Невидимая рука
Глава 1. Нарушение порядка
Запах пыли и старого воска висел в воздухе архива, словно он въелся в стены, мебель и в самих нас. Лампы потрескивали, будто спорили друг с другом, отмеряя ритм вечной монотонности. Где-то хлопнула папка — сквозняк или очередной рассеянный клерк?
Рядом заскрипела ручка — один из клерков снова переписывал что-то вручную, глядя на лист так, будто тот лично в чём-то виноват. Никто не говорил. Только звуки бумаги, шагов, шелеста. Архив жил своей безмолвной жизнью — без вопросов, без эмоций.
Я поставил подпись на последнем листе и откинулся на спинку стула, тяжело выдыхая. Сверка списков закрытых мастерских с действующими, плюс данные по работникам — завершено. Может, удастся закончить пораньше.
— Закончил? — голос, как обычно, прозвучал за спиной внезапно.
Я вздрогнул и обернулся. Вельдрик стоял у ближайшего стеллажа, скрестив руки.
— Только что, — сказал я, поднимаясь. Спина затекла, я потянулся. — В этот раз почти без противоречий. Запросы оформлены, гильдии получат их до вечера. Как ответят — продолжим.
Вельдрик кивнул и протянул мне новую папку.
— Тогда займись этим. Пропавшие за этот и прошлый год. Приводи в порядок, оформи, принеси на ревизию. Заменим старый реестр, когда проверю.
Я принял папку и, не торопясь, направился к рабочему месту. Я остановился. Привычка сверять с найденными была встроена в порядок действий, как дыхание. Но сейчас Вельдрик её пропустил. Возможно, из-за усталости. Возможно… из-за чего-то ещё. Я развернулся и направился к шкафам — лучше проверить сразу.
Воздух между секциями был плотным, впитавшим пыль и тишину. Я вытащил нужные папки — список найденных и старый реестр пропавших. Открыл, пробежал глазами. Первое имя — Лотар Энвел. В списке найденных — нет. И в новом списке — тоже нет.
Я сверился с датами. Папка оказалась за позапрошлый год. Кто-то перепутал порядок. Вернул не ту, достал нужную. Проверил снова.
Лотар Энвел. Есть в старом. Нет в найденных. В актуальном — тоже отсутствует. Я открыл указатель — в прошлом году за отчёт отвечал Мартен.
Он сидел в нескольких столах от меня, склонившись над бумагами.
Его стол был завален бумагами так же, как и все вокруг. Ровные стопки отчётов соседствовали с помятыми черновиками, а между ними остывал чай в сколотой кружке. Здесь всё хранило отпечаток усталости.
— Привет. Ты не помнишь отчёты о пропавших за прошлый год, которые заполнял?
— Добрый вечер... — отозвался он, не отрывая взгляда. — Когда именно?
— Примерно в это же время. Год назад.
Он на секунду задумался:
— Сложно вспомнить, если честно. Что-то не так?
— Я сверяю данные. В старом списке — Лотар Энвел. В найденных его нет. И в новом тоже не числится.
— Хм... — Мартен чуть приподнял брови. — Может, попал в другой список? Например, пропал раньше, а нашли позже. Тогда я мог исключить его, чтобы не дублировать.
— Я проверил. Он пропал в позапрошлом году. Но стоит первым в списке, хотя по дате — не самый ранний.
— Возможно, так оформили. Или случайно так вышло. Ты же знаешь, у нас порядок часто... условный. Всё по датам. По алфавиту было бы проще.
— Я каждый год предлагаю внести изменения.
— И каждый год получаешь в ответ молчание. — Он усмехнулся. — Ладно. Если Вельдрик проверял, может, у него есть объяснение.
— Надеюсь. — Я кивнул и пошёл к кабинету.
— Уже закончил? — спросил Вельдрик, не поднимая головы.
— Не совсем. В одном из случаев — несоответствие. Лотар Энвел: есть в старом списке, но не значится среди найденных и не перенесён в новый.
Он поднял на меня взгляд:
— Кто оформлял?
— Мартен. Проверяли вы.
Он помолчал.
— Все папки были на месте?
— Порядок был нарушен. Папки перемешаны, но я всё восстановил.
Он потер виски.
— Если я это подтвердил... значит, наверняка было на то основание. Иногда в спешке важные пометки попадают не туда, куда нужно. Сейчас, боюсь, я не успею разобраться. Позже пересмотрю сам.
Я кивнул и вышел.
Архив возвращался к привычной тишине — шелест страниц, редкие шаги, лёгкое постукивание пера. Всё было как всегда. Всё — кроме одного имени, которое словно вытекло сквозь трещину в камне.
Лотар Энвел. Был в одном отчёте — и исчез из других. Может, ошибка. А может, кто-то действительно постарался стереть его имя — тихо и незаметно, почти без следов. Будто хотел, чтобы его никогда не существовало. Еще не доказательство, но почему именно он?
Небо за окнами темнело. Я вышел на улицу. Прохладный воздух коснулся лица. Только подумаешь уйти пораньше — и обязательно что-нибудь помешает.
Но эти мысли исчезли, стоило мне увидеть вывеску «Гнутый ключ». Я посмотрел на карманные часы — опоздал. Ройс уже на месте. И, скорее всего, недоволен.
Бар встретил привычным шумом голосов, звоном кружек и густым запахом жареного лука и эля. Я пробрался сквозь плотную толпу к нашему столику. Ройс сидел, наклонившись над тарелкой, доедая что-то подозрительно мясное.
— Я думал, ты съешь сегодня меня, — бросил я с усмешкой, опускаясь напротив.
— Если бы я ждал, пока ты придёшь, — фыркнул он, — действительно пришлось бы.
Он вдруг посмотрел поверх моего плеча и резко сменил тон:
— Только не оборачивайся. Сзади странный тип.
Я чуть напрягся, инстинктивно выпрямившись. Тепло в помещении будто бы стало тяжелее.
— Странный? — спросил я, стараясь говорить спокойно.
— Сидит уже больше часа. Сначала смотрел на меня, теперь, похоже, на тебя. Ни глотка не сделал — только чашка кофе. В баре, Кей. С одной чашкой. И взгляд... будто сквозь людей смотрит.
Я не стал поворачиваться, только медленно поднял брови.
— Может, кого-то ждёт? — предположил я, краем глаза замечая угол стола в дальнем углу.
— Он уже дольше меня тут сидит. Меня напрягает. — Ройс откинулся назад, машинально сжав кружку.
Я кивнул, будто самому себе, и потер шею.
— Я бы тоже не отказался от кофе, — пробормотал я. — День был тяжёлый.
— Кофе? Ты в баре, Кей. Мы пришли расслабиться. Возьми свой эль и забудь о работе. Голова твоя сама очистится.
Я чуть усмехнулся, но всё же покачал головой:
— Не сегодня. Мне бы ещё мысли упорядочить, прежде чем их затуманивать.
Ройс закатил глаза, мотнул головой:
— Ты опять о своих бумагах? Взял документ, поставил подпись, положил в ящик. Разве это повод грузиться?
Я задумался, водя пальцем по неровной поверхности стола. Дерево было шероховатым, со следами прожжённых кружками колец и застарелых пятен. Всё здесь хранило отпечатки чужих разговоров и многолетней привычки не меняться.
— Сегодняшний случай — вполне. Одно имя пропало. Из списка пропавших. Лотар Энвел.
Ройс моргнул, чуть нахмурившись:
— И ты теперь всех по именам помнишь?
— Нет. Просто зацепилось. Пока проверял — стало понятно, что с ним что-то не так.
— Не то чтобы я против, — он махнул рукой, — но ты явно не по адресу. Я уже полгода ничего о твоих бумагах не слышал, и честно — не жалуюсь.
Я усмехнулся и немного откинулся назад, сцепив пальцы на колене.
— Ладно. Поговорим о чём-нибудь другом.
Мы выпили. Несколько минут молчали, наблюдая за людьми, урывками слушая разговоры за соседними столами. Один человек заказывал что-то через крик, где-то в углу ругались из-за проигранной партии в кости. Знакомая, шумная неразбериха.
Только я допил первую кружку, как Ройс снова завёл своё:
— Ну так что, — он прищурился, — нашёл себе девушку?
Я откинулся на спинку, выдохнул через нос:
— Где бы мне? Я же почти никуда не хожу. Работа — дом. Иногда сюда.
— В библиотеке, на улице, даже тут! — настаивал он. — Может, кто-то уже приглянулся, а ты просто не решаешься?
Я поморщился и уставился в кружку.
— Если ты не прекратишь, я снова начну рассказывать про архив.
— Вот-вот. Поэтому у тебя и никого нет, — ухмыльнулся он, снова поднося кружку ко рту.
Я покачал головой и улыбнулся. Несмотря на подколы, с ним всегда было проще дышать. Даже если день начинался с исчезнувшего имени.
Выйдя из бара, Ройс тут же потянулся за сигаретой. Он зажал её в зубах, но только собрался чиркнуть спичкой, как позади раздался голос:
— Не курите у входа. Мешаете проходу.
Они обернулись. Это был тот самый мужчина, с чашкой кофе. Он прошёл мимо, не дожидаясь ответа.
Ройс недовольно выдохнул и посмотрел на меня:
— И где мне теперь курить? Мы же потом обратно зайдём. То, что его продинамили, не значит, что надо срываться на незнакомцах.
Он всё ещё держал спичку в руке, но не зажигал. Я положил ладонь ему на плечо, отводя чуть в сторону.
— Не делай из этого сцену. Может, у него и правда день не задался.
— Да не в этом дело, — Ройс чуть понизил голос. — Это он. Тот самый странный тип, что сидел с кофе. Ждал кого-то весь вечер. А если пройти за ним и сказать, чтобы он свои проблемы решал, без нравоучений?
Я нахмурился, но постарался говорить спокойно:
— Не донимай его. Видно же, ему и так не весело. Не лезь.
— Это не повод остальным веселье портить. — Ройс сжал кулак в кармане. — Мы же просто подойдём, скажем пару слов. Если что, крикнешь стражу. Он весь вечер уже напрягает.
С этими словами он развернулся и пошёл за мужчиной, не дожидаясь согласия. Я тяжело вздохнул и пошёл следом. Не мог позволить Ройсу влипнуть в глупости.
Мы свернули за угол. Мужчина шёл неспешно, но с уверенностью. Ройс ускорил шаг. Я последовал за ним, стараясь держаться поближе.
На перекрёстке мы его снова увидели. Незнакомец остановился. Перед ним стоял другой мужчина — худощавый, в длинном сером плаще. Его лицо казалось размытым, черты — неуловимыми, а воздух вокруг колебался, словно над пламенем.
Незнакомец приоткрыл рот, будто собирался заговорить, но в тот же миг его силуэт начал распадаться. Сначала исчезли очертания одежды, затем черты лица, и, наконец, сам человек словно растаял в воздухе.
На том месте осталась лишь пустота.
Я не мог пошевелиться. Воздух вокруг будто стал гуще, вязкий и неподвижный. Пульс стучал в ушах. Я моргнул и посмотрел на Ройса...
— Ты видел это? — хрипло спросил я.
Он медленно повернулся ко мне:
— Видел что?.. — он замер, словно только что очнулся. — Мы… мы ведь просто вышли покурить, да?
Я посмотрел на место, где ещё секунду назад стоял человек. Пустота казалась слишком правильной.
Ройс ничего не помнил. А я... теперь знал, что видел нечто, чего не должно было происходить.
Глава 2. Наблюдатель
Ройс ничего не помнил. А я... теперь знал, что видел нечто, чего не должно было происходить.
— Если бы мы просто пошли покурить, то зачем бы отходили от бара? — спросил я, всматриваясь в его лицо.
Ройс пожал плечами и буркнул: — Зря я тебя уговорил не брать кофе. Тебе явно не хватает ясности.
Он направился обратно, бросив через плечо: — Ты идёшь?
— Немного подышу. Догоню, — сказал я, провожая его взглядом.
Дождавшись, пока его шаги растворились в шуме улицы, я вернулся к тому самому месту. Ветер стал резче, и под светом фонаря было нечто странное — едва заметные разводы на каменной стене, будто по ней провели мокрой кистью.
Следы всплывали из камня серебристыми бликами, постепенно угасая, как догорающий огонь. Я провёл пальцем по одному из знаков — он был холодным и гладким. Тут же в голове возникло лёгкое головокружение и тонкий звон
Шаги. Резкие, чёткие. Я поднял голову.
Вдалеке, у поворота на пристань, двигалась фигура в плаще. Тот самый незнакомец.
Если я хочу понять, что здесь происходит — мне нужен этот человек. Если глаза меня не обманули, то ответы я могу узнать лишь у него. «И что я ему скажу? “Привет, как ты это сделал?” — как будто это нормально. Как будто мне не страшно. Он усмехнётся, скажет: “Вот так”, — щёлкнет пальцами — и меня больше нет.», — мелькнуло в голове.
Но если не сейчас — то никогда. Я не мог позволить ему уйти. И не мог заговорить. Значит, проследить. Посмотреть, может за переулком начнутся ответы… или новые вопросы.
Я двинулся за ним, стараясь держаться в тени, но с каким-то странным внутренним спокойствием — будто шагал во сне.
Здания у пристани выглядели заброшенными: глухие окна, облупившаяся краска. Но некоторые двери были заперты. Незнакомец остановился у одной, осмотрелся. Я остался незамеченным. Он коснулся ручки — воздух вокруг неё дрогнул, замок тихо щёлкнул и отступил.
Я замер, сердце колотилось. Видел странности в жизни, но этому — нет объяснения. Незнакомец вошёл. Дверь осталась приоткрытой. Я сделал шаг вперёд. В груди — холод. Может, это мой единственный шанс.
Я прокрался внутрь. Просторное помещение с деревянными балками, пыльные короба. Незнакомец остановился в глубине. Спустя мгновения появился второй — высокий мужчина в тёмном плаще, сдержанный, но внушающий уважение одной только осанкой.
— Как всё прошло? — спросил второй, тот, что ждал на складе. Его голос был ровным, почти ленивым, с оттенком мягкого интереса — как будто речь шла о какой-то рабочей детали, которую нужно просто уточнить.
— Относительно гладко, — ответил первый, незнакомец из бара. Он стоял прямо, руки за спиной, голос сдержанный, чуть напряжённый, но без грубости.
— Относительно? — переспросил второй, с лёгкой полуулыбкой. — Тебя кто-то видел?
— Даже если и видел — вряд ли понял, — отозвался первый. — Всё шло по схеме. Как обычно.
— Кайн понял до того, как ты начал? — уточнил второй, спокойно, без обвинений. Лишь деловой интерес, как будто проверял, совпадают ли наблюдения.
— Бывает. Он ощутил сдвиг. Попробовал сопротивляться. Остаточный отклик не критичен. Восстановится, — коротко объяснил первый. Он не пытался спорить, просто докладывал.
Я замер, не дыша. Они говорили об исчезновении человека, как о механизме. Без ярости, без шока. Как о процессе, который нужно довести до конца.
— Посмотрим место ещё раз, — легко сказал второй, делая шаг вперёд. Его движения были неспешны, но точны. — Лучше убедиться, чем потом…
Он не закончил фразу — и не нужно было. Я уже всё понял. Если я что-то видел — значит, уже стал частью проблемы.
— Выходи, — сказал первый. Его голос прозвучал чётко, спокойно, но в нём была сталь. Не угроза — факт. — Мы можем поговорить.
Я сжал зубы. Бежать было бы глупо. Я вышел, медленно, с поднятыми руками.
Второй — высокий, с проницательным взглядом — окинул меня спокойным взглядом. Легкая улыбка скользнула по лицу:
— Рад, что ты не стал усложнять. Это всегда ценится.
Первый стоял чуть в стороне, не сводя с меня взгляда. Его руки были всё так же скрещены:
— Он нас слышал? — спросил он спокойно.
— Похоже на то, — отозвался второй, и в его голосе не было ни удивления, ни раздражения. Он скорее размышлял вслух. — Как тебя зовут?
— Кейлан, — ответил я. Голос предательски дрогнул, но я справился.
— Хорошо, Кейлан, — сказал второй, мягко, будто запоминая. — Странное место для прогулки, не находишь?
Ложь тут не поможет, и я ответил:
— Просто увидел что-то странное. Решил посмотреть поближе.
— Что же ты увидел? — на этот раз спросил первый. Его голос был спокойным, но чуть более настойчивым.
Я на мгновение замолчал, обдумывая, как сказать меньше, чем знаю. Потом всё же ответил:
— Дверь была заперта… потом как будто воздух дрогнул — и она открылась.
Второй шагнул ближе. Его движения были неторопливыми, но точными. Голос был мягким, но в нём чувствовалась спокойная твёрдость — такая, что не требует доказательств.
— Кажется, ты говоришь не всё.
Раз меня уже заподозрили — скрывать смысла нет. Может, если скажу правду, узнаю хоть что-то, прежде чем... что бы ни было дальше.
Я вздохнул:
— Ещё я видел, как исчез человек.
— Значит, ты уже понял, что заметил то, чего не должен был, — сказал второй. Он чуть склонил голову, словно оценивая мою реакцию. — Уверен, у тебя много вопросов.
Я кивнул, но слов не нашлось.
— Человек, которого ты видел, создавал проблемы, — продолжил он, спокойно. — Теперь его нет. Его недальновидность заставила нас вмешаться. Он не был открыт к обсуждению. А ты? Готов поговорить?
Меня всё равно заставят молчать. Но может, ещё не поздно. Если сыграю правильно... Есть шанс выбраться. Второй сказал "вмешаться" — как будто это официальная операция. Тайный отряд? Стража? Преступники бы не объяснялись. Или... хотят, чтобы я присоединился? Если сделать вид, будто я ничего не понял — решат, что я безопасен. Особенно если учесть, что я пил. А Ройс вообще ничего не помнил.
Я прищурился и, слегка покачнувшись, выдал с нарочитой небрежностью:
— Уважаемая стража, я всего лишь мелкий клерк и ни слова никому. Если надо подписать что-нибудь — у меня даже ручка с собой.
Первый, тот, что вёл меня сюда, едва заметно усмехнулся:
— У нас с собой нет бланков. Напиши в свободной форме — и свободен.
Я полез в карман за ручкой, стараясь не показать, как сильно стучит сердце.
Второй фыркнул, не то усмешливо, не то с лёгкой жалостью:
— Он водит тебя за нос, — бросил он первому, а потом снова посмотрел на меня. — Неплохая попытка. Может, и вправду сможем разойтись, словно ничего и не произошло. Но прежде — один вопрос.
Тревога резанула изнутри. Я кивнул:
— Хорошо. Какой вопрос? — произнес я, желая казаться увереннее, чем на самом деле.
— Мне любопытно... — он сделал паузу, разглядывая меня внимательно. — Что именно ты помнишь?
Глава 3. Порог
Тишина давила. Я ощущал её каждой клеткой, каждым напряжённым мускулом. Воздух в помещении будто стал гуще, как перед грозой. И всё это — под взглядом человека, стоящего передо мной. Он не говорил ни слова, но тишина с его участием казалась куда громче любых угроз.
Говорить прямо? Прикинуться, что ничего не понял? Или просто молчать? Отпустят ли они меня после правды? Или именно она станет поводом не отпускать?
— Не стоять же нам тут всю ночь, — сухо бросил первый. Его голос резанул, как холодный металл. — Отвечай.
Второй жестом остановил его:
— Не торопи, — произнёс он ровно, глядя мне прямо в глаза. — Ты ведь сам не до конца уверен в том, что видел?
Первый скривился:
— Зачем тянуть? Проще сразу покончить с этим. И никаких последствий.
Я сжал зубы. Внутри всё сжалось в тугой ком. Хотелось отступить, исчезнуть. Но я заставил себя не показать ни страха, ни растерянности. Я уже был на грани, собирался сделать вид, что ничего не помню…
— Ты слишком торопишься, Вейл, — мягко, но с нажимом сказал второй. Его голос звучал как напоминание: здесь он решает. — Для начала — детали.
Первый, Вейл, недовольно усмехнулся, будто имя, произнесённое вслух, было для него уколом.
— Он видел, — сказал он. — И если запомнил, просто так отпускать нельзя. Ты это понимаешь.
— Именно поэтому нужно понять, с чем мы имеем дело, — возразил второй. Его взгляд вернулся ко мне — твёрдый, но не враждебный. — Ты ведь хочешь узнать, что на самом деле произошло?
Я медленно кивнул. Сердце грохотало в груди так, что я почти не слышал собственных мыслей.
— Вот и хорошо, — сказал он, делая шаг вбок. — Тогда разберёмся, что именно ты видел. Что это значит на самом деле.
Жест был почти гостеприимным, но я чувствовал, что это приглашение — как шаг на тонкий лёд. Вейл смотрел на меня, как волк на добычу. Ни капли доверия.
— Память — вещь скользкая, — продолжил второй, его голос оставался спокойным, даже чуть сочувствующим. — Разум достраивает пробелы, превращает домыслы в факты. Иногда мы видим то, чего не было.
Я нахмурился. Я знал, что видел. Я чувствовал дрожь в воздухе. Видел, как человек исчез — полностью, бесповоротно. Это было не наваждение.
— К чему ты ведёшь? — спросил я. Голос сорвался чуть резче, чем хотелось.
— Если ты задал этот вопрос, значит, уже сомневаешься, — сказал он спокойно. — Уверен ли ты, что всё было именно так? Ты устал. Выпил. Бывает. Иногда это достаточно, чтобы ошибиться. Может, это был чей-то фокус, а ты сделал поспешные выводы?
Он не настаивал. Но каждое слово — как нажим на тонкую трещину. И я не знал, где она: в его логике… или во мне.
Я почувствовал, как напряжение чуть отпустило. Они что, дают мне возможность уйти? Сделать вид, что ничего не было? Но зачем? Это ловушка? Или... шанс? Я знал, что видел. Но внутри уже звучал другой голос: «А если мне дают шанс это понять?»
— И если я скажу, что помню всё чётко? — спросил я, вглядываясь в лицо второго.
Он чуть склонил голову, спокойно:
— Тогда вернёмся к тому, что именно ты запомнил. — он сделал паузу. — Так что же?
Я замялся. "Человек исчез" — звучит абсурдно. Слишком просто, слишком прямолинейно. Если бы меня спросил Ройс — я бы выдал это сразу. Но теперь... что же выбрать?
— Он просто... — я сжал челюсти. — Исчез.
Второй повторил:
— Исчез? — словно пробовал слово на вкус. — Слишком общее. Испарился? Провалился сквозь землю? Исчез из памяти всех, кроме тебя?
Последняя фраза резанула. Я вспомнил Ройса. Его пустой взгляд. Его полное непонимание.
— Я... — горло пересохло. — Я не знаю.
— Тогда, ему стоит забыть и это, — вмешался Вейл. Его голос — хлёсткий, как удар по коже. — Чем быстрее, тем лучше.
Удар в грудь. Я не хотел забывать. Не мог. И прежде чем успел обдумать, вырвалось:
— Колебания. В воздухе. Тени… будто свет искажался. И на стене… были следы.
Они переглянулись. Мгновение — но я это заметил. Что-то изменилось.
— Ты говоришь о колебаниях в воздухе? — переспросил второй. Спокойно, но уже без равнодушия.
Я кивнул. Понимая: назад дороги нет.
Он задержал на мне взгляд. Потом медленно кивнул:
— Ладно, — голос его оставался ровным, но появилась другая интонация. Внимательная. — Значит, у тебя всё-таки есть выбор.
Я не ответил. Только сжал пальцы в кулаки — до боли в суставах.
— Просто так ты не уйдёшь, — продолжил он. — Слишком многое видел. Но… есть два пути. Первый — ты забываешь все это. Второй — начинаешь понимать, что видел на самом деле.
Он сделал паузу, и только после неё произнёс:
— Выбор за тобой, Кейлан.
Сердце забилось чаще. Напряжение сжимало грудь, дыхание стало неглубоким. Я хотел знать. Я должен был знать. Но страх не отступал.
— А если я не выберу? — спросил я. Старался говорить ровно, но голос всё же дрогнул. — Если просто уйду?
Он посмотрел на меня внимательно. Без угроз, без нажима. Лишь спокойная уверенность:
— Можно и так. Останется только поверить, что ничего этого не было. — Голос его был по-прежнему спокоен, почти задумчив. — Но разве этого ты жаждишь на самом деле?
Сомнения, как груз, навалились на плечи. Я мог уйти. Мог закрыть глаза. Но тогда — навсегда. Значит, отрезать путь к ответам.
Я вдохнул.
— Я хочу понять.
Порог оказался не под дверью — а в фразе, за которой меня уже ждали. Не зная, что будет дальше я сделал шаг. И уже был внутри.
Глава 4. Из тех, кто задавал вопросы
После того как я произнёс: «Я хочу понять», повисла тишина. Тяжёлая, почти вязкая. Незнакомец перевёл взгляд на Вейла и произнёс:
— Посмотри, всё ли стабилизировалось с остаточными следами, — спокойно произнёс он. — Лучше, если на этот раз обойдёмся без лишних глаз. Здесь я сам разберусь.
Вейл коротко кивнул, бросил на меня последний взгляд — спокойный, внимательный, как будто роль уже была сыграна, и всё, что оставалось — наблюдать — и скрылся в темноте переулка. Незнакомец слегка наклонил голову в мою сторону:
— Есть вещи, которые следует осмотреть лично. И, полагаю, нам стоит поговорить — по дороге будет удобнее.
Я двинулся за ним. Улицы были узкими и пустыми, освещёнными лишь редкими фонарями, будто ночь сама пыталась спрятать нас от лишних глаз. Он двигался уверенно, не оглядываясь — будто всё уже было спланировано, и моё присутствие было частью этой схемы. Я же просто шагал, не зная, куда ведёт этот путь и зачем мне туда идти. Хотелось понять, что происходит. Но путь уже начался — и я просто шёл.
«Он точно знает, куда идёт. А я... просто оказался рядом.»
— Магия — это не просто сила, — сказал он вдруг, не оборачиваясь. — Это система. Старая, глубокая, вплетённая в саму ткань мира. Она определяет его границы и правила. А тех, кто этого не понимает — превращает в жертв. Иногда слишком быстро, чтобы они сами это осознали.
«Вплетена в ткань мира... — мелькнуло у меня в голове. — Значит, достаточно одного неверного шага — и тебя просто... сотрёт».
— Жертв? — переспросил я.
Он слегка кивнул:
— Магия требует понимания. Сила без знания — это не путь, а гибель. Причём прежде всего — для самого мага.
«Что именно мне предстоит понять?»
— Она может искажать реальность. Стирать границы, которые не должны быть стёрты. В руках неопытного — это не инструмент, а катастрофа.
Он замолчал, давая пространство. Это была не лекция — скорее приглашение к разговору. Ответы не раздавались — но они были рядом. Неочевидные. И я должен был сам решить, о чём хочу знать.
— Это как-то связано с тем, что я сегодня видел? — спросил я.
Он взглянул на меня через плечо, с лёгкой насмешкой:
— А как ты думаешь?
Я задумался, перебирая мысли — и начал говорить вслух, словно продолжая начатый в голове разговор:
— Судя по вашему с... Вейлом, разговору, всё было решено заранее. Исчезновение было вашей целью. Не думаю, что вы всё ещё хотите убедить меня в том, что причина — его неопытность.
Он усмехнулся — без злобы, скорее как человек, которому приходилось объяснять подобное не в первый раз:
— Не совсем. Кайн использовал магию... скажем так, слишком вольно. И во вред — не людям даже, а самой структуре. Обществу, как оно есть. Он не слушал. Не хотел понимать, к чему это может привести. Потому и пришлось принять решение остановить его.
— Звучит просто. — Я не скрывал скепсиса. — Кто вообще решает, когда «пришлось»?
Он повернулся ко мне, чуть приподняв бровь:
— Уже не согласен, даже не зная сути? Что, стал бы выслушивать? Уговаривать?
— Я хотя бы попробовал понять. Сложно спорить, когда тебя ставят перед фактом.
На его губах скользнула почти добродушная улыбка:
— Ты и с королём бы так заговорил? Что-то вроде: «Ваше Величество, прошу разъяснить суть указа. Его основания не вполне очевидны»?
Я фыркнул:
— Он хотя бы с детства учился управлять страной.
— И всех, кого казнят по его воле, он приговаривает лично? — перебил он.
— А я думал, он сам держит меч. — ответил я с наигранной серьёзностью.
Он рассмеялся — легко, без злобы: — Так и есть. Не признал его в Вейле? А... точно. Ты просто не был приглашён на приёмы.
— Не признал в вас верховного короля, вершителя судеб, который отправляет королей подчищать следы, пока сам занят чем-то поважнее, — отозвался я, стараясь сохранить тот же тон.
— Тогда смотри внимательнее, — ответил он спокойно. — Среди нас есть те, кто действительно может повелевать королями.
Я не понял — он шутит или говорит всерьёз. И всё же решил вернуться к главному:
— А кто именно принял решение в этот раз?
— В этот раз его принял я, — коротко ответил он. В голосе — усталость, будто это признание весит больше, чем хотелось бы.
Я уже собирался возразить, что собственные решения оправдывать проще всего, но он опередил меня:
— И да, такие решения не становятся легче. Как бы это ни казалось со стороны.
«На месте Кайна ты бы себе не сочувствовал», — пронеслось у меня в голове.
— Кайн на моём месте не колебался бы, — добавил он. — Он смёл немало людей на своём пути.
Я замолчал. В памяти всплыло имя — пропавший, стёртый из архивов. Лотар Энвел. Один из тех, кто исчез.
— А те, кого удалили из записей? Их смели или стерли?
Он бросил на меня внимательный взгляд:
— Отчасти. Некоторые действительно представляли угрозу. Другие — были жертвами. А некоторые исчезли в аномалиях. Всё несколько сложнее, чтобы объяснить одной причиной.
Я отвёл взгляд. Один неверный шаг — и ты уже не часть истории. А её примечание на полях. Был ли у Кайна выбор? И если был… почему он сделал именно такой? А если я начну копать глубже — не стану ли следующим?
А он всё говорил ровно. Без нажима. Спокойно. Там, где другие оправдывались бы, он просто констатировал.
Мы остановились у неприметной двери, среди одинаковых домов. Он задержался взглядом на входе. В моей голове появилась саркастичная шутка.
«Если он сейчас подбирает место для моей могилы — пусть хотя бы выберет склад у пристани. С видом на море».
Но промолчал. Наверное, это была бы не лучшая шутка.
Тогда я ещё не знал, что он думал в тот момент:
«Слишком умный для своего возраста. Слишком настойчивый. Я видел таких раньше… и слишком часто их могилы становились немыми напоминаниями о том, что одних только вопросов недостаточно. Я задавал их, когда был на его месте. Но сколько из нас действительно смогли найти то, что искали?»
— Сейчас тебе предстоит сделать выбор, — произнёс он, не меняя интонации.
Я не дал ему продолжить:
— Я уже сделал.
Он повернулся ко мне и с улыбкой заметил:
— Это другой выбор. Я могу помочь тебе изучить основы и понять, как управлять этой силой. Или ты пойдёшь дальше один. Но тогда учиться придётся на собственных ошибках.
— Сейчас ты скажешь, что умные учатся на чужих? — усмехнулся я.
— Умные учатся всегда, — ответил он, не моргнув. — В любых условиях. А ты — достаточно умен?
— Даже не знаю. Не сказал бы, что умен, но и не жалуюсь, — пожал я плечами, чувствуя в его словах явную провокацию.
— Далеко не все могут позволить себе вторую попытку. Хотя если тебе нравится учиться на своих ошибках, можешь попробовать. Главное — не учись слишком долго, мёртвые редко преуспевают.
Мысль о том, что я могу отказаться, казалась почти смешной. Уже переступив порог, увидев слишком много. Но могу ли я доверять этому человеку?
Почувствовав, как дыхание сбилось, я с усилием усмехнулся:
— А если мне удастся преуспеть, пока я ещё жив?
Он кивнул медленно, без насмешки. Будто мой ответ его устраивал:
— Значит, ты хочешь бросить вызов судьбе. Смело. Может, глупо. Но смело.
"Он хочет сказать, что если я умен, то следует учиться любым способом. А не учиться у него - глупо. Но ведь можно учиться и не у него… или я чего-то не понимаю? Он даёт понять, что настолько особенный? Говорит, что глупо упускать такой шанс? И кто же он такой?"
— Прежде чем предлагать довериться тебе, не лучше ли для начала представиться? Кто ты? — спросил Кейлан, разрывая затянувшееся молчание.
Он слегка улыбнулся — будто понял, что я прошу не имя, а ищу оправдание. Для себя. Для сделанного выбора. Он колебался. Тогда я не понял.
Только годы спустя, узнав его, оказавшись на его месте, я уловлю эту паузу. Пойму, откуда она. Он уже говорил то, что произнесет сейчас. И задолго до этого, стоя на моем месте, задавая те же вопросы, слышал, что услышу я.
История повторяется, даже если её участники думают, что они движутся по уникальному пути.
Он положил мне руку на плечо и чуть улыбнулся:
— У меня было много имён… Но, думаю, «Наставник» звучит лучше, чем «Тот, с кем лучше не спорить».
Он произнёс это так, будто всё уже решено. И был прав.
Сначала — глухой звон в ушах. Потом — лёгкость, как будто меня вытолкнули из привычной реальности. Последним, что запомнилось, была его улыбка. И слова, едва различимые сквозь всё остальное:
— Не разочаруй меня, Кейлан. Или себя...
Глава 5
Кейлан проснулся медленно, чувствуя, как тяжесть сна всё ещё сковывает сознание. Он уставился в потолок, пытаясь осознать, что происходит. Всё казалось странно чётким — ощущение, будто он только что вернулся из другого мира. Но был ли это просто сон? Или…
Он сел на кровати, потирая виски. Может, вчера он выпил слишком много? Но никогда прежде выпивка не вызывала у него такие живые видения. Он мог бы просто списать всё на переутомление, если бы не ощущение, что что-то важное ускользает.
«Нужно разобраться.»
К счастью, сегодня выходной. Он смог отоспаться и теперь может спокойно выяснить, что же произошло. Первым делом стоит проверить, помнит ли Ройс что-нибудь из вчерашнего вечера.
Ройс встретил его с привычной ленивой ухмылкой. Они не стали задерживаться у порога и вскоре направились в кафе "Уголок". Город уже начинал оживать, улицы заполнялись людьми, а воздух был пропитан ароматами выпечки и кофе.
— Ты выглядишь так, будто всю ночь пытался разгадать смысл жизни, — протянул Ройс, лениво поглядывая на друга. — Или напился так, что забыл, как домой добрался?
Кейлан усмехнулся, но в голосе прозвучала доля сомнения:
— Второе исключено. Хотя… вчера произошло кое-что странное. Я хотел узнать, что ты помнишь.
— Ты о чём?
— Мы следили за тем человеком, что выглядел подозрительно в таверне…
Ройс нахмурился, глядя на него с лёгким недоумением.
— Какой человек? Кей, ты точно ничего не перепутал? Вчера мы просто выпили, болтали о чём-то.
Кейлан решил уточнить.
— Ты помнишь, мы вчера говорили про архив? О документах, которые… с пропавшими именами?
Ройс закатил глаза.
— О нет, только не это. Архив, документы, что-то там было странное… Кей, да кому вообще интересны старые бумажки? Ты даже не пил так много, чтобы начать нести подобную чушь.
Он прищурился, оценивающе глядя на друга, а затем ухмыльнулся.
— Лучше найди себе кого-нибудь, с кем можно обсудить что-то более приземлённое. Например, свидания. В отличие от пропавших имён, они существуют.
Кейлан почувствовал, как внутри него что-то сжалось. Он заставил себя расслабиться. Если Ройс ничего не помнил… что это значило?
Он сделал вид, что пропустил слова друга мимо ушей, и перевёл разговор на мелочи. Они продолжили обсуждать последние новости, перешучиваясь и болтая о пустяках. Когда они вошли в кафе "Уголок", их встретил знакомый аромат свежеиспечённого хлеба и терпкого кофе. Официант Генри Бакстер, как всегда, стоял за стойкой, лениво записывая заказы.
— Доброе утро, господа. Как обычно? — спросил он, едва взглянув на них.
— Как обычно, — кивнул Кейлан, усаживаясь за свой любимый столик у окна.
Через несколько минут на столе появился их заказ: тёплый хлеб с маслом, жареные яйца и горячий кофе. Заплатив 1 серебряную и 20 медных, Кейлану казалось важным не столько сама трата, сколько её сопоставление с тем, что осталось со вчерашнего вечера.
Кейлан бросил на стол монеты: 1 серебряную и 20 медных за завтрак. Пока официант забирал плату, он прикинул траты за последние сутки. Вчерашний эль — 80 медных за кружку. Если он взял три, это 2 серебряных и 40 медных. Остаток должен был быть таким же, но он ощущал, что что-то упустил. Что-то важное. Как будто небольшая, но значимая деталь ускользала, оставляя неприятный осадок.
Попрощавшись с Ройсом, он направился к месту, где мог найти хоть какие-то ответы. В архив.
Рабочее место встретило его привычной тишиной. Он пробежался взглядом по столу, перелистывая документы, которые проверял вчера. Грудь сжалась, как будто на неё положили камень. Он перечитал бумаги ещё раз. Медленно. Затем снова.
Нет. Имени Лотара Энвела не было. Оно было вчера. Он видел его. Запомнил его. Но теперь его не существовало.
Почему же его нет? Он судорожно оглядел кабинет, словно мог найти ответ в пустом воздухе.
Что-то внутри него решительно сжалось. Это нельзя просто так оставить. Он не мог игнорировать это. Он должен был понять.
Его ноги сами понесли его по знакомому пути. Он понимал, что возвращается не просто за ответами. Он возвращался к тому, что изменит его жизнь. Навсегда.
«Наставник.»
Он мог бы остановиться. Развернуться. Убедить себя, что это просто совпадение. Но что-то, какая-то сила или интуиция, гнала его вперёд. Назад дороги уже не было.
Глава 6
Сначала он подумал, что ничего не изменилось.
Те же дома, те же стены, та же тишина.
Но потом он понял — тишина была слишком густой. Как будто город сдерживал дыхание.
Кейлан замедлил шаг. Вдалеке раздался едва слышный звук. Движение.
Он сделал ещё один шаг, но замер. Перед ним, в полумраке переулка, несколько фигур заканчивали свою работу. Всё выглядело обыденно — если бы не дрожь в воздухе, если бы не ощущение, что пространство здесь… неестественное. На миг ему показалось, что переулок стал длиннее. Или короче. Или… что-то неуловимо изменилось, но он не мог понять, что именно. Земля под ногами казалась чуть мягче, чем должна быть, а воздух будто вибрировал на грани слышимости.
Женщина с пронзительным взглядом, гибкая и быстрая, первой насторожилась, скользнув взглядом по переулку. Рядом с ней стоял худощавый мужчина с цепким, оценивающим взглядом, выглядел более сосредоточенным, будто анализировал что-то невидимое. Позади находился крепко сложенный человек с выправкой, выдававшей в нём профессионального бойца, его пальцы нервно сжимали рукоять оружия. Они осматривали пространство вокруг себя с профессиональной точностью, явно оценивая, мог ли кто-то их увидеть. Один из них провёл рукой в воздухе, словно ощущая невидимые следы.
Головы оперативников тут же повернулись в его сторону. Один из них мгновенно выпрямился, его рука легла на рукоять оружия.
— Что у нас тут? — прозвучал спокойный, но настороженный голос.
Кейлан замер. Бежать? Смысла нет. Он поднял руки, показывая, что не представляет угрозы.
— Кто ты? — спросила женщина из группы, слегка наклонив голову, изучая его. — И что ты здесь делаешь?
— Просто прохожий, — ответил Кейлан. — Услышал шум и…
— Он нас видел, — бросил один из них, но тут же сузил глаза, продолжая изучать его. — Или… ты в этом как-то замешан?
— Подожди, — произнесла женщина, прищурившись. — Если ты действительно просто прохожий, то скажи, что ты видел? Что именно привлекло твоё внимание?
Кейлан молчал. Он не знал, стоит ли говорить, но что-то в их взглядах подсказывало, что врать бессмысленно.
— Я видел, как воздух дрогнул, — наконец произнёс он. — Как будто что-то здесь изменилось... не так, как это бывает в обычном мире.
Между ними пробежала напряжённая тишина. Люди переглянулись, и выражения их лиц стали жёстче.
— Обычные люди не замечают таких вещей, — медленно произнёс худощавый мужчина, внимательно изучая его. — Значит, ты не так прост, как кажешься.
На секунду повисла пауза. Один из них прищурился, оценивающе глядя на него.
— Ты понял, что только что произошло? — спросил он, не сводя с Кейлана внимательного взгляда.
Кейлан сжал зубы. Он мог сказать «нет» и попытаться выкрутиться, но понимал, что они уже видели в его глазах ответ.
— Не до конца, — осторожно ответил он. Он знал, что должен соврать. Обычный человек испугался бы, не поверил бы своим глазам. Но его мозг уже выстраивал цепочку событий. Если он сейчас скажет «нет», они просто не поверят. Они что-то ищут. И если он не хочет оказаться в худшей ситуации, лучше играть на грани.
— Но это была магия, верно?
Люди переглянулись. Теперь их настороженность стала иной. Уже не просто страх разоблачения, а что-то другое — изучающее.
— Нам нужно поговорить, — жёстко сказал крепко сложенный мужчина, шагнув вперёд. Он сдержанно выдохнул, словно очередная головная боль упала ему на плечи. — И это не просьба. Не вздумай устраивать сцен.
Женщина кивнула в сторону бокового прохода между зданиями:
— Здесь не место для таких разговоров. Двигаемся.
Кейлан понял, что у него нет выбора. Но внутри зародилось странное чувство — не страх, а предвкушение. Возможно, это был единственный шанс узнать правду.
— Хорошо, — ответил он, делая шаг навстречу. — Тогда давайте поговорим.
Глава 7
Кейлана привели к неприметному зданию в стороне от оживлённых улиц. Дверь открыли кодовым ключом, и его провели внутрь.
Помещение было похоже на обычный офис. Внутри уже находились остальные члены группы, а в центре стоял человек, которого он почти не видел вчера, но чей силуэт был до боли знаком. "Наставник". Почти уверен.
Но тот даже не взглянул в его сторону, не подал никакого знака узнавания.
Мужчина, стоящий ближе всех, сделал шаг вперёд и представился:
— Маркус Эймс, капитан этой группы. — Он кивнул в сторону двух знакомых лиц. — Это Винсент Рейвлок и Селия Нортон, они будут проводить допрос.
Кейлан не сводил взгляда с "наставника", но Маркус будто почувствовал его напряжение.
— Не пытайся понять, кто он. Это не та информация, которая тебе сейчас нужна.
Они присели за стол, и Винсент налил ему чай, наблюдая за ним поверх очков. Обстановка смягчилась, но это не делало разговор менее важным.
'Наставник' отозвал Маркуса в сторону, его голос был тихим, но в нём звучал скрытый интерес.
— Он не просто увидел. Он понял, что это было нечто большее. Это редкость, — ответил Маркус, скользнув взглядом по Кейлану.
Маркус кратко объяснил ситуацию. Они вернулись к наблюдению за допросом.
— Давай по порядку, — начал Винсент, откинувшись на стуле и сцепив пальцы перед собой. — Что ты помнишь о вчерашнем вечере?
— Ты говоришь, что видел магию, — Селия внимательно наблюдала за его реакцией. — Но что именно ты почувствовал? Не просто увидел, а ощутил?
— В воздухе что-то изменилось, — осторожно произнёс Кейлан. — Будто пространство сдвинулось, стало плотнее, как если бы… — он запнулся, пытаясь подобрать правильное слово, — как если бы оно стало другим.
— И ты уверен в этом? — уточнил Винсент, чуть склонив голову.
Кейлан выдержал их взгляды. Он понимал, что любое слово здесь будет проверкой.
— Уверен настолько, насколько могу быть, — ответил он.
"Если 'Наставник' здесь и молчит, то это проверка. Но какая? Признаюсь ли я во всём, что произошло на самом деле? Но тогда зачем вся эта постановка? Похоже, 'Наставник' ведёт свою игру."
Кейлан рассказал о магии и странных ощущениях, не касаясь деталей. Он говорил только то, что считал безопасным, не упоминая "Наставника" и некого "Вейла", тщательно подбирая слова.
После паузы Маркус сменил тон:
— Мы работаем с тем, что большинство людей даже не способны воспринять, — спокойно произнёс Маркус. — Наши задачи выходят далеко за пределы обычного понимания. И теперь, когда ты увидел это, вариантов у тебя не так много. Ты либо становишься частью команды, либо мы обеспечиваем, чтобы ты ничего не помнил.
Он сделал паузу, давая Кейлану возможность осознать сказанное.
Кейлан сдержанно выдохнул. Он уже знал, какой вариант выберет.
— Какие условия? — спросил он.
Маркус смотрит прямо в глаза Кейлану, давая понять, что это не предложение, а предупреждение.
— Орден не просто группа магов, мы держим баланс. Иногда методами, которые большинству показались бы... неприемлемыми. Ты должен это понимать.
— Первое, что ты усвоишь — секретность. Всё, что ты узнаешь, останется между нами. Это не обсуждается. Второе — обучение. Ты начнёшь с теории: как работают магические структуры, какие угрозы мы ликвидируем, какие протоколы должны соблюдаться. Только потом — практика.
— В первые месяцы ты будешь работать на вспомогательных задачах: обработка информации, анализ данных, патрулирование нестабильных магических зон. Но если ты покажешь способности, тебе дадут больше возможностей.
Он немного откидывается назад, давая Кейлану несколько секунд переварить сказанное.
— Ты не сможешь просто уйти, если передумаешь. Если ты принимаешь условия, помни: пути назад уже не будет.
Кейлан сцепил пальцы перед собой, делая вид, что обдумывает услышанное.
"Они дают мне два выбора, но по сути… выбор всего один. Я могу уйти, забыть всё и продолжить жить, как раньше. Но могу ли я на самом деле? После того, что я узнал, после того, что почувствовал?
Они уже знают, какой вариант я выберу. И я тоже знаю."
— Значит, либо я ввязываюсь во что-то, откуда не выбраться, либо ухожу, забыв, что вообще встретил вас. Потрясающий выбор.
Он чуть качнул головой, затем добавил:
— Ну, раз уж я так легко соглашаюсь на смертельно опасную работу, хотелось бы знать, сколько за это платят?
Винсент коротко хмыкнул, не поднимая взгляда от стола, но уголок его губ едва заметно дёрнулся. Селия скрестила руки на груди, бросив на Кейлана оценивающий взгляд.
— Ну, приоритеты у тебя точно расставлены, — произнесла она с лёгкой усмешкой.
Маркус, до этого выглядевший сосредоточенным, медленно выдохнул, словно понял, что момент напряжения миновал.
— Теперь я точно знаю, что ты уже принял решение. — Мы платим 25 серебряных, в неделю, если тебя это волнует, — с лёгкой усмешкой добавил Маркус.: — Добро пожаловать в команду.
Маркус выпрямился и скрестил руки на груди.
— Теперь ты часть команды. И тебе следует знать, с кем будешь работать.
Он указал на первого оперативника, мужчину в очках, выглядевшего аналитиком.
— Винсент Рейвлок, наш магический теоретик. Он отвечает за анализ магических структур и предсказательные техники. Без него мы бы часто работали вслепую.
Затем Маркус перевёл взгляд на темноволосую девушку с цепким, хищным взглядом.
— Селия Нортон, специалист по разведке и скрытым операциям. Если тебе когда-нибудь понадобится информация, скорее всего, она уже её достала.
Дальше он указал на массивного мужчину с твёрдым взглядом и следами ожогов на руках.
— Оуэн Дракмор, боевой маг. Если дела выходят из-под контроля, он тот, кто ставит точку.
Указал на невысокого мужчину с плотным телосложением, который, казалось, был не из тех, кто привык сидеть в офисе.
— Даррен Кроуфорд, боец поддержки. Специализируется на прикрытии и сдерживании угроз. Грубоват, но если окажешься в передряге, он первый, кто прикроет твою спину.
Маркус перевёл взгляд на хрупкую, светловолосую девушку, которая внимательно следила за разговором, не упуская деталей.
— Элин Грейстоун, аналитик. Она быстрее всех обрабатывает информацию, оценивает угрозы и делает прогнозы. Без неё мы бы не раз оказались в тупике.
Затем он посмотрел на высокого мужчину с короткими тёмными волосами, который стоял с холодным выражением лица.
— Райан Холт, тактический аналитик. Один из лучших стратегов, когда речь идёт о полевых операциях. Всегда просчитывает ситуацию на несколько шагов вперёд.
Затем Маркус указал на мужчину среднего роста с короткими светлыми волосами и спокойным, но отстранённым выражением лица.
— Лоренс Фейн, тактический аналитик. Он разрабатывает стратегии для операций и просчитывает риски. Строгий к себе, не любит лишних слов. Если он говорит, что что-то может пойти не так, скорее всего, так и будет.
Маркус выдержал паузу, затем перевёл взгляд на последнего человека в комнате, которого до сих пор не назвал.
— Он не часть команды, — пояснил Маркус, — но его роль важна. Вам стоит познакомиться.
"Наставник" сделал шаг вперёд, наконец взглянув на него прямо.
— Алестэр Войнид, глава отдела специальных операций Ордена.
— Поздравляю с присоединением к Ордену.
Он положил руку Кейлану на плечо, и тот тут же ощутил знакомую волну магической энергии, похожую на ту, что накрыла его в переулке. Только теперь она была слабее, но всё же ощутимой. Это было подтверждением — их первая встреча не была случайной, и этот человек действительно станет его наставником.
— Тебе ещё многому предстоит научиться, — добавил "Наставник".
Маркус воспринял это как напоминание — новобранец ещё не полноценный член команды, его следует проверять.
Кейлан же окончательно понял.
"Я знал, что он ведёт свою игру. Всё это время. Но теперь он дал мне знак. Не просто подтверждение, а предупреждение. 'Тебе ещё многому предстоит научиться.' И я чувствую, что это не просто фраза. Это обещание. Или вызов."
Глава 8
Городской парк у фонтана встречал прохожих тихим шелестом листвы и ровным журчанием воды. Пара уличных музыкантов играли что-то ненавязчивое на струнных инструментах, создавая уютную атмосферу. Вдоль аллей неспешно прогуливались горожане, кто-то читал газету на скамейке, а кто-то кормил голубей. На одной из скамеек у фонтана сидели трое: Кейлан, Ройс и Лоран.
— Я думал, что этот день никогда не настанет, — протянул Ройс, поднося к губам кружку с кофе. — Наконец-то ты выбрался из архива. Ещё немного, и у тебя был бы цвет лица как у этих старых фолиантов.
— Ну, я пока что не превратился в стопку пергамента, — усмехнулся Кейлан, делая глоток. — Просто подвернулась возможность. Работа, скажем так, поинтереснее.
— О-о-о, — Лоран, который обычно отличался сдержанностью, хитро прищурился. — Уж не связался ли ты с каким-то мутным делом? Архив хоть и скучный, но, по крайней мере, там не приходилось рисковать головой.
— Официальная работа, со всеми бумагами, — заверил Кейлан. — Даже зарплата есть.
— Зарплата?! — оживился Ройс, резко подавшись вперёд. — Неужели бумажные завалы начали приносить прибыль?
— Скажем так, теперь моя работа не связана с архивами. Скоро, возможно, даже сниму себе нормальное жильё.
— Ха! — Ройс рассмеялся и откинулся назад на скамейке. — Ну вот, ещё чуть-чуть, и ты станешь слишком важным, чтобы проводить с нами время.
— Ещё неделя, и Кейлан начнёт покупать себе друзей получше, — поддержал Лоран, делая невинное лицо. — Может, даже наймёт себе личного шута.
Кейлан усмехнулся, но не стал отвечать. Они с Ройсом обменялись понимающими взглядами. Смех смехом, но перемены были ощутимыми. Впереди его ждали не только новые возможности, но и обязательства.
Архив встретил его всё той же тишиной. Тусклые масляные лампы отбрасывали тусклый свет на стопки документов, а воздух был насыщен запахом старой бумаги и воска. Его начальник, старший архивариус Грейвс, сидел за массивным дубовым столом, сосредоточенно изучая очередной отчёт.
— Так что, всё-таки уходишь? — произнёс он, даже не поднимая взгляда.
— Да, сэр. Пришёл подать прошение об увольнении.
Грейвс вздохнул, сложил руки перед собой и наконец посмотрел на него.
— Знал, что так будет. На тебя уже запрашивали характеристику. Должен признать, я удивлён, что тебя пригласили… куда бы ты там ни отправился.
— Они сочли, что я подхожу.
— Надеюсь, ты знаешь, во что ввязываешься, — задумчиво проговорил Грейвс. — Архив — место скучное, но в нём редко бывает опасно.
Грейвс молча достал из ящика стола папку с документами и протянул её Кейлану.
— Твои бумаги об увольнении. Оставь один экземпляр в бухгалтерии, там же можешь получить остаток зарплаты.
Кейлан кивнул, принимая документы.
Когда он вышел из кабинета, ему показалось, что воздух здесь пахнет иначе. Проходя по коридору, он увидел архивариуса, с которым работал почти два года. Тот поднял взгляд, кивнул… и тут же вернулся к своим бумагам. Как будто ничего не изменилось. Как будто его уже не существовало.
Он провёл рукой по лацкану своего старого плаща, неожиданно осознав, что даже одежда пропахла пылью архива. Всё, что казалось привычным, теперь осталось позади.
Его новое место работы располагалось в одной из малоизвестных частей города, в здании, внешне ничем не примечательном. Здесь проходили официальные оформления для тех, кто работал на Орден.
— Добро пожаловать, — раздался голос администратора, когда Кейлан вошёл внутрь. — Вы записаны на инструктаж?
— Да. Кейлан Ардмонт.
Администратор сверился с записями и кивнул.
— Всё в порядке. Ваше официальное прикрытие — Бюро городского регулирования и контроля. Ваша должность — младший инспектор по городскому регулированию и безопасности. Документы уже подготовлены. Зарплата будет выдаваться ежемесячно напрямую вашим капитаном.
Кейлан взял в руки бумаги, пробежался по ним взглядом и с удивлением осознал, что всё выглядело абсолютно законно. Даже слишком законно, как для организации, работающей в тени.
— Не волнуйтесь, — добавил администратор, заметив его выражение лица. — Орден заботится о своих людях. Главное — чтобы ваши отчёты выглядели убедительно.
Кейлан кивнул, подписал документы, и его официальное трудоустройство было завершено.
Кейлан направился в офис команды, расположенный в том же здании. Капитан уже ждал его в своём кабинете.
— Всё оформил? — спросил он, скрестив руки на груди.
— Да, документы подписаны, прикрытие утверждено, — ответил Кейлан, передавая бумаги.
Капитан мельком пробежался по ним взглядом, затем кивнул.
— Помни, ты пока новичок. Никто не ждёт от тебя подвигов. Следуй протоколам, не привлекай лишнего внимания. У нас нет права на ошибки, но если ошибёшься – лучше сам об этом скажи. Я не люблю сюрпризов.
— На первом этапе ты займёшься проверкой инфраструктурных отчётов. Запомни, мы смотрим не только на цифры, но и на то, кто их подписывает. Ты будешь вникать в связи между предприятиями, отслеживать, где начинаются несостыковки. Это не просто бумажная работа – это первые шаги к пониманию, кто здесь играет в тени.*
— Отлично. Теперь к форме. У тебя будет стандартная экипировка команды. Часть из этого можно докупить на Торговом рынке, если хочешь подобрать что-то под себя. А это — твое новое удостоверение, держи при себе.
Он передал Кейлану небольшой кожаный кошель с документами.
— И последнее. Пройдёшь технику безопасности и ознакомление с рабочими протоколами. Для этого отправляйся к Эдгару, он проведёт инструктаж. Без него к работе не приступишь.
Кейлан принял бумаги и кивнул.
— Понял. Отправляюсь к нему.
Эдгар встретил его в небольшом кабинете, заваленном бумагами и кружками с недопитым чаем. Он поднял взгляд, окинул Кейлана оценивающим взглядом и ухмыльнулся.
— Поздравляю, ты теперь не просто бумажный инспектор, а… ну, пока всё равно бумажный. Но теперь эта бумага может тебя убить.
— Никогда не думал, что бумага такая опасная, — пробормотал Кейлан, скрестив руки на груди. — Надеюсь, меня хотя бы ознакомят с её смертоносными свойствами.
— О, не переживай, — усмехнулся Эдгар, поднимаясь со стула. — Ознакомление — это как раз то, что мы сейчас и сделаем. Только вот вопросы безопасности тут касаются не бумаги, а тебя самого.
— У каждого из нас тоже была первая лекция. И знаешь, что общего у всех, кто её игнорировал? — спросил он, откидываясь на стуле.
— Их больше нет.
Кейлан хотел было усмехнуться, но в словах Эдгара чувствовалась тяжесть. Он не просто разыгрывал новичка – в этой фразе скрывалось нечто большее. Кейлан не был наивным, он понимал, что любая работа связана с риском, но сейчас, сидя в этом душном кабинете, он впервые ощутил, что шагнул в мир, где ошибка могла стоить жизни. Его улыбка поблекла.
Эдгар хмыкнул, достал из ящика несколько тонких папок и бросил их перед ним.
— Начнём с основ. В этих документах основные протоколы: как вести отчёты, кому передавать данные, на что обращать внимание. — Запоминай, — Эдгар хмыкнул и положил перед Кейланом пустую папку. — Первое правило: если кто-то понял, что ты здесь не просто так, ты уже провалился. Мы не размахиваем удостоверениями, не светимся лишний раз.
— Второе: твоя работа должна выглядеть скучной. Чем меньше в ней драмы, тем меньше вопросов. Орден не нанимает героев, он нанимает тех, кто умеет работать в тени.
— Третье: всегда проверяй, кто стоит перед тобой. Если человек задаёт слишком много вопросов, то он либо болван, либо что-то знает.
— Четвёртое: прикрытие — это не легенда, это вторая жизнь. Ты не играешь в младшего инспектора, ты им становишься. Забудь, что у тебя есть другая роль.
— Был у нас один умник. Думал, что "прикрытие — это просто слова". Рассказал не тому человеку лишнюю деталь о работе. Через три дня его нашли в канаве с "ошибкой в отчёте". Так что слушай внимательно.
Кейлан на мгновение перестал листать страницы, его пальцы замерли на очередной строке. Он поднял взгляд на Эдгара, пытаясь понять, шутит тот или нет.
— И что именно он сказал не тому человеку?
Эдгар ухмыльнулся, но в его глазах читалось нечто жёсткое.
— Достаточно, чтобы его имя исчезло из всех списков, кроме одного. Того, где записывают, кого уже нет.
Кейлан сжал губы, чувствуя, как холодок пробежал по спине. Он перевёл взгляд обратно на документ, но слова на бумаге внезапно показались куда более весомыми, чем минуту назад.
— Пятое: если ситуация кажется нормальной, значит, ты упустил что-то важное. Здесь случайностей не бывает.
Кейлан пробежался взглядом по строкам, пытаясь уловить суть. Всё выглядело официально, но между стандартными формулировками сквозили детали, которые могли бы показаться незначительными для постороннего. Но теперь он знал: в этом деле важны не только слова, но и то, что остаётся за пределами написанного. Протоколы не просто регулировали работу – они очерчивали границы, за которые лучше не заходить. Каждый пункт звучал, как отголосок чужих ошибок, стоивших кому-то жизни.
— Это вводная часть. Завтра проведём практику, — продолжил Эдгар. — Всё, что я сказал, — это не теория. Это твоё будущее. И если ты сейчас думаешь, что тебя это не коснётся…
Он выдержал паузу, глядя прямо в глаза Кейлану.
— …значит, тебе надо перечитать отчёты.
Кейлан не сразу ответил. Он чувствовал, как внутри зарождается что-то похожее на тревогу. Не страх, но понимание того, что мир, в который он вошёл, не даст ему времени на адаптацию. Любое неверное движение — и он сам может стать частью очередного отчёта.
— Вы же это специально говорите так, чтобы новички не расслаблялись, да? — попытался ухмыльнуться Кейлан, но в голосе прозвучало нечто натянутое.
Эдгар взглянул на него с ленивой усмешкой, но в его глазах не было и намёка на шутку.
— А как ты думаешь? — спросил он, чуть склонив голову набок. — Я могу тебе соврать, если так будет легче спать. Только в этой работе самообман не помогает.
Кейлан медленно кивнул, но рука невольно сжалась в кулак.
Он сглотнул, надеясь, что это прошло незаметно. Глубокий вдох, ещё один. Всё в порядке. Просто информация. Просто работа.
Кейлан выпрямился, взял со стола небольшую записную книжку и неторопливо раскрыл её, сделав первую запись. Рука дрожала едва заметно.
— Завтра, значит… — тихо пробормотал он, закрывая записную книжку. Он не был уверен, спрашивал ли он это вслух или просто пытался убедить себя, что следующий день действительно наступит.
В голове не было паники, но была новая, чуждая ему до этого мысль – не уверенность, а инстинкт: что здесь гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд.
Глава 9
На следующее утро Кейлан вернулся в офис, где должен был пройти первый этап практического обучения. Здание выглядело обычным, но теперь он воспринимал его иначе. Здесь больше не было случайных людей. Теперь это место требовало от него куда большего, чем простая работа с бумагами.
Эдгар ждал его в том же кабинете, развалившись в кресле с чашкой уже привычного чая.
— Ну что, готов к тому, чтобы разочаровать меня? — усмехнулся он, кивая на пустующее место напротив.
Кейлан усмехнулся и сел напротив, удобно откидываясь на спинку стула.
— Ну, думаю, справлюсь. Только скажи, в какой момент мне начать тебя разочаровывать? Или это уже произошло?
Эдгар хмыкнул, качая головой.
— Ладно, — хмыкнул Эдгар. — Сегодня мы займёмся анализом информации. Не той, что написана в отчётах, а той, что прячется между строк.
Он бросил перед Кейланом тонкую папку.
— Это сводка о ситуации в одном из районов города. Проблем нет, всё спокойно. По крайней мере, так написано. Найди мне хоть что-то, что говорит об обратном.
Кейлан раскрыл папку. Несколько страниц с краткими отчётами: сводки по торговым маршрутам, информация о зарегистрированных инцидентах, доклады о состоянии инфраструктуры. Всё выглядело скучно, сухо и вполне правдоподобно.
— Если будешь смотреть только на текст, ничего не найдёшь, — прокомментировал Эдгар. — Думай, что тебе пытаются не сказать.
Кейлан скользнул взглядом по перечню инцидентов. Мелкие кражи, редкие уличные стычки. Обычное для города. Но потом его внимание зацепилось за одну строку: краткое упоминание о повреждении канализационного люка. Без объяснений, без детализации.
— Вот, — он ткнул пальцем в строку. — Повреждение люка. Без описания причин, без выводов. Просто факт.
— Быстро схватываешь, — одобрительно кивнул Эдгар. — Подобные детали часто замалчивают, потому что в них может скрываться что-то нежелательное. Теперь подумай, с чем это может быть связано.
Кейлан задумался. Повреждённый люк… Это могло быть случайностью. Но если информацию не конкретизировали, значит, кому-то невыгодно было её раскрывать.
— Возможно, кто-то использовал тоннели для перемещения, — предположил он. — Или пытался выбраться наружу. Если бы это был просто несчастный случай или вандализм, они бы добавили больше деталей.
— Именно, — подтвердил Эдгар. — И теперь твоя задача — научиться не просто видеть такие моменты, но и правильно их интерпретировать. Потому что иногда один пропущенный люк может рассказать тебе больше, чем целая папка официальных отчётов.
Эдгар подвинул ещё один лист.
— Но это не всё. Посмотри на этот отчёт о пропаже людей. Кажется не связанным, но глянь на временные метки.
Кейлан пробежался по строкам. Несколько имен, даты, места исчезновений. Затем его взгляд зацепился за совпадение.
— Два исчезновения в той же зоне, что и этот люк. Разница в один день.
Эдгар кивнул.
— Теперь думай. Эти люди просто испарились или кто-то их забрал? И если забрал, то кто? Мы ищем случайность или кто-то прикрывает чьи-то следы?
Кейлан обдумал услышанное, но прежде чем смог ответить, Эдгар уже начал собирать документы в стопку, словно подводя итоги урока.
— Остальное доделаешь сам. Я оставлю тебе несколько отчётов, разберёшь их к утру. Потом обсудим, что ты нашёл.
Он постучал пальцами по верхней папке и чуть прищурился:
— Пока что ты двигаешься в правильном направлении, но это не повод расслабляться. Ошибки появляются, когда ты думаешь, что их не совершаешь. — Удивительно, но ты ещё не совершил катастрофических ошибок. Пока. Посмотрим, что будет дальше.
— Значит, я справился? Или просто ещё не успел тебя разочаровать? — усмехнулся Кейлан.
— Не обольщайся. Ещё есть время, — Эдгар ухмыльнулся, убирая последнюю папку в ящик. — Посмотрим, как у тебя пойдёт с практическими вещами. — А теперь иди к Селии, пока она ещё в офисе. Она покажет тебе, как не напороться на нож, пока будешь разбираться в этих отчётах. Теория — это хорошо, но если ты не сможешь защитить себя, твоя наблюдательность не спасёт тебя.
Кейлан кивнул и, забрав свои записи, направился к Селии. Она не любила тратить время на пустые разговоры, и если кто-то мог научить его, как оставаться незаметным — то это была она.
Он нашёл её в дальнем конце офиса, в помещении, где редко кто задерживался. Селия сидела за столом, перебирая какие-то документы, но, услышав шаги, подняла взгляд и сразу оценивающе посмотрела на него.
— Ты пришёл не вовремя, — сказала она без эмоций.
— Эдгар считает, что самое время, — парировал Кейлан.
Селия вздохнула и отложила бумаги в сторону.
— Ладно. Посмотрим, насколько ты умеешь слушать. Разведка — это не только информация. Это ещё и умение правильно двигаться, наблюдать и анализировать.
Она встала, жестом велела ему следовать за собой.
— У нас есть одно небольшое дело. Ты пойдёшь со мной. Будешь слушать, наблюдать и запоминать. Говоришь только если я спрашиваю. Всё ясно?
Кейлан кивнул, чувствуя, как его интерес нарастает. Это было не просто занятие — он увидит работу команды в реальных условиях.
— Тогда пошли. Надеюсь, ты не собираешься выделяться.
Они вышли на улицу, смешавшись с утренней толпой. Селия двигалась непринуждённо, но при этом контролировала пространство вокруг себя, словно инстинктивно анализируя каждый шаг.
— Первое правило: наблюдай, но не выдавай себя, — тихо сказала она, даже не поворачивая головы. — Веди себя так, как будто тебе действительно есть куда идти.
Кейлан последовал её примеру, стараясь двигаться естественно. Однако его взгляд то и дело цеплялся за мелкие детали: лица прохожих, вывески, расположение окон в зданиях.
— Ты слишком напряжён. Расслабься, — бросила она. — Люди замечают не тех, кто есть, а тех, кто ведёт себя странно. Если ты выделяешься, тебя запомнят.
— А если я хочу кого-то запомнить? — спросил Кейлан.
Селия скользнула взглядом в сторону, её губы изогнулись в лёгкой усмешке.
— Начинай с очевидного. Кто вокруг нас выглядит не на своём месте?
Кейлан огляделся, стараясь не выдавать своих движений. Толпа казалась однообразной: торговцы, горожане, пара солдат у ворот. Но теперь, присматриваясь внимательнее, он начал замечать детали.
— Тот мужчина у книжной лавки, — пробормотал он. — Он держится на одном месте слишком долго, но не выглядит заинтересованным в книгах.
— Хорошо, — кивнула Селия. — А теперь не теряй его из виду, но делай это правильно. Люди замечают тех, кто на них смотрит. Используй отражения, периферийное зрение, делай вид, что просто идёшь по своим делам.
Кейлан сделал вид, что поправляет рукав, и мельком взглянул на мужчину в стекле витрины. Он действительно не двигался, но периодически бросал взгляды в сторону центральной площади.
— Он ждёт кого-то? — предположил Кейлан.
— Возможно. Но нас интересует не его цель, а твоя реакция. Не фиксируйся на нём. Помни, что он может быть таким же наблюдателем, как и мы.
Они продолжили идти, и вскоре Селия изменила маршрут, уводя Кейлана в боковую улочку.
— Запомни, что ты видел. Позже мы обсудим, что ты сделал правильно, а где ошибся. Сейчас просто следи за тем, как меняется пространство вокруг. Это поможет тебе в будущем.
Они углубились в более узкие улицы, где толпа стала менее плотной, а пространство — сложнее для манёвра. Селия продолжала двигаться уверенно, но незаметно, её походка оставалась расслабленной, словно она просто шла по делам. Кейлан пытался повторить её манеру, но ощущал, что двигается слишком преднамеренно.
— Расслабь плечи, — негромко сказала Селия, не останавливаясь. — Ты выглядишь так, будто готов броситься в драку или к бегству. Люди чувствуют напряжение. Ты должен раствориться в пространстве.
Кейлан попробовал ослабить мышцы, но тут же почувствовал себя слишком уязвимым. Он привык быть настороже, но сейчас это работало против него.
— Мы подойдём ближе к центральному перекрёстку, — продолжила Селия. — Там будет больше открытого пространства, меньше укрытий. Твоя задача — следовать за мной так, чтобы я потеряла тебя из виду. Если я оглянусь и замечу тебя, ты проиграл.
Кейлан сжал зубы. Это уже было не просто наблюдение, а реальное испытание. Он сделал глубокий вдох и сосредоточился.
— У тебя одна попытка, — добавила Селия. — Начали.
Она свернула за угол, ускоряя шаг. Кейлан попытался следовать за ней, но не слишком явно. Он выбрал маршрут через рыночные прилавки, проскользнул между группой торговцев и на мгновение остановился у стены, оглядываясь. Селия шла вперёд, не оглядываясь, но он знал, что она проверит его в нужный момент.
Шаг. Остановка. Движение в потоке людей. Он старался использовать всё, что успел понять. Витрины, отражения, спины случайных прохожих. Его дыхание участилось.
Селия остановилась на перекрёстке и резко повернулась. Кейлан замер у одной из лавок, делая вид, что разглядывает товар.
— Плохо, — бросила она, подойдя ближе. — Ты думал, что спрятался, но я видела тебя ещё на половине пути.
Кейлан стиснул зубы.
— В чём ошибка? — спросил он.
— Ты пытался исчезнуть, вместо того чтобы стать частью окружения. Тебе нужно не прятаться, а двигаться естественно. Завтра попробуешь снова. Но сейчас у меня есть работа, и дальше я тебя с собой не возьму. Ты меня выдашь.
Она посмотрела на улицу, быстро оценивая обстановку.
— Возвращайся в офис. И по дороге подумай, как следовало действовать. И ещё одно, — её голос стал твёрже. — Не пытайся практиковаться без присмотра. Если выберешь не того человека, можешь навлечь на себя неприятности. В городе хватает тех, кто заметит, что за ним следят, и примет это близко к сердцу. Ты не готов встречаться с такими людьми..
Кейлан сжал губы, но возражать не стал. Он знал, что если останется, то только испортит задание. Он развернулся и медленно пошёл обратно, прокручивая в голове каждый шаг, каждую реакцию. Ошибки были. Теперь предстояло понять, как их исправить. Но главный вопрос был в другом: как двигаться, чтобы тебя не просто не заметили, а даже не запомнили?
Глава 10. Говорить вслух
Кейлан возвращался в офис, но мысли метались между ошибками, допущенными в обучении с Селией, и отчётами, которые оставил ему Эдгар. Что сейчас важнее? Разобрать информацию, искать в ней скрытые следы или осмыслить, что он сделал не так во время тренировки? Слова Селии о том, что он может навлечь на себя неприятности, если выберет не того человека для наблюдения, всё ещё звучали в голове.
Пытаясь удержаться от соблазна проверить себя в реальных условиях, Кейлан всё же невольно бросал короткие взгляды на прохожих. Ненавязчиво, как его учила Селия. Или, по крайней мере, так ему казалось. Он шёл по улице, скользя взглядом по лицам людей, отслеживая их поведение, жесты, походку. И вдруг заметил.
Один из прохожих, ничем не примечательный человек в тёмном плаще, подмигнул ему.
Кейлан замер на долю секунды, но затем сделал вид, что ничего не произошло, и продолжил идти. Однако сердце забилось быстрее. Кто это? Он явно не должен был быть замечен, но человек подмигнул так, словно узнал его.
Тот незнакомец уже заходил в ближайшее кафе, непринуждённо скрываясь за дверью. Последний свободный столик у окна. Алестэр.
Кейлан глубоко вдохнул. «Наставник» не изменился — тот же внимательный взгляд, спокойная манера держаться, будто бы он здесь случайный посетитель. Но теперь это не было тренировкой, а значит, у него была причина появиться именно в этом месте, в этот момент.
Осторожно зайдя внутрь, Кейлан не сразу направился к столу. Он взял чашку кофе, расплатился и, пока ждал напиток, его мысли приняли другое направление. А что если он не справится? Что если его просто вышвырнут из команды? Заплатят ли ему? У него хватит денег, чтобы продержаться? Или придётся вернуться в архив? Но вернут ли его вообще?
Получив кофе, он вспомнил про Алестэра. Сделав вид, что не знаком с ним, он подошёл к его столу и кивнул.
— Простите, здесь свободно? — произнёс он как можно естественнее.
Алестэр даже не посмотрел на него, просто жестом пригласил присесть. Кейлан сел, поставил чашку на стол, а наставник, будто сосредоточившись на улице за окном, наконец заговорил.
— Не переживай, ошибки во время обучения — обычное дело. После того как ты вступил, обратного пути уже нет. Никто тебя не уволит.
Кейлан бросил взгляд на свою чашку, пытаясь скрыть напряжение.
— Значит, я могу расслабиться? — спросил он, делая глоток кофе.
— Расслабляться не советую, но и зарплату не урежут, — усмехнулся Алестэр. — У нас политика простая: даже если будешь проваливать всё подряд, на еду тебе хватит. Вопрос в том, сколько времени ты сможешь ей наслаждаться.
— А если я провалю задание? — Кейлан приподнял бровь.
— Тогда получишь проблемы, — спокойно ответил Алестэр, сделав глоток. — Но не такие, как ты себе представляешь. Здесь не наказывают за ошибки. Здесь смотрят, что ты с ними сделаешь.
Кейлан хмыкнул, но внутри напряжение не спало. Это звучало как шутка, но он знал, что в ней есть доля правды.
— Ты же тоже был на моём месте?
Алестэр взглянул на него, на мгновение задумавшись.
— Был. И думал так же, как ты. Что если я провалюсь? Что если они решат, что я бесполезен?
— И что случилось? — Кейлан слегка подался вперёд.
— Через два месяца я совершил ошибку, из-за которой нас всех чуть не разоблачили. Я уже ждал, когда мне предложат два варианта: смерть или побег.
— Но ты всё ещё здесь, — заметил Кейлан, внимательно изучая выражение его лица.
— Потому что они знали, что в следующий раз я не повторю этой ошибки, — спокойно ответил Алестэр, снова глядя в окно.
Кейлан задумался. Значит, не важно, насколько сильно он ошибётся — важно, чтобы это был первый и последний раз.
— Тогда зачем я тебе? — спросил он наконец, отставляя чашку. — Ты ведь не тратишь своё время на тех, в ком не видишь смысла.
Алестэр усмехнулся, но не сразу ответил. Он поднял чашку к губам, сделал медленный глоток и только потом заговорил:
— Что привело тебя в Орден? Формальности, которые позволяют мне не объяснять тебе мелочей и держать поближе. А зачем ты мне? — он наконец повернул голову, бросив на Кейлана короткий взгляд. — Ты умеешь видеть больше, чем говорят тебе слова. А такие люди вечно кому-то мешают. А у меня есть немного времени, чтобы поднатаскать полезного новичка. Остальное — не в первую неделю, может, и не в первый год.
Кейлан молча переваривал сказанное. Он чувствовал, что ответы есть, но их прячут от него за осторожными формулировками. Алестэр давал ему только то, что он мог понять сейчас. Но зачем? Что он хотел получить взамен?
— Много ли у тебя таких "полезных"? — спросил он, надеясь получить хоть какую-то конкретику.
Алестэр усмехнулся, но в его взгляде промелькнула тень чего-то более серьёзного.
— Ты единственный. Но раньше были другие.
— Они перестали быть полезными, когда всё поняли? — Кейлан прищурился.
— Они перестали быть хоть кем-то. Подумали, что больше не делают ошибок. Решили, что справятся сами.
Он сделал ещё один глоток, на этот раз не спеша.
— Запомни, нет ничего зазорного в том, чтобы попросить помощи, даже если ты не считаешь, что она тебе нужна. Я не всегда смогу находить тебя сам.
Кейлан кивнул, обдумывая услышанное.
— Тогда как я смогу связаться с тобой в будущем?
— Когда придёт время, ты сам узнаешь. Главное — не пытайся искать меня раньше, чем я скажу. Это закончится плохо.
Он усмехнулся и допил кофе.
— Пока это просто обучение, — сказал Алестэр, откладывая пустую чашку. — Так что расслабься хотя бы на сегодня. Тебе ещё не раз придётся ломать голову над этими вопросами, но не сейчас.
Он слегка улыбнулся, глядя на Кейлана, затем кивнул в сторону выхода.
— А теперь иди в офис, пока тебя там не потеряли. И не переживай, за тобой присматриваю не только я. И это хорошо.
Глава 11
Кейлан вернулся в офис, ощущая лёгкую усталость после насыщенного дня. Практика у Эдгара, обучение у Селии, оставили в голове множество новых деталей, требующих осмысления. Однако встреча с Алестэром немного его успокоила, хотя вопросов меньше не стало.
Пройдя по коридору, он заметил Лоренса Фейна и Элин Грейстоун, сидящих за рабочим столом. Лоренс что-то изучал, глубоко сосредоточенный, а Элин, склонившись над записями, машинально жевала кончик пера.
— Как ощущения после первого дня? — без лишних эмоций спросил Лоренс, мельком взглянув на него.
— Пока жив, но теперь понимаю, почему у Эдгара все отчёты пахнут потом и отчаянием, — ухмыльнулся Кейлан.
— С этим ты ещё легко отделался, — заметила Элин, приподняв бровь. — Селия любит практику на живых примерах. Надеюсь, ты не остался без пары лишних синяков?
— Пока только моральные травмы, — отшутился Кейлан.
Лоренс покачал головой, возвращаясь к своим бумагам.
— Ладно, пойду узнаю у капитана, что дальше, — сказал Кейлан, бросая последний взгляд на Лоренса и Элин.
Он направился дальше по коридору, чувствуя, как после напряжённого дня усталость медленно накатывает, но вместе с ней росло и любопытство. Слова наставников всё ещё звучали в голове, но сейчас главное — выяснить приоритеты.
Подойдя к двери кабинета капитана, Кейлан сделал глубокий вдох. Стоило прояснить, чем заняться в первую очередь, прежде чем день окончательно вышел из-под контроля.
Он постучал. Из-за двери раздался голос Маркуса:
— Заходи.
Кейлан вошёл, закрыв за собой дверь. Капитан сидел за столом, оторвавшись от документов, и окинул его внимательным взглядом.
— Что случилось? — Маркус поднял на него взгляд, откидываясь на спинку кресла. В голосе звучал слабый оттенок любопытства, но в глазах читалось явное ожидание.
— Не до конца понимаю, чему мне стоит уделить первоочередное внимание, — признался Кейлан, стараясь звучать уверенно. — Эдгар оставил мне отчёты, а Селия хочет, чтобы я проанализировал ошибки перед разбором. Не хотелось бы запутаться и сделать что-то не так.
Маркус усмехнулся, наклоняя голову чуть в сторону. В его взгляде мелькнуло что-то вроде насмешки, но скорее добродушной, чем язвительной.
— Эти задачи не горят. Сегодня заканчиваешь пораньше. Не забывай — у нас график свободный, но не настолько, чтобы вся команда нянчила тебя весь день. Каждый занят своим делом, так что учись управлять временем.
Кейлан кивнул, ожидая дальнейших указаний.
— А пока — иди к Винсенту, — продолжил капитан, потирая виски, будто вспоминая что-то. — Пусть немного расскажет тебе про магию. Лучше сразу понять, с чем мы имеем дело на самом деле. Маркус задумчиво постучал пальцами по столу, оценивающе взглянул на Кейлана и усмехнулся:
— И пусть не ограничивается только теорией. Пора что-нибудь опробовать. Посмотрим твой потенциал.
Кейлан принял это к сведению, разворачиваясь к выходу. Уже в коридоре он осознал, что понятия не имеет, где искать Винсента. Возвращаться к капитану с этим вопросом казалось неудобным, поэтому он решил уточнить у кого-то из команды. Вопросов у него меньше не стало, но, похоже, вечер будет не таким уж и свободным.
Он вернулся к общему залу и подошёл к Элин, которая всё ещё работала над своими записями.
— Заблудился, новенький? — с лёгкой усмешкой спросила она, не отрываясь от бумаги.
— Можно и так сказать, — ответил Кейлан, сложив руки на груди. — Где мне найти Винсента?
Элин бросила на него оценивающий взгляд и ухмыльнулась.
— Он, скорее всего, в лаборатории, за очередными экспериментами. Только осторожнее, не соглашайся на сомнительные демонстрации — он любит проверять теории на практике.
— Как раз этим и займусь, — пробормотал Кейлан, направляясь в указанном направлении.
Дверь в лабораторию оказалась приоткрытой, и внутри слышался тихий шорох переворачиваемых страниц. Кейлан постучал и заглянул внутрь.
— Винсент?
За столом сидел невысокий мужчина в очках, сосредоточенно изучающий какую-то старую книгу. Услышав голос, он поднял голову и моргнул.
— А, это ты. Капитан отправил?
— Да. Сказал, что ты должен объяснить мне основы магии. И, желательно, не только теоретически.
Винсент усмехнулся и жестом пригласил его внутрь. Он закрыл книгу и убрал её в сторону, затем поднял взгляд на Кейлана, будто оценивая его готовность.
— Прежде чем что-то пробовать, нужно понять, с чем ты работаешь, — начал Винсент, сложив руки за спиной. — Магия — это не просто эффектные вспышки или набор заклинаний. Она пронизывает всё, от нас самих до окружающего мира. Но мы не видим её напрямую, потому что не привыкли замечать.
Он сделал шаг в сторону, медленно проводя рукой в воздухе, словно ощущая нечто невидимое.
— Первое, что тебе нужно — научиться чувствовать магические потоки. Они текут вокруг нас, через предметы, через людей. Иногда они едва заметны, а иногда бушуют, как буря. Попробуй закрыть глаза и прислушаться. Почувствуй, как воздух вокруг тебя дрожит. Не пытайся представить что-то конкретное, просто сосредоточься на ощущениях.
Кейлан закрыл глаза, сначала ощущая лишь привычную тяжесть век и шум собственного дыхания. Он пытался сосредоточиться, но в первые мгновения ничего не происходило. Воздух казался таким же, как всегда — неподвижным, привычным.
"А если я вообще не смогу этого сделать?" — пронеслось у него в голове. Он всегда думал, что маги чувствуют энергию естественно, как дышат. Может, он просто не из таких?
— Может, у меня просто нет таланта к этому? — буркнул он, скрестив руки.
Винсент откинулся на стол, глядя на него с лёгкой усмешкой.
— Нет, просто ты слишком привык думать, что магия — это что-то внешнее. Она в тебе. Её не ищут, её учатся понимать. Попробуй снова, без спешки.
Он нахмурился, пытаясь уловить хоть что-то. Может, тепло? Холод? Движение? В памяти всплыл момент, когда он впервые видел, как маги применяют свою силу — там всегда было что-то неуловимое, словно волны по воде.
Ещё один вдох. Он сосредоточился на кончиках пальцев, затем на ладонях, стараясь почувствовать что-то кроме привычной пустоты. И тут... едва заметный толчок. Как будто что-то дрогнуло рядом, невидимое, но ощутимое.
Кейлан открыл глаза, переводя взгляд на Винсента. В его глазах читалось что-то между недовольством и лёгким любопытством.
— Уже лучше, — наконец произнёс Винсент, кивнув, оценивая реакцию Кейлана. — Что скажешь? Замечаешь разницу?
— Пока не совсем, — признался Кейлан, прищурившись. — Чувствую какие-то колебания, но не могу понять, они исходят от меня или просто есть вокруг.
— Это нормально, — Винсент усмехнулся. — Представь, что ты в тёмной комнате, а магические потоки — это лучи света. Тебе не нужно их видеть, тебе нужно их почувствовать. Попробуй снова.
Кейлан снова закрыл глаза, на этот раз стараясь уловить не просто общее ощущение, а что-то более конкретное. Он чувствовал лёгкие колебания, как будто воздух вокруг него был неравномерным, наполненным чем-то невидимым. Попытался сосредоточиться на одном участке, а затем на другом, словно вслушиваясь в разную музыку в одном и том же помещении.
Кейлан скептически хмыкнул, качая головой:
— Отлично, теперь я чувствую себя шаманом из дешёвых рассказов. Может, мне ещё бубен выдать?
Винсент усмехнулся, но вместо ответа пожал плечами.
— Если тебе станет легче, представь, что потоки — это толпа в трактире. Если будешь толкаться — тебя затопчут. Если аккуратно проскользнёшь между ними — получишь пиво первым.
Кейлан прищурился, затем вновь закрыл глаза, стараясь сосредоточиться. Ощущения стали чуть чётче. Он больше не пытался просто "услышать" потоки — теперь он пытался их направить, будто ловил движение в шумной комнате. В какой-то момент он почувствовал, как что-то мягко поддалось его мысленному усилию, словно лёгкое течение воды, скользящее вокруг его ладони.
— Теперь попробуй двинуть поток, — продолжил Винсент, наблюдая за ним. — Не грубо, не через силу. Просто слегка направь его. Как будто проводишь рукой по воде, не разрезая её, а лишь задавая движение.
Кейлан сглотнул и мысленно потянулся к тому, что ощущал. Было странно представлять, что невидимое можно толкнуть, но он попытался. В какой-то момент ему показалось, что вокруг пальцев пробежала тёплая волна, еле заметное давление. Он открыл глаза.
Винсент наклонил голову, разглядывая Кейлана с любопытством.
— Ну, не худший результат. — Винсент чуть склонил голову, наблюдая. — И как ощущения? Что изменилось?
Кейлан приоткрыл глаза, сосредоточенно нахмурившись.
— Это похоже на… давление, — Кейлан слегка пошевелил пальцами, прислушиваясь к новому чувству. — Как будто вокруг течёт тёплый воздух, и если правильно надавить, он сдвигается. Но если перестараться — поток ломается, рассеивается.
Винсент довольно кивнул.
— Хороший прогресс. — Винсент довольно кивнул. — Теперь у тебя есть отправная точка. Следующий шаг — научиться не только замечать, но и управлять этим. Давай попробуем что-то более конкретное. — Он медленно вытянул руку, и между пальцами засветился едва заметный шар, будто сотканный из воздуха и света. Он плавно дрожал, искажая пространство вокруг себя. — Это простая техника, но она требует контроля. Магический шар — не просто сгусток энергии. Это баланс, взаимодействие между твоей волей и окружающим потоком. Если отпустишь контроль, он рассеется. Если перетянешь — взорвётся. Но прежде чем ты попробуешь создать свой, тебе нужно понять, что происходит с потоками внутри шара. Обрати внимание, как он влияет на окружающее пространство, как потоки энергии взаимодействуют с ним. Ты должен ощутить разницу.
Пока Винсент показывал магический шар, Кейлан уловил одну деталь: его движения были точными, но расслабленными. Для него это не было чем-то сложным, он управлял потоками так же легко, как дышал.
Кейлан сосредоточенно наблюдал за магическим шаром Винсента. Он попытался уловить изменения, почувствовать, как они сказывались на окружающем воздухе. Внимание переключилось на лёгкие колебания, незаметные на первый взгляд, но теперь кажущиеся ощутимыми. Потоки будто подстраивались под шар, перетекая вокруг него и изменяя свою форму.
— Чувствую... будто в воздухе появились завихрения, как круги на воде, — наконец пробормотал Кейлан, немного удивлённый собственной наблюдательностью.
Винсент кивнул, довольно усмехнувшись.
— Вот теперь ты действительно начинаешь что-то понимать. — Винсент убрал свой шар и скрестил руки на груди. — Теперь попробуй создать свой.
Кейлан глубоко вдохнул и вытянул ладонь, вспоминая ощущения, которые испытал, когда направлял потоки. Он сосредоточился, стараясь собрать энергию в одной точке. Прошло несколько секунд, но ничего не происходило.
— Не торопись, — Винсент усмехнулся, скрестив руки на груди. — Думаешь, все великие маги с первого раза добивались успеха? Ошибки — часть процесса.
Кейлан сделал ещё один вдох, расслабил плечи и снова попытался. В этот раз он ощутил лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Затем в воздухе перед ним появилась едва заметная искра, которая тут же погасла.
— Уже что-то, — усмехнулся Винсент. — Видишь, ты уже начинаешь чувствовать разницу. Теперь твоя задача — повторить, но сделать это осознанно, не наугад. Запомни ощущения. Чем меньше напряжения — тем лучше результат.
Кейлан нахмурился, разглядывая пустую ладонь, где только что была искра, и раздражённо вздохнул.
— И как вообще люди этим управляют? Это должно быть интуитивно или мне надо выучить сотню формул?
Винсент усмехнулся, лениво наблюдая за его попытками.
— Если бы формулы помогали, я бы давно создал десяток гениев. Тут другое — контроль, а не расчёты. Магия не подчиняется сухим уравнениям. Ты должен чувствовать её, а не высчитывать
Кейлан кивнул и попытался снова. Он вспоминал ощущения, мягко направляя потоки, стараясь не подгонять их, а позволить им собраться естественно. На этот раз в воздухе перед его ладонью появилось слабое мерцание. Оно дрожало, было нестабильным, но держалось чуть дольше.
— Так, так… Уже ближе к делу, — отметил Винсент, внимательно наблюдая. — Попробуй ещё раз. Главное — не спеши.
Очередная попытка привела к лучшему результату — слабое мерцание появилось, задержалось на несколько секунд, но затем снова дрогнуло и рассеялось. Кейлан прищурился, сосредоточенно глядя на место, где только что был свет.
— Оно дрожит… Такое чувство, что мне не хватает какого-то усилия, но если я напрягаюсь сильнее, оно исчезает.
Винсент удовлетворённо кивнул, опираясь на край стола.
— Ты уже сам приходишь к правильным выводам. Магия не терпит излишней грубости, но и мягкости недостаточно. Найди баланс. Попробуй снова, но отпусти напряжение, не заставляй потоки подчиняться силой — веди их.
Наконец, после нескольких попыток, у Кейлана получилось создать небольшой светящийся шар. Он держался, пусть и дрожал, но не исчез сразу.
В какой-то момент голова у него слегка закружилась. Он быстро моргнул, прогоняя нарастающее чувство тяжести. Кто бы мог подумать, что всего лишь манипулирование потоками может так выматывать?
— Ну, я хотя бы его создал, — выдохнул он, ощущая приятную усталость. — Уже лучше, чем ничего.
Винсент довольно усмехнулся, наблюдая за его работой.
— И теперь задача сделать так, чтобы он не исчез через несколько секунд. Создать — это полдела, удержать — вот где начинается настоящее мастерство.
Кейлан позволил шару рассеяться, задумчиво качнув головой.
— Такое чувство, будто меня учат запрещённому искусству.
Винсент усмехнулся и сложил руки на груди.
— Ты удивишься, сколько людей в этом городе боятся даже простых трюков. Хочешь лишних вопросов? Тогда попробуй в центре города, и через пару часов будешь отвечать перед кем-то из "важных персон".
Кейлан вздохнул и кивнул.
— Понял. Тренируюсь здесь, никого не привлекаю, не создаю проблем.
— Именно, — подтвердил Винсент. — Теперь иди, попробуй самостоятельно. Посмотрим, чего ты стоишь через пару дней.
Кейлан вышел из лаборатории, ощущая в руках лёгкое покалывание — словно магия всё ещё была где-то рядом, даже если он уже не использовал её. Он не знал, насколько хорошо у него получилось, но это было началом. Он всё же решил попробовать ещё раз. Вытянул руку, сосредоточился — и через несколько секунд перед ним снова появился тусклый светящийся шар.
Он уже собирался мысленно себя похвалить. Но шар вспыхнул, дрогнул и рассыпался в воздухе, оставив на пальцах Кейлана слабое жжение. Он разжал кулак и посмотрел на ладонь.
Усталость накатывала, но внутри было не раздражение, а азарт.
"Хорошо. Теперь у меня есть с чего начинать."
Он усмехнулся и двинулся дальше. Завтра он попробует снова.
Кейлан уже собирался уйти, но вдруг почувствовал что-то странное. В воздухе всё ещё оставался слабый отзвук магии, словно её след. Он посмотрел на руку – кожа чуть покалывала, будто после лёгкого ожога.
— Интересно… — пробормотал он.
Винсент, выходя из лаборатории, бросил на него взгляд.
— Ощущаешь магический след? Привыкай. Со временем ты начнёшь замечать такие вещи не только после своих заклинаний.
Кейлан медленно кивнул. Он ещё не до конца понимал, насколько глубоко магия вплетена в мир, но был уверен в одном – это лишь начало.
Глава 12
Кейлан медленно выдохнул, когда Винсент, скрестив руки на груди, взглянул на него с лёгкой усмешкой.
— Сегодня лучше отдохнуть, — спокойно сказал наставник. — Твои потоки магии ещё нестабильны. Если не дашь им восстановиться, последствия могут быть долгосрочными.
Кейлан хмыкнул и вытащил из-за пояса несколько сложенных вчетверо листов.
— Вряд ли получится, — заметил он, демонстрируя бумаги. — Эдгар выдал мне задание.
Винсент удивлённо поднял бровь.
— И ты таскаешь их с собой? Почему не оставил в кабинете?
Кейлан пожал плечами:
— У меня его пока нет.
Винсент качнул головой и кивнул в сторону одной из дверей в коридоре.
— Второй справа. Там твоя фамилия и должность. Тебе стоило лучше осмотреться в офисе. У нас всегда есть несколько свободных кабинетов, на случай если к нам кого-то переводят или принимают новых сотрудников. Так что их выделяют сразу.
Кейлан кивнул, но заметил, как взгляд Винсента задержался на бумагах.
— Кстати, тебе стоит купить портфель с кодовым замком. Лучше магическим, запоминающим твои потоки энергии. Ты уже можешь таким пользоваться. И не стоит таскать отчёты в открытую, особенно если они связаны не только с обучением, но и с миссиями.
— А где взять такой?
Винсент молча вырвал из записной книжки листок, быстро написал адрес и протянул Кейлану.
— Магазин артефактов «Рунический Ключ». Назовёшь своё имя, они уточнят данные у Ордена. Если просто зайдёшь и начнёшь расспрашивать о магических товарах, тебя либо проигнорируют, либо сдадут в службу контроля. Было бы неловко, если твоим первым заданием оказалась проверка самого себя, — с усмешкой добавил он.
Кейлан принял записку, задумчиво разглядывая её, а затем спрятал в карман. Это был ещё один маленький, но важный шаг в его новом статусе. Теперь у него был кабинет. И теперь он должен был начать думать о безопасности — даже в таких деталях.
Винсент кивнул в сторону кабинета:
— Замок на твоей двери работает по тому же принципу. Завтра утром зайдёшь ко мне, я покажу, как им пользоваться. Хотя, если зайдёшь за портфелем в «Рунический Ключ», тебе там всё объяснят.
Он немного помолчал, затем добавил:
— Доступ к кабинету есть только у тебя. Но у капитана есть общий доступ ко всем кабинетам. Он не будет заходить без необходимости, но в случае, если кто-то из команды больше не сможет пользоваться кабинетом, доступ нужно будет восстановить и сбросить пароль.
Кейлан поднял брови, хмыкнув:
— «Больше не сможет пользоваться»… Звучит многообещающе.
Винсент усмехнулся:
— В нашей работе такое случается чаще, чем хотелось бы. Даже исследовательская должность не даёт гарантий. Конечно, в нас реже стреляют или пытаются спалить магией, но магический артефакт, внезапно решивший, что ты его новая батарея, тоже так себе перспектива.
Кейлан покачал головой, фальшиво вздохнув:
— Ну хоть какое-то разнообразие. Всегда мечтал закончить свои дни, став расходником для древнего куска металла. — А как часто такое вообще происходит? — спросил он, понизив голос.
Винсент чуть наклонил голову, обдумывая ответ.
— Уход из команды — не редкость, — сказал он. — Кто-то получает повышение, кого-то переводят. А вот несчастных случаев… уже пару лет не было.
Он на мгновение задумался, затем продолжил:
— Я тут одиннадцать лет, и пока цел. Но мои предшественники задерживались не так долго. Даже не знаю, случайность это или талант. Хотя вряд ли второе — меня на повышение не звали. Может, знали, что я не соглашусь.
— Почему бы не согласился? — уточнил Кейлан.
Винсент усмехнулся:
— Сухая теория и исключительно лабораторные эксперименты — не для меня. Мне интереснее строить гипотезы на том, что уже существует, а не на том, что можно было бы осуществить. Хотя, по сути, это почти одно и то же. Вопрос лишь в том, с какой стороны на это смотреть.
Винсент бросил взгляд на часы и кивнул:
— Ладно, хватит на сегодня. Завтра загляни ко мне по поводу замка. Если не придёшь, решу, что тебе уже всё объяснили. И не забывай практиковаться с шаром.
Он сделал паузу, затем добавил:
— Если будут вопросы — заходи. Для этого я тут и нахожусь. Отчасти для этого. Но пока сосредоточься на собственном понимании.
Кейлан кивнул, пробежав пальцами по краю записки в кармане. — Постараюсь, — бросил он, а затем ухмыльнулся. — Но если завтра я не справлюсь с замком, не слишком смейся.
— Ни капли, — иронично заметил Винсент. — До завтра, Кейлан.
Кейлан развернулся и направился к выходу, ощущая лёгкую усталость, но вместе с тем и странное удовлетворение. Этот день принес слишком много нового, но, по крайней мере, он больше не чувствовал себя чужим в этом месте.
Когда он вышел из здания, прохладный вечерний воздух освежил его мысли. Уже в нескольких шагах от офиса он вдруг осознал, что сегодня так и не пообедал. К счастью, они закончили раньше, так что у него было время что-то приготовить.
Кейлан вспомнил, что утром доел последние остатки запасов. Он прикинул, что стоит купить: хлеб, крупы, немного овощей, мясо — чего-то, что можно быстро приготовить после долгого дня. Возможно, запастись чем-то, что не испортится быстро. Учитывая, что эта неделя обещает быть насыщенной, не помешает что-то на случай, если не будет времени готовить — например, сушёное мясо или консервы.
С этими мыслями он направился в сторону ближайшего продуктового магазина.
На следующее утро Кейлан встал пораньше. Заварил кофе в джезве, наслаждаясь терпким ароматом, наполняющим кухню. Поставив чашку на стол, он принялся за омлет из двух яиц с молоком, привычно взбивая смесь вилкой.
«Если так пойдёт дальше, можно будет чаще есть не дома… хотя кто знает, сколько стоит нормальная квартира поближе к офису? Ещё только третий день, до зарплаты далеко, да и залог за жильё влетит в копейку. Портфель с магическим замком наверняка тоже не дешёвый. А ещё одежда, что-нибудь в кабинет… вот только что? Смешно будет натаскать туда барахла, которое даже не пригодится.»
Закончив завтрак, он вышел из дома и направился по указанному Винсентом адресу. В первую очередь нужно разобраться с портфелем, а если останутся деньги, можно подумать и о прочем. Остановившись перед входом в "Рунический Ключ", он оглядел фасад магазина и саркастично усмехнулся. «Всегда поражало, как антикварные лавки ухитряются выглядеть роскошнее большинства банков, торгуя старыми, потрёпанными вещами. Видимо, эти "раритеты" далеко не простое старьё. Магические предметы точно не дешёвые — и вряд ли кто-то их сдаёт просто так. Интересно, насколько ценен даже самый скромный артефакт, который здесь продаётся?»
Как только он зашёл внутрь, продавец — элегантная женщина средних лет — окинула его оценивающим взглядом, почти не выдав пренебрежения к его внешнему виду. Голос её был вежливым, но холодным:
— Добро пожаловать в "Рунический Ключ". Ищете что-то для коллекции или, возможно, особый подарок? У нас недавно появилось несколько достойных экземпляров старинных часов.
Кейлан не стал отвлекаться и, осмотревшись, шагнул ближе, затем тихо представился.
Продавец слегка приподняла бровь.
— Ваше удостоверение? — уточнила она.
Он достал документ, и женщина мельком взглянула на него, после чего передала помощнику.
— Проверь его данные, — коротко распорядилась она помощнику, который тут же скрылся за дверью служебного помещения.
Оставшись наедине с Кейланом, она перевела взгляд на окно, за которым неспешно падал мелкий дождь.
— Погода нынче непредсказуемая, — заметила она будничным тоном. — С утра солнце, а теперь вот дождь. Впрочем, осень всегда была капризной.
— Осень всегда умела удивлять, — заметил Кейлан. — Утром солнце, днём дождь, вечером, глядишь, и заморозки.
Анна чуть приподняла бровь, но кивнула:
— Так и есть. И каждый раз кажется, что зима вот-вот начнётся, а потом снова тепло. Но, думаю, в этом и есть особый шарм межсезонья.
Она внимательно посмотрела на Кейлана, словно оценивая, стоит ли продолжать разговор, но тут дверь в служебное помещение открылась, и помощник тихо сообщил ей что-то на ухо. Женщина слегка улыбнулась и представилась:
— Анна Клейтон, владелица "Рунического Ключа". Теперь, мистер Ардмонт, чем могу помочь?
— Мне нужен портфель с магическим замком. Что-то надёжное, но без излишеств. Пока стеснён в средствах.
Анна чуть прищурилась, оценивая его реакцию.
— Для вашей должности предусмотрена рассрочка. Один золотой. Первая работа подобного рода всегда требует вложений. Если что, ваше начальство вычтет сумму из зарплаты, так что с этим проблем не будет. Думаю, сможем подобрать вам подходящий вариант… А может, и ещё пару полезных мелочей.
Она обернулась к прилавку и негромко позвала:
— Томас, проследи за магазином.
После чего жестом пригласила Кейлана следовать за ней. Пройдя через массивную дубовую дверь в глубине магазина, они оказались в отдельном помещении, заставленном ящиками и стеллажами. Анна подошла к одному из шкафов и вытащила строгий, но надёжно выглядящий портфель.
— Это стандартный вариант, — пояснила она, передавая его Кейлану. — Стоимость такого портфеля — 50 серебряных монет. Ваша рассрочка в один золотой полностью покрывает его стоимость, так что у вас ещё останется немного на другие покупки.
Кейлан едва сдержал удивление — пятьдесят серебряных были для него внушительной суммой. Даже с учётом рассрочки, такие траты казались серьёзными. Женщина с лёгкой улыбкой кивнула:
— Вижу, цена вас удивила? — с лёгкой улыбкой заметила Анна. — Качество стоит своих денег. Магический замок, надёжные материалы, защита от подделок. Поверьте, обычный кожаный портфель без чар обойдётся дешевле, но долго не прослужит. — Знакомы с принципом работы?
— Приблизительно, — признался он. — Но если объясните, разберусь.
Анна усмехнулась:
— Разберётесь, никуда не денетесь. Главное — правильно настроить. Замок запоминает ваш магический поток при первой активации. Открывать его можно с лёгким импульсом той же энергии. При закрытии он блокируется автоматически. По началу лучше помнить об этом, иначе рискуете целый день пытаться его открыть. Бывает, что новички запирают портфель и не могут справиться до самого вечера.
Она жестом предложила Кейлану попробовать.
Кейлан выдохнул и приложил ладонь к замку портфеля, вспоминая наставления Винсента. Магия требовала тонкого контроля — слишком сильное воздействие могло нарушить поток и сделать процесс бесполезным. Он постарался сосредоточиться, позволяя магии естественно соединиться с механизмом замка.
Сначала ничего не происходило, но, когда он вспомнил слова Винсента: "не дави, а направляй", внутри замка послышался лёгкий щелчок. Замок сработал, и крышка едва заметно приподнялась.
— Неплохо для первого раза, — заметила Анна с лёгкой усмешкой. — Раз всё успешно, сделка завершена. Замок нельзя перенастроить, хотя при желании можно разрушить сам артефакт. Пусть это и непросто, но не стоит оставлять портфель без присмотра, особенно если внутри будет что-то ценное.
— А теперь попробуйте закрыть.
Он осторожно закрыл портфель, слыша, как замок автоматически фиксирует крышку. Попробовав снова, он почувствовал лёгкое сопротивление механизма. Он перестал давить, позволив энергии плавно соединиться с механизмом… и спустя мгновение услышал приглушённый щелчок.
Ему ещё предстояло привыкнуть к такой вещи, но, похоже, без неё теперь не обойтись.
Анна, наблюдая за его реакцией, снова улыбнулась и продолжила:
— Раз уж у вас осталось немного в запасе, могу предложить кое-что полезное. Например, карманный фонарь за десять серебряных — удобно, если внезапно окажетесь в темноте. Никогда не знаешь, где придётся искать нужные документы. Ключ-отмычка за тридцать пять серебряных — пригодится, если вдруг забудете ключи или столкнётесь с запертым ящиком, к которому вам нужно получить доступ. Конечно, только в рамках допустимых правил. Записная книжка с чарованной навигацией за двадцать пять серебряных — позволит быстрее находить нужные записи, а не листать всё подряд. Полезная вещь для работы с отчётами и быстрых заметок.
Она слегка наклонила голову, оценивая его реакцию.
— Если решите взять всё, придётся немного доплатить. Если не готовы платить сразу, советую уменьшить аппетит. Я, конечно, понимаю нужды новичков, но благотворительностью не занимаюсь
Кейлан кивнул, пробежав пальцами по крышке портфеля.
— А как они работают? — уточнил он, бросив взгляд на предложенные артефакты. — Не уверен, что сейчас справлюсь со всеми… да и на всё денег не хватит.
Анна задумалась, затем пожала плечами:
— Записную книжку пока можно заменить обычной, придётся поискать самому, у нас таких нет. А вот отмычка и фонарь — вещи, которые особенно полезны новичкам. Через несколько месяцев, скорее всего, они вам уже не понадобятся, но сейчас могут здорово выручить.
Кейлан нахмурился, размышляя над словами Анны. Отмычка и фонарь действительно казались полезными, но перспектива потратить почти все оставшиеся деньги заставляла задуматься.
— А условия рассрочки? — уточнил он, пытаясь понять, насколько гибкими будут выплаты.
Анна посмотрела на него с лёгкой улыбкой, словно этот вопрос звучал слишком предсказуемо.
— Рассрочку можно погасить в течение трёх месяцев.
Кейлан кивнул, обдумывая её слова. Три месяца — вроде бы небольшой срок, но даже в этот период он будет зависеть от регулярных выплат.
— А если я не уложусь в срок? — уточнил он, глядя на Анну с лёгким напряжением.
Анна слегка приподняла бровь, будто вопрос показался ей странным.
— Тогда Орден просто удержит остаток из вашей зарплаты. — Она чуть усмехнулась. — Но, скажу честно, большинство предпочитают закрыть долг раньше. Никому не хочется тянуть с выплатами дольше, чем нужно. Всё зависит от ваших приоритетов.
Кейлан задумчиво потер подбородок. С одной стороны, условия казались вполне разумными. С другой — платить в рассрочку всё равно означало долг. Он ещё раз прикинул бюджет, затем кивнул.
— Беру фонарь и отмычку.
Анна одобрительно улыбнулась и протянула ему выбранные артефакты.
— Отличный выбор. Теперь о том, как ими пользоваться. Лучше разберитесь сразу, чем бегать ко мне с вопросами потом.
Анна достала несколько бланков и чернильное перо, заполнила документ о продаже и протянула Кейлану.
— Подпишите здесь. Это стандартное соглашение о рассрочке и покупке артефактов.
Кейлан быстро пробежался взглядом по тексту — никаких неожиданностей. Он поставил подпись и вернул бумаги.
— Отлично, — кивнула Анна, убирая документы в ящик. — Сделка завершена.
Она слегка постучала пальцем по портфелю.
— Теперь это ваша ответственность. И не забывайте — магический замок удобен, но если потеряете портфель, он вам не поможет.
Кейлан усмехнулся.
— Ясно. Буду беречь.
Он закрепил фонарь на поясе, положил отмычку в карман и направился к выходу. Антикварная лавка показалась ему ещё более странным местом, чем прежде. Здесь явно продавали не просто «раритеты», но сегодня его это устраивало.
Когда дверь закрылась за ним, он глубже вдохнул прохладный воздух. Портфель с магическим замком, артефакты, первые траты — всё это делало его положение в Ордене более реальным. Больше не просто новичок, а часть системы.
Шагая в сторону дома, он прикидывал, насколько быстро сможет привыкнуть ко всему новому. Работа только начиналась.
Глава 13
Кейлан возвращался в офис, по пути заглянув в лавку канцелярских товаров. Запасшись несколькими записными книжками и ручками, он продолжил путь, наслаждаясь свежим утренним воздухом. Несмотря на загруженный день, ощущение нового начала подстёгивало его азарт.
Когда он вошёл в офис, первое, что он увидел, — Даррен и Элин, сидевших за столом с чашками чая. Они о чём-то тихо разговаривали, но при виде Кейлана Элин приподняла бровь и с усмешкой спросила:
— Надеюсь, ты не искал выход из здания всё это время?
— Ха-ха, очень смешно, — проворчал Кейлан, подходя ближе. — Заходил за портфелем, а это оказалось куда сложнее, чем я думал.
Даррен отставил чашку и кивнул:
— Один золотой в рассрочку — смех да и только. На такие деньги ничего действительно стоящего не взять. Неудивительно, что все ограничиваются портфелем и записной книжкой… или отмычкой.
— А ты что взял? — поинтересовался Кейлан.
Даррен усмехнулся, покачав головой:
— Только портфель. Хотел рассчитаться быстрее, а потом уже взять что-нибудь действительно дельное. Оказалось, что после первого месяца рассрочку в золотой можно получить только с одобрения капитана. Как дурак, два месяца мучился с обычными отмычками, пытался научиться ориентироваться в темноте и путался в записях. Если бы знал заранее, сразу бы взял всё нужное — три месяца на выплаты вполне разумный срок.
Кейлан задумался. Может, стоило всё-таки взять записную книжку?
— Я, между прочим, подошла к этому с умом, — вставила Элин, лениво покачав в руке небольшую тетрадь. — Даже портфель не брала. Я знала, чем буду заниматься, когда пришла в отдел, и сразу понимала, что остальное мне не пригодится. Всё равно я не выношу бумаги из офиса. А записи шифрую так, что никто кроме меня их не разберёт.
Даррен уважительно кивнул и перевёл взгляд на Кейлана:
— Так что взял ты, кроме портфеля?
— Фонарь и отмычку, — признался тот.
Элин хитро улыбнулась:
— Ну вот, теперь ты сможешь не только теряться в коридорах, но и в своих же записях.
Кейлан усмехнулся, не без самоиронии:
— Ну что ж, буду считать это практикой на выживание.
Даррен рассмеялся, а Кейлан, махнув им рукой, направился в сторону своего кабинета, предвкушая долгий день работы.
Подойдя к двери, он увидел, что кабинет открыт и пуст.
"Отлично. Стоит сначала разобраться с замком, а то ещё запру тут все свои вещи — перспектива потом просить помощи у капитана меня совсем не радует."
После нескольких минут возни с замком Кейлан наконец разобрался с его работой. Вошёл внутрь, скинул лишние записные книжки и ручки в ящик стола. Вытащил из портфеля отчёты Эдгара — пора было к нему заглянуть. Но сначала... магический шар.
На этот раз получилось чуть лучше, но всё ещё далеко от идеала. По крайней мере, шар не рассыпался сразу. Он хотел обдумать прогресс, но времени на это уже не оставалось — он и так сегодня задержался с покупками. Вздохнув, он собрал вещи и направился к Эдгару.
Эдгар встретил его у себя в кабинете, как всегда невозмутимый и сосредоточенный. Кейлан разложил перед ним отчёты и принялся объяснять свои выводы, стараясь звучать уверенно. Обсудив несколько документов, Эдгар пару раз поправил его заметки, уточнил важные моменты, но в целом остался доволен. В конце Эдгар откинулся на спинку кресла и кивнул, признавая проделанную работу.
— Неплохо. Разобрался быстрее, чем большинство. Впрочем, от человека, который зарывался в архивные документы, я и не ждал другого. Пока хватит, сосредоточься на других задачах. Что-то более сложное обсудим ближе к делу.
Забрав отчёты, Кейлан решил навестить Селию, но, к его разочарованию, её кабинет оказался заперт, и похоже, что пуст.
Он повернул обратно в сторону Даррена и Элин, чтобы узнать, в офисе ли Селия и где её искать, но их уже не было. Перспектива снова выслушивать шуточки Элин про заблудшего новичка его не прельщала, поэтому он предпочёл просто осмотреться в офисе, надеясь найти Селию или хотя бы Даррена.
Даррен оказался в своём кабинете. Постучавшись в открытую дверь, Кейлан спросил:
— Не знаешь, где найти Селию?
Даррен поднял взгляд от бумаг и пожал плечами:
— У неё сегодня другие задачи. Как закончишь с Эдгаром, можешь зайти ко мне — приказ капитана. Как раз думаю, чему тебя обучить.
— Я уже закончил, — сказал Кейлан. — Может, зайти попозже?
— Нет, начнём сейчас, — усмехнулся Даррен. — Пока ты не переусердствовал с магическим шаром. А то кроме теории тебе ничем заняться не получится.
Даррен сузил глаза, явно что-то прикидывая.
— Кстати, ты уже успел переусердствовать?
Кейлан помедлил, но покачал головой.
— Пока нет. Но уже практиковался, — признался он.
Даррен кивнул, но в глазах появилось предостережение.
— Практику оставляй на вечер. Особо многого ты не упустишь, а работать обессиленным — так себе идея. Тем более в поле, когда магия тебе действительно понадобится.
Даррен ухмыльнулся, откинувшись на спинку стула:
— Знаешь, я мог бы научить тебя экономить силы, правильно применять защитные техники и не истощать себя в бою. В этом я лучший в команде. Даже лучше Селии и капитана. — Он выдержал паузу, а затем добавил с усмешкой: — Но вот экономно использовать магический шар в драке... сомнительная идея.
Кейлан фыркнул, уловив шутливый тон:
— Ну раз ты такой великий маг, чему же ты тогда сможешь обучить бедного новичка вроде меня? — утрировано поинтересовался он.
Даррен усмехнулся и хлопнул по столу:
— Начнём с базового магического щита. Вообще, лучше бы с перенаправления удара, но ты по неопытности можешь отправить атаку прямо в своих. Так что пока щит. И кратковременное ускорение — иногда лучше сбежать из драки, особенно если ты один. Ну, или если будешь мешаться под ногами. — Он ухмыльнулся. — В бою есть и другие задачи, кроме как защищать новичков.
Кейлан приподнял брови, явно не ожидая, что обучение начнётся с чего-то серьёзного.
— Что, прямо сейчас? — удивлённо спросил он.
Даррен усмехнулся:
— Расслабься, до чего-то серьёзного тебе ещё далеко. — Он махнул рукой в сторону кабинета. — И здесь это лучше не практиковать. Пойдём в тренировочную комнату.
Кейлан моргнул, от удивления даже забыв на секунду возразить.
— У нас в офисе есть тренировочная комната? — недоверчиво переспросил он.
Даррен хмыкнул, приподняв бровь:
— Ну, теперь понятно, почему Элин зовёт тебя заблудившимся новичком.
Тренировочная комната оказалась просторной и хорошо освещённой. Высокие потолки, укреплённые стены и стойки с учебным оружием создавали впечатление, что здесь действительно готовят к серьёзным ситуациям.
Кейлан осторожно рассеивает созданный щит, всё ещё испуганный произошедшим. Даррен наблюдает за этим процессом с насмешливым интересом, а затем хмыкает:
— Ну вот, видишь? Уже не так плохо. Я же говорил.
— Не обязательно было стрелять в меня, чтобы доказать свою точку зрения, — раздраженно буркнул Кейлан.
Даррен пожал плечами, в его голосе скользнула насмешка:
— Стрелял не в тебя, а рядом. На случай, если ты растеряешься и потеряешь контроль над щитом. Так что всё было под контролем.
Кейлан фыркнул:
— Конечно. «Под контролем» — отличное определение, когда в тебя летит пуля.
Даррен ухмыльнулся и окинул его оценивающим взглядом:
— Ладно, раз ещё не рухнул, значит, силы остались. Тогда двигаемся дальше. Сначала попробуем ускорение, а потом займёмся физической подготовкой.
Кейлан нахмурился:
— Физической подготовкой? Ты серьёзно? О какой физической подготовке вообще речь?
Даррен покачал головой, тяжело вздохнув, будто услышал что-то абсолютно очевидное:
— Мужчине нужна сила, парень. Нужно хотя бы уметь поднять пистолет. Не всё решается магией.
Кейлан скептически посмотрел на Даррена, но спорить не стал. В конце концов, пока он действительно чувствовал себя не слишком уверенно даже с простыми заклинаниями.
— Ладно, — вздохнул он. — Давай приступим.
Даррен хмыкнул:
— Отличный настрой.
С этими словами он начал обьясняь принцип работы кратковременного ускорения, а Кейлан внимательно слушал, внутренне готовясь к очередной порции грубых шуток.
"После нескольких повторов ускорения ноги начали наливаться тяжестью, а дыхание сбилось. Даррен, не показывая ни капли сочувствия, махнул рукой в сторону мишеней."
— Ладно, пока ты не рухнул, переходим к физподготовке.
Кейлан поднял взгляд, с трудом восстановив дыхание.
— Магия хороша, но если тебе прилетит в челюсть, она тебя не спасёт. Так что, новобранец, пора укреплять то, что тебе дала природа.
Он резко бросил в Кейлана учебный нож.
— Посмотрим, насколько ты быстрый, когда тебе придётся уклоняться.
Учебный нож ударился о его грудь и со стуком упал на пол. Кейлан уставился на него, затем перевёл взгляд на Даррена.
— Ну, по крайней мере, я его не уронил сам, — пробормотал он, потирая место удара.
Даррен хмыкнул:
— Да, ты определённо прирождённый боец.
Глава 14. Ошибки в отражении
Обветшалая и маленькая квартира встречала утро тишиной, нарушенной резким звонком механического будильника. Кейлан привычно потянулся, чтобы выключить его, но тут же вскрикнул от боли в мышцах. Спина прострелила резкой судорогой, а руки словно налились свинцом. Вчерашняя тренировка с Дарреном оставила о себе напоминание.
Сев на кровати, он потёр шею и попытался размять затёкшие плечи, когда услышал голос:
— Долго же ты спишь.
Кейлан вздрогнул и резко обернулся, сердце гулко ударило в груди. Паника вспыхнула мгновенно — его убежище нарушено, и первое, что пришло в голову, это угроза. В панике он вскочил, игнорируя протестующее ноющее тело, и встретился взглядом с Селией. Сердце заколотилось быстрее. Он нахмурился.
— Что ты тут делаешь? — спросил он, а затем, осознав, что забыл элементарное, добавил: — Доброе утро.
Селия улыбнулась.
— Доброе утро, — ответила она. — Сегодня меня снова не будет в офисе. Работа неподалёку, так что решила зайти.
Кейлан провёл рукой по лицу, пытаясь окончательно проснуться.
— Я имел в виду, как ты вообще оказалась в моей квартире?
Селия вздохнула и склонила голову на бок, словно раздумывая, стоит ли объяснять очевидное.
— Ты не забыл мою специализацию? — с лёгкой насмешкой произнесла она. — К тому же, магическая отмычка — полезная вещь. Хотя для начала не мешало бы научиться пользоваться обычными. На случай, если магия вдруг окажется бесполезной. Но вряд ли тебе это пригодится в ближайшее время. Если же решишь выбрать эту специализацию позже, займёмся этим.
Кейлан недовольно буркнул:
— Можно было хотя бы постучаться, а не стоять над мной и ждать, пока зазвонит будильник.
Селия усмехнулась, но ничего не ответила. Затем развернулась и, не спеша, подошла к небольшому столику у стены.
— Пока ты спал, я сделала кофе, — сказала она, пододвигая одну из кружек ближе к нему. — Думаю, он тебе не помешает.
Кейлан потянулся за чашкой, но замер, бросив взгляд на Селию.
— Можно я сначала умоюсь? — спросил он, морщась от утренней усталости.
Селия пожала плечами.
— Только поторопись. У меня не так много времени. Мои цели спят не намного дольше, чем ты.
Кейлан скептически покосился на неё, но спорить не стал. Ванная встретила его колкой прохладой, ледяная вода обожгла кожу, помогая окончательно проснуться. Он наклонился над раковиной, проводя руками по лицу, стирая остатки сна. Боль в теле казалась ещё ощутимее — каждое движение отзывалось тянущей ломотой.
Посмотрев на своё отражение в мутном зеркале, он нахмурился. Усталый взгляд, лёгкая тень под глазами. "Нужно больше спать… или меньше тренироваться," — мрачно подумал он. Хотя Даррен бы с этим точно не согласился.
Мысли перескочили на Селию. Зачем Селия вообще пришла? Новое занятие в городе или обсудить ошибки на прошлом?
Вернувшись в комнату, он замер у стола, заметив на тарелке глазунью. Селия, как ни в чём не бывало, пила свой кофе.
Кейлан сел напротив, некоторое время молча смотрел на еду. Она уже знает, что он предпочитает омлет? Сделала это с какой-то целью?
Селия подняла взгляд, легко угадав его мысли.
— Нет, я не изучала твои вкусовые предпочтения. У меня есть и другие дела, — сказала она, ухмыляясь.
Кейлан усмехнулся, покачав головой.
— Если это повторится, я предпочту омлет.
Селия хитро улыбнулась:
— Запомню. И раз уж мы оба здесь, можем обсудить твои ошибки во прошлой тренировки.
Кейлан с вызовом посмотрел на Селию, решив не торопиться с ответом. Он разрезал яичницу, наблюдая, как густой золотистый желток растекается по тарелке, а белок остаётся мягким и ровным. Кто бы мог подумать, что Селия умеет так готовить? Неужели в её характере нашлось место для подобных навыков?
Селия заметила его реакцию и, не поднимая взгляда, спокойно прокомментировала:
— Я готовлю не только для тебя. Было время научиться.
Она не стала уточнять, когда и для кого, не сказав ничего лишнего.
Кейлан хмыкнул, про себя иронично отмечая свою детскую попытку отомстить ей за утреннее вторжение. Вряд ли у неё так много времени, чтобы он тратил его на подобные шалости. Он вздохнул и принялся перечислять свои промахи.
— Ладно, начнём с очевидного, — вздохнул Кейлан. — В толпе я выделялся слишком сильно. Вместо того чтобы слиться с окружением, я пытался спрятаться, и это сыграло против меня.
Селия медленно кивнула, скрестив руки на груди.
— Верно. Ты двигался, как человек, который не хочет, чтобы его заметили. Но в городских условиях это выдаёт тебя ещё сильнее. Люди привыкают к определённым ритмам движения. Оборванец, уличный торговец, стражник — у каждого своя динамика. А ты просто выглядел настороженным. Ошибка?
— Нужно не прятаться, а сливаться с потоком, — заключил Кейлан.
— Именно, — одобрила Селия. — Продолжай.
Кейлан отпил кофе, собираясь с мыслями.
— Я слишком сосредоточился на цели. Следил только за одним человеком и совершенно не замечал, что происходит вокруг.
Селия слегка усмехнулась:
— Ты вёл себя так, словно у тебя туннельное зрение. Видел объект, но не замечал контекста. Это может дорого стоить. Если человек профессионал, он легко поймёт, что за ним наблюдают. Ты должен воспринимать окружающее пространство шире.
— Смотреть на окружение, а не только на цель, — уточнил Кейлан.
— Верно. Иначе ты пропустишь того, кто следит за тобой.
Он кивнул, немного поморщившись от осознания своих промахов.
— И ещё, — продолжил он. — Я выбирал неправильные маршруты. Пытался идти слишком предсказуемо или, наоборот, нарочито скрытно. Это только привлекало больше внимания.
— Вот тут уже лучше, — отметила Селия. — Ты слишком переживал, что тебя могут заметить, но именно этим и выдавал себя. Иногда лучше двигаться прямо, не оглядываясь, чем пытаться спрятаться там, где прятаться неестественно. Люди чувствуют неуверенность.
Кейлан задумчиво кивнул. Ошибок было много, но теперь он хотя бы понимал, над чем работать.
Когда они разобрали всё, Селия откинулась на спинку стула и равнодушно заметила:
— Были и другие. Но мы посмотрим сегодня, сможешь ли ты их заметить. А пока доедай и собирайся, мы ещё не закончили.
Кейлан закончил завтрак, а Селия тем временем забрала посуду и принялась её мыть. Он обескураженно уставился на неё.
— Я могу сам, — произнёс он.
Селия даже не повернулась.
— Собирайся. Так мы сэкономим немного времени.
Кейлан вздохнул и направился к шкафу за одеждой. Уже начав одеваться, он услышал, как Селия, не оборачиваясь, добавила:
— Пока собираешься, вспомни хотя бы трёх человек, которых ты видел по дороге домой.
Рука Кейлана замерла на застёжке рубашки. В голове вспыхнул образ наставника.
Селия услышала его резкую остановку и спокойно спросила:
— Был кто-то интересный?
Кейлан чуть замешкался, но затем кивнул.
— Один знакомый. Но я не хочу о нём говорить.
Селия взглянула на него через плечо и чуть приподняла бровь, но не стала настаивать.
— Даже при нашей работе можно иметь свои секреты. — Она пожала плечами. — И всё же, знакомые не считаются. Так что расслабься и подумай получше.
Выйдя на улицу, Селия кинула на него короткий взгляд и заговорила:
— Для начала проверим твою память. Смотри внимательно.
Она указала на оживлённую площадь впереди.
— Через пять минут я спрошу тебя про одного из этих людей. Вспомни его. Внешность, одежду, движения, любые детали.
Кейлан кивнул, задержав взгляд на толпе. Он выискивал того, кто мог бы запомниться: старик с тростью, торговец, разносчик газет, девушка в плаще…
Минуты тянулись, пока он выбирал. Затем Селия резко спросила:
— Кто стоял у киоска с выпечкой?
Кейлан замер. Он был уверен, что правильно выбрал цель… но что, если нет?
После короткого раздумья он дал ответ:
— Мужчина средних лет, с небольшой лысиной, одет в тёмно-серый плащ, на плече коричневая кожаная сумка. В руках держал свёрток, скорее всего, с едой. Вроде бы правша — брал выпечку правой рукой, сдачу спрятал в правый карман. Шёл расслабленно, но иногда оглядывался, будто кого-то ждал. Селия оценивающе кивнула:
— Неплохо, но ты пропустил одну деталь. Мы повторим это позже.
Они продолжили путь, но вскоре Селия вновь остановилась.
— Теперь попробуем кое-что сложнее. Представь, что за тобой следят, но твоя задача – не просто скрыться, а заставить меня поверить, что ты свернул в другом направлении. Используй окружение, Кейлан. Люди, здания, движение – всё в твоих руках. Я буду наблюдать.
Кейлан почувствовал лёгкое напряжение. Теперь задача изменилась. Ему нужно было слиться с городом, скрыться…
Он глубоко вдохнул и двинулся вперёд, пытаясь проанализировать ситуацию. Выйти за угол и резко сменить маршрут? Смешаться с толпой? Или зайти в ближайший магазин и выскользнуть через другой выход? Кейлан понимал, что любой его выбор будет тут же проанализирован Селией. Нужно было что-то неожиданное.
Он ускорил шаг, сливаясь с потоком людей, затем свернул в узкий переулок, ведущий к небольшому рынку. Кейлан чувствовал напряжение в спине – слишком много думал о каждом шаге. Это было ошибкой. Если человек думает, как скрыться, его движения становятся неестественными. Он постарался расслабить плечи, дышать ровно. Просто часть улицы, часть людей.
Пройдя через ряды торговцев, он заметил небольшой магазинчик с двумя выходами.
Где-то позади могла быть Селия. Или уже впереди? Он знал, что она могла бы обойти его, предугадать маршрут. Нужно было сломать логику.
'Если бы я следил за собой, куда бы я посмотрел в первую очередь?'
Магазины. Витрины. Узкие переулки.
Значит, не туда.
Выйдя на другую улицу, он проверил отражение в витринах – Селии не было. Возможно, он оторвался? Или она просто ждёт, пока он сам допустит ошибку?
Он продолжил движение, меняя темп – сначала ускоряясь, затем резко сбавляя шаг, чтобы сбить возможное преследование. Проходя мимо группы рабочих, он на секунду замешкался, затем схватил ближайший ящик и, словно один из них, двинулся дальше. Логика проста – если он будет выглядеть как часть группы, его труднее будет заметить.
Пару минут он двигался среди рабочих, а затем осторожно свернул в очередной переулок. В голове стучала мысль – удалось ли ему скрыться?
Но едва он расслабился, как за спиной раздался знакомый голос:
— Неплохо. Но ты забыл про отражения.
Кейлан обернулся – Селия стояла в паре шагов от него, скрестив руки на груди. Он нахмурился.
— Как давно ты меня нашла?
— С момента, когда ты слишком резко сменил темп. Люди так не ходят, если только не боятся, что за ними следят. — Она усмехнулась. — И, кстати, ты неплохо влился в группу рабочих. Но всё испортил тот момент, когда посмотрел на витрину. Те, кто не хочет быть замеченным, не сверяют своё отражение.
Его пальцы непроизвольно сжались. Он вспомнил этот момент – взгляд в стекло, всего на секунду. Тогда он подумал, что это хорошая идея, но теперь понимал свою ошибку.
'Так глупо…'
Конечно, опытный преследователь не стал бы смотреть в отражения – они бы просто шли дальше, полагаясь на периферийное зрение, на ощущения. А он… он себя выдал.
Он кивнул, принимая поражение.
— Это не повторится, — сказал он, скорее самому себе.
Селия скептически подняла бровь, но ничего не сказала. Возможно, впервые за всё время он действительно усвоил урок.
Кейлан выдохнул, поняв свою ошибку. Он был слишком осторожен – и именно это его выдало.
— Хороший урок, — признал он.
— Вот именно. Запомни, в слежке часто важны не только маршруты, но и детали. Завтра попробуем ещё раз, а пока… — Селия бросила на него внимательный взгляд. — Думаю, на сегодня хватит. Разберёшь свои ошибки?
— Сможешь? — уточнила она, внимательно глядя на него.
— Смогу, — уверенно начал Кейлан, но потом, немного помедлив, добавил: — По крайней мере, большую часть.
Селия улыбнулась, явно довольная его реакцией.
— Вот и хорошо. Мне пора на работу, да и тебе тоже. Но не ищи капитана, его сегодня не будет.
Кейлан кивнул, прощаясь. Однако, уже повернувшись, он осознал, что не знает, чем заняться без капитана. Остановившись, он развернулся, чтобы спросить у Селии… но её уже не было. Перед ним простиралась оживлённая улица, но от неё не осталось и следа.
Он сделал пару шагов вперёд, выискивая её среди прохожих, но тщетно. Никаких следов, даже намёка на знакомую фигуру. Будто растворилась в воздухе.
Кейлан выругался про себя. Это было не первое её исчезновение, но всё равно раздражало. Он знал, что Селия умела уходить бесшумно, но он даже не мог понять, в какую сторону она направилась.
Он провёл ладонью по лицу и выдохнул.
Внутри зашевелилось странное ощущение – смесь досады и смирения. Он проиграл. Снова. Пока он пытался разобраться в своих мыслях, Селия уже ушла, не оставив ни единого шанса её догнать. Это был урок. Очередной. И он его провалил.
Глава 15. Где тонко
Тишина утреннего офиса нарушалась только звуками капающего кофе и приглушёнными голосами. В воздухе витал знакомый аромат свежемолотых зёрен, перемешанный с лёгким запахом бумаги и чернил. Кейлан прошёл через коридор, на мгновение задерживаясь у дверного проёма. Он сразу заметил Даррена и Райана, удобно расположившихся за столиком. Оба выглядели расслабленными, словно именно этот момент был для них самым спокойным за весь день.
— Смотри-ка, кто пришёл, — усмехнулся Даррен, держа в руках кружку с парящим напитком. — Живой? А я думал, после вчерашнего ты не встанешь.
Кейлан хмыкнул, подходя ближе. После вчерашних тренировок тело протестовало против каждого движения, но он делал вид, что всё в порядке.
— Почти, — с самоиронией отозвался он. — Думаю, ещё пару таких дней, и я начну считать хромоту своей новой походкой.
Даррен усмехнулся, делая большой глоток кофе.
— Хороший настрой. Хотя лучше, если ты ещё и двигаться сможешь. Кто знает, вдруг тебя завтра снова вызовут на тренировку? — Он подмигнул, явно наслаждаясь ситуацией.
— Спасибо за поддержку, — сухо ответил Кейлан.
Райан, который до этого просто молча наблюдал за разговором, наконец заговорил:
— Капитана сегодня не будет.
— Я уже знаю, — ответил Кейлан, присаживаясь к ним. — Селия сказала.
Даррен ухмыльнулся, наклоняя голову в сторону.
— Ого, неужели тебе удалось угостить красавицу завтраком?
Кейлан ухмыльнулся в ответ.
— На самом деле, это она угостила меня.
Даррен вздёрнул бровь, а Райан слегка покачал головой, делая очередной глоток кофе.
— Не удивительно. У неё слишком много обязанностей, — спокойно заметил он. — Видимо, просто не нашла другого времени. Не сердись, она не станет нарушать твои границы без необходимости. Вам нужно время, чтобы поладить.
Кейлан кивнул. Он не знал, что именно он должен чувствовать по этому поводу, но слова Райана имели смысл.
— Посмотрим, — только и сказал он.
Он огляделся по сторонам, чувствуя себя немного не у дел. Обычно капитан давал ему чёткие инструкции на день, но сейчас его не было. А самостоятельно разбираться, чем заняться, он пока не привык.
— Впрочем, теперь даже не знаю, чем заняться, — признался он. — Без капитана я как-то… бездельник.
Даррен фыркнул.
— Пора бы уже проявить хоть немного инициативы, — он театрально вздохнул. — Ты же не ребёнок. Найди себе работу. Вон, спроси, у кого есть на тебя время.
Кейлан покачал головой и с лёгкой ухмылкой посмотрел на них.
— У вас есть время?
Райан резко перевёл взгляд на Даррена и усмехнулся.
— Ты только что сам придумал себе работу, — заявил он.
Даррен изобразил крайнюю степень негодования.
— Эй! Это несправедливо! Я уже обучал его вчера! Пусть теперь это будет твоя забота! Вот для чего нужна инициативность.
Райан пробормотал что-то себе под нос, явно не слишком довольный внезапно навязанной обязанностью.
— Ладно, — сказал он, делая последний глоток кофе. — Подожди в своём кабинете. Мне нужно допить это и… слегка подготовиться.
Кейлан усмехнулся, но ничего не ответил. Развернувшись, он направился в свой кабинет, зная, что впереди его ждёт что-то интересное — по крайней мере, скучать ему точно не дадут.
Кейлан сидел за своим столом, склонившись над блокнотом, и перечитывал утренние записи. Его почерк местами был сжатым и напряжённым — следствие попыток разобрать ошибки, допущенные на занятии с Селией.
Она не терпела лишних движений. «Каждое действие — с чёткой целью», — повторяла она несколько раз, как будто вдалбливала это в его сознание. Он перечеркнул очередную фразу, пробежался взглядом по записям и на мгновение закрыл глаза.
Щелчок двери вывел его из размышлений.
— Давай, удиви меня, — произнёс Райан, входя без стука.
Кейлан медленно поднял голову, держа карандаш на весу.
— Чем именно? — лениво протянул он. — Почерком, анализом собственных ошибок или тем, что я ещё не сбежал?
Райан коротко фыркнул, подойдя ближе.
— Если не сбежал — значит, есть надежда. Сегодня займёмся чем-то полезным.
Он окинул взглядом записи на столе и кивнул.
— Разбираешь ошибки?
— Разбираю, — подтвердил Кейлан, делая ещё одну заметку. — Или, скорее, в очередной раз прокручиваю в голове, как я их сделал.
— Полезно, но недостаточно. Если не хочешь повторять их снова, учись видеть дальше своих действий. — Райан кивнул в сторону двери. — Вставай. Раз капитана нет, у тебя появилось время заняться реальным делом.
Кейлан закрыл блокнот, потянулся, разминая плечи.
— Что-то мне подсказывает, что это будет не просто лекция.
— Ты быстро схватываешь. Это хорошо, — без эмоций заметил Райан.
Кейлану отчего-то казалось, что, если бы он сказал обратное, обучение было бы ещё жестче.
Он встал, следуя за Райаном, и уже через минуту они оказались в соседней тренировочной комнате.
Райан вытянул руку, и в воздухе перед ним возник полупрозрачный магический барьер, пульсирующий ровным светом.
— Даррен упоминал, что ты уже знаешь, как работают магические щиты, — заметил он, не оборачиваясь.
Кейлан подошёл ближе, ощущая от барьера лёгкое магическое давление.
— В общих чертах. Они перераспределяют энергию, могут отражать или поглощать удары.
— Верно. Но это только часть картины. Давай проверим, насколько ты понял самое главное.
Он сложил руки на груди, наблюдая за Кейланом.
— Как ты собираешься его сломать?
Кейлан прищурился, протянул руку к барьеру и несильно надавил. Щит даже не дрогнул, но он почувствовал, как его энергия отталкивает любое воздействие, как эластичная ткань.
— Если пробивать его магией, он перераспределит удар.
— Хороший вывод. А если физически?
Кейлан собирался ткнуть в барьер пальцем, но Райан приподнял бровь и небрежно сказал:
— Твой инстинкт — сразу проверить на прочность?
Райан прикрыл глаза на пару секунд, как будто собирался с терпением, а затем посмотрел на Кейлана с лёгким прищуром.
— Ты же понимаешь, что такие импульсивные решения однажды тебя убьют?
— Эм… да?
— Ошибка. Если ты не знаешь, как защита реагирует, ты можешь запустить неизвестный механизм. В лучшем случае тебя просто откинет. В худшем — поднимешь тревогу или сам себя поджаришь.
Кейлан убрал руку и сосредоточился. Он провёл ладонью вдоль поверхности, пытаясь почувствовать разницу в плотности магии.
Вблизи щит напоминал жидкое стекло, застывшее в постоянном движении. Там, где он был прочнее, ткань магии была гладкой, плотной, а в уязвимых точках — дрожала, как поверхность натянутой струны.
Он оглянулся на Райана.
— Здесь слабая точка.
Тот кивнул.
— Что ты собираешься с ней делать?
Кейлан задержал дыхание, сосредоточившись на тонком вибрирующем участке щита.
— Давить? — предположил он.
Райан качнул головой.
— Ты ведь уже понял, что грубая сила не всегда лучший вариант. Попробуй иначе.
Кейлан кивнул, отступил на шаг и сконцентрировал небольшой импульс энергии прямо на слабой точке. Барьер дрогнул, но не исчез. Он нахмурился, пытаясь понять, в чём ошибка.
— Не спеши, — спокойно сказал Райан, наблюдая за его действиями. — Щиты распределяют энергию. Но если ты воздействуешь точечно и с нужной частотой…
Кейлан попробовал снова, но на этот раз не просто влил энергию, а направил её коротким, почти вибрирующим импульсом.
Щит дрогнул, завибрировал и растворился, словно растаявшая в воздухе дымка.
Он моргнул, едва веря, что это сработало.
Райан слегка склонил голову.
— Уже лучше. Видишь, если что-то кажется прочным, это не значит, что у него нет слабых мест. Просто нужно их правильно использовать.
— И в следующий раз, когда передо мной встанет магическая стена, я просто заставлю её «задрожать»? — сухо уточнил Кейлан.
— Примерно так. Хотя ты можешь попытаться ударить в неё с разбега. Будет весело смотреть.
Кейлану показалось, что это была шутка. Хотя…
Райан убрал руки в карманы и вытащил небольшой артефакт — тёмный камень с выгравированными рунами, слегка затёртыми по краям.
— Теперь другая задача. Определи, что это.
Он положил камень на стол.
— И без магии, — добавил он, заметив, как Кейлан уже собирался его «прощупать» заклинанием.
Кейлан нахмурился, взял артефакт в руки.
— Легче, чем кажется… — пробормотал он.
Он повертел камень в пальцах, чувствуя его странную гладкость, словно поверхность была обработана не обычными методами. Чуть холоднее, чем должна быть, но не настолько, чтобы казаться ледяной.
— Вес меньше, чем кажется, — продолжил он вслух. — Либо полый, либо зачарован на облегчение.
— Дальше.
Кейлан провёл пальцем по рунам, стараясь разобрать их.
— Они частично стёрты… Значит, либо артефакт изменили, либо пытались скрыть его функцию.
Он прищурился, вспоминая, какие эффекты могут сопровождаться подобными свойствами.
— Температура… — пробормотал он, медленно складывая воедино информацию. — Возможно, подавляет магию?
Райан кивнул, забирая артефакт обратно.
— Верно. Это устройство, снижающее уровень магического фона в небольшом радиусе. Полезно против неопытных магов, которые слишком полагаются на свою энергию.
— А если бы я попытался его активировать?
— В лучшем случае он бы просто ослабил твои способности. В худшем… — Райан многозначительно пожал плечами.
Кейлан прикинул, что, скорее всего, его просто «выключило» бы на несколько секунд. Неприятно, но терпимо.
Райан кивнул.
— Хороший анализ. Но помни: если не знаешь, что делает артефакт — лучше не проверять это на себе.
Он спрятал камень обратно в карман и подошёл к двери.
— А теперь посмотрим, насколько хорошо ты умеешь обходить магические ловушки.
Кейлан выдохнул.
«Ну конечно. Я так и знал, что на этом не закончится…»
Райан подошёл к стене и провёл рукой по её поверхности. Мягкое свечение вспыхнуло в воздухе — на первый взгляд невидимая защита теперь обрисовала контур тонких пересекающихся линий, словно паутина, раскинувшаяся по всему проходу.
— Представь, что тебе нужно пробраться в охраняемое здание, не вызвав тревогу, — спокойно сказал он. — Система реагирует на магическое присутствие и любое резкое движение.
Кейлан прищурился, внимательно осматривая поле перед собой.
— Какой уровень сложности?
— Минимальный. Для детей, — бросил Райан с лёгкой усмешкой.
Кейлан фыркнул.
— Значит, я опоздал на ясли.
Он сделал осторожный шаг вперёд. В ту же секунду защита вспыхнула ярким красным и исчезла.
Райан устало выдохнул.
— Тебе даже не нужно было двигаться. Уже ошибка.
— Чего? — Кейлан озадаченно посмотрел на него.
— Ты не подумал, что сенсоры фиксируют не только шаги? Тепло, уровень магического фона, даже изменение воздушных потоков — всё это может выдать твоё присутствие.
Кейлан сжал губы, снова сосредоточившись на защите. Он наблюдал за мерцающими линиями, стараясь найти закономерность.
Через несколько секунд он заметил: в одном месте поле будто «дрожало», линии там смещались чуть иначе, чем в остальных участках.
— Здесь что-то странное…
— Продолжай.
Кейлан шагнул чуть ближе, двигаясь медленно, следя за ощущениями. Он вытянул руку, ощущая, как магическое давление меняется в разных точках.
Там, где линии дрожали, поле казалось менее стабильным.
— Это слепая зона?
— Проверим.
Кейлан осторожно шагнул в эту область. Ничего не произошло.
Райан кивнул.
— Хороший глаз. Запомни, в любой системе есть ошибка. Если она есть у людей — она будет и у их магии.
Кейлан выдохнул.
— На сегодня всё?
— Почти.
Райан скрестил руки на груди, изучая его.
— Разберём, что ты усвоил.
— Первое, — начал Райан. — Щиты не абсолютны. Всегда ищи слабые места.
Кейлан кивнул.
— Второе. Не трогай артефакт, если не знаешь, что он делает.
— В этом я уже убедился.
— И третье. Когда имеешь дело с магической защитой, не полагайся только на зрение. Чувствуй пространство, ищи логику в её работе.
Райан замолчал на мгновение, словно обдумывая что-то.
— Иногда знания — единственное, что у тебя остаётся. Надеюсь, тебе никогда не придётся разбираться в этом в одиночку.
Что-то в этих словах заставило его сжать кулаки.
Райан говорил безэмоционально, но Кейлан почувствовал что-то скрытое под поверхностью. Словно этот человек знал, что такое остаться одному, без знаний, без выхода.
Он открыл было рот, но Райан уже развернулся к двери.
— На сегодня достаточно. Завтра будет сложнее.
Дверь закрылась.
Кейлан выдохнул и провёл рукой по лицу.
— Почему я не удивлён?
Он посмотрел на блокнот, в котором делал пометки в начале дня. Сегодня к ним добавилось кое-что более важное.
Глава 16. Мой звёздный момент
Кейлан провел пальцами по страницам блокнота, перечитывая сделанные записи. После урока с Селией он детально разобрал ошибки в наблюдении и движении. Она была права: он слишком концентрировался на сокрытии, а не на слиянии с окружением. Если кто-то старается стать невидимым, его заметят в первую очередь. Важно не прятаться, а быть частью пространства, выглядеть естественно. Он записал несколько ключевых пунктов:
Оставаться в потоке людей — Он пытался двигаться резко, чтобы скрыться, но это сразу бросалось в глаза. Как отслеживать ситуацию, если единственный возможный угол обзора слишком узкий?Использовать периферийное зрение — Он фиксировал цель, но стоило ему задержаться взглядом, как его могли заметить. Как отслеживать ситуацию, если единственный возможный угол обзора слишком узкий?Контролировать позу и дыхание — Когда он нервничал, плечи напрягались, а дыхание становилось резким. Нужно ли охранять расслабленность, если ситуация уже вышла из-под контроля?
Затем он перешел к записям по Райану. Магические технологии… Если раньше он воспринимал их как нечто сложное и недоступное, то теперь видел в них систему, которую можно изучить. Магия и техника — это не две противоположности, а взаимодополняющие элементы. От Райана он вынес три ключевых принципа:
Магическая защита может быть неочевидной — Он пытался разрушить барьер силой, но энергия только перераспределялась. Что делать, если слабые места недоступны или магический щит адаптируется к попыткам его сломать?Любой артефакт может скрывать ловушку — Он видел артефакт, но не знал его функций. Попытка активировать могла бы привести к неизвестным последствиям. Что делать, если проверка свойств артефакта невозможна?Магические структуры содержат ошибки — Он предположил, что защита работает идеально, но на деле у неё были уязвимости. Что делать, если у защиты нет видимых слабых мест?Слепая вера в магию — риск —Рядом может быть подавляющий магию артефакт. Как понять это заранее, или как действовать, если магия становится нестабильной прямо в процессе заклинания?
Кейлан закрыл блокнот и отложил его в сторону. Теперь пора вернуться к магическому шару.
Он выпрямился, поднял ладонь и сосредоточился. В прошлые разы он либо создавал слишком слабый, нестабильный сгусток, либо терял контроль из-за избытка энергии. Учитывая советы Даррена о контроле пространства и Райана о точности управления энергией, он изменил подход.
Медленный вдох. Он представил, как потоки магии собираются в его ладони, но не позволил им хаотично разрастаться. Четкая сфера, стабильный контур. Он сосредоточился на равномерном распределении энергии, а не на её накоплении в одной точке. Шар вспыхнул слабым голубоватым светом, но не дрожал, как раньше. Кейлан удерживал его дольше, чем прежде.
— Намного лучше, — пробормотал он.
Он попробовал еще раз, затем снова. Каждый раз шар становился ровнее, а его форма — стабильнее. Он чувствовал, что наконец понимает процесс. Осознание давало уверенность, а уверенность укрепляла контроль. После множества повторений он ощутил легкую усталость.
Пока ещё оставались силы, нужно было проверить у Винсента, всё ли он делает правильно. Магия — сложная наука, и, возможно, есть детали, которые он не учёл. Он собрал записи и отправился в кабинет теоретика, намереваясь показать магический шар и получить обратную связь.
Винсент встретил Кейлана с привычной непроницаемой усмешкой. Он скрестил руки на груди, лениво оглядел ученика и вместо формального приветствия бросил:
— Давай не будем тратить время. Покажи, что у тебя получается.
Кейлан глубоко вдохнул, поднял ладонь и сосредоточился. Магия стекалась в одну точку, закручиваясь в сферу. На этот раз он был уверен, что контролирует процесс. Шар получился стабильным, его поверхность дрожала, но не распадалась. Он даже позволил себе легкую усмешку.
— Доволен? — спросил он, взглянув на Винсента.
Винсент приподнял бровь, словно оценивая работу, затем протянул руку и без лишних слов запустил в пространство едва ощутимый поток нестабильной энергии.
Мгновенно магический шар задрожал. Сначала слабая вибрация, затем резкий рывок энергии — и шар рассыпался на отдельные вспышки света.
— Ну, почти, — безэмоционально заметил Винсент, наблюдая за разочарованием на лице Кейлана. — Но этого недостаточно.
— Ты же… — Кейлан раздражённо выдохнул, глядя на пустую ладонь. — Ты вмешался. Это не было честным тестом.
Винсент хмыкнул и чуть склонил голову набок.
— А ты думал, магия будет работать в идеальных условиях? Нет никакого «честного теста», когда ты окажешься в реальной ситуации. Она либо выдерживает воздействие, либо ломается. Пока твоя магия ломается.
Кейлан сжал пальцы в кулак, пытаясь подавить раздражение. Он знал, что Винсент прав, но осознание этого не делало поражение менее болезненным.
— Ты пытался контролировать магию, но не чувствовал её, — спокойно продолжил Винсент. — Ты держишь поток, но не позволяешь ему дышать. Давай ещё раз. И на этот раз не сражайся с ним, а слушай.
Кейлан выдохнул и закрыл глаза. Он вспомнил уроки Даррена и Райана, их слова о балансе и адаптации. Вместо того чтобы держать магию в жестком каркасе, он решил подстроиться под её ритм.
На этот раз шар появился быстрее. Он больше не сжимал потоки в одной точке, а позволял им течь. Когда Винсент вновь создал возмущение, Кейлан почувствовал это заранее. Он изменил распределение энергии, позволяя сфере подстраиваться, словно парус, принимающий ветер, а не сопротивляющийся ему.
Шар дрогнул, но не рассыпался.
Кейлан усмехнулся и поднял взгляд на Винсента.
— Лучше? — спросил он, в голосе прозвучала нотка вызова.
Винсент коротко кивнул.
— Уже похоже на магию, а не на детские эксперименты. Но ты ещё далек от совершенства. Следующее задание.
Он вытянул две ладони, а затем свел их чуть ближе, словно показывая взаимодействие двух потоков.
— Создавай два шара сразу. Когда освоишь это, начнёшь придвигать их друг к другу и обратно, следя, чтобы их потоки не мешали друг другу, но оставались стабильными.
Кейлан невольно поморщился.
— И когда я должен это освоить? Сейчас?
— Нет, завтра к утру, — усмехнулся Винсент. — Но если справишься раньше, не забудь удивить меня.
Кейлан тяжело вздохнул. Испытания становились сложнее, но теперь он чувствовал азарт. Он не мог остановиться на полпути.
Вернувшись к своему кабинету, забрать вещи после тренировки с Винсентом. Кейлан закрыл за собой магический замок, и на мгновение усомнился. Если существует магическая отмычка, то насколько надежен сам замок?
Мысль не давала покоя. Он уже собирался опробовать отмычку на своем портфеле, но вовремя остановился. Если повредит замок, то новый портфель себе позволить не сможет. Кабинет выглядел более подходящей целью для эксперимента. Он осторожно достал отмычку и вставил её в замок. Но ничего не произошло.
Кейлан нахмурился. Он неправильно воспользовался отмычкой или защита кабинета слишком сильна? Он уже собирался повторить попытку, когда его мысли резко прервало ощущение сильных изменений магических потоков. С одной стороны нарастало напряжение, вызывая у него инстинктивное ощущение угрозы.
"Щит не выдержит."
Магические потоки вокруг начали искривляться, вибрация от предстоящего удара нарастала. Кейлан не раздумывал — рука уже сорвала печать с магического замка. Дверь распахнулась, но даже мгновение заминки могло стоить ему слишком дорого.
Магия вспыхнула в его ногах, и он буквально влетел внутрь, захлопывая дверь за собой. В тот же миг коридор озарила вспышка, и взрыв ударил по пространству.
Спина вжалась в дверь, дыхание сбилось. Он едва осознавал, что сделал всё правильно. Если бы он не ускорился…
Кейлан не понял, что происходит, но осознал, что шум слышал не только он. Остальная команда наверняка уже спешит разобраться с ситуацией. Он вытащил пистолет и быстро проверил магазин. Оружие заряжено. Промелькнула неприятная мысль — он так и не научился стрелять. Но времени на сомнения не было.
Набросив магический щит, он подумал: "Нужно учесть магические потоки, иначе враг его просто рассеит" - Затем глубоко вдохнул, распахнул дверь и направил ствол в сторону источника магических колебаний.
На другом конце коридора стоял Оуэн Дракмор. Остальная команда уже бежала к нему.
Кейлан резко развернулся, ожидая, что атака прилетит с другой стороны. В последний момент он присел, чтобы избежать возможного удара. Но… за его спиной никого не было.
— Тут никого, — хмуро бросил Оуэн, сужая глаза. — Теперь объясни мне, что здесь происходит.
Кейлан сглотнул и попытался быстро объяснить:
— Я почувствовал всплеск энергии, спрятался в кабинете, а затем услышал взрыв.
— Это была моя атака, — спокойно сказал Оуэн.
Кейлан моргнул, в полном недоумении глядя на него.
— Ты… что?
— Сработала магическая сигнализация, — пояснил Оуэн, будто говорил очевидные вещи. — Разумеется, я бил первым.
Кейлан понял, что даже не предположил подобного развития событий. Сглотнув, он признался:
— Я… пытался опробовать магическую отмычку на кабинете.
Оуэн посмотрел на него так, будто перед ним был безнадежный идиот. Секунду он молчал, а затем голос Элин нарушил напряженную тишину. Она засмеялась.
— Ты серьёзно?!
Даррен фыркнул и бросил шутку.
— Знаешь, Кейлан, если уж взламывать кабинет, так хоть убедись, что сигнализация отключена.
Райан разочарованно покачал головой.
— Я же только утром объяснял тебе, как работает магическая сигнализация, — протянул он. — Даже не думал, что у тебя хватит глупости вот так взять и проверить её на себе.
Кейлан хотел что-то возразить, но его спас Винсент.
— Он только что почти истощился тренировкой, — сухо заметил он. — Вероятно, это повлияло на его рассудительность.
Остальные понимающе кивнули. Даррен шагнул ближе и внимательно осмотрел Кейлана, потом покачал головой.
— Я уже предупреждал тебя не истощаться в начале дня, — сделав паузу он продолжил. — Так вот, лучше вообще никогда не истощаться. Это может привести к когнитивным искажениям.
Затем он обернулся к остальным.
— Разберусь с ним. Остальные могут расходиться, он не сделает больше ничего глупого.
Оуэн отключил сигнализацию, которую Кейлан даже не заметил. Прежде чем уйти, он бросил:
— Завтра зайдёшь к капитану. Потом ко мне.
Кейлан смотрел вслед уходящему Оуэну, и в груди разливался неприятный холод. Капитан. Завтра. Он не знал, чего ожидать, но внутренний голос уже твердил, что это будет неприятный разговор.
Он представил строгий взгляд капитана, который ожидает от него внятных объяснений.
Что он скажет? "Я просто решил попробовать отмычку на своём кабинете"?
Будут ли это отчёт, выговор, наказание? Кейлан сглотнул. Последствия его поступка становились реальными.
— Эй, — раздался голос Даррена. Кейлан вздрогнул и посмотрел на него. — Нам нужно серьёзно поговорить.
Кейлан едва удержался от тяжёлого вздоха. Отлично, ещё и Даррен начнёт читать лекции.
— Конечно… — выдавил он.
Даррен усмехнулся:
— В баре.
Кейлан моргнул, потом закатил глаза, но на этот раз улыбнулся.
Глава 17. Что остаётся после
Тусклый свет ламп мерцал на отполированном дереве стойки. В воздухе смешивались запахи пряного рома, древесного дыма и лёгкой сырости – неизменных спутников таверны, где каждый мог найти утешение в забытьи или коротком отдыхе от тяжелых мыслей. Даррен сидел напротив меня, откинувшись на спинку стула, держа в руках кружку с тёмным элем.
— Ты выглядишь так, будто тебя пропустили через пару заклинаний без защиты, — заметил он, приподняв бровь. — Держи, выпей.
Он подтолкнул ко мне кружку. Я взял её, но пить не спешил. Ощущение пустоты всё ещё сковывало изнутри, по капле вытягивая энергию. Даррен же просто наблюдал, не торопя.
— Никто не ждёт первого истощения, — Даррен чуть поморщился, будто вспоминая что-то неприятное. — Оно просто берёт тебя за шкирку и швыряет в грязь. Я думал, что умираю. Что больше не смогу сдвинуться с места. Но, знаешь, самое паршивое в этом?
Я покачал головой, не находя в себе сил говорить.
— Самое страшное — это беспомощность. Когда твоя магия, твоя кровь, твоя сущность просто... отказываются работать. Остаётся пустота. Будто ты всю жизнь умел летать — и вдруг падаешь.
Он сделал глоток и усмехнулся:
— Маркус тогда чуть не взорвался. Орал, что если я ещё раз так сделаю, он швырнёт меня в пустоши и забудет. Но... знаешь, в его голосе был страх. Он боялся не за меня. Он боялся, что не успеет в следующий раз.
Я внимательно смотрел на него, ловя каждую деталь в его голосе, мимику. Он говорил это не просто так.
— И что потом? — наконец спросил я.
— Потом? — Он опёрся на стол, сцепив пальцы. — Потом я научился контролировать себя. Выдерживать. Планировать. Истощение — это не просто усталость. Это предупреждение. Если ты довёл себя до края, значит, ты сделал что-то не так.
Я отставил кружку и потер виски. Голова гудела, но слова Даррена проясняли мысль, которую я не мог до конца осознать.
— Какие могут быть последствия? — спросил я.
Даррен нахмурился, словно взвешивая, стоит ли говорить.
— Слабая перегрузка — временная потеря сил, сбитый контроль, необдуманные действия, которые ты даже не осознаёшь в моменте. Организм восстанавливается, но... не сразу. Средняя — начинает рушиться связь с магическим потоком. Заклинания сбоят, ощущения путаются. Время будто растягивается или схлопывается. — Он сделал паузу. — Но тяжёлая… Тяжёлая перегрузка может изменить тебя навсегда. Разорванные потоки, нестабильность заклинаний, непредсказуемые эффекты. Иногда маги перестают слышать свою силу. Или, наоборот, слышат слишком многое. И далеко не всегда это можно исправить.
Я сжал кулаки, пытаясь подавить дрожь. Всё, что он говорил, звучало чересчур реально. Возможно, даже слишком.
— Был случай... — Даррен сделал ещё один глоток, глаза его затуманились. — Один парень. Он был хорош. Быстр, умён. Но перегрузил себя в бою. Думал, что справится. Вместо этого его тело начало разваливаться. Ты понимаешь? Магия... она пыталась удержать его, но не могла. Кожа менялась, кости плавились, словно реальность не могла решить, какой он должен быть.
Он глубоко вдохнул и посмотрел мне прямо в глаза.
— Если бы не Маркус, его бы не стало. Даже так, он никогда не был прежним. Магия уже не слушалась его. Иногда она вспыхивала, как пламя в шторм, а иногда... просто исчезала. Один раз он едва не растворился в воздухе. Мы так и не поняли, что это было.
Даррен сделал паузу, затем кивнул, словно вспоминая что-то ещё.
— Теперь он просто живёт. Орден выделил ему дом, работу, заботится... и наблюдает. Мы ведь не можем позволить, чтобы он однажды проснулся другим человеком. Такое бывает, когда кто-то теряет магию... не все с этим справляются.
Я задумался, пытаясь представить, каково это — быть магом, а потом просто... перестать быть им.
— Регулярные отчёты перед Орденом... не самая лёгкая жизнь. — тихо заметил я.
Даррен покачал головой, глядя в кружку.
— Потерять магию… особенно когда ты в ней чертовски хорош, когда знаешь, что мог бы стать кем-то великим... Это хуже любых отчётов. Намного хуже. А видеть, как другие используют её, будто ничего не изменилось. Особенно если ты был лучшим среди них. Вот что действительно ломает.
Его слова повисли в воздухе, словно весомее стали от собственной правды. Я сделал глоток — и впервые почувствовал вкус. Горечь, терпкость, тепло. Немного реальности среди зыбкости усталости.
— Так что, мне стоит радоваться? — попытался я усмехнуться, но в голосе прозвучала усталость.
Он сделал глоток, на секунду задумавшись, затем усмехнулся:
— Можешь сказать спасибо Винсенту и Маркусу. Они нашли способ сделать первое истощение безопасным, насколько это вообще возможно. Винсент выдвинул теорию: если перед этим не использовать сложные заклинания, а сосредоточиться на потоках и магических шарах, маги лучше поймут свои пределы. На бумаге звучало красиво, но на деле... — Даррен хмыкнул. — Никто просто так не истощался.
Даррен откинулся назад, ухмыляясь.
— Маги не могли истощить себя таким способом. Просто уставали и переставали использовать магию. Даже месяцы тренировок ничего не меняли. Тогда они обсудили это с Райаном и добавили простые защитные заклинания и работу с магическими структурами. Вот это уже дало результат. Слабые истощения, но достаточно, чтобы почувствовать грань. А потом Маркус протолкнул протоколы в Орден — и систему обучения скорректировали.
Он хмыкнул и постучал пальцем по столу.
— Так что твоя простенькая ошибка с отмычками на самом деле повод для радости. Именно поэтому мы здесь — празднуем.
Я саркастически отозвался:
— Надо было тогда отметить ещё и то, что Оуэн меня не поджарил.
Даррен усмехнулся:
— Боевые маги часто бьют быстрее, чем думают. Но Оуэн хорош. Не убил бы, даже не поранил. Просто хотел припугнуть перед разговором. Никто ведь не знал, что ты истощился, а не пытался шпионить за командой.
Он чуть подался вперёд, ухмыльнувшись:
— Если бы ты не спрятался сам, его заклинание просто обогнуло бы тебя. Хорошенько тряхнуло бы, чтобы ты не вздумал шутить — но не больше.
Мы просидели в таверне ещё некоторое время, но разговор постепенно угасал. Мысли устаканивались, и напряжение наконец отпускало. Я сделал последний глоток, ощущая, как тепло разливается по телу.
— И что же теперь? — спросил я, немного помедлив. — Что будет дальше?
Даррен хмыкнул, лениво потянувшись.
— Теперь ты, наконец, можешь заняться чем-то действительно стоящим, — Даррен усмехнулся и потянулся. — Оуэн как раз для этого тебя и позвал. Так что расслабься. Никаких последствий, кроме пары назидательных слов, не будет.
Я выдохнул и, немного успокаиваясь, с самоиронией пробормотал:
— А я уже прокручивал в голове, как выкручиваться перед капитаном... А потом просто решил, что Оуэн всё равно спустит с меня шкуру.
Даррен коротко рассмеялся.
— Ну, пару «тёплых» слов от капитана ты точно получишь, не обольщайся. — Даррен поиграл кружкой в руке, задумчиво глядя на остатки эля, затем поставил её на стол и медленно откинулся назад. Взгляд его стал пристальным, оценивающим. — Но главное — теперь ты будешь слышать постоянные напоминания о контроле. — Он наклонился чуть ближе, будто не хотел, чтобы кто-то ещё слышал. Голос стал тихим, но твёрдым, словно вбитая в камень истина. — И к ним стоит прислушаться.
Я кивнул, теперь уже совершенно спокойно.
— Кажется, понимаю.
Даррен слегка прищурился, оценивающе глядя на меня.
— Запомни: истощение — это не просто плохая идея, это билет в один конец. Даже на миссиях. — Даррен сделал паузу, постучал пальцем по столу. — Лёгкое ещё можно выдержать, но ты пока не понимаешь, где проходит грань. Если тебе кажется, что ты ещё держишься — значит, ты уже висишь над пропастью. Видишь, что впереди предел - поздно! Нужно останавливаться раньше.
Я кивнул. Логика была ясна, а ощущения сегодняшнего дня не давали усомниться в том, насколько это важно.
Даррен хмыкнул, сделав последний глоток.
— Ладно, тебе сейчас нужен отдых. Всё остальное может подождать. Даже если тебе кажется, что есть неотложные дела — забудь. Сейчас ВСЁ подождёт.
Я приподнял бровь, но он тут же ухмыльнулся:
— А ещё это значит, что наш праздник придётся свернуть пораньше. Увы, такова жизнь.
Мы поднялись, вышли из таверны. Воздух снаружи был прохладным, несвежий ветерок прокрадывался под воротник. Даррен на мгновение задержался, внимательно посмотрел на меня.
— Как себя чувствуешь? — спросил он.
Я пожал плечами.
— Немного обескуражен сегодняшним днём, но в целом в порядке.
Даррен кивнул, словно подтверждая собственные мысли.
— Ну, по крайней мере, домой ты уже точно доберёшься без происшествий.
Я усмехнулся, махнул Даррену на прощание и зашагал по ночным улицам. Город уже дремал, лишь редкие фигуры пересекали дороги, исчезая в темноте. Но мысли не отпускали.
Парень, потерявший магию… Живёт спокойно, работает, всё под контролем. Но что это за жизнь, если в ней больше нет силы, к которой ты привык?
А если меня ждёт то же самое?
Я сбавил шаг. Мысль, которую я гнал прочь весь вечер, теперь зацепилась за сознание, как крючок.
Я глубоко вдохнул, но тревога лишь сильнее сжала грудь. Она пустила корни. И мне казалось, что она только начала расти.
Глава 18. Отчёт с приправами
Кейлан вошёл в кабинет Маркуса, ощущая лёгкое напряжение. Он знал, зачем его вызвали, но, к своему удивлению, не чувствовал страха. Скорее, любопытство — и остатки смущения после вчерашнего.
Маркус сидел за своим столом, рассеянно постукивая пальцами по подлокотнику. Когда Кейлан закрыл за собой дверь, капитан приподнял бровь и лениво откинулся на спинку кресла.
— Ну что, как ощущения после первого истощения? Живой?
Кейлан чуть пожал плечами, словно это было пустяком, но внутри ещё оставался неприятный осадок. Он вспомнил, как вчера осознал, что не мог мыслить чётко.
— Если честно… даже не понял, что происходит, — признался он. — Никогда бы не подумал, что собственная рассудительность может меня подвести.
Маркус кивнул, скрестив руки на груди.
— Лёгко отделался. Уверен, Даррен тебе уже всё объяснил?
Кейлан вспомнил разговор с Дарреном. Тот говорил спокойно, но в его голосе сквозило нечто большее — понимание, которого не бывает без личного опыта. И ещё страх. Тогда Кейлан не придал этому значения, но теперь...
Он вспомнил, как Даррен рассказывал о маге, который однажды довёл себя до полного истощения. И вот он стоит среди людей, которые могут зажечь огонь одним жестом, а сам не способен даже ощутить магический поток. Даррен говорил об этом спокойно, но сейчас Кейлан осознал, что его слова больше похожи на признания собственных страхов. Кейлан подумал, что наверное каждый маг боится подобного.
Он кивнул.
— Да, он всё рассказал. Теперь я понимаю, насколько это серьёзно.
Маркус усмехнулся, чуть склонив голову.
— Хорошо. Значит, ты должен понимать, что ошибки случаются, но лучше делать их реже. — Он на секунду задержал взгляд на Кейлане, потом добавил, словно вспоминая что-то. — Знаешь, Даррену первое истощение далось куда тяжелее. Я тогда даже думал… — Он замолчал, будто обдумывая, стоит ли продолжать, но затем качнул головой. — Неважно. Если захочет, сам расскажет.
Кейлан почувствовал, как внутри сжалось что-то неприятное. Он вспомнил, что сказал Даррен про свое истощение, и что его спас капитан.
— Даррен рассказал мне про свой случай, — признался он. — Я не спрашивал, но он сам решил сказать.
Маркус чуть прищурился, а затем кивнул.
— Ну, тогда тем более должен понимать. — Он перешёл на более будничный тон. — Но всё равно отчёт напишешь.
Кейлан моргнул.
— Отчёт?
Маркус вздохнул, словно объясняя очевидное.
— А ты думал, тебя просто пожурят и отпустят? Раз уж сработала сигнализация, значит, всё должно быть задокументировано. Так что сядь и напиши, как гениально довёл себя до полного магического истощения, а затем решил проверить, работает ли твоя отмычка на собственном кабинете.
Кейлан усмехнулся, потерев шею.
— Прекрасно. Если кому-то в Ордене было скучно, надеюсь, мой отчёт поднимет им настроение.
Маркус рассмеялся.
— Ну, можешь добавить художественного драматизма, но главное — пиши как есть. И обязательно укажи, что тебя отчитали. И не вздумай говорить команде, что всё обошлось. Они, конечно, знают, но пусть убедятся.
Кейлан закусил губу, дописывая последние строчки отчета. Описывать, насколько глупо он себя чувствовал, было неприятно, но необходимым. Необходимым ему, чтобы не забывать об истощении в будущем.
Маркус проверял отчет. Увидев описанные Кейланом детали, кивнул, поняв для чего он это сделал. Добравшись до того, какими словами он "отчитывал" Кейлана, посмеялся и убрал отчет в ящик стола. После достал из другого ящиека мешочек с монетами, положив его перед Кейланом.
— И раз уж ты всё ещё жив, вот твоя первая выплата. Двадцать пять серебряных. Половина медяками.
Кейлан взял мешочек, чувствуя его приятную тяжесть. Впервые он заработал деньги магией... ну, обучением магии, но все же. Это было… очень приятно.
— Честно говоря, я думал, что меня оштрафуют.
Кейлан почувствовал, как напряжение, которое он даже не осознавал, немного спало. Эти деньги могли стать началом чего-то нового — или же улететь так же быстро, как пришли. Но сам факт, что ему доверяли, что его труд признали, вызывал странное удовлетворение.
Маркус громко рассмеялся.
— Если бы нас штрафовали за подобное, мы бы давно уже сидели без гроша.
Кейлан развязал мешочек, пробежался взглядом по монетам и задумался.
— После того как я выплачу часть рассрочки, сумма окажется не такой внушительной…
Маркус покачал головой:
— Пока не выплачивай рассрочку. Время у тебя ещё есть. А вот коллегам в честь первой получки стоит устроить что-то приятное.
Кейлан вскинул брови.
— Устроить что-то приятное? Как именно? Просто прийти с едой? Или есть какой-то ритуал?
Маркус ухмыльнулся:
— Ты уже вник в суть. Да, просто принеси что-нибудь в офис. Лучше что-то универсальное — пироги, мясные закуски. Главное — не морочиться. Думаю, ты скоро узнаешь, что некоторые из них съедят что угодно, если это бесплатно. Это не ритуал, просто хороший жест. Покажешь, что ты часть команды.
Затем его взгляд стал чуть более сосредоточенным.
— Раз ты пережил первое истощение, пора двигаться дальше. Со следующей недели начнёшь постепенно вливаться в работу команды. А впереди выходные — используй их, чтобы отдохнуть и разобраться с поступлениями.
Кейлан поднял бровь, осознавая, что обучение теперь становится чем-то большим.
— Значит, обучение заканчивается?
Маркус кивнул.
— Теперь твои знания будут проверяться на практике. А остальное в свободное время.
Кейлан осознавал всю серьёзность момента.
— И что конкретно я буду делать?
Маркус откинулся назад, оценивающе глядя на него.
— Это мы ещё выясним. Мне нравится, как ты справляешься, так что будем смотреть, какая роль тебе подойдёт лучше прочих. Пока подумай, что тебе по душе и по способностям.
Кейлан не без интереса спросил:
— То есть, это как испытательный период?
Маркус пожал плечами.
— Можно сказать и так. Главное — не пытайся впихнуть себя в какую-то конкретную категорию. Ты ещё сам не знаешь, в чём хорош. Вот и выясним.
Кейлан выдохнул, ощущая волнение, но и азарт.
— Хорошо.
Маркус довольно кивнул, затем встал и сделал жест к двери.
— Ладно, иди. Не забудь зайти к Оуэну. Но в начале займись угощениями, пока еще все в офисе.
Кейлан поднялся, ухмыляясь.
— Не забуду. Главное — не истощиться по дороге к лавке.
Маркус насмешливо фыркнул.
— Вот это правильный подход. Давай, проваливай.
Кейлан кивнул и вышел из кабинета, понимая, что его жизнь в Ордене действительно входит в новую фазу.
Он неторопливо двигался по коридору, размышляя, у кого бы спросить совета насчёт угощения. Казалось бы, простая задача — купить что-нибудь и принести. Но чем больше он думал, тем сложнее это казалось. А вдруг выберет что-то не то? Может, у кого-то аллергия? Или в команде есть неписаные правила по таким вещам? В конце концов, капитан не просто так упомянул традицию.
Его взгляд зацепился за Лоренса, который шёл навстречу, неспешно потягивая кофе из кружки. Отличный кандидат на быстрый совет.
— Лоренс, у тебя минутка есть? — окликнул Кейлан.
Тот остановился, лениво приподняв бровь.
— Надеюсь, это не срочно, а то кофе жалко…
— Ну, как сказать… — Кейлан ухмыльнулся. — Вопрос жизни и смерти. Капитан сказал, что традиция требует угостить коллег в честь первой зарплаты. Решил спросить, что обычно берут.
Лоренс фыркнул, качая головой.
— Худшего человека для такого вопроса не найти.
— Почему? — с подозрением уточнил Кейлан.
— Потому что я купил сладких булок. Думал, что порадую всех, а в итоге девушки заявили, что на диете, Оуэн выдал лекцию, что сахар временно снижает контроль магии, а остальные… Ну, Райан с Винсентом оценили, сказав, что сладкое помогает думать. Остальным было вообще без разницы, что я притащил.
Кейлан присвистнул.
— Серьёзно? И каков был вывод?
— Вывод? — Лоренс хмыкнул. — Не парься. Всё равно кто-нибудь будет недоволен.
Кейлан нахмурился. Кажется, эта задача оказалась сложнее, чем он ожидал.
— Ладно… А кто в команде лучше всех разбирается в таких вещах?
Лоренс задумчиво пожевал губу, а потом махнул рукой.
— Даррен. Он всех знает лучше остальных. Спроси его.
— Понял. Спасибо.
— Удачи, — усмехнулся Лоренс, делая глоток кофе.
Кейлан направился к кабинету Даррена. Дверь была приоткрыта — хороший знак. Он постучал в косяк и, не дожидаясь ответа, заглянул внутрь.
— Даррен, надеюсь, ты не слишком занят?
Тот поднял голову от бумаг, чуть прищурился, а потом ухмыльнулся:
— Ты не пришёл, чтобы повторить вчерашний вечер?
Кейлан рассмеялся, махнув рукой.
— Почти. Решил угостить команду в честь первой зарплаты.
Даррен понимающе кивнул, усмехнувшись:
— Хороший повод. И человека для совета выбрал правильно. — Он с улыбкой потянулся. — Я знаю одно место, там можно взять что-нибудь подходящее. Пойдём.
Кейлан остановился перед входом в "Трактир Чёрного Грифона" и бросил взгляд на Даррена.
— Точно подходящее место? — с сомнением уточнил он.
Даррен усмехнулся:
— Не просто подходящее, а самое подходящее. Вообще, это скорее трактир для наёмников. Но наши тут бывают часто. Подходящее место, чтобы погреть уши. — Он слегка посерьёзнел. — Только язык распускать нужно осторожно. Разболтаешь лишнее — быть беде. А если будешь молчать, вызовешь подозрения, а значит, и проблемы. Так что говорить нужно, но аккуратно. Если не уверен — без своих не заходи. Хотя еда тут знатная. Собственно, поэтому мы и здесь.
Кейлан решил довериться старшему коллеге и шагнул в трактир вслед за ним.
Внутри стоял густой запах прожаренного мяса, приправ и горячего теста, смешанный с терпким ароматом крепкого алкоголя. Воздух был тяжёлым, натянутым, но не угрожающим — скорее таким, каким бывает в местах, где каждый привык держать ухо востро. В дальнем углу кто-то перекидывался костями, возле стойки спорили двое наёмников, а у стены мужчина в тёмном плаще с хриплым голосом рассказывал историю, от которой несколько человек слушали, затаив дыхание. Как только они вошли, Даррена тут же приветствовали с нескольких столов. Его звали присоединиться, махали кружками, кто-то даже постучал кулаком по столу. Даррен с улыбкой кивнул в ответ, поздоровался со всеми и, проходя дальше, бросил:
— Не надолго, нужно бежать, но уж больно по пирогам соскучился.
С одной из сторон раздался пьяный выкрик:
— И пиву!
Даррен остановился, взглянул на крикнувшего, выдержал длинную паузу, а затем совершенно серьёзно ответил:
— Ещё только начало дня.
Собеседник уставился на него, словно не понимая, к чему тот клонит. Даррен, выждав ещё секунду, продолжил:
— В рабочее время пиво называют пирогами.
Все за столами рассмеялись. Кейлан невольно усмехнулся, наблюдая, как Даррен одним лёгким движением сменил атмосферу.
Подойдя к барной стойке, Даррен, не обращая внимания на любопытные взгляды, громко попросил:
— Два литра светлых пирогов и два литра тёмных!
Это снова вызвало волну смеха.
Владелец трактира, высокий мужчина с густой бородой, с ухмылкой уточнил:
— Что-нибудь ещё?
Даррен, уже без шуток, добавил:
— Три больших пирога. Теста поменьше, мяса с рыбой побольше. И про овощи не забудь. А пока ждём, нам с другом по маленькому бокалу пирога. Он угощает.
Владелец усмехнулся, перевёл взгляд на Кейлана и протянул руку:
— А друга как звать?
Кейлан на секунду задумался, стоит ли использовать настоящее имя, но прежде чем он успел что-то придумать, Даррен с ухмылкой ответил:
— Это Кейлан. Он пока не привык пить на работе, так что это секрет.
Секунда тишины, прежде чем разговоры снова наполнили зал. Кто-то краем глаза глянул на Кейлана, но тут же отвёл взгляд. Даррен будто не заметил этого, но его улыбка стала чуть более выверенной.
Трактирщик понимающе кивнул и назвал сумму:
— С тебя одиннадцать серебряных и шестьдесят медных.
Кейлан едва заметно приподнял брови, услышав сумму. Честно говоря, он ожидал меньшего. Но, бросив взгляд на кухню, где уже начали готовить их заказ, понял — порции действительно немаленькие. Он быстро прикинул, сколько у него осталось, и решил, что лучше не мелочиться. Половину суммы отдал медяками, чтобы не тащить в карманах горсть монет, и передал деньги трактирщику. Тот проверил монеты, убрал их в карман и отправился ставить пироги в печь.
Даррен, уловив выражение на лице Кейлана, усмехнулся:
— Первый раз угощаешь — не жалей. Это же в первый и последний раз, когда все ждут, что ты раскошелишься. Лучше слегка пустить пыль в глаза, чем выглядеть жмотом.
Даррен чуть склонил голову, изучающе посмотрел на него и добавил:
— Может у тебя пока не густо с финансами? Если что, могу подкинуть немного.
Кейлан покачал головой, улыбнувшись.
— Да нет, просто не ожидал. Но спасибо, если что — буду иметь в виду.
Даррен, оперевшись на стойку, тихо бросил Кейлану:
— Подобные места не из тех, где стоит мудрить с именем. Здесь всё слишком открыто. Рано или поздно кто-то узнает оба твоих имени, и начнутся проблемы. Лучше не усложнять.
Кейлан задумчиво повертел в руках бокал, кивая:
— Справедливо. Но, честно говоря, трудно привыкнуть, что моё имя теперь вообще кого-то может интересовать.
Даррен усмехнулся:
— Привыкнешь. Лучше рано, чем поздно.
Он сделал глоток, задумчиво покачал бокал в руке и, глянув на Кейлана, сменил тему:
— Как там, кстати, после вчерашнего? Вроде цел? Не начал пересматривать жизненные взгляды?
Кейлан хмыкнул:
— Было бы неплохо. Но, кажется, пока не осознал до конца, что со мной тогда произошло.
Даррен понимающе кивнул:
— Оно постепенно дойдёт. Главное — не забывай делать выводы. А то знаешь, бывают такие, которые раз за разом повторяют одни и те же ошибки, пока окончательно не сломаются.
Кейлан с лёгкой усмешкой посмотрел на него:
— Это ты сейчас намекаешь, что мне не стоит истощаться каждый раз, как я хочу испытать что-то новое?
Даррен рассмеялся:
— Ну, звучит, как полезный совет.
Они допили свои бокалы, и Даррен слегка постучал по стойке, привлекая внимание трактирщика.
— Долго там наши пироги?
— Почти готовы, — ответил тот, не оборачиваясь от печи.
Кейлан, отставляя пустой бокал, кивнул Даррену:
— Хорошее место. Теперь понятно, почему ты его выбрал.
— Да, атмосфера тут особенная, — согласился Даррен. — И всё же, не забывай, о чём я говорил. Трактир хороший, но язык здесь лучше держать за зубами.
Кейлан усмехнулся:
— Постараюсь.
Трактирщик вынес их заказ, аромат свежей выпечки тут же перебил запах алкоголя. Даррен взял свёртки, с довольным видом вдохнул запах свежей выпечки и передал один из пакетов Кейлану.
— Ладно, пойдём. Пока мы тут болтали, голодные рты в офисе наверняка уже настроились на пир.
Глава 19. На ногах
Кейлан и Даррен вернулись в офис, неся с собой тёплые свёртки с пирогами и пивом. В столовой оказалось пусто.
— А что, все разбежались? — спросил Кейлан, оглядывая помещение.
— Никто не захотел мешать подготовке, — усмехнулся Даррен. — Давай сдвинем столы, чтобы всем было удобно.
Они быстро справились, передвигая мебель так, чтобы получилось общее пространство. Закончив, Даррен хлопнул ладонью по спинке ближайшего стула и посмотрел на Кейлана.
— Теперь бери тарелки, нож и начинай раскладывать. А я пока чашки перетащу. Пивных кружек в офисе не водится, так что подливать придётся часто. Следи за этим, ты же хозяин мероприятия. Только не напрягайся слишком — общение так не выстроить. Расслабься и будь собой.
Кейлан, укладывая пироги, задумался:
— А пиво на работе — это не перебор?
Даррен хмыкнул:
— В самый раз. Воды, чая и кофе в офисе всегда хватает. А сегодня у нас событие. Капитан уже разгрузил день, да и от пары чашек пива никто не помрёт. Если вдруг что-то неожиданное случится — маги умеют развеивать подобные эффекты. Ты тоже научишься.
Кейлан выдохнул и принялся нарезать пироги, аккуратно распределяя куски.
— Ладно, зови всех, пока горячее, — бросил он Даррену.
Даррен не заставил себя ждать. Выйдя в коридор, он громко объявил:
— Новенький проставляется!
Вскоре по офису разнёсся шум шагов, голоса становились громче — народ стекался в столовую, предвкушая угощение. В воздухе быстро распространился аромат свежей выпечки, вызывая одобрительные комментарии.
— Ух ты, Кейлан, размахнулся! — протянул Лоренс, вдыхая запах. — Надеюсь, ты не на кухне это всё ночь колдовал?
— Представь себе, Лоренс, я ещё и тесто месил, — хмыкнул Кейлан.
— Тогда я на всякий случай сначала понаблюдаю за Дарреном, — отозвался Лоренс, усаживаясь ближе к чайнику.
Райан заглянул внутрь, окинул взглядом расставленные тарелки и довольно кивнул:
— Ну, новенький, не подвёл. Хороший старт.
Вскоре столовая наполнилась разговорами и смехом. Все уже начинали веселиться — кто-то разливал пиво, кто-то с аппетитом откусывал кусок пирога, Лоренс что-то втолковывал Райану, размахивая вилкой. И вот в этот момент в помещение вошёл капитан.Он окинул присутствующих строгим взглядом и серьёзным тоном произнёс:
— А чего это все прохлаждаются?
На секунду в воздухе повисла тишина, — как будто всех разом поймали за чем-то запретным. Но глаза Маркуса блестели весельем. Капитан явно был доволен.
Элин, не теряя времени, повернулась к капитану, подняв чашку с пивом:
— Не прохлаждаемся, а горячимся! Присоединяйся, капитан.
Маркус усмехнулся и посмотрел на Кейлана.
— Ну что, новенький? Дай-ка мне чашечку тёмного пирога и пирога с рыбой.
Оуэн, сидящий неподалёку, с ухмылкой бросил:
— К рыбе лучше светлое подходит.
Маркус бросил на него выразительный взгляд и с лёгкой ухмылкой ответил:
— Сопляки, вы ещё не доросли, чтобы учить меня, что с чем сочетается.
Команда рассмеялась. Мероприятие прошло весело, но время шло, и команда постепенно разошлась. Вскоре в столовой остались лишь Кейлан и Элин, убирая со стола.
— Да я и сам справлюсь, — заметил Кейлан, сгребая тарелки в стопку.
Элин закатила глаза, подхватила несколько чашек и с усмешкой бросила:
— Один ты тут провозишься до ночи, а потом ещё вздумаешь жаловаться. Мы же команда, не изображай героя.
Кейлан кивнул, улыбнувшись:
— Спасибо.
Элин взглянула на него с лёгкой улыбкой:
— Кстати, хорошего человека ты выбрал для совета по угощению.
Кейлан фыркнул:
— Вообще-то сначала я спросил Лоренса…
Элин фыркнула, подавляя смех, но не смогла удержаться:
— Конечно! Булочки были вкусные, но это же было посвящение новичка. Мы просто его разыграли. Лоренс давно в курсе, но смолчал, чтобы сюрприз удался.
Кейлан удивлённо вскинул брови:
— А почему же меня без сюрприза оставили?
Элин пожала плечами:
— Даррен сказал, что ты и так ходил с таким серьёзным видом, будто экзамен сдаёшь. Так что решили не нагнетать.
Кейлан вздохнул, но с самоиронией признал:
— Ну, честно говоря, да. Хотелось вписаться.
— Впишешься. Просто не торопи события. В нашей работе не вписаться — это ещё постараться надо.
Они дружно закончили уборку, и Кейлан вытер руки о полотенце. Кейлан только собрался идти к Оуэну, как тот сам подошёл и спросил:
— Ну что, готов?
Элин, усмехнувшись, подмигнула Кейлану.
— Удачи, — бросила она, прежде чем скрыться в своём кабинете.
— Как раз освободился, — ответил Кейлан, выпрямляясь.
Оуэн скрестил руки на груди, пробежился взглядом по Кейлану и усмехнулся, но его тон остался серьёзным:
— Так что, лекцию про истощение повторять? Или вчера всё объяснило лучше любых слов?
Кейлан на секунду отвёл взгляд. Вчерашние ощущения ещё свежи в памяти, и он понимал, что лучше не делать вид, будто всё уже позади.
— Думаю, ещё раз услышать не повредит, — признал он с лёгким вздохом.
Оуэн кивнул, будто ожидал такого ответа:
— С Дарреном по-другому и не бывает. Он что, рассказывал, как сам на это напоролся?
— Да. И не только его случай я теперь знаю.
Оуэн на миг прищурился, взгляд потяжелел:
— Когда-нибудь и ты будешь рассказывать такие истории новичкам. Но если доживёшь до этого момента, значит, потеряешь достаточно, чтобы запомнить их навсегда.
Кейлан сжал пальцы, но взял себя в руки. Он не собирался спорить с очевидным.
— Осознаю. Но если честно, надеюсь, что у меня не будет повода рассказывать такие истории.
Оуэн задержал взгляд на нём, помолчал, а потом коротко вздохнул:
— Если ты ещё надеешься на это, значит, урок не до конца усвоен.
Кейлан не смог удержаться от тревожной мысли: слишком легко представить кого-то из тех, с кем он только что смеялся, в таких историях. И слишком страшно.
Оуэн словно переключился, вопрос прозвучал уже более буднично:
— Пистолет с собой?
— Никто не ходит без него, — коротко ответил Кейлан.
— Верно. Пошли на тренировочное поле.
На тренировочной площадке их уже ждали расставленные мишени и манекены. Оуэн осмотрелся, затем перевёл взгляд на Кейлана:
— Сколько раз ты использовал магию сегодня? И какую?
Кейлан покачал головой:
— Решил отдохнуть. После вчерашнего ещё не практиковался.
Оуэн кивнул с одобрением:
— Хорошо. Значит, сможем попробовать несколько вариантов.
Он сделал шаг в сторону мишеней и жестом подозвал Кейлана ближе.
— Сегодня разберём четыре направления. Боевой маг должен уметь не только атаковать, но и контролировать пространство, защищаться, а иногда даже лечить. В бою важно не просто применять магию, а понимать, когда и как её использовать. Пока что ограничимся четырьмя приёмами из разных школ, чтобы расширить твой арсенал. Со временем станет ясно, что тебе подходит лучше и какой стиль тебе ближе.
Он перевёл взгляд на манекены:
— Начнём с разрушения. Это самый прямолинейный вид магии, предназначенный для атаки. Простые удары, но если ими правильно пользоваться — могут решить бой в один момент. Импульсный выброс, который мы разберём, позволяет сбить противника с ног или отбросить его назад.
— Суть этого приёма проста, — продолжил Оуэн. — Магия концентрируется в одной точке, а затем высвобождается в коротком, но мощном всплеске. Это не столько удар, сколько волна давления, которая расходится вперёд. Чем лучше контроль, тем точнее и сильнее будет выброс.
Оуэн поднял руку и без лишних слов направил ладонь в сторону ближайшего манекена. Воздух перед ним дрогнул, и в следующий миг манекен резко отлетел назад, громко ударившись о землю.
— Главное — не просто толкнуть магию наружу, а придать ей вектор. Если сделать всё правильно, цель потеряет равновесие и не сможет быстро восстановиться.
Он опустил руку и кивнул Кейлану:
— Теперь твоя очередь. Сконцентрируй энергию в центре ладони, представь, как она сжимается, а затем задай ей направление. Не пытайся просто швырнуть её — контролируй выброс.
Кейлан глубоко вдохнул, поднял руку и попытался повторить движение Оуэна. Он мысленно представил, как манекен летит назад… но реальность оказалась менее впечатляющей. В воздухе что-то дрогнуло, но манекен остался на месте.
— Эм… Ну, он явно почувствовал ветерок, — прокомментировал Оуэн с кривой ухмылкой. — Ты не задаёшь чёткую траекторию. Попробуй ещё раз, но на этот раз представь, что направляешь волну не просто вперёд, а в цель.
Кейлан сосредоточился, напряг ладонь и высвободил импульс. На этот раз он хотя бы почувствовал, как энергия сдвинулась с места. Манекен тоже, но так, словно его толкнули локтем в переполненной таверне. Манекен слегка пошатнулся, но не упал.
— Уже лучше, но пока это скорее дружеский пинок, чем удар, — усмехнулся Оуэн. — Магия не должна «растекаться». Направь её, будто бьёшь плечом в дверь.
На третий раз Кейлан сосредоточился, представил, что выброс — это не просто толчок, а направленный удар, и в этот раз всё сработало. Энергия рванула вперёд, и манекен, слегка покачнувшись, всё же рухнул на землю. Манекен дёрнулся назад и завалился набок.
Оуэн довольно хмыкнул и кивнул:
— Ну, врага с ног, может, и не сшибёшь, но точно заставишь задуматься о своих жизненных решениях. Со временем доведёшь до ума.
Он окинул Кейлана оценивающим взглядом, явно прикидывая, сколько у того ещё сил.
— Пока ты не истощился, переходим к следующему приёму.
Кейлан размял пальцы, бросив взгляд на манекен. Что ж, хоть кого-то он уже смог повалить. Теперь бы ещё научиться делать это не с третьего раза.
— Ладно, хватит ломать мебель, займёмся чем-то более тонким, — объявил Оуэн. — Теперь разберём тактическую магию. — Это не про силу удара, а про контроль над боем. Если ты умеешь управлять движением противника, ты уже наполовину выиграл.
Он сделал несколько шагов в сторону, но вместо манекена развернулся к Кейлану и ухмыльнулся:
— Первый приём — фиксация движения. Самый полезный способ остановить кого-то без лишнего шума. Представь, что окружающий тебя воздух становится вязким, словно липкая паутина. Твоя задача — сконцентрировать магию вокруг цели, ограничивая её подвижность.
Оуэн вытянул руку, и в следующий момент Кейлан почувствовал, как всё его тело парализовало. Магия плотно обхватила его, словно невидимые тиски, не давая даже пошевелиться. Он почувствовал, как воздух вокруг него стал плотным, невидимой силой прижимая его к месту. Он рефлекторно попробовал дёрнуться, но бесполезно — его буквально вмяло в невидимую магическую сеть, оставив только возможность говорить. Он нахмурился, пробуя освободиться, но движения дались с трудом.
— В реальном бою это работает не так идеально, как сейчас, но даёт тебе несколько драгоценных секунд, чтобы атаковать или сбежать. Главное — не пытайся удерживать противника слишком долго, магия не бесконечна.
Оуэн щёлкнул пальцами, и Кейлан наконец смог вдохнуть полной грудью, ощущая, как мышцы снова подчиняются ему. Он сделал шаг назад, разминая ноги.
— — Теперь твоя очередь. Давай, попробуй на мне. Только учти, я не буду стоять на месте, как манекен.
Кейлан прищурился, стараясь повторить увиденное, и вытянул руку в сторону Оуэна. Он сосредоточился на нижней части тела Оуэна, мысленно создавая прочные магические путы вокруг его ног. Оуэн, сделав шаг, почувствовал сопротивление и остановился. Кейлан вновь представил вязкость воздуха, но теперь он мысленно «закрепил» сеть вокруг ног Оуэна. Тот перевёл взгляд на свои ноги, затем усмехнулся, без особого напряжения вытащил из кобуры пистолет и, направил его на Кейлана. Магия действительно сдерживала его ноги.
— Неплохо, — протянул он, качнув головой. — Но если бы я был врагом, ты бы сейчас уже получил пулю. В бою не стоит концентрироваться только на ногах противника. Старайся фиксировать его полностью. — В бою это даст тебе несколько секунд преимущества. Главное, не переусердствуй, иначе магия съест слишком много сил.
Кейлан сглотнул, бросив взгляд на ствол оружия, но затем фыркнул, поняв намёк. Это был урок, а не угроза.
— Кажется, у меня теперь есть шанс остановить кого-то… хотя бы его ноги.
— На этом всё не заканчивается, — ухмыльнулся Оуэн. — Следующий приём — звуковой импульс. Это отличный способ заставить противника потерять ориентацию, даже если он сильнее тебя.
— На этом всё не заканчивается, — ухмыльнулся Оуэн. — Следующий приём — звуковой импульс. Это отличный способ заставить противника потерять ориентацию, даже если он сильнее тебя.
Оуэн скрестил руки на груди и продолжил:
— Принцип работы прост: ты создаёшь короткий, но мощный акустический толчок, который дезориентирует цель. Это не просто громкий звук — волна ударяет сразу по нескольким чувствам, вызывая сбой в координации. Громкость, резкость и направление можно контролировать, но главное — не перестараться. Если сделать всё правильно, враг потеряет баланс на несколько секунд, а тебе этого хватит, чтобы перехватить инициативу.
Оуэн развернулся к Кейлану, кивнув ему:
— Сейчас испытаешь эффект, чуть похуже, чем от пары лишних кружек пива.
Он ухмыльнулся, вытянул руку и сделал короткий резкий жест. В воздухе раздался глубокий вибрирующий звук, который не просто бил по ушам, а будто пробирался вглубь черепа. Кейлан на миг потерял равновесие, его зрение на мгновение дёрнулось, как будто реальность вокруг дрогнула.
— Чувствуешь? — Оуэн опустил руку. — Это был щадящий вариант. В бою можно сделать куда мощнее.
Кейлан моргнул, пытаясь прийти в себя. — Ну, хотя бы похмелья не будет, — пробормотал он, потирая висок. Эффект был неприятным, но он сразу понял, насколько это может быть полезно. Сделав глубокий вдох, он сосредоточился и повторил движение, представляя, как магия формирует звуковую волну. В воздухе раздался слабый, но ощутимый резонанс.
Оуэн усмехнулся, склонив голову на бок:
— Слабо, но даже так в бою это может изменить баланс сил. Главное — практика.
Он убрал руки в карманы и кивнул:
— Теперь перейдём к магическому усилению тела, — сказал Оуэн, возвращаясь к более серьёзному тону. — Это не про удары и не про контроль противника. Это про контроль над собой.
Кейлан внимательно посмотрел на него, пока Оуэн продолжал:
— "Стабилизация" позволяет тебе сохранить равновесие даже после мощной атаки. Если тебя сбивают с ног, но ты умеешь правильно использовать этот приём, ты останешься стоять. Это важно не только в бою, но и в экстремальных ситуациях. Даже простая встряска или неудачное падение может привести к смерти, если ты не удержишь контроль.
Он сделал короткий жест рукой, и вокруг него на мгновение пробежала едва заметная магическая рябь.
— Сейчас проверим, как это работает. Используй на мне импульсный выброс.
Кейлан ухмыльнулся, разминая плечи:
— Надеюсь, ты подготовился. Будет обидно, если я уроню тебя в грязь лицом.
Оуэн фыркнул, скрестив руки на груди:
— Ты себя переоцениваешь, парень. Давай, выложись на полную.
Кейлан кивнул, сосредоточился, и на этот раз почувствовал, как энергия внутри него сжалась гораздо легче, чем раньше. Он выбросил её вперёд — Оуэн даже не шелохнулся.
— Уже лучше, — заметил Оуэн, — но как видишь, если маг знает, как удержаться на ногах, простая сила его не свалит.
Он прищурился, посмотрел на Кейлана и продолжил:
— Теперь твоя очередь. Попробуй применить стабилизацию.
Кейлан хмыкнул:
— Может, мне лучше отойти к середине зала, чтобы не улететь в стену?
Оуэн ухмыльнулся:
— Расслабься, я контролирую силу. Оставайся там, где стоишь.
Кейлан глубоко вдохнул, сосредоточился, и почувствовал, как магия распространяется по его телу, укрепляя каждую мышцу. В следующий момент Оуэн сделал резкий жест, и знакомая волна импульсного выброса ударила в него. Кейлан ощутил её мощь, но не двинулся с места.
— Хорошо, — кивнул Оуэн. — Если против тебя не будет стоять маг, специализирующийся на этом, ты, конечно, почувствуешь удар, но на ногах останешься. А это уже большая разница. — Ну что ж, пора перейти к стихийной магии. Тут всё не так однозначно, так что придётся разбираться подробнее. — Оуэн сменил тон, будто заранее предвидел вопросы Кейлана. — Одна из самых разнообразных школ, но при этом все используют её почти одинаково. Просто у каждого мага свои наклонности. Так что тут придётся разбираться детальнее.
Кейлан коротко кивнул. С одной стороны, он ждал этого момента с нетерпением. С другой — он не знал, чего ожидать. А это его немного напрягало.
Глава 20. Элементальный уровень
Оуэн скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на Кейлана.
— Стихийная магия — одна из самых разнообразных и универсальных школ, но при этом её чаще всего используют интуитивно. Это связано с тем, что у большинства магов есть предрасположенность к той или иной стихии. Ты либо чувствуешь её, либо нет. Но даже если не ощущаешь явной связи, всё равно можешь научиться использовать разные элементы.
Он сделал жест в сторону мишеней.
— Сейчас я покажу тебе несколько заклинаний из разных стихий. Пока просто наблюдай.
Оуэн вытянул руку, и из воздуха вокруг него образовался сгусток воды, который мгновенно сформировал стремительный поток. В следующее мгновение струя воды с силой ударила по мишени, оставляя на ней чёткий след влаги.
— Водная магия — одна из самых пластичных. Она может быть как атакующей, так и вспомогательной. Например, струя воды может сбить противника с ног или затруднить его передвижение. А если правильно изменить структуру магии, можно использовать её для исцеления.
Кейлан кивнул, внимательно наблюдая.
Оуэн сменил жест, и в его руке образовался ледяной сгусток, который он метнул в ту же мишень. Лёд разлетелся, покрывая её тонкой коркой инея.
— Лёд — это уже другое дело. В отличие от воды, он больше подходит для контроля. Заморозить поверхность, создать скользкую площадку или даже запечатать раны. В бою можно временно сковать движения противника, но на создание мощных ледяных атак требуется больше времени.
Оуэн не дал Кейлану времени на комментарий, поднял руку, и в воздухе возникли мельчайшие песчинки, которые быстро закружились в маленьком смерче. Секунду спустя Оуэн направил их в сторону мишени, и песок с силой ударил по её поверхности, оставляя мелкие царапины.
— Земляная магия — это про защиту и устойчивость, но если направить её иначе, можно и атаковать. Ветер, который я использовал сейчас, чаще применяется для создания барьеров или же, наоборот, для ослабления врага, сбивая его концентрацию.
Оуэн не остановился на этом. Он поднял руку, и вокруг его ладони начали плясать тонкие, извивающиеся нити электричества. В следующую секунду молния с громким треском ударила в мишень, оставляя на её поверхности обугленный след.
— Молния — одна из самых быстрых и опасных стихий, — пояснил он. — Она проникает сквозь доспехи, вызывает судороги, может даже на время парализовать врага. Но требует точности и большого контроля, иначе можно задеть не того, кого надо.
Кейлан задумчиво прищурился.
— Выходит, каждая стихия может использоваться по-разному?
— Именно. Всё зависит от пользователя. И от того, к чему он предрасположен, — подтвердил Оуэн. — Некоторые маги интуитивно понимают, какая стихия им ближе, и сразу начинают с неё. Другие изучают всё по чуть-чуть, а потом уже делают выбор.
— А как ты понял, что тебе ближе? — спросил Кейлан.
Оуэн ухмыльнулся и кивнул, показывая на манекены.
— Сейчас увидишь.
Он вытянул руку, и в воздухе загорелся огненный шар. В следующую секунду он резко метнул его в сторону манекенов. Вспышка света ослепила на мгновение, и взрыв огня охватил всю площадку. Когда пламя рассеялось, все манекены, кроме одного, были отброшены в стороны, а тот, что оказался в эпицентре, остался стоять, даже не обгорев.
Кейлан моргнул, ошеломлённый эффектом.
— Это явно было сильнее, чем всё, что ты показывал до этого.
— Именно так и выражается предрасположенность к стихии, — кивнул Оуэн. — Дело не только в силе, но и в контроле. Я могу сделать заклинание настолько мощным и масштабным, но при этом не задеть цель в эпицентре. И это была ограниченная версия.
Он перевёл взгляд на Кейлана.
— В реальных условиях магию приходится ограничивать. В городе, в помещении, рядом с союзниками. Даже так, если бы я не сдерживал силу, атака могла бы быть в разы мощнее. Но если мне использовать даже ограниченную магию в полную силу, то сработает сигнализация, и придётся писать отчёты. Это не как с твоим истощением. Ордену подобное явно не понравится.
Кейлан кивнул, всё ещё анализируя увиденное.
— Чаще всего маги понимают, какая стихия им ближе, сразу же. Как насчёт тебя? Что кажется наиболее естественным?
Кейлан задумался. Всё, что он увидел, было интересно. Каждая стихия имела свои особенности, и он даже не мог сказать, что какая-то из них казалась ему ближе.
— Если честно, я не могу выделить что-то одно. Всё кажется полезным по-своему.
Оуэн усмехнулся.
— Такое иногда бывает. Либо ты ещё не осознал свою предрасположенность, либо она у тебя не выражена явно. Это значит, что ты не сможешь овладеть самыми мощными заклинаниями одной стихии, но зато сможешь использовать заклинания разных стихий на равных. Это сложнее в освоении, но даёт большую гибкость в бою. Особенно против магов с выраженной предрасположенностью — ты сможешь выбрать стихию, которая лучше противостоит их атаке.
Кейлан задумался, а затем кивнул.
— Тогда, пожалуй, начнём с огня. Раз уж это твоя стихия, ты сможешь объяснить её лучше всех.
Оуэн усмехнулся:
— Логично. Тогда начнём с простого заклинания.
Он вытянул руку, создавая небольшой огненный шар.
— Это один из самых простых приёмов. Огненный заряд. Используется как основа для большинства боевых техник. Сконцентрируй магию, представь, как она собирается в одной точке и создаёт тепло.
Кейлан внимательно следил за ним, готовясь повторить заклинание.
Оуэн опустил руку, позволив огню угаснуть, и повернулся к Кейлану с лёгкой усмешкой.
— Теперь твоя очередь. Только постарайся не сжечь себе брови.
Кейлан глубоко вдохнул, собрал магию в ладони, пытаясь повторить движения Оуэна. Он ожидал, что всё пойдёт гладко... но что-то явно шло не так. Огонь вспыхнул, но был слабым, едва заметным. Он бросил взгляд на Оуэна, ожидая комментариев.
— Ну, по крайней мере, огонь появился, — хмыкнул Оуэн. — Хотя сейчас он больше похож на свечку, чем на заклинание. Давай разберёмся, что не так. Ты чувствуешь, как идёт поток магии?
Кейлан кивнул.
— Да, но он будто нестабильный, словно рассеивается раньше времени.
— Именно. Ты слишком рано отпускаешь энергию. Сначала сожми её плотнее, не давай ей расплываться. Держи под контролем, прежде чем высвободить.
Кейлан сосредоточился сильнее, контролируя поток магии, и попробовал ещё раз. На этот раз пламя вспыхнуло ярче и устойчивее.
Оуэн кивнул с одобрением.
— Уже лучше. Но, думаю, с огненной магией ты не слишком связан. Если бы у тебя была к ней явная предрасположенность, мы бы уже увидели это. Но не стоит на этом зацикливаться. Базовые версии каждой стихии полезно знать, так что переберём их по очереди. Со временем поймёшь, что тебе ближе.
Кейлан кивнул, но в голове у него вертелся вопрос: если не огонь, то что?
Оуэн взглянул на него внимательно.
— Ты не устал?
Кейлан пожал плечами:
— Пока нормально. Хотя, если честно, я уже не уверен, что должен чувствовать.
Оуэн ухмыльнулся:
— Либо ты скрытый гений, либо просто не замечаешь, что твои магические резервы уже на грани. Так что будем исходить из худшего. На сегодня с магией хватит. Даже с самыми простыми заклинаниями.
Кейлан и не думал спорить. Он понимал, что это не ограничение, а забота о его же безопасности, и просто кивнул.
— Значит, на этот случай пора освоить стрельбу, — продолжил Оуэн. — Пошли к мишеням.
Кейлан усмехнулся:
— Отлично. А теперь я узнаю, как сделать так, чтобы пистолет не выстрелил мне в лицо.
Оуэн покачал головой и протянул ему коробку с патронами.
— Во-первых, за выданные капитаном боеприпасы ты отчитываешься. Их не стоит использовать для тренировки. Для этого есть дополнительные запасы, их могу выдать я или капитан. Так что время от времени бери их. Практика никогда не помешает.
Кейлан открыл коробку, осматривая патроны.
— Кроме обычных патронов, есть ещё и зачарованные, — заметил Оуэн, перехватывая его взгляд. — Они несут на себе магические эффекты. Любой мало-мальски способный маг может наложить простое зачарование, но для чего-то серьёзного уже нужен талант и практика. Подробнее как-нибудь объяснит Райан. Пока это не имеет значения.
Кейлан кивнул, но не смог скрыть любопытства.
— А зачарование… это вообще что? Оно только на патроны накладывается или есть другие применения?
Оуэн усмехнулся.
— Ты, конечно, любопытный, но давай для начала разберёмся с азами, прежде чем ты начнёшь зачаровывать себе патроны.
Он показал Кейлану, как правильно заряжать пистолет, пользоваться предохранителем и целиться. Кейлан внимательно повторял за ним, пока не начал попадать в мишень более-менее стабильно.
— Ну, раз тебе учили щитам, ты, наверное, понимаешь, в чём ограничение огнестрела? — спросил Оуэн, проверяя его стойку.
Кейлан кивнул:
— Да. Даррен как-то выстрелил в меня, но щит смягчил удар.
Оуэн рассмеялся:
— Ну, это зависит от того, как стрелять. Райан ведь показывал тебе слабые места магических структур?
— Да.
— Отлично. Тогда давай попробуем.
Оуэн создал на одной из мишеней магический щит с дефектами и отступил в сторону.
— Найди слабое место и стреляй.
Кейлан напрягся, вспоминая уроки Райана, и начал внимательно изучать щит. Через несколько секунд он нашёл нужную точку и выстрелил. Щит распался, а пуля ударила в цель.
Оуэн кивнул.
— Это только один из способов пробить магическую защиту. Но есть и другой.
Он снова создал щит, но на этот раз без явных слабых мест. Затем взял один из патронов, подержал его в руке и передал Кейлану.
Кейлан сразу ощутил тепло, исходящее от него, и заметил, как магические потоки вокруг патрона слегка изменены.
— Ты его только что зачаровал? — спросил он, озадаченно.
— Стреляй, — сказал Оуэн. — Не ищи дефекты. Щит блокирует пули, но не отражает их, так что всё будет в порядке.
Кейлан прицелился, выдохнул и выстрелил. Вспышка — и щит разлетелся. А через секунду мишень загорелась, будто кто-то плеснул на неё масло.
Кейлан медленно опустил пистолет, глядя на пылающую мишень. Он знал, что это было магическое усиление… но то, что обычная пуля могла пробить щит и поджечь цель, казалось чем-то невероятным.
— Вот ещё один способ справляться с магической защитой, — пояснил Оуэн. — Не стоит всецело полагаться на щиты. Лучше уклоняться или перенаправлять атаку. Конечно, более мощный щит выдержал бы, но тратить на это энергию не всегда имеет смысл.
Он убрал оружие и кивнул Кейлану.
— На сегодня достаточно. Теперь тебе нужно всё осмыслить и отдохнуть.
Кейлан кивнул и коротко поблагодарил:
— Спасибо за урок.
Оуэн усмехнулся:
— Сегодня я приберусь, но не привыкай. В следующий раз это будет твоя забота.
Они обменялись короткими прощальными кивками, после чего Кейлан направился в офис.
Кейлан вернулся в офис и, не теряя времени, открыл блокнот. Записи пошли быстро, словно он пытался зафиксировать мысли, прежде чем они ускользнут:
Стихии. Маги обычно сразу чувствуют, какая стихия им ближе. У меня такого нет. Возможно, я просто ещё не понял, или моя предрасположенность слабее. Стоит ли мне изучать их все или пытаться найти одну свою? Комбинация заклинаний. Можно ли совмещать разные элементы в одной атаке? Как их чередовать? Оуэн говорил, что разные стихии могут усиливать или ослаблять друг друга. Стоит ли тренироваться в этом направлении? Зачарование. Оуэн показал патрон с магическим эффектом. Сказал, что даже слабый маг может наложить простое зачарование. Насколько сложен этот процесс? Какие эффекты можно создать? Надо расспросить Райана.
Закончив записи, он пробежался глазами по списку использованных заклинаний. Их было больше, чем он ожидал. Нужно выяснить, сколько он может использовать без риска истощиться. Готовясь положить блокнот в портфель, он вспомнил, что ему сегодня запрещено использовать магию, а значит, не сможет открыть замок. В итоге убрал записи в стол, понимая, что офис безопаснее, чем его карман.
Кейлан щёлкнул замком стола, убирая блокнот. Оуэн сказал отдохнуть, но голова всё ещё гудела от вопросов. Каким будет его первое настоящее задание? Как он проявит себя? В следующий раз, когда он воспользуется магией, это уже может быть не просто тренировка.
Глава 21. Что можно купить за медяк?
Гнутый Ключ был шумным, как всегда по вечерам. Тёплый свет ламп отбрасывал мягкие отблески на деревянные столы, пропитанные запахом пролитого пива и жареного мяса. Кейлан откинулся на спинку стула, наблюдая за своими друзьями, которые, кажется, ждали от него чего-то.
— Ты ведь угощаешь? — ухмыльнулся Ройс, подталкивая его локтем.
— Конечно, — усмехнулся Кейлан и махнул рукой трактирщику. — Первый раунд за мной.
— Вот это подход! — довольно хмыкнул Лоран, хлопнув его по плечу. — Главное, не привыкай, а то мы тут быстро разорим тебя. — Первая зарплата, значит? Как ощущения?
— Как будто работаю, — отозвался Кейлан с кривой улыбкой.
— Да брось, работа в Бюро регулирования и контроля — это не самая тяжёлая служба, — фыркнула Элиза. — По крайней мере, ты не разбираешь бесконечные заявки и жалобы, как я.
— Или не чинишь сломанные замки на грязных складах, как я, — добавил Лоран.
— Или не имеешь дела с вечно недовольными клиентами, как я, — подхватил Ройс. — Да у тебя, наверное, день проходит за бумагами и разбором отчетов.
— Ещё и платят за это, — хмыкнул Лоран.
Кейлан усмехнулся, но не стал спорить. Выпивка прибыла, и они дружно подняли кружки.
— За первую зарплату Кейлана! — провозгласил Ройс, подняв кружку так, будто это был настоящий тост на королевском приеме.
— За то, чтобы её не отбирали налоги! — добавил Лоран.
— И чтобы начальство не решило, что платит тебе слишком много, — подмигнула Элиза.
Разговор плавно переходил с одной темы на другую — обсуждали дела, сплетни, кто где видел кого из общих знакомых. Уже спустя несколько минут Лоран вдруг понизил голос:
— Слышали, что с Иваром случилось?
— С Иваром? — переспросил Кейлан. — Тем, который в мастерской работает?
— Ага, его задержали.
— За что? — удивилась Элиза. — Он никогда в такие истории не вляпывался, всегда был спокойным и надёжным.
— Вот и я о том же. — Лоран наклонился ближе. — Говорят, его заподозрили в краже.
— Враньё, — отмахнулся Ройс. — Он не из таких.
— Ну так и я думаю, но его задержали, чтобы допросить. Кто-то уверенно заявил, что видел, как он это сделал, но другие свидетели клянутся, что в тот момент он был совсем в другом месте. И у него ничего не нашли.
— Тогда зачем держат? — нахмурился Кейлан.
— А вот это самое интересное, — сказал Лоран, постукивая пальцем по столу. — Свидетели подтвердившие, что он был в другом месте во время кражи, теперь вдруг говорят, что видели его в другом деле.
— В каком ещё деле? — уточнила Элиза.
— В другом ограблении! Вот только произошло оно в тот момент, когда его допрашивали.
За столом повисла тишина. Потом Ройс фыркнул:
— А может, у него двойник-ворюга? Или призрак прошлого, который решил заработать на жизнь?
— Очевидно, что кто-то ошибся в показаниях. — спокойно заметил Лоран. — Возможно, кто-то его видел мельком и спутал с другим человеком.
— Значит, быстро разберутся, — заключил Кейлан. — Раз он был на допросе, то у него алиби. Просто не хотят снова его задержать вместо настоящего преступника, вот и держат.
— Это же полный бред. Парня задержали за ничто, и теперь он может остаться без работы? — с беспокойством сказала Элиза.
— Всё будет нормально, — отмахнулся Ройс. — Завтра его выпустят, и он посмеётся над нами, что мы тут головы ломаем.
Разговор свернул в сторону других тем, и вскоре никто уже не думал об Иваре. Никто, кроме самого Ивара, который в этот момент сидел в камере, не понимая, как оказался в центре какой-то путаницы.
Утро следующего дня. Кейлан выспался на славу. В квартире было тихо, и он не торопился вставать, наслаждаясь ленивым утром. Когда же наконец поднялся, за окном давно уже светило солнце, и стрелки часов уверенно подползали к обеденному времени.
Только сейчас он потянулся, лениво прошёлся по комнате и отправился умываться. Пока холодная вода стекала с лица, он смутно осознавал, что его тело привыкло к ранним подъёмам, но выходной день был священным – можно было позволить себе расслабиться.
Вытираясь полотенцем, он задумался о завтраке. Желудок напомнил о себе голодным урчанием, и Кейлан направился к кухне. Окинув взглядом запасы, он вздохнул. Гречневая каша? Нет, не сегодня. Суп из позавчерашнего ужина? Тоже мимо. Яйца… Отлично. Омлет – простой и быстрый вариант.
Пока масло разогревалось, он машинально вспоминал свои недавние траты. Первая зарплата ушла быстрее, чем он ожидал. Плата за жильё, кое-какие мелкие покупки, угощение коллег, да ещё и вечер в "Гнутом Ключе" – не сказать, что это было лишнее, но теперь ему точно придётся питаться дома. Никаких походов в трактиры, по крайней мере, ближайшую неделю.
Размешивая яйца в миске, он прикинул, что скоро придётся пополнить запасы. Неделя с новой зарплатой – а ситуация не сильно изменилась. Он покачал головой, наливая взбитую смесь на сковороду. Хорошо, если больше проставляться не придётся.
Когда омлет был готов, он выложил его на тарелку, налил себе кофе и сел за стол. В воздухе витал тёплый запах еды, и хотя день уже перевалил за полдень, наступило время для завтрака.
Лавка была небольшой, но в ней можно было найти всё необходимое – от свежего хлеба до ароматных специй, мешками стоявших у прилавка. Кейлан остановился у витрины с куриными тушками, раздумывая, какую взять.
Покрупнее – тогда можно будет не только поджарить мясо, но и сварить бульон из костей. Или всё же суповую? Выходит дешевле, но мяса там почти нет… Впрочем, пока у него ещё оставались деньги с последней зарплаты в архиве, можно позволить себе быть чуть менее экономным. Очередная зарплата в Ордене через неделю. Интересно, сможет ли он заглянуть на работу в выходной, чтобы потренироваться магии?
Кейлан уже потянулся к одной из кур, как вдруг перед ним проскользнула чужая рука и бесцеремонно ухватила его добычу. Ошеломлённый, он резко повернулся к нахалу.
Перед ним стоял Алестэр, его "наставник", улыбаясь так, словно ничего не произошло.
— Сегодня я угощаю, — объявил он и, не дожидаясь возражений, закинул курицу в корзину Кейлана. — Традиция, конечно, странная — с первой зарплаты проставляться. Событие у тебя, а платить должен ты. Так что её следует иногда нарушать.
Кейлан фыркнул, но не стал спорить. Они двинулись дальше вдоль прилавков, выбирая остальные продукты.
— Ты не часто появляешься, — заметил Кейлан, выбирая луковицу и бросая её в корзину. — Это нормально, что нас видят вместе?
— Абсолютно, — спокойно отозвался Алестэр. — Никто ничего не заподозрит, если не придавать этому значения.
Кейлан лишь кивнул, но не был в этом так уверен. Однако спорить не стал.
Когда покупки были выбраны, Алестэр направился к прилавку, чтобы оплатить их. Продавец быстро подсчитал стоимость и назвал сумму:
— Четырнадцать серебряных сорок медяков.
Алестэр театрально закатил глаза.
— Ты мне душу терзаешь, старик, — вздохнул он, глядя на торговца, будто тот предложил ему продать последнюю рубашку.
Кейлан фыркнул. Учитывая, что именно Алестэр настаивал на покупке, его попытка сбить цену выглядела особенно забавной. Но он решил не вмешиваться — явно здесь будет разыгран давно отточенный спектакль.
— Не нравится — иди в другую лавку, — буркнул продавец, скрестив руки на груди.
— А может, ты мне скидку сделаешь? — с надеждой протянул Алестэр.
— Не делаю скидок тем, кто слишком много говорит, — отозвался тот, сухо, как треснувший орех.
— Ну ты посмотри на этого человека, — взмахнул руками Алестэр, обращаясь к Кейлану. — Торговаться разучился! Век торгуешь, а дух торговли угас.
Продавец фыркнул, но, кажется, чуть подобрел. — Давай округлим до тринадцати, — Алестэр опёрся локтями на стойку, подаваясь вперёд с видом заговорщика. — Хорошее число, мне нравится.
— Это число мне не нравится, — отрезал продавец, уже чуть менее раздражённо.
— Тогда четырнадцать ровно? — Алестэр изобразил крайнюю озабоченность, постукивая пальцем по стойке, словно взвешивал важное решение.
— Упрямый ты, — буркнул торговец, — как осёл.
— Ты же понимаешь, что я твой лучший клиент? — Алестэр сделал широкий жест рукой, будто хотел обнять всю лавку.
Мальчишка, работающий в лавке, замер с мешком муки в руках, зачарованно наблюдая за словесной дуэлью. Видимо, он искренне болел за продавца, а в глазах светился интерес.
— Ты вообще редко тут бываешь, — торговец сощурился, явно прикидывая, сколько раз видел этого наглеца.
— Вот именно! А редкие клиенты ценятся больше!
— Четырнадцать серебряных двадцать.
— Ого, вот это щедрость! — Алестэр откинул голову назад, будто только что услышал самую возмутительную новость в своей жизни. — Но мне всё ещё нужно на чай... — Он посмотрел на продавца снизу вверх, как будто тот был ответственен за его возможное разорение.
— Хорошо, давай так, — кивнул Алестэр, изображая уступчивость. — Я возьму всё, кроме этих яблок. Они, конечно, свежие, но, похоже, немного дороговаты.
— Да не упрямься ты, бери. — продавец закатил глаза, явно не собираясь продолжать этот спор.
— Только если дешевле.
— Ладно, четырнадцать серебряных и 10 медяков.
— Сделка! — Алестэр кивнул.
Но не угомонился. Он выложил на стойку только серебро, без 10 медяков, о которых шла речь. Продавец сузил глаза, исподлобья глядя на него.
— Подожди, не спеши, — поднял палец Алестэр и полез в задний карман, будто проверяя, не завалялась ли там ещё мелочь. Порывшись немного, он торжественно извлёк один-единственный медяк и с преувеличенной важностью водрузил его на стойку.
— А это сверху, — объявил он.
В лавке на секунду повисла тишина. Затем торговец громко расхохотался, Алестэр тоже рассмеялся, а Кейлан только покачал головой, наблюдая за этим представлением. Остальные посетители и даже работники лавки разразились смехом, а несколько человек одобрительно хлопнули, явно наслаждаясь представлением.
— Эх, если бы все так торговались, я бы разорился, — махнул рукой продавец, всё ещё посмеиваясь.
— Не разорился бы, а стал бы легендой! — парировал Алестэр, пряча покупки в сумку.
Когда они вышли из лавки, Кейлан покосился на Алестэра.
— Даже не знал, что тут можно торговаться.
— Ты многое ещё не знаешь, парень, — ухмыльнулся Алестэр, подбрасывая яблоко, словно оценивая, сколько медных сэкономил на нем.
Глава 22. Секретный ингредиент
Кейлан открыл дверь своей квартиры и пропустил Алестэра внутрь. Несмотря на лёгкую неловкость оттого, что его жилище выглядело не лучшим образом, наставник не проявил ни капли интереса к состоянию комнаты. Он просто разулся и сразу направился в ванную, бросив через плечо:
— Разбирай продукты, пока я помою руки.
Кейлан вздохнул, ставя корзину на стол. Он начал выкладывать покупки, но его внимание привлекла целая курица, которая заняла почти всю поверхность небольшого стола. Когда Алестэр вышел из ванной, вытирая руки полотенцем, он остановился возле стола и кивнул на птицу.
— Сейчас я покажу тебе кое-что действительно полезное, — сказал он, усмехнувшись.
Кейлан насторожился, предвкушая что-то впечатляющее. В его голове уже возникли образы: курица поднимается в воздух, магия аккуратно снимает с неё кожу, мясо нарезается идеальными кусочками, и всё это осыпается приправами, наполняя квартиру ароматом жареной еды. Но его мечтания прервал голос наставника:
— Главное в этом деле — знать, куда именно направлять нож.
Кейлан моргнул, пытаясь осознать услышанное. Он всё ещё ждал чего-то необычного, но Алестэр лишь засучил рукава, взял нож и, словно обучая новичка, начал показывать, какие именно части курицы нужно отделять, чтобы куски были удобными и правильными. Ловко орудуя ножом, он отрезал одно сочленение за другим.
— Подожди-ка, — Кейлан нахмурился. — Я думал, ты собираешься творить магию, а вместо этого мне придётся учиться разделке курицы? Это что, какая-то проверка?
Алестэр лишь усмехнулся:
— Терпение. Чтобы чему-то научиться, его нужно иметь. Каждый приобретённый в жизни навык рано или поздно окажется полезен. И почти никогда заранее не узнаешь, пока его не упустишь.
— Ну знаешь, я и без всех этих премудростей как-то жил. Курица есть курица, как ни разрежь — всё равно съедобно, — пожал плечами Кейлан.
— Так ведь ты и в архиве почти столько же работал. Может, и магии учиться не стоит? — спокойно заметил Алестэр, бросая ему изучающий взгляд.
Кейлан возмущённо замотал головой:
— Это вообще не связано!
— Правда? Тогда если ты не знаешь, как правильно разделывать курицу, как ты сможешь повторить вот это? — спросил Алестэр, и прежде чем Кейлан успел ответить, наставник сделал движение рукой.
В воздухе вспыхнула мягкая серебристая нить магии, и курица аккуратно разделилась на идеальные кусочки, словно её разрезал невидимый нож.
Кейлан вытаращился, затем шумно выдохнул, а потом театрально вскинул руки, сделав шаг назад:
— Наставник, научите нерадивого ученика!
Алестэр хмыкнул и огляделся.
— У тебя ещё одна курица есть?
Кейлан замялся и отвёл взгляд:
— Мы купили только одну…
— Видишь, каждое решение имеет свои последствия. Иногда они неочевидны, но проявляются позже. И сегодня — это один из таких случаев. Так что с магической разделкой курицы тебе пока не повезло.
Кейлан нахмурился:
— Но если бы мы всё равно разделывали курицу ножом, я бы тоже не научился!
— Ты бы смог повторить это в следующий раз. А так — будешь учиться просто разделывать курицу.
Кейлан покачал головой, скрестил руки на груди и ухмыльнулся:
— Ладно, в следующий раз возьму две курицы.
Алестэр кивнул:
— Отлично. Одну разделаю я, а вторую ты.
Кейлан покачал головой:
— Тогда уж три. На всякий случай.
Алестэр ухмыльнулся:
— Тогда тебе придётся устроить пир, чтобы всё это не пропало зря.
Они рассмеялись, и разговор о магии в этот вечер больше не заходил.
Аромат жарящейся курицы постепенно наполнял комнату, смешиваясь с пряным запахом перца и свежих трав. В углу потрескивала свеча, отбрасывая мягкий свет на стены, а где-то за окном кто-то лениво перебирал струны лютни.
Вскоре курица была приготовлена, а кости аккуратно отложены для будущего бульона. Они сели за стол, наполнив тарелки тёплым, сытным ужином. Кейлан попробовал первый кусок, задумчиво пожевал и кивнул.
— Ладно, признаю, ты умеешь не только ворочать магию, но и неплохо готовить, — усмехнулся Кейлан, откусывая кусок хлеба.
Алестэр усмехнулся и положил себе ещё мяса.
— Я ведь уже говорил, что тебе нужно многому научиться. Не всё в жизни крутится вокруг магии, Кейлан. Вкусная еда, хорошая компания, дружеский разговор — иногда это ценнее любого заклинания.
— Ты можешь овладеть самыми сложными заклинаниями, Кейлан, — сказал Алестэр, разрезая мясо. — Но если ты не умеешь просто сидеть за столом и наслаждаться вкусной едой, значит, ты чего-то не понял в жизни.
Кейлан провёл вилкой по тарелке, наблюдая, как масло блестит на поверхности мяса. Работая в архиве, всё его время уходило на бесконечные отчёты, реестры и пыльные свитки. Он редко позволял себе просто сидеть, наслаждаться едой или разговором. Тогда это казалось неважным. Но теперь, слушая наставника, он осознавал, что всегда стремился к чему-то большему, но никогда не задавался вопросом — ради чего?
— Наверное, ты прав.
Этот вечер был иным. Ни спешки, ни расчётов, ни нависшего над плечами груза неизведанного. Только тепло, сытный ужин и человек, который, похоже, понимал что-то важное о жизни. Кейлану вдруг стало ясно: магия бывает разной. Одной он учился в Ордене, а другую, простую, почти незаметную — только начинал замечать.
Глава 23. Перед тем, как станет сложно
После событий прошлого вечера Алестэр и Кейлан попрощались, тепло завершив встречу. Наставник, уходя, бросил через плечо:
— Я зайду с утра. И смотри, не спи до обеда.
— Буду ждать, — отшутился Кейлан, лениво потягиваясь.
Но когда дверь закрылась, он думал вовсе не о том, чему будет учиться на следующий день. Мысли уплыли в другую сторону — о том, как выстраиваются его отношения с наставником и какое место это займёт в его жизни.
***
Утро началось с привычных рутинных действий. Кейлан уже умылся и вытирал лицо полотенцем, когда раздался стук в дверь. Он крикнул из ванной:
— Сейчас подойду!
Ожидая увидеть Алестэра, он открыл дверь, но на пороге стояла не наставник, а его соседка — Мария Элстоун.
Высокая, стройная женщина с проницательными серыми глазами, Мария с лёгкой усмешкой склонила голову набок:
— Ты чего такой довольный? Неужто свидание намечается?
— Эх, если бы, — ухмыльнулся Кейлан, прислонившись к дверному косяку. — Или ты мне новости принесла?
Мария прищурилась, но не продолжила подначку.
— Ладно, не отвлекаю. У меня соль кончилась, думала, по-соседски поделишься.
— Конечно. Может, зайдёшь на чашку кофе заодно? — предложил Кейлан.
— Уже готовлю завтрак, не хочу, чтобы труды пропали зря, — отмахнулась Мария.
— Сейчас принесу, — Кейлан уже шагнул в сторону кухни, но Мария подняла руку, останавливая его.
— Спокойно, я с солонкой пришла, — Мария подняла небольшую керамическую ёмкость. — Не в ладонях же её носить.
Кейлан усмехнулся:
— Ну, живу я, конечно, не богато, но и бокал для соли мог бы одолжить.
— Ага, а потом пришлось бы бокал возвращать, а заодно и соль. А вот щепотку-другую можно не считать.
Они оба усмехнулись. Кейлан ушёл на кухню, быстро наполнил солонку и вернул соседке.
— Вот, не забудь забыть, — подмигнул он.
— Спасибо, молодой человек, — с нарочито важным видом произнесла Мария и ушла.
Кейлан закрыл дверь и направился к столу, собираясь наконец-то позавтракать. Но в дверь снова постучали.
— Она что, теперь специи по одной будет забирать? — проворчал Кейлан, открывая дверь.
Однако на пороге стояла уже не Мария.
— Доброе утро, Кейлан, — с усмешкой сказал Алестэр, скрестив руки на груди.
— И тебе, — ответил Кейлан, пропуская наставника внутрь. Тот, не теряя времени, протянул ему небольшой мешочек.
— Ты, конечно, пьёшь неплохой кофе, но этот интереснее. Попробуй, если понравится, принесу ещё.
Кейлан покрутил мешочек в руках, вдыхая лёгкий аромат.
— Достаточно просто сказать, где его купить, — усмехнулся он.
— "Золотая чаша", — спокойно ответил Алестэр.
Кейлан нахмурился, перебирая в памяти все знакомые лавки, но это название ничего ему не говорило.
— "Золотая чаша", говоришь? Впервые слышу. Это что, какая-то тайная лавка для магов?
— Хуже, — наставник ухмыльнулся. — В районе элиты.
Кейлан фыркнул, складывая руки на груди.
— Ну, значит, мне туда дорога закрыта.
— Пока, — Алестэр ухмыльнулся — Всё приходит со временем, главное — уметь ждать. Но, возможно, не так уж и долго. Иногда ваша команда попадает туда по заданиям Ордена. Если вдруг будет время — прошвырнись по магазинам. Пока позволить себе многое не сможешь, но хотя бы посмотришь, какие продукты там есть. Вдруг подыщешь что-то новенькое. Если что, можешь спросить совета.
Кейлан усмехнулся.
— А совет по приготовлению кофе уже пора спрашивать?
— Тут уже сам справляйся, — ухмыльнулся Алестэр, откидываясь в кресле. — Обучая, нужно давать шанс на ошибки. — В его голосе слышался лёгкий намёк на подначку.
Кейлан не стал возражать и направился на кухню. Заваривая кофе, он нарезал несколько кусков хлеба, намазал маслом и посыпал сахаром. Пододвинул одну тарелку наставнику.
— Не успел приготовить завтрак, так что пока так.
— Сойдёт, — Алестэр кивнул, поднося чашку к губам. — Просто пообедаем немного пораньше.
Они пили кофе в молчании, пока Кейлан не задал вопрос:
— Так как мне спрашивать у тебя совета, если я даже не знаю, как тебя найти?
Алестэр усмехнулся.
— Я уже говорил, что научу тебя давать сигнал. С этого и начнём. Но сначала... Как успехи с магическим шаром?
Кейлан уже собирался продемонстрировать, но замешкался. Он вспомнил, что в Ордене ему говорили, что использование магии вне офиса отслеживается. А значит, могут быть проблемы.
— Что-то не так? — Алестэр заметил его нерешительность.
— Говорили, что Орден следит за применением магии. Если я буду использовать её здесь, это могут заметить.
Алестэр хмыкнул.
— Ордену некогда следить за каждым чихом. Они отслеживали тебя до первого истощения, чтобы не было несчастных случаев. Но теперь надзор за детьми снят. — Он усмехнулся, намеренно делая акцент на последнем слове.
Кейлан закатил глаза, но спорить не стал. Он поднял обе руки, создавая два магических шара. Затем начал медленно сводить их и разводить, сохраняя контроль.
— Неплохо, — признал Алестэр. — Но нужно уметь ещё и выпускать его из рук.
Алестэр вытянул ладонь вперёд, создавая сразу три небольших магических шара. Они мягко мерцали в воздухе, слегка дрожа, будто готовые сорваться с места. Затем, плавным движением кисти, он подбросил один, и тот описал дугу в воздухе, прежде чем снова вернуться в его ладонь. Остальные два шара следовали за ним, будто ведомые невидимой силой. Пальцы Алестэра двигались легко, контролируя траекторию, словно он жонглировал настоящими предметами.
— Попробуй подбросить один, — сказал Алестэр, наблюдая за Кейланом с лёгкой усмешкой. — Главное — не пытайся его контролировать до конца. Дай магии работать сама по себе.
Кейлан сосредоточился, повторяя в уме объяснения наставника. Сделав глубокий вдох, он подбросил шар вверх. Магический шар поднялся в воздух, но не падал и не рассеивался. Он удивлённо посмотрел на наставника.
— Ожидаемо, — спокойно заметил Алестэр. — Для наших целей этого достаточно. Остальному научишься в Ордене.
Кейлан кивнул, рассеивая шар.
— Теперь к делу. — Алестэр выпрямился. — Покажу тебе заклинание, позволяющее отправить в воздух сокрытый сигнал. Сначала научимся делать магию незаметной, затем — передавать сам сигнал.
Он начал объяснять. Кейлан внимательно слушал, пробуя повторить за ним. Первые попытки были неудачными, но вскоре он справился.
— Теперь запомни, — наставник опустил руки. — Силу, вкладывай в сигнал, в зависимости от срочности вопроса. Если дело не горит — отправляешь слабый сигнал. Если срочно — вкладываешь максимум силы. Я не могу бросать всё по любой мелочи, но если это будет действительно важно — я приду.
Кейлан кивнул, мысленно прокручивая объяснение. Это было проще, чем он ожидал, но явно требовало практики.
— И не забывай просить о помощи, — добавил Алестэр. — В наших отношениях это нормально.
— Просить о помощи — это нормально, Кейлан. Не стоит тащить всё на себе, если рядом есть те, кто может подставить плечо. — Он посмотрел на Кейлана чуть внимательнее, словно оценивая, насколько тот воспримет его слова. Затем кивнул, удовлетворённый чем-то невысказанным. — Так что не стесняйся, я же не просто так тебя учу.
Кейлан задумался на мгновение, словно взвешивая услышанное. Затем усмехнулся и качнул головой:
— Ладно, наставник, уговорил. Буду помнить. Но если я начну звать тебя по пустякам, не жалуйся потом.
Алестэр усмехнулся, сделав вид, что оценивает Кейлана с лёгким прищуром.
— Ладно, только без "Наставник, как заваривать чай?" или "Алестэр, какой соус лучше к мясу?" — пробормотал он с напускной серьёзностью. — Всё остальное, в пределах разумного, потерплю.
Кейлан сделал глоток и поставил чашку на стол, после чего посмотрел на Алестэра.
— Что теперь?
Наставник внимательно взглянул на него, приподняв бровь, будто вопрос был странным.
— А что теперь? — Алестэр приподнял бровь. — Мы допиваем кофе, что же ещё?
Кейлан усмехнулся и взял чашку в руки.
— Кстати, как тебе? — спросил Алестэр, кивая на напиток.
Кейлан сделал глоток, немного помолчал и пожал плечами.
— Интересно. Но, знаешь, я привык к своему.
Алестэр скептически хмыкнул.
— У тебя, похоже, нет чувства прекрасного. — Алестэр покачал головой с преувеличенной тяжестью, словно сокрушался о великой потере. — Ладно, если не нравится, прибереги их для меня. Хоть кому-то в этом городе стоит разбираться в хорошем кофе.
— Как скажешь, — усмехнулся Кейлан, поднимая чашку. — Буду хранить это богатство для тебя.
Кейлан провёл пальцем по краю чашки, наблюдая, как крохотные капли кофе скатываются по стенкам. Он задумчиво перевёл взгляд на наставника, который не спешил говорить, медленно размешивал остатки напитка двигая чашкой.
Они спокойно допили кофе. В какой-то момент Алестэр оглядел комнату и кивнул.
— Уютно тут у тебя. Не торопись с переездом, деньги могут найти себе применение получше.
— Например? — поинтересовался Кейлан.
— Например, артефакты. — Алестэр лениво откинулся на спинку стула. — Свитки с заклинаниями пока не бери. Всё, что потребуется для работы, тебе покажут в Ордене, а остальному, или даже чуть большему, научу тебя я. А уж если понадобится что-то особенное, тогда и будешь искать. Пока не скажу, где именно, чтобы не было соблазна потратить всё до копейки и потом звать меня, потому что "умираешь с голоду". — Он ухмыльнулся.
Кейлан усмехнулся.
— А я думал перебраться ближе к офису, чтобы меньше тратить время на дорогу и, наконец, почувствовать, что зарабатываю больше, а не просто плачу за жильё.
Слова Алестэра звучали логично, но Кейлану всё равно хотелось ощутить, что его доход действительно вырос. Он привык жить скромно, но разве смысл работы не в том, чтобы позволять себе больше?
Но, наверное, наставник прав. Переезд — это не просто смена стен, а шаг в новую жизнь. Нужно сделать его в нужный момент, а не просто ради ощущения перемен.
Алестэр поставил чашку на стол и лениво потёр пальцами висок, будто решая, стоит ли продолжать этот разговор..
— Сперва собери подушку безопасности. Никогда не знаешь, что может вылезти на горизонте. И храни деньги в банковской гильдии, так надёжнее. — Он посмотрел на Кейлана чуть пристальнее. — Ты ведь уже знаешь про магические отмычки? Слишком просто будет незамеченным зайти в твою квартиру и забрать всё, что плохо лежит.
Кейлан потёр шею, размышляя, насколько его жилище действительно беззащитно. Никогда раньше не думал, что кто-то мог просто взять и войти.
— А можно ли как-то защитить квартиру?
— Это тебе позже в Ордене объяснят, — отмахнулся Алестэр. — А если зарплата в гильдии, то и защита не нужна. Вряд ли грабители решат украсть Кейлана, великого и ужасного. — Он усмехнулся. — Если будет нужно, подскажу, когда надумаешь менять жильё. Хотя если выберешь квартиру рядом с Орденом, то и не потребуется. Я ещё не встречал таких дураков, чтобы пытались обчищать жильё сотрудников Ордена у них под носом.
Алестэр откинулся на спинку стула и ухмыльнулся:
— Ну а теперь...
Кейлан тут же оживился, выпрямляясь на стуле:
— А что теперь?
Глава 24. Что ты выберешь?
— Ну а теперь... — Алестэр откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.
Я тут же оживился, выпрямился на стуле: — А что теперь?
Он ничего не сказал сразу. Лишь посмотрел на меня с той самой лёгкой, почти ленивой усмешкой, которую я уже начинал узнавать. Сделал глоток из чашки, не спеша. Будто намеренно растягивал паузу, давая моим ожиданиям закипеть.
Мы сидели у меня на кухне. Всё выглядело бы обыденно — стол, две чашки, старое окно, за которым лениво капал дождь, — если бы не ощущение, будто разговор, который вот-вот начнётся, способен сдвинуть стены этого дома. Воздух стал плотнее, звук капель глуше.
Алестэр поставил чашку на стол и посмотрел прямо в глаза. Его взгляд не был тяжёлым, но в нём чувствовалась проверка. Словно он не только ждал слов, но и того, как я их произнесу.
— Прежде чем мы начнём что-то изучать, — произнёс он наконец, негромко, — стоит задать себе один простой вопрос. Тот, который действительно волнует. Есть такой?
Я кивнул, чуть медленнее, чем хотел. На мгновение поймал себя на мысли, что будто бы сдаю экзамен, ответы к которому мне никто не давал.
— Почему магию скрывают?
В его глазах мелькнул отблеск чего-то — одобрения? Или всё-таки сожаления? Усмешка не исчезла, но стала чуть тише. Он знал, что я задам именно это. Возможно, надеялся.
— Потому что, — начал он, откинувшись в кресле, — это один из самых простых способов контролировать общество. И, пожалуй, один из самых надёжных. Люди не требуют того, о чём не знают. А если узнают — начинается разделение. "Ты можешь — я не могу". А дальше — зависть. Страх. Агрессия. Прямой путь к конфликту.
Я хмыкнул: — Но ведь общество и так разделено. Есть богатые, есть бедные. Разве не то же самое?
Алестэр не сразу ответил. Его взгляд стал чуть острее. Я понял — он начал меня читать. Не просто слушать, а наблюдать: как я говорю, как дышу, как держу паузу.
— Это разделение принято. Привычно. Человек, владеющий лавкой, и мастер, трудящийся на него — оба в одной игре. Один чуть выше, другой ниже. Но они оба считают, что это — естественно. А теперь представь, — он сделал лёгкий жест рукой, будто раскрывая передо мной карту, — человек узнаёт, что его годовой доход — это просто карманные деньги для какого-то юнца, который в жизни не потрудился. Ни дня. Как ты думаешь, он просто пожмёт плечами?
Я сжал пальцы на чашке. Керамика была тёплой, но в груди стало холоднее.
— Годовой доход?.. И на что они живут, если никогда не работали?
— Вот и злость, — сказал он с мягкой улыбкой, но голос был серьёзен. — Она приходит быстро, да? Ты ведь даже не знаешь этих людей. Но уже злишься.
Он чуть наклонился вперёд, локти легли на стол.
— Кому ты платишь аренду? Владельцу? Нет. Такому же, как ты. Но за ним стоит другой. И ещё один. И все они живут с чужой работы. Вся эта система — не про труд, а про собственность. Даже лавка, в которую ты заходил вчера, — помещение в аренде. Захочет элита — и он её лишится. Захочет закон — и найдётся повод. А не найдётся — будет создан. И все скажут, что он был всегда.
Я чувствовал, как внутри поднимается что-то липкое, тревожное. Не просто злость — ощущение, что тебя всю жизнь водили за нос, а ты даже не знал, что должен оглядываться.
— Это несправедливо... — выдохнул я. — Почему никто ничего не делает? Если все узнают — неужели это не изменит всё?
Алестэр не моргнул. Только слегка приподнял бровь:
— А кому жаловаться? Тем, кто держит всё это? Или ты предлагаешь сместить власть?
— Если она глуха — да! Пусть уйдет!
Он рассмеялся — тихо, без злобы. Даже немного тепло. И в этом смехе я впервые услышал… усталость?
— Говоришь, как я двадцать лет назад. И кого поставим вместо них? Себя? Ты готов управлять хотя бы этим районом? А городом? Королевством?
Я отвёл взгляд. Вопрос был не риторическим, но ответа я не знал. Во мне бурлило возмущение, но против него он выставлял факты. Не лозунги — простую, тяжёлую действительность.
Алестэр вновь поднёс чашку к губам, на этот раз медленно, будто давал мне возможность переварить сказанное. А сам, я чувствовал, продолжал наблюдать. Он ждал — что я сделаю теперь: отшатнусь или спрошу дальше.
— Наверняка есть подходящие люди, — сказал я, но даже мне в этот момент голос показался неуверенным.
— И именно их первыми уберут те, кто хочет занять трон, — спокойно отозвался Алестэр. — Люди не склонны отдавать власть тому, кто не обещает им выгоду. Даже если победа возможна, даже если найдутся достойные — сколько погибнет, пока они доберутся до вершины?
Слова легли на грудь тяжёлым камнем. Я хотел что-то возразить — возмутиться, не согласиться, хоть как-то противостоять этому цинизму, но слов не находилось. Внутри нарастало раздражение — не на него, а на саму мысль, что он может быть прав.
— Так магию скрывают, чтобы не дать простым людям хоть какого-то шанса? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.
Я слышал, как в голосе звенит обида. Слишком резко, будто сам не ожидал, что скажу это именно так. Алестэр не перебил — просто посмотрел чуть внимательнее, давая мне возможность услышать самого себя.
— Не ради шансов, — мягко ответил он. — Ради стабильности. Даже без магов армия — слишком сильный механизм. А если добавить к этому магию?.. Это уже не защита. Это просто ещё одна линия между "может" и "не может". А ты до этого об этом знал?
Я покачал головой. Медленно, с напряжением.
— Догадывался... Но не думал, что всё так глубоко.
Алестэр чуть склонил голову набок, внимательно следя за мной:
— И вот теперь ты злишься. Это нормально. Представь: кто-то едет три часа на работу, толкаясь в грязном вагончике трясущейся телеги, а кто-то телепортируется за секунду. Один мастер вытачивает колесо полдня, другой — создаёт его за минуту. Как долго продержится первый? Сможет ли он кормить семью, конкурируя с тем, кто магией заменяет целую артель?
Я отвёл взгляд. Мысли крутились, сталкивались, срывались с привычных мест. Всё, что казалось устойчивым, теперь шаталось, как здание на песке.
— Значит, мы должны смириться? — спросил я тише, чем хотел.
Я сам не ожидал, насколько усталым вышел этот вопрос. Не протест, не вызов — скорее... просьба о надежде.
— Мы воспитаны на историях, где герой побеждает, потому что он — прав, — сказал он, чуть усмехнувшись. — Но жизнь сложнее. Племянник начальника получает должность, а достойные годами ждут. Хочешь верить в справедливость — верь. Но не строй на этом свои решения.
Я смотрел на него, и ощущение тревоги не отпускало. Что-то подсказывало — этот разговор важнее, чем кажется. Не лекция. Не спор. Что-то другое. Переход?
Алестэр заметил это и заговорил мягче, теплее:
— Даже если мир не справедлив — ты можешь быть справедлив. Сначала — в мыслях. Потом — в поступках.
Я опустил глаза.
— Но этого мало, — прошептал я. — Это ничего не изменит.
— Альтернатива? — поднял бровь Алестэр. — Творить несправедливость, оправдываясь тем, что так устроен мир? Или поднять восстание — послать других умирать за твои идеи. Может, и оправдано. Если миллионы будут жить лучше…
— Ценой сотен тысяч, — буркнул я, сжав кулаки на коленях.
Он выдержал паузу. Потом спросил:
— А если они сами этого захотят? Ради своих детей? Ради будущего?
Я покачал головой:
— Это маловероятно. Люди боятся перемен.
— Сейчас — да. Но если день придёт… Будешь ли ты готов? И каким ты должен стать, чтобы этот день стал возможен?
Он говорил спокойно, но в его голосе я вдруг уловил нечто... личное. Словно он уже знал ответ на этот вопрос — не мой, свой. И проверял, насколько я близок к тому, чтобы понять его.
Я уже не спорил. Впервые за весь разговор не чувствовал, что должен что-то доказывать. Просто... слушал.
— Начни с простого, — тихо сказал он. — Пойми, что есть сейчас. Не меняй, пока не понял. Или изменишь всё — но повторишь всё сначала. Те же ошибки. Та же кровь. Только другие имена.
— А ты бы что сделал?
— Я? — Алестэр пожал плечами, как будто этот вопрос был не новым. — Я бы выбрал сторону, которая всё равно победит. Старался бы минимизировать потери. Не ради славы. Ради будущего.
Он говорил спокойно, без нажима, но я чувствовал: за каждым словом — не теория. Опыт. Холодный, выстраданный. И это злило меня больше, чем я готов был признать.
— Удобно, — фыркнул я. — Поддерживать сильных.
Алестэр чуть прищурился. Не осуждающе, скорее оценивающе. Его голос остался ровным, но в нём стало меньше иронии.
— А сохранить жизни проигравших — это слабость? Или ответственность?
Я отвёл взгляд. Внутри поднялась волна — не согласия, а чего-то другого. Сопротивления. Но она тут же осела, расплескавшись в сомнение.
— А если сильные — не правы?
— Кто решает, кто прав? — спросил он. — Я? Ты? Или те, кто потом придёт к власти?
Он выдержал паузу. Я знал — он следит за моей реакцией. И, кажется, уже предвкушал, в каком направлении качнётся мой ответ.
— Я лишь хочу, чтобы не пришлось начинать с руин. Пусть даже цена — не победа, а выживание, — тихо сказал Алестэр, глядя в сторону.
Я вскинул взгляд: — А если руины — путь к лучшему будущему?
Алестэр на секунду замолчал. Его взгляд стал рассеянным — будто он на миг увидел что-то далёкое, что мне было не дано понять.
— Возможно. Но тогда другие государства воспользуются твоей слабостью. Конкуренция везде. Государство, как и человек, либо выигрывает, либо становится чьей-то добычей.
Он говорил всё так же спокойно, но я уже ощущал под поверхностью усталость. Не апатию, а усталость человека, который видел, как рушатся стены, и как за ними — ничто.
— То есть, другие могут быть заинтересованы в нашем падении? — переспросил я, чуть нахмурившись.
— Не обязательно. Но если это выгодно — почему бы и нет?
Я тяжело выдохнул, откинулся на спинку стула и провёл рукой по лицу. Пальцы дрожали чуть больше, чем хотелось бы.
— Это всё слишком сложно…
Алестэр рассмеялся. Коротко, почти по-доброму.
— Добро пожаловать в реальность.
Он снова посмотрел прямо в меня, не дав уйти в сторону.
— Но ты не обязан знать всё. Важно знать лишь одно. Кто ты? И что ты выберешь, когда перед тобой встанет выбор?
— Выбор? — голос прозвучал тише, чем я хотел.
— Продать своб душу. Или же нет.
— Разве это не очевидно?
— А за хорошую цену?
Я сразу вскинулся:
— Нет! — резкость в голосе звучала слишком отчётливо. Только потом я понял, что сжал кулаки.
Он ничего не сказал. Только чуть склонил голову. Следил. Ждал.
— А не ты ли сам только что сказал, что условия для подобного маловероятны? Но если это всё же случится — готов ли ты принять последствия?
Я замер. Горло пересохло. И почему-то именно эта фраза больно ударила.
— И среди тех, кто пострадает, будут невинные. Такие же, как ты. Не выбирали. Не соглашались. Просто попали под раздачу.
Я сжал губы. Отвечать не хотелось. Было ощущение, будто любое слово станет предательством — либо того, что я чувствовал, либо того, кем хотел быть.
— Не все вопросы требуют ответа… — пробормотал я.
Алестэр медленно кивнул. И голос его стал особенно тихим:
— А когда потребуется? Ты уверен, что примешь решение, о котором не пожалеешь?
Я молчал. В груди будто что-то стянулось. Горечь не уходила.
— За вечер ты не найдёшь всех ответов, — продолжил он. — Но ты можешь начать понимать, что твои решения — действительно твои. Не навязанные. Не внушённые.
Я кивнул. Едва заметно. Взгляд мой был прикован к чашке. Пар над ней уже исчез, но остаточное тепло продолжало держаться. И в нём — что-то живое.
Он позволил тишине немного повисеть, будто давая мне подумать.
А потом продолжил, тем же ровным голосом:
— Так не везде. В Федерации Миррен, к примеру, магия официально признана, регулируется государством. Любой может учиться, если способен. Исследуют ее открыто, но контролируемо. В Теократии Катарас магия — прерогатива жрецов. Всё вне их воли — ересь. Стражи Истинного Пути — их инструмент.
Он сделал паузу, отвёл взгляд, будто смотрел сквозь окно в другое время.
— Есть ещё Лига Осколков. Не государство в привычном смысле, скорее — союз магических фракций. Ни одна не тянет в одиночку. Но вместе достаточно сильны, чтобы их не трогали. Баланс через страх. Они не предлагают порядок — они навязывают хаос, в котором каждый сам за себя.
Я пытался осознать всё сразу, но в голове лишь оседали фрагменты. Эти названия... Они звучали чуждо. Почти как сказки. Но Алестэр говорил о них так, словно стоял среди этих фракций, слышал их споры, чувствовал этот страх.
— Я бы хотел родиться в Федерации, — пробормотал я с кривой усмешкой, будто представив, как в другом мире мне не пришлось бы сидеть здесь, спорить, выбирать между слишком сложным и ещё более безнадёжным. — Там, может быть, и вопросов таких не возникло бы…
Алестэр посмотрел на меня внимательно. Почти мягко.
— Даже если бы не был способен к магии?
Я пожал плечами:
— Всё равно кажется, что жизнь там проще.
Он усмехнулся, медленно, без насмешки.
— Благополучнее — да. Но проще? Не уверен.
Он откинулся на спинку стула, оглядел комнату, словно подтверждая свои слова:
— Жизнь везде одна. И в элите плачут. И среди бедных смеются.
Я на мгновение замолчал, уставившись в чашку. А перед глазами всплыл вчерашний момент в лавке: как Алестэр, с притворной уступчивостью, сбрасывал цену на яблоки, а потом с торжественностью выкладывал один-единственный медяк, будто заключал великую сделку. Продавец сначала прищурился, но в следующую секунду расхохотался. За ним — все вокруг. Алестэр смеялся громче всех, искренне, свободно. Тогда я просто покачал головой, не понимая, зачем вся эта комедия.
Теперь — понял.
Жизнь, какой бы несправедливой она ни казалась, всё ещё могла быть лёгкой. Весёлой. Настоящей. Не вся, не всегда — но в эти редкие мгновения, когда люди смеялись, когда кто-то позволял себе игру и теплоту — в этом было что-то, за что стоило держаться.
Сложный мир оставался сложным. Но, может, не всё в нём требовало объяснений. Иногда достаточно принять то, что есть. Не от безысходности — а из силы. Из понимания, что даже малое может быть ценным.
Я усмехнулся в ответ. Сквозь усталость, но искренне.
— Смеются…
Глава 25. Без спешки
— Наверное, ты ожидал чего-то другого от наставника, — усмехнулся Алестэр, взглянув на Кейлана с краешком насмешки.
— Разговоры тоже бывают полезны, — отозвался Кейлан, пожал плечами. — Иногда даже приятны.
— Возможно, — кивнул Алестэр. — Но сейчас тебе хватит слов. Время для чего-то более практичного.
Он поднялся, не дожидаясь согласия, и жестом указал на дверь:
— Пошли. Погода сегодня располагает к обучению.
Кейлан не спешил. Он задержался на месте, будто прислушивался к остаточному эху разговора. Потом глубоко выдохнул и встал, ступив за Алестэром.
Улица встретила их оживлённым утренним гомоном. Торговцы выкладывали товары, гремели ящики, пахло хлебом и копчёностями. Дети играли у фонарных столбов, стражники обсуждали что-то лениво у перекрёстков. Казалось бы — обычное утро. Но в походке Алестэра, в том, как он держал плечи, в том, как его взгляд скользил по улицам — всё выдавало человека, который никогда не воспринимает утро как просто утро.
Он шёл, даже не оборачиваясь. Уверенно. Спокойно. Зная, что Кейлан идёт следом.
— Первое, чему ты должен научиться, — сказал Алестэр, не сбавляя шага, — видеть больше, чем просто то, что перед глазами. Иногда сила и артефакты бесполезны. Тогда остаётся только восприятие. И интуиция.
Кейлан кивнул, хотя в глазах читалась лёгкая настороженность. Всё вокруг выглядело слишком обыденно. Подозрительно обыденно.
— Вон, взгляни, — Алестэр кивнул на витрину лавки. — Что видишь?
Кейлан остановился и уставился в стекло. Там отражалась улица, люди, вывески. Всё было на месте. Почти. Один человек — в плаще, с корзиной — не отражался вовсе. Его образ словно проваливался в глубину стекла.
— Он... не отражается, — пробормотал Кейлан. — Иллюзия?
— Очень грубая, — подтвердил Алестэр. — Я её и создал. Хотел, чтобы ты заметил. Это основа: научиться видеть то, что не сходится с остальным. Несостыковки, которые выдают подделку. Иллюзии, ложь, магические вмешательства — все они нарушают ткань привычного.
Они пошли дальше. Алестэр вдруг остановился и указал вверх:
— Смотри на вывески.
Кейлан пригляделся. Все вывески раскачивались от ветра. Кроме одной. Она застыла, словно приклеенная к воздуху.
— Эта… не движется, — сказал он, нахмурившись. — Что-то с пространством?
— Я приостановил потоки, — кивнул наставник. — Легко, едва заметно. Ты заметил визуально, но дальше — сложнее. Учись чувствовать.
Кейлан закрыл глаза. Сосредоточился. Сначала — тишина. Потом — странное ощущение, будто воздух стал чуть плотнее, а потоки, мягкие и едва ощутимые, огибают какую-то область.
— Потоки обходят это место. Словно их что-то отталкивает.
— Так и есть. — Алестэр не улыбался. — Учись читать это. Не смотри прямо. Смотри вокруг. Потоки честнее глаз. Но труднее.
— Как этому научиться?
— Практикой. И вниманием. Со временем научишься замечать это, не напрягаясь. Это должно войти в привычку.
Он сделал пару шагов и остановился. Затем, не оборачиваясь:
— А теперь скажи, что не так.
И исчез. Просто — исчез. Без вспышек, жестов. Обыденность сменилась пустотой.
Кейлан вздрогнул, хотя заранее ожидал подвоха. Это было не просто исчезновение — в мире словно стало на один звук тише. Он заставил себя не паниковать, вдохнул медленно, стараясь отыскать хоть что-то знакомое в потоках.Потоки были стабильны. Не было выброса. Лишь лёгкий след — будто магия наоборот, приходила в норму.
«Может, его и не было?..» — мелькнуло в голове.
Он медленно повернулся, скользя вниманием по улицам. У стены... стоял Алестэр, скрестив руки, будто и не двигался вовсе.
Но что-то в этой позе казалось... неестественным. Слишком неподвижным. Слишком выверенным, как статуя, а не человек.Но Кейлан не двинулся к нему. Вместо этого — сосредоточился. Магия. Потоки. Иллюзия.
Он прищурился, оглядел улицу — и заметил: у лавки со специями, в полутени, Алестэр с ленивым видом нюхал пригоршню сушёных листьев. Кейлан уже сделал шаг — и снова замер. Потоки не сходятся. Ещё одна иллюзия.
Он прикусил губу. Значит, всё — часть упражнения. Алестэр не просто исчез. Он проверяет. С каждым разом — чуть сложнее.
В этот момент он почувствовал лёгкое дрожание над собой.
Он поднял голову.
Письмо. Просто висело в воздухе, медленно покачиваясь.
«Очередная проверка?..»
Он протянул руку. Бумага была холодной, шершавой. Реальной.
Пальцы дрогнули, хотя он был уверен, что это лишь очередная иллюзия. Она не исчезала. Напротив — будто пульсировала слабым напряжением, как живая.
«Продолжай смотреть. Но не там, где тебе показывают. А там, где всё слишком правильно».
Кейлан перечитал строку. И только теперь понял: всё это время он смотрел слишком в лоб. Пора было изменить угол.
Кейлан перевёл взгляд с письма обратно на улицу. Гул города вернулся — привычный, обыденный. Но теперь он знал: за этим слоем «нормальности» всегда может прятаться другое. Он почувствовал, как тело само по себе подстраивается — дыхание стало тише. Он начал искать.
Хотя письмо исчезло так же внезапно, как и появилось, ощущение внутри не уходило. Он уже не просто наблюдал — он стал частью этого процесса.
Он менялся.
Это было только начало.
Он шёл, не торопясь, вглядываясь в улицы, будто ловя на себе взгляд невидимого собеседника. Некоторые переулки отзывались тишиной, но один — узкий, ничем не выделяющийся — заставил его остановиться. Потоки магии здесь словно отклонялись, мягко обходя крохотную зону.
На скамейке у сквера сидела влюблённая пара. Парень что-то шептал девушке, она смеялась и качала головой, прижимаясь к его плечу. Сбоку от них — фигура, которую взгляд почти не фиксировал. Обычная, неприметная. Почти сливалась с пространством. Почти.
Если бы не магия, Кейлан бы прошёл мимо.
Он чуть прищурился, убедившись, что пара полностью поглощена друг другом, и с легкой, почти мальчишеской усмешкой махнул рукой в сторону невидимого наблюдателя.
Потоки слегка дрогнули, двинулись к нему, словно отзываясь. Из воздуха, как из тени, проявился Алестэр.
— Справился, — сказал он, склонив голову. — Медленно, но всё же.
Кейлан фыркнул:
— Без подсказок, методом перебора — это лучший результат. Тут всё от случая зависит.
— Уверен? — прищурился Алестэр. — Подсказок не было?
Кейлан задумался и, чуть помедлив, произнёс:
— Письмо?
— И оно, — кивнул Алестэр. — Но были и другие. Самая первая?
Кейлан перевёл взгляд в сторону, вспоминая. Потом медленно:
— Когда ты исчез… потоки начали восстанавливаться. Я почувствовал, как они менялись. Это и была подсказка?
Алестэр чуть улыбнулся:
— Да. Потоки не просто исчезают — они возвращаются. Но не хаотично. Если присмотреться, в их восстановлении можно прочесть направление. Понять, откуда пришло вмешательство. Или даже кто его создал.
Кейлан кивнул, нахмурившись.
— Хочу попробовать снова.
— Попробуешь. Но немного иначе, — усмехнулся Алестэр и пошёл дальше.
Они свернули в переулок — узкий, влажный, с закопчёнными стенами и едва уловимым запахом прелых трав. У одной стены, рядом с облупленной вывеской трактира, Алестэр остановился и кивнул на пространство перед ними:
— Что здесь не так?
Кейлан огляделся. Ничего особенного: выцветшие надписи, грубая кладка, разбитый фонарь. Но потоки в этом месте странно завихрялись. Его взгляд скользнул вниз — к едва различимой тёмной метке у основания стены. Словно бы угольная надпись, почти стёртая.
— Вот она, — произнёс он. — Надпись. Потоки вокруг неё искривлены. Что-то нарушает их.
— Метка, — подтвердил Алестэр. — Одна из подпольных организаций. Маленькая, но заметная. Если знаешь, куда смотреть.
Кейлан насторожился:
— Мы здесь, чтобы остановить их?
— Нет. Пока — нет. Эти группы проще держать под наблюдением. Закроешь одну — на её месте появится две. Но если следить — можно выйти на тех, кто стоит за ними. Организаторов. А значит — всю сеть.
— Но если сеть закрыть, появится новая? — уточнил Кейлан, недоверчиво нахмурившись.
— Ты прав, — кивнул Алестэр. — Но остановился на полпути.
Кейлан задумался. Прислушался к потоку своих собственных мыслей. Потом произнёс:
— Пока они малы, с ними проще справиться. Но если дать времени, они станут опытнее. Тише. Опаснее.
— Именно, — подтвердил Алестэр. — Даже если сеть уничтожить, новая будет уже другой. С учётом ошибок.
— И какие ошибки допустили эти? — спросил Кейлан, переводя взгляд на метку.
— Во-первых, не надо было оставлять её на виду. Надо было встроиться в старую вывеску. И ещё — не наносить её прямо из укрытия. Подойти, когда улица пуста.
Кейлан чуть прищурился, вновь вгляделся в потоки. Они расходились от стены, но один из них был особенно чётким — тонкая струя, уходящая… наверх?
Он поднял глаза. Второй этаж здания напротив. Окно, за которым ничего не двигалось. Но именно оттуда шёл след.
— Там? — спросил он.
— Там, — подтвердил Алестэр. — Но задерживаться здесь опасно. Лучше уйти, пока нас не заметили.
Он шагнул в сторону, скрылся в тени, и запах копчёностей и специй от трактира мягко окутал их, словно приглашение.
— Думаю, мы заслужили обед. Пойдём, наконец, поедим.
Зайдя в трактир, Кейлан с Алестэром подошли к стойке. Внутри пахло специями, жареным мясом и старым деревом. Воздух был тёплый, плотный, словно сам напитан годами разговоров. За стойкой стоял широкоплечий трактирщик с усталым, но внимательным взглядом. Он кивнул им и спросил:
— Чего желаете?
Кейлан бегло осмотрел доску с ценами, прикинул, сколько осталось денег, и с полуулыбкой повернулся к Алестэру:
— Не стесняйся. Сегодня моя очередь угощать.
Алестэр приподнял бровь и скользнул по нему взглядом с насмешкой:
— Это работает не совсем так... но спорить не буду.
Повернувшись к трактирщику, он сказал:
— Свинину с овощами по-вельморски и бокал вина. Есть ли что-нибудь из плодовых?
— Только сливовое, — ответил трактирщик.
— Подойдёт.
Тот перевёл взгляд на Кейлана, словно подчеркивая, что теперь его очередь.
— Мне то же самое, — кивнул Кейлан.
Он расплатился, и трактирщик, принимая оплату, жестом указал на свободный стол у окна.
Когда они сели, Кейлан, устроившись поудобнее, повернулся к наставнику:
— Так как же это всё-таки работает?
Алестэр откинулся на спинку стула, покачивая бокал в пальцах:
— Во-первых, праздники не считаются. Так что считать, что я уже платил — не стоит. А во-вторых, подобные счета не ведут с самого начала. Пока встречи не станут постоянными — каждый платит за себя. Чтобы избежать неловких ситуаций.
— Неловких? — удивился Кейлан. — Каких?
— Если слишком рано предложишь заплатить за кого-то, это может быть воспринято как сомнение в его способностях заплатить за себя. Иногда такие жесты воспринимаются как покровительство — и это задевает. Всё зависит от ситуации..
Кейлан чуть усмехнулся:
— Сложнее, чем я думал.
— В нашем случае, — продолжил Алестэр, — пока ты ученик — я покрываю расходы. Когда начнёшь пожинать плоды — будешь платить ты. Так что можешь считать это… инвестицией. — Он ухмыльнулся.
Кейлан хмыкнул:
— Учту. — А потом, прищурившись, добавил: — Но почему ты всё-таки позволил мне заплатить?
— Потому что не хотел тебя задеть? — спокойно ответил Алестэр. — Если бы я расплатился без объяснений — выглядело бы грубо. А обсуждать это при трактирщике… к чему? Один раз — не в счёт. Зато повод всё разложить по полочкам.
Кейлан кивнул. В этот момент трактирщик принёс два бокала вина и поставил перед ними.
— Свинина готовится. Принесу, как будет, — коротко сказал он и вернулся за стойку.
Алестэр поднёс бокал, сделал глоток, прикрыв глаза, будто наслаждаясь моментом.
— Что думаешь об обучении? То, чего ожидал?
Кейлан задумался, поводя пальцами по ножке бокала:
— Не совсем… Но мне нравится.
Алестэр усмехнулся:
— Ты ведь не надеялся, что я научу тебя незаметно стирать целые улицы?
— Не до такой степени, — усмехнулся Кейлан. — Но то, как Вейл… стёр Кайна — впечатляло.
— Это не твой уровень, — спокойно ответил Алестэр.
— Пока? Или вообще?
— Посмотрим. Вейл — исключительный маг. Десятилетия практики. Он специализируется на устранениях. Думаешь, о таком стоит задумываться в первую же неделю?
Кейлан пожал плечами:
— Нет. Но полезно же знать, к чему стремиться. Чтобы понимать, чему уделять внимание.
Алестэр отрицательно покачал головой:
— Начни с основ. Только когда ты их освоишь, поймёшь, как устроены сложные заклинания. И главное — как их адаптировать под себя. Если окажешься способным — возможно, проложишь свой путь.
Кейлан улыбнулся, откинувшись на спинку стула:
— Звучит интригующе. И… долго. Но, кажется, я только начинаю понимать, ради чего всё это.
— Всё зависит от амбиций. На каком уровне ты хочешь остановиться? Я могу довести тебя до уровня Вейла. Не сразу, шаг за шагом. Может, это и не будет твоим путём. Может, ты останешься чуть позади. Но если однажды ты захочешь большего... не окажется ли, что ты сам ограничил себя в самом начале? Когда почти ничего ещё не понимал?
Кейлан чуть склонил голову, играя пальцами по краю бокала. Он кивнул, будто самому себе:
— Это весомый аргумент... — пробормотал он. — А сколько времени это займёт?
Алестэр усмехнулся, вновь поднимая бокал:
— Столько, сколько потребуется. Не спеши.
Трактирщик вернулся, ловко поставив перед ними тарелки. Пар от горячей свинины с овощами тут же потянулся вверх, насыщая воздух ароматами специй и поджаристой корки.
— Пахнет отлично, — заметил Кейлан, вдохнув поглубже. Он взял вилку, чуть поколебался, и всё же сделал первый укус.
— В Королевстве Вельмор мясо по-вельморски редко готовят плохо, — заметил Алестэр. — Удачное блюдо для незнакомых трактиров, куда вряд ли вернётся.
Кейлан проглотил и кивнул:
— А в других государствах? Хуже?
— Не хуже. Просто иначе. Иногда — слишком.
— То есть неожиданно?
Алестэр усмехнулся:
— Можно и так сказать.
— Много где пробовал? — поинтересовался Кейлан, откинувшись на спинку стула.
— Почти везде. Кроме Теократии — там не подают.
Кейлан приподнял бровь:
— Почему?
— Вкусовые предпочтения? — отозвался Алестэр с лёгкой усмешкой и пожал плечами.
Кейлан чуть усмехнулся и вернулся к еде, позволив тишине ненадолго зависнуть между ними.
Через несколько минут Алестэр аккуратно отложил салфетку и заговорил:
— После обеда мне нужно будет уйти. Так что на сегодня — всё. Но тебе стоит попрактиковаться. Потоки, отклонения — всё это нужно довести до автоматизма. А вот с заклинаниями будь осторожен. Пока только базовое взаимодействие, и не увлекаясь.
Кейлан медленно кивнул, не отрывая взгляда от тарелки:
— Когда мы встретимся снова?
Алестэр сделал глоток вина, потом взглянул на него поверх бокала:
— Пока не знаю. Но если понадобится — ты уже знаешь, как меня найти.
— Да, — тихо подтвердил Кейлан.
Они продолжили есть, уже не торопясь. Разговор перешёл к местным винам, к разнице в специях между югом и севером. Атмосфера стала легче.
Шум трактира, казалось, отступил. Кейлан чувствовал, как потоки магии текут по полу, отражаются от стен, касаются его ладоней, запястий, шеи. Он не искал их — они просто были.
Как дыхание.
Он больше не наблюдал за магией. Он жил с ней рядом.
Глава 26. Одна ручка, два стражника
Началась вторая неделя работы в команде. Кейлан, предвкушая своё первое настоящее задание, пришёл в офис задолго до начала рабочего времени. Дверь оказалась заперта — внутри было тихо и пусто.
«Выдадут ли мне наконец ключ?» — с сомнением подумал он, бросив взгляд на карманные часы. Времени до начала было предостаточно. Попытка найти открытое кафе поблизости, скорее всего, тоже оказалась бы безуспешной: город ещё спал.
Он вздохнул и опустился на ступеньки у входа, машинально сжимая в руках тонкие перчатки. Утро было прохладным, но бодрящим. Он уже хотел было достать записную книжку, как услышал приближающиеся шаги.
Первым появился капитан. Завидев Кейлана, тот слегка приподнял бровь: — Рано сегодня. Ты с ночёвкой здесь, что ли?
— Не выдержал. Захотелось начать пораньше, — улыбнулся Кейлан, вставая.
Маркус усмехнулся: — Это похвально. Хотя запомни: излишний энтузиазм может помешать делу. Пойдём, расскажу, что у нас.
Они поднялись по лестнице. Маркус заговорил, не сбавляя шага: — У нас новое дело. Несколько налётов — схожий почерк. Свидетели утверждают, что видели преступников, и называют имена. Проблема в том, что этих самых людей видели в другом месте в то же время. Возможно, используется магия иллюзии. Но всё выглядит слишком чисто, чтобы быть обычным обманом зрения.
— В пятницу в баре слышал похожую историю, — задумчиво заметил Кейлан. — И, кажется, один из подозреваемых — мой знакомый. Ивар.
Капитан замедлил шаг, бросив на него внимательный взгляд: — Это может повлиять на твою объективность?
— Не думаю. Напротив — я знаю, как он обычно себя ведёт. Если поведение будет нехарактерным, замечу. Можем начать с него.
Маркус коротко кивнул: — Хорошо. Но если хоть что-то покажется тебе странным — сразу докладывай Эдгару.
— Не вам? — удивился Кейлан.
— Этим делом руководит Эдгар. Все вопросы — к нему. Я лишь контролирую общий ход работы.
Они вошли в кабинет. Маркус молча достал из ящика тонкую папку, передал её Кейлану. — Ознакомься с материалами. Эдгар скоро подойдёт — даст дальнейшие указания.
Кейлан уже направился к двери, когда капитан его остановил: — Кстати. Ключ. Чтобы в следующий раз не мерзнуть у входа. — Он протянул металлический ключ и лист бумаги с ручкой. — Напиши заявление о выдаче на моё имя. Для отчётности.
Кейлан устроился в своём кабинете. Бумаги, папка, чернила, лёгкий скрип кресла — всё было знакомо, почти привычно. Он внимательно изучил материалы, после чего откинулся на спинку стула, глядя в потолок. Картина начинала складываться, но с одними только документами она выглядела подозрительно аккуратной.
Появление Эдгара вернуло его в реальность — тот постучал в открытую дверь: — Ну что, великий аналитик, уже нашёл виновного?
Кейлан повернулся, и с улыбкой ответил: — Всё просто. Злые близнецы.
— Еще и прозрачные, — поправил Эдгар с насмешкой. — Хотя даже так, на склад торговой гильдии они бы не проникли. Там защита стоит серьёзная.
Кейлан чуть кивнул: — И всё же на сговор не похоже. Ни места, ни люди между собой не связаны.
— Согласен, — Эдгар стал серьёзнее. — Я уже отправил Винсента изучить места преступлений. Что-нибудь, да найдёт. А мы займёмся допросами.
Кейлан поднялся: — Хотел бы начать с Ивара.
— Капитан говорил. Используй, что знаешь. Только помни: если хочешь помочь другу — сначала нужно поймать настоящего преступника.
Кейлан утвердительно кивнул. В словах Эдгара не было сомнений — он тоже не верил в виновность Ивара.
— Когда выезжаем?
— Нам в разные стороны. У нас ещё три похожих случая. Я и Элин займёмся ими. Сроки поджимают, действуем параллельно. Ты — один. Вернёшься сразу после допроса. И не забывай: ты младший инспектор. Держи себя как положено.
Кейлан хмыкнул, забрал папку и вышел, перебирая в голове возможные сценарии встречи. Он знал Ивара — или думал, что знал. Но теперь всему предстояло пройти проверку.
Кейлан, имея на руках официальные документы, без труда прошёл в отделение городской стражи, где держали Ивара. Его задачей было лично сверить показания и попытаться найти зацепки, которые могли бы ускользнуть от стражей, не знакомых с магическими методами.
На допрос он пошёл в сопровождении двух стражей. Старшим был дотошный и строгий Роланд Мейр, младшим — более общительный и мягкий Томас Делл.
Когда они вошли в комнату, Ивар, заметив их, с усталой обречённостью сказал: — Я уже всё рассказал. Почему вы меня до сих пор держите?
Увидев Кейлана, он удивился: — Кейлан? Это ты?
— Доброе утро, Ивар, — спокойно сказал Кейлан, показывая удостоверение. — Младший инспектор по городскому регулированию и безопасности. Мне поручено уточнить, насколько быстро можно было бы добраться с места преступления до того места, где тебя видели свидетели. Заодно сверим показания. Прости, но придётся всё повторить.
Ивар сдался взглядом: — Раз нужно — ладно.
Он кратко повторил рассказ, а Кейлан слушал внимательно. После этого задал вопрос: — Ты не заметил кого-нибудь подозрительного в день преступления? Или может за день-два до этого?
Ивар оживился: — Точно! Был один странный парень. Из района Элиты.
— Элиты? — переспросил Томас, заинтересованно подняв бровь.
— Да, — кивнул Ивар. — Совсем из головы вылетело. Из-за всех этих обвинений. Очень странный тип. Пришёл, сказал, что ему нужна дверная ручка. Только одна.
— Только одна? — переспросил Томас, а Роланд уже начал записывать в блокнот.
— Вот именно. Я сразу сказал: «Дверь ведь с двух сторон открывается. Нужно две». А он вспылил: «Почему никто не может сделать только одну? В чём вообще проблема?!» — будто я виноват.
— И что ты? — поинтересовался Томас.
— Пытаюсь объяснить. Что ручки ставятся парами. Он не слушает. Кричит. Я говорю, что если он потом пожалуется, мне придётся делать вторую, а форму уже не восстановишь. Тогда он вообще начал орать. Что не нужна ему вторая, у него уже есть.
— Ты сообщил об этом кому-то? — вмешался Роланд.
— Да куда там… Меня почти сразу после этого и скрутили.
Кейлан нахмурился: — Почти сразу?
— Ну не буквально. После разговора. Я уже и не помню толком. Он что-то бормотал о том, что у него комнаты все оформлены по-разному, и ручка не вписывается. Я сказал, что если сделать одну, а потом вторую, то они не подойдут друг к другу.
— И он? — спросил Томас.
— Завёлся ещё сильнее. Спрашивал, какая мне вообще разница. А мне не всё равно. Репутация. Если придёт с претензией — всё, теряю заказ. Я говорю — чтобы форма была, ручки нужно делать парой. А он орёт. Я в ответ: «Не ори, клиентов распугаешь. Сейчас стражу вызову».
— Но не вызвал, — заметил Роланд.
— Не вызвал, — признал Ивар. — Он начал оскорблять. Я не выдержал. Схватил молоток. Не чтобы бить, просто напугать. Он ушёл. Но потом вышел владелец — мастер Фаррен. Я ему всё рассказал. Говорю: «Надо сообщить стражам, мало ли, вдруг он кого в подвале держит». Элита же.
— И что сказал Фаррен? — спросил Томас.
— Подзатыльник. Сказал: «С каждой стороны ручка разная — это элитный стандарт. Делаешь одну, берёшь деньги как за десять». А если переделывать — всё равно в плюсе. Элита денег не считает. Иди, мол, извиняйся, и возвращай клиента. Без него не возвращайся — уволю.
— И ты? — Роланд приподнял бровь.
— Побежал за ним. Догнал. Но он всё ещё орал. Я начал объяснять, что мол, недоразумение. Начальник велел. Сделаем всё как надо. Даже скидку дадим.
— И? — уточнил Томас.
— Он посмотрел на меня… как-то странно. Улыбнулся, но не по-настоящему. Я повторяю: «Если не вернусь с клиентом — уволят». А он спрашивает: «Не вернёшься?» Я сказал, что да. Так и есть. Он посмотрел… и говорит: «Тогда встань на колени и умоляй».
— Сраная элита, — тихо выдохнул Роланд. Томас кивнул.
— Я… встал, — признался Ивар. — Без работы никак. Он рассмеялся, сказал, что у меня ничего заказывать не будет, и ушёл.
Кейлан сжал кулаки под столом. Он помнил Ивара как язвительного шутника, того, кто умел спорить с мастерами... Не того, кто стоял на коленях.
— Тебя уволили? — с тревогой спросил Кейлан.
— Не знаю. Возвращаться не стал. Просто сидел, думал… что теперь делать. А потом стража пришла. Думал, это он подговорил. А оказалось — ограбление.
— Оно произошло в это время, — уточнил Роланд. — Свидетели подтвердили.
— Да, знаю. Но меня всё равно держат. Наверное, уже уволили. Столько дней не появлялся.
— Не имеют права, — заметил Роланд. — Если ты оформлен как свидетель — никто тебя уволить не может.
— Так я больше не подозреваемый? — с надеждой спросил Ивар.
— Нет. С момента, как свидетели подтвердили, — сразу переведён. И если ты скажешь, что почти уговорил клиента, — город оплатит заказ. С налогов… скажем так, того самого клиента.
— Налога на засранцев, — вставил Томас. Все усмехнулись.
— А это… нормально? — спросил Ивар с сомнением.
— У меня уже записано: «почти уговорил», — спокойно ответил Роланд. — Твой начальник даже в плюсе останется. И ты получишь компенсацию — двойную зарплату за время задержания. Так работает система. Город хочет, чтобы люди помогали следствию.
Ивар с облегчением выдохнул: — Спасибо вам. Вы мне жизнь спасаете.
Кейлан тихо добавил: — Этот парень из элиты… как бы он ни был засранец, вряд ли успел бы провернуть всё сам. Слишком быстро.
— Согласен, — кивнул Роланд.
Кейлан снова повернулся к Ивару: — Постарайся вспомнить — был ли кто-то ещё подозрительный? Может, в предыдущие дни?
СЦЕНА: ВТОРОЙ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЙ КЛИЕНТ
Ивар задумался, на лице появилась тень воспоминания. Потом он чуть улыбнулся: — Ну... была одна клиентка. Не скажу, что подозрительная — просто запомнилась. Симпатичная такая.
— Насколько симпатичная? — тут же подмигнул Томас, слегка подавшись вперёд.
— Ну... — протянул Ивар, — одета скромно, как и почти все у нас. Но глаза... глаза красивые. Смотрела на меня — будто насквозь.
В комнате проскользнула сдержанная улыбка.
— И что ты? Просто стоял и таял? — поддел Томас, весело хмыкнув.
— Да нет же, — фыркнул Ивар. — Включил обаяние. Начал рассказывать, какой у нас хороший цех, как мы работаем. Что я, мол, мастер что надо — с такими, как я, не пропадёшь.
— И как, сработало? — с интересом приподнял бровь Томас.
Ивар немного смутился, но продолжил: — Она сказала, что просто осматривается. А у нас-то и смотреть особо не на что — всё под заказ. Только пару готовых вещей, что клиенты ещё не забрали. Я решил похвастаться — показал крепление для телеги, что недавно делал. Объясняю: мол, работа непростая, нагрузка большая, надо, чтобы всё выдерживало. Не каждый возьмётся, а некоторые и нарочно делают слабо — чтобы потом в ремонт приходили. А у нас — репутация. Спроси кого угодно: Ивар делает на совесть.
Он махнул рукой: — Только она и не слушала особо. Всё на меня смотрела. Прямо в упор. Будто я — экспонат.
— Влюбилась, что ли? — с притворным удивлением спросил Томас.
— А кто её знает? — пожал плечами Ивар, усмехаясь. — Я-то подумал: хватит хвастаться, подумает ещё, что я нарцисс. Пригласил её на кофе после работы, спросил, когда свободна. А она — в краску и бегом из мастерской.
— Поторопился, значит, — усмехнулся Томас.
— Может быть, — неуверенно пожал плечами Ивар. — Я ей крикнул: «Заходи ещё!» Мало ли, передумает…
— И вернулась? — спросил Кейлан, чуть прищурившись.
— Кто знает... — Ивар почесал затылок. — Меня же тогда уже скрутили. Да и вообще — может, она и не на меня смотрела. Я весь в саже был, лицо чёрное.
— В саже? — переспросил Роланд, приподнимая бровь.
— Ага. Стою такой, смотрю ей вслед, думаю, что сказать, если вернётся. И тут подходит мужик. Глядит на меня, как будто что-то ищет. Я спрашиваю: «Чего надо?» А он — «Осматриваюсь». Ну я про себя думаю: может, теперь и мужики на меня заглядываются. Второй уже «осматривается»!
Он усмехнулся: — Я ему снова начал про крепление для телеги рассказывать. А он всё смотрит на меня... внимательно. Как-то уж слишком. Тут-то я и понял, что, наверное, у меня с лицом что. Протёрся полотенцем — сажа по всей морде. Он улыбнулся — и ушёл. Причём улыбка у него была... та же. Как у той девушки. Прямо до мурашек. Вот я и решил: может, и она на это смотрела. Теперь у меня полотенце наготове, если какая симпатичная зайдёт — чтобы снова не облажаться.
— Здравое решение, — одобрил Кейлан с лёгкой усмешкой. Тем временем он быстро сделал пометку в блокноте: «два клиента — одинаково внимательное, оценивающее поведение. Интервал — несколько часов до ограбления.»
Томас кивнул Ивару: — Если с той девушкой всё выгорит — обязательно приходи рассказать. Нам всем теперь интересно.
— Если свадьба будет — позову, — рассмеялся Ивар.
Смех прокатился по комнате, разрядив атмосферу.
Когда допрос закончился, и они уже выходили, Кейлан шёл молча. Мысль не давала покоя: а если это одно и то же лицо? Девушка и парень. Поведение слишком уж похоже. Улыбки — те же.
Он мысленно вернулся к чертежам передвижения, к отметкам на карте.
Если это один и тот же человек — он умеет менять лица, но не привычки.
А значит — его можно выследить.
И Кейлан собирался это сделать.
Глава 27. Оставив позади
Когда Кейлан вернулся в офис, солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы залить приёмную тусклым золотом. Он не стал заходить к себе — сразу направился в кабинет, где должен был быть Эдгар.
За дверью слышались голоса. Кейлан постучал и заглянул внутрь.
— А вот и наш следопыт, — отозвался Эдгар. Он стоял у стола, что был завален бумагами. Рядом сидела Элин, держа в руках небольшой блокнот.
— Долго же ты шёл, — сказала она, улыбнувшись.
В голове Кейлана прозвучала шутка про заблудившегося новичка.
— Мы уже начали разбор, — добавила Элин. — Как твой Ивар?
— Чист, — ответил Кейлан. — И дал любопытные детали. Двое клиентов. Девушка — скромно одета, утверждала, что «осматривается», но почти не обращала внимания на изделия. Смотрела только на него. А потом — мужчина. Почти та же схема: «осматриваюсь», ни к чему не прикасается, но смотрит. На него. Почти одинаково. Поведение повторяется.
Эдгар и Элин переглянулись. Эдгар жестом предложил пройти и закрыл за Кейланом дверь.
Пока Кейлан садился, Эдгар уже перелистывал следующий протокол — будто в голове у него давно все сложилось.
— У нас — та же картина, — сказал он. — Один из опрошенных говорил про мужчину, который не интересовался товарами, просто стоял и смотрел. В другом случае — женщина, тихая, аккуратная, тоже просто «осматривалась». И снова — никакого интереса к продукции. Только к человеку.
Кейлан кивнул, усаживаясь рядом: — Похоже, это одно и то же лицо. Или кто-то, кто использует одну и ту же схему.
— Скорее — одно и то же, — сказала Элин. — Поведение идентичное. Как по лекалу. Винсент уже проверил места преступлений. На последнем всё ещё ощущаются остатки магии иллюзий и подавления магического восприятия.
— Это его стиль, — уточнил Эдгар. — Или её. Кто бы это ни был — он действует стабильно.
— Он заходит, наблюдает, уходит. Но цель не заказ, не покупка, — добавил Кейлан. — Похоже — сам человек. Лицо. Телосложение. Одежда.
— Мы уже насчитали четыре таких случая, — добавил Эдгар. — Та же схема, разное время.
Элин подняла взгляд: — И в одном из них «подозреваемого» видели после ограбления. Хотя в момент преступления он был под арестом. Мы думали — ошибка. Теперь ясно: не ошибка.
Кейлан задумался. Где-то — настоящий облик, всё ещё скрытый.
— Значит, — сказал он, — мы ищем того, кто использует магию иллюзии. Не просто для прикрытия — для замены.
Эдгар медленно кивнул, более серьёзно, чем обычно: — Позволяющей обходить магические защиты, как со складом торговой гильдии.
На мгновение все трое молчали.
— Надо будет поручить страже сверку по мастерам, — сказал Кейлан. — Тем, кто контактировал с похожими клиентами. Если он действительно подбирает внешность, можно попробовать выстроить цепочку.
— Элин и я проверим старые дела, — отозвался Эдгар. — Все, где обвиняемый утверждал, что не помнит, как оказался на месте преступления. Или утверждал, что его подставили.
— И добавим к этому заказы, которые не были завершены, — добавила Элин. — Может, он оставляет след не там, где берёт, а там, где отказывается.
Кейлан кивнул.
За окном шумел город. Где-то, среди похожих улиц и лиц, кто-то продолжал «осматриваться». Но теперь — за ним следили.
Сообщение поступило ранним вечером. Один из городских стражей передал, что в мастерской другого района появился клиент с поведением, полностью совпадающим с описанным шаблоном. «Осматривается», ничего не заказывает, внимательно наблюдает за мастером. Даже словесные обороты — те же.
Но вместо того чтобы просто сообщить, стражник попытался задержать подозреваемого. Хотел проявить инициативу. Его напарник рассказал, что тот внезапно рухнул на землю. Из спины текла кровь. Напарник понял, что не справится, и побежал за подмогой. Лекарь, прибывший позже, подтвердил — стражник умер почти сразу. Ножевое ранение.
Тишина повисла в комнате. Никто не сказал ничего сразу. Речь уже шла не о поимке грабителя. С этого момента они искали убийцу, способного менять лица.
После короткого молчания Элин первой озвучила предположение: — Он выбирает лица неподалеку от цели, среди ближайших... наиболее вероятная цель — "Торрен и сыновья". Логистическая контора, сопровождают ценные грузы. Ценностей у них нет, но есть информация о маршрутах и грузах. Он начал планировать наперед.
Кейлан почувствовал, что это был уже не просто ловкий преступник. Он начал играть в долгую.
— Сомневаюсь, что он решится на ограбления, зная, что его раскрыли, — осторожно заметил Кейлан.
— Это маловероятно, — покачал головой Эдгар. — Лицо выбирается за несколько часов до нападения. Значит, цель выбирается заранее. Он не откажется от проделанной подготовки. Он просто ускорится.
— Тогда нужно отслеживать не только мастера с портрета, — сказал Кейлан. — Но и облик стражника.
— И всех, кого он уже копировал. — заметила Элин.
Эдгар встал и прошёлся вдоль стола, взглядом цепляя документы, как будто выискивая уже знакомые облики.
Он кивнул. — Мы составим все портреты и передадим Селии. Она будет отслеживать. Стражу следует отозвать. Больше рисковать не будем.
...
Подготовка выездной операции шла быстро. Координацией занялась Селия — наблюдатель, связной, голос в эфире. Кейлан, Маркус и Оуэн готовились к перехвату.
Селия первой заметила цель. Задержанная девушка из швейной мастерской. Подозреваемый скрылся в переулке. Она тут же передала координаты группе. И продолжила слежку.
Группа выдвинулась. Когда они добрались до переулка, подозреваемый заметил их — и бросился бежать.
Селия резко сообщила в передатчик:
— Там тупик. Он меня ослепил! — не больше.
— Не мог уйти, — коротко сказал Маркус, оглядывая пространство.
Кейлан обвёл взглядом переулок и вдруг заметил: один из уличных фонарей выглядел чужеродно. Словно не принадлежал этому месту.
— Там, — сказал он.
И тут вспыхнул свет. Резкая вспышка.
Из-под фонаря вырвался силуэт. Подозреваемый.
Оуэн с Маркусом защитились после предупреждения Селии, но Кейлан не мог, его ослепило. Кейлан зажмурился, стараясь отключиться от яркого света, и сосредоточился на магических потоках вокруг предполагаемого места нахождения преступника.
Оуэн выкрикнул — Стой! — попытался оглушить противника магией, но тот вывернулся и метнул вперёд сверкающий клинок льда.
Кейлан чувствовал искажение магических потоков у фонаря, приближающихся к Оуэну. Если преступник не двигался, почему Оуэн кричал? Иллюзия!
— От фонаря! — Крикнул Кейлан и начал использовать сковывающее заклятие ориентируясь на ощущения.
Оуэн уже разворачивался к фонарю, когда ледяной клинок исчез при соприкосновении с его щитом. Но прежде чем он ударил, со стороны фонаря — вспыхнуло настоящее лезвие. Нож, зачарованный на пробитие магических щитов, врезался Оуэну в живот.
Оуэн схватил руку с клинком, но рухнул на колени, лицо искажено болью.
Маркус среагировал молниеносно — оглушающее заклинание ударило точно в источник, удерживавший нож. Подозреваемый проявился в своем истинном облике и рухнул без сознания. Кейлан не снимал заклятие.
Оуэн упал лежа неподвижно, лицо бледное. Маркус склонился над ним, начал срочно останавливать кровотечение.
— Жив, — бросил он. — Но ранен серьёзно.
Кейлан смотрел на Оуэна, не отрываясь. Губы пересохли. Он включил передатчик: — Селия, срочно нужен лекарь. Он сильно ранен.
Голос Селии пришёл быстро, спокойный и холодный: — Капитан справится. Помоги отнести его в лазарет Ордена, на Ведринской, 3. Частный дом. Я проконтролирую подозреваемого до прибытия подкрепления.
Кейлан сглотнул и аккуратно закинул Оуэна на спину. В этот раз всё было по-настоящему.
Кейлан нёс Оуэна, чувствуя, как тот становится всё тяжелее. Маркус не прекращал лечения и, не отрываясь, говорил с Оуэном — спокойно, мягко, с тем теплом, которого в нём, как думал Кейлан, вовсе не было.
— Рана несущественная. Сейчас доберёмся, тебя подлатают. Даже шрама не останется, — говорил капитан, словно убеждая не только Оуэна, но и себя.
Кейлан поражался его самообладанию. Он знал, что Маркус — как скала. Но чтобы до такой степени...
На Ведринской улице капитан сказал тихо, но отчётливо: — Второй дом слева. Забор слева от входа — иллюзия. Проходит насквозь. Дверь тоже.
Кейлан послушно прошёл сквозь магию. Внутри их уже ждали. Двое сотрудников госпиталя подбежали к ним, осторожно приняли Оуэна и тут же начали лечение прямо на носилках.
Когда Кейлан обернулся, ожидая увидеть ту же тёплую, успокаивающую улыбку капитана, то застыл: в глазах Маркуса был ужас. Настоящий. Открытый. Такой, какого Кейлан не видел ни у кого.
Он уже открыл рот, чтобы что-то спросить, но Маркус одним движением дал понять — молчи.
Когда Оуэна увезли, Маркус сказал: — Возвращайся в офис. Там может потребоваться твоя помощь. Эдгар за главного. Я останусь — узнаю, какова ситуация.
Голос его был всё таким же спокойным. Но теперь Кейлан слышал в нём что-то ещё. Что-то, что делало это спокойствие тревожным.
Он кивнул и побежал обратно.
...
В офисе царила тишина. Первым его заметил Даррен:
— Что с Оуэном?
— Лечат. Капитан остался с ним, — коротко ответил Кейлан. Затем обернулся к Эдгару: — Чем могу быть полезен?
— Уже ничем, — отозвался тот, не отрываясь от бумаг. — Орден уже забрал подозреваемого на допрос. И артефакты тоже.
Кейлан нахмурился.
Райан, сидящий неподалёку, холодно добавил: — Стандартная процедура. Он ранил одного из нас — оставлять его нам не положено.
Кейлан кивнул. Понимающе — или делая вид.
— Он не пришёл в сознание, — продолжил Райан. — Но я успел немного изучить артефакт. Иллюзия там не только внешняя. Он подавляет магическое восприятие. Очень тонкая работа. Возможно, это только проба сил. Перед чем-то большим.
Все замолчали.
Эдгар перелистнул листы, вытащил один и протянул Кейлану: — Отнеси в отделение, где держат Ивара. Это отчёт. Пусть его отпустят. Элин, Селия — в другие два отделения. Там ещё трое.
Селия покачала головой: — Я иду к Оуэну.
Эдгар открыл рот, но Даррен уже положил руку ему на плечо: — Пусть идёт. Я отнесу.
Он взял бумаги у Эдгара.
...
Кейлан выполнил поручение, но дожидаться освобождения Ивара не стал. Он вернулся на Ведринскую.
В госпитале его сразу направили в нужную палату. Он открыл дверь и увидел, как Маркус заканчивает рассказывать анекдот. Оуэн усмехнулся, держась за бок. В глазах капитана всё ещё читалась тревога. Селия сидела рядом, опустив взгляд.
Когда Кейлан вошёл, все обернулись. Повисло молчание. Кейлан чувствовал на себе взгляды, но не знал, с чего начать.
— Рад, что ты в порядке, — тихо сказал Кейлан.
Оуэн кивнул: — Врачи говорят, что если бы нож прошёл чуть правее, я бы умер на месте. Но ты предупредил. Без этого... меня бы не было. — Он посмотрел на Кейлана с усталой, но искренней благодарностью.
— Просто рад, что хоть чем-то помог, — тихо сказал Кейлан, не поднимая взгляда.
— Рад, что хоть что-то значу, — усмехнулся Оуэн.
Кейлан обеспокоено поднял взгляд, но увидев усмешку Оуэна улыбнулся в ответ.
Маркус встал и мягко сказал: — Пойдём.
Они вышли в коридор. Капитан заговорил: — Ты неплохо справился. В следующий раз успеешь и оглушить. Завтра я тебя этому научу. А сегодня — иди домой. Отдохни. Не спеши утром на работу. Сначала — сон.
Кейлан кивнул. Маркус вернулся в палату, а он — вышел на улицу.
Там, у входа, стоял Алестэр.
Кейлан удивленно посмотрел на наставника, но ничего не сказал.
Алестэр кивнул: — Пришёл передать врачам сведения о ноже. Это артефакт. Он нарушает магические потоки.
Во взгляде Кейлана проступило беспокойство.
— Через пару дней встанет, — сказал Алестэр. — А через пару недель будет ясно: сможет ли он использовать магию.
Кейлан молча смотрел на него. В нем наростала тревога. Он не мог отделаться от мысли, что «пару недель» — это слишком долго для ответа, который никто не хочет услышать.
— Пока — отдыхай. Обсудим позже. И про нож — никому. Понял?
Кейлан кивнул и ушёл, так и не сказав наставнику ни слова.
...
Проснулся он позже обычного. Даже не помнил, как вернулся домой. Всё тело казалось чужим.
Он умылся, оделся и пошёл в офис.
В комнате сидели Даррен и Райан. Чай. Тишина.
— Капитана ещё нет, — заметил Даррен. — Селия утром заглядывала, прямо из больницы. Повторная операция прошла успешно. Пока ждём.
— Повторная? — переспросил Кейлан.
— Похоже, нож был непростой, — ответил Даррен. — Могут быть последствия.
Кейлан только кивнул.
Спустя пару минут Райан сказал: — Эдгар тебя ждёт.
Кейлан пошел в кабинет Эдгара. Тот, посмотрел на него и сказал: — Капитана сегодня не будет. Передал через Селию, чтоб ты его не ждал. Заполни отчёт, пока еще помнишь детали. Потом отдыхай. Завтра новый день.
Кейлан молча сел, заполнил бумаги, отдал их. Эдгар пробежал глазами и произнёс:
— Он выживет. Не грызи себя.
Кейлан кивнул. Но в голове звучало другое:
Через пару недель будет ясно, сможет ли он использовать магию.
Глава 28. Словно держа за руку
Кейлан вышел из офиса, не совсем понимая, что делать дальше. Может, заглянуть в библиотеку, взять что-нибудь почитать... Посидеть в "Уголке" с книгой. Но тут желудок напомнил о себе неприятным спазмом. Он вдруг осознал: с вчерашнего обеда во рту не было ни крошки. Нет, сначала — поесть. А потом уже чтение.
Когда он вошёл в кафе за дальним столиком кто-то тихо спорил о ценах на зерно, где-то позади звякнула ложка о стеклянный стакан. В воздухе висел аромат поджаренного хлеба, масла и мяты — смесь, знакомая до мелочей.. И тут справа раздалось оживлённое:
— Кейлан!
За его любимым столиком у окна махала Элиза. Рядом — Ройс. Они... держались за руки?
Он не знал, чего ожидал, но точно не этого. Лёгкая волна удивления прокатилась по спине. Он заставил себя улыбнуться, будто всё так и должно быть.
Ройс заметил его взгляд, смущённо улыбнулся, будто пойманный с поличным. Элиза, не отпуская руку, весело продолжила:
— Иди сюда, чего стоишь!
Кейлан улыбнулся и, махнув в ответ, жестом показал, что сначала сделает заказ. Подошёл к стойке и решил не скупиться: тушёная баранина с картофелем, наваристый суп с фасолью и ячменём, два ломтя хлеба с маслом и крепкий чай. Если уж восполнять пропущенные приёмы пищи — то по-настоящему.
За окном промелькнула пожилая пара с бумажными свёртками в руках — кто-то кому-то что-то купил, передал, и они рассмеялись. Кажется, просто, но в таких мелочах было что-то особенно настоящее.
— Три серебряных и двадцать медных, — ровно произнёс официант.
Кейлан отсчитал монеты, радуясь, что до зарплаты осталось совсем чуть-чуть, а дома ещё полно припасов. К тому же, наставник иногда угощает — если повезёт с встречей. Вот только... когда она будет? У больницы тот сказал: "Позже поговорим". Стоит ли самому напомнить? Или ждать? Кейлан мотнул головой, отгоняя мысли, и направился к столику.
— Не помешаю? — спросил он, подходя ближе, взгляд скользнул по сцепленным пальцам друзей.
— Ни в коем случае, — с улыбкой сказала Элиза и отодвинула салфетницу, освобождая место.
Ройс поприветствовал его коротким кивком и подмигнул:
— Ты ж не в обиде, что мы заняли твой столик?
— Возражаю, — с деланной серьёзностью ответил Кейлан. — За то, что вы не сказали, что вы теперь... ну, вместе. Давно это?
Ройс слегка развёл руками:
— Пару месяцев. Не хотели никому говорить — сами не знали, куда всё идёт.
— А сейчас знаете? — прищурился Кейлан.
— Знаем, — уверенно ответил Ройс, крепче сжав ладонь Элизы.
Она улыбнулась, глядя на него, потом перевела взгляд на Кейлана:
— Ты сегодня герой дня, если что.
Кейлан едва заметно хмыкнул. «Герой» — звучало странно. Особенно после того, как он с ночи чувствовал себя бесполезным. Может, это была просто шутка.
— Я? — переспросил Кейлан, подняв брови.
— Ивара отпустили! — сообщила Элиза с явным восторгом.
— О. Уже пишут? — удивился он.
— В утренней газете, — кивнул Ройс. — А она, — он слегка кивнул в сторону Элизы, — уже с утра щеголяет как будто сама его освободила.
— Потому что я знаю больше, чем в газете написали, — с гордостью заметила Элиза, глаза её буквально сверкнули.
Кейлан усмехнулся:
— Подробности, значит? — Он откинулся на спинку стула.
— Ну, ты же и сам, наверное, в курсе, — пожала плечами Элиза.
— Без понятия, — честно признался он. — Я только указал, что за отведённое время Ивар физически не мог добраться от одной точки до другой. А что там дальше произошло — не знаю.
— Подожди, — нахмурилась она. — Разве не ты вёл это дело?
— Я? — усмехнулся Кейлан. — Я там просто шестерёнка. Когда меня подключили, Ивар уже значился как свидетель. Видимо, ждали моего заключения, чтобы закрыть всё официально.
— Но всё же его отпустили после твоего анализа, — заметила Элиза.
— После того как поймали настоящих преступников, — вставил Ройс с полуулыбкой.
Кейлан повернулся к нему:
— Преступников? То есть это была группа?
— Вот именно. Ты, оказывается, совсем не в курсе, — сказала Элиза, сцепив пальцы и приготовившись к рассказу.
В этот момент официант принёс его заказ — сразу всё. Ройс приподнял брови:
— Ты что, собираешься на неделю вперёд наесться?
— Почти. Я сегодня ещё не ел. Так что, рассказывай, — проговорил Кейлан и взял ложку.
Элиза выпрямилась:
— Я услышала утром по радио…
— Радио? — переспросил Кейлан, немного удивлённо.
— Ра-ди-о, — с усмешкой растянула она. — Там иногда говорят то, что в газету попадёт только завтра. Очень удобно.
— Или просто очередное оправдание слушать сплетни, — вставил Ройс, качая головой.
— Это называется информация, а не сплетни, — отрезала Элиза. — В моей работе даже пара часов форы может решить многое.
— И какая же выгода от этой «форы»? — поддел Ройс, но, поймав взгляд Элизы, быстро добавил: — Любимая.— Сначала расскажу Кейлану историю, а то мы его окончательно запутаем.
— Его запутаешь… — буркнул Ройс с полуулыбкой. Кейлан чуть усмехнулся, но глаза его уже цеплялись за слова Элизы.
— Как думаешь, кем были преступники? — она наклонилась вперёд, с заговорщицкой искрой в голосе.
— Если их было несколько, то как минимум один из них должен был выглядеть чертовски похоже на Ивара, — заметил Кейлан, приподнимая бровь.
— Ничуть! — с удовольствием парировала Элиза. — Это были макияжники!
Он нахмурился:
— Макияжники?
— Те, кто используют макияж, чтобы менять внешность, — пояснила она с видом человека, рассказывающего очевидное.
— Тогда давай проще. Что такое макияж? — скептически уточнил Кейлан.
— Вот видишь! — вмешался Ройс, откинувшись на спинку. — Не один я понятия не имел.
Элиза покачала головой и посмотрела на Кейлана:
— Макияж — это специальные средства. Их используют, чтобы подчеркнуть черты лица, скрыть усталость… выглядеть эффектнее. Вот, например, — она указала на свои глаза, — думаешь, они всегда так выглядят?
Кейлан вгляделся, слегка наклонив голову:
— Ну... вроде бы да?
— А вот и нет! — с триумфом сказала Элиза. — Это макияж. Видишь тень вокруг глаз? Это угольный карандаш.
— Ты рисуешь на себе углём? — искренне удивился Кейлан.
— Пф-ф... — рассмеялась она. — Он просто так называется. Не переживай, в печку мы тебя не засунем.
— Ладно, допустим, — протянул Кейлан, всё ещё не до конца уверенный, что всё понял. — Продолжай.
— Они работали в районе элиты. Делали макияж для дам, у которых было больше денег, чем выражения лица. Хотели открыть свой салон, пожениться, начать своё дело... Но денег не было. Романтично, да?
Кейлан доел кусок хлеба и уточнил:
— Пожениться?
— Ага, — кивнула Элиза. — Но копить не выходило, кредит не давали. Тогда они пошли другим путём. Начали грабить. Но не как все — они подменяли собой других людей.
Он оторвался от супа:
— Подменяли?
— Выслеживали людей с хорошим алиби. Изучали внешность, повадки, одежду… и грабили, маскируясь под них. Если кого-то задерживали, через день — новое ограбление с тем же лицом. Так Ивар и попал под раздачу: его «видели» на другом месте, уже после ареста.
Кейлан нахмурился, отложив ложку:
— Чёрт… Даже не подумал о таком варианте.
— Так ты и правда не знал, — заметила Элиза, в её голосе прозвучала нотка сочувствия. — Стражи тоже не сразу поняли. Но потом просекли, что кто-то следит за людьми. Начали искать…
Она сделала паузу.
— И случилась трагедия.
— Трагедия? — переспросил Кейлан, откинувшись на спинку.
— Стражник поймал девушку, когда она примеряла новый облик. Её парень оказался рядом. Вступился. Завязалась драка. Стражник погиб. Всё было случайно… но поздно. Они сбежали. А потом — вернулись и сдались. Сказали, что не могут жить с этим.
На какое-то время за столом повисла тишина.
— Они… признались? — тихо спросил Кейлан.
Элиза кивнула:
— Да. Им дали по двадцать лет. Раздельно. Ты представляешь — двадцать лет врозь? Как думаешь, они всё ещё будут любить друг друга спустя столько времени?
Кейлан взглянул в окно. Прохожий поднял воротник плаща, спасаясь от ветра. Он сделал глоток уже остывшего чая:
— Не знаю. Наверное. Если они на это пошли — значит, для них это было по-настоящему.
— Вот и я думаю, — сказала Элиза чуть тише. — Грустно, конечно. Особенно за стражника и его семью… Но всё же — это история не про злость. Это про выбор. Было бы лучше, если бы они сдались сразу.
Ройс тяжело вздохнул, глядя в сторону:
— А я всё же думаю, не стоило им пытаться жить чужой жизнью. Открыли бы салон здесь, в нашем районе. Медленно, но честно. Может, и не шикарно, но своё.
— Так они хотели создать семью! — вспыхнула Элиза, повернувшись к нему. — Я бы тоже выбрала район элиты. Там и школы лучше, и лекари. Ты правда не хотел бы, чтобы наши дети выросли в таких условиях?
Ройс замялся, почесал затылок:
— Было бы неплохо, конечно... Но ты уверена, что они нашли бы там друзей? Мне кажется, лучше уж попроще жить, зато в хорошей компании.
Элиза чуть приподняла бровь, будто взвешивая его слова, потом кивнула:
— Возможно, ты и прав. В элите все немного... странные. Не хочется, чтобы наши дети стали такими.
Кейлан, наблюдая за их разговором, осторожно вмешался:
— А что там с радио?
— Зачем ты напомнил… — театрально простонал Ройс, закатывая глаза.
Элиза рассмеялась и, обернувшись к Кейлану, с азартом заговорила:
— Подробности этой истории были только по радио. А скоро весь город будет её обсуждать. И знаешь, что это значит?
— Без понятия, — честно признался Кейлан, откинувшись на спинку стула. — Просвещай.
— Это значит, что половина женщин в городе решит: если макияжники могут выглядеть как кто угодно, то с помощью макияжа они и сами могут стать красавицами. Скинут лет десять минимум — хоть внешне.
— Звучит логично, — кивнул Кейлан. — Значит, ты собираешься торговать макияжем?
— Почти, — хмыкнула Элиза. — Я занялась поставками трав, из которых его делают. С утра бегала по городу, выясняла состав, говорила с ремесленниками, заключила несколько сделок. Заказала партию сырья у фермеров — не для элиты, конечно, но для обычного макияжа. И если всё сработает…
Она сделала паузу и торжественно произнесла:
— Скоро я разбогатею!
— Разбогатеешь? — хором переспросили Ройс и Кейлан.
— Ну… немного преувеличила, — улыбнулась она, пожимая плечами.
— Здорово, конечно… Но платил за обед-то всё равно я, — заметил Ройс с кривой улыбкой.
— Потому что я вложила всё до последней медной. Так что, — она повернулась к Ройсу, — теперь тебе придётся обо мне позаботиться. Хотя бы временно.
Ройс, не скрывая улыбки, кивнул:
— Позабочусь. Уже морально готов.
— Придётся ещё и продукты носить, — заметил Кейлан, посмеиваясь.
— Проще тогда сразу переехать, — подхватил Ройс с притворной усталостью.
Элиза замерла на секунду, но тут же ответила твёрдо:
— Тогда переезжай.
Ройс приподнял брови, удивился, но затем тепло улыбнулся:
— Значит, решено.
Они переглянулись. Между ними повисла тишина — спокойная, уверенная. Кейлан наблюдал за этим молча, ощущая странное, но приятное тепло. Он не чувствовал себя лишним. Он просто был здесь, рядом, ел и слушал друзей.
И этого, как ни странно, оказалось достаточно.
Они ещё немного поболтали — уже ни о чём важном, просто смеялись, обсуждали пустяки. А потом разошлись каждый своей дорогой.
Когда Кейлан вышел на улицу, прохладный воздух обдал лицо. Он замер на секунду, вглядываясь в улицу. И впервые за долгое время — действительно вздохнул спокойно.
Глава 29. Вежливый кофе
Глава 29. Вежливый кофе
Когда Кейлан вышел из кафе, на улицах ещё было светло. Солнце скользило по крышам, оставляя мягкие полосы света, и город казался на удивление спокойным. Он шёл без спешки, чувствуя, как что-то в этом разговоре — его простота, лёгкость, привычные шутки — возвращает ему утраченный ритм. Будто вспомнил, как просто бывает идти вперёд.
Поначалу он не знал, куда себя деть. Мысль вернуться домой казалась скучной, работа — преждевременной. Тогда вспомнил о почте. Давно туда не заглядывал. Родители, наверное, уже начали волноваться, не получив ни слова с его последнего письма. Неплохо было бы их успокоить, пока они не начали паниковать и строчить запросы в канцелярию.
В отделении почти не было людей. Он не ожидал ничего особенного, но сама мысль, что письмо шло к нему столько дней, словно подогрела интерес. Кейлан забрал небольшую пачку: письмо — узнаваемый почерк матери, пара рекламных листовок и свежий номер городской газеты. На первой полосе — заголовок о поимке преступников, причастных к серии краж. Никаких упоминаний про макияжников. Наверное, Элиза знает, что делает, со своим «ра-ди-о». Подумалось, что, если бы не знал правду, и сам бы поверил. Слишком уж гладко рассказывала. Даже приятно. Кейлан усмехнулся, вспомнив их болтовню.
Дома он поставил воду, достал чашку и выбрал ту же смесь кофе, что обычно. Знакомый запах наполнил кухню. Когда сел, взяв в руки письмо от родителей и приготовился вскрыть конверт, раздался стук в дверь.
Он отметил про себя, что хорошо — не успел ещё погрузиться в чтение. И пошёл открывать.
На пороге стоял Алестэр. У него всё было как всегда: собранный, спокойный, будто последние дни и не были наполнены кровью и неизвестностью.
Кейлан понял, что стоит поприветствовать его, но слова застряли — накатила волна воспоминаний... о том, как Оуэн, несмотря на ранение, боролся до конца. Пока не рухнул, потеряв сознание. И как сам Кейлан тогда растерялся. И потом — слова Алестэра: про магию, про неизвестность, про разговор. И вот он — стоит здесь.
Он чуть сдвинулся с места, словно выныривая из памяти, и наконец распахнул дверь шире.
— Надеюсь, я не помешал, — спокойно сказал Алестэр, скользнув взглядом к письму в руке Кейлана.
— Нет, — выдохнул тот. Голос чуть охрип. — Это не срочно. Проходи.
Алестэр прошёл внутрь и сразу отметил аромат на кухне.
— Всё ещё не перешёл на тот кофе, что я тебе приносил? — спросил он с лёгкой усмешкой.
Кейлан качнул головой, но уголок губ всё же дрогнул.
— У него был слишком вежливый вкус. Как будто извинялся за то, что вообще существует, — бросил Кейлан, возвращаясь к столу. — А этот… честный. Горький, когда надо.
Кейлан говорил спокойно, но в этих словах что-то щёлкнуло — словно он только сейчас понял, почему всё ещё пьёт именно этот сорт.
Алестэр кивнул. И, похоже, уловил больше, чем сказали слова.
— Тогда я буду достаточно вежливым и сам заварю себе свой вежливый кофе, — с улыбкой заметил он, проходя на кухню.
— Конечно, — откликнулся Кейлан и уже устроился за столом, отпивая из своей чашки. Заметив, как гость мельком огляделся, спросил:
— Может, тебе что-нибудь к кофе? Я уже поел, но что-нибудь простое могу сделать, — предложил Кейлан, краем глаза наблюдая, как Алестэр осматривает полки.
— От тёмного хлеба с маслом и сахаром не откажусь. Как в прошлый раз. Весь день на ногах, даже не пообедал, — отозвался Алестэр. Он чуть потянул плечами, будто только сейчас дал себе разрешение расслабиться, проверяя посуду и привычно ставя воду на плиту.
Кейлан усмехнулся краем губ. Но взгляд у него при этом был чуть рассеянный — будто память сама подкинула нужный момент из тишины. Простой запрос, а прозвучал как из чего-то почти родственного. Точно — как в прошлый раз.
— Хочешь, сделаю что-нибудь поинтереснее? — предложил Кейлан, уже направляясь к шкафу.
— Не стоит, я ненадолго. Просто зашёл проведать. Перекушу чем-нибудь по дороге домой, — ответил Алестэр, не отрываясь от приготовления.
Кейлан не стал спорить. Взял хлеб, аккуратно нарезал пару ломтей, достал масло.
Пока Кейлан возился с маслом, Алестэр перевёл взгляд на стол.
— Что за письмо? — спросил Алестэр, кивнув подбородком в сторону конверта, будто мимоходом, но с интересом. — Что-то важное?
— Родители написали. Мы с ними каждые пару недель переписываемся. Как раз в срок пришло, — ответил Кейлан, убирая нож.
— Если захочешь — можно устроить доставку быстрее. За три-четыре дня, а если срочно — и за день. Правда, придётся дать разрешение читать письма. Чтобы определяли срочность, — предложил Алестэр.
— Не надо. Пары недель хватает. А то и писать будет не о чем, — отмахнулся Кейлан с лёгкой усмешкой.
Алестэр прищурился, усмехнувшись в ответ:
— Родителей проще любить на расстоянии?
Кейлан на секунду задумался, затем кивнул:
— Пожалуй, да. Когда приезжаем в гости — первые дни ещё нормально, а потом... лучше бы и не приезжал.
В этот момент в голосе прозвучало что-то уставшее, почти извиняющееся — как будто сам не рад этой мысли, но отрицать её бессмысленно.
— Почему? — спросил Алестэр, помешивая ложкой в турке.
— Всё повторяется. Те же истории, те же споры. Как будто никто не замечает, что уже в десятый раз идёт один и тот же круг. Если не согласен, перебивают, голос поднимают, не дают и слова вставить. А потом — придирки. Как по списку. Голова кругом.
— Придирки? — переспросил Алестэр и уточнил: — Как будто повторение невыученных уроков?
— Уроков?.. — переспросил Кейлан, хмурясь. — Нет, не похоже. Скорее как способ задеть. Не понимаю причины. Иногда кажется, что им даже важно не быть услышанными. Лишь бы сказать.
— Возможно, для тебя это и кажется так. А для них — может быть, это и есть важное. У вас разный опыт, разные страхи. То, что для тебя — мелочь, для них — жизненный вывод, который они пытаются передать, — заметил Алестэр.
Кейлан чуть вздохнул, кивнув на кухню, будто привидел там список претензий.
— Типа гасить свечи уходя? Закупать продукты на месяц вперёд? Это чуть выгоднее, но места нет. А у меня квартира в два раза меньше. Им бы тут и развернуться негде было. — пробурчал Кейлан.
— Ты, наверное, уже и не помнишь, каково было в детстве. Пару лет засухи — и еды почти не было. Тогда запасы спасли многих. В деревнях ещё как-то держались, а у вас, в городах — тяжело было, — мягко напомнил Алестэр.
Кейлан чуть передвинул чашку, будто обдумывал не слова, а время, в которое ему довелось родиться.
— Я из деревни, между прочим, — сухо бросил Кейлан, подняв бровь.
Алестэр хмыкнул, будто пересматривал в уме все детали и жесты, которые делали Кейлана «городским».
— В самом деле? — удивился Алестэр, взглянув на него внимательнее. — Не сказал бы. Повадки у тебя скорее городские.
— Учился в городе с двенадцати, — пожал плечами Кейлан. — Делопроизводство, речь, немного математики, естествознание... Понемногу всего. Через это и попал в архив. Сначала работал у себя в деревне — родители подсуетились. Потом перевёлся в Велторн, я там учился, и продолжил работу. Было тяжеловато — дом, работа, редкие встречи с друзьями. С коллегами ладил, но за пределами офиса почти не пересекались. Всё происходило как-то мимоходом, не оставляя пространства для жизни. В какой-то момент понял, что перестал ощущать, что живу. Попробовал вернуться в деревню — подумал, может, найду там что-то, что потерял. Но всё же не то. Вот и перебрался в Астерру. Новый ритм, новые места. Новое начало.
Алестэр устроился за столом, принимая угощение:
— А не в Уттенвельде ли жил ты, случаем?
Кейлан приподнял брови:
— Откуда вы знаете?
— Мастерская Артмонт. В молодости мои родители часто к нему обращались. Почти вся мебель в доме либо сделана, либо отремонтирована его руками. Не скажу, что выглядела как новая, но надёжно. Он даже давал гарантию, хотя почти не приходилось ею пользоваться. Думаю, для них это был скорее вопрос уважения, чем мастерства. Хотя и мастер он неплохой.
— Уважения? — переспросил Кейлан.
— В городе во время голода было непросто. Деревни помогали, как могли. А позже, когда стало легче, уже горожане старались поддерживать тех, кто однажды выручил их. Вполне возможно, твоя семья как раз из таких.
— Никогда об этом не слышал, — признался Кейлан.
— Неудивительно. Не всем хочется вспоминать, как дети засыпали голодными. — Алестэр ненадолго замолчал. — Я и сам обращался к твоему отцу, когда переезжал в первую съёмную квартиру. Та квартира и рядом не стояла с этой. Во время дождей протекала стена. Не крыша — стена. И это был не последний этаж. Тогда не приходилось рассчитывать на ремонт. Каждый выкручивался, как мог. Если бы ты родился лет на десять раньше, может, и встретились бы раньше.
— Может ты моего брата знаешь? Он старше меня на семь лет, — предположил Кейлан.
— Слышал, возможно. Но не встречал. Даже имя не припомню.
— Илар, — сказал Кейлан.
Алестэр задумался, слегка покачал головой:
— Всё равно не вспоминается. Может, твои родители и не упоминали его по имени.
Кейлан кивнул, подвинул хлеб поближе. Алестэр поблагодарил и принялся за еду.
Кейлан немного подождал, пока он перекусит, а потом спросил:
— Не знаешь, как там Оуэн?
Алестэр отставил чашку, заговорил спокойно:
— Не могу вдаваться в подробности. Ты пока не умеешь защищать разум, а его могут проверить. Так что — пока без деталей. Но тебе скоро сообщат. Всё-таки вы в одной команде. В ближайшие дни станет ясно, как он пойдёт на поправку. Через пару месяцев — каковы перспективы. Орден сделал всё, что мог.
Он сделал акцент на этих словах, задержав взгляд на Кейлане. Тот понял: Алестэр видел всё — возможно, даже участвовал.
— Будем надеяться, что он поправится, — тихо сказал Кейлан.
— Его представили к награде, — добавил Алестэр. — За храбрость. Ты сам всё видел.
Кейлан не ответил, но чуть кивнул. Мысль об этом одновременно согревала и щемила.
— Заглянул, впрочем, не просто так. — начал Алестэр, когда чашка оказалась на столе. — Хотел узнать, как ты себя чувствуешь?
Кейлан замер. Так прямо его об этом ещё не спрашивали. Он чуть пожал плечами и ответил.
Лёгкая складка на лбу выдала больше, чем слова.
— Вроде получше. Но всё же… не до конца. — Он потёр пальцами виски — не от боли, скорее по привычке, когда не хватает слов.
— Понимаю, — кивнул Алестэр, легко, но с вниманием. — В Ордене почти не найдёшь тех, кто не проходил через подобное. Со временем становится немного проще. Не сами ситуации — а скорее восстановление после них. Говорят, что к этому привыкаешь. Может, и так. Но я думаю — не привыкаешь, а учишься жить иначе. С чужими историями, с потерями. Кто-то закрывается, кто-то — наоборот, начинает жить за двоих. Но никто не остаётся прежним. Просто не все замечают, когда именно это происходит.
Кейлан кивнул, отводя взгляд.
Алестэр ненадолго замолчал, как будто ждал, даст ли Кейлан пространство себе что-то сказать. А потом продолжил:
— Хорошо сработал, между прочим, — добавил Алестэр.
— Хорошо? — фыркнул Кейлан с легким самоуничижением.
— Да. Ты заметил иллюзию, несмотря на подавление магического восприятия. Это не каждый сделает. Особенно в такой момент, когда нужно довериться не глазам, а тому, что чувствуешь.
— Просто зрение уже не помогало. Меня же ослепили, — ответил Кейлан. — Единственного, после предупреждения. Даже не подумал отвернуться, когда Селия сказала. Не догадался. Пришлось выкручиваться. А больше-то я ничего и не сделал. Разве что урок твой всплыл в голове — вот и зацепился за него.
— Знаю. Читал отчёты. Всё равно — достойно. В сложной ситуации ты сделал максимум. А большего и не требуют.
— Всё равно не отпускает... Чувство, будто что-то упустил. Что можно было иначе. — тихо сказал Кейлан, сам удивляясь этому вопросу.
— В тех обстоятельствах ты сделал всё, что мог. А если даже сейчас не знаешь, что бы сделал иначе — это уже ответ.
— Всегда можно сделать больше, — упрямо ответил Кейлан.
— Не всегда. Только в настоящем и будущем. В прошлом — уже ничего не изменить, Кейлан.
Он не спорил. Но понял, что всё это время воспринимал эту фразу совсем иначе — как упрёк, а не как освобождение.
— Об этом потом подумаешь. Что сделать, чтобы в следующий раз быть способным на большее. Если не думать — вот тогда появится повод для упрёков. А сейчас — его нет.
Кейлан лишь кивнул. Молча. Но внутри кивка была неуверенность. Не согласие — скорее попытка принять то, к чему пока не готов.
— Не торопись с выводами, — продолжил Алестэр. — Сейчас ты не в том состоянии, чтобы принимать решения. Сначала — приведи в порядок мысли. Разберись, куда хочешь двигаться. А когда почувствуешь, что можешь двигаться дальше — вернёмся к разговору. Вместе.
Кейлан помолчал немного, прежде чем поднять взгляд на Алестэра. В его глазах он увидел решимость. Решимость в том, чтобы его убедить? Или помочь?
Он медленно кивнул:
— Справлюсь. А если нет… знаю, как попросить помощи, — сказал он с чуть неловкой, но честной улыбкой.
— Это главное. Остальное — со временем. — отозвался Алестэр, вставая. — Извини, что не останусь дольше. Дел много.
Он потянулся за чашкой, но Кейлан опередил его:
— Я сам. Хоть раз буду нормальным хозяином. Ты и так себе сам кофе делал — посуду я уже сам.
— Вот и славно. Зайду домой — и снова в дорогу. Скоро увидимся. Думаю, на следующей неделе, если не случится чего-то срочного.
Кейлан проводил его до двери. Уже хотел просто кивнуть на прощание, но Алестэр бросил взгляд, усмехнулся:
— Ну ты чего, как чужой? Мы же почти из одной деревни.
И обнял — коротко, но по-настоящему. Для них обоих это было непривычно. Но в тот момент — уместно.
Кейлан ответил на объятие. Когда закрыл за ним дверь и вернулся на кухню, взгляд сам собой упал на чашку, где остывал кофе. Он убрал её, не торопясь. В голове крутилась одна мысль — то выражение, с которым смотрел Алестэр. В нём была решимость. Не только за него. Но и за самого Алестэра.
В этот раз это осознание не пугало. Просто стало тише внутри.
Может, дело было не в словах. А в том, что их сегодня кто-то всерьёз ждал. И услышал.
Никто в этой работе не остаётся прежним.
А может, в этом и есть путь — меняться, не теряя себя.
Глава 30: То, что доходит
Кейлан некоторое время просто стоял, не двигаясь, пока взгляд не упал на письмо, от прочтения которого его отвлек приятный разговор.
Он сел и аккуратно вскрыв письмо начал читать.
"Дорогой Кей,
Мы не получали от тебя вестей уже пару недель. Надеюсь, ты здоров и у тебя всё хорошо. Мы с отцом каждый день проверяем ящик, хотя он говорит, что просто выходит на улицу подышать. Лукавит, конечно.
Соседка Марель снова ругалась с лавочником — теперь из-за рыбы. Говорит, что та не такая свежая, как раньше, и винит в этом новый порядок доставки. Мы с отцом только переглянулись: с доставкой ничего не происходило, а рыба такая же как и раньше. Наверное её что-то беспокоит.
Я пересадила розмарин, как ты советовал. Он, кажется, прижился. А ещё отец снова принялся чинить старый стол. Говорит, что не хочет, чтобы руки забыли, как держать стамеску.
Не забудь купить себе рис. В прошлом году ты не успел взять его до первых морозов, и мы все потом гадали, удалось ли тебе взять его за нормальную цену. В этом сезоне он снова должен быть в продаже чуть раньше обычного.
Когда будешь писать - пришли пару местных газет. Нам любопытно, чем живёт город, в котором ты теперь живёшь.
Мы гордимся тобой. Даже если не всё понимаем. Пиши, когда сможешь.
С любовью, мама."
P.S. (отец приписал сбоку): Я и правда выхожу подышать. Пока не слишком холодно — полезно для здоровья. Ты тоже выбирайся на природу, даже если вокруг только камни. Помогает думать."
Он перечитал письмо медленно. Отец и правда лукавит.
Кейлан поднялся, заварил себе еще чашку кофе. Но в этот раз решил попробовать зерна полученные от наставника.
"Мама, папа.
Спасибо за письмо. Простите, что не ответил на прошлое — не потому что забыл, просто не знал, с чего начать.
С недавнего времени я официально принят в Бюро городского регулирования и контроля. Хотя и работаю в все также с бумагами.
Доход теперь выше. Но я не трачу лишнего — складываю. Думаю, вы бы это одобрили."
Он на мгновение задумался, прежде чем продолжить:
"Недавно принимал участие в деле, в котором несколько человек могли бы пострадать из-за ошибки. Конечно, и без меня бы справились, но приятно осознавать, что пусть немного, но приношу людям пользу."
"Спасибо, что напомнили. Как раз купил риса на той неделе. Может в тот же день, когда вы писали это письмо? Все чаще вспоминаю ваши советы, с тех пор как стараюсь откладывать. Очень помогает. Если так пойдет и дальше, то в следующем году спрошу, как вы делаете заготовки на зиму. Раньше это казалось излишним. Сейчас — начинаю понимать. Может, я ещё не следую всем советам, но уже пытаюсь."
"Надеюсь, у вас всё спокойно. Я напишу снова. И постараюсь — раньше, чем в прошлый раз."
Он подписал: Кейлан Ардмонт.
Заклеив письмо, он оставил его у двери, чтобы не забыть отправить его завтра утром, перед работой.
Сегодня — просто сидел у окна, допивая кофе. Все же привычный ему нравился больше.
Принимаю ли я их такими, какие они есть или просто учусь не спорить с прошлым?
Взросление или просто след тепла от чужих слов?
Он не знал. Но тревоги не было.
Проснувшись на следующий день, Кейлан умылся и позавтракал, собираясь на работу. У двери, рядом с ботинками, лежало письмо. Он наклонился, чтобы поднять его — и только тогда вспомнил. Привычка отца: класть что-нибудь на порог, чтобы не забыть. Когда он впервые услышал об этом, показалось нелепым. А теперь... сам делал почти то же.
Может, он перенимал их привычки задолго до того, как понял. А слова Алестэра только помогли это заметить.
Кейлан сунул письмо во внутренний карман плаща и заглянул в почтовое отделение перед тем, как отправиться в офис. На полке для бесплатного чтения лежали свежие выпуски газет. Он окинул взглядом заголовки — и один из них сразу зацепил внимание. В колонке новостей мелькало упоминание макияжников. Всего пара абзацев, общими словами. Но всё же.
Он взял номер, подумал — и вложил его в конверт вместе с письмом. Интересно, как отреагируют родители? Возможно, упомянут в следующем письме. Или спросят, знает ли он об этом больше.
После отправки он вышел на улицу, направляясь в сторону офиса. Дорога была привычной, но мысли — нет. В голове вертелось предложение Алестэра. Передавать письма через их каналы. Оно казалось удобным. Быстрым. Но может слишком?
Он знал, что не сможет писать часто. Не из-за нехватки времени — из-за отсутствия слов. Если родители начнут ждать писем чаще, будут ли больше волноваться, если он замолчит?
Наверное, стоит обсудить это с Алестэром в следующий раз. Пусть письма доходят быстрее. А у него будет пара лишних дней, чтобы найти, что сказать.
Когда Кейлан вошёл в офис, то заметил, что вся команда столпилась в столовой. За их спинами ничего не было видно, но стоило подойти ближе, как всё стало понятно. Оуэн вернулся.
Перед ним на столе лежала медаль за храбрость. Кейлан невольно задержал взгляд — не столько на самой медали, сколько на том, с какой скоростью она появилась. Без церемоний, без лишней бюрократии. Хотя, возможно, всё прошло в палате. Орден знал, как делать жесты быстро и точно.
Его мысли прервались, когда Оуэн заметил его и поздоровался. Остальные обернулись. Райан мягко улыбнулся и встал, уступая место рядом с Оуэном, взяв себе новый стул и примостившись у края стола.
— За прошлое дело, — словно отвечая на немой вопрос пояснил Оуэн, кивнув на медаль. — Подумал, что стоит принести её сюда. Может, оформим стену? Напоминание. О том, ради чего всё это. А дома она будет просто пылиться.
— Идея хорошая, — заметил Маркус. — У меня в кабинете до сих пор лежат командные награды с прошлого офиса. Руки не доходят оформить уголок.
— У меня есть шкафчик со стеклянными дверцами, — отозвался Лоренс. — С переезда не знаю, куда его деть. В новой квартире всё уже укомплектовано. А он так и лежит в углу.
— Могу помочь донести, — отозвался Даррен.
— Спасибо, но донесу сам, — усмехнулся Лоренс. — В разобранном виде он лёгкий. Вот собрать — да, от помощи не откажусь.
— Я оформлю бумаги на размещение, — спокойно сказал Эдгар. — Чтобы Орден потом не спрашивал, почему у нас на стене что-то не по инструкции.
Договорившись обо всем, Оуэн оглядел всех и добавил:
— Раз уж все в сборе, расскажу, как со мной дела.
Напряжение повисло в воздухе. Оуэн усмехнулся:
— Да не волнуйтесь вы. Неужели думаете, что меня может сломить какой-то простенький ножик?
— Не такой уж и простенький, — отозвался Райан.
— Нарушение магических потоков — серьёзно, — добавил Винсент. — Восстановление должно проходить аккуратно.
— Отстаньте от него, дайте похвастаться, — прервал Даррен. — Не каждый день женская часть коллектива слушает боевые подвиги.
Элин усмехнулась:
— Ну хоть раз ваши истории не начинаются с «а вот когда я...» — почему бы не послушать?
Кто-то тихо рассмеялся. Атмосфера стала теплее.
Селия качнула головой, сдержанно, но мягко:
— Подвиги — подвигами, но мы вообще-то волновались.
— Орден применил экспериментальные методы, — продолжил Оуэн уже спокойнее. — Новый способ восстановления потоков. Раньше не применяли, но я дал согласие. Восстанавливаюсь. Потоки уже ощущаю, но... иначе. Резче. Придётся учиться контролю заново, пока — не боец. Что будет потом — посмотрим. Может даже вернусь лучше, чем был. Но загадывать не стану. Пару месяцев — и станет ясно. Хотели передать капитану, но я настоял, что сам расскажу.
— Я читал про такую терапию, — заметил Винсент. — Разрабатывалась как способ усиления потенциала. По расчётам, методика перспективная.
Маркус, что до этого сидел напряжённо, вздохнул с облегчением:
— А я уже думал, что Орден просто ничего не сообщает. А оказывается — это ты решил эффектно вернуться и похвастаться.
Смех прокатился по комнате. Даррен хлопнул в ладони:
— Такие вещи надо отмечать!
— Мне нельзя, — развёл руками Оуэн. — Врачи запретили алкоголь и тяжёлую пищу.
— А кто сказал, что ты будешь пить? — фыркнул Даррен. — Мы будем. А ты просто посмотришь. Не мешай коллективу.
— Как раз один из освобождённых по делу передал нам бочонок медовухи, — сказал Маркус. — В знак благодарности. Похоже подрабатывает этим.
— И что ж ты ждёшь? — притворно возмутился Даррен. — Или тебе нужно помочь донести?
Снова весёлый смех, уже громче. Атмосфера стала по-настоящему тёплой. Но Кейлан заметил, как Винсент, несмотря на улыбку, продолжал украдкой смотреть на Оуэна. Словно что-то не давало ему покоя.
Глава 31. Возрождаясь из пепла
Когда Оуэн наконец вышел, прикрыв за собой дверь, в комнате повисло ощущение смазанной развязки — не тишина, но лёгкий сдвиг в настроении.
Кейлан машинально отметил, как воздух стал немного плотнее, будто что-то ушло вместе с Оуэном. И теперь все снова пытались занять пространство, которое осталось пустым.
Даррен вяло потянулся, Райан допивал остатки медовухи в стакане. Винсент будто хотел всем что-то сказать, но передумал и просто выдохнул сквозь зубы.
— Кстати, — проговорил Эдгар, вставая и выпрямляя штанины, — мне ещё нужно подать бумаги на оформление уголка с наградами. Кто-нибудь хочет помочь выбрать место?
— Только помните, шкаф-то не велик, — вставил Лоренс, делая в воздухе грубую прямоугольную рамку руками. — Уместятся ли все регалии, капитан?
— Ты вообще видел, сколько всего капитан прячет у себя в столе? — хмыкнул Даррен, вставая. — Если в тот стол влезло — в шкаф точно влезет.
— Я как раз думала, если немного сдвинуть этот стол ближе к окну, то освободится подходящее место, — заметила Элин, уже делая набросок в блокноте.
Селия поднялась и пожала плечами:
— Да, только не ставьте так, чтобы с утра солнце било прямо в глаза. Мы уже однажды так поставили.
Пока часть команды оживлённо обсуждала мебель и геометрию пространства, Винсент наклонился ближе к Райану и еле слышно сказал:
— Когда все разойдутся... нужно будет обсудить кое-что. Наедине.
Райан только кивнул. Без уточняющих вопросов.
Кейлан с удивлением смотрел, как простая задача вроде выбора места для шкафчика может так легко оживить комнату. Но мысли упрямо возвращались к другому: сколько там будет наград — и скольким из них предшествовали ранения. Или смерти. Он вздохнул, но тут рядом прозвучал голос Маркуса:
— Хочешь немного потренироваться? — негромко спросил он. — Иногда лучшее размяться после посиделок.
Кейлан кивнул. Они вместе направились к тренировочной площадке, где Маркус начал объяснение.
— Хотел обучить тебя оглушающему заклятию. Тебе уже должно хватить навыков. Суть его перегрузке восприятия цели, — сказал он. — Потоки проходят сквозь тело, вызывая резонанс. Словно эхо бьёт по нервной системе, слуху, зрению... Всё сразу. Организм не выдерживает — и гаснет. Сила тут вторична. Главное — точность и ритм.
— Звучит куда сложнее, чем я ожидал, — пробормотал Кейлан. — Как вообще вызвать этот резонанс?
— Представь, будто твоя цель — стеклянный кристалл, — спокойно сказал Маркус. — И твоя магия — луч света. Он входит внутрь, отражается от граней снова и снова, пока не гаснет полностью.
Кейлан попытался. Первое заклинание вышло вялым, как выдох без дыхания.
Он чуть сжал пальцы, сдерживая раздражение. Не на заклинание — на себя. Потому что в глубине души знал: пока не отпустит ситуацию с Оуэном, не сможет сосредоточиться. Но и отпустить — не мог.
— Не в технике дело, — сказал Маркус, не обвиняя. — Ты уже можешь направить потоки. Но ты не здесь. Ты всё ещё там. С Оуэном?
Кейлан отвёл взгляд:
— Да. Он вроде бы поправляется… но я всё еще вспоминаю момент его ранения. И как мало я тогда сделал.
Маркус опустил плечи и на секунду стал каким-то очень обычным, уставшим:
— Я тоже не справляюсь. С каждым разом не легче. Работаешь до изнеможения, готовишься — и всё равно что-то идёт не так. А потом просто накапливается. Не уходит. Но знаешь, что хуже? Когда боль уходит совсем. Когда люди начинают считать это просто частью профессии, фоновым риском. И если у них это выходит — всё. Они себя теряют.
Он потерянно провёл ладонью по запястью, будто стирая старую, незажившую отметину, и выдавил тёплую, усталую улыбку:
— Главное — не стать бесчувственным, Кейлан.
— А как принимать решения, если каждый раз так... тяжело? — спросил Кейлан. — Как вообще с этим жить?
— Учиться разделять, — тихо сказал Маркус. — В моменте — быть холодным. А потом — дать себе чувствовать. Иначе либо выгоришь, либо превратишься в камень.
Кейлан кивнул, не смотря на то, что ответ его не убедил. Подобная двойственность, переключения, разве это не разрушает личность? Он взглянул на Маркуса — и понял, что тот сам не до конца верит в свои слова. Тогда как же он сам?.. Сколько ещё подобных выборов впереди? И кем он будет потом?
Нужно будет обдумать это после, в другой обстановке. А пока следует сконцентрировать на занятии. И тогда в следующий раз у него будет хотя бы на один навык больше. Шаг за шагом.
Заклятие требовало больше, чем он ожидал. Не столько силы, сколько сосредоточенности. Теперь он понял, почему его не учили ему с первых дней.
К концу первого часа движение стало точнее. К исходу второго — он зафиксировал результат. Энергия всё ещё ускользала, но он её чувствовал. Маркус не стал давить, ограничившись одним заклинанием. Оно было стоящим. Но изматывало до костей.
Маркус, заметив его сомнение, бросил напоследок:
— Всё приходит. Главное — не терять себя по дороге.
Кейлан кивнул, поблагодарил за урок и ушёл. Хотелось очистить мысли выпив чашечку кофе.
Уже подходя к столовой, Кейлан заметил, как Винсент, Райан и Эдгар о чём-то тихо переговариваются. Разговор оборвался как по команде. Слишком резко, чтобы это выглядело естественно.
Райан нервно переставил чашку, а Винсент вдруг нашёл что-то интересное в стене напротив, избегая взгляда Кейлана.
Кейлан налил себе кофе, подошёл ближе и, сделав глоток, подумал, что кофе в офисе всё-таки куда приятнее на вкус, чем тот, что принес ему Алестэр. Осмотревшись — никого постороннего рядом — он опустился на стул и тихо спросил:
— Вы обсуждали методику лечения Оуэна, так?
Винсент напрягся. Было видно, что он колеблется, пытаясь решить, говорить ли. Райан вмешался первым:
— Винсент, он уже понял. Нет смысла юлить.
Он слегка нахмурился, будто пожалел, что сам это сказал, и сделал глоток, стараясь не встречаться с Кейланом глазами.
Эдгар кивнул и добавил серьёзно:
— Если он будет сам искать ответы, наведет шуму. А излишняя подозрительность нам ни к чему.
Он посмотрел на Кейлана пристально, будто проверяя, действительно ли тот готов это услышать, затем коротко выдохнул и откинулся назад, немного расслабившись.
Винсент задержал дыхание, как будто сдерживал что-то важное. Потом наклонился вперёд и встретился взглядом с Кейланом.
— Методика, которую использовали на Оуэне, хоть и выглядит новой, основана на очень старых принципах, — заговорил он спокойно, но с осторожностью, словно каждое слово могло что-то нарушить. — Чтобы восстановить повреждённые магические каналы, его сознание на время буквально «вынесли» за грань жизни. В этом состоянии над ним провели ритуал, взывая к энергии древнего мифа. Почти забытого. Этот миф… он связан с возрождением через пламя. С гибелью, которая становится началом.
Он сделал паузу.
— Именно это и дало такой результат. Магия буквально перестроилась, восстанавливая его потоки — стала мощнее, но и нестабильнее. Сейчас она ещё ведёт себя тихо, но это ненадолго.
— Главная проблема, — продолжил он, — в том, что теперь его сила может вспыхнуть в любой момент. Этот миф несёт в себе не только силу, но и хаос. А в бою это значит одно: потеря контроля. В худший момент.
Кейлан сжал пальцы на чашке. Даже понимая, что дело серьёзное, он не ожидал услышать подобного.
Это звучало как нечто из древних легенд, но сейчас — это касалось его друга. Было трудно принять, что то, что они называли лечением, на деле больше напоминало попытку приручить вулкан.
Райан кивнул:
— И это не всё. Магия может начать копиться внутри. Медленно, незаметно. Сначала будет казаться, что он просто становится сильнее. А потом — всё выйдет разом. Без предупреждения. Как взрыв.
Винсент опустил взгляд в кружку:
— Если он не научится контролировать эту силу, он может не только пострадать сам, но и… забрать с собой других. Теперь для него любое применение магии — как ходьба по лезвию. И нам надо быть готовыми, что однажды он оступится.
Кейлан молча смотрел на товарищей, пытаясь уложить в голове всё, что только что услышал. Потом, чуть неуверенно, спросил:
— Я... вообще ничего не знаю ни о мифах, ни о ритуалах. Что значит — «взывать к энергии мифа»?
Эдгар чуть усмехнулся, заметив растерянность Кейлана, и заговорил спокойно:
— Мифы — это не просто сказки. Это настоящая сила, рожденная тем, во что люди верят. Чем больше в это верят, тем реальнее становится. Ритуалы — способ направить эту силу. Придать ей форму, цель. Именно так и поступили с Оуэном.
Кейлан нахмурился:
— Так любой миф можно вот так использовать?
— Не совсем, — вмешался Райан. — Они разные по природе и по силе. Есть те, что подходят для лечения, есть разрушительные. И у всех свои требования и последствия.
— Требования? — переспросил Кейлан.
Винсент кивнул, в голосе стало меньше мягкости:
— Да. Чем сильнее миф, тем больше риск, что последствия выйдут из-под контроля. Требуется обладать связанным древними знаниями, иногда связанными с мифом артефактами, но даже так не всегда понимаешь, чем это всё закончится. И, если не понимать весь процесс досконально, из этого не выйдет ничего хорошего.
— Значит, это не просто образы и идеи, а… почти живые существа? Что-то, что может помочь — или обратиться против тебя?
Эдгар покачал головой:
— Есть и такие, которые действительно живые. Со своей волей. Они могут выглядеть как обычные люди. Но по сути — мифы, оживлённые магией. Говорят, раньше их было больше. Сейчас почти не осталось. С приходом технологий люди стали забывать, а мифы без веры — слабеют. Некоторые нашли способ выжить — примкнули к фракциям или создали свои. Иногда вокруг них даже образуются небольшие культы, чтобы подпитываться вниманием и сохранять миф.
— Со своей волей? — переспросил Кейлан.
— Например, Громогласный из Конкордии, — сказал Райан. — Хотя действуя среди людей, он обычно представляется как Тонан Вирдес. Неужели ты про него не слышал?
— Он и о Конкордии-то вряд ли знает, — хмыкнул Эдгар.
Кейлан слегка смутился, но честно признался:
— Впервые слышу.
Звучало это так, будто кто-то сказал: «мы работаем бок о бок с богами». Но остальные говорили об этом спокойно. Как о чём-то реальном. Пугающе реальном.
Эдгар кивнул:
— Конкордия — это международная организация. Они следят за балансом магии, вмешиваются в политику, но делают это тонко. А Громогласный — их главный покровитель. Живой миф. Один из тех, с кем предпочитают не враждовать.
Райан добавил:
— Когда он использует магию, это ощущается не на уровне комнаты или здания — он может повлиять на город. Иногда и на страну. Его называют Громогласным. Не просто за стиль. Его сила — это нечто.
Кейлан слушал, ощущая, как мир вокруг него становится всё шире, глубже… и опаснее.
Он перевёл взгляд с одного товарища на другого:
— Подождите… тот самый, про которого детям сказки рассказывают? С громом, молниями и всем этим?
Винсент посмотрел на него серьёзно:
— Да. И эти сказки — не просто память. Они подпитывают его. Чем дольше его помнят, чем чаще упоминают — тем он сильнее. Как это работает до конца — никто не знает. Но проверено: чем древнее и узнаваемее миф, тем он опаснее.
Кейлан на мгновение замер, представляя себе силу, питаемую сказками и верой.
— А их много? Таких, как он?
Райан хмыкнул:
— О, да. И точно не на один вечер разговор. Но если не хочешь потом неделями спать с зажжённой лампой — пока что хватит. Всё узнаешь. Со временем.
Кейлан задумался, пытаясь переварить всё сказанное, затем осторожно вернулся к главному:
— Ладно... А что мы вообще можем сделать для Оуэна?
Винсент немного помедлил, прежде чем ответить:
— Не так уж много. Главное — помочь ему держать контроль. Он должен регулярно использовать огненную магию, чтобы не дать энергии копиться внутри. Но рано или поздно нагрузок, которые он получает здесь, окажется недостаточно. Орден, скорее всего, переведёт его в команду зачистки — там постоянные боевые стычки. Только в таких условиях он сможет научиться управлять этой силой до того, как она его сожжёт. А если и этого будет мало...
Райан тихо добавил, не поднимая глаз:
— Тогда его бросят к военным или сделают шпионом и отправят за границу. Чтобы в случае чего... последствия были не на их совести.
Кейлан нахмурился. Слова давили, как свинец:
— А нет другого пути? Может, можно сбалансировать этот эффект каким-то другим ритуалом?
Винсент пожал плечами:
— Теоретически — можно. Но это только добавит непредсказуемости. Никто не знает, как одна сила поведёт себя рядом с другой.
— И что нам тогда делать? — тихо спросил Кейлан.
Винсент выдохнул:
— Наблюдать. Быть рядом. Замечать даже мелочи. И если что-то начнёт идти не так — вмешиваться сразу, не ждать.
Эдгар кивнул:
— И всё фиксировать в отчётах. Подробно. Чтобы в Ордене понимали, когда пора вмешаться. Уверен, они знают куда больше, чем говорят.
— И внимательно читать их инструкции, — добавил Райан. — Иногда там скрыты намёки. Они не скажут в лоб, но если присмотреться — можно понять, что они на самом деле думают.
Винсент нахмурился:
— Если они решились на такую методику, может, им удалось что-то отрегулировать, сделать эффект более стабильным. Хотя даже не представляю, как. Но... не думаю, что они списали Оуэна. Он слишком много для них сделал. Слишком ценен.
Райан тихо заметил:
— Он сам сказал, что это был его выбор. Он понимал, на что идёт. И зная его... не удивлюсь, если он решил уйти эффектно, вместо того чтобы угаснуть в тени. Он всегда слишком сильно держался за свою силу.
Кейлан вспомнил, с каким удовольствие Оуэн демонстрировал свою предрасположенность к огненной магии. Тогда это показалось просто бравадой. Сейчас — почти предчувствием.
Если Райан прав... то стоила ли такая жертва того? Смог бы он сам принять подобное решение? Сейчас казалось, что нет. Но если однажды он тоже станет таким же сильным, как Оуэн... если начнет воспринимать себя как мага в первую очередь... Сможет ли отказаться? Может, именно потому Алестэр так настаивал: магия — не главное. Главное — кем ты остаёшься без неё.
Где-то в глубине — на самом краю сознания — мелькнул вопрос, от которого ему стало не по себе:
А если бы я мог стать таким? Стать мифом? Я бы отказался?
Глава 32. Равновесие
Я вспоминал тот день — от начала и до того момента, когда двери палаты Оуэна вновь захлопнулись.
Кейлан удивлённо посмотрел на меня, но ничего не сказал. В этом молчании было что-то тяжёлое — не упрёк, не страх. Скорее ожидание. Как будто он надеялся, что я скажу больше, чем должен.
— Пришёл передать врачам сведения о ноже. Это артефакт. Он нарушает магические потоки.
Во взгляде Кейлана проступило беспокойство — не мгновенное, но цепкое. Он вслушивался в каждое слово, будто искал в них то, чего я не озвучивал.
— Через пару дней встанет, — сказал я. — А через пару недель будет ясно: сможет ли он использовать магию.
Он продолжал молчать. И чем дольше не говорил, тем отчётливее я понимал — он уже понял. Понял, что такие сроки означают больше, чем просто неопределённость. Он слишком умён, чтобы не заметить.
Я знал этот взгляд. Не обвинение. Но и не принятие
— Пока — отдыхай. Обсудим позже. И про нож — никому. Понял?
Он кивнул. И ушёл — по-прежнему молча. Я смотрел ему вслед и не пытался остановить. Некоторое молчание — правильно. Даже если оно режет.
Я прошёл внутрь, направившись к палате Оуэна.
Там были лишь Маркус с Селией. Атмосфера была напряженная.
Мне нужно было выпроводить их под благовидным предлогом. Хоть и правдивым. Обсудить его лечение с учетом новых обстоятельств. Пусть обстоятельства касались не только ранения, и обсуждать лечение буду не я.
В Маркусе я был уверен, он подчиниться без вопросов, в надежде на лучшее. Орден своих не бросит, и он это знает.
Хотя сейчас... Мы не бросим Оуэна одного, но выбор который ему предложат... Хотя решать все равно ему. Но я кажется уже знаю ответ. Все было решено в момент удара ножа. Столь же бесповоротно.
Но с Селией будут проблемы, она упряма. Мне не стоит затягивать разговор. Он скоро будет здесь. Они не должны встретиться. Будет слишком много вопросов.
Я сразу же обратился к Оуэну. Он мягко попросил всех выйти. Видимо он уже понял. Это не первое его ранение, но должно быть впервые, с тех пор как стал магом, он не чувствует магических потоков.
Это все упрощает, мне нужно было оставить Оуэна одного. Потому что сейчас туда должен был зайти Сайет.
Когда мы с Оуэном остались одни, я сообщил ему, с кем он будет говорить.
Реакция предсказуемая. Смесь настороженности и глубокого уважения. Стоит Сайету кивнуть, и большинство из них просто последуют за ним. Без вопросов, без понимания. На слепой вере в него.
Я ждал снаружи, глядя, как Сайет остановился у двери и задержал взгляд на мне. Интересно, что он читает в моем лице спустя столько лет? Пусть я давно уже не верю в его путь. Но то как он ему следует... им просто невозможно не восхищаться. Сам бы я так не смог. Даже если бы захотел. Потом он вошёл — и за ним мягко, почти бесшумно, захлопнулась дверь.
Оставшись в коридоре я не знал, как именно шел разговор. Но знал, что лучшего кандидата у нас сейчас нет.
...Голос вернул меня в настоящее.
— Алестэр. Так что об этом думает Сайет? — спросил Мевир.
Я поднял глаза. Вокруг — всё те же старые кресла, всё те же настороженные взгляды представителей фракций. Я же и собрал Совет Равновесия. Кого еще я ожидал тут увидеть.
— Жрецов волнует мнение Теней? — спросил я, в бессмысленной попытке потянуть время. Я ведь уже решил рассказать все совету...
— Мевир прав, Алестэр. Мнение Сайета нельзя не учитывать. — добавил Веран. Говорит очевидное. Дает мне время. Выходцы из Альянса тонко работают. Но они правы. Я должен рассказать
— Он принял решение лично — ответил я наконец. Конечно ответил. Сайет знал, что я все расскажу. Потому и дал это задание мне. Но почему... я все еще ощущаю, что предаю его?
Повисла короткая, но насыщенная пауза.
Голос, спокойный и обволакивающий, нарушил тишину:
— А мы не слишком часто стали позволять Теням решать за всех нас? — спросила Ильдена.
Разумный вопрос.
— Это наш агент. Наша ответственность, — напомнил я. — А сила, которую мы вызвали, может повлиять на всё поле баланса. Ее необходимо изучить, даже если никто этого не желает.
— Мы не вмешиваемся во внутренние дела фракций, — напомнил Феллин. — Но если нестабильность станет угрозой — баланс потребует ответа.
— Почему-то я не наблюдаю, чтобы Ученые заинтересовались в проверке. Может это ваше влияние? — пришлось ответить на его угрозу. Пусть я и член Конкордии, но также и член Ордена. И мои корни навсегда останутся там.
— Не думаю — стараясь удержать спокойствие ответил Феллин — Иначе бы я заметил следы.
Все взгляды повернулись на Верана. Но он лишь усмехнулся.
— Если бы мы были на такое способны. То скопили бы силы, прежде чем распространять подобные знания. — сделав паузу, по игриво спросил — Почему каждый раз, вы все смотрите на меня? Проще всего винить во всем Темный Альянс. Но не делайте вид, что ваши фракции не ищут превосходства, всеми доступными методами.
Очередная перепалка. Взяли на себя ответственность за поддержание баланса целого мира. А сами не способны обсудить все спокойно в узком кругу. Узнай об этом остальные, от нашей репутации не осталось бы камня на камне.
— Неплохо бы увидеть процесс самому. Может, я бы и узнал следы. В ритуал могли вмешаться, — прозвучал наконец голос Громогласного, глубокий и несущий в себе ощущение раскатов надвигающейся бури. — Ты ничего не заметил, Алестэр?
— Мне не удалось присутствовать при ритуале. Но новых инструкций еще не было. Думаю даже Сайет ничего не увидел. — Тонан знает, что если бы я что-то заметил, то с этого и начал. Дает всем понять, информации недостаточно.
— А Сайет вообще маг? Ни разу не видел его в действии. Даже не слышал, о том, чтобы он использовал магию. — с легкой усмешкой заметил Веран.
Пренебрежительный взгляд. Все чем я ему ответил. Хотя и мне не доводилось лицезреть его в действии. Но Тонан уверял, что он хорош.
— Маг. — спокойно заметил Громогласный. Хоть и голос, что он использует при прочих вряд ли демонстрирует спокойствие, — Подождем. Нужно узнать больше.
Громогласный не улыбался. Он никогда не улыбался, когда говорил “подождем”.
Провозгласив тем самым окончание совета, он встретился взглядом с каждым. Дав понять тем самым важность задачи.
Остальные бесшумно вышли из зала. И мы остались вдвоем.
...
Той же ночью. В одной из палат Центра восстановления Ордена, среди стен, что заглушали магические выбросы, Оуэн сидел за столом. В руках — чашка чая. Горячая, но почти остывшая.
В мыслях снова прокручивалась недавняя сцена.
Палата была тиха. Только глухой шум за окнами, как будто сам город не решался нарушить этот разговор.
Сайет сел напротив Оуэна. И глядя ему в глаза заговорил.
— Тебя ранили артефактом разрывающими магические потоки. — Сайет сразу перешел к делу.
Он ждал этих слов. Не потому что надеялся, а потому что знал — однажды кто-то их скажет.
— Потоки я больше не чувствую не из-за усталости? — напряженно спросил Оуэн.
— Врачи утверждают, что ты их больше не почувствуешь — спокойно продолжил Сайет.
Оуэн понял, что Сайет не пришёл бы сочувствовать. Значит, у него еще есть шанс. Должен быть.
— И всегда ты лично сообщаешь подобные новости? — ощущая, что Сайет тут не за этим, спросил Оуэн.
— Я могу дать тебе выбор, — продолжил Сайет.
Оуэн видел, как выглядят те, кто теряет магию. Пустые глаза, выдохшиеся люди. Он не хочет доживать. Оуэн не из той породы. И ответил:
— Я готов
— Я не приму ответа, пока ты не выслушаешь условия — дождавшись кивка Оуэна Сайет продолжил —Эксперимент. Опасный ритуал. Возможно, стабильный. Но гарантии нет. Ты можешь умереть во время процедуры. А если выживешь, вернешь магию, но со временем можешь потерять контроль. И сгореть от собственной магии.
Сайет делал паузы. Он не торопился. Смотрел. Словно читал не слова, а реакцию, оттенки тишины между вдохами.
— Я бы не предложил это в обычных обстоятельствах. Мы фиксируем отклонения в ритуалах. Магия ведёт себя иначе. Необходимо понять, что происходит. Это даст шанс избежать катастрофы. Нужен доброволец.
— Теперь все? — спросил Оуэн, словно просто ждал пока Сайет закончит, чтобы сообщить уже принятое решение.
Он не нуждался в разрешении. Спокойно умереть — не для него. Уж точно не когда есть выбор.
— Теперь все — голос Сайета оставался спокойным. Но он знал, что предлагает не задание, а судьбу.
— Я готов. — усмехнувшись повторил Оуэн.
— Почему? — сделав паузу Сайет продолжил, — Я не доверюсь тому, кто так легко отбрасывает свою жизнь.
Вопрос показался Оуэну излишним. Разве не очевидно?
— Жизнь без магии, для меня не жизнь — ответил он, — Если есть шанс - я не отступлюсь.
— Даже без магии ты не бесполезен — продолжил Сайет, — Не все служат, стоя в огне. Кто-то — в тени.
— Стать для Ордена ушами? Аналитиком? — с пренебрежением спросил Оуэн, — Сидеть в кабинете, ждать, когда остаток жизни вытечет по капле. — продолжил он уже мрачнее.
— Неудача закончится твоей смертью. Может смертью твоих товарищей. — предупредил Сайет
Если ему суждено сгореть — то он сгорит в одиночестве. Он не позволит, чтобы за его выбор расплачивались другие.
Оуэн не ответил сразу. Только закрыл глаза на миг. А потом — с той самой тяжёлой усмешкой: — И умру я не на постели, При нотариусе и враче, А в какой-нибудь дикой щели, Утонувшей в густом плюще.
Эта строка давно жила в нём. Ещё до боли. До потери. И теперь просто вышла наружу.
Он не смотрел на Сайета. Смотрел в потолок. Но цитата не звучала как отговорка.
— Последняя воля? — спросил Сайет. Словно давая последний шанс.
— Не потребуется — с улыбкой ответил Оуэн.
Сайет кивнул. Теперь он услышал достаточно.
— Тогда начнём подготовку.
За этой фразой стояло всё: исследователи, лекари, ритуалы. И шанс умереть в первые минуты.
Сайет вышел, не обернувшись. Дверь закрылась без звука.
А за окном, в гудящей дали города, будто всё застыло на грани.
Между потерянным и тем, что ещё не началось.
Как дыхание, ставшее последним — но не осознанным.
— Готов продолжить? — голос вывел его из воспоминаний
Оуэн поставил чашку на стол. Пальцы слабо дрожали, но он не обратил на это внимания.
Он повернулся. Двое исследователей Ордена уже стояли у тренировочной зоны. Он встал.
— Как и всегда, — тихо сказал он и пошёл к манекенам. Магия огня уже звенела в пальцах. Он не позволит ей копиться внутри. Он будет использовать её, пока она не подчинится. Или пока не сожжёт его дотла.
Заклятие сорвалось почти само. Вспыхнуло. Ударило в цель.
И за его спиной — снова тишина. Тишина перед бурей.
Глава 33. Не отворачиваясь
Фрагмент из внутреннего заключения аналитического отдела Ордена Бессмертных Теней:
«Состояние ритуальной связи стабильно. Потоки откликаются в прогнозируемом диапазоне. Нарушений не выявлено.
Рекомендуется контроль в боевых условиях для оценки предельной активации.
Особых рисков не обнаружено.
Подчёркиваем: объект проявляет высокий уровень совместимости с типом огненной стихии.
Вывод: допущен к оперативной деятельности без ограничений.»
...
Комната ещё хранила в себе тепло. Оуэн знал — всего лишь остаток его собственной магии. Тренировка закончилась, а вместе с ней — и та мнимая уверенность, что он чувствовал в движении. Магия откликалась чётко, даже быстрее, чем прежде. Потоки подчинялись, но каждый раз приходили чуть более насыщенными, чуть быстрее. Как будто пламя, что он вызывал, уже ждало внутри, готовое разгореться без приказа.
Исследователи называли это особенностью. Ритуал прошел стабильно. Он сам чувствовал: ничего не рушится, не искажается. Но это «ничего» и пугало. Слишком ровно. Слишком легко. А если магия приходит легко — просто ещё не ясны последствия.
Он сел у стены, опираясь затылком на холодный камень. Позволил дыханию замедлиться. Руки дрожали совсем чуть — не от усталости, от напряжения, что не уходит.
«Если я сгорю — пусть это будет красиво», — подумал он. Не трагично. Не с болью. Ради какой-нибудь цели. Пусть даже она окажется лишь иллюзией. Пока в нем еще есть искра — он не бесполезен. И если не найдёт большего — путь Сайета подойдёт. Как цель. Как направление. Как холст, на котором ещё можно выжечь свой знак.
...
Зал Совета был пуст — почти все уже разошлись. Алестэр не знал с чего начать. И ждал, пока это сделает Тонан.
— Ты давно не говорил от имени Сайета с такой неуверенностью, — произнёс тот без осуждения. Просто факт.
— Сегодня это казалось предательством, — ответил Алестэр, словно констатировал факт.
— Тебе было бы нечего сказать, если бы Сайет не хотел передать это нам — обьяснял очевидное Тонан.
— Знаю. Но все же. — Алестэр отстранялся от разговора. Еще не понимая почему.
— Обычно ты не избегаешь этого. Особенно, когда на кону не политика, а люди. Что случилось? — не отступал Тонан. Алестэру нужно прояснить свои мысли. И он ему в этом поможет.
Алестэр замер. Вздохнул.
— Ты случаем не взял себе нового ученика? — продолжил Тонан, ожидая ответа
— Этот агент? Нет. Но он из команды моего ученика.
Громогласный молча кивнул. И добавил:
— Я помню, как ты говорил о своих. Тогда, давно. Ты не просто учил их — ты верил, что они изменят мир.
— Они были лучше меня, — тихо сказал Алестэр.
— И ты их хоронил.
Тишина. Несколько секунд — почти вечность. За столом, где часто решались судьбы.
— Возможно, я не выдержу ещё раз, — признал Алестэр.
Громогласный не спорил.
— Знаешь, почему старые наставники не отпускают учеников сразу? Потому что пока ученик рядом — у тебя ещё есть шанс всё исправить. Сказать нужное. Или просто быть рядом, когда он делает ошибку.
Алестэр усмехнулся уголком рта:
— Звучит слишком по-отечески.
— А разве не так? — Громогласный чуть склонил голову. — Ты ведь знаешь это не хуже меня. Наставник может быть другом, врагом, идеалом. Но если он исчезает в момент боли — он никто.
Алестэр вспомнил своего наставника. Его не было рядом. Уже много лет. Не было рядом и в моменты боли. Когда он терял своих учеников. Когда он потерял наставника. Он не отвернулся. Просто умер. Он так и не научил его многому. Не был рядом. Но все еще наставник.
— Ты, наверное, слышал про моего сына, — вдруг сказал Тонан.
Алестэр медленно кивнул, не сразу поняв, о чём речь. Но имя — было в легендах. В историях. Даже в фольклоре.
— Он был тем, кем гордятся. Тем, кого показывают миру. Сильный, бесстрашный, решительный. Шёл вперёд, как будто не существовало ни страха, ни сомнений.
Он замолчал. Говорил не с болью — с памятью.
— Когда пришло его время умереть... я не был рядом. Он выбрал путь, где никто не мог помочь. И я позволил. Назвал это взрослением, самостоятельностью, судьбой. Всё что угодно, чтобы оправдать его дорогу. И свое невмешательство.
Алестэр не перебивал.
— Когда он умирал, я знал. Я чувствовал. Но не пошёл к нему. Считал, что он сам справится. Что так будет правильно.
Тонан отвёл взгляд.
— Он сгорел на костре, вознёс себя сам. Я не сказал ему ни слова. Ни до, ни после.
— Ты винишь себя? — тихо спросил Алестэр.
— Нет, — так же тихо ответил Тонан. — Но я запомнил, что значит не быть рядом, когда умирает тот, кого ты вёл. Это не просто боль. Это пустота. Холодная, как остывший прах того, кого ты не спас.
Он посмотрел прямо в глаза.
— Ученик не просит наставника быть вечным. Он лишь надеется, что тот не отвернётся, когда станет по-настоящему трудно.
— Я боюсь, что он не выдержит, — сказал Алестэр.
— Ты боишься, что не выдержишь ты, — поправил Тонан.
Долгая пауза. И уже спокойнее, без нажима:
— Страх за ученика — это не слабость. Это знак, что он стал для тебя больше, чем инструмент. А значит — у него есть шанс стать собой. А не копией тебя.
— Он не станет мной, — сказал Алестэр. — Я не хочу этого. Я хочу, чтобы он стал собой. Чтобы он стал лучше.
Тонан кивнул.
— Тогда иди до конца. Будь рядом. Даже если он оттолкнёт тебя. Даже если путь, который он выберет, будет тебе чужд.
Алестэр выдохнул.
— Я буду с ним. Как бы ни сложилось. Даже если он не выберет равновесие. Даже если выберет путь, в котором я сам не смогу существовать.
Он посмотрел в сторону, будто увидел что-то далёкое.
— Я не знаю, смогу ли удержать его. Но я сделаю всё, чтобы он не стал тенью. Ни моей, ни чьей-то ещё.
— Этого достаточно, — сказал Тонан. — Ты всё ещё можешь быть хорошим наставником.
Алестэр кивнул. Чем бы это ни закончилось, он не отвернется от Кейлана. Даже если Кейлан отвернется от него. И сделает все, что в его силах, чтобы больше не хоронить учеников.
Он знал, что не удержит его ото всех падений. Но если бы мог — хотел бы остаться тем, кто встанет рядом, когда никто больше не сможет. Даже если Кейлан этого не попросит.
...
Поздняя ночь. Комнаты погрузились в полутьму, освещённую только жёлтым светом фонарей за окнами. Оуэн уже собирался лечь, когда услышал лёгкий стук. Он открыл дверь — на пороге стояла Селия.
— Можно? — спросила она, как будто имело значение.
Он кивнул. Она вошла и села у стены напротив него. Некоторое время они молчали.
— Я не всё сказал тогда, при всех... — начал он.
— Я поняла — ответила Селия. Она не стала спрашивать. Если захочет — расскажет. Если нет — она подождёт. — Магия... она стала другой. Сильнее. Ближе. Я чувствую. Но... настанет момент, когда я не смогу её сдержать. Я буквально могу сгореть.
Селия подняла взгляд и спокойно сказала:
— И я буду рядом, когда это случится.
Он замер. Не ожидал, что она прервёт. И не ожидал, что скажет это именно это — тихо, просто, как факт.
Ощущая тепло — не от магии. От неё. От её слов. От самого её присутствия. Он знал: отпустить это — значит предать и её, и себя.
Но он не допустит, чтобы она осталась рядом в этот момент. Когда время настанет — он уйдёт один. Сделает всё, чтобы и она, и остальные не оказались рядом, когда всё начнёт рушиться. Не потому что они слабее. А потому что им ещё нужно идти вперёд. Без него, если нужно. Но сейчас... сейчас он не сказал этого.
Он лишь кивнул. Селия осталась у стены, и он сел рядом, не произнеся больше ни слова. И ночь, наконец, впервые за все эти дни, казалась чуть менее тяжёлой.
Глава 34. Хрупкая симметрия
Сначала он просто подумал, что запутался в мыслях.
Мужчина за окном — сутулый, с поникшими плечами, в сером пальто — стоял перед витриной ювелирной лавки. Его звали Томас. На внутреннем кармане пальто — затёртая фотография мальчика лет пяти. Он ни разу не видел внука — только это пожелтевшее фото, присланное сыном без подписи и без вестей после.
Смотрел на кольца, как будто пытался вспомнить, что они значат. Люди обходили его стороной, но он не двигался. А потом — он повернулся и заглянул в витрину. И его отражение не повторило движения.
Оно просто продолжало смотреть на кольца. Безо всякого интереса. Без мысли. Но с какой-то пугающей неподвижностью.
Мужчина отпрянул. Подошёл ближе, всмотрелся. И тогда отражение — словно очнувшись — наклонило голову. В противоположную сторону.
— Ты устал притворяться, — сказал голос из витрины. Мужчина замер. Его губы не двигались, но голос продолжал. — Тебе больно каждый день, ты боишься разочаровать, боишься провалиться. Я могу помочь.
Он попятился, сердце колотилось в груди, но взгляд всё ещё был прикован к отражению.
— Кто... кто ты такой? — прошептал он.
— Я — тот, кого ты прячешь. Я не враг. Я — выход. Я могу решить твои беды, вместо тебя. Без боли. Без страха. Просто позволь мне.
Мужчина не ответил сразу. В глазах — борьба. Колебание.
— Ты ошибался слишком много раз, — продолжало отражение. — Помнишь, как ты потерял работу? Не решился рассказать о том, что твой напарник ворует у владельца. В итоге все решили, что вор ты, и уволили тебя, не сумев доказать этого. Как отвернулся сын, из-за того, что ты слишком сильно вмешивался в его жизнь? Сколько раз ты говорил себе, что исправишься? Но каждый раз — ничего не менялось. Провал за провалом.
Он тряхнул головой, сделал шаг назад.
— Ты не понимаешь… это не так. Я… стараюсь.
— Ты устал. Я знаю. Посмотри.
Отражение подняло руку, и стекло завибрировало. В нём начали всплывать образы — жена, улыбающаяся с балкона. Он на свадьбе сына, на которую тот его не позвал. Внук, с которым он кормил голубей. Он впервые держал его за руку — хотя знал, что этого никогда не было. Спокойствие. Жизнь, в которой он не ошибался.
— Всё это… — прошептал он, шагнув ближе. — Это возможно?
— Да. Только прими мою помощь. И я сделаю остальное.
Он смотрел на себя — другого, уверенного, сильного. Часть его знала, что это иллюзия. Но другая… так отчаянно хотела верить.
— Ты… точно поможешь?
— Конечно. Разве ты не видишь, что можешь получить?
— Только… покажи мне его ещё раз, — прошептал Томас, едва слышно.
Отражение улыбнулось. — Конечно. Ты заслужил это.
Он закрыл глаза. Представил себя в том парке. Внук тянет руки — и его нельзя не обнять.
Он кивнул. Медленно. Почти облегчённо.
Отражение шагнуло вперёд. Рука коснулась стекла — не снаружи. Изнутри. Мужчина закричал. Но прохожие уже не слышали.
Он открыл глаза — и улыбнулся. Лицо его было тем же, но взгляд стал другим. Он пошёл прочь от витрины, будто освободился. Но у него больше не было отражения. В витрине, мимо которой он шёл, стекло оставалось чистым. Без бликов. Без следа.
Отражение управляло его телом.
А сам Томас, — теперь смотрел на себя словно со стороны. Он начал спорить с тем, кто был в его теле:
— Мы не об этом договаривались! — выкрикнул он.
Отражение медленно вытащило из внутреннего кармана фотографию. Разглядело мальчика. Улыбнулось.
Томас в ужасе чувствовал, как его тело двигается без его воли. А разум — как будто растворяется в тусклом зеркале, без отражения.
Оно, не останавливаясь, спокойно ответило:
— Таких маленьких я обычно не беру под контроль, — пробормотало оно, скорее себе. — Но если Томас хотел увидеть его по-настоящему... значит, придётся. Я же обещал.
— Верни всё как было! Я передумал! — Отчаянно кричал Томас.
Но отражение больше не заговорило с ним. Никогда. Оно просто шло вперёд, довольное, целеустремлённое.
Оно увидело вывеску кафе "Уголок". За закрытыми дверьми можно было действовать свободнее. Время было подходящее.
Он вошёл. От стойки как раз отходил молодой человек — и с любопытством посмотрел ему в глаза.
Он провёл рукой по волосам, как делал это Томас. Привычка сохранилась — тело ещё не отвыкло. Но взгляд уже принадлежал другому.
Удача. Новая цель сама шла к нему.
...
Кейлану стало плохо. Голова закружилась, руки задрожали. С ним такого раньше не бывало. Вместо того чтобы сесть за свой столик, он направился в уборную. Нужно было умыться, взглянуть на себя в зеркало — вдруг он и выглядит так же плохо, как чувствует себя внутри. Последние дни выдались напряжёнными.
А отражение в облике мужчины лишь улыбнулось, ехидно подумав: "Давай, посмотри в своё отражение" — и продолжило осматриваться, не торопясь.
В помещении было пусто. Вода капала из крана. Свет мерцал, отбивая слабое отражение на запотевшем стекле. Кейлан подошёл ближе и взглянул на себя.
— Ты не думаешь, что играешь роль? — раздался голос. Его голос. Но не его.
Он замер. Взглянул в зеркало. Отражение стояло на месте. Смотрело прямо в глаза.
— Ты боишься быть собой. Боишься, что если убрать всех — ты останешься пустым.
Кейлан стиснул зубы, не отвечая.
— Хватит.
— Боишься быть бесполезным? — голос стал мягче. — Как тогда. Когда ранили Оуэна. А потом винил себя. Ты ничего не мог сделать — и это пугает сильнее всего, да?
Кулаки сжались. В нём нарастал гнев — и не только на отражение, но и на самого себя.
— А как насчёт родителей? Ты ведь даже не уверен, хороший ли ты сын. Всё реже отвечаешь им. Боишься признаться, что не соответствуешь их ожиданиям? Или боишься, что они всё равно тебя любят — несмотря ни на что?
— Ты ничего не знаешь, — выдохнул он, но голос прозвучал глухо.
— Я знаю всё. Потому что я — ты. — отражение продолжило, — Я тот, кто помнит каждую твою слабость. Кто не отворачивается, когда ты опускаешь голову. Я жду этого. Потому что в этом — ты настоящий.
Кейлан отступил. В груди сжалось. Это не было просто подражание — отражение будто проникало внутрь, царапая изнутри каждый непроговорённый страх.
— Даже в магии — ты...
Но тут оно изменилось. Моргнуло. Выражение лица стало испуганным.
— Ты... маг? — спросило оно, почти с паникой.
В его голосе — щепотка страха, но и... разочарование. Будто оно не ожидало от него сопротивления. Будто он подвёл кого-то, кто искренне верил в его поражение.
Именно тогда Кейлан вспомнил. Он маг. Не просто испуганный юноша, а человек, у которого ещё есть сила. Правда, он не знал, как бороться с этим — что это вообще за враг.
Мысли спутались. Казалось, ещё немного — и он потеряет себя. Внутренние ориентиры расплывались, память давала сбои. Всё происходящее превращалось в туман, в котором исчезают даже имена.
Он поднял руку. Медленно, будто через сопротивление самого воздуха. Сигнал. Почти на пределе. Магия вспыхнула, болезненно обожгла пальцы, но послушалась. Крик в пустоту. Он звал наставника.
Потому что если бы промедлил ещё — звать было бы уже некому.
...
Алестэр вытер руку платком. Фраза, сказанная молодым аристократом, только что окончательно подтвердила: в их ряды проникло нечто. Поведение, слова, взгляды — казались чужими.
И в этот момент — сигнал. Почти отчаянный. Почти взрыв.
Он не мог исчезнуть. Не сейчас. Сделал глоток воды, поднялся, извинился. "Прошу прощения. Мне нужно отлучиться на пару минут."
Алестэр шел в сторону уборной. Размышляя, что же может грозить Кейлану? Не будет ли незначительное промедление решающим? Он не позволял себе тревожиться. Но чувство, что может опоздать, цеплялось за плечо холодной хваткой.
В уединении он потратил еще десяток секунд, чтобы наложить на себя чары защиты, быстро, но точно. Появившись неподготовленным перед лицом неизвестной угрозы он рискует оказаться бесполезным. Затем — сгусток света, перелом пространства — телепорт.
Мир не сразу сложился обратно. Звук вернулся с запозданием, как будто сквозь воду. В этом полумраке Кейлан казался неподвижным, почти чужим.
Тот стоял в уборной напротив зеркала. Магия исказилась. Тени сгущались за его спиной. Алестэр не колебался — одним жестом он активировал печать подавления. Отражение заскрежетало, будто само зеркало пыталось закричать.
— Не смотри на него, — сказал он. — Пока оно не несет угрозы.
Он посмотрел на Кейлана и мягко добавил:
— Мне необходимо отлучиться. Вернусь не раньше, чем через десять минут. Есть что-то, что не может ждать? — строго спросил Алестэр.
— Люди в кафе. Думаю угроза все еще где-то поблизости. — без промедления ответил Кейлан, показывая в сторону помещения.
Алестэр посмотрел туда, словно сам воздух внутри выдал ему ответы. И то, что он уловил, не понравилось.
— Оставайся здесь. Ни слова. Ни шага. Я вернусь.
Он видел, как Кейлан сжал кулаки. Хотел добавить что-то ещё — но передумал. Сейчас важнее — не дать ему сорваться.
Не глупи, — подумал он. И исчез. Оказавшись перед входом в кафе.
Ничего подозрительного в округе не наблюдалось. Можно лишь надеяться, что никто из заражённых ещё не покинул это место.
Он наложил заклинание — лёгкое, почти незаметное. Люди начали отворачиваться от входа, будто теряли к нему интерес. После чего запечатал пространство. Внутри уже шевелилось что-то, что не должно было выйти наружу.
Алестэр снова исчез — и никто даже не заметил.
Вернувшись в уборную, откуда он телепортировался к Кейлану. Алестэр нервно подумал: ещё бы несколько минут — и Кейлан не смог бы подать сигнал. Нужно срочно обучить его защите. Хотя бы разума.
Он знал, что не сможет быть рядом каждый раз. А значит — либо Кейлан научится, либо однажды исчезнет, не успев позвать.
Собираясь с мыслями он умылся. Если эти случаи связаны, нужно действовать быстро. Зараза уже покинула Район Элиты, донесения пришли слишком поздно.
Либо аристократы промедлили, в попытке разобраться с происходящим самостоятельно. Либо враг достаточно хитер.
В последнем случае, он бы столь опрометчиво не наткнулся на мага. Только если уже набрал силы, чтобы действовать открыто. Но в этом случае, высказать свои подозрения было бы некому.
Вывод: промедлила местная аристократия, нужно действовать играя на этом. Но для начала, убедиться, что зараза не покинет город. Стоит заканчивать встречу.
Вернувшись, Алестэр сел и, с тёплой улыбкой, начал диктовать инструкции:
— Не подавайте виду.
Юный Виндсфорд на мгновение опешил, но со столь же теплой улыбкой ответил:
— Конечно. В чем же дело?
Алестэр продолжил, слово они обсуждают очередные исследования:
— Вы были правы, замешена магия. Никто не должен покидать Район Элиты. Используйте влияние своей матери, чтобы перекрыть выходы. По возможности изолируйте подозрительных аристократов. Не вступайте в прямой контакт. Никому не смотрите в глаза и избегайте отражений.
— Отражений? — с легким удивлением кивнул Виндсфорд — Будет не просто изолировать членов аристократических семей. Не слишком ли опрометчиво, тратить накопленное влияние нашей семьи на подобное?
— Мы ведь не хотим, чтобы происходящее вышло за пределы нашего влияния и дошло до Совета Аристократии? Или до короля? — Алестэр решил воспользоваться страхами местных аристократов. Причиной их промедления.
Виндсфорд незаметно осмотрелся и кивнул — Подобное не в наших интересах. Совет Хранителей также окажется недоволен, — не упустил возможности Тристан, воспользоваться встречной угрозой.
— И город не забудет, кто помог сдержать катастрофу — Алестэр дал Виндсфорду все необходимое, чтобы он мог начать действовать.
— Тогда следует действовать решительно, — спокойно продолжил Тристан — Мне может потребоваться подтверждение, если влияния моей семьи окажется недостаточным. — закончил он вопросительно глядя на Алестэра.
Алестэр вытащил свои документы из нагрудного кармана и передал Виндсфорду.
— Это послужит подтверждением. Но только, если потребуется. — внимательно посмотрев на Виндсфорда, он продолжил — Никому не передавайте. Я найду вас по ним, когда нужно будет встретиться. До тех пор действуйте самостоятельно.
Виндсфорд посмотрел Алестэру в глаза и серьезно кивнул. Алестэр, улыбнувшись, напомнил: — И больше никаких взглядов в глаза. Пока дело не разрешится. Даже со мной.
Виндсфорд отвернулся и тихо сказал: — Больше никаких.
Алестэр неторопливо вышел. Вернуться к Кейлану он мог лишь тогда, когда исчезнет для всех взглядов.
...
Стук.
— Кейлан. Это я. — послышался знакомый голос Алестэра.
Кейла уже думал открыть, но его что-то забеспокоило. Алестэр мог вернуться прямо сюда. Зачем тогда ему стучать?
Тишина. За дверью — лёгкий звук. Потом — ещё стук. Кейлан насторожился и приготовился использовать оглушающее заклинание, если стучащий попробует зайти. Наверное, наставника подобное не удержит. Или разберемся после. Осторожность не будет излишней. В мире, где отражения могут говорить, голос — больше не доказательство.
И в тот же миг Алестэр телепортировался прямо рядом с ним. Кейлан стоял с поднятой рукой. Дверь перед ним стучала — и с той стороны доносился голос Алестэра.
— Нам еще многое нужно успеть, Кейлан. Не тяни время. Открывай.
Стоящий рядом с Кейланом Алестэр ухмыльнулся, и сказал:
— Ну в этом я прав. Теперь можешь открыть. — и вытянул руку вперед.
Кейлан молча кивнул. И подошел к двери. Открыв ее на распашку он увидел Генри Бакстера, с хищной улыбкой смотрящего на него, и произносящего голосом Алестэра:
— Верное решение, Кейлан. — и сразу же упал без сознания.
— Все в кафе заражены. Накидывай щиты и за мной, только оглушай или сковывай. Никаких смертельных атак. — четко и быстро сказал Алестэр, после чего пошел не дожидаясь Кейлана.
Кейлан знал Бакстэра уже несколько лет — вежливый, сдержанный, тот не повышал голос даже в экстренной ситуации. А теперь — чужая улыбка, чужой голос, и взгляд, в котором ничего не осталось от человека, которого он знал. Это было хуже любой угрозы. Как если бы кто-то натянул кожу знакомого, не зная, как ею пользоваться.
Раз без смертельных атак, их еще можно спасти. Собравшись с мыслями он набросил на себя магический щит и последовал за Алестэром. Он не знал, что ждёт их дальше. Но знал: если дрогнет — не простит себе. Ни сейчас, ни потом.
Глава 35. Невыносимая симметрия
Кейлан последовал за Алестэром, различая доносящийся из кафе шум. Едва он переступил порог, как в глубине зала раздался выстрел. Резкий, гулкий, оглушающий. Повернувшись на звук, Кейлан увидел, как один из посетителей наставил на него пистолет. Вспышка. Грохот.
Пуля ударила в магический щит и замерла в воздухе, сверкая остаточным импульсом. Кейлан вытянул руку, направляя заклинание, но в тот же миг посетитель в форме стража поднёс оружие к виску. Кейлан среагировал — почти на инстинктах. Только когда страж упал, он ощутил, как под кожей ходит дрожь. И как близко была граница. Мужчина рухнул без сознания — раньше, чем смог нажать на спусковой крючок.
Осматриваясь в поиске новых угроз, он заметил, как Алестэр оглушил последнего из посетителей. Всё. Бой завершён. Наставник посмотрел на оглушённого Кейланом стража и кивнул, словно одобряя. Затем подошёл, вынул у него пистолет и сухо бросил:
— Выходим.
Кейлан растерянно взглянул на него. Так просто? Никаких дальнейших действий?
Алестэр, заметив замешательство, коротко пояснил:
— Тут будут разбираться другие. В первую очередь остановим распространение угрозы.
Кейлан понимающее кивнул.
Они вышли наружу. Алестэр провёл пальцем по воздуху, очерчивая символ — магический глиф замерцал, почти невидимый.
Его не заметил бы ни один прохожий — если только не обучен искать потоки. Кейлан задержал взгляд. Сконцентрировался. И только тогда увидел. Символ не просто светился — он пульсировал, как живой, дышащий чем-то древним и важным. Его присутствие ощущалось, даже когда он переставал на него смотреть. Это был не просто знак — метка, которую чувствуют те, кто умеет. Кейлан ощутил лёгкий отклик в собственных потоках — тонкий, но узнаваемый. Такой глиф нельзя проигнорировать.
— По нему найдут это место, — произнёс он. — Еще выучишь.
Он положил Кейлану руку на плечо.
Ощущения от прикосновения Алестэра были до боли знакомы. Когда-то, в самом начале, именно это он почувствовал, перед тем как очнулся в своём доме — не помня, как добрался. Возможно, тогда это тоже был телепорт.
В следующее мгновение они исчезли — и появились уже в офисе команды Кейлана.
Сработала сигнализация. Вспышка тревоги. Элин и Лоренс вскочили, глядя на них с удивлением. Кейлан лишь мысленно усмехнулся: «В этот раз, хотя бы без огненного снаряда…»
Но вот он — огненный сгусток уже полетел. И тут же потух в воздухе. Видимо, Алестэр остановил его. Или, может быть, сам Оуэн.
В этот момент в помещение зашел Оуэн. Алестэр, как ни в чём не бывало, спросил:
— Уже восстановили?
— С сегодняшнего дня. Бумаги у капитана, — отозвался Оуэн, формально, но уверенно.
Алестэр кивнул.
— Где Маркус?
В этот момент тот показался из-за угла вместе с остальной командой.
Собрав всех взглядом, Алестэр махнул рукой — сигнализация отключилась. Он обратился к Маркусу:
— Заметил твоего, пока занимался расследованием. Его отражение — запечатано в уборной кафе "Уголок". Пыталось захватить. Все, кто был внутри — под влиянием. Я оставил глиф. Отправь группу разобраться. После зачистки — освободите отражение. Я возьму парня с собой. Когда оно вернётся — пойму, что вы справились.
— Я знаю, где это, — сказали почти одновременно Райан и Даррен, переглянувшись.
— Винсент, с ними, — коротко бросил Маркус.
Трое подошли к Райану, готовясь к телепортации. Алестэр достал из кармана пистолет и кинул его Даррену.
— Страж в кафе. Двух патронов не хватает. Ни с кем не встречайтесь глазами. Ни с живыми, ни с отраженными.
Даррен кивнул. Они исчезли.
Алестэр перевёл взгляд на Маркуса:
— Перекрываем город. Никого не выпускать. Действуйте быстро.
— Мне поможет Лоренс, — отозвался Эдгар.
Лоренс молча кивнул, уже вспоминая на ходу карту города. Похоже, он знал, что Эдгар снова втянет его в логистику.
Маркус согласился.
— Проконтролируй лично, — добавил Алестэр. — Заражение уже распространилось.
Маркус на секунду замер:
— Что-то ещё?
Алестэр выдержал паузу:
— Началось в районе элиты. Осторожнее с выходцами оттуда. Остальные — со мной. Если они успели дотянуться до аристократии — времени у нас уже мало.
Алестэр передвинул пальцы в воздухе — и пространство дрогнуло. В следующее мгновение они уже стояли в тихом закоулке Региона Элиты. Камни мостовой были слишком чистыми, здания — слишком молчаливыми, как будто воздух сам не решался тревожить власть.
На ходу он активировал короткий магический вектор — сигнал, почти неощутимый, прошёл по скрытым линиям связи Ордена. Кейлан уловил импульс в потоках: сухой, ровный, однозначный. Теперь другие узнают. И начнут действовать.
— Селия, возьми на себя внешний периметр. Любые отклонения — доклад немедленно, — бросил он, не оглядываясь.
— Принято, — раздалось в ответ. Но Селия уже исчезла, значит — она уже начала.
Кейлан обратил внимание на магические потоки там, где она только что стояла, и почувствовал как что-то сокрытое следует за ними. Так вот как она всегда исчезала.
— Элин — свяжись с архивом. Нужно выяснить, кто из старших представителей аристократии за последние дни действовал странно или исчезал из поля наблюдения. Ищи источник и время заражения.
Элин коротко подтвердила. Её голос был сух, сосредоточен.
Алестэр повернулся к Оуэну и Кейлану:
— Вы со мной. Тристан Виндсфорд уже изолирует подозрительных членов аристократии. Начнём оттуда.
Кейлан успел лишь кивнуть. Напряжение зрело внутри: не страх, а холодное ожидание неизвестного. От Алестэра потянулись какие-то потоки, а сам он словно осматривал пространство взглядом, после чего кивнул — и они переместились.
Они оказались внутри особняка Виндсфордов. Охрана напряглась при их появлении, но ослабила хватку после приказа Тристана. Внутри — приглушённый свет и полное отсутствие зеркал.
Виндсфорд стоял за рабочим столом, с организованно разложенными документами. Он встретил их стоя, со сдержанной прямотой:
— Большинство подозреваемых изолировано. Остальных ещё ищут. Есть новости?
— Быстро, — ответил Алестэр, только теперь он понял, что юный Виндсфорд начал действовать ещё до их разговора. — Угроза вышла за пределы района элиты. Давай взглянем на изолированных.
— Они в зале для совещаний с моей матерью. Нужен был предлог, чтобы они пришли добровольно. Некоторые из них - маги.
Лицо его оставалось спокойным, но пальцы напряглись.
В этот момент Кейлан вздрогнул. В потоке рядом что-то сместилось. Отражение вернулось. Он ощутил, как нечто знакомое, но искажённое, коснулось его магического поля.
Оуэн уже обернулся к нему:
— Всё в порядке?
— Отражение... — тихо сказал Кейлан. — Кажется вернулось.
Алестэр не прокомментировал. Лишь вытянул руку к входу. Там уже стоял человек в сером плаще. В руках у него был свиток.
— Донесение от команды Маркуса, — произнёс он, протягивая свиток Алестэру.
Тот развернул его, пробежал глазами.
— Хорошо. Способ освобождения найден. — Алестэр посмотрел на Виндсорда. Тристан по-прежнему не поднимал взгляда. — Веди в зал для совещаний.
Тристан кивнул и направился в кабинет. Охрана также последовала за ним.
У входа в зал Алестэр огляделся:
— Кейлан, останешься с Виндсфордом. Мерон, Оуэн и охрана идут с нами.
Виндсфорд подтвердил охране приказ. Кейлан хотел возразить, но сдержался. Просто кивнул. И они остались.
Дверь закрылась.
Грохот. Взрыв. Звук магии, обрушивающейся стеной.
Кейлан смотрел на дверь, словно мог видеть сквозь неё. А потом — в пол. Он чувствовал себя лишним. Как тогда, на первом задании.
— Вы прикрываете тыл, — вдруг произнёс Виндсфорд, — Не все угрозы — по ту сторону двери.
Кейлан поднял глаза. Тот смотрел на него спокойно. И без тени высокомерия.
— Когда стало ясно, что я не владею магией, — продолжил Винсдфорд с теплой улыбкой, — я ощущал себя также. Но после я открыл в себе другие таланты.
Не оборачиваясь, он протянул Кейлану руку и представился — Тринстан Виндсфорд.
Кейлан пожал его руку и сказал — Кейлан Артмонд.
— Навыки приобретаются, Кейлан — сказал Тристан, и все также поглядывая на подходы к ним.
Прошла минута. Дверь приоткрылась и оттуда выскользнула женщина, прикрываемая охранником Тристана. Тот снова закрыл дверь так и не выйдя.
Взгляд слегка нервный. Пряди выбились из сложной укладки. Платье на животе было надорвано и медленно темнело от крови. Не отворачиваясь от двери она приложила ладонь к ране. Свет вырвался из пальцев, поглощая багровое пятно. И говоря Тристану:
— Квентин мертв. Хьюстон слишком силен. Он один. Но пока держится.
— Дядя Грегори настолько силен? — удивленно спросил Тристан.
— Нет, Мэтью Хьюстон. Я уже вызвала целителей. Его скоро задержат — все также нервно произнесла женщина, а после обратилась к Кейлану в пол оборота — Элеонора Виндсфорд.
Кейлан понял, почему никто не смотрел в глаза. И сам отвёл взгляд, прежде чем назвать своё имя — Кейлан Артмонд.
Вскоре прибежали несколько человек и встали возле Элеоноры. Один из них склонился рядом, начав исцеление. Остальные ждали, когда закончится бой.
Кейлан удивился, не понимая, чем же они занимаются, раз у них в охране маге и свои лекари в доме.
Прошла еще пара минут.
Дверь распахнулась. Оттуда выбежал Оуэн — с обожжённой рукой. Один из целителей начал лечить его, но Оуэн лишь махнул рукой — не до того.
— Заходите! — бросил он, и спеша исчез в коридоре.
Воздух в зале был тяжёлый — пахло гарью, кровью и чем-то иным, труднопередаваемым. Кейлан уловил в этом отголосок магии.
Охрана Виндсфорда выглядела потрепано, но их тут же принялись лечить. Лишь один из охранников не двигался. Кейлан не сразу узнал его. Голова и ноги были сплющены, а тело было выгнуто, словно отражение в искривленном зеркале. Алестэр стоял на коленях рядом с посыльным, восстанавливая его шаг за шагом. Половина лица того была повреждена — словно треснувшее зеркало. Но оно постепенно собиралось обратно.
— Юного Хьюстона напрямую контролирует миф — произнёс Алестэр, не поднимаясь от Мерона, — Нужно проверить его дом. Всех, кто с ним контактировал. Только сильнейшие маги.
— Понял, — коротко ответил Виндсфорд, и ушёл в сопровождении одного из охранников, которого уже успели подлечить.
— К этому никому не приближаться. — Алестэр кивнул в сторону дальнего угла.
Кейлан обернулся. Там лежало обугленное тело. Левая рука ниже локтя отсутствовала, будто отрезанная хирургом. Как и обе ноги. А оставшееся тело тлело, будто бы труп вынесенный из горящего здания.
Кейлан хотел отвести взгляд, но не смог. Магические потоки не исчезли. Они текли сквозь обугленную плоть.
Этот человек был жив.
Из коридора донеслись приглушённые голоса. А через несколько секунд в зал вошёл Оуэн. За ним — двое, несущих запечатывающий артефакт: сферу из дымчатого кварца, окружённую гравировкой из серебряных линий, которые переливались, будто дышали. Кейлан никогда прежде не видел ничего подобного.
Следом вошли ещё четверо из Ордена. Один из них нёс компактный футляр, покрытый защитными пломбами — вероятно, предназначенный для работы с пострадавшими. Остальные переглянулись и разошлись по краям зала, напряжённо вглядываясь в лежащих. Их движения были точны, почти синхронны — как у тех, кто уже знает, с чем имеет дело. Кейлан уловил, что они использовали магию — но не понял, что именно происходило в потоках.
— Забирайте обгоревшего, — сказал Алестэр. — Он ещё жив.
Те, что принесли сферу, осторожно её активировали. Один из магов приложил ладонь к поверхности, прошептав что-то на старом языке. Внутри замерцали потоки, искажённые, вязкие. Пространство вокруг тела затрепетало. Плоть сдвинулась, её словно за нити втянули внутрь артефакта.
Когда всё закончилось, осталась лишь сфера.
Алестэр задержал на ней взгляд.
— Показания нужны как можно скорее.
Маги принесшие артефакт кивнули и удалились, не произнося ни слова. Сфера исчезла вместе с ними.
Один из магов, нёсший футляр, наконец заговорил:
— Похоже, с изоляцией связь оборвалась, — сказал он, обращаясь к Алестэру. — Миф больше не воздействует на заражённых.
— Подтвердишь позже, — отрезал Алестэр. — А сейчас — тщательно изучите зараженных. Нельзя допустить, чтобы подобное повторилось.
Кейлан по-прежнему смотрел в ту точку, где мгновение назад лежал человек. Или то, что осталось от человека.
— Он слышал нас? — спросил он тихо.
Алестэр посмотрел на него. Не с упрёком — с усталостью.
— Это уже не важно. Теперь говорить будет он. А мы — послушаем.
Кейлан хотел спросить ещё что-то, но промолчал.
Он уже услышал достаточно.
Остальное — скажет Хьюстон. Или… то, что от него осталось.
Глава 36. Иллюзия симметрии
Дом Мэтью Хьюстона встретил их тишиной и пылью. Задёрнутые шторы, остатки магии в воздухе — вязкой, еле уловимой, будто затонувшей в стенах. Тристан Виндсфорд шагнул первым, за ним — двое магов, сопровождавших его от имени семьи. Один из них провёл ладонью вдоль косяка двери, и та захлопнулась за их спинами с приглушённым глухим щелчком. Защита.
— Осторожно, — бросил он почти шёпотом, хотя никто из них не собирался шуметь.
Тристан двигался как человек, у которого нет времени на страх. Он знал, что должен быть хладнокровным — и был. Но где-то глубоко внутри он пытался не думать, как знакомого ему Мэтью Хьюстонов сожгли. Иногда, чтобы понять, кто ты есть, нужно пройти по чужим ошибкам — от начала, до самого их конца. Но был ли он готов узнать, с чего началась эта?
На письменном столе — аккуратные, но оставленные в спешке записи. Магия ритуалов, их структура. Восстановленные схемы древних текстов. Документы, что давно считались утраченными — и среди них три особенно выделенные страницы. Все с короткими пометками на полях:
Существо-дух выживания. Связанный с болотами и дикой природой. Дарует телу адаптацию: способность дышать в воде, невосприимчивость к ядам, быструю адаптацию к магическим условиям. Выживание в экстремальных зонах, сопротивление нестабильной магии, устойчивость к мутациям.
«Интересен. Но это магия выживания, не господства. Может спасти, да и только.»
Дух пустоты, заключённый в сердце камня. При ритуале внедряется в кости мага, превращая его плоть в полупрозрачную каменную структуру. Дает крепкое тело, замедленное старение, иммунитет к магическому истощению.
«Массивно. Мощно. Но не гибко. Мне не стоит привлекать внимание. Ни силой, ни способом ее получения, тем более.»
«Сердце Сломанного Света».
Существо временно «вливается» в мага в моменты опасности, вызывая сверхускорение реакций, устойчивость к магическим шокам и рефлекторные контратаки, как будто тело движется до мысли.
«Подходит. Ритуал даже не надо мной. Всего лишь фрагмент метеоритного кварца. Но его у меня и нет. Всё остальное нестабильно без него. Жалко. Мог бы создать мифический артефакт.»
Тристан перевернул следующую страницу — и остановился. В отличие от остальных, она была не только выделена, но исписана почти полностью, прямо поверх изначального текста. Прочитать в котором можно было лишь первую строку.
Мифическая сущность, проявляющаяся через зеркальные поверхности.
«Двойник-отражение. Самое ценное: могу быть в двух местах. Один на виду, а второй... никто и не узнает. Ни кто не задумывается отслеживать двойника, если действовать правильно.»
«Искажение формы. Личность можно переписать на уровне восприятия. Если нужно — стану тем, кого никто не ищет.»
«Замена через отражение. Только при прямом контакте и сильной воле. Но если удастся — могу поставить себя в сердце любого совета. Без крови. Без следов.»
«Это не сила в привычном смысле. Это доступ к другим уровням игры. Остальные будут воевать, а я — занимать место победителя.»
«Давно забытый миф. Лучший выбор.»
Тристан уже собирался что-то сказать, когда заметил движение. Зеркало у стены, полускрытое за полкой, будто вспыхнуло изнутри.
— Это... он? — шепнул один из сопровождающих, едва заметно отступив назад. В голосе было нечто настороженное.
Один из магов вытянул руку, но Тристан остановил его:
— Не трогать.
— Это ловушка? — спросил второй маг задумавшись. — Я видел что-то похожее в Лорнвуде. Зеркало, что шептало имена.
— Не смотрите в его глаза — произнёс первый маг.
А Тристан после паузы добавил. — Это... последствия.
В отражении — лицо. Хьюстон. Узнаваемый, живой, испуганный. Его взгляд искал не спасение, а подтверждение, что он ещё существует. Но никто не видел этого взгляда. Он жестами показал в сторону ящика под столом, затем снова — вверх, на бумаги. Пальцы дрожали. Потом сложил руки — мольба. Казалось, даже в этом беззвучном движении слышится «пожалуйста». Спасти. Вернуть тело.
Тристан сделал шаг ближе. Хьюстона сожгли — он это знал. Какое это имеет значение, если ты всё ещё умоляешь сквозь стекло? Если страх и надежда не сгорели вместе с телом?
Но он не сказал этого. Он просто смотрел — и кивал. Иногда ложь — не предательство. А единственный способ дать кому-то шанс быть услышанным. Но если он когда-нибудь окажется по ту сторону — захочет ли он услышать ложь?
— Я передам в Орден, — сказал он тихо. — Мы разберёмся.
Мэтью ничего не ответил. Он лишь остался стоять за стеклом.
— Ты правда хочешь, чтобы это услышал Орден? — прошептал второй маг. — Не милосерднее будет подарить ему быструю смерть?
И когда он уже отводил взгляд, прочел последнюю строчку. Внизу страницы все той же страницы, другим почерком, теми же чернилами:
«Меня уже считают забытым? Пора бы всем напомнить, пока я и в правду не исчез...»
«Он не сошёл с ума. Просто увидел, как играется эта партия — и решил сделать свой ход первым. Какая нелепая ошибка. Провел ритуал на еще живом мифе.» — Тристан сглотнул. — «Если бы не это, был бы я среди тех, кого ты решил подменить? Если бы и я владел магией, то мог бы оказать на твоем месте.»
Помещение было тёмным, с глухо-запертой магией в стенах. Сфера в центре зала светилась ровно настолько, чтобы обозначить своё присутствие — внутри неё не было видно ничего. Только голос. Шершавый, обугленный, будто соскобленный с тела, которое давно сгорело.
— Вы пришли поговорить. Это хорошо. Значит, вы начали понимать, какие возможности я для вас представляю.
По периметру круга стояли трое. Высокопоставленные маги Ордена — один в чёрных, как выжженное железо, одеждах с серебряными швами; второй — бледный, в капюшоне, где лицо угадывалось лишь по бликам глаз; третий — пожилой, с кожей, исписанной магическими печатями, как рукопись.
— Мы не ведем переговоры, — ровно сказал тот, что с капюшоном. — Мы изучаем. Начни с простого. Что ты?
— Я то, что каждый видел. Я отражение. Я Сикелус. Вы удивлены?
Маги Ордена переглянулись, пожав плечами. Никто из них не знал этого имени.
— Как ты получил полный контроль над Мэтью Хьюстоном обычным ритуалом?
— Он был умен. Не потому, что нашёл способ — потому что принял его. Он не отвернулся. Допустив лишь одну ошибку. Слишком рано принял меня за забытого. Вы уже чувствуете — я не похож на других. Я готов договариваться.
Маг с серебряной нитью хмыкнул:
— Похож на всех прочих, кто пытался стать богом.
— Нет. Я не стремлюсь к власти. Мне достаточно жить. И я вижу — вы уже поняли, что это не просто про меня.
Наступила пауза. Миф продолжил, почти дружелюбно:
— Даже Адриэль пошел этим путем. Он не требовал крови, он предлагал выбор. Но мир приняли его. И теперь магия ритуалов держится — не потому что вы её изменили, а потому что он стал её частью. Он встроился в законы, как принцип. Так почему не я? Я тоже могу быть возможностью. Мне хватит нескольких сотен — не жертв, а взглядов. Я не стремлюсь к власти. Мне достаточно просто выжить. — Сделав паузу Сикелус продолжил — Он вмешался в порядок. А я просто отклик его влияния. Я гибок. Я умею меняться, подстраиваться, договариваться. Неужели вы предпочтёте мир, где все мифы молчат?
— Ты хочешь договориться?
— Предлагаю возможность. Вы видели, на что я способен. Я понимаю язык фракций. Буду следовать протоколам, оставаться в рамках, служить вашим целям. Действовать там, где вы не способны. За пределами королевства. Без негативных последствий.
— Допустим. И что ты хочешь взамен?
— Вылечите мне глаза. Глаза — это доступ. И дайте новое тело. Подойдет любой приговоренный к казни. Я же не прошу слишком многого. Разве не выгодно иметь миф на службе Ордену? Вы же боитесь не меня. Вы боитесь катастроф. А я могу быть полезен в том, чтобы их предотвращать.
В этот момент в зал вошёл Сайет. Без объявления. Без сопровождения. Маги расступились, уступая дорогу, но не глядя ему в лицо. Он остановился у сферы. Несколько секунд стоял молча.
Миф мгновенно понял, кто перед ним. Его голос стал тише, плотнее, как будто втягивал каждое слово вглубь:
— Ты не из тех, кто спрашивает. Ты из тех, кто решает. Хорошо. Я могу быть полезен. Я могу наблюдать за теми, кто слишком близко подошёл к границе. Я могу…
Сайет повернулся к одному из магов:
— Он что-то рассказал про изменения законов ритуала?
— Сравнил себя с Адриэлем. Сказал, что его вмешательство стабилизировало структуру. Утверждает, что тот вписал себя в магический порядок. Возможно, частичное переписывание устойчивых контуров.
Сайет кивнул. Дослушивать мифа он не стал.
— Подготовьте полную выписку. Анализ влияния на ритуальную магию. Дальше — по стандарту.
Он развернулся и пошёл к выходу. Миф заговорил громче:
— Подумай. Ты знаешь, что я могу. Я лишь хочу выжить. Не из страха. Из расчёта. Я — инструмент. Восстановите меня — и я стану возможностью. Я больше не угроза. Если меня забудут, я исчезну! Разве это вам чем-то поможет? Я ждал столетия, могу ждать ещё. Но время уходит. Подумай над этим!
Сайет начал уходить не оборачиваясь. Маги последовали за ним. Только один из них задержался. Он ещё раз взглянул в сферу, как будто хотел спросить: «А если он прав?» Но молча пошёл вслед за остальными. Пока миф продолжал уговаривать, уже сорвавшись на крик:
— Ты тоже хочешь выжить! Только по-другому. Но ты не вечен. А я — могу быть. Дай мне шанс... и ты получишь вечного слугу Ордена! Вечного! Настанет момент, когда ты падешь, а Орден будет нуждаться во мне! Ты слышишь?!
А Сайет давал указания:
— Выведайте все о связи Адриэля с ритуалами. Узнайте у него всю информацию о нем. Способности, ритуалы, методы контроля, ограничения. И зафиксируйте.
Сикелус продолжил уже шёпотом — Хоть раз. Хоть в чём-то. Хоть для кого-то... Я…
Его голос оборвался, словно глотка, которой не было, захлебнулась словами.
— Я... я могу... быть...
Он будто пытался сказать не им — себе. Не уговаривая, а как просьбу остаться.
Он не закончил фразу. Уже не было смысла ее заканчивать. Все ушли. Он снова остался один. Снова. Один.
Последнее слово он держал внутри, как будто верил: если не произнесёт — ещё не исчезнет.
Сайет остановился и уже глядя в глаза задержавшегося мага обьяснил:
— Миф говорит красиво. Опасное всегда звучит убедительно. Он сотни, может и тысячи лет, убеждал людей отдавать ему контроль над собственной жизнью. Вам не следует ему верить.
В глазах мага не было страха. Только лёгкое сожаление. Как будто он увидел в Сикелусе не угрозу, а... непонятый шанс. Но спорить с Сайетом он не готов.
Поворачиваясь, чтобы уйти, Сайет дал последние указания
— После найдите все источники. Упоминания, записи, артефакты. Заприте все под надежной защитой. Без допуска ближайшие двести лет. И стереть память о мифе у всех причастных. Он слишком опасен, чтобы не быть забытым. А после, мы о нем вспомним, получив новые, безопасные ритуалы для Ордена.
Один из магов спросил — А зеркало с Мэтью Хьюстоном?
Вопрос был о Мэтью. Но внутри он спрашивал о себе. Он знал, что ответ не потребуется. И потому боялся своего собственного вопроса. В нем было всё: сомнение и страх. Страх оказаться на его месте.
Сайет ушел не ответив. Никто не усомнился, что это значит «Да». Спросивший покачал головой, словно прогоняя лишние мысли. Маги взяли паузу, привести мысли в порядок. Выдавать свои намерения им было нельзя. И вернулись к мифу, обсуждать "договор". Мифам также дают иллюзию выбора.
Глава 37. Забытая симметрия
Кейлан возвращался из офиса. Сумерки мягко ложились на улицы, но в его голове царила странная ясность — такая, что становилась тревожной. Он шёл и пытался понять: что именно заставили его забыть?
Если бы Орден не сказал, что ему стирают память, он бы даже не вспомнил об этом. Но теперь эта мысль не отпускала. Почему он согласился? Был ли у него выбор? Кажется, что он сам дал согласие. Но так ли это? Если кто-то может вмешаться в твой разум настолько, может ли он и убедить тебя, что ты принял решение сам?
Хотя зачем? Если бы они стерли воспоминание о самом факте стирания памяти, он бы не задумался ни на секунду. Прошлые дни не казались странными. Ничего не выбивалось из привычного ритма.
Что же было?
Он пришёл в офис. Оуэна восстановили — тот принёс пива и пирогов. Так же, как сам Кейлан при своей первой зарплате. Видимо, это и правда традиция. Лоренс и Даррен собирали шкаф для уголка с наградами — шутили, спорили, как лучше разместить полки. Всё было обыденно, даже уютно.
Позже он провёл тренировку с Райаном. Тот показал основы магии пространства — пока лишь базовые принципы, ничего, что можно было бы применить в реальности. Но Райан сказал: если Кейлан достаточно талантлив, он сможет научиться использовать её для телепортации. В команде подобным владел только Райан.
Странно, что капитан — нет. По словам Райана, магия пространства требует исключительного контроля, у капитана не хватает таланта. Отчетливо помню горечь на его лице при этих словах. Будет капитан на такое способен, они бы смогли телепортировать Оуэна к лекарю сразу же. Может, тогда бы ему не пришлось проходить через ритуал. Может, все бы обошлось? Капитан бы от такого не отказался, если бы был способен. Да и я не откажусь. Видимо контроль в некоторых областях магии много важнее силы. Или предрасположенности к стихиям.
Кейлан вспомнил, как недавно научился жонглировать магическими сферами, как Алестэр. Тогда возник вопрос: может ли он, Алестэр, телепортироваться? Кажется, что должен. Если бы ему приходилось пользоваться общественным транспортом каждый раз, когда он приходил к Кейлану, это выглядело бы нелепо. Маг его уровня — в телеге с рабочими? Хотя... он бы выглядел естественно. Подобная естественность в своих поступках вызывает зависть.
И всё же... если так легко стереть память человеку — нельзя ли сделать так, чтобы он забыл себя? А вдруг это уже произошло? Вдруг он уже не тот, кем был? Забыл, кто он есть. Почти как забытые мифы, что исчезли. Мысли зацепились за слово: забытые. Почему оно так звучит? Забытые мифы. Забытые люди. Забытые фрагменты.
Хотя... какие мифы? Даже команда, кажется, лишь слышала о них. Тут что-то другое. Возможно, стоит попросить Алестэра обучить защитам разума. Он упоминал о них. Может, стоит сегодня позвать его? Просто опробовать заклинание связи — хотя бы раз. Посмотреть, сработает ли оно. Уверен, что да. Наверное, потому что он подтвердил это. Мы тогда сидели рядом. Но сработает ли на расстоянии?
Он бы сказал, если бы были ограничения. Наверное, поэтому я и уверен. Опробую использовать его в лёгкой форме. Если у него будет время — он заглянет. Если нет — будет и другое. Возможно, он сможет рассказать больше. Почему мне стерли память? И не стерли ли лишнего?
Кейлан пришёл домой и сразу направился в ванную. Тёплая вода стекала по лицу, смывая пыль и напряжение. Он всматривался в зеркало — ничего необычного. Его отражение выглядело привычно: та же линия скул, чуть взъерошенные волосы, легкая усталость в глазах.
Но почему-то он ожидал чего-то иного. Будто потерянные воспоминания должны были оставить отпечаток. На лице? В выражении? В зрачках? Он не знал, что именно, но ощущение, что что-то должно быть не так, не исчезало.
Кейлан, не отводя взгляда от своего отражения, вызвал Алестэра. Магический импульс был почти автоматическим — он использовал лишь крохотную часть энергии, даже не сосредоточившись. Уверенность была абсолютной: всё прошло безошибочно.
Он хотел отвести взгляд — просто уйти, не проверяя. Почему? Казалось, в отражении может быть что-то, что он не готов увидеть. Но заставил себя остаться.
Он поймал себя на том, что ждёт... реакции? Как будто зеркало — его собеседник. А не он сам.
«Даже если отражение скажет, что я ошибся, — подумал он, — я ему не поверю.»
Он усмехнулся. Глупо. Если и скажет — это ведь будет повторением его собственных слов. Или... он просто больше не уверен в себе? Потерянная память делает сомнение в себе слишком лёгким.
Когда он выходил из ванной, раздался стук в дверь. Кейлан даже не вздрогнул — скорее облегчённо подумал, что рад: Алестэр пришёл.
«Вовремя?» — пронеслось в голове. — «Но я ведь не спешил... Почему мне кажется, что он именно вовремя?»
Он открыл дверь. На пороге стоял Алестэр.
«Откуда я был так уверен, что это именно он? Я ведь не видел, не слышал, не знал. Просто… был уверен.»
— Ты подозрительно быстро, — сказал Кейлан.
Странное спокойствие не оставляло. Как будто он уже знал, что тот стоит за дверью.
«Мелькнула странная мысль: может, я звал его раньше? Может, этот вызов — повторный? Или он просто не помнил. Если стирают память, кто гарантирует, что это — первый раз? Просто я не помню остальных?»
Или я просто ищу сложные объяснения там, где всё тривиально? Кейлан замялся. Ему вдруг стало трудно определить, как лучше выразить свою мысль.
— Я использовал заклинание слишком сильно? — спросил он.
— Добрый вечер, Кейлан, — сказал Алестэр с лёгкой полуулыбкой, словно проверяя, в норме ли тот.
— Добрый вечер, — отозвался Кейлан.
— Достаточно слабо, чтобы не торопиться, — ответил Алестэр, входя. — Но я решил, что не стоит тянуть. Сейчас неудобно?
Алестэр не любил торопиться без причины. Но в этот раз... что-то тревожило. Он не знал, что именно вызвало это ощущение. Но когда он почувствовал импульс — не колебался ни секунды. Словно он знал, что Кейлану нельзя было ждать.
— Удобно, проходи, — сказал Кейлан, отступая в сторону и впуская его внутрь.
Кейлан закрыл дверь, но не сразу отпустил ручку. Казалось, что она могла открыть не только комнату — но и что-то, чего он пока не помнил.
Алестэр заметил этот жест. Не прокомментировал — лишь отметил про себя. Для тех, кто впервые сталкивается с провалом в памяти, границы становятся зыбкими. Он знал это по опыту. Но знал и другое: если продолжать копаться в своих воспоминаниях, ничего, кроме ненужной паранойи, это не даст.
Кейлан прошёл на кухню и на автомате поставил чайник.
— Кофе? — предложил он, взглянув на Алестэра.
Тот покачал головой.
— На сегодня мне хватит. Лучше чай, если можно.
Кейлан кивнул. Пока кипела вода, он достал с верхней полки листового чая — крепкий, насыщенный, чуть терпкий. Заварил и аккуратно разлил по кружкам. Затем открыл хлебницу и вытащил пару сладких булочек.
Он сам удивился этому жесту. Он ведь обычно такое не берёт. Но вчера, по пути с работы… был какой-то запах от лавки, что ли? Он вспомнил аромат свежей сдобы и... кажется, это убедило его взять парочку.
— Странно, — пробормотал он себе под нос. — Как будто это был не я.
Но воспоминание казалось настоящим. Даже слишком. Он чувствовал вкус, запах — будто это и правда его.
Он поставил кружки на стол, подвинул тарелку с булочками, жестом приглашая. Алестэр сел и взял одну из них, не говоря ни слова. Отломил кусочек, попробовал — и просто смотрел на Кейлана. Спокойно, внимательно. Не торопя. Как будто знал: тот всё скажет сам.
Кейлан глубоко выдохнул, опуская взгляд в чай.
— Ты знаешь, да? — спросил он. — Что мне… стирали память?
Алестэр медленно кивнул.
— В первый раз это даётся тяжело. Тело ещё помнит, даже когда разум — нет. Потом начинаешь привыкать. Это не редкость. Особенно у нас.
Он сделал глоток чая и добавил:
— Орден часто использует это. Когда нужно скрыть лишнее. Иногда — чтобы защитить тебя от того, к чему ты ещё не готов.
Кейлан провёл пальцами по краю кружки, словно ища в её гладкости нужные слова.
— Недавно ты упоминал, что можно научиться защищать разум... — начал он, немного нервно. — Готов ли я к этому? Или же Орден поймёт — и решит, что мне не нужно это изучать?
Алестэр откинулся в кресле, чуть склонив голову.
— Я как раз думал, что пора. Орден не станет вмешиваться. А когда выйдешь на должный уровень, сможешь стирать себе память сам — и быть уверен, что не стёр лишнего. Никто не узнает твоих секретов.
Кейлан нахмурился.
— А как я буду знать, что стёр память сам, а не кто-то другой?
— Обычно это не делается сразу, — ответил Алестэр спокойно. — Между событием и стиранием проходит время. Ты сможешь предупредить кого-то, кого знаешь. А потом, случайно встретившись, спросить: предупреждал ли ты его о чём-то. Если нет — скорее всего, ты сам всё и стёр. А если да — сможешь восстановить.
Кейлан задумался.
— Например, тебя?
— Например, — кивнул Алестэр. — Но не забывай: я тоже в Ордене. Вряд ли мою память сотрут без моего участия. А если и сотрут — то и твоё предупреждение тоже. Лучше выбрать кого-то стороннего.
— А если все мои знакомые маги — из Ордена? Как я тогда передам предупреждение? — уточнил Кейлан. — Может, сделать тайник? Например, выделять слова в книге, которую регулярно перечитываю, и они дадут мне ответ?
Алестэр усмехнулся.
— И это не заметят в твоей памяти? И книгу не исправят, потому что?..
Кейлан угрюмо кивнул, осознав слабость идеи.
— И как тогда быть?
Алестэр посмотрел на Кейлана внимательно, как будто хотел взвесить — а не рано ли.
— До этого тебе ещё далеко. Успеешь подумать, когда понадобится, — ответил он. — Ты не скоро научишься стиранию памяти. Пока передавай мне — если я почувствую, что и мою могут стереть, подстрахуюсь и возьму твои.
Кейлан кивнул. Алестэр продолжил:
— В общем, в потере памяти нет ничего необычного.
Кейлан приподнял бровь:
— Разве?
— Всё ли ты помнишь за последние десять лет? Или хотя бы за месяц? — с лёгкой усмешкой уточнил Алестэр. — Последние недели были насыщенными. Уверен, что ничего не забыл даже без вмешательства?
— Конечно забыл. Детали. Это естественно. Но важные воспоминания остаются. Или хотя бы яркие, — пожал плечами Кейлан.
— Их действительно не так просто стереть, — согласился Алестэр. — Обычно остаётся ощущение странности. Такие воспоминания не трогают. Но и не нужно. Главное — не события, а решения, которые ты принял из-за них. Они остаются, а причины — исчезают. Посмотри внутрь себя: сколько у тебя убеждений, причины которых ты не можешь вспомнить?
Кейлан задумался.
— У меня было подобное, уже давно. Тогда я понял, что принимал решения на основании... каких-то впечатлений, которые я уже не помню, не понимал, почему я так решил. А все последующие рассуждения строились на этом. Это... настолько меня напугало, что я после много лет не пытался заглядывать столь глубоко в себя.
— Понимаю. У меня тоже было нечто подобное. Но если хочешь расти над собой — придётся вернуться к подобной практике. Понять заблуждения. Переписать выводы, если нужно. Уже с новым опытом.
Кейлан нахмурился:
— Но как я это сделаю, если мне сотрут память о прошлых событиях?
— А в чём разница между тем, что ты забыл сам, и тем, что тебе стерли? — спросил Алестэр.
— Свобода воли? — неуверенно предположил Кейлан.
Алестэр кивнул:
— То есть, если ты сам согласен — разницы нет?
Кейлан покачал головой.
— Не знаю. Я не уверен, что сам согласился забыть то, что уже забыл естественным путем. Даже тот случай, что я описывал, я уже и не помню о чем тогда думал. Возможно, это напугало меня настолько, что я и сам предпочёл не помнить. Но даже желая вспомнить после — не смог.
— То есть твой разум принял решение без твоего участия? — уточнил Алестэр. — И в этом — самая тонкая грань: выбор забыть — остаётся выбором. Даже если ты о нём потом не помнишь. Но если твой разум, это не ты, то что тебя характеризует? А если ты, и есть твой разум, то это было по твоей воле?
Кейлан замолчал. Потом медленно сказал:
— Я пока не знаю. Ответа у меня нет.
Он посмотрел в чай, как будто хотел что-то в нём разглядеть. И не нашёл.
— Вот тебе и пища для размышлений, — кивнул Алестэр. — Не спеши. Это сложный вопрос. И только ты можешь найти на него ответ.
Кейлан кивнул. Алестэр добавил:
— Может, у тебя есть что-то, что нужно запомнить? Или вопросы?
— Скорее вопросы, — сказал Кейлан. — Не забыл ли я чего-то важного, что изменило бы меня? И… знают ли теперь, что ты мой наставник? Не вызовет ли это проблем?
— Как я и говорил: выводы обычно не стирают. Именно они формируют личность. Воспоминания, особенно второстепенные — нет. А про меня… возможно, знают. Возможно, нет. В любом случае, если бы это создавало проблемы — ты бы уже это почувствовал. Орден не так глуп, чтобы перегибать. Слухи бы пошли, и никто бы больше не соглашался добровольно стирать себе память.
— Наверное, ты прав, — кивнул Кейлан.
Разговор постепенно перешёл к пустякам. Когда они уже собирались прощаться, у двери Кейлан вдруг остановился.
— А ты телепортировался? Или был где-то рядом?
Алестэр усмехнулся:
— Сегодня — да, телепортировался. Но чаще гуляю. Иногда — повозка. Прогулки дают время подумать.
— Мне казалось, что если я позову — ты телепортируешься, — заметил Кейлан.
— И правильно казалось, — ответил Алестэр с мягкой улыбкой. — Нет смысла идти пешком, если ты уже зовёшь. Это разумно, правда?
Кейлан чуть расслабился. Они попрощались, и Алестэр ушёл.
...
Алестэр шёл по улице. Медленно. Думая.
«Догадливый. Хотя выводов за день и должно было хватить. Может в этом и правда есть что-то подозрительное…»
Он нахмурился. Возможно, стоит проверить у Тонана. Не предупреждал ли он его заранее? Но не сразу. Если стер память не он — за ним могут наблюдать. Лучше спросить после следующего собрания. Без лишнего шума.
Усмехнувшись он подумал о более верноятном варианте: «Скорее Кейлан просто заразил меня своей паранойей. Но проверить все равно стоит.»
...
А Кейлан стоял на кухне и смотрел, как кипит вода для кофе. Он забыл спросить Алестэра об ускорении переписки с родителями. Но звать его снова ради этого было бы глупо.
Он налил себе чашку, сел. Разговор уже закончился. Но внутри что-то продолжало звучать. Кейлан задумался:
«И что же меня характеризует? Только ли мой разум?.. Но разве не разум создаёт мои эмоции, выборы, отношения с людьми? Разве не он реагирует даже тогда, когда я не думаю? Означает ли это, что не все мои действия — результат моих размышлений?»
Он вздохнул.
«Хм. Забавно. Я ведь даже не подумал о магии как о части своей личности.»
«И, наверное, это хорошо. Значит, я всё ещё отличаю себя от того, что умею. От того, на что способен.»
Пусть остальное подождёт. Сегодня он вспомнил — себя.
Примечание от автора:
Вот и завершилось очередное «дело» Кейлана — со всеми его последствиями, по крайней мере на данный момент. В этот раз я объединил события схожим названием глав. И у меня возникло несколько вопросов к вам, читателям.
1. Как вы считаете, стоит ли публиковать главы по частям, как сейчас — или лучше выпускать целый фрагмент истории (одно дело) сразу, одной главой? Во втором случае главы будут выходить реже, но вы сможете читать историю без ожидания завершения текущих событий. Может, так будет удобнее?
2. У меня в голове больше деталей, чем вмещается на бумагу. Возможно, я что-то описываю слишком кратко, считая очевидным. Если вы замечаете такие моменты — напишите. Это поможет либо добавить пояснение в будущих главах, либо скорректировать уже опубликованное, чтобы избежать путаницы.
Спасибо, что дали шанс этому тексту и продолжаете его читать, несмотря на то, что история ещё не завершена.
Ваши ответы действительно могут повлиять на дальнейшее написание книги. Если вам есть что сказать — не стесняйтесь.
Глава 38. Всё на своих местах
Раннее утро. Свет с трудом пробивается сквозь плотные шторы. Он лишь слегка касается полок и камня, будто не решаясь потревожить тишину. Стены скрыты за стеллажами, уставленными книгами, архивными коробами и свитками. Вдоль западной стены — подробная карта Королевства и соседних земель, размеченная и обновляемая вручную. Ни эмблем, ни наград, ни символов. Лишние предметы мешают сосредоточиться на главном.
На столе — несколько отчётов по расследованию вокруг мифа, называющего себя "Сикелус". Сайет читает их без спешки. Один из них касается столкновения с мифом, вмешательство Алестэра, участие боевых магов.
Мирон сообщил, что передал данные лично Алестэру и остался на месте, несмотря на риск. Был серьёзно ранен, и восстановлен в бою тем же, кто его туда привёл. Его присутствие понятно: он видел, как всё начиналось.
Алестэр — взял контроль над операцией. Ожидаемо. От него редко требуется подтверждение. Он контролировал бой, действовал сдержанно, допустив лишь одну смерть. Один из охранников Виндсфордов погиб, заслонив собой Элеонору. Ошибка не тактическая, а личная. Она не рассчитала риск. Её специализация — лабораторная. В реальном бою её поведение предсказуемо. И всё же последствия остаются на тех, кто принял неверное решение.
Оуэн Дракмор — ключевой боевой участник. Выступал в паре с Алестэром. По сути — испытание в полевых условиях после ритуала. И прошёл его. Миф уничтожен. Да, Алестэр защищал магов, отвлекал противника, ослаблял его. Но итог — на Оуэне. Вывод: боеспособность выше прогнозируемой.
Любопытный момент: Оуэн принял удар на руку, поджёг её, и не сразу заметил. Алестэр отметил это. Проверяющие маги не нашли следов ожогов — всё восстановлено. Что он сжёг — магию мифа? Или саму плоть, чтобы восстановить ее? Пока нет ответа. Но наблюдение следует продолжить. Особенно учитывая, что по наблюдениям самого Оуэна, заметил подобное он уже после боя. Инстинктивный контроль над магией?
Сайет делает короткую пометку на полях.
Кейлан Ардмонт. Его нахождения в особняке Виндсфордов зафиксировано. Но цель — неясна. По отчёту Маркуса Элдриджа, он уже был замешан в деле, когда Алестэр привёл его в офис. Алестэр обошёл в объяснении детали — особенно момент, как он оказался в другой части города сразу после встречи с Тристаном Виндсфордом. Причин для этого нет. Вероятно, его позвал Кейлан. Если так — Алестэр выбрал себе ученика. Пока без официальных подтверждений. Для Ордена? Для Конкордии? Возможно, он сам ещё не решил. Стоит наблюдать.
Он откидывается в кресле, но взгляд не расфокусируется. Пауза — для сопоставления, не для отдыха. Следующий документ — информация, полученная от Сикелуса.
На первый взгляд — правдоподобно. Совпадает с данными, уже известными Ордену. Но возможно ли, что это ловушка? Да. Слишком тонкая, чтобы отметать сразу. Даже в мольбе о жизни он мог вложить яд. Адриэль...
Миф, что изменил принципы ритуалов, не для того, чтобы стать сильнее, а чтобы остаться. Не быть замеченным — а быть встроенным. Не требовать внимания — а сделать невозможным забвение. Он не рядом с магией. Он внутри неё. И если это правда — он уже не миф, он механизм. Необходимо его уничтожить. Пока это возможно.
Сайет встаёт, подходит к стеллажу. Извлекает папку со сводками о стабильно работающих ритуалах. Внутри — слухи, наблюдения, несостыковки. Записи, которые не вписываются в текущие принципы. Он перелистывает их без удивления — и возвращается к столу.
Берёт чистый лист. Пишет:
Всем подразделениям: фиксировать и передавать информацию о случаях устойчивых ритуалов, особенно тех, что касаются забытых или полузабытых мифов.
Отдельной группе: анализ ритуалов Имперского периода, проявляющих аномальную стабильность.
Сбор всей информации, прямо или косвенно связанной с именем Адриэля.
Распространить обезличенную утечку: ритуалы, в которых используются не до конца забытые мифы, опасны. Они могут привести к утрате личности, сознания, воли. Субъект становится проводником, не осознающим этого. Обратного пути нет.
Сенатор Грегори Хьюстон не помнит, что произошло. Он считает, что его сын стал жертвой неудачной амбиции. Так и должно быть. В этом — безопасность. Его ненависть проще, чем его подозрение.
Пример Мэтью — предупреждение. Не открытое. Но направляющее. Страх работает быстрее объяснений. А те, кто не боятся — обозначат себя первыми.
Сайет складывает документы. Передаёт бумаги помощнику — без пояснений.
Затем берёт следующий отчёт.
Вещи служат, пока выполняют функцию.
Люди — пока движутся к цели.
Офис встретил привычным запахом кофе и бумаги. Пахло спокойно — как будто мир за стеклом не трещал по швам.
Я вошёл первым. Лоренс уже сидел за столом. Прямо, почти неподвижно. Он не читал — он смотрел в отчёт, как в окно. Не глазами, а чем-то глубже.
— Утро, — бросил я, не дожидаясь ответа. Он кивнул. Молча. Иногда мне казалось, что он разговаривает только потому, что мы — ещё не архивы.
На краю стола лежала тонкая папка. Внутри — начальные материалы по нашему делу. Магическая подмена монет. Казалось бы, ничего серьёзного. Простая имитация чеканки и подписи на металле, усиленная заклинанием маскировки. Такое случалось. Иногда это даже не преступление, а эксперимент какого-нибудь провинциального выпускника с амбициями.
— Что у нас? — спросил я, откинув плащ на спинку стула.
— Пять точек распространения, — ответил Лоренс, не поднимая головы. — Две в Астерре, три на периметре. Все — через мелких скупщиков или лавочников. Банковская гильдия отследила путь монет по каскаду возвратов и сдачи. Иллюзия раскрылась уже у них — не в лавках. Подмена была тонкой. Но недавно начали использовать золотые — и это привлекло внимание. Раньше обходились серебром, получая сдачу в медных. Осторожно. Системно.
— Любитель?
Он молча передвинул ко мне бумагу. На ней — формула наложения иллюзии. Чёткая, построенная через многослойную сетку и завязку на тип заклинания, использующий остаточные кристаллы в сплаве.
— Или кто-то, кто очень не хочет, чтобы его сочли профессионалом, — сказал он.
Я кивнул. Это начинало становиться интересным.
Соседний стол пустовал. Там обычно сидел Райан. Его сейчас не было — он с остальными в другом деле. Гораздо более опасном.
Мистический заказ. Несколько тел. Одни — без внешних повреждений. Другие — словно выжжены изнутри. Следы магии, которые не должны были остаться, — остались. И это уже настораживало всех.
Нам дали дело попроще. Или дали пока. Чтобы разогреться. Или чтобы посмотреть, что из нас выйдет.
Я взял одну из монет — образец хранился в отдельном пакете. Холодная, тяжёлая. Выглядела настоящей. Даже по ощущению — почти неотличима.
Мы посетили несколько точек. Везде одни и те же ответы — никто не помнит клиентов, у которых могли бы остаться излишки сдачи. Никто не заметил ничего подозрительного. И это, пожалуй, было подозрительным.
— Они не вернутся, — произнёс Лоренс, когда мы вышли из очередной лавки. — Если логика сохранена, они уже знают, что точки раскрыты.
— Они сменят район?
— Слишком рискованно. Я бы остановился. Но если продолжат — пойдут в места с похожими параметрами.
Я понял, что он уже всё просчитал. И, кажется, знал, куда мы направимся.
Мы выбрали перекрёсток в южной части торгового сектора. Небольшая улица, на которой располагались сразу три точки с аналогичными условиями: скупка металлов, обменка и лавка с широкой номенклатурой. Все с нефиксированной сдачей. Все с устаревшими системами учёта. Все — незначимы на первый взгляд.
Мы сели на улице в кафе неподалеку. Чтобы видеть сразу все 3 подходящие точки. Два стула. Один столик. Два пустых взгляда, которые наблюдали, не глядя.
— Если они появятся, это будет сегодня. Нет смысла тянуть, если они не решили остановиться.
— Да. Если мы их не увидим — значит, они умнее, чем я надеялся.
Некоторое время мы молчали. Я смотрел на людей, проходящих мимо. Кто-то спешил. Кто-то — нет. И только иногда возникало странное чувство, будто не я наблюдаю за ними, а они — за мной. Хотя взглядов я не ловил.
— Ты не ощущаешь… чего-то странного после того, как тебе стерли воспоминания? — спросил Лоренс, не отрывая взгляда от прохожих.
Я подумал.
— В первый день было что-то похожее. Потом — на выходных немного. А сегодня… уже не задумывался об этом. А должно было быть?
Лоренс пожал плечами:
— У меня это тоже впервые. Я даже не знаю. Думал обсудить с капитаном после выходных, но тут сразу дело, никто не отвлекается. Вот и решил сравнить. Мы всё равно сидим… Иллюзия беседы не помешает.
Я улыбнулся.
— После долгих раздумий я решил, что это не сильно отличается от обычного забывания. Скорее, остаются впечатления. Словно ты сделал какой-то вывод — но не помнишь, на чём он основан. Это и вызывало тревогу. Но такое ведь бывает и без магии.
— Я не думал в таком ключе, — задумчиво проговорил Лоренс. — Звучит разумно. Ещё подумаю. Ничего, если мы вернёмся к этому разговору, если появятся новые ощущения?
— Конечно. Всегда рад пообщаться. Возможно, мне это тоже пригодится.
Именно в этот момент мы оба замерли. В поле зрения — фигура, входящая в одну из точек. Мужчина среднего роста, тёмный плащ, походка напряжённая, но сдержанная. Но потоки говорили о применении магии иллюзий. Мы встали и неспешно направились следом.
Внутри лавки воздух был плотным — смесь древесины, пыли и медных монет. Мы подошли ближе, когда подозреваемый уже держал в руках склянку с настойкой и кивком обозначил продавцу, что берёт. На прилавке — табличка: «Тоник алый, 1 серебряный 6 медных».
— Только золотой остался, — недовольно сказал мужчина. — Серебро кончилось, в запасы пришлось лезть. А там только это. Решил спрятать, но пришлось тратить… кто ж знал.
Продавец поначалу только моргнул, потом засуетился:
— Так я ж не сдачник, куда мне с золотым… Может, у вас серебро всё-таки завалялось?
Лоренс шагнул ближе:
— Могу помочь с разменом, если нужно. — Он кивнул на кошель.
Продавец насторожился:
— Покажите сначала, чем разменивать собрались. А то я вам монету, а вы — и в переулок.
— Справедливо, — сказал Лоренс, доставая кошель и чуть приоткрывая его. — Но и вы покажите монету. Вдруг там вовсе не золотая? Как я это потом докажу, если вызовете стражу?
Мужчина у прилавка начал медленно пятиться.
Я всё видел. И Лоренса. И его руку. Тот едва заметно качнул ею вбок — знак. Пора.
Заклинание оглушения сошло с пальцев почти инстинктивно. Мужчина повалился на пол. Посетители вздрогнули. Продавец вскрикнул.
— Похоже, ему стало плохо, — среагировал Лоренс, уже наклоняясь над ним. — Здесь рядом лечебница, — сказал я, — надо отнести.
— Унесите его, унесите, — забеспокоился продавец. — И… монету заберите. Мне сейчас сдавать нечем, а его лечить кто-то должен.
— Проследи за моим кошельком, — бросил Лоренс. — Он останется у тебя как залог за золотой, до справки из лечебницы. Потом вернёмся.
Мы уже подхватили тело, когда продавец крикнул:
— Эй! Сколько там у тебя? Скажи при всех! Чтобы потом в воровстве меня не обвинять.
Лоренс обернулся:
— Девяносто восемь серебряных. Двести пять медных. Проверяй быстро.
— Верно… верно… — пробормотал лавочник, растерянно глядя на кошель. — А как бы ты с одним золотым да пятью медными потом?
— Да я за яблоком зашёл, — беззаботно отозвался Лоренс. — По пути в банковскую гильдию. Пять медных — и хватит. Разменял бы там без проблем.
Продавец кивнул, ещё не до конца понимая, как быстро всё произошло.
А мы шли обратно. Не в лечебницу. В офис.
Вопросы только начинались.
Когда мы вернулись в офис, внутри царила суета. Почти вся команда чем-то занималась. У входа стоял капитан, будто только что вернулся — на нём ещё висел уличный холод. Он окинул взглядом мужчину, которого мы несли.
— На допрос? — коротко спросил он.
— Да, — ответил Лоренс.
Капитан кивнул:
— Киньте его пока в зачарованную. Потом займёмся. Сейчас — подготовка. Идём на наёмников. Любая помощь не лишняя. Здесь остаются только те, кто в бой не идёт — они и допросят.
— Займёмся, как только поможем с остальным, — откликнулась Элин, проходя мимо с коробкой. Судя по маркировке, магическая связь. Нужно взять одну на обратном пути.
Винсент перетаскивал артефакты к Райану, по пути объясняя, что и как работает. Эдгар что-то показывал Даррену и Оуэну на карте. Капитан присоединился к ним, переглянувшись с Райаном. Селии не было — значит, снова работает в поле. Разведка перед началом операции.
Мы с Лоренсом отнесли задержанного в зачарованную камеру. Лоренс сразу после этого свернул в сторону кабинета, сказав, что ему нужно что-то забрать. Я подошёл к Винсенту. Он, даже не дожидаясь вопроса, вытащил один из магазинов и протянул мне.
— Меняемся, — коротко сказал он.
Я принял обойму, заменяя свою. Винсент говорил, чётко, без лишнего:
— Первые три — заморозка по области. Пространство метра на два замораживает, включая щиты. Делает их хрупкими. Следующие три — пробивают щиты, замораживают цель. Потом три — с чарами молний. Парализуют. Может — поджарят, но не надейся. Последние три — огненный взрыв. Радиус — до пяти метров. Осколки — до пятидесяти. В среднем — на двадцать. С ними аккуратнее.
Я кивал, повторяя последовательность про себя. Заморозка. Пробой. Молния. Взрыв.
После паузы он протянул ещё одну обойму.
— Тут только огненные. Все. Зачаровывал Оуэн.
Я поднял взгляд. Винсент смотрел на меня серьёзно. Без иронии.
Я кивнул и молча убрал запасную обойму за ремень. Хотел спросить, насколько нестабильно, но не успел — голос капитана резанул по офису:
— Выдвигаемся!
Я развернулся, но успел услышать тихий шепот Винсента:
— Минимум десять метров. Может — пятнадцать.
Речь шла о радиусе. Непосредственно взрыва. Осколки, пламя, остатки улиц. Использовать такое в городе — последнее средство.
Взяв у Элин артефакт магической связи, я подошёл к капитану. Он смотрел на карту, будто видел там не только план операции, но и то, что начнётся после.
Капитан, не отрывая взгляда от карты, начал говорить. Голос был спокойным, без нажима, но с той тяжестью, которая бывает перед реальными действиями:
— Объект — промышленный комплекс к юго-западу от водного узла. Селия подтвердила: минимум семь человек внутри. Два наёмника с отметками гильдий, один маг поддержки. Остальные — вооружены зачарованным оружием. Вероятно, охраняют что-то ценное. Возможно — кого-то.
Он повёл пальцем по карте.
— Два подхода. Основной — с севера. Второй — через технический шлюз, сбоку. Селия после нашего прибытия займёт позицию на высоте. От неё зависит момент атаки. Даррен, Оуэн — ударная группа. Первая волна. Быстро и точно.
Оуэн поднял голову:
— Если позволите, предлагаю усилить давление. Пусть думают, что их уже берут в лоб — выкурим их к шлюзу.
Капитан кивнул.
— Тогда я иду с ударной группой, — спокойно добавил капитан. — Райан и Эдгар перекроют второй выход до начала операции. Обеспечат перехват, если кто-то попытается уйти. Райан — твоё решение?
Райан на мгновение задумался:
— Поставлю сетку стабилизации до сигнала. Затем переключусь на подавление. Если защита пассивная — сработает. Если активная — лучше не провоцировать заранее.
Капитан перевёл взгляд на нас с Лоренсом. Я уже знал, что он скажет.
— Кейлан, Лоренс — работаете в паре. Поддержка со стороны наблюдения. Без боевого вмешательства, если не будет прямого приказа. Это не тренировка.
Я кивнул. Лоренс — тоже. Без слов.
Капитан выпрямился. Один взгляд по комнате — и все замолкли.
— Селия высылает сигнал. По её команде — начинаем. Затем она прикрывает Райана и Эдгара. Без самодеятельности. Если идёт не по плану — отход. Груз не стоит того, чтобы терять людей.
Он убрал руку с карты. В комнате стало тише.
— Вопросы?
— Комментарии, — взял слово Райан, — Есть три амулета щита. Два передадим вам, один возьмем с Эдгаром. Одноразовые сферы блокировки магии, только по одному на каждого. Два восстанавливающих свитка. Возьмите оба. Мы успеем отступить, а вам нужнее. Лоренсу дадим сферу концентрированного взрыва. Если придется вступить в бой, или же отвлекать внимание.
Лоренс добавил — Обьясню Кейлану как пользоваться артефактами на месте.
— Может нам взять взрывную? — заметил Даррен — Начнем с нее, чтобы убедить их пойти в ловушку?
— Я устрою взрыв посильнее, — уверенно заметил Оуэн.
— Еще вопросы? — уточнил капитан.
Их не было. Только напряжённое молчание, которое предшествует движениям.
Я проверил снаряжение. Повторил в уме схему. Всё было понятно. Кажется.
— Райан, телепортируй нас к Селии — сказал капитан.
Райан подозвал всех ближе к себе и начал использовать заклинание.
План был готов. Люди — расставлены. Артефакты — распределены.
Теперь — всё зависело от нас.
Глава 39. Вглядываясь в солнце
Отголоски магии телепортации развеялись в воздухе. Они прибыли согласно плану.
Райан и Эдгар — выдвинулись первыми. Через мгновение с крыши здания Селия передала сигнал. И уже через секунду Райан наложил стабилизирующую сетку, а Эдгар активировал подавляющее поле на боковом входе. Всё шло чётко. Команда действовала слаженно.
Ответом стал глухой вой сигнализации. Магический контур сработал.
Оуэн, не дожидаясь дополнительного приказа, атаковал в лобовую. Огненное копьё, усиленное заклинанием прорыва, ударило по воротам, спровоцировав локальный обвал и частичную дестабилизацию щитов. Капитан и Даррен в тот же миг двинулись за ним. Первый — направляя заклинания вдоль фланга, второй — формируя магическую защиту по фронту.
Кейлан и Лоренс пока наблюдали с точки поддержки. Укрытие, обзор, готовность. Лоренс коротко объяснял:
— Артефакты активируй по мысленному импульсу. Не вслух. Сферы — не роняй. Только метай. Если взрывные — лучше отскочи сам.
Кейлан кивнул, сжимая артефакт в ладони.
Все семеро наёмников уже выдвинулись в боевую зону, среагировав на атаку. Бросились на переднюю группу. Бой перешёл в ближнюю дистанцию. Заклинания резали воздух. Щиты гудели. Артефакты рассыпались вспышками.
Даррен, отбивал удар за ударом. Капитан передал приказ по магической связи:
— Кейлан! Лоренс! К нам!
Они рванули вперёд. Пока шли, видели, как Райан, Селия и Эдгар уже продвигаются с тыла. Шум боя становился хаотичнее.
Даррен и Маркус прикрывали центр. Оуэн — без остановки атаковал. Щит капитана дрожал. В небе — сигнальные волны. Кейлан прикрывал фланг, отстреливаясь, Лоренс работал аккуратнее — уже активировав все одноразовые сферы их группы.
И всё же наёмники смогли отступить. Рывком, под прикрытием. Один из них ранил Эдгара. Райан попытался перехватить, но было поздно.
Капитан подбежал к Эдгару, активировав свиток. Эдгара удалось стабилизировать.
— Лоренс! Уводи его! — резко приказал капитан. — Ты тоже выдохся. Больше пользы будет в тылу.
Лоренс не спорил. Увёл Эдгара к убежищу. Тем временем Даррен всё ещё защищал центр. Но уже слабо. Один удар прошёл сквозь барьер. Он упал. Последний свиток исцеления использовали на нём. Жизни это не угрожало — но сил не осталось.
Капитан держал щиты, до того как наемники скрылись. А после истощённый, передал командование Райану:
— Если всё сорвётся — телепортируй всех. Без героизма. Понял?
Тот кивнул. Маркус забрал Даррена. Остались четверо: Райан, Селия, Кейлан и Оуэн.
По расчётам, у противника оставалось трое. Ведь дойдя до текущей позиции они прошли уже через 4 трупа наемников. Но план здания не совпадал. Стены передвинуты. Проходы — другие. Райан понял это первым. Усилил щиты.
Секунда — и они оказались под атакой. Сзади. Зажаты. Райан использовал последний артефакт крупного взрыва — и только это спасло их, забрав жизнь еще одного наемника. Вот только это просадило и их собственные щиты.
Они успели уйти за бетонную перегородку. Но силы ушли. У Селии, Кейлана и Райана — ни капли магии. Телепортироваться больше не выйдет. Они были заперты, и оставались только патроны. Оуэна — единственный, у кого еще оставалась магия. Что удивительное, учитывая сколько атак он провел. Большинство противников были устранены именно им.
Через несколько минут, у них почти не оставалось патронов. А враги не жалели зачарованных боеприпасов, словно они у них никогда не закончатся. Но магию уже не использовали, похоже, тоже на пределе. Но их двое. И у них — инициатива.
— Пробьём стену, — предложил Оуэн.
— Они последую за нами. Мы там будем как на ладони, — отрезал Райан. — Нужен отвлекающий манёвр.
Пауза. Все поняли, что только Оуэн все еще может отвлекать.
— Я пойду с ним, — сказала Селия. — Оставьте мне больше патронов. А сами отступайте.
Оуэн смотрел молча. Потом кивнул. Пока Райан с Кейланом разбирали обоймы, пока Селия перезаряжала обойму, Оуэн активировал заклинание. Селия упала. Райан сразу же подхватил — будто ждал этого.
Оуэн лишь кивнул Райану. Но и разговор не требовалось. Райан понимал, что Оуэн более всего переживал именно за Селию. И им нужно вытащить ее любой ценой, пока Оуэн будет держаться.
Ничего не сказав, Райан также кивнул Оуэну. Забирая у Селии пистолет, и передавая ее Кейлану.
— Следуй за мной с Селией, я проконтролирую ситуацию, — сухо заметил Райан, словно очередной урок магическим структурам.
Кейлан понял. Понял раньше, чем хотел. Во рту пересохло, а грудь сжалась. Он хотел что-то сказать. Хотел... он не знал, чего именно, но... другого выхода не было. И всё уже было решено.
Он кивнул, не способный вымолвить ни слова, и перевел взгляд на Оуэна. Выражение его лица было серьезным, но слегка расслабленным. Кейлан думал, что Оуэн даст какие-то инструкции, или скажет, что передать Селии. Может озвучит последнюю волю. Но он заговорил о другом.
— Не долгим было наше знакомство, Кейлан. Но я дам тебе последний урок. Главный. Когда понимаешь, что уже пора уходить, единственное, что ты можешь решить — как именно. Смотри внимательно, Кейлан, — сказал Оуэн, прислушиваясь к паузам между выстрелами, накинув на себя магический щит, — Я покажу тебе, как делать это достойно.
Оуэн вышел вперед, начиная свою последнюю атаку, давая остальным возможность отступить.
Райан подождал пока Оуэн подавит их огнем безрассудно сжигая свои магические силы. После чего показал Кейлану следовать за ним.
Сумев обойти наемников, перед уходом Кейлан бросил взгляд на Оуэна. Может, он ещё успеет уйти следом. Но тот даже не оборачивался, продолжая атаковать. Принимая вражеские атаки на щит. Щит держался, но вот Оуэн уже горел заживо и кричал. Вот только крик был похож скорее на боевой выкрик. Не такой, как у человека горящего заживо.
Уже покинув промышленное здание, направляясь в сторону убежища, они услышали взрыв. Кейлан лишь пригнулся вместе с Селией, тогда как Райан обернулся, и не смотря на истощение, успел откинуть летящую в них бетонную плиту телекинезом. Спохватившись Кейлан выставил щиты, защищая их от мелких осколков, чуть ли не теряя сознание от истощения. Райан помог ему вновь поднять Селию, и уже вместе они понесли ее к убежищу Ордена. Над крышей поднимался столб дыма. Чёрный и вязкий.
Дорога тянулась дольше, чем должна была. Каждый шаг — как будто против мира. Кейлан чувствовал, как руки подламываются, как ноги вот-вот откажут. Но он продолжал идти. Потому что, когда остановиться — придётся осознать, что Оуэн не выжил. А он не был готов. Ещё не был.
Полностью обессиленные они кое-как добрались с все еще бессознательной Селией на руках. Уже нервничающий Маркус сразу бросился к ним, они шли много дольше, чем он ожидал. В случае успеха, они бы вернулись быстрее, в случае отступления, Райан телепортировал бы всех сразу в убежище. Маркус был уверен, что как минимум кто-то ранен. Забирая Селию у Кейлана Маркус окинул их взглядом и спросил Райана:
— Оуэн?
Но тот лишь покачал головой.
Кейлан все еще нервничая от потрясений начал быстро шептать:
— Я видел… — прошептал он. — Это был он. Щит держался. Но он всё равно горел.
Он говорил это снова и снова, как будто боялся, что забудет. Или что его не услышат.
Маркус не придал значения, списав все на то, что Кейлан просто сорвался от нервов. Райан — напрягся на мгновение, а после, его выражение лица быстро сменилось надеждой. Которую заметил лишь Лоренс.
Кейлан продолжал нервно описывать ситуацию, что с ними случилось после ухода Маркуса, как Оуэн дал им шанс отступить, как он горел. Выражение Маркуса было словно обреченное. Райан пытался собраться с силами, думая, что скажет Селии. А Лоренс просто наблюдал за ними, не понимая, как ему реагировать.
Кейлан уже в третий раз начал нервно повторять свой рассказ. Когда дверь распахнулась.
Маркус, Лоренс и Райан резко среагировали — пистолеты одновременно взметнулись к двери. Маркус первым опустил свой. Райан обессиленно опустил руки, наконец расслабившись. Лоренс нервно переводил взгляд от двери на капитана и обратно, продолжая держать свой пистолет нацеленным на вход. А Кейлан так и продолжал говорить, ничего не замечая. Пока Маркус не подошел к нему и обеими руками не повернул его голову ко входу.
Кейлан замер. Слова оборвались сами собой. Глядя на то, как вошел человек. Голый. Весь в саже. Непонимающий взгляд.
Оуэн.
Живой.
Глава 40. Пятно на воротнике
— Я... точно взорвался, — пробормотал Оуэн, озираясь по сторонам. — Помню, как всё охватил огонь... и вдруг тишина. Я думал, это конец. А потом — пепел. И я в нём. Живой.
Он стоял посреди комнаты — в саже, без одежды, с выражением искреннего недоумения. Говорил негромко, почти задумчиво — будто сам себе.
Маркус махнул рукой, с трудом сдерживая облегчение:
— Бывает. Магия — вещь коварная. Главное, что жив. Остальное потом.
Он хлопнул Оуэна по плечу и убедившись, что с ним всё в порядке, прошёл мимо, не вникая. Для него всё было просто: чудом выжил — хорошо. Остальное — от шока.
Райан снял своё пальто и молча протянул. Оно было узковато, не застёгивалось, висело странно. Оуэн на секунду вскинул брови:
— Эм... благодарю. Почти подошло.
Лоренс коротко фыркнул и только теперь опустил пистолет:
— Слишком росл для такого фасона. Держи моё, на тебе будет сидеть лучше.
Он протянул Оуэну свой плащ. Тот надел — и действительно подошло. Возвращая Райану пальто, Оуэн кивнул. Кивок был благодарностью. Но Райан понял, что не за одежду. За заботу о Селии. Он кивнул в ответ. Тоже молча. Они оба понимали, о чём шла речь. О том, что Оуэн был готов умереть, чтобы они ушли.
Лоренс, слегка разряжая обстановку, хмыкнул:
— Вот подкачаюсь — и сможем спокойно меняться.
— Договорились, — усмехнулся Оуэн.
Он повернулся к Кейлану:
— Смотрел?
Кейлан кивнул, всё ещё не до конца веря в происходящее:
— Я видел... Ты горел. Под щитом. Я не понимал, как ты вообще ещё держишься на ногах.
— Всё так и было, — кивнул Оуэн. — Потому и пришёл вот так. Вся одежда сгорела. А потом… сам не понял как. Но оказался здесь.
Он слегка вздернул подбородок:
— Ну и как тебе?
— Словно вглядывался в солнце, — тихо ответил Кейлан.
— Звучит пафосно. Но мне нравится, — усмехнулся Оуэн. — Может, урок и вышел не таким, как я ожидал, но раз ты впечатлен — значит, суть уловил.
Он повернулся к Селии. Та ещё не очнулась. Оуэн сел рядом, осторожно коснулся её плеча, помогая ей восстановиться после заклинания оглушения. Затем коснулся щеки.
— Селия... — тихо позвал он. — Эй. Я с тобой. Всё хорошо.
Она дернулась, глаза распахнулись, зрачки расширены. Поначалу — испуг, дыхание сбилось, ладонь рванулась к бедру, будто ища оружие. Но увидев перед собой лицо Оуэна, она замерла. Потом быстро осмотрелась по сторонам — тень паники в глазах ещё держалась.
— Всё в порядке. Мы в безопасности, — снова сказал он, мягко.
Селия молча кивнула и внезапно бросилась ему на шею. Тот поймал её, обнял крепко, сдержанно, но без попытки отстраниться. Несколько долгих секунд они просто стояли так. И просто смотрели друг другу в глаза — без слов, но с полным пониманием.
Маркус, Райан, Лоренс и Кейлан сделали вид, что заняты кто чем: перебинтовкой, проверкой снаряжения, разглядыванием стены. Никто не нарушил тишину.
Команда сидела в столовой офиса. Сдвинутые деревянные столы и чашки с остатками пива. Маркус неспешно разливал новый круг. Атмосфера, как это бывало прежде, снова стала лёгкой и весёлой — будто подобное возвращалось впервые за долгое время.
Все смеялись, болтали, отпускали подколки. Все — кроме Лоренса, которого пока не было, и Даррена, угрюмо вцепившегося в чашку чая, как будто та могла что-то изменить.
— Лекари запретили алкоголь, — проворчал он. — Абсурд. Ранение у тела, а страдает душа.
— Тогда душу лечи чаем, — заметил Эдгар, не отрываясь от своей чашки. — Хотя у тебя, по-моему, всё наоборот: чай душу портит.
Даррен закатил глаза, но вскоре растаял. Когда вся команда начала весело переговариваться, он быстро перестал хмуриться и влился в разговор.
— Давай ещё раз, — сказал Даррен, повернувшись к Оуэну. — Про те твои последние слова Кейлану. Ну, чтобы все услышали как надо.
Оуэн с важным видом поправил воротник, вытянул спину и начал, глядя вдаль:
— Не долгим было наше знакомство, Кейлан. Но я дам тебе последний урок. Главный. Когда понимаешь, что уже пора уходить, единственное, что ты можешь решить — как именно. Смотри внимательно, Кейлан... — он выдержал паузу, сгладив складку на рукаве. — Я покажу тебе, как делать это достойно.
Все замерли, давая пафосу прозвучать как следует, а потом Даррен хмыкнул:
— Да кому твои слова нужны. Я про лицо Кейлана в тот момент.
Все дружно расхохотались, включая самого Кейлана. Оуэн поднял палец:
— Подождите. Это ещё не всё.
Он отвернулся, встрепал волосы, сделал гримасу — испуг, потрясение, закатив глаза и подёргивая губой. Когда повернулся обратно — смех разразился с новой силой.
Селия накрыла ладонью рот, пытаясь не засмеяться вслух. В глазах у неё — смесь усталости и чего-то почти детского. Как будто в этой глупости было что-то очень нужное.
Кейлан, смеясь, покачал головой:
— С каждым разом я выгляжу всё нелепее. Слюна хотя бы не текла?
— Просто не хочу испачкать воротник последнего пальто, — ответил Оуэн. — Вон, у тебя уже пятно. — Он указал на левую сторону воротника Кейлана.
Тот быстро посмотрел вниз, ничего не заметив, а все остальные вновь захохотали.
В этот момент в комнату вошёл Лоренс. Кейлан спросил с ленивой усмешкой:
— Получилось вернуть бумажник у лавочника?
— Да, никаких проблем. Справка от капитана — вопросов не возникло, — кивнул Лоренс, принимая от Маркуса пиво.
— Не таскай столько серебра с собой, — заметил Райан. — Опасно.
— Это не его, — вставил Эдгар. — Капитан выдал для задания.
Райан молча показал жестом, что закрывает рот на замок. Все заулыбались.
Лоренс уже потянулся за бумажником, но капитан перехватил жестом:
— После. Сейчас — просто посиди с нами.
Даррен снова повернулся к Оуэну:
— Лоренс ещё не видел. Покажи снова.
— Я видел это вчера в убежище. Раза четыре. Повтор не обязателен, — усмехнулся Лоренс.
— Но актёрская игра улучшилась, — заметил Оуэн. — Надо же расти.
Лоренс сдался:
— Давай.
Как только Оуэн начал изображать лицо Кейлана, тот театрально схватил со стола вилку, приложил к груди и, корчась, рухнул на стол.
— Капитан! — вскрикнула Элин. — Лечебный свиток, быстро!
— Все закончились, — невозмутимо заметил Райан. — Ждём поставку.
— Я уже получил, — поправил Эдгар. — Но сначала отчёты. Если Кейлан выживет, займусь.
— Можно попробовать магическое лечение, — предложил Винсент. — Но сперва я бы хотел провести тест на манекене. Чтобы не испортить Кейлана случайно.
Кейлан, подняв голову, проворчал:
— Вот это команда. От простого ранения — и то не спасут.
А Оуэн снова гримасничал, изображая лицо Кейлана, только ещё утрированнее.
— Сейчас и правда похоже, — кивнул Лоренс.
Смех раздался снова. Кто-то откинулся на спинку лавки, кто-то отхлебнул из кружки, уже не смеясь — просто довольный.
— А очередной награды Оуэну не положено, капитан? — кивнул Лоренс в сторону уголка с наградами.
Маркус отложил кружку и заметил:
— Ордену для начала нужно всё проверить. А то вот он, стоит здоровенький и кривляется. Сходу не поймёшь, что вообще произошло. Займёт какое-то время.
Винсент бросил быстрый взгляд на Райана. Тот, не меняя позы, лишь кивнул едва заметно. Этим он как бы говорил: «Я всё объясню позже».
Лоренс усмехнулся:
— Я не об этом. Тут всё ясно. Я про актёрские таланты. Думаю, ему полагается не медаль, а полноценная статуэтка.
— А и правда, — подхватил Оуэн. — Надо бы показать это в Ордене. Может, меня наконец сделают шпионом. И зарплату поднимут.
— Я уже пытался, — вздохнул Даррен. — Но почему-то они такое не ценят. Хотя, если честно, это к лучшему. А то весь уголок стал бы не «командным», а «уголком наград Оуэна». И кто тогда вообще на него смотреть будет? — Он развёл руками, как бы демонстрируя: «ну разве это не абсурд?»
— Мне в своё время дали грамоту, — заметил Маркус. — Вон там, на нижней полке, посередине.
Взгляды почти синхронно метнулись в сторону полки. Даррен даже встал, подошёл, прищурился и начал читать вслух:
— «Капитану оперативной группы Ордена Бессмертных Теней Маркусу Элриджу — за хорошо спланированную операцию и выстроенное командное взаимодействие в рамках операции, прошедшей 26 дня Урожая 482 года после Распада».
Он нахмурился, обернулся:
— Маркус, неужели и ты начал разыгрывать людей? Я почти поверил.
Капитан усмехнулся:
— Ни капли. Помнишь, как тогда снова всплыл наркотик «Ложная магия»? Мы ничего не планировали, просто действовали, как получилось. Но мне нужно было отчитываться лично перед Алестэром. Вот я и наврал ему про план, взаимодействие, всё как положено. Он, конечно, всё сразу понял, посмеялся — и сказал, что ещё один актёр карьеру губит. Предложил медаль, но, по его словам, актёрам больше идут грамоты. Так и передал через канцелярию. Она просто в общей папке лежала. Когда вы уголок начали собирать, я и решил: пусть будет. Может, кого и повеселит. А найдём что-то серьёзное — заменим.
Даррен кивнул с уважением:
— Даже Алестэр оценил… И какое у тебя было лицо в тот момент?
Кейлан быстро прикрыл лицо руками, уже чувствуя, к чему идёт дело.
Маркус выдержал паузу, будто бы вспоминая. Потом встал, встрепал волосы, повернулся спиной, и произнёс:
— Примерно вот такое.
Он обернулся с гримасой, в точности повторяя выражение, которое столько раз показывал Оуэн.
Смех снова вспыхнул. Кейлан, выглядывая сквозь пальцы, не мог сдержаться. Это было… неожиданно. Видеть, как даже капитан может быть частью их шутки. И это было хорошо.
Смех схлынул, не оставив осадка. И над столом повисла та самая, редкая тишина, когда смеяться уже не нужно. И это, по-настоящему, было хорошо.
Глава 41. Время пустить корни
Вчера.
Оуэн уже мысленно попрощался с жизнью. В его голове проносились образы Селии и тихой, спокойной жизни, которой он так желал, но никогда не осмеливался даже представить всерьёз. Ему виделся уютный дом, на задней лужайке которого бегал их ребёнок. Он подбрасывал его в воздух, и слышался детский смех. Повсюду витал аромат фруктов и ягод, из которых Селия готовила пирожки. Аромат был настолько насыщенным, что казалось — стоит протянуть руку, и можно коснуться тепла их дома.
Он моргнул. Вся лёгкость испарилась. Перед ним был только потолок, почерневший от копоти, и воздух, пахнущий гарью и пеплом. Сладкий запах сменился на горький аромат гари. Вкус ягод на языке превратился в пепел. Он с трудом выкашлял пепел из горла и сел, пытаясь прийти в себя. Вокруг лежали обгоревшие тела, повсюду были обломки, догорал огонь. Память не желала открывать подробности случившегося. Закрыв глаза, он снова увидел Селию и ребёнка. Но у них не было детей. Они даже не были женаты. Это была лишь иллюзия.
Постепенно воспоминания начали возвращаться. Он вспомнил, как остался прикрывать отступающих товарищей, осознавая, что идёт на смерть. Он шёл умирать, но каким-то образом выжил. Нет. Он воскрес. Воскрес из пепла.
Единственное, что ему нужно было сделать сейчас, это найти команду и убедиться, что с Селией всё в порядке. Если она цела, значит, ещё не всё потеряно. Они переживут это вместе.
Вечером он ничего не стал говорить Селии. Если он уже решился действовать, то должен был сделать всё правильно. Утром он выберет кольцо – сбережений хватит. А вечером, в романтической атмосфере, он признается ей во всём. Эту речь он готовил годами. Из неуклюжих фраз она постепенно превратилась почти в литературное признание. Оуэн долго не решался начать разговор первым, ожидая подходящего момента. Но больше ждать нельзя было. Он видел, как дрожали его руки, когда он вновь прокручивал слова в голове. Селия тоже заметила это, но ничего не сказала, лишь молча накинула на него покрывало, принесла горячий чай и села рядом, прислонившись головой к его груди. Пока этого было достаточно. Утро вечера мудренее.
Оуэн проснулся от лёгкого шума на кухне и аромата оладий с кофе.
Когда они сидели друг напротив друга за завтраком, Оуэн начал разговор. Но не тот, что тщательно готовил много лет. Более срочный, о вчерашних событиях и их последствиях.
Когда он дошёл до момента взрыва и своей смерти, Селия взяла его за руку, по её щеке потекла слеза. Это так сильно испугало Оуэна, что он заговорил совсем о другом – о своих видениях. О том, как видел их вместе, живущих спокойной жизнью, о детях, которых у них не было. Возможно, именно желание такой жизни помогло ему воскреснуть. Разумеется, дело было в ритуале Ордена, и он рассказал ей об этом. Но получилось это лишь потому, что у него была цель. А его целью была она. Оуэн позвал её замуж, забыв о кольце, романтике и даже не встав на колено. В голове царила паника, он видел лишь её ошеломлённые глаза. Не понимая, сколько прошло времени, Оуэн услышал, как Селия сказала, что подумает над предложением. «Подумает». Как же глупо он поступил. Он ведь знал, как правильно это сделать. Куда исчезла вся его уверенность, решимость, та самая, с которой он начинал ухаживать за ней? Но пока он себя корил, Селия несколько секунд смотрела на него молча, глаза её слегка блестели, словно она пыталась осознать услышанное. На самом деле ответ давно был готов. Просто предложение оказалось таким неожиданным, что она растерялась. Она чуть дрожащей рукой коснулась его лица, словно боясь, что он исчезнет, и тихо ответила:
— Да. Я согласна. Оуэн, я давно уже сказала «да». Просто сейчас растерялась. — после рассмеявшись добавила — Но и ты долго ждал подходящего момента. Небольшое ожидание станет тебе наказанием. Конечно, я согласна.
Оуэн крепко прижал её руку к губам, целуя ладонь, и тихо произнёс:
— Я больше не буду заставлять тебя ждать. Ты не представляешь, как давно я хотел услышать эти слова.
Несмотря на то, что всё произошло совсем не так, как он планировал, Оуэн впервые за долгое время почувствовал, что в его жизни наступила настоящая ясность. Он знал, куда движется и ради чего стоит жить дальше. Впервые за долгое время жизнь обрела форму и смысл. И имя этой формы было Селия.
После такого эмоционального утра работа казалась чем-то далёким и незначительным, но они всё же решили вернуться к ней. Работа осталась на втором плане, будто стала лишь фоном для новой, настоящей жизни, которую они начали строить вместе. День прошёл спокойно и даже весело. Вечером они закончили пораньше и отправились выбирать кольцо вместе. Обсуждали церемонию, приглашения, будущее. Но сошлись на том, что прежде, чем пожениться, Оуэн должен был разобраться с тем, что с ним происходит. Контролирует ли он свою силу? Повлияет ли это на их будущих детей?
Оуэн отправился в исследовательский отдел Ордена. Два месяца он провёл под пристальным наблюдением специалистов, изучавших его воскрешение. Вечера он проводил с Селией, строя планы на будущее.
За это время он понял многое о своих новых способностях и убедился, что контролирует свою силу полностью. Однако осознание пришло вместе с горьким пониманием того, что тихая жизнь с Селией навсегда останется лишь иллюзией. Теперь Орден его не отпустит. Каково ей будет ждать его дома, не зная, вернётся ли он с очередного задания? Ему хотелось предложить ей что-то большее, но он всегда знал, что спокойная жизнь не для него. Она стала для него целью лишь рядом с Селией.
Жизнь внесла свои коррективы, но они справлялись. За эти месяцы они полностью погрузились в предсвадебные хлопоты. Даже серьёзные разговоры об Ордене и его заданиях теперь звучали на фоне домашних забот: выбора цвета стен, долгих споров о планировке дома и обсуждений того, какие ягоды лучше посадить в саду. Это придавало спокойствие и уверенность в завтрашнем дне.
К середине весны дом уже стоял, саженцы фруктов и ягод были посажены. Всё было готово для небольшой, но торжественной церемонии.
Оуэн нервно ходил из угла в угол, ожидая момента. Так он не волновался уже давно – со дня своего неуклюжего предложения. Полгода прошло, но до сих пор верилось с трудом. Если бы не успокаивающий его Маркус и подшучивающий Даррен, он мог бы решить, что всё это по-прежнему иллюзия, между жизнью и смертью. Но этих двоих там бы точно не было, тем более шутящими над ним.
Во дворе уже стояли украшенные столы, оставляя просторный проход к месту церемонии. Гости собрались заранее: старые друзья Оуэна и Селии, их коллеги из Ордена, знакомые из ближайших лавок и кафе, несколько соседей из дома напротив. Атмосфера была тёплой и оживлённой, но всё уже было подготовлено — суета уступила место нетерпеливому ожиданию.
Маркус, поправляя воротник Оуэна, усмехнулся:
— Всё будет хорошо. Этот день — твой.
— Главное — без взрывов, — подмигнул Даррен, шутливо протягивая флягу, явно не с водой.
Элин, стоявшая рядом с Селией, тихо разговаривала с ней, помогая поправить венок в её волосах. Их смех звучал негромко и искренне.
Райан, недовольно осматривая арку из цветов, слегка поморщился — видимо, в его представлении всё должно было быть ещё более симметричным.
Винсент молча проверял небольшие охранные печати, заботливо установленные вокруг двора. На всякий случай.
Лоренс отошёл к краю сада и, глядя на саженцы, нахмурился.
— Кейлан, — негромко позвал он. — Почему у всех этих деревьев обрезали цветы? Теперь ведь не будет плодов.
Кейлан коротко улыбнулся:
— В первый год все цветы нужно срезать. Иначе растение потратит силы на преждевременный урожай, ослабнет и не сможет нормально развиваться. Плоды — только в следующем году. Сейчас главное — укорениться.
Лоренс кивнул задумчиво, словно понимая, что это касается не только деревьев.
Чуть в стороне, около одного из столов, собралась небольшая группа: новенький — молодой агент Ордена по имени Томас, недавно принятый на замену Селии, — рассказывал о последних делах. Кейлан слушал вполуха, попивая воду.
Среди гостей мелькали знакомые лица: хозяйка цветочной лавки, подарившая Селии букет ещё до строительства дома; пара старых соседей; владелица кафе, где они часто встречались в начале отношений.
Атмосфера была одновременно лёгкой и важной: сегодня всё казалось правильным, заслуженным, настоящим.
В дальнем углу сада Даррен, опершись на заборчик, тихо перебирал струны лютни. Простой мотив переливался в тёплый напев, и гости невольно замирали, прислушиваясь:
«Не стены домом нам служат,
Не крыша спасает от бед.
Там дом, где друг другу мы нужны,
Где вместе встречаем рассвет.
Пусть дальние тропы нас носят,
И годы растают, как лёд —
Дом там, где любовь перекроет
Любой одиночества лёд.»
Музыка ложилась на вечерний ветер, словно благословение, тихое и настоящее.
Когда все наконец собрались, вперёд вышел Алестэр.
Он не носил облачения священника, не держал перед собой текстов, не произносил громких речей. Был одет просто и строго — так, как подобает агенту Ордена.
Голос его был твёрдым и спокойным:
— Сегодня, перед лицом друзей и судьбы, скрепляется союз. Оуэн Дракмор. Селия Нортон. Вы стоите здесь не по принуждению, но по собственному выбору. И только этот выбор делает вас семьёй.
Оуэн и Селия подошли друг к другу. Руки их дрожали от волнения.
— Оуэн Дракмор, — спросил Алестэр. — Клянешься ли ты идти рядом с ней, в светлые и тёмные дни, быть опорой и защитой?
— Клянусь, — твёрдо произнёс Оуэн.
— Селия Нортон, — обратился он к ней. — Клянешься ли ты идти рядом с ним, в радости и в испытаниях, быть рядом, куда бы ни вели дороги?
— Клянусь, — ответила Селия, не отводя взгляда.
Алестэр кивнул.
— Тогда отныне вы — семья. И да укрепится ваш союз выбором и верностью.
Они обменялись кольцами. Повисшая в саду тишина продлилась лишь мгновение. Даррен медленно провёл пальцами по струнам лютни. Тонкая, почти неуловимая мелодия скользнула по саду, мягко поддерживая тишину. Она звучала, как дыхание надежды, не требуя слов. Прежде чем её прорезали тёплые голоса — кто-то воскликнул «Будьте счастливы!», кто-то тихо засмеялся от облегчения.
Лёгкий шорох шагов, хлопки в ладони, короткие поздравления заполнили воздух.
Даррен перехватил лютню поудобнее и, с кривоватой улыбкой, ударил по струнам, заводя весёлую, живую песенку. Гости быстро подхватили:
«Тропа ведёт сквозь вьюгу и дым,
Но сердце найдёт свой дом.
Где вместе смеёмся — там и родим
И землю обнимем теплом.
Пусть ветер нас гонит, пусть ночь темна,
Не страшно идти вдвоём.
Где светят нам окна — там жизнь одна,
Там счастье зовёт нас в дом!»
Смех, хлопки, неторопливые шаги по траве. Несколько пар начали кружиться в вольном танце — неловко, весело, будто возвращаясь в детство.
Мир вокруг будто ожил, отпустив напряжение ожидания.
Сегодня всё было правильно.
...
Вечером, когда солнце уже склонилось к горизонту, сад был освещён мягким светом фонарей. Гости смеялись, вспоминали старые истории, и даже самые серьёзные из них позволяли себе редкую расслабленность.
Оуэн и Селия сидели на деревянной скамье у молодого яблоневого дерева, чуть в стороне от остальных. Она держала его за руку, а он, впервые за долгое время, позволил себе просто быть.
— Как думаешь, — тихо спросила Селия, — дерево справится?
Оуэн взглянул на тонкий ствол, к которому они в шутку привязали ленточку на удачу.
— Справится, — улыбнулся он. — Главное — чтобы корни были крепкими.
Они молчали, слушая, как ветер перебирает листья.
Оуэн тихо напел, почти не отрывая взгляда от её лица:
«Шли мы тропами дальними,
Сквозь ветер и скрип шагов.
Время пустить нам корни —
Там, где растёт любовь.
Пусть небо закроет вечер,
Пусть листья срывает путь —
Если ты рядом со мною,
Корнями с землёй срастусь»
Селия улыбнулась, не сказав ни слова. Мир вокруг не изменился. Но для них он стал другим.
Глава 42. Рабочий день в новом составе
Прошли выходные после свадьбы Оуэна и Селии. Жизнь команды постепенно возвращалась к обычному ритму. Хотя лёгкая тень недавнего праздника всё ещё витала в воздухе, работу никто не отменял.
Я вошёл в мастерскую Райана ближе к полудню. Комната была завалена инструментами, кристаллами, зачарованными рунами. В самом центре, на специальной подставке, лежал невзрачный металлический кругляш — кольцо, простое до невозможности.
Райан, заметив меня, довольно усмехнулся:
— Готово. Почти жалко отдавать такую красоту в чужие руки.
— Оно... не выглядит особенно впечатляюще, — заметил я, подходя ближе.
— И слава Теням, — отозвался Райан. — Главное — чтобы не привлекало внимания. Обычное кольцо. Но, поверь, с начинкой всё куда интереснее.
Он взял кольцо двумя пальцами и поднёс к свету. Металл чуть поблёскивал, скрывая внутри крошечные вплетённые руны, которые можно было заметить, только если знать, куда смотреть.
— Что оно умеет? — спросил я.
— Позволяет сделать прорыв через препятствия, — пояснил Райан. — В пределах пятнадцати метров. Стенки, магические барьеры — если они не выше среднего класса защиты, конечно. Главное — сила мага. Кольцо само ничего не заряжает, оно лишь направляет поток. Питается твоими собственными резервами.
Он сделал паузу, глядя на меня пристально.
— Прыжков можно сделать больше одного. Но запомни: каждый последующий прыжок в течение трёх часов нагружает структуру кольца. Два прыжка подряд — допустимо. Три — уже риск. Оно может треснуть. Или, хуже того, сорвать выход. — Райан криво усмехнулся. — И в лучшем случае ты застрянешь по пояс в стене.
Я кивнул, принимая кольцо. Оно показалось неожиданно тяжёлым, будто скрывало в себе сдержанную силу.
— Как его активировать?
— Всё просто, — сказал Райан. — Сконцентрируйся на нужной точке перед собой. Мысленно задай направление — и толчок. Важно: направление должно быть точным. Иначе окажешься там, где не планировал.
Он подошёл к стене кабинета, поднял руку с другим кольцом — видимо, испытательным образцом — и шагнул вперёд. Вспышка едва заметной ряби в воздухе — и он оказался по ту сторону, словно просто перешагнул сквозь дерево.
— Понял? — спросил он, вернувшись через дверь.
— Да. Буду осторожен.
— И ещё. Магия пространства коварна. Не спеши. Лучше лишний раз подумай, чем потом объяснять, почему тебе теперь нужна новая нога.
Я усмехнулся и убрал кольцо в нагрудный карман под пиджаком.
— Кстати, — бросил я на ходу, — хватило тех двух золотых и пятидесяти серебряных?
Райан махнул рукой:
— Делалось в рамках исследовательского проекта Ордена. Так что вышло почти по себестоимости. Половину покрыли из фонда. Плюс-минус несколько серебряных. Но, — он ухмыльнулся, — если хочешь сделать небольшой подарок за старания — не откажусь.
Я только усмехнулся в ответ. Надо будет подумать о хорошем вине для него.
Впереди были новые задания. Но прежде — проверка новичка.
В соседнем кабинете Томас заканчивал свои заметки. Среднего роста, поджарый, с растрёпанными светло-каштановыми волосами, он был одет просто — лёгкая рубашка, пояс с зачарованным ножом, кожаный шнурок на шее. Его зелёно-карие глаза светились вниманием.
Я подошёл к нему.
— Что у тебя? — спросил я.
Томас поднял взгляд и передал мне несколько листов.
— Я анализировал методы сокрытия присутствия в потоках. Нашёл несколько нестабильных подходов. Работаю над их стабилизацией.
Я пролистал записи. Было видно, что он старался. Некоторые идеи были перспективными, хоть и требовали доработки.
— Неплохо. Нужно будет доработать взаимодействие с потоками обратной связи. Попробуй сконцентрироваться на балансировке, а не на полном разрыве, — подсказал я.
Томас кивнул, быстро записывая замечания.
В этот момент к нам подошёл Эдгар, держа в руках тонкий свиток.
— Из Ордена пришла информация. Похоже, поблизости снова замечена активность, связанная с Адриэлем. Деревня в трёх днях пути.
Я мельком глянул на свиток. Символы были тревожными.
— Кто идёт?
— Маркус, Райан, вы вдвоём и Гаррет, — ответил Эдгар. — Тот самый, что пришёл на замену Оуэну.
Я кивнул. Новый участник был опытен, специалист по боевой и защитной магии. Гаррет был из тех, кого сразу замечаешь: высокий, крепкий, с коротко стрижеными волосами и усталым взглядом человека, который повидал слишком многое. Его перевели в команду с менее высоким темпом работы, но опыта и надёжности у него было с избытком.
Сбор прошёл быстро. Райан подготовил телепортацию — максимально близко к деревне, но не в саму аномальную зону. Перенос к аномалиям был рискован.
Когда мы вышли из портала, перед нами раскинулась полевая дорога. До деревни оставалось минут 15 пути.
Пока мы шли, Райан уточнил:
— Свиток взял?
Я похлопал себя по внутреннему карману пиджака.
— Всегда при себе.
Томас, оглядываясь, задал вопрос:
— Гаррет, а почему тебя не было на свадьбе Оуэна и Селии?
Новый агент усмехнулся:
— Это праздник для молодых. Мне там делать было нечего.
Томас нахмурился:
— Мы же команда. Приглашали — значит, ждали.
— У моей внучки был день рождения в тот день, — спокойно ответил он. Его голос был низким, немного хриплым, как будто от долгих лет криков в боевых условиях. — Приоритеты, как говорится, очевидны.
Томас удивлённо посмотрел на него:
— У вас есть внучка? Сколько же вам лет?
Гаррет лишь отмахнулся, проворчав:
— Невоспитанная молодёжь.
Деревня встретила нас тишиной и любопытными взглядами из-за приоткрытых дверей. Формально мы пришли с проверкой — отец одного из мальчиков сообщил о странной плесени за валуном. Официальная цель — убедиться, что заражения среди населения нет.
На деле же, нас интересовала аномалия. Едва мы приблизились, я почувствовал лёгкое шевеление потоков — словно кто-то тихо перекраивал их под своей волей. Камень, о котором шла речь, был покрыт тончайшими нитями полупрозрачной субстанции — слабой магической плесенью, на первый взгляд безвредной. Но под поверхностью чувствовались изменения в структуре потоков. Плесень была не обычной — она медленно и незаметно переписывала свойства магической среды вокруг себя, признак влияния Адриэля.
Пока Маркус занимался оформлением проверки с главой деревни, я краем глаза наблюдал за Томасом. Он аккуратно осматривал территорию, старался не спешить, задавал вопросы жителям вежливо, но порой слишком прямолинейно. В его стараниях чувствовалась та настойчивость, что рождается из желания оправдать доверие. Гаррет держался чуть в стороне, молча прислушиваясь к разговору. Маркус время от времени бросал в его сторону короткие, оценивающие взгляды.
Проблема пришла оттуда, откуда её меньше всего ждали — от детей. Отец одного из мальчиков сообщил, что его сын видел странности у камня, играя там с друзьями. Пришлось долго выпытывать, кто ещё был с ним.
Мальчик упрямо молчал, не желая "закладывать" товарищей. Лишь после долгих уговоров признался, что они делали "бомбочки" из перегоревших лампочек и серы со спичек, пытаясь сдвинуть здоровенный булыжник взрывом.
Когда мама мальчика услышала это признание, она тут же строго спросила:
— Откуда ты вообще знал, как это делать?!
Мальчик быстро покосился на отца, но, сжав губы, ответил:
— Не скажу.
Мать мгновенно перевела строгий взгляд на мужа. Тот поднял руки в жесте обороны:
— Просто баловство! Да и негодных лампочек-то было всего ничего... Не учил же я его бомбочки из болтов с гайкой и серой делать!
На этих словах мальчик с любопытством взглянул на отца, молча спрашивая: "А как?"
Мать метнула в супруга гневный взгляд. Тот быстро махнул мальчику: "Потом расскажу" — а вслух сказал:
— И вообще, делать такие вещи ни в коем случае нельзя. Проблем больше, чем удовольствия.
Женщина, недовольно хмыкнув, наконец, отступила.
Мы с остальными аккуратно опрашивали детей. Большинство явно не до конца понимали, зачем столько вопросов о камне и их шалостях. Но лучше перестраховаться. Внешне с ними всё было в порядке, за исключением одного мальчика, у которого на руке была странная отметина.
— Наверное, обжёгся серой, — сокрушённо вздохнула его мать.
Райан спокойно попросил показать руку. Осмотрев отметину, он слегка нахмурился. Я заметил, как он достал из кармана белый платок и маленькую бутылочку.
— Похоже на краску, — небрежно бросил Райан.
Он смочил платок и аккуратно протёр руку мальчика, незаметно используя лёгкое заклинание очищения и восстановления.
Я уловил, что от платка не пахло ни химией, ни лекарствами. Просто вода — и тонкое воздействие магии, скрытое от глаз.
Когда он отнял платок, кожа под ним была чистой, без малейшего следа.
— Всё в порядке, — спокойно сказал Райан, показывая матери чистую руку сына.
— Я же мыла его с мылом — ничего не помогало! — воскликнула женщина.
— Иногда краска плохо смывается. Нужно специальным раствором. Обычное мыло не помогает. Сам на днях дверь красил, да капнул на пол — пришлось купить средство для удаления краски. — Райан пожал плечами. — У меня дома старый раствор почти выдохся. Удачно, что под рукой оказался.
По лицу женщины видно было: тревога уступила место облегчению. Она благодарно кивнула Райану, не задавая лишних вопросов.
Мы продолжили проверку, оформили все необходимые бумаги и вернулись в офис. Оставшаяся часть дня растворилась в суете бумаг, отчётов и проверок. Только к вечеру выдалась редкая минута для себя — и для тренировки. Никаких тревог, никаких странностей — почти странное чувство после последних месяцев. Воспользовавшись перерывом, я продолжил тренировки в контроле магии пространства. Опробовал новый артефакт — невзрачное кольцо, которое недавно изготовил для меня Райан. Прыжок дался легче, чем я ожидал. Пространство вокруг словно скользнуло в сторону, а я, следуя за ним, оказался в новом месте. Кольцо жгло палец лёгким теплом.
Когда я убрал кольцо обратно, в голове невольно всплыло воспоминание: что было бы, если бы Райан тогда не исцелил того мальчишку. Мысли о мальчике на мгновение сжали грудь, но я отпустил их, как отпускают выдох. Всё было сделано правильно — а значит, можно идти дальше.
Глава 43.
Прошло несколько недель с последней аномалии.
Мы снова жили обычными делами. И почти поверили, что угроза осталась в прошлом.
Пока не пришёл новый приказ.
Аномалия проявилась в окрестных лесах.
На первый взгляд — ничего необычного. Но в этот раз сообщения были странными. По докладам, дикие звери начали вести себя... неестественно.
Более того, появились подозрения, что они научились использовать магию.
Мы выдвинулись ранним утром. Привычная подготовка, короткие команды, проверка экипировки. Никто не шутил. Даже Томас, обычно склонный к лёгкой болтовне, выглядел напряжённым.
Дорога к предполагаемой зоне аномалии пролегала через густой лес. Чем ближе мы подходили, тем более явными становились следы странностей: узоры на коре деревьев, вьющиеся лозы, переплетённые в замысловатые символы. Винсент молчал, но глаза его были насторожены.
Едва мы достигли старой тропы, как Райан остановился, подняв руку. Все замерли. Среди деревьев мелькнула тень. Пара крупных зверей — по виду напоминавших волков, но... не совсем. Их движения были координированными, глаза горели разумным светом. Один из них словно чертил что-то лапой, и в нас полетел земляной кол. Остальные волки последовали его примеру, а один встал на задние лапы и, указывая на нас, начал завывать. Казалось, он насмехается над нами.
Даррен закрыл нас щитами, и начался небольшой бой. Никто из волков не выпустил более одного заклинания, прежде чем напасть на нас более привычным для волков способом. Это ограничения в магии для волков, или у них просто еще малый запас магических сил, и если им дать время, то они смогут действовать как полноценные маги. Но сам факт, что волки используют магию, уже поражал.
После того как мы одержали верх над несколькими волками, стало ясно: ситуация была куда серьёзнее, чем ожидалось.
Маркус вызвал подкрепление из Ордена передав ситуацию, и мы отступили ожидая новые силы.
Через полчаса пришло подкрепление: Оуэн и двое магов из его новой команды.
— Ну вы и притянули за уши самое странное дело, — бросил Оуэн, подходя ближе.
— Специально к твоему визиту, — хмыкнул Даррен.
Мы обменялись короткими усмешками.
На миг вернулось ощущение старой команды — живой и непобедимой.
Когда остальные приблизились, я невольно задержал взгляд.
Один из них — высокий, худощавый, с ничем не примечательными чертами лица. Казалось, будто взгляд соскальзывал с него, не находя за что зацепиться. Только пустота, только странная неестественная серость, заставляющая внутренне напрячься.
Второй — светловолосый, с небрежно растрёпанными волосами, напоминая нечто дикое. Его движения были текучими, почти звериными, а лёгкая полуулыбка казалась больше защитной маской, чем настоящей.
— Безликий... и Шепчущий Лес... — прошептал Томас с невольным восхищением и тревогой, будто увидел персонажей из старой страшной сказки.
Старшие члены команды, увидев прибывших, тоже обменялись короткими взглядами — настороженными, уважительными. Даже Маркус слегка напрягся, хотя его лицо оставалось непроницаемым.
Имя Льюиса Крея — «Безликий» — давно стало почти легендой среди разведчиков. А Марк Алден — «Шепчущий Лес» — был известен в Ордене как один из тех, кто мог использовать магию природы так, что от противника оставались лишь воспоминания.
Только после короткой паузы Гаррет спокойно представил их:
— Льюис — специалист по теням. Марк — работает с растениями.
Томас, осматриваясь, слегка удивлённо, добавил:
— Я слышал, у вас был третий в команде. Старина Удар. Где же он?
Все посмотрели на Гаррета. Тот лишь хмыкнул:
— Был. Но его больше нет.
Неловкая пауза. Томас всё же не удержался:
— Почему вы не сказали?
Гаррет спокойно ответил:
— Потому что теперь я обычный маг.
Один из его бывших товарищей усмехнулся:
— Со временем и наши прозвища останутся только в воспоминаниях. Будем надеяться на новое поколение. — Он скосил взгляд на Оуэна.
Они переглянулись, словно каждый вспомнил о тех, кто был до них, о тех, чьи имена теперь лишь шёпотом передаются в коридорах Ордена.
Но времени на воспоминания не было — стая где-то рядом, и лес не давал права на долгую паузу.
Маркус коротко кивнул, напоминая о цели, и команда вновь собралась.
Когда все были готовы, Райан и Винсент начали готовить ритуал картографирования территории. Но Гаррет остановил их:
— Не стоит. Ритуалы возбудят стаю. Лучше двигаться по периметру, зачищая территорию и постепенно сужая кольцо.
Маркус сказал с легкой усмешкой:
— Поступим так, как говорит Старик удар.
Гаррет недовольно фыркнул, а Томас слегка усмехнулся. Остальные же поняли, что капитан подтверждает, что следует прислушиваться к старику.
Мы начали продвигаться медленно, осторожно, методично уничтожая особо агрессивных зверей, не привлекая внимания всей стаи сразу. Однако уже через час стало ясно: вожак учится быстрее, чем ожидали. Они начали окружать нас.
Даже Маркус, обычно уверенный, начал отдавать команды тише, короче.
Это значило больше, чем любые слова.
Он принял решение: идти в глубину леса, к центру аномалии. Оуэн, Льюис и Марк взяли позиции по периметру, защищая нас от нападений. Их магия действовала мгновенно. Волки исчезали в тенях, превращались в пепел без искры огня, утаскивались под землю корнями деревьев.
— Видали, чему научился? — бросил Оуэн через плечо Даррену, ухмыляясь.
— Вижу, научился. Теперь бы ещё помнить, кто тебя раньше спасал, — бросил Даррен с усмешкой.
Когда мы добрались до центра зоны, вожак уже проводил ритуал. Воздух вокруг был густой от магии. Винсент первым понял, что происходит.
— Он обращается к мифу, — произнёс он резко. — Надо остановить!
Но стая заслонила вожака. Райан, не теряя времени, использовал магию пространства — стая исчезла, отброшенная в сторону. Томас мгновенно опутал вожака тенями, прервав этим ритуал.
Мы подошли ближе. Винсент нахмурился:
— Это не просто аномалия. Это феномен.
Он коротко пояснил:
— Аномалии — нестабильные. Появляются, исчезают, меняются.
Феномены — почти не меняются. Стабильные. Они нарушают законы природы, но остаются.
Он обвёл зону:
— Здесь не просто искажение. Тут уже создаётся новая реальность.
Видя сомнение в глазах некоторых, Райан решил помочь:
— Это как Поток Артефакторов. Магическая река, запечатанная в главном отделении Школ и Гильдий мастеров. Благодаря ей создаются лучшие артефакты в мире. Она стабильна, но меняет всех, кто с ней слишком долго взаимодействует. Это тоже феномен.
Когда Райан закончил говорить, я вдруг понял, что мир, который я знал, существовал только потому, что такие явления держали под контролем.
Марк, хмурясь, заметил:
— Это уже вне нашей компетенции.
Он бросил короткий взгляд на Маркуса:
— Нужно срочно сообщить Ордену.
Маркус кивнул, а Гаррет привычно вынул амулет, активировал его — в воздухе дрогнули магические потоки. Я узнал тот же отклик, что всегда сопровождал появление Алестэра.
Ждать пришлось недолго. Прямо к аномалии телепортировались несколько человек, одним из них был Алестэр. Всё взгляды сосредоточились на одном из пришедших. Внешне он ничем не выделялся. Но стоял среди пришедших как несомненный лидер. Даже наши опытные бойцы переглядывались с уважением и осторожностью.
Я шёпотом спросил Томаса:
— Кто это?
Тот покосился на меня, но лишь покачал головой, давая понять: лучше молчать.
Незнакомец осмотрел аномалию. Его голос прозвучал ровно, командовать другими для него было чем-то естественным:
— Каррен, перехвати контроль над вожаком. Верн, вызови боевых магов. Алестэр, начни подготовку двух ритуалов — отслеживания Адриэля и разрушения феномена.
Услышав «отслеживание Адриэля» и «боевые маги», я замер.
Они не собирались просто наблюдать. Они собирались уничтожить миф.
И по выражению лиц Маркуса, Райана, даже Марка и Гаррета я увидел: для всех нас это звучало почти как приговор.
Он перевёл взгляд на нас, словно только что вспомнил, что мы еще здесь:
— Вернитесь к своим задачам. Здесь разберутся другие.
Я вдруг ясно понял: для них мы были не просто младшими. Мы были теми, кого надо было уберечь от того, что грядёт. Пешками на доске, где фигуры ходили совсем по другим правилам.
Мы покидали зону аномалии так быстро, как только позволяли ноги.
Волки, отброшенные магией, метались в панике, вынуждая нас пробиваться к выходу.
Было в этом что-то пугающее: последствия силы, которую мы не до конца понимали.
Никто не сказал ни слова — мы все понимали, что сейчас начнётся нечто, чему нам лучше не быть свидетелями.
Лишь выбравшись за пределы аномалии, мы удостоверились, что телепортация безопасна — и Райан без слов перенёс нас в офис.
В офисе стояла странная тишина. Мы вернулись, но часть нас всё ещё осталась там — в лесу, среди магии и безмолвных теней.
Лоренс тихо спросил Маркуса:
— Кто это был? Даже Алестэр ему подчиняется.
Маркус произнёс имя почти шёпотом, как что-то, требующее осторожности:
— Сайет.
Томас, поколебавшись, добавил:
— Сайет Калех — член Совета Теней. По сути — негласный глава Ордена. При нём даже старый принцип изменил смысл.
Я спросил:
— Какой принцип?
Райан ответил:
— "Власть смертна, Тень вечна."
Райан немного помедлил, прежде чем заговорить:
— Люди смертны. Их амбиции, страхи, государства — всё рано или поздно исчезает. Но Орден остаётся. Не ради власти. Ради того, чтобы удерживать мир, когда всё остальное рушится.
Мысли о вечности казались мне чем-то далеким. Но в этот момент я задумался о том, что важнее: то, как мы жили, или то, что остаётся после нас.
Маркус хмыкнул:
— Принцип не менялся веками. И сейчас он тот же.
Томас покачал головой:
— Сам принцип — да. Но дед рассказывал, что его смысл начали трактовать иначе, когда Сайет начал возвышаться. Тогда говорили, что Орден всегда ставил себя над властью, над королевством, контролируя его ради стабильности. А теперь — Орден жертвует собой ради мира.
Я молча переваривал услышанное. Впереди были новые дела. Но теперь я лучше понимал, с кем мы имеем дело — и на чьих плечах держится равновесие мира.
Мир стоял на краю перемен.
А мы, даже не понимая этого до конца, уже сделали первый шаг.
Глава 44. Сеть интересов
Я сидел в столовой с Райаном, откинувшись на спинку стула, рассеянно покручивая пустую чашку, пока он объяснял принципы телепортации. Разговор прервал негромкий звук шагов: в помещение вошёл Алестэр. Он остановился у двери, провёл по нам быстрым взглядом и, будто взвешивая каждое слово, произнёс:
— Есть новости. Лучше расскажу сразу. Может, кое-что прояснится.
Мы с Райаном переглянулись и поднялись. Я направился звать остальных. Подходя к кабинету Томаса, замедлил шаг: оттуда доносилось негромкое напевание, сопровождаемое тихим свистом магических шаров, которые он перекидывал между ладонями.
В лесу, где в засаде стояли враги, Безликий пронёс своих сквозь круги. Ни следа на тропе, ни шороха в тьме — Только тени остались на серой земле.
Где яды пропитали корни и пруд, Шепчущий Лес возвращал жизни труд. Он деревья поднял, отраву изгнал — И зелёный простор за собой оставлял.
Где камень и сталь окружили народ, Старина Удар защищал их оплот. Он сдерживал стены и рушил оковы, Открывая дорогу к спасению снова.
Где ночь опустилась на башни и кров, Где в небе свивался беззвучный покров, Безликий и Лес сторонили беду, А Удар разорвал заклинаний петлю.
Я постучал по косяку:
— Нас зовут.
Томас ловко поймал последний шар, заставил остальные раствориться в воздухе и, захватив записную книжку, пошёл со мной. По пути я спросил:
— Что это за песенка?
Томас усмехнулся, подбросив в ладонях последний из магических шаров, прежде чем дать ему исчезнуть.
— Мы напевали её с мальчишками в детстве.
— Разве Орден не скрывает информацию о магии? — удивился я, хмурясь.
Он хмыкнул, пожав плечами:
— Для семей магов всё иначе. В районе элиты есть закрытый квартал — там детям с детства объясняют, что к чему. А потом учат держать язык за зубами.
— Интересно выходит, — пробормотал я. — А если родители не могут позволить себе жить там?
Томас пожал плечами:
— Такие случаи редкость. Если оба родителя маги — место всегда найдётся. Если хочешь, могу узнать подробнее.
Я махнул рукой:
— Нет, просто любопытно было.
Когда мы дошли до столовой, остальные уже собрались. Алестэр стоял у стены, и его лицо было напряжённым.
— Операция частично выполнена, — начал он. — Феномен уничтожен. Но Адриэль на крючок не попался. Либо он просто осторожен, либо понял, что в этот раз ему могут противостоять. Теперь любые дела, связанные с ним, будут решаться на другом уровне. Любой намёк — сразу сообщать. Самим не вмешиваться.
Томас прищурился и спросил:
— А зачем ему феномены?
Алестэр скользнул взглядом по комнате:
— Его цель — зацепиться за мир. Мифы слабеют, когда их забывают. Сначала он пытался менять ритуалы — чтобы маги сами укрепляли его. Но это быстро привело к катастрофам, слухи разошлись. Теперь он пытается иначе: создаёт феномены, чтобы пробуждённая магия существ привязывала их к нему.
Томас скосил взгляд в сторону и усмехнулся без особого веселья.
— А договориться нельзя? Чтобы он хоть что-то полезное делал?
Алестэр коротко рассмеялся:
— Похоже, ты перечитал легенд. Адриэль не контролируем. Если закрепится — будет хуже. Но если увидишь его — можешь попробовать заговорить. Может, выиграешь немного времени.
Томас опустил глаза и тихо извинился.
Райан, сдвинув брови, спросил:
— Что с исследованиями феномена? Пробуждение магии, разумные твари... звучит перспективно.
Алестэр покачал головой:
— Всё завязано на силу Адриэля. Пока он существует, феномены работают. Уничтожим его — исчезнут и эффекты.
Лоренс, откинувшись на спинку стула, спросил:
— А если мы наткнёмся на него случайно?
Алестэр ответил, не меняя тона:
— Уходить незаметно. И сразу звать подкрепление. В ближайшие дни вам выдадут амулеты для этого.
Маркус нахмурился:
— Кто будет заниматься такими случаями?
— Пока отдел формируют. До тех пор — члены Совета Теней. Но лучше не ждать указаний. Видите признаки — сразу докладывайте.
Он оглядел нас всех, словно оценивая, кто насколько усвоил сказанное.
— Ещё вопросы?
Я поднял руку:
— А если амулет не сработает?
На секунду в зале повисла тишина.
Алестэр медленно выдохнул, его голос стал жёстче:
— Тогда вы сами по себе. Выжить, спасти кого сможете, передать информацию. Если и это не получится — используйте свиток Ордена. Это крайняя мера.
Его взгляд задержался на каждом из нас чуть дольше, чем было нужно.
— Это официальные распоряжения. Бумажные приказы поступят завтра. Сегодня вам сообщили первыми — чтобы вы не надумали лишнего, после всех событий.
Он выпрямился и больше ничего не добавил.
Тишина повисла в воздухе, тяжёлая и вязкая.
Никто не двигался. Никто не пытался говорить. Мы все понимали: теперь, если что-то начнётся, отступать будет некуда.
Рабочий день закончился. Но я знал, что кое-какие разговоры ещё впереди.
Поздним вечером в дверь моего дома постучали.
Я не удивился, увидев на пороге Алестэра.
Я жестом предложил ему войти. Алестэр сразу направился заваривать себе кофе. Пока он был занят, заметил, что слышал часть моего разговора с Райаном о телепортации.
— Есть какие-то замечания? — спросил я.
— Только одно, — ответил Алестэр, — не срезай углы. Райан даёт тебе основы, которые потом пригодятся. Можно научиться телепортироваться быстрее, но менее стабильно. Если хочешь переносить нескольких человек или объекты без собственного перехода, нужна крепкая база. Действуй медленно, но верно.
Я кивнул, соглашаясь, и спросил:
— Стоит ли тогда использовать кольцо телепортации?
Алестэр протянул руку. Я достал кольцо из кармана и передал ему. Заодно взял несколько оставшихся пирожков с яблоками, поставил их на стол и вернулся к своему кофе.
Алестэр внимательно осмотрел кольцо:
— Работа тонкая. Руны правильно наложены, всё по основам магии пространства. Такое редко делают. Где ты достал деньги на подобное?
— Райан сделал за полцены, остальное покрыл Орден. Всего два золотых и пятьдесят серебряных.
Алестэр присвистнул, возвращая кольцо:
— Такое стоит около двадцати золотых. Обычно кольца попроще делают. На одного-двоих максимум. Это же можно использовать для переноса группы или объектов. Индивидуальная работа. Хороший артефакт, обучающий и практичный. Не продавай его, когда станет не нужно. Лучше передай тому, кто изучает магию пространства.
— Тогда и подарок Райану за такую работу стоит получше подобрать, — заметил я.
Алестэр усмехнулся:
— Это точно. У меня есть неплохое вино, дам тебе на подарок. Думаю, сейчас ты на мели, а благодарить стоит вовремя.
Я поблагодарил его. Алестэр налил себе кофе и присел за стол. Взяв пирожок, он шутливо заметил:
— Лучше на ягоды переходить, а то так растолстеть недолго.
Я рассмеялся:
— Одними ягодами сыт не будешь. Пирожок иногда можно позволить.
Алестэр пожал плечами, откусывая кусок.
Я вернулся к серьёзным вопросам:
— Значит, если амулет не сработает, то и обычный сигнал до тебя не дойдёт?
Алестэр кивнул. Прожевав и запив кофе, он попросил бумагу и ручку. Пока он мыл руки, я принёс блокнот и ручку, положил их на стол.
Алестэр записывал, объясняя:
— Амулеты используют магию пространства, разума и иллюзии. Твой способ — чисто пространственный. Если влияние только на один из элементов — шансы есть. Если заблокировано всё — нет.
Он передал мне блокнот:
— Тут схема сигнала амулетов, перенастроенная под нашу систему. Три школы магии. Изучи. Через несколько дней попробуем на практике.
Я пробежался глазами по записям, прежде чем отложить и спросил, возвращаясь к разговору об Адриэле:
— Есть советы?
— Только один. Старайся выжить.
Я кивнул:
— А свиток?
— Теория. Может сработать, может — нет. Используй его только как последний шанс.
Я на мгновение задумался и задал следующий вопрос:
— Тогда у меня вопрос про Сайета.
Алестэр усмехнулся:
— Уже рассказали байки?
— Только что он вроде лидера Ордена и изменил трактовку его принципов, — ответил я.
— Томас рассказал?
Я подтвердил.
Алестэр кивнул:
— Больше и некому, его дед уже работал в ордене когда Сайет только начинал, так что успел повидать разное. В целом так примерно и есть, он наш лидер, в некотором роде.
— В некотором роде?
— Не восхищаться им нельзя, но безоговорочно следовать за ним опасно. Рано или поздно настанет момент, когда он пожертвует тобой, чтобы предотвратить какую-нибудь катастрофу. Конечно, он спасёт больше жизней. Мир действительно станет лучше. Но что тебе с того, если ты умрешь?
Я задумался, чувствуя, как в груди нарастает тяжесть: за красивыми словами часто скрывается жестокая правда.
Алестэр продолжил:
— Пусть глупцы жертвуют собой, а своему ученику я подобного не позволю. Отбрось мечты о самопожертвовании в сторону, можно сделать большее, оставшись в живых.
Я улыбнулся краем губ — от тепла, спрятанного в этих грубых словах. Но все равно возразил:
— Всё зависит от цены. Жить с грузом, что мог предотвратить катастрофу, — не лучшая жизнь.
Алестэр чуть смягчился:
— Конечно, я это понимаю. Но терять учеников я больше не смогу. Мое старое сердце не выдержит.
Я поймал его взгляд — усталый, но твёрдый — и не удержался от попытки разрядить обстановку:
— Не такой уж ты старый.
Он серьёзно посмотрел на меня:
— Лучше выбери свой путь, нежели следуй чужому, особенно как жертвенный ягненок. Ты вряд ли будешь готов следовать за Сайетом, когда узнаешь больше. Конечно, даже я восхищаюсь им, и подчиняюсь его приказам, но это не значит, что я согласен со всем, что он делает. Его путь... слишком бесчеловечный.
Я переспросил:
— Бесчеловечный?
Алестэр объяснил:
— У Сайета есть высшая цель, защитить этот мир любой ценой, и если для этого придется пожертвовать каждым членом ордена без исключения - он это сделает. Он не станет прятаться за чужими спинами — будет первым среди них, если потребуется. Но готов ли ты на подобное? Пожертвовать друзьями, родными ради мира?
Я покачал головой:
— Я не герой, не думаю, не уверен, что мне хватит выдержки на подобное. Да я даже не уверен, что готов пожертвовать хотя бы собой.
Алестэр кивнул:
— Вот и я считаю также, минимизировать ущерб, сохраняя баланс, чтобы впоследствии сделать что-то еще, а не пасть ради одного дела.
Я уточнил:
— Как Конкордия?
Он подтвердил:
— Как Конкордия. Знаешь, откуда берутся ее члены?
Я предположил:
— Как в других фракциях?
— Думаешь Орден позволит Конкордии шнырять по королевству и выискивать себе кадры? В нее вступают уже подготовленные маги из других фракций, при том вполне официально.
Я уточнил — То есть брать не обученного мага с улицы чем-то хуже, чем красть подготовленного фракцией?
— Никто и не крадет, если маг сам захочет, то сможет работать сразу и в Конкордии, и в своей фракции. Всем это на руку. Общие связи, обмен информацией, исследования. Конечно и шпионаж в обе стороны, но есть границы допустимого, которые все соблюдают.
Я удивился:
— И много таких двухсторонних?
Алестэр усмехнулся:
— Таким не принято делиться ни с кем, кроме верхних эшелонов фракций. Но раз тебе интересно, то я один из таких "двухсторонних".
Меня пронзило странное чувство: смесь уважения и тревоги. Здесь, за улыбкой, скрывалось куда больше, чем я мог представить.
— Я уже говорил, что баланс мне ближе. Чему удивляться?
— Тому, что я только сейчас об этом узнал.
Он пожал плечами:
— Ты только сейчас научился защищать разум.
Я спросил:
— И ты хочешь, чтобы я тоже вступил в Конкордию?
Алестэр рассмеялся пока пил кофе и откашлявшись продолжил:
— Конечно нет, ты и в Ордене еще не поднялся, откуда у тебя способности хорошо справляться с серьезными обязанностями хотя бы в одной из фракций, не то что сразу в двух. Нет, но если ты сам захочешь, когда твои навыки позволят, то можем вернуться к этому разговору. А пока это так, для общей информации.
Слова Алестэра прозвучали слишком уверенно. Я почувствовал лёгкий холодок под кожей и спросил:
— А Сайет знает?
Алестэр ответил:
— Всё с его позволения. Громогласный не принимает членов Ордена без его согласия.
Я удивился:
— Громогласный?
— Раз слышал про Конкордию, то о нем тоже должен был слышать. Он не занимается каждым случаем, но всегда контролирует, чтобы было личное дозволение Сайета. Так или иначе, их цели схожи, лучше предотвратить конфликты.
Я задумался и задал последний вопрос:
— Что нужно, чтобы подняться в Ордене?
Алестэр ответил:
— Есть много путей: связи, политика, знания, личная сила. Тебе ближе путь через способности. Но до этого еще далеко. В вашей команде только Райан и Винсент могут пойти дальше, если захотят. Райан когда-то и занимал положение выше, но решил вернуться в команду. Оуэн же стал способен перейти дальше только после ритуала. Так что тут гарантий нет, но потенциал у тебя есть, вопрос лишь в том, как далеко ты зайдешь.
Я спросил:
— А почему Райан вернулся в команду? Я знал, что он лучше всех нас в контроле, единственный, кто способен телепортироваться и все такое. Но не думал, что он мог участвовать в чем-то большем, но отказался. Винсент говорил, что ему предлагали заниматься более сложными исследованиями, но он предпочел быть ближе к реальному использованию магии. А вот про Райана я не знал.
Алестэр пояснил:
— Многие исследователи предпочитают оставаться в командах, исследовать что-то реальное, иметь массу свободного времени на собственные эксперименты, без прямого контроля, так что случай Винсента вполне обычный. Ну а Райан? Он был в команде, вроде той, что пришла к вам на подмогу в начале. Они угодили в засаду. Райан остался один. Это далось ему нелегко, и он решил снизить ставки — ради душевного спокойствия. Не так то просто терять товарищей.
ир оказался куда тяжелее, чем казался из-за архивных столов. Потерять всю команду и остаться одному… Райан всегда казался мне самым спокойным — теперь я понимал, откуда эта отстраненность в его взгляде.
Алестэр добавил:
— В целом часто бывает такое, что человек забирается так высоко, как только может, а после делает шаг назад, и просто живет. Купцы из торговых гильдий открывают небольшие лавки. Кузнецы способные на тонкую аккуратную работу, занимаются простыми заказами. Ученые становятся учителями. Так и с магами. Когда осознаешь свой предел, работать на нем до конца жизни как-то не хочется, зная, что ни к каким большим результатам это не приведет. Так что проще сделать шаг назад, и помимо собственного дела еще и просто жить.
Я задумчиво кивнул.
Алестэр откинулся на спинку стула и посмотрел на меня с лёгкой улыбкой:
— А для чего ты хочешь подниматься по иерархии Ордена? Не думаю, что ради одной только Конкордии.
Я провёл пальцем по ободку кружки и, не поднимая взгляда, ответил:
— Хотел бы на что-то влиять. Сдаётся мне, что стоя выше и видя дальше, можно изменить мир к лучшему. Или хотя бы его маленький кусочек.
Алестэр хмыкнул, наклонив голову набок:
— Большие планы. А как, по-твоему, я меняю мир к лучшему?
Я поднял глаза, задумался на миг и сдался:
— Понятия не имею, если честно. Ощущения, что я его меняю, точно нет.
Алестэр рассмеялся коротко, тепло:
— А почему тогда не пошёл в управление королевством? Понятно, что не аристократу это сложно, но что-то можно было бы сделать.
Я пожал плечами и уставился в кружку:
— Пытался. Для того и учился. Но сколько порогов ни обивал — всё без толку. Вот и ушёл в архив, думал, может, получится перебраться, набравшись опыта. Но стало только сложнее. Пробовал и в столице, и здесь — везде одно и то же.
Алестэр усмехнулся, постукивая пальцем по столу:
— Наверное, метил сразу на что-то приличное? Хорошую работу чужаку не дадут, пока он не докажет, что достоин.
Я резко поднял голову:
— Ну и как доказать, если даже в помощники не берут?
Алестэр остался спокоен:
— Сначала надо не на должности метить. Надо быть на побегушках, завоёвывать доверие, показывать, что умеешь держать язык за зубами и учитывать чужие интересы. Тогда, может быть, и получится.
Я усмехнулся безрадостно:
— Да понял я уже. Был у меня знакомый, что так устроился. Но я тогда уже работал в архиве. После того, как сам зарабатываешь на жизнь, бегать за "спасибо", не имея куска хлеба, уже не хочется. Да и вообще, не моё это — бегать за кем-то, вымаливать шансы.
Алестэр пожал плечами:
— А ты думаешь, с должностью будет иначе? Всегда найдётся кто-то выше, кто будет решать за тебя. И каждый из них — чей-то человек: то торговцев, то ремесленников, то аристократов. И редко знаешь, кто за кем стоит.
Он сделал паузу, разминая пальцы, словно обдумывая, стоит ли продолжать.
— Вот скажем, захочешь ты школу построить в бедном районе, или лечебницу. Кто за это заплатит?
Я задумался, но всё-таки сказал:
— Так налоги платят городу. С них, наверное, и можно что-то сделать?
Алестэр тихо усмехнулся, покачивая головой:
— Даже если налогов хватает, подумай: власть скорее захочет вложиться в богатые кварталы. Те, кто платит больше, хотят видеть, куда идут их деньги.
Я нахмурился:
— Но у власти же ответственность перед всеми, а не только перед богатыми.
Он кивнул:
— Ответственность есть. Но и перед теми, кто помог им занять кресла, тоже. И их требования звучат громче.
Я опустил взгляд и пробормотал:
— Значит, для простых людей ничего не изменится?
Алестэр вздохнул:
— Что-то делают. Но если хочешь добиться, скажем, строительства школы, придётся обосновать выгоду для всех. Торговцам — что получат лучших работников, ремесленникам — что появятся способные подмастерья, стражам — что преступлений станет меньше. И даже тогда найдётся кто-то, кому это будет невыгодно.
Я молча слушал, чувствуя, как перед глазами постепенно вырисовывается сеть интересов — невидимая, но цепкая.
Наконец я поднял голову и спросил:
— И в Ордене так же?
Алестэр усмехнулся:
— Думаешь, Орден стоит особняком? Что у нас всё только ради принципов?
Я немного растерялся, но кивнул.
Алестэр вздохнул:
— Всё так же. Интересы, влияние, поддержка. Только вместо золота и должностей у нас чаще — знания, артефакты, магические привилегии. И да, если хочешь что-то изменить — сначала убедись, что кому-то это выгодно.
Я помолчал, обдумывая его слова.
Алестэр добавил:
— Искренняя вера в добро — хорошее начало. Но без умения видеть реальность она превращается в самообман.
Я кивнул, больше для себя, чем для него.
Алестэр поднялся, неторопливо поставил чашку в раковину и направился к двери.
— Не торопись делать выводы, — бросил он через плечо.
Дверь мягко закрылась. Комната будто опустела, но внутри меня что-то, наоборот, стало тяжелее.
Изменить мир?
Может быть.
Измениться самому?
Пожалуй, неизбежно.
Глава 45. Компромисс
День только начинался, когда мы вышли из офиса, но в воздухе уже висела привычная после последнего задания тяжесть — едва уловимая, но от неё трудно было избавиться.
Маркус коротко распределил задачи: часть команды отправилась перепроверить списки артефактов в центральных хранилищах, а мы занялись инспекцией торгового района у южной границы элитного квартала.
Формально — обычная зачистка. Несколько инцидентов: нестабильные артефакты, пара случаев травм. Ничего серьёзного. На первый взгляд.
Мы двигались через мощёные улицы, где камень был вытерт до блеска тысячами ног. Торговые дома сменялись лавками: одежда, книги, зеркала. Всё выглядело чинно и респектабельно. Только слишком ровные взгляды стражников на перекрёстках напоминали, что не всё так спокойно.
Маркус задержался у одного из них. Несколько тихих фраз, короткий обмен взглядами — и я понял: нас здесь ждали.
Маркус, вернувшись к нам, медленно оглядел улицу и негромко сказал:
— Перед инцидентом покупатель заходил в "Три Листа". Действуем аккуратно. Мы здесь для обычной проверки.
"Три Листа" оказался лавкой с широкой вывеской из потускневшего дерева. Внутри пахло полированным деревом и старым пергаментом. На первый взгляд — обычная лавка: книги, изящные зеркала, редкие украшения.
Грубоватый хозяин, вытирая руки о фартук, бросил нам настороженный взгляд:
— Вы таким составом книги выбираете, или напасть какая?
Маркус показал приказ и спокойно ответил:
— Плановая проверка. Но если есть что интересное, может и прикуплю заодно.
Хозяин улыбнулся и сказал:
— Ну если клиентов не распугаете, может чего и подыщем.
Хозяйка лавки — женщина с холодным, внимательным взглядом — быстро вышла из-за прилавка, стараясь вежливо улыбнуться.
— Доброе утро, доброе утро, — произнесла она с подчеркнутой вежливостью, переводя взгляд с одного на другого. — Наши товары лучшего качества. Сами знаете. Здесь ширпотребом не торгуют.
Я скользнул взглядом по полкам. Всё выглядело чересчур вычищенным. Аккуратность, доведённая до нарочитости.
Подмастерье — юный парень — ёрзал за стойкой, то поправляя книги, то переставляя зеркала, будто не знал, куда деть руки.
Я успел заметить, как он нервно потянулся к дальней полке — и зацепил одну из прозрачных сфер.
Сфера стукнулась о край стола, и в тот же миг вокруг нас опустилась густая, почти осязаемая тень.
Я шагнул вперёд, но Винсент действовал быстрее: короткий жест, и напряжение потоков рассеялось. Свет вернулся. Подмастерье стоял белый как полотно, сжимая руки в кулаки.
Хозяин взревел:
— Я ж тебе говорил — не трогай без надобности! Не можешь посидеть спокойно? За что тебе вообще зарплату платим!?
Подмастерье опустил взгляд и тихо нервно выговорил:
— Не платите... вы мне еще не платите. Я уже третий месяц бесплатно стажируюсь
— Да потому что платить тебе не за что! Проблемы одни и никакой пользы! Убирайся отсюда! — проревел хозяин лавки.
Подмастерье выбежал прочь, на лице его было что-то между гневом и готовностью расплакаться. Еще бы, три месяца без зарплаты работать, да и с таким отношением. Кто угодно расстроился бы. Но проблем он им действительно принёс. Сфера вряд ли прошла проверку Ордена.
Хозяйка, напротив, сгладила ситуацию:
— Сферы старые. Иногда они так реагируют. Мы как раз собирались их списать.
Маркус посмотрел на неё спокойно, но в его взгляде читалась настороженность:
— А сколько у вас "старых" сфер, раз они до сих пор на прилавке?
— Ну... старые следовало продать первыми. Но они со скидкой были и покупателей мы предупреждали. Их всего-то пол ящика. Подмастерье видимо забыл с витрины убрать, а остальные уже подвале, для списания подготовили, — быстро ответила женщина, жестом приглашая следовать за ней. — Можете убедиться сами.
Подвал был сырой, с низкими потолками. Мы спустились туда вместе с Райаном и Винсентом. На дальней полке стоял ящик, прикрытый тканью. Когда я подошел, хозяйка нервно крикнула:
— Это не те! То есть, это новая партия, еще не проверенная!
Я откинул ткань — внутри лежали аккуратно разложенные сферы. Лёгкое, дрожащее свечение струилось внутри них.
Некоторые сферы были отмечены клеймом — знак одной из гильдий артефакторов, плотно связанной с аристократией.
Я уже собирался закрыть ящик, когда мой взгляд зацепился за другой, стоящий в тени. Без маркировки.
Открыв его, я почувствовал, как потоки вокруг слегка дрогнули. Сферы внутри светились неравномерно, их свечение словно сжималось и разжималось в беспорядочном ритме.
Маркус подошёл ближе, задержал взгляд на найденных сферах. Его лицо оставалось спокойным, но в голосе звучала мягкость:
— Этого достаточно, Кейлан.
Я медлил, заметив схожие потоки еще в двух стоящих рядом ящиках, чувствовал как внутри всё протестует. Но его взгляд был спокоен, тяжёл и непреклонен.
— Всё, что нужно, мы нашли, —— сказал он тихо. — Не всё, что есть. Но всё, что нужно. Он чуть улыбнулся краем губ, кивнул на замеченные мной ящики и едва заметно покачал головой: «Нет».
Я вспомнил схожую ситуацию на одном из прошлых заданий и то, как моё открытие не попало в отчёты. И закрыл крышку ящика, ощущая, как внутри меня растёт неприятная тяжесть. Похоже, здесь было больше контрафакта, чем нам велено было замечать.
Мне хотелось верить, что компромиссы оправданы. Хотелось. Но где-то внутри всё ещё зудело чувство, что я предаю что-то важное — даже если никто, кроме меня, этого не увидит.
Просто "списанные" товары, а не подпольное изготовление. Наверное так и учитывают чужие интересы. Видно Алестэр был прав. Орден мало чем отличается, им также следует учитывать интересы прочих групп. Но кто здесь задействован? Ремесленники? Они могли бы сделать и получше. Может торговцы?
Я покосился на ящики, потом устало кивнул, глядя Маркусу в глаза, и произнёс:
— Это все, что есть.
На мгновение мне хотелось наплевать на осторожность. Вынести все ящики наверх, показать всем, как выглядит правдивая картина. Но я лишь коротко кивнул. Упрямство могло разрушить больше, чем молчание.
Маркус, проходя мимо меня, коротко коснулся плеча — почти незаметно, по-товарищески.
Лёгкое прикосновение — и внутри что-то сжалось. Понимание, что меня не осуждают. Что я не один в этой тяжёлой игре.
Обратный путь мы почти не разговаривали. Каждый нёс свою тяжесть молча.
Поздний вечер. Офис погружался в мягкие сумерки. Магические светильники мерцали под потолком, словно боялись нарушить тишину.
Я нашёл Райана в одной из дальних комнат. Он сидел за столом, склонившись над бумагами.
— Можно на пару слов? — спросил я.
Он поднял голову, устало улыбнулся и жестом пригласил садиться.
Я замялся, подбирая слова.
— По поводу сегодняшнего... И такого же случая, в прошлый раз. Почему вы с Эдгаром тогда не остановили меня? Не объяснили прямо, а лишь намекнули? Я же ничего не понял в тот раз.
Райан на мгновение задумался, словно взвешивая ответ, а затем сказал:
— Иногда лучше позволить ошибиться. Чтобы понять самому. Если бы ты был готов услышать — понял бы намёк. Если нет — никакие слова бы не убедили.
Я опустил взгляд, сжимая пальцы в кулак.
— А сейчас, что будет с оставшимися ящиками?
— Сдадут сами, уже по тихой, — мягко сказал Райан. — Если бы сдали сразу, то возникли бы вопросы. А так, мы устроили небольшое шоу, никто больше не пострадает, ни от контрафакта, ни от потери репутации. А у Ордена будет должник, что будет вынужден помочь, когда нам потребуется.
Некоторое время мы молчали.
Я тихо спросил:
— Ну а как же закон? Простому работяге подобного не спустили бы.
Райан усмехнулся — коротко, почти безрадостно.
— Простой работяга не сможет вывести нас поставщика. Не избавится ото всех нестабильных партий, не глядя на затраты. Не поможет оказать давление на другие гильдии, когда Орден попросит.
Я давно уже не верил в справедливость мира, но поступать самому несправедливо — подобного я никогда не хотел. Как Райан с этим справляется? Я решил спросить:
— Я понимаю необходимость, но всё же... как с этим жить?
— Учишься жить не ради идеи. Ради людей. Которым еще можешь помочь.
Он сделал паузу, медленно перелистывая бумаги, будто выбирая слова.
— Компромиссы не хуже всего. Хуже — когда уже некому помогать. Потеряв тех, кого должен был защитить.
Его пальцы сжали край бумаги так, что она чуть не порвалась. Но он быстро отпустил её, будто спохватившись.
Он не смотрел на меня — только на строки перед собой, словно в них можно было найти что-то, чего уже нет.
Тишина между нами была плотной, но не враждебной.
Я поднялся, поблагодарил и вышел в коридор.
На улице вечерний ветер гнал по булыжникам пыль. Город казался прежним. Лишь в моём восприятии появилось что-то новое — тяжесть понимания.
Порой мир не рушится громко. Он трескается по швам, когда ты учишься видеть его насквозь.
За каждой ровной улицей, за каждым официальным отчётом скрывались интересы, страхи, молчаливые сделки.
И научиться жить здесь — значило научиться видеть их.
Даже тогда, когда не хочется.
Глава 46. Чуждый язык
Утро было тёплым, но влажным. Асфальт блестел после ночного дождя, а в воздухе ещё держался терпкий запах мокрой каменной пыли. Кейлан шагал неспешно, стараясь не наступать в лужи. Он держал портфель в левой руке, магический замок давно стал привычным. Работа — прикрытие — требовала атрибутики.
Уличные разговоры сливались в ровный гул: кто-то обсуждал провалившийся договор о поставках, кто-то спорил из-за цен на вино. Пахло свежими булочками, и в один момент Кейлан почти свернул за угол — по наитию, чтобы взять одну, как делал прежде. Но сегодня он свернул в другую сторону — рабочие задачи перевешивали привычки.
Лавка Гарольда Стерна, частная библиотека для «тех, кто знает, что искать», находилась в переулке между двумя каменными домами, в которых никогда не горели огни на верхних этажах. Над входом висела выцветшая табличка «Кодекс», на которой буквы от времени стали похожи на трещины. Дверь была приоткрыта, и тень скользнула вглубь — словно пригласила.
Кейлан толкнул её осторожно.
Внутри пахло сухой бумагой и древесной пылью. Шаги отдавались мягко. Воздух был неподвижен — будто сам следил, чтобы посетители не шумели. Стерн поднял глаза от бумаг за прилавком. Невысокий, сухощавый, с редеющими волосами и резкими складками у глаз. Говорил редко. Доверял тишине.
— У вас открытый доступ? — спросил Кейлан, подходя к прилавку.
— Эта шутка устарела ещё до того, как вы впервые получили свой билет, мистэр Ардмонт. — Стерн не поднял взгляда. — Ваш пропуск и взнос?
Кейлан передал читательский билет и оплату за месяц, после чего вытащил записную книжку, в которой была вся информация по его текущему делу.
— У вас есть Хранилища Южного округа. Шестидесятые годы. Если она и сохранилась, то только у вас.
Стерн взял читательский билет и оплату, аккуратно внес информацию в записную книжку. И исчез в проходе между стеллажами. А Кейлан, оставаясь у стойки, бросил взгляд на стопку свёрнутых документов сбоку. Один из них — тонкий, в плотной обёртке — казался чуждым общему порядку: без маркировки, без описи. Кейлан машинально склонился ближе, не трогая. Почерк на обёртке был странным. Хотя… был ли это вообще почерк? Скорее — язык, которому не учили.
Стерн вернулся с томом, плотно обмотанным нитяной лентой.
— Пыльный. Но не мёртвый. — Он поставил том на стойку. — Только не пытайтесь унести. Ознакомление здесь.
Текст был ровным, структурированным — в нём чувствовалась привычная архивная чёткость. Успокаивало. Это было то, что он ожидал. И, пожалуй, то, чем он совершенно не хотел заниматься сегодня. Обратившись к Стерну он взял его для домашнего чтения. Благо при поручительстве Алестэра, с него не берут залог.
Стерн вернулся с книгой и поставил её на стойку. Кейлан не смотрел — всё внимание было на свитке.
— Это можно просматривать? — уточнил он, указывая на свёрток.
Стерн бросил взгляд и пожал плечами.
— Можете взглянуть, если интересно.
Кейлан поднял свиток осторожно — будто он мог исчезнуть от неверного прикосновения. Тот оказался легче, чем ожидалось.
— Когда-то сдали на оценку. Ни каталога, ни имени автора. Не подошёл ни под одну классификацию. Но вы, кажется, из тех, кто всё равно попытается прочитать.
Кейлан аккуратно развернул свиток, изнутри выпала тонкая бумажка — корешковая карточка, по всей видимости. Он наклонился, поднял её с пола. Вместо перечня дат и имён — лишь одно имя в графе «Владелец»: Рейнар Хоук.
Стерн скосил взгляд на карточку. Не прокомментировал, но пальцы сжали край прилавка чуть сильнее.
Кейлан перевёл взгляд обратно на свиток. Только теперь он понял, насколько необычны были строки, рисунок письма был странным. Строки уходили вниз, как будто текли. Внутри — словно шевелилось. Не магия в привычном понимании, но напряжение, как от замершей волны — ждущей касания.
— Никто не изучал его после сдачи? — спросил Кейлан.
Стерн пожал плечами:
— Никто до вас даже не спрашивал. У нас всё отмечено. Думали выставить его на аукцион для коллекционеров, но владелец передумал — решил заработать на копировании. Право, мы еще не решили, как его оформить для удобного поиска. Вы заинтересованы в копировании?
Кейлан молча кивнул и аккуратно разложил свиток для переписывания. Он знал правила: вынести текст было нельзя. Но скопировать — мог. Кейлан достал свой артефакт-дневник — созданный по старым лекциям Алестэра и подсказкам Райана, — и начал осторожно переносить фрагменты. Чем дольше он вглядывался в строки, тем сильнее ощущал, что текст не пассивен. Символы будто следили за тем, как он их повторяет.
Казалось, что в этих знаках было больше, чем просто форма — будто они хотели быть записанными, но не терпели ошибок. При каждом движении руки он ощущал лёгкое напряжение, словно кто-то вглядывался в его почерк, оценивая точность.
...
Вернувшись домой, он не стал зажигать свет. Рабочая лампа едва тлела. Он включил защиту на вход и положил свиток на стол. Потянулся к своей записной книге. Артефакт. Он изготовил её после уроков с Райаном и Алестэром — простая на вид, но умевшая сохранять порядок в хаосе знаний.
Кейлан не пытался расшифровывать. Он читал — и слушал, как откликается магия. Поначалу — ничего. Потом — едва уловимый сдвиг. Текст не открывал смысла. Но он позволял... следовать. Как если бы кто-то протягивал руку в темноте, не ведя, а лишь давая почувствовать путь.
Он не знал, что означает каждая строка, и это почему-то не пугало. Но в какой-то момент понял: его собственная магия на них откликается. Особенно — пространство. Потоки текли иначе, если читать с определённой интонацией. Он не создавал эффект — он наблюдал изменение.
В другой книге, из официального архива, он когда-то читал об этом тексте. Там говорилось: «Бессмысленный набор слов. Вероятно, личные записи. Удалено из списка рекомендованных». Кейлан хмыкнул. И отметил в своём дневнике:
"Текст не даёт формулы. Но направляет восприятие. Не инструкция — а состояние. Магия здесь не объясняется — она ощущается."
Он впервые чувствовал, что не повторяет чью-то инструкцию — а действительно исследует. Не просто следует, а открывает.
Никаких выводов. Никаких решений. Только одно ощущение:
«Это не конец. Это — начало нового языка. Я не знаю слов, но уже понимаю тон.»
Пальцы уже коснулись строк. Он уже ловил интонацию, шептал про себя — не язык, а звук и тень смысла. И только ощущение чужого намерения остановило его. Он отдёрнул руку и вздохнул.
Кейлан отложил свиток в сторону. Он не спешил. Что-то в тексте ощущалось… не просто необычным — неправильным. Поначалу это вызывало любопытство, но теперь — осторожность. Он использовал сигнал которым он сообщал Алестэру, что ему не помешает помощь, когда не хотел пользоваться официальными каналами.
Пока он ждал, мысленно возвращался к имени, написанному на карточке: Рейнар Хоук. Кто он? Почему передал этот свиток библиотеке? Был ли уверен в его безопасности?
Алестэр появился спустя пару дней, как и всегда — без предупреждения.
— Вроде бы только виделись, — заметил он, отряхнув пальто и окинув взглядом комнату, переступая через порог, — Уже готов опробовать новый способ связи?
— Думаю можно попробовать. Но я из-за другого вопроса — заметил Кейлан указав на копию свитка, — Нашел кое-что странное. Не стал изучать дальше в одиночку. Магия ощущается слишком явно при попытке прочесть, а язык — не похож ни на один из тех, что я знаю.
Алестэр подозрительно посмотрел на Кейлана и спросил:
— И много ли ты знаешь помимо Вельморского? — Взглянул на записи. После чего провёл рукой над строками, не прикасаясь.
Кейлан усмехнувшись заметил:
— Я довольно неплох в Мирренском, — а после не столь уверенно добавил, — Или был когда-то, изучал пока жил в столице.
— Не плохо, многие инструкции к их артефактам теряют суть при переводе, наверняка пригодится в будущем. И правильно сделал, что остановился. Такие тексты не всегда безобидны. Иногда — достаточно просто читать, чтобы случайно запустить ритуал.
— Была история... — тихо сказал Алестэр. — Один ученик в Академии просто читал вслух, вслушиваясь в ритм. Призрачный контур вызвал перегрузку — комната сложилась внутрь себя. Его так и не нашли. Только запах и трещина на полу.
Кейлан замер, вспоминая, как едва не произнёс вслух последнюю строку.
— Серьёзно? — удивился Кейлан. — Я думал, без схем, артефактов и подготовки — ничего не сработает.
— Для серьёзных вещей — да. Но есть и те, что реагируют на волю. Чтение — уже акт сосредоточения. Магия откликается на внимание. Особенно если текст написан на проклятом языке.
— Значит, чем сильнее мы вглядываемся — тем ближе подбираемся... — пробормотал Кейлан, сам не замечая, что произнёс это вслух.
— Проклятый язык? Я почувствовал магию, когда впервые увидел строки. Он так называется потому, что при чтении активирует заклинания? — Он говорил медленно, будто ещё раз обдумывая собственные ощущения.
— В точку. Ты чувствителен к потокам, а этот язык создавался, чтобы потокам было с чем срастись. И да, он может быть опасным. Но сам по себе язык — не зло. Просто… инструмент. Как огонь, например.
— И как всякий инструмент — зависит от рук, что его держат, — пробормотал Кейлан. Но где граница между исследованием и вмешательством? Ответа он не знал.
— Ранее многие заклинания записывались на нём — это существенно упрощало передачу знаний. Потому маги прошло и считались более могущественными. Просто учились быстрее и эффективнее. Но катастроф тоже хватало. Некоторые исследователи считают, что это и привело к падению старой империи. Пусть верить этому и глупо, так как от империи только сказки остались. Но подобная теории звучит любопытно, а главное — ясно демонстрирует опасность проклятого языка.
Кейлан кивнул, но взгляд его оставался настороженно сосредоточенным.
— Ты всерьёз веришь, что язык мог повлиять на целую империю? — Кейлан поднял брови, пытаясь уловить, это риторика или убеждённость.
Алестэр усмехнулся краем губ — будто заранее знал, что эта история всё расставит на места. Но взгляд оставался серьёзным, он давно дал себе ответ и ждал, когда Кейлан дойдёт до того же.
— Громогласный как-то рассказывал историю. В столице старой империи открылся небольшой магазин. Вывеска — как вывеска, ничего особенного. Но буквы на ней были не обычными, а составленными из символов проклятого языка.
— И что же произошло? — прищурился Кейлан.
— Вначале магазин стал странно популярен у волшебников.
— Волшебников? — Кейлан слегка скривился, не привыкший к старым названиям.
— Что? А, да... Раньше магов называли волшебниками, а магию — волшебством. Сейчас её называют магией — из-за структуры. Это более научный подход, если можно так выразиться. Понимаешь, что и как нужно сделать, повторяешь шаги, получаешь тот же самый результат. А раньше её использовали интуитивно: действовали, как примерно хотели, и подстраивались по ходу дела, ну и называли волшебством. На границе появления современной магии, ввели новые определения, чтобы избежать путаницы.
Алестэр на секунду задумался, поглядев в сторону — будто вспоминал, где оборвал мысль.
— Так на чем я?
— Магазин стал популярен у волшебников.
— Точно. И быстро. Причём у обычных людей он интереса не вызывал. Всё то же, что в лавке напротив, но в десять раз дороже.
— Они были связаны с проклятым языком?
— Ничуть. Самые обычные товары. — Алестэр развёл руками, будто это и правда не имеет значения.
— Какие?
— Да какая разница? — Алестэр махнул рукой. — Я уже и не помню, кажется мелочи для дома или что-то такое. Незначительное, недорогое и не особо нужное.
После паузы Алестэр продолжил:
— Через несколько дней туда пришёл управляющий столицы. Жалоб, вроде, не было — просто слухи.
— Они использовали проклятый язык, чтобы привлечь магов к покупке товаров?
— В точку. И управляющий также попался. Зашёл, посмотрел, послушал — и сам скупил полмагазина. Секретарь его отговаривал, но безуспешно. Уже после визита понял, что на него что-то повлияло. Послал стражу разобраться. Дело деликатное — просил действовать быстро и тихо. Но управляющий, будучи осторожным, велел отправиться тем, кто магией не владеет. Вот только стражи, не владеющие магией, не были в почете, а раз дело деликатное, нужно бы взять с собой пару магов, чтобы точно справиться. Вот они и попросили свободных, поспособнее, стражей помочь им.
Кейлан невольно усмехнулся, уже догадываясь, к чему всё идёт.
— И те также скупили все, что смогли?
Алестэр добавил:
— Именно. В итоге задание провалено, а управляющему об этом сообщать никто не хотел. И что же они сделали?
— Попробовали снова в изначальном составе? — Кейлан приподнял бровь и чуть наклонился вперёд. — Вроде: «Мы всё сделали по инструкции».
Алестэр возразил:
— Тогда бы истории не получилось. Да и докладывать управляющему о том, что все сделал как нужно, но ничего не вышло, особо никто не хочет. И глава стражи был из числа таких. Чтоб выправить ситуацию, решил сам повести лучших бойцов в лавку. Само собой, магов.
— И также попались?
— Нет, совсем не так.
— Он раскусил трюк и смог ему противостоять? — Кейлан приподнял бровь с лёгкой усмешкой.
— Ну... считать проклятый язык трюком вовсе не стоит, — покачал головой Алестэр. — Он не просто попался — потратил всё, что у него было, и заставил стражей, продать всё, что на них было, чтобы скупить побольше.
Кейлан не удержался от смеха — и тут же заметил, как уголки губ Алестэра приподнялись в той самой, узнаваемой, ироничной улыбке:
— И в итоге они покидали лавку голыми. Но с огромным запасом всякой ненужной ерунды. Весь город об этом заговорил.
— И что было дальше? — Кейлан выпрямился, уже предвкушая, к чему всё ведёт.
— Разумеется, новость разлетелась по всей столице, — Алестэр чуть улыбнулся. — Дошла и до императора. Ну и тот недолго думая решил...
Он замолчал, многозначительно глядя на Кейлана.
— Что, он сам туда пошёл? — Кейлан прищурился. — Дескать: «Меня так просто не обмануть»?
Алестэр сдвинул брови — не в раздражении, скорее в притворном возмущении:
— Серьёзно считаешь, что император был настолько туп?
Кейлан усмехнулся:
— Иначе не было бы истории. Империя ведь развалилась — значит, всё-таки был.
Он вздохнул и махнул рукой, будто смиряясь с реальностью:
— Ну, по сути — да.
Кейлан рассмеялся.
— Хотя империи не падают из-за одного глупца. Обычно. Там наверняка были и другие причины. Но не об этом история.
Алестэр откинулся в кресле, скрестил руки и продолжил:
— Император собрал всю свою свиту. Хотел показать, как он заботится о народе, как решает то, что никому не по плечу. Явился в лавку со всей процессией. Хотел блеснуть.
— Блестнул? — Кейлан скривил губы в притворном уважении.
— Безусловно. Своими нагими ягодицами, пока выбегал из лавки, с охапкой бессмысленного хлама!
Смех у обоих вышел громче, чем ожидалось — и затих так же резко, как вспыхнул. Алестэр первым вернул голосу спокойствие.
— В итоге советник императора предложил: отправим туда только тех, кто не владеет магией. Отобрали лучших стражей и чиновников. К самому открытию лавки они уже стояли у дверей. Заодно — велели всё необычное скопировать и аккуратно упаковать. Вдруг пригодится.
— Подожди... — Кейлан прищурился. — И вот тут история лавочника заканчивается?
— История закончилась ещё раньше. Той же ночью. Помнишь, я говорил, что товары в лавке были те же, что в соседней, только в десять раз дороже?
Кейлан кивнул.
— Так вот. Соседний лавочник, охваченный завистью, поджёг ту лавку. Пожар уничтожил всё. Даже вывеску. Задел и соседние дома. Когда отправленные утром стражи пришли — нашли лишь пепел. А поджигателя допросили. Он признался, что весь товар тот скупал у него. Никакой магии. Просто вывеска и хитрость. Он разбогател на товарах того, кто его же и уничтожил.
Кейлан едва слышно присвистнул, качнув головой:
— Закупался на месте. Эффективно. А лавочник? Он погиб в пожаре?
Алестэр фыркнул, но в глазах промелькнула насмешка — будто он ждал именно этого вопроса.
— Лавочник сейчас в Совете Равновесия Конкордии.
Кейлан приподнял бровь, бросив на него быстрый, почти удивлённый взгляд. Алестэр прищурился, будто смакуя эффект, и наклонился чуть ближе:
— А лавочник — это был Громогласный. У него свои причуды. Иногда так развлекается. Меняет облик, устраивает представления, чтобы посмотреть, как люди ведут себя при столкновении с неизвестным.
Кейлан моргнул — и только потом рассмеялся. Будто всё ещё не веря в услышанное. Он всё ещё улыбался, качая головой.
— И после этого он подался в Совет Равновесия... Вот уж действительно — с чувством юмора.
Алестэр склонил голову, как будто ждал реакции, и, увидев полусмех, лишь кивнул с довольной миной.
Но за смехом ощущалось что-то иное. Кейлан поймал себя на мысли, что под оболочкой шутки скрывалась странная тревога — как если бы история имела продолжение, только никому не хотелось его рассказывать.
Он взглянул на копию. Улыбка постепенно угасла.
— Но если всё это правда... как такой текст вообще оказался в библиотеке?
Алестэр помолчал, наблюдая за реакцией Кейлана.
— Забавно, да. Но с проклятым языком лучше не шутить. — Он слегка кивнул на запись перед собой, — и говорил уже в ином тоне, без привычной иронии. Теперь говорил наставник, а не рассказчик:
— Обычно свитки изучают, прежде чем открывать к ним доступ. Только занимаются этим те, кто к магии не предрасположен. И если решат, что свиток безопасен, дают на ознакомление магам. — заметил Алестэр, — «Кодекс» также сотрудничает с исследователями. У них есть свои знатоки проклятого языка. Они проверяют свитки, и если понимают, то уже допускают до аукционов. Этот, содержит элементарные конструкции по магии пространства.
— Пространства? — голос Кейлана чуть оживился, словно внутри включился интерес исследователя. — А что именно?
— Здесь описана... — Алестэр посмотрел на него с лёгким одобрением. — ...простейшая схема пространственного расширения.
Алестэр провёл пальцем над строкой.
— Снаружи ты видишь, скажем, шкатулку, а внутри неё — пустота объёмом с кладовую. Конечно, не бесконечную. Всё зависит от способностей мага и материалов шкатулки. В быту подобное используют для хранилищ, тайников. Но вот для переноса тяжёлых предметов одного этого не хватит. Заклинание не изменяет веса.
— Звучит... полезно, — признал Кейлан.
— Да. И ты можешь изучить его. Твоих способностей пока не хватит воспользоваться подобным без свитка, так что это может быть неплохим подспорьем для следующего шага в изучении магии пространства.
Кейлан чуть склонил голову, нахмурившись:
— А если наткнусь на другой, не такой безопасный свиток? Мне что, в Орден запрашивать расшифровку?
— Если по делу — да. Но учти: содержание ты, скорее всего, не узнаешь. А вот если что-то для себя, можешь обратиться в «Кодекс». Там работают хорошие специалисты. Я сам время от времени обращаюсь к их специалисту, Рейнару Хоуку. Он, конечно, немало запрашивает. Но результат своих денег стоит.
— Хоук? — переспросил Кейлан. — Он ведь и числится владельцем этого свитка. Передал его для копирования.
На этот раз Алестэр не ответил сразу. Он будто взвешивал, стоит ли говорить дальше. Но в голосе его всё же проскользнуло одобрение — лёгкое, почти незаметное.
— Старый лис. Хочет и монету получить, и свитки при себе оставить. Пожалуй узнаю, что ещё он передал. Вдруг найдётся что-то стоящее.
— Стоящее для кого? — он склонил голову, прищурившись. — Для меня или для тебя?
— Пока только для меня, — Алестэр бросил на него короткий взгляд, словно напоминая: учёба ещё впереди. — Ты же ещё не знаешь языка. А без него — сложно будет изучить то, что окажется перед тобой. Проклятые тексты не любят невежества.
Кейлан потер затылок, задумчиво глядя в пустоту.
— И как же мне его выучить? Может где-то есть алфавит или словарь?
— Наверняка есть. Но если попытаешься прочитать — можешь ненароком кого-нибудь взорвать. Это материалы для исследователей. Магам они не предназначены. Хотя... кажется в Ордене разрабатывали ограниченную версию — предназначенную для магов. Я посмотрю, может из этого что и вышло.
Алестэр на секунду задумался, глядя на копию — словно взвешивая, с чего Кейлану будет проще начать.
— Пока изучай безопасные свитки и постепенно начнешь понимать язык. А я выберу для тебя парочку копий из своей коллекции, на разные темы, как только закончишь с этим.
Кейлан кивнул. Теперь он знал, к чему готовиться. И с кем советоваться. Он не знал, какие тайны скрывали символы Рейнара Хоука. Но чувствовал: однажды они приведут туда, где уже не будет ни подсказок, ни инструкций.
Он надеялся, что Алестэр прав — и что хотя бы начало этого пути будет безопасным. Но всё в этих строках намекало: безопасность — это просто иллюзия, за которой начинается настоящее.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
