На границе времени (старое издание)
Запись 1
...Когда-то первые люди сотворили нечто-то ужасное, и это привело к катастрофе. Настолько разрушительной, что до сих пор никто не знает всех причин и событий. Хотя мир уже отошел от последствий столь критической ошибки, но спокойнее от этого не стало. Всегда найдутся проблемы и козлы отпущения.
Последствия коллапса все еще дают о себе знать. Несмотря на то, что старый мир с его обитателями был похоронен на перипетии времени, выведенный из равновесия энергетический баланс провоцирует появление новых существ.
Большинство других рас образовалось во времена кровавого культа.
Этот культ длился со времен начала жизни и до нового времени.
Со временем зародилась противоборствующая религия – культ солнца. Сей культ провозгласил солнце единственным благом для живых и призывал отказаться от жертвоприношений. В итоге все вылилось в восстание, что поддержали все разумные существа и расы.
Новый культ истреблял магов и сжигал рукописи лишь бы не допустить нового наплыва кровавых культистов.
Культ солнца, к сожалению или счастью, уничтожил большую часть старой науки и повергнул мир в хаос, откатил развитие на несколько лет. Кроме того, что новый культ оставил руины старой цивилизации, он еще устроил гонения на магов и хранителей знаний.
К моменту 500 года почти все было так или иначе стерто, а магов стало достаточно мало, чтобы они не бросались в глаза, однако они не вымерли окончательно...
***
Отрывок из летописей о Культе солнца.
Сказ о становлении первого рыцаря-командора Лаорониса.
...Его случайная ошибка открыла в тот миг многим глаза. В этот миг неоспоримая власть кровавого культа пошатнулась. Кровавый жрец был мертв. «Мы можем их убить». Мы можем их одолеть.
Тот день стал началом нового волнения, но ему еще было далеко до становления культа Солнца. Но он дал начало. Зерно Сомнения. Надежду для существ, что оказались не прокляты незримой и всемогущей силой...
5-59 год со времен новых летописей
Череда невысоких, извилистых деревьев – характерная черта Олдареи и Зеленого леса. Несмотря на тривиальное название Зеленый лес – самый приметный, что расположен рядом с долом Марохта. Таким изобилием зеленой растительности не мог похвастаться ни один другой лес в этих местах. Не зря соседний с Зеленым лес назвали Обожженным.
Сквозь эту чащу проложена извилистая дорога. Деревья, что окружили ее, едва могли скрыть горизонт. Тогда как земля покрыта живым ковром из ярких зеленых растений, сильно напоминающих папоротники и еще непонятного вида кустарники. Спокойствие зеленой рощи нарушал только шум колес телеги. Старая повозка неслась с огромной скоростью, поднимая пыль с земли. Странный зверь, чем-то напоминающий коня, рвался вперед и тянул за собой телегу. Этот монстр имел четыре черных глаза. По два на каждую сторону, близко расположенных друг к другу. В них не было ничего, кроме едва заметных бликов. Вместо копыт – когтистые лапы, легко скользящие по земле. Только глухой стук о землю. Упряжь натирала шерсть животного. Его черная грива колыхалась от каждого сильного движения головой. Только телега и извозчик мешали зверю кинуться вперед со всей прытью.
Хозяин повозки время от времени поправлял шляпу, словно проверяя, не спала ли та. Этот человек, во всем темном, совершенно спокойно смотрел на дорогу. Его нисколько не пугала внешность или вспыльчивость черного зверя. Скоро через зеленую стену стала проглядывать каменная стена. Еще через некоторое время – сами ворота. Извозчик натянул поводья. Зверь злобно всхрипел, но остановился. Хозяин повозки развернулся и заглянул в нее. Там посреди мешков и прочей утвари спал парнишка, облаченный в темные одежды монашеской школы. Верхняя одежда напоминала что-то похожее на длинную тунику или мантию. Просто выполненная, не из одного куска ткани, а более сложно, чем могло бы показаться. Примерно такого же темного цвета штаны и тряпочные ботинки, выше щиколотки. Обычный сельский парень никогда бы не щеголял в таких ботинках. Впрочем, до колен они не дотягивали, не на манер богатого асирианина.
[прим. – асири или асириан – это раса, внешне не отличающаяся от homo sapiens, просто живущая на просторах иного мира.]
– Приехали! – крикнул извозчик. Парнишка невольно дернулся и посмотрел на хозяина телеги сонным взглядом. – Приехали, говорю. Слазь.
Парень лениво протер глаза. Приподнявшись, он порылся в вещах и извлек оттуда широкую сумку, набитую книгами. Еще немного покопавшись, паренек сполз с телеги. Не успел он и глаз протереть, как повозка снова тронулась, окунув бедолагу в облако пыли. Парень откашлялся, и только когда пыль рассеялась, смог рассмотреть местность, где оказался.
Это был Эмримал. Вроде как расположен практически на границе Олдареи и земель древодов, рядом с известной Железной горой. Весь город утоплен в растениях и деревьях. Больше напоминая руины в глубине леса, чем жилой город. Низкие дома с причудливыми крышами легко сливались с общим фоном. Их четырехсторонние крыши с небольшим возвышением в центре были украшены зеленой черепицей. Чем-то напоминали листы огромных папоротников, что росли в более жарких, южных районах дола Марохта. Черепица, почти наверняка крашеная – но это так необычно выглядело.
Город вообще не похож на боевую крепость. Нет рва, наполненного всякой непотребщиной. Только небольшой окоп с кольями. Привычные каменные стены и сторожевые башни. Но также нет моста или каких-то иных укреплений. Да и крепость относительно молодая. Поговаривали, ее построили во втором или третьем веке этого времени...
Парнишка приблизился к массивным воротам. Стоило ему оказаться достаточно близко, как его окликнул стражник:
– Чего тут шатаешься? Отребье не пускаем!
Светловласый паренек посмотрел наверх. Со сторожевой башни на него смотрел человек, во вполне типичной для этих мест броне – покрытой, может, краской, может, еще чем-то, придающим почти оранжевый цвет кольчуге. Похожую на чешую ящерицы больше, чем на обычную кольчугу. И такой же типичный шлем с полумаской, закрывающий часть лица.
Парнишка запустил руку в сумку и извлек пергамент.
– Я прибыл на обучение к мастеру Феатуру. Олрид, ученик монастырской школы. Вам, вроде как, должно было придти письмо от моих наставников.
Стражник на стене на время скрылся из поля зрения. Парнишка уже стал сомневаться в том, что он снова увидит его небритую морду, но ошибся. Ворота со скрипом отворились, а сверху, у стены, как раз и выглядывал тот самый стражник. Парнишка невольно отшатнулся назад, когда ему навстречу вышел солдат в чешуйчатой кольчуге с саблей на поясе. Солдат, подойдя, отобрал пергамент с записью.
– Если нужно, я могу прочитать, – пролепетал парнишка.
– Не стоит. Меня этому научили в купеческой школе, – солдат принялся читать. Очень долго.
Олрид не придумал лучше идеи, чем осмотреться. Тут было много зеленых растений. Предположительно sibsis kanum, или как еще называют в простонародье – папоротник крупнолистовой. В медицине бесполезный, но вот его ближайший родственник – костнолист, – весьма неприятен. Пусть для человека и не смертелен, но вызывает аллергические реакции. Еще проглядывались какие-то лианы.
– Да, в самом деле. Прислан в качестве подмастерья мастеру Феатуру?
Паренек снова вздрогнул:
– Да.
– Оружие при себе имеете? – стражник вручил свиток обратно его владельцу. – Рекомендую не терять свиток. Мастер Феатур не очень жалует гостей.
Олрид торопливо закивал:
– Конечно... Эм. Оружие? Ну. Его нет.
Шлем у стражника не имел забрала, и легко можно было увидеть часть его лица, как и некоторое удивление. Впрочем, недоумение солдата постепенно сменилось оцениванием. Бегло осмотрев, стражник задержался взглядом на светлой и растрепанной шевелюре паренька. Цвет волос уж очень сильно напоминал серый песок, но то, как они торчали в разные стороны, невольно вызывал смех.
– Прошу за мной, – в итоге произнес он, – а то еще по дороге потеряешься. Время пока спокойное, но от случайностей никто не застрахован.
Олрид нервно сглотнул. Как-то это его не радовало. В стенах его школы ему никто не желал зла. Его, конечно, предупреждали, что в пути могут быть неприятности, но столкнуться с бандитом... Не хотелось бы.
Сжав в руках лямку своей сумки, он направился за солдатом. При каждом новом шаге вглубь города ощущение, что он заброшен, усиливалось. Закрытые ставни, пустые улицы. Олрид стал невольно съеживаться. Стражник в какой-то момент обернулся. Он вдруг приветливо улыбнулся:
– Да не бойся ты. Просто к нам не часто приезжают гости. Там более из ученых мужей, – солдат снова стал серьезным. – Однако, тебе стоило бы научиться самообороне. В округе ошиваются шмауды. Эти верткие твари, напоминающие шакалов сильно нам досаждают, – а потом снова улыбнулся. – Но не волнуйся. Если эта тварь перегрызет тебе глотку, ты об этом точно узнаешь.
Олрид несколько побледнел.
– Ну, спасибо. – тихо произнес паренек.
Улица, извиваясь змеей, уводила все дальше сквозь невысокие каменные постройки. Пока, наконец, не показался странный дом. Его окружал знакомый серотрав: трава бледного-желтого цвета, словно высохшая от старости или солнца. Однако его желтые цветы достаточно ценные... Олрид тряхнул головой. После первичного обучения он уже не может смотреть на мир обычным взглядом.
– Здесь, – стражник остановился и обернулся. – Ну, че? Входи, паренек. Как говорится: заходи – не бойся, выходи – не плачь... Пха-ха-ха! Ну, ладно. Шучу.
Светловолосый парень косо посмотрел на солдата. Все-таки ему кажется, будто он над ним издевается. Приблизившись к дому, Олрид толкнул дверь. Она со скрипом отворилась, что было, наверное, удивительно. И менее удивительно, если пришлось бы стучаться, дабы хозяин ее отворил.
Первое, что заметил Олрид еще с порога, так это вполне невзрачный деревянный пол и частично мебель. Похоже, тоже сплошь из дерева. Просто, но вполне уютно. Не сказать, что Олрид был чем-то сильно удивлен... Но он почему-то ожидал увидеть нечто больше, чем простое жилище. Однако практически каждая мелочь занимала отведенное ей место. Не было даже малейшего бесполезного пространства. Повсюду были сушеные травы, инструменты, колбы. Множество полок, и явно не один стол, заваленный всей этой утварью. Еще проход, ведущий в другую комнату, но главное, что посредине всей этой комнаты стоял вархад. Вполне обычный для своей расы: не очень высокое существо, похожее на асири. Опиралось оно на пальцы, да и в целом ноги наполовину напоминали лапы зверя. Только имели два сустава, вместо одного колена. Это Олрид знал, даже не присматриваясь. В темно-коричневых обычных, простолюдных одеждах, слившихся в одну непонятную монотонную массу. Желтые глаза с вертикальным зрачком пристально следили за пареньком. Приметно, что у его глаз было практически прямое верхнее веко. И огненно-рыжий цвет волос, какого не бывает у асири. Еще это существо отличали когти на руках и ногах, заостренные назад уши, выглядывающие из-под волос.
– Кого вы мне привели, помощник командира? – вархад прищурил глаза. Вроде обычный жест, но отчего-то пареньку стало не по себе от этих прищуренных звериных глаз. – Он, вроде, не похож не больного.
– Так это к вам, – Олрид услышал голос за своей спиной. – У него грамота. Указано ваше имя.
Олрид попытался улыбнуться, но врать он не умел. Так, что вряд ли эта улыбка была искренней, скорее фальшивой и натянутой.
– А... – светловолосый паренек указал на вархада. – А это кто?
– Мастер Феатур. А кого еще ожидали увидеть в моем доме? – задал встречный вопрос вархад.
На короткий миг он словно еще сильнее прищурился. А после вархад приблизился к Олриду. Внимательно осмотрел и бесцеремонно выхватил свиток из рук паренька. Олрид только сейчас понял, что забыл его убрать в сумку. Вархад достаточно быстро все прочел. Его взгляд немного сменился – стал чуть добрее, что ли.
– Но... Но разве вы не должны были быть асири? – Олрид еще не верил тому, что слышал. – Мне... Казалось, вы будете выглядеть иначе.
Вархад снова сверкнул злобным взглядом:
– Да что ты? А я думал, что мой ученик окажется смышленым, но как видишь никто не получает то, что хочет, – мастер Феатур обратился к стражнику. – Можете идти. Мы сами со всем разберемся.
Олрид обернулся. Стражник был еще тут. Впрочем, не долго: после слов вархада удалился. Огненноволосый вархад закрыл дверь. Олрид даже как-то неловко стал себя чувствовать в компании зверолюда. Не то чтобы он сомневался в том, что его учителя могли направить его к плохому... «человеку», но все же остаться в компании с вархадом... Их анатомия располагает к более хищному типу, чем асири, которые ближе к травоядным типам. Хотя радость в одном: оба типа преимущественно всеядны. Однако когти... И зубы... Несколько настораживали.
Вархад не замечал страха в поведении своего нового ученика. Он вел себя настолько... Безразлично.
– Какая польза от корней нимраты?
– Что? – Олрид растеряно посмотрел на вархада.
– Желтые пятна и кровавые волдыри признаки какой болезни? – вархад задал новый вопрос.
– Э... Ну... Я не повторил. – паренек невольно смутился.
Он как-то не ожидал, что его сейчас начнут расспрашивать.
– Тебе привели человека. Он мочится под себя и сплевывает кровь. Что нужно делать? – вархад продолжал спрашивать.
– А... – Олрид перевел взгляд в сторону. – Ну... Явно, это инфекция... А... Может быть повреждена нервная система...
– Тебя вообще чему-нибудь учили в твоей школе? – сказав это, вархад отошел в сторону, приблизившись к одному из столов.
– Я только-только приехал. Я еще не отдохнул и не повторил материал...
– И что? – мастер-лекарь перебил его. – Думаешь, кто-то будет ждать, когда ты подготовишься, почешешь яйца и родишь какой-нибудь вердикт? Ты лекарь. Всем плевать: уставший ты, живой или мертвый. На твоей ответственности жизни сотен – если не тысяч – этих жителей. Все. Совершенно все будут обращаться по любому поводу... Набери пока воды из колодца и протри инструменты, включая столы. Ведро тут, – вархад приблизился к одному из столов и выдвинул своей лапой ведерко. – Тряпка там же.
Олрид отвел взгляд. Ему было как-то скверно. Однако он все же решился спросить:
– Но можно же это сделать чуть позже? Я еще после дороги не пришел в себя.
Вархад перевел на парнишку свои звериные глаза. Некоторое время он молчал, и Олрид уже был готов услышать отказ, однако ответ его все же удивил. Даже обрадовал.
– Да, если ты отдаешь себе отчет в том, что бездельничать не получится. Не затем меня уговаривали взять тебя, чтоб стал дополнением к мебели, – вархад указал на проход. – Там есть лестница наверх. Только во вторую комнату, где дверь, не проходи. Туда тебе еще рано заглядывать. Лестница ведет на чердак, там спальня, – на миг лекарь задумался, – можешь расположиться на моей кровати. Ты, вроде, не такой уж и высокий. Должен уместиться.
Парнишка кивнул и направился в указанное место. Сейчас он был просто разбит и подавлен. Как-то по-другому ему виделся приезд в незнакомый город. К своему новому наставнику ему еще придется привыкнуть. Олрид остановился, когда оказался в проходе. Достаточно узко. Несколько непривычно после монастырской школы. Слева от него действительно была лестница, а вот впереди... Та самая загадочная дверь. Паренек еще немного постоял в задумчивости. Ему было интересно, что за этой дверью. Почему в нее нельзя входить? Почему только сейчас? Значит, потом будет можно? Но своего нового наставника ослушаться не решился. Все же сомнительно, чтобы он ему стал запрещать что-то просто так. Да и учителя... Они же не могли его послать какому-то опасному психу? Олрид съежился от собственных мыслей. Пока его все если не пугало, то настораживало.
Поднявшись по лестнице, он обнаружил совсем уж маленькое помещение. Только в центре комнаты было более-менее просторно. С других же сторон давили стены. Да и лестница располагалась неудобно: приходилась прямо на ней разворачиваться, чтобы пройти дальше. Просто она упиралась в стену, а помещение было позади нее. Может, вархаду было и нормально так лазать, – родина их вида, как-никак, был тропический лес, – а вот асири – не очень.
Олрид повалился в одежде на постель. Ее владелец не поскупился и потратил время, чтобы ее застелить. Парень обдумывал все произошедшее. Не самая лучшая встреча. Долгий и утомительный путь. Олрид даже начал скучать по занудствам в монастырской школе при ордене Медного тюльпана. Олрид не особо интересовался орденами. Однако он примерно знал, что орден тюльпана один из самых расположенных к наукам. В том числе и к старой. Хотя и относится к ним с опаской. Собственно, благодаря этому Олрид и выбрал путь лекаря. Залы монастыря были завалены полезными книгами. Вроде как он был частью какого-то культа.
Олрид перевернулся на бок. Только сейчас обнаружил, что от растерянности он совсем забыл с себя снять сумку. Кинув ее на пол, Олрид снова лег. Ему еще выполнять поручения его учителя. А пока у него будет время отдохнуть... И привыкнуть.
Запись 2
Прошла уже пара дней, а Олрид все не мог привыкнуть к своему хвостатому наставнику. Феатур не подпускал своего ученика к больным, пока контактировал с ними сам. Олрид же просто наблюдал и отвечал на встречные вопросы наставника. Молол травы, готовил смеси и масла. И мыл за всеми. Вот так просто. Устроился учеником, а в итоге убирает и ничего толком не делает.
Как и в этот раз. Взявшись за ступку и пестик, снова измельчал растения. Тогда как мастер Феатур осматривал нового пациента. Тот не был болен – скорее травмирован. Вархад внимательно его осмотрел, после резким движением вправил руку обратно.
– А-а-а-а!
– Тише, – Феатур еще раз внимательно осмотрел руку бедолаги. – Все нормально. Как боль и отек пройдет, наведайтесь ко мне. А пока я дам вам немного трав, которые нужно будет заваривать и пить. Они помогут утихомирить боль. И ускорят снятие отека. Работать на полях не нужно. И если кто-то вякнет что-то на этот счет – сразу пошлете его ко мне. Посидите, пока я не закончу, – мастер повернулся к Олриду. – Принеси плотную ткань со стола с инструментами.
Пациент хотел было притянуть больную руку к себе, но Феатур крепко его держал. Олрид отложил ступку с травами. Он приблизился к нужному столу, однако закопошился. Среди множества странных инструментов, иногда очень сильно напоминающих пыточные, Олрид все же откопал обесцвеченную тряпку. Собрав в кучу, паренек отнес ее мастеру. Феатур снова обжег ученика злобным взглядом и только после этого принял предмет. Лекарь ловко обмотал больную руку, плотно закрепив ее нужным образом.
После Феатур направился к другому столу. Покопавшись с полками, где уже были заготовлены молотые сушеные травы, корни и даже грибы, он набрал нужные мешочки и взял один пустой. Быстро что-то намешал, вручил сверток воющему пациенту.
– Вот, – вархад сунул в здоровую руку сверток. – Одну щепоть на один стакан. И не больше. В противном случае – отравитесь. И серьезно.
Пациент еще поскуливал от боли, но вроде как кивнул, или Олриду так показалось. Однако мастер был неугомонен. Набрав в новый мешочек новые травы, вручил их уже самому Олриду. Парнишка даже не сразу понял, что от него хотел мастер, настолько он был обескуражен действиями учителя.
– А тебе нужно отнести эти травы в дом Тессеры. Я буду здесь, если этому незадачливому работнику станет плохо. Если потеряешься, обратись к помощнику командира. Этот тот самый марохта с идиотской манерой шутить, – мастер немного подождал и внезапно добавил, – ты меня услышал?
Олрид тряхнул головой. Он посмотрел в глаза своему учителю, но ничего, кроме привычной холодности не увидел. И пугающего звериного взгляда.
– Да, мастер, – отозвался Олрид. – Я вас услышал.
Паренек выхватил мешок с травами. Покинув дом лекаря, Олрид сильно хлопнул дверью. Спешить выполнять задание мастера он не хотел. Этот... вархад не вызывал у паренька уважения. И его методы тоже. Олрид посмотрел на мешочек с травами. Он его принесет, куда требуется. Не из уважения к учителю, но из сострадания к больному. Вздохнув, светловласый парнишка сделал шаг вперед.
Олрид попытался найти этот дом самостоятельно, но чем дольше он петлял в переулках, тем больше понимал, что вообще ничего не знает о городе. Со временем Олрид уже нервно стал переминать несчастный мешочек трав. Огладываясь по сторонам, он видел лишь каменные стены. Зеленый цвет трав, что тут и там торчали из камня, не вызывали надежды. Скорее, это все больше напоминало кладбище или склеп. Где-то сбоку раздался стук, но когда Олрид обернулся, увидел лишь задвинутые оконные ставни. Олрид невольно стал пятиться назад, но тут он в кого-то врезался. И сразу же нечто хлопнуло его по плечу. Парень вскрикнул и отпрыгнул в сторону.
– Ты заблудился или как?
– Что? – Олрид все еще отходил от шока. – Нет. Да. Наверное. А кто ты?
– Страж города, что очевидно, – не задумываясь ответил солдат. – Что ты тут шатаешься без дела? Ты ведь приехавший недавно в город ученик лекаря? Я прав?
Олрид немного замешкался, но спустя время кивнул:
– Да. Так и есть. А... А где дом Тессеры? Вы знаете?
– А? – Солдат на миг задумался. – А разве он не на карантине? А... Ну да. Ты же помощник нашего лекаря. Ну... Может... Имеет смысл заглянуть в тот дом. А то, может, стоит уже тело выносить.
– Что? Какое тело?
Солдат не ответил. Еще немного подумав, махнул пареньку рукой:
– Ладно, иди за мной. Я проведу до того дома.
Развернувшись, страж направился в сторону, откуда пришел Олрид. Паренек, еле успевая за стражником, направился следом. Свернув бесчисленное количество раз в этом каменном лабиринте, солдат таки остановился около неприметного дома. Олрид глянул на вход. Никакой таблички или еще чего-то не было.
– Так, когда выйдешь, скажешь: есть там живые или нет... Только слишком близко ко мне потом не приближайся.
Олрид обернулся на солдата. Он явно не понимал суть происходящего, но все же решился приблизиться к двери. Осторожно подойдя к двери, светловласый Олрид несколько раз постучал. Прошло немного времени, но никто не открыл. Собрав остатки смелости в кулак, он с силой стукнул по дереву. В ответ лишь тишина. Олрид обернулся. Сам не понимая зачем. В трех или четырех шагах стоял солдат. Он молчал и просто смотрел на подмастерье лекаря. Олрид ощущал некую растерянность. Он не знал, что правильно было бы сейчас сделать. Он уже хотел рискнуть просто открыть дверь, как та открылась и без его прикосновения. Помедлив, Олрид вошел в дом.
На миг он был ослеплен темнотой помещения. Только потом Олрид увидел, что очутился в полумраке. Окна были закрыты, хотя и не настолько плотно, чтобы все окунулось во мрак. Средь общего сумрака паренек смог различить странную женщину. Она сутулилась, как-то прятала свое тело и лицо под лоскутами ткани. Олрида передернуло от воспоминаний о травах. Похоже, некоторое время он просто стоял, как столб, в попытке осознать происходящее.
– Вот, мастер Феатур просил вам передать травы.
Из-под ткани в каких-то пятнах, показалась рука. В приглушенном свете сложно все разглядеть, вот только... Эти руки были поражены какими-то язвами. Ну, может и не язвами. В этом сумраке подобные странные пятна на коже не вызывали симпатии и выглядели отвратительно. Женщина с каким-то трепетом взяла в руки сверток. Немного выпрямившись, она приподняла голову. Под рваным капюшоном Олрид разглядел темные слипшиеся волосы. Пятна были не только на коже, но и на ткани. Может даже, что это следы от крови. Запах от этих тряпок... Странный.
Коричневые глаза незнакомки глянули на паренька снизу вверх. Словно в них было отчаяние... Или надежда.
– А мазь? Ее... Передадут?
Олрид замешкался:
– Ну... Видимо скоро. Мастер мне пока ее не передавал. И не рассказывал.
Женщина кивнула. Она указала на дверь:
– Приглашать вас в дом не буду. Меньше всего хотелось бы, чтобы и вам досталось. Спасибо.
Олрид вылетел из дома и закрыл за собой дверь. Первое, что он увидел – солдата, что смотрел на него, приподняв бровь. Олрид отстранился от двери.
– Так что? Померла?
Олрид отрицательно покачал головой. Солдат грустно выдохнул и отвернулся, перестав сверлить взглядом растерянного подмастерья.
– Жаль... – продолжал солдат. – Значит, проблемы с ней не закончились.
Олрид только-только стал приходить в себя и примерно понимать, что же произошло. Как и то, как он был близок к зараженному. Вот только... Слова солдата его несколько насторожили:
– Разве можно жалеть о том, что человек еще жив? И так достаточно много умирают, практически постоянно. Разве это не должно ровняться чуду?
Солдат уже собирался уйти, но услышав паренька, остановился. Он повел плечами:
– Да мне почем знать. Просто как бы из-за нее хуже здесь всем не стало. Но... Мастер на то и мастер. Если бы он решил, что она больна чем-то серьезным, то приказал бы ее сжечь. Или закопать где-то в глуши. Где не ходят люди.
– Что?! Мастер? Вы о Феатуре?
– Так о ком еще? – солдат ухмыльнулся.
Олрид задумался. Наверное, сейчас у него было такое же хмурое лицо, как и у его учителя.
– Бывай. Я надеюсь, найдешь дорогу назад. Или провести? – солдат пытался поговорить с Олридом, но тот будто его не слышал. – Э-э-эй? Слышишь? Ну и ладно. Заблудишься – свистнешь.
Олрид промолчал. Солдат немного подумал, но ушел. Ну, и все равно. Олрид хотел повстречаться с мастером, но как-нибудь без лишних людей. У него были к нему вопросы. И ему было все равно, как он это сделает. Даже если уйдет весь день только на то, чтобы добраться до его крохотной лачужки.
Однако, к его великому счастью, весь день на это растрачен не был. Только бесчисленное количество часов. Но пожелтевшую траву Олрид легко отличит от прочих.
С силой распахнув дверь, светловласый парень замер, не дойдя и до середины комнаты.
– Мне нужны ваши объяснения, – Олрид был сейчас просто вне себя. Он не повысил голос, но негодование звучало в каждом его слове. – Как это убить больного пациента? Почему? Зачем? Разве вы не должны их спасать? Почему вы так жестоки к людям, мастер?
Больной с вывихнутой рукой уже покинул лечебницу, и мастер Феатур что-то делал у стола с травами и смесями. Лекарь-вархад лениво отложил ступку. Также медленно развернулся. Только удивленно приподнятая бровь, хоть как-то отличало его от обычной безмятежности. Если не безразличия.
– В чем дело? – лекарь полностью повернул весь корпус в сторону своего ученика. – Испугался своего первого больного? Если да – то лучше беги и откажись от своей работы.
Мастер уже хотел было приняться за свое дело снова, но остановился, когда услышал ответ Олрида.
– Нет, – паренек тряхнул головой, словно отгонял сомнения, – я... Не то... Чтобы испугался... Ну да, я испугался. Это не то же самое, что читать книги, пусть даже с иллюстрациями. Меня волнует другое – ваше холоднокровие и равнодушие. Я живу с вами уже несколько дней, и мне сильно не нравится то, с каким равнодушием вы относитесь к людям.
– И что? – спросил вархад.
– Раве ваша задача не беречь жизни?
Вархад ответил не сразу. Тишину комнату нарушал только скользящий по полу хвост Феатура. Олрид скрестил руки и ждал ответа.
–А ты забавный, – наконец-то разорвал молчание вархад. – Может, даже заслужишь мое уважение, если сможешь придерживаться своей идеи и дальше...
Мастер прихватил пару мешочков примерно одинакового веса. Аккуратно положил их на весы, на одну и на другую измерительную чашу.
– Видишь ли. Я думаю просто: есть две меры. Одна – это люди, что хотят выжить. Другая – те, кто пострадали. Ты можешь, конечно, попытаться угодить обеим. Обеих спасти. Вот только чаще всего у тебя есть лишь одна возможность. Лишь одно из двух можно спасти. Я предпочту спасти большее, используя меньшие потери. Больные все равно умрут без помощи. А жертвовать здоровыми ради спасения и так мертвых я считаю глупым.
– Но вы же лучший! – Олрид вскинул руки. – Лучший врач в округе, если не в королевстве. Как можно быть таким равнодушным!
Феатур молчал и снова ответил не сразу:
– Не лучший. Худший. Худший средь еще более убогих. Ты читал работы Тормида?
Олрид немного остыл. Задумался.
– А кто это? – неуверенно спросил парнишка.
– Жертва обстоятельств, гнусный еретик и просто отчаянный искатель правды. Это не важно. Важно, что история нашего мира видала и лучшие времена, но сейчас в упадке. Уже никто не помнит почему. И все считают это нормальным. Я – нет. Вот и весь рассказ. Так как? Все еще хочешь стать лекарем?
– ...Да, – помедлив, ответил Олрид. – Я именно за этим и пришел. И... – паренек стал припоминать события. – Та женщина... Она спрашивала про какую-то мазь...
– Не к чему. – Феатур снова вернулся к своему делу. – Я ей уже говорил, что засохшие рубцы стоит оставить в покое. И дал тебе все нужное. Ты же передал травы?
Олрид кивнул, но на всякий случай еще и сказал:
– Да. Просто...
– Просто стоит привыкать. Скоро в твоей жизни появиться много таких людей. Медленно, но верно я буду передавать тебе свою работу. От простого. Тем более, будет печально, если ты быстро помрешь. Мне не страшна болезнь. Не так страшна, как тебе.
Запись 3
Обучение Олрида все продолжалось. Паренек даже забыл, сколько времени прошло, пока живет у мастера. Он уже почти привык к своему странному учителю. И дело было не только в своеобразной внешности. Феатур и поведением иногда вызывал подозрения. Вечно задерживается допоздна, все время что-то протирает и прячет в коробке. И это не считая запрещенных книг, которые он любит хранить в спальне. Сам Олрид стал как-то равнодушен к длинным, чуть лохматым ушам, хвосту и когтям своего наставника. Если в монастыре, где он проходил обучение, были в основном люди, подобные ему – асири, – то за последнее время смог увидеть разнорасовых существ. Так что такое расхождение во внешности его уже не смущало.
Но, так или иначе, мастер свое слово держал. Он доверял Олриду часть своих пациентов. В каких-то случаях просто наблюдал со стороны, иногда давая советы или поправляя еще глупого ученика, когда вообще не следил. Всеми сложными больными Феатур занимался сам. В свободное время Олрид был вынужден изучать дополнительные книги, которые хранил мастер. Так что чувство усталости и сонливости стало почти родным, сопровождая ученика изо дня в день.
Сам мастер ушел еще утром к барину. Просить средства на новые перевязки и что-то там еще – Феатур не разъяснил все своему подмастерью. Любит он иногда о чем-то умалчивать. Несущественном и не касающемся их основной работы, но как же это раздражало Олрида.
Зато в этот раз было много раненных солдат. Именно ими и был занят подмастерье лекаря. Промывая раны, накладывая обесцвеченную, чистую ткань, лишь иногда берясь за иглу и сшивая края. Как и сейчас Олриду приходилось соединять края рваной раны. Повезло ему в том, что солдат не сильно дергался и терпел. В противном случае все было намного хуже. А боли терпеть приходилось много – крупная игла, которая легко умещалась в пальцах, но крайне проблематичная в деликатной работе. Мельче просто не было. Мастер и так у себя хранил практически все самое лучшее, что могло позволить нынешнее развитие. Как говорил сам Феатур – лучше, только в Эльвасе.
Покончив с самой раной, Олрид устало протер лоб. Он взглянул на свои руки. Все пальцы в крови. Это уже обычное зрелище. Вымыв их в ведерке, взял приготовленный ранее лоскут ткани. Этот был пропитан в специальной жиже, столь сильно пахнущей травами, дожидавшийся своей очереди. Положив лоскут, Олрид поверх него обмотал раненого уже обычным куском ткани.
Теперь с еще одним покончено. Олрид выпрямился и осмотрелся. Оказывается, пока он занимался этим, другой солдат не удержался и стал изучать вещи наставника.
– Я же просил ничего не трогать, – Олрид прихватил ведерко и миску с жижей.
Солдат обернулся:
– Так я ничего и не трогаю. Только смотрю. Вот скажи, что Феат тут хранит? Зачем все эти колбочки, стеклышки, еще странные железки... Выглядят они несколько зловеще. Не знай я мастера, решил бы что тут живет палач. И тот ящик внизу, под столом. Зачем он?
Олрид поставил ведро и миску рядом с солдатом.
– Затем, что так надо, – парнишка отошел, чтобы взять новые бинты.
Олрид слышал, как за его спиной солдат вздохнул. Вернувшись обратно, начал осмотр. В целом ничего серьезного – несколько порезов и не особо кровоточили. Но обработать надо. При осмотре Олрид заметил уродливый шрам на шее, который тянулся по шее от подбородка до ключицы.
– Да-а уж... Вот что бывает, когда живешь с нелюдимым вархадом безвылазно. А ведь когда приехал в город казался добрее.
Олрид на миг замер:
– А мы...
– Виделись, – подтвердил догадку солдат. – Вальтазар. Командующий отрядами и один из подручных командующего. Или проще: помощник командира, полусотник. Короткая же у тебя память.
Олрид прихватил еще ведерко с раствором. Выловил оттуда лоскут ткани и принялся протирать раны.
– Просто без доспехов я тебя не узнал, – пояснил паренек.
– Вот как, – назвавший себя Вальтазаром на миг сжался, но обнаружив, что раствор никак не проявляет себя, расслабился. – Что это вообще такое? Оно так странно пахнет. Тс-с. Нет, все же жжется.
– Мастер сказал: надо обработать. Значит, надо. Я уже почти закончил, подожди еще немного, – покончив с обработкой, Олрид принялся перематывать пострадавшую руку. Только что делать с новым шрамом на лице он пока не знал. – Что вообще произошло?
Вообще этот Вальтазар, несмотря на диковинное имя, внешне мало чем отличался от любого другого марохта, особенно живущих южнее. Немного смуглая кожа, русые волосы. Нет рогов, хвостов, когтей или клыков, все в приделах нормы асири.
– Ну-у, я же тебе говорил про шмаудов. Так вот вчера часть таких пробралась в город. Правда не одна, там еще какая-то нежить была. Пришлось с ними разбираться. Снова. Обычное дело.
Олрид взял нож и отрезал ненужный кусок ткани. Закрепил его, после чего обратился к солдату:
– Так. Если я сейчас наложу перевязку на лицо, говорить тебе будет трудно. Можешь мне рассказать о моем учителе?
Солдат сначала глянул на Олрида с недоумением, потом задумался.
– ...Что я могу сказать, – неспешно начал он, – ну, вархад. Приехал к нам несколько лет назад. Имел дела с каким-то орденом. Но о его личной жизни мне ничего не известно. Кто-то, правда, говорил, мол, его подруга то ли его бросила, то ли умерла... Но это слухи. Про него любят слухи пускать. Вот, к примеру, знаешь, что говорят? Говорят, он у себя в доме хранит запрещенную книгу. Где всякое колдовство записано. А еще, будто он бродит по ночам и выискивает что-то. По всему городу. Около ворот кладбища с захоронениями, урнами и склепами. Одни говорят, что он из Канбрана приехал, другие – что тут всегда был.
– А что из этого правда?
– Откуда я знаю. Я этим слухам не верю, но... Феатур такой вархад... Про него волей-неволей начнешь плохо думать.
– Ладно. Спасибо, что сказал. А теперь замри и дай мне наложить последнюю повязку.
С головой все же были проблемы. И так крутил эту ткань, и этак, но все же смог закрепить перевязку, чтобы не спадала. И рану прикрывает. Вроде все удалось. Только теперь этот Вальтазар будет все частично видеть. Ну, что поделать. Так неудачно подставился под удар, что шрам через все лицо будет.
Места для раненых в доме не было, так что, помогая друг другу, они разошлись. Олрид хотел бы им помочь, но ему нужно ждать мастера. Присев на пороге он его так и ждал с раскрытой дверью. Медленно его стало клонить в сон от безделья. То просыпаясь, то засыпая, он ждал, уже даже не помня чего. До тех пор, когда кто-то, незаметно к нему подошедший, пока он был в плену дремоты, не потрепал за волосы.
Олрид неуверенно поднял голову. Это был Феатур. Рыжий вархад как всегда хмур. Наверное, еще и зол. Светловолосый паренек поднялся и ушел с порога, освобождая дорогу своему учителю. Феатур просто молча зашел в дом. Олрид не стал его расспрашивать, только закрыл дверь.
– Найди мою сумку на чердаке. Мы уедем на время, – Феатур произнес это не злобно, а словно с какой-то досадой.
– Зачем?
– Затем. Хозяин велел уехать в деревню в его владениях. Там есть какая-то проблема. Не эпидемия, но тамошний знахарь беспокоится. Тебя тут не оставлю. Не настолько опытный. Еще по дури своей кого-нибудь погубишь. Так что поедешь со мной.
Олрид устало протер глаза.
– Но ведь город останется без лекаря, – пробормотал парнишка еще не отойдя от дремоты.
– Ну и что? Я сказал это там, скажу и сейчас – один ты не останешься. Так что собирай, что у тебя там было, когда приехал. И поедем.
Феатур стал собирать что-то со столов. Некоторые инструменты, какие-то редкие травы. Прихватил странную бутыль с белой жидкостью. Еще одну с темно-зеленой и еще какую-то блеклую. Прихватил странную коробку с пола и направился на второй этаж дома.
Олрид так и не проснулся – лишь медленно побрел вслед за наставником. Не успел он добраться до лестницы, как с нее уже спускался вархад-лекарь. Он кинул в лицо ученику его сумку. Чем-то набитую, но это были не только книги. Олрид не смог во время поймать руками брошенную сумку, и та врезалась в его лицо. Сразу взбодрившись, Олрид поймал сумку только у самого пола. При том несколько раз чуть не выронив. Заметив недовольно сверкающие глаза мастера, Олрид растерянно улыбнулся. Вархад, недовольно скривившись, просто обогнул своего ученика. Прям как коты, которые пролезут в любую щель, лишь бы морда протиснулась, так и Феатур легко протек мимо. Только слегка задел Олрида в узком проходе.
Паренек глянул в спину своему учителю. Иногда он ему уж слишком сильно напоминал какого-нибудь зверя.
Олрид накинул сумку на плечо и заглянул в зал, где перекладывал вещи Феатур. Паренек наблюдал за мастером. Знакомство с вархадом лично существенно дополнили его знания об этих существах. Конечности вархада были длиннее тела и практически одинаковыми, хотя у асири ноги все же длиннее рук. Его покрытый шерсткой хвост напряженно извивался и качался из стороны в сторону. Уши неподвижны, но достаточно мягкие и легко гнулись, так что вархад даже не замечал, если что-то начнет их задевать. Только изредка встряхивал головой от неприятных ощущений. Вертикальный зрачок суживался в полоску от ярких бликов склянок, но практически сразу расширялся в полумраке. И голова вархада практически повторяла голову любого другого человека. У них есть что-то похожее на короткую бородку и усы. Правда мастер их никогда не стриг, да и за все эти дни она практически не менялась и всегда была короткой. Олрид прочитал в одной из книг мастера, что это из-за общего происхождения. Вот только ученику сложно было представить, что все расы имеют общее происхождение. Хотя и оспорить эту теорию было сложно. Все же не смотря на различия – в общих чертах строение схоже...
Собрав все нужное, вархад направился к двери, Олрид вслед за ним.
– И все же почему он может вот так просто направить вас в совершенно любую деревню или даже город?
Феатур закрыл дверь и стал возиться с хитроумным ключом, который двигает задвижку с внутренней стороны.
– Не в любой, – произнес он. – Таковы наши договоренности: под моим контролем поселения в его владениях – он снабжает меня всем необходимым.
Вархад отошел от двери и направился вниз по улице.
– Но в тех деревнях есть же знахари?
– Во-первых, не везде, во-вторых, они не получали особых знаний.
Олрид какое-то время следовал за наставником. Местные жители так же предпочли не покидать своих домов. Светловолосый перевел свой взгляд на спину наставника.
– А инструменты вам тоже хозяин земель предоставил?
– Нет, – вархад даже не обернулся. – Это все я привез с собой. Еще с тех времен, когда был странствующим лекарем.
Олрид немного смутился: – Вы когда-то странствовали?
– Было дело. Селился в одном городе переезжал в другой. Сейчас я уже стар, да и вещей слишком много скопил.
Они уже спустились к воротам города. На небольшом пространстве у ворот их уже ждала телега с несколькими солдатами. Феатур не произнес ни слова. Просто легко взобрался на повозку, даже не смотря на набитую чем-то сумку.
– Знаете... Вы не очень похожи на старого, – с этими словами Олрид закинул сумку в телегу и только потом забрался сам.
– Внешность обманчива. Если я еще не поседел, не означает, что молод, – вархад скрестил руки на груди.
Солдаты тоже забрались на повозку, и телега тронулась. Олрид посмотрел на отдающиеся ворота. Перевел взгляд на учителя. Вархад-лекарь вытянул свои крысиные лапы, на которых как обычно ничего не было. Асирианская обувь на него не налезет, но почему он даже обматывать их не пытался? Может, ему так было удобней. Олрид развернулся и посмотрел на дорогу. Они направлялись куда-то на северо-запад, в совершенно противоположную сторону от тех краев, где бывал Олрид.
Запись 4
Олрид проснулся, когда почувствовал, что телега едет быстрее. Сонно протер глаза и осмотрелся. Все те же заросли, разве что стали еще гуще. Деревья тоже немного сменились, все выше, крупнее, все больше тянулись к солнцу, все больше оттеняя землю. Где-то позади повозки слышался странный хрип. Олрид, придерживаясь за край, приподнялся. За повозкой бежали какие-то существа. С коричневой шерстью, тонкой вытянутой мордой и огромным пушистым хвостом. Напоминали обычных шакалов, но уж больно худые, более высокие. С другим узором на шкуре.
– Расслабься, парень, – Олрид обернулся на солдата. – Скоро они отстанут. Главное из повозки не выпади.
Олрид опустился обратно. Да, если он упадет и останется жив, то точно доставит всем немало неприятностей. Если эти существа его сразу не загрызут. Какое-то время они бежали за повозкой и тявкали в след, но потом отстали. Еще спустя некоторые мгновения молчания, повозка сменила ритм. Совсем медленно плетясь по дороге, она продолжала путь.
День уже сменился ночью, пока Олрид спал. Путь освещал огромный фонарь с кристаллами внутри, что был у управляющего телегой солдата. Олрид осмотрел людей в телеге: его наставник спал, словно его ничего не беспокоило, солдаты тоже, но, видимо, по очереди. Олрид попытался что-то еще рассмотреть во тьме. Но, увы, ничего большего, чем то, что освещали кристаллы. Олрид глянул на небо. Темно. Совсем темно. Луну и звезды затянули темные облака. Только звуки как-то создавали картину... Фырчанье лошади, шум колес и ночных насекомых.
Путь все продолжался и продолжался. Олрид уже стал подумывать, что это будет длиться вечность. Пока через тьму не начали проглядывать очертания деревянных заборов и домов. Только сейчас телега остановилась. Олрид нагнулся и попытался растрясти наставника. Вархад шумно задышал и открыл глаза. Олрид снова расслышал странный хрип при выдохе у мастера. Если раньше он этому не придавал значения, то сейчас он понимал, что это с чем-то связанно. Но боялся спросить мастера.
– Где-то должна быть таверна, – сказал один из солдат, когда спрыгнул с телеги. – Можем ее поискать, пока ночь.
– Вы, может, туда и направитесь, когда выдастся свободное время. А мне нужно встретить местного знахаря, – с этими словами вархад встал и спрыгнул с телеги.
Олрид приблизился к краю, чтобы посмотреть все ли с мастером в порядке. Вархад медленно выпрямился и отряхнулся.
– С вами все в порядке? – на всякий случай уточнил Олрид.
– Да. Просто замечательно, – недовольно отозвался Феатур и почти сразу согнулся от сильного кашля. Помедлив, он обратился к своему ученику, – сумку передай.
Паренек сделал, что потребовал мастер, только после этого сам поспешил слезть с телеги. Феатур напряженно всматривался в темноту, но далеко не отходил, ждал, когда солдаты распрягут животное. Олрид приблизился к своему учителю. Он вообще ничего дальше фонаря не видел, и, наверное, учитель тоже. Паренек заметил, как глаза вархада мелькали то в одну сторону, то в другую. Но почему-то он сейчас был уверен, что мастер ориентируется скорее на слух и обоняние, чем на зрение.
– Может, все же дождаться утра? Там ведь нет ничего страшного? – неуверенно произнес Олрид.
Но мастер не ответил. Он извлек из сумки мутную бутыль. Кое-как подавляя кашель, он выдернул пробку и отхлебнул какую-то жидкость. Феатур успел убрать бутылку до того, как к ним подошли солдаты. Олрид не решился расспрашивать учителя. Может быть, потом.
Вместе им пришлось пробираться в темноте по селу. Один из солдат, взяв под узды лошадь, их покинул, когда они проходили мимо таверны. Оставшиеся двое сопровождали неугомонного вархада. Олрид невольно сжимался. Ему все это не нравилось. Просто так будить людей посреди ночи... Но с мастером спорить не решался. Только оказавшись рядом с домом на отшибе, их поиски увенчались успехом. Дверь им открыла какая-то женщина. Пока она разговаривала с Феатуром, Олрид рассматривал черепа кошек и прочих мелких животных, висящих перед входом в дом. Договорившись, вархад поволок своего ученика в дом. Солдаты тут их покинули.
– Долго же вы до нас добирались... Лекарь, – произнесла дама. – Как, в общем-то, я и просила написать в письме: вроде как не слишком опасно... Вот только у меня не получается помочь этим людям.
Олрид предпочел отвести взгляд от женщины. Рассматривать ее пока она в ночнушке он не хотел – испытывал стыд и смущение. В отличие от своего наставника.
– А чем пытались их лечить? – сразу спросил вархад.
– Да вот. Всем, что есть.
Дом освещал небольшой кристалл, и рассмотреть что-либо было проблематично. Пучки трав и кореньев развешенные на стенах и полках. Вполне скромное, небольшое, но приятное глазу жилище. Второго этажа или чердака тут не было. Просто комнатка, что была и прихожей, и местом, где готовились отвары. Наверно, здесь же она и принимала больных. Небольшой стол и скамья – считай, единственные украшения этой комнаты. Олрид мог заметить проход в еще одну комнату. Может, там была спальня.
– Я так полагаю, этих людей я смогу найти в их домах?
– Да... – Олрид услышал, как женщина зевнула. – Вот приехали бы вы пораньше... А так. Только если завтра утром.
– Можете пойти пока поспать. Я осмотрю, чем вы пользуетесь.
– Чтобы меня ограбили? Еще чего!
Феатур резко прищурился и поистине угрожающе посмотрел на женщину:
– Жалкие пожитки меня интересуют меньше всего. Мое дело быстро во всем разобраться и так же быстро вернуться в город.
Вархад не дождался разрешения женщины и принялся осматривать высушенные растения. Олрид оглядывался то на женщину, то на учителя.
– Хм... – женщина снова зевнула. – Ладно. Пусть так. Я надеюсь, моя кровать останется для меня?
– Конечно, – Феатур не оглянулся на хозяйку дома, когда ей отвечал. – За нас беспокоиться не придется. Придумаем.
Женщина безразлично повела плечами и скрылась в другой комнате. Олрид непроизвольно сжал лямку своей сумки. Он обернулся на своего учителя. Вархад полностью поглощен своим занятием. Когда же мастер отвлекся, то сразу поманил к себе ученика.
– Все же правильнее было дождаться утра, – пробормотал Олрид, когда приблизился к мастеру. – Мы зря потревожили человека...
– Ничего не зря. Узнаешь травы и коренья?
– Да, – Олрид старался говорить тихо. Приблизившись к мастеру, он указал на большой пучок травы, покрытой колючками, – пустынный колютрав, – Олрид указывал на другие растения, называя тех, которые узнавал, – серотрав. Коренья зломневой травы. Синяя язычница...
– А в общем? Что это означает?
– Ну... Я... Пока не понимаю.
– Зато я понимаю. Это что-то необычное или очень серьезное. Почти все, что тут есть, используется для местного применения и не требует особых изощрений. Или знаний. За исключением нескольких растений. Но это скорее шаманства, переходящие от поколения к поколению. Мне уже не терпится взглянуть на эту чудо-заразу. Жаль, что время неудачное... – мастер осмотрелся. – Если уместишься на лавочке, можешь идти поспать... Я же пока еще пободрствую.
Феатур еще прошелся по комнате. Он остановился около странных растений. Прикрыв рукой рот, вархад задумчиво осматривал местные травы.
– Может, дойти до таверны? – осторожно спросил Олрид.
– Долго. Вряд ли там найдется столько мест. Да и ночные твари сейчас бодрствуют. Иными словами: я не пойду. Если хочешь рискнуть, дерзай, – вархад так не и отвлекся от изучения растений.
Олрид не решился выйти во двор в одиночку. На улице в деревне никого не было, а вот ночные существа, да – будут для него угрозой. Не придумав ничего лучше, он решил уснуть на скамье. Пол не вызывал особого доверия и расположения, а вот скамья казалась более приятным местом для сна.
Проснувшись уже в который раз, Олрид все так же следовал за мастером. Тело болело от неудобной скамьи, но светловласый паренек мог стерпеть недуг. С утра мастер сразу решил навестить больных. Перед самым входом в их жилища, Феатур остановился и полез в сумку Олрида. Тот ее до сих пор таскал с собой, как и мастер. Покопавшись, вархад извлек из сумки две накидки, перчатки и две маски. Хотя, наверное, маска это слишком громкое название для двух тряпок с веревочками. Мастер надел все три предмета, и передал пареньку только вторую маску и накидку. После извлек еще два небольших мешка и надел их на лапы. Олрид невольно ухмыльнулся, такой импровизации наставника. Хотя чего там. Они сейчас оба выглядели странно.
Оставив сумки снаружи, под охрану солдатам, они направились вовнутрь дома. Феатур прошел первым, Олрид – следом. Внутри дом мало чем отличался от любого другого. Разве что в полумраке можно было разглядеть какие-то разводы на стенах. Редкие, высохшие. Странный запах.
Долго бродить не пришлось. Мастер сам осматривал больных. Олрид держался немного поодаль и наблюдал за всем. Болезнь поражала не весь организм, а лишь какие-то его части. На коже виднелась странная темная корка. Потрескавшаяся, с мерзкой желтоватой слизью внутри. Вся семья была ей поражена. Просто кто-то больше, у кого-то – только начиналось с небольшого темного пятна.
– Мастер, вы знаете, что это? – прошептал Олрид.
– Я тебе потом скажу, – так же тихо ответил вархад.
Феатур еще поспрашивал больных о том, когда они заразились, попросил показать средства, что давала знахарка. Было ли что странное в окружающем мире. Было ли массовое бегство животных или еще какое странное поведение. Получив какие-никакие ответы, Феатур направился к выходу. Олрид пошел следом.
– Мастер? – снова спросил светловласый Олрид, когда вышел из дома.
Феатур кивнул:
– Скоро объясню. А пока что... Стоило бы осмотреть окрестности. После я скажу, что обо всем думаю.
Вархад прищурился и неодобрительно глянул в сторону солдат. На миг могло бы показаться, что он им не доверяет. Однако в следующий миг вархад стал снимать с себя тонкую накидку.
Запись 5
Накидки, маски и перчатки мастер оставил рядом с зараженным домом, предварительно припрятав их от посторонних глаз. Прихватив вещи с собой, наставник снова куда-то направился. Олрид догадывался, почему Феатур не доверял солдатам. Боялся, что они начнут рыться в его вещах и повредят что-нибудь или возьмут по глупости. Еще хорошо, что он не все свои вещи прихватил, а только то, что он счел нужным. Однако это хватало, чтобы Олрид чувствовал усталость.
В быстром темпе поев в таверне, Феатур сразу направился осматривать окрестности. Олрид и солдаты, естественно, за ним. Ученик лекаря вообще сейчас прибывал в крайне унылом состоянии. Олрид не понимал, что именно двигало Феатуром. Мог лишь догадываться. Вполне возможно, он просто хочет найти источник заражения. Может, собрать какие-либо травы. Однако наведываться прямо сейчас к знахарке вархад явно не спешил.
Солдаты особо не лезли в дела лекаря. Переговаривались между собой, болтали изредка. А Олрид был предоставлен только своим догадкам. Мастер был не особо разговорчив, казался мрачнее обычного. Напряжение вархада Олрид практически чувствовал, только солдаты этого не замечали. В какой-то момент припомнил слова Вальтазара. Ну, да. Отчасти он прав – Олрид и впрямь долго живет с мастером, раз он научился отличать просто недовольное выражение лица от очень недовольного.
– Мастер, объясните хоть, что мы ищем? – почти жалостливо пролепетал Олрид.
– Источник, – вархад всматривался в окружающие их заросли. – Его бы не мешало бы сжечь. И кантрецу красную. Так что если ее заметишь: сообщи.
Олрид усмехнулся. Как же. Чтобы он заметил что-то быстрее вархада... Хотя. Олрид заглянул в звериные глаза наставника. Может быть.
Все больше они углублялись в лес рядом с деревней. Сквозь густую листву деревьев пробивался солнечный свет, лишь в некоторых местах фрагментами освещая чащу. Редко встречались растения, чем-то похожие на лианы, вились по стволам деревьев. Еще какие-то разновидности папоротниковых, только низкие и похожие на кусты. Олрид не хотел вспоминать, что это за разновидность. В медицине бесполезна, по факту не опасна, вот и незачем еще память нагружать.
В очередной раз обернувшись, Олрид заметил красный кустарник. Очень похожий на ростки кукурузы, только мельче, тоньше и с красным цветком в центре.
– Наставник, – Олрид позвал вархада.
Феатур вглядывался куда-то вперед. Очень медленно он перевел свой взгляд на ученика. Олрид указал на кантрецу. Мастер кивнул, вот только направился он куда-то вперед. Олрид последовал за вархадом, но тот резко вытянул руку, не дав ему пройти дальше. Паренек с непониманием смотрел на наставника. Только когда он вгляделся в ту же сторону, что и мастер, заметил средь ярко-зеленой листвы труп степного волка. Феатур сделал еще несколько шагов и присел рядом с трупом. К нему приблизился один из солдат. Мастер долго изучал труп издали, только потом почему-то рискнул осторожно его осмотреть.
– Хм. Нет. Это не то, что нужно, – подытожил вархад.
– Но кто-то его убил, – солдат рядом с Феатуром указал на землю. – Тут же повсюду следы крови.
– Может быть, но это не то. Я в том не уверен, – вархад-лекарь еще немного подумал. Он сунул руку под одежду и протянул клинок Олриду, – срежь красную траву. Я пока буду тело осматривать.
Олрид послушно взял нож и осторожно направился сторону красной кантрецы. Второй солдат последовал за ним. Приблизившись к траве, светловласый паренек заметил еще кровавые следы. Они вели куда-то дальше в лес. Олрид быстро срезал траву и обернулся к наставнику:
– Тут еще следы крови.
Феатур приблизился к ученику. Кровь не блестела на траве. Но и засохшей корой тоже не стала. Скорее напоминая вязкую жижу. Вархад с двумя солдатами направились по следу. Олрид, как и третий страж – немного погодя.
Лес с каждым шагом становился все гуще. Хотя деревья не располагались слишком близко друг к другу, но вся земля была заросшая высокой травой и усеяна кустарниками различной высоты.
Вскоре средь травы снова мелькнуло мертвое тело длинного худого степного волка. Еще немного дальше был третий. Олрид приблизился к мастеру, когда тот снова что-то разглядывал в траве. Присев рядом, он задал вопрос:
– Почему вы так озадачены найти источник? Мы даже не знаем, что с ним делать. Ну, я не знаю. И, может, не стоит так беспокоиться за вещи. Солдаты же понимают, что... Это... Это плохо.
– Ты не заметил ничего странного? – задал встречный вопрос учитель.
Они говорили достаточно тихо. Солдаты больше обеспокоены осмотром территории, чем ползающих у земли медиков. Олрид вопросительно глянул на Феатура.
– Эта болезнь очень нехотя передается от человека к человеку. Что, если ее источник – животное? Что, если это животное где-то бегает? Или лежит? Этот сельский житель не работал на поле. Он бывал здесь – в лесу. И заражен только он и его семья.
Олрид рассматривал нечто на земле, пока вархад говорил. Он не мог понять, что перед ним. С одной стороны, это что-то сильно напоминало человека, с другой – его кожа местами больше напоминала дерево.
– Остальные или не могут заразиться, или требуется более длительный контакт с зараженным.
– Или? – спросил Олрид. – Хотите сказать, что вы этого не видели и не знаете что это?
И Феатур кивнул. Олрид присмотрелся к лежащему на земле. Оно лежало как-то боком, словно сжимаясь. Паренек заметил, как это нечто едва заметно дышит. Оно однозначно дышит.
– Мастер, оно живое, – прошептал Олрид.
– Я вижу. Только не понимаю, что тут делает древод.
Олрид глянул на существо с темно-зеленой – почти черной – кожей и на вархада.
– Учитель... – Олрид едва сдержался, чтобы не крикнуть. – Если оно еще живое, то ему нужна помощь.
Феатур недовольно прищурился, но промолчал. Олрид осторожно перевернул существо на спину. Самая серьезная травма была на животе: огромная глубокая рана. Немого пострадали руки и ноги: на них явные следы укусов. На земле было огромное кровавое пятно, где лежало существо. Похоже, оно тут достаточно долго лежит.
Олрид стал растерянно осматриваться. Как же ему сейчас были нужны хоть какие-то инструменты или бинты. Замер он, когда вархад протянул ему бутыль с белой жидкостью.
– Лучше этим обработай руки. И, если нужно, края раны.
Олрид замешкался. Этот странный препарат вызывает у него все больше подозрений, но спорить с мастером не стал. Ему, наверное, виднее. Откинув порванную одежду от раны, Олрид обработал этим средством не только ее края, но и свои руки. На миг он снова замер. Невольно он заметил, что подушечки его пальцев частично потеряли чувствительность. Совсем немного, но это настораживало паренька. Он обернулся на вархада. Что же за гадость он употребляет? Что, если она токсична? Опасна?
Наставник вытащил иглу с нитками из сумки. Олрид дернулся. Ну, да. Все же сначала стоило бы помочь этому существу. Олрид несколько засомневался в своих намерениях, когда посмотрел на него. Все же ему придется почти во внутренностях ковыряться. Паренек посмотрел на вархада.
– Ну, – Феатур дернул подбородком в сторону существа, – в самый последний момент струсил? Раз ты так порывался его спасти, так делай. В твоих руках помочь ему выжить или... Предпочтешь подождать, пока он умрет?
Олрид сглотнул. Собрав все свои силы и знания, он таки рискнул помочь существу. Органы из него не выпадали, похоже, что их что-то удерживало, вот только они явно тоже пострадали. Хотя и частично. До внутренних вен не прорезали, и то было хорошо. По-хорошему нужны были иные условия, но если оставить все как есть, то существо точно умрет. Олрид все делал сам, только время от времени наставник его направлял.
Чем дольше Олрид проводил операцию, тем сильнее у него дрожали руки. Паренек все больше нервничал, но вархад все равно не встревал. Только помогал, словно он тут какой-то помощник, а не врач. Невольно подходила к горлу тошнота. Если бы Олрид уже не лечил и не видел подобные зрелища раньше, то его точно бы стошнило.
Олрид уже забыл о существовании солдат и находящегося рядом наставника. Все это провалилось в бездну. Для паренька существовала лишь травма и его собственные проблемы, что мешали доделать дело. Хорошо, что требовалось только зашить поврежденные органы. Еще повезло, что их что-то придерживало, и они не вывалились... Тогда все было бы куда хуже.
Под конец этого мучения Олрида трясло. От страха. От переживания. От всего. Может быть, это уже наставник перебинтовывал существо. Или нет. Олрид стал приходить в себя, только когда кто-то его тряс за плечо и что-то говорил. Олрид даже не мог понять что, хотя он вроде как все слышал.
Когда окончательно очнулся от наваждений, понял, что смотрит на кровавое пятно на земле.
– Вставай уже, – паренек дернулся, когда услышал голос наставника. – Направимся к дому знахарки. Раз уж спасли очередное тело...
Олрид прихватил сумку с земли, подскочил. Он приблизился к вархаду. Учитель как обычно зол и недоволен. Разве что совсем чуть-чуть проглядывалось что-то еще. Вархад схватил паренька за верхнюю накидку и поволок за собой.
Путь к дому знахарки был в молчании. Олрид о многом думал. Под конец даже стал сожалеть. Наверное, он был смешон, когда захотел помочь, не зная даже кому. Смешон, когда нелепо оказывал помощь, да и оказал ли вообще? Еще учитель шел рядом, следя за ним. Олрид жалел, что у его одежд не было капюшона. Он бы хотел сейчас под ним спрятаться.
Существо несли двое солдат. Олрид не интересовался, как оно. Он вообще старался избегать это. Не сталкиваться с существом взглядом, даже если оно сейчас без сознания.
Солдаты снова ждали лекарей снаружи. Только занесли полуживое существо в дом и покинули его. Следом вошел вархад, только потом сам Олрид. Феатур рассказал знахарке о своих теориях, о том, как важно найти источник болезни и то, что от него стоит избавиться. В общем-то, все то, что Олрид и так знал. Так что паренек не вслушивался в их разговор. Он просто уселся у стены.
Древода уложили на подстилку на пол. Олрид все же рискнул на него посмотреть. Частично существо оправдывало название. Через прорези и дыры в одежде легко просматривалось что-то напоминающее кору дерева: жесткое, потрескавшееся. Местами на зеленой одежде мелькали частички этой темной... Кожи, наверное. Как и еще всяких веточек и листов. Наверное, все это он подцепил в лесу. На голове едва различимы светлые, может, даже белые волосы. Понять это сейчас трудно. Выше лба были два усика, покрытых белой шерсткой. Хвоста оно явно не имело. Какие-то странные мелкие уши. Словно обычное ухо асири кто-то загнул сверху. Вот так они и застыли: полуприкрытыми, сдавленными и слаборазвитыми. Почти всем напоминал обычное существо, кроме ног. Они были немного странными.
– ...То есть вы предлагаете практически ставить на людях эксперименты?! Нет, я на это не согласна! Тем более я не хочу проблем с фанатиками из культа солнца.
Олрид обернулся на учителя и женщину.
– Тогда зачем вы меня сюда звали? – Феатур немного наклонил голову вниз. Сейчас он был как-то особенно зол. Слишком уж угрожающе блестели его звериные глаза.
– Чтобы вы помогли мне их вылечить! – знахарка почти хваталась за голову. Она расхаживала на свободном пятачке из стороны в сторону. Словно загнанная в угол.
– И? Я уже сказал, что вряд ли вы их вылечите таким способом. Есть у меня некоторые идеи, но... Вы говорите, что нет. В противном случае – их придется до конца дней держать в изоляции от других. Как прокаженных. В надежде, что какая-то иная зараза их добьет.
Женщина резко остановилась.
– Но есть хоть какой-то иной способ?
– Нет, – ответил мастер. – Я его не вижу. Могу только порекомендовать добавить к вашим рецептам вот эту траву, – вархад положил на стол красные пучки кантрецы. – Если выжмете из них сок и добавите к мазям и растворам для обработки. Но не более того. И вам я бы тоже не советовал слишком долго с ними контактировать. Болезнь передается, хотя и медленно. Так что? Поступите по-моему или на своем будете настаивать?
Знахарка долго молчала. Когда она подняла голову, с уверенностью произнесла:
– Останусь при своем мнении.
Вархад с разочарованием на нее посмотрел.
– Что ж. Пусть будет так. Раз моя помощь не требуется, то я вернусь назад, – только и произнес Феатур. Без какой-либо злости или угрозы, скорее даже опечаленный чем-то.
– Да уж... Наверное, – женщина вдруг указала на раненое существо на полу. – Только эту деревяшку с собой прихватите. Это не житель нашей деревни. Его еще прогоняли из нашего села. Нечего тут инородным шататься. Где вы вообще его нашли?
– В лесу, – спокойно ответил вархад.
И Олрид сейчас понял, что наделал. Он резко подскочил:
– Так это значит, что он тоже может быть заражен!
– Почти, – Феатур обратился к своему ученику. – Если бы я заметил, что он заражен, то сразу же остановил бы тебя. Так у всех больных пострадала только кожа. Стало быть, разносчик должен полностью быть покрыт этими наростами и слизью.
– А не слишком ли вы самонадеянны? – знахарка приблизилась к вархаду.
Он был невысок, так что они были практически одного роста, просто Феатур немного выше. Вархад безразлично ответил:
– Я дольше живу в этом котле. Мне видней.
Запись 6
Отрывок из летописей о Культе солнца.
Из книги каноника, служившего на заре культа Солнца.
...Хотя внешне они сохраняли человеческий облик, в сущности у этих кровавых жрецов не осталось ничего человеческого. С необузданными низменными потребностями, до жути кровожадные и бессердечные. Они с радостью и нечеловеческим воем готовы приносить в жертву собственных детей, учеников и отцов. Просто пиршество стервятников в горах мертвечины и луж крови...
Феатур не уехал из деревни сразу. Он с солдатами направился на обследование леса. Знахарка то приходила, то уходила, а Олрид был оставлен наблюдать за древодом. Наставник велел ничего не давать раненому, даже воды. Также наблюдать за его состоянием. Ну, еще мастер надеялся что-либо узнать о том, что забыл тут этот древод.
Олрид скучал. Поглядывал за раненым существом. Оно едва дышит. Слишком тихо, слабо. Паренек решил его осмотреть и как-то определить температуру. Первое, что попалось под руку, это голова существа. Его глаза закрыты. Волосы только на голове и на затылочной части шеи, уходя к лопаткам. Странные усики длиною, может, с три ладони. Усики гибкие и подвижные, но все же плотные. Ресниц точно не было. Олрид только подтвердил свои догадки о плотности кожи во время осмотра. Кожа очень плотная, но только местами. В местах подвижных – эластичная. Но слизи нет.
Олрид продолжал осмотр существа. Оно было скорее холодным. Может, из-за потери крови. Как в случае и с вархадом, и асири, тело имело схожие пропорции: те же руки, ноги, примерно похожее строение черепа, грудной клетки и, наверное, того, что ниже. Опиралось оно тоже вроде на пальцы, как вархад, вот только если стопа вархада с подвижными пальцами, у этого существа – несколько огрубелые, малоподвижные. Меньше походила на звериную и больше напоминала обычную стопу, как у асири, только немного вытянутую и окостенелую. Утолщенную и застывшую в выгнутой форме, так что существо опирается преимущественно на пальцы.
В дом снова зашла знахарка. Передала Олриду еду, которую купил для него учитель. Еще что-то забрав с полок, снова ушла. Снова оставшись наедине с собой, Олрид неспешно перекусил. Существо так и не очнулось. Вскоре в дом вошел Феатур. Паренек понял: время для сборов обратно.
Солдаты все так же выполняли любое указание учителя. Сам вархад тоже вел себя обычно: раздраженно что-то говорил, был спокоен и с недовольным лицом. Олрид растеряно обернулся на дом знахарки. Он не мог поверить, что они просто уедут. Просто уедут, оставив больных на произвол судьбы. Ему так хотелось все это остановить и сказать учителю: пусть делает, что считает нужным. Он ведь знает, что может им помочь, пусть и в теории. Но нет. Все события плавно перетекали, словно необратимая процессия. Когда коня запрягли в телегу, Олрид стоял рядом с учителем с поникшей головой.
– А с древодом что? Мы его с собой возьмем? – все же спросил Олрид.
– Да, – спокойно ответил вархад. – Считай это своим экзаменом. И моей головной болью.
Вархад снова хлебнул странную белую жидкость. И также быстро спрятал.
– А как же барин? Что он скажет? – Олрид неуверенно выпрямился.
– Из-за древода? Может поворчать. Но я все равно хочу узнать, что он тут делал. Эти существа – редкие гости на землях асири. А этот еще и один, – вархад вдруг смолк и похлопал ученика по плечу. – Ну, не грусти. Ты его хотя бы не угробил сразу. Если он протянет еще немного, можешь считать это своим достижением.
– Вы надо мной издеваетесь, мастер?
– Нет. Операция – это половина проблемы. Вторая половина – это воспаления, вызванные инфекцией. Смерти от истощения, потери крови, ее заражения...
– Я понял, – перебил учителя Олрид и тут же смолк.
Паренек почувствовал, как наставник его подталкивает к телеге.
– Пойдем, – вархад все подталкивал своего ученика.
– И вы все так оставите? – Олрид не выдержал и задал назойливый вопрос.
– До поры. Пока мне не развяжут руки. Все же делать что-то против воли я не намерен.
Все было готово. Снова забрались в телегу и отправились обратно. Олрид смотрел на отдаляющееся поселение, временами поглядывая на наставника. И все же он мог бы настоять. Мог бы убедить, что его решение верное. Заручиться поддержкой старосты деревни. Мог бы, но ничего этого не сделал. То ли из-за того, что это и впрямь как-то встревожит приверженцев культа, то ли он просто преследовал какие-то свои идеи.
Размеренный скрип колес и полное молчание. Никто не хотел говорить. Вархад, скрестив руки, сидел с недовольным видом. Солдаты временами осматривались, и казались более напряженными, чем когда они были в деревне. Древод все так же без сознания, лежал внизу.
Время приближалось к вечеру. Пока возникло время привала, Олрид приблизился к учителю и снова его спросил:
– А что это за странная жидкость? Почему вы мне дали именно ее?
Феатур недовольным прищуром осмотрел своего ученика.
– Это тебе знать пока не обязательно. Там у меня не было ничего, чем можно было обработать рану. Выбирая между бесцветной, что выжгла бы ему внутренности и своей настойкой, я выбрал свою настойку. Она хотя бы обеззаразит.
– Но что это? Почему от нее пропадает чувствительность? Там что? Белладонна? Аконит?
На этот вопрос вархад не ответил. Олрид отвернулся. Древод все еще был без сознания. Это напрягало. И, похоже, не только Олрида. Мастер как-то напряженно смотрел на это существо. Конь стал топтаться на месте и часто фыркать.
– А вы уверены в том, что она обеззараживает? – Олрид снова нарушил тишину.
– Да. Я уже давно не менял рецепт этой настойки. И знаю это, имея вполне реальные факты, – вархад резко повернул голову в сторону солдат. Через некоторое время продолжил разговор с учеником. – Хотя вряд ли сильный. Я в том не уверен.
Со стороны полулеса раздался шорох. Животное громче и чаще стало фырчать. Солдаты вскочили и достали оружие. Только это нечто, нашумевшее в высоких зарослях, явно не спешило показаться на глаза людям у дороги. Шорох на миг затих.
За время привала солнце приблизилось к горизонту. Яркий кровавый закат окрашивал долину в черные и бронзовые цвета. Олрид, как и наставник насторожились. Теперь они уже оба смотрели в сторону травы. Оба лекаря сейчас находились в повозке, в отличие от солдат.
– Стоит уходить, – тихо произнес один из солдат, попятился к телеге. – Идем, мужики.
В этот миг нечто из травы резко рвануло вперед. Коричневым, размытым пятном приблизилось к телеге, как вдруг ее что-то опрокинуло. Олрид расслышал лошадиное ржание, звук рвущихся ремней. Резкий удар, и только потом Олрид осознал, что лежал на земле с ушибленной головой. Где-то за телегой шел бой. Вскрики солдат, визг какой-то твари. Олрид приподнялся, уперся на локти. Учитель возился рядом с раненым древодом, только изредка поглядывал в сторону шума. В этот миг раздался жуткий крик, и один из солдат упал на землю. Упал он за пределы телеги, и Олрид увидел разорванный доспех, искаженное болью лицо. Паренек невольно сжался, но тут же замер, когда увидел само существо. Отдаленно напоминало человека, только больше и крупнее. Сгорбленное, кожа на нем была лишь местами. Наполовину оголенный собачий череп был вместо головы.
Тварь нависла над телом солдата, только не спешила отгрызать человеку голову. Единственным уцелевшим глазом тварь глянула на Олрида. Парень попятился назад. Существо мерзко завизжало и почти сразу в тот же миг получило ятаганом по шее. Меч не прорезал толстую плоть, однако солдату хватило сил вытащить его. Зверь отмахнулся уродливой конечностью, задел телегу, и от нее отлетела какая-то часть. С визгом существо скрылось за повозкой. Олрид увидел еще одного солдата, который уклонился от зверя. Его кольчуга, как и шлем, были измазаны кровью. Только непонятно – это его кровь или нет.
Олрид поднялся с земли и приблизился к наставнику. Он не знал, видел вархад ту тварь или нет, но старый лекарь вел себя спокойно. Хотя его жизнь, как и жизнь Олрида, зависела всего-то от трех солдат. Даже от двух.
Паренек не видел бой за повозкой. Лишь жуткие звуки. В этот миг он и вправду пожалел, что пренебрег возможностью вступить в ряды воинов ордена. Почти любой вариант событий ему казался лучше этого, в котором он был сейчас.
Вархад же щурился, беззвучно скалился, обнажая клыки. Выглядел он так, будто бы был готов наброситься на опасную тварь без оружия. С теми когтями и клыками, что у него были. Только не было прока от них против этого существа.
Тварь снова показалась. Выпрыгнув откуда-то с той стороны повозки, зверь визжал и пятился назад. За время битвы уродливую тварь успели потрепать. Существо истекало кровью, глубокие раны покрывали его тело. Вскоре показались и двое оставшихся солдат. Один из них сильно прихрамывал, однако оба старались держаться, несмотря на сложную схватку. В какой-то момент Олриду показалось, что солдаты и впрямь могут убить это существо. До той поры, пока тварь снова не показала свои зубы.
Существо отступало, но вдруг резко остановилось. Припав почти к земле своей мордой, оно тут же прыгнуло и повалило хромого солдата. Схватив его обеими конечностями, оно попыталось разорвать, вместе с броней. Асири сопротивлялся, пытался отбиться, но все было бесполезно. Сталь скрипела под когтистыми конечностями. Кости хрустели. Последний солдат подскочил к твари и нанес новый удар. Существо раскрыло свою хищную пасть, издавая еще один мерзкий визг. Оно откинуло человека, попыталось сжаться, словно от боли. Прямо как обычный человек, пытаясь зажать конечностью, хлынувшую из раны кровь. Похоже, последний удар задел что-то важное у этой твари.
Солдат замахнулся и вонзил клинок в шею твари. Обхватив меч обеими руками, он всем своим весом надавил на оружие. Вскоре из шеи хлынула кровь. Тварь завизжала еще громче. Попыталась отбросить человека или схватить, но солдат оказался шустрее и увернулся. Снова приблизившись к оружию, с силой и злостью, солдат таки доделал дело, и голова чудовища упала на землю. Медленно опало и тело твари.
Даже когда тварь обезглавили, Олрид не рискнул пошевелиться. Он все сидел, сжавшись, рядом с телегой. Оставшийся в живых солдат, бросил на землю оружие и упал на колени. Казалось, ему вообще было безразлично, что рядом с ним мертвое тело чудовища, что они оказались посреди полей, что скоро настанет ночь...
Олрид дернулся, когда почувствовал, что что-то коснулось его плеча. Обернувшись, он увидел учителя. Тот, опершись об него, поднялся и направился куда-то назад. Вернулся вархад уже со светильником. Лекарь направился к раненому солдату. Пока учитель осматривал человека, Олрид неуверенно поднялся, придерживаясь за телегу.
– Что... Что эта за тварь?.. – голос выжившего солдата звучал как никогда громко в наступившей тишине.
– Я... Я... Я... Не знаю... – пробормотал светловласый паренек.
– Это имеет значение? – Феатур встал. – Нам нужно как-то подготовиться к ночи.
– Ты... Ты издеваешься? – солдат обратился к лекарю.
Вархад просто ушел. Забрав с собой светильник с кристаллами, он ничего не ответил. Темень подступала стремительно. Казалось, за несколько мгновений успели исчезнуть почти все лучи солнца. Со стороны трав стали доноситься скрежетания насекомых. Живой солдат в какой-то момент времени поднялся, пнул мерзкую тушу чудовища и направился к своим товарищам. Олрид посмотрел на раненого древода. Тот все еще не пришел в себя. Это начинало уже пугать. Осмотрев его еще раз, Олрид так и не заметил признаков заразы. Древод был жив, это точно. Но вот насколько сказать было трудно. Вскоре вернулся учитель. Держа в руке пучок странных трав, он стал что-то искать у упавшей набок телеги.
Очень скоро подкралась и ночь. Разжечь костер было нечем. Холод остывающей земли пробирал до мурашек. Олрид был не в одной рубашке, и ему все равно было прохладно. Мастер что-то мудрил с пучками трав на дороге. После замудренных операций они начали вонять. Все трое уселись вблизи светильника, который поставили недалеко от телеги. Он не грел, но хоть местность слабо освещал.
Повсюду доносились разные звуки. Когда тихо, когда совсем близко и уже громче. Олрид чувствовал себя спокойно только из-за перевернутой сзади повозки. Сложно поверить, но она служила им как некий щит. Пусть несущественный, но со спины никто напасть не мог. Это радовало. Пусть и слабо. Спать никто не хотел. Разговаривать, в общем-то, тоже.
Никто из раненых солдат не шевелился. Олрид не хотел верить, что они были мертвы, но правда была именно такой. Паренек знаком со смертью. Она все же неотъемлемая часть жизни, но еще никогда не видел ее столь близко. Там, в монастыре, была защита, безопасность и спокойствие. По большей части, все детство Олрида прошло в относительном спокойствии. Не то, что сейчас.
Время все шло, а проклятая ночь так и не спешила заканчиваться. Олриду даже на миг показалось, что они тут застряли в безвремении каком-то, но нет. Луна неспешно двигалась по небосводу, отмеряя часы. Светлее от нее тут не было. Все тот же фонарь светил лучше. В контрасте с яркой луной, окрестности у дороги были одной единой тьмой. В той черноте иногда можно было уловить движения травы или листвы деревьев. Только их силуэты.
Олрид уже потерял счет времени, когда рядом с телегой снова начало что-то шуршать. Паренек мог разглядеть очертания какого-то существа. Достаточно высокое. В ровном свете кристаллов проблескивали странные то ли рога, то ли еще что-то, что было, может на спине, а может – на голове существа. Но как только ветер начал дуть в сторону животного, принося странный запах, существо сразу же скрылось в бескрайней тьме.
Запись 7
Под утро Олрид практически спал. Только холод рассвета заставлял его бодрствовать. Больше за ночь их никто не побеспокоил. Вызванная реагентами и травой мерзкая вонь медленно спадала. А дорога все время пустовала. Олрид облокотился на своего учителя.
– Как будем двигаться к городу? – спросил он. От сонливости язык заплетался, и речь была несколько невнятной. – Для раненого нужны носилки.
Мастер держался молча. Услышав голос парнишки, он оглянулся.
– Да. Нужны, – вархад закашлялся. Через некоторое время учитель снова продолжил, – Только из чего их делать? Если только повозку разломать... – Вархад обратился к солдату, – лошадь далеко убежала?
Солдат кивнул:
– Как видите. Я ее не видел и не слышал еще со вчерашнего дня. В лучшем случае вернется к городу. В остальных – заблудится или ее съедят.
– Съедят, – подытожил вархад.
Олрид невольно засыпал и просыпался. В какой-то момент Феатур поднялся, и паренек чуть не упал, но хотя бы пробудился. Олрид принял более прямое положение. Солдат, как и раньше, осматривал окрестности. Вархад нависал над древодом. Внезапно солдат резко обернулся. Олрид глянул в ту же сторону. Слева ехала телега, запряженная вроде как лошадью, но странного вида. У зверя была черная шерсть. Чем ближе приближалась телега, тем сильнее Олрид узнавал старого человека. Он его видел когда-то. Ведь именно он и привез его в город. Олрид тогда даже имени у него не спросил. Может... Он поможет и в этот раз?
Олрид подскочил. Он встал на дороге, стараясь перегородить путь повозке. Зверь с черной шерстью резко остановился и всхрипел. Светловласый паренек приблизился к извозчику.
– Приветствую, добрейший извозчик. Вы помните меня? – спросил Олрид, когда оказался совсем уж близко.
Незнакомец приподнял край шляпы пальцем. Он весь был укутан в темные ткани и одежды. Даже его лицо было сложно разглядеть. Но говорил он на языке асири. Пропорциями похож на асири, может им и был. Черный зверь недовольно хрипел.
– Да, – заговорил незнакомец. – Я тебя и правда помню. Смотрю, тут что-то произошло?
– Ага. На нас напало какое-то существо. Наша лошадь убежала, но нам нужно добраться до города. У нас есть один раненый и... Мы не знаем, как его донести.
Незнакомец что-то недовольно буркнул себе под нос, после негромко поинтересовался:
– И много... Вас?
– ...Четверо. Еще немного вещей.
– Животное тоже с вами? – незнакомец указал куда-то за спину пареньку.
Олрид сначала не догадался о ком идет речь, но кода обернулся, понял, что это он так учителя назвал.
– Это просто вархад... Да, он с нами.
Незнакомец глубоко вдохнул и выдохнул.
– Ну, что ж, – он развернулся и указал в внутрь повозки. – Раз уж встретились снова, значит, так свезло. Не бросать же вас на дороге. Забирайтесь. Там пусто.
– Не вызывает этот тип у меня доверия, – голос принадлежал солдату, но Олрид сейчас его не видел, только слышал.
– Вы у меня тоже, – ответил незнакомец. – Но как гласит трактат Вечного Солнца: помоги ближнему и ближний поможет тебе. Или это гласил кто-то другой. Неважно. Вам все еще нужна помощь. Так?
– Так, – в разговор вмешался уже сам Феатур. – Если вам интересно вознаграждение, то по возвращении обратно я поговорю по поводу этого. Но только если вы довезете нас в город. В противном случае мне придется напасть на вас. Пусть я стар, слаб, но мне хватит сил, чтобы нанести смертельную рану. Пусть и обломаю свои сточившиеся клыки и когти.
Незнакомец весело хмыкнул:
– Верю-верю. Все до того же города?
– Конечно, – кивнул Олрид.
– Олрид! – паренек обернулся на крик учителя. Вархад махнул рукой, зовя к себе. – Помоги мне.
Раненого древода осторожно и медленно донесли до повозки. Незнакомец помог им затащить его вовнутрь телеги. Олриду пришлось еще возвращаться за вещами. Хотя обе сумки тяготили на пустой желудок, паренек со всем справился. Как только все они уместились в повозке, извозчик дернул за поводья. Черное животное тихо захрипело и сорвалось с места.
Обогнув сваленную на бок городскую повозку по траве, они помчались вперед по дороге. Незнакомец задал несколько вопросов о том, что все же произошло. Но о многом расспрашивать не стал. Его повозка двигалась быстро, и уже на закате стали видны знакомые просторы.
Олрид отвлекся от осмотра местности, когда они подъехали уже вплотную к воротам. Первым спустился Феатур. Он направился к главным воротам и поговорил со стражей у входа. Спустя какое-то время ворота отворились. Их уже встречала стража с носилками. Феатур остался с незнакомцем, разговаривал, кого-то дожидаясь. Олрид направился со стражей к дому учителя.
Улицы снова пустовали, словно все спрятались, как и в первый день, когда паренек приехал сюда. Олрид не придал этому значения. Может, тут люди просто такие – приезжих не встречающие. Однако у самого дома наставника увидел группу людей. Их было четверо. Трое были в знакомых одеяниях из серых и коричневых тканей с вышитым узором на спине. Один в броне, как и любой солдат Эмримала. Только выглядел он старше и седой.
– ...Вы явились не вовремя. Мастера Феатура здесь нет, – Олрид услышал обрывок фразы старого воина. – А вместе с ним уехал и его ученик.
– Они приехали, – произнес один из солдат, который нес раненого древода.
Люди у входа в дом обернулись на слова. Седой солдат недовольно скривил лицо, явно он был чем-то недоволен, но свои мысли оставил при себе. Олрид не узнал двоих людей из ордена, а вот третьего... Это был сам наставник Авлак. Тоже асири, тоже марохта. Авлак имел коричневатого цвета волосы и примерно такие же глаза. Только за то время, что он прожил, виски на его голове побелели.
– Наставник Авлак? – спросил Олрид удивленно, все еще не веря своим глазам.
– Все верно, – Авлак полностью развернулся в сторону бывшего ученика. – Мы проходили мимо этого города, и я решил, что стоит заглянуть. А что? Подумал, что мы тебя оставим, Олрид?
Олрид слабо улыбнулся. Хоть был уставшим, но все же рад видеть этого человека.
– Так как тебе живется у мастера Феатура?
– Да просто чудесно, – Олрид услышал за свое спиной голос вархада. – Что забыл Медный орден тут, на границе?
– Дела в соседней крепости, – Авлак на миг задумался. – Я смотрю, ты все также хмур, приятель.
– Есть повод радоваться скоплению людей?
Феатур направил солдат, что все это время держали древода. Когда же вархад скрылся в доме, Авлак тяжело вздохнул.
– Что ж... – протянул он. – Жаль, мне казалось, что встреча будет теплее, – наставник Медного ордена развернулся к седому воину, – ладно, быть по-твоему. Я и мои люди покинем этот город сегодня. Я убедился, что один из наших учеников все еще жив, чему рад. И потому более пугать жителей мы не будем, и уйдем. И вот еще, Олрид, – орденевец глянул на светловолосого парнишку, – если вдруг передумаешь, всегда можешь к нам вернуться. Двери нашей крепости созидания всегда открыты для тебя.
– Да-да. Спасибо, все все поняли, – Феатур появился на пороге. – Можешь направиться и дальше по делам ордена. Я так подозреваю, что это важно.
Олрид обернулся в сторону мастера, но ответить на грубость ему не удалось, его перебил Авлак.
– Я уже понял, о чем ты так беспокоишься, но все же, и меня пойми: мне боязно за учеников. Тем более что у нашего ордена не так уж и много последователей. Прощай, до следующей встречи.
Олрид проводил взглядом уходящих людей Медного тюльпана. Паренек снова обернулся к учителю, но и в этот раз его перебили.
– Разве вас не послали разбираться с проблемой в поселении? – старый седой солдат обратился к вархаду.
Феатур перевел свой полусонный взгляд на седого воина.
– Послали. И там были, – вархад облокотился о косяк. Его хвост, словно змей, стал неспешно извиваться. Порой даже самым причудливым образом. – Но возникли разногласия в методах лечения. Так что пока мне полностью не передадут управление ситуацией, я не вижу смысла там задерживаться. Тем более подозреваю, что тут за мое отсутствие что-то случилось? Все ли раненные, обработанные моим учеником, дожили? Все ли зажили?
– Все. Однако таким новостям хозяин не обрадуется. Тебя, Феат, послали с конкретным поручением, и его стоило бы выполнить.
Феатур на миг отвернулся от собеседника, а когда обернулся, произнес:
– Еще мы потеряли двоих твоих солдат, повозку и лошадь.
Седой солдат закрыл свое лицо рукой. Долго, долго он молчал. Олрид на миг сжался. Ему показалась, что сейчас этот солдат выскажет все зло, всю ненависть.
– Из уважения я не буду навешивать на... Тебя, Феатур, – седой воин убрал широкую ладонь с лица. – Но остальное придется разъяснять самому.
Вархад безразлично пожал плечами и убрел в дом. Олрид хотел было направиться следом, но выходящие из дома стражники его задержали. Когда же путь был свободен, и паренек проник в дом, он увидел, что Феатур наклонившись, осматривал древода. В той самой комнате, что обычно за закрытой дверью. Олрид закрыл входную. Он направился к наставнику. В его голове все еще мелькало негодование от того, что вархад как-то совсем по-свински себя повел. Словно хотел по быстрее спровадить человека. Достаточно важного для самого Олрида человека.
Перейдя порог запретной комнаты, Олрид осмотрелся. Совсем не похоже на жилой дом. Стены каменные, пол устелен каменной плитой. Сама комната пустая. Только железный столик и стол посредине комнаты. Несколько меньше, чем прихожая, где есть столы и травы.
– Почему нельзя быть к людям добрее? – все же спросил Олрид. Пусть это не совсем тот вопрос, который его сейчас интересовал, но близкий к тому.
Феатур брезгливо оглянулся.
– Что? Опять за старое? Быть добрее, вежливее... Может, мне стоит за каждым бегать и тряпочкой каждому сопли подтирать? – вархад вздохнул. – Видишь? Тут у нас проблема, и меня она беспокоит.
Олрид перевел взгляд на древода.
– А мастер сам сказал, что ему нельзя давать даже воды.
– День. День после операции. Время прошло уже слишком много, а он даже не пришел в сознание.
Олрид присмотрелся к древоду:
– Он? А может она?
– Он, – утвердительно заверил вархад. – Древоды, конечно, практически не отличаются друг от друга, но молочные железы у древодов женского пола все же есть. Малые, но есть. У этого живот более плотный. Это точно не женского пола.
Феатур не обращал внимания на ученика и все еще осматривал раненого. Олрид несколько подождал, только потом продолжил свое:
– Между прочим, этот человек много значил для меня... У тебя был кумир?
– Хм? Без понятия, о чем ты.
Олрид опустил голову.
– Тем более что у тебя должны были быть родители. Или... Твой отец настолько тварь, что предпочел бы его забыть? – вархад все также не отрывался от своей работы.
Олрид некоторое время стоял и молчал. Он обхватил одной рукой себя за локоть. Словно как-то хотел отгородиться.
– Когда я был в монастыре, они ни разу меня не навестили. Просто скинули со своей шеи первым попавшимся людям. Наставник Авлак... Он хороший человек. Достойный уважения.
Феатур внезапно замер. Олрид почувствовал как легонько, будто касание призрака или ветра, вархад задел своим хвостом его ногу. Подобные мелочи настораживают, но паренек знает, что хвост у вархадов двигается непроизвольно.
– А тебе не приходило в голову, что с ними могло что-то случиться? – вархад обернулся в сторону паренька.
Олрид отвернулся, предпочитая не смотреть наставнику в глаза.
– Может... – согласился он. – А может, и нет.
Запись 8
Как оказалось, Олрид зря вчера поспешил закрывать дверь. Выживший солдат занес им их вещи. Вечером. Олрид только сегодня понял, что вархад повел себя действительно странно. Неужели он услышал от кого-то, что в город явился орден? И что же. Так поспешил, чтобы их прогнать? Но Авлак разговаривал так, будто он знает Феатура.
Олрид отстранился от книги. Он точно не мог понять, почему его учитель так поступил. Паренек оглянулся на закрытую дверь. Сейчас его учитель был очень сильно озадачен состоянием древода – тот до сих пор не пришел в себя, и вархад предполагает самое худшее. С помещиком этих земель Феатур беседовал еще вчера. Других дел пока не было, вот и занимался древодом. А Олрид читал книги, что предоставил ему наставник. До этого момента.
Олрид даже не сразу понял, что к ним в дверь кто-то стучал – настолько сильно он погрузился в собственные размышления. Более сильный, глухой удар у входа, привел его в чувство. Отложив книгу на лестницу, где сидел, Олрид направился к входу. Этот кто-то так и не успокаивался: все тарабанил во входную дверь.
Олрид резко ее распахнул со словами:
– Что-то случилось?
На пороге стаяла девушка или девочка. Достаточно молодая, с кудрявыми рыжими локонами. Худенькая, невысокая. Держа в руках крупную на вид плетеную корзину.
– Вот, – она протянула ношу. – Моя матушка просила вам передать.
Олрид с благодарностью принял еду. Правда девушка, засмущавшись, почти сразу удрала прочь. Паренек еще некоторое время постоял на пороге, но так ничего нового и не произошло. Олрид закрыл входную дверь и поставил корзину на свободное место у одного из столов. На всякий случай заглянул в корзину. Нет, там обычная еда. Что-то еще теплеющее в глиняных горшках, хлеб и еще мешочек с чем-то. Отчасти Феатур тут очень удобно устроился: о нем заботится почти весь город. Тут ему и еду приносят, и реагенты с травами он заказывает, и всякие прочие принадлежности, вроде накидок и новых перчаток, когда все старое износится. Правда, взамен он заботится не только об этом городе. Сам город тоже был странный. Тут нет полноценной лечебницы или иных палат, где стоило бы держать больных. Олрид предполагает, что их держат в их же домах. Как и случалось до этого. Только все это было как-то нетипично. Может, сказывалось то, что городок маленький. Тут не так много людей, и все друг о друге почти все знают.
Паренек догадывался, что не все так просто. Для подобного поведения нужны какие-либо основания... Или... Феатур и в самом деле такой из себя мастер, что весь город у него в долгу? И если бы они ему платили монетой, то просто бы разорились? Олриду в это не верилось. Наставник ему все больше и больше напоминает невежу. Если в знаниях наставника Олриду пока сомневаться не приходилось, то вот в его поведении – однозначно.
Олрид уже хотел направиться к вархаду, сказать, что принесли еду, как в дверь снова стал кто-то стучать. Светловолосый паренек остановился и оглянулся. Дом наставника посещают утром только для того, чтобы занести еду. Могли еще заглянуть в обед или реже – к вечеру. А так его редко кто беспокоил. Только если по делу.
Олрид осторожно приблизился к входной двери. Помедлив, снова ее открыл.
– Вы и есть тот самый мастер Феатур? – спросил незнакомец стоявший на пороге.
Олрид даже не мог вымолвить слова, настолько он был удивлен вопросом. Чтобы кто-то его перепутал с мастером?..
– Нет... Это... Не я... Я только... Лишь ученик, – пролепетал паренек. Уже отойдя от удивления, произнес более уверенным тоном, – а вам он нужен? Могу его позвать.
Незнакомец как-то сгорбился, и с какой-то грустью произнеся слова:
– Да. Позовите его. Нам нужно с ним поговорить.
– Хорошо. Подождите здесь. Я скоро, – Олрид несколько замешкался, но недолго.
Прикрыв дверь, он направился к мастеру. Дверь в ту комнату, покрытую камнем, не была закрыта, так что ему даже стучаться не понадобилось. Вархад нависал над древодом. Похоже, он так и не пришел в сознание.
– Эм... Мастер? – Олрид осторожно позвал Феатура.
– Что? – наставник так и не оторвал свой взгляд от раненого древода.
Какие у него сейчас могли быть мысли, Олрид мог лишь гадать. Но в одном паренек был уверен: мастер будет злее, чем когда либо. Не потому, что странное существо почти мертво, а просто потому, что все пошло не так. Наверное. Олрид бы точно удивился, если бы кто-то сейчас сказал бы, что все наоборот.
– Нам еду принесли и... Какой-то странный человек просил вас позвать.
– Странный? – словно в пустоту задал вопрос вархад. – А что в нем странного? Лишняя рука или нога?
– Нет... Просто, – Олрид задумался. А стоит ли мастеру говорить, что его с ним перепутали? – Просто подойдите и поговорите. Наверное, это важно.
Наставник стоял к Олриду практически спиной. Паренек не видел его лица, но примерно догадывался, насколько сейчас наставник зол. И неровный хрип, донесшийся из глотки вархада, только был тому подтверждением.
– Пускай заходит, – ответил вархад. – Посмотрю, чем он такой странный.
Олрид поспешил уйти и оставить наставника одного. Вообще, он слышал, что вархады могут рычать. Ну. Или шипеть, как кошки. Но он никогда не слышал, чтобы наставник издавал такие звуки. Хотя этот вархад всегда чем-то недоволен. Или таковым выглядит.
– Наставник сейчас был занят, но он сказал, что вы можете войти... – Олрид заговорил с незнакомцем, когда открыл дверь. Осмотрев его, он поинтересовался, – а в чем у вас проблема?
– Не у меня. У нашей дочери, – мужчина помолчал и добавил, – сейчас ее принесу.
Олрид проводил взглядом незнакомца. В задумчивости паренек слегка нахмурился. Принести? Она что не может стоять? Или даже ходить? Олрид обернулся: вархад как раз покинул комнату рядом с лестницей.
– Этот асири сказал, что принесет дочь. А куда мы ее положим?
Феатур задумчиво отвел взгляд вправо. Потом неспешно перевел его наверх, глядя прямо в потолок.
– Значит, древода стоит отнести на второй этаж. Я так и не углядел на нем следы болезни. Вполне возможно, что он вообще не заражен... Так что тебе придется мне помочь.
Олриду ничего не оставалось, как помочь. Как и в прошлый раз, медленно, но верно они смогли его оттащить к лестнице, а вот на ней... Все стало еще хуже. Олрид несколько раз оступился, но благо было куда упереться, так что смог удержаться. Когда же добрался наверх, ему пришлось кое-как придерживать и разворачиваться. Наставник почти полностью в этот момент держал раненого. А вот потом это пришлось делать Олриду. Светловолосый парень едва не упал.
– Только смотри осторожней. Чтобы рана у него не открылась, – голос Феатура звучал приглушенно, однако в нем слышались нотки беспокойства, чем упрека.
– Легко сказать... – Олрид кое-как смог удержать тело и затащить его наверх. – Я привык книги таскать... – устояв на трясущихся ногах, паренек уложил древода на пол, – а не туши.
Олрид уселся, чтобы передохнуть. Внизу послышались разговоры. Паренек точно смог расслышать наставника и того самого асири, который к ним явился этим утром. Олрид глянул на древода. Вообще, это существо не выглядит таким уж тяжелым, но все же... Сложно.
Напоследок шумно выдохнув, Олрид оттащил древода к кровати. Подхватив, он приподнял раненого на кровать. Олрид еще немного задержался, переводя дыхание. Когда же тряска спала, и появились хоть какие-то силы, паренек направился вниз. Он уже догадывался, что завтрашнее утро будет недобрым. Как минимум – из-за боли во всем теле после сегодняшнего дня.
Олрид не расслышал весь их разговор. Только тихие, слезные мольбы матери и короткие фразы мастера. Они уже молчали, когда Олрид спустился вниз. Родители больной стояли внизу, прямо у входа в странную комнату с каменным полом. Паренек посмотрел на них, обойдя, приблизился к мастеру. Вархад молча смотрел на сидевшую перед ним девочку в лохмотьях. Почти все ее тело и лицо были скрыты тканью, которая, похоже, не стиралась достаточно продолжительное время. Тряпки воняли, но через эту вонь пробиралось что-то странное. Чужеродный запах болезни. В тех местах, где все же мелькало оголенное тело, кожа была бледной с едва заметными потемнениями.
Олрид посмотрел на учителя.
– Задержитесь вы тут надолго... – словно сам для себя задумчиво произнес вархад. – Я бы советовал вам обратиться к командующему Гостару. Или кому-то еще из его служащих, к людям барина. С ними вы и обсудите детали. Только сначала вам придется кое-что принять. И постараться не контактировать с местными жителями. Только по делу. В противном случае тут другие заразятся.
– Но нам давали... – старая женщина тихо сопела. – Средства. Они, говорили, помогут. Могут помочь. Не дать распространиться.
– Если бы такое лекарство было, то вы бы ее вылечили, – с этими словами вархад вышел из комнаты.
Олрид остался в комнате. Он смотрел на девушку. Наверное, девушку. Ну... Тот асири говорил, что дочь. Так, стало быть, девочка. В этих лохмотьях невозможно было что-либо рассмотреть. Больная обреченно смотрела в пол. Удерживая свой торс руками, она едва заметно пошатывалась.
Вархад с чем-то там возился и общался родителями зараженной. Олрид так и оставался в комнате. Он чувствовал печаль, осознавал проблему. Потому не хотел уходить. Он хотел бы помочь, но не рискнул прикасаться к больной. Паренек хотел дождаться учителя, да и было бы крайне глупо и опрометчиво ему опять кидаться и заразиться уже по-настоящему.
Запись 9
Олрид слышал, как родители дочки покинули дом. Некоторое время стояла тишина, которую нарушил голос вархада:
– Олрид. Где там потерялся? Иди сюда.
Паренек выглянул:
– Зачем? Больная еле держится. За ней нужно присмотреть.
– Больная может полежать. Есть где. И у тебя есть еще один больной на втором этаже. И за ним тоже нужен присмотр. Я сказал: ИДИ СЮДА.
Олрид глянул на больную девчонку. Та, едва шевелясь, медленно наклонялась и в конце почти упала на стол. Светловолосый паренек вышел из комнаты, завидев наставника, направился к нему. Вархад взял книгу со стола. Олрид нахмурился. Это же та книга, что он читал.
– Вот это ты кому оставил на лестнице? – вархад, не оборачиваясь, протянул книгу, наугад. – Хорошо, что большинство людей попросту не умеют читать. Кинь на второй этаж.
Олрид взял книгу. Феатур рыскал по полкам что-то выискивая, по столам. Осматривая различные коробочки, мешочки.
– Теперь еще лохмотья зараженной надо будет сжечь... – вархад пробормотал себе под нос. – Так... Ты еще тут?
– ...Да. – помедлив ответил паренек.
– И? Каково мнение?
Олрид еще раз задумался и осторожно уточнил:
– А по поводу чего?
– Зараженной. Ну. Что ученый, прочитавший не одну книгу в библиотеке ордена, скажет?
Олрид задумался. В книгах, что давал мастер больше написано про мироустройство, чем про болезни, но кое-что из них можно почерпнуть.
– Ну, – неуверенно начал он. – Это много на что похоже. Может... Потеря крови... Ну... Инфекция?
– Темнянка, – пояснил вархад. – Я уже не помню, как там ее именуют на древнем языке. Вещь заразная, хотя и не такая опасная. К нынешнему времени уже большинство существ имеют к ней устойчивость, но заразиться ей все же можно. Хм... – мастер извлек небольшую коробочку, открыв ее, принюхался. – Вот... Я надеюсь, алхимические реагенты ты помнишь?
– Да, – Олрид оглянул комнату. – Но... Тут же нет перегонных... Аппаратов.
– На улице, – внезапно ответил вархад. – Есть что-то похожее, но пока он тут не понадобится. Так... – Феатур откопал посреди всего что-то похожее на ложку и отсыпал темно-серого порошка в глиняную миску. – Поднимись пока наверх. Закинь книгу и осмотри древода, потом ко мне возвращайся. Продолжу разговор.
– А больная? – Олрид приподнял бровь.
– И больной. Древод все еще не пришел в себя. На моей памяти такое до добра не доводило. Так что он скорее мертв, чем жив. И тебе придется много к нему бегать, пока у нас больная. Если он все же очнется, то, вероятнее всего, будет ослаблен.
Олриду снова пришлось подниматься на второй этаж. Положив книгу рядом со стопкой других, он приблизился к древоду. Перевязка на его животе слегка пропиталась кровью. Мелкими, блеклыми пятнами. Возможно, перемещение было не самой лучшей идеей, но... Куда бы они тогда дели зараженную?
Когда паренек спустился вниз и оказался в то же комнате, что и вархад, наставник уже развел непонятную жижицу в миске.
– На перевязке кровь проступила, хотя и слабо.
Вархад скривил лицо:
– Дурно, – он нашел на столе смесь из трав. – Вот. Дай выпеть это зараженной, – присев, вархад отодвинул глиняный горшок, что был под столом. И притянул сверток Олриду. – Надень пока старые перчатки. Только без излишней самодеятельности, все делай только в одностороннем порядке. От нее ничего не бери.
Отставив жижу, что он готовил, вархад скрылся в проходе. Олрид неуверенно раскрыл мешочек. Там были перчатки. На вид не дырявые, вроде не испачканы. По крайней мере, видимо. А так кто его знает, что он там ими трогал. Может, таких же зараженных.
Быстро разобравшись с перчатками, Олрид взял настойку трав. Паренек принюхался к настойке. Ему было сложно определить что там, но припоминал подобное сочетание трав. Путь до комнаты с каменным полом был короток. Зараженная все еще лежала. Олрид осторожно ее потрепал одной рукой. Убедившись, что она не спит, светловласый паренек помог ей приподняться. Медленно и неторопливо он напаивал ее отваром. Больная вела себя тихо и послушно. Словно неживая, слепо подчиняющаяся чужим указам. Покончив с делом, Олрид отложил глиняную миску на небольшой столик. Помог больной лечь и хотел уже уйти, как услышал тихий голос.
– Холодно...
Олрид замешкался. Вся эта комната не располагала к теплу: железо, камень. Разве что потолок деревянный. Может, все это удобно мыть, но не находиться тут. Олрид снял с себя накидку монашеской школы. Она имеет длинные полы, широкие рукава, относительно теплая и не облегающая. Только выполнена сложнее и носится, скорее, как плащ. Под ней еще была более тонкая рубаха и штаны, так что голым Олрид точно не остался бы.
Паренек накинул на больную монашескую накидку. Она, сжавшись, сразу же вцепилась своими тонкими пальцами в пока еще теплую ткань. Олрид с сожалением смотрел на зараженную. Он провел рукой по ее плечу. Сколько прошло времени с тех пор, как она заразилась? Сколько времени еще понадобится, чтобы ей выздороветь? Да и успеет ли? Олрид не мог видеть то, как она выглядит, не мог знать, кем она была, но то, что он видел сейчас: полностью ослабленный, еле живой комочек.
Олрид отстранился. Его собственные мысли пугали даже больше, чем сам вид зараженной. Паренек услышал, как сверху спускается его наставник. Он снял с себя перчатки. Перейдя в прихожую, которая и была этакой лабораторией, Олрид упихнул перчатки в тот же мешок.
– Та-ак, – протянул вархад. – Я на чем-то остановился... Ты ей лекарство дал?
Олрид кивнул.
– Вот и хорошо, – Феатур окинул взглядом паренька. – Ты как-то меньше стал. Куда черное одеяние дел?
– Я больной его отдал, – честно ответил Олрид. – Ей было холодно.
– Ну и дурак. Что потом с этим куском ткани делать... Кипятить? И то не факт, что будет обеззаражено. А то, что ей холодно... – вархад задумчиво помолчал. – Это плохо.
Вархад приблизился к столу и стал дальше готовить странную жижу темноватого цвета.
– Ах, да, – нарушил молчание мастер. – Так что ты по реагентам знаешь?
Олрид приблизился к стулу и уселся на него.
– Можно я сначала поем? – он обернулся в сторону корзины. Она их так и ждала, там где ее оставили.
– Можно. Странно, что ты меня вообще об этом спрашиваешь, – несколько грубо отозвался вархад.
Олрид оживленно пододвинул стул к столу с корзиной. Еда остыла, но паренька это не смущало. Он неспешно поел. Пусть в корзине не было напитков, но в доме наставника воды в избытке. В ведерках, чащах. Ее тут предостаточно. Вся из городского колодца. Феатур так и не поел. Только опять выпил своего странного белого зелья. Торопясь, пытаясь это как-то скрыть, словно за ним кто-то сейчас мог следить. И нет, дело не в Олриде. Паренек стал замечать, что от него вархад свое пристрастие к белой жиже не так сильно скрывает как раньше. Да и ситуация не позволяет.
– Ну, что сказать, – начал Олрид, после того, как закончил есть. – Алхимию, как науку Медный орден всячески старается развивать. Ну... Можно сказать, что... Она везде. В самых разных ремеслах и лечении в том числе.
– И?
Олрид отвел взгляд, вспоминая: – Так... Просто преобразованные одни вещи в другие... Как сказать. Путем смешивания, брожения, выжимки. Ну, самыми разными способами. Каждый так называемый реагент состоит из тех же растений, ядов, минералов, частей существ. В каких-то случаях обработкой пытаются снизить токсичность этих элементов, в других – без определенных соединений они просто себя не проявят или будут бесполезны.
– В общем, все так, если не придираться к твоим словам. Только это больше походит на неуверенное бормотание, – вархад накрыл темную жижу еще оной миской. Отставив в сторону, он развернулся к ученику. – Когда-то знания о веществах были более обширными, но все это по каким-то причинам было утеряно. То, чем владеет орден, только крупица. В некоторых источниках говорилась, что это была вполне конкретная наука со своими правилами, формулами, классификациями. Сейчас – это скорее хаотичный набор рецептов. Однако орден Медного тюльпана в этом плане преуспел. Так или иначе, большая часть известных открытий принадлежит ему. И эти знания он очень хорошо сторожит, но не все. Какие-то знания запрещает к использованию и сохранению Культ солнца. Медный орден имеет к нему прямое отношение. В каком-то смысле он вышел из него. Как этакий неправильный урожденыш. И, в отличие от других орденов, наиболее отстраненный от культа.
Вархад снова задумался и замолчал. Проведя своей когтистой рукой по подбородку, он через некоторое время продолжил свой рассказ:
– Только пока мало чем это может помочь больным. Наиболее эффективным и действенным средством считается мертвая жижа. Готовиться до примитивности просто: достаточно любой продукт оставить гнить. Вот эта полусгнившая каша с плесенью и есть эффективное лекарство. В теории. На практике большинство не могут его обработать правильным образом. Его невозможно сохранить в таком состоянии. Невозможно грамотно использовать. Не ввести, не проглотить. Почти любое его употребление грозить смертью. Но зато, да – тела, обработанные ей, были наименее всего заразны. Орден скептически настроен к этому. Не желает ни признавать, ни отвергать. Есть его условная альтернатива, – вархад взял коробочку со стола, – это вот этот сероватый порошок. Не имеет запаха, на вкус как земля. Может хуже, я землю не пробовал есть. Только это все не то. Им действительно можно вылечить некоторых особо больных и инфицированных, но этот химический реагент – не мертвая жижа. Или – как его иногда называют – выжимка мертвеца. А ведь некоторые не особо умные и впрямь думают, что для нее нужны трупы...
Вархад глубоко вдохнул и с хрипом выдохнул. Мастер снова замолчал.
– И вы хотите напоить этой жижей больную? – осторожно поинтересовался Олрид.
Может, в том не было нужды, но паренька не покидало ощущение, что если он скажет что-то неправильно, то насторожит наставника, который редко начинает о чем-то сокровенным рассказывать.
– Нет. На ее приготовление нужно время, да и серым порошком можно обойтись, – с этими словами наставник отставил коробочку обратно. – К тому же, я же сказал: спорное средство, не все его одобряют, и нередко оно приводит к смерти. Только если в крайнем случае, и если мне не начнут мешать.
– А вы знаете, как сделать так, чтобы этот... Ну, эта жижа никого не убила?
Вархад долго молчал. Он будто не хотел это говорить или признавать, но ответ его был удручающим.
– Нет, Олрид. Этого я не знаю.
Запись 10
Следующий день казался Олриду хуже всех предыдущих. Усталость, боль и недосып начали его сопровождать с самого пробуждения. Древода так и оставили на кровати, вот и пришлось пареньку спать на полу. Раньше Олрид не задумывался над тем, как вархад может так спокойно спать на полу второго этажа. Теперь же задумался. Феатур вел себя обычно: хмур, особо несговорчив, однако вполне бодр. Олрид же едва переползал из одной части дома в другую.
Радовало, что позавтракать сегодня удалось без происшествий. Олрид, под контролем мастера, готовил туже жидкость с серым порошком, что и вчера. Прошлую порцию уже дали зараженной. Сразу, как настоялась. Остатки она допьет сегодня, потому-то нужна новая. Заодно еще для одной больной местной жительницы. Вархад тщательно следил за каждым действием ученика.
Паренек отставил приготовленную сероватую жижу. Он приступил к новому лекарству. Феатур указал, что нужно взять и в каких количествах. Олрид молча подобрал с полок нужные компоненты. Взял мерный черпак, тот самый, похожий на ложку, отсыпал унцию одного, еще двух других измельченных трав. Когда все было собрано, залил небольшим количеством воды, и принялся смешивать. В этот миг в дверь постучали. Олрид посмотрел на учителя. Вархад отстранился от стола, направился к двери. Олрид не видел посетителя, только услышал знакомый голос, но паренек не мог припомнить самого человека.
– Вас завет к себе командующий Гостар.
– Это важно? – недовольно спросил Феатур.
Посетитель ухмыльнулся:
– Конечно. Не зря же он послал своего, так сказать, десятника. Дело важное, ему нужны ваши советы.
Вархад недовольно шикнул.
– Ладно, пусть будет так. Олрид, – наставник обернулся к светловолосому пареньку. – Доделай лекарство и присмотри за больными, пока меня не будет. И не оставляй дом без присмотра.
Наставник снял с крючка на стене странный увесистый ключ, а после хлопнул дверью. Немного шума и скрип задвижки. Олрид замер, вслушиваясь в окружающую его тишину. Больная тихо сопела сквозь сон все в той же каменной комнате. Сверху не было и звука. Уже прошло много времени, даже сам Феатур стал готовиться к смерти древода. Более четырех дней. Все также без пробуждения.
Олрид размешал лекарство, отложил и накрыл подвернувшейся под руку пустой посудой. Отчасти он даже рад, что его оставили одного. Есть время, чтобы почитать книги. В одной из них паренек прочитал, что так называемые «прокаженные» Немории – это не вымершая раса, как любит твердить орден, а какая-то мутация. Это отчасти и объясняет, почему они рождаются у каждой расы и всегда выглядят по-разному. Однако с другой стороны...
Олрид остановился у входа в комнату, где лежала зараженная. Она все так же спит. Вроде ничего особо не изменилось. Паренек стал подниматься на второй этаж. Да, он больше походит на чердак, но все же – это второй этаж.
Олрид откопал в стопке книг недочитанную. Он уселся перед древодом и положил книгу на кровать. Все же паренька очень беспокоили подобные расхождения. Словно кто-то хотел все запутать или даже скрыть. Вот только Олрид не мог понять, зачем и почему.
Паренек раскрыл книгу и стал ее листать, выискивая нужную страницу. Поиски были долгими; тот, кто писал эту книгу, даже не позаботился пронумеровать листы. А может быть, это была чья-то записная книга? Какой-то журнал?
Олрид обратил внимание на абзац, где описывались гибриды. Да, он это определенно недавно читал. Про то, что через гибридов большинство рас могут приобрести новые признаки. Мелочи – вроде окраса волос, глаз, кожи. Все эти гибриды растворяются в преобладающей расе, однако есть некоторые гипотезы, что будь этих гибридов достаточно много, и будь у них новые условия, они могли бы переродиться в новую расу. Может, просто очередное заблуждение, а может тут есть что-то ценное. Все же уже во многих таких сомнительных книгах повторяются слова о том, что в этом мире очень быстро происходят преображения и мутации. В некоторых говорились совсем уж странные вещи, которые Олрид понять не мог.
Но помимо этого Олрид стал задумываться о наставнике и Медном ордене. Возможно, орден все же знает о тех книгах, что хранит у себя наставник. Знает, но... Как тогда сказал мастер: ни признает, ни отрицает.
Постепенно Олрид отходил от размышлений и погружался в книгу. Пусть его состояние было так себе, но желание разобраться во всем этом не оставляло паренька.
Лист за листом, так неспешно протекало время. Олрид временами отрывался от чтения, прислушиваясь. Однако скипа двери или иного шума снизу не доносилось. Паренек перевернул очередной лист, как услышал странный свист. Олрид отстранился от книги и замер. Звук прекратился. Паренек положил книгу на древода, он приподнялся и стал всматриваться. Но все было спокойно. Олрид хотел спуститься вниз и посмотреть, как там больная, может, это из ее комнаты. И тут он услышал странный шепот. Олрид не узнавал слова, хотя в тишине все звуки отчетливы и ясны. Обернулся и увидел, что древод лежит с открытыми глазами. Олрид нагнулся к книге, но тут же его схватила темная рука. Снова послышался свист, а после – новый шепот. Только громче и яснее, только все равно непонятный. Олрид вздрогнул, от шока он замер, даже не сразу понял, что этот шепот произносит сам древод. Пришел он в себя, когда это существо тихо прохрипело на асирианском:
– Воды...
Олрид отдернул руку.
– А... Да... Сейчас, – паренек положил книгу к стопке других. – Сейчас все принесу. Только не уходи никуда. Я спущусь и принесу.
Олрид второпях спустился. Быстро осмотрел столы, схватил пустую чашу и присел. Разглядел в полумраке средь закрытых горшков ведро с водой. Набрав воды, Олрид стал подниматься наверх. Но если по лестнице паренек ступал осторожно, то вот в его голове хаотично метались всевозможные мысли. Олрид все пытался вспомнить, как помочь при обезвоживании. На ум приходило все самое очевидное: дать воды и чего-нибудь укрепляющего. Желательно в жидком состоянии. А что дальше? А дальше ждать возвращения наставника.
Олриду пришлось придерживать древода, пока тот пил. У самого существа практически не было сил, чтобы что-либо сделать или говорить. Олрид старался поить маленькими порциями. Насколько это получалось. Паренек также помог древоду лечь обратно, после снова спустился вниз. Где-то наставник хранил коренья, привезенные с долины Баас. Только оставался вопрос как их приготовить. В теории их можно как-то отварить или измельчить. Печь находится снаружи, частично ограждена стеной, но, в общем, то место мало чем напоминало нормальную людскую кухню. Зато там можно было нагреть пищу или приготовить отвар.
Изрядно покопавшись в ингредиентах, Олрид все же нашел нужные коренья в мешке. Порывшись в вещах, лежавших на столах, паренек нащупал и нож. Он прихватил с собой пустую посудину. Все равно, какую, в нее же он корку будет скидывать. Приблизившись к лестнице, Олрид еще раз заглянул к больной. Пока спит, и то хорошо.
С древодом паренек не общался. Только наблюдал за его состоянием. Подумывал над тем, хватит ли времени, чтобы сделать отвар и сразу вернуться. Олриду бы хотелось верить, что успеет, однако здравый смысл подсказывал, что нет, и нужно будет возвращаться в дом. Древод практически не двигался. Только изредка поворачивал головой и следил за пареньком. Глаза у этого существа казались странными Олриду. Они были полностью зеленые, точно лишенные белка. Лишь черная окантовка и зрачок. Олрид только сейчас заметил, что странные усики на голове древода едва заметно вздрагивали при каждом его движении. Только Олрид не мог понять: зачем они ему нужны. Ну, раз они есть, то, стало быть, нужны.
Еще раз пришлось спускаться вниз. Олрид заглянул к зараженной. Все так же – спит. Приблизившись к столам в другой комнате, паренек откопал что-то, в чем можно было бы отварить коренья. Набрав воды, мелко нарезал коренья, а после Олрид направился к выходу.
Покинув дом, светловолосый паренек обогнул здание. Пройдя в некое подобие помещения, в одну из дыр, без дверей – просто проход, Олрид стал разжигать в огонь в специальной жаровне. Это место располагалось под крышей того же дома. И, наверное, должно было быть одной из комнат, однако на деле оказалось отдельным помещением, что практически на улице. Олрид еще в первый раз, когда тут был, подозревал: эту комнату от той, что с каменным полом и стенами, отделяет лишь одна стена. Не будь стены – было бы одно помещение.
Олрид дождался, когда дрова разгорятся, и поставил горшок. Пока оно нагреется, пока вскипит, проварится... Олрид с сожалением выдохнул. Если бы он знал наверняка, то позаботился заранее. А так: это время. И есть ли это время? Олрид направился вовнутрь дома. Стоило посмотреть все ли хорошо. Усталость давила на паренька, но остановиться Олрид не мог, не хотел. Только все это отражалось на состоянии. Олрид остановился у порога. Он развернулся и облокотился о косяк. Так он мог слышать, что происходило в доме, да и зараженную более-менее видел.
И ждал наставника. Он ждал, но мастер все не возвращался. Олрид уже успел приготовить отвар и принести обратно. Предварительно затушив огонь. Паренек поставил отвар на один из столов. Ему пришлось вернуться и снова закрыть входную дверь, только он немного помедлил у входа. Но сколько бы он ни ждал, не слышал шорох царапающих землю когтей или лязг замудреного ключа.
Олрид подобрал чащу, из которой поил древода. Снова набрал в нее воды. Время прошло достаточно с тех пор, так что можно было еще что-то дать. Стоило напоить снова, и проверить. Паренек медленно поднялся наверх. Осмотрев комнату, он заметил, что древод сполз с кровати и что-то искал, с трудом передвигаясь. Скорее, даже больше ползая, чем удерживая на весу тело.
– Вам лучше лечь обратно, – Олрид приблизился к древоду. Он поставил чащу на пол, постарался помочь существу подняться. – Слишком сильные нагрузки не пойдут на пользу.
Стоило Олриду дотронуться до древода, как тот попытался отстраниться. Вот только паренек был настойчивей и все равно пытался поднять. Древод смотрел на паренька так, словно не понимал всех его слов, но, похоже, улавливал некий их смысл.
– Где... K`hran? – древод немного помолчал, только заметив непонимание Олрида, добавил, – железный, острый. Оруж`е.
Олрид задумался. Он попытался вспомнить, как они нашли древода. Паренек припоминал траву, трупы животных, но ничего железного там не было.
– Мы так вас нашли. Если бы там было что-то еще, то взяли бы. Наверное. Но я не видел.
– Вас? Тут другие?
Олрид замешкался:
– Нет. Один. – Тогда почему произносишь вас?
Олрид невольно ухмыльнулся:
– Ну... Просто... Забудь.
Олриду все же удалось вернуть древода в кровать. Темно-зеленое существо уже не противились, даже немного посодействовало. Древод внимательно все осматривал, спустя какое-то время он все же спросил:
– Где я?
– В доме лекаря. Я его ученик, сам же мастер ушел по делам, – Олрид посмотрел на древода. Вроде он все понимает, ну или большую часть сказанного. – Я принес еще воды. Попозже принесу еще и лекарство. Самое простое, укрепляющее.
Древод молчал и все обдумывал. В нависшем молчании Олрид приблизился к чаше. Он поднял ее и снова направился к кровати. Сколько пройдет еще времени, прежде чем вернется наставник? Олрид не знал, только делал, что считал нужным.
Запись 11
В какой-то момент проснулась и больная. Олрид угостил ее едой и снова дал лекарство. Паренек придерживался тех же методов, что и давал наставник в первый раз: перчатки, и не брать от нее ничего. Пусть тогда, когда наставник вернется. Он знает, как это все обрабатывать. Олрид некоторое время побыл с зараженной. Поговорил с ней, постарался как-то воодушевить. Больная очень медленно говорила, вяло отзывалась. Вскоре скрипнул замок. Олрид покинул зараженную, снял перчатки и закинул их в старый мешок.
Пусть в этом доме небольшие окна и свет, проникающий вовнутрь, слаб, но этого хватило чтобы увидеть злобное лицо вархада. Феатур превзошел самого себя. Настолько злобным, недовольным, Олрид не видел его еще ни разу. Полузакрытые глаза вархада гневно сверкали в полумраке. Взгляд вархада остановился на пареньке.
– Что-то произошло в мое отсутствие?
Олрид вздрогнул. Что там взгляд, у этого вархада сейчас и голос был не свой. Низкий, с ярко выраженной хрипотой.
– Нет, – Олрид неуверенно указал на приготовленное лекарство. – Вот, я его доготовил. Больная проснулась. Я ей уже дал лекарство. И... Древод проснулся.
– Неужели, – прочти процедил Феатур.
Вархад прошел мимо паренька и свернул к лестнице. Олрид несколько помедлил, но все же последовал за ним. Когда паренек поднялся, мастер уже нависал над древодом.
– Ну, как состояние? Дышишь? Понимаешь, о чем я говорю?
Древод приподнял торс и уперся локтями в кровать. Он кивнул, и странные усики на его голове качнулись.
– Чудно, хоть на это время тратить не придется... Откуда пришел? Как оказался около деревни, где ранили?
Древод отвел задумчивый взгляд. Какое-то время он молчал, словно что-то осмысливал.
– Я с границы. Где лес. Лес Мерцающих огней, – древод снова задумался. – Я ушел оттуда. Так как все равно знал ваш язык. Ее речь...
– Просто взял и ушел? От мест, где живет твоя раса? – перебил его вархад.
Древод промолчал, вместо него заговорил мастер:
– А вот до моих ушей дошла информация, что как раз на вашей, земле древодов, случились какие-то неприятности. Слухи разные доходят, но есть кое-что, повторяющееся относительно часто: там стали все заболевать. Может быть, имеет место быть целой эпидемии среди древодов. Вы не асири и не вархады, у вас есть некоторые отличия. Вот только не настолько, чтобы не иметь общих заболеваний, – вархад сверкнул глазами сверху вниз. – И? В самом деле нечего сказать?
Древод продолжал молчать. Он медленно просто лег обратно, когда тишина уже начала давить на слух. И в тот миг, кода, казалось, не последует ответа, раздался тихий голос существа.
– Да. Я о том слышал. И почти видел. Там, где я рос, было много sanreo. Кто-то стал странным. Я сразу предпочел уйти. Не ожидая, что меня тоже это достает.
– И тоже оказался зараженным? Ну, тем самым: странным, да? Что же там странного случилось? Пена у рта, кожа гноилась или что-то более странное?
Древод попытался покачать головой.
– Не. Не могу произнести. Я... Не знаю, как сказать. Не получается. Это... Просто видеть нужно.
– А сам? – вархад все не успокаивался.
– ...Тоже, – очень нехотя отозвался древод. – Тоже. Да и нет. Было, но быстро исчезло. Я пытался это объяснить другим. Мне не верили.
– Не поверили и прогнали? И вот прям сразу сказал, кто откуда?
Древод стал неровно дышать и как-то раздраженно посматривать на мастера. Будто этот разговор его не только выматывал физически. Но... Он все равно отвечал.
– Не так, – ответил древод. – Не во всем... Я пытался найти убежище. Мне не давали. Требовали уйти.
Древод все же смолк, только в этот раз молчал и вархад. Олрид осторожно приблизился к наставнику. Он глянул на наставника, паренек хотел услышать многое. Был готов услышать даже то, что они все это время ошибались, и зараженных у них два. Вархад не сразу заметил вопросительного взгляда Олрида.
– Что? Ждешь, когда я на тебе сорвусь? – Феатур обратился к Олриду. – Мне нечего сказать. Я сам в замешательстве. Я бы не стал врать. Сам же тоже ничего странного не видел. Хм...
Вархад провел своей когтистой кистью по щеке и подбородку.
– Может... Может это действительно так... – вархад смотрел вперед, только сквозь древода, кровать и даже не на пол. Точно в пустоту. – Если слухи говорят о почти что эпидемии, то мы бы уже заболели... Хм. Надо будет провести еще несколько осмотров. Может, со временем все станет ясно. Хм... А тот странный охотник... Хм. Но на мне ничего нет, а на тебе... – вархад схватил Олрида за руку и осмотрел. – Тоже... Странно. Может... Может, ты и прав, древод. И у тебя действительно ничего нет. Но это еще увидим...
Вархад неспешно направился к лестнице, Олрид – все так же за ним. Феатур бегло осмотрел больную, проверил все, что паренек успел приготовить. Олрид продолжал за ним следовать, пока вархаду не надоело.
– Ну что еще? – раздраженно огрызнулся Феатур.
– Что-то серьезное случилось, мастер? – задал вопрос Олрид.
– Нет. Почти. Просто неприятности на северо-западе. И вдобавок я был прав: родители этой девочки тоже оказались заражены. Пусть и не так сильно: болезнь только развивается. Похоже, долгий контакт с дочерью истончил сопротивления их организмов к заразе. Вот и все неприятности, Олрид. Сегодня я снова уйду, так что я надеюсь, что не зря всему учил и хоть проследить за всем в мое отсутствие ты сможешь.
Тот день для Олрида закончился нескоро. Ему приходилось то подниматься наверх, то снова спускаться. За всем приходилось следить, а когда учитель снова вернулся, то еще раз лекарства готовить.
В таком темпе потянулись дни. Феатур, насторожившийся новостью, пополнил запасы лечебных трав и реагентов. Скорее всего, снова связавшись с Медным орденом. Олрид пытался привыкнуть к новой обстановке. Все же на него, как никогда до этого, возлагалась большая ответственность. Но к счастью, рядом был наставник. Когда же проблемы возникали у жителей города, работы становилось больше. И вроде как Олрид стал забывать о тревожных слухах, до этого момента...
Этот день начался, как и большинство предыдущих: еда, больная, раненый древод и новое приготовление лекарств, а скоро будет уже и полдень. Только в этот раз из жителей за все это время их с наставником не потревожили. Воспользовавшись затишьем, Олрид и наставник занялись приготовлением заготовок.
Пока наставник смешивал сухие смеси, что привезли недавно, Олрид измельчал серотрав. Парень обдумывал, что успел недавно прочитать, только он не выдержал и решил обсудить с наставником. Осмотрев комнату, Олрид приблизился к мастеру и шепотом поинтересовался:
– Учитель, меня вот что интересует: зачем людям помощь обычных лекарей, когда существуют маги? Те, что управляют кровью и плотью. Они могут пересаживать органы любого существа в любое другое, нарушая все законы и правила наших методов лечения. Они могут переливать любую кровь в любое существо, игнорируя правила о свойствах крови. Они буквально могут создавать химер и практически воскрешать свежеумерших. Они словно смеются над нашими трудами. Для них любая материя из плоти и крови едина. Они легко меняют ее структуру. Так почему так? Почему никто не пользуется их способностями?
Феатур смешал новую заготовку и отложил ее к другим запасам.
– Не все такие добрые и наивные, как ты, Олрид, – произнес он, так же тихо, – магисерти это очень опасные, хоть и сильные существа. Да, подобные «маги» или колдуны, чародеи или еще как их там назовут простые люди, достаточно способны... Да что там, они невероятны в своей силе. Только не стоит быть наивным – они обычные твари. Вроде тебя, меня и даже древода. А они, между тем, имеют почти безграничную власть над живой материей. Вот и как думаешь: стали бы они тратить свои силы на благодетель, когда они могут все взять силой? А вообще: не распыляйся на подобные вопросы. Мой дом – хорошее убежище, а эта глушь – далека от костра культистов. Не так давно настало новое время, и кто знает, что было до него. А по идее, дочитав эту рукопись, ты должен был узнать почему.
Олрид некоторое время молча растирал растения в ступке, однако потом спросил:
– Кровавый культ?
Вархад наклонился к пареньку и сказал совсем тихо:
– Ага. Именно он. Я не знаю, что там было, да и никто не знает. Уже. Но оно граничит с прошлым, что так отчаянно пытается схоронить последователи Вечного Солнца. Другое дело, что находятся, так сказать, искатели правды. И отчаянно пытаются откопать тайны прошлого. По крупицам и обрывкам. Что еще можно спасти.
Олрид еще немного подумал. Пока он был в своих мыслях, вархад отстранился и стал готовить еще одну смесь.
– Мастер, тогда можете мне еще кое-что сказать... Знания о лечении я получаю от вас. Ваших наставлений. Тогда зачем все эти книги? Орден ведь знает об этом?.. Ведь так?
Феатур бросил злобный взгляд в сторону паренька.
– Да, знает. Хоть и не о всем, – вархад также предпочел тихо говорить. – Но ему нечего мне предъявить. Да, я еретик. Злостный хранитель правды. Да только что с того? Знания в книгах – это знания о мире. Многое ты бы мог сделать, если бы не знал, как устроено тело? Как течет кровь?
– Ну... Немногое... Только там есть и еще кое-что. Не относящееся к лечению, – прошептал Олрид.
Вархад беззвучно оскалил клыки. Ненадолго, буквально через несколько мгновений, лицо сменилось на недовольное.
– И что? Оно что? Мешает? – в голосе вархада послышалась явная хрипота. А ведь сегодня он уже пил свою загадочную белую настойку. – Или что? Мне тратить время и все переписывать? Только за тем, чтобы там не было всего... «Не относящегося к лечению»?
Олрид дернул плечом:
– Я не знаю. Это странно. Как-то очень странно. Для лекаря.
Вархад презрительно фыркнул и не менее презрительно посмотрел на паренька. Оба молчали, не спешили начинать разговор. Послышались глухие удары в дверь. Олрид обернулся, тогда как наставник, оставив свою работу, направился к выходу.
– Вас звал командир Гостар, – произнес солдат, когда вархад открыл дверь. – Велел передать, что дело важное и нужно взять... Ну, что вы там берете для осмотра зараженных. Он ждет у ворот.
– Опять и снова... – Феатур помолчал и спросил солдата, – сторожить умеешь?
– Само собой... Только кого?
– Этот дом. Будь здесь и следи, чтобы больная не покинула свою комнату. Если что-нибудь пропадет – твоя вина. И пост у входа не покидай. Если кто обратится ко мне – отправишь к своему командиру, – вархад развернулся, – Олрид, сворачивай работу. Ты пойдешь со мной.
– А надо ли? – паренек отставил ступку.
– Надо, – Феатур приблизился к столу. Нагнувшись, он снова подобрал мешочек со старыми перчатками. – Если все время будешь делать одно и тоже, то умнее не станешь.
Вархад покинул дом, Олрид последовал за ним. Может быть, наставник был прав, а может – нет. Но возразить парень не пытался.
За столь долгое время Олрид снова оказался на улице. Зелень все также окружала низкие причудливые городские постройки. В этот раз жители не спешили закрывать окна и не скрывались в переулках. Однако пересекаться с лекарями тоже не торопились. Если же им не повезло оказаться на одной тропе с вархадом, то сразу спешили отойти подальше. И только сейчас, за столь долгое время, Олрид увидел некое оживление в городе. Некоторых парень узнавал, узнал ту рыжую девчонку. Заметил несколько асири, что обладали нетипичной для марохта внешностью – с черными волосами. Несмотря на деление на всякие подвиды, асириане все еще являются единой расой, и такие существа – тому подтверждение.
Вообще, насколько понимал Олрид, народности асири различаются только по внешним признакам. Марохта считаются светловолосыми или русыми, тогда как баас – темноволосые и часто с бледной кожей. Обычно кожа марохта темнее, особенно у тех, что проживают ближе к пустыни. Скорее всего, тоже бы было у баас, проживай в тех же местах.
Со временем, Олрид усмотрел впереди за спиной наставника ворота. В этот раз солдат там было больше. И тот седой стражник там тоже был. Вархад махнул рукой в знак приветствия, когда седой обернулся в их сторону.
– Зачем звал, Гостар? – мастер обратился к седому.
Олрид удивленно посмотрел на седого, а после на наставника. Этот воин и был командиром? Это он что ли всеми солдатами тут руководит? Паренек ожидал увидеть кого-то внушительней просто старого стражника.
– Сам увидишь, когда отопрут ворота, – седой что-то жестом указал своим людям. – В подобном я не разбираюсь, но счел нужным показать тебе.
Ворота отворили, и Олрид увидел на дороге повозку. С виду казалось, что в ней никого не было. Доски полностью скрывали содержимое телеги, однако поверх них не мелькала ни одна голова или часть торса. Одна из лошадей безвольным грузом висела на ремнях, вторая – хрипела и топталась на месте. Кобыла бешеным взглядом смотрела на асири, только тело ее мертвой родственницы путалось у нее под ногами. А своих сил, чтобы сдвинуть повозку, похоже, у нее не хватало.
Феатур угрюмо посмотрел на повозку, после направился к ней. Олрид с опаской посматривал на телегу, однако последовал за вархадом. Пусть и не сразу. Мастера, казалось, вообще ничего смутить не может. Только пареньку было не по себе. Все это ему казалось очень странным. Даже немного пугающим.
Когда Олрид обошел телегу, то невольно замер. В телеге было полно трупов. В основном дети, женщины, вроде как и один мужчина есть. Их пустые, белые глаза смотрели в пустоту. Кого смерть застала сжавшимся, может быть, от страха, кого в агонии. Мастер в это время осматривал тела. В перчатках, ловко повиснув на повозке, вархад лишний раз старался не прикасаться к телам. Олрид невольно шагнул назад.
– До этого кто прикасался к телеге, Гостар? Найди их и вели собраться в каком-нибудь месте, что далеко от людей, – вархад поднялся повыше и заглянул в повозку. – Их стоит выдержать в карантине. Где-нибудь.
Олрид с непониманием смотрел на наставника. Как он может так близко наклоняться к мертвецам и не бояться, что заразится?
– Хм, – вархад что-то еще осмотрел. – Эту темную корку я узнаю. Хм... Да, точно знакомо... А тебе, Олрид?.. Олрид?
Светловолосый паренек медленно пятился назад. Он не отрывал испуганного взгляда от телеги, и, казалось, вообще ничего не замечал.
– Олрид!
Услышав крик наставника, парень очнулся и остановился.
– Знакомое? Это как? – послышался голос седого солдата.
Олрид осмотрелся. Он и не заметил, когда этот Гостар успел выйти за пределы города с частью стражи.
– Ну... Ты же помнишь, что нас посылали в ту деревню на севере, Гостар? Должен помнить. Тогда еще хозяин очень сильно злился, – с этими словами вархад слез вниз.
– Это как-то связано? – спросил седой воин.
– А я без понятия, – Феатур стянул перчатки и закинул их в телегу. – Только повозку нужно сжечь. Вместе с выжавшей лошадью. Так что на время горожанам лучше спрятаться в домах и позакрывать все окна и двери. Пока дым ветром не унесет. А то мало ли.
Запись 12
Коня солдаты все же решили убить, прежде чем сжигать. Олрид лишь безвольно наблюдал, как животное пронзило несколько арбалетных болтов. Как он пытался вырваться, однако в итоге стих и упал. Седой отдал еще какие-то распоряжения. Пока часть его солдат вернулась в город, сам воин подошел к наставнику. Не близко, стараясь держать дистанцию.
– Твой карантин так уж необходим? – седой глянул в сторону вархада.
– Нужен. Еще неизвестно, насколько оно заразно, – вархад на миг смолк, а после обратился к пареньку. – Олрид, ты так и будешь как бревно стоять?
Однако Олрид так и продолжал молчать.
– Да что с тобой будешь делать... Возвращайся домой и присмотри за больными, – вархад повернулся в сторону телеги. – Я еще тут задержусь...
Олрид все еще молча стоял, как в оцепенении. Вскоре появились новые солдаты. Они держали несколько факелов и еще разный мусор, что хорошо горит. Паренек отшатнулся и направился назад. Стражи подготавливали все необходимое для костра, стараясь не касаться самой повозки. Седой воин еще о чем-то с Феатуром разговаривал, но их Олрид не услышал. Жители уже попрятались по домам, спешили запереть окна и двери. Сложно даже представить, как они будут так сидеть. Последний месяц лета в самом разгаре. Душно будет.
Олрид прибавил шаг. Скорее всего, ему стоит так поступить и с домом лекаря. Феатур не любил распахивать окна нараспашку, но все же – хоть приоткрывал их. Благо в этот раз переулки он не спутал и точно вышел к нужному дому. На пороге стоял солдат и еще один знакомый тип. Олрид припоминал, что точно слышал этот голос и веселую манеру речи, и узнавал шрам на лице, когда подошел ближе...
– О, поглядите. Решил с мастером турнир устроить по самым мрачным рожам? – солдат ухмыльнулся.
Олрид прошел мимо, не отреагировав на колкость. Он закрыл приоткрытое окно на этом этаже.
– Эй, что случилось?
Олрид всегда считал себя терпеливым, но задорный голос Вальтазара его сейчас раздражал.
– Феатур велел всем спрятаться по домам и запереть все двери, – произнес он. – А еще он сказал, что все, кто прикасался к телеге, должны будут несколько дней побыть в изоляции от других.
Вальтазар снова ухмыльнулся.
– Серьезно?.. Ладно, похоже, что ты не шутишь, – он похлопал по плечу второго стражника. – Пойдем. Уже, наверное, сыскались в поисках нас.
Солдаты закрыли за собой дверь, а Олрид запер ее на засов. Закрыв еще одну ставню, он поднялся наверх. Древод сидел на кровати. Он уже достаточно хорошо себя чувствует и вполне способен передвигаться, как и больная. Только он все равно делает это медленно. Да и двигается недолго. Так что в каком-то смысле когда-то немощная зараженная в разы активнее этого странного типа. Олрид закрыл небольшое прямоугольное окно и тут. Вроде все сделал, а пока... Проверить, все ли заготовки есть.
– Тебе тревожно? – произнес древод совершенно спокойным тоном.
– Немного, – честно сказал Олрид. – Просто... Просто такая странная ситуация... Немного даже страшная...
Паренек перевел свой взгляд на пол. Что там немного, Олрида эта телега трупов жутко напугала. Но признаваться в этом древоду он не хотел.
– Просто... Так велено, – продолжил Олрид. – Мастер так сказал.
Древод задумчиво наблюдал за пареньком, пока не сказал:
– У тебя на лице страх. Одно я понимаю: указы старших трудно не выполнять. Хотя ясного мне тут мало.
Олрид с непониманием осмотрел древода. Наверняка, он не так выразился, но ответ древода как-то странно звучал. Паренек еще немного подумал. Может, так просто ему показалось. Олрид сам не свой. Вроде и телеги рядом нет, вроде все спокойно, но в памяти эти картины словно застряли. Эти глаза мертвецов, эти хрипы умирающего коня...
Олрид вздрогнул, когда услышал странные звуки. Он резко обернулся в одну сторону, в другую. Только спустя время он понял, что это древод что-то себе под нос говорит. Странный у него голос. Даже асирианскую речь он произносит своеобразно. Нет грубости в тоне, слушать приятно. Только сложно по такому голосу определить мужчина это или женщина... Странные эти древоды.
Олрид откопал среди вещей новую пару перчаток и спустился вниз. Надев перчатки, он заглянул в комнату к больной. Юная девица, она была даже моложе Олрида, сидела на столе, как и всегда. Теперь. От ее старых лохмотьев лекари избавились, когда больная стала похоже на нормального асириана, а не ходячий труп. Девица резко обернулась, когда светловолосый паренек открыл дверь.
– Как самочувствие? – спросил Олрид.
Девица повела плечами.
– Да все так же. Хуже не стало. Чувствую себя хорошо, жаль, что тот хвостатый и недовольный велит мне тут оставаться.
– Это Феатур, – Олрид уперся спиной о каменную стену. – Он дельные вещи говорит. Может, тебе и кажется, что все хорошо, а что, если болезнь не полностью ушла?
Девица поправила рукава монашеской одежды.
– Спасибо вам. Вот, что я все хотела сказать, да смущаюсь, – она опустила взгляд на свои босые ноги. – Спасибо, что свою одежду пожертвовали. Твоя мантия и штаны лохматого. Мне, правда, непривычно в мальчишеской одежде, но это лучше, чем ничего, – девица улыбнулась. – А что с тобой? Ты какой-то печальный. С моими родителями что-то произошло? Или еще кто-то из жителей заболел?
– Да, нет... Нет... Это другое... – оправдался Олрид.
Паренек еще пообщался с девицей. Не о чем-то конкретном, просто чтобы занять ее и самому от шока отойти. После вернулся к столам, где оставил недомолотый серотрав. На какое-то время паренек и вправду стал забывать о произошедшем. До тех пор, пока к ставням не подкрался дым. Слабый. Но тот запах, что он с собой принес, был отвратительный. Олриду сложно было представить, как же там все это терпит мастер. Хотя о чем можно говорить. Феатура вообще ничего не волнует. Горой трупов его не испугаешь, неведомой заразой – тоже. Заразиться не боится, смрад его не оттолкнет. Если бы Олрид не знал этого вархада лично, то решил, что это монстр неизвестного вида. Или ложь. И проблема не в том, что Феатур был другой расы, из-за которой в большей степени походил на зверя.
Олрид снова отставил ступку. Он только сейчас задумался над тем, что перестал воспринимать вархада не как кого-то чужеродного, а скорее как нечто привычное. Похоже, он в самом деле слишком долго общается с этим лекарем.
Феатур возвращался несколько раз домой. За мутно-бесцветной жидкостью. Как он сам когда-то объяснял – для обработки. Однако вархад не скоро вернулся и почти весь день где-то пропадал. Олрид снова оставался один, а под его ответственность почти здоровая девица и древод. И еще весь дом.
Так уныло начался новый день. Олрид так и уснул на стуле в ожидании наставника. Ведь ночью он не вернулся. Проснулся паренек от того, что его кто-то упорно будил.
– Что... Что такое... Что случилось?.. – сонно пробормотал Олрид, едва понимая, что сам говорит.
– Поднимайся наверх. Нечего тут спать.
– Что? – Олрид протер глаза.
Он не сразу понял, кто именно склонился над ним. Только почувствовал холод с улицы, сырость и запах земли. Только когда этот некто, крепко вцепившись свой когтистой рукой, попытался поднять Олрида, паренек понял, что это и есть наставник.
– Иди и выспись наверху. Потом снова будешь сонный бродить по дому и стенки сшибать.
– Я так не делал, – оправдался паренек.
– Так сделаешь. Поступай, как велено.
Олрид все же узнал в темноте своего наставника. Он принес с собой какой-то мешок, но Олрид не стал спорить с вархадом. Только чем ему этот первый этаж понравился, он не знал.
– А вы сами-то не боитесь заразиться или заразить других? – паренек задал этот вопрос, когда остановился около лестницы.
– Я говорил это не раз: вархады редко болеют. Ты точно все книги прочел?
– Да. Некоторые по нескольку раз, но все же. Редко – это не всегда.
Вархад так и не ответил. По звукам, Олрид мог догадаться, что наставник положил мешок и что-то ищет. Вздохнув, парень направился наверх. Осторожно. Несколько раз чуть не упав в этой темноте. Добравшись до второго этажа, он приоткрыл небольшое окошко. В нем он заметил темное небо и едва заметную полосу света на горизонте. Где только этот вархад был? Вернулся, считай, под самый рассвет...
Олрид прикрыл небольшое окошко. У него еще оставалось немного времени на сон, пока не проснется большая часть города. И именно сном занялся паренек, когда расположился на полу. Рядом с книгами, сменной одеждой вархада и прочей мелочью, что делила с ним пол.
Второе пробуждение Олриду показалось не менее тяжким. Паренек попытался отмахнуться от назойливого будителя.
– Еще немножечко, мастер. И я встану... – сонно проговорил Олрид.
– День настал. Внизу кто-то приходил, – этот голос парень узнал, хотя его сложно было определить как женский или мужской. – Поднимайся, hatlear. Странный ребенок хочет поговорить.
Олрид постарался подумать, о каком ребенке идет речь.
– Какой ребенок? – паренек глянул на древода.
– В каменной комнате.
Олрид еще некоторое время приходил в себя, пытаясь понять, о каком ребенке он говорит. Тем временем, древод спокойно ждал, и только провел рукой по второй. Что-то в шероховатой, потрескавшейся коже древода хрустнуло, и на пол упала мелкая крошка. Олрид сел. Древод безразлично смотрел вниз, рассматривая шелуху. Теперь понятно, почему вся кровать покрылась темной шелухой. Это кожа так у древода шелушится. Паренек обреченно вздохнул.
– А все древоды так линяют? Круглый год?
Древод что-то обдумал, только после ответил:
– Крошится?.. Всегда.
Олрид снова выдохнул, и очень медленно поднялся. Медленно приблизился к лестнице и спустился. Кто-то открыл на первом этаже окна. Яркий солнечный свет освещал комнату, мало чем отличающуюся от вчерашнего дня. Только темные следы когтистых лап и разводы. Эти следы чем-то напоминали следы крупной собаки или волка, только там было не четыре, а пять пальцев. Однако существо также опиралось не на всю стопу, а лишь на пальцы. Вархад. Тут был, но опять куда-то ушел. Олрид приблизился к столам и осмотрел их. Ничего нового. Только горшки кто-то перемещал. И корзину с продуктами кто-то принес и что-то оттуда забрал.
День начался с привычного начала: еда, больная, лекарства для нее, осмотр ее, после древод, и его осмотреть. Так день незаметно приблизился к вечеру. А вархада все еще не было. Олрид уселся на один из стульев. Может, на тот же, что и вчера. Время текло так медленно, что Олриду это казалось вечностью. Наставника так и не было. Паренек уже стал тревожиться. Неужели вархад воспринял его слова так близко? Но нет. Олрид услышал голоса. Один из них был хриплый. И это точно был наставник.
Открыв дверь, вархад сразу направился в комнату к зараженной. Олрид осмотрел родителей девушки. Они с каким-то трепетом и ожиданием глядели в спину мастеру.
– Да, можете ее взять к себе... Заодно и мне место освободится, – последнюю фразу вархад произнес намеренно тише. – Только город не покидайте. Я еще к вам буду наведываться.
Олрид все также молча наблюдал как родители прошли в сторону каменной комнаты, как они улыбались при виде своей дочери, как направились к выходу. Только паренек сидел безвольно, так и оставшийся незамеченным. В духе тех же столов, окружающих его. От раздумий паренька отвлек наставник.
– Древод в пределах этого дома? – тихо спросил вархад, когда наклонился к ученику.
Олрид кивнул:
– Дома. Как обычно на втором этаже. А что? Что-то случилось?
– Надо, – кратко ответил мастер. – Вы мне оба понадобитесь.
Феатур прошел дальше в дом, вернулся уже с древодом и держал в руках черную сумку. Толком ничего не объяснив, вархад практически выволок из своего дома Олрида и древода. Пока наставник возился с дверью, паренек осмотрелся. Время уже далеко за полдень, можно сказать практически вечер. Олриду все это не особо нравилось, но он молчал и следовал за наставником. И помимо этого помогал древоду. Этот тип не просил ему помогать, но Олрид все же видел, что древод не очень-то крепко стоит на ногах. Потому и подхватил существо.
Тени все расползались от домов, а свет все сильнее наливался красным, вот только они так и продолжали свой путь. Парень продолжал молчать, только косо поглядывал на наставника. Древод неспешно плелся. А вархад сохранял недовольное лицо. Феатур свернул в очередной переулок, ведущий вниз. Если улицы выше, еще можно назвать чистыми, то эти по дороге вниз собрали всю грязь. Вархад уводил все ниже и ниже, пока не остановился около непримечательной постройки. Он присел, поставил на вымощенную камнем дорогу странную большую сумку. Олрид осмотрел дом.
– Это здесь был... карантин. А как же жильцы?
– Умерли, – вархад раскрыл сумку. – Дом пустой. Так что чем только он уже не был. Не сносить же его только из-за того, что там никого нет. К тому же это временное явление. Кто-то умрет, кто родится и вырастет, а дом так и будет тут стоять.
– А родители той девушки были в таком же пустом доме? – осмотрев постройки, Олрид оглянулся на мастера.
Вархад вытащил из сумки черный плащ. Резкий запах какого-то масла и странных реагентов сразу ударил в ноздри пареньку. Надев одеяние, мастер экипировал черные перчатки и специальные, прям под его лапу, ботинки. Наверное, их можно так назвать. Последнее, что вархад достал из сумки – это маска. Не тот жалкий кусочек ткани, что повязывали на лицо, а настоящая маска из плотной кожи с мутными стеклышками, закрывающая всю голову. Олрид узнал эти одежды. Когда был в ордене он читал, что их изобрели во время эпидемий и используют по сей день. Только он не ожидал, что подобные есть у мастера. Видно, что одежды старые, потертые, но в большем своем уцелели. Паренек даже забыл, о чем спрашивал, и не сразу понял, когда вархад ему ответил.
– В постоялом дворе за свой счет. В мою работу не входит бесплатно обслуживать приезжих, – раздался глухой голос из-под маски. – Второй такой одежды у меня нет. Так что будете стоять здесь и делать, что я вам велю.
Вархад открыл дверь и исчез в полумраке коридора. Олрид осторожно приблизился, заглянул в проход. Дверь мастер не закрыл, так что паренек мог рассмотреть помещение внутри. На вид ничего примечательного: деревянный пол, стены из каменных блоков. Нет на стенах ковров, каких-то плетенок или прочего, что делало этот дом похожим на жилой. Некоторое время никто не появлялся в коридоре. Олрид отстранился и посмотрел на древода. Существо с темно-зеленой кожей уперлось спиной о стену дома. Древод все еще непроизвольно сгибался. Рана у него не кровоточит, даже практически затянулась, но видно, что ему тяжко даются долгие нагрузки. Все еще испытывает боль, наверное. Он же молчит и не говорит ничего.
Потом в проходе появился мастер. Он вел за собой какого-то асири. Подведя его к выходу, вархад остановился, задрал часть рубашки на нем. Олрид присмотрелся. Все же этот асири стоял не так близко, и пареньку пришлось всматриваться, чтобы понять, в чем дело. На вид этот асири мало чем отличался от нормального. Только какие-то странные красные кружки на теле и кожа немного бледнее.
– Знакомо, древод? Похоже на то, что было у вас? – мастер качнул головой в сторону больного.
Древод отстранился от стены. Помолчал. А потом ответил:
– Нет.
– Боль в теле, слабость – знакомо?
Но древод покачал головой:
– Нет.
Мастер опять ушел, уведя с собой странного асири. Еще немного ожиданий, и вархад снова вышел к выходу. Один.
– А что в том странного? Может, это просто аллергия? – Олрид посмотрел на наставника.
– Нет, – вархад закрыл за собой дверь. Стараясь не приближаться слишком близко ни к пареньку, ни к древоду, он снова склонился над своей сумкой. – На тех трупах тоже были эти странные пятна. Просто более бледные. И если бы кое-кто не щемился в страхе, а занимался наблюдениями, то заметил бы это, – вархад обернулся в сторону паренька. Олрид, хоть и не видел сейчас глаза наставника, мог поспорить, что Феатур сверлит его сейчас злобнейшим взглядом.
Вархад принялся снимать с себя черные одежды, возвращаясь к своему привычному виду: блеклому, коричневому и простому.
– К тому же, – вархад закрыл сумку и поднялся, – если вчера только один был покрыт этими пятнами, то теперь все, кто оказался в том доме. Это странно.
Феатур отвел задумчивый взгляд в сторону, снова принялся что-то бормотать вслух, но при этом как будто сам для себя:
– Надо будет посмотреть... Может, попробовать какие-то лекарства?.. Н-да. Можно и это попробовать... Хм... И все же Гостар будет не очень довольным... Так... – потом вархад уже произнес обычным тоном, – странно, что не похоже. Я надеялся услышать что-то иное. Может, все же есть что-то общее?
Древод отрицательно покачал головой:
– Нет. Снаружи – было, внутри – нет.
Запись 13
Вернувшись в дом, Феатур о чем-то думал и осматривал заготовки. Олрид проследил, чтобы древод смог подняться на второй этаж и отдохнуть. Когда же паренек спустился вниз, наставник уже что-то готовил. Олрид попытался вспомнить, видел ли он этот рецепт раньше, вот только так и не вспомнил. Приблизившись к наставнику, он поинтересовался:
– А что это? Я не припомню, чтобы вы раньше выбирали именно эти ингредиенты и именно в таких пропорциях... Мастер?
Вархад замер и обернулся на ученика.
– Что ты хочешь услышать? Мне не нравится эта сыпь. Если я прав, и это точно связанно с мертвецами в повозке, то это очень плохо. Я не припомню такой болезни. Если обычно для заболевания требуется время, то в данном случае заражение происходит относительно быстро, и это мне не нравится в двойне.
– А древод зачем был нужен? Он же не лекарь.
– Затем, чтобы подтвердить мои подозрения... Но они не оправдались. Я надеялся, что хоть на пальцах получится объясниться, и он сможет сказать, что там было. Все же работать с известной заразой в разы проще, чем надеяться на удачное стечение обстоятельств.
Вархад продолжил дальше соединять ингредиенты в только ему ведомой комбинации. Олрид наблюдал за ним. За тем, как мастер рассчитывает пропорции трав, иногда добавляя туда реагенты. В какой-то момент паренек невольно зевнул. Сейчас уже было достаточно поздно, а не совсем хороший вчерашний сон давал о себе знать.
– Учитель, вы же не пойдете сегодня в тот дом снова? – Олрид посмотрел на наставника.
Вархад какое-то время продолжал заниматься своим, словно не слышал ученика. Лишь когда Олрид отвернулся, подозревая, что и сейчас он не получит ответа, Феатур заговорил:
– Мог бы. Дорогу точно бы увидел, так что мог бы. Чем быстрее я пойму, что это, тем быстрее смогу крепче спать.
Олрид на шаг приблизился к наставнику и решил спросить его еще об одном:
– А откуда у вас эти странные одежды? – паренек указал на сумку на одном из стульев. – Это же для защиты от чумы и прочего. Во время эпидемий.
Вархад снова молчал. Олрид отстранился, и хотел было уйти, как услышал слова мастера:
– Может, потом узнаешь. Иди пока спать. Утром еще неизвестно что будет.
Проснулся Олрид с трудом. Он чувствовал легкую усталость, только она ему не помешала подняться. Оказавшись внизу, паренек заметил, что мастера на месте не было. Корзина с продуктами уже стояла на рабочем столе. И, похоже, кто-то уже оттуда брал сегодня продукты. К обеду в дом наведался один из жителей, получивший травму в цеху. Олрид обработал маслом для заживления ран руку жителя. Когда парень накладывал бинты, в дом вернулся вархад. Снова раздал поручения и опять ушел. После того, как и горожанин покинул дом, Олрид уселся на стул. Странно, несмотря на то, что сейчас начало дня, паренек уже чувствовал себя уставшим. Он даже не заметил, когда древод спустился вниз.
– Все плохо? – лицо древода, казалось, вообще не выражает никаких эмоций.
Может потому, что существо сейчас просто спокойно, а может – нет.
– Нет, – Олрид поднялся со стула. – Мастер... То есть лекарь приходил, просил навестить больную. И еще некоторые мелочи... Просто он сейчас наблюдает за... Теми людьми в доме, – подумав, паренек добавил, – со мной пойдешь или тут останешься?
– Последую за тобой, – древод наклонил голову. – Я так и не сделал ничего взамен вашей помощи. Пусть хоть так тебя отблагодарю.
– Ты с трудом сам ходишь.
– Пусть так. Я крепче, чем снаружи.
Олрид безразлично повел плечами. Он направился к выходу и прихватил с собой ключ. Паренек подождал древода, только когда он доковылял, направился к указанному зданию. Вархад, конечно, красочно описал как добраться до единственного в городе постоялого двора, только Олрид все равно умудрился заплутать. Древод предпочитал молчать. Просто следовал за парнем и временами осматривался. В какой-то момент Олриду подумалось, что этот древод крайне спокоен. Словно он знает и видит больше, чем сам подмастерье лекаря. Олрид откинул странные размышления, когда приблизился к длинному зданию. По описанию подходило: на уровне прочих домов, с зеленой черепицей на крыше и небольшим сараем за забором. Видимо, что-то вроде курятника. Паренек слышал, как кудахтали куры, пусть тихо и приглушенно. Приблизившись к самой двери, Олрид толкнул ее. Со скрипом она открылась. Паренек уже с порога смог рассмотреть зал, стойку, за которой стояла какая-то женщина. Пройдя дальше, Олрид заметил коридор с дверьми. Он прошел дальше. Женщина за стойкой просто за ним наблюдала, но не остановила и даже не окликнула. Олрид дождался древода и направился в коридор. Выбрав нужную комнату, паренек в нее вошел. Девица уже не отличалась от здоровой. Выполнив все, что требовалось, Олрид побрел обратно. Время снова было к вечеру. Древод был недалеко, только паренек не особо за ним следил. Все больше чувствуя усталость, Олрид остановился. Парень не испытывал ни жар, ни холод, но он словно не мог сосредоточиться и что-то понять... Ничего не изменилось, но словно было что-то не так. Паренек провел рукой по лицу, пытаясь отойти от наваждения. Он видел проходящих мимо людей, лишь на миг ему показалось, что это безликие тени. Когда же сознание чуть прояснилось, Олрид увидел солдата. Тот то ли прихрамывал, то ли отчего-то сжимался. Паренек направился к нему.
– С вами все в порядке? – Олрид приблизился к солдату, только замер, когда увидел красные пятна на его шее.
– Нет... – прохрипел солдат. – Мне нужен врач...
Очень знакомые пятна. Паренек на миг опешил, однако вспомнил про наставника. Следовало об этом сказать ему. Олрид некоторое время метал в раздумьях, он не знал, как именно поступить.
– Так. Давайте вот как поступим. Вы оба останьтесь здесь... – Олрид на миг замешкался. – Вот ты, древод, стой тут. Смотри, чтобы он никуда не ушел. А... А ты, солдат, будь тут. Вот тут сядь. И сиди. Я все сделаю. Я позову наставника.
Олрид быстрым шагом направился к дому лекаря. Если бы не чувствовал столь сильную усталость, то может быть и побежал. Около дома никого не оказалось. Олрид несколько раз обошел здание, но нет – наставника тут не было. Паренек пытался вспомнить ту дорогу, которой они шли вчера. Вроде как она сначала вела через дома, может к воротам города, а потом вниз... Олрид решил направиться к тому дому, где были солдаты на карантине. Наверное, на карантине. Паренек долго плутал по переулкам, пока, наконец, не увидел тропу с уклоном вниз. Пройдя по ней, он заметил наставника, вместе с той самой сумкой. Вархад пока ничего не делал и просто наблюдал за кем-то, вглядываясь в окно.
– Учитель... – Олрид пытался отдышаться, потому говорил через раз. – Там... Еще один солдат... С красными пятнами на... Теле. А... Что вы... Тут делаете?
– Наблюдаю, – Феатур ответил, не глядя на ученика. – Хочу понять, что это. Даю разные лечебные средства, смотрю за реакцией. Что глупости спрашиваешь? Мог бы и сам подумать... Это что-то важное?
– Да. Там такие же пятна, как и у этих.
– Погоди, он что, был в городе? Быть того не может. Все четверо здесь.
– Но... – Олрид хотел что-то сказать, только его перебил мастер.
– Ты запомнил, где это было? – вархад обернулся и беглым взглядом оглядел паренька. – Олрид, ты опять не выспался? Как-то устало выглядишь.
– Все хорошо, мастер. Просто устал. Я его увидел, когда возвращался из постоялого двора. Идемте, мастер.
Тут, правда, не было понятно: кто кого ведет. Олрид шел впереди, но всякий раз, когда он направлялся не в ту сторону, его одергивал наставник. Все же вархад знал город лучше, чем ученик. Когда лекари приблизились к нужному месту, там уже собралась куча народа. Олрид остановился, а вот мастер продолжил путь дальше. Схватив за ворот одного из зевак, мастер безразлично отодвинул в сторону. Кто-то из людей недовольно бурчал, кто-то сразу отходил в сторону, как завидел вархада, кого-то мастер сам отпихивал в сторону. Олрид быстро протиснулся через образовавшуюся в толпе щель. Мастер склонился над солдатом и принялся осторожно осматривать. Древод сидел на вымощенной камнем улице, там, где Олрид и видел, перед тем как ушел за наставником.
– Расходитесь, куда шли, – сказал вархад, когда выпрямился.
Вархад подхватил солдата и сразу куда-то направился, только не в сторону лечебницы. Олрид поспешил за мастером.
– Мастер, вы же один его не унесете, – Олрид попытался помочь наставнику, но тот только беззвучно оскалился. Паренек еще немного постоял и снова пошел за наставником, сказав в след, – но ведь лечебница в другой стороне.
– Она мне сейчас не нужна. Я знаю, где этот солдат живет. И именно его дом я и намереваюсь осмотреть. Лучше поищи Гостара. Я хочу с ним оговорить.
Олрид замер. Он только смотрел в сторону вархада. Паренек с трудом держался на ногах. Он хотел бы сейчас лечь или хоть присесть и отдохнуть, но вместо этого решил найти этого Гостара.
Расспрашивая людей, Олрид плелся по переулкам города, пока не набрел на необычное здание. Высокое, словно башня, ничем не похожее на обычные дома. Как сказал один из жителей – эта крепость что-то вроде центрального штаба стражи. Олрид хотел приблизиться к башне, но его остановил проходящий мимо солдат. Древод, что все это время плелся за подмастерьем лекаря, сразу насторожился.
– Дальше нельзя посторонним. Что нужно?
– Позовите командующего Гостара, – устало пробормотал Олрид. – Мастер Феатур желает его увидеть. Сказал, что это важно.
Солдат кивнул:
– Хорошо. Я ему передам, но пока сэр Гостар занят. Возвращайтесь обратно в свой дом. Я скажу, чтобы он туда приходил.
Олрид не стал спорить. Пусть так. Он сам не понял, как вообще добрался до дома мастера, как открыл дверь, как попал на второй этаж. Он просто упал на кровать, напрочь забыв про все. Даже про древода. Очнулся Олрид когда услышал голоса. Один голос принадлежал мастеру. Паренек приподнялся. В полутьме он разглядел зеленые глаза древода, что за ним наблюдали. А вот тело существа терялось в темноте.
– ...Феат, ты уверен, что это так необходимо? Оцеплять кварталы города... Будет очень много шума.
– Меня как это волнует? – приглушенный голос вархада. – Я сказал, что лучше сделать. И я тебя тревожить беспричинно не стал. У меня есть подозрения.
– Ты слишком часто паникуешь на пустом месте, Феатур, – ответил кто-то.
– Зато именно благодаря моей беспричинной панике тут все стало налаживаться, Гостар. Не тебе со мной спорить.
Снизу раздался скрежет, словно по полу что-то тащили. Олрид медленно поднялся и сполз на пол. Древод вел себя так тихо, что создавалось впечатление, будто его тут нет. Только глаза поблескивали в остатках света.
– Да, не мне. Но вот хозяину все это может очень сильно не понравиться.
Еще какой-то шум, но настолько тихий, что невозможно разобрать, чем он был.
– Намекаешь на то, что он может отрубить мне голову? – снова вархад. – Может, не спорю. Но это будет одной из самых глупейших его ошибок.
Запись 14
Отрывок из летописей о Культе солнца.
Из письма выжившего солдата.
...Я даже боюсь представить, каково истинное могущество кровавого жреца. Какое истинное могущество скрывается за словами «верховный кровавый жрец». Я не знаю. Я лишь видел, с какой легкостью один такой жрец разом убил десять асири. Десять. Все они умирали быстро, но каждый из них кричал так, что их крики до сих пор я слышу в своих кошмарах...
Новое пробуждение было еще хуже, чем раньше. Отодрав свою тушку от пола, Олрид первым делом увидел древода. Существо сидело и наблюдало за пареньком. Что же до одежды: чтобы он не ходил в лохмотьях, вархад уже давно дал простую одежду: штаны и рубашку. Они на него точно налезли.
– Снова за мной наблюдаешь, – Олрид зевнул. – К чему столько внимания? Ты же всегда держался отдаленно.
– Ты странно себя ведешь, – древод опустил голову. – Стал по-другому пробуждаться. Вот я за тобой и слежу. Странное существо с лохматым хвостом сказал тебе выпить жижу. Меня оставил наблюдать за тобой.
Олрид выдохнул:
– Это Феатур. Это странное существо с хвостом, когтями и ушами – Феатур.
Паренек стал медленно спускаться вниз. Подойдя к рабочим столам, что всегда стоят на первом этаже, который напоминает прихожую. Входная дверь же вот: в обозрении, как и навое подношение еды. Как и то, что оттуда опять кто-то что-то брал. Два несчастных стула как всегда не на своих местах. И приготовленная порция лекарства. Похоже, что именно о нем говорил древод. Олрид понюхал густоватую жижу. Он узнавал эту смесь, кажется, именно ей вархад и лечил ту зараженную девушку. Только тут было больше трав и меньше реагентов. Паренек попробовал жижу на вкус. Да, однозначно.
Олрид взял чистое блюдце и накрыл им жижу. То, что он стал не высыпаться, еще не причина глотать это. На столе было еще много мятых, желтых пергаментов с записями. Олрид собрал эти листки в стопку и решил прочитать. Почерк ужасно корявый и размашистый. Какие-то зарисовки, примечание мелким почерком, что вообще невозможно разобрать. Судя по некоторым описаниям, это записи о той странной заразе, которой страдают стражники. С датировкой и подробным описанием даже дома. Если у дома, который должен был быть карантином, Олрид видел лишь меленький очаг заражения, то по записям получается, что он был слабо заражен. Один из четырех солдат вовсе весь покрыт такими красными пятнами. В доме же у вчерашнего больного такого нет. Получается, что он был самый больной среди всей семьи. У него только небольшой эпицентр этих красных точек, а вот у его родни только по одной. К третьему дню самому больному солдату стало хуже. Олрид еще раз перечитал фрагмент. Да, мастер ничего не уточнил, только упомянул уменьшение массы. Незначительное, но на его взгляд подозрительное.
Также в этих записях есть упоминание, что он использовал для экспериментов животных. Одних он подселил к зараженным, других кормил из мисок, из которых ели зараженные, и потом всех их осматривал. Те, что были в доме с зараженными – заболели; те, что ели из мисок – не изменились. Еще перечень лекарств и ободряющих средств. Почти под каждым из этого списка была запись: «не произвел эффекта», «не произвел эффекта»... Только в редких случаях есть какие-то примечания.
Олрид дернулся, когда кто-то постучал в дверь. Паренек скомпоновал записи и положил их обратно на стол. В дверь снова стали стучать. Олрид устало побрел ко входу.
– А мастер Феатур здесь? – незнакомец спросил это сразу, как только паренек открыл дверь.
– Его пока нет. Что случилось?
– Моего друга в конюшне огрело по голове, – быстро тараторил асири. – Я вообще не знаю, что делать. У него кровь из башки хлыщет, и он без сознания валяется.
Олрид потер переносицу. Как уж все это не вовремя.
– Значит, так... – неуверенно начал паренек, - я пока посмотрю, что там случилось, а кто-нибудь еще пусть поищет Феатура. Я, думаю, смогу оказать первичную помощь, а потом мастер сам все сделает.
– Хорошо, хорошо, – асири активно закивал головой.
Олрид ушел обратно в дом. Он забрал бинты, еще некоторые жидкие растворы, что заранее были заготовлены. На шум спустился древод. Он с легкой растерянностью во взгляде наблюдал за пареньком.
– Будь тут. Если Феатур сюда придет, скажи ему что требуется помощь на конюшнях. – Олрид приблизился к выходу и обратился уже к жителю – веди.
Житель кивнул и направился вперед. Олрид следовал за торопливым асири. Через лабиринты домов и переплетения улиц. В какой-то момент паренек заметил знакомые переулки. Он на миг замедлил шаг, когда увидел там солдат и еще некоторых добровольцев, что выстраивали баррикаду. Из досок, ящиков... Не сказать, что она казалось очень уж надежной, но чем-то пугала. Не своим никчемным видом, а скорее опасением разлада. Лишь на миг Олрид задумался. Однако его отвлекли. Незнакомый асири грубо схватил и поволок за собой.
– А что это? – Олрид мотнул головой в сторону ограждения.
– Что? – асири осмотрелся. – А... Это. Ничего. Солдаты сказали, что лучше обходить тот район. Я не знаю почему, но так велел мастер Феатур. Пока все, что он говорил, нам помогало. Раз он сказал – значит так нужно.
Дорога со временем уводила вниз, и Олрид заметил пристройку у основной стены. Это и была конюшня. Маленькая. Может, туда уместиться до десяти лошадей, но она явно не рассчитана на целую конную армию или еще что-то подобное. Тут же стояли несколько пустых телег: без запряженных животных, без всего. Сразу как приблизился, Олрид резкий запах навоза. Паренек промолчал и не стал что-либо говорить на этот счет. В самой конюшне действительно лежал какой-то асири. Олрид присел рядом и осторожно осмотрел рану, Отодвигая в сторону окровавленные пряди волос. Чтобы это ни было, удар был очень сильным. Даже Олрид понимал, что повреждена кость. Странно, что раненый был вообще еще жив. Может, будь удар сильнее, и бедолага точно умер бы.
Олрид обернулся к стоящему рядом незнакомцу:
– Позови кого-нибудь еще. Его нужно будет переместить в лечебницу и осторожно.
Незнакомец убежал из конюшни, пропав из виду. Пока его не было, Олрид обработал рану одной из заготовленных жидкостей. Сколько ушло времени на ожидание, сколько еще потребовалось, чтобы донести раненого до лечебницы, где и были все инструменты. Но самое важное, что мастер до сих пор не появлялся дома. Раненого уложили на железный стол в комнате с каменным полом. Сам Олрид думал и нервничал. Он понимает, что нужно оказать своевременную помощь, но при этом боялся. Боялся, что сделает что-то не так. Все же всю сложную работу всегда делал мастер. Да, Олрид за ним наблюдал, но все же. Что он будет делать, если все пойдет не так?
Время снова приближалось к вечеру. Олрид ощущал сильную усталость, хотя он сейчас просто стоял рядом с рабочим столом, где травы. Жителей в доме не было. Паренек их отправил на поиски мастера. Хотя отправлять всех не было нужды, но так было спокойней. Так в доме был только древод, но он как обычно молчал и не мешал думать. Все же Олрид решился. Паренек приблизился к первому от входа столу. Он стоял параллельно столу с травами, так что это не заняло много времени. Порывшись в вещах, Олрид увидел инструменты для хирургии. Те самые, что Вальтазар сравнил с пыточными. Паренек развернул ткань и проверил беглым взглядом – все было на месте. Вроде.
Олрид взял инструменты. Поднявшись наверх, отрыл старый журнал. Там были разные заметки и еще некоторые странные листы, вшитые прямо в эту книгу. На вид не особо примечательно, но там есть схематичное изображение черепа и мозга. Вдруг все же понадобится. Еще взял нож мастера.
Уже внизу, в той самой каменной комнате, Олрид развернул сверток с инструментами на небольшом столике. Рядом с ними уложил и книгу, открыв на нужной странице. Вытащил из ножен оружие Феатура и в последний раз помедлил. Олрид оглянулся на дверь, но, увы: ее никто не открыл, чтобы его остановить. Паренек отвернулся, глубоко вдохнул и выдохнул. Сердце неровно билось, медленно подкрадывалась и тревога. Единственное, что сейчас успокаивало Олрида, это мысли о том, что он уже делал нечто подобное. Ну... Когда делал операцию древоду. Только то был древод и это была не голова, но хоть что-то.
Насколько знал Олрид, сначала нужно убрать волосы или шерсть, чтобы лучше осмотреть рану. Так что несколько прядей волос были срезаны. А вот дальше... Похоже, нужно будет вытащить осколки черепа... Но как-то так... Чтобы не убить. Нет, даже так: чтобы не добить.
Очень медленно и осторожно Олрид стал проводить операцию. Благо дрожи в руках не было и каждое движение было точным. Проблема скорее в тревоге. В выматывающем Олрида страхе. Каждое мгновение казалось невыносимо долгим и мучительным. А ковыряться в ране, пусть даже инструментами, тоже было не особо приятно. И все это казалось невыносимо долгим, чем-то даже отвратительным. Олрид очень медленно и осторожно прикасался к ране, отковыривал осколки. В какой-то момент дверь открылась, и на пороге возник знакомый вархад.
– Мастер... – почти жалобно прошептал Олрид.
Феатур как и обычно был просто хмурым. С той лишь разницей, что снова как-то странно глянул на своего ученика. Олрид уже видел этот взгляд однажды. Словно он оценивал сейчас его, но не со злобой, а с каким-то снисхождением.
– А ты так и норовишь кого-нибудь своими лапчонками свести в могилу, – мастер приблизился и осмотрел рану. – Хм. Думал, будет хуже. Теперь давай сюда инструменты. Просто стой и смотри.
Олрид безоговорочно отдал инструменты. Вархад с безразличием доделал дело, исправил ошибки. Хорошо, что они оказались не смертельными, скорее недочеты, что могли бы привести к осложнениям. Вскоре и это было закончено. Олрид наложил бинты сверху вспоротой раны. Жителя так и оставили на столе, пока время не пройдет и не станет окончательно ясна его судьба. Вархад принялся отмывать инструменты. Олриду хватило сил только чтобы отмыть руки от крови. Невообразимая усталость сковала его, его разум. Пареньку в какой-то момент показалось, что он просто погрузился во тьму. Он видел и слышал, только для него все это как будто не существовало. Словно он настоящий находился один в темной комнате, а все остальное – лишь иллюзия. От наваждения его спас хриплый голос вархада. Олрид не сразу понял, что он говорит. Приложив усилия, паренек понял, что мастер обеспокоен его самочувствием.
– Все нормально мастер, – Олриду на миг показалось, что он услышал чужой голос, но это тоже оказалось лишь наваждением. – Просто я устал и сильно перенервничал.
– Почему-то раньше я в тебе не замечал подобные нервозы, – голос вархада то приглушался, то снова прояснялся. Феатур отложил в сторону еще один инструмент. – Я бы поверил в это, да только ты уже не первый месяц у меня обучаешься. До этого от вида крови тебя так не мутило... Олрид?..
В какой-то момент Олрид перестал слышать и этот голос. Он слышал лишь свое дыхание. А вскоре он вовсе перестал что-либо воспринимать, словно оказался в пустоте. Где не было ни стен, ни земли, ничего.
Запись 15
Отрывок из летописей о Культе солнца.
Из книги каноника, служившего на заре культа Солнца.
...И поклонникам Кровавого Культа нет прощения. Они такие же звери, как и их погонщики – кровавые жрецы. Они так же погрязли в собственных пороках... И противны истинному человеку и человечеству...
Олрид открыл глаза. Первое, что он увидел – это потолок. Устало приподнявшись, заметил, что лежал на кровати. Где-то в углу сидел древод, рядом – мастер. Вархад, похоже, уселся на стопку книг, и с недовольным видом смотрел на паренька.
– Я ведь говорил, чтобы ты принял лекарство? Олрид, ты же должен понимать, что если я что-то говорю, значит это нужно.
Олрид уже полноценно сел на кровать:
– Мастер, я же здоров.
– Ты видел себя со стороны? Зеркал у меня нет, но поверь мне: видок у тебя паршивый, – вархад наклонился и поднял с пола небольшую миску с жижей. – Вот, выпей. Какое-то время будешь сидеть здесь. Если кому понадобится врач: отправишь их ко мне. Я буду либо в огражденном квартале, либо около пустого дома внизу.
Как только Олрид взял из рук мастера миску, тот поднялся и спустился вниз. Паренек еще немного подумал, посмотрел на свое отражение в жиже.
– А что я тут делаю?
– Упал. Вчера, – пояснил древод. – Этот Феатур сказал сюда перенести. И наблюдать.
– И давно я так лежу?
– Всю ночь, – кратко ответил древод.
Олрид еще раз посмотрел на жижу. Закрыв глаза, паренек быстро ее выпил и сразу же поперхнулся. На вкус как редкостная гадость с привкусом земли. Только примешанные к смеси травы делали эту жижу хоть чуточку съедобной. Но их мастер добавил явно не для вкуса...
Этот день Олрид провел дома. От самого утра и до ночи. Мастер то приходил, то уходил. Еще кто-то из жителей обращался с жалобами, но пареньку ничего не оставалось, как ожидать мастера. И потом, его дождавшись, видеть, как он снова уходит. Паренек не знал, что именно мастер сказал древоду, а тот то ли воспринял все слишком серьезно, то ли просто делал, что велено. Держался отстраненно, но следил, и всякий раз напоминал о велении мастера сидеть дома. Олрид не пытался его провоцировать: все же не в том он был самочувствии, чтоб с кем-то спорить или еще хуже – лезть разбираться, подкрепляя слова действиями. Впрочем, последнее Олриду никогда и не свойственно было.
Следующий день тоже продлился уныло. Олрид смог проснуться, чувствовал себя лучше, вот только мастер все так же настаивал, чтобы он был дома. Как описал сам вархад: парень все же болен, но при этом не стал «очагом» заболевания. По факту его организм сопротивляется болезни, хотя и уныло.
И вроде как второй день близился к завершению, но Олрид не мог найти себе места. После столь насыщенных дней ему приходиться просто сидеть сложа руки. Жители в дом как назло не заходят, словно они исчезли.
– Может, расскажешь что-то о себе? – паренек обернулся к древоду, что сидел в углу комнаты.
Древод молчал.
– Просто... Ты живешь уже с нами очень долго. Назад не торопишься, о себе ничего не говоришь, но и нам не вредишь, а даже помогаешь. Так в чем же дело? Кто же ты?
Древод все также оставался равнодушным. Олрид на время отвернулся – не очень-то интересный собеседник, да и ощущение такое, словно общаешься сам с собой. Однако вскоре парень снова обернулся:
– С твоим домом что-то случилось?
Этот вопрос пришел ему на ум сам собой. В какой-то степени Олрид понимал, что и сам хотел задать его себе. Он ведь сам о своей семье ничего не слышал и достаточно давно. Древод просто повел плечами. Похоже, что он тоже не может на него ответить. Паренек осмотрел рабочие столы. Мастер никакой работы не давал. Да и вообще рекомендовал ничего лишний раз не трогать, и не общаться с жителями.
Олрид все же не выдержал. Он встал и направился к двери. Он не оборачивался, но догадывался, что древод захочет его остановить. Потому просто в след ответил:
– Я просто поброжу по улицам. Посмотрю, как там дела. Скоро вернусь, а тебе лучше побыть здесь: Феатуру кто-то должен дверь открыть.
Может, Олрид поступил глупо, может подло. Парень того не знал. Солнечный свет все больше наполнялся красным цветом. А Олрид просто бродил по улицам, что снова пустели. Странное ограждение все еще было на своем месте. На долгие расхождения паренька не хватило: как только он почувствовал усталость, то сразу повернул назад. Еще ему тут не хватало упасть. Олрид поначалу не прислушивался и не приглядывался к окружению. Все же он его более-менее помнил. Только проходя мимо очередного переулка, услышал, как припомнили имя мастера.
Парень замер. Немного поразмыслив, решил притаиться у стены и послушать. Не то чтобы он так сильно не доверял своему наставнику, скорее ему просто было интересно что же происходит в городе.
– ...Я тебе говорю: этот нелюдь нас всех погубит. Что стало с теми ребятами в пустом доме? А? А? Ничего. Никто оттуда так и не вышел. Доколе хозяин терпит это ничтожество. Он бездельник. Вот, заболели: а он все медлит, медлит. Я тебе говорю: он и не хочет нас вылечить. Просто опыты ставит как на животных, точно тебе говорю.
– Но ведь он нам помогает, – послышался женский голос. – Он моему мужу живот зашил, а ведь старый лекарь отнекивался. Говорил, что не возьмется за такое. – И дочку Нервы похоронил, – еще кто-то произнес, – кто же не помнит. Теперь совсем из ума выжила, старая карга.
– Что ты о ней вспоминаешь, – снова какой-то мужской голос. – Он одного своего ученика потерял, что там до чей-то дочери. Мне вот интересно: этого он похоронит или как? Говорят, тоже что-то с ним не так. А ведь он не первый, должен был, наверное, их обучать.
– Я не верю, что проблема в лекаре, – послышался голос старика. – Он, конечно, гнида, но бывают и хуже. К тому же: может что-то серьезное происходит? А? Он ведь сказал: отгородить всех, кто к телеге той прикасался. И этот внезапно ослабевший стражник... Он из подчиненных Вальтазара. Как раз, тогда он что-то темнил, а потом его солдат оказался болен. Уж не совпадение ли? В городе был же. Вряд ли из того пустого дома.
– Подумаешь... Этот вархад несколько домов так огородил. Что, если люди там перезарядятся и умрут? Что тогда? Почему он медлит? Этого и ждет? Зачем еще ограждать и запрещать приходить в те места?
– Я ему все равно доверяю, – опять голос старика. – До его прихода люди от воды умирали, каждый третий ребенок умирал. Это еще все наладилось с его приходом.
– А от его руки только калеки выживают, – вмешалась в разговор женщина. – Вот что будет с пришибленным теперь? Придурком станет. Ему же прямо по голове и шарахнуло.
– А может его так сынок или дружок шарахнул? Что? Там в конюшне так и не нашли то, что ему на голову упало.
– Мне это все равно не нравится. Помяните мои слова: этот вархад подозрительный. Не случайно он с Медными в сговоре. Не случайно у кладбища его видели. Все знают, что он еретик и не признает правоту культа. Даже хозяин. Но он ничего не делает. Предоставил этому недолюду власть, а тот только пользоваться ей и рад.
– Увидим, – голос уже старика, – ему доверяет Гостар, а я Гостару доверяю. Стало быть, и этому лекарю тоже...
Олрид отстранился. Как ни странно, но ему все это тоже не нравилось, хоть и по другим причинам. Спустя какое-то время, Олрид все же приблизился к дому лекаря. Мастер так и не явился. Древод не начинал первым разговор, а Олрид даже не пытался с ним заговорить. Парень просто уселся на одном из стульев и сидел. Он думал про все, что услышал, про все, что знал. Олрид не воспринимал злостные высказывания о мастере всерьез, но кое-что заставило его задуматься.
Время все шло. Мастер так и не появлялся. Вскоре свет потускнел и вовсе пропал, уступая место тьме. Олрид все сидел, ждал. Даже древоду это надоело, и он ушел. Но Олрид все ждал. Парень не обратил внимания, что в какой-то момент его начало клонить в сон. Как непроизвольно смыкались глаза, но он все продолжал ждать. Старался хоть о чем-то думать и как-то себя занять, чтобы не уснуть. Когда же мрак поглотил все остатки света, в воздухе повисла тишина. В какой-то момент могло показаться, что она длится бесконечно долго, однако то было лишь иллюзией. В этой тьме послышались шорохи, треск. Сначала робко, но потом все чаще, все громче.
Олрид медленно поднялся и запер окно. Опустившись под стол, он поднял сверток с пола. Положил на стол и развернул. Комнату наполнило слабое зеленое свечение кристалла. Может, он кому-то раньше принадлежал? Может, старому лекарю? Ведь он тут был. До Феатура. Только что с ним стало? Его выгнали или, может, сам ушел? Погиб?
Олрид осмотрел предметы на столах, что еще мог рассмотреть в слабом свечении. Колбочки, коробочки, мешочки. С реагентами, травами и прочим содержимым. Некоторые жидкие реагенты и растворы. Весы. Еще несколько изощренных приспособлений причудливого вида. Однако взгляд паренька остановился на одной из бутылок из очень мутного стекла. На ней не было каких-то записок примотанных нитками, ничего, что могло бы указать на ее содержимое. Но Олрид знал, что там. Из всех прочих средств, парень взял в руку именно это: странное средство, которое он видел не раз и не два. Мастер так и не удосужился пояснить, что он использует для него. То самое, белое зелье. Именно зелье, не лекарство, не раствор и едва ли новоизобретенный реагент. Непонятная жижа странного назначения.
Паренек покрутил бутыль в руке, осматривая со всех сторон. Олрид не понимал, что дает этой жидкости белый цвет. В одном он точно был уверен: мастер из чего-то его делает. Из раза в раз. Снова и снова он опустошает бутылки, выпивая это гремучее нечто, и каждый раз снова его заливает...
От мыслей Олрида отвлек скрежет у двери. Парень обернулся. На пороге стоял вархад. Все с той же сумкой. В слабом свечении черты лица этого существа казались особенно зловещими. Вархад просто закрыл дверь, не задавая ни одного вопроса. Он посмотрел на своего ученика сверху вниз. Сейчас глаза вархада очень сильно напоминали асирианские: черный, змеиный зрачок расширился и был почти круглый.
– Здравствуйте, мастер, – тихо произнес Олрид. – Я всегда хотел узнать, что это за препарат. Только вот вы всегда молчали. И никогда не говорили, что это, – парень поставил бутылку обратно на стол. – Знаете, у меня всегда к вам было много вопросов, но именно сегодня я решил их задать. Я не буду пытаться вам в чем-либо убедить, я уже понял, что это бесполезно. Однако. Скольких учеников вы уже загубили? Почему все время отмалчиваетесь? Вы мне никогда не говорили о своем прошлом. Можно я хотя бы сегодня все узнаю?
Вархад устало ухмыльнулся. Олрид заметил, как в полутьме блеснули тонкие клыки Феатура.
– Одного, – уточнил вархад, – одного из учеников я потерял. А всего их было трое. С тобой четверо. Но, должен признать, ты самый любопытный из всех, – вархад сделал несколько шагов на встречу. – Кто тебе сказал?
– Услышал, – честно ответил парень. – Мне неприятно, что окружающие мне рассказывают о вас больше, чем вы сам, а сами же все обо мне знаете.
– А ты так много прожил, чтобы иметь большую историю? – задал встречный вопрос Феатур. – Просто новый ученик, которого прислал орден. Зачем мне знать больше? Ведь от других ты не особо отличаешься. Просто еще один неуч, которому все нужно объяснять и доказывать. Я хоть и прожил большую часть своей жизни среди вас, асири, но так и не научился нормально различать. Уж прости.
– А вот я хочу услышать вашу историю, мастер. Хотя бы объясните, что еще за зелье вы все время пьете. Как так вышло, что именно у вас есть чумные одежды?
Вархад приблизился к столу. Он взял в руки ту же бутылку с белой жидкостью. Пусть в свете кристалла она казалась и не белой, но парень знал, что эта точно та самая жидкость. И мастер, похоже, тоже. В комнате снова повисло молчание. Только тихий шум от ночных птиц и насекомых как-то мелькали на фоне. Олрид подпер рукой подбородок, когда облокотился о стол. Этот вархад уже его выбешивал своими недоговорками.
Запись 16
Олрид в какой-то момент смирился с вечными недомолвками. Паренек уже собрался встать и направиться наверх, но в повисшей тишине он услышал охрипший голос мастера:
– Продукт гниения и брожения белых кристаллов кворца и пельфриты с добавлением лекарственных трав. Не веришь мне: нагнись и загляни в один из горшков под столом.
Олрид замер в задумчивости. Пельфрита. Это слово ему знакомо.
– Пельфрита? Это же гриб? – паренек припоминал учебники по травничеству. – Но разве она не ядовитая?
Вархад кивнул:
– Ядовитая. Очень ядовитая. Встречается в местах, где влажно и мало света. И склепы, пещеры часто становятся их излюбленными местами. Ты лучше спроси, какой именно яд из нее извлекают.
Олрид с недоумением смотрел на мастера. Паренек не мог найти подходящих слов и даже вопросов.
– Я долгое время искал хоть что-то, чем можно унять боль. Я пробовал разное. Смешивал разное. Ничто не могло помочь. Пельфрита воздействует на нервы, вызывая паралич. Вот только... Путем смешиваний и экспериментов можно даже яд обратить в лекарство. Пусть и опасное. Ты прав, оно действительно опасное. Я бы ни за что не дал тебе его выпить. Ты не вархад. Ты отравишься. Может даже смертельно. Я не уверен.
– А как тогда оно обеззараживает? – почти воскликнул Олрид.
– Я не знаю. Но древода же не убило.
– Мастер... – Олрид закрыл лицо руками. – Вы хоть знаете, что именно из-за этого вас люди и ненавидят. Как можно быть настолько... Черствым? Безразличным? Я не знаю... Но вы просто неисправимый.
– Неисправимый... – Феатур повторил это слово. – Да. Может быть...
Олрид убрал одну руку и посмотрел на наставника.
– Да, Олрид, – словно сам с собой говорил вархад. – Я неисправимый. Это мне говорил мой друг и товарищ по ремеслу, это же говорила моя жена... И... Может, должна была сказать моя дочь.
Парень убрал и вторую руку с лица. Он смотрел на мастера и совершенно ничего не понимал. О жене, друге и дочери он услышал впервые. Вархад почему-то поднял свою голову, словно пытался посмотреть в небо, но там был просто потолок.
– Ты слышал об эпидемии? Далеко от сюда. Ближе к долине баас. А если точнее – Канбран. Сколько же лет это было... Может, лет десять назад? Меньше? Хотя откуда тебе знать. Ты сам еще мелочь... – мастер на миг замолчал, но все продолжал смотреть наверх. – Откуда чумные одеяния? Можно сказать, что друг подарил. В тот раз. Когда я все потерял. Я вархад. Мне не так страшна эпидемия, как вам, асирианам. Тогда болезнь унесла многие жизни. Я был один из немногих, кто продолжал с ней бороться... Ты прав, я неисправим. Я не остановился даже когда заразился сам. Когда заразилась моя жена...
Феатур все же опустил свою голову и посмотрел Олриду в глаза. Паренек невольно сжался. В этом взгляде он увидел боль. Он не видел ничего, кроме этой боли.
– Она быстро умерла. Мы тогда ждали ребенка. Я был неисправим даже тогда, когда хотел спасти хоть что-то от нее... Но все это было напрасно. Девочка уже давно умерла... Я видел смерть своего друга. Я видел смерть целого города... Тогда у меня не осталось ничего, кроме выжженных легких и пищевода. Ничего, кроме судорог и истощения, когда зараза иссушила меня изнутри. После, когда смог изобрести вакцину, я передал свои исследования ордену. Это все, что мне осталось... Ну как? Стало проще жить, когда узнал это?
Олрид отрицательно покачал головой. В комнате наступило молчание. Парень просто смотрел вперед, словно в пустоту. Феатур молчал. Только выдернул деревянную пробку из бутылки и отпил белой отравы.
– А сейчас? – неуверенно заговорил Олрид. – А сейчас тогда что?
– Сам видишь: я уже стар, достаточно много знаю. У меня есть только дело всей моей жизни, – все объяснял вархад. – Я искатель. Исследователь. Меня интересует только то, что я могу что-то еще новое найти и изучить. Это все, что я умею и знаю. То, что в результате этих знаний я оказался талантливым, чтобы лечить других: скорее как побочный эффект. Этакий способ заработка и жизни... Был. Я все еще в каком-то смысле отдаю свои знания Медному ордену. Отправляю туда интересные находки и наблюдения. Обучаю людей, что предоставляет орден. Мне как-то все равно, кем они там хотят стать. Королевскими лекарями, бродячими вымогателями или просто пойдут в ближайший лазарет, чтобы безвозмездно помогать нищим.
Олрид еще долго не мог отойти от сказанного мастером. Словно еще находясь в неком шоке, он как-то уснул, проснулся и дожил до следующего дня. Его удивляло, с какой легкостью вархад рассказал, возможно, самое худшее время своей жизни. Олрид даже стал подозревать, что эта белая настойка как-то действует на разум. Однако верить в то, что наставник мог все это время ходить под дурманом, хотелось еще меньше, чем в рассказанное им прошлое. Или... Просто нашлось что-то хуже?
Мастер снова ушел ранним утром, Олрид оставался в доме лекаря, древод вроде как жил с ними, но словно и нет. Паренек снова сидел внизу, где рабочие столы на первом этаже. Он думал. О многом думал. Насколько он понимал, жители по большей части разделились на два лагеря: одни доверяют вархаду, другие – нет. Однако, не обращая внимания на их мнения, вархад преследует некую цель. И, как Олрид понял с самого начала, будет прибегать даже к ужасным методам. Что самое худшее и более вероятное – вообще не считаясь с людьми. Олрид понимал недовольство людей, но и наставник... Он тоже в чем-то прав. Он прав хотя бы тем, что вообще не стоит ни на чьей стороне. Вот Олрид и думал. Ему жаль людей, но... Мастер же не глупец, чтобы пустить дело на самотек? Может, он хочет остановить заболевание? Да, он прямо сказал, что не ради людей все делает, однако он же умный и опытный. Должен все понимать.
А древод... Древоду словно все это безразлично. Он просто есть. Он просто ждет. И ничего не говорит. Может, тоже преследует некую цель. Может, не потому, что так хочет, а потому, что выполняет чье-то поручение. Как и Олрид, когда выполняет поручение мастера. Может, именно поэтому он с такой легкостью принял их главенство – Олрида и вархада. Может, и нет. Может, все это просто разыгравшиеся фантазия.
Олрид все думал. Парень потерял счет времени и совсем забыл о происходящем. Настолько, что вздрогнул, когда дверь с силой распахнули. Паренек оглянулся. Это был мастер. Пришел несколько раньше, чем обычно. Он кинул на стол ворох записей, что-то быстро схватил с полок и так же быстро исчез, хлопнув дверью напоследок. Олрид просто сидел, уже пытаясь отойти от этого. Феатур не сказал и слова, просто вихрем промчался по комнате и снова ушел.
Паренек посмотрел на дверь, а после перевел свой взгляд на стопку бумаг. В какой-то момент ему подумалось... А что, если некоторые журналы заполнял сам мастер? Может. Он очень хорошо, похоже, знает о расах, их свойствах и особенностях. А, может, Олрид понапридумывал лишнего.
Паренек приблизился к бумагам. Собрав их в ровную стопку, он принялся их читать. Знает о том мастер или нет, Олриду было все равно. Он хотел знать больше, чем ему говорит мастер, люди или кто-либо еще. Вполне возможно, что нет: не знает или не задумывался. Все же Феатур редко контролировал книги, которые читал Олрид. Убедился, что прочел самое необходимое, а как там дальше – уже было дело самого Олрида.
В новых заметках тоже ничего важного и нового не было. Снова список лекарств, снова мало что подействовало. Есть примечания, какие-то размышления. Мастер точно убедился, что эта зараза передается только от зараженного к зараженному. Не как при инфекции. Не как при эпидемии. Вот только... Распространяется.
Похоже, вархад был еще и в огражденном районе. Вот, еще несколько заметок, где мастер описал еще несколько заражений. Он нашел их там. Предполагает, что они заразились от семьи больного солдата, что оказался в чертоге города. Только как он туда попал? Пробрался?
Олрид отстранился от бумаг. Вроде мастер все всем запрещает, но при этом сам допускает вещи, что запрещает другим... Он так уверен в себе? Или что это за вывернутый наизнанку ход? Наверное, в том же черном, поношенном одеянии. Только... Разве он не подвергает себя опасности?
Олрид снова уткнулся в бумаги. В целом... Кто-то из жителей был прав... Мастер, похоже, мечется в раздумьях: он в сомнении. И пока не придумал ничего лучше, чем оставить тех людей запертыми в смертельной коробке. Только оставил примечание, что надо наведаться к Гостару... Как обычно. Олрид, хоть и не понимал, о какой власти говорили горожане, но то, что вархад дружит с командующим войсками... Олрид задумался. Возможно неспроста.
Олрид еще пролистал бумаги. Среди прочих заметок была и сегодняшняя дата. Строчка была достаточно короткая: один из четырех солдат умер, трое остальных близки к этому. В сам дом вархад, похоже, не заходил – заметил что-то странное на полу. Решение его было просто: дом со всем, что внутри, сжечь.
В самом конце было еще что-то записано, но настолько неразборчиво и второпях, что Олрид уже не мог это прочесть.
Олрид отложил бумаги. Он думал, о многом думал. И большая часть этих мыслей ему не нравилось.
Запись 17
Олрид был в некотором смятении. С одной стороны мастер, с другой – его совесть. Он уже приблизился к стулу, но в самый последний момент передумал. Паренек молча вышел, и также молча направился старым путем к тому самому дому. Если в деревне он не смог настоять на своем, то в этот раз однозначно. Он хотел помочь.
Как назло паренек умудрился заблудиться в переулках. Именно сегодня, именно сейчас. Олрид уже стал подозревать, что не успеет, как вдруг заметил идущих ему навстречу солдат. Всего пятеро. Двоих из них Олрид узнавал смутно, а вот третьего... Третьего Олрид признал. По шраму на лице, что сам же обрабатывал. По ухмылкам и насмешкам, какой-то раскрепощенности, граничащей с фамильярностью.
– Вальтазар! – крикнул Олрид. – Вальтазар, ты не занят? Сможешь провести меня к пустому дому? Ну, тому самому, куда послали людей на карантин.
Солдат со шрамом на лице сразу изменился в лице. Став более серьезным.
– А что с ними случилось?
– Просто мастер Феатур что-то задумал, - сказал Олрид, когда приблизился достаточно близко. Он мог сказать правду, но умолчал. – Есть время?
Вальтазар махнул рукой своим людям:
– Идите без меня, – и обратился снова к пареньку, – пойдем. Посмотрим, что там твой мастер делает.
Вальтазар уверенно повел паренька по переулкам. Олрид снова вышел к знакомой улице. Однако парень понял, что опоздал, когда почувствовал запах горелого. Горелой человеческой плоти и волос и чего-то еще. Паренек попытался прибавить шаг, но его подвела усталость. Хотел он того или нет, но болезнь из него высасывался силы. Вальтазар сразу подорвался с места и побежал в сторону «пустого» дома.
Когда же Олрид приблизился к дому, то увидел, как он пылает огнем. Не было слышно криков, никто не вырывался из дома. Просто тишина и пламя. Вальтазар сидел на коленях, опустив голову. Он только шептал:
– Ты об этом пожалеешь. Пожалеешь, что их сжег.
Феатур безразлично смотрел на пламя. Только прикрывал свою праву руку. Неужели он вот так просто сказал, этому помощнику командующего, что он просто их сжег? Олрид долго подумать над этим не успел. Вальтазар поднялся и прошел мимо паренька с таким злобным взглядом, словно он враг. Однако ничего не сказал, а просто прошел мимо. Помедлив, Олрид позвал наставника:
– Мастер? – паренек попытался приблизиться, но уловив злобный взгляд мастера, просто остановился. – Зачем? Можно было их попытаться вылечить? Наставник?..
Взгляд вархада сменился, став более снисходительным.
– Так нужно, Олрид. Они все равно бы умерли, – вархад снова отвернулся к дому. – Если заразу невозможно вылечить, то ее нужно уничтожить. Даже если это буду я или ты.
Олрид ничего не успел сказать, как наставник протянул в сторону свою правую руку. Та же монотонно коричневатая кожа, без просветлений, как у более темнокожих асири, те же когти, но появилось кое-что еще: маленькое красное пятнышко. Олрид с недоумением посмотрел на наставника. Неужели... И его.
– Так... Вы тоже? – паренек произнес это с некоторой жалостью. Он не хотел, но так получилось.
– Тоже, – кивнул вархад. – Я уйду в зараженный квартал. По моим наблюдениям там ситуация не лучше.
На некоторое время воцарилось молчание.
– Но как же так, мастер? Вы же были осторожны, – Олрид пытался говорить спокойно, но его голос все равно предательски дрогнул, выдавая сожаление.
– Сегодня. Когда напоил снотворным зараженных. Они теперь будут спать вечным сном... Или, по-твоему, я совсем уж зверь и чудовище?
Олрид не смог что ответить. Он только смотрел на странного вархада. Паренек не знал, сколько ему лет. Выглядел на тридцать или сорок, но худой, словно ему было шестьдесят. Эти кроваво-рыжие волосы не имеет седины. Эти странные глаза, всегда хмурые или безразличные. Этот странный вархад... Он с таким равнодушием смотрел на пламя, где только что совершил преступление. Хотя, по сути, сделал доброе дело для других. Пусть и самым худшим образом. Он без тени сомнения или сожаления готов был принять смерть. Хотя видел не раз или два... Коричневые одеяния вархада, так неспешно раскачивались на ветру... Олрид так и не смог что-то сказать. Он просто стоял и смотрел на этого странного вархада.
– Молчишь... – вархад обернулся. – Ну и ладно. Пока я буду в квартале, ты будешь в городе вместо меня. Я надеюсь на тебя. Надеюсь, что ты хоть чему-то научился. Очень надеюсь.
Олрид очнулся от этих слов:
– Конечно, мастер. Я... Я постараюсь.
Вархад кивнул еще раз:
– И то хорошо. И вот еще что: это не зараза, это паразит.
Олрид услышал за своей спиной шаги. Резко развернувшись, он увидел командующего Гостара в сопровождении нескольких солдат. Некоторые несли ведра воды. Олрид посмотрел на наставника, после на солдат. Тут он резко встал на пути Гостара:
– Не арестовывайте его. Он старается как лучше. Он просто хотел помочь.
Олрид сам понимал, что его слова ничтожны. Но он надеялся. Надеялся, на лучшие. Гостар подошел вплотную. Олрид смотрел на этого здорового седого солдата. Самому парнишке было страшно стоять на его пути. Гостар был выше и сильнее тощего паренька. Однако Олрид не сдвинулся с места.
Гостар осмотрел паренька и потрепал его волосы, словно перед ним был глупый щенок.
– Успокойся. Мне просто нужно поговорить с твоим наставником, – Гостар обхватил паренька за плечи и беспардонно отодвинул в сторону.
– А что тут можно говорить... – вархад в этот раз обратился к седому солдату. – Сам видишь: болезнь прогрессирует и не замечать этого уже нельзя. Нужно ограждать город. Только когда оградим от внешнего и внутреннего прохождения, уже можно будет заняться делом.
– Ты сам-то представляешь, какое возмущение это вызовет у людей?
– Представляю. Но факт есть факт. Пусть уж зараза умрет здесь – с людьми, чем распространится дальше.
Часть солдат покинула Гостара, возможно, направились за новой водой. Олрида от запаха горелой плоти уже начало подташнивать. Но он все равно не уходил. Гостар молчал. Наставник тоже. Вскоре появились еще несколько солдат с ведрами воды. Пламя уже успело выжечь большую часть дома, оставив только оголенные стены. Вархад развернулся и ушел. Олрид, словно тень, преследовал наставника, пока тот не остановился.
– Не иди за мной. Не сегодня. Вернись лучше домой и попробуй приготовить сыворотку от паразитов. Еще отыщи среди моих вещей прямоугольную коробочку. Там есть шприц. Он мне понадобится.
Олрид с печалью провожал наставника. Он должен что-то придумать, что-то предпринять. Вот только он не знал что. Когда же фигура наставника исчезла из виду, Олрид направился вновь к дому лекаря. Он о многом думал, но большая часть этих мыслей были печальными.
Подойдя к самому дому, Олрид остановился. Он понимал, что наставник на него надеется, вот только сам Олрид не был уверен, что справится со всем. Так или иначе, он зашел в дом и практически сразу стал готовить препарат, что велел мастер. Вообще ему был известен один рецепт: от кишечных паразитов. Кто знает, может это поможет. Или натолкнет мастера на нужные домыслы.
– А где второй hatlear? – от голоса древода, Олрида всего передернуло. Он и забыл, что он еще тут. – Где Featur?
– Он заразился, – Олрид снова погрузился в печаль, но сразу же себя одернул: нужно приготовить средство.
Олрид не видел древода. Только слышал, как он походил и снова поднялся наверх. Паренек глубоко вдохнул и выдохнул. Надо собраться с мыслями и силами. Предстоит сложная работа...
Поковырявшись в вещах наставника, Олрид таки обнаружил в одной из коробочек шприц. Крупный предмет. Из мутного стекла и стали. Игла очень толстая, сложно будет ввести в вену, но вот в тело... Вполне. Понятное дело, что пользовались им неоднократно – кто же будет разбрасываться такими дорогими вещами. А такой предмет будет стоить дорого. Очень дорого.
Олрид выполнил все, что требовал мастер. И смог передать ему практически ночью того же дня. С трудом вернувшись назад, он сразу же уснул. А новый день не спешил радовать красками. Все началось с того, что Олриду пришлось приготовить себе лекарство, принять его. Еще пришлось принять нового пострадавшего жителя города, благо, что пострадал не сильно. Олрид быстро управился с работой и направился к наставнику. Надо его проверить.
Запись 18
Улицы были пусты. Это сразу насторожило Олрида. Обычно, хоть кого-то видно, но в этот раз пустота. Паренек продолжил свой путь, хотя и стал чаще озираться. Пройдя еще немного, он увидел толпу народа. Он не мог расслышать, что они кричали, но, кажется, это касается ограждения. Олрид осторожно протиснулся между жителями, чтобы подслушать, о чем речь.
– ...То есть, как это огородить весь город? Вы что там, с ума все посходили?
– ...У меня семья живет за воротами, в одной из деревень! Почему я не могу их проведать?
– Тихо! Успокойтесь! – закричал один из солдат, может, рангом, как и Вальтазар. – Все будет нормально! Это лишь некоторые условности!
– Ты нам тут зубы не заговаривай! – крикнул мужчина, прям рядом с Олридом. – Все этот проклятый нелюдь! Где этот ваш хваленый мастер? А? Вот где! Я вам скажу: нигде! Нет тут его! Видать смылся, под шумок. Как только дело запахло жареным!
– Ничего подобного! – воскликнул Олрид и вся толпа на него обернулась. Парень от такой перемены сдрейфил по началу. – П-просто он тоже заразился... И у-ушел в зараженный квартал.
– Вот! А зачем он нужен! Долой эту ограду!
– Н-нет! Феатур старается как лучше! Раз он так сказал, значит это необходимо!
– А ты че такой борзый? – мужчина прямо перед Олридом развернулся к нему. – Мы тут за его отставку, так сказать, голосуем, а ты его выгораживаешь. А? Че? Нечего сказать?
Олрид уже пожалел о своих словах. Он подозревал, что будет дальше – удар в челюсть это еще самое малое, но тут он услышал голос Гостара:
– Все расходитесь по своим делам! Вас тут не оставили! Вот его ученик! – седой воин указал на Олрида. – Значит, ничего с вами не случится! Все! Пора расходиться по домам!
Странным образом этот седой вояка смог успокоить толпу. По крайней мере, она перестала бунтовать и действительно стала расходиться. Олрид уже почти успокоился, как тут Гостар махнул рукой, позвав к себе. Паренек замешкался, но рискнул приблизиться.
– Слышал, что я сказал? – произнес командующий. – Пока нет Феатура ты на его месте. Так что смотри, не подведи себя и меня.
С этими словами командующий отвернулся и ушел. А Олрид остался на своем месте. Если раньше ему казалось, что все просто, то сейчас он начал чувствовать всю ответственность. Но, так или иначе, парень продолжил свой путь. Поплутав по улицам, он вышел к тому самому забору. Наставник уже ждал его с той стороны.
– Мастер! – Олрид подбежал к ограде.
Феатур выглядел паршиво: взлохмаченный и трясущийся. Он едва ли напоминал прежнего себя. Олрид почувствовал свою вину. Он совсем забыл, что наставнику нужно то белое зелье.
– Есть ли изменения, мастер?
– Нет, – вархад тряхнул головой. – Надо добавить больше сильных реагентов.
Олрид видел своего наставника через дыры в этом убогом заборе. Парень уперся лбом в забор.
– Мне вас не хватает, мастер, – произнес Олрид.
– Не печалься, – вархад на миг затрясся сильнее. – Делай, что должно. Я на то надеюсь.
Некоторое время Олрид просто молчал и стоял. Прямо так: упершись лбом в ограждение. Только потом, словно придя к какой-то мысли, отстранился со словами:
– Я принесу вам ту белую жидкость.
Феатур усмехнулся:
– Ты, главное, не забудь мне еще раз дать новый препарат. Добавь того красного порошка... Забыл, как там его орден называет... Как там... Смесь блежной травы и...
– Я понял, – перебил Олрид. – Все сделаю.
– Постарайся сделать это сегодня.
И Олрид направился назад. Пусть эта беготня уже длится второй день, Олриду это само по себе не нравилось. Но факт оставался фактом: время шло, а лекарства так и не было. В этот раз Олдрид снова умудрился заплутать, только он свернул к нужной улице, как услышал странный шепот. Он узнал по голосу Вальтазара, но и женский голос ему показался знакомым. Паренек прижался к стене ближайшего дома и выглянул. Да, это был Вальтазар, а с ним семья некогда больной девочки. Они куда-то направлялись, но Олрида удивило не это, а то, что они за пределами зараженного квартала. Паренек решил медленно проследовать за ними. Этот помощник командира вел их за собой до самых ворот, остановился только, когда его осадили стражники, дежурящие там. Но даже тогда он что-то им сказал, и семью отпустили. Просто пропустили, наплевав на слова мастера. Олрид отстранился от стены очередного дома и направился прямо к Вальтазару.
– Вальтазар, как это понимать?
Солдат со шрамом брезгливо фыркнул, когда паренек подошел совсем близко.
– Помощь людям. Твоему же мастеру нет до них дела, мне есть, – русовласый Вальтазар попытался пройти мимо паренька.
Однако Олрид как назойливый комар не отставал от солдата.
– Но ведь мастер потому и мастер, что он много знает. Они были в зараженном квартале. Что, если они были заражены! Это зараза может распространиться дальше.
Вот только вместо объяснений Вальтазар ударил парня в живот. Олрид не упал только из-за того, что он его придержал за плечо.
– Мне плевать, что Гостар придерживается позиции твоего наставника. Я его считаю животным, – процедил сквозь зубы Вальт. – Пусть я один из десятерых... Скажем так, полусотников, но, тем не менее, я его не поддерживаю. Так что не лезь. Если вдруг власть перепадет мне, вы все об этом пожалеете. И ты, и твой наставник.
Немного погодя, Вальтазар добавил уже более спокойным тоном:
– Тем более, что я сам понимаю, как все плохо. Я их осмотрел. Они не выглядели как зараженные.
Олрид хотел много чего ему на это ответить. К примеру, то, что все начинается с маленького пятнышка, что болезнь смертоносна и очень легко передается от человека к человеку. Что даже вархады не могут ей противостоять, но все, что он мог сейчас, так это только хрипеть, жадно вдыхая воздух.
Когда же Вальтазар отпустил паренька, Олрид едва удержался на ногах. Солдат ушел, а вот Олрид еще долго с трудом стоял на одном месте. Он не мог поверить, что асири, казавшийся другом, на деле оказался для него соперником. Солнце уже было за полдень, когда он таки добрался до дома. Древод вел себя настороженно. Сам Олрид перебирал порошки, травы и прочие смеси. Вот, когда он почти приготовил раствор, добавил красный порошок. Помимо травы там был еще измельченный рог редкого существа. Когда же смесь была готова, он направился к наставнику.
День стремительно приближался к закату. Олрид едва успел вернуться и заготовить смесь. Возвращался к мастеру он уже ночью. Не забыл он и захватить бутыль с белой смесью.
Мастер его как обычно ждал у ограды. С мрачным лицом. Еще мрачнее, чем обычно.
– Вот, – Олрид поставил на бочонок раствор и бутыль. – Я все выполнил.
Наставник взял все с бочки. Так придумал наставник, чтобы не прикасаться друг к другу.
– Завтра я скажу, помогло или нет.
Олрид кивнул. Пусть так.
Снова вернувшись домой, Олрид просто завалился спать. Завтра его снова ждала беготня.
Новый день начался с раннего утра. Еда; Олрид заготовил сверток и направился к наставнику. Древод в этот раз снова навязался. Может он почуял как-то, что Олрид повздорил с Вальтазаром, может – нет. Это зеленоглазое существо было крайне трудно понять. Проходя мимо очередной бунтующей толпы, Олрид завидел хромающего человека. Парень приблизился к нему со словами:
– Вам нужна помощь?
Житель города не ответил, только рухнул на мостовую. Парень резко присел и осмотрел его. На нем были те же красные пятна, что и на зараженных. Он случайно пересекся взглядом с древодом. В тех глазах было смятение. Олрид осмотрел толпу. Кто еще из них мог быть заражен. Поверх голов он увидел седого воина. Гостар, видимо, снова решил разогнать и как-то успокоить толпу. Олрид мог подождать, но он крикнул:
– Гостар! Гостар! – седой солдат посмотрел в его сторону. – В городе есть зараженный! В городе тоже они есть!
Парень сначала не понял, услышал ли Гостар его или нет, но потом оно услышал приказ:
– Запереть ворота! С этого дня никто не войдет и не выйдет из города! Для этого квартала тоже вознесите стены! Как сказал сам Феатур: мы умрем здесь, но похороним эту дрянь с собой.
– Но это же безумие! – крик Вальтазара. – Командир Гостар! Это безумие! Сколько еще должно умереть людей!..
– Я сказал свое слово! – Гостар оборвал его речь. – Это приказ!
Запись 19
Олрид снова возвращался после встречи с мастером. Новый препарат снова не сработал. Со слов мастера, вроде как есть некие изменения в ту или иную сторону, но все плохо. Что-то травит или обоих, и оба умирают, или вообще ничего. И так уже не первый день. У Олрида неимоверно чесалась рука, но он на это не обращал внимания. За пройденное время он смог вылечиться от своего основного недуга. Хотя усталость еще была, что неудивительно. Столько беготни. Изо дня в день, изо дня в день. Теперь записи о препаратах вел Олрид. Вот и сейчас он снова сделал приписку: смесь из крацерых кристаллов, сельгеровой травы и еще пары реагентов снова не помогла. Часть паразитов вышла из организма, но это лишь отсрочило заболевание. Вот и все.
Впрочем, несмотря на название «кристалл», вещество крацер, как и кворц, вполне растворимы, и могут быть измельчены простой ступкой с пестиком. Просто так обработаны, после чего засушены и сплющены. Вот тебе и кристаллы.
Древод уже тоже заразился, пусть и слабо. Теперь это существо как тень преследует Олрида.
Парень собрал новую порцию ингредиентов и смешал их. Вот еще одна новая смесь. Поможет или нет – кто знает.
– Ну, а сейчас что нового скажешь? – спросил парень, словно сам себя.
Олрид знал, что древод его слышит, знал, что он где-то рядом, вот только не знал, что он ответит.
– Ничего, – голос существа был чуждый слуху асири. По нему было сложно понять, женщина или мужчина, но отчего-то он успокаивал. – Ты когда-то спрашивал, что я тут забыл... А забыл я здесь одно, мой отец мне сказал: иди куда хочешь, но только спасись. В черте своего леса я не найду помощи, ваш язык знал хорошо, вот и ушел к вам. Искать спасение. У нас нет таких городов. Нет той... Того... Мироустройства. Скорее, это копирование вашего. Ты же должен знать, что самые развитые среди всех это вы – асири, и аадвары, Olrid.
Олрид вздрогнул. Столь хорошо древод не говорил. Может, повлияло окружение? Парень того не знал.
– Да, тут ты прав. Самые развитые это асири и аадвары со своим Эльвасом... – парень немного помедлил, после чего добавил, – Только я даже не знаю, как тебя зовут. Может, назовешься?
– Heis. Но что это тебе дает? Я же просто древод для тебя? Вы всегда нас так называете.
– Это правила приличия, – парень протянул свою руку. – Олрид.
Древод как-то мрачно посмотрел на протянутую руку. Олрид выдохнул и снова принялся за свое. Кто его знает, какие там у них правила приличия. Может даже этот простой жест у них означает не приветствие, а что-то другое, вроде вызова на дуэль... Вот все было доделано и снова нужно направляться к мастеру.
Снова уходило время на дорогу, а древод все просто плелся в хвосте. Еще все усугубляла жара. Олрид остановился у забора, вгляделся через шали между досок. Мастера пока не видно. Паренек облокотился о дом. Посмотрел на древода, однако Хеис почти сразу отошел в сторону, уходя из поля зрения. Олрид отвернулся. Он поглядел на то, что за забором. Людей там вообще не было. Если кто и проходил, то хромал, с трудом передвигая ноги. Олрид тяжело вздохнул. Как все медленно. Все так медленно и тянется. Пусть парень и не видел всего ужаса болезни, то видел лишь его наставник, но он все равно переживал. Сколько уже умерло? Сколько так еще умрет? Он замечал, что наставник оттаскивает куда-то тела и сжигал их. Народ в замешательстве. Сколько так еще продлится? Хватит им силы, чтобы все остановить и исправить?..
Олрид еще о многом хотел бы подумать, но его отвлек шум за забором. Парень присмотрелся и увидел наставника. Он с трудом перемещался, практически полностью опираясь на стену, он медленно шагал. Весь трясся и побледнел. В этот миг Олрид с болью вспомнил, что наставнику нужно было принести белую сыворотку.
– Простите, наставник, – произнес паренек. – Я принесу вам эту белую жидкость сегодня вечером. Там еще оставались горшки с заготовками, если вы мне объясните как их... Ну, там...
– Тш-ш-ш, – вархад попытался приставить указательный палец к губам. Говорил он очень тихо, почти шептал. – Послушай... Записи... Все те знания, что я хранил все эти годы... Их надо сберечь...
– Мастер, не говорите так, словно умираете, – Олрид поставил заготовленный препарат на ближайший ящик. – Я принесу ту белую жидкость, и вам сразу станет лучше. Вот увидите...
– Нет... Послушай... Те знания... Те записи... Их нужно спасти любой ценой... Я... Я не уверен в том, что выживу... Но ты... Мой последний ученик... Я надеюсь на тебя... Надеюсь, как ни на кого до этого, – вархад на миг замолчал и тихо засмеялся.
Олрид нахмурился. Вот думал, что эта жижа как-то воздействовала на разум... Неужели был прав?
– Послушай, Олрид... Ты, как последний мой ученик... Ты просто должен их помочь... Принеси их в библиотеку ордена... Хоть куда-нибудь... Но сохрани...
Олрид протянул руку между досками и коснулся лба Феатура, хотя понимал, что может заразиться.
– Я принесу еще лекарства. Вам станет лучше. Вот увидите.
Вархад впервые за все это время улыбнулся. Искренне, слегка прищурив и без того не широко раскрытые глаза. Олрид убрал руку и еще раз осмотрел наставника. Сегодня он вел себя странно. Может, его просто истощило все это страдания?
– Я обязательно принесу вам лекарство. Вот увидите.
Олрид не сразу отошел от ограды. Он проследил, как мастер медленно сполз по стенке и уселся, оперевшись на всю звериную ступню. Только когда убедился, что с ним все в порядке, отошел и направился к дому. Он планировал еще приготовить смесь: одну из тех, которые они уже опробовали. Из тех, что отгоняет этих паразитов. В теории, мастеру должно полегчать.
Олрид уже наизусть запомнил дорогу до дома своего наставника. Так что мог спокойно рассуждать, пока шел обратно. Его привлекло новое собрание людей. Уже почти привычная картина: толпа кричащих и протестующих людей и Гостар, что со своими людьми пытаются их остановить. В этот раз они снова требовали сорвать ограду с зараженных кварталов. Там, за стенами у кого-то оставались родственники, у кого – семья. Олрид замедлил шаг и остановился. Как ему все это не нравилось. Древод остановился только после нескольких шагов, встав прямо пред пареньком, и недовольно сложив руки на груди. Олрид отвернулся от него. Он переживал за людей, и, похоже, этот Хеис не разделял его переживаний и страданий.
В какой-то момент вскрикнула какая-то женщина, и толпа чуть расступилась. Олрид резко обернулся в ту сторону. Один из солдат достал оружие, но ему дорогу перегородили еще несколько.
– Доколе мы это будем терпеть! Я не намерен тут погибать из-за убеждений спятившего старика! – кто-то крикнул из толпы.
– Покушение на главнокомандующего карается смертью!
– Да плевать! Я лучше его убью, чем помру здесь!
Солдаты сцепились. Олрид только и видел, как они молниеносно атаковали друг друга ятаганами. Оба в броне, но все же. К кому-то из них кто-то присоединился, но парень уже не мог разобрать, что там вообще происходит. Это больше напоминало смерч из клинков, что грозил по кромсать на куски любого, кто подвернется под руку сражающимся. Толпа все расходилась. Олрид даже смог увидеть самого Гостара, что стоял и смотрел на них. Видимо, даже его авторитета не хватало, чтобы угомонить людей. Тут резко кто-то из его помощников подскочил к Гостару и, словно борову, вспорол ему глотку. Олрид отшатнулся. Бывший, а ныне мертвый командир свалился наземь, люди стали разбегаться. Парень услышал крик Вальтазара, но не разобрал, что он там говорил. Началась просто бойня между солдатами.
Тут Олрид почувствовал, что его кто-то тянет за воротник рубашки. Он осмотрелся: это был древод. Хеис уже просто подошел и бесцеремонно взвалил замешкавшегося паренька на себя и поволок куда-то в ближайший переулок.
– Эй! Я сам могу ходить, отпусти! – Олрид попытался за что-то уцепиться, чтобы хоть как-то его остановить, но безуспешно.
– Нечего там быть, – древод еще что-то добавил на своем языке, однако парень понять это уже не мог.
– Но опустишь, может... Пожалуйста.
Хеис остановился и Олрид с него сполз. На ощупь кожа древода и в самом деле напоминало кору дерева. Теперь хотя бы ему было понятно, почему их назвали именно древоды, а не усикоголовые или еще как-нибудь. Позади был шум боя. Олрид оглянулся в ту сторону. Может, он был еще юн, чтобы понять всю проблему, может, слишком сильно полагался на мастера, но парень не понимал, зачем все это. Почему все эти люди сражаются друг с другом. Почему они так сильно ненавидят мастера. Разве они не сделают себе еще хуже, чем есть? Древод потрепал парня за плечо.
– Пойдем. Лучше убраться отсюда, пока сами не оказались посреди них.
Олрид вспомнил, как сражались солдаты и вздрогнул. Да... Оказаться рядом с ними... Попасть им под руку... Явно не лучшее. Тем более что мастер. Мастер его ждет.
Олрид кое-как добрался до дома и принялся за приготовление препарата. Он проверил по записям, какие из них более эффективны и менее смертоносны, и принялся смешивать ингредиенты. Через не зная сколько времени смесь была готова. Олрид пригнулся и заглянул под стол. Притянул к себе один из горшков. Заглянул в него. Там на куске ткани красовалась плесень, мелкие, нарезанные белые грибы и еще что-то мелко-зелеными крапинками. Олрид аккуратно приподнял ткань. С нее стекала та самая белая жидкость. Что ж... Теперь хоть один из главнейших секретов мастера точно раскрыт. Олрид не менее осторожно отжал ткань, отложил сверток в сторону. Он выпрямился и осмотрел столы. Нашел какую-то бутыль из темного стекла причудливой формы. Вроде пустая. В нее Олрид и перелил жижу, после чего заткнул ее деревянной пробкой.
Снаружи дома еще доносился шум. Чтобы там не происходило, явно не обошлось без новых смертей. Это парень уже по крикам понял. Древод закрыл все окна и уселся около двери, держа кинжал наготове. Кинжал мастера, к слову.
– Это же нож мастера. Ну, то есть... Феатура.
– И что? – ответил древод. – Он сейчас не здесь, а враги могут показаться в любое мгновение.
Олрид с заготовленной смесью и белой сывороткой уселся рядом с древодом.
– Тут ты прав.
Парень взглянул на руку, что у него чесалась с самого утра. Там было пятнышко. То самое красное, как на зараженных.
Запись 20
Спустя бесконечные мгновения шума и криков настала тишина. В их дом так никто и не вошел, и это, похоже, к удаче. Древод напряженно вслушивался. Пушистые усики на его голове то и дело неспешно раскачивались при каждом движении головы. Олрид попытался дотронуться до них, движимый любопытством, но Хеис его остановил.
– Лучше не надо, – произнес он.
И парень не пробовал больше. Прошел миг, второй. Тишина уже начала давить на уши. Древод тихо поднялся. Он прислонился к двери и приоткрыл ее. Потом резко распахнул.
– Вот теперь можно выходить, – он обернулся в сторону Олрида.
Парень поднялся и подошел к древоду, тоже выглянул на улицу. Она пустовала. Только некоторые фрагменты обломленных досок и ткани валялись на ней. Олрид подобрал с пола лекарство и белую жижу.
– Идем, – устало произнес парень.
– Куда?
– К мастеру.
Закрыв за собой дверь, они направились к вархаду. Олрид все озирался по дороге. Ему не было страшно, но его не покидало чувство, что что-то изменилось. Двери в некоторые дома были вывернуты, выломаны, сломаны. Временами что-то валялась на пути. И тишина. Она настораживала. Словно какое-то зло притаилось в ней. Но все было спокойно. Никто не спешил к ним выбегать. Никто не спешил им что-то крикнуть. Или выглянуть. Просто тишина. Где-то послышалось карканье ворон. Даже на таких жарких просторах, как дол Марохта они были.
Древод все время держал руку на клинке мастера. Олрид не верил, что он их спасет в случае опасности, но Хеис его не выпускал из рук. Вскоре они нашли первую жертву погрома: мертвое тело на дороге. Под ним лужа крови, а не успевшее сгнить под жарой тело уже клевали вороны. Олрид остановился. Птицы сразу упорхнули, но не так далеко, как могло бы показаться. Расселись на домах с зеленой черепицей, жадно вглядываясь в еще живых людей.
Парень приблизился, хотел было перевернуть тело, однако заметил шевеление и замер. Что-то шевелилось под одеждой. Шевелилось даже в волосах и рядом с ним. Парень присел, присмотрелся. Что-то мелкое копошилось, как-то извивалось. Что-то, словно червяк. Может, так оно и выглядело, однако парень не мог это рассмотреть. Олрид не рискнул прикасаться к телу. Паренек развернулся в сторону древода, словно хотел что-то от него услышать, помедлив, он все же поднялся и просто пошел дальше. Олрид еще раз посмотрел на ворон, что мерзко каркали им в след.
Что сейчас творилось с годом? Кто знает. Тишина и пустота еще долго преследовала двоих путников. Пока им, наконец, не попались люди. Живые люди. Это были солдаты. Они стояли за баррикадами из обломанных досок, мебели, ящиков и бочек. Почти всего, что попало под руку. Арбалетчики и воины ближнего боя караулили эти баррикады. Все, кто мог атаковать, издали стояли на самодельных возвышенностях и только за баррикадами. Все, кто атаковал вблизи, – за самодельными стенами и в проходах. Олрид остановился. Люди на них смотрели, но ничего не делали. Никто из арбалетчиков или лучников не спешил направить стрелу или болт в их сторону. В какой-то момент из толпы всех этих людей появился знакомый тип. Это был Вальтазар. Все тот же шрам на лице, только в этот раз на нем была грязная повязка. На его правом глазу. Олрид уже хотел развернулся и направиться в любую другую сторону, однако услышал его слова:
– Я рад, что это ты.
Олрид замешкался. Он ожидал услышать, что-то иное. И подобная реакция казалась чем-то чуждым. Тем временем не то друг, не то враг Вальтазар продолжал:
– Тут была бойня. Очень жестокая бойня. И мне нужна твоя помощь. Не ради меня – ради людей. Сможешь обработать их раны? И... Насчет того случая. Я... Вспылил. Я пришел в солдаты, чтобы защищать людей... И то, что делал твой наставник... Я не могу за это его простить.
Олрид задумался. Он не хотел доверять Вальтазару, но понимал, что он вряд ли будет врать. Наверное.
– Мне сначала нужно найти мастера. А потом... Я помогу твоим людям. Если, конечно, не будет как в тот случай.
Древод переглядывался то на Вальтазара, то на Олрида. Солдат кивнул:
– Пусть так. Только мне всегда казалось, что мастер Феатур с тобой, – он обернулся и махнул твоим людям. Двое солдат появилось рядом с ним. – Возьми двоих моих ребят. Я с тобой не пойду, но если что случится, то они помогут.
Олрид с недоверием осмотрел двоих солдат. Посмотрел на древода.
– Пускай с нами тогда идут, – прошептал Хеис. – Два – не много, а так кто знает, что мы тут увидим.
– Я ему все равно не доверяю, – тоже шепотом ответил Олрид, после ответил уже Вальтазару обычным тоном, – ладно, пусть так, только это... Пускай глупостей не делают.
– Не сделают, – Вальтазар что-то сказал солдатам.
Когда они подошли к пареньку и древоду, то уже всей компанией направились в путь. Олрид только не понимал, зачем они нужны, эти солдаты. Да, тут все явно в плохом состоянии, но неужели кто-то на них набросится?
По пути им встречались в основном только тела умерших, и то не так часто. В основном, виднелись следы погрома. Олрид начал переживать за мастера, найдут ли они его. Но среди тел так и не попадался единственный вархад всего этого города. Солдаты никак себя не проявляли. Они озирались по сторонам, но совершенно не участвовали в поисках. Древод просто вел себя настороженно. Олрид почти отчаялся найти старые места, но тут он увидел ограду зараженных кварталов. Вернее то, что от нее осталось. Доски были разломаны, бочки и прочее, что помогало при баррикаде – растащено.
Парень выдохнул. Как же ему все не нравилось. И он переживал за мастера. А еще ему была непонятна перемена Вальтазара. Но он сказал, что не ему нужна помощь, хотя сам был ранен. Может, он также и остался при своем мнении, просто возникли обстоятельства весомее его мнения. Олрид прекрасно помнил, как тот солдат обвинил его и мастера в живодерстве. И оттого был так насторожен. Да, он просто ударил его в живот, но кто его знает. В следующий раз это мог быть ятаган. Вот потому-то и не доверял.
В какой-то момент Олрид заметил что-то похожее на хвост вархада. Парень приблизился к этому месту, но это был просто кусок какой-то шкуры. Небо предательски темнело, солнца становилось все меньше. Всей группе пришлось уйти в районы, которые до этого были ограждены. Если раньше дороги были пустынные, то тут словно умерло все живое. Настолько огромного запустения Олрид еще не видел. Некоторые дома были с распахнутыми дверями, но из них никто не выглядывал. Почти все дома с распахнутыми окнами, но там не видно было силуэтов. Олрид тут не появлялся. Тут был только мастер, и только он ведал весь здешний ужас. Олрид находил обгорелые кости, целые захоронения прямо на улице. Но ни одной живой души.
Солдаты все больше озирались, и словно вообще потеряли всякую уверенность в себе. Олрид же был обеспокоен поисками мастера. Страх потери сковал его больше, чем страх окружающей обстановки. Древод просто был древодом и вел себя, как и раньше. Он был самым спокойным в группе. Олриду и раньше казалось, что Хеис чувствует или видит больше, чем он. И сейчас ему казалось, что древод буквально знал, что им тут никто не попадется, вот и был таким спокойным. Только парень не мог понять как. Как этот древод это определяет?
В момент, когда Олрид уже отчаялся что-либо найти, парень завидел хвост и лапы вархада. Он сначала даже не понял, только когда приблизился и увидел все тело, понял что это вархад. Феатур лежал, он как-то упирался спиной об стену здания, но его ноги были вытянуты вперед. Могло показаться, что он просто сидит, но тело по большей части сползло на землю. Он не двигался. Он даже не дышал. Однако его губы застыли не то в оскале, не то в ухмылке. Рядом с ним что-то лежало. Слишком мелкое и блелкое. Что-то в этом блеклом продолжало дергаться, но это скорее походило на предсмертную агонию. Олрид медленно опустился на колени перед телом наставника. Он не успел. Он не знал, что здесь произошло, но он не успел. Паренек с трудом сдерживал слезы. Он был уверен, что мастер что-то придумает, что они вместе справятся... Он просто не представлял, как он выберется из всего этого без наставника. Олрид еще раз осмотрел наставника. Он держал в руках какую-то доску. Некоторые когти на его руках были обломлены. Олрид так и стоял. Или сидел... Он уже не знал...
Парень видел, как древод вырвал из рук наставника доску. Хеис осмотрел ее и протянул пареньку. Олрид безразлично взглянул на нее. Сначала он даже не понял, что это, там просто было что-то вырезано. Парень взял доску.
– Нам еще нужно вернуться, – произнес Хеис. – Странный doharo нас ждет обратно.
– Что? – Олрид с непониманием посмотрел на древода.
Хеис схватил паренька за руки и потянул наверх, помогая ему встать. Он что-то быстро заговорил на своем языке, Олрид понял только последние слова:
– ...Тот. Он дал нам солдат. Он что-то хочет. Как еще сказать...
И парень все же понял:
– Вальтазар? Тот с повязкой на голове?
Хеис активно закивал. Олрид бросил последний взгляд на наставника.
– Ладно, – произнес он. Как-то тихо, неуверенно. – Идем туда.
Олрид не понял, как они добрались до лагеря Вальтазара. Кажется, кто-то прятался средь домов и преследовал их, следил за ними какое-то время, но пропал из виду возле лагеря. Вальтазар как-то напряженно на него посмотрел, когда они пришли без Феатура. Его солдаты сказали, что они нашли его мертвого. Олрид все еще не мог поверить в это. Ему казалось, что наставник просто прилег. Просто уснул. Но он проснется. Ведь правда? Олрид даже не сразу понял, что где-то оставил белую жидкость и препарат. У него в руках была просто деревянная доска, что до этого держал наставник. Древод куда-то его повел. Олрид остановился в каком-то доме. Тут было темно, но пахло кровью. Множество людей, солдат лежали или сидели раненые. Рядом послышался голос Вальтазара:
– Мне жаль... Почти... Тебе, может быть, тяжело, но мне нужна твоя помощь. Этим людям нужна твоя помощь. Я... Это выше моего мнения и желания. Ты единственный лекарь средь нас... Только ты знаешь, как лечить...
Олрид кивнул, хотя сам не понял, с чем соглашается. Он что-то сказал... Кажется, попросил принести чистой воды. Парень приблизился к одному из раненых. Он видел обожженные края раны, чужие страдания, и видимо, только не успев отойти от первого шока, не воспринял это близко к сердцу. Словно во сне он что-то делал, хотя не до конца понимал, что. Просто руки сами делали отработанные много раз до этого действия. Сознание прояснялась только при серьезных ранах, когда приходилось думать и снова погружалось в сон...
Очнулся от этого бреда Олрид только в доме мастера. Когда на дворе уже была ночь. Кажется, он то ли держал, то ли грыз эту деревянную табличку. Рядом был древод. Он просто сидел рядом и напряженно осматривал паренька. И все снова погрузилось в бредовый сон...
Запись 21
Отрывок из летописей о Культе солнца.
Фрагмент из легенды о золотом рыцаре Рарфаре.
...Не веря своей победе, они молчали. Они молчали и лишь с ужасом осознавали, что их ждет. Это была одна победа. Только первая победа. И кровавый культ не оставит это без внимания. Он подавит бунтаря. Он вернется, чтобы восстановить власть. Они одни, против сильнейшего врага...
«Что же нас ждет?» - Немой вопрос повис в воздухе. «Что же мы наделали?», «Что с нами будет?».
Сражение закончилось только под начало нового дня. В тот миг рыцарь ордена длани Солнца, Рарфаре, глянул на восходящее солнце. В тот миг он понял свою цель. Все произошедшее не было случайностью. Это их предназначение. Судьба их всех.
«...Да, именно восход. Мы воссияем, как новое солнце, развеяв эту тьму кровавого культа. Мы, воины солнца, и мы выжжем прогнувшую кровавую плоть...»
Олрид не знал, сколько прошло времени. Для него все было сном. Одним кошмаром, из которого он не мог проснуться. Пустота захватила его разум. Он что-то делал, древод что-то делал, но паренек не обращал на это внимания. Кажется, он уже не ел достаточно долго. Древод что-то где-то находил, однако парень это не съел. Временами сознание прояснялось, а потом снова погружалось в этот сон.
Как и в этот раз, Олрид расхаживал рядом со столами, но ничего не делал. Он смотрел на них... И не мог ничего сделать. Олрид сел на один из двух стульев. Парень смотрел на второй... Но он был совершенно пустой. Повернутый к нему, словно на нем мог бы кто-то там мог сидеть... Но там было пусто.
В поле зрения парня мелькнул древод. Олрид отстранено глянул на него. Хеис, совсем как асири, уселся на стул, хотя ему было неудобно. Худощавая, жилистая фигура Хеиса практически утопала в этом стуле. Да и ноги с трудом он смог расположить, когда уселся. Олрид все еще за ним наблюдал, так и не сказав и слова. Хеис сменил положение и нагнулся в сторону паренька. Даже в этом полумраке его глаза поблескивали и чем-то напоминали камни, чем глаза живого существа. Хеис долго смотрел на паренька, прежде чем начать разговор.
– Уже прошло много дней. Ты все еще заражен. И ты единственный, последний лекарь здесь... Я воин. Я ничего не смыслю в... Этих... Вещах, – древод вытянул свою руку и ткнул указательным пальцем в грудь паренька. – Я знаю, каково это быть одним, но ты тоже должен понять: если ты не поможешь... Себе и нам, этого уже никто не сделает... Олрид...
Парень вздрогнул, когда услышал свое имя. Перед его глазами на миг возникло воспоминание об вархаде. Словно он был еще здесь, словно он был еще жив. В этот миг древод внезапно подорвался, схватил парня за плечи и резко поднял. Он все также смотрел прямо в глаза, все еще ожидал ответа.
– Ты должен справиться с этим. Ты ученик hatleara. Это твой долг и обязанность. Если ты этого не сделаешь... Значит, все умерли напрасно. Все, твой наставник тоже.
Олрид нерасторопно взглянул в зеленые глаза древода. Хеис был полон решимости, хотя вообще не понимал всего происходящего. На миг сознание парня прояснилось. На миг он задумался о странном – древод еще жив. Его тело болело. Болели сами мышцы. Парень осмотрел себя: на руках все чаще стали встречаться красные пятнышки. Да, Хеис прав – он заражен. Он заражен, как и все. В этот миг кто-то открыл дверь. Хеис отпустил парня и резко развернулся. Олрид неуклюже плюхнулся на стул. Он услышал, как Хеис вынул кинжал. На пороге стоял солдат. На его спине был огромный мешок.
– Вот, – солдат поставил мешок у порога и чуть отодвинул в сторону. – Этого зерна должно хватить на какое-то время. Сейчас в городе развернулась почти настоящая война. Наши войска пока удерживают и выполняют последний приказ Гостара. Однако мятежники Вальтазара и еще одной мелочной группировки хотят открыть ворота. Но, если Вальтазар с чуть меньшей, чем наша группа, еще прислушивается к голосу разума, то вот эти мелочные крысы, что в самом меньшинстве – нет. Так что будьте тут осторожны.
Солдат почти ушел, но, вспомнив, добавил:
– Вальтазар пошел на переговоры. Он сказал, что сложит оружие, если найдете лекарство. Вот и все. Я должен вернуться к своему начальнику.
И закрыл дверь.
Древод осторожно приблизился к двери, потом к окну. Олрид только сейчас понял, что все это время он его охранял. Защищал, пока он ничего не делал. Олрид с трудом поднялся. Он взглянул на доску, которую держал мастер. Он окинул взглядом его рабочие столы... В этот миг его кольнула совесть. Он почувствовал себя виноватым. Он бездействовал, пока умирали люди. Он бездействовал, когда на него рассчитывал наставник... Наверное, рассчитывал. На него рассчитывает даже Вальтазар, хотя он Олриду не друг. Парень сжал руки в кулаки. Да, Олрид должен доделать дело. Даже без мастера.
Парень сонно приблизился к одному из столов, заглянул в записи. Он примерно помнил последнее средство, что готовил мастеру. Олрид по памяти собрал реагенты и травы, поставил их рядом и взглянул на них. Если он хочет бороться дальше, то ему нужно будет для начала выжить. И приготовить себе это же средство. Так же сонно Олрид начал готовить. Собрав все в нужных и пропорциях, парень все это смешал... И выпил. Олрид сразу же скривился. Жижа на вкус была просто отвратительной гремучей смесью.
Подумав, Олрид понял, что ему нужно собрать умерших и сжечь их. Мастер так же делал. Наверное, он так хотел замедлить заражение. И вспоминая ту картину с воронами и мертвецом, в котором что-то копошилось, наверное, это правильное решение.
Парень неуверенно приблизился к двери и обернулся на древода. Хеис сразу последовал за лекарем. Олрид окинул взглядом дом, взял причудливый ключ, и вышел.
Парень блуждал по городу. Он либо пустел, либо там были баррикады. Мирные жители словно вымерли. Дома пустели. Их либо убили, либо они сами покинули свои жилища, либо умерли от болезни. Олрид был настолько опустошен, что просто не замечал всю эту боль, всю эту пустоту, которой наполнился город. Парень лишь чувствовал отголоски всего ужаса. Умирал уже не просто какой-то конкретный человек, умирал уже сам город. Эмримал все больше напоминал заброшенные руины. Покрытый зеленью, он превращался в огромную яму, где все из-за приказа Гостара обречены были умереть...
Олрид с трудом сгруппировал найденные на этом участке тела. Смог найти немного ткани и поджечь ее. Древод был где-то рядом, настороже. Олрид видел, как пламя медленно пожирало тела, обращало их в пепел и обгоревшую труху. Мерзкий запах сразу отбил обоняние. На миг парень снова проснулся, и его сознание прояснилось. Олрид заметил, что Хеис осматривал некоторые тела солдат и уже успел у кого-то отобрать ятаган. И, возможно, сейчас искал уцелевшие части доспеха, что мог бы использовать. Может, нет. Может, просто искал, что полезное. Древод притащил еще несколько тел. Они оба закинули их в горящий костер. Начинало темнеть.
Олрид не помнил, как он добрался до дома. Он помнил, что его стошнило по пути. То, как он вытерся и привел себя в порядок – уже в самом доме. Олрид безразлично смахнул дохлых белых червей с рабочего стола. Кажется, они были в какой-то слизи и мертвые. Он снова взглянул на бумаги. Осмотрел сочетания реагентов. Ему очень не хватало опыта мастера, но нужно было что-то делать... Олрид долго смотрел на эти бумаги. Его голова была пуста. Он примерно понимал, что нужно сделать, но не понимал, как это нужно выполнить. Он видел и помнил названия реагентов, формулы, но они просто путались в его сознании, переплетались, и все также не обретали единую форму.
Хеис снова блуждал по дому где-то рядом. Древод, как и всегда, не начинал разговор и не пытался что-то пояснить. Олрид иногда даже забывал, что он тут есть, и часто дергался, когда слышал, как кто-то перемещает предметы.
Так прошел один день... Другой. Олрид пытался найти лекарство, он пытался смешивать реагенты... Но все было впустую. Он стаскивал тела из старых кварталов, новых, сжигал их. Ремесленные цеха пустовали. Ни один ремесленный станок не гремел. Не было торговцев. Тишина стала частым проводником парня. Редко поднимался шум. Иногда солдаты Вальтазара пытались силой открыть ворота, но их старания не увенчались успехом. Отголоски их сражений – это единственное, что хоть как-то наполняет город.
На Олрида пока не спешили нападать. Иногда даже помогали. Хотя были какие-то странные типы, что прятались в тенях домов. Что следили за ним. Но опасались напасть в одиночку на двоих.
Олрид пытался как-то улучшить имеющиеся формулы препаратов. Добавлял ингредиенты, менял пропорции. Он давал их другим зараженным, что встречались и в лагере сторонников Гостара, что в лагере Вальтазара. Его пускали к ним. Хотя уверенность людей все сильнее и сильнее падала. Как и сейчас Олрид уселся за одним из столов, что служили мастеру. Он думал, отчаянно пытался понять, как все исправить. В этот раз древод уселся рядом. Олрид не давал ему никаких лекарств, но Хеис все еще был жив, хотя многие асири погибали. Погибали, даже не смотря на то, что уже есть средство позволяющее протянуть немного дольше. Однако эти паразиты, возможно, как-то истощают организм, и люди все равно умирали.
Олрид осмотрел древода. По нему не было видно, ослаб он или нет. Казалось, что вообще ничего не изменилось за все это время. Просто он следовал за Олридом. Слепо, выполняя только ему ведомые вещи. Спустя какое-то время древод начал нервничать. Олрид вообще давно заметил, что Хеис не любит, когда кто-то слишком долго на него смотрит. Однако парню было интересно наблюдать за этим существом. Ведь по сути, Хеис тоже представитель гуманоидной расы, как и Олрид. Однако насколько сильна между ними разница. Особенно внешне. Хотя оба существа имеют одну голову и четыре конечности. И в целом, анатомически похожи. В какой-то момент Олрид заметил странность: кожа древода покрыта слизью. Он только сейчас это заметил. До этого кожа была вполне обычной, за исключением того, что она грубая и крошиться... И... Уже давно Олрид не замечал странные черные крошева... Олрид приподнялся и с большим интересом стал осматривать древода. Что там творилось в голове Хеиса, парня не особо волновало. Смотрел косо и с подозрением, но не убегал, и то хорошо. Олрид уже припомнил ту самую заразу, что они еще при живом мастере увидели в деревне. Древод же был чем-то заражен. Когда-то. Только это никому так и не передалось. Так что парень ожидал найти что-то похожее на нее. Может даже найти подсказку на взаимосвязь паразитов и той болезни. Ведь в том доме тоже была слизь.
Олрид взял пустую чашу и счистил туда эту слизь. Пока древод следил за ним, пусть и молча, крайне неодобрительно. Точно Олрид задумал что-то очень подозрительное. Покончив с одним, парень откопал стеклышки на одном из рабочих столов. Несколько почти прозрачных стеклышек в стальной оправе и с держателем. Это было не простое стекло – увеличительное. Олрид увлекся изучением слизи и на эти мгновения забыл о многом. В какой-то момент он смог увидеть нечто удивительное. Во-первых: паразиты действительно оказались червями, а во-вторых: они были мертвыми.
Олрид направил это увеличительное стекло на древода. Хеис все еще сидел на стуле, но все более настороженно поглядывал в сторону парня. Олрид осмотрел всего Хеиса. Да, мертвые черви были в той самой слизи. Почти на всем его теле, а может и на всем, тут Олрид не рискнул лезть дальше. Но смог осмотреть шею, руки.
– Хеис, а как давно ты стал покрываться этой слизью? – Олрид отошел от древода, больше пытаясь понять странную слизь.
Она была какого-то зеленоватого оттенка. Что-то очень похожее, но не то же самое, когда было в деревне.
– Достаточно давно. А что не так?
Олрид обернулся на древода:
– Я не знаю, что это, но это может дать ответы на некоторые вопросы. Я так думаю... А... Хеис... Ты же не против, если я... Изучу это явление? Ну, там... Соберу еще образцы... И чаще буду тебя осматривать.
Древод долго молчал.
– А это важно? Я не понимаю. Что ты задумал?
– Ничего опасного для тебя. Просто паразиты почему-то умирают в твоем теле. Это очень странно. И я сам хотел бы знать, что это значит.
Запись 22
Олрид пока не понимал, что это за слизь. Но в нем появилась надежда. Он бы мог попробовать ее ввести в организм асири, но не знал, где шприц. Парень стал вспоминать курсы алхимии. Он примерно помнил, что можно как-то определить природу вещества. Олрид надеялся, что это как-то поможет. Вряд ли этой слизи древода будет достаточно, чтобы создать некое лекарственное средство, но, может, можно создать что-то подобное. Надежда была очень слабая, однако Олрид просто не видел других вариантов.
Олрид приготовил несколько средств, что отгоняет паразитов. Отрыл дверь и вышел из дома. Он снова решил совершить обход еще живых людей. Первым делом он направился к Вальтазару. Олрид понимал, что это может быть рискованно, однако он так же помнил, что там есть люди, которым нужна помощь.
Путь снова лежал через пустующий город. Олрид уже неплохо в нем ориентировался. Снова парень увидел мертвое тело и ворон, что кружили в округе. Парень до сих пор не находил мертвых птиц. Может, они не заражались? Или просто съедали паразитов? Олрид остановился возле одной из каркающих ворон. Странно, но ему казалось, что этих птиц стало больше. Но долго он не задерживался. Скоро Олрид увидел знакомые баррикады Вальтазара. Задержавшись на мгновение, он прошел вперед, побаиваясь его реакции. Солдаты, уже зараженные, недоверчиво поглядывали в сторону лекаря.
В самом лагере Олрид чувствовал нарастающие страх и настороженность. Однако не настолько, чтобы остановиться на полпути. Приблизился к дому с больными. Это был единственный большой дом с закрытыми окнами и открытой дверью. Единственный дом, в котором темно, и даже с порога чувствовались страх и боль. Олрид остановил древода у порога жестом.
– Будь тут. Там мне помощь не понадобится.
Древод замер у двери. Олрид сделал шаг в дом. Редкие стоны и вдохи. Мерзкий запах, затхлый воздух. Парень приблизился к одному из больных и дал ему немного препарата. Так ко второму, и третьему, и четвертому. Если раньше, пока была стена, зараженных было мало, то теперь каждый был заражен. Олрид не знал, как именно происходят стычки у этих противоборствующих сторон. Он только видел их последствия: новые больные, новые травмированные. Парень уже начал беспокоиться о запасах. Если в свое время мастер подумал о будущем и запросил множество, почти мешки, реагентов, трав, прочих веществ. То сейчас, учитывая, сколько больных, сколько они медлили, и сколько еще понадобится средств, Олрид стал опасаться, что этого не хватит. Сам он молчал и побаивался это кому-то сказать, хотя понимал, что молчание не выход.
Закончив с ними, Олрид направился к другим. Он еще навестит тех, кто держит стены. Парень все же образованный и понимал, что помогая обоим, не улучшает обстановку, и делает себе хуже, но все равно.
Среди толпы солдат, Олрид вдруг увидел Вальтазара. Лишившийся одного глаза, «помощник командира» стремительно приближался к парню. Олрид же поспешил удалиться с его пути. Он уже предчувствовал, что разговор будет не из приятных. Древод молча последовал за лекарем. Олрид старался прибавить шаг, но случилось самое малоприятное – Вальтазар его окликнул. Солдаты обернулись в сторону парня. Олрид замедлился и в итоге остановился. На миг закрыв глаза, он выдохнул и развернулся. Вальтазар стремительно приблизился к нему. Парень мог бы попытаться сбежать, уйти от этого... Разговора, разборки, что там пришло на ум этому солдату, однако, счел это глупым. Да и опасным. Так они просто поговорят, наверное. А по-другому он, наверное, выглядел как тот, кому есть что скрывать.
– Может, уже объяснишься? Сколько можно молчать? Сколько можно искать это лекарство? Сколько все это будет тянуться? Неделю? Месяц? – Вальтазар был явно недовольным, если не злым. – Я верю, что ты хочешь помочь и все такое... Вот только мне надоедает эти размытые отговорки, что средство есть, но оно несовершенное. Может, его просто нет?
Вальтазар, как и многие его солдаты, был заражен. Олрид не спешил с ответом. Во-первых, ему было немного страшно рассказать ему правду, во-вторых... Он помнил слова того солдата, что принес зерно. Олрид понял, что молчание затянулось.
– И что же ты хочешь услышать? – наконец произнес парень.
– Ответ. Правдивый ответ.
Олрид не спешил отвечать, но все же рискнул. Он отвернулся и начал свой монолог:
– Мне нечего тебе сказать, Вальтазар. Я говорил правду, что есть некое средство, что неполное. Правда вся в том, что у нас с мастером не было лекарства. По факту: мы просто ставили эксперименты на людях. Только так мы смогли найти что-то, что лишь смягчает последствия. Однако я смог обнаружить что-то интересное. Оно может помочь. Но в том у меня нет уверенности...
На миг Олриду показалось, что Вальтазар буквально взбесился. И только дисциплина и самообладание мешала ему разорвать парня на части.
– Ты... Ты хоть представляешь, что наделал? Что творил? Ты... Настоящий ученик своего наставника. Такой же бездушный.
– А что я мог сделать, Вальтазар? Я продолжаю то, что начал мастер. Так, как он это начал. Да и я сам не вижу иного решения. Вот только ты ошибаешься, если считаешь меня бездушным...
– Просто уходи, – оборвал речь парня Вальтазар. – Ходят слухи, что ты помогаешь моим врагам – сторонникам Гостара. Мне бы стоило тебя убить... Но я тебя оставлю. Просто убирайся.
И Олрид поспешил уйти. Теперь его путь лежал только к защитникам ворот. Похоже, ему точно не стоит приближаться к солдатам Вальтазара. Олрид на самом деле радовался, что его не убили и не покалечили, хотя могли. Почти заслуженно. Вот только парень понимал, что отчасти прав и он. Кто еще, кроме него, знает, что делать. Хотя Олрид сам не знал. Он только видел ту конечную цель. И то не был уверен в том, что она достижима. Слишком уж все долго. Слишком много смертей.
Размышления Олрид оставил на потом, когда оказался около ворот. Именно тут держат свой последний пост преданные люди Гостара. Олрид, как и прежде сделал все нужное. Даже тут на него смотрели с подозрением. И тут от него потребовали ответов... И Олрид снова ответил честно. Как и раньше ответил Вальтазару. Трое полусотников, что дожили до этих дней, смотрели на Олрида с холодом. Их явно не радовал ответ, но они его словно приняли. Словно понимали, что сейчас нет иного спасения. Если уж быть честным – то вообще нет спасения. Для всех, кто ходит по земле.
– И как же тогда быть? – спорил главный из тройки. – Просто сломать механизм врат и ждать смерти?
Олрид повел плечами:
– Я не знаю. Для начала, я хочу разобраться во всем. Было опробовано много препаратов, но они не были однозначно полезными. Может, они не прогоняли не всех паразитов. Я не знаю. Пока я буду с этим разбираться и искать ответы, могу только обнадежить и сказать, что я нашел нечто интересное. Может, если я разберусь с этим, то пойму, как это работает. Так что еще есть надежда. Даже так – надежда только появилась.
Один из тройки кивнул:
– Понятно. Мы и дальше будем держать ворота, чтобы дальше этого города эта гадость не ушла. Только рекомендую вам поспешить с лекарством. Мы не сможем долго держать это место. Люди слабеют. Все больше погибает... Кто от заражения, кто от травм и ран.
– Одна радость: у нашего врага не лучше, – вмешался третий. – Только рано или поздно они сорвутся и пойдут в последний бой, чтобы отбить ворота. Я уверен.
– А разве у этой земли нет хозяина? – вдруг вспомнил Олрид. – Его голос должен что-то значить, хозяина земли.
Старший из тройки отрицательно покачал головой:
– Его нет. Он и его семья умерла. Сегодня ночью. Теперь мы сами по себе.
«Сами по себе» – эти слова эхом звучали у Олрида в голове, пока он возвращался в дом наставника. Эти слова почему-то его очень сильно задели, вот только раздумывать над ними долго не было времени. У него был долг, и не факт, что будет время, чтобы его выполнить. Долг... Это слово тоже нашло место в сознании паренька. Олрид посмотрел на древода. В какой-то момент парень словно потерялся. В какой-то момент он почувствовал пустоту. В самом себе. Не из-за смерти мастера, но из-за надрыва чего-то большего...
Олрид собрал немного слизи и реагентов, начал все осматривать и проверять. Хотя и сам мало верил в то, что делает. В какой-то миг он даже замер. «Настоящий ученик своего наставника»... Олрид попытался вспомнить своего учителя. Разве так похож? Наставник... Столь странный, в чем-то мерзкий, но от того не менее весомый вархад. Даже, если забыть, сколько знаний и опыта он имел, то кто такой Олрид на его фоне? Просто тот... Кто делает, что ему сказали?..
Парень отстранился от своей работы. Да, надежда есть, но как ее реализовать? Олрид провел пальцами по лбу. Ну, первое, что парень хочет понять – это природу этого вещества. Можно ли ее использовать людям?
В этот миг кто-то постучал в дверь. Олрид вздрогнул. Он уже отвык от этого звука, словно целая вечность прошла с того времени, когда хоть кто-то приходил в этот дом. Древод уже насторожился и приготовился к защите: положил свою руку на меч. Парень встал и направился к двери. Медленно ее открыл. На пороге стоял человек, весь покрытый пятнами. Едва шевелясь, он протянул продолговатый предмет. Олрид сначала не понял, что это, только заметил, что он поблескивал в слабом вечернем свете. Парень взял продолговатый предмет, осмотрел его и узнал.
– Это же вещь мастера! Где вы его нашли?
– Не важно, – неприветливо ответил житель. – До нас дошла очень печальная новость: что спасения нам ждать не стоит, что ты и твой наставник на нас это... Опыты ставили...
Олрид напрягся и отстранился от двери. Только сейчас он заметил, что за спиной незнакомца стоит много людей. Таких же больных и измученных.
– Некоторые из нас, жителей этого города, не желают вас видеть. Некоторые даже желают смерти. А вот мы... – асири на пороге запнулся на миг и продолжил. – Жертва.
– Кому? – растеряно спросил парень.
– Тебе и твоим опытам. Мы же все равно умрем. Но мы слышали, что ты нашел что-то важное. Возможное спасение. Мы уже сами все решили. Если мы умрем – то хоть не мучаясь, а если повезет... То выживем.
Древод неспешно приблизился к парню. Сам же Олрид долго молчал, пытаясь понять происходящее.
– Но... Теперь вы все знаете и все равно хотите мне помочь?
– Как видишь, – произнесла какая-то женщина. – Нам ведь кроме тебя никто уже не поможет?
Запись 23
Олрид не мог понять, что сподвигло этих людей на такой шаг. Он хотел бы обойтись без подобных мер, но понимал, что это невозможно. В таких рамках парень сам для себя решил, что если ему и придется пойти на такие меры, то пусть эта «жертва» окажется не напрасной. Люди отказались уходить и организовали некое подобие лагеря прямо перед домом лекаря. Из-за чего парень не понимал их вдвойне. Он догадывался, что чего-то не знал, не понимал. Может, им и в самом деле было некуда идти. Может, кто-то разрушил их дома, ограбил их, может, просто прогнали. Все же они были достаточно сильно заражены. И через день, может, два, может, чуть больше, но каждый из них был обречен умереть.
Сам Олрид стал понимать, почему люди умирали при заражении. Дело не только в паразитах. Парень стал замечать, с каким усердием начинает биться сердце, как тяжелее становиться дыхание. Благодаря средствам удалось продлить срок жизни, но не отсрочить сам момент смерти.
Олрид снова поднялся на верхние этажи и впервые за столь долгое время прикоснулся к книгам наставника. Не все они сейчас могли ему помочь, но некоторые – направить на нужную мысль. Проверил по реактивам слизь, правда, мало что из этого смог понять. Вполне возможно, она не лечит, как сначала предположил Олрид. Слизь сменила свой цвет при смешивании с кристаллами на красный, словно токсин. Пока Олрид не понимал что к чему, но у него появились некоторые идеи. Ночью того же дня он успел почистить шприц. Инструмент практически не пострадал, и что самое главное – сохранил свою функциональность.
Следующий день оказался не менее тяжелым. Олрид решил попробовать ввести слизь древода, и еще предстояло решить в кого. Парень смог собрать эту самую слизь. Хеис не ворчал и не препятствовал. Очистил ее, заправил в шприц. Вспомнил самое простое с более-менее обширным действием противоядие. После того, как и оно было готово, Олрид вышел на улицу к людям. Жители города разом обернулись, когда парень направился к ним.
– Кто рискнет быть первым? – задал вопрос Олрид, вот только ему никто не спешил ответить.
Парень приблизился к самому близкому для себя асири. Той оказалась какая-то девушка. Олрид невольно замер. Ему не очень хотелось так поступать, но он все же решился после мгновения промедлений. Он ввел ей слизь, некоторое время понаблюдал, но ничего не происходило. Тогда он поднялся со словами:
– Если ей станет хуже: позовите.
Сам направился к рабочим столам, оставив дверь открытой. Хеис сидел на полу и просто за всем наблюдал. Олрид достал из-под стола пустое ведро и вылил туда ненужные жидкости. Странно. Препараты, которые они раньше с наставником использовали, тоже не были однозначно лекарственными. Просто они были безопасны для людей. Он посмотрел на древода. Хеис не особо рассказывал о своей родине. Только как-то обмолвился, что у них все несколько хуже. Может ли быть так, что они тоже наделены более сильным иммунитетом? Или у них есть некая специфика?
Олрид снова погрузился в свои раздумья. Он изучал то, что имел, пробовал как-то сделать что-то похожее. Результатом стал еще один новый препарат. Олрид примерно приготовил что-то похожее на противоядие, как и в первом случае. На всякий случай. Вдруг его понадобится вывести. Олрид набрал препарат в шприц и снова выбрался к людям. По-хорошему – стоило бы дождаться результата от первого введения, однако парень боялся не успеть. В этот раз первым под руку ему попался мужчина. Закончив с ним, Олрид еще раз приблизился к первой подопытной. За прошедшее время ей стало заметно хуже. Парень ее осмотрел и заметил, что вместе с рвотой из нее выводятся и черви. Олрид остался рядом. Он наблюдал за ее состоянием и в тот момент, когда уже объективно ждать было опасно – дал ей лекарство. Девушка устало упала ему на плечо. Олрид жестом позвал древода. Вместе они перетащили ее в комнату с каменным полом.
Медленно прошел вечер, и уже была на пороге ночь. Олрид варил в котелке кашу из зерна. В том самом месте, что на улице. Мастер говорил, что где-то тут должен быть аппарат для алхимической перегонки... Или что-то в этом роде. Варить пришлось больше, чем обычно. Жители смогли где-то найти еще зерна, котел и деревянные миски. А Олрид взял с себя ответственность отварить еду... Хотя вряд ли она будет вкусная, главное, чтобы была съедобная. Рядом с ним была самая энергичная женщина средь всех зараженных и древод. Хеис уперся спиной о каменную колонну, просто хмуро за всем наблюдая.
В какой-то момент Олрид услышал разговоры и шум у входа в дом. Парень отошел от котла и направился к порогу. Он ожидал, что кому-то снова станет хуже или то, что эти горожане снова что-то удумали, в духе этой «жертвы», однако правда оказалась суровей. Жители, что решили поддержать Олрида, стали почти стеной перед домом вархада. А вот напротив них совершенно другая толпа. Более злобная. Некоторые из них держали факелы. Как только парень оказался в их поле зрения толпа сразу смолка. Злобно и недоверчиво посматривая в сторону подмастерья. Древод, что шел за Олридом, сразу вытащил меч. Парень жестом велел ему подождать. Хеис с некоторым непониманием посмотрел на парня, но ничего больше не сделал. Просто замер с оружием в руке.
– Вам что-то нужно? – словно не понимая, что к чему, спросил Олрид. – Лекарства пока еще нет, но я над этим работаю.
Люди некоторое время молчали. Только злобно глазели на Олрида. Один из них все же сделал шаг вперед:
– Мы пришли сюда не ради спасения. Мы пришли сюда за кровью. За мщением. Может, эти овцы и согласны идти на убой, но мы – нет. Пока вы с учителем медлили, умирали наши близкие...
Жителя перебил своей речью древод. Он пробормотал что-то на своем языке, и, судя по внешнему виду, это было что-то вроде ворчания или осуждения.
– ...Мы и так уже поняли, что ты нечего не можешь, – после пуазы продолжил недовольный житель, мельком глянув на Хеиса. – Мы и так уже поняли, что нет спасения... Но хоть перед смертью мы успеем отомстить за наших родных. За всех жителей, что умерли...
В какой-то миг Олриду показалась, что на лицах этих людей возникли хищные ухмылки. Словно перед ним были вовсе не люди и даже не животные. Некая единая темная масса, что-то необычайно злое и голодное... От наваждения в этих сумерках его отвлек древод. Он направил ятаган в сторону жителя, совершенно спокойно, не дрогнувшим голом, Хеис произнес:
– Лучше убирайтесь, пока живы. Я с вами возиться не буду: поднимете руку на Олрида, и я вас убью.
Хеис опустил руку с мечом. Олрид метался внутри себя. С одной стороны, он придерживался рассудительности, с другой, понимал печаль этих людей.
– Я не отрицаю, что могу быть виноват, – начал он, – вот только убийство меня не выход. Так вы сделаете только еще хуже...
– Ты нам зубы не заговоришь! – вскрикнул кто-то из озлобленной толпы.
– Убьем его, как и договаривались! Его и всех, кто ему будет помогать!
В этот момент толпа будто сорвалась. Озлобленные стали требовать смерти, те, кто заступался за Олрида – чтобы озлобленные убрались. Парень неуверенно отшатнулся назад. Как бы он того ни хотел, но Олрид боялся за свою жизнь. Он боялся всей той озлобленной толпы, и понимал, что они готовы его просто на части разорвать. Им только искры не хватало, чтобы разрушить все на своем пути. И в этот миг кто-то сорвался. В толпе блеснул нож. Резанув кого-то из жителей, асири с ножом рывком кинулся в сторону Олрида. Парень постарался отстраниться, отступить назад. Перед ним мелькнула фигура древода. Хеис замер перед асири и принял на себя удар. Что-то на его руке хрустнуло, и часть ломкой кожи древода отлетела в сторону. Напавший асири застыл с ужасом в глазах, потом пятился. Хеис отвел левую руку в сторону, и Олрид заметил, что нож застрял в жилистой конечности. Древод, казалось, вообще не чувствует боли. Только парень заметил, как по лезвию ножа стекала кровь. Хотя тот застрял, погрузившись лишь на одну треть лезвия в руку. Хеис с холоднокровным взглядом сделал шаг вперед, одновременно замах. Два быстрых удара. Меч легко рассек тело асири по диагонали, а после слетела и голова. Во все стороны хлынула кровь, что казалось черной в сумерках. Озлобленная толпа на миг отступилась.
После настало затишье. Толпа, жаждущая крови, неуверенно топталась. Никто из них не хотел нарваться на меч. Сумерки все сгущались. Весь мир все больше погружался во тьму. Свет факелов лишь сгущал краски: выхватывал из темноты особенно злостные морды. Где-то за спиной Олрида раздался писк женщины, что приглядывала за едой. От древода отшатнулись и мирные жители города, а Хеис все так же холодно смотрел на злобную толпу. Кто-то из озлобленных неуверенно попытался выйти вперед, но его сразу же осадили другие. Олрид опасался сделать и шаг. В какой-то момент парень почувствовал себя жалким, трусливым существом. Но что он мог тут сделать?
Олрид осторожно сделал шаг в сторону, чтобы не прятаться за спиной древода. Так же осторожно, он начал говорить:
– Я понимаю, что вам страшно, и что вы напуганы, но насилие тут не выход. Лучше разойдитесь по домам... Когда я найду лекарство, я помогу всем вам...
В этот миг один из жителей упал. Только присмотревшись, Олрид признал в нем второго асири, которому он вводил яд. Тут же кто-то из озлобленной толпы кинулся на Олрида. Хеис снова выскочил вперед и полоснул клинком напавшего. Озлобленная толпа накинулась на древода. Они использовали для атаки все, что имели: кто с палкой, что принес сюда, кто пытался его поджечь факелом. Древод уворачивался от большинства ударов. Он почти ничего не делал раненой левой рукой, лишь изредка ей прикрывался. Олрид приблизился к упавшему. У того изо рта лилась пена, всего трясло, закатывались глаза. Олрид забежал в дом и взял противоядие. Он силой смог влить его трясущемуся асири, но тот все не приходил в нормальное состояние.
Внезапно этот мужчина выгнулся, после чего опал и потяжелел. Олрид только успел положить его на мостовую, нагнулся и прислушался. Асири не дышал. Олрид выпрямился, посмотрел на древода. Хеис уже успел убить еще двоих и нескольких ранить. Злобная толпа разбежалась, почти как псы, напоровшиеся на сильного противника. И в этот раз настала тишина. Парень провел рукой по лицу. Все было плохо.
Олрид потратил немного времени, чтобы собрать тела и сжечь. Уже настала ночь, когда он вернулся. Жители были заняты своими делами. Сам парень остался в доме. Кто-то из жителей занес ему еду, только парень до своей порции не дотронулся. Он уселся рядом со столом, упершись в него спиной. Некоторое время Олрид все обдумывал, когда рядом с ним появился Хеис, он посмотрел на его рану.
Олрид устало поднялся. Нашел под столом кристалл Камельфора. Парень осмотрел стол, освещая его этим кристаллом. Взял перевязки и средство для обработки ран.
– Потерпи немного, я вытащу нож, – с этими словами Олрид приблизился к древоду.
Парень морально приготовился его выдирать со всей возможной силой, однако нож легко ему дался. Олрид поднес светящийся камень к ране. Кожа древода была повреждена так, словно это и не кожа вовсе. Она треснула, частично оголив мясо. Немножко, совсем малая рана.
Олрид обработал жидкостью руку, от локтя до кисти, после принялся перематывать.
– Почему ты все еще здесь? – Олрид закончил обматывать тканью руку древоду. – Ты же не обязан за меня заступаться.
– Ты – hatlear. Тот, кто спасает и исцеляет. Ты сможешь вылечить и меня.
– Но ты в этом не нуждаешься. Тебе достаточно побыть несколько дней, не контактируя ни с кем. И все. Почти наверняка будешь здоров и спокойно можешь уйти куда угодно.
Олрид не пытался обидеть древода, он лишь сказал то, что видел. Хеис серьезно задумался после этих слов. Однако молчание было не долгим.
– Я не могу уйти, – помедлив произнес древод. – В тот день... Когда ты упал и не просыпался, мы были с Феатуром одни. Он мне тогда все сказал. Что это ты меня спас. Сам бы он этого не сделал, и своей жизнью я обязан тебе. Без тебя я бы умер. Но ты мне помог и не бросил... Я должен тут быть. Я обязан тебе жизнью.
Олрид все это осмыслил.
– Спасибо. Мне твоя помощь действительно нужна.
Запись 24
Олрид долгое время не решался прикоснуться к рабочим столам, чтобы продолжить дело. Он боялся, что снова загубит кого-нибудь. Хеис вел себя настороженней, чем обычно. Временами даже замирал, то ли прислушивался, то ли присматривался.
Олрид уловил взглядом ту саму табличку, что держал в руках наставник. Парень пододвинулся к этой части стола и поднял ее. На одной из ее сторон что-то было выцарапано. Олрид покрутил ее в руках, осмотрел, но так не мог понять. Вроде какие-то слова.
Парень поднялся с пола. Он нашел на столе темную жидкость. Ее было достаточно много, и в деле она несильно пригодилась. Олрид вылил часть этой жидкости, стараясь заполнить расцарапанную часть. Вскоре жидкость растеклась, заполняя пустоты. В кривых, неровных линиях Олрид смог различить слова: «Не сдавайся».
Олрид вспомнил вархада. Он сжег его тело, как и всех остальных зараженных этого города. Он вспомнил, как нашел его с неким подобием ухмылки на лице. Может, в тот миг он подозревал, что Олрид попытается отступить? Может, просто хотел передать последние слова...
Парень провел рукой по деревяшке. Отставил ее в сторону. Олрид снова погрузился в раздумья. Его память выцепляла фрагменты прошлого. То, как он работал с мастером. Олрид глянул на запись формулы, что он использовал в первый раз. Он вспомнил про тот фрагмент жизни, что ему рассказал мастер. Теперь парень чувствовал на своей шкуре эту боль, сложность этих решений. Возможно, ему было даже хуже, чем Феатуру. И все же. Находясь в умирающем городе, практически на грани жизни, мастер предпочел бороться. И ему удалось победить.
Олрид медленно поднялся и направился к столам. Он снова начал смешивать ингредиенты. Сначала взял все то, что может послужить альтернативой слизи древода. Можно сказать, что это был тот случай, когда такие спорные растения как аконит, белена черная и вех намеренно были в неправильных количествах.
Мастер тогда победил. В силу своего ума или чего-то еще. Но Олрид припоминал этого вархада. Все же именно он не боялся смерти и не отчаивался, даже когда все было плохо.
Олрид оказался в монастырской школе по воле родителей. Единственное, что он тогда выбрал – это стать медиком. Тогда он встретил Авлака – асири, которого все считали лучшим. Который всегда был добр к людям, хорошим человеком... Этакого идеала, некой абстрактной целью жизни, которым он хотел бы стать. Олрид его не очень хорошо знал, но когда-то он хотел стать таким же уважаемым и благородным, как Авлак... И вот он встретил Феатура. Вархада, которого даже никто не оплакивал после смерти. Никто, кроме Олрида, о нем и не особо вспоминает... Только если его плохие стороны. Олрид не знает, кем был вархад раньше. Однако его стремление идти за своей целью, даже будучи порицаемым обществом, задело парня.
Олрид снова заготовил несколько средств, записав к каждой из них формулу. Парень приблизился к древоду. Снова набрал слизи и стал сравнивать свои смеси и слизь. Создал что-то похожее, на слизь, как Олрид мог определить по реагентам.
Еще он успел осмотреть ту, которой вводил слизь древода. Она не умерла, но ей достаточно плохо. Олрид заготовил для нее несколько лекарств от отравления. Дальше все снова потянулось: парень ввел новые препараты, позаботился о тех, кто нуждался в помощи, и снова сел за исследования. Два новых препарата ввел зараженным. Заготовил еще пару новых препаратов и один старый: тот, с порошком, что помогал отсрочить время зараженным. Еще пришлось заготовить противоядия для новых средств. И в этот раз Олрид постарался приготовить лучшие, на которые был способен. Постарался сделать их в нескольких экземплярах. Тем, кто еще не попал под эксперименты, дал старый препарат. Тот самый, с красным порошком из рога и блежной травы. И сам его принял.
Настало время ожидания. Вчерашние «гости» не спешили возвращаться. Олрид провел большую часть времени дома. Был уж слишком занят изучением. Вторую порцию заготовленных препаратов ввел уже вечером, параллельно наблюдая за теми, кому уже ввел днем. В ночь первые два средства уже стали себя проявлять. Олрид за всем наблюдал, и когда убеждался, что паразиты мертвы, давал противоядие. Как итог: один оказался при смерти, а вот второй чувствовал себя лучше. Теперь же осталось дождаться эффектов двух последних.
Воспользовавшись моментом, Олрид решился поспать. Усталость не особо способствовала новым решениям и свежим идеям, в которых так нуждался подмастерье лекаря. С трудом уснул, а проснулся Олрид, когда его потревожил Хеис. Оставшиеся два препарата оказали свое воздействие немного раньше, чем ожидалось. Олрид дал зараженным противоядие. Еще отгородил уже прошедших проверку от остальных и расположил их в доме вархада. Один из подопытных снова был сильно отравлен, но хотя бы остался жив.
Как-то дотянув до утра, Олрид стал сверять свои записи и обдумывать над средством. Он уже близок к выведению нужной формулы. Его немного настораживала тишина, в которую погрузился город. Ни вчера, ни сегодня по его душу никто не пришел, и это в самом деле было странно. Ему казалось, что те разозленные жители не оставят все так просто. Вот только Олриду некогда было бегать и проверять, что там с ними случилось. Да и желания тоже.
Вспоминая свойства каждого вещества, которые Олрид использовал для изготовления двух удавшихся формул, парень начал изготовление нового. Возможно последнего. Ну, Олрид на то надеялся. Он понимал, что близок к выведению той самой золотой формулы, которая убьет паразитов и не будет столь смертельна для людей. Совсем немного ему еще нужно времени. Лишь бы всего хватило...
Олрид развернулся и осмотрел запасы. Может быть, хватит, может, и нет. Парень снова вернулся к формуле.
Для Олрида время перестало играть роль, для него словно все исчезло. Настолько сильно он был поглощен своей работой. Рядом с ним мелькали зараженные и древод, но парень не особо отвлекался от своей работы. В основном – ему приходилось отвлечься, чтобы проверить состояние тех, кто уже подвергся испытаниям. Так к вечеру был изобретен новый яд и наиболее подходящее ему противоядие. Только спустя столько времени Олрид наконец-то встал со стула и выпрямился. Устало потянулся и облегченно выдохнул. Ну, вот и все. Настало время еще одной проверки.
Олрид ввел в шприц новый препарат и направился к выходу. Дверь так и оставалась открытой с самого первого дня, когда к нему пришли зараженные. Олрид с порога увидел, что что-то не так. Люди склонились над кем-то, перешептывались между собой. Парень приблизился к ним. Толпа обернулась, а после неспешно стала расходиться. Парень увидел, что один из зараженных лежал на мостовой. Он приблизился и осмотрел. Увы, этот асири был уже мертв. Еще одно напоминание о том, что времени не так уж и много. Олрид и вначале понял, что «жертвам» не так уж и долго осталось... И как же он был тогда прав. Только сейчас он самолично видел, насколько он был тогда прав.
Олрид немедля ввел новый препарат в нового подопытного. После оттащил мертвого, не без помощи древода. Стоило бы снова вернуться к сожжению мертвых, однако Олрид не решался отойти далеко. Вместе с Хеисом он осмотрел ближайшие кварталы... И ему стало совсем уж жутко. Людей словно не было. Вообще. Только пустые дома и мусор на мостовой. Несколько несчастных, умерших в агонии, повстречались ему на пути, больше ничего. Только крики птиц эхом разносились по улицам, когда-то живого города...
Олрид отбросил дурные мысли в сторону. Ему нужно сосредоточиться на деле, пока еще есть возможность.
Он снова приблизился к умирающим зараженным. Один, из отравленных им вчера тоже умер. Настолько ослабленным и истощенным был его организм. Еще одна женщина явно была на грани смерти: она практически не шевелилась и с трудом дышала. Олрид видел все это. Внутри его раздирала тоска и сожаление от собственной немощи. Он думал, как можно всех спасти, однако сознание, как назло, не могло подсказать ему хороших идей.
Олрид медленно выпрямился и направился к рабочим столам. У него есть более-менее хорошая формула, выведанная из двух. Он не знал точно, насколько она рабочая. Но новая «жертва» чувствовала себя неплохо, и избавление от паразитов проходило сносно...
Олрид остановился около стола. Он окинул взглядом все предметы на нем. И рискнул пойти на рисковый шаг: ввести эту форму всем остальным. Их осталось всего три, четыре вместе с Олридом. Он подозревал, что ее не все переживут, или то, что они все могут умереть, или оказаться при смерти.
Он заготовил новую порцию яда, так и противоядия. Снова взял в руки шприц и осмотрел его, словно делает это в последний раз. Парень ввел препарат еще живым асири. Вернулся в дом. Он наполнил шприц последней порцией этого препарата... Или все же яда?.. Сел на пол. Он долго смотрел на жидкость в мутно-прозрачном стеке. Он все это время вводил препарат в мышцу. Себе же он может ввести только в руку. Можно попробовать и в другую часть тела... Но это будет сложнее.
Олрид закатил рукав своей одежды и воткнул иглу в тело. Ввел препарат, после отставил пустой шприц в сторону. Сначала ничего не происходило, но после... От места введения и по всему телу распространилась дикая боль и жар.
Запись 25
Парень с трудом пережил то время, когда его жгло изнутри. В какой-то момент он почти потерял сознание, а может и потерял его на какое-то мгновение.
Потом очнулся. Кое-как он уперся на локти и приподнялся. Олрид просто лежал на полу все это время, как оказалось. С трудом выпрямился. Ноги шатались и упорно не желали удерживать тело парня. Очень медленно, с трудом шагая, он таки добрался до стола, где было противоядие. На последнем шаге Олрид почти упал, но успел вовремя ухватиться за край стола. Неуверенно выпрямился.
Прошло уже какое-то время с того момента, когда он ввел себе яд. Лишний раз себя осмотрев, Олрид убедился, что время для противоядия пришло. Он неуклюже переставил руку, как-то схватил заготовленное противоядие, после нагнулся к столу и выпил его.
Он медленно опустился на пол, переводя дыхание. Со временем боль стала отступать, а сознание немного прояснилось. Олрид снова решил встать. В этот раз его не трясло и не мутило, но чувствовалась сильная усталость. Взяв противоядие, он направился к остальным.
Древод сидел у порога. Хеис обернулся, когда Олрид приблизился к выходу. Просто молча посмотрел и отвернулся, что-то разглядывая вдалеке. Олрид осмотрел больных. Кто-то, к сожалению, не дожил до этого вечера. Олрид с древодом оттащили мертвых в сторону. Парень еще раз вернулся в дом и приготовил еще средств.
Когда Олрид закончил, была уже ночь, и можно было бы отложить все это до утра, но ждать он не стал. Парень прихватил кристалл, шприц. Перелил два жидких препарата в пустые бутылки, и направился в ночь на поиски людей. Хеис направился следом.
Знакомые очертания города в ночи приобрели мрачный, даже зловещий вид. Слабый зеленый свет кристалла вырисовывал силуэты улиц и домов из кромешной тьмы. Все было пустым. Только изредка слышались крики не уснувших ворон. Олрид все шел и шел сквозь эту тьму. Вскоре он узнал очертания кварталов, где редко бывал, а уж в череде последних событий – и вовсе забыл. Вскоре зеленый свет осветил чье-то мертвое тело. Олрид остановился около этого асири, еще немного подумав о своем, он все же продолжил путь. Но никого так и не встретил. В отчаянии, парень стал заглядывать в открытые дома. Но там были лишь мертвецы. Тела некоторых людей были расположены так, словно они из страха прижимались друг к другу. Олрид увидел тела и мертвых детей, и взрослых. Только слабый свет не давал разглядеть их лица во мраке, что, наверное, было к лучшему.
В какой-то момент Олрид уже хотел повернуть назад, но он обратил внимание на древода, что вглядывался в темноту. Олрид сделал в ту сторону несколько шагов и увидел молодую девушку, что прижимала к себе ребенка. Олрид приблизился к ней, медленно присел.
– Я могу попытаться помочь. Если ты мне протянешь руку, я могу ввести препарат, что может вылечить. А может, и нет.
Олрид понимал, что его слова совсем не убедительны, но и врать он не хотел. В какой-то миг он заметил, что девушка все же протянула ему руку. С опаской, осторожничая.
Он ввел ей препарат и ребенку. Помог ей подняться и направился с ней к лечебнице. Там он узнал об еще одной смерти одного из подопытных, но это был не тот, кому он ввел препарат из последней формулы. В какой-то момент Олрид даже понадеялся, что и в самом деле все сделал правильно. Однако он не спешил с выводами. Сначала Олрид хотел дождаться утра, а уже потом о чем-то судить.
Следующий рассвет оказался холоднее предыдущих. Олрид проснулся первым. Даже Хеис спал, что уж говорить о жителях. Но все они все еще были живы. Парень вышел на улицу, осторожно осмотрел найденную вчера девицу. Маленький ребенок не выжил от яда, а вот она – да. Олрид выпрямился и посмотрел на робкий восход. Он прислушался к звукам. Но он не слышал людей. Он слышал ветер, птиц, но не людей.
Олрид снова направился в дом, потратил еще немного времени, чтобы изготовить два нужных препарата. Обыскал все столы, и все, что было под ними на предмет бутылок, бурдюков и прочего, куда можно было перелить жидкость. Откопал в завале все возможные реагенты и жидкости, что хорошо горят. Когда все было готово, он остановился и глянул на солнце – уже взошло.
Олрид приблизился к древоду и потрепал его за плечо. Хеис сначала сонно и с непониманием посмотрел на парня, но когда тот указал на дверь, начал медленно подниматься. Олрид тем временем поднялся на второй этаж и взял оттуда сумку, закинул в нее все что приготовил, и только потом направился к выходу.
Дорога до врат тоже пустовала. Олрид встречал только тела умерших, но не живых. Все больше и больше, по мере приближения к воротам города. Вскоре вдалеке Олрид увидел и сами ворота, и груду мертвых тел перед ними. Какие-то из них еще можно было узнать, какие-то – нет. Кто-то был горожанином, а кто-то солдатом.
Олрид осторожно обошел тела и приблизился к одному из солдат, что сидел, уперевшись спиной в закрытые ворота. Лицо и доспехи солдата были измазаны кровью. Парень поначалу принял его за мертвого, только вблизи заметил, что солдат за ним наблюдает. Парень присел рядом, положил сумку на каменную улицу.
– Есть еще кто живой? – поинтересовался Олрид пока осматривал солдата.
Сложно было понять ранен ли солдат или все же был цел. Солдат приподнялся и неспешно кивнул.
– Да... – тихо произнес он. – Но мало.
Так же медленно сел, осмотрелся. Указал рукой на небольшой дом, самый близкий к воротам.
– Там есть немного. Некоторые тут – на карауле. Один еще точно должен был быть... – с этими словами солдат осмотрел мертвые тела. – Значит, и он тоже сегодня не проснулся... Ты же тот лекарь? Что ты тут делаешь?
Олрид достал из сумки препарат, набрал его шприц. Солдат за ним все это время с непониманием наблюдал.
– Я нашел способ избавиться от паразитов, – Олрид дернул подбородком в сторону окровавленного доспеха. – Сильно ранен?
Солдат ухмыльнулся:
– Если бы был ранен, то не дожил до этого утра. Говоришь... Можно вылечиться? Это приятная новость. Самая лучшая, что я слышал за последние дни...
Олрид ввел средство этому солдату в шею. Осмотрел местность, нашел еще нескольких живых. Парень попросил Хеиса собрать трупы, пока сам осматривает и вводит средство солдатам. Когда же он освободился, то заметил среди груды тел одного знакомого асири. С повязкой на глазу и шрамом через все лицо. Олрид еще немного помедлил, после использовал заготовленные смеси и поджег тела.
– Разве оно полностью избавляет от паразитов? – древод, до этого молчавший, вдруг заговорил, пусть и тихо.
Олрид невольно вздрогнул, отвлекшись от своих воспоминаний.
– Нет, – он посмотрел на древода. – Я более чем уверен, что можно еще раз заразиться.
– Тогда не проще ли мне их всех сжечь?
– Проще, – согласился Олрид, а потом продолжил, словно ничего не слышал. – Лучше посмотри пока в округе, есть ли выжившие. Как только я дам им второе лекарство, присоединюсь к тебе.
Хеис мельком глянул на выживших солдат, потом на парня, и ушел. Олрид остался с солдатами. Некоторые из них были ранены, слабо, но тут парень мало чем мог им помочь – все перевязки у него были в лечебнице. Пока что парень наблюдал за огнем и людьми, которым ввел препарат. Уже заготовил противоядие и лишь ждал нужное время.
Сам Олрид понимал, что он может повторно заразиться, однако не хотел заставлять древода со всем разбираться в одиночку. Он был готов еще раз ввести себе отраву, если то понадобится. Потому поглядывал на свое состояние. Мелкие красные пятна уже начали бледнеть...
– Так говоришь... Оно нас спасет? – задал вопрос солдат со светлыми, почти белыми волосами.
– Должно. Хотя бы помочь, – Олрид сел на мостовую. – Что тут было? Я увидел мертвого Вальтазара. Он напал?
– Да, – кивнул другой стражник. – Вчера... Или позавчера. Застал нас врасплох, уставших. Но, как видишь, сил одолеть нас ему тоже не хватило.
Асири с рыжими волосами интенсивно закивал:
– Да, да. Это было страшно. Некоторые умирали сами по себе. Прямо посреди боя. Это все из-за заразы? Ну, того... Чем все болели.
– Подозреваю, что так, – Олрид осмотрел первого попавшегося солдата. Ну, увы: времени для второго препарата не настало. – Других вариантов мало. Видели кого еще живого?
Солдат покачал головой.
– Без понятия. Тут нет. Никого.
Вскоре вернулся и Хеис. Олрид указал солдатам идти с ним. Некоторое время был спор, но, убедившись, что ворота в одиночку не открыть, они направились дальше вместе. Олриду еще нужно ввести им противоядие.
Так, шаг за шагом по пустым кварталам, они направлялись все дальше. Олрид и дальше сжигал тела. Он уже настолько к этому привык, что не замечал резкий и невыносимый запах. Олрид выискивал живых людей, вводил им препараты. Наблюдал за ними, кто уже принял противоядие – направлял в дом вархада, и снова сжигал трупы.
Так приблизилась ночь. Олрид вернулся в лечебницу наставника, выспался, и новый день. Снова Олрид направился патрулировать город. Он искал выживших, сжигал тела... Уже который день пустующий город охватил туман из дыма. Олриду иногда даже казалось, что эти костры, предназначенные избавиться от зараженных тел, превращались в единый погребальный костер целого города. Эмримал был мертв. Та жалкая кучка выживших не восполнит потери, теперь это просто каменный лабиринт. И, может быть, он обречен превратиться в руины, если его не заселят снова.
Вскоре и с этой рутиной – зачисткой города, было покончено. Олрид неоднократно проверил всех выживших. Всем им он предварительно вводил сначала яд от паразитов, потом лекарство. И вот настал очередной день. Солнце уже взошло, но над городом не клубился дым. Запасы провизии подходили к концу. Жители же излечились от паразитов, как и сам Олрид. Немного истощенные, пострадавшие, но все же живые.
Олрид в последний раз поднялся наверх. Он вытряхнул из своей сумки старые записи и книгу ордена. Взял сумку мастера. Парень упихнул в них книги наставника. Он пока не придумал, как их сохранит, как сможет пронести с собой. Просто постарался взять все ценное, что было у вархада. Так, забив обе сумки и взяв пару книг в руки, он стащил их вниз. Внизу он смог прихватить только увеличительные стекла, и столь редкий в нынешнее время шприц. Все записи о паразитах, несколько бутылей уже готовых средств.
У самого выхода Олрид остановился и оглянулся. Позади него был знакомый дом с растущим серотравом на крыльце. Вокруг – пустующие улицы города. Множество воспоминаний и неизвестность где-то впереди...
Олрид вышел на улицу и направился к воротам. Там его ожидали люди. Потерянные, словно брошенные на произвол судьбы. Олрид в последний раз их всех осмотрел. Оставаться в пустом городе – не самая лучшая идея. Нужно было добраться хоть до соседнего поселения. В конце концов – паразиты могли распространиться и в других местах.
На какое-то мгновение между всеми повисло молчание и ожидание. А после ворота снова открылись.
Запись 26
спустя время...
Медленно приближалась зима. Пока же самые холодные дни не настигли Олдарею, королевство донимают дожди. Кривые улочки столицы украсили лужи, наполнившие нервности.
Олрид тащил на своем плече сумку, наполненную книгами. Древод все еще шел за ним. Парень передал ему вторую сумку, почти сразу, как они оказались в этом городе, до этого момента – тащил обе на себе. Не беспричинно, конечно, все же он сражаться не умеет, только Хеис может, вот он и тащил, хотя было тяжело. За прошедший месяц... Или больше, или меньше… много чего произошло. Пришлось разживаться деньгами, как-то ползти к крепости ордена. Еще хорошо, что ему помогли родственники спасенных и жители соседней деревушки. Дали хоть что-то, чтобы не погиб, но дальше путь был тяжел и тернист.
Хеис до сих пор особо не объяснился, зачем он преследует парня. Но отмалчивался, от вопросов старался или уйти или как-то невнятно объяснялся.
Парень устало передвигал ноги по мокрой каменной дороге. Дождь прошел совсем недавно, и вот, как только настало затишье, Олрид снова направился в путь.
Много людей, куча шума... Так непривычно после всего того, что парень пережил. Каждый житель был занят чем-то своим. Совсем другие дома, с другой крышей, плотно расположенные друг к другу, так что иногда образовывали этакие стены... А Олрид все вздрагивал, непроизвольно вспоминая умерший город.
– ...А ты слышала, говорят, у баас в это время снег вовсю идет? – парень услышал обрывок фразы.
Осмотревшись, Олрид заметил двух девушек около ограды.
– Да я даже представить себе не могу, как они там живут, – ответила вторая. – У них же там холоднее, даже в сравнении с нами. Вообще нет растений, что были бы зелеными круглый год...
Олрид приблизился к незнакомкам и прервал их беседу:
– А где тут крепость Медного ордена? Как до нее добраться?
Дамы на миг смолкли. Переглянувшись, одна из них сказала:
– Ты что, не местный? Их башню видно сразу, как только пересечешь стены города. Выйди на площадь, вот и увидишь. Они где-то там... Ну, там, справа, в общем.
– Это относительно тебя справа, – встряла ее собеседница, – для меня это лево.
– Ну, они точно где-то тут, в среднем районе. В нижнем и в верхнем их крепости нет. Где-то тут и площадь есть. От нее и ведет широкая дорога прямо к башне их. В общем, не потеряешься.
Олрид обреченно вздохнул и направился дальше. Он точно помнил, что тут должна быть их школа, где он раньше был. Вот только он совсем не помнил, как до нее добраться. Преодолев бесчисленное количество улочек и домов, Олрид все же оказался в месте, что походило на площадь: единственное место во всем городе, что было достаточно просторным и не заставленным домами. Тут не было каких-то особых ограждений, просто пустота, выстеленная камнем. Где-то дальше, спереди высокая стена, под которой было что-то похожее на пьедестал, где могли выступать артисты или озвучивать волю господ. А выше стены только новые дома и, видимо, верхние кварталы. Или квартал. Олрид еще немного осмотрелся и завидел ту самую крепость: огромное здание, что так величественно возвышается над всеми. И единственное с треугольной крышей. Однако до него еще целая череда мелких домиков, одно- или двухэтажных. Где-то можно было усмотреть и что-то похожее на трехэтажный – или это два дома, просто криво пристроенных друг к другу.
Олрид обернулся: древод все еще молча находился рядом. Хеис вообще с тех пор, как они оказались в городе, не сказал и слова. Только всячески прятался за Олрида, когда кто-то из жителей слишком явно пялился на него. Хотя это вряд ли помогало. Они же почти одного роста и комплекции. Ну, может, древод чуть уже и немного выше из-за своеобразных ног.
Парень немного помялся и снова направился к зданию. Снова петляя по череде улиц меж домов, он наугад продвигался все дальше. Иногда натыкаясь на тупики, искал обходные пути и снова все сначала. Высокая крепость из темного камня мелькала за крышами домов, однако не спешила приближаться. Вскоре Олрид заметил широкий проход в череде домов. Он змеей вел куда-то в сторону крепости, и только когда Олрид пошел по нему, он смог выйти к крепости ордена. На миг парень замер, еще раз осматривая столь знакомое здание, в котором провел большую часть своей юности.
Вот и она – монастырская школа Медного ордена. Не будет ошибкой, если сказать что большая часть орденцев в той или иной степени монахи. Пускай это понятие ввел культ Солнца с некоторыми своими вероучениями. Вархад и мог быть правым, когда говорил, что этот орден отличается от прочих, что породил новый культ, но все же не настолько, чтобы пренебрегнуть некоторым его основам. Которые Олрид достаточно хорошо помнил. Уж за столько лет вдалбливаний... Было бы сложно не запомнить. А что творилось до того, как культ Солнца стал вводить свои правила и нормы, видимо, никто не знает или не хочет вспоминать. Впрочем... Хотя Олрид всю свою жизнь и слышал, что люди Солнца все такие добрые и освободители, и люди свет несущие, но он прекрасно знал, что не все народы его приняли. Если быть совсем уж откровенным – то только у асири это и есть основная, так сказать, религия. Пускай культ и имел отношение к другим народам, но принимать новую веру они, видимо, не пожелали. Да и указано в некоторых источниках, что основателями нового культа были именно асири.
Олрид опустил свой взгляд с верхних этажей крепости к ее воротам. Если раньше он и был уверен во всем, что ему говорили, то теперь его преследовал горьковатый привкус лживости и разочарования. Не во всем, но в достаточной мере, чтобы понять насколько сильно все изменилось в его сознании.
Перед самой крепостью был невысокий каменный забор с крепкими, стальными воротами. Как всегда стальные с геометрическим узором ворота, как и всегда так заманчиво раскрыты, но выходить за них ученикам всегда запрещалось. Ну, только если по делу и по воли членов ордена. А вот сами орденцы могли спокойно ходить в город и обратно. Сейчас же у входа разговаривали ученик школы в черном одеянии и два человека – уже в одежде ордена.
Олрид медленно направился к крепости.
– О, только посмотрите, наш заучка Олрид решил вернуться... – произнес ученик ордена с усмешкой, однако когда завидел что-то, его лицо сменилось. – Олрид... Олрид обернись! За твоей спиной стоит чудовище! Я не шучу! А! Оно моргает! Оно живое!
Ученик тут же метнулся за забор. Старшие члены ордена засмеялись.
– Никогда древода не видел вот умора, – произнес один из них.
Олрид лишь устало ухмыльнулся. Ну, да. Чего еще можно было ожидать от этого мальчишки. На своеобразном крыльце, перед крепостью тоже было полно людей ордена, они невольно отвлеклись от своих дел, когда услышали крики. Олрид хоть и не видел их всех, но точно знал, что это так. Одна из девушек в одежде ордена направилась в их сторону.
– Эх... – второй, что был у ворот, толкнул локтем своего товарища. – А ты хоть представляешь, сколько воплей будет, когда он впервые нежить увидит, а?
Тем временем девушка уже подошла к ним. Олрид ее тоже признал: когда-то она помогала ученикам в библиотеке, наверное, и сейчас так же.
– Это еще мелочи, – девушка осмотрела паренька и стоящего рядом с ним древода. – Говорят совсем старые древоды покрываются наростами и вообще перестают быть похожими на людей. Но я так полагаю, вы не случайный гость? – она уже обратилась к Хеису. – Насколько мне известно, ваш народ достаточно скрытен и редко выползает за пределы Мерцающего леса. Ну, вернее леса Мерцающих огней.
– Почти, – впервые прервал свое молчание Хеис. – Пока что я сопровождаю... Этого асирианина.
– Вот как... – дама посмотрела в сторону Олрида. – Но что же ты тут делаешь? Мне сказали, что тебя послали обучаться к мастеру Феатуру. Или он тебя прогнал?
– Он погиб, – кратко ответил Олрид. Он заметил, как на лице девушке мелькнуло нечто похожее на испуг, всего лишь на одно мгновение. – А дознатель Авлак тут?
– Конечно.
– Мне нужно с ним встретиться и поговорить. И это очень важное дело, я бы даже сказал, что срочное.
– Ладно, я тогда его поищу. Проходи, Олрид, в дом нашего ордена. Ты же нам не чужой. Ну, и товарища своего можешь пригласить, если ему это будет интересно, – девушка после этих слов развернулась и быстро зашагала к крепости.
Олрид обернулся на древода:
– Ну, что... Идем?
Парень направился к самому зданию. Массивные деревянные двери огромной башни были открыты, и Олриду ничего не мешало пройти туда. Только у самого прохода он остановился и дождался Хеиса. Древод вел себя достаточно настороженно и постоянно осматривался. Но на его лице не было испуга, скорее непонимание и любопытство. Они вошли в главную залу, слева были колонны, а вот справа – стена, ограждающая комнаты. Олрид остановился около скамьи, недалеко от колонны. Положил на нее сумку и уперся спиной в стену. Внутри крепость выглядела довольно мрачно: темные, каменные стены и будто давящий полумрак. Даже в ясный день этот зал не был полностью освещен и все еще имел темные углы. Сквозь окна проходили лучи, что чередуясь с темнотой крепости, освещали залу. И это, пожалуй, описывало большую часть этого монастыря. Олрид даже сейчас хорошо помнил его структуру. На первом этаже были комнаты, где проходило обучение. Где была огромная библиотека, где были спальные помещения... Хотя это место и может показаться мрачным и угнетающим, но парень его любил, как свой дом.
Вскоре из коридора вышел уже знакомый для парня Авлак. Немного растерянный, он осмотрел Олрида, немного задержался взглядом на древоде.
– Я рад видеть тебя живым, Олрид. Мы уже долгое время не получаем писем от Эмримала. Я слышал самые худшие слухи, а вот сейчас то, что мастер Феатур мертв. Может, ты мне все объяснишь?
– Большая часть города мертва, – сказал Олрид, когда приблизился к бывшему наставнику. – И у меня есть подозрения, что не только Эмримал может оказаться зараженным. Когда мы двигались сюда, то встретили в деревне зачатки заразы. Вернее, нескольких людей, зараженных паразитами. Но там это было мной подавлено...
Олрид на миг задумался, вспоминая, куда дел заметки о паразитах, потом порылся в сумке древода и достал кипу бумаг. Протянул их Авлаку. Мужчина их внимательно прочитал, остановился он, только когда дошел до последней страницы с последней формулой.
– Это изготовил Феатур? – он глянул на парня.
– Нет, – кратко ответил Олрид.
Взгляд Авлака изменился, став еще более недоверчивым и непонимающим.
– Я решил отнести эти записи сюда: в орден, – словно пытался оправдаться Олрид. – Возможно, проблема не дошла до крупных городов, но могли пострадать деревни. Я решил, что орден будет заинтересован решить эту проблему и рискнет предотвратить возможную... Ну, что-то похожее на эпидемию.
– Но... Ты сам понимаешь, насколько все это сложно, – Авлак перевел свой взгляд снова на бумаги. – Тем более что нормального лекарства нет, а считать эту самодеятельность верным спасением...
– Но совету можно сообщить, – перебил наставника Олрид.
Авлак снова замешкался. Глянул на Олрида, на бумаги, что он принес.
– Ладно. Я сообщу ему, но ничего не могу сказать по поводу ответа.
Запись 27
Чтобы не стоять в проходе, Олрид поднялся в спальни. Древод, как и раньше, направился с ним. Пока был сбор совета, пока было ожидания их решения, у Олрида было время подумать о своей дальнейшей жизни. Книги он так и поволок с собой, в библиотеку их не сдал. В какой-то миг Олрид вообще пожалел, что их прихватил. Они, в самом деле, стали для него грузом. Возможно, даже очень опасным грузом, и даже сейчас он не понимал, насколько все могло быть плохо... А, может, и нет. Все же не станет просто так своего ученика подставлять?.. Или нет.
Обе сумки стояли у заправленной кровати. Олрид сидел на ней. Хеис же не мог высидеть и минуты: все ходил, осматривал, выглядывал в коридор. И вообще вел себя так, словно впервые в жизни оказался в подобном каменном здании.
– Может, уже хватит? – Олрид все же обратился к древоду, еще немного подумав, решил сменить тему. – Я благодарен тебе за помощь... Ты... Теперь направишься в сторону дома или куда-то дальше?
Хеис все же остановился на мгновение, закрыл дверь и уселся на пол.
– Нет. В моих родных краях наверняка все еще плохо.
– Тогда куда?
Однако нормального ответа Олрид не дождался, Хеис просто указал на него рукой. В какой-то момент повисло молчание, которое прервал устало засмеявшийся парень:
– Нет, это несерьезно. Только не говори, что намерен и дальше следовать за мной... – парень замолчал, однако древод его сомнения не развеял. И в этот миг веселость Олрида спала. – Ты серьезно? Зачем?
Хеис повел себя странно. Не собирался быстро отвечать, только бегло посматривал по сторонам.
– Ну... Мой народ не любит на эту тему распространяться... Только если ты дашь обещание никому о том не рассказывать.
Олрид нагнулся в сторону древода:
– Это все настолько тайно?
Хеис лишь пожал плечами. Совсем как асири.
– Ты знаешь: у нас все не так, как у вас. Ты знаешь, что является нашей родиной? Osamp. Там земля изрезана водой, образуя... Непроходимую жижу. Там бывает темно, много деревьев, а по ночам мелькают огни. Пустые огни... Мы не ведем с кем-либо торговлю, нам самим бы как-то приспособиться и выжить на новой земле... Нам бывает сложно там чем-то заниматься, и мы слишком слабы, чтобы вести с кем-то войну... И мы редко покидаем пределы своего родного края. Те немногие, что подселяются к людям, несут одну очень важную задачу...
Хеис задумчиво смолк.
– Какую? – Олрид немного сменил положение.
– Наблюдение. Отслеживание. Получение вашего опыта. Все, что мы сочтем полезным для нас и пригодным для нашего использования.
– Так делаешь только ты и твоя семья?
– Нет. Любой древод, что окажется вне пределов нашего леса. И которого не убьют.
– Может, я чего-то в этой жизни не знаю, но, по-моему, это шпионаж, – Олрид отвернулся. – И что же, вы вообще не имеете ничего своего?
– Называй, как пожелаешь... Имеем. В обществе мы никогда не будем вам равняться. У нас это всегда проще. Но когда я говорил про жизнь, я не врал. Не знаю, как у вас, но для нас жизнь нас и наших соплеменников много значит. Ты спас меня, и я тебе истинно благодарен. Уверен, мои родители сказали бы тоже самое.
– А вот асири ты так не любил.
– Буду честным: я не такой добрый как ты. Удел kringe, воина, не в добродетели, а в умении защитить и выполнить долг. И, на мой взгляд, я выполнил и то, и другое.
На какое-то время повисло молчание.
– А как же твои родственники? Может, им нужна помощь? – Олрид снова заговорил с древодом.
Хеис помялся и как бы с неохотой сказал:
– Может быть. Ты... Странный асири. Вместо того, чтобы меня добить, ты мне помог. Может быть, ты поможешь и моим родичам...
Древод словно осекся и замолчал.
– Это будет сложно... – неуверенно произнес Олрид. – Я не настолько много знаю и... Ты сам видел: заражение есть и за приделами того города.
– Я понимаю: долг перед своими собратьями важнее.
– Но я постараюсь помочь, если получится.
Древод промолчал, и сначала могло показаться, что разговор закончился, как он внезапно добавил:
– Только без меня вас туда не пустят. Мой народ не очень любит посторонних. Может, ты, как и все твои сородичи, не знаете одну часть истории... Асири раньше не жили на Марохте. Там жили мы. Еще до того, как солнце осветило путь, во времена кровавого культа, родоначальники вашего народа прогнали нас, загнали в наше нынешнее место... Это произошло очень давно, множество тысяч лет назад. Мы живем долго. Мы еще помним это. После того, как вы нас прогнали... Это изменило наш внешний вид, и в итоге он стал таким, каким ты меня видишь. Это было очень давно. Как говорят старейшины, множество лет: еще с того времени, когда существа не имели вид и форму. Но даже мы не помним, что это значит. Я не испытываю ненависти или злобу за такое, но древние все еще таят злобу за изгнание. Мне жалко своих, жалко, что они держат обиду за то, что уже не имеет смысла...
Так прошло еще немного времени. Олрид все же не выдержал и направился на поиски Авлака. Хеиса попросил присмотреть за книгами и не давать их кому-либо читать. Сам парень подумывал о прошлом, о будущем, пока плутал по коридорам. В каком-то из них он заметил бывшего наставника. Авлак смотрел куда-то в окно.
– Совет уже состоялся? – приблизившись, спросил Олрид.
– Да, – Авлак ответил не глядя.
Олрид сразу понял, что дознателя что-то тревожит.
– Эти книги... Это книги Феатура? – Авлак все же обернулся в сторону парня.
– Ага. Именно так, – кивнул Олрид.
– Лучше сожги их, – Авлак снова отвернулся. – Они тебе принесут только неприятности и испортят твою репутацию. Орден тебя не выдаст, все же совет не направлял бы учеников к этому вархаду, если бы не имели какие-то свои виды или сомнения.
– Вот и у меня появились сомнения, – признался Олрид. – Дознатель, вы когда-нибудь задавались вопросом о прошлом? О том, что было до культа Солнца?
– Нет. И это вредно, – на этих словах Авлак погрузился в раздумья, но не долго. – Совет думает вмешаться в общую обстановку и решил, что ты им понадобишься. Не сейчас. Сначала отправят послов, присмотрятся, когда найдут новые места, где потеряли связь, как и с Эмрималом. Но пока это только перспективы.
Хотя Олрид получил интересующий его ответ, парень все же не спешил уходить. Он долго молчал, но все же решил спросить:
– Авлак, скажите мне, что случилось с моими родителями? Скажите мне правду.
Авлак перевел свои темные глаза на парня. Дознатель как-то задумчиво помалкивал, пока, наконец, не отстранился от окна.
– Этого вопроса я больше всего не хотел услышать... Как бы тебе сказать. Видишь ли, Олрид, они... Мертвы. Совсем. Давно. Когда я это услышал, я не решился тебе это сказать. И попросил других не говорить об этом.
Олрид впал в ступор. Он плохо помнил свою семью. Помнил, что у него была мать, был отец, были братья и сестры...
– А как? Как это произошло?
– Их убило существо, забравшееся в пределы людских поселений. Я... Не хотел тебе это говорить, потому что боялся, что это сильно тебя ранит.
Олрид попытался ответить сразу, но как назло у него это не получилось, только после небольшой паузы он все же сказал:
– А так я их ненавидел, думал, что они меня бросили. Авлак...
Бывший наставник опустил голову.
– Но... Я хотел бы остаться в ордене, – Авлак приподнял бровь, когда услышал паренька. – Только... Я не откажусь от учения Феатура. Я думаю, что он может быть в чем-то прав.
– Значит так... Ну, пусть будет так. Твой выбор. Время все расставит на свои места, я лишь хотел предупредить. Но это будет сложный путь...
В последствие Медный орден все больше и больше стал отдаляться от культа Солнца. Орден Тюльпана сильно проявил себя и заслужил некоторое расположение у народа, когда вовремя остановил странную эпидемию.
Олрид все еще работал с орденом, активно ему помогал, и временами предлагал интересные идеи. В том числе изучение старых знаний.
Эпидемия пришла с земли древодов, и туда была отправлена экспедиция. Сложно сказать, что там произошло, оттуда вернулись несколько человек. В том числе тот самый подающий надежды Олрид, без того странного древода.
Многие подозревают, что Медный орден начинает лезть, куда их не просят. Величие культа Солнца ослабло, как и власть Стального ордена. А действия Медного ордена сильно подрывают их авторитет. Однако ближайшее будущее было крайне туманным. Мало кто помнит, что было, мало кто понимает, куда все идет...
Эпилог
спустя десять лет...
– Олрид, ты в самом деле уверен, что этого того стоит?
Молодая девушка из Медного ордена наклонилась к своему наставнику. Олрид отвел скучающий взгляд от окна и посмотрел на свою ассистентку.
– Почему нет? – Олрид отстранился от двери кареты, сменив положение. – Уже столько лет все считали, что уничтожили все связанное с кровавым культом, и только сейчас нашлась подозрительная реликвия. Если все сказанное правда: то она настолько старая, что имеет отношение к старому культу.
– Я знаю. Но культ Солнца. Они будут в ярости, когда поймут, что ты слишком сильно углубляешься в старый культ. И даже покровительство нашего ордена тебя может не спасти.
– Амиса, я и так это знаю. Меня уже предупреждали.
Девушка устало ухмыльнулась:
– Неужели оно того стоит?
– Может быть.
В этот миг оба асири ордена замолчали. Карета все так же неспешно ехала, лишь время от времени подрагивала на очередной кочке и неровности. Их путь лежал из Олдареи в соседнее небольшое княжество. Не так далеко, как могло бы показаться. Несколько дней пути, а им осталось, может, несколько часов, прежде чем они приедут к нужному городу.
На деле путь оказался немного длиннее: немного неприятностей на дороге осложнили путь. Только к вечеру Олрид и Амиса добрались до небольшого портового городка на территории Обожженного леса. Если со стороны леса город еще выглядел вполне привычно: невысокая каменная стена, пара наблюдательных башен, неровные череды домов, то со стороны реки – это был почти порт. Ну, как порт: несколько лодок, подобие причала и некое подобие помоста. Множество ящиков, работающих людей и бочек. Близился вечер, но и без того около причалов хватало людей. Олрид остановился и принялся осматриваться. Он помнил из краткого описания в письме, кого нужно искать. Амиса оглядывалась более робко, скорее, не столько торопясь всех охватить, сколько дотошно высматривая все детали.
Только долго оглядываться им не пришлось. Какой-то седой мужчина начал громко разговаривать с семьей вархадов. Олрид обреченно вздохнул и направился в их сторону. Он услышал только обрывки разговора:
– ...Обнаглели совсем, животные! Это я вам еще должен что-то подкидывать? Пошли прочь, нелюди! Пока я стражу не позвал, чтобы они выкинули за стены таких отбросов, как вы, – немного успокоившись, мужчина тихо добавил, – как торговые сети стали развивать, так теперь ни дня без какого чужерода...
К несчастью для мужчины, Олрид его услышал. Подошел уже близко. Наверное, услышали и вархады. Пятнистый, чуть более крупный, вархад отстранился, едва заметно оскалился, обнажая тонкие клыки. После он попятился к своей собратке, но все также ограждал ее собой. Мужчина замахнулся, вархад только напрягся всем телом. Олрид успел схватить седого асири за руку. Тот растеряно замер и оглянулся.
– Может, лучше оставить бедных хвостатых существ и побеседовать со мной? К слову, это не вы были тем археологом, что нашел нечто странное?
– А-а... Так это вы... – произнес седой асири. – Из ордена. Да, да, я вас ждал, аколит Олрид. Мне сказали, что вы как раз и занимаетесь... Ну... Специфичными вещами.
Олрид отпустил руку асири. Мужчина ее размял, после кивнул:
– Конечно. Вы мне и не нужны, – мужчина посмотрел на вархадов. – Не обращайте внимания на этих животных, пойдемте.
Седой асири сразу же направился куда-то, отойдя в сторону. Олрид за ним не спешил. Он обернулся к вархадам. Осмотрел пятнистого парня-вархада, стоящую за ним вархадку, на те жалкие пожитки, что они с собой тащили.
– Значит, вы тоже из приезжих? – Олрид запустил руку в сумку и достал от туда несколько монет. – Вот. На какое-то время этого хватит, пока вы не найдете себе занятие и жилье.
Вархад немного расслабился, его подружка приблизилась к протянутой руке и взяла монеты.
– Спасибо вам, – произнесла она мягким голосом. – Но... Как вы поняли, что мы приезжие?
– Так не первый раз встречаю. У вас на родине что-то случилось?
Вархады переглянулись. Первым заговорил мужчина-вархад:
– Нет. Просто некоторые из нас хотят приобщиться к вам. Не знаю, как остальные, но мне не хочется растить своих детей в опасных джунглях. Там нет цивилизации и невозможно ее построить. Там нет равнин. Только камень, горы, рытвины и заросли. Резкие склоны, водопады, трещины, наполняемые водой во время сезона дождей, ямы, в которые легко провалиться, и почти невозможно выбраться. Ядовитая трава, насекомые и звери.
– Единственный город, куда еще приплывают асири – это Ур`дарт. И то он находится у самого берега. Дальше, в глубине острова: только наши поселения. Но там... Не все так хорошо, – закончила за него вархадка.
Олрид добро улыбнулся:
– Как знаете. Постарайтесь быть осторожными в следующий раз.
Маленькие, пучеглазые вархадята осторожно поглядывали на Олрида и подошедшую Амису. Олрид на миг замер, когда случайно увидел одного из них. У этого маленького вархада были ярко-рыжие короткие, растрепанные волосы. Так сильно напомнившего ему его наставника...
Тряхнув головой, и отгоняя мысли, Олрид направился за седым асири. Он дожидался у ворот, и, как только светловласый Олрид приблизился, нырнул за ворота. Мужчина вел через извилистые улицы, через дома. Казалось, что они до самой ночи будут плутать, пока незнакомец не замер около очередного дома. Он достал ключи, быстро осмотревшись, принялся открывать дверь.
– Я вообще занимаюсь раскопками, ну, вы знаете: не очень благородное занятие, – мужчина все возился с замком. - К тому же рискованное и не всегда стабильное в плане дохода. Но иногда удается раскопать весьма интересные и дорогие вещи. Как вот в прошлый раз раскопали гробницу знатной девы. Много золота, серебра и драгоценных камней нашли. Ну, а это лишним не бывает, ну, вы знаете.
Мужчина остановился. Резко осмотрелся, и, в чем-то убедившись, медленно открыл дверь.
– Но в этот раз мы откопали что-то странное, – он сделал несколько быстрых шагов вперед. – Ну, вы проходите, проходите.
Олрид шагнул за порог, оглянулся. Внутри дом был куда необычней, чем снаружи: много разных безделушек, достаточно редких и крайне бесполезных для обычных людей, но они вполне бы могли заинтересовать коллекционеров. Седой мужчина проходил все дальше, иногда продвигаясь боком через загроможденные проходы. Остановился он только около прямоугольной тумбочки. Отодвинув верхний ящик, он достал что-то завернутое в ткани, положил ее сверху и отошел.
Олрид, следовавший за ним все это время, осторожно скинул ткань. Это была книга. Странный символ, что был на ее обложке из темной кожи, орденцу был явно знаком. Светловолосый открыл ее и с интересом осмотрел страницы. Довольно необычные. Тут с трудом угадывался асирианский язык, но какой-то специфичный. Может, его старая версия? Какие-то схемы и символы мелькали в тексте.
– Ну, так как? – мужчина дернул подбородком в сторону книги. – Ее можно кому продать? Ее купят?
– Это вряд ли, – Олрид с каждой перевернутой страницей все мрачнел и мрачнел. – Это очень старая книга, и я не знаю, как она так хорошо сохранилась, однако продавать ее нельзя, – тут он ее закрыл. – Это очень скверная книга. Лучше предоставь ее ордену, уверен, совет предложит тебе компенсацию за потери, но я как эксперт скажу тебе, что за эту книгу точно бы казнили. Сразу. Без суда и разборок.
– Все... Все так плохо?
– Как ты вообще ее нашел? Культ Солнца уничтожил все рукописи старого культа.
– Как... Да очень просто: копал, пока не нашел проход в какой-то храм. Очень странный храм. Там практически ничего не было, только запертая комната, а в ней труп с этой книгой, – а после мужчина ухмыльнулся. – Только заперт он был снаружи. Так что найти его тело не составило труда, – мужчина на какое-то время задумчиво посмотрел на комод. – Ну, что ж... Раз ордену это может быть интересно, тем лучше. Мне подобной гадости не надо.
После этого, Олрид отправился обратно в Олдарею. Там он с интересом принялся изучать странную книгу. Он точно уверен лишь в одном – там таится то, что определенно имеет отношение к кровавому культу. Он не мог понять только, что именно.
И мог бы он и дальше тихо работать с мастерами старых языков, пока его не посетил знакомый жрец культа Солнца. Как раз он его встретил, когда Олрид хотел направиться в библиотеку. Завидев жреца в белой мантии, Олрид остановился и обреченно глянул наверх. Только там был лишь каменный потолок крепости ордена.
– Значит, это правда, – жрец подошел достаточно близко для разговора. – Это правда: вы и в самом деле решили прочитать книгу кровавого ордена...
– Это все исключительно в научных целях, – оборвал надоедливую речь Олрид.
В последние годы подобная фразочка стала отговоркой на почти все случаи. Хотя сам Медный прекрасно понимал, что если ему удастся убедить в этой лжи окружающих, то не себя точно. Он-то точно не забудет, что скрылось за этими словами. Пусть он все это делает не из зла, но Олрид уже прекрасно знает, какой ценой могут обойтись эти знания. И лучше им остаться и дальше не озвученными.
– Вот только прикасаясь к этой книге, ВЫ ставите под угрозу все, за что боролся культ Солнца. Все его многочисленные ордены, все эти герои, умершие в попытке сбросить власть кровавого культа. Вы ставите под угрозу наше существование: в этой книге могут храниться именно те ужасающие знания, с которыми мы боролись.
– Не волнуйтесь, каноник, все находится под контролем ордена и за его пределы не уйдет.
Жрец приблизился на еще один шаг, хотя это явно было лишним. Явно это сделал намеренно, словно пытался надавить. Не физически, но морально. Злобно смотрел на Олрида, но молчал. Да и говорить не нужно было – и так понятно, что снова будут допросы культа. Впрочем, пока орден держит Олрида в своих интересах, сожжения без причин не будет. Пока. Олрид просто стоял, стараясь выглядеть, как можно более сдержано. Жрец отстранился, уже более спокойно осмотрел медного. Просто сплюнул ему под ноги и ушел.
Олрид выдохнул и вошел в библиотеку. Ту самую злосчастную черную книгу, он почти всегда держал при себе. Даже сейчас – крепко прижимал к себе. Сам прекрасно понимал что это, хотя и не знал, насколько это опасная книга. А вот если она пропадет... То беды точно не миновать.
Приблизившись к нужной полке, Олрид выбрал несколько книг с записями касательно старого языка. Положил их на стол, отодвинул стул, на всякий случай снял с кристалла Камельфора тряпку. К бледному свету из окон добавился еще бесцветный свет минерала. И вроде все было готово: бери странную книгу и попробуй разгадать ее символы... Олрид в этот миг замер. Библиотека не такое уж и посещаемое место, но что-то было словно не так. Словно кто-то неправильно переставил книги, перемешал книги на полках. Совершил этакую мелкую гадость и покинул место происшествия.
Олрид оглянулся. Неспешно осматривая каждую стопку книг, каждую книжную полку, схематичные зарисовки внутренних органов... Вроде все как обычно, но словно не на своих местах. В самом темному углу Олрид заметил согнутую фигуру. Перехватив черную книгу, Олрид приблизился к человеку в углу. Он был почти уверен, что это кто-то из учеников ордена. Просто как иногда бывает: по глупости уснувший в библиотеке. Но Олрид остановился в нескольких шагах. Только сейчас он почувствовал странный запах и разглядел, что фигура одета совсем не в одежды ордена. Согнутый чужак, словно почувствовал, что на него смотрят, и вскинул голову. Олрид разглядел монотонно красные глаза. Они не были похоже ни на что увиденное Олридом ранее.
Чужак криво ухмыльнулся:
– А я все хотел узнать, кто же этот храбрец из Медного ордена, что стал интересоваться запретными знаниями.
– Что ты и... Зачем ты тут? – Олрид отстранился, недоверчиво глядя на незнакомца.
– Да так... Ученик не самого лучшего учителя. Я услышал, что орден решил изучать книгу. Очень сильно похожую на книгу кровавого культа... – незнакомец протянул руку. – Дай мне на нее взглянуть.
Олрид не спешил ему ничего давать. Сейчас, когда конечность незнакомца оказалась на свету, человек Медного ордена начал догадываться, кто сидит в углу и почему он его не слышал. Рука оказалась мертвенно бледной с трупными синими пятнами. Пусть еще выглядела вполне целой, не разваливающейся на части.
Заметив промедление, незнакомец издал сдавленный смешок.
– Не беспокойся. Если бы я хотел тебя убить: давно это сделал, – сказал он. – Я ищу заметки своего учителя. Просто... Однажды он решил убить всех своих учеников, но я сбежал. Я знал, что за мной придут фанатики Солнца, и я решил перехитрить и их... Но. Как видишь: вышло не очень. Когда я готовил свое тело к воскрешению, то не думал, что все последующие годы буду гнить, – незнакомец снова ухмыльнулся. – Похоже, мне все еще далеко до своего учителя... Но дай мне книгу. Я потом ее верну. Я пришел сюда относительно тихо и так же тихо хотел бы его покинуть. Не вынуждай меня прибегнуть к моим способностям.
Олрид стал примерно понимать из речи незнакомца некоторые вещи. Вот только они быльше походили на небылицы. Если не другие, то Стальной орден уже столько лет занимался истреблениями...
Книгу Олрид ему все равно не отдал, но приблизился и ее развернул незнакомцу.
– Узнаешь ее? – задав вопрос, Олрид внимательно наблюдал за чужаком.
Незнакомец внимательно осмотрел ее обложку из кожи, осмотрел несколько ее страниц, проведя по ним пальцем, словно незрячий. После резко отдернул руку.
– Нет. Это не оно.
– А что это тогда? – снова спросил Олрид.
– Книга Игора, одного из верховных жрецов. Его еще называли вторым. Как эта вещи вообще попала к вам? В смысле к ордену.
– Раскопали в руинах храма. Ее вроде как держал в руках мертвец. Один в запертой комнате.
Незнакомец снова издал сдавленный смешок:
– Как иронично. Предателя Игора убили его же ученики. Как и он с другими когда-то убили основателя кровавого культа Кашенуру. Наверное, умирал от голода и обезвоживания. Долго и мучительно.
– Так... Что это за книга? – Олрид не узнавал имен, но он начал подозревать, что ответ незнакомца его не обрадует.
– Книга второго. Наверняка содержит то, чем прославился Игор: перечень его излюбленных ритуалов, может некие изыскания. Он, вроде, был одним из первых, кто научился сильно продлевать жизнь, задействуя минимум ритуалов вместо постоянных омываний в крови, и открыл возможность зачарований, используя жизненные силы существа. Я не изучал их.
Олрид приблизил книгу к себе, присел.
– Можешь мне ответить, что произошло? – спросил он. - Что случилось в том моменте истории, когда кровавый культ пал и возник новый?
Незнакомец неуверенно повел плечами:
– Что можно рассказать. Только то, что знаю я сам. Легенды гласят, что этот мир был на грани гибели. Было ничто, пустошь, пустота, Бездна. Тогда наш основатель, Кашенура, пришел к людям. Он знал, как изменить это. Он создал культ, и, как гласит: только пролив кровь можно оживить мертвую землю. Мы это говорили всякий раз на демонстративных жертвоприношениях. Легенды гласят, что этот мир не имел конкретной формы. В той пустоши жили лишь бесформенные химеры. Они не имели рода и вида, иногда даже пола. Я знаю только то, что так называемые прокаженные Немории, монстры Немории – отголоски той самой пустоты, тех древних химер. Благословленные и проклятые от рождения. Я знаю только то, что, когда очнулся, увидел чистку нового культа. Вернее, его последствия. Они так нас боялись, что уничтожали все: культуру, науку, наши храмы, наших жрецов, всех, кто хранил хоть какие-то здания. Даже некоторые города сровняли с землей. Они уничтожили целые школы по обучению магисерти, тех, кого простой люд именовал магами. Они упорно боролись с нами. Вот только... Все это бессмысленно. Магисерти рождались и рождаются. Проводники. Они есть у каждой расы. Возможно, они были еще до начала всего, а может, как и Немории – появились вследствие. Я этого не знаю. От магисерти с большей вероятностью родится магисерти, хотя и не всегда. А вот Немории... От монстра рождается только новый монстр. Они искажены настолько, что не могут сохранить какое-либо целостное наследие. Да, культ крови воздвигли маги, проводники. Да, они правили над всеми остальными, такова была плата: только проводник мог дать новую жизнь пустоте. Хотя мы продолжали приносить жертвы, даже когда это было не нужно. Как дань нашему первому жрецу. Но...
Незнакомец впервые замолчал. Он не прерывался на вздох, на то, чтобы облизать пересохшие губы и вообще словно не испытывал нужды в питье.
– Если сказать честно: многие говорят, что наш культ в итоге прогнил, – продолжил незнакомец. – Мой наставник начал вообще интересоваться смертью, мертвым, что гниет и разлается. Что многие кровавые жрецы сочли омерзительным и изгнали его из своего круга. Но не убили и не собирались убивать. В конце концов, новое поколение верховных жрецов предало первого кровавого жреца... Может, мы уже тогда свернули не в ту сторону. И вот, в итоге на самом пике нашем правлении, пришли первые рыцари. Рыцари нового культа. Пришли, чтобы убить нас и бросить в небытие. Как думаешь, Медный, сколько пройдет времени, прежде чем культ Солнца окончательно сгниет и его придет свергнуть очередной новый культ с его рыцарями в сияющих доспехах?
Олрид промолчал. Незнакомец лишь усмехнулся.
– А вот я начал над этим задумываться, – ответил он на свой вопрос. – А вот я своего так и не нашел... И еще: я надеюсь, ты окажешься достаточно умным, чтобы не говорить, кого ты видел в этих стенах. Может, книгу тебе и простят: без проводника она бесполезна, так как рассчитана только на таких, – но не встречу с жрецом кровавого культа. Путь и «ложной» ветки, немного отошедшей от основной идеологии. А мне не особо интересно сталкиваться с солнечными снова. Даже несмотря на то, что я уже мертв и мертвее могу быть, только если мое тело сожгут. Не факт, что сущность при этом разрушится, но хотя бы не вернется. Вряд ли это меня уничтожит окончательно. У вас же нет проводников, всяких зрячих, и знания о том, как бороться с сущностями, тоже, скорее всего, похоронены руками нового культа. Как и многое другое. Он же так боялся нашего возрождения, что уничтожил все наши труды. Мне бояться пока нечего. Только если не повстречаю еще одного, как я.
– И ты так просто уйдешь? – Олрид даже сам не верил в свои слова.
– Да, – совершенно спокойно ответил маг. – От нее я ничего нового не узнаю. Мне нужны другие формулы. Но знаешь... Одно мне не дает покое. Я подозреваю, что у нас не обошлось без предательства. Думается мне, что кто-то им помог нас одолеть. Хотел бы я знать того кровавого жреца, что это сделал... Но что-то мне подсказывает, что он давно мертв. Если не время, то культ его убил.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
