Приключения капитана Дисмаса. Зов крови
Глава X. Абордаж
Иннокентий оказался вполне спокойным арестантом. Несмотря на статус предателя, от которого, впрочем, казначей вовсе и не отпирался, капитан отнёсся к мужчине сообразно его статусу. Не в сыром и тёмном карцере, но в светлой и уютной капитанской каюте был заперт Фабулором. Приставленный к нему Анатолий с двумя матросами были в срочном порядке отозваны. Сбежать толстому чиновнику не удалось бы при всём желании. В то же время лишние руки трёх опытных моряков сейчас нужней были на палубе.
Едва разобравшись с предателем, Дисмас отдал приказ выдвигаться вслед за следами бойни, учинённой его младшим братом. К несчастью, след из горящих, словно факелы, кораблей был отчётливо виден. К сожалению, ускориться «Стремительный» не мог. Скорость была вынужденно ограничена из-за налетевшего густого тумана.
– Смердит той же магией, которую применяли пираты, – мрачно отметил Парамон, глядя на обволакивающий корабль туман.
– Припоминаю на борту корабля предателей несколько магов. Но, чтобы их магия совпадала с той, что насылают пиратские колдуны… – почесал подбородок старпом. – Быть может, просто совпадение? – с беспокойством в голосе предположил мужчина.
В ответ Ватаци лишь мотнул головой, отрицая подобную возможность.
– Слишком знакомые эманации, – отрезал юный бандофор.
Капитан предпочёл промолчать. Ему не нужно было подсказок от Парамона. О связи пиратов и мятежников капитан знал давно. Лишь наличие в рядах подлецов родного брата до сих пор не выходило из головы старшего Натуалопуса. Однако слова старшего помощника заставили капитана задуматься. Далёкий от магических наук кентарх и предположить не мог, что магия бывает разной. Для него колдовство было едино в своём воплощении. Источник был не так важен. До слов Парамона.
Заявление мальчишки заставили офицера задуматься. Обычное совпадение можно было исключить. Пусть и бывшие, но предатели – это солдаты, матросы и офицеры армии Александрийской империи. Допустить временный союз с морскими головорезами было можно. Тем не менее, оставлять без присмотра пиратскую братию предатели не стали бы. И вряд ли это был тот чванливый чинуша. Уж слишком мягок и нерасторопен он был. Для такой работы нужен был кто-то, кто обладал не просто властью, но силой, способной эту власть обеспечить. По всему выходило, что тот маг, с которым столкнулась команда «Стремительного» был из числа восставших.
– Значит, таких ещё много, – шепнул себе под нос Дисмас, вслух озвучивая вывод. Мысль о столкновении сразу с несколькими боевыми магами не внушала оптимизма.
В сердце капитана зародилось зерно сомнения. Дисмас верил в стойкость, решимость и силу всех собравшихся на борту «Стремительного». Верные сыны Александрии, что прошли не одно сражение сейчас ожидали приказов от Науталопуса. Они вновь готовы ринуться за ним хоть в пасть к Морскому дракону. Однако кентарх не питал лишних иллюзий. Верным морякам империи противостояли не просто какие-то морские разбойники, но бывшие товарищи. Пусть не праведный огонь горел в сердцах предателей, но опыт был явно на их стороне, как и качество кораблей. Кроме того, несколько сильных колдунов могли без труда в бараний рог свернуть судно Дисмаса, не прибегая ни к корабельным орудиям, ни к помощи абордажной команды. Для этого им вполне хватит и собственных сил. Даже наличие Парамона не рассеивало сгустившиеся тучи. Мальчишка лишь неопытный, только начавший самостоятельный путь, юный волшебник. Едва справившись с одним единственным боевым магом, он совершенно не готов к встрече сразу с четвёркой опытных чародеев.
– Капитан? – окликнул офицера Парамон.
Взглянув в обеспокоенные глаза старпома, кентарх окинул взглядом всех собравшихся на юте. По выражению лиц Дисмас понял, что схоже с ним думали и остальные. Окинув взглядом палубу, капитан с удивлением обнаружил уверенность во взглядах простых матросов. Гибель товарищей их не страшила. Наоборот, сердца их горели праведным гневом, а в глазах читалась решимость, во что бы то ни стало отомстить подлому врагу.
– Дело наше – труба, братцы – заговорил Науталопус, не скрывая правды – Враг превосходит нас числом и умением – резко остановился капитан. Набрав воздуха в грудь, он вернул лицу былую уверенность – Но им не хватает мужества. Мужества встретиться с бывшими братьями лицом к лицу. Вместо этого они предпочитают бить исподтишка – окинув взглядом ют, капитан заметил, как изменились лица офицеров. Теперь они не были полны беспокойства. Ухмыльнувшись, кентарх придал своему голосу стальных ноток – Не буду лукавить, один из подлых предателей – мой младший брат. Магн Науталопус вместо того, чтобы обратиться к своей крови и вместе выступить против несправедливости и трусости, сам пополнил ряды восставших. Так знайте же, здесь и сейчас, стоя перед своими настоящими братьями, я отрекаюсь от того самозванца, что смел носить славную фамилию гордых моряков! Отрекитесь и вы! Пусть не медлит рука, сжимающая меч, пусть не терзает душу вина. Теперь вы – единственная сила, которая может остановить тех приспешников зла, что посрамили честь пурпурного знамени! Враг, словно стая гиен крадётся, приспустив паруса и родные стяги, под покровом тумана. Но волшебство, крепкие борта их судов не спасут их. Пусть алый закат станет верным предвестником их гибели и нашей победы. Орда отродий не станет более терзать наши берега! Рой метких стрел и сталь наших клинков будет говорить сегодня. Не посрамим же честь и отправим к морскому богу всех ублюдков, что посмели опорочить честь империи!
С окончанием речи, капитана и всех собравшихся на корабле обдало холодным, мощным потоком ветра, прогнавшим прочь сгустившийся туман. Вместо него за горизонтом алым огнём полыхал закат, вторя словам кентарха. На палубе же команда, воспылав ещё сильней, стройным хором издала боевой клич.
Сокрытое под густой пеленой тумана море вмиг очистилось. Плотный, тягучий воздух вновь стал свежим. В нос ударил яркий и резкий солоноватый аромат, смешанный с отчётливым запахом гари и отдающим металлом душком смерти.
Пусть магический туман и был разогнан, будто морок, однако следы недавнего побоища никуда не делись. Голые, обожжённые остовы имперских кораблей по-прежнему дрейфовали на поверхности воды, напоминая живым об их печальной участи.
Возвращение ясного неба стало сигналом для всей команды «Стремительного». Теперь не нужно было беспокоиться о столкновении с обломками дружественных кораблей. Юркое судно могло расправить паруса и, словно сбросив тяжёлый груз, помчаться навстречу грядущему.
– Земля! – донеслось вскоре сверху. Матрос на марсе увидел, наконец, родную гавань. – У побережья идёт бой! – послышался следом крик.
– Ватаци, – взглянул на бандофора капитан. – Готовьтесь к бою, – коротко приказал Дисмас.
Слова кентарха услышала вся команда. Решительность в голосе Науталопуса не осталось сокрытой от команды. Все почувствовали прилив энергии. Уверенность читалась в глазах моряков. Пусть они идут, возможно, в последний бой. Но это не пугало бывалых матросов. Наоборот, они всем сердцем желали потрепать эскадру предателей. Выиграв время для подхода основных сил, верные клятве и Родине сыны Александрии обеспечат победу своей земле, сполна отдав долг своей и чужой кровью.
– Анатолий, – обратился к матросу капитан. – Поднимите знамя. Не гоже боевому кораблю идти без него в сражение.
Отдав честь, старый моряк сам полез по вантам на марс, ловко цепляясь за канаты своими крючковатыми пальцами.
В это время Парамон носился по палубе корабля, раздавая матросам команды. К бою корабль нужно было приготовить быстро, от того юноша торопился. Боязнь не уложиться в краткий срок, заставляла нервничать молодого старпома. К счастью, в важном деле приведения боеготовности экипажа и судна парню помогал Агилар. Старпом с уже затонувшего корабля всеми силами пытался помочь Дисмасу. Было ли это из чувства благодарности за спасённую жизнь или из желания отомстить предателям, капитан не знал. Это было и не важно. Впереди «Стремительный» должен встретиться с тяжкими испытаниями и лишние руки не помешают. Сам Науталопус был благодарен Агилару и с готовностью принял его просьбу о помощи.
Два бандофора без труда оббежали корабль и подняли весь его экипаж. Полсклянки потребовалось, чтобы приготовиться к бою. Очень вовремя. Впереди замаячили первые корабли восставших.
– Вижу судно, – раздался сверху голос Анатолия. Водрузив боевое знамя на флагшток корабля, моряк заметил своим острым взглядом противника и поспешил оповестить об этом капитана. – Это «Месть императора»!
«Месть императора» – корабль из прибрежной эскадры. Его капитаном был горделивый молодой офицер, пробившийся во флот благодаря своему достойному отцу. Родитель был уважаемым членом городского совета. Без труда он смог не только оплатить обучение своему отпрыску, но и купить судно. Пусть и не большое, но быстрое и прочное оно стало хорошим пополнением для заметно устаревшей эскадры.
– Друзья, – облегчённо выдохнул капитан. – Нужно подать сигнал, чтобы нас не приняли за врага.
Обернувшийся в скорости старпом, получив новый приказ, поспешил отправить его исполнение. Вскоре корабль оперился многочисленными флажками. Цвета их не были случайными. Все они оповещали союзника впереди о причастности «Стремительного» именно к прибрежной эскадре.
– Нет ответа, капитан, – крикнул сверху Анатолий.
– Что-то не так, – задумался Дисмас. В чрезвычайной ситуации согласно уставу флота дружественные корабли должны незамедлительно отвечать на сигналы союзников, дабы не вызвать меж ними недопонимания и столкновения. Это правило касалось не только опасных ситуаций. Скорее, это было одним из важных правил поведения судов на море. Однако, если на торговых и иных гражданских судах оно соблюдалось через раз, от чего их владельцы и капитаны регулярно получали не только штрафы, но и аресты. Совсем иное дело было с военными кораблями. Капитаны таких судов были обязаны соблюдать все правила морского устава. За их несоблюдение офицер в лучшем случае лишался званий и должности.
– Странно как-то, – вторил сомнениям капитана Агилар. – До сих пор мы видели лишь обугленные остовы погибших кораблей, а здесь мало того, что целый, так и вовсе не тронутый сражением корабль.
– Насколько мне известно, «Месть императора» должна прикрывать арьергард эскадры. Другими словами, мимо неё «Буцефал» никак не мог пройти.
– Это значит… – с ужасом осознал произошедшее Парамон.
Сомнений быть не могло. Враг захватил «Месть» и уже поджидал «Стремительного» и наверняка готовился к бою. Времени на раздумья не оставалось. Нужно было действовать решительно.
– Приготовиться к бою! – отдал команду Дисмас, – «Скорпионам» левого борта приготовиться к залпу! Стрелкам рассредоточиться по палубе!
– Зарядить тяжёлые баллисты! – подхватили приказы капитана бандофоры. Отдыха им сегодня было не видать. Вместо этого чуть ли не матом они были отправлены руководить стрелками и корабельными орудиями.
Время шло. Прошло едва ли не четверть склянки, а атаки врага так и не последовало. Враг не ожидал внезапного появления имперцев с тыла, или всё это было лишь расставленной ловушкой исключительно для «Стремительного»? В чудесные совпадения Дисмас не верил. Да и полагаться на удачу, кентарх не торопился. Он верил, что фортуна помогает смелым, поэтому отступать был не намерен.
– Что-то не так. Враг никак не отреагировал на наше появление, хотя точно заметили, – высказал сомнения вернувшийся Анатолий.
– Это ловушка, как пить дать, – мрачно произнёс Дисмас, озвучивая опасения старого моряка.
– Думаете, разумно вот так идти напролом? – высказался матрос, к неудовольствию капитана. Дисмас даже поморщился, едва услышав такие слова от старого товарища.
– Выбор жесток. Либо идти вперёд, либо утопиться. Я не предатель. Не дрогну только от того, что у врага сил больше. Надеюсь, ты разделяешь моё мнение, – тяжёлым взглядом уставился на подчинённого офицер, ожидая верного ответа. К счастью, долго ждать не пришлось.
– Под вашим парусом хоть в пасть к дракону – без сомнений ответил Анатолий. Честность и верность в ответе матроса порадовали капитана. Коротко кивнув, Дисмас отправил товарища к команде.
Ситуация, однако, изменилась. Со слов Анатолия, враг никак не отреагировал на появление «Стремительного», продолжая стоять на якоре, подставив под удар свой правый борт. Ввязываться в таком случае в долгий бой было расточительно. Слишком много времени уйдёт на сражение. Этим они лишь затянуть потуже удавку заготовленной ловушки вокруг своей шеи. Необходимо было действовать решительно. В стремительном таранном ударе отправить лоханку предателей на корм рыбам вместе с экипажем. Этим команда не только выиграет немного времени, но и, возможно, нарушит планы врага.
– Гребцам ускориться, – отдал внезапный приказ капитан. – Поднять все паруса. Идём на таран!
Переглянувшись, два старпома благоразумно решили найти, за что бы покрепче ухватиться. Корабль, подгоняемый ветром и сильными гребцами, нёсся вперёд. Курс судна было уже не изменить. Это поняли и на «Мести императора». На палубе захваченного корабля началось движение. Матросы, подгоняемые командами и хлыстами офицеров, спешно пытались увести корабль с курса «Стремительного». Однако все их потуги были тщетны. Время было упущено. Столкновение оказалось неизбежным.
Подобно раскату грома, отозвался треск ломаемых досок. Словно лавина, «Стремительный» налетел на корабль врага. Пусть «Месть» и была кораблём куда более новым, нежели судно Дисмаса, на поверку это оказалось лишь пустым звуком. Шпангоут на правом борту «Мести императора», не выдержав, треснул, так и не сумев остановить напор «Стремительного». Такелаж оказался порван и разбит. Палуба вздыбилась. В конце концов, киль, не выдержав нагрузок, треснул и надломился. Жизнь бывшего имперского судна, захваченного врагом, оказалась окончена. С жалобным треском он окончательно был разорван пополам, в считанные мгновения уходя под воду.
Развернувшееся перед капитаном зрелище не было боем. Скорее, устранением мешающего препятствия. Таранный удар оказался столь сокрушительным, что команда врага даже не успела сообразить, что произошло, прежде чем отправиться кормить рыб вслед за ушедшим судном.
Устояв во время удара, Дисмас снял свой шлем. Стукнув кулаком в грудь, офицер проводил в последний путь павшее судно. Пусть оно и было осквернено предателями, всё же своей жертвой оно дало возможность отомстить за всех павших матросов, что до конца были верны императору. Этим «Месть императора» вернуло себе доброе имя и могло с миром покоиться на дне морском.
Настоящее испытание ожидало живых впереди. Н горизонте полыхало зарево от горящих кораблей. Небо заволокло черными от копоти тучами. Бой, который вели оставшиеся силы прибрежной эскадры, вот-вот должен был окончиться победой предателей. Одна из восставших трирем уже заходила для тарана по курсу к кораблю Никифора. Такого удара судно верного товарища точно бы не пережило.
– Прямо по курсу лоханка врага, – моментально среагировал Дисмас. – Идём на перехват!
На этот раз нужен был не таранный удар. Команде «Стремительного» требовалось выполнить повторение столкновения с пиратами. К чести матросов, команда была исполнена безупречно. Гребцы не щадили собственных сил, а Парамон помогал раздуть парус, нагоняя потоки воздуха. За мгновение до столкновения, Дисмас приказал разворачивать судно. Таким образом, оба корабля, заметно тряхнувшись, сцепились бортами, моментально потеряв в скорости, но продолжая по инерции движение вперёд.
Мачты двух кораблей оказались накрепко связаны. Расцепить их не получилось ни у одного мага на вражеском судне. Это означало лишь одно. Абордаж неизбежен. Понимал это и Дисмас. Капитан знал возможности «Стремительного». Тяжёлая трирема могла с лёгкостью переломить пополам судно кентарха в таранном ударе или подавить огнём бортовых орудий в дальнем бою. На стороне же капитана был эффект неожиданности. Этим офицер и воспользовался. Положившись на мужество и храбрость своих матросов, он направил корабль прямо на судно врага.
– Ватаци, – обратился к старпому Дисмас. – Остаёшься на корабле. Не позволяй предателям ступать на палубу, – отдал приказ капитан, вытаскивая из ножен меч. Сказано это всё было тоном, не терпящим никаких возражений.
– Агилар, командуй своими людьми. Вы идёте вместе со мной на абордаж, – оповестил второго офицера кентарх.
– Какие будут приказы? – с благодарностью в глазах и сталью в голосе спросил бандофор.
– Захватите и удерживайте бак. Всем остальным займёмся мы, – кивнул младшему офицеру Дисмас. В ответ гилар отдал честь и поспешил собрать всех моряков с затонувшей «Искренности».
Не теряя попусту времени, Науталопус поднял меч над собой, призывая матросов идти за собой.
– Братцы, сегодня, в этот час, не посрамим Отечество и покажем подлым трусам, что значит быть настоящим сыном Александрии. За Империю и императора, за родной город и «Стремительный» возьмём на абордаж это корыто! Смерть предателям!
Ответом на речь капитана явился стройный хор десятков голосов. Все они вторили словам своего капитана. «За империю!», «Смерть предателям!» раздавалось отовсюду.
Палубу «Стремительного» заполнил густой дым. Недовольно взглянув на старшего помощника, капитан с удивлением обнаружил на его устах лёгкую ухмылку. Горящий голубоватым светом посох явственно свидетельствовал о сотворённом заклинании. Пусть оно и мешало обзору, но то же самое можно было сказать и о враге. Восставшие точно так же не могли разглядеть корабль Науталопуса.
Перехватив покрепче меч, Дисмас первым ринулся на палубу вражеского корабля. Вслед за ним, прикрывая спину своему капитану, шёл Анатолий. Старый морской волк держал в одной руке свой верный изогнутый скимитар, а в другой небольшой круглый щит. В сумме с платком на голове, шароварами и перевязанной красным широким тканевым поясом лёгкой рубашкой он напоминал больше корсара, чем матроса на службе империи. Однако за неоднозначной внешностью скрывалась безграничная верность Александрии и лично капитану.
На палубе вражеского корабля команду Дисмаса уже ждали. Контрабордажная команда, состояла из опытных легионеров и одного мага. Выставив вперёд свои ростовые квадратные щиты, солдаты ожидали прямого удара многочисленной толпы моряков.
Дисмас не раз видел это построение. В конце концов, это было частью постоянных тренировок на случай нападения. Выставить вперёд тяжеловооруженных легионеров было самым эффективным действием во время абордажа. Проломить такую стену было попросту невозможно для врага. Однако, сейчас ситуация была иной. Врагу не было известно о силах капитана. Под покровом дымки Науталопус смог подобраться вплотную к врагу. Лишь, когда фигура кентарха оказалась прямо перед носом одного из легионеров, стало понятно, что хвалёная имперская тактика дала трещину.
– Вра… – договорить солдат не смог. Рука Дисмаса оказалась быстрее. Меч капитана зашёл в сочленение доспехов, глубоко вонзаясь в плоть противника. Дыхание солдата сбилось, а изо рта потекла кровь. Издав последний вздох, воин обмяк и повалился на палубу.
Первый ряд вражеских порядков оказался прорван. Умертвив того легионера, Дисмас смог разорвать построение и внести сумятицу в ряды врага. Вслед за своим капитаном в бой ворвалась и оставшаяся команда. Быстро смяв обескураженный первый ряд, матросы натолкнулись на вторую, уже успевшую оправиться от шока, линию защитников. Столкнувшись щит в щит, две стены стали наседать друг на друга. Опыт и дисциплина легионеров противостояла бесстрашию и гневу матросов.
В то время, когда чаша весов стала медленно склоняться к атакующим имперцам, в бой вступил тот самый маг, что должен был оказывать поддержку солдатам. Занятый борьбой с магией Парамона, он не мог помочь легионерам ранее. Однако теперь он всецело обратился против матросов «Стремительного».
Сильный порыв ветра едва не сдул прочь с корабля предателей команду Дисмаса. Матросы, не ожидавшие внезапного колдовства, повалились на палубу. Легионеры же, привыкшие к такому, даже не покачнулись, продолжая оставаться несокрушимой стеной.
Немногие моряки со «Стремительного» остались стоять на ногах. В их числе были капитан с Анатолием. То ли скорость реакции, то ли опыт прежней службы на «большом» флоте помогли мужчинам сохранить равновесие и не потерять самообладание перед силой, которую явил вражеский волшебник.
Тем временем, доселе недвижимая стена щитов содрогнулась. Закованные в тяжёлые пластинчатые доспехи легионеры стали медленно приближаться к морякам. Те, кто не успел подняться на ноги, были заколоты мечами. Остальные, собравшись вокруг капитана, пятились назад к борту. Предпринимать отчаянную атаку, было сродни самоубийству. Пусть колличество оставшихся товарищей у Науталопуса было достаточно для численного перевеса. Вот только тяжеловооруженный пехотинец в прямом бою мог забрать с собой как минимум троих матросов.
Оглянувшись на свой корабль, Дисмас раздражённо цыкнул. Помощи от Парамона ждать было бесполезно. Мальчишке самому сейчас приходилось тяжко. Проиграв магическую дуэль, он приложил немало усилий, чтобы не помереть от ответной атаки. Лишь абордаж, предпринятый капитаном, отвлёк сильного мага от того, чтобы добить юношу. Покачнувшись, Ватаци вытер кровь, вовсю хлеставшую из носа. Отдыхать было ещё рано. На борт «Стремительного» хлынула ответная атака врага. Реакции парня не хватило, чтобы вовремя организовать необходимую оборону. От того оставшаяся небольшая часть команды судна оказалась застигнутой врасплох. Не прошло и пары минут, как треть оставшейся на судне контрабордажной команды не стало – столь стремительной и внезапной оказалась атака.
Недостаточно быстро, но, всё же придя в себя, Парамон поспешил всё-таки организовать защиту судна.
– Лучники на корму, остальные в атаку! Скинем врага в море! – воскликнул Ватаци, покрепче сжимая свой посох.
Взмахнув своим магическим инструментом, молодой волшебник вызвал вихрь. Сильный поток воздуха замедлили нападающих. Это было слабое колдовство, но на большее старпом был не способен. Минувшее противостояние лишило юношу значительной части сил. Нынче он может пользоваться лишь слабой, вспомогательной магией. Однако и этого сполна хватало.
Кратковременный вихрь подарил защитникам «Стремительного» полминуты. Этого матросам с лихвой хватило для перестроения. Едва ветер закончил бесноваться, как лучники, выстроившись на корме судна, выпустили рой стрел в предателей. Первый ряд абордажников не успел вовремя выставить перед собой щиты. Это стало роковой и последней ошибкой в их жизни. Авангард врага был сметён лавиной стрел. Но не успели опомниться задние ряды, как в центр вражеского построения влетели моряки из контрабордажной команды.
В это же время на палубе вражеского корабля разразилось настоящее побоище. В кровавой сече летели головы, литрами лилась кровь верных подданных императора и подлых предателей. В центре бойни находился Дисмас. Ловко орудуя своим мечом, капитан без жалости разил врага. Спину кентарху прикрывал Анатолий. Несмотря на почтенный возраст, старый моряк вовсе не утратил былой прыти. Пусть его движениям и не доставало скорости, а взмахам резкости, опыт компенсировал эти недостатки. Благодаря острому взгляду, Анатолий без проблем предугадывал удары врага, а твёрдая хватка вместе с недюжинной силой позволяли парировать даже самые жёсткие выпады. Тем не менее, это лишь два человека в большой стачке двух сил.
Успешно прикрывая друг друга, мужчины продолжали вполглаза следить за ходом сражения. Стало очевидным – враг пытается отделить двух товарищей от остальной команды.
– Нужно возвращаться к нашим! – запыхаясь, произнёс очевидное Анатолий. Дисмас лишь коротко кивнул, уходя от очередного размашистого удара.
Уйдя из-под атаки, Науталопус щитом ударил по лицу неприятеля. Выбив того из равновесия, капитан без раздумий загнал меч по самую рукоятку в грудь врага.
– Перегруппировываемся! – воскликнул кентарх, обращаясь к своей команде. – Прорываемся к корме!
Изрядно уставшие, но не потерявшие боевого духа матросы услышали призыв своего капитана. Пусть их значительно поубавилось, но они по-прежнему представляли грозную силу. Собравшись вместе, моряки смогли прорваться к Науталопусу.
– Вовремя! – запыхаясь, произнёс Дисмас.
Кентарх с Анатолием едва держались против окруживших их легионеров. Со всех сторон напирали предатели. Рукояти мечей стали скользкими от крови, а руки била мелкая дрожь от долгого сражения. Но вот за спинами предателей появился верный экипаж «Стремительного». Матросы набросились на окруживших двух мужчин солдат. Казалось, ход боя вновь склонился на сторону защитников города.
В тот момент, когда полный облегчения вздох сорвался с уст капитана, в нестройные ряды моряков, подобно валуну, влетел вражеский волшебник. Тот самый, который не так давно смог одолеть в противостоянии Парамона и чуть не опрокинуть абордажную команду в морскую бездну. Ныне же этот человек с чудовищной силой врезался в команду Дисмаса. Трое матросов даже не успели заметить, как превратились в кровавое месиво. Следующую троицу унесло небольшим, но от того не менее сильным вихрем. В следующий миг воздух стал по-зимнему холодным. Над головами сражающихся пронёсся град сосулек. Прочностью они ничуть не уступали иным стрелам. От того заклинание и оказалось столь эффективным. Град оказался стеной, которая смела с десяток матросов «Стремительного». Правда, вместе с тем, задело и предателей. Несколько легионеров оказались в зоне поражения магического приёма и были точно так же умерщвлены.
– Не бей по площади! – раздалось откуда-то с полуюта. Очевидно, приказ был направлен вражескому колдуну. Тот со злости сплюнул, но распоряжение старших нарушать не стал. Вместо этого он лишь недобро ухмыльнулся. Горящими глазами он уставился на команду Дисмаса.
Только сейчас кентарх смог разглядеть молодое, не изуродованное шрамами лицо. Юноша был едва ли старше Парамона, но его магическая сила ощущалась куда сильней. Даже неспособный улавливать потоки магии Науталопус, почувствовал сочащуюся из мальчишки силу. Пусть опыта юнцу явно не доставало, но потенциал был огромный.
В тот же миг, когда раздался приказ вражескому колдуну, многих верных моряков Дисмаса опутали многочисленные тросы и верёвки из такелажа вражеского судна. Оказавшись в верёвочном плену, матросы оказались беззащитны перед напиравшим противником. Часть из них были безжалостно заколоты, остальные же просто задушены и сброшены на палубу.
Абордаж мог закончиться, так толком и не начавшись, если бы вовремя не подоспела помощь. Агилар, получив приказ капитана захватить носовую часть вражеской посудины, принялся за его исполнение. Собрав вокруг себя не только моряков «Щедрости», но и прочих спасённых матросов. Кратко обрисовав ситуацию, офицер предложил не рваться в лоб на колосса. Вместо этого бандофор решил действовать более тонко.
Раздевшись по пояс, моряки, под командованием Агилара взяли с собой лишь короткие кинжалы. В суматохе боя никто не заметил, как дюжина матросов, скрывшись за пеленой сгустившейся дымки, ловко нырнули за борт.
Проплыть морякам предстояло немного. Нырнув в воду, мужчины юрко ушли под дно корабля предателей. Незаметно обогнув галеру, морские волки споро поднялись по борту на палубу вражеского судна.
Вражеские солдаты, охранявшие бак, не успели ничего предпринять, прежде чем оказались вышвырнуты за борт. Их бездыханные тела грузно опускались на морское дно.
Разобравшись с охраной, Агилар со своими товарищами добрался до расчётов тяжёлых баллист и более лёгких скорпионов. Было их немного. Всего четыре орудия. Однако даже такого количества было достаточно, чтобы оказать Дисмасу посильную помощь.
Поодаль от бака экипаж «Стремительного» вёл отчаянный бой с легионерами, возглавляемыми сильным магом. Этот молодой колдун в бою оказался сущим бедствием. Хаотично перемещаясь меж матросов, он то и дело убивал людей Натуалопуса. Каждое своё убийство он совершал с выдумкой, непременно сопровождая безумным хохотом. Словно дикий зверь он рвал на части моряков.
Кентарх понимал, что если не покончить с вражеским магом, в сражении они непременно проиграют. Волшебник нападал на кого угодно, но только не на самого капитана, предпочитая держаться от нег на расстоянии. К сожалению, долго думать над этим Дисмасу не давали напиравшие солдаты. Очередной легинер, уверовав в свои силы, налетел на капитана. Пытаясь оглушить Науталопуса, он попытался ударить своим ростовым щитом. Не удалось. Удар пришёлся в пустоту. Кентарх вовремя среагировал и ушёл из под очевидной атаки. Теперь уже солдату пришлось уходить в оборону. К счастью для Дисмаса, тяжёлые доспехи сковывали движения врага. В толпе тот был не очень-то изворотлив. Не сумев отразить колющий удар в подмышку, легионер оказался проткнут мечом кентарха. Лезвие вошло в тело врага по самую рукоять, пронзая сердце. В то же мгновение в глазах предателя померкла жизнь, и он безвольной куклой свалился на деревянную палубу.
Легионер отвлёк капитана лишь на пару секунд. Но этого хватило, чтобы пропустить следующий за незаметной тенью удар. Ускоренное магией тело мага стало подобно камню. Обычным пинком, пришедшимся на доспех, волшебник смог выбить дух из Дисмаса. Кентарх оказался откинут на несколько локтей в сторону. Ламеллярная кираса оказалась продавлена, а дышать стало тяжело.
На помощь раненному капитану поспешил Анатолий. Старый моряк с рёвом налетел на мага. Несмотря на возраст и опасность, которую нёс враг, моряк без страха вступил с ним в бой, защищая Науталопуса. Принимая удары магии на свой небольшой щит, мужчина, то и дело, уворачивался от воздушных толчков и искр молний. С небывалой прытью, на зависть молодым товарищам, старый морской волк не останавливался ни на миг, постоянно перемещаясь. Столкновения с волшебниками в прошлом оставили на теле мужчины заметные следы. Опыт прошлого не позволял относиться легкомысленно даже к неопытному волшебнику, ибо это могло стать роковой, последней ошибкой в жизни старика. Однако, как бы не было тяжело, Анатолий не мог не отметить, как во время очередного заклинания волшебник открывается для удара. Сам маг, с головой поглощённый боем, не замечал этого, компенсируя уязвимости яростью и силой, с которой тот предпочитает сражаться.
В конце концов, бой превратился в избиение. Молодой маг, вновь и вновь атакующий Анатолия, в каждом следующем столкновении оказывался проигравшим. Не рискуя понапрасну, матрос предпочитал больше изворачиваться, нанося незначительные ранения при любом удобном случае. Так, спустя короткое время, волшебник уже еле стоял на ногах. Из многочисленных ран его тонкими струйками текла кровь, ослабляя тело, заставляя тратить значительные силы на излечение.
Устав от игры в кошки-мышки, волшебник собрал оставшиеся силы и рванул в сторону капитана с явным намерением прихлопнуть офицера. Это заметил и Анатолий, но успеть подскочить и отразить удар старый моряк не сумел – слишком прытким оказался маг. Вместо этого, приняв единственно верное решение, он хмыкнул и выскочил перед волшебником, принимая удар на себя. Враг не ожидал такого самопожертвования. Обескураженный, он на миг замедлился. Этого хватило Анатолию для того, чтобы увести клинок с опасной траектории. Но, к сожалению, полностью обезопасить себя от удара морской волк не смог. Тонкий клинок длинного меча вонзился под ребро мужчине. Качнувшись, Анатолий остался стоять на ногах. Пересиливая боль, и не обращая внимания на стремительно покидающие его силы, матрос стальной хваткой держал врага за руки, не давая тому вырваться. Секунду спустя, голова вражеского колдуна отлетела от точного попадания снаряда скорпиона. На помощь команде «Стремительного» успел прийти Агилар со своими людьми.
Улыбнувшись, Анатолий уже было начал опрокидываться назад, не в силах более стоять на ногах. На помощь ему пришёл Дисмас. Оклемавшись лишь к концу схватки своего товарища с вражеским колдуном, Науталопус не успел вовремя подоспеть на помощь другу. Пусть так, но умереть ему кентарх не даст. Подхватив того на руки, офицер подозвал к себе пару матросов.
– Доставьте его на «Стремительный», – отдал приказ капитан. Дисмас был благодарен Анатолию за жертвенность, с которой старый моряк пришёл на помощь кентарху. Оказать помощь давнему товарищу Науталопус считал своим долгом. Однако оставлять команду в трудный час было бы верхом безрассудства. От того офицер вынужден был доверить раненого друга в руки своих подчинённых. Всего лишь двое, они не сыграют решающей роли в победе над предателями, но без труда смогут исполнить свой долг перед капитаном.
Проводив взглядом стремительно скрывшихся в толпе матросов, Дисмас с ненавистью уставился на возвышающуюся фигуру вражеского капитана. Холёный, уверенный в неизбежности своей победы, офицер резко контрастировал с Науталопусом. Там, где у врага был надменный, не лишённый превосходства в глазах взгляд, у кентарха наоборот, уставший, н не потерявший света надежды взгляд источал жажду, что может быть утолена лишь смертью предателя.
– Каков павлин, – прокомментировал горделивую фигуру вражеского капитана Агилар. Вид вовремя пришедшего на помощь союзника воодушевил Дисмаса.
Оглядевшись на старпома, Науталопус немало удивился. Раздетый по пояс старший офицер забрался повыше на ванты, от чего возвышался над разыгравшимся на палубе сражением. Словно заговорённый, бандофор напрочь игнорировал вражеские попытки достать того стрелами или магией. Тем не менее, торс мужчины испещряли многочисленные раны. Они не были серьёзными сами по себе, но вместе легко могли представлять серьёзную опасность для жизни моряка. Однако, вопреки всему, старпом продолжал с честью исполнять свой долг, грамотно руководя своими людьми, направляя их вновь и вновь в бой.
Медленно, но верно инициативу в абордаже перехватывала команда «Стремительного». Грамотными действиями Парамона, не допускающего врага на палубу, а также храбростью команды под руководством Дисмаса и Агилара, удалось сильно проредить экипаж судна предателей. Загнав остатки команды на бак, храбрецы Науталопуса резко остановились. Вперёд вышел капитан.
– Я не желаю дальнейшего кровопролития. Ваш корабль уже захвачен. Сдайтесь, и, даю слово, вам будет дарована пощада.
– Сдаться на милость твоего императора? – со злостью прошипел до этого гордый вражеский капитан.
– Сдаться на милость моей команды, – спокойно ответил Дисмас уставшим голосом. – Даю слово Науталопуса, что вам и вашим людям не будет ничто угрожать. Что до наказания за предательство, по окончании сражения, вы все предстанете перед судом. Выбор остаётся за вами, – поднял руку кентарх, готовясь отдать команду покончить с остатками экипажа противника. К счастью, этого не потребовалось, Прикусив губу до крови, капитан предателей бросил к ногам Дисмаса свой меч.
– Корабль ваш, – обречённо выдохнул вражеский капитан. Абордаж окончился победой верных императору моряков.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
