Последняя Струна Луны
Глава 12
Стараясь вернуться, как можно тише, чтобы никого не разбудить, по закону подлости умудрилась уронить какую–то статую, и внутренность дворца содрогнулась от усиленного эхом грохота. Однако же, как выяснилось, никого он не разбудил. Потому что брат с сестрой уже не спали, а в пятый раз обыскивали дворец в тщетных поисках своей госпожи.
– Великая Посланная! Великая посланная, куда же вы исчезли?!
Вбежавшая со двора Ру с размаха упала передо мной на колени, и близкий к панике Лис тоже не заставил себя ждать.
Ну вот, опять идолопоклонство начинается.
– Все в порядке, все хорошо, – бормотала я пытаясь поднять их с колен. Лучше пойдемте со мной, я покажу, что мне удалось найти.
Наконец, детишки пришли в себя, и я, снова ухватив огненную Струну, показала им фокус с полупрозрачной стеной. Но не тут–то было: факир был пьян и фокус не удался! Оказалось, что пройти сквозь стену могу только я. Ни Руолан, ни Лис не смогли этого сделать. Для них стена оставалась самой обычной каменной преградой. Никакой полупрозрачности, все в рамках обычных законов физики.
– Просто вы – Великая посланная. Только вы способны проходить сквозь стены! – с гордостью заключила малышка Ру, а Лис молча кивнул и улыбнулся.
Но впереди меня ждало самое неприятное открытие. Прихватив с собой кувшин, чтобы набрать воды в термах, я не смогла пронести его через стену. Выходило так, будто я пытаюсь протащить его через обычную стену. То есть я проходила, а он оставался по эту сторону и падал на пол. Точнее почти падал – его ловко ловила Руолан. Почему тогда при переходе одежда оставалась на мне – неразрешимая загадка. Я даже пыталась пронести кувшин, засунув в него руку по локоть, но ничего не вышло. И как же мне тогда напоить моих верных подданных?
Решение было единственным, хоть и не очень гигиеничным. Я прошла в термы, встала под водопад и вернулась в мокрой насквозь одежде. Потом выжала ее в примерно литровый котелок (получилось чуть больше половины) и вскипятила на костре, сложенном из отломанных частей телеги. Благо кресало во дворце было, а на трут пошла нащипанная мешковина. В принципе вопрос с водой был решен. Я могу проворачивать этот трюк с мокрой одеждой, по мере необходимости, но…
– Госпожа, – обратился Лис, пряча что–то за спиной, – Какой толщины эта стена?
Я как могла широко раскинула руки, на что парнишка согласно и кивнул, и, вытащив из–за спины здоровенное кайло (где только нашел!), направился к упрямой каменной преграде. А буквально через минуту до нас с Ру донеслись гулкие мерные удары, от которых вздрагивал весь дворец.
Молодого парня не зря назвали Геркулесом. Он умудрился продолбить стену за двое суток. Не ел, не спал, а, словно заводной, долбил, долбил и долбил. И продолбил. Через два дня мы с Руолан протиснулись в невысокий и узкий лаз (как Лис тут кайлом размахивать умудрялся?) и наконец, оказались в термах. Световоды здесь были даже лучше, чем в основной части дворца, так что днем было прекрасно видно каждую деталь помывочного помещения. Мы даже туалетную комнату нашли с выдолбленном в полуметровом возвышении «очком»! Там даже была канавка с водой, стекающей в отверстие. Доносившееся от ее падения эхо, свидетельствовало о немалой глубине «туалета». Такие вот , здесримские удобства.
Кстати в термах вообще было очень чисто. Ни пылинки на каменных лежанках, скамейках, и даже на полу. Только вот бассейн подкачал. Слой грязи скопившейся на дне круглой диаметром метра четыре чаши впечатлял. Когда Лис залез туда – провалился почти по грудь. И тут же вознамерился очистить бассейн, чтобы «Великая Посланная могла принимать ванны».
– Лис, не надо. – убеждала я его. – У нас недостаточно дров, чтобы нагреть столько воды. Еле–еле на то, чтобы кашу сварить хватает. Мы над каждой деревяшкой трясемся. И таскать воду, чтобы наполнить бассейн, нечем. Почем у–то здесь не додумались использовать водопады. Поэтому…
– Я натаскаю, – уперся продолжатель дела Геркулеса, и полез чистить наши авгиевы конюшни. Лопату кстати тоже он нашел. И старый почти сточенный нож. И даже котелок, не слишком ржавый. Значит кто–то жил здесь уже после Первой Посланной. Две тысячи лет – на открытом воздухе приговор для железа.
В общем мы с Руолан оставили мужскую часть нашего семьи, членами которой я как–то незаметно начала считать сестру и брата, и занялись моим обучением. Каким? Самым страшным. И имя ему – китайская грамота! К сожалению, к полученному знанию разговорного языка, иероглифы не прилагались. Мне повезло, что девчушка до похищения закончила что–то вроде подготовительной школы, перед поступлением в основную. Меня приятно удивил тот факт, что почти все мужчины Огненного Берега умели читать и писать. Да и женская половина ненамного отставала. Ру уже знала почти двести основных иероглифов и с тайной гордостью демонстрировала мне их начертание. Именно начертание, потому, что ни бумаги ни чернил, разумеется, во дворце не нашлось, так что моя суровая учительница, высунув от старания язык, чертила их угольками на полу.
Учение мое продвигалось на слишком бойко. Другое дело Лис – за два дня он выгреб уже почти две трети грязи из бассейна, и следующим утром собирался закончить, как вдруг…
– Госпожа! –перемазанный до глаз парень влетел в наш импровизированный класс, – Там… Там вода!
Понимая, что просто вода не вынудила бы Лиса нестись к нам сломя голому, мы с Ру быстро подскочили и побежали в термы.
Да–а–а–а. Там была ВОДА.
Бассейн до краев полнился грязной жижей, и она постоянно прибывала, сливаясь через край чаши. Спасибо канавкам – они исправно отводили эту грязюку в сливное отверстие возле туалета. Выходит, бассейн наполнялся за счет подземного источника, который за столько лет просто забился, а Лис помог ему обрести свободу.
Убедившись, что ничего страшного нам не грозит, я велела парню оставить все как есть и просто вымыться самому под водопадом. Нам остается только ждать, пока источник очистит бассейн самостоятельно. Вода сделает свое дело и без чужой помощи.
Возвращалась я из терм в весьма приподнятом настроении. Подземный источник! В каждой мало–мальски приличной дораме просто обязан быть таковой. Там главные герои нежатся в горячей воде и лениво болтают, отдыхая от праведных трудов по спасению мира. Наконец–то у меня жизнь будет – настоящая дорама. А не вот это вот все!
Пока я вникала в тонкости изображения иероглифов «огонь» и «вода» прошло часа три. А потом прибежал Лис с известием, что «бассейн очистился, и «госпожа может совершить омовение». Я не стала просить трижды и радостно поскакала в термы, запретив следовать за собой. Могу же я принять ванну в одиночестве?
Остановись прекрасное мгновенье! Я замерла на краю чаши, вглядываясь в прозрачную, едва подернутою рябью поверхность. Похоже, вода тут минеральная, вон мелкие пузырьки поднимаются к поверхности, и, если принюхаться, можно уловить едва заметный сладковато–металлический запах. Кажется, это признак наличия магния. Ну все, сил больше нет терпеть. Але–оп! – и я одним прыжком оказалась в бассейне, погрузившись в воду почти до подбородка. Ой.
Ой! Ой–ой–ой–ой!!! Ожог! Чертов ожог! Всей своей синей грубой кожей я ощутила яростное жжение. Кислота? Кипяток? Но я не заметила никаких паров, да и температура воздуха в термах не изменилась. Значит, кислота? Пока мозг пытался определить причину, тело пыталось выпрыгнуть из бассейна. Но на такое только мастера кунг–фу способны и то в китайском дорампроме. Так что пришлось стиснуть зубы, и с помощью рук, ног и едва ли не тех же зубов выбраться из водной ловушки коварного источника.
Пока выбиралась, ругала себя на чем свет стоит. Опять я вопреки логике и инстинкту самосохранения ломанулась вперед, потакая суетным желаниям. Ровно как в случае с розовым «цунами». Даже единой мысли не возникло, для начала потрогать воду рукой. Что творится с моей рассудительной осторожностью, за которую меня часто обзывали трусихой? В родном мире осталась? Ладно, потом разберусь. Хорошо, что ничего ужасного со мной вроде как не случилось. Кожа не горит, но как–то странно чешется.
Я нашла в термах наиболее освещенное место и принялась внимательно себя рассматривать, однако никаких ожогов не заметила. Странно. Ощущения–то были космические. И только после того, как стих адреналиновый шторм, до меня дошло. Почти как до жирафа. Это был не кипяток или кислота, а холод. Жгучий холод. Минеральный источник оказался не горячим, а ледяным. При сильной солености воды, она может не замерзать даже при минусовой температуре. Так что ожог я действительно почти заработала, только холодовой.
Передернув плечами от растекающегося по телу озноба, я подошла к чаше и уже осторожно погрузила ладонь в воду. Так и есть – ледяная. Но слава богу, не кипяток. Рванувшийся наружу смех быстро перешел в истерический хохот. Что такое «не везет» и как с этим бороться! Мало того, что попала в чужой мир, не вылезаю из неприятностей вроде превращения в страхолюдину, так еще и получила шанс стать нимфоманкой–тираном или протянуть ноги в холодном каменном дворце. Простых человеческих радостей и то лишают! Даже мечты о горячей ванне, расслабляющей тело и успокаивающей разум, разбились о ледяную природу источника. Разве я много прошу?
Натянув обратно все три халата, чтобы унять дрожь, я еще немного посидела возле издевательски журчащего бассейна, досмеялась, смахнула слезу… Потом встала и медленно побрела в покои. Там меня ждут две невинные души, волею судьбы, обреченные разделять мои беды. Да только ради них я должна что–нибудь придумать. Должна свернуть в бараний рог Оранжевую Струну, но найти выход: отсюда и вообще. Как тебе не стыдно, веревка рыжая? Впутала в неприятности, так изволь и выпутать!
Представив, как сжимаю в кулаке огненное сияние, я снова ощутила знакомый теплый отклик. Пожалуй, общение со своей Струной у меня получается все лучше и лучше, И все–таки удивительно, что при соприкосновении с ней монолитная каменная стена становится для меня проходимой. Интересно, как это может работать, согласно законам физики? Вот смотрю на другие стены – нормальные стены, а вот эта полупрозрачной становится. И еще вон та. Ой.
Я даже глаза протерла, не показалось ли? Да вроде нет. Стена в неглубокой нише между туалетом и правым водопадиком действительно выглядит полупрозрачной. А, значит, и проходимой для меня. Но теперь я, наученная горьким опытом, не кинулась со всех ног навстречу приключениям, а пошла для начала предупредить молодое поколение. И как оказалось зря. После того, как показала детишечкам потенциально проходимую стену, столкнулась с непреодолимым сопротивлением.
– Госпожа, вы не должны идти туда одна! – Руолан отрицательно мотала головой, точно кукла заведенная, – Брат очень быстро пробьет проход, и мы пойдем все вместе. Мы не бросим вас ни–за–что!
Горькая усмешка родилась глубоко внутри, но остановленная силой воли так и не вышла наружу. Говорит, что не бросит, а на самом деле до смерти боится, что брошу я. Убеждать их было бесполезно. Поэтому Лис подхватив кайло ушел работать стахановцем, а мы с Ру остались штурмовать гору невыученных мной иероглифов.
Двое с лишним суток потребовалось китайскому Геркулесу, чтобы пробить второй проход. Лис спал едва ли по четыре часа. Не спал бы и вовсе, если бы я не приказала ему отдыхать, мотивируя тем, что сама не могу уснуть из–за сильного грохота. Поверил. Послушался. Только вот больше ворочался, чем спал. Но, наконец, стена сдалась, и мы настороженно встали перед темнотой пробитого прохода. Высоко подняв наспех сооруженный факел, пропитанный найденным в телеге эрсовым маслом (не знаю, что это, но так его назвала Руолан), я пошла вперед, не уступив на этот раз никаким уговорам. Все–таки я – взрослый человек, и пускать детей впереди себя в черноту неизвестности в мои привычки не входит.
Мы шли по узкому низкому коридору, выдолбленному явно человеческими руками, а не промытому водой. В нем было на удивление сухо и пахло не плесенью, а каменной пылью. Шли прямо, – никаких поворотов или развилок – и шли долго. Несколько раз закрадывалась мысль повернуть назад, на что я каждый раз обещала себе, что пройду еще совсем немного, потом еще… В общем в какой–то момент я действительно собралась дать команду «вертайся», но тут пламя факела, горевшее прежде совершенно ровно, несколько раз дернулось из стороны в сторону. И, сделав еще буквально несколько шагов, мы оказались в просторной естественной пещере, чей потолок терялся в тенях, неподвластных слабому пламени факела. Но вот массивные сундуки, хаотично расставленные по всему полу, удалось разглядеть без труда.
Через час я сидела на одном из сундуков и усиленно размышляла над тем. не было ли какого–нибудь информационного обмена между двумя мирами. Потому что найденная пещера без преувеличения могла бы служить наглядной иллюстрацией к сказке «Али–баба и сорок разбойников». Тридцать два сундука оказались до верху набиты сокровищами. Женская и мужская одежда из местной парчи и шелка, всевозможные украшения, потрясающие меха неведомых мне зверей, драгоценные камни, кинжалы–мечи–алебарды–копья, выглядевшие как настоящие произведения искусства, бумажные деньги и синеватые монеты, отчеканенные из ластака – местного аналога золота… А также посуда, статуэтки, свитки с традиционной китайской живописью и каллиграфией, и много чего еще. Мы не все сундуки перетряхнули. – умаялись.
Разумеется, одного факела нам бы не хватило на доскональный осмотр, и надо сказать спасибо неведомым «коллекционерам» за то, что оставили в пещере немаленький ящик со свечами. Они здорово пригодились во время нашей инвентаризации. Ру и Лис до сих пор блуждали по пещере, восторженно переговариваясь. А я сидела на резной крышке сундука с оружием и вертела в руках то, чему в здешнем мире не полагалось быть от слова «совсем».
Револьвер. Большой, грубовато сделанный, длинноствольный. У нас похожими палили на Диком Западе веке в девятнадцатом. Патронов я, правда, не нашла, но сам факт… И это точно местное производство: металл особенный, голубоватый, такой на Земле не водится. Никаких версий по поводу револьвера у меня не было. То есть были, конечно, даже много – от прогрессорства инопланетян до временного колодца вкупе с пространственной дырой, – но ни единой логичной и обоснованной. Поэтому я решила вызволить мозг из бесплодных фантазий и продолжить обследование. Но на сей раз не пещеры, – в дальнем ее конце обнаружился выход. Ну или второй вход. Это как посмотреть.
– Великая Посланная, – Лис намертво врос в пол перед черным зевом прохода, разве только руки не расставил. – Факел погас, свечи капризны. Давайте вернемся и сделаем еще факелы. Вам ведь некуда спешить…
Спешить мне и вправду было некуда, но почему–то, стоя перед новым еще более узким проходом, я не могла избавиться от невероятно жгучего желания пройти его. Как будто там, в конце туннеля меня, как и положено, ждал свет. Ласковый оранжевый свет. И я должна, просто обязана была пойти.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
