Однажды
25
— Оборотень! — прохрипел несчастный Вэйхао. Здоровенная лапа тяжело давила на грудь, не давая дышать. Посинев, как утопленник, он лишился чувств.
Подоспевший Аньвенью ухватил лису за хвост и оттащил её от лежащего на земле тела.
— Алин, опомнись! — взмолился он.
Огненным вихрем, метнувшись в сторону, она вывернулась из его рук, легла и сжалась в комок, закрыв пушистым хвостом морду.
Быстро проверив у Вэйхао дыхание и пульс, и убедившись, что друг его жив и цел, Аньвенью облегченно выдохнул. Ситуация складывалась хуже некуда. Осмотрев все имеющиеся проблемы, незадачливый предводитель решил начать с самой крупной. Подойдя к ней, он присел рядом и запустил руку в мягкий тёплый мех, поглаживая и лаская. Спина зверя задрожала, но так и осталась спиной зверя.
— Тебе плохо? Чем я могу помочь? — с тревогой спросил юноша.
— Не бросай меня. Пожалуйста, — раздался у него в голове голос Алин.
— Как же я тебя брошу. Ты моя жена. Моя лиса, — Аньвенью придвинулся ближе, ещё уверенней наглаживая прижатые к голове уши и чувствуя, что она ему не верит. Он задумался, а потом понизил голос и заговорил: — Когда я был совсем маленьким, матушка часто рассказывала мне сказки. Знаешь, какая мне нравилась больше всего? Повесть о Пастухе и Ткачихе. Я думал о том, как вырасту и стану таким, как Нюлан, и мечтал взять себе в жены небесную принцессу.
Лиса тихо фыркнула.
— Какая из меня принцесса. Я небесный зверь. Нас создали не для красоты, а чтобы убивать чудовищ.
— А нам говорили, что на чудовищ охотятся драконы, — удивился Аньвенью, от любопытства позабыв обо всем на свете.
Фырканье повторилось.
— Странная у людей логика. Ты думаешь, чудовища гордо парят в небесах и ждут, пока их поймают? Они прячутся в скалах, в норах, в лесах. А там от драконов мало толку. Для этого нужны мы, лисы.
—Значит, в Водную обитель ты тоже пришла за чудовищами? — пораженный догадкой воскликнул юноша.
— Нет, — Алин замолчала. Лисье тело дрогнуло, стараясь ещё больше сжаться. Аньвенью погладил её по спине, пытаясь успокоить.
— Меня наказали и отправили сюда, чтобы я прожила обычную человеческую жизнь, — наконец заговорила она, с трудом заставляя себя произносить каждое слово.
— Наказали? За что?
— Я убила своего жениха, — глухо ответила Алин.
Рука юноши замерла, так и не коснувшись рыжей шерсти. Он облизнул пересохшие губы.
— Но ведь на это была причина?
Лиса подняла голову и взглянула на него красивыми янтарными глазами в черной обводке.
— Он был самым сильным драконом, а я самой сильной лисой. Нас учили лучше других, посылали на самые сложные задания. Мы дружили и доверяли друг другу. Без доверия в бою не выживешь. А потом нас решили свести, как сводят племенной скот. Наша сила передается детям. Небесные звери тоже иногда гибнут, и владыкам нужны новые, лучшие бойцы. Нам приказали пожениться. Он согласился, а я нет. Я не хотела его принимать. Мы могли быть друзьями, боевыми товарищами, только не супругами. Ты хотя бы спросил меня, чего я хочу, а он нет! Мой брат просил его отменить свадьбу. Брата жестоко наказали, а потом приговорили к казни. Я не выдержала и вызвала дракона на поединок. И убила. А он убил меня.
— Почему ты не сказала об этом сразу?
— Потому, что я не помнила об этом. Я должна была жить как человек. Но люди стали использовать меня, причинять боль и я начала набирать силу. Когда я стала лисой, ко мне вернулась моя память. — Она опустила голову и снова закрыла глаза.
Мысли и эмоции ураганом неслись у Аньвенью в голове, грозя свести его с ума, и он отчаянно уцепился за то, что тревожило его больше всего.
— Скажи, а ты сможешь снова стать человеком? Или нам придется до конца жизни…
Лисий облик медленно растаял.
— Смогу, — шепнула Алин, потянувшись к нему, и Аньвенью жадно впился губами в её губы.
— Рехнуться можно, — приподнявшись на локте, Вэйхао во все глаза смотрел на милующуюся парочку. — У тебя жена дома, а ты теперь ещё и с ним? — Он с трудом поднялся и подошел ближе. Дрожащий палец нацелился на Алин. — А она здесь откуда?
Девушка встала и покаянно склонила голову.
— Прости меня. Мне пришлось пойти на обман, чтобы поехать вместе с вами.
Вэйхао попятился, складывая пальцы в оберегающий жест.
— Убери его… её от меня.
— Прости, но куда же я его уберу? — Аньвенью шагнул к товарищу и положил руку ему на плечо. — Разве что в мешочек странников, но боюсь, что она там задохнётся. К тому же это действительно Алин.
— Чего ещё ждать от такой ведьмы, — пробормотал тот, оглядываясь по сторонам. — Оборотень. Где он?
— Стукнул тебя по голове и улетел обратно на небеса, — сквозь зубы произнесла Алин, не сумев сдержаться.
Вэйхао сжал кулаки, собираясь ударить девушку, но не решился, и набросился на друга.
— Мало того, что ты позволяешь этому... глумиться надо мной, так теперь и сам решил принять в этом участие. Не ожидал я такого! Не думал, что после стольких лет дружбы ты сможешь променять меня эту тварь! — чувствуя себя преданным, он дрожал, как в лихорадке.
— Тише, пожалуйста, тише! Нас ищут, а тебя до самого города слышно, — попытался урезонить его Аньвенью.
— А та жуткая лиса? Значит, она мне не привиделась! Это тоже её... его происки. Тебе не кажется, что это уж слишком? — расходясь ещё больше, бушевал юноша, которому стало решительно всё равно, кто сбежится на его крики.
— Прости, — сказал Аньвенью и наложил на него заклятие молчания. — Остынь сначала, а потом поговорим.
Ответом ему были вытаращенные глаза Вэйхао и его возмущённое мычание. Он стряхнул со своего плеча руку и решительно зашагал по направлению к дороге.
— Похоже, у меня нет другого выхода, — вздохнула Алин, собираясь с силами и снова перекидываясь в лису. Одним прыжком догнав Вэйхао, она преградила ему путь.
Юноша выхватил меч, собираясь дорого продать свою жизнь.
От зверя веяло силой, теплом и покоем. Лиса села перед ним, подставляя незащищенную грудь.
— Бей, если хочешь, я не буду сопротивляться.
Помедлив, беглец сначала опустил занесённую для удара руку, а потом, увидев несчастное лицо Аньвенью, и вовсе убрал оружие. Тот подошел и снял с него заклинанье.
— Вы оба — сумасшедшие, что ты, что она, — проговорил Вэйхао. — Не знаю, что там у вас произошло, когда вы путешествовали, но видно, что-то очень плохое, раз ты так изменился.
— Да, там было не весело, — подтвердила лиса, видя, что Аньвенью не торопится отвечать. Она легла на землю, чтобы казаться меньше, и обернула лапы пушистым хвостом.
— И что ты… вы от меня хотите? Чтобы я тоже... того, с вами за компанию? — сев на землю и глядя то на лису, то на друга, растерянно вопросил юноша.
— Даже не знаю, что сказать, дружище. Боюсь, тебе придётся смириться с тем, что видят твои глаза. Я понимаю, это трудно, но всё-таки мы маги и должны быть готовы к разным вещам, — ответил Аньвенью, присаживаясь с ним рядом.
— Слушай, а можно один очень личный вопрос? — невольно понизив голос до шёпота, как будто это могло помешать Алин слышать их разговор, спросил у друга Вэйхао.
— Можно, но только один, — вздохнув, разрешил Аньвенью, зная, что тот всё равно не отстанет.
— После всего... ну после всех этих обличий, как ты её воспринимаешь? В смысле, как женщину или... — продолжить он не посмел.
— Я выбрал Алин не за лицо, а за её сущность. Поэтому она остается для меня желанной в любом облике, — улыбнувшись, ответил ему друг.
— Ааа... — протянул Вэйхао, окончательно убедившись в том, что его товарищ спятил, и ему действительно пора к целителям.
— Чем тебе не угодили лисы? — не выдержав, спросила Алин.
— Лисы милые, но они годятся в жёны лисам, а твой муж всё-таки человек. А ты, то девушка, то мальчик, теперь ещё и лисица, а завтра в тигра превратишься или ещё в кого-нибудь. Эх, хорошо бы проснуться дома, открыть глаза и понять, что весь этот бред мне только снился, — вздохнул Вэйхао и действительно на несколько секунд прикрыл глаза, но когда он их открыл, не угодившая ему картина и не подумала меняться. — Да, дела. А я-то ещё надумал жениться... А если она тоже того... Может, все женщины так умеют. Ляжешь вечером в постель с женой, а она возьмёт и в змею превратится. Кошмар!
— Бессмертные Аньвенью в жены тоже не годятся? — уже не скрывая сарказма, поинтересовалась Алин.
— Только бессмертных ему и не хватало, — решительно отмёл такую кандидатуру Вэйхао. — Да, друг, влип ты крупно. И куда только магистр Ван смотрел? — подытожил он с сочувствием.
— А моё мнение здесь совсем не учитывается? — начиная сердиться, спросил Аньвенью.
— Да я только так... Раз вам обоим хорошо, так и живите. Правда, мне будет жаль, если однажды ты тоже превратишься в лису. Но зато вам вдвоём будет очень славно бегать в чаще, грибочки хвостами сшибать, — отшутился Вэйхао.
Ответить ему не успели, лиса насторожила уши.
— Лошади, я слышу стук копыт на дороге.
— Ждите здесь. Я пойду один, — тут же поднялся Аньвенью. Бесшумно ступая по мягкой траве, он подобрался к обочине, оставаясь скрытым от посторонних глаз. Прошло ещё минуты три, и на дороге действительно показалась повозка. На козлах сидел молодой торговец, а в привязанной к задку лошади юноша без труда опознал коня Алин. Но не успел он обрадоваться и выйти из своего укрытия, как кусты на другой стороне зашуршали, выпуская на дорогу трёх вооруженных мужчин в чёрных одеждах. По-хозяйски перегородив дорогу, один из них обратился к вознице:
— Эй, парень, откуда едешь?
— Из Батхуна, господин. А что у вас случилось? Зачем вы меня остановили?
— А конь твой? — не обращая внимая на вопросы, продолжил тот, а двое других подошли к повозке с разных сторон и бесцеремонно принялись осматривать её содержимое.
— Конь соседский, продали они его. Вот веду его новому владельцу в Шилин, потому как тоже на базар еду, — простодушно ответил сын лавочника и оглянулся на повозку. — Что вы там ищите?
— Не твое дело, — буркнул себе под нос один из воинов, явно разочарованный тем, что увидел, и обратился к вожаку: — Тут никого нет.
— Новый хозяин лошади, как он выглядит? — вновь спросил торговца старший.
— Да почём мне знать, господин. Соседская служанка сказала, что он сам меня найдет и отдаст гребень. Гребень тот я хорошо знаю, не ошибусь. Так он мне вещицу — я ему животное, и все довольные. Может ещё отблагодарит чем за услугу, так я не откажусь. Люди мы не особо богатые, а у меня скоро свадьба, — при этих словах парень мечтательно улыбнулся, вспомнив свою невесту.
— Ладно. Подвезёшь до Шилина одного из нас — отблагодарим, — пообещал его собеседник.
— Подвезу, господин. Отчего же не подвезти, коли люди хорошие, — ответил торговец.
— Договорились, — старший кивнул молчаливому спутнику, и тот без проволочек запрыгнул в повозку, усевшись прямо на лежавшие там мешки.
Оставшиеся воины отступили и снова скрылись в лесу. Повозка продолжила свой путь, а Аньвенью поспешил обратно. Едва сделав несколько шагов, он наткнулся на своего друга и лису, высунувшую морду из кустов.
— Я же велел вам оставаться на месте, — нахмурился юноша. — Всё слышали?
— Всё, — подтвердила Алин. — Лошадь нам сейчас не вернуть. Придется вам прокатиться у меня на спине.
— Не думаю, что это хорошая идея, — тут же возразил Аньвенью. — Ты устанешь, и потом… это неприлично.
Лисица нетерпеливо переступила с лапы на лапу.
— Речь сейчас о жизни, а не о приличиях. Такой груз для меня не тяжесть, а пока вы будете на моей спине, нас троих никто не увидит. Ещё до вечера мы окажемся в Шилине. Теперь решай, пойдем или поедем?
— Если не увидит, то едем, — скрепя сердце согласился Аньвенью. — Куда садиться?
— На спину, как и у лошади. Садись и держись за шерсть на шее, а Вэйхао пусть держится за тебя. Только сидите крепко, я побегу очень быстро, — дождавшись, пока юноши соберут брошенные заплечные мешки, лиса, опустилась перед ним на землю.
Чувствуя себя до крайности неловко, Аньвенью, осторожно устроился у неё на спине и проследил за тем, чтобы Вэйхао тоже сделал это аккуратно. А потом постарался сосредоточиться исключительно на том, что им предстояло.
— Мы готовы, — склонившись к шее зверя и запуская пальцы в её шелковистую густую шерсть, шепнул он, и лисица помчалась вперед.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
