбирая правильные слова, пока не плюнул на это дело и не решил ответить более-менее честно. Я ведь не политик, вот ведь незадача. Я просто неудавшийся гуманитарий, не всегда способный с ходу вспомнить дату начала Второй Мировой.

- Возможно Вы и правы, - пожал я плечами. - Возможно, мне и следовало поступить по уму и согласится на сделку с герцогом. И тогда, кто знает? Если бы я лизал сапоги его сынишки достаточно усердно, то мог бы даже получить награду после победы. Земли, возможно даже

новый титул. Вот только... - перевёл я дыхание, - Вы знаете, не смотря на свои размеры, Эльзас довольно тесное местечко. Это не Ольмюц, и не Леймериц, и уж точно не Силезия. Каждое утро я просыпаюсь и пью молоко, которое приносит живущая улицей ниже старушка Эмма. Мне прислуживает только одна служанка, Тита, но мой особняк довольно небольшой и она со всем справляется. Во всей Целесте есть одна-единственная кормчая, принадлежащая хромому Моро. Его милая дочурка как раз готовится выйти замуж за сына мельника, не помню, правда, как его зовут, но дело не в этом. Дело в том, что в кормчей на всеобщем обозрении висят шкуры зверей, некоторых из которых добыл ещё мой дед, а жена нашего мельника готовит выпечку, которую потом продаёт на площади перед храмом.

Признаться, я ожидал, что Людмила перебьёт меня и потребует прекратить нести чушь, но вместо этого она внимательно слушала без единой эмоции на лице, словно ледяная статуя.

- Когда я прочитал послание герцога, я просто представил, как три тысячи грязных, голодных, маящихся от скуки в утомительных маршах воинов завалятся в городок, который не видит столько народу даже на осеннею ярмарку. Я представил, как они заберут себе их скот, хлеб, женщин, кров и оставят всех этих людей выживать грядущей зимой на своей же земле. Я представил, как буду смотреть на всё это и понял - я не смогу. Не смогу смотреть. Я не герой и не рыцарь в сверкающих доспехах, это уж точно, не защитник всех слабых и обездоленных. Но я не подлец.

Разозлённый собственными словами, я покачал головой и поднял взгляд прямо на Людмилу, смотря ей в глаза.

- Возможно, я слишком сентиментален. Возможно, это делает меня слабым или недальновидным графом. Возможно, мои действия только усугубят ситуацию. Возможно. Но знаете, что? Я так не думаю.

- И что же ты думаешь? - Прервала Ванадис долгое молчание, - Что может думать провинциальный граф, у которого нет ничего своего, достойного упоминания?

- Я думаю, что уж лучше быть глупым провинциалом, чем неблагодарным мерзавцем. А ещё я думаю, что Вы рановато списываете меня со счетов.

Она наградила меня прощальным взглядом - острым и... злым? Но почему-то я совсем не был уверен, что её злоба направлена на меня. Быть может, она злилась просто на вновь потраченное в пустую время? Или на всю эту безобразную и никому на самом деле не нужную ситуацию?

- Будем считать, что Вы утолили моё любопытство, граф. Вполне возможно, при следующей нашей встрече мы уже будем врагами.

- И я благодарю Вас за откровенность, Ваше Сиятельство.

- Прощайте, граф Тигревурмуд Ворн.

Она ушла, оставив меня в полном одиночестве. Журчал фонтан, светило солнце, зеленел вокруг ухоженный королевский сад, маячил перед глазами наполовину пустой графин с недопитым яблочным соком. Неторопливо оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости нет ни единого свидетеля, я с размаху ударил по сосуду, запустив тот в сторону мраморной колонны.

Можно подумать, я хочу этого! Можно подумать, мне недостаёт проблем! Можно подумать, я уже не навоевался! Можно подумать, у меня есть выбор!

Раздался звон разбившегося стекла. Липкая, рыжеватая жидкость стекающей к полу кляксой осталась на отполированной до блеска поверхности камня.

- Будь всё проклято!

Глава VIII

Мысль, которую нельзя назвать опасной, вообще не заслуживает названия мысли.

Оскар Уайльд

Сколько времени заняла у нас обратная дорога - даже не скажу. Было попрежнему скучно, уныло и тоскливо, а, когда пару раз нас в дороге настигал дождь, хотелось чуть ли не волком выть. Конечно, я был готов в любой момент признать, что основной причиной столь преотвратного настроения было не столько нудное путешествие, сколько нехорошее предчувствие чего-то тяжелого и мрачного, с каждым прошедшим днём всё сильнее давя на и без того натянутые нервы.

Ну, а если отбросить в сторону всякие нелепые метафоры, то я сильно волновался. Казалось бы, худшее позади и никакой непосредственной и сиюминутной угрозы нет ни мне, ни тому, что я потихоньку начинал считать своим, но... будущее виделось мне в довольно мрачном свете. Король Дзктеда предпочёл оставить ситуацию такой, какой она есть, и не двигать никаких фигур на воображаемой игральной доске. Меня не только не выдали Тенардье, но подтвердили мои права на Эльзас и даже обещали королевскую защиту. Причём если первое - безусловно хорошо, то вот со вторым пунктом всё не так однозначно. Своими действиями я фактически порвал с Брюном и, кто бы не победил в гражданской войне, про мятежного графа точно не забудут. С Ганелоном, возможно, ещё получится какнибудь договорится, хотя вряд-ли, но вот с его соперником - точно нет. Вот только и Его Величество Виктор так же не высказал желания принять мою присягу, во всяком случае, пока. Потом он может и изменить своё мнение, но что мне до потом? И эта его "защита", она короля ни к чему конкретному не обязывает, но только формализует ту помощь, которую Эллен и без того мне оказывала.

Вырвавшись из замкнутого круга начинающих приобретать откровенно параноидальный оттенок мыслей, я украдкой взглянул на сидящую напротив девушку. В полумраке постоялого двора, до которого мы едва успели добраться к сумеркам, её силуэт принимал сказочную иллюзию эфемерности, производя на меня странный эффект, словно бы подтачивая грани между явью и сном.

- Тигре? - Внезапно повела она в мою сторону головой, отчего грива серебряных волос слегка качнулась в такт лёгкому движению. - Ты ещё с нами?

Сначала я даже не понял, что девушка имеет в виду, но затем для верности пару раз моргнул, прогоняя дрёму, и тихо ответил: "Да, задумался просто."

- О своих дальнейших действиях? Ты уже решил, что будешь делать дальше? - Полусерьёзно спросила она, проводя ладонью по ножнам покоящегося у неё на коленях Арифала.

- Знаешь, пока вы с госпожой Обертас издевались над твоим ручным драконом, ко мне на разговор подходила Ванадис Лурье.

- Эта девчонка? Ну, полагаю, чего-то подобного от неё и следовало ожидать, - фыркнула Элеонора, ничуть не заботясь о том, что назвала девчонкой свою ровесницу. - И чего она тебе наговорила?

- Сказала, мол, мы теперь враги. - Пожал я в ответ плечами, не имея особого желания вдаваться в подробности. Мне они казались для этого слишком... персональными.

- Коротышка всегда любила потрепаться попусту. Я не стану говорить тебе не беспокоится на её счёт, но вот уделять её словам лишнее внимание точно не стоит. Если до этого дойдёт, то я сама ей займусь.

- Между вами что-то личное? - Решил спросить на всякий случай я.

- Хм? - Удивилась Эллен, - Личное? Да нет, в общем-то. Как бы это получше сказать, мы сразу друг другу не понравились? Она шумная и назойливая, вечно задирает нос и смотрит на всех свысока, а ещё постоянно талдычит о вежливости и манерах, хотя персоны чванливей я ещё не встречала.

- И... ты готова сражаться с ней?

- Немного поздно для таких вопросов, не находишь? - Шутливым тоном поддела она.

Но я не поддержал её веселья.

- Ты и без того едва вышла сухой из воды, а теперь ситуация усложнилась ещё сильнее.

- Волнуешься обо мне?

- Ты обещала помочь и я ценю это, но мне в последнюю очередь хотелось бы тащить с собой на дно ещё и... Ауч?!

Рукоять меча Ванадис больно ткнула меня под рёбра, прервав недосказанную фразу и едва не заставив осесть на пол.

- Ну что за отвратительный настрой. Ещё немного, и меня стошнит от твоей кислой рожи, - фальшиво проворчала она, при этом весело блестя алыми глазами, как после удачного розыгрыша, - Конечно, я не собираюсь воевать за "спасибо," но мы можем вернуться к этому вопросу когда у тебя будет хоть что-нибудь ценное. А пока же я просто выполняю волю Его Высочества Виктора. Серьёзно, уж не думаешь же ты, что я на пол пути возьму, и всё брошу? Хорошего же ты обо мне мнения!

...Я её решительно не понимаю. Сначала я думал, что она делает всё это от скуки, но теперь мне начинает казаться, будто я просто чего-то не знаю. Даже попытка представить себя на её месте ничего мне не дала, поскольку я твёрдо знал - на месте Ванадис я бы не вмешивался в войну, которую мог избежать и от которой больше не мог получить явных преимуществ.

- И всё же, какая тебе выгода? Зачем и дальше рисковать немилостью короля, если даже при самом благополучном для нас исходе, Эльзас достанется не тебе, а Его Величеству?

- А ты настырный, - нахмурилась девушка, притронувшись пальчиком к выбившимуся из причёски локону серебряных волос, но довольно быстро собралась с мыслями для ветреного ответа: - Хорошо, для начала, ты всё ещё должен мне выкуп.

- Выкуп? - Несколько растерялся я.

- Да, выкуп. Если уж наша сделка утратила силу и я не получаю ни тебя, ни графство, то я всё ещё в праве требовать компенсации и за твою жизнь, и за свои усилия, не так ли?

Я... был сильно не уверен, насколько её подход к проблеме был законен, справедлив или даже серьёзен, но вот озадачить Эллен меня сумела.

Разумеется, моё смущение не укрылось от внимания самодовольно кивнувшей девушки, явно сумевшей поднять себе за мой счёт настроение.

- Что же до короля, то он просто трусливый старик, - на удивление резко добавила она, - Скажи, Тигре, как ты думаешь, почему Виктор столь много позволяет своим Ванадис, хотя и боится каждого нашего шага?

- Он опасается вызвать внутренний раскол, если ваш престиж упадёт?

На самом деля я тоже был удивлён тем, насколько невнятными были действия, ладно на мой, но даже на её счёт. Не поощрил и не наказал, а просто оставил всё как есть, словно надеясь, что ситуация разрешится сама собой. С одной стороны, я его понимаю, но с другой - не слишком ли это нерешительно? Осторожность и предусмотрительность - это одно, но из-за своего нежелания раскачивать лодку он может однажды проснутся и понять, что больше не контролирует ситуацию в собственной державе, как это произошло с Фароном.

- "Опасается", да? - Спросила Эллен в никуда. - Тигре, ты знаешь, откуда берутся Ванадис?

При этих словах у меня возникло острое желание сумничать, но усилием воли я проглотил его и решил просто и без неуместных шуточек расписаться в своём невежестве: "Я читал, что девушка становится Ванадис, когда получает свой Драконий Клинок и остаётся ей, пока не погибнет или не лишится своего оружия, но в книге то ли не было подробностей, то ли я их упустил."

Она слабо улыбнулась и лёгким движением обнажила меч под аккомпанемент тут же пробежавшего по помещению игривого ветерка.

- Однажды Арифал просто появился передо мною.

-...Как это? - Нахмурился я, рассматривая голубовато-серебристый клинок.

- Вот так. Я проснулась, а он уже лежал рядом. Виральт, или Драконий Клинок, сам выбирает себе Ванадис и сам решает, когда Ванадис больше не достойна своего титула. Теперь понимаешь? Ванадис служат Его Величеству Виктору, как служили первому Королю-Дракону, но он не может ни снимать Ванадис с должности, ни назначать на её место новых. Почему Арифал выбрал меня? Я не знаю. Но, как видишь, покидать он меня пока не планирует. Верно, Арифал?

"Вжжжж" - с энтузиазмом ответил воздушный поток.

...Снова магия. Но это многое объясняет, разве нет? Короли приходят и уходят, но Драконьи Клинки остаются - материальное и видимое воплощение могущества Короля-Дракона, разделившего будущий Дзктед на семь частей и отдавшего их под управление Ванадис. Да, Принцессы Войны должны подчинятся Его

Величеству, но их Драконьи Клинки служат только самим Ванадис. На основе чего это волшебное оружие решает, что ему пора сменить владельца? Едва ли лишь согласно воле монарха, иначе и проблемы бы не стояло. Надо бы попытаться изучить этот вопрос подробнее, а пока... а пока выходит, что если бы Виктор публично и жестко осудил действия Эллен, а Арифал остался бы при ней, то в глазах многих это выглядело бы весьма интересно. Словно король не печётся о интересах государства.

- Погоди, то есть, ты с самого начала ничем лично не рисковала?! - Внезапно дошло до меня.

- Как сказать, - вернулись в глаза Элеоноры весёлые искорки, - Всё же я не могу видеть будущее, но зато я знаю Его Величество, да и Софи была рядом.

- Ты всё это время молча посмеивалась надо мною, не так ли? - Я зажмурился и положил ладонь на лицо, желая в этот миг буквально провалится от стыда под землю.

- Ну, было забавно наблюдать как ты волнуешься. - Внезапно она нахмурилась, - Но затем это стало раздражать.

Эллен вернула Арифал в ножны и, проигнорировав лавку, села прямо на затёртый пол, скрестив под собой ноги "по-турецки."

- И вообще, хватит уже дуться. Лучше, пока совсем не стемнело, разведи огонь и расскажи какую-нибудь историю. Ты обещал.

Пару секунд я ещё пытался вспомнить, действительно ли я обещал ей или нет, но затем мысленно махнул рукой на мелкие детали, ни коим образом не способные отвратить неизбежное и напряг память, вспоминая безжалостно исковерканную переводом рифму.

"Чей старый терем на горе крутой Рисуется с зубчатою стеной?

Бессменный царь синеющих полей,

Кого хранит он твердостью своей?.."

Серьёзно, такими темпами мой арсенал заученных от скуки и полузабытых от времени стишков вскоре подойдёт к концу. Что мне ей потом рассказывать? Хоббита?

***

Когда мы после многих дней тряски наконец добрались до Целесты, наш маленький отряд стал ещё меньше за счёт отделившейся вместе со своими сопровождающими Эллен, решившей не делать петлю и сразу завернуть в Лейтмериц - разрешить накопившиеся вопросы, заранее передав письмо с приказами для Лимлиши мне в руки.

Так что возвращался в графство я в компании пусть более скучной, но зато куда более тихой и спокойной, отчего успел расслабится и вполне ожидаемая, даже желанная встреча со старым знакомым практически у самых ворот города всё же застала меня врасплох.

- Лорд Родант! Как Ваши дела? Как здоровье? Как... э, домашние?

- Тигре, - сдвинул брови Массас Родант, граф Од. - Я не сержусь.

- ...Фьюх, - показушно выдохнул я, скрывая искреннее облегчение. - Так бы сразу и сказал, Старик! А то стоишь тут, хмурый, как грозовая туча. И подойти страшно.

Старый граф лишь покачал головой.

- Я не сержусь, поскольку ни в чём не виню тебя. Порой обстоятельства складываются таким образом, что нам приходится выбирать лучший вариант из худших. Однако, - взглянул он из-под густых бровей, - Никогда бы не подумал, что из-за лентяя вроде тебе мне придётся столько набегаться. Сначала твоё исчезновение, затем письмо с просьбой помочь собрать выкуп, потом я узнаю, что силы разом и лорда Тенардье и лорда Ганелона с небольшой разницей во времени выдвинулись на Эльзас, а когда я при первой же возможности и со всей возможной поспешностью прибыл в графство, меня встретил не ты, а армия Дзктеда под стенами Целесты и знамя Чёрного Дракона над твоей резиденцией.

Под стенами, а? Да старик не чужд лести!

- Кстати, о знамени. Батран!

- Милорд?

- Ты это, поменяй его пока обратно, на наше.

- Будет исполнено! - Лихо ответил верный слуга, явственно довольный такому повороту событий.

- Тигре, - ещё плотнее сдвинул брови Массас.

- Это долгая и запутанная история, - покосился я в сторону.

- Хорошо, пусть так. Долгая, так долгая. Скажи хоть, ты сам-то цел?

- Как ни удивительно.

Парой широких шагов граф сократил дистанцию между нами и коротко обнял меня за плечи, отчего я, не ожидавший подобного жеста, малость оторопел, после чего сказал мне: "Вот и славно. Это - самое главное, а уж остальное как-нибудь приложится. А сейчас," - встав рядом со мной, старик опустил одну руку, но другой внезапно стиснул моё плечо на дружественный манер, но так, что я не был уверен, что сумею вырваться при всё желании, - "А сейчас мы найдём кого-нибудь, кто позаботится о твоей лошади и вместе пройдём внутрь, где Тита накроет на стол и ты потихоньку, никуда не торопясь, расскажешь мне свою "долгую и запутанную" историю. Как тебе?"

...И почему мне кажется, что на самом деле у меня нет особого выбора?

***

- Лорд Тигревурмунд, - придерживая краешек юбки поклонилась Тита, одетая в неизменно-чистый и аккуратный наряд горничной, - С возвращением.

Столь холодное приветствие могло быть вызвано тем, что девочка всё ещё сердилась на меня за то, что я отказался брать её с собой, снова бросив одну в особняке, но подобное было не в характере Титы. Нет, официоз был вызван скорее общей прохладной атмосферой, повисшей в помещении.

Лимлиша - светловолосая помощница Эллен - сидела на оббитой мехом скамье и исподлобья взирала на нас с графом, являя собой образец холодной невозмутимости. Массас отвечал ей не менее тяжелым, но ещё более выразительным взглядом прищуренных глаз.

- Спасибо, Тита, - кивнул я девочке. - Будь добра, раздобудь нам перекусить с дороги, ладно?

Несколько ободрённая моим тоном, служанка направилась выполнять поручение, лишь у дверей на мгновение остановившись и бросив в мою сторону полный беспокойства взгляд, на который я преувеличено-весело подмигнул. Смущённая девочка быстро скрылась.

- Итак, полагаю, у вас уже была возможность познакомится? - Спросил я пару из графа и блондинки, поближе подвинув грубо сколоченный стул.

Старый граф вздохнул.

- Да, и чувствую, что настал хороший момент извинится за любые недопонимания, которые могли возникнуть между нами, - дипломатично извинился он, повернув голову к девушке, - Я признаю, что в нашу первую встречу был предвзят, и неверно оценил ту щекотливую ситуацию, в которой обнаружил себя по прибытию в Эльзас.

Лимлиша формально кивнула, никак не демонстрируя личное впечатление от слов Массаса.

- Сейчас граф Ворн с нами и Вы можете задать все вопросы ему лично. Но сперва мне нужно знать, какие вести граф привёз из столицы и где госпожа Элеонора?

- Кхм, Ванадис Вилтария вернулась в Лейтмеритц.

Вот это вызвало у неё реакцию.

- Вернулась?

- У меня письмо от неё в седельной сумке. Сейчас кликну кого принести.

- Позже, - быстро совладала с собой девушка. - Я знаю её достаточно, чтобы догадываться, что именно в нём написано. Рискну предположить, что аудиенция с Его Величеством прошла благополучно?

- Лучше, чем могло бы быть, но хуже, чем я надеялся, - пожал я плечами в ответ.

- Тигре, - грозно повёл бровями старикан Массас.

- Ну, честно говоря, я рассчитывал, что Его Королевское Величество признает нашу с Ванадис сделку, а ещё лучше - позволит преклонить колено перед ним самим.

От такой прямоты у Массаса глаза бы на лоб полезли... знай он меня хоть самую малость похуже. А так, он просто тяжело вздохнул и обречённо покачал головой. Лимлиша же отвернулась, прикрыв губы ладошкой и издав глухой неразборчивый звук, похожий на фырканье.

- Но, увы, - преувеличено серьёзно заявил я, - Король Виктор лишь признал мои права на Эльзас и обещал свою протекцию.

- Защиту? Защиту от кого? - Задал граф немаловажный вопрос.

- Защиту от тех, от кого меня решат защищать те, кто будет эту самую защиту осуществлять.

От произнесённой на одном дыхании тирады Лимлиша на секунду выпала в осадок, но более привычный к подобному граф лишь понятливо кивнул.

- Иными словами, речь идёт о Ванадис Элеоноре Вилтарии.

- Именно.

- И что же она получит в замен? - Продолжил граф, сразу отбросив варианты с чистосердечным исполнением королевской воли или, пуще того, добрососедской взаимовыручкой.

- Сначала речь шла обо мне самом, в придачу со всем графством, но затем король сказал своё весомое "нет." Так что, учитывая моё положение, - для вида задумался я, - Всё, что она только пожелает?

- Это... необычайно прямолинейно, - с какой-то странной обречённостью в голосе заметила Лимлиша. - Я думаю, госпожа Элеонора начинает дурно на Вас влиять, граф Ворн.

- Уверяю Вас, Лимлиша, молодой граф Тигревурмуд был таким задолго до встречи с Ванадис Вилтарией.

Старик и девушка переглянулись и дружно кивнули, явно придя к полному взаимопониманию.

- Мне стоит обижаться? - Приподнял я брови, пользуясь общей "оттепелью" в нашей небольшой кампании.

- А храбрости на меня обижаться хватит? - Парировал старый граф.

- Кхм-хм, - демонстративно прокашляла помощница Ванадис. - Вижу, Вы пребываете в приподнятом расположении духа, граф. Надо полагать, Вы уже знаете, что предпримите далее?

- Я уже имел на эту тему серьёзный разговор с Элеонорой. До тех пор, пока она остаётся верна своему слову, волноваться мне не о чем, - сказал я несколько более уверенно, чем чувствовал себя на самом деле.

- То есть, Вы собираетесь просто выжидать? - Похолодел тон Лимлишы.

- Ну почему же. Тенардье в ближайшее время не сможет собрать против меня ещё одну армию, - начал я издалека. - Для этого ему пришлось бы либо ослабить основную армию, либо ещё сильнее надавить на своих вассалов. Первое чревато потерей инициативы, второе - авторитета. Ганелон... если я правильно понял, то его армия отступила, как только стало ясно, что они уступают числом силам Тенардье, не так ли?

- Две тысячи против трёх, - тут же подтвердились мои сведения.

- Я не знаю, пришла ли этой парочке идея занять Эльзас одновременно, или же Ганелон лишь реагировал на действия Тенардье, но ни один из них не рискнёт воевать одновременно со своим соперником и мной. И, говоря, "воевать со мной", я имею в виду "воевать с Ванадис", - на всякий случай пояснил я. - Разумеется, актуальной такая позиция будет оставаться только до конца смуты. Рано или поздно, но трон найдёт своего владельца. А значит, - я весомо поднял палец, - Необходимо за оставшееся время укрепить наши позиции так, чтобы победителю пришлось с нами считаться. Я ведь могу говорить "нами", граф Массас?

- Разумеется, Тигре, - без колебаний сказал он. - Если бы я тогда не недосмотрел за тобой, то ничего этого бы и не произошло. Помогу, чем только смогу. И не только я - в стране хватает влиятельных людей, ещё не выбравших сторону.

Я с благодарностью кивнул, даже не скрывая, насколько рад поддержке. Эллен... всё ещё оставалась не до конца понятным фактором. Но вот Массас, старику я доверял лишь самую малость меньше, чем всецело.

- Никто не решится поддержать провинциального графа.., - начал я.

-...Но многие увидят выгодную для себя возможность, если за этим графом стоят король Дзктеда и его Ванадис, - закончил он за меня.

- Мне покинуть вас? - Вновь вмешалась оставшаяся в стороне Лимлиша.

- Не стоит, - отмахнулся я. - Едва ли здесь прозвучит что-то, что стоит держать в секрете от союзников.

- Ты уверен, Тигре? - Засомневался граф.

- Да.

- Тогда поступай, как знаешь.

- Как я уже говорил, - вернулся я к делу, - У нас есть лишь временная передышка. О разгроме армии герцога Тенардье в Эльзасе уже должно быть известно всему королевству, - при этих словах Массас согласно кивнул, - Будем ковать железо, пока горячо. Вот, что я предлагаю: Во-первых, приготовим послания для всех наших соседей, всех тех, кто может нам симпатизировать и кто просто готов слушать. Обвиним герцогов Ганелона и Тенардье в заговоре против Его Высочества принца и, в конечном счёте, против Его Королевского Величества с целью узурпации власти. Найдём свидетелей... ведь найдём же?

- Я подпишусь, - серьёзно кивнул Массас. - Подпишется лорд д'Авен и ещё пара лордов из тех, кто сражался вместе с нами на равнинах Данант и уцелел. Это те, в ком я уверен.

Д'Авен?

Как следует поднапрягши память, я вспомнил костлявого рыцаря, смахивающего на ходячее ископаемое, с которым мы познакомились в вечер перед боем. Так он жив, а?

- Вот и славно. Слухи и без того ходят, а мы их раздуем. Кого-то вовлечённость в это дело Дзктеда может отпугнуть, но мы будем настаивать на исключительно оборонительном характере наших взаимоотношений. Далее, мы должны публично заявить, что храним верность нашему горячо любимому королю Фарону и действуем в его интересах. Если станет известно о смерти короля, то мы будем настаивать на недопустимости признания богопротивного убийцы монархом, и предложим созвать ассамблею и выбрать нового правителя, как это делалось в древности.

- А твой союзник, Ванадис Элеонора, знает о твоих намерениях?

- Естественно. Я рассчитываю на её поддержку.

- То есть, она не против?

- Она в восторге.

- Вижу, вы и без меня уже всё продумали, - потряс головой таки попавший под впечатление Массас, - Хорошо, если Его Высочество жив и здравствует, но если, не приведи Перун, первый министр и впрямь скрывает случившееся с королём несчастье...

- Ну да, пути назад уже не будет совсем. Не только Тенардье, но и Ганелон станет нашим врагом. Однако, чем громче мы кричим, чем наглее наши лозунги, тем сложнее будет их игнорировать. Стоит собрать достаточно копий, и у нас появится надежда хотя бы на переговоры.

- И всё же я должен ещё раз попробовать получить аудиенцию с Его Величеством. Я объясню министру Балдуину всю серьёзность ситуации в королевстве. Ему придётся ответить. Мы не должны действовать опрометчиво, пока ещё есть шанс, что твои предположения ошибочны, - заявил Массас.

- Несомненно, - вздохнул я, - Но зачем же лично? Я не собираюсь терять тебя из-за призрачной надежды, что всё происходящее - всего лишь недоразумении.

- У меня хватает знакомых при дворе, Тигре, - улыбнулся граф краешками губ. - Всё будет хорошо. Я обещал тебе свою помощь и сдержу данное обещание. Но у меня всё ещё есть долг перед Его Королевским Величеством. Я должен хотя бы попытаться.

- ...Упрямый осёл.

- Нахальный щенок, - не остался он в долгу.

- Старый пень.

- Неблагодарный сопляк.

- Трухлявый чурбан.

- Безусый юнец!

По больному же бьёт!

Ещё пару секунд я метался в попытках найти подходящий эпитет, но, в конце концов признал поражение, всплеснув руками под насмешливый взгляд Массаса и неверяще-ошарашенный Лимлишы.

***

Ночь постепенно вступала в свои права и я, давно уже привыкший засыпать с закатом, с трудом преодолевал накатывающую волнами сонливость. Но, вопреки моим мечтам о тёплой кроватке, промасленный фитиль лампы горел, перо скрежетало по жесткой бумаге, а буквы одна за другой выстраивались в аккуратные ряды.

Перед убытием граф Массас успел оставить мне несколько рекомендательных писем и поставить где надо свои росписи, оставив заполнение многочисленных и однотипных бланков на меня. Я уже сбился со счёта, сколько раз переписывал один и тот же текст, меняя разве что имена, да названия земельных владений.

Было лишь три письма, которым я уделил особенное, тщательное внимание. Первое и второе были адресованы моим наиболее крупным северным соседям - графам Меца и Эно, без поддержки которых затея была бы обречена. К счастью, уже упомянутый сегодня днём Жерар д'Авен из Меца, как я помнил по нашей короткой встрече, был, мягко говоря, не в восторге от политики мятежников, а вот с предыдущим графом Эльзаса он состоял в хороших отношениях. С другой стороны, граф Эно, насколько мне известно, лежит чуть ли не на смертном одре, а его старший сын и наследник - тот высокомерный парень, столь нелестно отозвавшийся о моих рыцарских достоинствах - пал в бою смертью храбрых. На этом можно сыграть.

Да, с севером проблем быть не должно. Беда с югом. На юге у меня Теритуар со столицей в Бельфоре, владение виконта Хьюза Аугре, через которое прошло войско Зиона на пути в Эльзас. И я... понятия не имею, чего от него ожидать. По словам Массас, Хьюз один из его самых верных друзей, честный и благородный человек. Тем не менее, он был достаточно практичен, чтобы беспрепятственно пропустить идущую на Эльзас армию. Я не вменяю ему это в вину, ибо и сам поступил бы точно так же, но всё же... нанести, что ли, ему визит? Но ехать без большой свиты - страшно. Мало ли? Вот только моих людей в случае чего может оказаться недостаточно, а вид латников Дзктеда способен увести мысли виконта в неверном направлении...

А ведь есть и другие проблемы: целая толпа пленных, с которыми срочно нужно было что-то делать, проблемы поставок провианта для армии и небольшие группы дезертиров, которые ещё могли прятаться в лесах Эльзаса; наконец, Черный Лук, над которым я разве что не медитировал, да всё без толку!

Внезапно раздался стук в дверь.

- Милорд? Я могу зайти?

Тита. Что она тут делает, на ночь глядя?

- Я принесла Вам подогретого вина, чтобы лучше спалось.

- Да... спасибо, - отчего-то неуверенно промямлил я при виде этой девчушки.

- Вы же только вернулись, - мягко и ненавязчиво произнесла она. - Вам нужен отдых. Не стоит засиживаться допоздна. Чем бы вы не занимались, до утра работа никуда от Вас не убежит, милорд.

- Как только допишу, - заверил я горничную.

- Ну смотрите, я ведь зайду проверить. Не послушаетесь - будет Вам завтра хлеб чёрствый, да молоко кислое. А если придётся снова Вас будить, совсем без завтрака оставлю, так и знайте! - Пригрозила Тита напоследок, не иначе как выпуская всё волнение, накопившееся за эти тревожные дни. Какого ей было гадать, вернусь ли я из плена, с поля боя, из Силезии? С моей стороны было бы просто бессовестно злится на неё.

Она уже собралась было уходить, как я окрикнул девочку: "Постой! У тебя были проблемы, пока меня не было? Какие-нибудь происшествия в городе?"

- Нет, - замотала она головой, а затем кротко добавила: - Но, знаете, очень хорошо, что вы смогли благополучно вернуться. Всем сразу стало спокойнее. И мне тоже. А происшествия, - задумалась девочка, а затем принялась перечислять мне все мелкие бытовые неурядицы, накопившиеся в моё отсутствие. Все те незначительные проблемы, которые обычно разрешаются городским головой задолго до того, как я о них узнаю, превращаясь в обычные Эльзаские новости, иногда радостные, иногда забавные, иногда грустные.

Я слушал в пол уха, уделяя больше внимания движениям держащей перо кисти, но Титу это нисколько не смущало и она продолжала говорить, тихо и неторопливо, словно боясь отвлечь меня от моего занятия, которое сама же минуту назад призывала бросить.

Отчего-то на душе у меня было очень спокойно.

***

- Я удивлена, граф Тигревурмуд Ворн.

- Я тоже. Мало кто продолжает называть меня полным именем со столь впечатляющей непреклонностью.

- При нашей первой встрече, - как ни в чём ни бывал продолжила голубоглазая блондинка, - Вы не произвели на меня впечатление человека воинственного или амбициозного. Я ошибалась в Вас?

Разговор этот протекал несколько дней спустя, после того как я, решив не откладывать дела в долгий ящик, собрался навестить виконта Аугрэ, взяв с собой дюжину моих молодцов, разодетых в трофейные доспехи, да полсотни солдат Лейтмеритца, вместе с самой Лимлишей. Честно говоря, я предпочёл бы её обществу Рюрика, с которым не нужно было всё время держаться начеку, но она настояла на своём присутствии, сославшись на приказ Эллен "присмотреть за ним."

- Вовсе нет, - ответил я на её вопрос, - Человека миролюбивие меня ещё поискать, а моя главная амбиция - сделать достаточно, чтобы до конца жизни можно было ничего больше не делать.

- То есть, вы так желаете мира, что прилагаете все доступные Вам средства для разжигания пламени войны?

- Хочешь мира - готовся к войне, - привёл я древнюю мудрость. - Не я начал это безумие, но я постараюсь его закончить. Если нам сильно повезёт, то получится обойтись без лишней крови, а если нет, то я сделаю всё от меня зависящее, чтобы эти ублюдки прокляли тот день, когда вынудили меня пойти на них войной.

- Что ж, по крайней мере, Вы не глупец.

Ну вот и как на подобное реагировать?

- Эм, спасибо? Пусть в масштабах человечества конфликты и неизбежны, но для маленького графа в моём лице лучшая война - это та, которой не было.

- Но что ты будешь делать, когда победишь? Ты предлагал избрать нового короля, но ты ведь понимаешь, что соседние страны непременно попробуют вмешаться? Не только Дзктед, но и Захштейн, и Ашварре, и Мюзинель. Или ты сам метишь на престол?

- Пф! Кхаха! - Не удержался я, но быстро захлопнулся, опасаясь свалится с лошади.

- Я сказала что-то смешное? - На удивление беззлобно поинтересовалась Лимлиша.

- Да нет, я понимаю, со стороны мои действия вполне можно трактовать и в подобном ключе. Но это не так, - усмехнулся я, - Наверное я солгал бы, сказав, что никогда в жизни не мечтал о короне, но, эй, плох тот солдат, что не мечтает стать генералом.

- И в самом деле, - улыбнулась девушка в ответ. Наверное, впервые на моей памяти.

- Из меня получился бы отвратительный король. Я ленив, ненавижу принимать трудные решения и брать на себя лишнюю ответственность. Проще говоря, я слишком благороден, чтобы править спустя рукава, но недостаточно великодушен, чтобы всерьёз заботится о целой стране. Серьёзно, мне и одного графства за глаза хватает!

- А ещё Вы очень скромны, граф, - полушутливо заметила она.

- У всех свои недостатки.

Интересно, с чего вдруг она..?

- Милорд!

- Батран? - Немедленно узнал я всадника, столь внезапно прервавшего мои размышления о Лимлише.

- У меня важные сведения, милорд граф!

Выслушав слугу, я едва сдержал так и просящееся наружу ругательство. Нет, ну что за непруха!

- Привал, - лаконично бросил я Лимлише. Она не стала возражать, не меньше меня раздраженная совершенно неожиданно возникшей перед нами проблемой, и с присущим ей спокойствием отдала соответствующее распоряжение.

- Веди, Батран. Хочу посмотреть на них.

Спрыгнув с коня, я оказался почти по пояс в густой траве, которой обильно поросла пойма одного из многочисленных притоков Рейна. Места тут были всё ещё достаточно дикие, а над нами всё так же нависали Вогезы, но уже к югозападу отсюда, буквально в нескольких часах пути начинались роскошные поля и пастбища Теритуара, обилием которых виконтство выгодно отличалось от куда более сложного рельефа Эльзаса. Соответственно, и населёно владение Аугре было куда более плотно.

Чуть выше по течению, например, должна была располагаться небольшая коммуна Фульрен, от которой уже можно было выбраться на дорогу до Бельфора, ведущую ещё через несколько больших и малых населённых пунктов. Само собой, желания тащится через дебри и ночевать под открытым небом дольше, чем это необходимо, у меня не было совершенно, так что небольшой крюк, который нам придётся в итоге сделать, меня особо не смущал. Оно того, чёрт возьми, стоило. Так я думал ещё минуту назад. Закон Мерфи во всей своей красе, а?

Вскоре передо мною предстали трое наших дружинников, в одном из которых я узнал Луиса, а вот двое других были мне знакомы довольно смутно. Во всяком случае, их имена я помнил 50/50, то если либо правильно, либо неправильно. Как повезёт.

- Милорд граф, - угрюмо кивнул мне Луис.

Хмурый вид плохо вязался с его обычным бесшабашным настроем, так что я с сожалением оставил надежду на то, что это всё - просто недоразумение.

- Батран сказал мне, что вы были в деревне?

- Вот они были, - кивнул Луис в сторону пары охотников. - А я так, краем уха слышал. Когда они, стало быть, Батрану всё пересказывали.

Людишек Батран отправил до Фюльрена, чтобы предупредить крестьян о шести десятках вооруженных до зубов лбов, которые скоро гульбой завалятся к ним в гости, при этом не шибко заботясь о мнении самих жителей.

Как оказалось, предупреждать было больше некого.

***

- Вот же дерьмо.

- Привыкайте, граф. Проявите твёрдость. Человеку Вашего положение надлежит подавать пример своим людям. Если Вы будете выглядеть испуганным, то в Вас быстро разуверятся.

- Я не напуган. Я зол.

В отличии от меня, Лимлиша явно была к подобному привычна и почти не переменилась в лице, разве что хмурясь ещё более сурово, чем обычно. И я действительно не был напуган - в конце концов, не так уж и сложно быть храбрецом в окружении нескольких десятков солдат.

У жителей деревни этой роскоши не было.

Я уже успел насмотреться на смерть, но всё больше являясь непосредственным участником событий, когда сердце стучало в ушах, а кровь пылала ищущим выхода адреналином. Смотреть же на старуху с тянущимися следом выпущенными кишками мне ещё не доводилось.

Почувствовав, как к горлу подкотил вязкий ком, я торопливо отвёл взгляд и постарался вернуть лицу непроницаемое выражение.

- Живые есть? - Спросил Батран стоящего рядом ополченца.

- Ежели и были, то разбежались давно, - ответил тот. - А так - ни единой живой души.

Слова Эльзасца прозвучали довольно зловеще, но были недалеки от истины.

- Эй, Батран, а сколько тут должно было быть жителей?

Старый слуга немного молча пошевелил губами, а затем уверенно произнёс: "Семнадцать дворов, милорд. Человек под сто и было."

А трупов намного меньше: Старики, дети, несколько взрослых мужчин.

- Я не знала, что у Вас по соседству орудуют разбойники, граф Ворн.

- Я тоже.

- А это и не наши, зуб даю, - вдруг подал голос Луис и смачно сплюнул на землю. - Смотрите, как у покойников рожи распухли - дня два уже лежат. Ежели бы кто убёг, то вернулись бы своих в землицу по божески уложить. А раз не вернулись, выходит, душегубы как бы не всех переловили.

Батран согласно кивнул: "Луис прав, милорд. Нападавших было много и орудовали они умеючи. Кто драться пытался, от кого проку не было - тех порубили, а остальных в полон угнали. У нас таких лиходеев отродясь не водилось."

На этом мрачные открытия не закончились. Буквально через пару минут один из латников Лимлишы заметил на спине одного из трупов странную рану.

- Стрела вошла глубоко, до самой кости, - со знанием дела пояснил он. - Её потом ножом выковыривать пришлось, чтобы наконечник не соскочил.

- Стреляли из арбалета, - предположил я.

- Скорее всего, - согласилась Лимлиша.

Твою же мать.

Арбалет - это не гнутая ветка и тетива из подручного материала. Арбалет - это дорогое и труднодоступное оружие, которое нельзя собрать на коленке или купить у первого встречного охотника.

Короче говоря, вполне возможно тут поработали выжившие из войска Зиона, поддавшиеся романтике большой дороги, а, значит, в случившимся есть и доля моей вины. Что ж, бывает, рыдать в подушку не стану... но и приятного мало.

- Тела - собрать и сжечь, - наконец скомандовал я. - Батран, отправь кого-нибудь узнать, в какую сторону они ушли.

- В сторону границы, милорд. К Вогезам.

Значит, уже узнал. Будет, что сказать Аугре при встрече. Большая, хорошо вооруженная и организованная банда у меня под самым боком. Как будто и так проблем мало.

- Я против, - неожиданно возразила Лимлиша. - Мы просто зря потеряем время. Если покинем деревню прямо сейчас, то до заката ещё успеем пройти дюжину вёрст.

- А их, что же, зверью на растерзание? - Еле слышно пробормотал в бороду Батран, но воительница услышала.

- Этим несчастным мы уже ничем не поможем. Прискорбно, но подобные вещи случаются на войне постоянно.

- Мы сожжем тела, - надавил я, заглянув девушке прямо в глаза. - Это не займёт много времени. А уже затем двинемся к Бельфору. Напрямик. С охранением. Надеюсь, с гонцом всё в порядке и виконту про нас уже известно.

Лимлиша недовольно засопела, но возражать не стала, видимо сочтя, что оно того не стоит.

- Опасаетесь засады, граф Ворн? - Вместо этого спросила она. - У нас сильный отряд. Даже если они о нас узнают, то едва ли решаться напасть.

- Так-то оно так, но мне вот что кажется странным...

- И что же?

- Наглость.

- Наглость? - Спросила Лимлиша и тут же замерла, видимо поняв мою мысль.

- Эти молодчики не просто обложили деревню налогом или совершили налёт - они обчистили тут всё, пардон, подчистую. Они не боятся, что о них узнают, и никуда не торопятся. Кроме того, зачем им пленники? До Мюзинеля отсюда топать и топать, да там их и самих закуют в цепи, за компанию. Значит, брали для себя. Вот я и думаю - уж больно они самоуверенны.

- ...Вам когда-нибудь говорили, что Вы - довольно скользкий тип, граф?

Скользкий тип? Это я-то?!

- В Ваших словах есть смысл, - после некоторых колебаний продолжила девушка. - Так что я не стану принимать их за отсутствие веры в способность меня и мои людей обеспечить Вашу безопасность. Но, поверьте моему опыту - устроить удачную засаду на хорошо вооруженный конный отряд совсем не просто. В нашей ситуации промедление может оказаться куда страшнее надуманных опасностей.

Что ж, логично.

Я кивнул головой в знак согласия.

***

Лимлиша оказалась права - дальнейший путь в самом деле прошел без происшествий и следующим вечером их уставший отряд достиг столицы Теритуара.

Город меня особо не впечатлил - та же большая деревня, что и у меня самого, только с замком. Вот замок был крут, да. В смысле, относительно моего поместья. Да и деревня побольше... раз эдак в пять. И это - не учитывая посада и выселков.

Нас действительно ждали, так что в город мы попали без вопросов, а вот в замок пустили лишь меня, Лимлишу, Батрана, да ещё пятерых телохранителей. Вроде бы немало, но, оказавшись во внутреннем дворе замка, под давлением высоких каменных стен, я вдруг почувствовал себя до крайности уязвимым. Вели Аугре сейчас опустить решетку на воротах, и нас можно будет перестрелять, как напуганных куриц.

Мне оставалось лишь надеяться, что Массас не ошибся в оценке своего приятеля виконта.

Сама встреча состоялась не в донжоне, но в небольшом, но довольно уютном домике, в котором я ни за что не признал бы обитель местного феодала. Даже мебель, и та была довольно обычной, что, право же, освежало, а то после дворцов Лейтмерица и Силезии я уже начал было испытывать чувство собственной неполноценности. Но нет - не у меня одного нет бархатных кресел и золотой посуды!

- Ну, здравствуй, Тигре, - поприветствовал меня лежащий в постели мужчина лет пятидесяти-шестидесяти. - Ох, прости мне мою неучтивость, ты ведь теперь граф Тигревурмуд Ворн.

Виконт был бледен и худ, но кажущаяся слабость тела ничуть не притупила его внимательный взгляд.

- Виконт Хьюз Аугре. Прошу прощения за столь неожиданный визит. Я не знал, что Вам нездоровится.

- Ну же, не стоит, - улыбнулся он тёплой улыбкой, которая, впрочем, не смогла растопить его пристального взгляда. - Я ведь ещё помню, как ты пускал слюни в этой самой кровати каждый раз, как навещал меня со своим батюшкой.

...Снова это неловкое чувство, словно мне тут не место.

- Увы, те времена прошли, - вздохнул виконт. - А что теперь? Война да смута. Но тебе, должно быть, не интересно выслушивать ворчание старика. Лучше представь мне эту прекрасную даму. Неужели она и есть знаменитая Ванадис?

- А! - непроизвольно вырвалось у меня. И в самом деле, это я сглупил. - Прошу прощения. Это Лимлиша, она командует оставшимися в Эльзасе войсками Ванадис Элеоноры Валтарии.

Лимлиша состроила серьёзное (серьёзнее, чем "по умолчанию") лицо и молча поклонилась.

- Дзктед, да? - Вздохнул виконт. - Массас описал мне твои обстоятельства, да я и сам ещё не слеп и глух. Воистину, трудные времена настали, если подданным короны, столкнувшись с несправедливостью, приходится просить помощи у иностранного монарха.

- Тогда Вам известно, зачем я здесь. - Возможно я и был излишне прямолинеен, но лучше сразу узнать позицию виконта, и уже исходя из неё начинать убеждать, торговаться и искать компромиссы.

- Известно, - подтвердил он. - Но время уже позднее, а вы наверняка устали с дороги. С моей стороны будет невежливо и дальше отказывать вам в гостеприимстве. Поговорим о делах завтра, а пока - вам покажут ваши комнаты и принесут ужин. Располагайтесь и чувствуйте себя как дома.

- Благодарю, виконт. Мы с радостью воспользуемся Вашим предложением, - искренне поблагодарил я, поскольку последние несколько дней только и мечтал, что о тёплой кровати и нормальной еде. Даже моя паранойя немного улеглась - желай Аугре разделаться с нами и преподнести мою голову герцогу, он наверняка мог бы сделать это и менее изощрённым способом.

- А ты изменился, Тигре. Возмужал. - Сказал он в догонку.

- Виконт?

- Ты держишься серьёзно и уверенно, как настоящий лорд. Урз гордился бы тобой.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, какого Урза он имеет в виду. Урз Ворн, отец Тигревурмуда.

Мне было слишком неловко, чтобы придумать достойный ответ.

***

Этой ночью сон никак не шел ко мне. Странное состояние, когда тело требует отдыха, а сознание никак не хочет вырубится и позволить мозгу заняться своей ночной химией.

Я винил во всём незнакомую обстановку.

А затем, без предупреждения, как это обычно и бывает, я провалился в сновидение.

Тьма столь плотная, что она стелилась подобно дыму, беззвучно звеня в холодном свете полной луны. Я стоял на холме из человеческих тел, по которому вниз стекали ручьи тёмно-алой крови, но в воздухе стоял не едкий металлический запах и не вонь разложения, но нежный аромат белоснежных ночных цветов, распустившихся между сотен тысяч обезображенных трупов.

Так отвратительна/восхитительна была Тьма, смеющаяся надо мной серебряным перезвоном Смерти.

Я проснулся и резко привстал на кровати, но, ещё до того, как мой корпус мог принять горизонтальное положение, у меня перед глазами вспыхнули звёзды, а в ушах загудело от болезненного столкновения моей черепушки... с чьей-то ещё.

Не смотря на давно вступившую в свои права осень, лежать под одеялом было довольно жарко, так что я не стал закрывать на ночь ставни и лунный свет позволил мне в общих чертах разглядеть визитёра.

Сначала мне показалось, что это был ребёнок, но один взгляд на

непропорционально большую голову и короткие конечности убедили меня, что передо мной - карлик. Карлик, который уже пришел в себя и тычет в мою сторону хищно блеснувшим во мгле кинжалом.

Удар был хорош и вполне мог бы достичь цели, наноси его, ну, кто-нибудь повыше ростом и потяжелее телом. А так, я с силой разогнул ногу, отбрасывая убийцу назад прежде, чем до меня могли дотянуться его коротенькие ручонки.

Видя, что этот тип явно не собирается утихомириваться, я схватил первое, что попалось под руку, и даже не удивился, когда этим "первым" оказался неведомо как оказавшийся рядом Черный Лук... к которому у меня не было с собой стрел.

Если бы существовал конкурс на самую бесполезную вундервафлю в истории!..

Эта мысль, впрочем, не помешала мне воспользоваться оружием, которому, благодаря острым шипам на плечах, была отведена роль импровизированного копья, и ткнуть им карлику куда-то в район лица. Увы, но мимо глаза я промахнулся и всего лишь вспорол негодяю щёку, вызвав короткий вскрик боли.

Распахнулась дверь и в проёме показался ещё один силуэт, уже нормального роста, по всё ещё едва ли настроенный по отношению ко мне дружелюбно.

Скорее всего, сообщник, следивший за коридором.

Вашу ж мать!

Удивительно, но на принятие решения ушло меньше секунды. Разумно сомневаясь в своих навыках фехтования луком, я рванул к расположенному буквально в шаге окну, распахнул ставни, и с голой задницей спрыгнул на карниз, во всю мощь лёгких вопя: "Караул!!!"

Да, не очень по-графски, но в тот миг мне было плевать от слова "совсем."

Где-то недалеко залаяла собака, которой вскоре завторила половина города. Я сорвался с карниза. К счастью, падать было невысоко и я отделался парой ссадин, на которые даже не обратил внимания. Куда больше мой на удивление резво работающий мозг заняло другое - факелы у караулки и у ворот были погашены.

Не может же такого быть, что незаметно перебили весь гарнизон? Или виконт всё же предал меня? Не важно, поскольку в обоих случаях я обречён. Нет, лучше исходить из того, что убийцы проникли незаметно и мне нужно лишь не сдохнуть в ближайшие пару минут, пока на крики и лай не сбегутся люди. Блин, надеюсь, в суматохе не возникнет никаких недоразумений!

Придя к такому выводу, я принялся шустро шарить глазами по двору, ищя, где можно спрятаться с наименьшей вероятностью нарваться ещё на одного ассасина. И нашел, причём как раз во время.

Стоило мне сделать первый шаг, как со стороны ворот прилетела стрела, звонко стукнувшись наконечником в каменную стену за моей спиной.

Ну надо же, выходит, темнота всё же на моей стороне! И, хотя наличие у троицы убийц стрелка сильно понижала шансы на успех моего и без того до ужаса нелепого плана, у меня не оставалось времени придумывать нечто более адекватное.

- Караул, мать вашу за ногу!!

В нескольких метрах от меня располагался замковый колодец. Я видел, как из него набирают воду для коней и знал, что он не особо глубок, так что "смело" подскочил к нему, схватился за оббитое железными обручами ведро, и сиганул вниз, заставив бешено вращаться не предназначенный для столь экстремального применения вертел.

Х-холодно! То есть, естественно колодезная вода будет холодной, но если я переживу эту ночь, а потом загнусь от пневмонии - вот будет потеха-то!

Лай собак не прекращался, но, казалось, только прибавлял в интенсивности и к нему стали примешиваться другие звуки, вроде ворчливых прикрикиваний и прочих шумов медленно просыпающегося замка.

Но вдруг у оголовья колодца зажегся факел, осветивший закрытое черной маской лицо. Даже два лица, среди которых, к мелькнувшему у меня сожалению, не было карлика.

Но... что это ещё за грёбаные ниндзя?! Не знаю даже, хватало ли им света для того, чтобы рассмотреть меня на дне колодца, но на всякий случая я всё же демонстративно оттопырил средний палец, не забывая при этом держать ведро вперёди себя на манер щита.

Тренькнула вонзившаяся в древесину стрела. За ней вторая. Лучник потянулся было и за третьей, но его товарищ положил тому руку на плечо и покачал головой. Факел погас и ночь вернулась в свои права.

Через пару выжданных мною для верности минут, снаружи двор наполнился топотом и гомоном, который может издавать только куча сонных и сбитых с толку людей, понимающих только, что что-то происходит, но не имеющих не малейшего понятия, что же именно. Впрочем, совсем скоро хаос наверху всё же принял более упорядоченную форму и я решил, что время явить себя народу, попытавшись в процессе сохранить хоть каплю достоинства.

Обречённо крякнув, я ухватился за верёвку, оперся ногами о стенку колодца, и начал восхождение обратно, наружу.

- Где граф? Я спрашиваю, что с графом Ворном, мразь?! - Донеслось до меня.

- Госпожа Лимлиша, прошу, успокойтесь... я не знаю, что произошло, но...

- Уверяю тебя, виконт, я совершенно спокойна. Или ты думаешь, что раз я женщина, то сразу дура? Если с Ворном что-нибудь случилось, будь уверен, я заберу твою голову, даже если это будет последним, что я сделаю в этой жизни! А пока ты останешься здесь, на этом самом месте!

Хех, да я популярен! Но если серьёзно, то голос Лимлиши и в самом деле звучал предельно спокойно, что непрозрачно намекало на серьёзность её намерений. Надо бы поспешить, пока они действительно не переубивали там друг друга.

Наконец, я добрался до края колодца, и выглянул во двор, который теперь освещало не меньше дюжины факелов.

Виконт Хьюз, судя по всему, был буквально вытащен из постели и поставлен на колени посреди собственного замка. Лимлиша, в одной ночной рубашке, но с мечом, держала лезвие последнего у горла виконта. Пара Эльзасцев и солдат Дзктеда стояли рядом, выстроившись в полукруг, и грозили самым разным оружием - от ножа до табуретки - окружившим их людям Аугре. Батран тоже был тут и выглядел чертовски нервно, словно всё хотел куда-то сорваться, но не знал куда. В стороне от массовки валялось закутанное в чёрную ткань тело, на обнаженной руке которого в неровном свете можно было различить татуировку в виде переплетённой цепи.

- Спрашиваю ещё раз...

- Приятно знать, что меня тут так ценят, - прервал я воительницу...

Десятки глаз повернулись в мою сторону, медленно округляясь от сюрреалистического зрелища выползающего из колодца голого графа.

-...Но я бы сейчас предпочёл тёплый плащ и вино. Много вина.

Глава IX

Никогда столько не лгут, как во время войны, после охоты и до выборов.

Отто фон Бисмарк

Через Вогезы проходило всего несколько дорог, связывающих вместе Брюн и Дзктед. Дороги эти не пользовались популярностью, поскольку торговцы обычно предпочитали более длинные, но несомненно более удобные и безопасные северные маршруты, а потому представляли они собой полузаросшие и зачастую позабытые тропы, змеями петляющие между гор и горных перевалов.

Одна из таких дорог располагалась на юге Теритуара, карабкаясь по холмам и пересекая перевал, и теряясь где-то глубже в горах. Когда-то перевал этот охранял хорошо укреплённый форт, но нынче никто из местных жителей не мог даже вспомнить кем он был построен, и уж конечно никто не спешил предъявлять свои претензии на давно покинутые развалины.

А потом в эти края пришел Дональбейн.

Жизнь наёмника далеко не сахар, но всё же в желающих испытать свою удачу недостатка не было. Кто-то наслушался трактирных баек и искал ратных подвигов и славы, кто-то надеялся быстро разбогатеть, кто-то бежал от своей старой жизни или даже от закона, услышав, что в наёмных отрядах не принято выдавать своих.

Молодые, голодные, обиженные - со временем они либо умирали, либо возвращались домой после первой же битвы, либо со временем превращались в настоящих головорезов, способных не моргнув глазом выпустить кишки ближнему своему, да прямо тут же справить тризну по покойнику его же вином и харчами.

Дональбейн был как раз из такой породы. Несмотря на относительную молодость, он был жесток, хитёр и бесчестен ровно настолько, насколько только можно ожидать от человека его рода деятельности.

Ещё совсем недавно у Дональбейна был свой отряд, капитаном которого он был выбран после того, как его предшественник решил уйти на покой, у него была репутация и были контракты, и четкий план на будущее. Работы тоже хватало - Принцессы Войны часто враждовали между собой, а князья и графы вели свои закулисные игры, так что отряд профессиональных солдат частенько приходился к месту, когда кто-либо из крупных игроков хотел бросить профессионалов на чужие мечи, либо просто желал сделать грязную работу чужими руками. А козлов отпущения лучше грязных наёмников нужно было ещё поискать.

До поры до времени дела шли хорошо - пока однажды, как это обычно и бывает, военная удача не отвернулась от него.

Так уж заведено, что многие наниматели имеют отвратительную привычку ожидать, что затраченные ими на наёмников средства будут отработаны, и без зазрения совести бросают их на самые сложные цели. Набеги на вражескую территорию, взятие крепостей, передний край любого сражения... Кроме того, благородные господа часто полагают, мол, благородство это прерогатива людей благородного происхождения, а быть честным с наёмником - это всё равно что метать бисер перед свиньями.

Во время последнего контракта наниматель использовал отряд Дональбейна как живой щит от кавалерии, а когда капитан вместе с остатками своего отряда потребовал платы, то просто велел тому убираться прочь, покуда цел.

Это был не первый подобный пример на памяти наёмника, но первый, поставивший отряд на грань роспуска. Их теперь было слишком мало, чтобы надеяться урвать хороший контракт, а присоединиться к кому-нибудь ещё означало, что Дональбейну придётся распрощаться со своей капитанской должностью, к которой он уже основательно успел привыкнуть.

Но самое главное - ему надоело рисковать своей жизнью ради других. Нет, решил Дональбейн, отныне он будет проливать кровь лишь за себя самого. Вот почему одним тёплым вечером он собрал четыре десятка оставшихся с ним парней и объявил, что они уходят на вольные хлеба.

В этой ситуации не было ничего необычного. В военное время фуражирование было единственным способом накормить отряд, а обещания грабежей, разбоя и мародёрства - единственной стоящей мотивацией лезть под град вражеских стрел и карабкаться на отвесные стены. Про мир же и говорить не приходится, ведь наёмник - это профессия, быстро перетекающая в образ жизни, и мало кто из солдат удачи был готов взяться за соху и плуг только потому, что в последнее время у него не было другой работы.

Кто-то решил уйти. Большинство же осталось с ним.

По началу дела у них шли неплохо, но, будучи прекрасно осведомлённым о том, как именно феодалы обычно реагируют на нападения разбойников, после нескольких месяцев промысла на торговых трактах Дональбейн решил уходить из Дзктеда в Вогезы, рассудив, что ослабленный смутой Брюн будет менее зубастой добычей.

Он оказался прав. Но только отчасти. Первые проблемы начались когда обнаружилось, что в Теритуаре уже промышляет банда со своим собственным вожаком. После небольшого, но кровопролитного конфликта Дональбейн увеличил не только размер своего отряда, но так же и количество ртов, которые ему приходилось кормить. Если раньше они при необходимости могли перебиваться охотой, то теперь, когда их число возросло почти до полутора сотен, бывший капитан наёмников был вынужден совершать набеги за провиантом. Вскоре обустроенный им форт был полон не только его людей, но так же добычи, домашнего скота, и взятых из разорённых селений невольников.

Но долго так продолжаться не могло. Совсем скоро целей для набегов не останется, а штурм Бельфора - столицы Теритуара - задача откровенно непосильная для имеющихся в его распоряжении сил. И без того сложная ситуация дополнительно осложнилась, когда к ним вышла большая группа дезертиров, уцелевших после разгрома армии герцога Тенардье, и потребовала взять их в долю. Перед Дональбейном встал непростой выбор: с одной стороны был сложный бой, а с другой - ещё большее усугубление проблемы обеспечения их небольшой армии провиантом. В конечном итоге, он решил не рисковать.

Дональбейн выдел два выхода из сложившейся ситуации: либо разделить силы на несколько отрядов, каждый из которых пойдёт своей дорогой, либо вернуться к тому, с чего он некогда и начинал свою историю - к мастерству наёмника.

Судьба распорядилась так, что ему пришлось выбрать нечто среднее. Одним ничем не примечательным вечером к нему явился посланник, и предложил интересную сделку - серебро только лишь за то, чтобы он со своей бандой оставался на месте и продолжал грабить Теритуар. Наниматель в этот раз пожелал остаться неизвестным, но Дональбейн был достаточно опытен, чтобы догадаться об имени самостоятельно. В конце концов, в Брюне есть только две личности, которым не выгоден нейтралитет виконта Аугре.

Благодаря этой сделке Дональбей разжился ещё большим богатством, но она ни в коем случае не решала его проблем как таковых.

Всё яснее было одно - долго оставаться на месте им нельзя. Несколько дней назад местный лорд уже предпринял попытку выбить его из форта, но из-за своей самоуверенности потерпел сокрушительную неудачу. Однако Дональбейн не обманывался. Быть может, ему и удалось сыграть ложное отступление и заманить маркиза в ловушку, но в следующий раз тот будет осторожнее, и приведёт к его порогу не три сотни ополченцев, но рыцарей и наёмников, одолеть которых в битве будет уже куда сложнее, а сидение на укреплённых позициях в их случае станет равносильно самоубийству.

И вот, в один из тех дней, когда бывший капитан наёмников сидел за заплесневелым столом и ломал голову, стараясь найти выход, который не привел бы к гибели его нового отряда, один из подчиненных донёс до него очень ожидаемую, но от этого ничуть не менее неприятную новость.

***

- И давно они уже там сидят? - Спросил Дональбейн.

- Да минут десять, командир. Их как только заметили, так тебя сразу и кликнули.

- Ясно.

Главарь нахмурился, напряженно вглядываясь в замершую у подножия холма пару. С такого расстояния было невозможно разглядеть детали, но один из незваных гостей был явно облачен в полулаты, а другой, казалось, во что-то полегче, скорее всего в кольчугу, и держал в руке развевающееся на слабом ветру знамя.

Рыцарь и оруженосец? Нет, не просто рыцарь - мысленно поправил сам себя

Дональбейн, - это знамя лорда. Синее знамя с падающей звездой - это штандарт Ворна, соседнего Аугре графа, недавно прославившегося на весь свет своими подвигами, и, если к присутствию на поле боя драконов Дональбейн относился скептически, то вот его победа над крупным отрядом герцога Тенардье была неоспорима. Конечно, кто-то другой мог бы сказать, что победа эта принадлежит не ему, но Ванадис Дзктеда, но с точки зрения бывшего наёмника разницы не было никакой - важно было лишь то, что за мальчишкой стояла реальная, значимая сила.

- Послать парней подстрелить их?

- Нет, - покачал головой Дональбейн, указав в сторону привязанных рядом с парой лошадей. - Они всё равно успеют уйти.

Форт был расположен на холме, склон которого был каменист и очень удобен для засады. Именно так они и разгромили силы виконта - заманили их ложным отступлением на склон и, стоило пехоте только нарушить строй, как она тут же оказалась под градом стрел, камней, и заготовленных заранее брёвен. Но была у этой позиции и своя слабость - подножие холма было совершенно открыто, так что спуститься с него незаметно было практически невозможно.

Прибытие нового карательного отряда не стало сюрпризом - готовый к такому повороту бандит имел хорошую сеть тайных укрытий и разведчиков.

Неожиданным было лишь то, что людей Аугре вёл неведомо что забывший в этих краях граф Ворн. Именно на его счёт Дональбейн тут же списал ряд неудачных провокаций, предпринятых им за последние пару дней. Строго говоря, потери были небольшими, поскольку его люди знали своё дело, да и изначально не горели желанием стоять насмерть, не видя ничего постыдного в том, чтобы показать спину, но вот ущерб для боевого духа шайки и его личного авторитета вожака был весьма существенным.

В первый раз, вместо того, чтобы броситься в погоню за удирающими после первого столкновения бандитами, люди Аугре ограничились лишь парой залпов из луков, а во второй, когда Дональбейн решился предпринять ночную вылазку, то обнаружил, что противник успел окружить свой лагерь частоколом, невысоким, но не оставляющим шансов на внезапное нападение.

Это была не та тактика, которую он ожидал от рыцарей Брюна. Слишком осторожная. Слишком пассивная. Слишком умная.

И сейчас молодой граф, судя по всему, решился на переговоры. Лично. Это было не характерно не только для высокомерных и чопорных, помешанных на доблести и чести лордов Брюна, но и для высокородных лордов вообще. Иными словами, уже этого одного было достаточно, чтобы подстегнуть любопытство Дональбейна.

- Коня сюда. Фьюз - ты со мной.

- Уверен, командир?

- Послушаем, что нам скажут.

- Но зачем тебе переться туда лично?

- Их только двое. Что, думаешь не справимся? К тому же, если это и впрямь сам граф, то говорить с кем-либо кроме главного он наверняка сочтёт ниже своего "достоинства", - сказал Дональбейн, смачно сплюнув при последних словах.

У них ушло совсем немного времени на то, чтобы спуститься к противоположной паре переговорщиков.

Один из них и в самом деле оказался юношей, с короткой шевелюрой огненнорыжих волос и самоуверенной ухмылкой на губах. Из доспехов на нём была только кираса и поножи, а на поясе в на удивление неброских ножнах висел меч. Бросив взгляд в сторону, Дональбейн без особого труда приметил оставленный у седла щит. Очевидно, граф Ворн не ожидал битвы, либо же просто смотрел свысока на "грязного бандита". Впрочем, одно другого не исключало.

Спутником графа был немолодой уже ветеран, сурово пялящийся на бывшего наёмника из-под густых бровей. Кто-то из приближенных графа, или же просто телохранитель?

- У меня сложилось впечатление, что милорд желает меня видеть? - Не стал медлить Дональбейн, отвесив короткий и не слишком вежливый поклон, сразу дав понять, что не собирается унижаться и лицемерить только потому, что перед ним находится лицо благородного происхождения.

Впрочем, к его удивлению, граф не разозлился, даже не нахмурился, но лишь немного шире растянул губы в улыбке.

- Это зависит от того, кого же именно я вижу перед собой. Будьте любезны представиться, сударь.

- Дональбейн, капитан этого... вольного отряда. К вашим услугам.

- Перед тобой граф Тигревурмуд Ворн.

- Теперь, если формальности улажены, могу ли я узнать, чем могу быть полезен вашему сиятельству?

- Можете, - кивнул юный граф и на несколько секунд замолчал, словно над чем-то раздумывая. - Скажи, бандит, ты когда-нибудь играл в шахматы?

- Доводилось, - и глазом не повёл Дональбейн на снисходительный тон лорда.

- Тогда ты знаком с термином "пат"? Это когда...

- Мне кажется, я уже сказал, что знаком с шахматами, ваше сиятельство.

- Вот как? Ну, не важно. Но ты ведь понимаешь, к чему я клоню?

Дональбейн тихо хмыкнул себе под нос.

- Быть может, будет лучше, если ваше сиятельство просветит меня? Во избежание недопониманий.

- Недопониманий, а? - В свою очередь хмыкнул мальчишка. - Так и быть. Видишь ли, бандит, ты со своей шайкой ставишь меня в очень неудобное положение. С одной стороны, виконт Аугре попросил меня помочь ему разобраться с проблемой, и я счел неуместным сказать "нет" старому другу моего отца. Да и уж больно близко ко мне вы обосновались, не находишь?

Дональбейн"находил". На самом деле, некоторое время назад он всерьёз размышлял над идеей вторгнуться в Эльзас, особенно когда до него дошли слухи об исчезновении графа, а там, если смута в Брюне затянулась бы... у нового короля вполне могло оказаться слишком много насущных проблем, чтобы разбирать в законности появления в Эльзасе нового графа. В прошлом подобное было пусть и не совсем обычным, но далеко не неслыханным делом, так почему бы ему было не попробовать сейчас, когда всё королевство уверенно катится в тартарары?

Разумеется, это было до того, как стало известно о союзе Ворна с Ванадис

Лейтмерица, не говоря уже о судьбе, постигшей сына и наследника герцога Тенардье.

- Это с одной стороны, - между тем продолжал граф. - А с другой, я вот тут посмотрел, и понял, что ваша братия успела неплохо здесь укрепиться. Не удивительно, что Аугре так перепугался, что отправил меня заместо себя самого. Вот почему мы с тобой, как говориться, в патовой ситуации. Я не могу ни уйти, ни атаковать.

Бывший капитан наёмников никогда не слышал подобного выражения, но он понимал, к чему клонит молодой граф. Другое дело, что совершенно непонятно было то, почему он насколько открыто признавался врагу в собственном бессилии.

- Но то же самое верно и для тебе, не так ли, бандит? - Договорил Ворн, и Дональбейн всё сразу же понял. - Ты не можешь не понимать, что в чистом поле у твоей ватаги нет шансов, а сидеть вечно в своём логове, как курицы в курятнике, вы не сможете.

Дональбейн улыбнулся.

- Уверен, виконт тоже не думал, что его предприятие постигнет столь неприятная судьба. Что же до моего "курятника", то разве у вас самих недостаточно проблем на... домашнем фронте? Вы уверены, что можете позволить себе играть со мной в "кто кого пересидит?"

Граф Ворн покачал головой и внезапно рассмеялся.

- Ну же, не стоит прикидываться, у меня только-только сложилось впечатление, что я говорю с умным человеком. Не разочаровывай меня, бандит.

Дональбейн скрипнул зубами, но внешне никак не выказал своего раздражения. Поведение графа могло быть нетипично для лорда, но вот его речь - вполне.

- В отличие от Аугре, мне хватит мозгов для того, чтобы не переться сломя голову вверх по склону. Неужели ещё не понял? Что же до прочих моих проблем... не думаю, что герцоги разрешат свои разногласия до зимы, а там дело уже и и до весны замрёт. Сдаётся мне, что к тому времени вы уже друг дружке все кости пообгладываете.

На самом деле, намного раньше, - мрачно подумал Дональбейн, но вслух, само собой, ничего подобного не сказал.

- Боюсь, вы ошибаетесь, ваше сиятельство. У меня достаточно продовольствия до зимы. К тому же, в горах нет недостатка в дичи. Если вы и в самом деле решите осаждать меня, то, увы, вам придётся быть готовым к тому, что осада затянется.

- Вот как? - Слегка приподнял бровь Ворн. - Что ж, быть может и так. Но в таком случае в проигрыше окажемся мы оба.

Вот оно - внутренне ухмыльнулся Дональбейн, а в слух произнёс:

- Полагаю, у вашего сиятельства есть выход, который, напротив, устроит обе стороны?

Граф размеренно кивнул.

- Разумеется. Сказать по правде, я не думаю, что разобраться с твоим "вольным отрядом" будет так проблематично, как ты только что мне описал. В концеконцов, мне нужно будет ждать не зимы, но всего-то подкреплений из Эльзаса. Но я потрачу время. Время, которое могу потратить с куда большей пользой. Мы оба можем. Интересно?

- Я вас внимательно слушаю, ваше сиятельство.

- Прямо сейчас Тенардье и Ганелон готовятся вцепиться друг другу в глотки. Они как два оленя, сцепившихся рогами, но оставившие мягкие подбрюшья открытыми для удара. Это шанс, который больше может и не представится. У меня есть поддержка уже многих лордов, чьи владения расположены по течению Рейна, а так же кое-кого из центрального Брюна. Недавно я имел аудиенцию с Его Величеством Виктором, и сам король Дзктеда обещал мне поддержку.

- Дерзкая затея. Но какое отношение она имеет ко мне?

- Всё не смекнёшь? Мне ни к чему просиживать здесь с тобою штаны, когда сами боги предоставили мне такую возможность. Ты ведь не похож на вчерашнего деревенщину. Неужели тебе так и хочется до конца дней своих торчать посреди нигде и даже не иметь возможности потратить своё состояние? Разве это жизнь?

- Даже такая жизнь лучше, чем железо в пузо.

Ворн вновь приподнял бровь.

- А сейчас ты так уж далёк от близкого знакомства с летальной порцией железа? Не пойми меня неправильно, бандит. То, что мы с тобой сейчас разговариваем, уже само по себе доказывает, что у тебя нет особого выбора. Ты можешь либо принять моё предложение, либо покорно ждать, пока я не соберу достаточно людей для штурма. Ещё ты можешь попробовать сбежать, но тогда твоей банде придётся бросить все ваши пожитки и уносить ноги, зная, что им нигде не будут рады. Ты не можешь уйти в Дзктед - иначе уже ушел бы. Возможно, вам удастся в Брюне найти лорда достаточно отчаянного, чтобы согласиться взять вас на службу... но с куда большей вероятностью вас обдерут до нитки и развешают по ближайшим сучьям.

- А предложение, которое есть у вашего сиятельства, лучше?

- Разумеется. Я найму тебя и всю твою шайку. Прямо сейчас. Буду платить серебром в зависимости от вашей пользы. Разумеется, всё, что вы найдёте на землях моих врагов, останется вашим.

Именно этого Дональбейн и ожидал. Очередной лорд хочет использовать его в своих целях, пока мечи его врагов не затупятся, а поля сражений не окажутся устланы телами людей, отдавших жизни за мертвый металл. Кажется,

Дональбейн неуклонно возвращался к тому, от чего же сам и бежал, но... выбор и впрямь был невелик. Несмотря на свой возраст, юный граф был совсем не глуп или, по крайней мере, имел хороших советчиков.

Бывалый наёмник прищурился.

- И как мне быть уверенным, что ваше сиятельство останется верен своему слову?

- Хо? - Стиснул зубы мальчишка. - Хочешь сказать, моего слова тебе

недостаточно? Не забывайся, ты, грязный выродок! Я и так даю тебе куда больше, чем ты заслуживаешь!

Дональбейн никак не отреагировал на выпад Ворна. Он давно уже привык к тому, что лорды обычно считают нужным держать своё слово только тогда, когда от этого зависит их "честь", иными словами, когда речь идёт об обещании другому благородному господину. Честь может быть лишь во взаимоотношениях между равными, но никак не по отношению к простонародью.

- Кроме того, у меня есть ещё три условия. Во-первых, ты освободишь всех захваченных пленников. Лично мне плевать на этих свинопасов, - тут же принялся словно оправдываться граф, - но на этом настаивал Аугре, и я не увидел причин не удовлетворить просьбу виконта. Во-вторых, если среди твоей ватаги есть люди Тенардье, то ты выдашь их мне. В-третьих, мне известно, что ты успел неплохо порезвиться в землях моего дорогого соседушки. Я хочу две трети всего того, что попало в твои руки. Считай это компенсацией за моё потраченное впустую время.

Дональбейн уже не сдерживаясь фыркнул. Если первое условие было ему практически безразлично, то вот второе уже заставило задуматься, но только до того момента как он понял, что ему совсем не обязательно выдавать всех дезертиров, многие из которых уже успели стать частью его более доверенной группы. Достаточно предоставить графу головы лидеров и наиболее буйных личностей, и дело с концом. Но вот третье условие...

- Где же это видано, чтобы наниматель требовал денег с нанимаемых, а не наоборот?

- В другой ситуации ты мог бы быть и прав. Но правда такова, что у меня больше людей, они лучше вооружены и я не имею проблем со снабжением. С чего бы мне идти на уступки? К тому же, если пойдёшь со мной, то заработаешь в разы больше.

Дональбейн сильно сомневался в этом. Если молодой граф имеет хоть немного мозгов - а он в этом уже не сомневался - то он постарается положить наёмников с максимальной для себя пользой в первом же сражении, и, в самом лучшем случае, честно заплатит оставшимся в живых.

- Половину, - прохрипел наконец атаман. - Я готов отдать половину, но не больше. Отряду нужны эти деньги и вещи. Также я желаю заключить формальный контракт. Серебро должно выплачиваться еженедельно и без задержек, за каждое сражение и понесённые в нём потери должны вносится доплаты, в не зависимости от его итогов.

- А ты, как погляжу, специалист.

- Ваше слово, граф?

- Хм, - погладил Ворн подбородок ладонью, заключенной в простую, но аккуратно сшитую кожаную перчатку. - Так и быть. Искренне надеюсь, что ты со своей ватагой того стоите. Мы выступаем в полдень, твои люди пойдут спереди колонны.

Он не доверяет мне - подумал Дональбейн. Разумеется, и сам теперь уже не совсем бывший наёмник тоже ничуть не доверял своему новому нанимателю, но слова мальчишки звучали вполне разумно. Кроме того, положение банды и в самом деле было отчаянным, иДональбейн знал, что у него нет иного выхода, кроме как рискнуть.

Хуже того, об этом, похоже, знал и граф Тигревурмунд Ворн.

***

На самом деле, я вовсе не считал этого человека дураком. Судя по тому, как ловко он разделался с превосходящими силами Хьюза не смотря на то, что сам виконт был далеко не зелёным новичком в такого рода делах, Дональбейн и сам был отнюдь не чужд военного дела.

Просто я говорил то, что он ожидал, что он сам хотел слышать. Как бы он не хорохорился, но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что разбойничьей шайке из почти двух сотен человек просто нечего ловить на краю государства, где и грабить-то особо некого.

Вот и секрет их наглого поведения - разбойникам уже просто нечего было терять и некого боятся.

На месте Дональбейна я был бы готов хвататься за любую соломинку, тем более, что в его глазах она должна была выглядеть как самое настоящее бревно... хотя, нет. На его месте я бы прихватил пару верных людей, набил бы карманы золотом и серебром так, чтобы хватило до конца дней моих, да рванул бы наслаждаться жизнью. Даже интересно, почему Дональбейн не поступил так же? Привычка? Гордость?

Теперь я уже никогда не узнаю, да и не особо-то и интересно, если уж на чистоту.

Люди Дональбейна шли нестройной толпой, но все были при оружии и наготове. Большинство в самой обычной, грубой и порой самодельной одежде из шкуры и меха, с топорами и копьями в руках, но встречались и вполне прилично вооруженные экземпляры в настоящих доспехах и с достойным снаряжением. Конных почти не было, что было очень хорошо для моего плана.

Когда виконт Хьюз Аугре рассказал мне подробности о своей разбойничьей проблеме, то мне сразу стало ясно, что оставлять такую угрозу в тылу просто нельзя. Двести бандитов, самоуверенных от недавней победы над армией местного лорда... Останься они в Теритуаре, то про любую помощь со стороны Хьюза можно забыть - он мне сам так и сказал, пускай и не настолько прямо. Но что, если они повернут на Эльзас? Если это произойдёт, когда меня не будет на месте, то двух сотен головорезов вполне может хватить, чтобы занять Целесту и, хотя я, конечно, наверняка смогу их оттуда выбить, но проблем это всё равно может доставить просто уйму.

Сам Хьюз был ранен в недавней стычке и был неспособен возглавить новую атаку, его сын и наследник находился в отъезде, так что я вроде бы как вызвался добровольцем. Ну, а поскольку у меня с собой было лишь полсотни кавалеристов, а ждать подкреплений из Эльзаса было слишком долго, то я предложил виконту одолжить мне отряд своих людей. Нет, ну а что? Его земля, его проблема и его вина, что эта проблема разрослась настолько, что стала нашей общей.

Не сказать, чтобы он пришел в восторг от идеи, но с в конец обнаглевшими разбойниками делать что-то было надо, да и, подозреваю, ему хотелось проверить меня, потому виконт и согласился доверить командование мне, а не одному из своих рыцарей.

Лимлиша хотела выманить ватагу в поле и дать сражение, пользуясь нашим преимуществом в выучке, вооружении и, главное, мобильности за счёт довольно крупного кавалерийского отряда. Идея была хороша и практически гарантировано сработала бы, но имела одно "но", а именно - что делать с теми разбойниками, что остались бы в форте. В конечном итоге всё свелось бы к всё тому же штурму, а в худшем случае они могли бы даже попробовать сбежать и затеряться в горах - где бы я их потом искал? А что тогда станет с пленниками?

Вот почему я решил схитрить. Да, риск тоже был немалый - начни их вожак упрямиться, и мне и в самом деле пришлось бы думать, как брать приступом эту чертову гору с развалинами форта на вершине. Но я верил, что он всё же согласится. И он согласился. Почему нет? Я тщательно обдумал свои слова, чтобы сделать их с точки зрения Дональбейна максимально логичными, и он клюнул.

Теперь дело, как ни парадоксально, за малым.

- Почти на месте, милорд граф, - склонившись с седла прошептал мне Батран, хотя никакой необходимости в секретности не было.

И потому я спокойно отозвался:

- Я вижу.

Мы и в самом деле приблизились к месту засады. С левой стороны был вымытый дождями овраг, из которого подобно щупальцам подземного чудовища торчали извилистые корни деревьев. Взгромоздиться на такой быстро не получится при всём желании. Справа была непроглядная чаща, дикая и нетронутая рукой человека, полная кустарника, завалов и диких зверей. Над нами возвышались кроны вековых деревьев, заслоняя своими лапами солнечный свет, и обрекая скользящую между древних стволов тропу на вечный полумрак.

Как только далеко впереди забрезжил просвет, я не спеша натянул поводья и постепенно переместился вместе с Батраном с головы колонны в её хвост. Строй колонны так же стал меняться, раскрываясь, словно крылья диковинной птицы, где вместо перьев были острые наконечники копий. План был донесён до всех заранее, а базовый строевой приём был знаком неплохо обученным людям виконта и без моего участия. Не было ни лишних криков, ни суеты, хотя некоторая напряженность всё же ощущалась в воздухе, невидимая энергия, готовая стрелой сорваться с тетивы.

Или дело только во мне? Может, это только я переживаю настолько, что мне опять мерещиться всякая чепуха? Моё сердце шумно стучало в груди, боем отдаваясь в ушах, но... но почему-то на сей раз я был уверен, что это было знамением предвкушения, а не страха.

Среди ватаги разбойников началось невнятное шевеление. Кто-то остановился, пялясь назад, другие, наоборот, поднимались на цыпочки, силясь разглядеть чтото далеко впереди. Наконец раздалось несколько гаркающих криков, отдающих запоздалые приказы, но... ничего не выйдет, мой несостоявшийся друг. Я позаботился о том, чтобы силы были слишком не равны.

Я подозревал, что разведка у разбойников налажена что надо, но я также рискнул предположить, что банда недостаточно велика, чтобы организовать постоянные посты. Вот почему я ещё несколько дней назад разделил свой отряд на две части. Первую, состоящую в основном из пехоты и лишь небольшого количества кавалерии из Бельфора, я возглавил сам, отправившись напрямую к форту. Вторая же, меньшая часть, была доверена Лимлише. Ну, я говорю "была доверена", но на самом деле её отряд и состоял практически исключительно из

тяжеловооруженных кавалеристов Дзктеда, которые как бы и так находились в её подчинении.

Именно её отряд сейчас и набирал разбег с небольшой лужайки впереди, с пиками наперевес мчась на только-только начавшего выходить на открытое место противника.

В первый раз я увидел таранный удар кавалерии в том злополучном сражении, с которого и началась вся эта катавасия, на равнинах Динант, но тогда почти всё моё внимание было поглощено Элеонорой, беловолосой ведьмой, с лёгкостью рассекающей мечом сталь и отражающей пущенные в неё стрелы, как ребёнок отмахивается от выстрела конфетти.

Сейчас же всё было иначе.

Атака вышла настолько внезапной, что бандиты не успели ни построится, ни даже просто изготовиться к бою. Они успели только запаниковать, когда из-за выросшей передо мной стены щитов в их незащищённые спины полетели стрелы, а с фронта на них на полном скаку обрушились десятки пик в руках закованных в латы всадников под знаменем черного дракона.

Среди болезненных криков и панических воплей раздавался треск не выдержавших столкновения с плотью копий, стук копыт, удары стали о сталь и лошадиное ржание.

- Вперёд! - Скомандовал я, и строй тронулся, неумолимо замыкая капкан.

Некоторые из бандитов пытались сражаться с яростью обреченных, безрезультатно кидаясь на щиты солдат или находя свою гибель под копытами боевых коней. Другие искали спасения в лесной чаще, обрекая себя либо всё равно быть позже пойманными патрулями виконта, либо и вовсе бесследно сгинуть в дебрях.

Умом я понимал, что в происходящем нет ничего хорошего, никакого повода для радости, что я всего лишь делаю необходимую, но неприятную работу, однако... однако я всё равно не мог подавить возникшее где-то глубоко в груди чувство злорадного триумфа, заглушившего и омерзение от картины развернувшейся бойни, и совесть от пусть и вынужденного, но всё же предательства.

Мой план снова сработал, от начала и до конца. Да, мне повезло, но разве удача не сопутствует храбрым? Мне хотелось рассмеяться в голос, но я с некоторым трудом сдержался, понимая, каким это будет выглядеть ребячеством и как я потом, когда успокоюсь, буду презрительно плеваться в "прошлого себя".

А потому - напялим на лицо суровую мину и будем смотреть эту отвратительную пьесу до самого финала.

***

- Граф Ворн, я уже упомянула, что вы - на удивление скользкий тип?

Мы успешно вернулись в Бельфор, в тот самый замок, в котором меня недавно едва не прирезала кучка долбанных ниндзя, о происхождении которых мне до сих пор было мало что известно. Очевидно, подослал их ко мне кто-то серьёзный, что сильно сужало круг подозреваемых, но что с того? Я теперь, пардон, в сортир один сходить стремаюсь... а то читал я всякое, знаете ли, про этих ниндзя...

На столе передо мной стояло блюдце с уже успевшей подпортиться на жаре головой Дональбейна, атамана уничтоженной разбойничьей банды, которую я притащил с собой не столько в виде доказательства проделанной работы, сколько как своеобразный символ, желая показать Аугре всю серьёзность моих намерений - раз уж ему так хотелось узнать, на что я гожусь без присмотра Ванадис.

Сами по себе переговоры прошли быстро и завершились на очень позитивной для меня ноте. Как и говорил Массас, среди вассалов и просто друзей виконта Хьюза и в самом деле была масса лордов недовольных текущим положением дел, но не способных самостоятельно противостоять давлению со стороны мятежных герцогов, активно стремящихся всеми правдами и неправдами привлечь на свою сторону как можно больше сторонников перед началом открытой войны.

Граф Массас Од, граф Жерар д'Авен, виконт Хьюз Аугре - даже сил только этих трёх лордов, если соединить их с армией Элеоноры, будет достаточно, чтобы представлять угрозу любым силам, которые один из герцогов теоретически может направить против Эльзала до конца гражданской войны, да и некоторое время после тоже.

Разумеется, фактически письма были направлены куда большему количеству лордов и, с поддержкой этих трёх крупных феодалов, шансы на успех были обнадёживающе высоки. Желая привлечь к себе как можно большее количество сторонников, я делал акцент на трёх пунктах:

Во-первых, герцог Тенардье и герцог Ганелон - изменники, желающие погубить короля и занять трон Брюна. Их действия не только противны божественной воле, но и подвергают опасности само королевство, со всех сторон окруженное многочисленным врагами. Соответственно, они должны быть остановлены, а стране должна быть возвращена стабильность.

Во-вторых, все члены создаваемого союза - верные короне лоялисты, видящие своей основной целью восстановление на троне законного короля Фарона и противостояние любым незаконным притязаниям на престол Брюна.

В-третьих, если на данный момент непроверенные слухи о смерти Его Величества Фарона подтвердятся, и не найдётся иных законных претендентов, то из верных лордов (читай - участников союза) будет собрано Собрание, которое, как это было принято в древние времена, изберёт нового правителя.

Честно говоря, третий пункт вызывал у меня, да и у Аугре, наибольшие сомнения, поскольку звучал уж больно дерзко... Но в конце-концов мы решили, что оно того стоит. Да, многие придут к нам ради противостояния герцогам, другие из чувства долга, но едва ли не большинство мелких баронов и рыцарей будет заинтересовано не столько в "восстановлении порядка и справедливости", сколько в плюшках, которые, как это принято, достанутся победителям.

Я нарочно не упомянул ни о Дзктеде, ни о своей роли в данном союзе - мало кому из знатных лордов придётся по нраву идея подчиняться мальчишке из провинции. Но благодаря Эллен за мной будет костяк будущего войска - и это факт, с которым, когда дойдёт до дела, никто не сможет поспорить.

Ничего так же не говорилось и о плане ведения войны - была назначена лишь точка сбора. Лично я предпочел бы подождать, пока враги не измотают друг дружку и уже тогда оценить имеющиеся в наличии силы и возможности, но тут уже не повредит послушать мнения моих будущих союзников, да дождаться возвращения старика Массаса с вестями из столицы.

А тем временем...

Я повернулся к Лимлише и задумчиво провёл ладонью по подбородку.

- Скользкий тип, говоришь? Ну, допустим, припоминаю.

- Так вот, считайте, что я взяла свои слова назад. Вы не просто скользкий тип. Вы откровенно опасный тип.

- Это ведь комплимент, да?

Девушка промолчала.

Комплимент, правда же?!

- Сделка, которую вы заключили с этим человеком, - кивнула она в сторону отрубленной головы, - была не такой уж и плохой. Конечно, больше половины его людей было просто отребьем, но среди них хватало и стоящих вояк. Вы могли бы за их счёт сберечь жизни собственных бойцов.

Я зажмурился и медленно помассировал глаза подушечками пальцев.

- Осуждаешь меня?

- Мне прекрасно известна концепция военной хитрости. Я всего лишь хочу лучше понять ваши мотивы, граф. Я знаю, что вы убедили виконта помочь вам организовать выкуп пленных рыцарей Тенардье, так что с деньгами у вас в скором времени насущных проблем не было бы. Вы не любите наёмников?

- Наёмников? - Едва не рассмеялся я. - Если бы это был известный отряд, пускай и не с самыми чистыми руками, то это одно дело. Но нанимать банду головорезов, за которой нужно больше пригляда, чем можно ждать пользы? К тому же, ты же видела, что они успели натворить. Думаешь, виконту и его вассалам понравилось бы, возьми я этих молодчиков на службу? Что они остались безнаказанными?

- Так ваше решение было продиктовано эмоциями или холодным расчётом?

И вот тут я впервые задумался всерьёз. Действительно, какой из доводов был настоящим, а каким я просто успокаивал себя? Поступил ли я подло? Лицемерно? Стоило ли оно того?

- Разве не может это быть что-то между? - Наконец произнёс я.

Лимлиша кивнула. По её лицу было сложно судить, довольна ли она ответом, или же нет, но тему она всё же сменила.

- С некоторых из разбойников сняли оружие и доспехи с клеймом известных оружейных цехов Ольмюца. Арбалеты попали к ним оттуда же.

- Оружие новое? - Вздохнул я от очередной проблемы.

- Да, - лаконично ответила Лимлиша. - Хотя есть несколько старых образцов, но последняя партия пришла совсем недавно.

- Думаешь, это Ванадис Лурье решила исполнить своё обещание и подпортить нам жизнь?

Девушка ненадолго задумалась, но в конце-концов покачала головой.

- Хотя я и не знакома с Ванадис Лурье так же хорошо, как госпожа Элеонора, мне всё же кажется, что это не похоже на неё. Но, безусловно, полностью такую возможность исключать нельзя.

- Откуда ещё они могли получить снаряжение? - Нахмурился я.

- Рынки Ольмюца открыты, поскольку Ванадис княжества придаёт большое значение торговле. В частности, одним из крупнейших постоянных клиентов является герцог Тенардье.

Я замер, широко распахнув глаза во внезапном озарении.

- Но вполне возможно и то, что оружие попало к ним по их собственным каналам, или же и вовсе было захвачено силой, - поспешила урезонить меня Лимлиша, но я, право же, от неё только отмахнулся.

Сейчас уже не важно, действительно ли Тенардье вооружает разбойников, чтобы ослабить своих вероятных противников или же принудить их перейти в его лагерь. Важно лишь то, что у меня появился весомый аргумент, который я могу предъявить в пользу этой теории, а там уже слухи сделают всё остальное.

Внезапно в дверь постучали.

- Ваша милость?

- Ханс? - Узнал я голос.

- Луис.

- Точно. Что там у тебя?

- Вот, из Целесты, значится. - Верзила с желтоватыми зубами протянул мне конверт.

Заметив на нём печать княжества Лейтмеритц, я немедленно сорвал оную и погрузился в чтение, чтобы через пару минут шумно выдохнуть и, опрокинувшись на спинку кресла, тяжело уставиться на голову Дональбейна. Мне вспомнился наш с ним первый и последний разговор. Да и Лурье мы не зря упомянули.

- Скажи, Лимлиша, как ты относишься к шахматам?

- Знакома с основами, - подозрительно уставилась она на меня.

- Вот и славно, поскольку мне кажется, что нам только что поставили "шах".

Спасибо за чтение

Вернуться к книге