Обложка Маг по прозвищу Кобра - III. Москва-1980

Маг по прозвищу Кобра - III. Москва-1980

Михаил Востриков

0% прочитано
Стандартный
Михаил Востриков

Маг по прозвищу Кобра - III. Москва-1980

Московская магия - 1980

Аннотация

Это третья книга цикла «маг по прозвищу Кобра».

Маг «вне категорий» Антон Архипов из параллельного мира магического Средневековья «попадает» в Москву 1980 года в своё родное тело студента химфака МГУ. Ему опять девятнадцать лет, у него новая/старая любовь, Олимпиада-80... Но кое кому Антон здесь сильно мешает. Договориться с оппонентами по хорошему не удаётся и теперь - либо они его, либо он их!

Эта книга - глубокая смысловая переработка «Вселенной Дозоров» блистательного Сергея Васильевича Лукъяненко. Ну сами подумайте, к лицу ли магическим сообществам с разным цветом ауры иметь единственной целью - слежку друг за другом?

***

Писателю Сергею Васильевичу Лукьяненко, дружески!

В мире есть две великие силы: сабля и дух. В конечном счёте дух побеждает саблю» (Виктор Гюго)

«Вампирский вой»

Мы с Татьяной ехали к ней домой на метро - в Текстильщики, и в вагоне поезда я вдруг услышал «Вампирский вой». От неожиданности я даже тряхнул головой. Этого не могло быть! Вот уж никогда бы не подумал, что услышу подобное в Москве 1980 года. Однако тягучие звуки не прекращались и слышал я их вполне отчётливо. И похоже, что в исполнении женщины.

«Вампирский вой» - это такое магическое звукоизвлечение: «песня вампира». Обычный человек его не слышит, но оно позволяет вампиру гарантировано завлечь к себе намеченную жертву.

Строго говоря, вампиры - это не полноценные маги. Это нежить, уже «за красной чертой». Это упыри – те, кто высасывает у людей кровь.

Разница в том, что природные вампиры, это не рукотворные энергетические структуры, а натуральные магические твари. Поэтому и высасывают они у людей не жизненную энергию, а кровь. Впрочем, это по сути одно и то же.

Также вампирами становятся люди в результате укусов самими вампирами. Так и живут они стаями по самым тёмным углам и закоулкам, где света белого не видно. Их даже можно увидеть обычному человеку.

В Союзе Свободных Окум природные вампиры встречались, но это был такой отстой. Дно! Почти приведения! Донельзя опустившиеся, незарегистрированные «чёрные» маги, так и не сдвинувшиеся в развитии с уровня «серебро». Кровавые наркоманы, беспредельщики, существующие исключительно попущением Того, кто Имя.

Вампиры были героями страшных сказок. Ими пугали непослушных детей (кстати, небезосновательно!). В поселениях где жили сильные маги услышать «Песню вампира» было невозможно. Да и сами вампиры не дураки, чтобы там охотиться. Мгновенно ведь выловят и уничтожат! Закон «О магии и магах» это позволял и именно это магам и предписывал.

И тем не менее. На открытом участке сиреневой линии Московского метрополитена я услышал именно «Вампирский вой»!

Охота началась

Я маг «вне категорий» и у меня нет морального права спокойно пройти мимо такого безобразия, как вампирша-охотница в городе. Хоть в каком мире и времени. И при таком раскладе я был обязан эту вампиршу найти и уничтожить, если больше некому! Поэтому:

- Танечка! – сказал я своей будущей жене, добавив в голос совсем немного магии и отдавая ей нетяжелые свертки с новой одеждой. - Езжай домой, дорогая, готовь обед. А я немного задержусь, дела.

Ох-х рано или поздно она меня расколет с этими моими магическими методами её убеждения. Но другого пути избежать сейчас её «А? Что? Куда? Почему? Я с тобой!» у меня не было.

- Конечно, конечно! – послушно ответила мне Татьяна и спокойно вышла на платформу станции метро «Текстильщики».

А я поехал дальше, охотиться на вампиршу-охотницу!

В погоню...

Станция метро «Кузьминки». Вампирша «пела» свою песню где-то там. Возможно в старинном Кузьминском парке. В 1980 году этот парк был ещё довольно диким и неухоженным, с развалинами усадьбы баронов Строгановых и огромным прудом. По сути, это был настоящий лес в городской черте.

По конечному направлению «песни» я чётко определил её предстоящую жертву - симпатичного белобрысого мальчика лет тринадцати в клетчатой рубашке и с белой спортивной сумкой с надписью «Плавание».

Я присмотрелся к нему и увидел... А мальчик-то уже был не латентный, а самый настоящий, но пока неинициированный маг. Теперь понятно, почему «Вампирский вой» был обращен именно на него. Деликатес! Голова у мальчика мокрая. Может быть в бассейне не работала сушилка?

Поезд остановился и мальчик вышел на платформу. Пошёл к переходу в сторону Кузьминского парка ускоряя шаг, почти побежал. Я выскочил из уже сходящихся дверей вагона и двинулся следом за ним. А «Вампирский вой» звал и торопил. Вязкий и не без приятности. В него уже вплетались слова. Пока ещё непонятные, но с явной призывной интонацией. Я знал, сейчас эта «песня» заполняла всё сознание мальчика.

Ну-ну! Скоро я уже увижу эту певицу! А она меня не увидит!

Накидка безвидения

И я набросил на себя «Накидку безвидения»! Всего один квант назад во времени в пространственно-временном континууме локального объёма, достаточного для помещения туда моего тела. И всё! Здесь меня уже не было ни для кого, но я всех видел и мог действовать, как хотел! Полезнейший магический приём от Ган Глоо - макера-меламеда секретного лефа «платиновых и дважды платиновых магов». Даже если сейчас по мне ударили бы мечом или копьём, то они прошли бы сквозь пустоту.

Такой приём позволял магу им владеющим, уничтожить целую армию магов им не владеющим, не говоря об обычных людях.

В этом же мире подобный эффект в 1943 году был достигнут Альбертом Энштейном в его Филадельфийском эксперименте, когда он на глазах восхищённой публики «убрал» с глаз долой эсминец «Элдридж» с командой. Правда, сам не понял, куда.

Кузьминский парк

Парк встретил меня сумрачной тишиной. Поспешая за мальчиком по тропинке вглубь парка, я оглянулся. Сзади мелькала ярко-оранжевая куртка, в которой молодой худощавый мужчина, только что поднимавшийся вместе со мной на эскалаторе, явно шёл по следам мальчика. Как охотничий сеттер. Полуприкрыв глаза и опустив их к тропинке, но неожиданно быстро и целенаправленно.

Был яркий солнечный летний день, но в Кузьминском парке с его многочисленными кронами огромных деревьев почти совсем темно. А у старинной полуразрушеной кирпичной стены барской усадьбы шевелились две тени. Я видел их как сквозь туман, подсвеченный мертвенным зеленоватым светом. Вампиры! Парень и девушка. Мальчик уже стоял перед ними. Песня смолкла.

«Как же это возможно?! – думал я, глядя на них в упор. - Вампирша охотится прямо посреди многомиллионного города. Причём, свободно! Улыбаясь и ничего не опасаясь! Бр-р-р!»

– Хорошенький, – тихо произнесла девушка.

У нее было худое бледное лицо покойницы. Только глаза казались живыми.

– Оставишь? Чуть-чуть, – проговорил парень.

Он улыбался. Они с девушкой были похожи между собою. Не чертами лица, а чем-то неуловимым, но общим для них - движениями, выражением лиц, интонацией слов.

Девушка насмешливо фыркнула. Посмотрела на мальчика, вытянув губы как при воздушном поцелуе, и тихо произнесла те самые слова, что вплетались в её песню:

– Иди сюда, иди ко мне.

Мальчик стоял неподвижно. Сил убежать у него не было.

Мимо проходила женщина с двумя собаками на поводках. Длинноногим русским тоем и красоткой чихуахуа. Собаки зарычали на вампиров с ненавистью и страхом одновременно, то есть с теми чувствами, которые все собаки вообще питали к живым мертвецам. Женщина на миг остановилась. Она ничего не замечала и никого не видела.

– Арчи, Ариша! Пошли, ребята! – женщина дернула за поводки и они прошли дальше.

Парень тихо засмеялся.

Девушка тоже улыбнулась и обратилась к мальчику:

– А ну-ка расстегни воротничок.

У девушки что-то произошло с лицом. Рот приоткрылся, отвисла нижняя челюсть, зубы зашевелились и искривились. Миг и у неё во рту уже блестели длинные нечеловеческие клыки.

- Седьмой, седьмой! Я третий! Парк «Кузьминки», сразу от входа в метро. Иду следом за жертвой вампирши, но я уже разрядил амулет, присылайте бригаду поддержки, - услышал я тихий голос мужчины в лёгкой ярко-оранжевой куртке.

Ясно! Мужчина, без сомнения, был магом и тоже не любил вампиров. Оперативная рация была у него спрятана в куртку.

И вдруг...

Мужчина исчез. Ну как исчез... Он просто ловко поднял с тропинки свою тень и спрятался в какое-то открывшееся магическое пространство.

Сутемь

Я вспомнил учебник по магии, это была Сутемь - старинное русское слово, обозначающее сумрак. Да, так оно называлось, точно. Я ей никогда не пользовался, незачем, но она была.

Живая магическая субстанция, состоящая из семи параллельных измерений, существующих одновременно с нашим миром и связанных с ними и между собой. Питалась Сутемь эмоциями людей. Погрузиться в неё были способны только маги, это было их обиталище, но постоянно там жил только Сине-Зелёный мох. Для входа в первый слой Сутеми магу нужно было поднять и натянуть на себя свою тень. Для взгляда через Сутемь как через «очки сути» магу нужно было поймать глазами тень от век и сощуриться особым образом.

Первый слой Сутеми - серый, невыразительный, он практически повторял наш мир и хорошо адсорбировал человеческие эмоции. Здесь время текло иначе, звуки казались приглушёнными, а запахи – острыми, почти осязаемыми.

Кроме первого, слоёв у Сутеми было числом семь. Что на них творилось и кто там постоянно обитал, толком было неизвестно и про это рассказывали разное. Terra Incognita. Это как космос, как глухая сибирская тайга, как пустыня или глубины океана. Когда-нибудь эти слои, видимо, исследуют получше, а пока вот - Сутемь, первый слой, приют для магов и возможное обиталище Изначальных Сил.

Говорили, что змеи и кошки жили сразу во всех слоях Сутеми, но это неточно!

Уничтожение вампиров

Мальчик спокойно стоял перед вампиршей, уже выпустившей свои клыки и медленно расстёгивал пуговки на воротничке рубашки. Вряд ли ему сейчас было страшно. «Вампирский вой» надёжно глушил сознание жертвы. Сейчас мальчик мечтал лишь о прикосновении этих острых сверкающих клыков. Рядом с ним стоял парень-вампир. В этой паре он был главный: именно он в своё время укусил эту девушку. Именно он натаскал ее на человеческую кровь.

Увидев, вдруг, возникшего рядом с ними как из-под земли ярко-оранжевого мага, вампиры не испугались. Парень даже улыбнулся, дружелюбно и спокойно:

– Привет, - он явно принял «оранжевого» мужчину за своего.

– Догляд Светлых Инших, старший оперативный уполномоченный сотрудник Антон Городецкий – вдруг хрипло закричал мужчина и протянул к парню руку с разряженным и чуть тёплым амулетом, похожим на нефритовый жезл. - Прекратить противоправные действия в отношении человека!

– А-а-а-а!!! – девушка с протяжным воем бросилась на мужчину. Хорошо еще, что сразу не впилась зубами в шею мальчика. Она стала просто невменяема, такой облом!

«Всё, хватит! – решил я. - Пора действовать! А то неизвестно чем это всё может закончится. Ярко-оранжевый маг явно выполняет полицейские функции. Он отважный боец, это видно, но сейчас пустой, как барабан. И против двух матёрых вампиров он не выстоит».

КЛАЦ! КЛАЦ!

У вампиров во многих местах переломились позвоночники, руки, ноги, и их дергающиеся останки упали на дорожку парка, довольно быстро испаряясь. А у меня, как и всегда после двойного КЛАЦ, на секунду потемнело в глазах и зазвенело в ушах. Как при мгновенной потере поллитра крови у доноров.

А ярко-оранжевому магу, от которого пахло не магией, а обычным одеколоном «Шипр», я набросил на шею «сонную петлю» – фирменный магический приём «золотых» магов-алхимиков князей Бести - спать! И быстро сунул храбреца в свой пространственный карман, пусть немного там отдохнёт, целее будет. Оживший карман тут же потянул из меня силы — я на миг почувствовал, как холод пробирается под кожу. Ничего, пройдёт!

А где же мальчик? Ага, увидел. Мальчик нёсся к метро, причём с огромной скоростью отличного спортсмена! Ну и молодец! Помощи ему не требовалось. Одно плохо, что он с перепуга запомнил все происшедшее. Но кто же ему поверит? А вскоре все уже поблекнет в его памяти, превратится просто в детский кошмарный сон. Или все-таки догнать паренька, стереть ему память последнего получаса?

– Антон!

От метро по дорожке к месту происшествия бежали ещё двое мужчин в ярко-оранжевых куртках! Ясно! Это та самая бригада поддержки, благоразумно вызванная временно пленённым мною магом Городецким, ещё и по имени Антон. Тёзкой! И эти мужчины тоже не любили вампиров! Серьёзные мужчины, оба с заряженными боевыми амулетами. И не с двумя! Просто обвесились ими. И все эти амулеты ощутимо разили боевой магией на «дважды золотом» уровне. Я чувствовал их запах.

Один мужчина на бегу пнул ссохшиеся останки вампиров, подняв в воздух уже просто облако праха, как от истлевшей бумаги.

- Антон! Антон! Городецкий! Ты где?!

Мужчины растеряно оглядывались... Но мой пространственный карман отлично маскировал любую магию. Для них Антон Городецкий бесследно исчез.

Иншие города Москвы

А в это время старший оперативный уполномоченный сотрудник Догляда Светлых Инших города Москвы Антон Сергеевич Городецкий, двадцати пяти лет от роду, уроженец города Саратова, маг «вне категорий» по градации самих Доглядов, а на мой взгляд не дотягивающий даже до «дважды серебра», будучи удобно прислонённым к большому дереву в укромном уголке Кузьминского парка, самым подробным образом излагал мне всё, что он знал про Московскую магию и магов. Вернее, он крепко и спокойно спал, набираясь сил после практически бессонной рабочей недели, а моя ладонь лежала у него на голове. Через некоторое время он проснётся и будет чувствовать себя так хорошо, как уже и забыл, когда так хорошо себя чувствовал.

А я уже переваривал полученную от тёзки информацию (коротко):

1. Магия, как и секс, в СССР 1980-го года, была! Впрочем, как и во всём остальном мире. Носителями магии являлись, как и везде, примерно пять процентов населения. Но здесь в этом количестве было множество латентных и неинициированных магов. Их системного выявления и учёта, как в Союзе Свободных Окум, никто не вёл. Всё выявления магов происходили случайным образом. Здесь магов и они сами себя называли старинным русским словом - Иншие, что означало Иные. В отличии от моего мира магического средневековья, было полно Инших-женщин. Почему так? Никто не знал.

2. Магия, как и Церковь, в СССР была отделена от государства. Поэтому своей изначальной и главной функции, как драгоценного Дара всему человечеству, она не выполняла. В учебных заведениях её не преподавали, научно не развивали и в народном хозяйстве не использовали, полагая бабушкиными и дедушкиными сказками. Именно поэтому, прожив в советской и не очень советской стране шестьдесят два года в прошлой жизни, я ничего не знал про магию рядом. Совсем, ни-че-го! И до сегодняшнего дня был абсолютно уверен, что магии в СССР, действительно, не было!

3. Все Иншие этого мира кем-то и когда-то были разделены на два вечно враждующих между собой и примерно равные по количеству и силе магических сообщества – Догляды Светлых и Тёмных Инших. Догляд - это старинное русское слово, обозначающее Дозор. Единственным своим предназначением эти два Догляда полагали не всемерное служение людям и своей стране и за это не боролись вовсе, а слежку и непримиримую борьбу между собой. Чтобы не нарушить некий эфемерный фетиш – Равновесие (Баланс сил). И за этим внимательно следил могущественный Трибунал (Суд).

4. Идеологическое обоснование этого противостояния было принято за незыблемую истину много лет назад в так называемом «Великом Договоре Света и Тьмы» и оно было воистину обманным, дьявольским - «Без тени нет света!», «Нет Зла без Добра!», «Свобода от греха», «Свобода грешить» и вся такая же пустая риторика на эту тему, бр-р-р!

Мы — Иншие, Мы служим разным силам, Но в Сутеми нет разницы между отсутствием Тьмы и отсутствием Света. Наша борьба способна уничтожить мир. Мы заключаем Великий Договор о перемирии. Каждая сторона будет жить по своим законам, Каждая сторона будет иметь свои права. Мы ограничиваем свои права и свои законы. Мы — Иншие. Мы создаем Догляд Светлых Инших, Чтобы силы Света следили за силами Тьмы. Мы — Иншие. Мы создаем Догляд Тёмных Инших, Чтобы силы Тьмы следили за силами Света. Время решит за нас.

Клянусь, именно так в том их договоре и написано! Какие у здешних Инших «разные силы, права и законы», которым они служили, не было ясно совершенно! Только себе они служили, похоже. Вот и всё!

А в итоге, вот – «песни вампиров» на улицах Москвы. Что даже представить себе было невозможно в приличном магическом мире. Гибель детей среди белого дня! И у каждой болотной мрази здесь по адвокату! И ещё бесконечные счеты-перерасчеты между собою. Кто лишний раз имел право отсосать человеческую кровь, которую беззаветно любили и те и другие!

И у всех у них были права! Светлые даже охотничьи лицензии выдавали вампирам, а Тёмным магам лицензии на проклятия. Вот как! В общем бардак и полный звездец!

5. Светлые Иншие Москвы были объединены в «Догляд Светлых Инших» под руководством некоего светлейшего мага «вне категорий» Го-Баян Донгсаровича Цотона, а тёмные, соответственно, в «Догляд Тёмных Инших» под водительством великого демона Артюра Дьяболуса. Разницы между этими руководителями я не уловил никакой (Равновесие же!).

Главный тезис создателей Доглядов о необходимости поддержки Равновесия Света и Тьмы как Добра и Зла, цитирую дословно:

«Что бы делало твое Добро, если бы не существовало Зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени? Ведь тени получаются от предметов и людей…»

Это известный ответ Воланда Левию Матвею в «Мастер и Маргарита» великого Михаила Булгакова. Дешёвая обманка! Наколка! Запутка! Строить взаимоотношения разумных существ на постулатах раздела Физики, именуемого Оптика - удел дураков или приём негодяев для дураков. Не было и не могло быть в этом мире Равновесия Добра и Зла, а была хрупкая Гармония всего. Иначе мир бы давно рухнул!

6. У Инших обеих группировок был абсолютно одинаковый инструментарий боевой магии. Поэтому периодически возникающие битвы не приносили первенства ни одной стороне. Например, оставалось только гадать, почему здешние Иншие никак не использовали свои внутренние аккумуляторы магической энергии. Они даже не знали, что они у них есть! Жили и бились между собой только с заряженными амулетами и другими артефактами, имея в своих центральных офисах и схронах достаточно мощные генераторы магической энергии и запасы таких артефактов.

Бред какой-то! Но главари обеих группировок о собственных аккумуляторах магической энергии, похоже, знали и использовали их вовсю, обеспечивая тем самым значительное превосходство в магической силе с подчинёнными и, соответственно, свою власть над ними.

7. И главное, повторюсь... В этом мире не Иншие были для людей, а ровно наоборот. Люди были общей кормовой базой для обеих магических группировок. Иншие заставляли людей работать на себя. И никто даже не думал о том, что могло и должно было быть ровно наоборот!

Я стиснул зубы. В моём мире маги служили миру. А здесь мир служил магам. И это было неправильно!

Не по пути...

Н-да! Скажу прямо. Так себе открытие я сегодня совершил! Ну а, собственно, как это меня касалось?! Я никому присягу на верность здесь ещё не давал и не собирался жить активной общественно-магической жизнью на стороне Светлых или Тёмных. У меня была учеба, у меня была семья. Этого мне и без магии хватало вполне.

В параллельном мире магического средневековья, пережив страшные тяготы и лишения, потеряв всех родных и неоднократно находясь на волосок от гибели, я впоследствии отправил на Тот Свет тысячи людей, если свитских и западноокумцев можно было считать за людей. Поэтому, рассуждать здесь о том, что правильно, а что нет, я не буду. Пусть живут как хотят, лишь бы меня не трогали! Вампиров я убил, долг свой магический выполнил, мальчика спас, что ещё? Да и всё пока!

Опер этот Светлый Иншой Антон Городецкий... Симпатичный парень, смельчак, не гнилой, не предатель, я же это видел. Но пусть уже он спит до утра, сил набирается, совсем пустой какой-то! А про сегодня пусть забудет для моего и своего спокойствия. Бодрости ему и силы!

Жаль, но нам с ним и его коллегами не по пути! А потому что, у меня есть Татьяна, есть учёба, есть жизнь, которую я хочу прожить без чужих догм.

Три дня назад

Приехали...

КЛАЦ!

Где-то в глубине Мироздания что-то мигнуло и я открыл глаза...

«Ё-моё! Лучше бы не открывал» - пронеслось в голове.

Я сидел на бетоном полу, засыпанным опилками, корой и песком, а прямо надо мною раздувала свой капюшон зелёная королевская кобра. Разъярённая, между прочим, кобра, ведь я упал практически на неё.

Но огромная змея явно не торопилась атаковать и в упор разглядывала меня своими круглыми бешеными глазами. Возможно, примеряясь, в какую часть моего тела наиболее эффективно проинъецировать полкубика нейротоксинов собственного производства.

В общем, образовалась пауза - секунда-другая, и я успел дунуть в подвес-свисточек, что всегда висел на моей шее. Его пять лет назад мне вручила при инициации в змею принцесса-кобра Шуи Сисс и наказала свистеть в него всякий раз, когда мне потребуется помощь. Любая! И этот момент стал поворотным в моей жизни. Тогда я ещё не знал, какие тайны откроются передо мной...

И я свистнул, не мешкая. Но свиста я не услышал, подвес производил ультразвук, недоступный восприятию человеческим ухом, однако хорошо слышимый змеями.

Подвес-свисточек... На вид, это было, просто, дорогое украшение. Но его никогда не смог бы изготовить ювелир-человек, и его было не купить за деньги. Изящное изделие из тёмного золота в виде головы атакующей кобры на прочной цепочке с каким-то хитрым неоткрываемым замком. Глаза у кобры красные - рубины. Эмалевая подложка в центре и ещё один крупный рубин снизу. Гармоничная, строгая и, одновременно, экспрессивная, жуткая и реалистичная композиция.

Ох-х вовремя я свистнул, успел! Зелёная кобра застыла. Она медленно сдвинула ребра, капюшон у неё исчез и я услышал у себя в голове (змеи общаются с людьми только ментально) её голос с характерным акцентом:

- Я Офиофаг, зелёная королевсская кобра! - представилась змея, - А ты кто и откуда такой крассивый взялсся, чуть не задавил меня... обзовиссь! И как ты вообщще попал в ссерпентариум Моссковского зоопарка в выходной день, когда всё здессь закрыто? И чем мы тебе можем помочь, когда ссами ссидим под замком?

- Я Кобра, а ещё... Экола Бести и Антон Максимович Архипов, - ответил я. - Инициирован в змею пять лет назад. Это что же, Москва? А год сейчас какой?

- Да, Моссква, ссегодня второе июня 1980 года, - отвечала змея. - Понедельник, выходной в зоопарке.

- Ё-моё! - только и смог я промолвить.

Н-да, доэкспериментировался я с напряжённостью искажённого магического поля с использованием межвременного портала, доигрался, можно сказать. Вот и улетел на пятьдесят лет назад из параллельного в свой изначальный мир - наблюдаемую вселенную. И ничего фантастического, просто случайно «проколол» пространственно-временную перегородочку между мирами. Всё по «многолистной модели вселенной» советского академика Андрея Дмитриевича Сахарова. Да, да, того самого - отца «матери Кузьмы» и трижды Героя соцтруда. Хватило энергии!

Почему я прилетел именно в серпентарий? Ну должен же я был куда-то прилететь. Возможно это как-то связано с моей змеиной магией? Но это не точно!

СТОП!

Получается, что я «попал» в своё тело в СССР 1980-го года и мне опять девятнадцать лет?! И если это действительно так, то сейчас я живу в общежитии химфака МГУ на Ленинских горах. Я уже сдал экзамены за второй курс на «отлично» и именно сегодня мне нужно освободить свою комнату до осени, в ней, якобы, будут делать ремонт. Но я-то знал, что всех иногородних студентов под любым предлогом, попросту, разгоняли по домам. Из-за Олимпиады. Чемодан я уже собрал и билет на вечерний поезд купил заранее.

Мне, конечно же, не хотелось ехать в родной Новосибирск к родителям, когда в Москве через полтора месяца начнётся Олимпиада, но вот приходится...

И ещё я в этом году познакомился со своей будущей женой Татьяной. Она москвичка и тоже учится в МГУ на истфаке, на курс младше. И у нас уже всё было... И я очень хорошо помнил, что когда я приехал в Москву осенью, Татьяна, не дождавшись меня, уже собралась замуж за сокурсника, который ухаживал за ней со школы. И мне пришлось... ну, в общем, пришлось.

И как же я поеду в своё общежитие? Ведь у меня нет советских денег, даже пятачка на метро. И одежда моя… Хотя одет я был очень хорошо и дорого по меркам мира магического Средневековья, откуда я прибыл, просто глаз не отвести - настоящий Первостоятель огромной страны, живущей по законам народоправства: драгоценная ткань длинного одеяния со шлейфом, широкий ремень, золотые пуговицы, золотой позумент, золотая пряжка. Сейчас на мне пара-тройка килограммов золота, точно.

***

Она попросила и я рассказал зелёной кобре Офиофаг всё-всё, начиная с того момента, когда я - Антон Максимович Архипов, вернее, моё сознание и память шестидесятичетырёхлетнего профессора-химика МГУ, в 2025 году, в результате взрыва вулкана Йеллостоун, покинуло моё тело и слилось в параллельном мире магического Средневековья с сознанием и памятью четырнадцатилетнего Эколы Бести по прозвищу «Кобра» - младшего сына в небогатой княжеской семье «золотых» магов-алхимиков в Красной Окуме - самой дальней провинции страны. И как за пять лет, потеряв семью, я прошёл там путь от оборванного и голодного подростка до Первостоятеля страны и мага «вне категорий», а так же носителя особой змеиной магии и многих сверхспособностей. Без придумок и преувеличений.

Змея слушала меня внимательно, не перебивая, а в некоторых особо чувствительных местах, например, когда я рассказывал ей про свадьбу магини принцессы-кобры Шуи Сисс, глаза её мечтательно туманились.

- Я знала... я чувсствовала, что любовь у змей ессть, но не в этом безумном мире и не в этом времени! - воскликнула змея, когда я закончил свой рассказ. - Ведь, здесь кобры поедают ссебе подобных, хотя могли бы сспокойно обходитьсся мышшами, крыссами и лягушшками. Как я, например.

- Деньги не проблема, - продолжила Офиофаг. - Заходи, вссегда дадим тебе ссколько нужно. Правда, не в банковских пачках, а россыпью, но сам понимаешшь, здессь зоопарк, а не ссберкасссса. Как люди их теряют, так мы их и находим.

- За одежду тоже не волнуйсся, - сказала Офиофаг. - Перед Олимпиадой в Мосскву вссяких ото вссюду понаехало, а выглядишшь ты, проссто, шшикарно! Так, понимаю, учишшься ты здессь? Значит тебе ессть где жить!? Мы тебя выведем отссюда, без проблем, но у меня к тебе будет проссьба. Даже две.

- Всё выполню, сестра, вернее, всё, что смогу.

- Зайди к нам в ссерпентарий как-нибудь вечерком, расскажи о ссвоём мире ещщё раз, для нашших, я их позову. Как там у васс змеи живут... Мы очень будем тебя ждать. А нассчёт гонорара... за нами никогда не заржавеет. И вторая проссьба, личная. Забери меня сс ссобою в твой мир магичесского ссредневековья, к магине принцессссе-кобре Шшуи Ссиссс, как назад ссоберёшшься. Хочу, хочу туда, где досстойные женихи для кобр сстадами пассутсся! А ты ссоберёшься, я знаю, рано или поздно.

- А что, маги в Москве есть? - спросил я.

Змея сделала небольшую паузу.

- Вссе змеи маги, как и везде... Нашших в Мосскве много, ссвисти, ессли что, помощщь придёт! И людей-магов хватает, они ссебя называют «иншшими» - иными, по сстаросславянски. Ссбиты в два «догляда» - дозора, ссветлый и тёмный. Только и делают, что носсятсся друг за другом, тьфу, бездельники! Мы сс ними никак, у них ссвоя ссвадьба, у насс ссвоя. Даже магии разные, ну ты знаешшь.

- Спасибо за помощь, дорогая Офиофаг!

А потом откуда-то приполз толстый удав с мешком денег. Мешок этот был, не как из-под картошки, а скорее, как большая наволочка. Кроме купюр Государственного банка СССР 1961 года с номиналом - один, три, пять, десять и двадцать пять рублей (более крупные купюры, видимо, в зоопарке не теряли), в мешке ещё были разнообразные монеты и валюта - доллары, марки, франки и др. А ещё там было золото в виде старинных монет, непарных серёжек со сломанными замками, кольца, перстни, кулоны, цепочки, браслеты и так далее.

Удав легко и ловко отогнул мелкую решётку на вентиляции и я нырнул в узкую трубу. Как кобра? Да, как кобра! Подожду-ка я с продолжением экспериментов в искажённом магическом поле щелей и узких труб, пролезть бы…. А то улечу к динозаврам, а-ха-ха! Да и вообще, подожду.

А потому что, вокруг меня шумела тополями красавица Москва моей юности, лучший город лучшего времени всех моих жизней!

Я перемахнул через забор зоопарка. Вокруг никого, выходной в зоопарке! Ладно, кому куда, а мне в общагу МГУ на Воробьёвых горах. Тьфу ты, они же ещё Ленинские!

От Красной Пресни, где находился зоопарк, на метро я не поехал, там милиция, а демонстрировать свои магические стати и змеиные сверхспособности, если меня попытаются задержать за внешний вид, я не хотел. И с превеликим удовольствием, с наволочкой, набитой советскими деньгами, валютой и золотом за плечами, я быстрым шагом пешком пошёл с Красной Пресни - по Бережковской набережной и, дальше, до Университетского проспекта!

О Тот, кто Имя! О Мать-Змея! Какое счастье ещё раз увидеть любимый город и дышать его воздухом, именно, в юности!

Пальцем на меня москвичи не показывали, но оглядывались, особенно, девушки. Прыскали в кулачки и шли себе дальше. Несколько раз на пути попадались конные милицейские патрули. Но всадники приветливо улыбались и лениво следовали дальше на своих великолепных лошадках. А потому что, у московской конной милиции был приказ - если субъект не сильно пьян и не буянит, то не задерживать, как бы он не был одет и какого бы цвета кожа у него не была. Олимпиада же!

***

Через час я уже вбегал в вестибюль ДС – Дома Студента, общежития химфака в главном высотном здании МГУ на Ленинских горах. Увы внутри всё здесь выглядело не так величественно и монументально, как снаружи, комнатки были мелкие, а потолки низкие.

Сейчас переоденусь, пересчитаю и упакую деньги, возьму документы, чемодан с вещами, сдам ключ на вахту и поеду... Но не на вокзал, а в Банный переулок на проспекте Мира, где в то время толкались маклеры и сдавали/снимали жильё. Решу с жильём до осени, а там видно будет.

- Антоша! Архипов! Да стой же ты, метеор! - услышал я в спину голос нашей вахтёрши бабы Вали Смирновой.

Бабе Вале было уже за семьдесят. Всех студентов-химиков, проживающих в общежитии, их друзей и подруг, она знала в лицо и по имени-фамилии. Всегда справлялась о здоровье родителей и подкармливала студентов домашними пирожками. Соответственно, знала все новости, кто с кем и всё такое.

- Экий ты красавец стал, Антоша! Костюмы такие теперь в театре МГУ выдают? Это по какой же роли? - спросила меня баба Валя, зная, что я второй год без особых успехов хожу заниматься в студенческий театр. - А к тебе девушка приходила, ждала, только что ушла, может ещё и догонишь, если поторопишься.

И я, так и не переодевшись, вихрем рванул на выход. Широкое крыльцо и лестница главного здания МГУ были пусты. Но в конце аллеи, ведущей к смотровой площадке, я увидел одинокую девичью фигурку. Татьяна! В два прыжка я её настиг и осторожно закрыл глаза руками.

- Ой, кто это, Антон?! Да как же ты так неслышно подкрался. А что это на тебе за костюм? Какой красивый! Это что, настоящее золото? Тебе в театре МГУ новую роль дали, кроме Тени отца Гамлета? Поздравляю! – затараторила моя будущая жена.

- Ага! Первостоятеля Союза Свободных Окум, - ответил я, прижимая её к себе. - Потом расскажу, такая интересная роль, заслушаешься.

- А я ведь чего к тебе в общежитие приходила, - смутилась девушка. - Сказать, что мои родители не против, что бы ты у нас жил. Всё равно же мы осенью поженимся? А мне сказали на вахте, что тебя уже не будет и что ты сегодня вечером уезжаешь. Я так расстроилась! Но мы ведь поженимся осенью, да?!

Ох-х я и забыл! В той жизни я ведь действительно сделал предложение Татьяне как раз перед Олимпиадой. Но мы почему-то с ней не пересеклись, как сегодня, и ответа я не получил, и подумал, что он отрицательный, и до осени уехал к своим родителям, а потом уже была история с её сокурсником. Но всё наладилось, хоть и с трудом... и через год у нас уже родилась Светка.

И что, теперь взять и вернуться в свой мраморный дворец?! Нет, нет и нет! Это же моё родное тело, моя юность. И моя первая настоящая любовь! Фактически мне дан второй шанс! А ещё и все мои магические и сверхспособности при мне! Что ещё нужно?!

- Ну конечно, любимая! Конечно! Никуда я больше от тебя не уеду.

Воспоминания о будущем

В квартире Татьяны

Дверь в комнату тихонько скрипнула и я проснулся. За окном разгоралось чудесное раннее летнее утро и это было окно комнаты Татьяны. А я лежал на её нешироком диване под одной простынёй, безо всего. Как вечером закинул куда-то трусы, так ещё и не искал! Ну а что, давно не виделись с невестой.

Значит родители Татьяны уже ушли на работу и она их проводила. Пока я спал, она бесшумно выскользнула из-под моей руки, бесшумно выпустила бесшумно собравшихся и позавтракавших родителей и теперь пришла назад, ко мне.

По выработанной годами привычке я мгновенно включился в действительность, проверил подвес-свисточек на шее – на месте! Уже собрался вставать... но передумал. А потому что, Татьяна была ещё в пижаме и имела та-а-акой привлекательный вид...

- Пусти, - тихо произнесла она хрипловатым от предвкушения голосом.

В квартире мы были одни и теперь можно было скрипеть диваном сколько хочешь. У студентов каникулы. И вчера Татьяна меня «забрала» из общаги химфака МГУ. Пришла и забрала! А потому что, её родители ей сказали:

- Танюша! Пускай твой Антон лучше уже у нас живёт. Всё равно вы с ним осенью поженитесь!

Антон - это я, студент третьего курса очного отделения химфака МГУ, Архипов Антон Максимович, если полностью. И это моё настоящее имя! Я приехал учиться в Москву из Новосибирска. Иногородний, как здесь говорили. Пока холост, но уже вчера ходил по квартире невесты в брюках и рубашке будущего тестя. Ну не было брюк и рубашки в моём чемодане, только спортивка. А в своём костюме Первостоятеля я действительно выглядел несколько странно. Но вчера было уже поздно, магазины одежды закрыты, вот я и позаимствовал одёжку у Татьяниного отца. С отдачей, конечно.

Московские невесты

Родители московских невест, как и сами московские невесты, всегда делились на две основные категории:

Во-первых, это родители-москвичи - «графья по рождению», с родословной до седьмого колена и большой московской жилплошадью. Их главный страх – в семью придёт ушлый иногородний зять, придётся его прописывать, и он что-нибудь потом обязательно оттяпает при разводе. И по-другому в жизни не бывает, чтобы без развода.

Во-вторых, это тоже родители-москвичи, но попроще, без особой родословной и страха перед иногородним зятем. Да, пришлого мальчика нужно будет прописывать:

«Ну и что, - думали родители девушки. - Поженятся, пропишем! В тесноте, да не в обиде! Любовь же у них. Как и у нас была когда-то».

А зять потом обязательно что-нибудь придумает с жильём. Он же иногородний, шустрый. Не будет же он с любимыми тёщей и тестем всю жизнь мыкаться под одной крышей в их хрущёвской двушке в Текстилях?

Родители моей Татьяны относились ко второй категории. Мать Галина Семёновна и отец Владимир Юрьевич служили инженерами в крупном машиностроительном производственном объединении и оба были выходцами из семей, эвакуированных во время войны в Москву из Ленинграда. Любили они меня всей душой, всецело доверившись выбору дочери. И я отвечал им тем же.

В прошлой жизни с родителями жены у меня никогда не было никаких напрягов. Сначала мы с Татьяной поженившись и окончив университет, ушли от них в семейное общежитие аспирантов МГУ, затем плавно перетекшее в семейное общежитие для молодых преподавателей. Ох-х и весело там нам было! До сих пор вспоминаем этот период с удовольствием, как лучшие годы жизни.

Потом, родив Светку и защитив кандидатскую, я получил свою первую двухкомнатную квартиру на троих. А когда родилась вторая дочка, я встал на очередь и через несколько лет мы уже въехали в отличную новую четырехкомнатную квартиру улучшенной планировки (мне как доктору наук в СССР была положена дополнительная площадь) в роскошный кирпичный дом на проспекте Вернадского. Оттуда я, собственно, и полетел в Америку в свои шестьдесят два года навстречу невероятным приключениям в жестоком мире магического средневековья.

Та-а-ак! А что это я тут устроил «воспоминания о будущем»?! Очевидно же, в этот раз всё уже будет по-другому. Другой расклад, совсем другой.

Мои планы

Довольная Татьяна ещё тихонечко сопела у меня на плече, а я уже рассуждал и строил планы.

Свадьбу сыграем как и в прошлый раз, в середине октября, когда уже в МГУ начнутся занятия. И в этот раз экономить не будем, деньги были, не жалко. Пригласим всех, пусть студенты оттянутся.

Кстати о деньгах!

Не считая разномастной валюты в той самой наволочке, похожей на мешок (или наоборот?!) – подарке мне от змей серпентария Московского зоопарка, разными купюрами уместилось без малого семнадцать тысяч рублей. На эти деньги хоть сейчас можно было купить шикарный трёхкомнатный кооператив в центре со всей обстановкой – телефоном, импортной аппаратурой и сантехникой.

Конечно, в Москве были и более дорогие варианты, столица же, но на достойное по любому счёту жильё нам с Татьяной уже хватало. И это, не считая стоимости раритетных монет и драгоценностей - колечек, серёжек, цепочек с кулонами и без, благополучно утерянных рассеянной публикой в Московском зоопарке и подобранных там змеями под чутким руководством зелёной королевской кобры с именем Офиофаг. И обещанные мне ещё «сколько хочу» в качестве гонорара за мой к ним приход с лекцией-сообщением «Змеи мира магического средневековья», тоже надо учитывать.

Ну а что?! Конечно я приду к ним и пообщаюсь, тем более, что обещал. В себе я был абсолютно уверен! Чего только стоил один мой рассказ о свадьбе магини принцессы-кобры Шуи Сисс из Красной Окумы, уже неоднократно мной озвученный, с отточенными до блеска деталями и имевший грандиозный успех в любой змеиной аудитории.

Значит о деньгах пока думать не нужно. Если понадобятся, попрошу змей, принесут сколько нужно. Им самим-то деньги ни к чему. Москва большая, змей в ней много и все они теперь мои родственники и друзья.

Могу себе представить, какие горы золота, серебра и драгоценных камней хранили в себе московские половые щели возле кроватей и чуть отошедшие от стен плинтуса под умывальниками. Вечный и неистощимый Клондайк! А старинные клады на чердаках и в подпольях?! Там же целые состояния! Но они мне пока не были нужны.

А нужно было мне, что бы моя Татьяна больше не спрашивала меня, что это за такой красивый золотой подвес появился у меня на шее и откуда у меня столько денег - целый мешок (или наволочка?). Вот не хотел же начинать совместную жизнь с пошлого вранья. А я и не начинал! Просто дал Татьяне небольшую ментальную установочку:

– Ничего страшного! Так надо, дорогая, это всё наше. Твоё и моё!

Ну а что было делать?! Зато больше не спрашивала! Зато помогла спокойно перебрать, пересчитать и припрятать эти купюры в диван, положив их рядом с оперативной подмышечной кобурой с моим скорострельным Glok, который ещё даже и не изобрели в этом времени. А про золотую атакующую кобру с алыми рубинами на моей шее сказала:

- Ах-х какая завораживающая, магическая, нечеловеческая красота!

«Знала бы ты, Танечка, как ты сейчас права!» - подумал я, чувствуя лёгкую горечь.

Мне не нравилось так делать, но другого способа начать совместную жизнь без вранья я не придумал.

Воспоминания о будущем

Итак! Что я имел в сухом остатке?

Любовь и счастье!

Простое человеческое счастье спокойно и безмятежно прожить вторую жизнь в собственном теле, начиная с точки обретения первой большой любви. Сказал бы «и последней», но уже не могу, ибо, у меня уже была Ани Немм! Была... Красавица Ани, любовь моя, которая трагически погибла от рук наёмного убийцы через пятьдесят лет и которую я лично похоронил на кладбище в городе Ман, столице Союза Свободных Окум, рядом с её отцом, удивительно талантливым алхимиком-самородком баричем Солом Немм.

СТОП!

Но Ани ведь даже ещё и не родилась! И хоронил её не я, Антон Архипов, а Экола «Кобра» Бести! Он тоже конечно я, а я это он, согласен, но не совсем. А как?

Э-э-э! А ведь с такими скачками во времени и пространстве я так с ума сойду. Нужно с собою договариваться! Как? А точно так же, как я это сделал пять лет тому назад (или вперёд?!) в 2025 году. И как же я это тогда сделал? Да просто приказал себе:

«Теперь я Экола „Кобра“ Бести и буду жить его жизнью в мире магического Средневековья со всеми вытекающими»

И ведь жил же.

Бог (а в этом мире Он, именно, Бог, а не Тот, кто Имя, как в параллельном мире, хотя по сути это было одно и тоже!) управил так, что сейчас я жил в 1980 году от Рождества Христова (да, да, здесь сильные мира сего убили Сына Бога, а не его самого) в городе Москве – столице Союза Советских Социалистических республик. Коротко, СССР!

И никакой магии в СССР тогда не было, я не помнил, хотя и прожил здесь всю свою сознательную первую жизнь! Хотя и секса, говорят, тоже не было! Но это неточно, а-ха-ха!

За билетами на Олимпиаду

Да, XXII Летние Олимпийские игры пройдут в Москве с девятнадцатого июля по третье августа 1980 года. И я, не будь дурак, в этот раз просто был обязан вместе с Татьяной попасть на все значимые мероприятия Олимпиады – открытие и закрытие, как минимум.

Где взять билеты? Ясен пень, у спекулянтов. Был в Москве такой «пятак» - стихийная неформальная толкучка в районе проспекта Мира, точка обмена билетов на олимпийские мероприятия между гражданами. Там можно было и прикупить билеты на олимпийские мероприятия - от двадцати пяти до пятидесяти рублей за штуку на лучшие соревнования. И аж по тридцать копеек, например, на не очень котирующиеся лодочные гонки. Там же можно было приобрести с рук и хорошие джинсы и прочее фирменное барахло. Всё как всегда, была толкучка, а на ней, кроме прочего, обязательно, джинсы.

Никаких дел у нас с Татьяной на сегодня запланировано не было. Только чистое и беспримесное наслаждение друг другом.

- Танечка! А поехали, съездим на «пятак» на проспекте Мира, заодно прибарахлимся! - предложил я любимой.

- А поехали! - согласилась она.

Сказано – сделано! Мы наконец-то встали с дивана, вместе приняли душ в небольшой ванне... это же так приятно, когда тебе возят по спине мочалкой, одновременно прижимаясь... позавтракали молочными сосисками, кефиром из треугольной пачки, выпили по чашке чая с печеньем «Юбилейное» и подхватились на выход. А до метро «Текстильщики» пешего хода нам было десять минут.

Московское метро

В вагоне метро людей было немного, начало рабочего дня, и я развлекался тем, что невидимым «воздушным кулаком» сшибал с пассажиров «чёрные воронки» - явление обычное там, где вообще жили люди. Приглядевшись, таковых я заметил в вагоне четыре. Ничего особенного. Все воронки были тусклые и едва шевелились. Результат самой обычной человеческой неприязни.

Кто-то подумал вслед: «А чтоб тебе!». И пошёл закручиваться над человеком маленький невидимый вихрь «чёрной» спонтанной магии, здоровью совсем не способствующий. Неприятно это, но не смертельно. Если «воронку» не подпитывать, через какое-то время она сама рассасывалась, унося с собой кусочек жизненной энергии человека.

КЛАЦ!

Все воронки в вагоне как ветром сдуло. Молодая женщина, тёршая лоб, удивленно посмотрела на ладонь, у нее вдруг исчезла головная боль. Мужчина у окна вздрогнул и глухая тоска в его глазах ушла.

С добрым утром товарищи москвичи! Хорошего вам дня!

«Пятак»

На «пятаке» народ тусовался активный, спрашивали, предлагали. Меняли один билет на два, а то и на три, в зависимости от вида соревнований. Власти в лице переодетых милиционеров и чекистов тут же в толпе крутились и зыркали по сторонам, но обменному процессу граждан не препятствовали. Главное, чтобы политики не было. А её и не было, сплошная негоция. Тут же «по-тихому» толкали из-под полы – билеты, барахло, импортный алкоголь, в общем, всё подряд.

Я купил у симпатичного парня-спекулянта два билета на открытие Олимпиады и аж четыре билета на её закрытие (настоящих, я проверил их магией!). Мы с Татьяной решили сводить в Лужники её родителей, пусть порадуются. Недорого, всего по «четвертачку» (купюра двадцать пять рублей). Ну а как мы хотели, места шикарные. Говорили, иностранцы и по «пол-Кати» (купюра пятьдесят рублей) брали , но мне продали, как родному, советскому.

Походя я пресёк неконструктивные мыслишки фарцовщика:

«Надо бы с ребятами пощипать за уголком этого бобра башлёвого, ножичек-бабочку ему показать!».

Я им б пощипаю, самоубийцам! И уже через пять минут парень в наручниках ехал в ближайшее отделение милиции в сопровождении чекиста по гражданке, которому я его ментально представил коротко и ясно:

«Он американский шпион, у него валюта!»

Ну и пусть он не был шпионом, но наличные доллары в его кармане по ст.88 УК РСФСР, в просторечье «бабочки», тогда тянули вплоть до высшей меры социальной защиты общества - смертной казни с конфискацией имущества.

Ещё я взял в известный мне размер двое новых джинс и рубашки Wrangler (не самострок, фирма, проверил магией!) себе и Татьяне. По сто пятьдесят рублей за штаны и по сто рублей за рубаху. Относительно недорого, как везде нынче.

За пару часов мы с Татьяной управились с покупками, съели по вкуснейшему эскимо за одиннадцать копеек и никуда не торопясь наладились к метро в сторону дома.

И вдруг… Я услышал в вагоне Вампирский вой...

Бла-го-слов-ля-ем!

Хмурое утро

Лучи рассвета пробивались сквозь пыльные окна. Антон Городецкий встал с постели, чувствуя непривычную бодрость. Что-то изменилось, но пока он не мог понять что. Обычно было не так...

«Старость – это когда ты только что проснулся, а уже устал!»

Эту чеканную формулу Антон вывел, ещё числясь лаборантом в лаборатории Догляда Светлых Инших. А уж когда с подачи (или пинка?) руководителя - светлейшего Го-Баян Донгсаровича Цотона, перешёл на оперативную работу «в поле», проникся данной формулой полностью. Плюс неизменно плохая водка вместо чая с утра, плюс вонючая талая свиная сукровица. Всё это хорошего настроения не прибавляло.

Артефакты на стенах, на полу, на потолке. Давно немытая посуда в кухонной раковине. Повсюду разбросаны предметы его гардероба - брюки под кроватью, носки на подоконнике, а рубашка, вообще, висела на маске корейского бога Чхоен (Пусть сторожит, охранитель же!). Да плевать, женщин он уже давно к себе не водит, а ему самому было всё равно!

«Конечно, Иншие по любому живут, как минимум, до ста пятидесяти лет и человеческими болезнями не болеют, но что это за жизнь у меня, - грустно рассуждал Антон. - Так, времяпровождение… Один. И нужен я только Цотону для его делишек».

Он вспомнил то время, когда они жили вместе с Ириной… и тихо застонал. Ещё один белый день пришёл в его жизнь и нужно было вставать и идти чистить зубы!

Но сегодня всё было не так, как всегда. И он это почувствовал!

Проснувшись, Антон ощутил себя бодрым, активным и, как когда-то в юности, способным «свернуть горы»! И горы эти немедленно явились – телефон начал чирикать требовательно и мерзко.

– Антон, ответь! - голос Ларисы - секретаря главы Догляда Светлых Инших, был деловит и собран. – Сейчас соединю тебя с шефом.

– Что-то случилось?

– Сама пока не знаю, но Догляд Тёмных и Трибунал уже с раннего утра на ушах, обзвонились. Позавтракать есть чем?

– Найду.

– Хорошо. Соединяю!

И сразу в трубке раздался голос шефа, светлейшего Го-Баян Донгсаровича Цотона, лично:

«Светлейший… Как Алексашка Меньшиков», - насмешливо отметил про себя Антон.

– Да, Антон, как светлейший князь Александр Данилович Меньшиков, чем горжусь. Доброе утро, уже позавтракал? Ну и молодец! Через десять минут я подъеду и заберу тебя с собою. К этому времени прошу быть готовым. Всё расскажу в машине. И удачи нам сегодня. Отбой!

Антон осёкся, он забыл, что Цотон слышит мысли. Но не по телефону же?!

Значит всё же случилось! С ним? Вчера? Н-нет, он ничего такого не помнил. Мелькание какое-то в голове, а потом - хоп! - и проснулся у себя дома. Бодрым, как уже давно не просыпался.

Антон мгновенно посетил уборную (минута!) и ванну (две минуты!), завтрак (да чёрт с ним!), открыл шкаф в прихожей и совершил своё обмундирование (три минуты!). Перед выходом долго рассматривал в глазок лестницу перед дверью в квартиру. Никого. Пошёл!

Служебный автомобиль Го-Баян Донгсаровича Цотона

На вид это блестящий чёрный отечественный ГАЗ-12 «ЗИМ», роскошный семиместный ретро-лимузин, выпуска 1960 года. С хищным силуэтом и абсолютно бессшумный. Про двигатель и прочее, у водителя, слабенького светлого Иншого Саши Золотова, лучше было не спрашивать. Он и сам не знал, что там внутри.

Разное говорили про эту машину. И что её Цотону, якобы, подарил сам Никита Сергеевич Хрущёв, и про ту милицейскую засаду, из которой Цотон, просто, улетел на этой машине, так никого и не убив. Но факт остаётся фактом, эту машину, хотя ей уже 20 лет, Цотон менять не собирался. Хотя его коллега - руководитель Догляда Тёмных Инших великий демон Артюр Дьяболус уже пересел на новенький Mercedes-Benz W 116. Как у Высоцкого и у Брежнева!

- Доброе утро! – без улыбки сказал Антону шеф, сидя на роскошных подушках заднего сиденья лимузина. - Присаживайся. Поехали! Кстати сейчас и узнаем, доброе это утро для нас или нет.

И без паузы:

- Антон! Вчера днём в парке «Кузьминки» ты штатным служебным амулетом «Нефритовый жезл» в прах развоплотил двух зарегистрированных Тёмных Инших - вампиров, парня и девушку. Без всяких на то оснований. Во внеслужебное время. Когда они мирно гуляли в парке. Просто встретил их и развоплотил! После чего сбежал домой и лёг спать!

Роскошный лимузин бесшумно скользил по утренним московским улицам. Цотон, сидящий рядом с Антоном, излучал ауру власти и превосходства.

«Вот ничего себе утро! — подумал Антон. — Доброе или недоброе, но бодрое, точно»

- Такова версия тёмных! – продолжил шеф. - Они уже заявились по этому поводу в Трибунал и по его вызову мы с тобою сейчас и едем на место происшествия. Никаких доказательств, что всё это было не так, у нас пока нет. Пока! Тебя нашли вчера вечером, крепко спящим, в другом конце парка, наши - Игорь и Гарик, которых ты заранее вызвал туда по рации на подмогу, сказав, что преследуешь охотившуюся вампиршу, но у тебя разряжен амулет. Ты сам что-нибудь помнишь про это?

Антон честно попытался хоть что-то вспомнить...

- Не-е-ет, Го-Баян Донгсарович, просто, какое-то мелькание в голове. Помню, что перед обедом я поехал в метро с суточного патрулирования домой, и всё. Да, позавтракали мы со сменщиком в чайной и я поехал. Больше ничего не помню, кроме того, что сегодня с утра у меня очень необычное и давно забытое состояние – бодрость духа и сила во всём теле. Наконец-то выспался!

Вдруг... раздалось пиликание автомобильного «Алтая». На красноватом пультике телефона горело имя вызывающего абонента - АРТЮР.

- Говори, Тёмный! – не снимая трубки произнёс Цотон в сторону пиликающего аппарата. - Я весь внимание!

- Го-Баян, пгивет, это я, Агтюг! – послышался неприятный картавый голос демона. - Давай, по-бгатски, газойдёмся кгаями! За мною запишем четыге воздействия пегвой степени и всё. Заявление в Тгибунал я отзову. И Антон твой тоже пусть пока гуляет, нгавится он мне, хоть и негвный. Как выгонишь, возьму его к себе в Догляд, а-ха-ха! Он гядом? Пгивет ему!

- Maybe My Darling, Maybe, - задумчиво ответил ему шеф, почему-то по-английски, и резко прервал разговор. - До связи!

Далее шеф уже смотрел только на Антона…

- Тебе всё понятно? В общем всё очень серьёзно! Тёмные, естественно, требуют твоей крови и других кар на нашу голову. А сейчас ты закроешь глаза, положишь голову мне на колени и всё покажешь и расскажешь, что видел и слышал вчера.

Антон положил голову на колени шефу, чувствуя, как внутри поднимается глухая обида. Его не спрашивали, можно ли лезть в память. Его просто использовали как улику.

«Я не мешок с фактами, я оперативник!» — хотел крикнуть он, но не решился.

А потом мир померк, и он уже второй раз за сутки остался один на один с тем, что кто-то чужой выдирал из него воспоминания слой за слоем.

Через десять минут

- Почти ничего, Антон! – сказал шеф, придерживая его, несколько вялого, за плечи. - Почти ничего… Но какова работа! Кое-как вытащил, аж с третьего слоя Сутеми только и достал, еле-еле. Чрезвычайно сильный маг по тебе отработал!

Антон растерянно смотрел на шефа. За двойное немотивированное развоплощение Инших было только одно наказание – полное развоплощение, смерть. И что-то ещё на сам Догляд повесит Трибунал, без сомнения.

- Значит так, - задумчиво произнёс Цотон. - Вчера в районе обеда ты, действительно, ехал в метро со смены. Засёк несанкционированный «Вампирский вой», вычислил жертву в своём вагоне – мальчика тринадцати лет и пошёл за ним в парк «Кузьминки» с целью обнаружения незаконно охотившейся там вампирши. Уже в парке ты вызвал подмогу. Не подходя близко к вампирам и мальчику ты вошёл в первый слой Сутеми. Потом вышел оттуда, буквально, рядом с вампирами (их было двое - девушка и парень) и развоплотил обоих. А мальчик, попросту, убежал. Нетронутый! Мы его потом найдём по твоему слепку. А ты пошёл спать в другой конец парка. Там тебя в итоге ребята и нашли. Разбудить тебя они не смогли и, попросту, отвезли тебя домой, досыпать. А прах вампиров утилизировали, смели в мешок и выбросили на помойку. Вот и всё! Почти…

- Это всё?! – заметался по лимузину Антон, - Ну хоть мотивацию мою определили, всё не однозначное развоплощение. А что это, «почти», шеф?

- А «почти», Антоша, - притворно ласково сказал шеф. - Это несколько м-а-аленьких нестыковочек. Но о них мы поговорим в присутствии наших оппонентов и обвинителей. Вот, кстати, и они! Приехали.

Судебное заседание Трибунала

Площадь у метро «Кузьминки».

Перед калиткой в Кузьминский парк за универмагом «Будапешт» уже стоял шикарный «Мерседес» великого демона Артюра Дьяболоса и несколько «Жигулей» и «Москвичей» Тёмных Инших из его свиты. Судия Трибунала Ивица (Они оба!), как всегда, пришёл пешком. От людей – посетителей «Будапешта» и пассажиров автобусно-троллейбусной развязки и метро, место стоянки машин Тёмных Инших временно отгородили соответствующим заклинанием, и в этот угол уличного пространства никто из людей и не думал соваться. Лишь некоторые шли-шли, но что-то, вдруг, решив по пути, останавливались и разворачивались назад. Или шли в обход.

Все собравшиеся друг друга хорошо знали. Заседание началось.

- Светлейший Цотон! – буднично и без предисловий начал говорить Судия Трибунала Ивица, вернее, один из двоих абсолютно одинаковых, как однояйцовые близнецы, мужчин. - В адрес Трибунала поступило заявление от Догляда Тёмных Инших с обвинением вашего сотрудника Антона Городецкого в двойном немотивированном развоплощении зарегистрированных тёмных Инших. Детали этого обвинения известны всем?

Цотон, Артюр, Антон и другие присутствующие молча кивнули.

- Светлейший Цотон! Что можете заявить по существу данного обвинения?

Цотон немного помолчал, а потом бросил Артюру, Судие Ивице и самому Антону слепки памяти Антона, только что извлечённые им в машине с третьего слоя Сутеми. И через некоторое время, ознакомившись с содержимым слепка, Судия Ивица возгласил:

- Обвинение в части немотивированности снято, остальное – в силе. Приговор – четыре воздействия первой степени в пользу Догляда Тёмных Инших. Наказание Антона Городецкого – на усмотрение руководства Догляда Светлых Инших. Обжаловать приговор будете, Светлейший Цотон?

- Нет, ваша честь, не буду! – сказал Цотон, - Но при одном небольшом, чисто информационном дополнении по существу дела... Для всех!

Все, включая великого демона Артюра – на вид, вальяжного моложавого господина в модной импортной одежде и с изящными золотыми украшениями на руках и шее, с вопросительным любопытством посмотрели на Цотона.

Тот же выдержал театральную паузу и произнёс:

- На слепке памяти Антона Городецкого все мы прекрасно видим, - начал свою речь Цотон. - Что его штатный служебный амулет «Нефритовый жезл» практически разряжен и при всём желании он не смог бы нанести двум Тёмным Иншим летальное поражение, тем более такое тяжёлое – они были буквально разорваны в клочья, после чего все клочки испарились в прах, если я не ошибаюсь.

Цотон сделал паузу, давая присутствующим по слепку памяти Антона убедиться в правдивости и уместности своих слов.

- Так вот, я боюсь даже приблизительно определить силу произведенного магического воздействия на пострадавших вампиров. Генераторов магической энергии и артефактов такой мощности в офисах обоих Доглядов нет, разве что суммарно. Если кто-то из присутствующих это может определить, пожалуйста, скажите. И это - первое!

Присутствующие задумчиво молчали. Крыть было нечем. С наблюдением Цотона было нельзя не согласиться. Всё было именно так. А значит вампиров развоплотил не Антон Городецкий и не своим разряженным штатным служебным амулетом «Нефритовый жезл».

Тогда кто же это был и чем он это сделал?

А Цотон продолжил:

- Рядом со следами Антона, начиная с входа в парк, на дорожке, мы чётко видим отпечатки ещё одних следов. Они идут вплоть до половины расстояния к месту происшествия и затем прерываются, а их хозяин, полагаю, исчезает. Кто это, мы сказать не можем, не видим, так как Антон шёл по следу мальчика опустив голову. Это - второе!

Все присутствующие Иншие опять начали перематывать слепки памяти Антона. У кого-то из магов даже заболела голова. Такое перематывание имело немалую цену, ведь слепки памяти, это не просто доказательства, это оружие. Но так всё и было! Рядом со следами мальчика имелись другие следы. И по этим следам было видно, что шёл мужчина, шаг широкий и тяжёлый. Остальное установят эксперты.

- И третье, уже крайнее, - сказал Цотон. - На месте обрыва этих следов мы видим лёгкую... лёгонькую такую… флюктуацию. На минуточку, флюктуацию Мироздания. Сам не верю, что произношу это вслух. Да, вот эта рябь! То есть в этом месте кто-то, буквально, на один квант сдвинул назад время в пространственно-временном континууме в локальном объёме, достаточном для нахождения в нём тела человека. А это наша с вами объективная реальность, данная нам в ощущениях, коллеги! И если кто-то из присутствующих здесь способен сделать так же, или знает кого-либо, или слышал или читал о том, кто мог бы это сделать, прошу немедленно нам сообщить!

Ошарашенные Иншие молчали. Таких сильных магов, кто мог бы временно подправить структуру Мироздания в локальном объёме, в этом мире никогда не было.

Первым пришёл в себя судия Ивица, синхронно теребя пуговицу на обоих костюмах:

- Так найдите его, Светлейший Цотон, и обвинение в двойном развоплощении тёмных Инших будет снято с Догляда Светлых Инших полностью, я обещаю!

- Именно об этом я и хотел просить, ваша честь, - быстро сказал Цотон. - Но при этом прошу запретить Догляду Тёмных Инших мешать мне в этих поисках! Тем более, что о нас Он уже знает всё, ну или почти всё, так как полностью скачал всю память Городецкого и затёр у него в голове весь вчерашний день, я это вижу, а мы о Нём не знаем ни-че-го! По крайней мере, пока.

- Принимается! – резюмировал Судия Ивица и уже развернулся, чтобы идти в метро.

- Э-э-э, - недовольно прокартавил Артюр, - Я пготестую! Цотон Его, конечно, найдёт, завегбует и тогда конец Гавновесию?!

До этого он лишь демонстративно посматривал на часы, показывая, что ему скучно, но сейчас резко оживился - речь, действительно, пошла о Равновесии.

- Протест отклонён! Ищите Его, Светлейший Цотон! После будем гадать кто кого завербует... это, говорят, хорошо делать на кофейной гуще.

Офис Догляда Светлых Инших

Кабинет руководителя Го-Баян Донгсаровича Цотона.

- Антон! Будь добр, - Цотон подал Городецкому ещё один слепок его памяти. - Коллегам для экономии времени я дал посмотреть обрезанный вариант, начиная с тропинки в парк, а этот полный, начиная с вагона метро. Сходи в лабораторию по старой памяти. Сопоставь! Проанализируй! Он стоял где-то рядом с тобой в вагоне.

И уже через час Цотон держал в руках толстую папку с копиями документов: Паспорт гражданина СССР Архипова Антона Максимовича, Свидетельство о рождении, Военный билет, Студенческий билет, Комсомольский билет, Профсоюзный билет, Удостоверение члена Всесоюзной организации охраны природы, Карточка медицинской диспансеризации, Карточка регистрационного учёта и ещё множество всевозможных бумажек, безальтернативно обуславливающих жизнь человека в СССР, включая полные данные на всех его родственников, а также на невесту Татьяну и всю её семью.

С чуть смазанной, но вполне качественной цветной фотографии на Цотона смотрел симпатичный белобрысый парень - девятнадцати лет от роду по документам. Высокий, улыбчивый, с живыми глазами. Взгляд открытый, прямой и уверенный. Но что-то такое... властное и стальное в этом взгляде присутствовало, Цотон это хорошо видел.

«Вот ты какой, студент третьего курса химфака МГУ Антон Архипов, — подумал Цотон. — Или не Антон? Или не Архипов? Или тебе не девятнадцать лет? Ну это всё мы скоро выясним».

Офис Догляда Тёмных Инших

Приёмная руководителя.

- Алиса, пгивет! Агентугные спецдонесения пгиносили? - в приёмную вошёл сам её хозяин - великий демон Артюр Дьяболос.

- Да, босс, все уже у вас на столе, метки целые, не вскрывали, я проверила, - помощница руководителя ведьма Алиса Донникова встала, что бы заварить начальнику традиционный кофе.

И уже через две минуты Артюр держал в руках копию папки из офиса Догляда Светлых Инших, где с фотографии на первой странице на него смотрел симпатичный белобрысый парень.

Текстильщики

Всё семейство Татьяны в моём, естественно, присутствии пило чай с маковыми сушками и вафельным тортиком «Север» в комнате её родителей - «большой» комнате, как её все называли. На кухню в пять квадратных метров сразу четверо взрослых, просто, не влезли.

- Мам, пап, - Татьяна смущалась и запиналась, - У нас с Антоном для вас есть важные сообщения!

Родители умильно улыбаясь, молчали и прихлёбывали чай. Самое наше важное сообщение они уже давно расшифровали, но озвучить его, конечно, было нужно. Традиция!

- Во-первых, мы с Антоном… мы с Антоном решили пожениться и просим на это вашего благословения, - наконец-то выложила главную новость пунцовая от смущения Татьяна.

- Бла-го-слов-ля-ем! – хором ответили довольные родители. Видимо, репетировали!

- Во-вторых, мы с Антоном завтра уезжаем на море, примерно на месяц, отдохнуть. К открытию Олимпиады точно будем, мы туда идём. И в-третьих, вы идёте с нами на закрытие Олимпиады четвёртого августа, вот билеты!

И все довольные и счастливые ещё долго смеялись и обнимались!

К морю…

За билетами

Москва. Текстильщики. Утро.

Первые лучи солнца сквозь занавески наполняли комнату тёплым золотистым светом. В воздухе витал аромат моих любимых свежеиспечённых оладушек и клубничного варенья. На кухне хлопотала Татьяна. Помешивая тесто, она мурлыкала весёлую песенку, наполняя квартиру теплом и уютом.

Сразу после завтрака я собрался по делам.

- Танечка! Ты пока собирайся потихонечку, поезд вечером, а я быстренько съезжу на Курский вокзал, билеты до Севастополя куплю. Много барахла не бери, чтобы не тащить, всё там купим в «Альбатросе», немного валюты есть.

- Думаешь, билеты будут? Люди за полгода на это направление бронируют. Да и приглашение нужно, Севастополь закрытый город.

- Не волнуйся, для нас билеты будут, есть там у меня одна хорошая знакомая в кассах.

- Что за знакомая?! Молодая, красивая?! – сделала вид, что ревнует, Татьяна.

А я и не знал, что нужно отвечать женщинам в таких случаях. Поэтому просто улыбнулся, поцеловал любимую в шею и натянул на себя новые джинсы и рубаху, приобретённые у арестованного фарцы-шпиона на «пятаке» у станции «Проспект Мира». Фарцу мне было не жаль, он же сам хотел меня ограбить.

Я стоял перед зеркалом, разглядывая своё отражение и чувствовал себя уверенным, сильным и готовым к любым испытаниям. А что, хорош гусь, модный такой стал!

Курский вокзал

Из метро, не подходя к кассам поездов дальнего следования с их унылыми очередями длиной в полвокзала, я сразу же пошёл в роскошный «Депутатский зал», он же «Зал официальных делегаций».

Зал встретил меня тишиной и уютом. Интерьер поражал воображение. Отполированные до блеска столы, мягкие кожаные диваны, хрустальные вазы с фруктами. Сквозь большие окна виднелся шумный вокзал, создавая контраст между двумя мирами. Здесь, в оазисе привилегий, время словно замедляло свой бег.

Это был такой коммунистический островок в бурном океане вокзального социализма, образца 1980 года. Здесь можно и было всё, что нужно самому взыскательному путнику – купить или поменять билеты, поесть, выпить, отдохнуть, принять тёплый душ, посидеть со свежей газеткой на сияющем чистотой и свежестью унитазе, даже поспать на хрустящих простынях в отдельной комнате с абсолютной свето- и звукоизоляцией.

Всё здесь было совершенно бесплатно и на мировом уровне: еда - свежая и вкусная, кофе и чай многих сортов, алкоголь разнообразный, включая импортные виды, икра - красная и чёрная, кресла и диваны - кожаные. Заходи и наслаждайся! Конечно, если у тебя было на всё это благолепие право и «ксива»!

Заветный островок коммунизма охраняли от не имеющих вообще никаких прав советских граждан с ворохом чемоданов и орущими детьми - вежливый молодой милиционер и матёрая тётка средних лет в форме советской железнодорожницы. Сразу было видно, что эта её форма не с вокзального склада. Индпошив! При тётке ещё были две миловидные девушки – официантка и помощница.

Я из рук показал милиционеру и тётке свой студенческий билет МГУ. Милиционер радостно отдал мне честь и пропустил. А тётке, отдавая ей четыре купюры по двадцать пять рублей, я сказал:

- Два в СВ до Севастополя, на сегодня!

- Конечно, конечно! – улыбнулась и начала суетиться тётка. - Сейчас, сбегаю, оформлю с брони ЦК. Вот самому-то зачем было ездить, Антон Максимович? Прислали бы водителя. Перекусите пока?

- Нет. Не хочу. Хотя... сок апельсиновый дайте. Вечером с женой приедем, перекусим перед отъездом нормально.

Заботливая тётка с радостным бормотанием куда-то унеслась, а милая девушка тут же подала мне высокий стакан со свежевыжатым апельсиновым соком. О боже, какой он был вкусный!

Пришла довольная тётка. Я забрал у неё наши билеты, а на сдачу демонстративно фыркнул, чем вызвал одобрительные улыбки всех присутствующих. Всё! Сегодня вечером нас с Татьяной ждало небольшое комфортабельное путешествие.

Кто ездил в вагоне СВ, знает, как это клёво прокатиться в нём с любимой женщиной пару суток – в купе на двоих, тихом, с мягкими диванами, уже заправленными хрустящим крахмальным бельём, вежливыми проводниками, душистым чаем с бисквитами в настоящих мельхиоровых подстаканниках, едой из вагона-ресторана и собственным умывальником.

- А кто это, Антон Архипов?! – спросил милиционер у тётки, когда я уже ушёл. - С конторской «ксивой» парень ходит, не хило так!

- Да это же племянник Ивана Васильевича Архипова, заместителя Алексея Николаевича Косыгина, председателя Совмина СССР и члена Политбюро ЦК КПСС, - укоризненно и без запинки ответила тётка. - Ты уже полгода у нас, Паша, пора бы знать контингент!

Меня вычислили...

Текстильщики.

Вернувшись домой, я увидел на кухонном столе початую коробку импортных конфет, таких в московских магазинах не продавали, и три ещё неубранных чайных чашки.

- Танечка! Всё в порядке, билеты взял, сегодня едем. А кого это ты чаем поила? - спросил я нарочито беспечно.

На самом деле я мгновенно насторожился. Незваных чужих людей в квартире быть не должно.

- Ой-й Антоша, да это же твои друзья по прошлогоднему стройотряду в Перми к тебе заезжали. Ты в дверь, а они к нам. Разминулись в пять минут. Го-Баян Донг... Донгсарович, он из преподавателей, и бригадир ваш, тоже Антон, Городецкий его фамилия. Так они мне представились. Проездом из аэропорта Домодедово на Белорусский вокзал. Расстроились, что тебя не застали. Ну я их чаем и напоила. У них с собою коробка конфет была. Правильно же сделала? Весёлые такие, столько случаев смешных у вас там в стройотряде было. Кое-что рассказали! Торопились они, сказали будут звонить, и я им наш телефон дала. Правильно же сделала? А ты мне и не рассказывал, что в прошлом году в стройотряд ездил в Пермь.

А я старательно держал лицо, не нужно близких волновать:

- Вот как? Не рассказывал? Так мы же с тобою только осенью познакомились, расскажу ещё обязательно. Ах-х, как жаль, что не встретились, хорошие ребята, - радостно ответил я.

Мне было действительно жаль, что мы не встретились с наглыми Светлыми Иншими, аж кулаки зачесались…

«Сейчас Таня спросит: «А откуда же тогда твои друзья знают мой адрес?», - пришла мысль.

Не спросила… Простая душа. Не обратила внимание на явную нестыковку. Кроме того, в квартире я заметил следы тщательно проведённого обыска. Магического, конечно. Шарили через Сутемь, для людей невидимые. Ага, в диване нашли деньги и мой скорострельный Glok в оперативной подмышечной кобуре. А портал - медный, аккуратно расстёгнутый браслет с большой буквой М посредине - маг, и одноразовая зажигалка Lotus, теперь всегда были со мною, в пространственном кармане обретались. С некоторых пор я его нигде больше не оставлял, даже в одежде, снятой перед сном. Научил меня осторожности юный воришка Пик Нифф, стянувший мою одежду при купании в озере Красавица, что в Окуме Йётселька. Как вспомню, в дрожь кидает! Хорошо, нашлось, поймали его.

Ага! Буквально обнюхали пистолет, но не тронули. У Татьяны налицо следы касательства её памяти. Всё вытряхнули из неё, гады. Поэтому, раскладывая вещи в чемодане, я проверял на магию каждый предмет. Мои движения были точными и выверенными, словно я готовился не к простому отпуску, а к важному заданию.

И не вступая в дискуссию с Татьяной, тоже собирающей сумку в дорогу, я начал рассуждать...

***

Значит меня уже вычислили! Быстро сработали ребята, не отнять. И это сейчас приходили - тот самый опер Антон Городецкий из Догляда Светлых Инших, которому я позавчера помог в парке, развоплотив двух вампиров, и его начальник – Светлейший Го-Баян Донгсарович Цотон. Оба по их градации очень сильные Иншие, возможно, самые сильные в этом мире. Не скрываясь приходили, совершенно открыто. Это что, такая предварительная демонстрация силы была? Значит явно рассчитывали на будущий конструктивный разговор. Сейчас говорить со мною они не стали, только обозначились. О чём? Ясен пень, о моём участии в их делишках. Не запугивать же меня они приходили…

И всё бы ничего, любой человек и маг имел право что-то предложить другому, а тот отказать или согласиться. Но обыск… Без спроса лазили в мозги к Татьяне. Но это тоже ладно. Я и сам ведь когда лез в мозги к Городецкому, разрешения у него на это не спрашивал. Вырубил «Сонной петлёй» да и полез, нужна была информация. Так что мы с ним квиты, получалось.

Вообще мне дела Доглядов ни к чему, я сам по себе. И прежде всего потому что, программные цели здешних Инших – следить друг за другом, для меня были абсолютно неприемлемы и даже нелепы. А зачем, собственно, следить друг за другом? Чтобы что?!

Да жили бы они как хотели, главное, мне не мешали бы любить мою женщину и заниматься своим делом. И ещё у них был этот, на мой взгляд ложно понимаемый ими лозунг - Равновесие, Баланс...

Вот когда в богатой стране богатые граждане были счастливы и не боялись бы ночью ходить по городским улицам, чтобы их там не сожрали, а все уцелевшие от жёсткой зачистки твари и упыри жили бы под лавкой на дальних болотах и боялись высунуть нос, что бы его тут же не оторвали, вот тогда и было бы Равновесие. И магия, прекрасная магия с её прекрасными плодами для всех, и людей, и магов, а не только для горстки Инших. В общем всё как было у меня сначала в Союзе Свободных Окум, пока я огнём и мечом не навёл там порядок и не установил Гармонию.

Но вот как без драки получить нейтральный статус для себя в мире, где были только Светлые и Тёмные Инщие, рвущие друг-друга на части по любому поводу, я не знал. Пока не знал. Но именно это мне и нужно было узнать, если я собрался здесь жить с Татьяной всю свою жизнь, как в прошлый раз. И об этом я готов был говорить хоть с кем. Но не сейчас, позже. Слишком мало ещё я здесь находился и всего расклада не знал. А раскрываться раньше времени я тоже пока не хотел.

А хотел я на море! С Татьяной. Как в прошлый раз, о котором я помнил всегда. Как нам было тогда хорошо! Повторим? Ну почти… Вот и поедем на море мы уже не в плацкартном вагоне, как тогда, а в СВ и с кучей денег. И приглашение в закрытый город Севастополь, как в прошлый раз, которое я делал через родственников друзей, нам уже не нужно, билеты по конторской ксиве (студбилету МГУ) через ВИП-зал нам итак продали.

И тут зазвонил телефон…

Ребята из стройотряда

- Тебя! Твои ребята из стройотряда, - сняв трубку и алёкнув в неё сказала Татьяна и убежала в комнату собираться дальше.

А я взял трубку со стола и услышал:

- Здравствуйте, Антон Максимович, это…

- Я понял, Го-Баян Донгсарович! Слушаю вас.

В трубке раздался тихий смешок человека, который находился в отличном настроении.

- Вы уж простите нас с Антоном за лёгкую мистификацию. Вам она вряд ли помешала, а вашу невесту мы немного развлекли и угостили хорошими конфетами, плохо ей от них не будет, гарантирую, это были просто конфеты.

- Я надеюсь! Обыскивали зря! Не способствует доверию, знаете ли. В следующий раз уже не получится, предусмотрю, - резко отреагировал я.

- Хм-м! А это не мы вас обыскивали, да нам и ни к чему, мы уже итак всё что нужно о вас знаем. Чистейшая аналитика. Это оппоненты, видимо, их методы, разнюхали уже, пакостники, вот и полезли. Ну вы же уже и сами про них всё знаете, Антон Городецкий, полагаю, рассказал... А я, собственно, вот чего вам звоню.

Цотон сделал небольшую паузу:

- Вы нам здорово помогли с этими вампирами, Антон Максимович, и я, как глава Догляда Светлых Инших города Москвы, обязан вам ответить тем же - добром, разумеется, Равновесие же у нас. Да, да, уже знаю, как вы к этому относитесь. Откуда знаю? Это пока не важно. Но ничего другого в этом мире, никакой другой идеи, увы, пока нет. И в том числе об этом я хотел бы с вами поговорить. Как друг, конечно! Поверьте, в этом мире мы - Светлые Иншие, много чего можем, что вам однозначно покажется интересным. Где и когда встретимся, если вы не против?

- Полагаю разговор будет длинным. Значит через месяц, не раньше. Сегодня убываем с Татьяной на отдых к морю, давно планировали.

- Куда, если не секрет? Поверьте, я не из праздного любопытства спрашиваю, СССР страна сложная, знаете ли.

- Решили съездить в крымский Севастополь – город русских моряков.

- Отлично! Там у нас... впрочем, неважно, вы и сами всё там добудете. Мы лишь присмотрим, чтобы там вам никто не мешал. Такие бывают настырные товарищи, знаете ли… Хорошего отдыха! До связи!

- До связи!

Зубы василиска

Разговаривать и договариваться со Светлыми Иншими мне придётся по-любому, они половина мировой магической системы. Может и договоримся по моему нейтральному статусу. А если договориться не получится, то я воевать больше не буду, возьму Татьяну в охапку, как когда-то Ани, и назад (или вперёд?), в мир магического средневековья. Там проживём как-нибудь.

А пока… Рубли, валюту и пистолет – в пространственный карман, поближе к сердцу. Ничего, потаскаю, своя ноша не тянет! Плавки, тапки и другой пляжный инвентарь купим в севастопольском «Альбатросе» для моряков. Это кто ходил в загранку, для них сделали аналог московской валютной «Берёзки», валюта у меня была.

А для любителей несанкционированных обысков я оставил сразу в трёх слоях Сутеми вокруг пространства квартиры по периметру - «Зубы василиска». Занятнейшая интеллектуальная боевая магия от того же самого Ган Глоо - макера-меламеда секретного лефа «платиновых и дважды платиновых» магов Союза Свободных Окум. Родителям Татьяны мои «Зубы Василиска» не помешают, а вот некоторым, невзирая на их масть...

Злоумышлял в отношении жильцов периметра, пересекая линию – будешь мгновенно истреблён, в кляксу. Собирался нанести ущерб – или навалишь в штаны или сойдёшь с ума, зубы сами разберутся с выбором. Да, жёстко! А не фиг лазать по чужим квартирам в отсутствии хозяев.

Как всегда после установки «Зубов василиска» я сделал глубокий вздох, на секунду замер и прикрыл глаза — это здорово забирало силы.

Шуршавчик

Крым. Город Севастополь.

Доехали мы великолепно, только что в Верхнесадовом поезд долго стоял на паспортной проверке. В прошлый раз, на жаре, это было крайне некомфортно, но сейчас... В вагоне СВ прекрасно работал кондиционер, а пограничники вообще обошли вагон своим вниманием.

И вот уже наше любимое Чёрное море. Крымский ветер приносил его солёный запах, смешиваясь с ароматом цветущих растений.

В прошлой жизни я купался в разных морях. Чего только стоил ласковый и тёплый океан в мире магического средневековья, в котором жила моя добрая подружка и спасительница - морская змея Пеламеда со своими шибко ядовитыми товарками. Ханаанские острова… Но Черное море в Севастополе в 1980 году - это лучшее, что у меня когда-либо было. А потому что, первый раз на море с любимой женщиной.

Как и в прошлой жизни, мы сняли у той же хозяйки тот же самый сарайчик на берегу моря с двумя узкими койками и чистым на них бельём. Недорого! По рублю в сутки на человека. Отличный вариант – во дворе летняя кухня, тёплый душ, рядом городской пляж, столовка, рыночек с фруктами. Вечером можно сходить в район санаториев – на танцы, в ресторан. Красота!

И ещё одно очень важное дело привело меня именно на этот берег, именно в это время и именно в этот сарайчик. Как в прошлой жизни...

Два часа ночи.

- А-а-а-а! – раздался страшный крик Татьяны и она одним длинным прыжком перелетела сарайчик по воздуху, со своей койки на мою, - Та-а-ам! Шур-шит! Шур-шав-чик! – произнесла она испуганным шёпотом, показывая пальцем на свою койку.

Включили свет. Может какая змея к ней залезла? Сейчас мы её попросим на выход. Но нет. На постель к Татьяне забрался маленький полосатый котёнок, явно настроенный поиграть. Он просто изучал новую территорию. Его любопытство и непосредственность вызвали у меня улыбку, напомнив о простых радостях жизни

Так он и жил с нами до отъезда, так и поехал с нами в Москву и прожил у нас взрослым красивым котом до восемнадцати кошачьих лет под именами «Шуршавчик», «Шур», «Шурави» и многими другими. Для котов, восемнадцать лет - это уже много, глубокая старость.

И как бы мы жили без него?

Спасибо за чтение

Вернуться к книге