Кровь и лёд. Настоящий автюк
ПРОЛОГ
Хранитель Иосиф готовился к делу в Новосибирске со всем тщанием. Новость о том, что были уничтожены три звезды магов-убийц и пара ликвидаторов, заставила его быть серьёзным как никогда. Организация уже более столетия не видела столь масштабных потерь. В последний раз они произошли по вине замаравшегося в политике руководителя, решившего поучаствовать в дворцовом перевороте. Урок был усвоен на отлично, и больше убийцы так не подставлялись.
«Всё-таки это очень сильный и опасный мальчишка. Интересно, кто его учил? Вряд ли у самородка были бы такие успехи в столь молодом возрасте», — подумал мужчина, в очередной раз пересмотрев эпизод новостного репортажа, в котором огромные ящеры напали на школу в Новосибирске и получили отпор от никому ранее не известного отряда егерей.
Вновь перемотав ролик назад, Иосиф в замедленной съёмке наблюдал за тёмной фигурой, которая на огромной скорости врезается в здоровенную тушу монстра и сносит её назад.
«Какие у него невероятные показатели! Мало того, что так сильно разогнался, так ещё и не покалечился после встречи. От обычного человека на такой скорости осталось бы лишь неаппетитное мясо», — в очередной раз изумился хранитель и продолжил просмотр, желая не упустить ни одного нюанса игры в салочки, которую устроили монстры для молодого человека.
Затем было прибытие подмоги, передача сабли и бой с ящерами. Первый егерь и здесь показал себя выше всяких похвал, с лёгкостью наполнив оружие разломной энергией, уйдя от многочисленных и стремительных атак, а также уничтожив самого большого и опасного монстра. В то время как пятёрки других едва справлялись с одним мелким.
Но, несмотря даже на такой расклад, остальные егеря всё равно были гораздо лучше в использовании разломной энергии, чем многие бойцы из других отрядов. Они даже пытались применять какие-то слабые техники. В деле это им, конечно, помогло не особо, но пару жизней всё же спасло.
Сбор информации по отряду «Лиги охотников» ничего не прояснил. Появился недавно, не пойми откуда, набрал множество вышедших на пенсию ветеранов седьмых и шестых классов. Звёзд с неба не хватает, но слабые разломы зачищает неплохо. Работает под прикрытием центра подготовки.
Больше ничего существенного выяснить тогда не удалось. В том числе и о том, кто и как обучал ещё недавно обычного простолюдина из какого-то заштатного городка. Ведь ни официальный учитель молодого человека, ни его товарищи по звезде и отряду не показывали настолько впечатляющих результатов. Хотя их огромный срок службы в корпусе всё же немного объяснял столь неплохое использование разломной энергии.
Правда, теперь, когда выяснилось о тесной связи семейства паренька с родом Хладовых, всё становится на свои места. Графиня, род которой был почти полностью вырезан, решила сделать ставку на ветвь бастарда и придумала, как их усилить.
— Нет, — пробормотал мужчина, подойдя к окну. — Что-то здесь точно не так! И с этим парнем, и с его отрядом, и с графиней, добывшей где-то древние знания, и с доставкой объекта к руководителю живым. В этом деле всё очень странно и не так очевидно, как кажется. Я это чувствую
Немало вопросов вызывал и молодой новичок, к которому необходимо было присмотреться. Иосиф не понимал, отчего руководитель решил отправить его к нему в группу. Из-за чего такое участие?
Ну не потому же, что недавний сирота, принятый в организацию, неплохо соображал и уже отработал в слежке, проникновении, маскировке и, конечно же, ликвидации. А также сумел самостоятельно организовать пару сложных убийств так, что их посчитали несчастными случаями.
И пусть ему не удалось избежать ошибок, но результат был гораздо лучше, чем кто-либо мог ожидать. Иосиф, если признаться честно, вообще не понимал, для чего нужно было давать столько возможностей отличиться какому-то неизвестному парнишке.
«Они его проверяли, что ли? Или… Или тут тоже не обошлось без руководителя?»
Мысль оказалась интересной и не лишённой логики. А ведь он и сейчас, можно сказать, похлопотал за Тараса, который несколько месяцев назад вдруг получил возможность стать воином и начал принимать эликсиры для наилучшего усвоения разломной энергии, показав невероятные результаты.
«А ведь действительно! — мысленно воскликнул Иосиф, поражённый пришедшей в голову мыслью. — Почему я раньше об этом не думал! Неизвестный сирота, за которого хлопочет руководитель, и его впечатляющий воинский потенциал! И организм, который словно бы не желал расставаться ни с единой ценной каплей эликсира, позволяя тренироваться на нём три дня вместо одного, как у других! А ведь кто-то даже смеялся, говоря, словно мальчишка целенаправленно запускает в себе циркуляцию. Тогда я тоже улыбался, понимая, что столь сложная техника доступна лишь посвящённым высокого ранга. Но теперь, после моих подозрений…»
От мыслей Иосифа отвлекло появление старших пятёрок, которые доложили о готовности людей к проверке.
— Зелья, эликсиры, оружие и яды, обмундирование и связь, — произнёс хранитель, пристально глядя на подчинённых. — Не мне вам рассказывать, что в нашем деле важна каждая мелочь. Надеюсь, что вы проверили всё самым наилучшим образом?
— Да — произнесли оба без страха, но с уважением глядя на командира.
— Проверим, — кивнул хозяин кабинета и первым покинул помещение.
Своим ближайшим помощникам он, конечно, верил. Ходил с ними на дело не первый раз и знал, что всё будет сделано наилучшим образом. А Бориса, того, который был помладше, и вовсе выделил из звезды, из которой сам же в своё время и вышел. Однако дело было серьёзным, и имелось желание посмотреть на всё лично, выслушать бойцов и, возможно, найти то, что можно улучшить. В сложных делах бывало, что именно какая-нибудь вовремя приложенная мелочь могла решить исход операции.
Завершив проверку и велев увеличить количество улучшенных магией патронов в четыре раза, Иосиф отпустил рядовых, похвалил старших звёзд за работу, отдал последние указания, после чего велел Борису проследовать в кабинет, где они с удобством расселись на привычных местах.
— Знаешь, почему мы отправляемся в Новосибирск? — спросил хранитель после небольшой паузы.
— Догадываюсь, — кивнул моложавый крепкий мужчина, откинувшись на спинку стула. — Опять будем разгребать конюшню за другими.
— И? — уточнил Иосиф. — Что об этом думаешь?
— Думаю, что бессмертных нет, — пожал плечами Борис. — Так что справимся.
Хранитель хмыкнул и заставил молодого коллегу удивиться.
— А если убирать нельзя?
— Как же? А первая группа? Они же на ликвидацию отправились?!
— А потом ситуация изменилась, — невесело произнёс старший.
Борис поморщился.
— Опять мы лёгких путей не ищем? Для чего это вообще понадобилось?
— По словам нашего выжившего, объект владеет техникой «шаг». Слышал о такой?
— В самом деле?! — тут же вскочил Борис. — Это правда?!
Хранитель кивнул.
— Руководитель склонен этой информации доверять.
— В таком случае мы обязаны его взять и всё выяснить! — с энтузиазмом произнёс помощник и сел обратно. — «шаг»! Даже не верится в такое!
— То-то же! — довольно улыбнулся Иосиф. — А то стал строить из себя не пойми кого!
— Устал просто, — принялся объяснять Борис. — Только завершили два дела подряд, планировали отдых, и нас снова отправляют в дорогу.
— Чрезвычайная ситуация, — отмахнулся хранитель. — Зато после получите по два месяца отпуска, хорошие путёвки на острова и премии.
— Главное, чтобы мне не забыли потом «шаг» передать, — заметил молодой мужчина.
— Кстати, — словно бы о чём-то вспомнив, произнёс хранитель. — А как тебе наш новый талантливый послушник? Успел уже познакомиться?
— Это Тарас, что ли? — на всякий случай уточнил Борис и, дождавшись кивка, произнёс: — Вроде неплохой парень, но есть в нём что-то странное.
— Поясни? — заинтересовался Иосиф.
— Да даже не знаю. Вроде парень как парень: молодой, улыбчивый и старательный. Выпить не дурак. Да только словно что-то с ним не так. Он словно пытается быть молодым, а не является им. Мемов, приколов, сленга и прочих вещей не знает. Будто они прошли мимо него. А сам он чем занимался? Читал старые детективы и учился убивать, не оставляя улик? А может, как его там? Хах. Циркуляции и техникам?
«Может быть, и так», — подумал Иосиф, вспомнив просьбу руководителя.
— А что про него скажешь, как про человека? Доверять можно? Не крыса?
— В этом замечен не был, — тут же посерьёзнел Борис. — Слышал, что с кем-то крепко подрался, но потом накрыл поляну, поговорил и закрыл вопрос так, что теперь никто камень за пазухой не держит. Но, конечно, стопроцентной гарантии я дать не могу. Лично почти не общались. А почему спрашиваешь? Он с нами?
— Руководитель велел взять его на дело и присмотреться. Так что принимай к себе в звезду.
— Если брать как бойца, то он ещё не годится. Слабоват, — принялся размышлять Борис. — Вроде и неплох, но даже ещё половины базового обучения не прошёл. А вот если как стороннего специалиста, по всяким мелочам типа слежки и вождения, то почему бы и нет? Будет не хуже других. Люди его хвалили.
— Но ты всё же к нему присмотрись и не забудь взять эликсиры. Он начал путь. Останавливаться нельзя…
Дождавшись, когда хранитель с помощником закончат разговор, молодой человек убрал подслушивающее устройство и, не снимая скрывающих техник, поспешил покинуть коридор.
«У меня всё получилось! Теперь можно без лишних подозрений попасть в Новосибирск и пообщаться с этим странным парнем. Кто знает, может, он и есть тот, кто мне нужен?» — на лице появилась улыбка. — Хотя после потерь организации и использования «шага» я на девяносто девять процентов уверен, что двигаюсь в правильном направлении».
ГЛАВА 1
После окончания ритуала принятия в род Хладовых прошло уже две недели. Первую из них почти все участники провели в постелях, за исключением меня и окрепнувшего барса, при взгляде на которого я теперь тоже ощущал некое тепло. Родным было откровенно плохо: ломота и другие неприятные ощущения в теле, постоянная слабость и сонливость. И это всё при том, что за ними почти сразу стало присматривать несколько пожилых и опытных целителей.
Появившееся время я, помимо текущих дел, потратил на тренировки, проверяя собственное тело на скорость, силу, выносливость и проходимость поселившихся во мне энергий. Теперь у меня легко получалось формировать все известные техники, а также множество подсмотренных в родном мире заклинаний Морозов. Не тех замечательных снежинок, которые могли существенно понизить температуру на огромном пространстве или превратить в лёд незадачливого противника, а более простые и волевые команды, позволяющие «насадить» врага на «ледяной кол», приморозить ему ноги или бросить «сферу холода», которая доходила до цели на существенном расстоянии и могла её заморозить. Теперь у меня даже получалось вызывать «снегопад» и мгновенно накрываться огромной, непробиваемой сферой льда.
В общем, я потратил появившееся время с пользой, отработал заклинания и был готов проверить свои силы на практике. Однако к началу второй недели на ноги встали Ульяна Романовна и дед Павел. Вот только если сбросившая ещё несколько лет графиня занялась подготовкой документов для юридического включения всех бывших Ладовых в род, то дед Павел, взяв несколько помощников, решил отправиться в столицу. Выглядел он при этом откровенно плохо, однако обещал отлежать ещё несколько дней в поезде и своевременно принимать необходимые целебные зелья в пути.
С подобными доводами все согласились, однако перед отъездом у меня с самым старшим поколением семьи произошёл приватный разговор. Дед Павел и Ульяна Романовна уже знали о том, чем закончился побег из разлома: о нападении противника, смерти генерала с отрядом неизвестных, но опытных убийц, а также пленении остатков наёмников фон Гюрста и дружинников рода Залесских, которых переловили мои расположенные вокруг разлома егеря. Вот о судьбе последних и наших дальнейших действиях мы и решили поговорить.
— И зачем ты их связал? — тяжело вздохнув, уточнил дед Павел. — Почему не убил или не отдал нашим новым друзьям из имперской безопасности и жандармерии?
— Может быть, потому, что мои егеря — не убийцы и не палачи? Они связали тех, кто не сопротивлялся и сам решил сдаться. Это ответ по первой части вопроса. А что касается силовиков — так я им не сильно-то и доверяю. Людей мы им передадим. Выслужиться позволим. И? Что дальше? Они расскажут, кто именно убил действующего начальника корпуса егерей и целого генерала?
Старик, не смутившись, кивнул.
— Возможно, ты и прав. Только смотри, чтобы после прошедших дней нам действительно не пришлось стать мясниками и не вырезать всех причастных для сохранения тайны.
— Я готов, — ответил я ровным тоном, но что-то заставило старших родственников поёжиться и посмотреть на меня по-новому.
После небольшой паузы графиня произнесла:
— Верно мыслишь, Гордей. Пока нам необходимо держать произошедшее возле аномалии в тайне. Залесские — весьма сильный род со множеством союзников, у которых хватает своих тузов в рукаве и прикормленных чинуш. Против них так же легко, как против Змушко, не сработаешь. Те же союзные силовики могут переметнуться на другую сторону. Да и в случае необходимости можно будет усилить переговорные позиции с помощью ценных пленников.
— Это обычные дружинники, — поморщился дед Павел. — Они, конечно, важны. Но куда с большей радостью я бы подержал в плену генерала.
— Мага ранга ярый? — переспросил я и приподнял бровь. — А ничего, что тот факт, что я и убил-то его с трудом? Да и как такого человека в плену держать?
Сленговые словечки всплыли в голове сами собой, заставив старика поморщиться.
— Да понимаю я, — вновь тяжело вздохнул дед Павел. — И чего ты на меня набросился? Уже и помечтать нельзя? Тогда бы всё было куда как проще. Да и вообще, я думал, что очнусь, а ты уже решил все вопросы с этим нападением.
— Я не глава рода, — сказал я и заметил, как странно дёрнула головой Ульяна Романовна. — Такие дела всё же не в моей компетенции. Будет лучше, если вы, опытные в таких вопросах люди, сами решите, что нужно предпринять.
— Какой ты вдруг стал правильный, — едко заметил старик. — Сам на себя не похож. Обычно подобные проблемы сам решаешь и нам советы не чураешься раздавать, а тут что-то заскромничал.
Я понимал, что острый язык у деда Павла прорезался не сам собой, а из-за непрекращающейся боли и слабости, поэтому не обижался, а вместо этого спросил:
— Дед, ты вообще как? Если плохо себя чувствуешь, то, может, и не нужно никуда ехать? В таком состоянии ты только больше дров наломаешь.
— И ничего не наломаю, — нахмурился старик. — Отлежусь в поезде, возьму себя в руки и примусь за работу.
— Ну смотри, — ответил я.
Дед ещё больше нахмурился.
— Да дело ведь не только в моём самочувствии, а в тех проблемах, которые мы вдруг получили. Я ведь действительно надеялся, что тебе удастся разгрести хоть часть из них. Ты же у меня парень способный. А ещё эти убийцы в чёрном…
— Если бы бойцы фон Гюрста действовали сами по себе или тот же Залесский бы не погиб, а был просто ранен, то я бы сдал их куда надо — и всё. Но в этом деле фигурирует смерть не последнего члена одного из боярских родов. А так как в политике я не силён, вот и решил дождаться вашего исцеления, — пожал плечами я и мысленно закончил:
«К тому же в свете последних событий мне куда как важнее вернуть собственные силы, чтобы быть в готовности встретить новых убийц».
В то, что эти господа появятся, я почему-то не сомневался.
— Ты всё правильно сделал, Гордей, — решила поддержать меня графиня, а дед произнёс:
— Если хотите знать моё мнение, то куда ни посмотри — везде задница.
— Поясни, — попросила Ульяна Романовна.
— Да что тут пояснять? — поморщился он. — Заявлять о нападении нельзя. Важную шишку убили. Не только члена влиятельного рода, но и кое-что из вышестоящих чинов империи. Но и что-то внятно ответить, когда к нам придут с вопросами, мы тоже не можем. В деле участвовали дружинники Залесских, а раз так, то руководство в курсе операции и его результатов.
— Полагаешь, что нападение — это не инициатива генерала, а спланированные действия рода?
— Да, — уверенно кивнул дед Павел. — А если и нет, то мы в любом случае убили их человека. Могут объявить войну и напасть.
— Но ведь пока не спешат это делать? — заметила Ульяна Романовна. — Уже больше недели прошло, а от них ни слова, ни духа. Кстати, были ли новости о пропаже генерала?
— Нет. Пока Залесского никто не ищет, — сказал я, так как Полина отслеживала этот момент. — Как минимум официально. А что касается действий его рода, то всё не так однозначно. Может, мы и не видим суслика, а он есть. И готовится вцепиться нам в глотку.
Дед Павел снова тяжело вздохнул.
— Гордей прав. Получается, что мне всё же нужно остаться. А то уеду, а тут начнётся веселье.
— Нет, — отрезала Ульяна Романовна. — Езжай в столицу и делай то, что запланировал, ну и про Залесских не забудь покопать. Ну а мы с Гордеем тут и сами справимся. Ведь так?
Графиня выжидательно посмотрела на меня, и я кивнул.
Перед тем как закончить разговор, старик уточнил:
— Кстати, а куда ты дел трупы? Сбросил их в разлом?
— Простых наёмников — да. А Залесского и убийц заморозил и оставил до лучших времён. Вдруг родственники потребуют их тела. Решил подстраховаться…
Уже на следующий день дед Павел уехал из Новосибирска, Полина Климович отправила своих людей искать в городе боевиков Залесских, лига охотников продолжила тренировки и расширение, а родные стали понемногу подниматься на ноги. Правда, колдовать им Ульяна Романовна пока что запретила, чтобы они вновь не оказались прикованными к постели.
Только я собирался отправиться в разлом, чтобы проверить на практике свои силы, как Ульяна Романовна объявила общий сбор. Ожидая худшего, направился в комнату для совещаний и от предложения графини едва не выпал в осадок. Она собиралась сейчас обучать всех членов написанию правильных писем.
— Нужно начинать заниматься вашим воспитанием. Вы теперь представители рода графов Хладовых и должны соответствовать этому высокому уровню, чтобы общество не смеялось у нас за спиной, — сухим тоном произнесла пожилая женщина.
«Странно, — пронеслось в голове. — Почему бы тогда не начать с изучения этикета? Какие вообще письма?»
— Ульяна Романовна, — тем временем как-то робко сказала мама Гордея, — а как быть с Кирой? Читать она, конечно, умеет. Писать тоже, но правильные письма…
— Тот навык, — перебила её графиня, — который пригодится любой девушке из приличной семьи. Не переживай. Сложного в этом деле ничего нет. Меня саму начинали обучать подобным премудростям гораздо раньше.
Кира с серьёзным выражением на милом личике произнесла:
— Я готова!
Взгляд Ульяны Романовны, тем временем, переместился на Барсика, который с удовольствием охотился на залетевшую в помещение муху. Ощутивший нечто котёнок сначала дёрнулся, а затем замер.
— Людмила, — произнесла графиня, — тебе пора начать дрессировку своего питомца. Иначе, когда он ещё немного подрастёт, то процесс его воспитания превратится в настоящую проблему. И вряд ли решаемую. А мне бы не хотелось, чтобы род лишался столь необычного члена.
— Дрессировку? — переспросила сестра. — Я и так этим занимаюсь. Успехи пусть и не большие, но всё же есть.
— Вот как? — с приятным удивлением произнесла пожилая женщина. — В таком случае вели ему во время занятий сидеть или лежать рядом и никуда не отлучаться.
— Но-о… — протянула растерянная Людмила и в ответ услышала команду, в которой ощущалась сила.
— Действуй!
Старшая сестра на некоторое время задумалась, а затем решительно посмотрела на котёнка, чему-то кивнула и произнесла:
— Барсик! Ко мне!
Замерший котёнок тут же ожил, затем перевёл взгляд с Людмилы на муху и обратно, после чего радостно продолжил охоту.
Графиня покачала головой.
— Не так, девочка моя. Попробуй ощутить его. Связь между вами. Представь её натянутой гибкой нитью. Пройдись по ней мысленно и вели Барсику занять место рядом.
— Хм, — задумался я. — А разве это будет не магическое усилие? Вы ведь просили никому в этом деле не усердствовать, пока не восстановимся.
— Оно самое, — кивнула женщина. — Только оно будет минимальным и особого вреда не принесёт. Ведь между ними она постоянно присутствует в любом случае.
Людмила задумалась и, собравшись с мыслями, принялась за дело.
В первые секунды показалось, что сестру непременно ждёт успех. Вздрогнувший Барсик резко развернулся, нашёл взглядом Людмилу и двинулся к ней, однако зажужжавшая словно бы ещё громче муха отвлекла его и заставила в очередной раз сменить направление.
— Не переживай, — произнесла графиня с улыбкой. — Я уверена, что у тебя всё получится. Нужно лишь усердие и желание. Так что занимайся с Барсиком и слушай нас.
Выждав некоторое время, Ульяна Романовна начала лекцию.
— В обществе бояр существует несколько разновидностей писем, каждое из которых имеет свои особенности, правила и предназначение. Воспитанным людям необходимо знать, как именно они пишутся, не путать их характерные элементы.
Обведя всех внимательным взглядом, женщина продолжила:
— Начнём обучение с официальных писем. Они используются для общения с боярскими родами или представителями государственной власти и могут содержать важные военные, политические или экономические вопросы. К ним можно также добавить и административные письма, которые направляются в адрес государственных учреждений или к местным властям. Однако нужно понимать, что отнести их в группу официальных можно, а вот писать необходимо по своим правилам. Иначе конфуза не избежать. Отдельно нужно выделить личные письма, адресованные друзьям и родственникам, которые могут содержать разные сведения, обсуждение семейных дел и других событий. В таких письмах принято быть более открытыми и искренними, но не забывать про приличия и не переходить на панибратство. Помните, кто вы есть, и что не всё можно и нужно доверить бумаге и чужим глазам. Особенно это касается различных конфликтов как внутри рода, так и за его пределами.
Кира, словно примерная ученица, тут же подняла руку и, заметив разрешающий кивок, спросила:
— А как насчёт любовных писем? Они считаются личными? Или относятся к другой категории? Как Людмиле и Ольге общаться с ухажёрами? Неужели и там к ним нужно обращаться по имени и отчеству?
Все присутствующие заулыбались, а Ульяна Романовна ответила:
— Любовные письма — это особая категория. Поэтому ликбез по ним я проведу для наших девушек чуть позже, а мы пока перейдём к пригласительным. Это могут быть приглашения на балы, ужины, свадьбы и другие торжества. Приглашение на деловой разговор в этот вид не включаем — они относятся к официальным письмам…
Данная морока продолжалась достаточно долго и была мне не по нраву. Даже возникала мысль покинуть это мероприятие для решения более важных задач. Останавливало нежелание подрывать авторитет графини, а также понимание, что информация всё же для меня нова и небезынтересна.
Чуть позже я выяснил, для чего подобное мероприятие понадобилось Ульяне Романовне. Она решила совместить приятное с полезным и не только обучить новое поколение Хладовых, но и написать официальные письма всем наиболее авторитетным егерям города, лидерам крупных отрядов, а также главе рода Залесских. С первыми категориями графиня решила договориться о мирном сосуществовании, а с последним попробовать избежать войны. У нас и так слишком много врагов.
К сожалению, главы Залесских в Новосибирске не было, имелся лишь один из младших родственников почившего генерала, которому и было передано послание. И пока мы ждали ответа, графиня решила проверить, увеличились ли силы членов рода после ритуала и насколько.
Сама Ульяна Романовна успела почти полностью восстановиться и находилась на уровне сильного мага ранга ярый, который ещё не остановился в росте магического таланта. Я был уверен, что стоит только графине потренироваться и научиться пользоваться усилившимися возможностями — она станет гораздо опаснее.
Несколько слабее оказалась Ольга. Ещё недавно девушка была гриднем, но теперь скакнула на ранг выше и тоже стала ярым, как, собственно говоря, и я. Все остальные родичи по итогам ритуала также стали гораздо сильнее. Это впечатлило всех, но и заставило задуматься.
Не обошли подобные мысли и меня. Я не понимал, что именно стало причиной столь впечатляющего результата. Ну не сам же ритуал?! Если бы всё было настолько просто, то роды бы ежемесячно принимали в свои ряды новых членов. Возможно, во всём виноват я, который стал связующим звеном между Хладовыми и родственными Морозовыми из другого мира? Возможно, также повлиял и дорогостоящий ритуал со множеством редких ингредиентов и дорогих камней? А может, почти полностью высушенный нами разлом, который передал нам все свои силы и достаточно быстро разрушился? Или всё вместе?
Вопросов было много. Даже очень. Ответов — гораздо меньше. В основном догадки. Но времени на размышления не было. Ульяне Романовне стали приходить письма от егерей, согласившихся на встречу.
ГЛАВА 2
В переговорах с лидерами отрядов егерей участвовал Михалыч как глава лиги; я — как его ученик — и Хладов; ну и Ульяна Романовна с Ольгой — как представители рода покровителя. Бекишеву это дело откровенно не нравилось, как и происходящие встречи. Несмотря на взгляды, которые он бросал на молодящуюся графиню, мужик помнил, что в его руках — ответственность за большое количество доверившихся ему ветеранов.
Он не раз намекал мне, что таким вот заявлением на официальные переговоры Хладовы забирают себе всё больше влияния в отряде. Теперь со всеми вопросами по лиге авторитетные лица будут обращаться к ним. Мне приходилось его успокаивать, напоминая, что он остаётся главой отряда, а я — владельцем и членом рода Хладовых, что мы изначально знали, что всё будет именно так. Что лучше отдать десять процентов дохода и иметь лояльно настроенных покровителей, чем делиться половиной и постоянно переживать за свою жизнь и ожидать подставы. К тому же, указал на желание самого Михалыча наконец-то заниматься делом, а не отбивать постоянные наезды, защищать родных от сбрендивших завистников и развиваться. Что все эти встречи как минимум для этого и необходимы. Нужно показать себя, посмотреть на других, завязать неформальные связи. Стать в городе своими. Предложить отрядам города совместные защитные мероприятия против войн и рейдерских захватов, чтобы все действовали вместе и могли наконец выдохнуть и заняться делами.
Михалыч согласился, что если удастся выполнить хотя бы часть задуманного, то проблем у отряда станет гораздо меньше и что он сам был бы рад, если бы егеря занимались своими прямыми обязанностями, а не рисковали в стычках непойми с кем.
В основном командиры отрядов были вежливы и заявляли о готовности к сотрудничеству, хотя внутри многих из них бушевали совсем другие эмоции. Они так же говорили о том, что инициатива о подписании мирного договора против войн между отрядами в городе им понравилась, как и мысль о совместной защите от рейдерских захватов, однако соглашаться на подписание документов никто не спешил. Командиры и их заместители обещали обсудить всё в своём кругу и дать ответ позже.
Я, признаюсь, был несколько удивлён такому уважительному отношению. Отказавшихся от разговора не было, все вели себя доброжелательно, хотя эмоции у многих изрядно шалили. Кому-то не нравилась непонятно откуда появившаяся графиня, взявшая под руку весьма крупный отряд. Вторых раздражал безродный командир лиги, как-то неожиданно быстро ставший егерем пятого класса. Третьих, в особенности многих из знакомых однокурсников, злил знакомый им недавний выпускник по прозвищу Бешеный пёс — то есть я, который сидел на встрече руководства, словно так и должно было быть, в то время как некоторые из них удостоились лишь ролью охраны патронов, ну или вообще безмолвными зрителями.
Кстати, для переговоров Ульяна Романовна сняла на несколько суток один из самых представительных ресторанов города, принадлежавших баронскому роду Боренцовых. Поступок не только показывал уважение к командирам отряда, но и указывал на статус графини Хладовой, пошедшей на столь огромные траты для организованного ей мероприятия.
Проведя после окончания переговоров очередного командира отряда и его помощников, я дружелюбно улыбнулся парочке зло наблюдающих за мной егерей, взятых в охрану, которые в ответ на это лишь сильнее сжали кулаки.
Ничего говорить или предпринимать они не стали, из чего я сделал вывод, что всех егерей командиры строго-настрого предупредили о запрете конфликтов и необходимости держать себя в руках. А так как я хорошо знал своих, в основной массе туповатых, агрессивных и высокомерных однокурсников, которых вытолкнули из семей в весьма опасный Новосибирск, то можно было определённо сказать — на данный момент никто не желал конфликта с лигой охотников, ну или с графиней Хладовой.
Возможно, дело было в личности покровительницы отряда, являющейся пожилой, битой жизнью боярыней, или из-за силы мага ранга ярый, которая иногда исходила от неё, а может потому, что все силы, желавшие нам зла, или заплатили огромные отступные, или скоропостижно скончались. В том числе весьма опасный и непредсказуемый Змушко, а также куда более влиятельный и могущественный генерал Залесский. Правда, новостей по последнему никто не знал, но подозрения у многих имелись…
Из интересного было то, что на одну из встреч в должности заместителя командира отряда прибыл Леон Левенши, которому я через Полину пообещал личное обучение. А также то, что на встречу как ни в чём не бывало прибыл и Григорий Кас. Мужчина встретился с Ульяной Романовной, словно старый знакомый, который не платил никому огромную виру, и вполне любезно с нами пообщался, при этом не забыв несколько раз выразительно посмотреть на меня, словно напоминая о заключённом уговоре. Пришлось едва заметно ему кивнуть. О его сыне я помнил.
К сожалению, в конце вечера не обошлось и без эксцессов. На встречу одновременно прибыли командиры двух весьма сильных отрядов. С одним из которых было никак не меньше десяти автомобилей охраны, о чём меня своевременно предупредили выставленные наблюдатели.
Рассказав графине о новых гостях, я велел официантам доставить один стол и четыре стула, которые появились словно по мановению волшебной палочки. Первым к нам подошёл барон Лисин Владимир Александрович — пожилой крепкий егерь с коротким ёжиком седых волос и неприятным шрамом на правой щеке, возглавляющий один из сильнейших отрядов егерей — Голодные опустошители. Вместе с ним прибыло и два его старших сына — крепкие мужчины лет тридцати со спокойными и оценивающими взглядами.
Дождавшись, когда барон с графиней обменяются любезностями и представятся друг другу, в зал вошёл ещё один человек с многочисленной охраной за спиной. Это был высокий, худощавый и моложавый мужчина лет сорока, истинный возраст которого выдавали лишь тонкие нити морщин на лице.
— Добрый день, господа и дамы, — произнёс он и обратился к барону Лисину, — Владимир Александрович, вы не представите меня графине?
— Ваше сиятельство, позвольте представить вам лидера отряда Пожиратели разломов барона Каменева Илью Матвеевича, — произнёс седой мужчина.
— Графиня Хладова Ульяна Романовна, — ответила женщина, протянув руку для поцелуя.
Каменев не ударил в грязь лицом, продемонстрировав манеры, после чего представил своих сопровождающих, и то же самое сделала графиня. При этом я заметил, что среди охраны неожиданного гостя уж слишком много моих однокурсников — аж целых девять человек. При этом среди них есть маркиз Вальд и граф Лукинский, которые, заметив мой интерес, вежливо кивнули.
Кивнув им в ответ, я увидел стоящего рядом с ними молодого парня, от которого едва не расходились тёмные круги ненависти, при этом он переводил свой взгляд с меня на Ольгу и обратно.
Тем временем Каменев, услышав, что меня назвали Гордеем Хладовым, нарочито удивлённо приподнял брови.
— Мне казалось, что у молодого человека другая фамилия.
— Хотите сказать, что я вам вру? — с той же интонацией спросила Ульяна Романовна, заставив мужчину натянуто улыбнуться.
— Что вы — это всего лишь проявление любопытства и ничего более.
— Он Хладов! — припечатала Ульяна Романовна и добавила, — Раз я утолила ваше любопытство, то может и вы утолите моё? Насколько помню, мы должны были встретиться с вами завтра.
— В самом деле? Возможно, мой помощник что-то напутал, заставив меня поспешить к вам, — нарочито изумлённо воскликнул Каменев. — Надеюсь, после этого признания вы меня не выгоните?
— Если его благородие не будет против, — посмотрела графиня на барона, — то я бы предложила и вам место за нашим столом.Тайны из моих слов нет, и они относятся ко всем командирам отрядов егерей.
— Я не против, — ответил Лисин, с интересом посматривая на устроенный Каменевым спектакль.
— Тогда прошу к столу, — пригласила всех графиня. — И предлагаю обращаться без титулов, по-простому. Мы всё же не на приёме.
Когда все заняли свои места, графиня произнесла:
— Ещё раз благодарю вас, господа, что откликнулись на моё предложение и прибыли на разговор.
— Лига охотников, которую вы взяли под своё покровительство, — произнёс барон Лисин, бросив взгляд на Бекишева, — весьма сильный отряд, который стал серьёзным игроком в городе и ежемесячно набирает силы.
— Действительно, — произнёс Каменев, — ваш отряд словно бы усиливается день ото дня. Ещё недавно там было лишь четыре человека, а теперь почти две тысячи. Удивительно.
— Это заслуга Ивана Михайловича и его заместителей, — произнесла графиня, посмотрев на Бекишева, и выдержав небольшую паузу, добавила, — Предлагаю перейти к делу, для которого я вас и пригласила — оно будет касаться безопасности отрядов, мирного сосуществования и возможного подписания союзного договора о взаимопомощи против общих врагов и рейдерских захватов.
— В свете последних месяцев эти проблемы кажутся мне весьма актуальными, — заметил Лисин. — Вот только хотелось бы узнать о них более подробно.
— Действительно, — согласился Каменев. — Не совсем понятны некоторые определения. Что, к примеру, значит взаимопомощь против общих врагов? Кто будет их указывать? И по каким критериям будем понимать, что они общие? А если проблемы будут касаться одного или двух отрядов, а остальных нет? Как быть в этом случае?
— Вы всё слишком усложняете, — заметила Ульяна Романовна. — Пока мы лишь обсуждаем намерения и заявляем о необходимости работать без опасений за свои жизни.
— А мне показалось, что род Хладовых планирует сделать своих врагов общими. Ведь если кто-то на вас нападёт, то союзники обязаны будут оказать помощь. Зачем нам эти проблемы?
— Я не предлагаю вам сражаться с моими врагами, — холодным тоном произнесла Ульяна Романовна. — С ними, если они объявятся, я решу проблему сама. Моё предложение касается безопасной работы отрядов города. Чтобы один из них внезапно не атаковал соседа и не заставил остальных вновь забыть о работе и сосредоточиться на собственной безопасности. Слишком часто в последнее время происходили подобные вещи.
— Не знаю, — откинулся на спинку стула Каменев. — Слишком голословно это звучит. К примеру, за последние пятьдесят лет ещё никто и подумать не мог о том, чтобы попытаться отобрать отряды у нашего рода.
— Насколько мне известно, два достаточно крупных отряда тоже долгое время не подвергались каким-либо нападениям, а затем в один прекрасный день у них неожиданно сменились хозяева. Господа Рогов и Плевцов не дадут соврать.
На лице Каменева мелькнула тень недовольства, и он произнёс:
— Их командиры забыли о своём долге и проводили в увеселительных заведениях куда больше времени, чем в разломах.
Графиня парировала:
— Знавала я одного молодого человека, который владел ресторанным бизнесом. Обстоятельно вникал во все дела своего детища и постоянно работал. Только знаете, что? Это ему не помогло. Стоило сторонним силам заинтересоваться проектом — и всё. Конец.
— Это потому, что у него в штате были повара, а у нас — опытные и готовые ко всему егеря из боярских родов, которые знают, с какой стороны браться за шашку и отлично владеют магией.
— На каждую рыбу найдётся рыба покрупнее, — заметила графиня и добавила. — Но я ни к чему вас не призываю и на союзном договоре не настаиваю. Силой тоже никого тянуть не собираюсь. Каждый должен понимать, нужно ему это или нет.
— Ну, конечно же, никто никого не тянет, — прищурился Каменев. — Только вот командиры небольших отрядов думают иначе.
— Моя цель — прекращение столкновений, мирное сосуществование и возможность отсрочить рейдерские захваты, которые мешают работе, — произнесла Ульяна Романовна. — А что касается других командиров, то я говорила им то же, что и вам. Ни больше, ни меньше.
Каменев рассмеялся:
— Ну конечно! Как я сразу не догадался! Ведь род Хладовых уже взял под контроль лигу охотников, теперь нужно придумать, как бы запретить другим повторить этот манёвр. А то вдруг потеряется такая лакомая кормушка. Ведь так, Бекишев?
От Ульяны Романовны разошлось облако холода, а Иван Михайлович твёрдо встретил чужой взгляд и покачал головой:
— Совсем не так.
— Как же не так? — нарочито удивился Каменев. — Неужели ты забыл, как создавал отряд и мешал центру подготовки подгрести его под себя? С какими проблемами сталкивался? Теперь что? Засунешь гордость в одно место и позволишь себя обокрасть?
— Это не только мой отряд, — сухо ответил Бекишев. — И не я один его создавал. Даже идея изначально принадлежала не мне. Так что, ваше благородие, вы во многом ошибаетесь.
— И кто же создатель? — переспросил Каменев, посмотрев на меня. — Неужели знаменитый в определённых кругах Бешеный пёс?
На этих словах с интересом следящий за перепалкой Лисин обратил своё внимание на меня, но всё также продолжал молчать, а командир пожирателей разломов добавил:
— Может, ты всё ещё продолжаешь развлекать людей на арене, сражаясь с монстрами?
— Я спасал друзей и оказывал помощь одному человеку, — ответил я спокойно. — Но, возможно, кто-то видел в этом и развлечение.
— А почему Бешеный пёс? Зачем ты взял себе прозвище недалёкого и агрессивного холопа? — продолжил цепляться ко мне Каменев.
— Так назвали меня другие, — пожал плечами я.
— И тебе не обидно? — уточнил мужчина.
— Нет, — сухо ответил я.
— Ну, так неинтересно, — произнёс Каменев. — Может, ты пояснишь почему? А то ведь столько догадок в голове возникает. Лично я считаю, что это из-за твоего внезапного изменения фамилии. Был Ладов — стал Хладов. Нашёл чем купить графиню и перестал быть ублюдком.
Лисин тут же напрягся, а Ульяна Романовна холодным тоном произнесла:
— Илья Матвеевич, мне кажется, что вы допустили излишне резкие заявления.
— Вам не кажется, — уголками губ улыбнулся Каменев. — Но дело не в том, что я сознательно пытаюсь оскорбить вашего мальчишку. Просто говорю так, как есть.
Ульяна Романовна окинула мужчину насмешливым взглядом.
— Вам нужно лучше собирать информацию. К правде ваши слова не имеют никакого отношения. Впрочем, считайте так, как вам угодно.
— А я так и считаю, — перестал улыбаться Каменев. — Что мальчишка преподнёс своей дальней престарелой родственнице слишком удачный приз, из-за чего она потеряла связь с реальностью. Пологает, что вправе вести себя как хозяйка положения, приглашать на встречи уважаемых людей и разговаривать от имени большого количества егерей.
— Господа и дамы, — неожиданно для всех подал голос барон, — предлагаю вернуться к теме разговора и воздержаться от взаимных оскорблений. Сначала — дело.
— А мне казалось, что мы уже всё обсудили, — ответил Каменев. — Графиня решила, что может позволить себе сделать нам сомнительное предложение. Что раз ублюдок помог ей подмять под себя лигу охотников, а удача позволила успешно противостоять нескольким нападениям, уничтожить ослабленных клинков и разобраться с оставшимся без союзников Залесским. Теперь она решила, что следующая ступень — город. Я ничего не пропустил?
— Вы всё перепутали, — с лёгкой улыбкой ответила Ульяна Романовна. — Ну и придумали немало. Меня интересует лишь возможность спокойной работы и ничего более.
— А меня интересует слишком много возомнивший о себе ублюдок и пригревшая его старуха. Что же тебе в поместье не сиделось? Почему решила на седую голову добить семью?
— Илья Матвеевич? — ледяным тоном произнесла графиня. — Вы переходите все границы. Где вас учили так общаться с женщиной?
— Не с женщиной, а с потерявшей понимание действительности старухой, решившей диктовать правила не тем людям, — отрезал мужчина. — Вы, графиня, очень сильно просчитались.
— Ульяна Романовна, — обратился я к Хладовой, — позвольте преподать барону Каменеву хороший урок?
— Не ты, бастард! — презрительно поморщившись, произнёс мужчина. — Мне нужен тот, от имени кого мне пришло приглашение. И не стоит апеллировать к возрасту! Я, в первую очередь, обращаюсь к покровителю отряда — лиги охотников.
— Надеюсь, вы не думаете, что я буду сражаться с вами на мечах? — уточнила вставшая с места Ульяна Романовна.
Каменев рассмеялся.
— Магии будет достаточно, но если боитесь…
— Ну что вы? — холодно улыбнулась графиня и, сняв перчатку, бросила её в лицо наглеца. — Вы, носящий титул барона — невоспитанный молодой человек, который позволил себе резко отозваться о роде графов Хладовых. Я вызываю вас на дуэль.
Магический щит защитил мага от перчатки, и он довольно улыбнулся, а графиня обратилась к Лисину:
— Владимир Александрович, не окажете ли честь стать моим секундантом?
Седовласый мужчина встал.
— Благодарю за доверие. Согласен. Но перед этим хочу узнать: возможно ли примирение?
— Ни в коем случае! Моим секундантом будет маркиз Вальд, — произнёс Каменев. — И откладывать я тоже не намерен. Как приглашённая сторона сразу заявляю, что дуэль будет проходить сейчас. Благо её сиятельство оказалась разумна и назначила встречу рядом с магической ареной.
— Илья Матвеевич, — вдруг подал голос один из смутно знакомых мне однокурсников, тот самый, что смотрел на меня с особой злобой и стоял рядом с Лукинским, — позвольте мне разобраться с ублюдком Ладовым. Раз его зачем-то приняли в род, то теперь я могу без проблем убить его на дуэли. Слишком уж много проблем создавал этот ублюдок под прикрытием безопасников центра.
— Почему бы и нет, — презрительно посмотрел на меня Каменев, — но только после нас. С удовольствием понаблюдаю, как ты его разделаешь.
— Не сомневайтесь, — подошёл ко мне молодой мужчина, и я вспомнил его фамилию — Шольц. Бросив взгляд на Ольгу, он хмыкнул и произнёс:
— Ублюдок Ладов, я вызываю тебя на дуэль! Место и время ты знаешь! Проверим, как обстоят твои дела с магией.
— А кто говорил про неё? — уточнил я. — Принимающая сторона здесь — я. Будем сражаться на клинках.
Шольц на пару мгновений растерялся, а я добавил:
— Проверим, так ли ты хорош в бою на клинках, как в вылизывании задницы начальству.
ГЛАВА 3
— Что?! Да как ты смеешь?! — покраснев от гнева, оппонент едва сдержался, чтобы не бросить в меня заклинание. — Ты ответишь за свои слова!
— Смею, — произнёс я и перешёл на нарочито вежливое обращение. — Вы оскорбили меня и род Хладовых и получите то, что заслужили.
Шольц натянуто рассмеялся.
— Думаешь, ты хорош с клинком?! Вовсе нет! Просто до этого тебе не попадалось серьёзных противников!
Не желая тратить время на крикуна, я посмотрел на ближайшего ко мне сына Лисина и, вспомнив его имя-отчество, произнёс:
— Иван Владимирович, не окажете ли честь стать моим секундантом?
Спокойный мужчина встал со своего места и ответил так же, как и отец:
— Благодарю за доверие. Согласен.
Затем он неожиданно улыбнулся и добавил:
— Давно не участвовал в столь занимательном мероприятии. Уверен, ваш бой будет интересен.
— Моим секундантом будет барон Гунт! — произнёс Шольц, понимая, что всё внимание перешло ко мне. К нему подошёл весьма похожий на него молодой человек с высокомерным лицом, бросивший на меня презрительный взгляд.
— Не знаю, зачем вам понадобилось пустить кровь этому потерявшему чувство реальности псу, но я с удовольствием поучаствую в данном деле.
— Всё решили?! — усмехнулся Каменев. — Тогда приглашаю всех отправиться на арену. Надеюсь, господа Хладовы ещё помнят, что такое честь и не сбегут под защиту своих егерей?
— Юноша, — улыбнулась графиня, — вместо того чтобы задавать глупые вопросы, вы бы лучше поберегли собственное достоинство. Итак уже оскорбили и вызвали на дуэль пожилую женщину, которая пригласила вас на дружеский разговор. Это будут обсуждать во всём городе уже сегодня. Будьте уверены.
— Невелика плата за то, чтобы преподать самоуверенной даме урок. К тому же мне не интересно мнение старых кошелок, гораздо важнее авторитет в глазах егерей.
— Который вы сегодня обязательно загубите, — парировала Ульяна Романовна, но Каменев лишь фыркнул и с гордо поднятой головой отправился на выход.
Следом за ним двинулись и остальные его люди, а выбранные в секунданты Лисины подошли к нам.
— Значит, бой на клинках? — уточнил Алексей Владимирович с улыбкой. — До меня доходили слухи о ваших успехах в данном деле.
— Люблю, знаете ли, помахать железом, — ответил я.
— Тогда, может, после всего этого проведём пару учебных боёв? — предложил заинтересовавшийся мужчина, и я ответил согласием.
— Раз об этом договорились, — посерьёзнел Лисин, — то что насчёт остальных условий боя? Сражаться будете до крови или до смерти?
Взяв некоторое время на обдумывание, я произнёс:
— До смерти. У меня и так что-то слишком много личных врагов, которые позволяют себе распустить язык. Нужно сократить их количество и заставить задуматься остальных.
— Я вас понял, — кивнул Лисин и направился к секунданту Шольца, а я обратил внимание на завибрировавший телефон.
Подняв трубку и выслушав быстрый доклад наблюдателя, я заметил, что во время разговора пришло несколько сообщений с незнакомых номеров. Это Левенши и Кас предупреждали о поступившем им недавно предложении посетить бой между графиней Хладовой и бароном Каменевым.
«Ничего удивительного, — подумал я, отправляя сообщение Полине Климович, чтобы сбросила информацию о нашем новом враге. — Сразу было понятно, что барон появился здесь не случайно, хотя, конечно, о происходящем и его масштабах никто из моих источников информации не пронюхал. Что, в общем-то, неудивительно. Всегда будут события, о которых мне ничего не будет известно. А Каменев, как видно, готовился. Предполагал, что если о дуэли узнает не тот человек, то Ульяну Романовну могут и предупредить».
Пока я слушал доклад и обдумывал ситуацию, графиня обсудила нюансы со старшим Лисиным, и он со своими людьми ушёл, оставив нас одних.
— Бабушка! — едва сдерживая себя, произнесла Ольга. — Что же теперь будет?!
— Бой, — спокойно ответила Ульяна Романовна и посмотрела на меня. — Не думала, что мне придётся участвовать в чём-то подобном на старости лет.
— Может, можно как-то отказаться? — уточнила наследница. — Давай я выйду вместо тебя.
— Девочка моя, — улыбнулась Ульяна Романовна, — не говори глупости. Ты же сама знаешь, что я куда опытнее и сильнее тебя. Справлюсь я с этим много возомнившим о себе слизняком.
Несмотря на уверенный тон, который несколько успокоил Ольгу, я чувствовал, что внутри графини остаётся смятение, небольшой грызущий её червячок.
— Но он — действующий егерь с красным камнем на кольце! А это четвёртый класс! Сколько монстров он убил за свою жизнь?! Какой у него огромный боевой опыт! Ты должна это понимать…
Отметив, что Ольга лишь увеличивает неуверенность графини относительно своих сил, я кивнул поморщившемуся Бекишеву, и тот, подойдя к Ульяне Романовне, быстро произнёс:
— Кто егерь? Каменев что ли?! Да это молокосос, который уже пару лет почти и не ходит в разломы. Только под прикрытием нескольких сильных звёзд, чтобы когда-то заработанный красный камень не стал оранжевым. Так что всё это глупости. У её светлости в последнее время было гораздо больше боевой практики. Она и комплексы изучила, и «щит воли» делать научилась, и стала гораздо сильнее и опытнее как маг. Да для неё этот Каменев с рангом гридень — всего лишь небольшое препятствие.
На глазах вернувшая себе уверенность графиня указала на выход и, подхватив Бекишева под руку, спросила:
— Он действительно гридень? Информация проверена?
У меня завибрировал телефон, и я поспешил открыть сброшенную ссылку, быстро пробегаясь по тексту.
— Всё так, — произнёс я, прочитав краткое досье на Каменева. — Сильный гридень, но не ярый.
— И думает, что раз вы ходите без кольца егеря, — подхватил обрадованный Бекишев, — то в разломах не бывали и он задавит вас опытом.
А обрадовавшаяся Ольга тихо шепнула:
— Ну или думает, что ты до сих пор гридень.
Удостоверившись, что Ульяна Романовна вновь уверилась в своих силах и отвлекается Михалычем, я продолжил изучать досье на Каменева и услышал тихий голос Ольги.
— Гордей, это моя вина.
— В чём? — решил уточнить я.
— В том, что на тебя набросился Шольц, — потупила взгляд Ольга. — Это всё из-за меня. Мы, когда сюда ехали на бронепоезде, то я познакомилась с их компанией в вагоне-ресторане. С Лукинским, Вальдом и другими ребятами. Шольц тогда пытался за мной ухаживать и говорил про тебя всякие гадости, то есть, ну, про Бешеного пса, а я была такая глупышка, что всему этому верила. Прости меня…
— Да ладно, — отмахнулся я. — За что тебя прощать? Шольц оскорбил бы меня и просто так. Потому, что я ему никогда не нравился. Тем более он хотел сразиться со мной на магии, полагая — раз я недавно принят в род, то в ней слабак. Но возможно, благодаря твоему присутствию, он не мог здраво мыслить и подставился под бой на клинках, так что я ещё должен быть тебе благодарен.
Когда мы вышли из ресторана, нас кольцом окружили две звезды егерей охраны, и мы пешком, неспеша, двинулись к огромному спортивному сооружению, о предназначении которого я ещё недавно размышлял. А это, оказывается, арена.
Стоило нам только подойти ближе, как появилось несколько взволнованных работников комплекса, которые попросили следовать за ними, и я ощутил на себе множество любопытных взглядов большого количества егерей и простых горожан, заинтересовавшихся неожиданным столпотворением.
— Сюда едет много автомобилей, — шепнула мне идущая рядом Ольга.
— Вижу, — ответил я. — Каменев решил бросить Ульяне Романовне вызов и продемонстрировать окружающим свою силу. Поэтому стоило только графине принять предложение, как вестовые отправили ранее подготовленное сообщение.
Девушка нахмурилась и зло спросила:
— Что это значит? Бабушка может умереть, а для них это развлечение?
— Для них это возможность увидеть, за кем сила, — задумчиво произнёс я. — Кое в чём Каменев был прав. После разговора с Ульяной Романовной некоторые командиры посчитали, что на них оказывают давление, а может, просто скептически относились к союзу и нашему отряду, состоящему преимущественно из безродных, вот и решили таким образом показать протест и проверить, кто есть кто.
— Значит, они обвели Каменева вокруг пальца? — уточнила Ольга. — Ведь он, получается, разгребает жар за другими.
— Не совсем. Думаю, он давно искал возможность заявить о себе. Его отряд силён, сам он тоже не слабак, а тут такая возможность. Ещё и предпосылки хотя бы частично взять под контроль наш отряд и стать определённым авторитетом для многих других.
За разговорами мы дошли до внушительных размеров арены с песочным покрытием, толстыми бетонными стенами по периметру, над которыми возвышались зачарованные бронированные окна.
«Дополнительная защита», — подумал я, с интересом оглядываясь по сторонам, а в это время персонал подвёл Ульяну Романовну с Бекишевым к лифту, и один из мужчин произнёс:
— Ваше сиятельство, чем мы ещё можем быть вам полезны?
— Принесите мне стакан холодного апельсинового сока, — произнесла графиня, — и подскажите мне места секундантов?
Мужчина подал знак помощнику и поспешил ответить:
— Они размещаются за спинами дуэлянтов в специально отведённых для этого помещениях с бронестёклами, которые расположены над выходом в арену.
Спустя некоторое время подошли младшие Лисины, среди которых был и мой секундант. Он предупредил, что отец сейчас получит последние наставления от судьи и подойдёт, а затем уточнил у меня:
— Гордей Романович, я могу узнать, где ваш клинок? С секундантом вашего противника я уже всё обсудил, и он дал своё согласие на наши условия.
— Его скоро принесут, — успокоил я своего секунданта и окинул взглядом всё увеличивающуюся толпу на трибунах. — Вероятно, задержка связана с неожиданным наплывом большого количества гостей.
Лисины закивали.
— Это так. Мы точно не ожидали увидеть сегодня столько знакомых лиц.
Именно это время выбрал Шольц с группой своих подпевал, чтобы подойти ближе и произнести:
— Бешеный пёс стал Хладовым! Подумать только! До этого момента он сражался на клинках лишь с такими же безродными или безмозглыми монстрами и почему-то посчитал себя непревзойдённым мастером!
Окружавшие Шольца бывшие однокурсники тут же рассмеялись, а я, заметив, как нахмурилась Ульяна Романовна, понял, что они мешают ей настроиться на бой.
— Да, точно! — сказал кто-то. — Что это за жалкий род? Почему они берут к себе кого попало? — сказал кто-то, и компания вновь рассмеялась, а на назревающий конфликт стали обращать внимание и другие.
Услышавшая это Ольга разозлилась, и от неё разошлась волна холода, которая ещё больше развеселила парней. Остановив дёрнувшуюся было наследницу, я сделал несколько шагов вперёд и, улыбнувшись, направил на весельчаков тень «вуали страха» — всего лишь неполноценную версию техники, так как полагал, что им хватит и этого.
Оказался прав.
Миг — и девять парней, включая Шольца, рассредоточились и сформировали защитные заклинания.
Вокруг нас тут же установилась гробовая тишина, и я произнёс:
— Господа бывшие однокурсники, по всей видимости, стали забывать, почему дали мне весьма говорящее прозвище и не мешали доучиться в центре подготовки. Мало того, они ещё посмели оскорбить род Хладовых. Ну ничего. Я могу помочь каждому из присутствующих осознать его ошибку.
— Гордей Романович, — холодным тоном обратилась ко мне графиня, — считаете это необходимым?
— Да, — кивнул я, ощущая, как внутри меня просыпается жажда убийства. — Я не намерен слушать оскорбления в адрес рода Хладовых.
Видимо, по нашей связи графиня что-то ощутила и, приподняв подбородок, добавила:
— В таком случае делайте, что должно!
— Благодарю, — повернувшись, кивнул я Ульяне Романовне и обратился к напряжённым парням.
— Я вызываю на дуэль вас всех. По очереди. Сегодня. Алексей Владимирович, надеюсь, вы вновь окажете мне честь стать моим секундантом?
Лисины переглянулись, и тот, к кому я обращался, ответил:
— Если не возражаете, то пять человек я возьму на себя, а остальных — Арсений Владимирович.
— Если он согласен оказать мне честь.
Второй из братьев довольно кивнул, и я, прекратив действие техники, уточнил у недавно смеявшихся бояр:
— Такого вызова будет для вас достаточно? Или необходимо каждому бросить в лицо перчатку?
Публика на нашей части арены взорвалась громким гулом голосов, а пришедшие в себя бояре разозлились.
— Да что он себе позволяет?! Что за фокусы?! Да мы его сейчас прикончим!
— Господа, — к ним подошли оба Лисиных, — прошу вас, давайте отойдём в сторону и выясним детали предстоящих боёв.
— Да пусть он меня сначала пройдёт! — хорохорился бледный Шольц, но в его глазах я видел страх.
— Ты что? Думаешь, что справишься хотя бы с одним из нас? — не могли успокоиться аристократы, которых я только что знатно опозорил перед собравшимися.
— Не думаю, а знаю! — твёрдо ответил я. — Знаю, что те, кто не принесёт извинения графине Хладовой за оскорбление рода, сегодня же умрут.
— Ха-ха! Неудачник! Ты просчитался! Это ты нас вызвал, а значит, я выбираю бой на магии! Посмотрим, что ты можешь на ней показать! Это тебе не клинок! Но ты сначала попробуй пройти барона Шольца! Он покажет тебе разницу между Бешеным псом и родовым боярином!
Услышав слова про бой на магии, другие парни тоже приободрились и позволили Лисиным отвести себя в сторонку.
— Считаешь, что это правильный выбор? — с сомнением в голосе уточнила графиня.
— Конечно, — повернул я голову в её сторону. — Нет необходимости больше скрываться. Сегодня вы раскатаете Каменева в блин, и враги рода про это прознают. Они поймут, что рано сбросили вас со счетов.
— А ты? — уточнила Ульяна Романовна. — Может, будет лучше, чтобы они про тебя не знали?
— Узнают в любом случае и будут считать, что раз вы преподнесли им неприятный подарок, то другие Хладовы будут тоже не столь просты. А раз так, то нужно добавить нашему роду немного мрачной репутации, чтобы все недовольные закрыли поганые рты, а враги стали бояться. Кроме того, всю свою силу я демонстрировать не буду — для этих слабаков столько и не нужно.
Вскоре появился старший Лисин, который с мрачным лицом довёл до Ульяны Романовны правила дуэли и добавил, что Каменев желает бой до первой серьёзной раны. Всё же Ульяна Романовна его просчитала — барону не захотелось прослыть убийцей старушек.
В мыслях всплыло имя Родиона Раскольникова, но я не стал разбираться, что к чему, и обратил внимание на арену, куда на лифте спустилась готовая к схватке графиня. Дежурные маги тут же подали энергию в накопитель, который сформировал защиту, а судья с микрофоном ещё раз предложил сторонам примириться.
Получив отрицательные ответы, он ещё раз повторил правила поединка и объявил о начале боя.
Раздался звук гонга, и поднявший руку Каменев тут же атаковал. Однако к изумлению зрителей, графиня и не думала парировать летящие в неё каменные копья. Вместо этого она чуть довернула корпус вправо и пошла вперёд. Данная тактика могла показаться кому-то сомнительной, так как огромные камни проходили в нескольких сантиметрах от хрупкой женской фигуры, но я понимал, что она тоже ощущает опасность. К тому же расстояние между ними было приличным, и тяжёлые копья летели слишком сильно, позволяя графине приблизиться к противнику и сохранить силы.
Не добившись успеха первыми атаками, Каменев сменил тактику, а спустя несколько секунд сформировал заклинание и ударил им в покрытие арены. В сторону пожилой женщины словно по дороге тут же устремились поднимаемые из песка каменные копья, однако та немного ускорилась и ушла и от этой атаки.
На зрительских местах стали раздаваться смешки, а раздосадованный очередной неудачей барон двинулся вперёд и повторил атаку. В этот раз удар пришёлся более удачно. Силы было вложено куда как больше, и дорога из длинных каменных копий оказалась гораздо шире и сформировалась в опасной близости от Ульяны Романовны, но та взмахнула рукой, и сфера холода заставила камни потрескаться и осыпаться.
Такого издевательства барон выдержать не смог и вновь повторил атаку, бросив в Ульяну Романовну несколько снарядов, которые та с лёгкостью отводила в сторону, а затем неожиданно для всех атаковала. В Каменева отправилось с десяток ярко светящихся синим «сосулек». Барон выставил каменный щит, но один из снарядов прошёл выше и оставил небольшую рану на его правом плече.
— Ах ты! Сама напросилась! — зло рявкнул мужчина, и его рука легла на одно из всё ещё торчащих из песка каменных копий.
Внутри защитного поля раздался звук мощного взрыва. Десятки тысяч мелких острых снарядов с невероятной скоростью разлетелись во все стороны, словно от разорвавшейся бомбы, и подняли огромное количество пыли, заслонившей обзор.
Ольга испуганно вскрикнула, вовсе глаза уставившись на происходящее на арене, а затем подобные взрывы повторились ещё несколько раз.
— Всё с ней хорошо! — поспешил я успокоить едва не зарыдавшую Ольгу, так как чувствовал, что на арене был сильный всплеск родовой магии, и с графиней всё хорошо.
«Ничего себе, — мелькнуло в голове. — Раньше, до ритуала, у меня не было такой чувствительности. Странно, что Ольга ничего подобного не ощущает. В чём же дело? В неправильном ритуале? Его необычном результате? Или в моей предыдущей жизни, в которой я имел большой опыт в манипуляции энергией? А может, бонус от крови Хладовых и силы Морозовых?»
Ответа на данные вопросы не было, и я продолжил пристально следить за дуэлью, а в это время опытная графиня нанесла свой удар, и разошедшаяся в сторону Каменева волна холода сформировала толстый слой льда, поглотившего весь камень на арене.
В следующий миг Каменев вновь попробовал забросать приблизившуюся графиню своими заклинаниями, но та отклоняла их бросками каменных глыб, а затем резко сжала кулак, заставляя лёд подняться и сомкнуться вокруг противника.
Барон каким-то чудом сумел его разбить и даже вырвался из плена, но выросшая под ногой ступенька из льда отправила его вниз, и попытка захвата повторилась.
Каменев попробовал вновь вырваться, однако на этот раз удача была не на его стороне. Ну или, возможно, выбраться из положения лёжа оказалось куда как сложнее, чем стоя.
С каждой секундой количество льда вокруг Каменева увеличивалось, а внутри ледяной тюрьмы не прекращались яркие вспышки и попытки сбежать. Пару раз, после особо сильных ударов, по льду расходились трещины, однако графиня с лёгкостью восстанавливала их целостность.
В тот момент, когда изнутри ледяной тюрьмы перестали доноситься признаки магии, секундант Каменева выбросил белый флаг, и судья скомандовал:
— Стоп, хватит!
Ульяна Романовна опустила руку, и ледяная тюрьма перестала наращивать толщину.
— Гхм, ваше сиятельство, — крайне уважительным тоном обратился судья к графине, — не могли бы вы организовать проход к вашему сопернику? Нам необходимо проверить его состояние.
Ульяна Романовна холодно кивнула, и в ледяной горе появился проход к окровавленному телу Каменева.
— Победу в дуэли одержала графиня Хладова, — безэмоциональным тоном произнёс судья, а Ульяна Романовна уже направилась к лифту.
Поднявшись вверх, она приняла поздравление и посмотрела на меня.
— Кое в чём ты прав, Гордей. Они должны знать и бояться. — Затем, повысив голос так, чтобы нас слышали зрители, она добавила: — Теперь дело за тобой. Убей Шольца. Остальным наглецам можешь оставить жизнь, но только при условии, что они принесут мне официальные извинения.
— Будет сделано, ваше сиятельство, — ответил я и нашёл взглядом стоящего неподалёку егеря, который наконец принёс мою саблю.
ГЛАВА 4
Передав своим секундантам новые условия поединков, озвученные графиней Хладовой, я принялся наблюдать за тем, как оперативно возвращают арене её привычный вид. Разбитые глыбы льда уносили, а затем превращали каменную крошку в мелкий песок.
Не прошло и десяти минут, как порядок был наведён, и ко мне прибыл сначала Лисин, который провёл краткий инструктаж, а затем и секундант Шольца с судьёй, проверившие меня на отсутствие амулетов и усиливающих зелий. Саблю мою они тоже изучили, но как-то быстро и без огонька.
В конце проверки, перед тем как я вошёл в лифт, судья произнёс:
— Гордей Романович, считаю своим долгом напомнить вам, что дуэль происходит только на клинках. Магией в подобных поединках пользоваться запрещено. Артефакты арены настроены таким образом, чтобы своевременно распознавать жульничество, и пойманный на этом нарушитель покроет своё имя позором.
Гунт, секундант Шольца, неприятно рассмеялся.
— Если молодой человек и является магом, то весьма посредственным. За несколько месяцев обучения в центре подготовки никто так и не разглядел в нём этот талант. Только лишь…
— Секундант! — резко прервал его судья холодным тоном. — Не мешайте мне выполнять обязанности и вспомните о своих. Подобное поведение для лиц, выполняющих столь ответственное поручение, недопустимо! За господина Хладова будет сегодня говорить его оружие, как, впрочем, и за барона Шольца.
Молодой человек застыл, лицо его покрылось красными пятнами, однако, к моему удивлению, ответил сдержаннее, чем я ожидал. Возможно, вспомнил, что судья в подобном заведении априори не может быть слабаком.
— Я лишь посчитал своим долгом предупредить вас о том, что известно почти каждому из здесь присутствующих, и…
Однако судья вновь его перебил:
— Прошу вас впредь не допускать столь резких высказываний и помнить об этике! Этими словами вы можете не только повлиять на эмоциональное состояние дуэлянта, но и на исход поединка. Слишком много достойных магов могло бы остаться в живых, если бы не высказанные в горячке слова их помощников.
Пока судья ставил на место Гунта, я смотрел в сторону Ульяны Романовны, но та отрицательно покачала головой.
«Всё ясно. Сегодня и так ожидается слишком много смертей. А весьма осторожная графиня уже успела остыть после горячки боя и, видимо, пожалела о сказанном», — подумал я. В этот момент лифт закрылся и отправился вниз.
Ожидание не затянулось, и вскоре следом за мной спустился Шольц с шашкой в руке. Парень успел переодеться: на нём были удобные штаны, плотная кофта со вставками из кожи монстров и берцы с железными носками. В то время как я просто снял пиджак с галстуком и закатал рукава рубашки. Был уверен, что справлюсь и так.
Судья, как и перед прежней дуэлью, предложил сторонам примирение, а когда мы отказались, объявил о начале боя и ударил в гонг. Мы тут же двинулись навстречу друг другу, и когда между нами оставалось около двадцати метров, бледный от напряжения Шольц вдруг рванул вперёд на большой скорости, явно усилив свои движения с помощью духовной энергии.
Судя по тому, что следящие артефакты никак на это не среагировали, а барон ускорился ещё сильнее, я сделал вывод, что тоже могу стать быстрее, но не слишком, чтобы не вызывать ненужных подозрений.
А в это время приблизившийся Шольц достаточно умело рубанул шашкой, целясь мне в шею.
Я отметил, как горят торжеством его глаза, как он рад своей неожиданной победе и тому, что все слишком переоценили Бешенного пса, а затем сделал небольшой шаг назад, крутанулся на месте и вложил в саблю слабый поток энергии.
Опыт и клинок не подвели, и уже спустя миг голова Шольца, на лице которого отразилось удивление, отделилась от тела. И никакие вставки из кожи разломных монстров не помогли.
Услышав, как судья после небольшой заминки объявляет о моей победе, я проследил взглядом за кровью, заливающей песок арены, и под гул непонимающей толпы направился к лифту. Для них всё действительно прошло быстро и неинтересно.
«Ну ничего, — пронеслось у меня в голове, когда я подошёл к лифту. — Скоро начнётся второй бой, и будет интереснее».
Приняв быстрые поздравления от близких, я вернул саблю принёсшему её егерю, дождался очередного появления судьи с взбешённым Гунтом, который едва сдерживался, чтобы не сказать мне что-то обидное.
Вновь краткий инструктаж, но теперь по поводу проведения магической дуэли, и вопрос, заставивший меня поверить в человечество:
— Гордей Романович, по словам вашего секунданта, вы вызвали на дуэль сразу девятерых противников и сочли необходимым заявить о возможности проведения всех сражений сегодня?
— Всё так и есть, — согласился я.
— Несмотря на это, я заявляю, что после первой же дуэли вы имеете полное право на перенос второй на иной день. И в случае необходимости можете им воспользоваться.
Услышав слова мужчины, Гунт ещё больше покраснел, но вновь сдержался.
«Посмотрим, сумеешь ли промолчать и после этого», — подумал я и произнёс:
— Благодарю за предупреждение. В случае необходимости я обязательно им воспользуюсь, однако всё же планирую сражаться со всеми противниками по очереди. И если позволите, в целях экономии времени после боя не буду подниматься вверх. Всё, что необходимо, я уже знаю.
— Да как ты смеешь?! Думаешь, ты крутой, раз умеешь махать сталью?! Настоящий аристократ работает магией! А значит, тебе…
— Барон Гунт! — резко оборвал его судья. — Я вынужден вновь напомнить вам о правилах приличия! Ещё один подобный поступок, и мне придётся сменить секунданта!
— Вам не понадобится идти на этот шаг! — прошипел Гунт. — Ведь следующая дуэль будет для него последней!
Барон ушёл, а раздражённый его выходкой судья посмотрел на меня и сказал:
— Если поле арены после дуэли будет в удовлетворительном состоянии и вы обязуетесь не препятствовать наведению порядка, то я не вижу особых проблем. К тому же это действительно сократит время подготовки к дуэлям, а у вас их ещё девять.
На последнем слове в глазах судьи мелькнул интерес. Он явно был заинтригован большим количеством противников и хотел понять, справлюсь ли я с ними. Вдруг это просто бахвальство?
Затем я вновь спустился на лифте вниз, дождался появления смутно знакомого противника, ответил на вопрос о возможности примирения и после гонга неспеша двинулся к нему.
В это время мой противник быстро сокращал дистанцию, и с каждым его шагом появившиеся на ладонях язычки пламени разгорались всё сильнее, поднимаясь вверх.
К тому моменту, как расстояние между нами сократилось, его руки и часть плеч уже пылали, а за спиной появилось подобие крыльев.
«Ничего себе! Такого я ещё не видел, — заинтересовался я. — Далеко не слабака они против меня выпустили. Да и он молодец — решил не рисковать и сразу пошёл в атаку. Но зачем спешит? Неужели заклинание не отработано и поглощает много сил? Наверное, поэтому хочет закончить всё быстро. Побегаем? Чтобы он сдох? Нет, так неинтересно. Нужно посмотреть, на что это заклинание вообще способно».
Только я об этом подумал, как противник, за спиной которого уже пылали огромные огненные крылья, ударил по мне мощными расходящимися волнами огня.
«Ещё один любитель ударить издали и помощнее», — вспомнил я бой графини с Каменевым и, чуть повернувшись, сформировал в руке крепкий ледяной щит, прикрывший меня от остатков жара.
«Разгон быка, удар цыплёнка, — мысленно прокомментировал я его атаку. — Точно. Он только недавно освоил это заклинание и ещё не понял, как правильно им пользоваться. Весь жар был в центре, а расходящийся огонь больше походил на бутафорский. Обожжёт — и только».
Едва пламя немного спало, противник заметил, что я всё ещё на ногах. Его лицо исказилось от гнева, и он повторил атаку, сфокусировавшись только на мне. На этот раз заклинание не расходилось в стороны, было быстрее и, чего греха таить, жарче. Пришлось рвануть вперёд, уходя из-под удара, и контратаковать градом сосулек.
Заметив удар, парень машинально поднял руки, сжигая снаряды и перекрывая себе обзор, а я, воспользовавшись этим, рванул в сторону и принялся бросать сосульки по его ногам, желая проверить защиту. Неожиданно для меня все шесть снарядов глубоко вошли в ноги парня, а одна прошла насквозь, вырвав приличный кусок мяса и заставив противника закричать от боли. Не отдавая себе отчёта в происходящем, он приложил руки, всё ещё пылающие пламенем, к ранам и, завыв ещё сильнее, потерял сознание.
«С кем я вынужден сражаться? — поражённо подумал я, глядя, как песок вновь пропитывается кровью. — Как можно выйти на серьёзный бой с неотработанной техникой, которую сам не понимаешь?! Он ведь не слабак! Вряд ли это заклинание знают многие!»
Не желая мараться об этого неудачника, я развернулся и двинулся к лифту, а судья поспешил объявить конец боя и вызвал целителей.
«Ну, попробуйте, — мелькнуло у меня в голове. — Только мне даже отсюда видно, что это конец. Кровь уже не бьёт толчками. Сердце остановилось. Хотя мозг ещё не умер… Может, успеют?»
С этими мыслями я в нетронутой зоне сформировал удобное ледяное кресло, устроился и стал наблюдать, как персонал приводит арену в порядок. Были тут и маги, колдовавшие над песком, и обычные люди, собиравшие лопатой окровавленные участки.
Вскоре один из одарённых подошёл ко мне, чтобы забрать последний мешающий предмет — мой стул.
— Просто заберёте? Может, мне от него избавиться? — предложил я, поднимаясь.
— Не стоит, — покачал головой маг и едва заметно улыбнулся. — Сохраняйте силы, они вам сегодня понадобятся.
После того как арену покинули лишние, на неё спустился следующий противник. Это был молодой высокий парень, который, как подсказывала память, отнюдь не блистал в центре. Магом он тоже оказался слабым: неуверенные огненные шары, стрелы и одно щитовое заклинание — вот и всё. Его убила первая же брошенная мной ледяная глыба.
«Что?! Какого чёрта?! Да с такими противниками даже сражаться стыдно!» — мысленно выругался я.
Затем последовали объявление конца боя, очередной ледяной стул, уборка арены и появление нового дуэлянта.
В отличие от прочих, этого высокого худощавого мужчину лет двадцати пяти с длинными белыми волосами я знал шапочно. В отличие от подпевал Шольца, он ощущался уверенным, опытным и сильным магом, готовым к бою в любой момент. Таким он был и в центре — к нему никто не цеплялся, да и он ни к кому не лез. Учился, тренировался и не влезал в дрязги.
«Интересно, что он делал в этой компании? Может, к Вальду прибился?» — подумал я, двигаясь навстречу противнику.
Пален, в отличие от предшественников, атаковать издали не стал. Он уверенно шёл вперёд, сокращая дистанцию, и ничего не предвещало беды. Это-то и показалось мне странным.
«Он слишком расслаблен! Идёт ко мне спокойно, словно…»
В следующее мгновение чувство опасности заставило меня выпрыгнуть вверх, затем нырнуть вниз и несколько раз перекатиться. Звуки столкновения невидимых заклинаний со стеной арены и поднятый песок подтвердили, что интуиция меня не обманула. А затем техника «Глаза волка» показала мне атаку: переставший играть граф ударил по-настоящему.
На этот раз его воздушные заклинания можно было разглядеть, хотя летели они куда быстрее и точнее. Желая проверить их мощь, я создал под собой ледяную тумбу и отпрыгнул в сторону — она тут же разлетелась на куски.
«Очень сильные и точные заклинания. Неужели он тоже ранга ярый? Или просто подготовленный гридень?»
Поняв, что такими атаками меня не взять, Пален выругался, сложил руки и с силой провёл ими перед собой.
Чувство опасности, вброс духовной энергии — и я заметил, как от его светящихся рук расходится волна из сотен воздушных серпов, рвущихся во все стороны, даже вверх.
«Что, собрался меня на салат порезать?» — мелькнуло у меня в голове, а тело уже рвануло вверх по ледяному столбу. Оттолкнувшись, я атаковал графа десятками сосулек, чтобы отвлечь его.
Опору подо мной разнесли в щепки, снаряды остановил вспыхнувший щит, и я тут же метнул ещё засиявшую от вложенной энергии сосульку. Первый щит она пробила, но второй отклонил её в сторону, ранив графа в руку, а не в живот, как я планировал.
Зарычав от злости, Пален ударил несколькими сгустками сжатого воздуха, заставляя меня уворачиваться и ставить ледяные щиты, которые с грохотом взрывались.
«Ах ты ж!» — зло подумал я и швырнул потрескавшиеся льдины в противника, одновременно ударив заклинанием «саморез» в живот.
Перегруженный щит не сработал, и заклинание легко прошило графа, отправив его в беспамятство.
Не желая добивать хорошего противника, я сделал вид, что поверил в его смерть, и направился к лифту, а судья объявил мою победу и вызвал целителей.
«Выживет», — подумал я, бросая взгляд на упавшее тело.
К сожалению, Пален был последним достойным соперником. Следующие трое дуэлянтов оказались откровенно слабы, и я не понимал, зачем они вообще вышли против меня. Я не показывал какого-то высокого класса, но победил куда более сильных магов. Неужели надеялись на удачу? Или не хотели извиняться перед Ульяной Романовной?
Не желая затягивать и так долгий процесс, я просто нашпиговал их тела сосульками, легко разбивая щиты. На этом дуэли неожиданно завершились: остальные подпевалы Шольца принесли графине извинения, и меня пригласили наверх.
— Молодец, что не добивал всех и проявил милосердие, — тихо шепнула мне Ульяна Романовна после поздравлений. — Я была на взводе, когда отправляла тебя вниз.
— Да? — сделал я удивлённое лицо. — Кому-то удалось выжить?
— Двоим. Второму и четвёртому, — подтвердила графиня, и в этот момент я почувствовал на себе чужой взгляд.
Сейчас на меня смотрело слишком много людей. Одним было интересно взглянуть на необычного боярина, победившего в стольких дуэлях. Другие изучали ученика главы Лиги охотников. Третьи с ненавистью наблюдали за Бешеным псом, неожиданно ставшим боярином. Но лишь один взгляд был иным.
Он обещал мне смерть — без лишних слов. Как факт, который неизбежен. Как работу, которую нужно выполнить. Взгляд профессионального убийцы.
Резко подняв глаза к потолку, я увидел висящую на цепи лампу, раскачивающуюся из стороны в сторону. И был готов поклясться, что на ней только что был человек.
«Всё ясно. Убийцы в чёрном снова в городе и хотят со мной поквитаться. Это логично. Но вот что странно — почему он решил себя проявить? И почему его взгляд показался мне таким знакомым?»
ГЛАВА 5
— Ну что, скажешь, Борис? Как впечатления? — произнёс Хранитель, стараясь не смотреть в сторону объекта.
— Скажу, что это очень серьёзный противник, — мрачно произнёс мужчина и, взглянув в глаза Иосифу, веско повторил: — Очень серьёзный. Гораздо опаснее, чем я мог себе представить. Скорость, ловкость, реакция на опасность, усиление тела, впечатляющая акробатика, движения хищника и пара слабых заклинаний ранга адепт, которыми двадцатилетний мальчишка справился со столькими противниками. Более того, я уверен, что он сознательно скрывает свою силу, и боюсь представить, на что вообще способен!
— Вот и мне так показалось, — удовлетворённо кивнул Иосиф. — Филигранное использование разломной энергии и сосульки с глыбами льда. Вот и всё, что понадобилось ему для победы, в том числе и над двумя весьма сильными магами.
— Дай ему вместо сосулек ножи, замени льдины защитной техникой, и результат был бы тот же самый, — о чём-то размышляя, произнёс Борис и бесшумно выругался. — Ё-моё! Как такое возможно? Он настолько филигранно владеет разломной энергией, словно руководитель, а не какой-то случайный сопляк! А представь, что этот монстр может творить с помощью техники «шаг»? Да от нас и воспоминаний не останется.
— Хочешь сказать, что настолько сильные объекты нам раньше не попадались?! — приподнял брови Хранитель. — Напомнить, кого мы не так давно устранили?
— Да помню я, — отмахнулся мужчина, — только вот те люди являлись магами и понятия не имели о наших возможностях, а тут такое ощущение, что он и сам вырос в одном из известных тебе монастырей.
— Ты как будто читаешь мои мысли, — усмехнулся Иосиф, и его спутник, нахмурившись, уточнил:
— А я могу узнать причину веселья своего командира?
Улыбка Хранителя стала какой-то зловещей.
— Просто я подумал, что раз парень способен на многое, то нужно сделать так, чтобы его противниками стали те, к кому нельзя переместиться со спины, ну или те, у кого хватает сил окружить себя мощным щитом. Если лишить объект рояля (так, вроде, это называется в анимешных сериалах) и усилить его противников, то ему придётся туго. Ну и мы ещё поможем.
Борис некоторое время с недоверием разглядывал своего командира и вдруг спросил:
— Ты что, смотришь аниме?
— А что тут такого? — уточнил Иосиф. — Когда есть свободный вечерок и нечего делать, то почему бы и нет? Каждый расслабляется по-своему.
Борис отвёл взгляд и неожиданно признался:
— Я исэкай люблю, только читать, а не смотреть. Ну знаешь, все эти переносы крутых бойцов в наш мир, быстрый прогресс в магии, становление егерем и закрытие разломов.
Закончив говорить, мужчина с изумлением посмотрел в спину Хладова, а затем помотал головой.
— Да не. Бред какой-то.
Хранитель рассмеялся.
— Ты ещё скажи, что наш Тарас исэкайнутый.
Мужчины вспомнили робкую улыбку их нового помощника, когда тот делал что-то не так, и рассмеялись. Затем Иосиф продолжил:
— Всё. Немного расслабились, теперь давай к делу.
— Давай, — согласился Борис и добавил: — Твою идею с сильными магами я понял, вот только где мы их возьмём? Вряд ли Руководитель позволит выдернуть двух ярых для нашего дела, у них и так всё плотно расписано.
— А зачем они нам? — деланно удивился Хранитель. — Обойдёмся своими силами. Ведь сегодня два весьма сильных и перспективных мага проиграли нашему парню и остались в живых. Уверен, что скоро они захотят поквитаться.
— Эти неудачники? — переспросил Борис, поморщившись. — Ну не знаю… как по мне, так только граф показал что-то похожее на настоящий бой и был весьма близок к победе. Ну и ещё хоть что-то представлял из себя тот, что освоил «плащ феникса». Вот только он настоящий идиот. Вместо разрушительного и энергозатратного заклинания лучше бы использовал стандартные «огненные стрелы» и «щит» — и то пользы было бы гораздо больше. А так — потратил энергию впустую и проиграл как не знаю кто.
— С твоим мнением я полностью согласен, но главное, что у них есть силы и мотивация. Наше дело — их подготовить и отправить в бой.
Борис встрепенулся.
— Подожди, ты что, хочешь передать им наши эликсиры?
— Сначала подготовить, — улыбнулся Хранитель, — а потом дать финальную дозу усилителя.
— Эликсир последнего вздоха? — всё правильно понял Борис и задумался. — Хм. Это может сработать. Вот только ты уверен, что наш мальчишка выживет после встречи с двумя опоёнными этим магами? Ведь когда у одарённого сжигается дар в последней битве, то он себя уже не контролирует и атакует во всю силу. Вряд ли в таком случае нам предотвратить смерть объекта.
— Для этого мне и понадобятся ваши звёзды, — произнёс мужчина. — Чтобы одни отвлекали, а вторые пытались вытащить остатки Хладова из боя. Уверен, позже мы сможем узнать все секреты и у обожжённого обрубка…
Закончив обсуждение, Хранитель деактивировал амулет сферы тишины, который истаял после секундного шипения, и привнёс звуки многоголосого гула арены.
Прослушав разговор, Тарас выключил диктофон, который ранее достал из-под стула Бориса, и довольно улыбнулся.
Задумка удалась: Хранитель оказался не настолько силён и чувствителен, как он полагал, и удалось найти подходящий инструмент для получения необходимой информации.
«Хотя чему я удивляюсь, — подумал молодой человек. — В своё время этого не сумели распознать гораздо более сильные и умелые Иван с Феофаном. Что уж говорить про местных слабаков».
Тарас тяжело вздохнул.
Он вдруг вспомнил дела давно минувших дней. Как вместе с Марысей отправился выручать Ивана из беды, как тщательно составляли план по добыче информации и пытались вытянуть из друзей подробности. Как жена принесла им огромную плетёную корзинку из лично приготовленных ей пирожков, от которых никто в здравом уме отказаться не смог. Как потом они доставали в корзине второе дно и в тишине слушали запись разговора, чтобы наконец выявить наглеца, угрожавшего их близким.
— Моя Марыся… ну почему ты так яростно отказывалась от новой жизни? Почему так зло хаяла князя Морозова? Ну как я здесь без тебя? — проговорил молодой человек, и по его щеке прокатилась одинокая слеза. — А если этот парнишка — Хладов — не Феофан, что тогда? Неужели мне снова придётся быть одному?
Слова, которыми дед Павел описал наше с Ульяной Ивановной феерическое выступление на арене, лучше не приводить в приличном обществе. И хотя его голос был ровным, я даже через сотни километров ощущал, насколько яркие эмоции бушуют внутри него.
Выдохнув и выдержав небольшую паузу, он продолжил:
— Значит, я сижу здесь, пытаюсь найти людей в нашу службу безопасности, выискиваю старые связи, чтобы раздобыть информацию по вероятным и не очень противникам, стараюсь вести себя тише воды, ниже травы. Зачищаю все следы упоминаний о Хладовых и даже сам запускаю через журналистов инфоповоды, которые отвлекут имперскую и столичную общественность от новосибирских дел… а вы берёте и вот так вот запросто попадаете на все главные новостные сводки страны!
Выдохнув, старик продолжил:
— Пожилая графиня, которая без особых сложностей уничтожила командира отряда егерей с красным цветом камня и одновременно мага ранга ярый, а также малолетний сопляк, устроивший шоу с десятью дуэлями и победивший в семи поединках подряд и заставивший ещё тройку аристократов извиниться за оскорбление своего рода. Да вы кем там себя возомнили?! Юсуповыми? Пожарскими? Или, может, Романовыми?!!
— Павел, — холодно заметила графиня, когда мужчина иссяк, — поверь, я понимаю твоё негодование и как это может выглядеть со стороны. И если бы мы поменялись местами, то поверь, ты бы получил не менее грозную отповедь. Однако спешу тебя заверить, что если бы у нас была хотя бы небольшая возможность поступить иначе, то мы бы так и сделали. Да только нельзя было. Нас в очередной раз приперли к стене и заставили играть по своим правилам. Решалась судьба не только лиги отряда и его жизнедеятельности, но и рода Хладовых. Ведь если бы мы проиграли, то потеряли бы много, если не всё. Так что выбора особого не было. К тому же мы решили использовать данную ситуацию в своих целях и показали, что против нас идти не стоит. Теперь все знают, что мы в любом случае готовы за себя постоять, как в войне отрядов, так и при встрече лицом к лицу. Так что теперь, в случае необходимости, мы можем покинуть город, оставив за спиной крепкий тыл, и не переживать, что собственность твоего внука перейдёт в чужие руки!
— Так в том-то и дело, чёрт возьми! — уже более спокойно произнёс дед Павел. — Ты продемонстрировала силу лицом к лицу. Свою опасность! Поверь, все, кто делал тебе больно, бил в спину, когда род ослаб, просмотрят это видео не один раз и будут готовиться. Но это ещё ладно. Понимаю, что порой, даже при всём желании, дуэль не предотвратить. Каменев приложил немало сил, чтобы она состоялась, да ещё и при большом стечении народа, но Гордей!
Тут он снова стал переходить на повышенный тон.
— Куда он полез?! Зачем отправил на тот свет стольких людей! Сила голову вскружила? А может, деньги? Или власть? Захотел удаль показать? Забыл, что ещё недавно был обычным мальчишкой?
— Всё помню. Да только я уже не мальчишка, — холодно отрезал я, заставив старика на той стороне поперхнуться словами. — И даже не обычный егерь! Я владелец отряда в две тысячи бойцов, состоятельный человек, воин, маг и теперь ещё боярин. Раньше об этом знали только члены семьи. Теперь, частично, и остальные. Теперь мало кто будет называть меня или бывших Ладовых ублюдками. А если кто-то и откроет рот, то будет смотреть, нахожусь ли я рядом.
— Мысли мальчишки, — едко прокомментировал мои слова старик.
— Ну и поболтали бы некоторое время? И что? Зато враги бы продолжали тебя недооценивать, и в этом была бы их ошибка. А сейчас что? Будут знать, что ты опасен!
— Я почти ничего не показал, — парировал я. — Лишь уровень сильного егеря в ранге адепт, но об этом все заинтересованные и так знали из новостей, без глыб и сосулек, соответственно. Уверен, это не те способности, которые поразят действительно сильных магов.
— Зато их насторожит, что ты легко справился с гриднем, использующим «плащ феникса», а затем и слабым ярым, с уклоном в быстрый воздушный бой.
— Первый был самонадеянным дураком, который вышел на дуэль с неотработанным заклинанием, а вот второй оказался действительно опасным. Но даже в бою с ним ничего впечатляющего я не продемонстрировал, — продолжал стоять я на своём. — Кроме того, не понимаю, почему ты так напряжён. Сам же согласился, что у Ульяны Романовны не было возможности отказаться. Значит, она в любом случае попала бы в заголовки. Недоброжелатели стали бы копать информацию и в любом случае вышли на меня. Я просто сократил этот промежуток. Согласен?!
— Согласен, — после небольшой паузы ответил дед Павел. — Не продолжай. Я понял, куда ты ведёшь. Только что об этом говорили.
На некоторое время комната наполнилась тишиной, а затем Ульяна Романовна спросила:
— Наши новости ты знаешь. Расскажи про свои.
— Неплохо. Могло бы быть. Если бы не вы. Теперь много дел придётся начинать заново. Хорошо хоть люди согласились на работу и уже найдены подходы к тем, кто готов делиться информацией. В общем, дело движется.
— Деньги нужны? — уточнила графиня. — Или ещё что-то?
— Со всем пока справлюсь. Важного ничего нет. Если что-то нарою, то дам знать. Гордею известно как.
Ещё немного помолчав, дед Павел добавил:
— Вы лучше поясните мне вот ещё что, а то я совсем забыл уточнить: ваш план по безопасности в городе всё-таки приняли? Или нет?
Ульяна Романовна победно улыбнулась и спросила:
— А ты как думаешь? После дуэли мы сразу же вернулись в ресторан и провели ещё несколько встреч с прибывшими на них егерями, которые приняли идею более благосклонно. Затем со мной ещё связался один из возможных претендентов на роль командира в отряде, который раньше принадлежал Каменеву.
— И что? — поинтересовался старик.
— Я согласилась поддержать его кандидатуру в обмен на подписание мирного договора, который обязует всех участников сохранять в городе безопасность, порядок и предотвращать конфликты между отрядами.
— Ну хоть какие-то приятные новости, — признался дед Павел и, чертыхнувшись, добавил: — Ладно, у меня тут скоро назначена встреча, поэтому я побегу. Будьте там аккуратны! Больше не подставляйтесь!
Завершив разговор, Ульяна Романовна спросила:
— Чем планируешь заниматься сегодня?
— Вообще-то дел у меня поднакопилось, — признался я, — а помимо них есть ещё и обязательство перед отрядом и моей звездой. Нужно их уже на четвёртый класс вытаскивать, а затем и на третий. А то скоро нас некоторые ветераны догонят.
— В таком случае решай пока свои проблемы и подбивай расписание так, чтобы недели через две мы с тобой могли начать занятия по магии. Заодно в свободное время пытайся ощутить свою силу и её границы. Это тебе моё задание.
Из кабинета Ульяны Романовны я вышел задумчивым и тут же встретил напряжённого Александра.
— Пошли к Михалычу. Там что-то случилось.
«Блин! Вместо того чтобы наконец заняться делом, придётся решать проблемы, возникшие из-за моего отсутствия», — подумал я и спросил:
— Что случилось?
— Да я сам не понял, но он уж слишком сильно на кого-то там ругался.
Вскоре мы уже были в кабинете главы лиги, и он, подняв на меня голову, произнёс:
— Ты представляешь, эти самонадеянные идиоты, вместо того чтобы постепенно развиваться, как мы им говорим, пожелали сложить свои тупые головы в сложных разломах!
— Сколько их и в чём дело? — заинтересовался я, присев на свободный стул.
— Четыре звезды, — мрачно ответил Бекишев. — Целых двадцать егерей, которые вдруг посчитали, что развиваются слишком медленно, что шестой класс для них — это уже давно пройденный этап и что, как опытные егеря, успевшие восстановить свои силы, они могут раньше времени переходить на разломы пятого класса. Для них это будет безопасно, и скорость роста сил увеличится! А один индивид и вовсе заявил, что готов сражаться с монстрами в «четвёрках». Насмотрелись на элиту и на то, как быстро они прогрессируют, и надумали себе всякого! Заявляют, что топчутся на месте, что достойны большего и готовы это доказать!
— Ну, это, конечно, неприятно, — произнёс я, не понимая, что так сильно расстроило Михалыча. — Терять людей, в которых вложено столько сил и средств, совсем не хочется. Да и люди они неплохие, просто запутавшиеся. Может быть, мы пойдём им навстречу? Может, кто-то из них действительно уже перерос «шестёрки»? Если нет, то они это и сами поймут, а их подстрахуют и лично посмотрят, кто чего стоит.
Михалыч поднял на меня залитые кровью глаза и произнёс:
— Поздно! Они уже отправились в разломы!
— Так чего же мы ждём?! — вскочил я с места. — Живо за ними!
Кивнув, Михалыч бросился к окну, распахнул его и прыгнул с третьего этажа вниз, а затем рванул ко въезжавшему на территорию внедорожнику.
Мы с Александром, не задумываясь, бросились следом, и пока Михалыч пытал водителя насчёт топлива, я рявкнул егерям:
— Быстро из машины! Сабли и зелья оставить!
Понимая, что просто так впрыгивать из окон и раздавать команды мы не станем, уставшие и потрёпанные ветераны выскочили из салона и, пока автомобиль разворачивался, закинули внутрь оружие и все свои разгрузки.
— Зелья скомпонуете сами! — напоследок крикнул один из егерей, а автомобиль по команде Михалыча уже свернул в нужную сторону.
— Пока рули так, — сказал Бекишев, — а я выставлю координаты, и поедешь по навигатору.
Понимая, что мы очень спешим, водитель мчался, нарушая правила движения, и постоянно сигналя. Благо все видели герб отряда егерей на дверях и уступали дорогу, потому аварий удалось избежать.
Одев на себя разгрузки и подогнав их по фигуре, я заполнил все свободные слоты целебными зельями, затем выбрал себе саблю и проверил её, подав немного духовной энергии и заставив чуть покраснеть.
— Иван Михайлович, — не выдержал водитель, когда мы выехали на пустынную дорогу, ведущую к аномалии, — да куда же мы мчимся? Что произошло? Чего мне ждать?!
— Едем мы спасать дураков, которые после разлома шестого класса решили проверить на прочность «четвёрку», ведь они стали уж очень сильными!
— Ничего себе! — выдохнул пожилой водитель и покачал головой. — Эти молокососы, конечно, меня удивляют. Неужели думали, что всё так просто?!
— А вот тут я тебя ошарашу, — зло усмехнулся Бекишев. — Это не молокососы так решили, а звезда Голого.
— Да вы что?! — изумился мужчина. — Да как так? Чего Радион туда попёрся? Или слава его дружка покоя не даёт?
— Видимо, не даёт, — зло произнёс Михалыч и сжал кулаки. — Надеюсь, они ещё живы…
До разлома мы добрались относительно быстро и тут же рванули внутрь, не забыв накинуть на себя «щиты воли».
Пятно встретило нас степью, солнцем и волной ударившего в лицо жара, заставившего Михалыча вновь выругаться.
— Степь — это плохо, — сказал он. — Здесь слишком большая территория и много монстров. Блин! Даже разлом нормальный не смогли выбрать!
— Сомневаюсь, что они знали, куда идут, — ответил я и, осмотрев примятую траву, побежал по следу. — Давайте за мной.
Через несколько минут бега мы заметили появление пары нешироких извилистых дорожек, оставленных местными обитателями, а спустя ещё минуту заметили и трупы тех, кто их оставил. Это были огромные змеи, с которыми, судя по ранениям и перепаханной земле, егеря неплохо повоевали.
— Опасные твари — заметил Александр и его передёрнуло — Да ещё и заклинаниями бросаются.
Продолжив бег, ещё несколько раз встречали трупы монстров — как больших, так и не очень, — а также заметили на траве несколько сгустков крови.
Вскоре вдали послышались звуки грохота, заставившие нас ускориться.
Появились мы вовремя.
Огромное количество различных змей — от возвышающихся на два метра над землёй до куда более скромных сородичей — кружились вокруг тройки прикрывшихся «щитами воли» егерей, отбивавших многочисленные воздушные атаки «таранами силы».
Остановив дёрнувшегося Михалыча, я положил руки на землю, закрыл глаза и представил, как от меня в сторону змей движется ледяная дорога, резко расширяющаяся в том месте, по которому ползут монстры, и покрывающаяся огромными острыми лезвиями.
ГЛАВА 6
Раздавшееся после атаки многоголосое яростное шипение стало для меня словно бы бальзамом на душу. Змеи, получившие многочисленные раны, тут же начали биться в агонии и извиваться, задевая телами лезвия и находившихся поблизости сородичей. Остальные же, испугавшись внезапной атаки, момен тально рванули в стороны и беспокойно заозирались.
«Двоих здоровяков сходу задел», — подумал я с удовлетворением и бросил несколько сосулек в спасающихся в нашу сторону монстров.
Александр с Михалычем тоже не сплоховали и выдвинувшись вперёд, добили ещё по три более мелких монстра, пытавшихся сбежать.
К этому времени ещё две крупные змеи, вокруг которых собирались остальные, более мелкие, нас заметили, громко зашипели и атаковали, указывая направление. Однако и я тоже не бездействовал. После того как опасность задеть своих была устранена, я сформировал перед собой около сотни сосулек и тут же отправил их в ближайшую группу змей расположившуюся сбоку от ветеранов.
— Влево! — скомандовал я, и мимо нас пронеслось несколько десятков всевозможных воздушных техник.
Размышлять о том, чтобы произошло, попади мы под удар, времени не было. Передо мной уже сформировалась новая партия сосулек, которую я отправил во второе скопление монстров.
Затем мы вновь сместились, и атаке подверглась третья, ранее не замеченная мной группа. В ней здоровенный змей оказался умнее сородичей и, не поднимая огромную голову, маскировался в траве.
Существенно снизив количество противников и ранив значительную часть из них, я вовремя заметил, что все мелкие змеи так или иначе стремятся попасть под защиту гигантов, поэтому начал бить одиночными заклинаниями и скомандовал:
— Здоровяков атаковать в последнюю очередь! Они притягивают к себе мелких! Если поспешим, то будем ещё долго вылавливать остатки раненых в этой траве!
— Понял! — ответил Александр, и зеленоватое облако, брошенное с его рук, убило сразу несколько средних монстров.
— Нужно помочь нашим! — произнёс Михалыч напоминая о всё ещё подвергающимся атакам егерям и до боли закусив губу.
— Двинули! — тут же скомандовал я, и мы пошли вперёд, не забывая постоянно атаковать и отбивать усиливающееся давление со стороны змей. Благо, егеря показали, что удары большинства техник можно остановить брошенным в упор «тараном силы».
Я полагал, что до ветеранов мы дойдём скоро и без проблем, но неожиданно интуиция подала сигнал, и я заметил, как синхронно раскрылись пасти поднявшихся здоровяков.
— Осторожно! — услышал я крик егерей и уже начал формировать мощную ледяную стену, за которую без вопросов нырнули Александр с Михалычем.
По степи разнёсся грохот, а в следующий миг в непрекращавшуюся расширяться стену ударили сразу три мощных заклинания, заставивших её не только потрескаться, но и отъехать на несколько метров назад, вгрызаясь в мягкую почву.
— Это было опасно, — прокомментировал Михалыч.
А я уже положил руку на лёд, заставил его разломаться окончательно и, вложив в удар всю свою злость, отправил часть стены в самую большую группу змей. Затем атаке подверглись стоящие чуть в стороне монстры.
Ледяной стены не осталось, да и третья группа расположилась прямо за нашими ветеранами, в которых с удвоенной силой полетели техники.
Отметив это я решил, что нужно избавляться от самого умного гиганта, пока он не придумал ничего нового и смертельноопасного.
«Открывашка» появилась в руке достаточно быстро и, с лёгкостью пробив выставленный щит и бронированную кожу, вошла в голову твари.
— Вперёд! — скомандовал я своим, и мы в мгновение ока оказались у израненных ветеранов, которых я тут же попытался прикрыть ледяными стенами.
— Ну что, урод, доволен? Обманывали тебя? Проверил свои силы? Понравилось?! — первым делом спросил Бекишев, схватив старшего из звёзды за ворот кителя и притянув его к себе. — Говорил же — не лезь! Рано! Нет, гордость взыграла!
Старик промолчал и отвёл взгляд, поэтому Бекишев тут же его отпустил и бросился к одному из раненых, которому стал осторожно заливать в рот целебное зелье. Ко второму рванул Александр, а я, сняв разгрузку со склянками и передав её ближайшему егерю, нарастил толщину ледяных стен по периметру и выпрыгнул наружу. Нужно было на время отвлечь монстров и не дать им разрушить не столь внушительное, как это могло показаться, укрытие.
Стоило мне только появиться над льдиной, как несколько змей, в том числе и гигантов, словно того и ждавших, атаковали. Ощутив смертельную опасность, я переместился «шагом» высоко вверх и почувствовал, как подо мной с грохотом пролетело несколько весьма опасных ударов.
Мой ответ сгрудившимся вокруг здоровяков змеям не понравился: переместившись ещё выше, я вновь атаковал их россыпью сосулек.
Снова несколько раз поднявшись «шагом», я ушёл от ответного удара и продолжил бить по площадям — с высоты это было очень легко и приятно делать.
«Что же вы не учите уроки? Уже несколько раз на те же грабли наступаете?» — думал я, вновь перемещаясь вверх и выкашивая остатки змей, всё так же стремящихся под защиту гигантов. — Или те специально их приманивают, чтобы отвлечь меня?»
Оказалось, второе. Мгновение — и здоровяки подняли вверх хвосты, а затем меня в грудь ударил ураганный ветер, и это при том, что я успел ощутить опасность и стал перемещаться «шагом» в сторону. Меня куда-то тянуло со страшной силой, словно пушинку, однако на пятый раз мне, наконец, удалось переместиться достаточно далеко, чтобы выбраться из урагана и, пропахав телом землю, остановиться.
«Вот же! Подловили змеи! Поняли пределы моих сил!» — зло подумал я и, напитав тело духовной энергией, рванул назад.
За несколько секунд ураган отнёс меня достаточно далеко, так что расстояние было совсем не близким.
«А что бы произошло, если бы ветер донёс меня до границ разлома? Вероятно, Гордея Хладова больше бы не стало. Надеюсь, хотя бы укрытие устояло — ведь удар пришёлся гораздо выше».
К моей радости, ледяные стены выдержали атаку, и оттуда уже выбрались восстановившие силы егеря, которые на моих глазах успешно добили всех оставшихся змей, в том числе и гигантов.
Тут же выяснилось, что разлом так и не был закрыт. Пришлось проводить контрольный обход, найти несколько подранков. К сожалению, даже после этого волна энергии по разлому не прошла, а значит, нужно было продолжать поиски.
Рыская по степи, мы добили ещё несколько змей и обошли разлом в надежде, что появится новая группа тварей, собравшихся вместе, но нет. Скорее всего, главной змеёй была одна из тех гигантов, и теперь нам придётся долго бегать траве, выискивая тех, кто спрятался.
Узнав новости, Бекишев в очередной раз разозлился, покрыв незадачливых подчинённых отборной бранью, а я стал думать, что делать, ведь кое в чём Михалыч прав: в огромной степи действительно можно бродить очень долго, прежде чем удастся найти всех змей. А точнее, если вообще получится это сделать.
Много времени раздумья не заняли: достаточно быстро мне в голову пришёл лишь один способ, которым я смогу действительно отыскать всех выживших змей. Для этого я отошёл в сторону от ругающегося Михалыча, удобно устроился в траве и, преобразовав кольцо на пальце в жезл, прикрыл глаза.
Некоторое время ничего не происходило, а затем в небе начали сгущаться тучи, похолодало, и стали медленно падать снежинки. Сначала мелкие и почти сразу тающие, а спустя ещё несколько минут — большие и пушистые, которые достаточно быстро покрыли собой территорию разлома.
Сил это действо отняло неожиданно много, точнее, почти весь мой резерв, из-за чего дико разболелась голова, и появилось желание всё остановить. Однако я продолжил передачу энергии и прекратил лишь после того, как из носа пошла кровь.
К этому моменту весь разлом покрылся снегом, и можно было переходить к следующему этапу, однако перед этим я открыл глаза и посмотрел на удивлённого Александра.
— Зелье есть?
— Есть, — кивнул парень и протянул мне небольшую бутыль.
Выпив и почувствовав, как боль проходит, я свернул жезл в кольцо и, вновь прикрыв глаза, постарался ощутить движение и тепло.
Получилось. Ближайшая змея оказалась всего в пятистах метрах от нас.
— Так, — встал на ноги я, — снег помогает мне найти выживших монстров, поэтому действуем быстро. Пока он не растаял.
Мы успели.
Всего змей оказалось семь, и последняя, словно издеваясь, расположилась аккурат за пятном, будто пыталась там от нас спрятаться.
Стоило только её убить, как по разлому прокатилась волна энергии, и мне тут же стало легче.
На выходе нас встречал не только водитель, но и несколько автомобилей элиты, которые собирались заходить внутрь.
— Вас долго не было, — оправдывающимся тоном произнёс один из егерей, — мы решили, что нужно идти на помощь.
— Лучше бы другим помогли, — тут же отреагировал Бекишев. — У нас ещё три звезды идиотов отправились в сложные разломы. Хорошо хоть в «пятёрки», а не сразу в «тройки».
— Эти вышли, — поспешил доложить водитель. — Потерь нет.
— Ну хоть какая-то хорошая новость за сегодня, — облегчённо произнёс Михалыч и, зло посмотрев на провинившегося командира звезды, велел: — Всё! По машинам. Нет сил здесь больше находиться.
После этого происшествия нам пришлось в экстренном порядке собирать личный состав егерей и проводить разъяснительные беседы о необходимости планомерного развития, напоминать, что спешка хороша лишь в ловле блох и что мы действительно едва не опоздали. Звезда, отправившаяся в «пятёрку», спаслась лишь каким-то чудом. Правда, несколько человек всё же высказали желание проверить свои силы, и я внёс их в расписание, чтобы на всякий случай провести подстраховку.
Закончив с внезапной проблемой, я решил уделить внимание лицам, принёсшим непреложный обет. Они уже доказали, что могут быть весьма полезны, и их необходимо было поощрить.
Правда, начать я всё же решил с Григория Каса. Его случай был уникальным, и перед началом обучения хотелось посмотреть на того, за кого он так сильно переживал.
Мужчина, словно ждал моего звонка, поднял трубку после первого гудка, а затем указал место встречи, куда я прибыл на неприметной машине с маской на лице. Осмотрев клинику, в которой лежал сын Каса, я накинул скрывающие техники и следом за ним пробрался в палату, где находился бледный и болезненно худой мальчишка, выглядевший лет на одинадцать.
— Дядя Гриша! — обрадовался мальчишка, увидев Каса. — Не знал, что вы сегодня придёте.
«Дядя? — заинтересовался я. — Значит, он не знает, что Кас его отец? Учтём».
— Да, Костя, — улыбнулся Кас, и его бандитское лицо преобразилось, став гораздо менее отталкивающим. — Я хочу познакомить тебя с одним человеком.
С этими словами я скинул с себя скрывающую технику и, подойдя к мальчишке с другой стороны, протянул руку для рукопожатия.
— Привет.
Ничуть не удивившись моему внезапному появлению, мальчишка смутился из-за жеста, но всё же с трудом пожал руку.
— Константин.
— Феофан.
Услышав имя, Григорий тихо хмыкнул, а мальчишка сказал:
— Маску можно снять. Моя болезнь не заразна и воздушно-капельным путём не передаётся.
— Только через прикосновения? — усмехнулся я, и мальчик вновь смутился.
— Да нет, это аутоиммунное. Точнее, наследственное. Скорее всего. Целители и сами сказать не могут.
— И что? — нарочито удивлённо спросил я. — Никто не может тебя вылечить?
Мальчишка тяжело вздохнул.
— Если бы это было так, разве я бы здесь лежал?
— Резонно, — согласился я и уточнил: — Долго ты тут находишься? Сколько тебе лет?
— Мне пятнадцать, — насупился он и покосился на Григория. — Долго.
На некоторое время в палате повисла тишина, а затем мальчик спросил:
— А вы кто такой? И зачем ко мне пришли?
— Хочу тебе помочь, — просто ответил я.
Константин посмотрел на меня спокойными взрослыми глазами и тихо произнёс:
— Не надо.
— Что не надо? — уточнил я.
— Не надо говорить, что вы меня вылечите. Дядя Гриша снова будет на это надеяться, а потом, когда ничего не получится, вновь расстроится.
— А что, до меня было много таких? — с интересом спросил я.
— Хватало, — поморщился парень. — Так что не стоит.
— А если я скажу, Костя, что и не собирался тебя лечить?
— Это… как? — удивился он, и я ощутил пробудившийся в нём интерес.
— Если я скажу тебе, что пришёл сюда лишь оказать помощь, а всё остальное должен будешь сделать ты сам.
— Звучит странно, — признался парень. — Такого мне ещё не предлагали. Но, может быть, именно поэтому ваш метод и сработает. Что нужно делать?
— Ты хотел бы стать егерем? — вопросом на вопрос спросил я.
— Конечно, — кивнул Константин и посмотрел на Каса. — Я бы стал как дядя Гриша!
Его глаза на мгновение загорелись: он словно представлял, как идёт в бой, сражается с монстрами и защищает попавших в беду людей. Однако затем взгляд столь же стремительно потух, а тонкие худые руки поднялись вверх.
— Да как я могу стать егерем, если едва справляюсь с ложкой? Кого я убью? И как?
— Как? — переспросил я. — Да очень легко. Пойдёшь с дядей Гришей в разлом. Он ранит монстра, свяжет его и даст тебе нож. Ты приставишь его к глазу противника и навалишься всем телом. Вес у тебя, конечно, невелик, но думаю, что этого будет достаточно.
Мальчишка нахмурился.
— Какой-то странный егерь у вас получается, который убивает лишь раненых и связанных другими монстров.
— Какой есть, — пожал плечами я. — Зато он с помощью этого метода начнёт поглощать энергию разлома.
— Это может быть опасно, — подал голос Кас.
— Жить вообще опасно, — ответил я. — Зато это шанс. Шанс на то, что Костя сумеет выздороветь.
— Не все, кто платит гигантские деньги егерям, молодеют или становятся сильнее, а если у них и есть прогресс, то к нему нужно очень долго идти. Не меньше трёх лет.
— Ты куда-то спешишь? — уточнил я. — Или у тебя нет должников? Помощников? Друзей? Денег в конце концов?
— Так не бывает, — нахмурился мальчишка. — Если всё так просто, то почему этого никто не делает?
— Почему же? — уточнил я. — Делают и достигают результата, но дядя Гриша прав: этот путь не для всех. Он очень долгий и не каждый сможет убить монстра.
— Я смогу! — твёрдым тоном пообещал мне мальчишка.
— В таком случае я тебя кое-чему обучу. И это поможет тебе стать сильнее, но это будет секрет, о котором нельзя никому говорить.
— Значит, вы боярин? И это тайна вашего рода? Но почему вы раскрываете её?
— Твой дядя Гриша согласился помогать мне в некоторых делах. В ответ я тоже хочу оказать ему услугу. Кроме того, ты неплохой парень, и будет справедливо, если ты покинешь это место.
— Я надеюсь, вы не заставите его делать что-то плохое? — напрягся мальчишка. — Если это не так, то не надо. Мы сами справимся.
— Вот я и говорю: ты неплохой парень, — усмехнулся я и добавил: — За дядю не переживай. Его помощь, в основном, понадобится мне для защиты семьи. Им грозит опасность.
Константин задумался.
— Если так… то да, я согласен.
— В таком случае, — я посмотрел на Каса, — завтра вы должны прибыть к разлому. Координаты я скину. Сначала вами буду заниматься я, затем передам другому человеку. Помимо вас в его группе будут и иные люди, с которыми я веду дела, поэтому приготовь маски, одежду, скрывающую фигуру, и еду на пару дней. И ещё одно. Вели своим людям искать в городе странных людей, что-то подсказывает, что по мою голову вновь приехали гости.
Вернувшись на базу, я отправился на поиски Николая. Наш четвёртый член звезды, успешно решив все возложенные задачи и делегировав часть другим егерям, всё свободное время, чтобы не скучать, занимался тренировками. Ему я решил поручить тайное дело и заняться обучением моих людей.
Мужчина выслушал предложение и согласился. Его порадовало, что я наконец нашёл для него важное дело, о котором не стоит знать никому.
Затем я связался с Полиной Сергеевной, Новиковым и Левенши и объявил о продолжении уже начатого обучения, но под руководством другого наставника и с сохранением тайны личности.
Предложение было принято на ура. Эта тройка уже давно оценила выдающиеся способности своего руководителя, а после появления Хладовых уверилась, что мои знания — это родовая тайна. Кроме того, теперь они не видели противоречий в том, чтобы быть вассалами. Ведь я уже не простолюдин со странными навыками и Бешеный пёс, а боярин из графского рода.
Познакомив тройку с новым наставником, я с ними попрощался и поспешил на встречу с Касами. К тому времени как я подъехал, Григорий был готов и даже посадил Костю в специальное приспособление за спиной, заверив, что сможет нормально с этим сражаться.
Разлом седьмого класса для нас оказался лёгкой прогулкой, а моя магия позволила нам не только с перебить часть монстров, но и пленить ещё пятёрку, которую я сковал льдом.
— Снимай его, — велел я Касу, — и пусть принимается за дело.
— Сам он не сможет, — поморщился мужчина. — Он уже где-то с год не ходит. Хорошо хоть смог продержаться до конца зачистки и не отключился. Сил совсем нет.
— Тогда я постаю снаружи, — произнёс я. — И зайду, как сделаете дело.
Вскоре после моего выхода цвет пятна изменился, и я вернулся к Касам.
— Ну что? — первым делом спросил у Константина. — Как себя чувствуешь?
— Лучше, — произнёс мальчишка с улыбкой. — Словно что-то придало мне сил.
Кровь его не испугала, смерть монстров тоже, а вот то, что он находится в разломе, как настоящий егерь, изрядно воодушевило.
— Это хорошо, — ответил я. — Больше ничего не ощутил?
Костя задумался и помотал головой.
— Нет.
— Скоро это изменится, — подмигнул ему я. — А теперь смотрите сюда.
Показав Григорию пять первых комплексов и проверив, чтобы они правильно у него получались, я достал из своего рюкзака несколько широких полос ткани с липучками и карабинами и, накинув на себя пояс, произнёс:
— Кас, нужна твоя помощь. Помоги закрепить его на мне. Не спрашивай зачем. Скоро сам всё увидишь.
Григорий помог: прицепил тело парня к поясу, голову закрепил через специальную повязку к шее, чтобы она не падала, а конечности — к моим конечностям.
Из-за разницы в размерах мне было не очень удобно, однако, проведя разминку руками Константина, понял, что могу им управлять.
— Что это? — всё же не выдержал Кас.
— Тренажёр для мышц от дяди Феофана, — хмыкнул я. — Отрабатывай комплексы, мы тоже этим займёмся. Скоро сам всё поймёшь.
Несмотря на сложность выполнения упражнений чужим телом, это мне всё же удавалось. Получались далеко не все комплексы, но работа пошла. Начинал я медленно, не желая травмировать слабое тело Константина, но с каждой минутой скорость движений возрастала, что заставляло энергию внутри пациента двигаться по каналам быстрее.
Достаточно скоро дыхание мальчишки участилось, он взопрел, по лбу стали скатываться капли пота, но он упорно молчал.
Затем мы сделали перерыв на небольшой перекус, выпили воды, отдохнули — и всё повторилось. Остановились лишь после того, как мальчишка отключился.
Сняв его и вновь повесив на Каса, велел двигаться к следующему пятну. Мы зачистили так ещё три разлома, а на четвёртом Константин очнулся и пожаловался на боль во всём теле и зверский голод. Пришлось кормить его специально подобранной для него едой, поить протеином и давать целебные зелья, которые уберут из мышц молочную кислоту.
Затем был очередное пятно, в котором парню пришлось убивать, две тренировки и ещё несколько зачищенных разломов.
— Думаешь, ему это поможет? — спросил Григорий, когда мы уложили Константина в спальный мешок.
— Обязательно, — ответил я и добавил: — Но нужно, чтобы он поработал в этом темпе хотя бы неделю. Посмотрим, что из этого получится. Сможешь на это время отвлечься от своих дел?
— Без проблем, — уверенно произнёс Кас. — Мои люди знают, что делать. И ищут подозрительных новичков.
Ночью я возвращался на базу или ходил в разломы с нашими егерями, а утром всегда возвращался к Касам, и уже на пятый день во время очередной тренировки Костя вдруг взволнованно сказал:
— Кажется, я что-то чувствую.
— Что именно? — не останавливаясь, спросил я.
— Комочки тепла… Они словно расходятся по всему телу. Туда-сюда, туда-сюда. Из рук в живот, из них в ноги, потом назад.
— Молодец, — похвалил его я. — Не каждый за несколько дней сможет ощутить подобное. У тебя высокий потенциал!
Мальчишка зарделся, а я продолжил тренировку и через время снял его с себя.
Он был уставшим, мокрым от пота, но ни на мгновение не переставал улыбаться.
— Костя, — сиплым голосом произнёс Григорий, поняв что сын ощущает разломную энергию. — Ты как? Пить хочешь?
— Ага, — произнёс он и, хитро улыбнувшись, медленно встал.
Кас поражённо замер, а мальчишка довольно расхохотался. В его глазах горело счастье.
— Что, получается? — спросил я. — Наша тактика работает?
— Работает, — кивнул мальчишка. — Только это всё же вы за меня всё делали, а не я сам.
— Я помогу тебе лишь вначале, — ответил я. — Проверю, чтобы ты смог самостоятельно выполнять упражнения, а дальше — сам. Для начала давай просто пройдёмся, проверим, насколько тебя хватит.
Выяснилось, что ненадолго. Всего минуты на три. После чего Константин ухватился за ближайшее дерево и ещё некоторое время упорно переходил от ствола к стволу.
— Очень хорошо, — порадовал я его. — Твоя настырность мне нравится. Продолжай в том же духе, и скоро станешь полноценным егерем.
В итоге с Григорием и Константином я провёл ещё два дня, за время которых мальчишка окреп и смог самостоятельно выполнять три первых комплекса, прежде чем садился на передышку.
После этого я отвёз Касов к Николаю, присвоил им номера четвёртый и пятый, а другой группе учеников — первый, второй и третий соответственно, предупредил всех о сохранении тайны личности и, дополнительно проинструктировав наставника относительно Константина, отправился заниматься своими делами.
Как минимум, нужно закончить посещение разломов с егерями, желающими перейти на новый класс, а также уделить внимание семье и успехам родителей и сестёр. В этом деле. Благо, хоть никто из них не болеет так, как Константин.
Однако на выходе из разлома меня догнал Григорий.
— Феофан! — позвал он меня именем, которым я представился его сыну, и, схватив за руку, крепко её сжал.
— Спасибо тебе за всё! Костя… он вновь начал ходить! Я никогда этого не забуду! Никогда не забуду и не предам! И не только из-за клятвы! Ты спас моего сына, и теперь преданнее слуги, чем я, у тебя не будет!
— Слуга мне не нужен, — покачал головой я. — Это я уже говорил, а вот верный человек, которому я могу доверять, вполне.
— Считай, что он у тебя есть, — серьёзно кивнул Григорий.
— В таком случае, получай первое задание. Изучи все комплексы, а после окончания основного обучения с группой — передай их Косте. Он должен знать и уметь всё. Уверен, что это потребует немало времени и сил, поэтому указанные зелья, а также правильную диету и сон в разломах ты ему обеспечь. Если нужно для дела, оставляй его внутри разлома, выставляй охрану и уезжай. Главное, чтобы несколько месяцев он провёл в таком режиме. Дальше — посмотрим. И да, не забудь про поиск странных людей, которые приехали по мою душу. Они точно должны себя как-то проявить. Я уверен.
ГЛАВА 7
Оставшееся перед занятиями с графиней время я потратил так, как и планировал, а именно — походами в разломы с наиболее подготовленными звёздами или теми егерями, которые считали, что готовы перейти на новый уровень.
Как ни удивительно, но последних оказалось немало — целых шесть звёзд. Ветераны в них прогрессировали достаточно быстро и не жалели себя — как на тренировках, так и в разломах. Поэтому я пошёл им навстречу и разрешил зачищать «пятёрки», но только при том условии, что не менее месяца они будут ходить в пятна двумя группами. Этого времени им должно хватить, чтобы лучше понять возможности тварей, проживающих в таких местах, а также подготовить тело и разум к более сложным противникам и найти к ним подход.
К слову, в опасные разломы пытались перейти не только ветераны, но и подопечные Николая и Александра. Наиболее близко к данному уровню подобралась звезда Фёдора Фёдоровича, бойцы которой за последнее время не только получили оранжевые кольца, но и стали гораздо опаснее. Другие выпускники центра подготовки, в том числе и молодёжь, особых успехов пока не демонстрировали. Им ещё, по моему мнению, нужно месяцев шесть упорной работы, чтобы получить возможность перейти на новый класс
Данный факт отлично подчёркивал разницу между ветеранами, которые потратили на работу в разломах долгие годы, успели подготовить энергетику и теперь весьма быстро развивались, и молодёжью, которой приходится прикладывать гораздо больше усилий, чтобы хотя бы немного прогрессировать.
Закончив с егерями, которым я указал направления для совершенствования, решил проверить успехи своих родственников — для начала Ольги, Людмилы и Барсика. Девушки с котёнком ходили в разломы под присмотром Александра. Ещё недавно вместе с ними были и родители Гордея, но значительно усилившиеся девушки желали развиваться и уже перешли на более сложные «шестёрки».
Как вскоре выяснилось, не зря. Они оказались весьма сильными и уже на неплохом уровне освоили не только использование духовной энергии, но и магические удары. Ту же Ольгу сейчас нельзя было сравнить с той невинной девочкой, впервые вошедшей в разлом. Её заклинания формировались стремительно и неотвратимо, были энергонасыщенными и всегда били весьма точно.
Очень сильно изменилась и Людмила: теперь она не бледнела после убийства монстров и не отводила взгляд от погибших, вместо этого цепко высматривала новую цель, чтобы незамедлительно атаковать. При этом её заклинания формировались ничуть не медленнее, чем у Ольги, и были столь же сильны. Правда, чем-чем, а особым разнообразием атак сестра похвастаться не могла — она хорошо освоила лишь базовый минимум и на этом всё.
Помимо девушек меня порадовал и Барсик, который без сомнений формировал небольшие «сосульки», атакуя тех противников, на которых указывала Людмила. И пусть его заклинания были не особо сильны, но главное, что он их создавал даже в столь юном возрасте и был послушен. Уверен, через пару месяцев он подрастёт и станет гораздо опаснее. И поедаемое им мясо разломных монстров тоже должно ему в этом помочь.
Пока девушки стремительно прогрессировали, Роман Павлович и Ксения Алексеевна застряли на «семёрках», по которым отец Гордея медленно, но верно вёл жену. Женщина, несмотря на понимание ситуации и необходимости стать сильнее, не слишком-то горела желанием заниматься неприятным и опасным делом, но желание защитить семью было выше, да и особенность в виде небольшого омоложения лица и тела, несомненно тоже играло свою роль.
Младшей сестре в это время оставалось лишь заниматься на полигоне базы, а также с нанятыми ей домашними учителями, нагружавшими девочку школьными предметами.
Удостоверившись, что больше никому в лиге моя помощь не нужна, я посетил несколько разломов четвёртого класса в одиночку, успешно их зачистил и тем самым проверил свои магические силы на практике.
Ну что сказать?
Если бы не опыт управления энергией из прошлого мира, не стальная тренированная воля и не наблюдения за представителями рода Морозовых в бою, понимание их сил и возможностей, то меня давно убили. Графиня Хладова права — учиться мне ещё и учиться. Пришлось отправляться к Ульяне Романовне даже раньше времени, чтобы постигнуть её мудрость.
— Я полагала, что у тебя гораздо больше работы — заметила женщина. — Уже решил все свои дела?
— Не все, — покачал головой я, — но ими можно заниматься и параллельно с обучением. Не так давно я проверял свои силы в разломах и понял, что это необходимо.
На некоторое время комната погрузилась в тишину, а затем графиня резко сменила тему.
— Гордей, скорее всего, мне не удастся поженить вас с Ольгой.
— Что? Почему? — приподнял я бровь, так как меня действительно заинтересовала смена риторики.
«Я что-то пропустил? Что-то успело произойти за эти дни? К Ольге кто-то посватался? Или как?»
Ульяна Романовна тяжело вздохнула.
— Просто свадьбы не будет. Я поняла, что мне неудастся выдать тебя за наследницу и в будущем сделать главой рода. Считаю, что нужно сказать правду сейчас, чтобы у тебя не было иллюзий и потом это не стало сюрпризом, который может ударить по взаимоотношениям в нашей семье.
— Признаться честно, — произнёс я, тщательно подбирая слова, — меня это не может не радовать. Место главы рода, да и сама Ольга, несмотря на её достоинства, — не моя мечта. Так что проблем с этой стороны можете не ожидать.
Графиня хитро посмотрела на меня и рассмеялась.
— Хочешь сказать, что случайно собрал отряд и усиленно тренировался, а дед Павел не специально показал мне твою фотографию и рассказал об успехах?
— Он всю жизнь хотел стать настоящим Хладовым, — пожал плечами я. — Чтобы его дети и внуки тоже имели возможность быть боярами и получить причитающееся. Так что уверен, его мотивы вам известны. Я же всегда с сомнением относился к свадьбе, пусть и с дальней по крови, но всё же родственницей. От таких союзов часто рождаются больные дети, и мне бы не хотелось подобного будущего своим отпрыскам.
— Даже несмотря на то, что магия рода уберёт все негативные изменения? — переспросила графиня и добавила. — К тому же ты сейчас ведёшь себя слишком легкомысленно. Потому как не знаешь, от чего отказываешься. Я не раз видела, как молодые повесы или просто глупые юноши передают другим своё наследие, отдают то, что им принадлежит по праву, а став старше, кусают локти и строят интриги, чтобы получить хоть толику власти. Так что подумай обо всём ещё раз. Так ли ты искренен, как хочешь это показать?
— Подумал, — ответил я. — Власть в семье мне не нужна. Роду Хладовых наш брак — тоже. Поэтому, пусть Ольга получит свой кусочек счастья и подберёт себе того, кто окажется по душе.
Ульяна Романовна грустно улыбнулась.
— Словно заранее можно понять, как изменится человек за несколько лет. А ты не думаешь, что этот неизвестный, спустя пару лет или десятилетий, решит прижать тебя к ногтю? Посчитает, что твой отряд приносит слишком много прибыли и захочет отобрать их в пользу рода?
— В таком случае — посмотрел я графине в лицо — В семье может смениться глава, ну или её муж. Не знаю, как они разделят обязанности.
Ульяна Романовна что-то прочитала в моих глазах и на мгновение вздрогнула, а я решил смягчить ответ.
— Но я думаю, что до такого не дойдёт. Всё же Ольга достаточно разумна и сильна магически, а через время станет гораздо опаснее как боец. И к слову, теперь даже и без моего вмешательства у неё должны родиться весьма одарённые дети. Я ей не нужен.
— А как же остальные? — приподняла бровь графиня и едко закончила. — Или ты думаешь лишь о себе с Ольгой? Чтобы вам было удобно?
— В первую очередь, — ухмыльнулся я, — ведь это именно нас собрались женить. А если серьёзно, то я уже получил то, что мне было необходимо — титул потомственного боярина и доступ к родовой магии. Мои близкие — тоже. Их жизнь серьёзно изменилась и в лучшую сторону. Перспективы у тех же сестёр гораздо шире. Про деда Павла и вовсе молчу — сбылась его мечта. Вы, Ульяна Романовна, тоже в накладе не остались. Хладовы больше не две слабые женщины, которых каждый может обидеть. Теперь глава рода маг ранга ярый, который выглядит уже лет на десять моложе, чем до прибытия в Новосибирск и под его рукой сразу семеро магов, управляемым родовым монстром, это я про Барсика если что. Кроме того, вы уже решили финансовые вопросы семьи, серьёзно усилили дружину, а также имеете за спиной незримую поддержку крупного отряда егерей.
Графиня на некоторое время задумалась, а затем произнесла:
— В общем-то ты прав. Выгоды от вливания вашей семьи в род получили все, а я, как графиня Хладова, — больше всех. И, как подсказывает логика событий, это ещё не конец. Однако, несмотря на то, что ты отказываешься от места главы и, вроде как, оно пролетает мимо, я всё равно считаю себя обязанной обучить тебя тому, что он должен знать. Жизнь может повернуться по-всякому и я хотела бы быть уверенной, что ты сможешь подстраховать Ольгу.
На какое-то мгновение вроде бы такие логичные и верные слова графини показались мне не столь убедительными. Складывалось ощущение, что она говорит не совсем искренне, словно что-то скрывает или не до конца честна в своих мотивах. Будто есть ещё что-то из-за чего я обязан пройти её обучение. Впрочем, у меня имеются кое-какие мысли по данному поводу, но это сейчас неважно. Главное — она готова меня учить, а я принимать знания.
— Я не против. С чего начнём? — уточнил я.
— Предлагаю первую тему выбрать тебе, — хитро прищурилась Ульяна Романовна. — Что ты хочешь узнать? Атакующие заклинания? Или защитные?
Вспомнив, что у меня в разломах бегает не связанный запретами на передачу знаний о комплексах Константин, я произнёс:
— Научите меня накладывать тайну рода.
На некоторое время графиня задумалась, а затем с какой-то грустью добавила.
— Ты не перестаёшь меня удивлять, Гордей, даже в таком простом деле ты проявляешь себя как настоящий глава рода, а не сопливый малец. Это правильный выбор. Заклинания для боя —уровень детишек. Настоящий боярин должен знать ритуалы. Именно в них содержится сила рода.
Вскоре выяснилось, что особых проблем с созданием «тайны» у меня не возникло. Складывалось ощущение, что я не просто учу, а вспоминаю нечто виденное ранее и забытое. Скорее всего, в деле вновь замешана магия, а именно алтарь рода Морозовых, через который мне пришлось пройти и который не только меня изменил, но и передал некоторые знания.
Отойдя от шока, впечатлённая скоростью запоминания и понимания графиня стала учить меня и другим ритуалам, которые я усваивал с невероятной скоростью. Наконец, отложив их, женщина продемонстрировала мне высшую магию рода — небольшие, но сложные в плетении и весьма энергозатратные «снежинки», которые так полюбил мой воспитанник Иван из родного мира. Правда, у него было гораздо больше сил и алтарь мощнее, поэтому он мог бросать ими с лёгкостью, едва ли не жменями. Я же, на одно такое заклинание, тратил пятую часть запасённой энергии и это ещё было нормально.
Несмотря на внушительные затраты, назначение этих полезных «снежинок» мне было понятно, и я знал, что обязательно буду ими пользоваться.
К примеру, одна из них в мгновение промораживала любой предмет, заставляя лёд быстро распространяться во все стороны так, что даже маг ранга ярый, который позволит заклинанию коснуться себя, должен будет изрядно постараться, чтобы избавиться от подарка и не погибнуть.
Вторая, с лёгкостью организовывала на весьма обширной территории снежный буран, что очень бы пригодилось мне в недавнем спасении егерей.
Третья расширялась и установившись на определённую область пространства, позволяла Хладову чувствовать себя там словно рыба в воде. Можно было в мгновение ока понизить температуру до минус ста, покрыть землю льдом или превратить противника в подушку для иголок.
Четвёртая начинала невообразимо быстро делиться и за считаные секунды покрывала хозяина тонким слоем мелких снежинок, которые, несмотря на малую толщину, по своим защитным свойствам не уступали огромным ледяным сферам. При формировании этого заклинания создавалось впечатление, словно его носитель покрылся тонким слоем. Это казалось смешным, вот только защита была весьма и весьма серьёзная.
К слову, именно с последним заклинанием у меня возникли сложности — как бы я ни старался, оно у меня не получалось. Видимо потому, что у Морозовых из моего мира, я ничего похожего не видел.
Спустя несколько часов графиня, обрадованная тем, что хоть что-то у меня не получается, произнесла:
— Гордей, из-за того, что ты оказался столь хорош в обучении, мне необходимо подкорректировать план. Пока что можешь заниматься своими делами, отработать то, что выучил. Позже проверю, не забыл ли ты чего-нибудь…
«Изученное уже точно больше не забуду», — с уверенностью подумал я и поблагодарив Ульяну Романовну за урок, направился к себе.
Словно бы дожидаясь этого, в кармане завибрировал телефон.
«Дежурный по базе», — прочитал я на экране и насторожился.
— Гордей слушает.
— Дежурный по базе, Горохов, — представился мужчина. — Тут это… Посылку вам принесли. Оставили у нас. Сказали — Гордею Хладову лично в руки.
— Надеюсь, это не запечатанная коробка или что-то в этом роде? — тоном не подразумевающим ничего хорошего спросил я.
— Нет, конечно! — поспешил успокоить меня дежурный. — Это вообще какая-то странная посылка. Плетёная корзинка в ней бутылка водки, кусок сала, свежая булка, головка чеснока и пучок зелёного лука. А! И Колбаса ещё какая-то выглядывает. Странно это всё.
— Смотри, слюной там своей мою корзинку не заляпай! Странно ему! — усмехнулся я, начиная спускаться по лестнице.
— Да я что? Она плёнкой прозрачной накрыта. Если бы и хотел, то не получилось бы.
— От кого посылка, известно? — задал я следующий вопрос, ощущая что-то странно знакомое и близкое, однако ответ дежурного заставил меня напитать тело духовной энергией и рвануть вниз на максимальной скорости.
Ворвавшись в дежурку, я подлетел к корзине, взглянул на открытку «Гордею Хладову. С уважением от рода Автюков».
— Кто принёс?! Где он?! — спросил я и дежурный тут же указал в сторону улицы и мы ломанулись к ней через дверь.
— Доставщик! Синий фургончик. Вон он! — указал дежурный в сторону ехавшей в конце улице машины.
Напитав тело духовной энергией, я рванул вслед за набравшим скорость автомобилем. Повернул на проспект и, быстро догнав его, постучал костяшками в водительское окно.
Нападения я не боялся. Возможные враги могли узнать что-то про меня, но никак про моих друзей. А если им в руки, каким-то невероятным образом, всё же попали Тарас или Марыся, которые отчего-то не смогли молчать, то моя обязанность вызволить их из неприятностей. Однако интуиция не проявлялась и я был уверен, что всплывший в голове негатив, лишь плод моего воображения.
Суровый вид, а возможно и тот факт, что я бегу наравне с автомобилем, знатно напугал невысокого тщедушного мужчину, и он без подсказок поспешил остановиться в подходящем для этого месте и открыть дверь.
— Кто передал тебе посылку?! — первым делом спросил я, впившись взглядом в лицо мужчины и считывая любую эмоцию. — Ту, которую ты только что оставил на пропускном пункте! Корзину с продуктами!
— Так это… парень какой-то! — сглотнул мужичок.
— Что за парень? Как зовут? Ты его знаешь? Как выглядит? Приметы?! Как он тебя нашёл?!
— Да не знаю я его! Первый раз видел! — поспешил ответить водитель. — Молодой, высокий, крепкий! Такой, как вы! Только волос русый и шляпа странная.
— Шляпа?! — тут же зацепился за совпадения я.
— Ну да! — приободрился мужичок. — Такая соломенная, небольшая! Наверное, очень хорошо от жары защищает, мой тесть в похожей ходит…
— Давай про парня! — вернул я его к теме разговора.
— Так, а что про него?! — сглотнул мужик от моего тона. — Говорит мне: «Заработать хочешь? Денег дам. Езжай ты по адресу и передай привет другу, а то у нас из-за моей новой работы никак встретиться не получается. Начальство не отпускает». А я что?! Заработать каждый хочет. Вот я и…
— Что-нибудь ещё он говорил? Просил что-то сделать?!
— Нет, — испуганно покачал головой мужчина. — Только передать посылку и всё!
— Точно?! — надавил я на него холодным тоном, и тот затрясся. — Точно! Точно вам говорю!
— Что-нибудь ещё он говорил? Имя своё называл?! Ты же должен был его как-то записать! В книге? Или это просто халтура на раз?
— А! Точно! — закивал мужчина, обрадовавшись. — Пусть и халтура, но я своё дело знаю, не первый день в перевозках. Попросил его имя в журнал записать и адрес, если посылку не примут. А он усмехнулся и говорит: «Запиши фамилию — Колосок, а адрес город Моршанск. Этого достаточно».
Кровь ударила мне в голову, в ушах зашумело, а горло схватил какой-то непонятный спазм.
«М-да. С возрастом ты стал более сентиментальным, Феофан, — подумал я. — Странно, что этот недостаток достал меня и в молодом теле».
— Э-э-э, господин! — протянул водитель жалобным тоном. — Я могу ехать? Мне ещё товары развозить!
— Да, — отошёл я от навалившихся на меня чувств и полез в кошелёк. — Ты прости за мой резкий тон. Просто ситуация такая.
Протянув мужику около тысячи рублей, которые он не решился взять, я засунул их ему в карман и поспешил назад.
От понимания того, кто мог передать мне эту корзинку, в горле вновь встал спазм, а в голове крутились лишь несколько слов.
«Автюки. Моршанск. Колосок».
Вернувшись на пропускной пункт, я, не отвечая на вопросы егерей, подхватил посылку и поспешил к себе в комнату, где удобно устроился в кресле, поставил корзину на небольшой столик и сняв картонку прочитал:
«Гордею Хладову. С уважением от рода Автюков».
— Демоны! — выругался я вслух, но тут же взяв себя в руки принялся размышлять.
«Нет! Это невозможно! Этого просто не может быть! Не может! Как они оказались здесь? Неужели князь отправил меня сюда не одного? Ведь автюки тоже немало помогали Ивану. К тому же я не знаю, что происходило после моей смерти. Скорее всего, Тарас с Марысей заменили меня. Но даже если это так? То как Морозовым удалось провернуть? Ведь никто из Ладовых так уж сильно за последнее время не изменился. Или я своим попаданием проложил дорожку в новы мир, по котором запустили и Тараса с Марысей?»
Не желая больше откладывать знакомство с посылкой, взялся за корзинку и достал из неё всё перечисленное дежурным, а также небольшую банку маринованных огурцов, которая лежала на дне. По комнате тут же разошёлся неописуемо вкусный запах, заставивший меня сглотнуть.
«Если это не доказательство нахождения автюков в этом мире, то я ничего не понимаю. Хотя, если бы корзинку складывала Марыся, то гостинцев было бы больше и они были куда как вкуснее. Это всё же похоже на мужскую руку Тараса».
Ещё раз осмотрев покупки и заглянув в пустую корзинку, я не нашёл ничего подозрительного. Только обычные покупки. Даже хлеб был обычным, без послания внутри.
«Странно. Неужели он таким образом просто передал о себе информацию. Показал, что жив и что тоже здесь? Но почему бы ему не выйти на связь? Неужели всё дело в том, что сказал водитель? В его работе, которая мешает встрече? Если это так, то чем занимается мой неугомонный автюк? Кто именно может нам помешать? Его так пристально пасут? Или всё дело в том, что нас не должны видеть вместе?»
Во время размышлений я машинально взял в руку корзинку и стал вертеть её во все стороны, пытаясь внимательно рассмотреть.
«Хм. Если не ошибаюсь, то именно с помощью похожей корзинки нас как-то подслушали Тарас с Марысей» — подумал я.
Небольшое усилие — и второе дно выпало, а мне в руку упал кнопочный телефон со сложенной запиской, которую я тут же принялся читать:
«Если ты нашёл этот тайник, то скорее всего ты именно тот, кто я думаю и вспомнил как мы вас ловко провели! Аж приятно вспомнить! Если мои догадки верны, то по записанному в память номеру отправь сообщение с именем знакомой тебе автючки. Уверен, ты догадался, кто вышел с тобой на связь, и сейчас рад так же, как и я. Если ты вдруг не понимаешь, о чём тебе пишет незнакомец, то просто прослушай запись на телефоне и воспринимай её как подарок.
P.S.
Как сказал водитель, моя работа мешает нашей встрече, впрочем, ты и сам всё сейчас поймёшь».
— Хренов любитель загадок! — усмехнулся я, едва сдерживая чувства внутри, и тут же поспешил написать в сообщении:
Марыся. Старый ты выпивоха!
Удостоверившись, что послание ушло, я достал нож с газеткой и включил аудиозапись. Решил за прослушиванием нарезать переданные гостинцы.
— Ну что, скажешь, Борис? Как впечатления? — раздался в тишине незнакомый голос мужчины.
— Скажу, что это очень серьёзный противник, — ответил второй, более молодой. — Очень серьёзный. Гораздо опаснее, чем я мог себе представить. Скорость, ловкость, реакция на опасность, усиление тела, впечатляющая акробатика, движения хищника и пара слабых заклинаний ранга адепт, которыми двадцатилетний мальчишка справился со столькими противниками. Более того, я уверен, что он сознательно скрывает свою силу, и боюсь представить, на что вообще способен…
Прослушав запись и нарезав вкусности я узнал: примерную численность людей в чёрном, прибывших по мою душу; о том, чем именно их заинтересовал Гордей Хладов; как планируют меня нейтрализовать; об имени которое носит мой старый друг и какая именно работа мешает ему со мной встретиться.
«Судя по нынешнему возрасту Тараса, он находится под постоянным контролем и выполняет множество поручений. Вот и не может выбраться на разговор, чтобы не вызвать ненужных подозрений и не попасться на глаза постороннему. Наверняка, считает, что лучше пока побудет в стане врагов и будет контролировать ситуацию изнутри. Интересно, что это за организация, которая вычищает все знания о техниках, что за странные эликсиры которые они используют и почему в разговоре нет даже намёка про Марысю? Неужели сила Морозова разбросал их далеко друг от друга?»
Мои мысли прервало пришедшее сообщение, которое я поспешил открыть:
«Как я рад узнать, что ты жив, старый друг!!! Как рад! Уверен, что как только всё закончится, мы обязательно посидим и хорошенько поболтаем. Я слишком о многом хочу тебе рассказать. Слишком! Но нельзя. А пока держи этот телефон при себе и жди команды. Люди тренируются и готовятся к делу. Как только всё начнётся, я дам знать».
Сказать, что я был счастлив, — значит ничего не сказать. Тарас, мой старый друг, перенёсся в другой мир за мной. Я не один!
Не успел я как следует насладиться моментом, как завибрировал мой основной телефон. Заметив, что вновь звонит дежурный, я принял вызов и произнёс.
— Неужели новая посылка?
— Нет, Гордей Романович — официальным тоном ответил мужчина. — К вам прибыла баронесса Боде.
ГЛАВА 8
С сожалением посмотрев на тонко нарезанное сало, вкуснейший хлеб, лучок и малосольные огурчики, я со вздохом встал, вымыл руки, накрыл богатство чистым полотенцем и отправился в небольшую уютную гостиную, в которой мне и предстояло встретить гостью.
Баронесса Боде была такой же, как и в день нашей последней встречи: красивой, утончённой и очень обаятельной. Она была одета в платье средней длины с приятным взгляду декольте и притягательным разрезом на бедре, демонстрирующим загорелую ножку. Образ завершали туфли на высоком каблуке, наброшенная на плечи небольшая шубка и маленькая сумочка.
Дождавшись, когда дверь за сопровождающим закроется, я позволил себе в течение нескольких секунд восхищённо рассматривать польщённую подобным вниманием девушку, а затем с улыбкой произнёс:
— Баронесса Боде! Вот так встреча! Не ожидал увидеть вас в моём холостяцком логове. База наёмников отнюдь не предназначена для приёма столь обворожительных дам.
— Боярин Хладов, а уж как я рада вас видеть, — с хитрой улыбкой произнесла девушка, и от её глубокого хрипловатого голоса по моей спине прошли мурашки.
Подумалось, что из-за множества навалившихся дел я уже давно не был в компании красивых женщин, что, вообще-то, я в теле молодого человека и стоит напоминать себе об этом.
В это время, пользуясь отсутствием лишних глаз, Оксана неспеша приблизилась ко мне и поцеловала в щёку, заставляя очередную толпу мурашек промаршировать по спине.
В нос ударил притягательный запах молодой и привлекательной девушки, и моя рука тут же непроизвольно скользнула к ней на талию.
— Ты выглядишь просто сногсшибательно, — честно заявил я довольной этим Оксане и, словно бы спохватившись, указал на одно из пустующих кресел. — Прошу, присаживайся. Чай, кофе или чего-нибудь покрепче?
— Пожалуй, от стакана воды я бы не отказалась, — произнесла Оксана, и после вызова слуги заказанное появилось на небольшом столике, стоявшем между нашими креслами.
Сделав несколько глотков, девушка белозубо улыбнулась и неожиданно призналась:
— Только сегодня приехала в город и сразу к тебе. Так что цени.
— Очень ценю, — ответил я, изучая внешний вид Оксаны и сомневаясь, что она говорит правду. — Но не стоило так себя утруждать, могла бы заехать ко мне не сразу. Душ после поездки — необычайное наслаждение.
Оксана посмотрела на меня с возмущённым видом, и мне даже на мгновение показалось, что она ударит меня магией, однако девушка каким-то чудом сдержалась и произнесла:
— Вообще-то, я так и сделала. Сначала заехала домой и лишь потом отправилась к тебе! Неужели ты мог так плохо обо мне думать? — Не отметив раскаяния на моём лице, Оксана ядовито закончила: — Может, ещё думаешь, что я должна была заявиться к тебе с чемоданом в руках?
— От такого подарка я бы не отказался, — произнёс я, подмигнув ей, и ещё раз окинул взглядом красавицу.
Оксана самодовольно улыбнулась, но помотала головой:
— К сожалению, так нельзя, ты ведь теперь не просто смазливый парень, а представитель рода Хладовых. Подобные отношения могут вызвать нездоровое шептание среди семьи, а мне пока моя свобода дороже.
— Как же так? — посмотрел я вверх. — За что небо так со мной поступает? Красивая девушка спешит ко мне в гости, но не для того, чтобы быть вместе.
— Быть вместе и жить вместе — разные вещи, — заметила Оксана. — К тому же никуда я не спешила. Слышал ведь, сначала заехала к себе.
— Это я уже понял, — усмехнулся я, — ты просто внезапно решила меня навестить.
— Я поговорила с Лукинским, — посерьёзнела девушка. — И узнала новость о том, как ты вступил в боярский род и убил пятерых наших однокурсников.
— Они погибли на дуэли, — поправил я ее. — Оскорбили род Хладовых и поплатились за это. Тех, кто оказался удачливее или принёс извинения, я не тронул.
Оксана улыбнулась:
— Я и не думала их защищать. Просто хотела тебя поздравить.
— Не стоит, — покачал я головой. — Это были весьма слабые противники. В победе над ними нет особой доблести.
— Так я не с этим тебя поздравляла, а с вхождением в род. Признаюсь, уже заждалась, когда же это произойдёт, — с намёком произнесла баронесса.
Не желая идти у неё на поводу, я уточнил:
— Хочешь сказать, что такого хорошего бойца и просто симпатичного парня кто-то обязательно взял в род через женитьбу?
— Хочу сказать, что Боде уже давно обо всём знали. Или ты думаешь, что моя семья дарит каждому простолюдину квартиру и хлопочет за него перед союзниками? Поверь мне, это не так.
— Значит, вы всё обо мне знали и оскорбили Хладовых такой подачкой? — приподняв бровь, насмешливо уточнил я. — Решили откупиться за спасение члена рода так дешево?
— Если учитывать твою фамилию на тот момент, долг перед корпусом и отсутствие перспектив, то моя семья дала тебе слишком многое, — произнесла Оксана, нахмурившись.
«Хорошо, — пронеслось в голове. — Девочка расстроилась и пышет гневом за мои подтрунивания над своим родом. Позволим ей реабилитироваться и зададим пару вопросов».
— А как вы про меня узнали? Что я могу относиться к роду Хладовых?
Выражение лица Оксаны сменилось на самодовольное:
— Тебе повезло: фотографию моего спасителя увидел один из старших родственников, хорошо знавший погибших Хладовых. Он почти сразу понял, чьим отпрыском ты являешься и, как выяснилось позже, даже держал на руках твоего деда — Павла Романовича. Это с его подачи к тебе стали присматриваться.
— Интересно, — признался я, — даже очень. А как зовут твоего старшего родственника? Может, он также знает и Ульяну Романовну, нынешнюю главу рода Хладовых?
Девушка не колебалась и кивнула:
— Знает. Его зовут Пауль Сергеевич, и он наш старейшина.
«Теперь нужно выяснить, для чего ты это всё мне рассказала, — подумал я, — и зачем вообще прибыла. Неужели старые друзья пытаются таким вот образом восстановить контакты с нашим родом? Через меня? Словно бы невзначай?»
Решив не ходить вокруг да около, я спросил прямо:
— И для чего же ты, моя дорогая Оксана, рассказала мне всё это? Неужели считаешь, что я проникнусь любовью к вашему роду?
Девушка нарочито наморщила свой очаровательный носик, протестуя против заданных в лоб вопросов, но всё же ответила:
— Принятие в род твоей семьи явно указывает на возрождение Хладовых. Боде предлагает восстановить дружественные отношения.
Сказав это, девушка открыла сумочку и протянула мне небольшой прямоугольник, похожий на визитку:
— Это приглашение в наше поместье от главы рода, прошу передать его графине Хладовой. Кроме того, Пауль Сергеевич сказал, что будет рад, если ты найдёшь время и посетишь его. Уж слишком сильно ты похож на его покойного друга.
Не успел я ответить, как дверь распахнулась и в помещение вошла Ульяна Романовна.
— Ваше сиятельство! — тут же вскочила девушка, склонив голову, а я последовал её примеру и произнёс:
— Ульяна Романовна, позвольте вам представить Оксану Александровну Боде. Мою однокурсницу из центра подготовки корпуса егерей.
Графиня смерила девушку холодным взглядом и произнесла: — Девица из рода Боде? В семье разрешают вам ходить со столь выдающимся вырезом и распивать чаи в компании молодых бояр?
Взгляд пожилой женщины сместился на меня:
— Или, Гордей Романович, Оксана Александровна твоя будущая невеста? О которой мне ничего не известно?
— Это моя добрая подруга и боевой товарищ, с которой мы сражались в разломах против монстров, — произнёс я, а затем, сделав вид, что на мгновение задумался, добавил: — На Оксану Александровну, как на невесту, я до этого момента не смотрел, но обещаю изменить свой подход.
Ульяна Романовна вновь перенесла взгляд на девушку и спросила:
— А вы что скажете?
— Хочу поблагодарить вас за Гордея Романовича, во время обучения в центре он спас мне жизнь.
Лицо графини стало менее суровым:
— Приятно слышать, что член моего рода известен не только своими убийствами, но и спасением чужих жизней. Но всё же я хотела узнать, с чем ко мне прибыла представительница Боде.
— Я прибыла к вам, чтобы поздравить своего спасителя и друга с вступлением в род Хладовых, а также передать вам приглашение главы моего рода. Он будет рад видеть вас в нашем поместье, а также желает восстановления дружественных отношений.
— Не союзных? Именно дружественных? — переспросила Ульяна Романовна, с укором глядя на девушку, но та не поддалась:
— Именно.
Ульяна Романовна выдержала паузу, а затем спросила:
— Это всё?
Оксана на мгновение задумалась, а потом уверенно произнесла:
— Игорь Витольдович уверен, что восстановление дружественных отношений будет во благо нашим родам, поэтому велел мне отправляться в Новосибирск в тот же миг, как до него дошли новости.
Ульяна Романовна благожелательно кивнула, хотя я заметил, что она напряглась: — Кроме того, советник рода, Пауль Сергеевич, пригласил Гордея Романовича в гости. Он знал вашего брата и хотел бы пообщаться с его внуком.
— Хорошо, — произнесла графиня и посмотрела на меня. — Дозволяю. Пауль действительно был другом твоего деда.
Заметив взгляд Ульяны Романовны, я протянул ей пригласительное, и она, попрощавшись с нами, ушла.
Стоило только двери за графиней закрыться, как Оксана выдохнула и поспешила осушить свой стакан, а затем с восхищением добавила: — Вот это сила! Меня так придавило, что я боялась лишнее слово сказать! Ничего себе?!
«Странно, что я этого не заметил, — с удивлением подумал я. — Или уже привык к силе графини, или она сконцентрировалась лишь на Оксане, ну или я стал настолько силён, что даже не замечаю чужого давления».
Обдумывая всё это, я косился на красивую ножку девушки и неожиданно даже сам для себя спросил:
— Оксана Александровна, не составите ли мне компанию? Давно не обедал в обществе столь обворожительной девушки!
Заметив мой взгляд, Боде благосклонно кивнула. Вызвав слугу, который принёс бокал вина и закуски, я поспешил в комнату, быстро привёл себя в порядок, переоделся в один из новых костюмов и решил позволить себе выходной.
Вскоре мы уже сидели за небольшим столиком в одном уютном ресторане. Оксана рассказала мне жизни после выпуска, о своей подружке Виктории, а также вытянула из меня подробности конфликта с Шольцем и егерями. Ей было интересно всё.
После того как я закончил отвечать на вопросы, девушка серьёзным тоном произнесла:
— Главное, что ты каким-то образом умудрился не убить графа Палена. За него действительно могли бы мстить. А с остальными у вас проблем быть не должно. Там были или слабаки, или те, кто как-то бросил тень на семью и был сослан.
— Даже с родом Шольца? — уточнил я.
— С ним тем более, — легкомысленно отмахнулась Оксана. — Он был слишком высокого мнения о себе, клеился к многим дамам и едва не стал причиной войны родов, поэтому от него и решили избавиться.
— Складывается ощущение, словно ты специально собирала информацию по всем моим противникам, — насмешливым тоном заметил я, и девушка на мгновение отвела глаза в сторону, а затем, взяв себя в руки, ответила:
— Ну, ты знаешь, для чего я прибыла? Считай, что так я пытаюсь наладить дружественные отношения между родами.
Я кивнул и уточнил: — Что в таком случае скажешь по поводу барона Гунта?
Оксана презрительно поморщилась: — Прямо против тебя он не пойдёт. Слабоват и знает своё место, а вот сделать какую-то гадость или подослать убийц не постесняется. Думаю, что служба безопасности рода справится с этими проблемами и без тебя.
К моему удивлению, в этот вечер ничего необычного и выходящего за грань не произошло. Никто не лез к нам с претензиями, никто не пытался оскорбить меня или баронессу, никто из подвыпивших аристократов, жадно наблюдавших за Оксаной, не посмел хоть как-то себя проявить.
«Видимо, проведённые дуэли, несмотря на скепсис деда Павла, послужили мне хорошую службу», — пронеслось в голове, после чего я расплатился, и мы с Оксаной отправились на экскурсию в мою квартиру, когда-то подаренную родом Боде. Со своими советами не было подвыпивших аристократов или иных лиц, жадно смотрящих на мою спутницу. Поэтому мы совершенно спокойно закончили обедать и направились в квартиру.
*****
Окраина столицы. Старый неухоженный парк. Расшатанная лавочка в пустеющем тупике и тучная фигура немолодого мужчины в дорогом костюме, который выглядел в этом месте весьма чужеродно. Несмотря на данный факт, князь Пожарский продолжал неспешно ходить из стороны в сторону, словно чего-то ожидая.
Вскоре в отдалении послышались шаги, и на заросшей травой дорожке появилась пара непохожих друг на друга людей. Один из них был невысок, полон, лыс и носил давно вышедший из моды костюм. Второй, напротив, был молод, высок, привлекателен, имел шевелюру чёрных волос и со вкусом подобранную одежду.
— Ваше сиятельство, добрый день! — с подобострастной улыбкой приветствовал мужчину толстячок.
— Добрый день, господа, прошу без титулов. Нам предстоит важный разговор, — ответил князь, заметив пренебрежительный взгляд, который молодой граф Коршунов бросил на своего спутника.
Тридцатилетний повеса и золотой мальчик, внезапно занявший место главы рода ввиду скоропостижной смерти отца, явно не считал ровней себе полноватого барона Чижова. Впрочем, демонстрировать это отношение он не спешил, что князя вполне устраивало.
— Если разговор действительно важный, — произнёс Коршунов и демонстративно осмотрелся, — то почему встреча происходит в столь странном месте? У меня есть несколько заведений, в которых мы бы разместились с куда большим удобством и где бы никто нас не подслушал.
Полноватый барон слабо улыбнулся и прокомментировал:
— Мой уважаемый друг, главой рода вы стали лишь недавно, и поэтому некоторые наши действия могут показаться вам смешными и нелепыми. Однако, как показывает практика, именно они позволяют нам доводить дела до конца. Ведь даже у стен есть уши.
— Мои заведения предоставляют полную конфиденциальность! — насупился граф, на что Чижов лишь покачал головой: — Значит, вашим людям предлагают слишком мало.
Граф хотел было вступить в перепалку, но князь остановил его жестом руки и повернул камень одного из своих колец, заставив с шипением сформироваться вокруг троицы «барьер тишины».
— Не стоит ссориться по мелочам, — произнёс он. — У нас есть куда более важные темы на повестке. Я надеюсь, вы оставили телефоны у охраны?
— Оставили, — кивнул молодой граф и добавил: — Денис Дмитриевич, к чему такие меры предосторожности? Я полагал, что вы хотите обсудить внезапное возрождение Хладовых.
— Всё верно, Александр Александрович, — кивнул князь. — Вы могли не знать, но именно наши рода занимались их уничтожением.
— И? — уточнил молодой человек с недоумением. — По моей информации, в роду остались две женщины — старая графиня и её внучка, которые сумели выжить лишь из-за заступничества императора.
— А теперь их род расширился за счёт семьи одного из бастардов, — заметил барон и, достав платок, промочил им свой лоб от пота.
— Вы считаете недавних простолюдинов угрозой? В самом деле? — удивился граф.
— Всё верно, — кивнул князь Пожарский вместо барона. — Ведь Хладовы — это наши враги, которые долгое время водили всех за нос. И если вы полагаете, что они не будут мстить, то глубоко ошибаетесь.
— Пусть приходят, — ответил Коршунов самодовольно. — Появится причина, чтобы наконец всех их уничтожить.
— Вы весьма самонадеянны, — произнёс князь резко. — Мы уже однажды недооценили графиню, и посмотрите, к чему это привело! Род наших врагов увеличился на шесть человек, один из которых с лёгкостью убивает бояр на дуэлях, Хладова оказалась гораздо сильнее, чем мы полагали, и за её спиной теперь не десяток дружинников, а отряд егерей почти в две тысячи человек! Вы действительно считаете, что это случайность? Если так, то ждите неожиданных подарков, скоро они последуют!
— Столь многочисленный отряд егерей — это серьёзно, но они в Новосибирске, а мы здесь. Считаете, что нужно опасаться?
— Раз графиня публично продемонстрировала возросшие силы и велела сделать это своему родственничку, значит, ждать можно чего угодно, — заметил барон и вновь вытер платком потеющий лоб.
— А кроме того, — добавил князь, — службой безопасности Пожарских отмечены попытки перекупить нескольких слуг моего поместья. А в доме и на рабочем месте найдены подслушивающие устройства.
— Это весьма серьёзно, — заметил барон.
— Считаете, что это Хладовы? — с сомнением спросил граф. — Не слишком ли сильно они, по вашему мнению, развернулись? К тому же, если они хотят нанести удар, то почему проявили себя раньше времени? Не лучше было бы атаковать и лишь потом заявлять о возрождении?
— Скорее всего, они просто совершили ошибку, — заметил барон. — Ну или уже нанесли удары, которые мы пока не можем с ними связать.
— Сомнительно, — покачал головой граф и посмотрел на князя. — Впрочем, если всё так, как вы говорите, то Хладовых действительно нельзя сбрасывать со счетов. Денис Дмитриевич, что вы предлагаете?
Князь перевёл взгляд с одного мужчины на другого и произнёс:
— Предлагаю решить недоразумение до тех пор, пока оно не превратилось в настоящую проблему. В данный момент на моих объектах происходит сбор четырёх десятков наиболее подготовленных дружинников, которые отправятся в Новосибирск и должны будут уничтожить недобитков. Предлагаю вам тоже поучаствовать в данном мероприятии. Или найти подходящих убийц.
Граф приподнял бровь:
— Денис Дмитриевич, считаете, что этих людей не хватит для устранения проблемы?
— Александр Александрович, — тем же тоном ответил князь, — генерал Залесский, бывший начальник центра подготовки егерей в Новосибирске, тоже считал, что его ждёт успех. Для этого у него было всё: его дар ранга ярый, служба безопасности центра, дружинники рода, наёмники, а также несколько звёзд убийц. Однако Хладовы продолжают расширять отряд и становиться сильнее, а генерала никто больше живым не видел.
Выдержав паузу, мужчина продолжил:
— Поэтому думайте, господа. Лично я не желаю проснуться от звуков штурма родового поместья.
В ходе длительной беседы князю удалось убедить своих союзников в необходимости выделения серьёзных сил и средств на устранение малой угрозы, пока она не переросла в нечто большее, а барон, к рукам которого прилипла большая часть собственности Хладовых, выделил для операции своего младшего брата.
Обсудив все детали, троица разошлась, а довольный достигнутым результатом князь подумал:
«Пусть считают меня параноиком и перестраховщиком, пусть считают, что я слишком превозношу слабаков Хладовых. Пусть думают о чём угодно, главное, чтобы отправили людей, которые решат проблему. Иначе мне не удастся слишком долго скрывать правду».
ГЛАВА 9
Стоило мне утром вернуться на базу, как тут же появилась служанка графини и попросила меня следовать за ней. Вскоре я уже входил в кабинет Ульяны Романовны, встретившей меня внимательным взглядом.
— Присаживайся, Гордей, — сказала она, указав на свободный стул. — Нас ожидает длинный разговор.
Подчинившись, молча занял предложенное место и принялся ждать, а женщина внимательно всмотрелась в моё лицо и произнесла:
— Как долго ты знаешь эту девицу?
— Достаточно, — ответил я.
— Ночь провёл с ней? — уточнила графиня.
— Да, — ничуть не смутился я.
Ульяна Романовна на мгновение растерялась. Вероятно, посчитала, что мне будет неловко обсуждать столь личную тему в юном возрасте, однако быстро взяла себя в руки и произнесла:
— Как я посмотрю, ты не понимаешь всей серьёзности ситуации. Твоя вчерашняя спутница не обычная простолюдинка, с которой можно покувыркаться и разбежаться. Это представительница боярского рода, и последствия вашей связи могут тебе не понравиться.
— Ульяна Романовна, — сказал я, — у меня складывается впечатление, что вы путаете эпохи. Сейчас не девятнадцатый век. Девушка, если старше двадцати пяти, вполне свободно распоряжается собой без оглядки на род. Скажу больше, если к этому времени у неё нет партнёров, то это вызывает вопросы. Общество начинает считать, что с ней что-то не так.
— А ты, значит, знаешь? — рассердилась графиня. — В род вступил совсем недавно, а уже такие заявления делаешь.
— Так это не я. Это мои однокурсники из центра. Я провёл среди них немало времени и много узнал.
— Раз ты настолько умный, то, может, знаешь, что такое медовая ловушка? — ядовитым тоном спросила Ульяна Романовна. — Думаешь, вы случайно встретились и переспали?
— Знаю. И это не она. С Оксаной мы познакомились гораздо раньше, чем она могла заподозрить меня в отношении к роду. Это произошло в день моего отправления в Новосибирск на бронепоезде. Они со своей подругой сбежали из-под опеки родителей и отправились в центр подготовки. Для маскировки они выбрали купе для простолюдинов. Моё. В тот момент я ещё не представлял никакой ценности, поэтому уверен, что встреча вышла случайной.
— А затем, после спасения, она уложила тебя в постель? — спросила графиня, всмотревшись в моё лицо.
— Нет. Это произошло раньше, и инициатором выступал я, — отмёл я её предположения.
— А не обманываешь ли ты меня и сам себя? — уточнила Ульяна Романовна.
— Нет, — покачал головой я.
— И даже не считаешь Оксану достойной партией для себя? — уточнила женщина.
— Нет. Мы просто дружим, — покачал головой я. — Возможно, если бы я оставался всё тем же обычным егерем, то мог бы и задуматься о чём-то подобном. Но это чисто гипотетически. Ни на ком жениться я не собираюсь. Кроме того, по словам Оксаны, ей ничего от меня не надо. Хочет ещё пожить для себя.
Ульяна Романовна, не скрываясь, поморщилась.
— О молодость, о нравы! Они даже жениться не планируют! Да только кто потом возьмёт такую девушку в жёны? И как можно вообще рассказывать о подобной связи и даже не покраснеть?
Я пожал плечами.
— Хорошо. Если это так, то я рада, только всё же помни о возможной ловушке и даже не думай относиться к столь ветреной даме всерьёз. Ты понял?
Дождавшись кивка, графиня продолжила:
— Её род ведёт какую-то свою игру, и мы с твоим дедом не знаем, чего от них можно ожидать.
— А поподробнее? Он что-то выяснил? — заинтересовался я и мысленно выдохнул. «Всё же хорошо, что мне удалось привлечь Хладовых к работе. Они пашут, выискивают угрозы, усиливают род, а я могу заняться своими делами. Ну или сосредоточиться на иных задачах».
— Да. Вчера, после встречи с Боде, я решила позвонить по оставленному на пригласительном номере и связалась с главой её рода. Разговор, пусть и был коротким, но сумел меня заинтриговать. Пришлось отправлять к ним твоего деда, который отзвонился мне лишь поздней ночью.
— Я так понимаю, беседа у них вышла крайне познавательной? — уточнил я.
— И насыщенной множеством интересных документов. Так что бери свой компьютер или что тебе ещё нужно, и работай. Павлуша напомнил, что канал связи тебе известен.
Подтвердив сказанное, я поспешил в кабинет, где несколько минут настраивал ноутбук, чтобы его нельзя было отследить. Затем зашёл на малопопулярный сайт, имеющий возможность создавать почту, и скинул на флешку довольно внушительный объём документов, отправленный нашим агентом в столице.
Пока шла загрузка, я добрым словом вспомнил Тараса и накрытые вчера полотенцем яства. Угощение шло великолепно, правда, от водки пришлось пока отказаться. Во-первых, я не алкоголик, чтобы пить в одиночку. А во-вторых, сейчас мне нужна трезвая голова и холодный расчёт. Отдыхать будем позже.
Кивнув, отправился к себе в комнату, где находился защищённый ноутбук. Несколько минут переходов на малопопулярный сайт, вход на почту — и моему взгляду предстало немалое количество отправленных дедом документов. Скачав их, я выключил компьютер, отсоединил его от розетки и вытащил батарею, после чего взял другой ноутбук, лишённый на аппаратном уровне возможности выхода в сеть, и отправился к графине.
Вскоре выяснилось, что информация на почте была не только той, что предоставили Боде, но и та, которую удалось добыть деду в последние дни.
Быстро пробежав глазами документы по увеличению численности службы безопасности рода, привлечению новых специалистов разведки и подготовленных бойцов, а также потраченных на это дело средств, мы перешли на изучение докладной записки. В ней старик кратко описывал содержание переданных документов.
Сведения были печальными. Из них следовало, что роды Муравьёвых и Голицыных, которые покровительствовали убитому нами Змушко, выяснили, кто на самом деле виновен в смерти их ставленника, и решили высказать своё неудовольствие нашему роду, а также взыскать с Хладовых не менее миллиарда рублей, а чтобы вопрос с выплатами решился в положительную сторону, для этого в Новосибирск планируется отправить отряд подготовленных дружинников. К слову, столь баснословной суммы у нас, несмотря даже на всё желание, никак не найдётся, а следовательно, цель выставления столь высокой виры — в желании под благовидным предлогом отобрать всё, что у нас есть. Эти подозрения высказал и старик, который также предоставил фотографии, полученные Муравьёвыми из центра мониторинга и контроля.
«Вот же уроды, — подумал я. — Нужно обязательно навестить столь чудесное место и выяснить, кто так смело сливает всем информацию о моей лиге».
— За нас решили взяться всерьёз, — прокомментировала прочитанное побледневшая графиня. — На этот раз слишком серьёзно. Как будем отбиваться, Гордей? Всё-таки новые противники — не бандитский отряд егерей, а сильные столичные роды. Неужели снова придётся рисковать жизнью и отстаивать своё?!
— Ничего не поделать, — пожал плечами я. — Они считают нас представителями вымирающей семьи, которой каким-то чудом удалось не уйти в небытие окончательно. Поэтому и позволяют себе такое отношение. Уверен, мы и в этот раз сумеем найти способ, чтобы заставить их отступить.
— Голицыных и Муравьёвых? — приподняла бровь женщина. — Ты понимаешь, с кем собрался воевать? Да у них одних ярых, знаешь, сколько?
— Какая разница, сколько у них магов? — уточнил я и на несколько мгновений активировал скрывающую технику, позволившую мне пропасть с глаз графини. — Если глава рода и его подопечные могут внезапно погибнуть?
— Нам нужен мир, а не война на выживание, — ворчливо заметила графиня. — Попробуешь продемонстрировать силу, и они сотрут нас в порошок. Всех! Включая женщин и детей!
Я снял с себя технику и, вернувшись на стул, добавил:
— Они должны понимать, что в случае конфликта я могу поступить так же. Возможно, в этом случае разговор будет проходить в более тёплой атмосфере и нам удастся решить проблему переговорами.
Ульяна Романовна тяжело вздохнула. — И почему мои сверстники греют холодные конечности у костра, а я вынуждена возрождать род, становиться сильнее и отстаивать независимость перед сильными родами?
Выдержав небольшую паузу, продолжила:
— Будем считать, что хоть какой-то план относительно данных неприятностей у нас есть. Это уже неплохо. Давай читать дальше.
Затем выяснилось, что помимо сведений о покровителях Змушко, деду Павлу удалось получить доказательства странной активности в поместье графов Коршуновых — одного из родов, которые являлись основными врагами Хладовых, участвовавшими в истреблении семьи.
К сожалению, это всё, что ему удалось узнать. Службы безопасности двух других вражеских родов — Пожарских и Чижовых — оказались куда более подготовленными и едва не взяли людей деда Павла, благо тем удалось вовремя соскочить.
— Ну вот, — произнесла графиня, и на этот раз в её глазах вспыхнул злой огонёк. — Теперь ещё и эти собираются устроить нам весёлую жизнь. Надеюсь, они хотя бы не набросятся на нас все сразу и будет возможность разобраться с противниками по очереди.
— Полагаю, что если может произойти что-то плохое, то оно обязательно произойдёт. Они набросятся на нас все вместе. Нужно исходить из этого, и тогда мы сможем лучше подготовиться, — произнёс я.
— Да ты прямо меня успокоил! Мастер! — заметила графиня раздражённо.
— Но вы же знали, что всё так и будет? — уточнил я. — После того как мы феерически победили в дуэлях?
— Да, — вынужденно призналась она, — но всё равно неприятно, что эти твари, которые не добили наш род, снова решили взяться за своё. Увидели мою возросшую силу, испугались и захотели избавиться от возникшей угрозы. Изучили новости и посчитали, что успехи Хладовых — это результат моих интриг. Жаль, что это не так.
— Не переживайте, — произнёс я. — Если сунутся сюда, то вырежем их как кур, а затем и навестим в поместьях, чтобы знали своё место.
Судя по брошенному взгляду, Ульяна Романовна осталась довольна моим настроем и предложила продолжить изучение документа, который посвящался роду Боде и их союзникам, передавшим деду Павлу сведения относительно тех, кто присоединился к тройке врагов, напавшей на наш род, был повинен в смерти Хладовых, а также тем или иным способом отобрал для себя их собственность.
Высветив таблицу со сведениями, я присвистнул. — Раньше род действительно был достаточно богат.
Не слушая меня, графиня принялась читать имена людей, повинных в смертях кого-либо из её родных, а затем искала доказательства этого в сведениях ниже.
— Боде не соврал, — вдруг зло произнесла она, ткнув пальцем в таблицу. — Как решим проблемы в городе, отправимся навестить этих людей. Мне есть что им сказать.
— Информацию здесь, — произнёс я, указав на карту памяти, — необходимо несколько раз перепроверить. Не удивлюсь, если наши новые друзья внесли в список парочку своих врагов. Мне непонятны их мотивы, поэтому я Боде не верю. Сомневаюсь, что всё дело в старой дружбе их советника и моего прадеда.
— Верно сомневаешься, — подтвердила мои слова Ульяна Романовна. — Подозреваю, что кое-кто решил осадить Пожарских и Коршуновых чужими руками. Слишком много силы в последнее время набрали эти семьи, в том числе за счёт войн с нами и другими родами.
Внимательно посмотрев мне в глаза, графиня добавила: — Впрочем, плевать на мотивы наших «друзей», главное, что они передали важные сведения, которыми мы вскоре обязательно воспользуемся, и все ублюдки, посмевшие принять участие в уничтожении нашего рода, поплатятся.
«А ведь помимо них есть ещё и убийцы в чёрном, которых наняли Залесские, — подумал я и решил промолчать. — Займусь этой проблемой вместе с Тарасом, не стоит беспокоить графиню лишний раз, на неё и так слишком много навалилось в последнее время».
От понимания того, что есть человек, который поможет мне в любой ситуации и на которого я могу положиться как на самого себя, на душе стало необычно тепло.
На разбор документов мы потратили немало времени. После чего я оставил компьютер графини, проинструктировал её по вопросам соблюдения информационной безопасности и занялся делами. Необходимо было в срочном порядке передать новые сведения Полине Климович и Касу. Нужно было не только собрать информацию на ещё несколько родов империи, но и проверить, не прибыли ли их люди в наш город тайно.
Закончив с обязательными делами, понял, что вскоре вновь ожидается весьма напряжённое время, и до этого момента было бы неплохо заняться обучением у графини, а также походами в разлом со своей звездой.
И с первым, и со вторым проблем не возникло. Члены звезды с воодушевлением отнеслись к моему желанию нарастить количество походов в разломы, а Ульяна Романовна согласилась проводить занятия в те редкие моменты, когда я возвращался на базу. Всё же все показанные ей атакующие и защитные заклинания получались у меня после нескольких попыток и оставались в памяти, словно я долго и упорно их учил.
На это время Михалыч передал дела по функционированию лиги на одного из заместителей, Николай разбил подопечных на две группы и дал команду на самостоятельные тренировки и отработку комплексов, а Александр со взглядом побитой собаки был вынужден покинуть общество Ольги и Людмилы, которых он до этого прикрывал в разломах.
Спустя более чем две недели после начала марафона на переданный Тарасом телефон пришло сообщение: «Скоро».
Пришлось оканчивать зачистку и распускать соратников, предупредив их о необходимости быть настороже и передать команду всем остальным нашим егерям. Бекишев с Рибутовым тут же запрыгнули в один из внедорожников и направились на базу, а мы с Николаем решили проверить Каса с сыном.
Я планировал оценить его силы и если здоровье позволит, то провести с мальчишкой ритуал «тайны рода», чтобы он ненароком не выдал секрет комплексов посторонним. Быстро добравшись до нужного разлома, мы вошли внутрь и обнаружили воодушевлённого Григория, который с гордостью наблюдал за успехами сына.
К слову, внешний вид парня почти не изменился. Он так и не избавился от пугающей худобы и, несмотря на усиленную диету, больше походил на узника средневековой тюрьмы. Чудо, что за это время он хотя бы окреп и теперь мог самостоятельно передвигаться, как все остальные люди. Я полагал, что через полгода подобных тренировок ситуация изменится. Константин окрепнет и не будет сильно отличаться от сверстников.
Закончив с делами и вновь выслушав благодарности Каса, я напомнил ему про последние поручения и поспешил на выход. Водитель направил внедорожник в город, но не успели мы проехать и пару минут, как на глаза попался разлом шестого класса, возле которого расположился автомобиль лиги.
Подъехав ближе, я узнал за его рулём водителя, который возил в разломы Ольгу и Людмилу с Барсиком.
Отметив, что «шестёрка» уже закрыта, велел подъехать ближе и, приоткрыв окно, крикнул: — Ну, что тут? Как они?
— Всё отлично! — узнал меня водитель. — Разлом закрыли. Ран нет. Уже часа три там.
«Третируются», — подумал я и, благодарно кивнув мужчине, велел продолжить движение, однако следующие слова водителя заставили меня изменить решение.
«Вот сейчас я возьму их тёпленькими и наконец пойму, что происходит! Играют они передо мной комедию? Или у Александра действительно есть чувства к Ольге. Не просто же так он бросил Бекишева и рванул сюда?»
Войдя в пятно, я тут же накинул на себя скрывающую технику и никем незамеченный направился по протоптанной тропе. Скоро послышались звуки тренировки, и я увидел Ольгу, которая сформировала ледяной меч, с которым отрабатывала комплексы.
Неподалёку от тренирующейся девушки, на солнце, расположился переевший мяса и тяжело дышащий Барсик, мордочка которого была измазана в крови.
«Ольга?! Но почему она? Должна же тренироваться Люда? Или они действительно водили меня за нос?!» — пронеслось в голове, и я, изучив следы, направился по одному из них.
Вскоре дорожка примятой травы привела меня на небольшую живописную полянку, где самозабвенно, как это только бывает с молодыми влюблёнными, целовались Александр и Людмила.
«Значит, вместо того чтобы тренировать девчонок, он ухлёстывал за ними?! Отнимал ценное время?! — подумал я немного раздражённо. — И ещё мне интересно, почему он здесь с моей сестрой? Он же вроде как положил глаз на Ольгу? Про неё спрашивал? Или это специально? Чтобы я не догадался о его поползновениях в сторону Людмилы? Впрочем, зачем гадать, сейчас и узнаем!»
Сняв с себя скрывающую технику, я нахмурился и нарочито зло произнёс: — Ну?! И что у нас тут происходит?!
Отскочивший на несколько метров назад Александр испуганно посмотрел на меня и словно бы растворился в воздухе, а в следующее мгновение лишь шевеление деревьев подсказало, что он рванул к пятну на огромной скорости.
— Надо же! — нарочито удивлённо сказал я. — Он эту технику месяца два мучает и вообще без успехов, а сейчас раз! И исчез.
— Гордей! — с укором произнесла старшая сестра. — Неужели нужно было так его пугать?
Состроив невинное лицо, произнёс:
— Я просто хотел уточнить, что происходит. Почему мой друг находится здесь, а не на базе и почему пристаёт к тебе в то время, как спрашивал у меня про Ольгу.
Сестра вздохнула: — Он тебя очень уважает и боится. Сказал, что если ты узнаешь о нашей связи, то точно ему голову открутишь. Он тогда хотел про меня спросить, да только не смог и был вынужден спрашивать насчёт Ольги.
— А она вас всё это время прикрывала? — предположил я.
— С пользой для себя, — призналась сестра. — Ты же бросился в разлом за Александром, когда хотел его спасти? Жизнью рисковал! Вот она и решила, что если скажет, что присматривается к Рибутову, то ты, не желая идти против друга, не станешь на неё давить. А за выгаданное время она ещё что-нибудь придумает.
— Эх, девочки, — покачал головой я. — Накрутили вы знатно. А оно того стоило? Я ведь не против, только за, если вы будете счастливы. А так, где теперь искать нашего героя-любовника?
ГЛАВА 10
С момента передачи Тарасом сигнала прошло уже трое суток, однако пока ничего не произошло.
Всё это время отряд и служба безопасности Хладовых находились в повышенной степени боевой готовности и, стараясь не демонстрировать это, ожидали нападения. Не желая раскрывать все карты перед подчинёнными и опасаясь утечек, им скормили легенду о возможной атаке на нас недобитых остатков отряда отречённые клинки, пожелавших отомстить за смерть командира.
Память об обезбашенном Змушко и методах ведения им дел была всё ещё не забыта, как и история нашего с ним конфликта. Поэтому новость особого удивления не вызвала, но заставила егерей находиться в тонусе и быть готовыми ко всему.
Под этим же предлогом я запретил членам рода покидать территорию базы, а сам, выступая в роли наживки, ездил по городу под охраной двух звёзд элиты. Родным это очень не понравилось, особенно Ксении Алексеевне и графине, однако переубедить меня никто так и не смог. А Ульяна Романовна, посмотрев в глаза, решила прямых приказов не отдавать, понимая, что я её ослушаюсь и таким образом снижу её авторитет.
Желая их успокоить, я решил показать им небольшой план старого, непопулярного ныне парка, расположенного на окраине города, где мои люди уже подготовили ловушку для убийц.
— Что это? — спросила графиня, склонившись над бумагой и указав на место перед входом, а затем и на извилистую линию, ведущую в глубь посадок.
— Это? Путь моего отхода. Стоит только кому-то приблизиться, как я разобью асфальт под собой и пробегу вниз по прокопанному туннелю в безопасное место. А вот в этих, — указал я взятым в руку карандашом, — располагаются позиции гранатомётчиков. Здесь — пулемётчиков. Тут, тут и тут расположены взрывные фугасы, а на этих крышах — даже два переносных зенитно-ракетных комплекса. На всякий случай.
Ульяна Романовна приподняла брови.
— Ты что? Снова собираешь устроить в городе войну? Ты понимаешь, как это будет расценено властями? А нашими союзниками?
— Я собираюсь защитить семью и отряд от лишних жертв и потрясений, — ответил я и принялся складывать план. — Лучше пусть нападающие устроят разрушения там, и мне удастся избежать лишних жертв. А что касается военных действий, то это же не я нападаю, а на меня. Или нужно позволить убийцам меня прикончить?
Графиня недовольно покачала головой, но после демонстрации плана морщины на её лице несколько разгладились. Она поняла, что рисковать лишний раз я не собираюсь и в этот раз тщательно готовлю место боя.
Потратив ещё некоторое время на убеждения родных, которые пообещали мне не покидать территорию базы, я вновь отправился изображать из себя приманку. А в голову то и дело лезли мысли об слишком долгой задержке с нападением. Всё было готово, а убийцы медлили.
Я опасался, что они каким-то образом заподозрили Тараса или сумели его вычислить, как-то его раскусить. Вдруг он до сих пор не восстановил утраченные силы? Однако после долгих раздумий всё же отбросил эту версию как маловероятную. Люди, чей голос я слышал на записи, были ещё слишком молоды, чтобы взять легендарного Тараса Колоска.
Он ведь даже в данных обстоятельствах, вместо давно назревшей встречи, весьма искусно шифруется, не позволяя чувствам взять верх. Будь иначе, мы бы уже давным-давно сидели в каком-нибудь уютном местечке за бутылкой «беленькой» и вспоминали прошедшие времена.
Скорее всего, с нападением произошла заминка из-за других факторов. Возможно, подвели бояре, которым должны были ввести ценные эликсиры? А может, произошли проблемы с безопасной их доставкой? Или убийц насторожило усиление бдительности моих егерей? Или они для проведения операции вызвали дополнительные силы?
Впрочем, судя по ещё далёкому, но усиливающемуся с каждой минутой чувству опасности, скоро я это выясню. Дав команду автомобилям сменить маршрут движения к нужной точке, я кодом довёл информацию до сопровождавших меня егерей, после чего позвонил старшему у парка. Люди были готовы, и это радовало.
На телефон, переданный Тарасом, всё ещё не приходило сообщений, и я стал переживать. Вдруг нападать будут не убийцы, а люди, скажем, Голицыных?
Именно в этот момент пришло разубедившее меня сообщение:
«Сегодня. Пара накаченных эликсирами магов. Две звезды. Один убийца. Будь готов. Приём».
Прочитав последнее слово, я понял, что он хочет получить ответ, и решил предупредить его о ловушке возле парка.
«Подготовил котёл для демонов. Приём».
Получив быстрый ответ, я больше не переживал за безопасность друга, а вскоре уже стоял у главного входа в старый парк и то и дело поглядывал на часы, делая вид, что кого-то ожидаю.
От внезапной атаки меня защищал «щит воли», а также невидимое простому взгляду заклинание, показанное Хладовой. Для отражения нападения в лоб были готовые к бою егеря, уже давно расположившиеся в лёжках домов, стоящих через дорогу. А для поддержки на земле имелись бойцы элиты, которые прошли сквозь главные ворота и принялись осматривать его, чтобы прикрыть тыл и выгнать редких гражданских лиц.
К слову, их вообще здесь быть не должно. Не зря пытающийся загладить вину Рибутов предложил сделать техническую аварию в канализации и заполнить немалую территорию весьма отвратным запахом, который должен отвадить из этого места всех праздношатающихся прохожих.
Шло время, ничего не происходило, однако я ощущал, как надо мной словно бы сгущалась опасность. Продолжая неспешно ходить из стороны в сторону, я вновь посмотрел на время и одновременно с этим нажал на кнопку гарнитуры.
— Готовность номер один. Они близко.
Стоило мне только закончить, как на дороге, идущей вдоль парка, появилось пять бронированных внедорожников с пулемётами на крышах, за которыми уже стояли номера расчётов. Ударив по тормозам, автомобили остановились напротив меня и тут же открыли огонь. Одновременно с этим двери распахнулись, и в меня полетели и заклинания.
Правда, на том месте меня уже не было. Как только колонна вынырнула из-за здания, я сформировал перед собой маскирующую ледяную стену, «тараном силы» через ноги разбил асфальт и, рухнув вниз, заполнил пространство за собой льдом, после чего устремился по вырытому под землёй проходу и засунул в ухо наушник гарнитуры.
Тут же раздались голоса егерей, докладывающих о произведённых выстрелах из гранатомётов.
«Так вот что это за взрывы были», — удовлетворённо подумал я, и тут же воздух над парком разрезали десятки пулемётных очередей.
Однако не успел я порадоваться тому, что всё идёт по плану, как чувство опасности ударило по нервам, заставляя ускориться.
Стоило мне только вновь оказаться на поверхности, как внизу раздался грохот, а затем из-под земли ударил высокий столб огня. Сила которого, если честно, меня изрядно удивила.
«Это они таким образом пытаются обнаружить место моего выхода на поверхность?» — думал я, уже с большой скоростью мчась в сторону и отслеживая ситуацию за деревьями. — Плохо. Надеялся, что Тарасу удастся подменить эликсиры.
Вместе с тем, пока я бежал, я услышал громкие и мощные попадания заклинаний, похожие на усиленные удары мухобойкой, с каждым из которых количество моих огневых точек сокращалось.
Услышанное мне не нравилось, поэтому я рявкнул в гарнитуру:
— Всем отход! Прекратить огонь! Дальше я сам!
С досадой подумал, что слишком недооценил убийц и подготовленных ими магов. Да, их прикрытие мы уничтожили, но вполне возможно, что Пален сумел своими заклинаниями кого-то из них убить.
От этих мыслей я разозлился и, сформировав «открывашку», собрался атаковать, однако чувство опасности взревело, заставляя активировать «шаги» и с максимальной скоростью уходить вверх. Именно там, как мне казалось, была наиболее безопасная зона.
Поднявшись над деревьями, я увидел огромное площадное заклинание, больше всего похожее на «огненное цунами». Это было мощное пламя высотой с девятиэтажный дом и такой же внушительной шириной, перекрывшей парк и накатывающееся своей мощью на исполинские деревья и кусты старого парка.
Поднявшись над «волной», я сформировал под ногами широкую ледяную пластину, защищающую от жара, и, полетев вниз, расколол и отправил её в противников, которые, судя по их движениям, сформировали это заклинание вместе.
«Их бы энергию да на сожжение аномалии», — подумал я и тут же бросил в противников ещё с десяток сосулек. — Проверим, как реагируют их щиты не только на массивные, но и многочисленные заклинания.
К сожалению, мои снаряды вспыхнули, не долетев до целей несколько метров, после чего я принялся пропадать и появляться в разных местах, чтобы уйти от множества простых, но весьма насыщенных заклинаний противников. Их было столько, что я даже не находил времени для броска «открывашки», которая всё ещё была в моих руках.
Парням это быстро надоело, и вскоре в мою сторону отправилось очередное «огненное цунами», правда на этот раз гораздо более слабое. Оставив вместо себя ледяную глыбу, устремившуюся вниз, я накинул скрывающие техники и «шагом» поспешил к ближайшему флангу заклинания.
Данный финт позволил мне на некоторое время пропасть из вида, и вскоре «открывашка» отправилась в Палена. Воздушник, в отличие от огневика, не имел столь впечатляющую защиту в виде «плаща феникса», а также из-за скорости создания заклинаний был гораздо опаснее.
Всё получилось. Несмотря на вспышку множества защитных заклинаний, моя оплавленная «открывашка» пробила несколько слоёв, однако, сместившись, вошла не в грудь Палена, а в его бедро.
Граф закричал от невыносимой боли, но, несмотря на страшную рану, сознание терять не собирался. Вместо этого отправил в мою сторону ещё несколько заклинаний.
«Вот же! Ничего их не прошибает!» — с досадой подумал я и, уйдя с линии атаки, попытался повторить успех. Ледяное копьё вновь появилось в руке, но чувство опасности снова подало сигнал, и пришлось перемещаться из стороны в сторону.
«Так у меня скоро духовная энергия закончится, — подумал я, кинув взгляд на огненный ад, творящийся на земле. — Ещё и Пален отводит дым в сторону, мешая мне в нём спрятаться».
Решив изменить правила игры, я отправил недоделанную «открывашку», а за ней и несколько десятков сосулек в противников, после чего сосредоточился и, потеряв разом существенную часть магического резерва, создал показанную Ульяной Романовной «снежинку», которая тут же увеличилась в размерах и тут же организовала мне снегопад, в котором мне удалось на некоторое время скрыться.
Помимо того, что этот ресурс позволит мне одержать победу над противниками, снежинки также стали тушить костёр, даря надежду на скорое возвращение на землю.
Пока Пален пытался снести воздухом снежинки и найти меня, его спутник сформировал за спиной два огромных огненных крыла, которыми явно желал прихлопнуть меня, словно муху.
Сформировав высоко вверху три ледяные сферы, я отправил две из них в противников, а последней придал гуманоидную форму.
Данная затея потребовала массу сил и энергии, из носа начала капать кровь, однако оно того стоило.
Заметив, откуда было совершено нападение, огненный маг напитал заклинание ещё большим количеством энергии и подхватил глыбу огромными конечностями. Вместе с этим произошёл отток энергии с «плаща феникса», осуществлявшего функцию защиты, и именно в это место я атаковал. Отправленная с невероятной скоростью «открывашка» прошла не только защиту, но и живот мага, оставив после себя огромную рану.
Чувство опасности резануло по нервам, и я переместился в свой же туннель, не забыв наморозить вокруг себя лёд.
Вовремя. Очумевший от смертельной раны маг ударил огнём, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы лёд не растаял. Где-то сверху раздался дикий крик горящего Палена, попавшего под раздачу.
«Как только огонь спадёт, нужно атаковать второго!» — пронеслось в голове, и пламя тут же исчезло.
Рванув вверх, я сформировал под собой ледяную плиту и тут же бросил в конечности шатающегося и обожжённого Палена сформированные «саморезы». Заклинания с лёгкостью прошли через ослабленные щиты и впились в противника, заставляя его закатить глаза и упасть на землю.
«Неужели всё?» — удивился я, и в этот момент в груди словно что-то взорвалось, а на плечи навалилась невероятная тяжесть.
— Какого чёрта? — прошипел я, и духовная энергия наполнила тело.
Боль в груди стала гораздо меньше, и тяжесть отступила, перестав придавливать меня к земле, чего я не стал демонстрировать. Вместо этого решил разобраться в происходящем.
«Щит воли» всё так же защищал меня от ударов, а вот заклинание исчезло, и сформировать его у меня не получилось.
«Значит, они каким-то образом сумели заблокировать магию в этой области. Первый раз слышу о подобном, а значит, территория не столь и велика. Если рвану в сторону, то смогу быстро выбраться из зоны поражения. Хотя зачем это мне? Лучше побуду приманкой и дождусь появления убийц, а если будут рваться, я их и без заклинаний на куски порву. И эта тяжесть мне не помешает».
Вскоре рядом появились четыре мужчины в чёрном, один из которых скомандовал:
— Бей!
Двое бойцов тут же нанесли удары короткими мечами мне по рукам, да только в последний момент я сделал шаг назад, рванул одного из мужчин на себя и ударил его в грудь «тараном силы».
Не обращая внимания на фонтан крови, я вырвал оружие из ослабевших пальцев и, крутанувшись, вогнал клинок в шею второму противнику.
— Стой! — крикнул старший, отскочив назад и показав мне экран телефона. — Твои родные под прицелом моих снайперов! Убьёшь меня — и им конец! Сам смотри! Там твои сёстры и отец!
— И что?! — приподнял бровь я. — Думаешь, это меня остановит? Да мне на всех плевать! Свою жизнь ценю больше, чем чужую!
Помощник старшего произнёс:
— Убивать тебя мы не планировали. Только оставить без рук, чтобы не дёргался. Если согласишься надеть на себя браслет, то никто этого делать не будет. Ты нужен нам живым.
— Живым рабом? — спросил я.
— Ничего личного. Поработаешь на нас, и потом тебя отпустят, — соврал старший, и в этот момент на экране его телефона изменилось изображение, и молодой голос произнёс:
— Феофан. Снайперы в отключке. Заканчивай с ними, но постарайся оставить в живых. Они нам ещё понадобятся.
— Тарас! — гневно крикнул молодой, а старший переспросил:
— Феофан?
— Ничего личного, — сказал я и бросился вперёд.
Спустя несколько секунд всё было кончено. Мужчины лежали в отключке, а я вызывал егерей. Нужно было отсюда убираться. Скоро здесь станет ещё жарче.
ГЛАВА 11
Несмотря на огромное желание отправиться на встречу с Тарасом и засесть с ним где-нибудь на несколько дней, я занялся делом. Необходимо было зачистить следы своего чрезмерно активного участия в боевых действиях; осуществить сбор ценных трофеев, в том числе и блокирующий магию артефакт; забрать выживших убийц, раз они понадобились старому автюку, ну и лично вызвать представителей власти.
Мне было изначально понятно, что скрыть свою причастность к боевым действиям не удастся, а после создания «бури», напоминавшей о себе огромным количеством снега, поступать так было бы глупо.
Поэтому я был вынужден брать инициативу в свои руки и предоставлять силовикам правильную версию событий. О том, что я прибыл в данное место по приглашению барона Пламенева, который обязался принести мне извинения за недавнее оскорбление рода Хладовых и завершить возникшее между нами недопонимание. Однако стоило только молодому человеку прибыть, как откуда ни возьмись появилась пятёрка внедорожников и атаковала моего спутника. Взрывов и выстрелов было настолько много, что мне пришлось прятаться от огня в одной из воронок, оставшихся от взрыва, а затем прокладывать себе путь под землёй и пытаться выжить.
Я показал туннель и добавил, что к моменту моего выхода на поверхность парк уже горел и пришлось вызывать снежную бурю, которая потушила пожар.
Следователи, которые вели дело, судя по бросаемым на меня взглядам, не слишком-то мне и поверили. Однако вскоре к месту происшествия прибыла Ульяна Романовна, ставшая после победы над Каменевым весьма серьёзной в городе фигурой, а на трупах наёмников и убийц обнаружили какие-то следы, указывающие на их принадлежность к преступному миру, поэтому с меня и пары егерей, которым я, мол, велел прочесать парк, взяли объяснения и отпустили.
Отправившись в особняк вместе с Ульяной Романовной, я довёл до неё детали нападения, после чего тайно покинул дом и поехал по адресу, переданному Николаем. Именно он отвечал у меня за передачу захваченных убийц и прочих ценностей Тарасу, которого я назвал своим партнёром.
До нужного адреса я добрался быстро, а там на входе меня уже ожидал один из егерей.
— Ну, как здесь? — спросил я, заходя.
— Всё нормально. Работают. — махнул он в сторону лестницы, ведущей вниз, и заинтересованно спросил: — А ты там как? Отбрехался?
— Да, — ухмыльнулся я и двинулся в подвал.
Там у дверей, ведущих во внутренние помещения, стоял какой-то напряжённый Николай. Услышав мои шаги, он поднял голову и выдохнул.
— Наконец-то! — произнёс он и вытер выступивший на лбу пот.
— Ты чего? — спросил я.
— Да ничего, — отвёл взгляд Николай.
— В глаза мне смотри! — сказал я и заметил небольшой след на щеке мужчины.
— С другом моим повздорил? — спросил я и, не желая обидеть Николая, добавил: — Да не переживай ты. Ему тебе не стыдно проиграть. Он примерно на моём уровне будет.
— Понял уже, — сказал Николай хмуро.
— А повздорили из-за чего? — уточнил я, хотя примерно уже догадывался, что произошло.
— Да он раскомандовался слишком! — взмахнул руками мужчина. — Этого туда, второго сюда! А они его узнали, и я понял, что он тоже из этих! Убийц! А потом стал он с ними по одному разговаривать! И такой ор пошёл! Слушать тошно было! К тому же ты никакой команды на это вот общение не давал. Подумал я тогда, что неспроста это, что он хочет что-то от них узнать, пока тебя нет. Да и сейчас так думаю!
Николай понизил тон и зашептал.
— Не верь ему, Гордей, странный он какой-то. И убийц этих — Николай позеленел и сглотнул — на дыбе растянул и давай всё тело иголками тыкать. Плохой он человек. От таких ничего хорошего не жди. Не верю я ему.
— Иголками, говоришь? — заинтересовался я и подумал.
«Это что получается? Тарас у меня не только боевик и интриган, а ещё и умник каких поискать? Перспективных людей ритуалами и печатями лиги убийц к подчинению склоняет? Молодец, однако. Сам я такими умениями не обзавёлся, как показывает жизнь, зря».
— Иголками, — подтвердил Николай твёрдо. — Нужно с ним что-то решать.
— Не стоит. Знаю, что и зачем он делает, — ответил я и добавил: — А за бдительность спасибо. Правильно, что всё мне рассказал.
— Точно? — более спокойно уточнил Николай.
— Да, — кивнул я и спросил: — Лучше скажи, сколько он людей к себе уже перетаскал?
— Считай, что и всех. С последним работает, — потёр затылок мужчина. — И это. Графа Палена тоже не тронул. Сказал, что ты приедешь и сам решишь, что с ним делать.
Вскоре из-за одной из дверей до нас донеслись слабые звуки сдавленных криков, словно пленнику закрыли лицо кляпом. Николай побледнел, а я указал на вторую дверь и спросил:
— Граф там?
— Там, — ответил мужчина. — Целебные зелья мы ему дали. Жить точно будет. Но в себя ещё не пришёл. Сейчас под охраной. Следим. Всё же он весьма сильный маг. Вдруг очнётся и попробует сбежать?
— В таком случае пусть побудет под вашим присмотром, пока не придёт в себя. Завтра будем думать, что с ним делать.
— А с этими что? — кивнул Николай на вторую дверь.
— А с этими я сам справлюсь. Кстати, а где те, кого он уже своими иглами обработал?
— В микроавтобус снёс, который сбоку от дома стоит. Сказал, что они до утра не очнутся.
«Вряд ли, только если он сам не приказал им отдыхать», — пронеслось в голове, и я отпустил Николая, а спустя некоторое время дверь открылась и на пороге появился молодой человек с окровавленным полотенцем в руке.
Он был высоким и крепким, имел правильные черты лица, знакомую обаятельную улыбку и цепкий взгляд со стариковским прищуром, внутри которого плясали смешинки.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, а затем, не сговариваясь, двинулись вперёд.
Крепко обняв и похлопав Тараса по плечам, я произнёс:
— Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть!
— Это я-то не представляю?! — воскликнул друг, проверяя мою спину своими хлопками на прочность, и вдруг засмеялся. — Нет, я всегда говорил, что ты настоящий автюк! Даже умер не просто так, а с выгодой!
— Ты же видишь, что не умер. И никакой я не автюк! Не припишешь ты меня к своему хитрому народу! — ответил я и показал разговорившемуся Тарасу кулак, на что друг лишь легкомысленно отмахнулся.
— Сейчас я с последним закончу, отдам ему указания и поедем в одно место. Где можно будет нормально поговорить.
— Печати ставишь? — кивнул я в сторону приоткрытой двери. — Не знал, что ты умеешь.
— Забыл, кто моя жена? — хитро, но с какой-то грустинкой в голосе спросил друг. — У неё не хочешь, а научишься.
С делами мы справились быстро, после чего старый автюк в молодом теле отвёз меня в небольшой уютный ресторанчик, со стороны которого пахло вкусной едой.
— Ресторан белорусской кухни «Васильки»? — прочитал я, и мой живот тут же стал подавать знаки. — Это ещё что за зверь такой?
— А вот увидишь, — с хитрым прищуром посмотрел на меня Тарас, а затем, несдержавшись, добавил: — Вообще не понимаю, чем ты тут в Новосибирске всё это время занимался, если ни разу здесь не был! Ведь я нашёл его уже на второй день после приезда!
Посмотрев ещё раз на название, я подтолкнул Тараса внутрь.
— Ты так хвалишь эти Васильки, будто это твой личный ресторан!
Войдя внутрь, мы оказались в большом, наполненном людьми помещении с приятным полумраком и интересным интерьером. Я осмотрел светлые стены с деревянными полками, на которых была расставлена красивая глиняная посуда, а также лежали белые и серые рушники с красным орнаментом. Мебель в заведении была массивная. Простые крепкие столы из тёмного дерева и такого же цвета стулья.
— Это что? — шепнул я Тарасу в ухо. — Автюки и здесь есть?!
— Конечно! — свысока посмотрел он на меня и поспешил улыбнуться молодой русоволосой и зеленоглазой женщине в красивом белом платье с цветами.
— Здравствуйте, — поздоровалась она, окинув нас заинтересованным взглядом, и добавила: — ваш кабинет готов. Прошу за мной.
Вскоре мы вошли в небольшое помещение с массивным столом в центре, которое было заставлено едой. Тут была и мясная нарезка, и отдельная тарелка с салом и зелёным луком, свежайший хлеб в небольшой корзинке, гренки с чесноком, малосольные огурчики, грибочки и ещё много чего.
— О господи, — произнёс я, сглотнув вязкую слюну. — Какое хорошее место ты выбрал.
— Присаживайтесь, — произнесла женщина с улыбкой и уточнила: — Горячее подавать?
— И поскорее! — рассмеялся Тарас.
Стоило нам только рассесться, как дверь открылась и вошли две молоденькие девушки-официантки. Первая принесла графины, один с водкой, а второй с морсом. Другая же пришла с двумя парящими тарелками солянки и плошечкой сметаны.
Сглотнув вязкую слюну, я вдохнул в себя ароматный запах, а в это время Тарас, как это умеет делать только он, уже наполнил рюмки и, подхватив свою, посмотрел на меня.
— Ну, давай, за встречу!
— Давай, — произнёс я и опрокинул в себя ледяную водку.
— Хорошо пошла, — признался я, а Тарас уже наполнил по следующей и добавил:
— Ну, а теперь за нас!
Выпив по второй, мы на пару захрустели огурчиками и наконец приступили к солянке. Перед тем как закатить глаза от удовольствия, я заметил, что Тарас крутанул кольцо на пальце и нас словно бы окутал «полог тишины».
— Чтобы мы могли поговорить, не таясь, — пояснил он и с аппетитом принялся за трапезу.
Компания старого друга, которого и не мечтал больше увидеть, приятное тепло в животе и вкуснейшая домашняя еда подняли настроение на небывалую высоту. Эти ощущения хотелось растянуть как можно дольше, поэтому я с разговорами не спешил, как и Тарас. В принципе, и незачем, у нас впереди целая ночь.
Закончив с солянкой, я вытер салфеткой выступивший на лбу пот и, довольно откинувшись на спинку стула, спросил у закончившего есть Тараса:
— Ну что, друг, рассказывай, как ты тут очутился?
— Давай сначала ты, — произнёс хитро прищурившийся автюк. — Всё же ты здесь оказался гораздо быстрее меня. Так?
Кивнув, я произнёс:
— Ну, про то, как я погиб, тебе, наверное, известно? Надеюсь, ты меня пережил?
— На несколько лет, — уже без улыбки ответил Тарас, а я продолжил.
— Всё произошло очень быстро. Казалось, свет перед глазами погас лишь на мгновений, а затем я осознал себя в склепе Морозовых рядом со старым князем.
От него выяснил, что Ивану тогда удалось победить, что он женился и у него родилась тройня, что у меня всё получилось.
— Не у него, а у его жены, — рассмеялся Тарас и тихо добавил: — А так ты прав. Всё получилось.
— У Морозовых родилась тройня, — произнёс я и продолжил: — за это меня удостоили наградой — новой жизнью и попросили спасти родственную семью в другом мире, чем я, как ты видишь, сейчас и занимаюсь. А как было у тебя? У вас?
Весёлые огоньки в глазах Тараса тут же погасли и его взгляд стал грустным.
— Было «у вас», а стало «у тебя».
В помещении повисла напряжённая тишина, а затем я, стараясь подбирать слова, осторожно произнёс:
— Как же так? Как так? Как же мы в этом мире и без Марыси? Почему её не отправили следом?
Молодой парень с лицом старика и вселенской печалью в глазах сглотнул непослушный ком в горле и глухо произнёс:
— А вот так и будем, Феофан. Так и будем. Не захотела она никуда идти. Сначала князя твоего на три буквы послала, а затем и меня. Сказала, что прожила хорошую и насыщенную жизнь. Детей с внуками и правнуками вырастила, за Иваном и его детками присмотрела, а больше ей, мол, ничего уже и не надо.
Тарас посмотрел на меня полными боли глазами.
— Я же говорил ей, что не смогу один! Что не смогу без неё! Столько лет вместе прожили!
Тарас махнул рукой и поспешил вытереть выступившие слёзы.
— Упёрлась как осёл и ни в какую! А князюшка твой своим успокаивающим голосом и говорит: «Не спеши, Марыся, подумай хорошенько. Ты откажешься, и как два этих обалдуя будут там без тебя? Пропадут ведь?»
— А она? — решил поддержать я друга.
— А она снова ругаться стала и грозится: «И не стоит меня уговаривать! А то разнесу тут вашу богадельню! Придумали тоже! Нужно во всём меру знать!»
— Так и сказала? — переспросил я. — Старому князю угрожала?
— Ага, — рассмеялся Тарас. — Она руки в бока и как попрёт на него, он даже на пару шагов отступил!
— Не удивительно, — предался воспоминаниям и я. — Она у тебя всегда боевая была. Помню, как первое время она меня со скалкой гоняла.
— В первое время? — не понял автюк.
— Ну, после той внезапной встречи в Моршанске, когда я узнал, что вы живы. Мы тогда ещё знатно набрались!
— Помню, — расплылся в улыбке Тарас. — Только ты отчего-то тогда редко к нам заходил.
— Я же и говорю, скалкой она меня гоняла, — улыбнулся я. — А в ту ночь так вообще приставила нож к горлу и сказала, что если я кому-то про вас расскажу, то она меня лично на куски порежет. А если буду слишком часто в гости заглядывать, то подольёт своё зелье и лишит мужской силы.
— Так это ты потому на следующие полгода пропал? — вытаращился на меня Тарас.
— Знаешь, если тебе что-то подобное обещает тёмная целительница, то стоит к ней прислушаться.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга, а потом весело расхохотались, а Тарас поспешил добавить:
— Но потом-то ты у нас часто бывал! Рисковал, значит, своим дружком?!
— Риск — дело благородное, особенно если на кону стоят драники Марыси и ваше домашнее сало!
Прервав наш разговор, открылась дверь, и Тарас поспешил отключить амулет тишины. В помещение вошла одна из знакомых официанток и, забрав тарелки, поставила на стол небольшие чугунки.
— Только что с печи! — горделиво произнесла она и, осмотрев нас, неспешно вышла.
На этот раз за графин взялся уже я и, наполнив рюмки, встал на ноги.
— Ну, Тарас, давай за твою Марысю. За настоящую женщину, которая была образцом, любила тебя в любом состоянии, шла за мужем и в огонь, и в воду, была отличной хозяйкой и бесценным боевым товарищем. Которая осталась до конца верна своим принципам. За Марысю!
— Спасибо, друг, — вытер выступившие слёзы Тарас, и мы, не чокаясь, выпили.
Затем он словно бы спохватившись активировал свой амулет против прослушки, а я спросил:
— А теперь твоя очередь. Рассказывай, как ты здесь оказался?
— Да так же, как и ты, сам же слышал, — ответил Тарас, открывая крышку чугунка и начиная уплетать картошку с мясом.
— Я тебя сейчас прибью, — пообещал я и последовал его примеру.
— За то, что первым есть начал? Или за то, что…
— За то, что молчишь! — прожевав, ответил я.
— А что рассказывать? — спросил автюк. — Местный Тарас — это какой-то весьма дальний потомок рода Хладовых. Кровь которого, тем не менее, подошла для моего вселения. Семья мальчишки погибла уже много лет назад, и он оказался в местной лиге убийц, которая в этом мире называется «Орден Велеса». Организация достаточно серьёзная, известная в определённых кругах и имеющая славную историю едва ли не в тысячу лет. Правда, если изначально они расправлялись с недовольными и пытались вернуть власть волхвам, то со временем превратились в наёмных убийц, которые сохранили древние знания и боевые искусства.
— Занятно, — заинтересовался я. — И в каком состоянии тебе досталось это тело? Парень что-то изначально умел?
— Ну, не так чтобы очень, — признался Тарас. — Несмотря на то, что мой реципиент был достаточно хорошим парнем, который тренировался, не щадя себя, сил у него было маловато. На одном из заданий его просто забили ногами, это и позволило мне вселиться.
Пришлось некоторое время изображать из себя недвижимый труп, зато чуть позже я всех перебил и феерически вернулся к командиру группы.
— Звёзды? — переспросил я. — Они вроде тоже работают пятёрками?
— Можно и так сказать, только людей в отряде может быть куда больше. Над этими командирами стоит старейшина, по-нашему — хранитель, ну и над ними руководитель. Если задуматься, то считай один в один лига убийц.
— Может, сюда уже попадали люди из нашего мира? — предположил я. — От этого и похожая организация, и какие-никакие техники?
— Возможно, — кивнул Тарас и, закинув в рот один из грибов, добавил: — Зелёнки попробуй. Это что-то восхитительное.
Последовав совету друга, я несколько мгновений пребывал в экстазе, а затем ещё быстрее заработал челюстями.
— А, господи, ну почему же я не обнаружил это место раньше? Как вкусно! — произнёс я, а Тарас уже протягивал мне полную рюмку.
После того как мы выпили, он продолжил.
— Ну, а дальше, думаю, ты знаешь. Я стал успешно выполнять сложные задачи, заинтересовал своими навыками командира и хранителя. Они похлопотали за меня перед руководителем и записали в группу бойцов, которая принимала специальные эликсиры. Они развивают духовное тело человека, поэтому я, как опытный воин, достаточно быстро вернул себе почти всю силу.
— Везёт тебе, — тяжело вздохнул я. — А мне для того, чтобы выйти на ранг витязя, пришлось немало постараться, расти до егеря третьего класса. Скоро эти разломы будут во снах сниться. Если честно, уже надоело этих монстров на куски крошить.
— Так ты что? Ещё не богатырь? Ну, ты даёшь! — переспросил Тарас и тихо рассмеялся, после чего порылся в карманах и достал небольшой флакончик. — Как знал, что пригодится. Закончишь зачистку разлома, выпьешь и потратишь на тренировки пару дней. Думаю, с твоим опытом этого будет достаточно.
— Ну, ты даёшь! Спасибо, Тарас! Ты настоящий друг! — улыбнулся я и поспешил принять столь ценный подарок, а автюк на мгновение погрустнел.
— Да как не помочь-то? Другу-то? Теперь мы с тобой одни в этом мире. Ты не представляешь, как я был рад, когда ты ответил на сообщение. Когда я понял, что нашёл тебя!
Мы выпили за дружбу, и получивший допинг Тарас добавил:
— А как у тебя сложилась жизнь в этом мире?
Закинув в рот кусок сала, я коротко рассказал историю о том, как появился в парке, убил преступников, обзавёлся деньгами, выяснил о родственниках Гордея, его огромном долге, тяжёлых тренировках. Не забыл про то, как происходило противостояние с боярами из центра подготовки, как ходил в разломы и зарабатывал деньги, начал тренировать свою команду, участвовал в битве с монстрами, создал отряд, поставил вместо себя Бекишева и как готовлю в отряде кадры для будущей зачистки врагов рода Хладовых, который я значительно усилил.
Тарас слушал меня в полной тишине, не забывая лишь изредка подливать водку в рюмки и закусывать всякими вкусностями, а затем, когда я закончил, произнёс:
— Ты хочешь сказать, что огромная лига охотников, деньги, все последние успехи Хладовых — это не многолетняя интрига графини, а твоя заслуга? Полуголого перца, который попал в этот мир лишь со школьным аттестатом и огромным долгом?
— Вообще-то, помимо прочего, я ещё и богатырь. И опыт прожитых лет у меня имеется, — с обидой в голосе сказал я.
— Вот именно, — кивнул Тарас. — Только я всегда считал, что ты у нас, Феофанушка, дуболом редкостный. Бошки отрывать, на куски резать и прочее — это твоё. А вот в том, чтобы своей головой организовать весьма прибыльное дело, рассчитаться с долгами и неприлично богатеть каждый день? Такого от тебя я точно не ожидал, а это, знаешь ли, сильно.
Тарас вновь наполнил рюмки, встал и произнёс:
— Ну что, я скажу. В связи со всем вышеперечисленным я горд сообщить тебе, что ты, наконец, достоин звания настоящего автюка!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
