Обложка Начало Века Гардарики

Начало Века Гардарики

Сергей Казаринов

0% прочитано
Стандартный
Сергей Казаринов

Начало Века Гардарики

Глава 9

“Шведочка” взяла прямой курс на северо-восток.

Теперь вся атмосфера трассы менялась, как на глазах. Предыдущая дорога вела в сердце, вглубь, к центру северных земель России, теперь же возникало ощущение направленности к «концу географии», последний хоть более-менее город – Вологда - пока был близко.

Северо-восток – всегда, во все времена и эпохи славится каким-то инфернальным направлением. «Разве же тебя моя звезда… не зовет на северо-восток?»

Всегда какое-то чувство разлуки, изгнания, дичи, неволи, холода и лишений. Северо-восток Америки – ледяной Лабрадор, северо-восток России – бескрайняя, безграничная Сибирь – Евроазия, где, как известно, «на север от пятьдесят восьмой» нет закона ни божьего, ни человеческого. И даже в маленькой, цивилизованной Европе северо-восток – (страшно произнести) ВОРКУТА! Какие ассоциации вызовет это слово у населения одной бескрайней державы? В лучшем случае – романтика костровых песен «где мчится скорый «Воркута-Ленинград»…

Быстроходная «Вольво» неслась на скоростном пределе по малолюдной трассе, неся в себе уже двух девчонок и семилетнего пацана.

Пейзаж за окнами как нельзя живописно говорил “катим на северо-восток”. Очень непролазными казались чащобы (пока еще чащобы), как голубыми нитками рассеченные тихими, чистыми протоками, коих, благодаря умеренному климату и заболоченности этой территории, тут было несть числа. Все реже встречались населенные пункты, безжизненные и как будто испуганные… Испуганными этой узкой полоской асфальта, этими пролетающими на полной скорости транспортными средствами, как призраками существующей где-то вдали, в другом измерении, цивилизации.

Совсем другое ощущение северо-восточного направления могло возникнуть, если сбросить со счетов всю советскую галиматью, которой пропитан буквально каждый квадратный метр не только территории Евроазии, но даже и направления. Архангельская тундра – прямая дорога с Кольского полуострова, с прародительской Арктиды на юго-восток, через Уральский хребет к Индии. Так и шло перемещение того населения, о котором не прочесть в книгах, доступных массовому читателю. Тут, скоро, конец теплой и уютной Гардарики и начало территории, где главенствуют и по сей день чрезвычайно жесткие законы, бесконечно мало напоминающей человеческие. Законы, воспринимаемые населением, как нечто жуткое, непостижимое, мистически-дьявольское. Недаром, даже в относительно (по-своему) «цивилизованное» советское время суверенный кошмар сочился с северо-востока! Причем, сразу в двух ипостасях – в политически-географической и в неведомой, мистической!

Легко можно сказать «тут конец географии».

Если классическая наука до сих пор не постигла и историю Руси с ее духом, нравами и наследием до настоящего момента, то что же можно ждать от неё, науки, когда дело касается высокоорганизованных древних ариев, которые, стоит признать, и в сущности Гардарики ой-ой как замешаны своим генофондом и памятью?

Очень кстати пришлась на пойманной радиоволне песенка про Америку, которая «не валяла б дурака». Как-то вписалась в безбашенную, разгульную атмосферу встречи подруг.

«Что Сибирь, что Аляска – два бе-ре-га! Баня, водка, гармонь и лосось…». Миланка подпевала, размахивая баночкой «джин-тоника», Елена же воздерживалась, памятуя, чем закончилось вчерашнее такое хулиганство. Теперь уже отвечала она за двоих. Хотя за Ланку-то что отвечать? Эта, скорее, всех выстроит по росту и кланяться заставит…

- До водки сегодня доберемся, как пить дать! – радовалась Милана. - Лен! Ну что такое? Как тебя встречаю, так накатить хотца, как девочке! Мне же это, тупо, незачем, и так по жизни пьяная!

- Ну ты комплиман наложила, старуха, - вторила Елена, - типа «как тебя вижу, так синячить начинаю». Ну что с тобой делать,... есть маза за эту дорогу спиться!... Путь то дальний.

- «Темной улицей девки-умницы… любо-дорого спляшут кадриль» - продолжала подпевать Расторгуеву Лана. - что, Шокальская, спляшем?!

- Спляшите! – вмешался Стас. - Мамуля вчера так спела, что я пропал. Теперь спляшите, и я вообще навеки ваш…

- Во-во, - улыбалась мать, - только съязвить хотела, перед кем, мол, ты плясать собралась, как и нашлось. И спляшет она, и споет… Стоянку соорудим, Миланку «живой водой» зарядим, и… у меня для тебя, крошка, инструмент припасен. Сегодня – ночь, посвященная Щербакову.

- Это которого Дима любит петь? – спросил Стас

- Ах! Куда мне до Димуськи-то? – радостно кокетничала Милана. - Перед Димой я просто…

- А куда нам до Ланы? – почти хором воскликнули Елена со Стасом. - давай, не отлынивай!

- Вот с***,иКатька, зачем Аляску подарила!!! – завопила Ланка, когда песня закончилась. - Спасибо, Колюня!!!

- Эй! – отреагировала Лена на движения руки с баночкой. - Ты только мне живицу в динамики не лей! Знаю я…

- Вах! – рассмеялась подруга. - Я чуть было не сделала это…

- Хипло полоумное, - как бы процедила Ленка сквозь зубы.

- А что? «Музыкант музыканту всегда отстегнет половинку таланта…»

- Елы палы! Морда моя!!! Хиппоза! Обожаю тебя! О-БО- ЖА-Ю!!! – зашлась внезапно в приливе натурального чувства Шокальская. - И на Аляску с тобой сходим, назло всем Катькам… Сейчас и сходили бы, если бы за визами не возвращаться.

… И Аляску некисло бы освоить, наряду с Норвегией…Что спать-то! Целая тема! И «овощей», может, тогда, ну на хрен, достали эти рожи в конторе – тут тебе и прибыль, и кайф, и клиентура другая, ещё поинтересней. Ох, вернется она в Питер через пару месяцев, ох, «взорвутся новые косяки». Чего раньше не думалось? Визы туда зарядить прямо сейчас, через Димона, к возвращению уже будут на блюдечке. И – сращу, прямо с Ланкой и туда…

Работа пока не отпускала Ленку...

- В далекий Форт-Юкон…- прервала ее мысли подруга.

- А что! И Аляска – наша! – как бы сама себе проговаривала Елена. - Какая разница, кто там СЕЙЧАС? Главное же - население! Думаю, народ там совсем не тот, что в Нью-Йорке.

- А кого в Нью-Йорке ты имеешь в виду? – лукаво подколола Милана. - Обитателей Манхэттена, или Брайтона, или Гарлема? Кого ты сравниваешь с алеутами? … А кроме «Яблочка» в штатах еще и Техас, и Аризона, и Колорадо… Классный пипл, скажу я тебе! Как мы тогда прошлись там, ну ничего однозначного не встретили. Везде что то свое..

- Какая ты умная, блин! – восторгнулась на подругу Шокальская. - Реально! Стран, государств, НЕТ ВООБЩЕ!

- Как и пространств, и времен, ну да - ухмыльнулась Лана, снисходительно соглашаюсь. - Умнеешь на глазах, Шокальская!

- Да, ты права. Иногда я бываю нестерпимо тупа. Но про Аляску я имела в виду всего лишь «что Сибирь, что Аляска…» Тот самый менталитет – один! И жесть такая же, как наша, золотая лихорадка, прочее… Джек Лондон там… В общем, все классно будет!

- Джек Лондон, Ницше – знакомый почерк… Ой, знаешь, – углубилась в воспоминания Милана, - вот смотришь кинчики о диком западе, там ковбои, индейцы… А сейчас они – такие же точно, вот только краснокожих от белых прям не отличить, метисов – большинство! Такие же в кожЕ, с бахромой, шляпы… так же расстегнутый верх…

- Верх… И низ тоже… Все, заткнись! – взвизгнула Ленка. - Знаю я твои байки! После них протекаешь, как мурка под валерьяной…

- Ну вот, обломала, - поджала губки подруга, - только я хотела рассказать, как на ранчо…

- Аааааааааа! Старуха развратная, цыц! Уймись, кому сказала! В тундру едем, в тундру! Не в Аризону!!! Там кстати, тоже метисы, так что разгуляться тебе будет… - хищно осклабилась Елена. – белья не хватит слушать твои мемуары!

Наконец, зазвонил телефон. За разговором она даже забыла, что неприятности, вроде бы, начались. Это уж, как водится. Милана – территория, свободная от всяких глупостей. Однако на дисплее был новый номер – значит, Сибиряк все-таки сделал, что просила…

- Семь футов в топку, солнце! – пробасил Димка. - Ты где?

- Сейчас, погоди, остановлюсь, – моментально перестроилась на серьезный лад Елена, - Димусь, сорян, спешная инфа пожаловала…

-… Значит, ты понял! Все базы скидываешь на флешки и одновременно кодируешь. ВСЕ! Без исключения. Оттуда течет, как из гнилой бочки.

- А что! Что произошло-то? – Дмитрий одновременно пытался вызнать, что там такое у нее и сопоставить с тем, что реально было сейчас. - Давай, колись уж, хозяйка, а то обещала, вроде, «спокойную текучку».

- Да так, пока несерьезно. Надо, чтоб не стало серьезно. Сделаешь?

- Ну! Уже. Дальше что?

- И… Слушай, - на ходу думала Ленка, - к Колобку Присмотрись!

- Ему то за что? – засмеялся Димка. - Чем он тебя возбуждает?

-Тем, что ко всему доступ имеет и х*р знает что городит. И через него может прийти …..

- А ну, мать, без мата! – глумился парень. - Кто прийти? Куда прийти??

- Димка, солнце, поверь мне. Панику не сливаю, просто хочу поймать какую-либо гадость в самом зародыше, - уже начинала волноваться Елена, - так что это будет самое безобидное.

- Дим, нами интересуются… Надеюсь, понимаешь, о чем я. Ну мы ж разговаривали. И будут искать слабые звенья. И тебя тоже “найдут”, рыба мОя, не сомневайся ! Так что, думаю, жди появления внезапных нимф … Потому и про Колобка… Да, кстати, ещё! Не обращайся к Володьке сейчас… Ни за что! Да нет, вообще. .. Даже если совсем пипец какой, лучше закройтесь на время!

«Да уж. Если бы да кабы, была б ты в розыске, если УЖЕ не в нем… Получится ли там все?»

- Послушай, Елена Премудрая! Хорош пугать!!!

- Да ты, вроде, пуганый.. . Мы ж умницы, все будет славненьк! Думала, ты обрадуешься! Ты ж авантюрист! Или уже нет?

- Да нормально! – вполне искренне говорил Димон. - но в слепую не хотелось бы. Кухня-то твоя! Хрени бы не накошмарить..

- Приходится, малыш! – ласково протянула Ленка. - Я ведь тоже не зрячая пока!

- Так что же? Получается, я не только имею счастье руководить лавкой длительное время, так ко мне госбезопасность еще и нимф своих будет забрасывать, что ли? Ну, кайфец, Аленка! – слава богу, он зажегся весёлой дракой. Классный он… - Ну, что ты весьма оригинальная, я всегда знаю! Давайте, девчонки, милости просим! Встречаю…

- Да не к тебе они придут, дурила! – уже веселилась Лена. - А Есть у нас те, у которых на роже написано, что за минутное куни маму продадут, так романтично! Поэтому я и говорю… Да, кстати, если увидишь ТАКУЮ девушку – постарайся свести ее с Колобком, ну, там, разными «случайными ходами», а затем – в третьей базе есть контакты Сереги Пустовалова, частного детектива, и…

- Фу… С колобком, - загнусавил Димка, - Ленусь! У него изо рта котлетками пахнет, мне неловко будет… Может,... Может, как-то я сам ? - Вот сволочь дикая!

- Малыш, тебе нельзя! – придумала она, как уесть этого хама, - музыкант дело тонкое, зомбируется с пол-пинка. Помнишь, кто такие «дАры»? Мне родина не простит, если через это потеряет рок-музыканта… А если честнее, поверь, ты ТАМ нужнее. Так что доверься профессионалам. Потом послушаем, просмотрим. На порнушке сэкономим…

- Ты что, серьезно?!- продолжал восторгаться Димка. - те самые??? "Я - дАра!" Ура!"

- Именно, солнышко! Именно "дАра", именно "ура"... Я, конечно, понимаю твой восторг и чувственный экстах, но чисто из уважения к тебе - НЕ СОВЕТУЮ - вполне серьезно говорила Лена, - тут куником не отделаешься, так что захлопнись! .

- Ну вот, а я, блин, обрадовался…

- Сволочь ты! Мата на тебя не хватает!

- У тебя??? МАТА НЕ ХВАТАЕТ??? Ну ты и сочинила… – хохотал парень, - всегда, вроде, хватало в край!..

- Ну ладно, Димусь. Если серьезно, ты все понял? – со слабой надеждой вздохнула Елена. Как обидно, что ее люди так беспечны. Это, конечно, клево, что народ такой невозмутимый, веселый, так мило самоуверенный… Таких просто не взять. Но брать будут «сложно», в этом нет сомнения. Хоть возвращайся… Ну нет… НЕЕЕЕТ! Обратно – только после.

- Ладно, хозяйка, отдыхай спокойно, поделимся с Колобком, – вполне серьезно заметил Дмитрий, - не пейте только много. Ланке мой горячий…

- оОтрезюмируем?! Базы – все – на флешку и новые коды, баб под Колобка, - тут она не удержалась, прыснула, - и звонок Сереге, далее –он, Пустовалов, со всем этим работает, без следов. И Сибиряка не трогай! Умоляю, Дим! О кей?

- Ну о кей, коль не шутишь…

“Да уж, - невесело подумал Дмитрий, отключаясь, - как нелепо получать информацию, когда уже что-то НАЧАЛОСЬ, но не стоит торопиться докладывать. Прав Володька – до «вскрытия» не стоит”.

Собственно, в «Службе спасения» так и тренингуют – опасность заслуживает резких действий, вернее, стоит начинать бояться, только когда – вот она, уже в метре от тебя и вся как на ладони. Иначе действие равно панике, ведь у каждого видимого издалека факта бесконечность, да, бесконечность определений и гипотез, бесконечность причин и вариантов дальнейшего развития, а реальная «опасность», по определению - всего лишь одно из этой бесконечности. И её надо знать в лицо.

Елена с облегчением сбросила звонок. Кажется, порядок. Для этого разговора она углубилась в лес, не хотела отравлять атмосферу праздника своими проблемами. Под ногами как-то приятно перекатывались бесчисленные шишки. Возле «шведочки» весело гомонили Миланка со Стасом. Со смехом и визгами.

- Слушайте, господа-дамы, а не пора ли нам свернуть куда-нибудь и расположиться уже на ночевку? – вдруг решила Ленка. - А то чего мы, на пожар, что ль, летим? В тундру успеваем, таежкой хоть насытиться…

- Я вообще была удивлена, когда ты собралась напиться в мотеле, - отвечала подруга, - на хрен нам этот мотель - для этого, что ли, из города выезжать?

- «Оговорочка-по-Фрейду, не иначе. Давайте, карту глянем и выберем уголок.

- С водоемом, да покрупнее! – воскликнула Милана - Мечтаю обплаваться нагишом на тысячу лет!

- Русалка ты моя! На, выбирай, - Ленка развернула перед подругой карту, - весь мир у твоих ног.

- А мне – с соснами! – добавил пацан. - Чтоб по песку росли, и вереска хочу еще!... Он такой классный.

Вот и погружение в сказку. Все многогранно и безгранично, состояние душ не исключение. Милитаризм психики, лезвие пассионарного прорыва, жесткий диалог с бытием – все это ницшеанство имело и имеет место быть в современной постмодернистской эпохе, начале двадцать первого века на постсоветском пространстве, крайне сжатой в сгусток перед прыжком территории… В присутствии волшебницы Миланы все превращается в светлую сказку. В путешествии по сказке не думаешь о конце, сам сюжет гораздо интереснее. И “годовалая аюпсица” делается безответственно паскучей.

Ласковая ночь, трескучий костер, отражение его на штилевой глади, и много-много песен, передавание инструмента из рук в руки. Сладкая по обоюдному ощущению, обволакивающая блажью растрепанное сознание водка, проникновенные тосты за все хорошее, за тех, кто в пути, за тех, кто не с нами… И странно представить, кому то этого ж не хватает! Ещё и такие бывают-встречаются!

Чего проще - идти, ехать, не сидеть на месте. «Любящему путь и открываются дороги». Стоп… Это КТО? Алексеев, понятно, но есть кто-то еще ближе…

А! Арсений. Точно… «Белый колдун».

*** "дАра" - взято из творчества и идей Сергея Алексеева

Спасибо за чтение

Вернуться к книге