Обложка Незапланированная покупка

Незапланированная покупка

Евгения Кец & Екатерина Баженова

0% прочитано
Стандартный
Евгения Кец & Екатерина Баженова

Незапланированная покупка

Глава 1 — «Вся ночь впереди»

Дорогие друзья! Прежде чем вы начнёте чтение, знакомьтесь с предупреждениями ниже. Это требование законодательства РФ. Хочу внести ясность: наличие этих предупреждений не означает, что в книге в обязательном порядке есть подобные сцены. Все мои истории соответствуют возрастным цензам и законодательству. Мне очень важно ваше мнение и безопасность. Если вам покажется, что книга всё же нарушает законы РФ, просьба связаться со мной лично. Всех люблю и желаю приятного чтения! Ваша Евгения Кец!

«Он подарил её себе»

Она лежала, привязанная к железной кровати, глядела в грязный потолок и думала, что его губы мягкие. Не такие, как у других. Он неспешно водил ими по её обнажённой коже. Щека, шея, ключицы, грудь.

Он первый, кто целует её грудь. Зачем ему это? На долю секунды по телу пробежала судорога. Кожа покрылась мурашками. Что это? Она возбудилась?

Мышцы спины свело от прикосновений, а внизу стало приятно влажно. Странное ощущение. Девушка повернула голову в сторону и глянула на красную дверь. Закрыта изнутри.

Они так ему доверяют, что позволили закрыться? В душе девушки проскочил холодок. А вдруг он только с виду не такой, как все. Что, если будет намного хуже? Стало совсем не по себе.

Но он будто не замечал этого, продолжая ласкать юное тело, покрытое мелкими синяками. Влажные губы коснулись одного из них:

— Больно было? — прозвучал низкий, слегка хриплый голос.

Она не ответила и даже не взглянула на него. Она хорошо знала, что нельзя смотреть на них, за это сильно бьют. Так что зажмурилась и приготовилась к очередной порции боли. Но он ничего не делал.

Мужчина остановился, совсем.

— Как тебя зовут? — его рука скользнула по её щеке, а потом сжала подбородок. — Назови своё имя, — прозвучал властный голос, наполняя девушку страхом.

Она мотнула головой и крепко зажмурилась. Если они узнают, что она с ним говорила, будет только хуже.

— Открой глаза, — настаивал сильный голос.

Но девушка боялась даже пошевелиться. Мужчина отстранился. Она почувствовала. Наверное, и за это влетит. Если он разозлится, она поплатится. Ведь клиент всегда должен оставаться довольным.

Она ждала, тело пробивала мелкая дрожь — стиснула челюсти, чтобы унять её. А потом вдруг ощутила приятное прикосновение к губам. Что это? Он поцеловал её?

От неожиданности она распахнула свои карие и влетела в его небесного цвета глаза. Они были густо обрамлены чёрными ресницами.

— Так-то лучше, — ухмыльнулся он, а ошарашенная девушка не могла отвести взгляда.

Он был красив. Даже слишком. Что такой делает в этом богом забытом месте? Зачем ему это? Неужели там, снаружи, нет обычной женщины, готовой удовлетворить его? Или его желания столь необычны, что ему понадобилась живая кукла?

— Назови своё имя, — чуть ли не приказал он.

— Мне запрещено с вами разговаривать, — прошептала девушка, озираясь на дверь.

— Они не узнают, — улыбнулся он, показывая белые ровные зубы.

Ей подумалось, что у него добрая улыбка.

— Все так говорят, — отвернулась она.

— Посмотри на меня, — мужчина потянул её за подбородок. — Я похож на всех?

— Нет, — честно сказала.

— Я обещаю, это будет нашим маленьким секретом, — он снова улыбнулся и навис над ней.

Так близко, что ещё миллиметр, и прикоснётся к губам:

— Как тебя зовут, — прозвучало как-то возбуждающе, и она вздрогнула.

— Алёна, — шёпот сорвался с губ, а он тут же закрыл её рот своим.

Её пробила неожиданно сильная дрожь. Он мягко раздвинул её губы и скользнул внутрь напряжённым языком, задевая зубы, нёбо, язык, под ним. Стало приятно, и она слегка расслабилась.

Наверное, он не расскажет им. Иначе, зачем целует?

А что, если — это такая игра? Он строит из себя хорошего. А на самом деле гнилой внутри, как и другие, которые приходят сюда, делают с ней, всё, что хотят, и уходят.

Может, он даже хуже, те хотя бы не строят из себя нежных и добрых. Просто берут её. Не смотрят. Не разговаривают. И уж точно не целуют.

Но телу не прикажешь, она невольно ответила на приятные прикосновения губ.

— Если пообещаешь не выдавать меня, я развяжу тебя, — шепнул он.

Она коротко кивнула и тут же ощутила, как верёвка ослабла. Алёна подтянула руки к себе, ощущая, как заныли локти. А запястья горели и чесались, натёртые грубой бечёвкой.

Он отстранился и сел рядом, разглядывая её руки. А потом махнул на проём, ведущий в туалет:

— Сходи в душ и приведи себя в порядок, — уголки его губ дёрнулись, намечая улыбку, — люблю, когда женщина чистая.

Женщина.… Как прозвучало-то. Какая она женщина? Выглядит Алёна, может, и старше из-за синяков, плохого питания и не самого опрятного вида, но ей ещё далеко до «женщины». Подростком сбежала из дома, попала в плохую компанию, подсела на таблетки, а потом…

А потом она точно не помнит, как оказалась здесь, и сколько прошло времени.

Первое яркое воспоминание — она пришла в себя, а внизу внутри всё болело. Какой-то темноволосый мужик с горбинкой на носу хохотал, вытирая свой член от крови. Затем ушёл. И пришёл другой. Он сказал, теперь она его собственность, и будет делать, что прикажут.

Алёна честно пыталась убежать, за что получала побои. Били кулаками, ногами, один раз даже трубой, но никогда не трогали лицо.

А поняв, что она не прекратит попытки улизнуть, бить и царапать клиентов, не желая выполнять приказы, стали связывать.

В последний раз доходчиво объяснили — если попробует выкинуть что-то ещё, то её вывезут на свалку и закопают заживо под грудой мусора, где ей и место. И девушка почти смирилась со своей участью, жить-то хочется.

Надежда есть. Наверняка мама ищет её.

А может, и нет.

Очередной ублюдок с бутылкой водки важнее благополучия дочери.

Но там было хоть какое-то подобие семьи и дома. Она ходила в школу, у неё была подруга, с которой вместе мечтали вырваться из нищеты и переехать в столицу.

К слову, Алёна и уехала, когда сбежала из дома. Сейчас она даже не понимала, почему так поступила, ведь те проблемы наверняка можно было решить иначе.

Теперь всё казалось пустым и неважным. Что могло быть хуже того, что с ней происходит сейчас? Там был один ублюдок, здесь десятки…

Алёна медленно зашла в соседнюю комнатку. Маленькая. Метра полтора на два. Слева от двери крохотная раковина и грязное исцарапанное зеркало над ней.

В углу убогий унитаз, на который страшно садиться. А рядом с ним шторка, за которой спрятался душ. Он просто торчал из стены, весь грязный и облезлый.

Кафель тоже оставлял желать лучшего: обшарпанный, испачканный, пресловуто-голубого цвета, со сколами почти на каждой плитке.

Девушка включила воду и подставила руку, чтобы не попасть под струю кипятка или ледяной воды. Настроить нужную температуру было сложно. Но, немного покрутив поломанные пластиковые ручки, она вошла под тёплый и приятный поток. Тело заныло от недавних побоев, а натёртые запястья обжигало даже лёгкое прикосновение.

Она взяла с полки шампунь и помыла длинные тёмно-русые волосы. Налила гель на старую мочалку и хорошо вымыла тело. Надо отдать должное тюремщикам, они всегда привозили мыломоющие средства и медикаменты, чтобы обрабатывать раны и синяки. А ещё все, кто приходили, всегда надевали презервативы.

Даже странно как-то. Её держали взаперти, привязанную, мужчины творили с ней, что вздумается, но всегда предохранялись…

— У нас, конечно, вся ночь впереди, — раздалось за её спиной, и Алёна, вздрогнув от испуга, поскользнулась на мыльной воде. — Но я хотел бы уже начать.

— Конечно, — она опустила глаза и поспешила быстрее смыть остатки пены.

Вышла из душа, схватила полотенце и вытерла всё тело и волосы. Стало прохладно, и она укуталась в него.

Когда вошла в комнату, с удивлением обнаружила, что на старой железной кровати — чистая простыня, а грязная аккуратно лежит на тумбочке рядом.

Алёна замерла на месте и посмотрела на мужчину. Теперь она могла хорошо разглядеть его.

Ему лет тридцать пять, блондин с голубыми глазами. Широкие плечи, совсем не качок, но и не тощий. Явно занимается спортом. Никакого вау-пресса, но и пузо не торчит, как у тех, кто часто бывает здесь.

Она сказала бы, что у него красивые формы, он определённо крепкий и крупный, даже очень. Приятные черты лица — в меру тонкий нос, глаза большие и пухлые губы, гладко выбрит. Наверное, поэтому прикосновения кажутся такими мягкими.

— Оставь полотенце там, — он махнул рукой в сторону стула, стоящего около входа в туалет.

— Хорошо, — Алёна стянула с себя мокрое полотенце и повесила на спинку.

Сразу стало холодно, и она покрылась мурашками. Медленно подошла к мужчине, стараясь не смотреть на него. Встала напротив и опустила голову.

Он жадно осмотрел её юное тело, останавливаясь на груди, потом его взгляд скользнул вниз. Она стояла перед ним, ничем не прикрытая, и было заметно, что ей неловко.

Алёна не привыкла, что на неё просто смотрят. Обычно всё иначе.

Блондин же никуда не торопился, даже не был раздет. Сидел в джинсах и футболке. На ногах кроссовки. «Точно какой-то мутный», — подумала Алёна и продолжила стоять.

— Не бойся, — его низкий голос прозвучал мягко, даже нежно, — иди сюда, — он положил руки на свои колени.

В груди Алёны всё перевернулось, вот тот момент, когда он покажет своё истинное лицо.

Глава 2 — «А за что здесь платят?»

Она придвинулась к нему вплотную, но чего он хочет, не поняла. Да и откуда ей знать, что делать?

Она здесь около года, может, чуть дольше. Но ещё ни разу ни один мужчина не говорил с ней. Она знает от них только побои, требования раздвинуть ноги шире и смех напоследок.

А этот ведёт себя иначе.

Он ещё раз хлопнул себя по коленям и глянул в её глаза. Но осознав, что девушка не понимает его, коротко хохотнул и взял её за руку. Потянул на себя, заставляя сесть сверху, лицом к нему. Она подчинилась.

Конечно, жить-то хочется.

Мужчина прижал её к себе, обвивая тонкую талию своими руками, и провёл пальцами вдоль позвоночника, следом за ними побежали мурашки. Приятное чувство, когда вместо кулаков к коже прикасаются подушечки пальцев.

— У вас нежные руки, — прошептала Алёна, прикусывая губу и пряча взгляд.

А блондин тихо засмеялся. Не ожидал такого комплимента, но определённо оценил.

— Ты дрожишь, — шепнул он. — Замёрзла?

— Нет, — она уже согрелась, это что-то другое.

— Ты совсем не привыкла к таким прикосновениям? — спросил он, и его пальцы сорвались вниз к её пояснице.

Алёна мотнула головой, всё ещё не поднимая взгляда. Она надеялась, мужчина не скажет им, что они разговаривали. А поговорить ей очень хотелось, ведь здесь толком и не с кем было просто поболтать.

— Как ты здесь оказалась? — его руки спустились к её ягодицам, и мужчина слегка сжал их.

— Я не помню, — вздрогнула она не потому, что испугалась, а потому что ей понравилось.

— На чём сидела?

Он так легко понял это, наверное, он повидал много девушек, похожих на неё.

— Таблетки…

— А сейчас? — он внимательно посмотрел в лицо, которое она прятала.

— Больше не употребляю, — голос сбился, когда его рука скользнула на её правую грудь, и он впился в неё губами.

Девушка снова ощутила, как стало влажно внизу, и немного испугалась.

— Зачем вы делаете это? — тихо спросила Алёна, сжимая кулаки, — здесь платят не за то, чтобы целовать меня.

— А за что здесь платят? — он оторвался от одной груди и переключился на другую.

— За секс… — она ощутила желание выгнуться и издать стон, но сдержалась и прикусила губу, до боли, чтобы утихомирить себя.

Это неправильно — получать удовольствие здесь и сейчас.

— А я что делаю?

— Не знаю. Вы зачем-то целуете меня.

Он снова расхохотался и резко дёрнул её бёдра на себя, плотно прижимая к своей возбуждённо выпирающей плоти.

«Вот теперь больше похоже на обыденность», — подумала Алёна.

Но он ослабил хватку и вернулся к ласкам.

— Расслабься, — мужчина исподлобья глянул в её глаза, которые сверкали как два золотистых топаза, то ли от накативших слёз, то отчего-то другого.

Алёна ничего не ответила. Она несколько раз сделала глубокий вдох через рот и закрыла глаза, в попытке выполнить приказ.

Но внутри всё трепыхалось от неизвестности. Кто знает, что ему придёт в голову. Сейчас он нежен, а через секунду может ударить или что-то ещё. Тем более он сказал, что заплатил за всю ночь.

Сильная ладонь скользнула на её горло. Мужчина провёл большим пальцем снизу вверх, до самого подбородка. Потом обвил шею и резко притянул Алёну к своим губам. Девушка от испуга выставила руки вперёд, уперевшись в его горячую грудь. Но тут же расслабилась, получив нежный поцелуй — вместо удара.

Сама того не желая, она ответила. Её губы распахнулись, впуская его язык, а потом Алёна поймала его и слегка пососала, ощутив, как мышцы внизу сильно сжались, и по телу прокатилась волна приятной дрожи, до ломоты. Мужчина оценил её инициативу, издав негромкий стон.

В голове вспыхнула мысль, что она может влиять на него. Он совсем не торопится просто трахнуть её. Он хочет чего-то большего. Конечно, не любви. О каких чувствах можно говорить, когда ты платишь за секс, ещё и с пленницей. Тут явно какое-то отклонение.

Но она впервые ощутила, что может на что-то повлиять.

А чтобы убедиться в своей правоте, Алёна осторожно положила руки на его шею и притянула мужчину к себе. Он же слегка улыбнулся сквозь поцелуй и сделал то же самое.

Она вложила всю страсть, что смогла в себе откопать, в этот затянувшийся поцелуй. А её пальцы скользнули в его густые светлые волосы.

— Смотрю, тебе самой нравится, — вдруг хохотнул он, проводя рукой по её влажной промежности.

Алёна не ответила. Сложно что-то сказать. Вся ночь впереди, и неизвестно, что он сделает дальше.

Глава 3 — «Только скажи мне…»

А он не сделал ровным счётом ничего. Прошёл час, не меньше. А мужчина просто ласкал, целовал. Руки скользили по её телу, заставляя вздрагивать. Он был возбуждён, она ощущала его сквозь джинсы, но он даже футболку не снял.

Не то чтобы она жаловалась. Одна ночь передышки, да ещё и с приятными ласками от симпатичного мужчины — это рай в её положении. Просто, чем дольше он медлил с основным блюдом, тем больше ей казалось, что красивая прелюдия — это начало для чего-то поистине ужасного.

От этих мыслей становилось совсем неуютно.

Блондин заметил, что она отвлеклась, и остановился. Его руки замерли на её талии, а глаза вцепились в лицо. Он смотрел серьёзно, слегка сощурившись, и больше не улыбался. Алёна вздрогнула и сжалась, убирая руки с его плеч. Она уже была готова к удару, крику или чему-то подобному.

Инстинктивно зажмурилась и напряглась, лишь подсматривая одним глазом на его реакцию.

— Ты что делаешь? — задрав брови, хрипло спросил мужчина.

— Жду, когда вы сделаете то, что хотели… — тихо ответила.

Он расхохотался в голос, откинувшись на кровать и закрыв лицо руками. Его низкий смех заполнил всю комнату, а девушка сидела сверху и не знала, как реагировать. Поэтому предпочла даже не шевелиться.

— Такого со мной ещё не было, — он успокоился и раскинул руки в разные стороны, глядя на потолок. — Ты странная.

Алёна посмотрела на него и подумала, что он того. Кто из них странный ещё? Зачем он вообще пришёл?

— Просто я не понимаю, — честно сказала она.

— Чего ты не понимаешь? — он облокотился на кровати и поднял голову.

— Чего вы хотите. Зачем я вам? — она помедлила и рискнула спросить. — Разве у вас нет нормальной женщины, которая может доставить вам удовольствие? Вы красивый и нежный. Что вы делаете здесь?

— Ого, сколько вопросов, — он глянул на красную дверь. — Я здесь не то чтобы по доброй воле. Это скорее подарок от товарищей по бизнесу. Они решили, что мне нужно выпустить пар, вот и подарили целую ночь с тобой. Правда, мне запрещено было с тобой разговаривать. Какая-то ролевая игра. Но я так не могу. Ты же не кукла.

Алёна не ответила, посмотрев сквозь него. Он даже толком не знает, куда попал. Иронично. А что, если ему сказать? Его тоже закопают в мусоре вместе с ней? Ей подумалось, что именно так всё и будет. Поэтому промолчала и даже выдавила улыбку.

— Всё хорошо? — он глянул на девушку и тоже улыбнулся. — Я, может, неправильно понял. Ты вся в синяках. Любишь грубо, а я здесь со своими нежностями лезу. Просто…

— Нет, — выпалила. — Всё хорошо, мне нравится, правда, — уголки губ дёрнулись, а на глаза навернулись слёзы, которые она быстро спрятала.

— Тогда продолжим?

Она коротко кивнула и наклонилась его поцеловать. Да это подарок судьбы. Можно представить, что она подцепила его на танцах. Они понравились друг другу, а сейчас у них неловкая прелюдия, ведь они не знают, что кому нравится.

Алёна потянула его футболку вверх, чтобы снять, но он остановил её руку:

— Не надо, — коротко сказал, а в глазах промелькнуло недовольство, даже злость.

— Простите, — шепнула и отстранилась.

— Ничего, — мужчина как-то поник.

Но быстро собрался с мыслями и притянул её к себе. Он изголодался по женскому теплу, ласкам и поцелуям. А эта девушка с играми в недотрогу его вполне устраивала, хотя синяки на теле всё же смущали.

Алёна решила больше не брать инициативу на себя. Пусть делает что хочет, вряд ли он может быть хуже, чем те подонки, которые обычно приходят. Кто-кто, а они точно в курсе, куда попали, и кто она такая.

На секунду в её голову закралась мысль, что если она понравится ему, то, может быть, он придёт ещё раз, чтобы разбавить её чёрную жизнь небольшим количеством красок.

Хотя кого она обманывает, если добавить в литр чёрной краски каплю даже самой белой, не изменится ничего.

Но ведь если регулярно добавлять по капле, то рано или поздно чёрный станет серым. Жаль только, что белым он не станет никогда.

Мужчина провёл рукой по её лицу и осмотрел его. Кажется, он о чём-то задумался. А потом опять поцеловал и перевернул Алёну на спину. Лёг рядом и прижал её к себе. Их губы соединились в долгом и глубоком поцелуе. Она снова поймала его язык и немного пососала. Она погрузилась во власть нахлынувшего чувства и издала тихий, еле слышный стон, который потерялся в его.

Руки мужчины скользнули на её бёдра, она немного сжалась. Там был совсем свежий синяк, и стало больно, когда он прикоснулся к нему. Он не стал там задерживаться, ведь видел следы и понял, что она неспроста отстраняется. Тогда блондин переключился на её живот.

Он водил пальцами туда-сюда, заставляя мурашки бегать по коже. Мужчина почти не прикасался. Словно бабочка машет крылышками рядом. Мимолётно глянул на Алёну и опустил руку, совсем низко. Не давил, не пробовал ввести внутрь палец, просто прикасался.

Она ощущала, что вся мокрая, а мышцы внутри сильно сжимаются от его ласк. Он скользил по её собственной смазке, не используя никаких лубрикантов, хотя они стояли на тумбочке, на случай, если клиент захочет входить легче.

Ведь когда она не возбуждена, то всё сухо и туго. Алёна даже не знала, что её тело может так реагировать и увлажняться.

— Тебе нравится? — тихо спросил мужчина и посмотрел на покрасневшую от внутренней жары девушку.

Она кивнула в ответ и поджала губы. А потом её глаза стали большими. Губы раскрылись в ожидании поцелуя, когда она ощутила, как легко и нежно он погрузил средний палец внутрь — это было ни с чем не сравнимо.

Сладкое прикосновение к горячим мышцам, которые плотно охватывали его палец, побудило её издать стон куда громче прежнего.

Остальные пальцы легли вдоль половых губ, слегка надавив. А внутри он начал двигаться то из стороны в сторону, то вперёд-назад. Такого с ней ещё не было.

Его прикосновения дарили блаженство, тело само подавалось вперёд, навстречу ласкам.

Алёна стиснула его плечо и взглянула в голубые глаза. Мужчина улыбался, наблюдая за ней. Даже если он не знал, что она здесь не по собственной воле, то точно понимал — никто не будет возбуждать её перед тем, как заставить отработать потраченные деньги.

Минут через пять, а может быть десять — ей сложно было следить за временем, особенно сейчас. Она испытала необычное чувство. Внутри всё сильно сжалось, и оттуда по всему телу растеклась приятная дрожь. Алёна вздрогнула и покрылась мурашками. Такого девушка ещё не испытывала.

А потом мышцы расслабились, освобождая его палец, и стало как-то совсем мокро и безумно неловко. Но, похоже, его это ничуть не смутило. Даже, наоборот, раззадорило. Он прижал её к себе и поцеловал куда более страстно, чем прежде.

Алёна обвила его шею руками и повернулась на бок, прижимаясь к нему всем телом. Он сжал её ягодицы и притянул девушку к своей возбуждённой плоти. Ещё через минуту, снова повалил на спину, но в этот раз прижал всем весом. Стало тяжело.

Он гораздо крупнее. Но в то же время было приятно ощущать его вес. Алёна приподняла таз навстречу и плотно прижалась к нему.

Он же осмотрел её, а потом взял с тумбочки презерватив и надел. Девушка сильно удивилась, ведь мужчина только расстегнул ширинку, даже не снял джинсы.

Её глаза скользнули вниз.

— Не смотри, — резко и довольно грубо отрезал он.

— Простите, — прошептала Алёна.

— Зачем ты постоянно извиняешься?

— Не хочу обидеть вас, — взгляд невольно упал на красную дверь.

Мужчина тоже посмотрел в ту сторону и задумался.

— Тебя заставляют, что ли? — повернулся обратно к ней.

— Нет, — сказала она, хотя в глазах читался крик о помощи.

— Можешь не бояться. Если ты здесь не по собственному желанию… — он смотрел очень внимательно. — Только скажи мне…

Глава 4 — «У меня сегодня день рождения»

Девушка сглотнула подкатывающий к горлу комок и выдавила улыбку:

— Мне хорошо с вами, правда. Простите, что порчу вам ночь.

Он как-то с недоверием посмотрел на неё. Алёна всё ещё улыбалась. Ей совсем не хотелось, чтобы её закопали, да и его вместе с ней.

А ещё она прекрасно помнила, как её избили трубой, когда попыталась сказать клиенту, что она пленница. Ведь это был никакой не клиент, а дружок хозяина с проверкой. Кто знает, может, они решили проверить её лаской. И если откроет рот, то всё…

Прощай жизнь, здравствуй, мусорка.

Когда-нибудь Алёна сбежит отсюда, придумает, найдёт способ. Они потеряют бдительность, решат, что она смирилась, может, выпустят наружу, может, даже одну.

Смогла слезть с таблеток, даже хозяин похвалил, сказал, что клиентам нравятся «чистые» девочки, которые все чувствуют, а не обдолбанные курицы, валяющиеся на кровати, как трупы. А раз она смогла бросить наркотики, значит, сможет и выбраться из этого ада.

Нежный и долгий поцелуй прервал размышления и утолил тревоги. Она притянула мужчину к себе и жадно поедала его взглядом, пытаясь запомнить каждую чёрточку. Ведь теперь, когда в комнату будет входить какой-то грубый неотёсанный мужлан и брать её силой, она сможет закрыть глаза и представить его и его нежные руки, эти поцелуи и неспешную прелюдию.

Он был осторожен. Вошёл медленно. Без нажима. Она была сильно возбуждена, и мышцы моментально заныли, требуя продолжения. Они сокращались произвольно по всей глубине, то сильнее, то слабее. А бёдра сами собой двигались ему навстречу.

Ей было хорошо. Действительно хорошо. Да и ему вроде тоже. Он менял темп, громко дышал, иногда стонал и сильно сжимал её бедро. Больно не было и неприятно не было, казалось, он идеально подходит для неё. Алёна скользнула правой рукой вниз, хотела прикоснуться к его бедру, с которого сползли джинсы, но мужчина резко схватил за руку и завёл наверх за голову:

— Нет! — грозно прорычал он, напугав Алёну.

Она снова сжалась:

— Простите, — шепнула.

— Да твою-то мать! — он остановился, оставшись внутри, всё ещё плотно прижимаясь. — Ты почему сжимаешься, будто я тебя бить собираюсь?

— Простите, я больше не буду, клянусь, — протараторила Алёна и спрятала взгляд.

— За что ты сейчас извинилась? — он точно был в недоумении. — Я тебе вопрос задал, а вместо ответа получил «простите».

— За поведение. Вы можете продолжить, я больше не буду вас трогать.

— Да уж… — он уткнулся лицом в её шею. — Знаешь, тяжело сосредоточиться и получать удовольствие в такой ситуации, — он приподнялся и глянул на Алёну, которая чуть ли не плакала. — Я внутри тебя, а ты мне выкаешь — это как минимум странно. А твоё «прости» по любому поводу и вместо ответа на вопрос. Я не понимаю, за что ты извиняешься. Но вишенка на торте — это видеть, как ты сжимаешься, будто я замахнулся на тебя и вот-вот врежу! — он притормозил с разговорами и покачал головой.

А Алёна ощутила, что его возбуждение сходит на нет. И вот тут-то она действительно испугалась. Ведь если клиент уйдёт недовольным, ей влетит по первое число. Может, не трубой, но и кулаков бугая за дверью хватит, чтобы понять, что нужно сделать всё, дабы не расстраивать мужиков, приходящих сюда.

Её глаза стали огромными и наполнились слезами.

— Ну вот опять, — буркнул он, глядя на неё. — Прости, я не хотел на тебе срываться, ты странно себя ведёшь. А у меня был большой перерыв… Да и в подобных заведениях я раньше не был. Думал, выпущу пар, а мне крышу сорвало.

— Я могу что-то сделать? — тихо спросила она и слегка улыбнулась.

Мужчина искоса глянул на неё, раздумывая и пожёвывая нижнюю губу. Он всё ещё был внутри, хоть и мягкий. Алёна двинула бёдра навстречу и просунула свои ладони под его, позволяя обездвижить себя. Их пальцы переплелись.

— Ты всё ещё хочешь меня? — шёпотом спросила она, приподнявшись к его уху, тут же ощутив, что он становится твёрдым.

Она не остановилась на достигнутом и лизнула мочку его уха, а потом пососала её. Его реакция была мгновенной. Мужчина опёрся на её руки, вдавив их в матрас, и снова начал двигаться. Он почти рычал, а девушка, испытав новое чувство, улыбнулась сама себе.

Нет. Вовсе не из-за его движений. Это было что-то совсем другое. Она ощутила власть, когда одним только шёпотом смогла заставить его рычать и желать её. Конечно, он и так хотел продолжить, но ведь это она смогла подтолкнуть его в нужном направлении.

Внутри всё горело. Удовольствие от того, что она на самом деле может влиять на действия мужчины, что находится рядом с ней, смешалось с тем животным наслаждением, которое дарили его прикосновения.

Алёна сорвалась на громкий стон и вцепилась в его руки, когда по её телу, будто ток пропустили. Внизу всё стало безумно чувствительным, и она даже на секунду отпрянула.

— Ты чего? — спросил мужчина.

— Там всё слишком чувствительно стало, не знаю почему. Можешь чуть помедленнее, пр… — она осеклась и просто улыбнулась.

— Есть идея получше.

Он плотно прижался к ней и двигался короткими толчками, придавливая ещё сильнее. Больно не было, наоборот, она почувствовала, как внутри снова разгорается желание. Медленно, а потом всё быстрее и быстрее. Она подтянула ноги к себе, а поясница то и дело изгибалась, заставляя его подниматься выше.

В какой-то момент он забылся, выпустил её руки, крепко обнял и перекатился на спину. Он с силой вцепился в её бёдра и стал давить на них, двигая её вперёд-назад. Алёна ощущала, что он глубоко внутри, а её половые губы и клитор скользят по его лобку, заставляя мышцы внутри сжиматься с новой силой.

Она не могла больше сдерживаться. Схватила первое, до чего дотянулась — это была его футболка. Скрутила её в руке и запрокинула голову, издавая громкий стон. Он не отреагировал, потому что сам сильно напрягся и резко сел, впиваясь в её грудь.

Сердце стучало где-то около горла. Алёна думала, что от этой скорости оно остановится, но постепенно отпустило, и она села прямо. Увидев задранную футболку и несколько страшных шрамов под ней, поспешила отпустить её и закрыла глаза, пока он не заметил.

— Всё нормально? Ты странно выглядишь.

— Да, — улыбнулась в ответ.

«Ещё бы, — проскользнуло в её голове. — Зато теперь ясно, почему нельзя снимать его одежду. Наверняка это не единственный шрам. Мужчина сам стесняется их. Ну и ладно».

Он осторожно приподнял Алёну, заставляя встать. Выкинул презерватив и быстро натянул штаны.

Она сидела на коленях и наблюдала за тем, как он развалился на её кровати. Он был такой настоящий. Не побежал в душ, отмываться после неё, как делает большинство. И не ушёл через злосчастную красную дверь, как делает не меньшее количество. Не смеётся, не оскорбляет, не плюёт. Он просто отдыхает.

— Сколько времени? — тихо спросила девушка.

— Третий час ночи, — глянул на наручные часы, которые до этого она даже не замечала.

Они показались ей дорогими и красивыми, а ещё там было видно дату.

— Можно посмотреть? — Алёна указала на них.

— Да, — мужчина протянул ей руку и смущённо улыбнулся.

— Красивые, — пальчики скользнули по стеклу, и она разглядела цифры. — Сегодня шестое февраля? — тихо спросила она.

— Да, а что?

— У меня сегодня день рождения, — улыбнулась Алёна и легла на кровать, прижавшись к мужчине всем телом.

— И сколько тебе исполнилось? — хохотнул он.

— Восемнадцать…

Глава 5 — «Если ты никому не скажешь»

Он расхохотался и приобнял девушку:

— А на самом деле?

— Восемнадцать… — недоумевая, произнесла Алёна.

— Несмешная шутка, — блондин глянул так пронзительно, что она отпрянула.

— Я не шучу…

— Какого хрена? — подорвавшись с кровати, он вцепился в её лицо своими потемневшими, как море в шторм, глазами.

Алёна не нашлась с ответом, так что просто уткнула взгляд в подушку. А вот мужчина стал нарезать круги по комнате и что-то бормотать.

— Только не говори никому, пожалуйста… — её голос прозвучал так тихо.

— Да меня посадят, если скажу! — не унимался он.

— Уже нет, технически ты был со мной в день рождения… — пробубнила Алёна.

— От этого не легче! Как ты вообще здесь оказалась?! Тебе что дома скучно? Как ты в таком возрасте подалась в эту индустрию?

Похоже, он не ждал ответов, потому что продолжил колесить и ругаться матом. Теперь уже не шёпотом.

— Я не помню, — еле слышно буркнула Алёна.

— Как, млять, можно не помнить такое? — он повысил голос и глянул на девушку.

— Я была на таблетках. — напомнила она.

Алёна поймала себя на мысли, что её уже заждалась мусорка. Если он продолжит свой допрос, а она рассказ, то пиши пропало. Хозяин узнает, и трубой тут дело не обойдётся.

— Почему не уйдёшь? — он вроде подуспокоился и сел на край кровати.

— Отсюда не уходят, не по собственной воле, — пожала плечами. Чего уж теперь. Какая разница, всё равно она — уже труп. — Отсюда или наверх, или на мусорку.

— В каком смысле наверх или на мусорку?

— На мусорку отправляют непокорных, наверх смирившихся или тех, кого уже никто не хочет, — Алёне показалось, что она слишком спокойно ему об этом говорит. Подняла глаза, а он сидит, будто сковородой огретый. — Мне вот мусорка светит. Наверное, сегодня и отвезут.

— Охереть… — выдохнул он. — Почему мусорка?

— Я плохо усваиваю уроки, — опустила взгляд на свои синяки.

Мужчина снова заколесил по спальне. Алёна не останавливала его. Да и какая теперь разница. Она не жилец, да и он, похоже, тоже.

— Если ты никому не скажешь, что разговаривал со мной, и о том, что я рассказала… — немного замялась. — Меня не тронут.

— Блядь! — низко зарычал он и пнул подушку, которая упала на пол, пока они кувыркались на кровати.

— Пожалуйста, — в её голосе проступили слёзы.

Алёна зачем-то цепляется за жизнь. Она впервые ощутила, что в мире есть что-то ещё, кроме боли. Почувствовала ласку и удовольствие.

Значит, надежда есть.

Может быть лучше, чем сейчас, и чем было дома с матерью и её очередным ухажёром.

— Ты шутишь? Да меня вместе с тобой закопают, если я рот открою, — бросил он.

«А блондин умным оказался. Ну, значит, жить будет», — подумала Алёна, глядишь, и ей свезёт.

— Ты ничего им не скажешь?

— Нет, — он глянул на неё и снова изменился в лице. — Тебе, правда, восемнадцать?

— Правда, — она скрутилась на кровати и прикрылась одеялом.

— Твою мать! Ублюдки! Я их прикончу. Друзья хреновы! — ругался он. — Они-то точно знают, куда меня отправили. Что за подстава такая?! А?!

— Может, они не знали, — решила разрядить обстановку Алёна.

— Э, нет, — его глаза стали холодными, как две льдинки. — Они постоянные клиенты, правила рассказывали очень хорошо. Точно знали.

— И что делать?

— Не знаю, — буркнул он, явно задумавшись о чём-то своём. — Мне надо поспать хоть немного.

— Я могу на стуле посидеть, — Алёна указала на тот, где оставила полотенце, — пока ты на кровати поспишь.

— Бред какой-то. Я только что переспал с тобой. Глупо теперь уходить с кровати. Только оденься, — он рассёк воздух рукой, будто муху отгонял.

Алёна тут же достала из тумбочки чёрную майку и плавки. Натянула их и уселась подальше от мужчины. Он осмотрел её, а потом улёгся с краю на спину, подложил руки под голову и уставился сквозь потолок в пустоту.

Девушка легла на подушку и отвернулась от него. Пока он витал в своих мыслях, она беззвучно плакала. В её голове роились целые толпы вопросов: зачем она сказала ему свой возраст? Зачем вообще рот открыла? Что теперь будет? Что он сделает?

Алёна не заметила, как уснула. Зато пробуждение было эффектным. Её кто-то резко дёрнул на себя. Она тут же открыла глаза и сжалась в комочек. Но ничего за этим не последовало.

Алёна осмотрелась. В комнате никого, но она всё ещё чувствовала тяжесть на своей талии. Опустила глаза — рука. Обернулась, а там он. Спит, еле слышно дышит и даже улыбается.

Стало совсем не по себе. Чего это он полез обниматься? Хотя это даже приятно. Поджала губы, а потом улыбнулась. Закрыла глаза и попыталась представить вокруг другую обстановку. Будто она свободна и спит в кровати любимого человека. Но запиликали часы.

Мужчина открыл глаза и отдёрнул руку. Тихо выругался, видимо, решив, что девушка спит. Она не стала убеждать его в обратном.

Он сел и сложил голову на руки. Что-то шептал. А потом пошёл в туалет. Судя по звуку — решил принять душ. Алёна не удержалась и на цыпочках подошла к дверному проёму.

Он не задёрнул шторку. Стоял, уперевшись обеими руками в стену, спиной к двери. Вода стекала по его волосам и телу.

Её глаза стали большими. В беззвучном крике она прижала руки ко рту.

«Что с ним случилось?» — подумала Алёна, но было уже поздно.

Глава 6 — «Ты хочешь еще?»

Почти все его тело было покрыто шрамами от ожогов. Вдоль позвоночника тянулся шрам, аккуратный, похоже, хирургический, а на плечах и ногах мелкие, еле заметные и не такие ровные.

Она не успела спрятаться. Мужчина повернулся, и их взгляды столкнулись. В его глазах читался не меньший страх, чем в её. Девушка не отвернулась. Уже поздно.

Она вцепилась тонкими пальчиками в косяк и прижалась к нему головой. Несмело улыбнулась. Мужчина не шевелился и ничего не говорил, будто статуя, застыл под сильным напором душа.

Алёна сделала самую большую глупость в своей жизни. Вошла под тёплую воду и, встав на носочки, потянулась поцеловать мужчину, обнимая его за талию. Она ощутила под своими пальцами изгибы его шрамов. На животе их не меньше, чем на спине и ногах.

А потом, что странно, он не отстранился, не отпихнул, даже не ругался. Он ответил на поцелуй, наклонившись к ней. Его руки скользнули на её ягодицы, и он с силой дёрнул её на себя. Алёна ощутила, что он готов продолжить. Да и с удивлением обнаружила, что сама хочет этого.

Ей показалось, что он такой же, как и она. Только заперт не в подвале, а в собственном теле. Но они оба пленники обстоятельств.

Блондин подхватил её и упёр в стену. Это было легко. Она от силы сантиметров сто шестьдесят в рост и совсем худенькая, а в нём не меньше ста девяноста, может, и больше.

Мужчина скинул с неё мокрую майку. Вышел из душа, не выключив его. Упал на кровать вместе с ней. На ощупь схватил пачку с презервативами и, надев один из них, сорвал с неё трусики.

Он без раздумий вошёл в неё. Алёна выгнулась, прижимаясь к нему всем телом и ощущая все неровности его кожи. Ни на секунду не отрываясь от его губ, продолжила путешествие в мир приятных поцелуев.

Девушка просто отдалась этому нахлынувшему чувству. Ей совсем не хотелось останавливаться.

Или чтобы он уходил.

Она готова отдать всё, лишь бы этот момент никогда не заканчивался. Но, как и всему в жизни, и этому пришёл конец.

Почувствовала, что её мышцы сомкнулись, их ломило, но не от боли. Нет. Ей было хорошо.

Она показывала это каждым стоном и своей дрожью. Да и мужчина задрожал, издав сдавленный стон. Он упал на неё и прижал к себе, вцепившись поцелуем в её мягкую шею.

— Какого хера я творю? — прошептал он.

Алёна не ответила. Да и что сказать? Она понятия не имеет, что он творит. Как и не знала, что нашло на неё саму. Но второй раз был так же хорош, как и первый. Так что жалеть об этом не было смысла.

— Ты не испугалась? — он лёг рядом и посмотрел на девушку.

— Что? — за своими раздумьями она не услышала вопрос. — Я не слушала, прости, — сложив руки на животе, она смотрела куда-то в стену.

— Тебя не испугали мои шрамы?

— Нет, — помотала головой. — А должны были?

— Не знаю, другие пугались… — хрипло заметил мужчина.

— Ну и дуры, — буркнула она усмехнувшись. — Много потеряли.

Он рассмеялся в ответ.

— Иди сюда, — прижал её к своим губам.

Поцелуй длился долго. Его губы мягко сжимали её, а язык шнырял во рту, заставляя возбуждаться новой силой.

— Ты хочешь ещё? — немного с опаской спросила Алёна.

— С чего взяла? — удивился.

— Ну, ты снова меня целуешь…

— Ну да… — похоже, он опомнился. — Это на прощание. Моё время закончилось. Скоро попросят выйти.

Алёна поджала губы и ощутила, как накатывают слёзы. Но стойко сдержала их. Даже выдавила улыбку.

— Ты никому не скажешь?

— Нет, — мотнул головой он.

— Обещаешь? — в её взгляде было столько надежды.

— Обещаю.

— Тогда привяжи меня обратно, чтобы они не узнали, — снова с опаской глянула на красную дверь.

Мужчина вернулся в душ, выключил воду, забрал свою одежду и, выжав майку Алёны, повесил её на стул, поверх полотенца. Потом оделся и сел рядом с ней.

— Уверена? — внимательно глянул в её огромные карие глаза.

— Да, — прошептала она и улыбнулась.

Он поднял верёвку, громко выдохнул и привязал Алёну к изголовью кровати. Осторожно провёл рукой по её щеке и наклонился поцеловать. Но нежное прикосновение губ прервал стук в дверь.

Девушка вздрогнула и сжалась. А мужчина коротко хохотнул, что немного напугало её.

Он встал и направился к выходу. Алёна проводила его взглядом, надеясь запомнить всё: его вид, походку, запах тела, глаза, нежность прикосновений. На секунду задержав руку на щеколде, он вдруг обернулся и расплылся в странной улыбке:

— Меня Олег зовут, кстати, — бросил и дёрнул задвижку.

Глаза Алёны стали огромными. Зачем он сказал своё имя? Им даже говорить нельзя, а он тут имя называет. Как ей после этого выживать здесь — дальше? Она с ужасом глянула на охранника за дверью. Тот злобно зыркнул на девушку и перевёл взгляд на Олега:

— Вы остались довольны? — прозвучал его жёсткий голос.

— Нет! — рявкнул тот и сделал шаг из комнаты.

Глава 7 — «Приведи себя в порядок»

Показалось, что она проваливается в бездну, глаза стали огромными, зрение затуманилось. Эти слова прозвучали, как приговор. Дверь хлопнула, и голоса исчезли.

В следующее мгновение леденящий ужас окутал душу девушки. Сердце то выпрыгивало из груди, то замирало, пропуская удары.

«Что это было?» — вспыхнуло в голове, будто дыру прожигая.

«Он психопат? Мне показалось, что ему было хорошо? Что я сделала не так? Что со мной теперь будет?» — пальцы онемели от холода, она застыла как статуя не в силах даже моргать.

Теперь её точно похоронят под грудами тяжёлого мусора, где никто и никогда не найдёт её бездыханное тело.

Алёна молилась только о том, чтобы убили быстро, без мучений. Но это вряд ли. Хозяин наверняка захочет отыграться.

«Зачем Олег целовал меня? — этот вопрос повторялся чаще остальных. — Может, он просто любит целоваться?» — поморщилась, он же так нежно это делал, да и ласкал внизу. Это для неё теперь стало совсем непонятным.

«А что, если это проверка?» — вот тут-то Алёну накрыло неподдельным ужасом.

Она оцепенела. Да как ей в голову пришло рот открыть. Как умело он своим добрым поведением и улыбкой вытянул из неё информацию. А она — дура малолетняя, выдала ему всё, как на духу. Ни ума, ни фантазии.

Ведь подумала, что он может быть проверяющим.

Что пасть открыла-то?

«А эти ласки… Сразу нужно было заподозрить неладное, а не сдаваться на милость его рук. Может, обойдётся? — надежда всё ещё теплилась в груди. — Да, какой там… Мамочка, прости меня, что убежала из дома…» — слёзы ручьём хлынули, она не стала их сдерживать.

«Я совсем не этого хотела, когда сбегала. Какой же я была дурой!» — она пыталась подготовиться к неизбежному. Голос дрожал, даже внутри, когда Алёна просила прощения у матери.

В какой-то момент она задумалась над существованием рая и ада. И тем, куда попадёт. Ведь до пятнадцати лет она была обычным ребёнком из неблагополучной семьи. Ничего плохого и злого не делала.

Отец пил, бил мать, потом погиб в пьяной драке. Мать не лучше. За годы жизни с тираном спилась сама. А когда папа умер, стала искать замену.

Образования у неё не было, работа, хуже не придумаешь — мыла полы в подъездах. Но на поесть и бутылку хватало. Квартирка досталась от бабушки, маленькая хрущёвка на окраине города, две комнатки и кухонька. Ремонт там со времён бабушки никто не делал.

А Алёна ходила в обычную школу, ближайшую к дому. Друзей было мало. А вот поиздеваться над девчонкой в обносках, желающих было много. Её часто задирали, и она быстро усвоила — или ты, или тебя. Силы духа ей не занимать. Единственный урок, который девочке не давался совсем — это подчинение.

Вот и после того, как Алёна убежала за лучшей жизнью, попала в «плохую» (хотя скорее отвратительно-ужасную) компанию и подсела на таблетки, она стремилась вырваться. После первых же дней в плену твёрдо решила слезть с наркотиков. Пару раз срывалась, но уже несколько месяцев абсолютно чиста.

А до сегодняшнего дня она была уверена, что найдёт способ сбежать. Несмотря на юный возраст, девочка была умна и быстро соображала. Жизнь научила выкручиваться. Она выстроила план, чтобы добиться расположения хозяина. Для начала решила поумерить свой пылкий характер и показать, что умеет подчиняться. Когда ночь с Олегом только началась, Алёна подумала, что это шанс.

После столь нежных ласк и настоящих оргазмов она вполне смогла бы имитировать похожее состояние с другими клиентами. Глядишь, они бы оценили. Босс остался бы доволен, и, для начала, развязал бы. А там уже с опытом разобралась бы, как поменять категорию клиентов и свою спальню.

Иногда её выпускали в общие комнаты, и она виделась с другими девочками. На ком-то не было и царапинки, ходили они в красивых хоть и откровенных, платьях, но главное, они поднимались по лестнице, куда Алёне было запрещено даже смотреть.

Она познакомилась с одной девушкой — Лерой, та раньше жила в её комнате. А теперь нос задирала, поговаривали, её даже в клубы возят и в гостиницы дорогие для встреч с клиентами.

Вот оттуда-то и улизнуть можно. Если найдут, конечно, зверски расправятся в назидание другим, но это шанс. Призрачный, но всё-таки возможность вырваться на волю.

Алёна постепенно начала приходить в себя. Слёзы кончились. Да и что плакать. Она ничего в этой ситуации сделать не могла. Если вывезут на мусорку живой или хотя бы полуживой, возможно, она сможет выкарабкаться или сбежать. Но это вряд ли. Не идиоты же они, бросать её там живую.

Дверь заскрипела, и девушка вжалась в матрас, вновь ощущая, как холодные пальцы ужаса сковывают горло, не давая полноценно дышать. Она зажмурилась. Но вместо побоев или криков ощутила, что верёвки упали с рук. Открыть глаза не решилась.

— Приведи себя в порядок, — бросил тот же охранник, что всегда стоял у двери, его легко узнать по голосу. Что-то зашуршало. — Шеф хочет видеть тебя.

Глава 8 — «Хозяин»

Алёна приоткрыла глаза. Мужчина уже вышел. Рядом стоял пакет с очередной порцией средств личной гигиены. Там даже косметика была, будто она умеет ей пользоваться.

Она встала и пошла в душ. Расчесалась и высушила волосы. Краситься не стала, всё равно не знает, как правильно. Надела трусы и мокрую майку, другой одежды у неё всё равно не дало. Нацепила дешёвые резиновые тапочки и постучала в дверь.

Бугай сразу открыл, и она послушно, опустив голову и стараясь не смотреть на другие спальни, пошла за ним. Он отвёл её в самую дальнюю комнату. Здесь не было кровати, только диван, рабочий стол и пара стеллажей, на которых стояли коробочки с именами. Там было и её имя.

На столе стоял допотопный компьютер. На полу — ободранный ковёр. Алёна прошла внутрь.

— Сядь на диван, — приказал рослый мужчина лет сорока с гнусавым высоким голосом.

На его лице была целая россыпь рытвин от юношеских прыщей. Он всем видом отталкивал. Это и есть её хозяин.

Алёна видела его пару раз, и каждый раз тошнотворный комок подкатывал к горлу. Дебильная одежда: какая-то пёстрая рубашка с коротким рукавом, сине-зелёные расплывшиеся наколки непонятной тематики, поношенные брюки.

Он как нельзя лучше соответствовал этому месту. Такой же убогий и мерзкий внутри, как и снаружи.

Девочки говорят, что он любит «пробовать» новеньких. Но её отдали какому-то клиенту. Как выяснилось, девственницы стоят дорого. Правда, с учётом того, что она сидела на таблетках и была в полубессознательном состоянии, то всё, что она запомнила с «особенного момента» — это неприятное жжение, саднящую боль после, смех и противную горбинку на его носу.

Ей не дали передышки. Следом за тем, который был первым, зашёл ещё один любитель потуже. Девушке даже помыться не дали. Она продолжила лежать в своей крови, которой, кстати, было немало.

Хотя дело тут скорее в грубости и внутренних повреждениях от полного отсутствия возбуждения и смазки, даже искусственной. Его она тоже не запомнила. К любви потуже прилагалась любовь погрубее. Он врезал ей по лицу, и она отключилась.

К слову, если первый потом приходил ещё раз, то второго она никогда больше не видела. Девочки рассказали, что запрещено бить их по лицу. Куда угодно, но не по лицу. Уж чем обусловлено это правило, неясно.

Может, чтобы клиенту не было мерзко смотреть на жёлто-зелёное опухшее месиво с кровоподтёками. А ещё запрещалось использовать какие-либо предметы для насилия.

Для этого были специальные девочки, которые живут в другой части здания. Там и клетки, и качели, и хлысты, и даже колодки для особо повёрнутых.

— Что встала, корова?! — рявкнул мужчина и грозно посмотрел своими поросячьими глазками.

— Простите, — Алёна осторожно села на край дивана.

— Тебе отдали пакет? — мимоходом спросил мужчина и умостился в своё офисное кресло, сложив ноги на стол, и прикурил сигарету.

— Да… — изучая ковёр, ответила она.

— Почему не накрасилась? — он увлечённо рассматривал свою зажигалку.

— Не умею.

Комнату наполнил ржач, высокий такой, гадкий, под стать его обладателю. Алёна глянула на босса исподлобья.

— Думал, вы сучки, с рождения морды красить умеете.

— Я нет, — глухо ответила, возвращаясь к рисунку на затоптанном ковре.

— Поговори с кем-нибудь из девочек, пусть научат.

— Хорошо, — она старалась выглядеть максимально подчинённой и вежливой.

Такие его совсем не интересуют, он любит, когда девушка орёт и вырывается, а на тихих у него не встаёт. Так что при нём она всегда вела себя, как забитая овечка.

— Там тебе аптечку ещё передали. Клиент лично собрал.

Алёна вылупилась на очередной изгиб рисунка и, кажется, перестала дышать.

«В каком смысле клиент передал и сам собрал?» — подумала Алёна.

А босс зачем-то решил поделиться разговором с Олегом:

— Сказал, что остался крайне недоволен твоим внешним видом. Потребовал улучшить его. Так что научись краситься и тебе шмоток ещё дадут, чтоб не только майка с трусами. Стринги там всякие, — он демонстративно сделал затяжку и прищурился, оглядев девушку, выдул дым через нос, — может, чулки да платье.

Её так и подмывало спросить, с какого это перепуга они решили его послушать. Она усиленно скрывала своё счастье оттого, что он сдержал обещание и не выдал их разговор.

Может, он всё-таки неплохой. Любопытство уже стояло с ножом у горла, готовое убить девушку, но начальник расщедрился на информацию, продолжая рассказ.

— Ты смотри, такие клиенты, как этот мужик — редкость. Не вздумай отказывать ему, — кинул презрительный взгляд на девушку, — делай всё, что попросит. Он кругленькую сумму отвалил за это развлечение. А раз новых синяков не появилось, значит, не бил. Покажи живот и спину, — приказал хозяин.

— Не бил, — согласилась Алёна и встала, задрав майку.

— Да, повезло. Если вернётся и заплатит столько же, подумаю о переводе тебя в комнату получше. Так что ублажи его как следует. Поняла?

— Поняла, — тихо ответила девушка, снова опуская голову.

— Поспрашивай у других, как правильно доставлять удовольствие таким клиентам. Пусть научат, — он спустил ноги на пол и потушил бычок, вдавив его в стеклянную пепельницу. Иди, — кивнул на дверь и подтянул к себе клавиатуру.

Алёна послушно пошла, уже взялась за ручку.

— А! — раздался снова высокий голос босса. — Чуть не забыл. У тебя пару дней выходных на то, чтобы привести себя в порядок и поговорить с другими девочками, — на этом он махнул рукой, мол, выметайся.

Опешившая Алёна вышла из кабинета, и охранник проводил её обратно в комнату, закрыв за ней дверь на ключ.

Уснуть, после стольких переживаний, Алёна не смогла. Её колотило. Мысли не собирались в кучу. «Сколько же он заплатил за эту ночь, что босс послушал его по поводу синяков?» — думала девушка.

«Может, теперь клиенты не будут постоянно бить, и у меня появятся передышки? Тогда смогу окрепнуть и точно придумаю, как сбежать и вернуться домой…»

Дверь снова открылась, и Алёна подпрыгнула на месте, будто размышляла не про себя, а вслух, и охранник мог услышать.

Она уставилась на него и тут же задрожала от страха — вдруг это всё было просто её фантазией? Сном?

Глава 9 — «...поиграем?»

Бугай принёс два платья. Оба были велики, но это всё равно лучше, чем майка с трусами.

— Одевайся и иди в общую комнату, — пробасил мужчина, — Лера тебя уже ждёт.

Алёна ничего не ответила, быстро нацепила первое же платье чёрного цвета с нереально глубоким вырезом и поспешно вышла вслед за мужчиной.

Он отвёл её в комнату, где девушек кормили, если они хорошо себя вели. В противном случае приносили миску с какой-нибудь кашей в комнату и максимум ложку давали, а то вдруг — вилку в глаз охраннику воткнёт…

Была одна такая, девочки рассказывали, после этого вилки и ножи под запретом. Стекла тоже не было, кружки и тарелки — как походные, тоненькие, пластиковые, почти невесомые. Такой не ударишь и осколками вены себе не вскроешь. Многие тут подумывали над этим вариантом.

— Ну, ты и копуша, — буркнула Лера, восседая за большим столом в гордом одиночестве.

— Прости, — Алёна взяла гречневую кашу и села рядом с девушкой.

Валерия отличалась от многих. Её не били, она носила платья и туфли на высоком каблуке. А красилась, как куколка.

Она была здесь не то чтобы по принуждению. Девушка сбежала из дома лет в пятнадцать. Встретила какого-то мужика, у них завертелось, а потом он пустил её по рукам. И…

А она, видать, ненормальной оказалась. Ей понравилось, и она слиняла с одним из клиентов. Говорят, это был сам босс, только не этот придурок, что сидит в подвале с девочками, а другой — настоящий главарь.

Сначала он поселил её в захудалую комнатёнку, где сейчас обитает Алёна, но Лера быстро доказала, что хороша в своём деле. Её переселили, а потом и вовсе позволили уходить наверх.

Там, поговаривают, большой клуб и гостиница. И самые «преданные» девочки работают наверху. Они ищут новых клиентов на вечеринках. Алёне с её характером это не светило.

Но она задумалась, что, возможно, сможет какое-то время держать себя в руках и усыпить бдительность надзирателей, чтобы дать дёру из этого ада.

Дома, конечно, ненамного лучше, там отчим, который руки распускал. Но, может, мать уже сменила хахаля. Да и один мудак — не так плохо, если сравнивать с тем, что происходит здесь.

— Аркаша сказал, что надо тебя всему научить, — начала Лера, разглядывая свой маникюр. — Говорит, тобой заинтересовался богатенький какой-то.

— Не знаю, — буркнула Алёна и начала есть безвкусную кашу на воде.

— Что хочет этот извращенец? — хохотнула девушка.

— Ничего такого, — пожала плечами. — Он даже ни разу не ударил меня, — помедлила и спросила. — А кто такой этот Аркаша?

— Ты сколько тут? Это местный управляющий. Это он указания раздаёт и комнаты распределяет.

— А-а…

«Тот с поросячьими глазками», — подумала Алёна.

— И чему ты должна меня научить?

— Для начала надо, привести тебя в порядок, а потом я расскажу, что любят мужчины. Будешь всё правильно делать, тоже переберёшься работать наверх. Там клёво, — Лера растянулась в неясной улыбке. — Мальчики помоложе, конфетки, музыка, а в гостинице — удобные кровати.

— Что за конфетки? — удивилась девушка.

— Ты дура, что ли? — Лера не ответила на вопрос, но Алёне подумалось, что так та назвала таблетки, на которых тут сидит большинство.

— Я готова, — девушка быстро выкинула тарелку и встала в проёме, чтобы идти в спальню.

Они пошли в комнату — Лера по-хозяйски сразу обшарила тумбочку, что-то пробурчала себе под нос. А потом вывалила всё из утреннего пакета на кровать. Её глаза заблестели, будто перед ней бриллианты, а не губные помады.

Это определённо её территория.

Лера быстро объяснила, какой тюбик для чего нужен. Как правильно замазать синяки, показала, как клеить ресницы и красить брови. Сделала макияж Алёне и отправила смотреться в зеркало.

«О, Господи, — испугалась девушка, увидев своё отражение. — Да как такое может кому-то нравиться?»

Её лицо стало безликим полотном, хотя синяков и, правда, видно не было. На скулах были густо намазаны тёмные румяна, щёки из-за этого смотрелись впалыми. Коричневые тени на веках и огромные ресницы.

«Я на панду похожа».

Тёмные волосы были собраны в высокий хвост. А вот хвост ей идёт.

— А ты умеешь косы плести? — вдруг спросила Алёна.

— Умею, — пожала плечами Лера. — А тебе зачем? Ну и как тебе макияж? — спросила довольная своими стараниями девушка.

— Я такой не повторю… — пробурчала Алёна. — Я хочу научиться заплетаться, волосы у меня непослушные, на день, когда никого нет, убирать чтобы.

Лера похлопала по кровати рядом с собой и пообещала научить. Девушки провели весь день вместе. Алёна, ближе к вечеру, смогла повторить подобие боевого раскраса. Ещё и красной помадой намалевалась, потому что Лера сказала, мужчинам нравится этот цвет.

И если макияж давался ей с трудом, то косы плести, оказалось приятным занятием.

Длинные волосы идеально смотрелись в убранном виде. Девушка стала выглядеть куда опрятнее и даже ближе к своему возрасту. Если смыть косметику с лица, конечно же.

Вечером Лера ушла, а Алёна впервые уснула без мыслей, что кто-то ночью к ней придёт.

Надзиратель, он же Аркаша, не обманул. Несколько дней приходила только Лера и рассказывала что-то новенькое. Например, теперь в теории Алёна знала, как сделать минет, хотя от одной только мысли ей становилось дурно. Прикасаться губами к члену… Фу… Правда, Лера утверждала, что это крайне приятное занятие.

После рассказа, как и что надо правильно делать, Алёне подумалось, что, возможно, её устраивают клиенты, которые предпочитают жёсткий обычный секс и побои. Потому что следующей темой опытная девица решила сделать анальный секс, и тут-то Алёну передёрнуло.

Однозначно лучше пусть бьют…

Но виду не подала и продолжила слушать.

Тем более что Лера уже переключилась и рассказывала секреты, как возбудиться, чтобы была своя смазка, а мышцы влагалища не вставали колом, и процесс не был бы столь мерзким.

Правда, Алёна уже нашла для себя неплохое решение — вместо очередного урода представлять Олега.

Вот и сейчас, как только она вспомнила его нежные прикосновения, внизу всё сладко сжалось и стало влажным. Она поджала губы и слегка покраснела от нахлынувшего возбуждения.

— Ты где летаешь? — нервно спросила Лера. — Я для кого тут распинаюсь?

— Прости, пожалуйста, — спрятав глаза, промямлила Алёна.

— Это тебя мой рассказ возбудил или ты о своём задумалась? — сощурившись, поинтересовалась Лера.

— С чего ты взяла, что я возбудилась? — опешила Алёна.

Лера громко рассмеялась, смущая девушку.

— У тебя соски напряглись и мурашки по коже побежали, щёки, вон, красные какие, а глаза так и блестят. Думаю, и трусики мокрые, — она бросила взгляд вниз. — Сомневаюсь, что тебя так завёл рассказ о мастурбации, — всё ещё не унималась с хохотом та. — Расскажи, что этот богатенький с тобой делал? Точно знаю, что в этой комнате бывают только те, кто руки распускает. А раз тебе велено свести синяки, значит, хотят перевести.

— Важнее, чего он не делал… — смущённо сказала Алёна. — Он не причинял боль.

— О-о-о… — загудела Лера. — Не привязывайся к клиентам. Он, может, и не вернётся никогда. А ты будешь мучиться вдвойне.

— Почему? — удивилась.

— Потому что ноги всё равно придётся раздвигать, — холодно ответила девушка. — Сохрани его в памяти, как мысль, которая поможет тебе продвинуться, чтобы работать наверху, где нет мерзких ублюдков. Там вообще хорошо.

Лера оглядела Алёну и продолжила рассказ:

— Много женатиков, которые хотят расслабиться. Им часто хватает массажика и минета. Они кончают, а второй раз почти никто из них не может. Так что даже виновато выглядят, — снова расхохоталась Лера. — А ты сидишь и утешаешь. Иногда они не прочь посмотреть, как ты сама себя ласкаешь, а они просто сидят в кресле и дрочат. Заразиться боятся, наверное…

«Это уж точно странно», — подумала Алёна.

Есть же порно в интернете. Хотя такой вариант очень даже неплох. Вроде клиент доволен, и тебе ничего не было.

Обучение закончилось ещё через пару дней. Вечером заглянул охранник и приказал накраситься и надеть платье.

Где-то в глубине души проскочила надежда, что это будет Олег…

Алёна сходила в душ, попробовала мастурбировать, но это её особо не воодушевило. А когда она сделала макияж, как учила Лера, то и вовсе потеряла к себе интерес.

— Чудовище, — скривилась она своему отражению.

Платье болталось. Его отдала Лера, а она высокая, выше Алёны сантиметров на десять, и формы у неё куда пышнее. Но тут выбирать не приходилось. Волосы собрала в высокий хвост и села на кровать, ожидая того, кто придёт.

А чтобы скоротать время, она закрыла глаза и представила, что она снова в душе, где Олег страстно прижимает её к холодной стене, стискивает ягодицы, скидывает её майку…

Возбуждение не заставило себя долго ждать. В этот раз она и сама обратила внимание на то, как сильно напряглись соски. Они заныли. Алёна прижала их ладонями, и стало совсем хорошо. Улыбка сама нарисовалась на лице, а тёплое чувство растеклось по телу.

Дверь открылась. Девушка оторвалась от мыслей. Только вот внутрь зашёл вовсе не Олег.

Это был невысокий мужчина, лет сорока пяти, с седой прядкой. Лицо неприятное, Алёна сосредоточилась и изо всех сил, пытаясь представить вместо него Олега. Сейчас это было жизненно необходимо, ведь в сердце зияла огромная дыра, а вероятность появления здесь ещё одного ласкового любовника ровнялась нулю…

Глава 10 — «кто пришёл на этот раз?»

С трудом, но у Алёны вышло отвлечься и представить Олега.

Она тут же улыбнулась и сдвинулась на край кровати, слегка раздвигая ноги. Говорить с клиентом всё ещё запрещено. Да и он не стремился беседы беседовать. Сразу разделся и начал возбуждать себя рукой.

Алёна особо не смотрела, витая в своих мыслях.

— Ну что, сучка, поиграем? — устрашающе спросил мужчина.

Ничего не ответила, выдавила улыбку и раздвинула ноги шире, подол платья скользнул вверх. Мужчина смутился, осмотрев девушку. Взял верёвку с тумбы и, обвив её вокруг изголовья кровати, потянул руки Алёны вверх.

Она не сопротивлялась. Желание клиента нужно выполнять. Только вот он как-то странно на неё смотрел. Может, она криво накрасилась? Не исключено.

Он задрал платье, под которым ничего не было, и жадно осмотрел тело Алёны. Она витала в облаках, глядя сквозь этого мужчину, вспоминая, как Олег ласкал её грудь, а потом как она испытала приятное чувство, когда он двигал пальцем внутри.

Она прикусила губу и расплылась в улыбке, ощущая, как всё закипает. Сейчас она отдала бы всё, чтобы вновь оказаться в объятиях Олега.

Девушка невольно двинула бёдра в сторону мужчины. Он поднял брови и прижал руку к её промежности. Вспыхнул грозный взгляд:

— Какого хера ты творишь? — повысил он голос.

Алёна вернулась к реальности и потупилась на клиента, но ничего не ответила. Ей была непонятна его реакция. Она делала всё, как учила Лера, и как хотел Аркаша. Даже смогла возбудиться как следует. Но мужчина не оценил такую инициативу. Почему?

— Шлюха, — он смачно сплюнул на кровать и тут же с силой опустил кулак на солнечное сплетение девушки.

Алёна почувствовала, как мышцы сковало, а вдох повис на губах. Слёзы моментально навернулись на глазах. Она открывала рот, как рыбка, пытаясь получить хоть немного кислорода, но всё тщетно.

Девушка совсем не понимала, почему разозлился мужчина.

— Тварь, — он схватил её за горло и ударил по лицу, челюсть вспыхнула.

Он снова и снова наносил удары, но Алёна не проронила ни звука. Мужчина ругался, что она не кричит и не вырывается.

Похоже, это один из тех, кто любит имитировать жестокое изнасилование, когда жертва плачет, убегает, кричит и зовёт на помощь. А стараниями Леры, Алёна выглядела как проститутка, которая добровольно легла в постель и раздвинула ноги.

Но девушку взяли гордость и злость. Она твёрдо решила, что не хочет оставаться в этой комнате. Она просто обязана вырваться из плена. А этот урод скоро вылетит отсюда. Он ударил её по лицу и не раз, а это запрещено.

Алёна надменно глянула на мужчину в ярости, опустила глаза и, улыбнувшись, сплюнула кровь со слюной.

У него упал. Совсем. Просто болтался маленький стручок. Стало смешно. Она не удержалась и улыбнулась. Мужик ошалел. Остановился. И уже через минуту оделся и вылетел из комнаты пулей.

Охранник зашёл, осмотрел Алёну, развязал и отправил приводить себя в порядок. Побои были сильными, так что денёк перерыва ей точно дадут. Она даже обрадовалась. Считай неделю без клиентов. Тоже неплохо.

Она осторожно смыла косметику.

А может, и пару дней получит. Челюсть справа отекла, левый глаз заплыл и сильно покраснел. Синяки будут знатные.

Она прополоскала рот холодной водой и намочила полотенце. А потом легла на кровать, приложив прохладную ткань к лицу. Дверь снова открылась, зашёл босс. Он посмотрел на девушку и кинул на кровать пакет со льдом:

— Какого хера здесь произошло? — недовольно спросил.

— Я не внаю, — не открывая челюсти, ответила Алёна.

Она приложила лёд к лицу и вздрогнула. Стало пронзительно больно, а потом всё онемело от холода.

— Что ты натворила? — злобно кинул Аркадий.

— Вделала фсе, как вы фказали, — она сплюнула, похоже, губа сильно разбита, раз всё ещё кровоточит. — Была возбуждена, накрафилась и даже ноги равдвинула фама, — она глянула на полотенце, там тоже появились красные капли, видимо, он ей кожу содрал.

— А ты куда смотрел? — вдруг начальник заорал на охранника.

— Так она молчала! — взревел мужчина. — Откуда я мог знать, что он по лицу её?

Аркаша вылетел из комнаты и захлопнул дверь. Охранник же посмотрел на Алёну и скривился:

— Сильно болит?

Она еле сдержалась, чтобы не плюнуть кровавым сгустком в его мерзкую рожу. Совсем охерел или крыша поехала? Что это в добренького решил поиграть? Её не впервые избивают. Хотя по лицу, да так жестоко никогда.

В прошлый раз ей прилетел удачный в челюсть, и она вырубилась. А в этот — всё куда печальнее.

— Давай помогу, — мужчина взял пакет со льдом и завернул несколько кубиков в полотенце, аккуратно промокнул ссадины и прижал холодную ткань к губе и щеке Алёны.

Было не так больно, как когда она просто лёд приложила к лицу. Ей и в голову не пришло накрыть его полотенцем. Она перестала злобно смотреть на мужчину, а тот помог стереть кровь и охладить места ушибов. А потом оставил одну.

Но мысль о том, что и он рано или поздно поплатится за то, что творил, не оставляла Алёну.

Вскоре она пошла в туалет, осмотрела лицо, сняла платье и приняла прохладный душ. Она не мылась, просто стояла под струями холодной воды, осматривая своё тело.

Между грудей был сильный кровоподтёк, чётко посередине, он болел больше всего. Несколько покраснений на рёбрах и бёдрах, но хуже всего выглядело лицо. Никакой лёд не поможет быстро убрать весь этот ужас.

Пока она была в душе, принесли мази и лейкопластыри. Алёна осторожно намазала какой-то крем на синяки, а ссадину на лице заклеила. Ночью никто не пришёл, поэтому девушка сменила простыню и легла спать.

Утром отёк стал больше, а синяки поменяли цвет. Она постучалась в дверь и попросила ещё льда. Его принесли вместе с завтраком. Охранник сказал, что сегодня тоже выходной, из комнаты выходить запрещено. Ещё бы, они не хотят пугать других девочек. Те, что по морде получают, живут отдельно.

Алёна снова обработала синяки. В зеркале себя совсем не признала. Страшная, красно-синяя, один глаз почти не открывается, губа распухла и лопнула.

«Может, и завтра выходной будет», — проскочила мысль, и она улыбнулась, но тут же расслабила губы, потому что стало невыносимо больно.

Весь день девушка зализывала раны, строя план побега.

Теперь, наверное, отсекутся клиенты, которым нравятся бойкие. Может, её всё же переведут в другую комнату, и туда будут приходить те, кто просто хочет секса. Ведь не всем нужно избивать или жёстко. Кому-то всего лишь не хватает физического контакта.

Ещё через день синяки стали сине-зелёными. Левый глаз немного открывался, на губе появилась болячка, а челюсть всё ещё походила на ужаленную пчёлами. Отёк не сходил, а цветовая палитра поражала своей яркостью.

— Приведи себя в порядок, — сказал охранник, заглянув внутрь. — Сегодня посетитель.

Алёна не ответила. Пошла к зеркалу и долго стояла, разглядывая себя. Да как она замажет эти синяки? А отёк? А глаз? Она не умеет так краситься. Но выбора особо нет. Поэтому достала косметику и приступила к делу.

Вылила, наверное, половину тональника, но смогла скрыть только пожелтевшие участки, синюшность проступала и походила на грязь. Густо намазав румяна, поняла, что сделала ещё хуже, теперь лицо выглядело как маска из фильма ужасов.

Следом пошли тени. Чёрные. Вот они точно перекроют фингал. А сверху ресницы. Выбрала самые длинные, до бровей, чтобы тоже закрыть как можно больше. Губы — тёмно-красные. Этот цвет хорошо скрыл синюшность.

Алёна расхохоталась, глядя на себя. Будто её ботоксом обкололи. Она стала походить на этих, ужаленных девочек с огромными губищами.

Волосы расчесала и частично закрыла ими лицо. Снова зашёл охранник и сказал, что одеваться не нужно. Он привязал её к кровати, скривил лицо, увидев макияж. Вышел.

Девушка сжалась от холода и страха. Она пыталась представить Олега, возбудиться, но в этот раз никак не выходило. Каждый вдох отдавался болью в рёбрах.

Сложно представить, что тебе хорошо, когда так плохо. Дверь открылась. Она вздрогнула и зажмурилась, чтобы не видеть, кто пришёл на этот раз…

Глава 11 — «...поняла, что может быть иначе»

Послышались шаги, Алёна ощутила приятный цитрусовый парфюм и удивилась.

Наверное, самый главный пришёл выяснить, что произошло. Говорят, он иногда проверяет девочек, так и заметил некоторых, кому потом удалось пробиться наверх.

Незнакомец стоял прямо над ней. Она чувствовала его аромат, даже немного расслабилась. А потом прохладные пальцы коснулись её подбородка. Девушка мгновенно превратилась в дрожащий комочек. А мужская рука неспешно повернула её лицо сначала вправо, похоже, он рассматривал заплывший глаз, и влево. Пальцы нежно коснулись гематомы на челюсти.

Мужчина не торопился. А Алёна боялась взглянуть на того, кто стоял над ней. Его пальцы проскользили на её шею, ключицы, остановились на синяке на трепещущей груди. Он почти не касался гематомы. А потом раздался низкий, слегка хриплый голос:

— Что это за херня?

Девушка сразу узнала его. Без сомнений — это Олег. Но с кем он разговаривает?

— Алёна! Твою мать, я тебя спрашиваю! — повысил он голос. — Что это такое?

Не спеша, она открыла глаза и глянула на мужчину. Он стоял, широко раздувая ноздри при каждом вдохе. Её напугало такое выражение лица. Голубые глаза больше не казались милыми. Они, как две бездонные тёмно-синие пропасти поглощали её душу.

— Простите, — выдавила Алёна и зажмурилась, ощущая, как боль пронзает отёкший глаз.

— Серьёзно? — голос внезапно стал мягче. — На вы? А извиняешься опять за что?

Девушка промолчала. У неё нет ответов на эти вопросы. Но она поняла, что совсем не хочет, чтобы он смотрел на неё. Было неприятно оттого, что она такая уродливая сейчас. Да и косметика делает только хуже.

— Тебе снова запретили разговаривать? Или ты не помнишь меня?

— Помню, — прошептала в ответ.

— Тогда почему на вы? — не успокаивался Олег.

— Не знаю…

Верёвки скользнули с её рук. Она тут же взглянула наверх. Мужчина смотрел на Алёну, явно размышляя, будто и вовсе не на неё, куда-то сквозь.

— Кто тебя избил? — прозвучал вопрос.

Она снова молчала. Олег показался ей особенным. Ей вовсе не хотелось говорить ему про других мужчин, ведь это разрушит те моменты, которые она придумала себе. Про то, что они просто познакомились в клубе, и понравились друг другу.

— Это твой босс? — холодно спросил Олег.

— Нет, — мотнула головой.

— Охранник?

«Похоже, он тоже не хочет думать, что это был другой клиент», — Алёна снова мотнула головой.

— Клиент, — выдавила она, ощущая, как от нахлынувших слёз щиплет глаза.

— За что? — ещё холоднее спросил молодой человек.

— Не знаю.

— Как можно не знать? Ты оскорбила его? Сделала что-то не так? — не унимался с вопросами Олег.

«Ну вот зачем тебе это? — в голове девушки, будто огонь вспыхнул с этими расспросами. — Какое тебе дело? Делай что хотел, и вали, как остальные!» — мысли превратились в огненный шар, и даже глазам стало горячо. Хотя это наверняка из-за нахлынувших слёз.

Левый глаз начало щипать ещё сильнее. Он изрядно пострадал от ударов, там пара капилляров лопнула. Теперь будет ещё хуже.

— Я молчала и делала всё, что приказал босс, — выплюнула Алёна.

— Тогда за что получила? — Олег снова встал около кровати и навис над девушкой.

— Я… он не любит… — она не знала, как объяснить, и снова замолчала.

— Чего он не любит? — как-то грозно спросил Олег и прямо вцепился в лицо Алёны своим холодным взглядом.

— Меня научили… — она глянула в его глаза и подтянула руки к груди, закрываясь и потирая запястья, верёвка снова натёрла. — Мне объяснили… — ещё немного помялась и решилась рассказать. Мужчина сохранил их разговор втайне, может, и этот сохранит. Хотя выдавать, что думала о нём, всё же не собиралась. — Одна из девушек научила меня возбуждаться, чтобы не было так больно или неприятно…

— Так, — Олег сел на край кровати, его взгляд моментально смягчился. — И…

— У меня получилось. А когда он это понял, то ударил. Я старалась не плакать и не кричать. Но… но ему это тоже не понравилось. Он из этих…

— Из кого? — Олег вопросительно дёрнул бровями.

— Из тех, кто любит, когда девушкам больно, и они вырываются…

— Ага… то есть ты хотела его ублажить, а он не оценил, — куда-то в пустоту тихо сказал Олег.

— Не хотела, — с обидой огрызнулась Алёна, — но после того, как ты… — осеклась и поджала губы…

— Я что? — Олег оживился и быстро перевёл взгляд на девушку.

— Ничего… — выпалила и вытерла губы от проступившей крови сразу, как почувствовала привкус железа.

— Говори, — настоял мужчина.

Алёне стало безумно страшно. Что она ему скажет? Что с ним она впервые испытала оргазм? Было хорошо, и она забыла, что пленница, которую продают тому, кто больше заплатит? Но он так смотрел, что, сделав глубокий вдох, всё-таки сказала.

— С тобой я поняла, что может быть иначе. Не больно и неприятно, — прошептала девушка. — А наоборот.

Олег задумался. Скорее завис. А потом сделал несколько кругов по комнате и снова сел на кровать.

— Ты ведь здесь не по собственной воле…

Он не спрашивал, утверждал. Алёна вздрогнула. Вспомнилась перспектива поездки на мусорку, в этот раз даже в компании.

— С чего ты взял? — попыталась выдавить некое подобие улыбки.

— Я похож на идиота?

— Нет, — озадаченно ответила.

— Твою мать! — бросил и отвернулся. — Когда был этот клиент?

— Два дня назад…

— Почему?

Вот тут она вылупилась на него как баран на новые ворота. Откуда ей-то знать, почему у неё был клиент два дня назад. Не она же ищет себе дружка на ночь. Сказали, что пришёл, значит, пришёл.

«Он точно не от мира сего», — подумала Алёна.

— Мне откуда знать? — она отстранилась от Олега.

— У тебя же выходные были.

«Откуда он это знает?» — брови уехали на лоб, и стало больно слева, там, где синяк.

— Что ты так смотришь? — Олег заметил её странное выражение лица.

— Как?

— Не знаю, будто я тебе Америку открыл… У тебя разве не было выходных?

— Были, — медленно протянула Алёна. — Откуда ты знаешь?

— Вообще-то, я их оплатил! — сказал так, будто она должна быть в курсе.

Алёна прям ощутила, как повреждённая челюсть отвисла. И Олег увидел бы, если бы не отёк, который не позволял толком рот открывать.

«ОГО! Какого рожна? — мозг девушки с глухим звуком взорвался. — За какие такие грехи он проплатил мне неделю выходных?»

— Ага… судя по твоему взгляду, ты не в курсе, — уголки губ Олега приподнялись вверх. — Аптечку-то тебе передали?

— Да… — она кивнула на тумбочку, где лежали остатки от его передачки.

— Понял… Ещё был кто-то за эту неделю?

— Нет, — она мотнула головой.

Олег ещё минуту посидел и поразмышлял, иногда щурился, иногда кривился. А потом резко встал и открыл дверь:

— Позови-ка сюда своего начальника, — кинул он охраннику.

— Зачем? — удивился бугай.

— Не твоего ума дело, — низко и грозно прохрипел Олег. — Бегом, — рявкнул он.

Охранник удалился, а Алёна сжалась на кровати. Ей как-то было не по себе. В прошлый раз Олег был добрым и даже милым. А сейчас — холодный, отстранённый, грубый. Она почему-то испугалась его.

— Смой это дерьмо с лица, — вдруг Олег повернулся к Алёне и недовольно глянул на её макияж. — И оденься.

Перечить не стала. Нацепила майку и трусы и быстрым шагом направилась в ванную. Пока она умывалась, пришёл Аркадий. Они с Олегом начали разговор тихо, из-за шума воды толком слышно не было.

— Какого хера она в таком состоянии? — процедил Олег.

— Она непослушная, устроила дебош, вот её и наказали, — гнусаво бросил Аркаша и расплылся в улыбке, увидев Алёну, которая вышла из ванной.

Та прошмыгнула мимо и села на кровать.

— Правда?.. — качнул головой Олег. — Как интересно. И что же она такого натворила? — он кинул взгляд на девушку, а на его лице проскочила хищная ухмылочка.

Алёна вздрогнула от этого и сжалась в комочек, ожидая продолжения разговора.

— Да не берите в голову, — продолжил лебезить Аркаша. — Сучка, подралась с другой девочкой. Она частенько влезает в драки.

— М-м… Что же вы её выпускали из комнаты? Я же проплатил неделю, чтобы у неё синяки зажили. Мне не нравятся избитые.

— Кто ж знал, что она поцапается? — Аркаша скривился и с недовольством и даже угрозой глянул на девушку.

— Так, а чья работа — доносить до неё желание клиента? — Олег сохранял самообладание и холодность в голосе.

— Да, эта тупая сука всё равно не понимает, — Аркаша кинул презрительный взгляд поросячьих глазок на Алёну. — Хотите, мы подберём вам другую девочку? Есть даже невинные, — довольно сощурился босс. — Правда, стоят чуть дороже.

— Как интересно, — Олег снова смерил Алёну взглядом.

Глава 12— «Я купил тебя»

Алёна сидела на кровати, глаза как у ягнёнка, которого вот-вот принесут в жертву.

«Теперь ему найдут новую девушку. И он будет думать, что я навешала ему лапши на уши», — решила Алёна, и губы сами искривились то ли от обиды, то ли от злости.

— Хочешь сказать, что ты не пытался подзаработать, прислав к ней клиента в проплаченный выходной?

— Что? — Аркаша, похоже, охренел от заявления Олега.

— Так ты ещё и глухой ко всему прочему… — голос звучал так отстранённо и спокойно, что Алёне почудилось, будто это вовсе и не о ней сейчас идёт разговор.

— Говорю же, подралась она, — босс глянул на Алёну, и та в момент опять превратилась в комочек, задрав ноги на кровать. — Скажи ему, — грозно рявкнул Аркаша.

— Мкм, — мотнула она головой.

— Ей же нельзя при мне разговаривать, — хохотнул Олег.

«Какой-то он совсем странный. Пугает», — подумалось девушке, и она сильнее сжалась, глядя на улыбающегося Олега и недоумевающего Аркадия.

— Говори, — крикнул босс и замахнулся на девушку, она зажмурилась.

Послышался громкий шлепок. В ушах зазвенело, но не от боли, от страха и напряжения. Алёна несмело открыла глаза и посмотрела в сторону мужчин. Аркадий валялся на полу, прижимая руку к челюсти, извергая поток матов, а Олег стоял над ним, как свирепый зверь, и тяжело дышал:

— Звони главному, — прорычал Олег.

Вздрогнули и Аркаша, и Алёна.

«Меня точно похоронят. Никто не будет держать девку, из-за которой драки клиенты устраивают», — а она почти уже смирилась со своей участью.

Аркадий достал телефон и поспешил встать на ноги.

— Пойдём, — Олег грозно кивнул в сторону двери, и они вышли.

Дверь с грохотом закрылась. Алёна осталась неподвижно сидеть на кровати, вцепившись короткими ногтями в колени. Она царапала себя, пытаясь проснуться, но это был не сон…

Сколько она так просидела, неизвестно. На ногтях была засохшая кровь и кусочки кожи. Разодрала коленку, но боли не ощущала. Какая уж теперь боль, главное, чтобы не мучили, а все сделали быстро.

Дверь распахнулась. Перед её носом приземлилась большая спортивная сумка.

— Одевайся, — бросил низкий хриплый голос, и дверь снова захлопнулась.

Алёна медленно, как в трансе, глянула на сумку, а потом на свои руки.

«Надо кровь смыть», — подумала девушка и пошла в туалет.

Вычистила ногти, умылась и осмотрела избитое лицо. Ей подумалось, что её не смогут опознать. Но ведь сейчас есть всякие анализы ДНК.

«Может, поцарапать кого-то из охранников?», — вдруг их смогут найти и накрыть этот гадюшник, благодаря её телу…

Она расстегнула молнию сумки. Внутри был тёплый спортивный костюм, даже её размера, кроссовки, которые оказались велики, и пуховик, едва прикрывающий ягодицы, шапка.

Алёна хохотнула. Странно это. Зачем её одевать, да ещё и в тёплые вещи. Всё равно на мусорку повезут. Боятся, что она простынет по дороге на казнь?

Видимо, это нервное. Ей стало совсем смешно, внизу ещё и перчатки с тёплыми носками обнаружились. А в боковом кармане — шарф и маска одноразовая, медицинская.

«А это ещё зачем?» — Алёна почесала голову, но надела весь комплект поверх чёрной майки.

Осмотрела комнату. Приготовилась, хотя, как можно приготовиться к такому? Взяла сумку и постучала в дверь. Охранник тут же открыл. На его лице появилась смесь ухмылки с удивлением.

Спору нет. Видок у неё был тот ещё… Особенно голубая маска и заплывший синий глаз над ней. Алёна быстро натянула шапку пониже на брови, а волосы сдвинула ближе к лицу, спрятавшись от любопытных глаз.

— Пошли, — пробасил мужчина.

Девушка покорно последовала за ним. Он повёл к лестнице. Алёна удивилась, когда они пошли туда. Думала, что её выведут другим путём. Но даже обрадовалась. Давно хотела узнать, что там, наверху.

А наверху оказалось — «ничего». Простое помещение с двумя дверьми. Над одной из них горела зелёная надпись «выход». Именно туда её охранник и отвёл.

«Свежий воздух», — на глазах девушки выступили слёзы.

Ей безумно не хватало этого. Было морозно, но это не важно. Главное, веяло... Хотя нет. Воздух не свежий. Алёна глянула направо. Рядом стояла огромная железная бандура с мусором. И довольно мерзко попахивала. Наверное, все отходы, включая использованные презервативы, скидывают именно сюда.

Подъехала тонированная машина — внедорожник, большой. На вид дорогой. Самый главный босс приехал, наверное. Олег же хотел его видеть. Может, её отвезут в другое место и заставят работать там? Проблеснул луч надежды, и стало легче.

— Садись, — охранник открыл заднюю дверь. — И молчи, пока не спросят.

Алёна кивнула и залезла в авто. Темно.

Внутри был только водитель. Она сжалась на заднем сидении и спрятала глаза, стараясь не смотреть на мужчину за рулём. Машина плавно тронулась. Девушка погрузилась в приятный аромат парфюма.

«Странно… так же пахнет…»

— Пристегнись, — прозвучал хрипловатый голос Олега.

Алёна подняла голову и выпала в осадок.

«ОЛЕГ?! А что он тут делает? Куда везёт?» — сердце бешено заколотилось, пальцы не слушались.

Кое-как нащупав ремень безопасности, выполнила приказ. Карабин щёлкнул, а она вздрогнула. Но молчала, как рыба. Ехали долго, в полной тишине. Дольше часа — точно. А потом она не знает. Уснула. Хотя больше похоже, что отключилась. Слишком много эмоций для одного дня.

Открыла глаза и резко дёрнулась вверх, сминая под собой простыни. Она лежала на кровати в большой комнате, рядом горел светильник, разгоняя ночную темноту. Чуть дальше у окна, на кресле сидел Олег и что-то пил. Алёна испуганно глянула на него.

— Проснулась, — он поставил напиток на стеклянный столик. — Хорошо, — встав во весь рост, он подошёл к кровати. — Слушай внимательно.

Алёна кивнула и вытаращила на него глаза.

— С сегодняшнего дня ты будешь жить здесь, пока я не решу, что с тобой делать. Будешь слушаться только меня. Ясно?

— Да, — выпалила она и вжалась в изголовье кровати, мягкое, кстати.

— Завтра придёт Алевтина Вениаминовна — это моя домработница, — как только Олег сказал это, у девушки сползло лицо. — Она составит список всего, что тебе нужно купить. Не болтай с ней. Спросит, кто ты такая, скажешь, что я нашёл тебя на улице, — он сложил руки в карманы. — Незачем ей знать, откуда ты. Можешь сказать, что сбежала из дома или что из другого города, не знаю. Соври что-нибудь.

— Я, правда, из другого города, — набравшись смелости, сказала Алёна. — И я правда сбежала из дома…

— М-м… ну, значит, не придётся врать. А сейчас ложись спать. Утром поговорим.

— А я надолго здесь? — тихо спросила она.

— Не знаю, — как-то нервно ответил мужчина, — я ещё не решил.

— А потом я вернусь туда же? Или в другое место? — она сглотнула и сдержала нахлынувшие слёзы. — Я боюсь туда возвращаться.

— Нет, — спокойно сказал Олег. — Туда ты не вернёшься. Я купил тебя, — бросил он и вышел из комнаты, не дожидаясь ответа девушки.

Щёлкнул замок на двери. Алёна опешила. Её сковало по рукам и ногам.

«Купил?»

Спасибо за чтение

Вернуться к книге