Обложка Одна из нас

Одна из нас

tance_gray

0% прочитано
Стандартный
tance_gray

Одна из нас

Глава 2 "Повешенный воздух". 1 часть

«Но чушь собачья — коллективная вина

Я виноват один за всех — это maxima mea culpa

Тело бренное парализовано как инсультом

На меня небо падает, не на что опираться

Наши крылья вырастут, да, но не оперятся

Они не оперятся никогда

Теперь и нам на своей спине как Саре Керриган

Крылья без перьев, как грузные грозди

Для полёта нести непригодные кости»

— Почему мы просто не могли воспользоваться мной, чтобы добраться до лагеря за секунды? — начинает возмущаться Кассиопея, как только мы выходим из автобуса.

Изначально я тоже хотела, чтобы она просто использовала свою мутацию — телепорт. Но нас были слишком много на одну маленькую девочку. Кассиопея самая низкая из всего класса и изначально не могла перемешать объекты больше своего кулака. Сейчас конечно дела обстоят иначе. Она может переместить и саму себя в абсолютно любую часть мира. Даже меня может захватить в придачу. Но контролировать сразу пятнадцать человек, так ещё и на такое расстояние — это слишком. Никто бы нам такое не разрешил.

— Почему вообще только Роуэну позволено пользоваться своей силой? — недовольно вылезает из автобуса Кейт, пиная чей-то рюкзак.

— Не только ему, — не соглашаюсь я. — Ещё Джаксу и Сейджу, — указываю я на двух парней, что помогают переносить наши вещи.

— Кори, они не в счёт! — влезает Джейсон.

Кейт сразу теряет интерес ко мне. Задирает нос выше, фыркает и уходит от меня подальше. Хотя вернее, подальше от Джейсона. Кейт не может ему простить лидерство в рейтинге.

— Им позволено только переносить вещи, а этому чудику можно вообще всё, — продолжает свои возмущения Джейсон, забрав Роуэна в свои медвежьи объятия.

— К нему в целом особенное отношение, если вы не заметили, — поддерживает шутку Нова, ударив Роуэна по плечу.

В глазах девушки появились сердечки, намекая о каких именно отношениях идёт речь. Навряд ли их заметил кто-то ещё, она убрала их тут же, как только Роуэн их заметил. Клянусь, его щеки стали цвета его волос. Парень тут же активно замахал руками, пытаясь переубедить подругу. Конечно на самом деле так никто не считал, Нове просто нравилось издеваться над ним.

Мутация Новы заключается в изменении внешности. Я просто не могу сказать видела ли я когда-либо её настоящую внешность. Не уверенна существует ли такой человек, который знает, как выглядит Нова на самом деле. Ей нравится её сила, даже если бы мы не заставляли её тренироваться, она бы также использовала её каждый день. Она обожает менять свою внешность, подстраиваясь под чужие красивые части тела. Поэтому в один момент ей запретили читать модные журналы, слишком часто она меняла себя и не всегда в лучшую сторону. Не помню, чтобы видела её в каком-то образе больше недели. Нова постоянно меняет цвет глаз, волос, да вообще, чего угодно. Иногда ученные и врачи просто не узнавали её, когда та кардинально меняла себя. И дело не просто в цвете волос или глаз, а в чертах лица, носа, формы глаз, даже роста!

Думаю, что сейчас, увидев огромную кучу новых людей, она будет на седьмом небе от счастья. Сейчас же она ходит в парном образе с Роуэном. Они всегда дружили, Нову парень точно привлек своей необычной и бросающей в глаза внешностью. Она посчитала его похожим на себя. У неё яркие красные волосы, точно такого же оттенка, как и у Роуэна. А у парня глаза ярко зеленные, потому что это любимый цвет Новы. Со стороны оно кажутся братом и сестрой, ведь Нова скопировала его черты лица, сделав их немного женственней.

Перемены во внешности других тоже работа её рук. И всё из-за Джоанны, которая потребовала, чтобы Нова покрасила ей пряди волосы с помощью силы. И вот теперь она занимается внешностью всех. Кажется, я единственная, кто не просила изменить меня. Хотя думаю, что Роуэн тоже не просил, но у него не было вариантов.

— Эй, Кори вообще-то моя! — влезает Джейсон, зло косясь на красноволосого. Буквально до момента, пока Роуэн не делает ему конфеты из своей крови.

В такие моменты я старалась полностью игнорировать существование Джейсона и смотреть на Джоанну.

— Надейся, малыш, — поддержала Нову Джоанна.

Слава богу, что мне не нужно переживать ещё о том, что моя подруга могла на меня обидеться по такой ерунде.

Я могла понять их слова об особом отношении. Возможно, дело в том, что по мутации Роуэна я исписала три тетради. А как им объяснить, что я пишу не о них, а о их силе? А также дело может быть в одном случае, что произошёл чуть больше полугода назад.

В целом, я не должна вмешиваться в тренировочный процесс эксперимента. Любое действие, которое будет совершенно этими ребятами, будет иметь последствие на развитие мутации. Врачи и учёные считают, что их улучшение должно происходить естественным путём и зависеть только от ребят, чтобы эксперимент был чистым, как они говорят. Так мы лучше сможем наблюдать за тем, как мутации ведут себя в их организме.

Конечно, я могла им что-нибудь посоветовать. Особенно, если видела, как они себя калечат или теряют контроль над мутацией. Не просто же так я за ними наблюдала. Но по большей части я должна была молча сидеть и записывать о каких-то изменениях.

То есть я не должна была кардинально менять сущность мутации, как сделала, когда мне было десять лет. Я тогда только пришла и пыталась разобраться во всем. Логике не поддавались эти дети, которые могли менять внешность, создавать вещи из крови. И Джоанна. Ей было больно. Я часто видела, как она бьётся головой об стену, как сидит в наушниках. Точно помню, что решила придумать что-то, когда увидела, как кровь бежит по её скуле. Ей тоже было всего лишь десять лет.

Тогда-то я и предложила выработать условный рефлекс на касание. Чтобы сила работала не постоянно, а по её желанию. И так делать нельзя было. Конечно же, никто меня не отсчитал. Это был правильный поступок с точки зрения человечности и морали. Если бы не это, Джоанна сошла бы с ума и стала просто безвольным существом, овощем, который не может жить. Но если думать, как человек, работающий на ЭМО, это было неверно. Я не должна подстраивать результаты эксперимента.

Но тогда мне и разрешили вести не только отсчеты, но и личные записи. Помню, как Себастьян вручил мне четырнадцать разных тетрадок. У каждой был свой цвет. Всё, чтобы я могла помочь ребятам, если с их мутациями возникнут проблемы. И теперь в тетрадках храниться всё, что нужно делать и в каких случаях. Все изменения и улучшений причуды, все их минусы. Я обновляю их практически каждый день. Навряд ли кто-то сможет их разобрать кроме меня. Слишком много зачёркнутых фраз, наложенных друг на друга.

Но мои советы никогда больше не были такими же. Но этот кровяной парень стал исключением. Роуэн в целом мне казался интересным. Его сила. Ребята все были невероятные, но его мутация меня завораживала. Я не могла поверить, что что-то настолько ценное бежит по венам живого человека. Его кровь была на вес золота, если не дороже. Удивительно, что его кровь не продавали. Даже мне хотелось использовать её в своих целях, как же так вышло, что ученные и врачи не устроили из этого бизнес? Почему не качали его кровь, словно нефть? Из неё ведь столько всего можно было создать.

Это одна из причин, по которой мне приходилось смотреть за Роуэном больше, чем на других. Второй было то, что у него было больше проблем, чем у других. На его руках всегда можно было заметить точки от игл, шрамы от операций. На ногах кажется не было ничего, кроме шрамов. Кровь чаще всего использовалась через руки, ему было так удобнее. Поэтому ноги и живот взрывались чаще обычного.

В этом и заключалась проблема. С одной стороны, ему жизненно необходимо было тратить много крови в день, особенно чтобы увеличить поток крови, который он может использовать. И чем больше он тренировался, тем больше его сердце работало, чтобы выделять больше крови. В этом и заключалась проблема. Иногда сердце работает слишком много, и Роуэн оказывается на операционном столе. А иногда сердце отказывается работать, и Роуэн теряет слишком много крови, а восстановить её не может. И ведь ему даже не перелить чужую кровь, у него она другая. Ученные проверили, никакая группа крови не подходит для описания его. Со смелостью можно сказать, что у неё она пятая.

Именно поэтому я решила в тот день провести свой собственный эксперимент, никому ничего не сказав.

Закончился учебный день, ребята, уставшие, сидели в общей гостиной. Я принесла Роуэну кофе. Он естественно удивился, ведь я не то, чтобы символ заботы и доброты, но выпил.

И я увидела именно то, что ожидала. Передо мной сидел не красноволосый парень, а невысокая брюнетка с идеальным конским хвостом.

— Кори! — закричал Джейсон.

— Две Кори, — поправила Нова, испуганно глядя на девочку, которая пару секунд назад ещё была её другом.

Роуэн посмотрел на свои руки, на вены, которые теперь были в несколько раз меньше. Теперь не было синяков и маленьких точек, которые обычно оставались от шприцов. Вернее, была только одна.

— Что же ты сделала? — хлопая глазами, переспросил Роуэн, не понимая, что происходит.

В этой комнате он был такой не один.

— Дала тебе выпить мою кровь, — пожала я плечами.

Я старалась показать, что в этом не было ничего такого. Только глубоко в душе маленький ребенок повторял, что это ненормально.

— Что ты сделала?! — громче всех закричал Джейсон, который был уверен, что моя кровь никогда не должна появляться где-то кроме моего тела.

Остальные молча смотрели на меня, не веря, что я действительно сделала то, что сделала. Наверное, поэтому они никогда и не поймут, что это эксперимент, нужный для науки.

— Ты подумала, что я смогу превратиться в тебя?

— Была уверена, но нужно было проверить. Но, если честно, я думала, что если ты выпьешь чью-то кровь, то сможешь использовать силу, которая есть в их крови. Но просить кого-то о таком, я не решилась. Если бы не получилось, то меня бы посчитали психопаткой.

— Ты хочешь, чтобы я сейчас выпил чью-то ещё кровь? — уточнил Роуэн, понимая, куда я клоню.

Я пыталась понять считает ли он это мерзким, но по его спокойному тону и лицу не могла ничего понять. Тяжело, когда люди хоть в чём-то похожи на тебя.

— Только если кто-то не против.

Не могла же я заставить кого-то отдать свою кровь. Я бы нашла способ достать их кровь и без их желания, но я знала, что им будет не сложно. Конечно же, Джейсон сразу же согласился. Не помню, чтобы он хоть раз отказался от того, что я предлагала.

— И что теперь? — спросил лжеДжейсон.

— Бро, теперь ты это я, — радостно скакал настоящий.

— Нет, двух Джейсонов я не выдержу, — сказала Нова, которой не нравилось, что её друг пьёт чью-то кровь.

Когда она ушла спать, я подумала, что она ревнует, что теперь не одна может каким-то образом менять свою внешность.

— И долго я буду в его теле? — спросил ненастоящий Джейсон, держа в руке огонь.

Тогда мы выяснили, что, если выпить одну кружку крови он проходить в чужом теле целые сутки.

— Тебе не противен вкус крови? — спросила я, когда поняла, что раз врачи, учителя и ученные не против, ему придётся делать это чаще.

— Самое обидное, я знаю, что ты спрашиваешь не из вежливости и заботы, а из планов на будущее, — грустно вздохнул он, стоя в теле Джоанны. Инстинктивно я сделала шаг назад. — Это не поможет, я слышу абсолютно все мысли. И я не хочу говорить тебе, что делать Джейсон. Это правда закончится через пять минут?

Я подумала, что он не хочет отвечать.

— Кори, я не уверен, что вкус крови, который я чувствую действительно такой, какой на самом деле. Возможно, дело в моей силе, но она не ощущается, как что-то противное, — ответил он, когда я уже хотела уйти.

В теле Джоанны он не мог думать нормально. Мыслей было слишком много и ни одна не предназначалась ему.

— И как Джоанна так живёт...

Тогда я исписала всю вторую тетрадь о его способностях. Это абсолютно не было связано с тем, с чем мы работали раньше. Дело было не только в его крови, как думали раньше.

Да, наверное, поэтому я могу понять о каком особом отношении шутят ребята.

— Я не слышу звук колокольчика! — говорю громче, чем обычно, когда замечаю, как Сайлас пытается снять этот несчастный и уже потрёпанный колокольчик.

Парень тут же трясёт его из-за всех сил, чтобы создать нужный звук. Снова киваю, ставя в голове галочку на ещё один выполненный пункт в плане на сегодня. Проверяю, что все вышли из автобуса и прощаюсь с водителем.

Глава 2 "Повешенный воздух". 2 часть

«Манит снова жестом

Везде сплошной бардак, но вы — сплошное совершенство

Только совершенно наплевать — уже ли вам уже не важно

Про таких все говорят «Cherchez la femme»

Или как там на драконьем?

И таких, как вы, не встретить в театре — да скорей в дурдоме»

— Ну и куда дальше, староста? — первый спрашивает Сейдж, которому приходится тратить свои жизненные силы на использование мутации.

Мы стоим на небольшом утёсе, если его можно так называть. Если посмотреть чуть дальше, можно заметить тропу, которая идёт вниз. Там находиться лагерь, отсюда видны отельные корпуса, в которых будут жить другие дети, отдельное место проживания для вожатых и воспитатели. Столовая, спортивный зал. Огромная территория покрыта лесами, и я знаю кому это точно понравится. Вижу речку и уже составляю памятку о том, как безопасно проводить время у воды. Смотрю на территорию лагеря, а потом возвращаюсь глазами по тропинке, ведущую в гору. Позади нас — наш отдел, где мы будем жить.

— Вон туда, — показываю двум парням, чтобы те отнесли вещи.

Остальные не идут за ними, знают, что сейчас мы пойдём на обед. В белом здании мы будет только ночевать, а остальное время проводить на территории лагеря, как и остальные дети. По крайней мере большую часть, если не считать две тренировки.

— Кассиопея, — привлекаю я внимание девочки. — Перемести меня к началу склона. А вам десять минут, чтобы добежать до меня. Это каждодневная тренировка. Каждый день будет победитель, который будет получать некое преимущество.

Закрываю глаза, чтобы не видеть чёрную жидкость, обволакивающая каждый кусочек кожи. Считаю до десяти и знаю, что уже оказалась внизу. Не знаю какое примерно расстояние между мной и ребятами, но точно понимаю, что десять минут даже много для них. Вообще, это задание на физическую подготовку, но сегодня я не запрещала им использовать мутации.

И я достаточно быстро понимаю, что ребята тоже это поняли. Около меня появляется черное, густое нечто. Из него вырастает маленькая девочка с тёмными, как ночное небо, волосами. Кассиопея любит носит огромное количество заколок, которые напоминают звезды. А глаза у неё... Она так не ответила настоящие они или это помощь Новы, но в них мерцает что-то похожие на маленькое созвездие. Она словно оправдывает своё имя.

— Нова, Сайлас и Джоанна тебя возненавидят, — первое, что говорит Кассиопея, которую иногда ласково называют Кэсси, отряхивая с себя пыль, оставшуюся после телепортации. — И кажется, ты забыла запретить способности.

У этих троих силы, который никак не помогут им улучшить свои физически данные. Нова может изменять внешность, но нарастить себе тонну мышц не в состоянии. Сайлас просто невидимый, а Джоанна читает мысли. Им никак не прийти первыми.

— Если бы я хотела, я бы запретила.

Последней приходит Джоанна. Она ненавидит бегать. Хотя, если честно, кажется, она ненавидит любой спорт, в котором нужно хоть как-то задействовать мышцы. Она пользуется только одной мышцей — мозгом.

— Насколько честно, что этот инвалид сделал себе мотоцикл? — возмущается Джейсон и, наверное, это единственное в чем Кейт готова согласиться с ним.

Я делаю пометку в своём блокноте, который принадлежит Роуэну. Я и не думала, что он за такое количество времени может создать что-то такое огромное.

— Ты как себя чувствуешь? — спрашиваю я у него, глядя на то, как стал тускнеть цвет его волос. — Зачем нужно было создавать что-то настолько сложное, если ты в любом случае не придёшь первым?

— То есть ты на нас даже не ставила? — возмущается Джейсон, которому не понравилось, что я проигнорировала его прошлое предложение.

— Логично, что первая придёт Кассиопея, если кто-то думал иначе, вам явно не хватает серого вещества.

— Нечестное это испытание! — по-детски продолжает дуться Джейсон.

— Да ладно! — в один голос восклицают Джоанна и Нова.

Ребята пытаются отдышаться, смотря на тех, что не потратили не капли сил. Я же смотрела на толпу детей и подростков, которая была чуть дальше нас. Детей раскидывали по отрядам около сцены.

— А в каком мы отряде? — спрашивает Джоанна.

Иногда кажется, что она умеет читать мысли и без своей мутации. На самом же деле она просто следить за тем, куда направлены глаза человека. Остальное додумывает сама.

— В первом.

Это было для удобства лагеря. Мы не должны были здесь находиться в то время, когда организаторы уже сформировали отряды. Но директор ЭМО обладает огромным влиянием и кажется нескончаемыми финансами. Нас могли поставить и в последний отряд, но здесь сыграл наш возраст. В этом году всем исполниться семнадцать лет.

Достаю из рюкзака список, в котором записаны все фамилия и имена ребят. Его нужно передать главному воспитателю, а дальше они разберутся сами.

— Стойте здесь, сейчас пойдём на ужин, мне нужно отдать список.

Не хочу, чтобы они подходили ближе к другим детям. Окружающие и так сильно на них смотрят, стараясь понять, что это за люди и почему они отличаются от них. А мои ребята точно к этому не привыкли. Может они и знают, что другие, но последние шесть лет, а может и больше, они совершенно не видели кого-то, кроме врачей. Я, наверное, единственный подросток, являющийся нормальным и самым обычным, которого они видели. Но я всегда знала, что они другие.

— Здравствуйте, вот список для первого отряда из ЭМО, там четырнадцать человек, — сразу говорю женщине, которая только что объявляла детям их отряды.

— А где ваш вожатый? — ища в толпе моего класса нужного ей человека, спрашивает она.

Около неё стоит два человека. Тоже подростки, кажется немного старше меня и остальных. Девочка чуть ниже меня, слишком сильно улыбается, поправляет свои пряди каждые семнадцать секунд и рассматривает во все глаза Роуэна. Клянусь, я так и вижу в её глазах вопрос: «Ого, и давно волосы покрасил?». Не думаю, что им сказали о том, что в лагерь придут мутационные. Может быть это преподнесли, как поездка детей со суперспособностями. Хотя вероятнее всего, им ничего не сказали.

И поэтому меня поражает, что парень, стоящий около этих двух женщин, не удивляется появлению нашей компании. Более, он даже не смотрит в их сторону.

— Это я, — уверенно говорю я, и знаю, что потом получу от Джоанны за то, что не моргаю. — Кори Мильтон, — достала я из рюкзака листок, на котором директор подписал доверенность на этих детей.

Женщина сразу охает. А блондин, что с таким интересом на меня смотрел всё это время, довольно ухмыляется. Мне даже становится за него страшно, чего этого у него так лицо перекосило. Хотя его можно понять. Дело в фамилии.

И естественно не в моей. Я — Кори Рольт. Но после того, как моя мать бросила меня в этой школе, директор сказал, что сделала мне новые документы. По ним я являюсь его дочерью. После того, как я появилась в школе, многие именно так и думали.

— Ты сказала не лезть в твою голову, а напрямую спрашивать, — надула в тот раз губы Джоанна, видимо, вспоминая, как в прошлый раз я отсчитала её за то, что она читала мои мысли. — Ты дочь Себастьяна?

И дело было не в природном любопытстве Джоанны, это интересовала всех. И Себастьян просто-напросто решил этим воспользоваться. Конечно, дети, за которыми я следила, знали, что я не его дочь, иначе бы не смогли мне доверять так, как это происходит сейчас. Я была ребёнком, которому представили все данные эксперимента. Практически вручили всё в мои руки. И было бы странно, если это был непонятный ребёнок с улицы, а так родная дочь директора.

Да и в таких случаях помогало.

— О, ясно, извините, вы просто так молодо выглядите, — сразу начала любезничать женщина.

— Ей шестнадцать, — вставил блондин.

Это была явная провокация. Почему-то он думал, что меня это заденет. Таким высокомерным голосом сказал, словно самый умный, хотя всего-навсего прочитал надпись на листочке, который ему в лицо тыкают. Странно он всё-таки смотрит.

— Ничего страшного, мистер Мильтон не доверил бы таких важных людей кому попало.

— Так тут и никто попало, а... — парень не успел договорить, в него буквально влетела Джоанна.

Я повернулась в сторону класса, где увидела страх на глазах всех, которые боялись не послушать меня. И Джейсон, так смешно стоящий. Слёзное лицо, странная поза и вытянутая рука, которой он скорее всего собирался поймать подругу.

— Извини, чувак, — улыбчиво произнесла Джоанна, постучав ему по плечу. Никогда не видела её такой счастливой. — Кори-и, мы хотим есть!!!

Есть?

Если бы это действительно было так, в Джоанне пробудились такие нечеловеческие силы, которые спокойно победят способности Кейт, и потащила бы меня есть. А сейчас...

Она так сильно сжимала плечо этого блондина. И это была странная картина. Обычно достаточно спокойная и собранная девушка так легкомысленно улыбалась. Честно слово, у неё сейчас лицо треснет. И этот блондин... Спесь с него явно сбили. Буквально. Из его синих глаз летали молнии.

— Хорошо, — кивнула я, и позволила ей взять меня под локоть. — Я же больше вам не нужна?

Получив отрицательный ответ, я пошла вместе с Джоанной к ребятам.

— Извините, можно один вопрос? — остановила меня за рукав девушка, что всё это время молчала, косясь на ребят.

Развернувшись, я была готова выдать всё, что знаю о Роуэне. Вряд ли есть человек, который знает о нём больше, чем я. Могу даже в письменном виде.

— Это его натуральный цвет, — только сказала я, подумав, что больше всего Элли думала об этом.

По красным щекам Элли можно с уверенностью сказать, что я угадала.

— Что?

— Красный, — повторила я. — У Роуэна это родной цвет.

— Я не...

— Элли, — блондин нагло положил девочке руку на плечо. — Ты разве не поняла? Это не обычные дети, — слишком пафосно произнёс он, глядя прямо мне в глаза. — а будущие супергерои.

— А ты наблюдательный, — всё так же ярко улыбаясь сказала Джоанна. — Нейл.

— А ты читаешь мысли.

— Проверим? — протянув руку, спросила она.

Сейчас она выглядела, как кукла из самых страшных ужастиков. Так широко улыбалась, наклонив голову... Неудивительно, что Нейл с таким страхом смотрел на её руку. В классе все стараются избегать с ней прямого контакта, и исключение составляем только я и Джейсон. Врачи и учёные, что знают Джоанну с детства всегда говорили, что она ребёнок дьявола. Даже если не знаешь её, не знаешь, что у неё есть мутация, понимаешь, что она знает всё, о чем ты думаешь.

— Пора на ужин, — съехал Нейл с темы, проигнорировав руку Джоанны и оставив ей победу в этом споре. — До встречи, Кори.

На прощание он так небрежно махнул рукой.

— Извините его, он...

— Эй, расслабься, подруга, — наконец-то нормально улыбнулась Джоанна. — Познакомить тебя с красноволосым? — подмигнув, спросила она.

Элли вся покраснела. Они будут идеальной парой с Роуэном. Ребята любят издеваться над ним, особенно Нова. Из-за огромного количества крови он очень сильно краснеет. А если смущается ещё больше, то сердце начинает качать в два или три раза больше крови. Красный ходит весь.

И по тому, как Джоанна на меня посмотрела, я знаю, что она подумала точно также.

— Не... Не надо... Я не...

— Я ведь говорила не обижать людей, — отлепляю Джоанну от бедной девочки. — Роуэн хороший, ты ему обязательно понравишься.

Наверное, нужно было улыбнуться, но я не смогла заставить себя это сделать.

— А...ага, — неуверенно кивнула она.

— Элли, ты где застряла!? — громко кричит Нейл.

— Извините ещё раз, — Элли кивает, и та неуверенность, которая появилась в диалоге с нами, улетает и возвращается девочка, улыбающаяся и смотрящая на красные волосы. — Иду!

Глава 2 "Повешенный воздух". 3 часть

«Начитавшись, что однажды в любви побеждает искренность

И над сердцем даже смерть не властна

В груди погром, и, чтоб открыть свое нутро, он сорвал с себя тут же маску

И тогда внутри стало скверно

Взглянув в его лицо, она познала ужас сути самой смерти

Тоску и боль, и её тут же сожмёт ими, как тисками

Увядая, опадает засохшими лепестками»

— Ты оказывается умеешь людей поддерживать? — толкнула меня в плечо Джоанна, издеваясь.

Она убежала, и весь класс решил к нам подойти. Начали расспрашивать с кем это мы разговаривали, а Джоанна тихонько отвела Роуэна в сторону.

— Раз, два, три... — шёпотом произнесла я, сопровождая слова добавлением пальцем.

— Что? — не поняла Кассиопея, которая стояла рядом.

Позади послышался громкий звук, будто что-то лопнуло.

— Идите в столовую, я разберусь с ним, — спокойно сказала я, пока остальные пытались понять, что с Роуэнем не так.

Одна Джоанна была довольна.

— Что ты с ним сделала? — услышала я вопрос Джейсона, когда они отошли от нас.

— Скажи, что она соврала, — простонал Роуэн.

Я посадила его на лавочку и достала из портфеля нужны приборы. Нужно было собрать лишнюю кровь, которая тоже могла лопнуть. Пластырем заклеить места, где взорвались сосуды.

— Смотря, что она тебе сказала, — вставив иглу ему в вену, ответила я.

Он готов весь день ходить с этой иглой, если потребуется. Честно, я не знаю сколько собрала у него крови лично я.

— Я не буду это повторять, — закрыв руками глаза, произносит он.

— Я не Джоанна, читать мысли не умею, — говорю, и заканчиваю приводить его в порядок. — Но помни, что именно Джоанна умеет это делать.

И направилась ужинать, оставив Роуэна обдумать мои слова. Всего спустя две минуты он меня догнал. То ли успел всё обдумать, то ли просто следовал за мной, зная, что так правильно.

Первое, что я сделала, зайдя в столовую, пересчитала головы, сидевшие за нашим столом. Тринадцать, если не считать Роуэна, который только что сел около Новы, занявшей ему место.

— Кори! — позвала меня Джоанна.

Джейсон, сидящий около неё, похлопал рукой по стулу, который по всей видимости предоставлялся мне.

Ужин прошёл спокойно. Ни один не пытался использовать свои способности, видимо, понимая, что вокруг находиться слишком много людей, которые не привыкли к такому. А может им самим просто не нужно было это внимание. Если не считать злого взгляда Джоанны, которым она обменивалась с Нейлом, то можно сказать всё прошло идеально.

— Я даже, не трогая его, понимаю, что он думает о тебе, — с набитым ртом, сообщала она. — Ты ему нравишься. И он всего на два года тебя старше.

Ответом ей послужила тишина. Не знаю, что она хотела от меня услышать, так что просто молчала. Я знаю, что Джоанна считает меня своей близкой подругой, но также знаю, что она безумно влюблена в Джейсона. И, наверное, она до ужаса хочет, чтобы и я в кого-то влюбилась. Может быть тогда Джейсон оставит всякие попытки добиться моего внимания. Но почему-то, когда Джоанна говорила о Нейле, голос у неё был злой.

— Сейчас не разбегаемся и вместе идём в наш отдел, — сообщаю, когда все закончили есть.

— Ты ещё помнишь, что мы твои ровесники? — подняв одну бровь, спрашивает Кассиопея. — Нам не пять, — добавила она, словно я этого не знала.

Я её проигнорировала.

— Тебя переместить? — спросила Кэсси, когда мы оказались у начала нашей небольшой горы.

Я отказалась. Мне нужно быть рядом, если кто-то из них снова захочет сделать то, что им не по силам. Кто знает, что ещё они могут выкинуть.

— Условия все те же, быстрее остальных оказаться около здания и ждать там остальных.

Как только я это сказала Кейт быстро убежала, используя свои повышенные силы, Кассиопея испарилась в воздухе, а Джейсон начал скользить по льду.

— Клянусь, я тебя ненавижу, — сказала Джоанна, что шла рядом со мной.

— Даже не попытаешься бежать?

Она была не одна такая. Около нас ещё плелась Нова и Сайлас, использующий свою невидимость, видимо, чтобы остальные его не трогали. Я не стала напоминать ему про звоночек.

— А смысл? — ответила Нова за место Джоанны. — Я так устала.

Только сейчас я посмотрела в её сторону.

— Нова... — аккуратно позвала я девушку, что закрыла глаза и не обращала ни на что внимания. — Ты в курсе, что ты не касаешься земли?

Она резко открыла глаза, которые от удивления изменили цвет. Нова, Джоанна и я вместе опустили глаза, уставившись в одну точку. Между кроссовками и землёй было пятнадцать сантиметров. Она парила в воздухе.

— И как спуститься, Кори?

Меня же волновало не это. Я и Джоанна конечно помогли ей вернуться на землю, но в голове у нас у обоих стучало только одно. Нова открыла новую способность. И она была не первой. У Джоанны тоже такое было. Около полгода назад, когда мы писали один из экзаменов, я начала слышать то, что никак не было моими мыслями. Прислушавшись, я поняла, что это голос Джоанны. Оказалось, что в нужный момент, мутация проявила в себе новую силу. Теперь Джоанна могла не только читать мысли, но и пытаться вести диалоги с другими. Правда, связь была односторонней, да и к тому никто, кроме меня, её не слышал.

Поэтому я никогда и не сомневалась, что ЭМО нужен. Мутации не стабильны. Джейсон по началу мог только пуляться водой из пальца и лёд создавать, а через год в нём пробудился огонь. Через еще два года он обладал всеми стихиями. Нам нужно наблюдать за мутациями, чтобы понять, как они устроены. Нужно было научиться предугадывать, когда появляются новые способности, и как мутации передаются по наследству.

— Тебе настолько не хочется подниматься туда самой? — спросила я у Новы.

— Извини, староста, я устала.

Естественно, наша троица пришла последней.

— И снова победитель — Кассиопея, которая завтра освобождается от утренней пробежки, — я подождала, пока недовольные успеют пожаловаться и высказаться. — А теперь по комнатам, вы уже знаете, кто с кем спит. Разложите вещи и лягте спать до двенадцати, иначе завтра вам будет трудно.

Услышав команду, ребята кивнули и разошлись по комнатам. Надо будет всучить Сайласу новый звонок. Только хотела записать это в свой ежедневник, как увидела перед собой Кейт и Джоанну.

— Можно нам поменяться? — жалобно попросила Джоанна.

— С кем? — удивилась я.

Конечно, я знала, что ребята привыкли жить по одному. По-моему, всего пару ребят жили вместе, например, Аурелия и Нова, последняя боялась темноты и не могла спать одна. Но я не думала, что им настолько не захочется жить вместе.

— Мне с тобой, — достаточно спокойно для неё ответила Кейт.

— Хочу жить с тобой, — улыбаясь, добавила Джоанна.

— Ладно.

А почему бы и нет? У меня не было причин отказаться. Джоанна никогда не мешала мне выполнять работу, даже если сидела очень близко ко мне. А ведь тогда она ещё была маленькая и любопытство так и выпирало.

— Только зайди к Уиллоу, — сказала я Джоанне.

Подруга кивнула, не спрашивая зачем это нужно, ведь и так знала зачем. У Уиллоу и Джоанны силы были похожи. Обе связаны с человеческим мозгом. Если Джоанна читала мысли и училась разговаривать телепатически, то Уиллоу могла передавать воспоминания, стирать их и создавать новые.

— Кори, а Сайласа нигде нет, — сказал Роуэн, который должен был жить с ним в одном комнате.

Началось.

— Хорошо, я поищу его.

Повернулась в сторону Джоанны, которая уже протянула мне руку. Догадалась, что я собираюсь отдать ей свой рюкзак. Мне не нужно ей говорить, чтобы она просто положила его кровать и ничего не трогала, она и так это знает.

— Я с тобой! — громко, почти через весь дом, кричит Джейсон.

Не сопротивляюсь, хотя мне больше пригодилась бы Аурелия и Нова. Одна управляет светом, что поможет в темноте, а вторая — может вернуть облик Сайласу, как только почувствует его присутствие, если тот специально где-то прячется.

— Ты его убьёшь? — спрашивает Джейсон, как только мы выходим.

— Повешу его на новом колокольчике.

Больше мы не разговариваем. По-глупому ходим вокруг окрестностей, вытянув руки вперед. Может быть этот дурак уснул у дерева и не заметил. Только под руками был только воздух.

— Почему ты не повесила на нас всех джепиэс трекеры, — начинает стонать Джейсон после десяти минут поиска.

— Напомни мне сделать это, как только мы вернемся, — говорю, за место того, чтобы отсчитать его.

Могу понять его недовольство. Комары кусают, кожа ужасно чешется и уже холодает. И вокруг там темно, что даже звезды видны. Кассиопея явно довольна.

Вдруг раздаётся резкий и громкий звук колокольчика.

— Ты слышала?

Джейсон тут же бросается за звуком, пока я медленно иду за ним, смотря по сторонам. Парня было трудно догнать, всегда знала, что он сильный и быстрый, но сейчас его тянуло словно магнитом.

Он остановился перед деревом. Колокольчик мы нашли. Он висел на огромной кривой ветке. Видимо, ветер его потряс и звук донёсся до нас.

— Ветер? — подумал Джейсон тоже, что и я.

Не отвечая, я продолжала смотреть на колокольчик, который так странно висел. Его словно специально так повесили. Я сделала шаг вперёд, вытянула руки вперёд. Сделав глубокий вдох, я надеялась, что ошибаюсь и руки почувствуют только воздух.

Но я редко ошибаюсь.

Ладони наткнулись на препятствие. Джейсон всё ещё не понимал, что происходит. Я же начала предполагать самое страшное. Рука касалась живота. Сначала опустила её ниже, проведя по штанам. Достигла ботинка и поняла страшное.

Ноги не касаются земли.

Найдя руки, я подняла тяжёлое тело за подмышки. Колокольчик странно дёрнулся, позволяя уронить тело. Я нащупала сердце. И не почувствовала никакого давления.

Мёртв.

Если бы не колокольчик, мы бы так и не нашли его.

— Мёртв, — вслух произнесла я.

Сайлас мертвым грузом висел на дереве. Его повесили на мой колокольчик. А ведь он не хотел его надевать. Видимо, не зря.

Глава 3 "В объятиях природы". 1 часть

«Полученный пергамент с одной печальной вестью

Сжав дрожащими руками о том, что она мертва

И это никак не исправить, и в нём ненависть зрела

Лишь узнал обо всём избранник её

И из края дальнего вернулся тотчас же

Стуча стаканом, заливал вокруг всё воем протяжным

Но также безумно тяжко, и дальше так быть не может

Коль больше не полюбить, то приказано уничтожить»

— Что? — испуганно переспросил Джейсон.

Сердце не стучало, пульса не было. Я наклонилась к его голове, точно зная, что она находиться там. Ухом наклонилась к его носу. Так я должна почувствовать его дыхание, но его не было.

— Сайлас мёртв, — повторила я.

— И ты так спокойно об этом говоришь!? — Джейсон упал на колени рядом со мной.

Он не хотел верить в то, что я говорю. Тоже начал водить рукой по телу, которое мы не видели. Я знала, что он так же касается сердца, запястья, шеи, где должна находиться сонная артерия.

Я не стала говорить это вслух, но я впервые порадовалась мутации Сайласа. Она по сути была бесполезной, он всегда занимал последнее место в рейтинге, ведь всё, что он мог — делать своё тело невидимым. Сейчас меня это радовало.

— Нужно сходить за Новой, — говорю, собрав все лишние мысли.

Сейчас нельзя было думать об том, что действительно происходит. Я старшая, я отвечаю за них. Нужно вернуться в лагерь, позвонить в школу и... а что делать дальше? Искать убийцу? Закрывать лагерь?

Не важно, главное вернуться и позвонить.

— Я никуда не пойду, — со слезами на глазах отвечает парень.

— Тогда сиди с ним, я сейчас вернусь.

— Ты хочешь, чтобы она вернула ему облик?

— Да.

— Тебе не кажется, что это жестоко?

— А ты хочешь хоронить пустоту?

Джейсон посмотрел на меня как-то иначе. Словно, увидел совсем другого человека. Не мог понять почему я так спокойно реагирую? Но не было никакой спокойной реакции, я просто не могла позволить себе истерику. Да и к тому же, я знала, что картина могла быть на много хуже. Мне не в первой видеть мёртвые тела.

— Это единственное, что мы можем сделать, чтобы... — я замолчала, подбирая слова. «Помочь ему» совершенно не подходило, Сайлас уже был мёртв, ему было всё равно, чтобы мы не сделали.

Но договаривать мне не пришлось. Джейсон поднял руку, из которой я видела льются маленькие капельки воды.

— Я понял, прости, Кори.

Не стала спрашивать за что именно он извиняется. Просто смотрела, как одна его рука вытирает слезы, а вторая лежит в воздухе, и только нам было известно, что на самом деле рука держит мёртвое тело.

Мертвое тело...

Я не могла относится к тому, что лежало здесь на земле, как к человеку, которого я знала шесть лет. Это просто не сходилось в голове. Это был кто-то другой. Сайлас сейчас в комнате разбирает вещи и придумывает план, как забраться в душевую к девочкам, используя свою невидимость. Он просто не мог быть тем, что лежало на земле.

— Я вернусь скоро с Новой, подожди, — развернувшись, сказала я. Почему-то у меня было странное ощущение, что это плохая идея - оставлять его тут одного с Сайласом. — Никуда не уходи, — зачем-то добавила я.

Джоанна называла это материнским инстинктом, но я просто чувствовала ответственность за каждого из этих ребят. Если я видела, что кто-то из них ходит без шапки, я должна была принести ему шапку. Если видела, что кто-то из них сидит в углу и бьется в истерике, моей обязанностью было сесть рядом и выслушать, что произошло. Сейчас было тоже самое. Я чувствовала, что не имею право оставлять его одного. Шестое чувство, инстинкт самосохранения. Что угодно.

В голове пронеслась странная мысль, когда я возвращалась на нашу базу. Лишь бы не вышло так, что, вернувшись, я обнаружу два мёртвых тела.

— Кори? — первая заметила меня Джоанна.

Никто из ребят, видимо, не стал меня слушаться. Каждый ждал, когда мы втроём вернёмся. И как я должна сообщать о том, что один из нас точно больше никогда не сможет куда-либо вернуться?

— Что-то случилось? — Кассиопея, которая всегда говорила то, что думает.

— Где Джейсон? — добавила Нова, на которую я смотрела, зная, что именно я должна её попросить.

Как просить у нее такое?

— Где Сайлас? — обеспокоено спросил Роуэн.

А я ведь даже не плакала. Просто спокойно стояла, держа слишком серьёзное выражение лица. А они уже переживали. Я ещё ничего не сказала, а на лицах у них стояло столько беспокойства.

Мне резко стало плохо. Я не хотела плакать. Нет. Я почувствовала что-то странное. Слова не хотели идти из горла. Мне не хотелось, чтобы они узнали. Они ведь тоже решат, что это из-за меня.

Чёртов колокольчик.

— Да господи! — громко влезла Кейт. — Не умер же никто, что вы так переживаете, — пошутила в собственной манере она, и некоторые даже улыбнулись, соглашаясь с ней.

— Сайлас мёртв, — резко сказала я.

Почему-то ко мне вернулось моё спокойствие. Пришло осознание, что они не маленькие дети, которых нужно оберегать от всего мира. Они смогут это пережить.

— Что? — переспросила Кейт, подавившись воздухом.

— Нет...

В комнате повисло отрицание. Ни один человек в этой комнате не хотел в это верить. Это заставило меня подумать о том, как я быстро пришла к этому факту.

— Покажи им, — приказала я Уиллоу, которая уже начала плакать.

У меня не было времени ждать, когда они смогут всё принять. Я подождала, пока Уиллоу достанет воспоминания из моей головы. И не дожидаясь, пока остальные их посмотрят, схватила Нову, которая ревела, прижимаясь к плечу Роуэна, за руку:

— А ты идешь со мной.

Слезы резко пропали. Глаза стали прозрачными. Мне не понадобилось много времени, чтобы понять, что это ее сила.

— Он невидимый, да? — сразу догадалась Нова, даже не посмотрев воспоминания.

Но, когда мы пришли на место, увидели только Джейсона, который молча смотрел в одну точку.

— Я пытался его догнать, — упавшим голосом произнёс он, явно оправдываясь передо мной. — Но его что-то унесло. Я не видел ни Сайласа, ни то, что его уносит. Я просто не нашёл его.

Нова больше не пыталась прятать слезы. Она упала на колени около Джейсона. Обняла его, не ожидая, что он сделает того же в ответ, и просто плакала. У него же уже не осталось слез. Он просто смотрел мимо меня, осознавая, что произошло.

Я же... Я же пыталась понять, что произошло. Самое первое, что пришло мне в голову, когда я увидела этот колокольчик, — Сайлас повесился. Я ещё не успела придумать причину, по которой он мог бы это сделать, но это показалось мне самым логичным вариантом. Сейчас же точно можно было сказать, что это убийство. Иначе бы никто не унёс тело Сайласа.

И что теперь делать?

***

Никто не разошёлся по своим комнатам. Мы сидели в гостиной, словно ожидая чего-то. Было ощущение, что все просто ждут, когда вернется Сайлас. Но тишина, которая нарушалась только слезами, давила. Никто ничего не спрашивал. Джейсон не произнёс больше не слова и смотрел в одну точку, сидя на полу. Даже Джоанна не стала к нему подходить, она посмотрела на меня и, получив от меня отрицательный кивок, пошла обнимать Нову, у которой глаза блестели от слез.

Я должна была что-то сказать. Но я даже не позвонила директору. Просто не смогла. Все еще держу телефон в руке и не знаю, каким образом сообщить о том, что произошло. Мне не хотелось плакать, меня не трясло, я просто не знала, что теперь делать и как помочь остальным. Казалось, что мне снова исполнилось десять лет. Папа умер, и я как-то должна была сказать об этом матери. И тогда я испытывала те же самые чувства. Просто смотрела в одну точку, думая, как будет правильней поступить.

Мне было проще думать, что это произошло не с ним. Это кто-то другой. Папа вернется. Я заставила себя в это поверить. Но мама узнала от кого-то другого. Она посмотрела на меня, продолжая держать телефон в руках. И дальше были только слезы. Не помню ничего другого. Мы не разговаривали об этом. Мне ничего не пришлось говорить. Я просто наблюдала, как она плачет, и молчала, надеясь, что скоро все закончится.

И сейчас все повторялось.

Я не хотела об этом говорить, больше всего на свете я хотела, чтобы директор позвонил сам и сказал, что все знает. И все решилось.

— Кори, — позвал меня тихий голос. Как только наши взгляды пересеклись, Джоанна положила руку ко мне на плечо. Она сжала его и тут же отпустила. — Что нам делать?

Я поняла, что сейчас на меня смотрит ни один человек. Не только Джоанна. Все остальные также ждут, что я что-нибудь придумаю. У меня не было права просто сидеть и ждать, пока все решиться само. Не могла ждать, пока слезы прекратятся литься из их глаз. Плакала даже Кейт, как я могла успокоить их всех.

— Ложитесь спать, я со всем разберусь, — стараюсь сказать, как взрослая, чтобы им стало спокойно.

— Сама? — первая реагирует Кейт.

В этот раз все с ней солидарны. У каждого на лице написан точно такой же вопрос.

— А есть другие варианты?

Я давно поняла, что Кейт раздражает мой спокойный голос. Он ставит её в ступор, потому что она не знает, что делать дальше. Обычно с ней либо ругались, как делают ученные и учителя, либо соглашались, как большинство её одноклассников. А мой голос ничего не выражает.

— Сейчас я позвоню Себастьяну. Он все решит.

— Что решит? — взрывается Кейт. — Сайлас уже мёртв.

В этом и была проблема. Именно поэтому я не знала, что делать. Ситуацию уже никак не исправить. Сайлас уже умер, Джейсон уже нашёл мёртвое тело. Все ребята уже увидели, что Сайлас мёртв.

Все уже произошло.

— Себастьян найдет преступника, и это не повториться. И вам найдут психологов.

Кейт явно не устроил такой ответ. Она разозлилась, но не стала со мной спорить, а просто развернулась и ушла, громко хлопнув двери.

— Я надеюсь, вы понимаете, что Кори не может его воскресить, — вдруг сказала Джоанна. — Может быть кто-то из нас мог это сделать. Или спасти Сайласа. Или еще что-то. А Кори нет. Не забывайте, она просто человек.

Эти слова не сделали мне лучше, но ребятам стало легче. Джоанна не сказала ничего такого, чего они бы не знали. Она просто напомнила, что меня по сути вообще здесь не должно было быть. Но я все равно благодарно ей кивнула. Все-таки Джоанна делала это для меня.

Когда мы остались с ней вдвоем в гостиной, я все же нажала на контакт директора. Сделала глубокий вдох и решила не пытаться подобрать слова. Себастьян знает, что я не умею это делать. За все время, что я работала с ним, я всегда говорила то, что думаю, даже если это было чем-то не тем. Зачем тогда сейчас выдавливать из себя то, что просто не могу?

— Ты в порядке? — спросила Джоанна.

Я видела, как сильно она борется с желанием положить на меня руку. Знаю, что ей намного проще прикоснуться ко мне и узнать все то, что я думаю, но она этого не делает. Она успела обнять уже всех, кто плакал или впал в ужас. Только Джоанна могла понять всех и успокоить.

— Спрашивать лучше тебя. Это ведь ты эмпат. Мало того, что человек умер, так ещё и на остальных это отразилось. И ты пыталась всех успокоить. А сама то? Наверное, ужасно хочешь сесть в угол и биться головой об стену.

— А ты ничего не почувствовала?

Думаю, что мы дружили, потому что Джоанне было спокойно со мной. Из-за её мутации она часто отражала чужое поведение. Она читала мысли и эмоции, и всегда подстраивалась. Если человек плачет, она сразу же грустнеет. Если агрессивен, Джоанна тут же начинает тоже. А я всегда была спокойна, чтобы не произошло. Внешне уж точно. А Джоанна старалась меня не трогать, поэтому почти всегда оставалась сама собой около меня.

— Я не знала, как об этом рассказать вам.

Я посмотрела на телефон и поняла, что гудки не идут. Совсем.

— Вышло жестоко.

— Джейсон сказал так же.

— Он просто тоже знает, что ты психопат.

— Джо, связи нет.

Глава 3 "В объятиях природы". 2 часть

«Я заслонил тебе солнце,

Я заменил тебе социум,

И наступая на горло,

Я перекрыл тебе воздух

Эта клетка открыта с обеих сторон

Только мы никуда из нее не уйдем

Это камера пыток, наш будущий дом»

На часах было три часа ночи, когда я вместе с Джоанной ворвалась в комнату к Кассиопеи и Уиллоу.

— Что такое? — сонно спросила Кэсси, потирая глаза. Она хорошо видела в темноте, а со стороны казалось, что её звезды в глазах ещё больше светятся. — Что-то еще случилось?

— Связи нет. Нужно, чтобы ты вернулась в школу.

— Прямо сейчас?

— Да. Нужно связаться с Себастьяном. Срочно нужно уходить отсюда.

— Хорошо.

Хоть Кассиопея и делала вид, что недовольна из-за того, что мы ее разбудили, на самом деле она была рада, что именно она может помочь. Да и в целом, они любили использовать свои силы вне тренировок.

— Почему нет связи? — спросила Уиллоу, когда Кассиопея растворилась в своей чёрной жидкости. — Ещё же час назад все отлично работало.

— Может быть на ночь глушат, — пожала я плечами.

А после повернулась к Джоанне, взяв её за руку.

«Только это глупо. Так как телефоны все равно забирают у детей, которые в лагере,» — четко произнесла я у себя в голове, зная, что Джоанна услышит.

Я не хотела говорить это вслух. Если услышит Уиллоу, узнают все. А я не хотела пугать ребят ещё больше.

— Тогда ты просто попробуешь позвонить утром, да? — с какой-то надеждой спросила Уиллоу.

«Думаешь, связь глушат специально у нас?» — прозвучал вопрос в голове.

— В этом нет смысла, — сказала я вслух, оставляя без ответа Джоанну. — Кассиопея уже все сказала, вероятно, — глянув на часы, предположила я.

Как только я сказала это, перед нами появилась чёрная жидкость. Спадая и растворяясь, перед нами появилась Кассиопея, у которой глаза казалось стали хуже сиять.

— Я не могу.

— Почему? — первая спросила я, заметив, что остальные девочки впали в шок.

Я видела, что у них обеих в голове началась пожарная тревога. Не знаю, как я смогла удержать себя от этого. Я осознавала в какой ситуации мы находились. И с каждой секундой я понимала насколько мы беспомощны. Насколько беспомощна я.

— Меня не пускает, — почти со слезами на глазах произнесла Кассиопея.

Ей было стыдно в этом признаваться. Ребята гордились своими силами, считая себя особенными. И практически каждый из них был перфекционистом, если дело касалось суперспособностей. Они учатся этому всю жизнь, стараясь встать на ступень выше, чем другие. И тут это.

— Перемести нас, куда можешь, — не давая ни себе, ни девочкам времени на размышления, командую я.

Если они сейчас начнут анализировать точно также, как это делаю я, все закончится слезами и истерикой. Ещё одну я не перенесу.

— Нас тоже? — спрашивает шокировано Джоанна, но уже поздно, чёрная жидкость окутывает каждый сантиметр её тела.

Она потом убьет меня за то, что я не предупредила её о том, что нужно закрывать рот. Обычно Кассиопея не переносить ребят. Может кто-то и удостаивался такой чести, но Джоанна точно ни разу не перемещалась в пространстве.

Когда я открываю глаза и чувствую твердую землю под ногами, я понимаю, что мы стоим около огромной арки, которая является входом и выходом в лагерь.

— Так близко? — я знаю, что Кассиопея почувствует разочарование в моем голосе, но его тут нет. Это просто вопрос.

Кэсси отводит глаза, складывая руки на груди. Ей не хочется отвечать, а её глаза становиться все тускнее.

— Меня не пускает дальше, — как-то невнятно оправдывается она.

Джоанна шагает вперед, пока я пытаюсь понять, что происходит. Я подхожу к Кассиопеи, трогаю лоб, проверяя температуру.

— Ты себя как чувствуешь?

Но Кассиопея не отвечает, она смотрит мимо меня. В её глазах я вижу Джоанну, которая странно держит руку в воздухе. Я поворачиваюсь к ней.

— Я тоже не могу пройти, — проводит рукой по воздуху, словно по стене.

— Что? — Кассиопея на секунду становится более веселой.

Я не смотрю на неё, но знаю, что она жалеет о своей радости в ту же секунду. Конечно, теперь она не ощущает себя такой ничтожной, как всего пару минут назад, но сейчас явно было не до веселья, и она это понимала.

Что же происходит?

— Ты уверенна? — спрашиваю я у подруги, не веря, что такой возможно.

— Тут явно какой-то барьер, — серьезно произносит Джоанна и стучит по воздуху, останавливаясь в одном и том же месте.

Не веря её словам, я подношу руку к тому месту, где находиться её. И ничего. Ладонь не ощущает никакой преграды. Только воздух. Делаю уверенный шаг и остаюсь за аркой.

— Как ты это сделала? — удивленно смотрят на меня Джоанна и Кассиопея.

Недовольно на них смотрю, чувствуя себя жертвой какого-то странного розыгрыша. Весь день казался именно таким — смерть Сайласа, словно его издёвка от него самого с этим ужасным колокольчиком, отсутствие связи и эти девочки, твердившие про какой-то невидимый барьер, который не могла пройти даже телепортация Кассиопеи.

— Тут ничего нет, — не соглашаюсь я с ними.

Первая реагирует Кассиопея. Думаю, ей обиднее всего это слышать. Уиллоу стоит позади, наблюдая за нами, просто сохраняя и обрабатывая воспоминания, а Джоанну тяжело обидеть. Глаза снова меняют оттенок у Кассиопеи, когда она резко протягивает руку. Я без слов понимаю, что от меня требуется. Обхватываю её холодную ладонь, ставлю пункт о том, что нужно было дать им теплую одежду, все-таки ночь, и тяну на себя.

Ничего не происходит. Кассиопея словно падает на невидимую стену. А рука, которую я держала всего пару секунд, просто остается на том же месте. Как бы я не тянула её и не брала обратно в свою. Ничего. Все та же стена.

— Видишь?

Да, именно поэтому мне это не нравится.

— Вы не можете пройти, — резюмирую я.

— И что теперь делать, Кори?

Хороший вопрос. Мне нужно об этом подумать.

Слышится громкий звук, мы втроём оборачиваемся и видим, как Уиллоу упала в обморок.

— Она мертва? — сразу пугается Кассиопея.

Но я быстро замечаю, что Уиллоу дышит.

— Перенапряглась, — успокаиваю я девочек.

— Когда успела?

— Будто это сейчас важно, — закатила глаза Кассиопея.

— Думаю, она пыталась вспомнить что-нибудь важное, поэтому перебирала свои и мои воспоминания, — отвечаю я Джоанне, чтобы та не переживала.

Кассиопея и Джоанна сели на землю около нее с двух сторон, словно переживая, что кто-то заберет её, как Сайласа. Кэсси гладила Уиллоу по голове, надеясь, что её соседка по комнате скоро проснется.

Я пыталась понять, зачем она использовала свои силы. Что она пыталась найти в своих воспоминаниях. Сайласа? Пыталась найти момент, когда он пропал из нашей толпы? Уиллоу пыталась вспомнить что-то важное. Я не могла понять что, сколько бы не вглядывалась в её спокойное лицо.

Надо будет узнать утром, что она пыталась сделать. Сейчас важно другое. Нужно придумать план действий, чтобы пережить эту ночь. Кто знает, может быть мы сейчас вернемся и найдем ещё одно мертвое тело. Роуэн сейчас спит один, и ничего не помешает убить его во сне.

— Я пока вижу только два решения, — говорю спустя пару минут.

— Одно хуже другого? — сразу фыркает Кассиопея.

Я киваю. Джоанна сжимает руку Кэсси, зная, что та всего лишь пошутила, надеясь разрядить обстановку, с которой ничего нельзя было сделать.

— Первое, — начинаю я, когда Джоанна кивает, показывая, чтобы я начала говорить. — Вы сейчас возвращаетесь к ребятам и просто ложитесь спать. Желательно, чтобы, Джо, ты проверила Роуэна и легла спать к нему. Не очень хорошая идея оставаться в комнате в одиночку. А я тем временем пойду искать место, где появиться связь. Если она так и не появиться, то просто дойду до школы сама. Либо пешком, либо попробую поймать какую-нибудь машину.

Мне показалось, что это самый логичный план. Моей обязанностью было связаться с Себастьяном, если что-то пойдет не так. Но зная моих подопечных, они точно будут против.

— Ты хочешь сама дойти до школы... — странным тоном, растягивая буквы и сопровождая их жестами рук. — в такое время? Три часа ночи, Кори. А если тебя убьют?

— А если даже не убьют, ты вернешься с помощью, с директором и всеми остальными, а в нашем отделе найдешь только гору трупов. Сколько ты будешь добираться до школы? Думаю, убийце хватить времени, чтобы расправиться с нами всеми, — добавляет Кассиопея.

В этом и заключается проблема второго плана. Их уже не убедить, что убийство Сайласа случайность или вообще самоубийство. Возможно, пока мы с Новой отходили к Джейсону, ребята уже начали искать убийцу, думая, кто большего в лагере показался им подозрительным.

— И второй, — не отвечая на их нападки, продолжаю я. — Мы решаем, что Сайлас сам повесился, — стараюсь не смотреть на лица девочек, в которых застыл ужас. — И тогда: связь пропала, потому что ее отключают на ночь.

— А барьер? — возмущается Кассиопея.

— Его поставили в школе. Через него не можете пройти только вы. Значит, остальные ребята его не заметят. Сделали, чтобы вы никто не убежали от меня.

— И тогда утром ты позвонишь директору, расскажешь про Себастьяна и зайдешь к главным по лагерю и сообщишь им.

— Скажу, что он потерялся, — поправляю Джоанну. — Попрошу список и скажу, что нас стало на одного меньше. Я не могу сказать, что он убил себя, так как тела у нас нет.

Девочки дергаются, когда я произношу слово «тело». Я осознаю свою ошибку, только когда замечаю их реакцию. У меня язык не поворачивается назвать то, что я видела, Сайласом. Но придется привыкнуть, чтобы не пугать остальных.

— Мне не нравятся оба варианта, — не смотря на меня, произносит Кассиопея. Они никогда со мной не спорят. Она и сейчас не собирается, понимая, что других вариантов нет. — Но, если выбирать, я за второй. Хотя я и не согласна, с тем, что он убил себя сам.

Джоанна согласна кивает.

— Тогда перемещай нас в твою комнату. Я проверю Роуэна, и пойдем спать, — говорю я Кассиопее.

Глава 3 "В объятиях природы". 3 часть

«Представь, что существует механизм

Что, чуть что, вернёт на бис время единственным щелчком

Вернёт всё то, хоть и ни капельки не жаль

И если есть такой рычаг, подскажите, куда нажать

Но без кнопки сигареты в куртке

Забыть людей для нас легко, как потушить окурки»

Уснула я позже всех, потому что до конца надеялась, что смогу дозвониться до школы. Нет, ничего не вышло. В пять утра я проверила все комнаты, которые ребята не закрыли, зная, что я пойду на небольшой обход. Роуэн спал третьим в комнате с Джейсоном. И только одна комната закрыта на замок, но я и не ждала от Кейт чего-то другого. Вернувшись в комнату, где Джоанна ворочалась из стороны в сторону, я села к ней на край кровати. Просто погладила её по голове, чтобы успокоить. Знаю же, что она ничего не услышит, даже если проснется. Беруши, которые ей точно нельзя снимать, не дадут чужим голосом мешать Джоанне спать.

Легла последняя, но встала самая первая, что уже даже неудивительно. Обычно так и происходило. В школе я в это время относила ученным и врачам отсчеты за вчерашний день, а после шла будить ребят. Сегодня же я подумала, что пробежку можно и пропустить. Пусть отсыпаются.

Роуэн и Джейсон проснулись первые. Последний очень сильно рвался на пробежку, только я ему запретила. Сейчас выходить по одному из кампуса не очень хорошая идея. Джейсон грустно кивнул, но молча уселся на диванчик, что стоял около стола. Напротив сел Роуэн, у которого я сейчас буду забирать кровь.

— Сколько у тебя уже всего крови забрали? — вдруг спросил Джейсон, когда в мою сумку отправилась шестая баночка крови. — Типо, даже мы сдали за шесть лет прилично крови. Но ты...

— Я не задумывался об этом, — слишком серьезно для семи утра ответил ему Роуэн.

— Если не брать в расчет то, что он сдает вместе с вами, то за прошлый год у Роуэна забрали около пятисот литров крови.

Парни выглядит слишком удивленными моими знаниями о том, сколько крови выкачали из тела Роуэна. Но я же сама достаю из него столько, а потом вношу в документы.

— Откуда в нём столько? — не перестает удивляться Джейсон.

— Обычное сердце человека качает в день по семьдесят тысяч литров крови, а у него оно работает в два или даже три раза быстрее. Иногда в день приходиться забирать по два-четыре литра. Вчера только двести миллилитров, так как он сделал мотоцикл.

— Ты все еще считаешь, что это бессмысленная трата ресурсов? — усмехается Роуэн.

Для семи утра они через чур активные.

— Если бы твоих ресурсов не хватило, мне бы пришлось вливать то, что лежит у меня. И вот это было бы бессмысленной тратой ресурсов.

— А мотоцикл, к слову, где? — влез Джейсон.

И комната залилась смехом парней. На этот звук вышли остальные парни.

— А что за аттракцион невиданной щедрости? — это Элай, единственный из проснувшихся ребят, кто всегда активен.

Иногда мне хочется попросить налить в стаканчик его яд, вырабатываемый его телом, и заставить его выпить. Иногда он ещё та заноза.

— Сегодня никакой пробежки? — удивленно и сонно уточнил Зайон.

Он ещё буквально спал, держась за спину Элая. Они всегда ходят вдвоем. Ещё с детства. Наверное, из-за того, что только Зайон может пережить внезапные выбросы яда. У многих ребят есть на большие шрамы от химического ожога. Элаю всегда было за это стыдно, так что он старался держаться подальше, пока был маленький. Но Зайон непробиваемый. По своему желанию он может делать свои части тела твердыми. Если у него и есть шрамы, то только из-за самого себя.

— Кори сказала, что опасно ходить по одному, — ответил им за меня Джейсон.

Послышались недовольные голоса и радостных выдох Зайона, наш лентяй, который сразу же заснул на Элае. У большинства из школы существовал жесткий распорядок дня. Кейт постоянно бегала вместе с Джейсоном, на перегонки. Они не опускали ни одну возможность посоревноваться.

— Не знаю, как вы, но я не хочу начинать утро с ещё одного трупа, — жёстко пресекаю недовольства, зная, что только так до них дойдет.

Зайон резко открывает глаза, теперь точно проснулся. Элай поджимает губы, чтобы не сказать ничего резкого в ответ. Сейчас кто-нибудь точно получил химический ожог, но я пока не уверенна, кто именно.

— Ты сейчас к директрисе? — спрашивает Роуэн, просто чтобы заполнить тишину, образовавшуюся из-за меня. Обычно этим занимается Джоанна, но она сейчас спит.

— Пойду скоро.

— Одна? — наклоняя голову в сторону, как верный пёс, интересуется Джейсон.

После вчерашнего мне точно не хочется идти куда-либо с ним. Я никогда не была суеверной, но сейчас кажется, что небольшая прогулка с Джейсоном приведет к неудаче. Вряд ли мертвое тело можно назвать неудачей, но я не знаю, как по-другому выразить свои мысли и чувства. Джоанна говорит, что у меня с этим проблемы. Я с ней не спорю.

— С Джоанной, наверное, — отвечаю я, хотя точно не собиралась будить Джо ещё часа три. Как и Аурелию.

Первой из девочек проснулась Кейт. По утрам она была ещё недовольнее, чем обычно. На такой случай у нас был Роуэн, который ещё утром быстренько сделал нам чайник и кофе. На удивление, Кейт спокойно садиться около Джейсона и просит Роуэна сделать кофе.

— Мне разбудить остальных через двадцать минут? — поворачивается она ко мне, видимо, тоже осознает, что я должна уйти.

— Роуэн, что ты добавил в кофе, что она такая спокойная? — влезает Элай, которому приносит одно удовольствие задевать Кейт. Он ее бесит на том же уровне, что и я ее. — Я был уверен, что она больше всех орать будет, когда узнает, что сегодня день не начнется с победы или поражения Джейсона.

Даже не хочу просить его замолчать, я думала точно так же.

В Элая летит кружка, в которой все ещё есть горячий кофе. Никто даже не удивляется. Роуэн делает новую кружку и наливает в неё кофе. Кейт часто, когда злиться и чувствует, что на неё кто-то нападает, начинает кидать все, что попадется в руку. В девочек она ещё не кидалась ничем, но у пары врачей и ученных остались шрамы от Кейт. Элай тоже достаточно часто получает и всегда старается задеть её своим ядом. В этот раз он даже не шевелиться, и я решаю, что с утра Кейт промахнулась, но кружка попадает в Зайона. Я уже почти бросилась за аптечкой, как увидела, что кружка отскочила от твёрдого лба и разбилась.

С Зайоном Кейт не любит сцепляться. У них силы по сути дополняют друг друга. Она сверхчеловек, который может и драться, как лучший воин, и бегать, как самый быстрый человек. Но на нём её удары просто не проходят.

— В следующий раз точно будет твой нос, — угрожающее говорит Кейт, глядя прямо в глаза Элаю.

Иногда я забываю, что Кейт ненавидит в целом все человечество.

— А ты дотянешься? — усмехается Элай.

Кейт ниже его всего лишь на три сантиметра. Она самая высокая девочка в классе, но для неё этого все равно мало. Эти три сантиметра мучают её больше всего на свете. И Элай этим пользуется.

В него практически снова летит кружка, только в этот раз вступается Сейдж. Несчастная кружка повисает в воздухе и кофе вместе с ним. Это выглядит странно, но я рада, что это не оказалось на полу.

— Я ушла, — говорю всем. — Не забудьте разбудить девочек. Если Джоанна и Уиллоу не захотят вставать, не трогайте их, но положите их спать в одну комнату. Завтрак в девять тринадцать. Все поняли?

Смотрю на Роуэна, понимая, что ему я доверяю больше всего. После Джоанны, естественно, но сейчас она спит. Он кивает, пока остальные на перебой отвечают «Да».

Дай Бог я вернусь, и все останутся живы. Как бы ужасно это не звучало.

Когда прохожу по склону, замечаю, что дети из других отрядов сейчас на зарядке. Нас освободили от многих мероприятий, в которых мы просто не сможем участвовать из-за своего графика, и зарядка одно из них.

Глазами нахожу Нейла и Элли, которые танцуют перед детьми, чтобы они за ними повторяли. Это выглядит странно, но я делаю вид, что ничего не вижу. Хотя кажется, что блондин меня заметил. Или может быть у него дергается глаз.

Дохожу до администрации и спрашиваю, где могу найти директрису. Меня уже, наверное, знают, так что берут за руку и доводят до нужного кабинета. Не помню, чтобы меня так сильно раздражали чьи-то касания. Возможно, проблема в Джоанне и Джейсоне.

— Кори! — радостный возглас женщины, словно я ее самый близкий друг, а не очередная маленькая девочка.

— Здравствуйте, — серьезно произношу, закрывая за собой дверь. — У нас пропал человек в отряде, нужно сообщить директору, мой телефон сломался, можете позвонить?

На лице женщины появляется ужас. Джоанна бы сейчас сказала бы, что хочет дать мне подзатыльник. Но разве я должна постоянно переживать о чужих чувствах? Директриса даже не знает о ком речь, я ведь не сообщаю ей о том, что у неё умер сын. Можно так сильно и не переживать.

— Кто? — спрашивает она и берёт телефон в руки.

— Сайлас Лайд. Могу показать в списке, который отдала вчера.

— Не помню такого, — нахмурив брови, ищет список директриса.

Когда она отдает мне список, я понимаю, что Сайласа просто нет в нём.

— Извините, а сколько нас вчера приехало?

— Тринадцать, если не считать тебя. Кори, детка, у тебя все хорошо?

Этого не может быть. Сайласа как будто бы никогда и не существовало. Как так вышло, что его нет в списке? Я ведь сама печатала этот список и отдавала его вчера директрисе. Он точно там был.

— Позвоните директору.

Она не спрашивает почему я называю его так, а не отцом. Её непонимании ситуации только помогает мне. Это к лучшему, мне нужно осмыслить другие вещи.

— Он вне доступа сети.

Черт.

— Ясно, сообщите мне, когда он перезвонит, — открываю дверь и уже ухожу.

Директриса что-то кричит, но я не слушаю её. Анализирую все факты, что лежат перед мной. Мёртвое тело Сайласа, отсутствие связи, невидимый барьер, не пропускающий ребят, список, в котором почему-то нет Сайласа. И число, названное директрисой. Тринадцать, а не четырнадцать.

Это все неправильно.

— Кори! — вырывает меня из собственной головы мужской голос.

Нейл.

Он вместе с Элли машет мне рукой, пропуская детей к столовой. Я быстро подхожу к ним.

— Ты не помнишь, сколько вчера приехало со мной ребят?

Не знаю, кому именно адресую вопрос. Элли, которая точно пялилась в сторону ребят, разглядывая Роуэна. Или блондину, по словам Джоанны который думал обо мне и, вероятно, даже не смотрел в сторону моего отряда.

— Тринадцать, — отвечает Элли, удивленная вопросом, но её голос уверенный.

— Тринадцать-четырнадцать, — вместе с ней говорит Нейл. — Да, что-то типо того, — соглашается с подругой парень.

— Тринадцать или четырнадцать? — строго уточняю я, глядя на парня.

— Мильтон, ты себя как чувствуешь?

Вместо ответа разворачиваюсь и иду на встречу нашего кампуса. Уже вижу, как с горы идут ребята. Пробегусь по ним глазами. Их не тринадцать.

— Где Нова и Магнолия? — сразу спрашиваю я, не заметив их с остальными.

— Они медитируют недалеко от кампуса, — отвечает Аурелия, которая живет в одной комнате с этими двумя.

Закрываю глаза. Не знаю, откуда во мне появляется столько злости, но мне хочется наорать на всю эту кучку детей, которые видимо не осознают в каком ужасе мы находимся.

— Я ведь сказала никуда не ходить по одному! — к удивлению, в голосе не слышится вся агрессия, которая бурлит по телу.

— Они там вдвоем, — слабо оправдывается Аурелия.

Хватаю Джоанну за руку и тяну её в нужную мне в сторону.

— Идите на завтрак, никуда от друг друга не отходите. Иначе я заставлю Роуэна создать наручники с подавителями ваших сил. Будете сидеть у меня в кампусе до конца лагеря.

Они знают, что это не угроза, а обещание. Молча кивают, не решаясь, говорить что-либо вслух.

— Все будет хорошо, Кори, — произносит Джоанна, отпуская мою руку. Интересно, сколько мыслей она успела прочесть? — Магнолия всегда ходить медитировать. И она в своей стихии, ты же знаешь.

Магнолию можно назвать феей природы. Или растений. Она разговаривает с цветами и деревьями, может заставить природу делать все то, что ей нужно. Из-за этого она каждый день перед завтраком уходит на небольшую территорию школы, которую я думаю она вырастила сама, и садиться на траву. Просто медитирует, ощущая уединение с природой.

Нова видимо пошла из-за того, что я запретила ходить куда-либо по одному. Они никогда не ослушиваются, если я отдаю какие-то приказы.

Мне не нужно отвечать Джоанне, к нам на встречу уже бежит Нова. Её глаза полностью в слезах. Не нужно даже искать место, где они медитируют. Знаю, что найду там только мертвое тело.

— Они... Они... — задыхаясь от слезы, пытается что-то сказать Нова.

В её глазах не только слезы, но и ужас, который просто не передать словами. Она увидела что-то настолько плохое, что никак не сравниться с невидимым мёртвым телом.

— Она умерла? — уточняю.

Нова кивает. Поворачиваю голову к Джоанне, которая сильно поджимает губы. Я знаю, что ей не нравится, что я спрашиваю об этом так. Но я ничего не могу поделать.

— Уложи её спать, и я принесу вам поесть, — командую Джоанной.

Получаю кивок, не жду, пока они уйдут, ухожу первая. Нужно найти Магнолию, пока неведомые силы не унесли её так же, как Сайласа.

Найти её не составляет труда, хотя саму Магнолию увидеть не получается. Все её тело окутано ветвями и листьями от дерева. Твёрдая крона зажимает её шею, и я догадываюсь, что умерла она именно от удушения. Шип от розы увеличенный в несколько раз проходит насквозь её сердце.

Все в крови.

Даже странно, что я не заметила её на Нове.

Я хочу подойти к Магнолии, достать шип из сердца, зная, что её уже все равно не спасти, снять ветви, огибающие её тело, но я не могу. Что-то с силой бьет меня в затылок, и дальше передо мной только темнота.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге