Обложка Руководство по избавлению мира от ОЯШа

Руководство по избавлению мира от ОЯШа

Blazerboe2020

0% прочитано
Стандартный
Blazerboe2020

Руководство по избавлению мира от ОЯШа

Глава 1

Накамура Харуки, шестнадцатилетний ученик Академии Сакакино из класса 1-4, был тем, кого можно смело назвать «попаданец». Ещё бы! Ведь два месяца назад он не был японцем и не жил в Японии! Зато сейчас жил. И не сказать, что шибко радовался своей удаче по итогу.

В прошлой жизни у него была вполне ясная и понятная цель: отучиться все одиннадцать классов, отслужить в армии и поступить в МВД, дабы в дальнейшем открыть себе дорогу в ОМОН. В общем, он с детства смотрел на мир иначе, и родители хвалили его за амбициозность. Уже со школы парень чётко распланировал свои грядущие годы, что было редкостью.

Однако прямо перед окончанием одиннадцатого класса он стал жертвой ДТП. Когда же парень пришёл в себя, то сначала обрадовался тому, что выжил, пока вдруг не осознал: почему-то перед глазами не маячила белизна больничной палаты.

Вот так амбициозный и решительный парень оказался в совершенно другом мире, вдобавок ещё и в теле шестнадцатилетнего японца, которого звали Накамура Харуки. Разумеется, первое время он пребывал в глубочайшем шоке. Родители остались где-то позади, близкие друзья в том числе, да даже домашний питомец теперь является лишь фрагментом тлеющих воспоминаний.

Харуки ещё неделю приходил в себя, почти не выходя из комнаты нового дома. Благо, будучи тем самым «попаданцем», судьба не обделила его воспоминаниями японской тушки. Так что с адаптацией у него проблем не возникло, просто парень чувствовал себя разбитым от осознания того, что придётся заново строить планы на будущее...

При этом Харуки искренне считал себя избранным. В конце концов, не случайно же он оказался в теле обычного японского школьника? Ещё и в прошлое попал!

В первый день своего «попаданчества» Харуки полчаса разбирался с телефоном-раскладушкой. А когда зашёл в календарь, то был ошарашен датой: 2005.03.31.

А ведь Харуки привык именно к двадцатым годам, когда каждый человек ходил со смартфоном, который позволял в любое время воспользоваться интернетом. Пришлось привыкать к кнопочной раскладушке. И не только к ней, ведь у него появились новые родители.

Впрочем, семья у него оказалась весьма простой. Отец – самый обычный офисный клерк, а мать – воспитательница в детском саду. Харуки чётко понимал, что ему ни в коем случае нельзя раскрывать факт «попаданчества» перед новой роднёй.

Он обязан был вести себя как их сын, дабы не привлекать лишнего внимания. Парень беспокоился, что его могут отправить в психушку, если обо всём прознают. Хотя на самом деле Харуки ходил по грани: целую неделю он вёл себя как больной затворник, заставляя волноваться отца и мать.

К счастью, имелось хорошее объяснение такому поведению. А именно старшая школа. С шестого апреля у Харуки начинался первый учебный год в Академии Сакакино города Сакакино. Многие подростки переживают из-за учёбы, верно?

В тот момент название этого учебного заведения не вызвало какой-либо реакции у парня. Школа, как школа. К тому же Харуки не был фанатом Японии, не считал себя отаку, хоть и посматривал самые разные аниме с раннего возраста.

Однако уже на второй школьный день Накамура благодаря одной встрече понял, что он не просто угодил в прошлое, очнувшись в чужом теле и вынужденный выстраивать новый путь к успеху. Он оказался в параллельном мире, который знал по одному старенькому аниме нулевых...

Харуки только привыкал к реалиям японской школы. Строгий дресс-код Академии Сакакино обязывал всех носить одинаковую форму: парни носили белую рубашку, красный галстук, серый пиджак и тёмные брюки, а девушки – белую блузку, красный галстук-бабочку, серый пиджак и такого же цвета плиссированную юбку.

Накамура внешне ничем не выделялся из массы стандартных учеников, разве что был довольно высоковатым для первогодки – почти метр восемьдесят сантиметров. В классе 1-4 никто не мог похвастаться таким ростом, но в остальном ничего примечательного. Харуки не был красив в классическом смысле, обычный русоволосый парень со среднестатистическим лицом.

Но зато в его классе было полно красивых девушек. В целом во всей школе не имелось проблем с ними.

Тем не менее одна одноклассница-красавица выделялась особенно сильно в сравнении с другими девушками. Стоило же Харуки её заметить на второй день и услышать имя во время утренней переклички, как тут же весь мир парня перевернулся с ног на голову...

Потому что его одноклассницей оказалась Кацура Котоноха. Уже на второй день парни пускали по ней слюни из-за её молочно-белой кожи и выдающейся фигуры, а также красивого лица. Девушки же по-тихому завидовали, бросая презрительные взгляды. У неё были длинные прямые тёмно-фиолетовые волосы и большие тёмно-фиолетовые глаза, при этом, сидя на своём месте, она сутулилась и будто бы боялась поднять голову.

И всё же Харуки её узнал. Он видел старенькое аниме с таким персонажем. Кацура была одной из главных героинь той истории, которая начиналась как стандартная романтическая повседневка, а закончилась драматичным триллером с ужаснейшим кровавым финалом.

Само собой, что от осознания новой реальности Харуки сперва впал в состояние шока до конца урока, прослушав учителя и получив от него словесный выговор. Вот только парню тогда на это было плевать.

Харуки почувствовал тотальнейшую дереализацию. Присмотревшись на перемене к классу заново, он понял, что не только Кацура ему знакома. Была ещё одна симпатичная девушка с собранными в высокий хвост рыже-каштановыми волосами и карими глазами. Если парень ничего не путал, то эта персона в аниме занималась травлей Котонохи, ведь тоже была влюблена в главного героя истории.

Травля из-за зависти и ревности – классика.

И всё же именно седьмое апреля было тем поворотным днём, который сильно изменил Харуки. Осознав, что он учится в выдуманной школе среди персонажей аниме под названием «Школьные Дни», что-то в нём надломилось. Тем более иногда ему снились кошмары, преимущественно состоящие из момента его смерти.

В то же время Харуки начал параноить. Если мир выдуманный, то и он тоже? А может он просто вышедший из-под чужого контроля персонаж третьего плана? Парень не помнил себя в аниме, но ему всё равно было тяжело осознавать новую реальность, увиденную им давным давно на экране компьютера...

Поэтому на протяжении последующих двух недель Харуки напоминал зомби. Пустой взгляд, бледное лицо и медленная походка. Тяжело было просто взять и выбросить из головы прошлую жизнь, требовалось время на примирение.

Однако как в насмешку в течение этих двух недель Харуки частенько видел знакомые по аниме и в каком-то смысле знаковые лица. Например, в коридоре парень встречал и главного героя истории – Ито Макото.

И говоря начистоту, Харуки искренне его ненавидел. Ненавидел во время просмотра аниме и ненавидел в новой жизни. Со стороны этот школьник ничем не выделялся, средний рост, чёрные волосы и типичное азиатское лицо с добродушной улыбкой. Он ходил по школе на пару со своим одноклассником по имени Саванага Тайсукэ, обсуждая с ним что-то и весело смеясь.

Тем не менее Харуки знал, что за этой маской доброго и кроткого школьника скрывался настоящий монстр. В аниме Макото изменял Котонохе, вытирал ноги об её чувства, убегал от ответственности, поступал как последняя эгоистичная мразь с нулевой эмпатией.

Накамура видел не обычного безобидного ученика класса 1-3, а будущего абьюзера, который воспринимал девушек только, как объекты для удовлетворения чистой похоти.

В аниме Ито убегал от проблем и довёл Котоноху до безумия, а когда вторая главная героиня, тоже влюбленная в него, рассказала про беременность, этот монстр предложил ей сделать аборт и моментально бросил. В финальной серии как раз происходит триумф справедливой жестокости, ведь в расплату за все грехи Макото убивают.

А убила его...

Сойондзи Сэкай.

Ученица из класса 1-3, то есть одноклассница Ито, с тёмно-каштановыми волосами до плеч и одним торчащим волоском на макушке. Харуки, прогуливаясь по школе, видел её всегда широко улыбающейся с искрящимися карими глазами. Вокруг неё всегда собиралась толпа подруг, которых парень тоже помнил в аниме.

Впрочем, даже такая жизнерадостная девушка падёт в пучину безумия из-за животного и мерзкого поведения Ито, который решил бросить её после новости о беременности. В финальной серии Сэкай убьёт его ножом, а потом Котоноха ей отомстит, проделав то же самое.

Ужаснейший конец для двух невинных школьниц. А начиналось всё с того, что Макото влюбился в Котоноху, а его одноклассница Сэкай по доброте душевной решила свести их, но в процессе сама пропиталась тёплыми чувствами к нему, чем последний с радостью воспользовался. Так между ними тремя закрутился ненормальный любовный треугольник.

Харуки считал, что Макото заслужил смерть. С другой стороны, ему было жалко Котоноху и Сэкай.

Любовь к Макото довела их до безумия. Они терпели его измены и выходки до последнего, а тот из чувства безнаказанности переспал почти с половиной школы. Он даже не смог защитить Котоноху от изнасилования, до которого опустился его друг – Саванага Тайсукэ.

Осознание того, что Харуки учится под одной крышей с этими двумя подонками, доводило до тошноты. Даже просто дышать с ними одним воздухом казалось чем-то омерзительным. Его радовало только то, что Макото ещё не начал своё похотливое восхождение, так как Котоноха до сих пор выглядела стеснительной и одинокой.

По факту Котоноха была изгоем. Однако и сам Харуки имел такое же положение в классе, ведь две недели ломался под гнётом новой реальности и полного непонимания, как ему жить дальше.

Тем не менее в начале мая всё изменилось. Харуки не шёл на контакт ни с кем, так что за него это сделала группа второгодок, которые пригласили его в баскетбольный клуб школы. И отказаться парень не мог, ведь действовали они настойчиво, в довольно хулиганской манере и оперировали тем, что с таким ростом нельзя игнорировать баскетбол.

Для второгодок баскетбольного клуба Харуки был лакомым куском с огромным потенциалом, посему именно с мая парень наконец-то полноценно влился в школьный коллектив.

Гулкий стук мяча о лакированный паркет, скрип кроссовок, терпкий запах пота и разогретой резины – эта простая, понятная физическая усталость помогала очистить голову. После того как Харуки стал членом спортивного клуба, люди в классе перестали считать его безэмоциональным изгоем и сами потянулись к нему. И это, правда, помогло Накамуре.

Общение с одноклубниками и игра в баскетбол временно вернули ему интерес к жизни. Тренер школьной команды даже хлопал его по плечу и говорил, что у него талант в этом.

Но как бы то ни было, уже в июне Харуки снова стал видеть кошмары по ночам. Весь май он спокойно спал, но июнь обещал проблемы со сном. К тому же в последние дни его мысли не переставали крутиться вокруг Котонохи и её не самого приятного положения в классе. А каждый раз, когда парень замечал Макото, в нём бурлила странная, обжигающая внутренности ненависть.

В новой жизни Харуки очень редко испытывал настоящее удовлетворение, ибо порой ему казалось, что он управляет чужим телом, а не собой настоящим. Жуткое ощущение, от которого парень всё никак не мог избавиться, заставляло его чувствовать себя марионеткой.

Однако когда Харуки задумался о том, чтобы разрушить жизнь Макото...

Ему стало приятно. По спине пробежал будоражащий холодок предвкушения, а мир вокруг, казалось, внезапно обрёл яркость и резкость. Накамура задумался о том, что ему искренне хочется испортить сюжет аниме. Послать к чёрту автора этой реальности и вмешаться в историю. Прекратить быть фоновым персонажем.

Накамуре Харуки нужна была цель! Ему нужны были планы на жизнь, иначе бы он просто окончательно сломался от паранойи, что мир перед его глазами лишь симуляция с определённым сюжетным концом!

Вместе с тем парень мог оправдываться перед собой, что решился вершить справедливость, ведь он принял решение всеми способами добиться исключения Ито Макото из школы с каким-нибудь позорным клеймом...

— Эй! Харуки! — в один из тёплых июньских дней уже у школьных ворот его окликнул мужской голос, благодаря которому пустой взгляд Накамуры засиял осмысленностью, — А ты слышал, что сегодня у нас объединённый урок физкультуры? Ничего не обещаю, но вроде как будем заниматься в одном спортзале с классом 1-3.

Харуки медленно моргнул, возвращаясь в реальность, и глянул на говорившего. Им оказался его одноклассник из баскетбольного клуба по имени Сато Рюхей, на лице которого красовалась широкая уверенная улыбка. Он был выше ста семидесяти сантиметров, недавно покрасил волосы в блонд и носил серёжки в ушах, из-за чего студсовет недолюбливал его. Рюхей привычным жестом закинул спортивную сумку на плечо.

— Да? Впервые слышу о таком, — спокойно ответил ему Харуки, не проявляя каких-либо ярких эмоций, хотя из-за того, что у него появилась цель в жизни он чувствовал себя намного лучше, чем обычно.

Однако урок с классом 1-3 не шибко радовал. В этом классе учился Ито Макото.

"Но нужно искать плюсы. Я могу свободно понаблюдать за этим подонком" — промелькнуло у него в голове, пока он чуть щурился от солнца.

— Харуки, знаешь, а я не удивлён. Ты же вообще как будто бы не хочешь общаться с ребятами в школе, поэтому и слухи до тебя не доходят, — его одноклассник усмехнулся и театрально развел руками при этих словах.

— С каких пор слухи – это что-то хорошее? — в тот же миг склонил голову набок Накамура, и через секунду они зашли в школу, окунувшись в утренний шум голосов, направившись к шкафчикам под обувь.

— Смотря какие. Кстати, что думаешь о слухах о Кацуре? Говорят, семья у неё очень богатая. Да и сама она невероятно прелестная! Так и хочется подкатить к ней! — чуть ли не пускал слюни Рюхей, мечтательно прикрыв глаза и облокотившись плечом на ряд шкафчиков.

Перед глазами Харуки тут же всплыл изящный и кроткий силуэт Котонохи, той самой главной героини аниме. И нет, он не сталкер, просто сидит в одном ряду с ней и постоянно на уроках видит её спину.

— Почему тогда не подкатишь? — с бесстрастным лицом спросил Харуки, методично открывая дверцу и доставая свои увабаки.

Металлические ящики вокруг то и дело со звоном хлопали. Школьники распространяли ауру безмятежности и подростковой радости, когда про серьёзные заботы даже можно и не думать. Никто не ломал себе голову мыслями о будущей профессии, что в определённой степени забавляло.

— Чё? — моментально вытянулась его физиономия, а глаза округлились от удивления, — Ты сейчас серьёзно? Очевидно, она откажет мне сразу же, а надо мной все будут угарать!

— Значит, ты просто боишься отказа, — кивнул парень, сменив обувь и аккуратно поставив уличные ботинки на полку, после чего они быстро вдвоём направились в класс.

— Ну... Не то, чтобы я влюблён в неё, чтобы реально действовать. Типа, у Кацуры большая грудь и шикарная фигурка, а так я даже не знаю её настоящий характер... Вдруг она оскорбит меня или влепит пощечину? — задумчиво проговорил Рюхей, почесав затылок.

— Получается, что тобой просто движет похоть. Я не думаю, что она такой человек. В ответ на твоё признание никто не стал бы тебя унижать. Может, я ошибаюсь, но я чувствую, что Кацура добрая и скромная девушка. А ещё её точно не интересуют отношения, построенные на одной лишь страсти без настоящей симпатии, — всё с таким же невозмутимым тоном ответил ему Харуки прямо тогда, когда они пересекли порог кабинета.

Котоноха как раз стояла у доски и медленно мыла её перед началом урока. Такая картина не удивляла, ведь многие обязанности по классу девушки спихнули именно на неё ещё с апреля. В конце концов, Кацура просто не могла им отказать, робко пряча взгляд.

И так получилось, что часть слов Харуки она услышала...

Посему от неожиданности тряпка в её руках на секунду замерла на меловых разводах, а девичьи плечи едва заметно вздрогнули. Темно-фиолетовые глаза просто не могли не направиться вверх к лицу Накамуры, выдавая милейшее удивление...

...

...

...

Прошу поддержать работу лайками! Даже если отправляете в отложку, всё равно лайкните, чтобы порадовать меня, который старался над главой!

Глава 2

За окном монотонно гудел ветер, а в классе уже нарастал привычный утренний гомон – скрип отодвигаемых стульев, громкие хлопки портфелей о парты и беззаботные смешки переговаривающихся учеников. Харуки не обратил внимания на стоящую у доски Котоноху и вообще не волновался, что она услышит его слова.

Для него было абсолютно нормальным делом рассуждать о ком-то вслух, не опускаясь до шёпота. Как он и говорил ранее Рюхею: ему не нравилась тема со слухами. Впрочем, его мнение в этом вопросе никто не спрашивал. Подростки никогда не перестанут скрытно обсуждать кого-то за спиной, но парень и не собирался менять общественную систему.

В конце концов, Харуки только недавно обрёл новую цель в жизни. И после новости о том, что сегодня, возможно, будет объединённый урок физкультуры с классом 1-3, его мысли неизбежно уносились к Ито Макото и желанию попортить ему жизнь. В груди от одних лишь мыслей об этом начинал разгораться мрачный, согревающий азарт, отгоняющий жуткое чувство нереальности происходящего.

"Когда вижу его, так сразу же чувствую бездонную ненависть" — подумал Харуки, уже сев за парту, а перед глазами невольно проносились сцены из финальной серии аниме «Школьные Дни», в которой Котоноха сошла с ума и убила Сэкай, а после отрубила уже мёртвому Ито голову, чтобы таскать её с собой в сумке.

От этого воспоминания к горлу подступил фантомный тошнотворный ком.

Дёрнув плечами, парень перевёл взгляд на Кацуру, которая как раз закончила мыть доску. При этом Накамура даже не замечал, что сама девушка за последнюю минуту успела несколько раз украдкой посмотреть на него, нервно теребя влажную тряпку побелевшими пальцами. На самом деле Харуки не до конца понимал, в какой тяжёлой ситуации ещё со средней школы находилась Котоноха...

Добрые слова парня зацепили Кацуру. Она давно не слышала хоть что-то по-настоящему лестное и душевное в свой адрес, ведь годами варилась в школьном обществе, где её тихо ненавидели и игнорировали. Так было для неё в средней школе и так продолжилось в старшей.

Прошло уже два месяца с первого школьного дня, но Котоноха так и не завела подруг.

Для неё это было поистине невыполнимой задачей, отчего в ней порой пробуждалась зависть к Харуки, который тоже сначала был одиночкой, но через месяц нашёл друзей. Она стеснялась навязываться к кому-то, постоянно сутулилась, словно пытаясь стать меньше и незаметнее, и не смотрела прямо в глаза, что только раздражало остальных учениц в классе.

Котоноху, конечно, не трогали, но из-за зависти её заперли в четырёх невидимых стенах. Именно так любят буллить в японских школах: никакого насилия, но зато тотальнейший игнор.

По вине своего робкого характера девушка не могла найти хоть с кем-то общий язык, так что в школе от неё веяло аурой одиночества. Парни же путали это с холодностью и неприступностью, пока сама Кацура пугалась похотливых взглядов, инстинктивно прижимая руки к груди...

Вот почему Котоноха немало удивилась словам Харуки.

Но робкая радость в этом случае ничего не меняла. Девушка просто привыкла, что остальные игнорируют её. В голове давно закрепилась мысль, что она заслуживает подобного отношения к себе. Котоноха была ходячим комплексом, ненавидящим собственное тело, о чём Харуки даже и не задумывался.

В данный момент времени парень воспринимал её лишь как будущую жертву отвратительного Ито Макото. За эти два месяца Харуки даже не пытался подойти и пообщаться с ней, думая о том, как прожить новую жизнь, ни о чём не жалея...

Когда утренние уроки подошли к концу и настал обеденный перерыв, коридоры мгновенно наполнились шумом шагов и радостными криками. Часть учеников ушла есть на крышу школы, а вот другая осталась в кабинете, с громким скрежетом сдвинув парты для общего обеда.

В воздухе тут же повис смешанный аромат жареного мяса, соевого соуса и вареного риса. Харуки как раз собирался пойти в столовую на пару с Рюхеем и перед выходом за порог заметил, что Котоноха достала бенто, никуда не уходя.

Она просто начала есть за партой в полном одиночестве, меланхолично ковыряясь палочками в еде, пока другие одноклассницы сбились в шумные стайки, весело болтая о модных нарядах, различных телешоу и журналах о моделях. Впрочем, данная картина была вполне привычной, хотя иногда Котоноха обедала на заднем дворе школы, сидя на скамейке.

Ещё парень подметил, что со своей группой из трёх подружек в классе обедала Като Отомэ, его одноклассница с высоким конским хвостом рыже-каштановых волос, которая числилась в женской команде баскетбольного клуба.

Она сидела закинув ногу на ногу и смотрела на всех с лёгким пренебрежением. Однако самое примечательное в ней было то, что она знакома с Макото ещё со средней школы и тайно влюблена в него.

Като точно не входила в число приятных людей, ибо в аниме из-за ревности травила Котоноху, но Харуки в нынешнее время было на неё откровенно плевать. Во время совместных тренировок в баскетбольном клубе они даже ни разу не разговаривали, хотя одна из её подружек, а они все тоже играли в баскетбол, пару раз клеилась к нему, клюнув на статус любимца тренера.

Эту подругу звали Коидзуми Нацуми.

Симпатичная девчушка с фиолетовыми остроконечными волосами и бледно-голубыми глазами, которая во время тренировок пялилась на него и пыталась завязать разговоры, проявляя чудеса прямолинейного и болтливого характера. То и дело Нацуми накручивала локон на палец, хлопала ресницами и активно жестикулировала, пытаясь привлечь его внимание.

Вот только по части отношений Харуки глух и нем, причём в прошлой жизни было так же. Посему он давал ей всегда односложные ответы с непроницаемым каменным лицом, и всё.

В столовой, среди гула сотен голосов и звона подносов, Накамура встретил ещё одного своего приятеля с баскетбольного клуба, Хаякаву Сакуту, который учился в классе 1-3. В отличие от пестрящего дерзким видом Рюхея, этот парень волосы не красил, был обычным брюнетом с причёской в виде короткого ёжика.

— Короче, вот вам инсайдерская информация: наши классы сегодня будут учиться вместе на физкультуре. Это рассказала Киёура, ей можно верить, она у нас не просто староста в классе, но ещё и часть школьного студсовета, — с улыбкой сказал Сакута, заговорщицки подавшись вперёд и махнув руками в воздухе, пока они стояли в очереди буфета.

— Киёура?.. Ты говоришь про Киёуру Сэцуну? — тут же поинтересовался Харуки, слегка прищурившись.

— Да, её легко узнать по красной ленте, которой она подвязывает волосы. А ещё... У неё фигурка младшеклассницы какой-то... Самая низкорослая в нашем классе, груди как будто бы и нет, — с насмешливой ухмылкой ответил парень, небрежно пожав плечами.

— О, кажется, я понял про кого ты! Коротышка с красной лентой! Но я бы к ней не лез, она же член студсовета, ещё прижучит в отместку, — Рюхей громко посмеялся и покачал головой.

— Она не такая крутая, как ты думаешь. Просто строит из себя холодного робота. В начале года двое парней подтрунивали над ней из-за роста во время выборов старосты, а она молча терпела. Но ей повезло, вмешался наш одноклассник Ито и поддержал её стремление стать старостой класса, — в расслабленной манере делился информацией Сакута, беря элитный обед.

Спустя минуту они закупились едой в буфете и сели за стол. Харуки же погрузился в молчание, методично переваривая услышанное. Киёуру Сэцуну парень видел в кругу подружек Сэкай, к тому же в аниме она тоже считалась отчасти важным персонажем.

Однако в аниме её сюжетная линия тогда казалась Харуки абсолютно бессмысленной и высосанной из пальца. Сэцуна просто вдруг влюбилась в Макото по середине сезона, но теперь парень начал понимать, в чём дело...

Ито поддержал её во время выборы старосты, и это посеяло семена любви в сердце Сэцуны. Звучит, конечно, сомнительно с точки зрения качества подобных чувств, но Харуки понимал, что находится в мире безумного гаремника с трагическим финалом.

"Если я собираюсь разрушить школьную жизнь Ито Макото, то мне нужно подставить его и выставить каким-нибудь образом извращенцем и подонком, коим он и является на самом деле. Я хочу, чтобы даже влюблённые в него Като Отомэ и Киёура Сэцуна возненавидели его" — проглатывая комки риса с курицей, подумал в тот момент Накамура.

Взгляд парня стал холодным и расчётливым. Наличие ясного плана дарило ему иллюзию полного контроля над своей судьбой, чего как раз Харуки не хватало.

В общем, в середине аниме даже второстепенные героини начали вешаться на Макото, будто бы вокруг него появилась аура альфа-самца, а тот как одержимый спал с каждой из них. Он плевал на чувства Котонохи и Сэкай, упиваясь животной похотью.

Харуки в идеале планировал, что именно клеймо извращенца должно поставить крест на репутации Ито Макото, чтобы его с позором исключили из школы.

Тем временем во второй половине дня пришло время урока физкультуры, который проходил в общем спортзале, где обычно тренировался после уроков баскетбольный клуб. Просторное помещение встретило учеников гулким эхом голосов, запахом разогретой резины и старой пыли.

Учителем физкультуры в школе как раз был тренер по баскетболу. Аоминэ-сан мало того, что имел рост в сто девяносто сантиметров, так ещё и в пятьдесят лет держал себя в хорошей форме. Он выглядел массивным, но уже постепенно начинал лысеть.

Каждый член клуба его уважал и почитал, и Харуки не был исключением.

— Так! Быстро встали в шеренгу! — учитель воспользовался свистком, резким звуком привлекая к себе внимание, — Если вы не заметили, то сегодня у нас совмещённый урок! Класс 1-3 и класс 1-4, поклонитесь друг другу!

Два класса выстроились по росту в шеренгу параллельно друг другу, с шуршанием кроссовок выравнивая строй. Аоминэ-сан стоял по центру и удовлетворённо кивал. Харуки же стоял самым первым в строю, стараясь максимально незаметно наблюдать за интересными ему учениками класса 1-3.

Безусловно, сперва Накамура посмотрел на Макото. В глазах парня на его лбу уже поставлен крест. Следом он переместил взгляд на его долговязого приятеля Саванагу, мысленно отметив, что этот кретин тоже та ещё мразь.

Что до женской половины класса 1-3, то Харуки не мог не обратить внимание на Сэкай, вторую главную героиню аниме, на лице которой сияла бодрая улыбочка, пока она перемигивалась с подругами. Также он увидел в конце строя ту самую миниатюрную Сэцуну, чьё лицо и впрямь выражало полнейшую невозмутимость.

Неожиданно, но Харуки обнаружил своё сходство с ней. Их объединяла внешняя безэмоциональность. Хотя судить о внутреннем мире девушки он не мог.

В итоге стоило двум классам поклониться, как учитель наказал пробежать всем десять кругов. Ничего особенного, с бега начинался каждый урок физкультуры, просто именно сегодня в спортзале собралась огромная толпа подростков.

Парни и девушки слились в единый поток, который лёгким бегом начал наматывать круги. Топот десятков ног слился в монотонный гул. Харуки за месяц тренировок в клубе хорошенько подтянул выносливость, так что на протяжении всей пробежки чувствовал себя замечательно, сохраняя ровное и спокойное дыхание. К тому же сам спортзал не был особо большим.

Но это не отменяло того, что некоторые школьники к восьмому кругу уже запыхались. Одним из таких был обливающийся потом Макото, чья выносливость находилась на уровне младшеклассницы. Лицо его раскраснелось, а рот был судорожно приоткрыт.

Гядя на него, Харуки загорелся идеей понаблюдать за его реакцией на внешние раздражители. Парень мигом подстроился под бег Рюхея, поравнявшись с ним плечом к плечу.

— Слушай... Видишь того запыхавшегося брюнета из класса 3-1? — обратился Харуки к приятелю, лёгким кивком указав на Ито.

— Ага... Вижу... А что? — ответил спустя пару секунд Рюхей, стараясь не сбивать дыхание и смахивая пот со лба.

Рядом с ними бежали другие одноклассники и одноклассницы, так что говорил Накамура вполголоса и на всякий случай прикрывал губы, дабы посторонние его не услышали.

— Меня он бесит. Хочу увидеть, как он будет злиться или нервничать. Пробеги рядом с ним и постарайся незаметно поставить ему подножку, — с абсолютным спокойствием в голосе сказал Харуки, даже не глядя на одноклассника с покрашенными волосами, словно просил передать ластик.

— Хе-хе... А я и подумать не мог, что ты у нас такой хулиган, Харуки... — тихо посмеялся Рюхей, хитро прищурившись и нисколько не смутившись просьбе парня.

Члены баскетбольного клуба не были паиньками. Поставить подножку слабому? Поглумиться в процессе издевательств? Рюхею это только в радость. А послушался он Харуки, потому что тот являлся любимчиком тренера. Подростки тянулись к определённому статусу в обществе, и Накамура подобное прекрасно понимал.

Спустя несколько секунд с ядовитой усмешкой на губах Рюхей аккуратно сбавил темп, позволив Макото нагнать его на последнем круге. Харуки же искоса наблюдал за тем, как его приятель сделал неуловимую подножку уставшему Макото. Раздался громкий скрип подошв по лакированному дереву, и Ито, нелепо взмахнув руками, резко оказался сбит с ног, кое-как удержав равновесие, лишь чудом не вспахав носом пол.

Харуки на это спокойно кивнул, с холодным удовлетворением наблюдая за реакцией Макото. Последний выглядел растерянно и сбавил темп до хромого шага, при этом оглядывая по сторонам в поисках того, кто поставил ему подножку.

Лицо его исказилось от обиды. Однако прыткий и быстрый Рюхей уже скрылся в потоке учеников, затерявшись среди одинаковых спортивных форм в виде белых футболок и красных шорт.

Как раз в этот момент Накамура подметил, что Макото сначала искал глазами своего друга Саванагу, а потом сосредоточился на Котонохе, которая бегала вместе с остальными, упрямо глядя в пол. Пышногрудая красавица просто-напросто не увидела данный инцидент.

Тем не менее именно так Харуки подтвердил, что Макото уже засматривается на Котоноху.

Из аниме он знал, что они вместе ездят на электричке в школу. Как раз постоянное подглядывание за красивой девушкой из параллельного класса и стало первым шагом Макото к судьбоносному падению. Если он не ошибался, то Ито даже скрытно сфотографировал её на телефон.

— Дело сделано, — как только десятый круг подошёл к концу, то Рюхей подошёл к Харуки с довольной лыбой на лице, показательно встряхнув руки, — Но как будто бы этого слишком мало. Я не знаю, чем тебя выбесил этот парень, но... Меня он тоже почему-то начал бесить. Лицо у него какое-то излишне доброе, словно слюнтяй какой-то, не способный дать отпор в драке...

— Ага, его лицо вызывает у меня прилив гнева. Хотя даже не знаю почему... Впрочем, его друг тоже раздражает, — Харуки кивнул в сторону Саванаги, который хлопал Макото по плечу, изображая сочувствие.

— Второй вообще-то какой-то уродец, — в ответ пробормотал Рюхей, скривившись, после чего громко заржал в голос.

После забега на десять кругов учитель выделил классам пять минут перерыва. Ученики разбрелись по залу, тяжело дыша и вытирая пот. Следом по строгому плану Аоминэ-сана шли базовый комплекс упражнений по школьным нормативам: отжимания, приседания, подъём корпуса и прыжки на скакалке.

Все должны были разделиться по парам, один ученик выполняет упражнения, а другой ведёт подсчёт. Дальше смена ролей. Зал как раз наполнился шумной суетой и смехом. И так уж получилось, что только сегодня Харуки вдруг обратил внимания...

Что к Котонохе никто даже не подходил.

Несмотря на наказ Аоминэ-сана, в его классе не нашлось никого, кто помог бы девушке вести подсчёт. Она сидела на матах в самом углу, судорожно сцепив пальцы на коленях и опустив голову, в то время как вокруг неё образовалось широкое, демонстративно пустое пространство, подчеркивающее её болезненное одиночество.

Удивительно, но при всей красоте Котонохи к ней не выстраивалась очередь из парней...

Глава 3

Гулкий стук тяжёлых шагов нескольких десятков подростков и скрип подошв разносились по просторному спортзалу, смешиваясь с типичным запахом разогретой резины, тренировочного пота и легкой духоты.

"Никогда бы не подумал, что нечто такое вообще возможно..." — промелькнуло в голове у Харуки, когда он обратил внимание на удручающее положение Котонохи, главной красавицы класса и чуть ли не всей школы.

Парень раньше думал, что у красивых девушек не бывает проблем с поиском друзей или половинок. В его прошлой жизни самые симпатичные девчонки всегда были в центре внимания, окруженные стайкой подружек и толпой ухажеров. По логике вещей, разве люди не должны тянуться к личностям с выдающейся внешностью независимо от их характера? Однако его одноклассница Кацура Котоноха одним своим присутствием бросала вызов подобным правилам.

Несмотря на великолепную внешность, никто не подходил к ней, чтобы помочь с заданием учителя! Само собой, что Харуки знал о крайне стеснительном характере Котонохи ещё из аниме, но он всё равно был удивлён.

Ему казалось, что девушке просто нужно сделать первый шаг, и тогда она обязательно найдёт хотя бы несколько подруг.

Тем не менее сейчас, пока ученики под веселый гомон и смешки распределялись по парам, Котоноха оставалась одна-одинёшенька. Одноклассницы смотрели на неё с пренебрежением, демонстративно отворачиваясь, а одноклассники – с неловкостью, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Парни желали подойти к красавице и предложить свою помощь, но по итогу пугались невидимой и давящей стены одиночества вокруг неё.

В конечном счёте только Харуки посмел прямо и открыто смотреть в её сторону. Даже больше, сказав Рюхею, чтобы тот занимался в паре с их общим другом Сакутой, он спокойным шагом и с бесстрастным выражением на лице направился к сидящей на матах в углу Котонохе. Деревянный пол мягко пружинил под его кроссовками, а шум болтающих школьников постепенно отходил на второй план.

"Признаться не зазорно: мне просто её жалко. В груди ворочается какое-то мерзкое, тягучее чувство вины. Теперь, когда я определился со своей основной целью, как-то совестно продолжать игнорировать одну из главных героинь аниме с такой нелёгкой судьбой. Чувствую себя подонком" — подумал Накамура, на ходу делая глубокий вдох, дабы настроиться на общение с женским полом.

Да, определённый настрой точно требовался.

И парень понял это сразу, как только оказался в одном шаге от матов. Его тень упала на девушку, и он заставил Котоноху вздрогнуть и робко поднять на него тоскливые тёмно-фиолетовые глаза. Стоило ему встретиться с её взглядом, полным затаенного испуга, как Харуки завис на пару секунд.

Его глаза скользнули по красивому и аристократичному лицу девушки. Её кожа была бледной и с виду невероятно нежной. Белая футболка обтягивала большую грудь, которой как раз безмерно завидовали остальные школьницы. Короткие шортики же открывали вид на утончённые ножки Котонохи, нервно прижатые друг к другу, из-за чего Харуки впервые в новой жизни натурально покраснел, почувствовав, как к ушам приливает предательский жар.

С трудом отведя взгляд в сторону гимнастических снарядов, Накамура не мог не восхититься красивой внешности Котонохи. Однако он понимал, что если продолжит так пристально пялиться на неё, то лишь отпугнёт и покажется извращенцем. А ведь в глазах парня искрило только изумление без грамма похоти.

Одновременно с этим действия Харуки вызвали немало удивления со стороны класса 1-4. Следом по спортзалу пронеслась волна шёпота, напоминающая шелест сухих листьев.

Рюхей так и вовсе присвистнул, впечатлившись смелостью своего друга. Он подумал, что тот решил подкатить к красотке Кацуре, а потому вызывающе ухмыльнулся, скрестил руки на груди и мысленно пожелал ему удачи. Сакута же лишь фыркнул, приступив к отжиманиям.

— Привет, — что до самого Харуки, то он тут же присел перед девушкой с железным спокойствием на лице, стараясь, чтобы его голос звучал максимально мягко, — Кацура-сан, мы учимся в одном классе. Меня зовут Накамура Харуки, если ты забыла. Ты не против встать со мной в пару?

Её зрачки слегка расширились от удивления. Его чистый и искренний взгляд поразил Котоноху. Наконец-то девушка увидела того, кто не смотрел на неё с завистью или вожделением. Осознав это, её напряжённое тело, готовое в любой момент сжаться в комок, чуть расслабилось. Тем не менее она всё равно отвела глаза в сторону в силу своей полной стеснительности, нервно комкая в пальцах ткань шорт.

— Я... Я не против, Накамура-кун... — лишь спустя несколько секунд Котоноха смогла ответить Харуки тихим голоском.

Она судорожно сглотнула, а в её сердце поднялась настоящая буря из шока и смятения.

Она и представить себе не могла, что сегодня на физкультуре к ней подойдёт одноклассник с предложением о помощи. Котоноха уже давно привыкла, что на уроках ей приходится при выполнении упражнений самой отвлекаться на подсчёт, показывая чудеса независимости.

Однако из-за этого девушке никогда не нравилась физкультура. К тому же во время бега её внушительная грудь постоянно подпрыгивала, привлекая неприятные, липкие для неё самой взгляды...

И всё же в уязвимом сердце Котонохи впервые за месяцы учёбы расцвела прямо сейчас толика радости. Среди запаха пыли и пота в просторном зале ей вдруг показалось, что стало немного легче дышать.

С небывалым воодушевлением она попыталась поднять взгляд на лицо Харуки, возможно, даже поблагодарить, но на половине пути осеклась, закусила нижнюю губу и снова опустила глаза в пол. Неловкость словно сгущалась вокруг неё! К счастью для самой девушки, Накамуру вообще не заботило это. Он уже встал в полный рост и одним кивком дал понять, что готов вести подсчёт.

Вздохнув и подавив лёгкую дрожь в теле, Котоноха приняла на матах правильное положение для отжиманий и принялась за дело. Для девушек и парней нормативы на упражнения абсолютно разные. Вот ей пришлось отжаться только десять раз, а Харуки после неё все тридцать.

— Ты как? Не шибко устала? — он решил проявить учтивость перед следующим упражнением, задав этот вопрос Котонохе и отряхивая ладони.

— Нет. Всё в порядке, Накамура-кун... — всё так же тихо вымолвила та, слегка потирая плечи и поправляя растрепавшиеся тёмно-фиолетовые волосы.

Пока он отжимался, у неё как раз появилась возможность вовсю поглазеть на него, чем она и воспользовалась. Во-первых, девушка оценила довольно широкую спину Харуки, инстинктивно дарившую ощущение безопасности, и его крепкие руки, а во-вторых, её продолжало удивлять то, что этот урок физкультуры впервые проходит для Котонохи не в полном одиночестве.

— Накамура-кун... — однако сомнения тоже гложили девушку, её тонкие пальцы беспокойно переплелись, вследствие чего она впервые проявила инициативу в разговоре, — А почему ты вдруг решил встать со мной в пару?

Вопрос вполне закономерен. Котоноха даже отважилась прямо посмотреть в чёрные глаза собеседника, которые вновь остались чистыми, без двойного дна, к её огромной радости.

— Лучше подошёл бы вопрос, почему я так поздно обратился к тебе, Кацура-сан... — невозмутимо сказал парень.

— А?.. — естественно, что Котоноха его не поняла сначала, очень по-милому склонив голову набок и удивленно моргнув, из-за чего Харуки вновь почувствовал жар в лице, который не контролировал.

— Я про то, что за эти два месяца у меня было куча возможностей подойти к тебе и помочь в чём-то. Наш класс несправедливо игнорирует тебя, что мне категорически не нравится, — сев на маты, парень поразил Кацуру своей прямотой и серьёзным выражением на лице, вдобавок он смотрел прямо на неё, и в его голосе была только твердая уверенность, — Я тоже несправедливо отнёсся к тебе. Обещаю отныне исправиться.

— Ч-что?.. Нет же!.. Это не так!.. И я никого не считаю виноватым!.. — впервые Котоноха повысила свой голос.

Она замахала руками, а её красивое личико излучало гамму различных и непонятных ей чувств, от испуга до искренней признательности. Благо, остальные ученики в спортзале занимались своими делами, перекидывались шутками и толком не смотрели на них, тем самым не мешая этой парочке общаться.

Прямо сейчас вокруг Харуки и Котонохи как бы выстроился их личный, невидимый уголок.

Впрочем, был один школьник, который упрямо бросал взгляды на них двоих. Макото стоял у противоположной стены, тяжело дыша и вытирая пот со лба. В глазах Ито буквально зажигались искры ревности, его костяшки побелели, пусть он и не слышал их разговоров...

— Кацура-сан, не нужно лишних слов. Давай закончим с упражнениями, мне всё равно пока больше нечего сказать, — флегматично пожал плечами Харуки, словно отсекая дальнейшие споры.

Он хоть и не стеснялся, как Котоноха, но не был болтливым человеком по натуре. Наоборот, за прошедшие месяцы за ним закрепилась репутация невозмутимой глыбы льда. Однако чем больше Накамура наблюдал за своей напарницей, чьи ресницы мелко подрагивали из раза в раз, тем активнее его сердце ускоряло свой ритм...

Дальше они поочерёдно выполняли базовые упражнения. Ни один урок физкультуры не мог обойтись без них, так что к подобным нагрузкам привыкла даже не особо спортивная Кацура. Всё было относительно спокойно, но лишь до финальной фазы с поднятием корпуса.

— Давай я подержу тебе ноги, — невозмутимо сказал Харуки, опустившись на колени перед девушкой, ну а та в ответ целую секунду находилась в состоянии непонимания, широко распахнув глаза, а после мгновенно вспыхнула яркой краской.

— Н-не надо! — замахала она руками со смущённым лицом, вжимаясь спиной в мат, — Я и сама справлюсь! Честно-честно!

Ей казалось, что она уже привыкла к присутствию Харуки за прошедшие пятнадцать минут и теперь могла пусть и с некоторым трудом, но всё же смотреть ему в глаза. Вот только тема тренировки пресса вновь сделала девушку невероятно стеснительной. А как иначе? Красавица панически стеснялась мужских прикосновений.

— Я хочу помочь. Тебе же будет совсем неудобно, нет? — выгнул он бровь, наблюдая за тем, как густой румянец не сходил с бледной кожи Котонохи.

Харуки был вынужден признать: его одноклассница чересчур милая!

Тонкий, едва уловимый аромат цветочного шампуня, исходящий от её волос, ударил ему в голову, затмив запах спортзала. Он так ранее зациклился на том, чтобы найти себя в новой жизни, что почти не обращал внимания на Кацуру. Только сейчас парень чувствовал, что больше не может воспринимать её, как просто главную героиню аниме с трагичной судьбой...

Она была слишком живой. От её невинного поведения, сбившегося дыхания и завораживающей внешности его сердце готово было сделать сальто назад.

Данные факторы лишь ещё больше укрепили его решимость. Парень обязательно выгонит из школы Ито Макото и не позволит ему протянуть свои грязные лапы к безобидной Котонохе. К тому же как бдительный и внимательный Харуки мог не заметить сальные, ревнивые взгляды этого извращенца с другого конца зала?

— Неудобно или удобно... Но я привыкла... — сидя на матах, волнующийся голос Котонохи вмиг потерял былую силу и опустился до еле слышного шёпота, — Ты и так сделал достаточно, Накамура-кун. Не обязательно держать мои ноги...

— Кацура-сан, оглянись, пожалуйста. Разве ты не видишь, что все помогают друг другу во время упражнения на пресс? — чуть подавшись вперёд, Харуки самым невозмутимым образом качнул головой по сторонам, вынуждая девушку обратить внимание на ребят в спортзале.

Спортзал сейчас наполнялся громким счетом. Со всех уголков доносились крики и подсчитанные цифры, так что парень перед ней нисколько не врал. Те, кто тренировал пресс, и впрямь по очереди крепко держали друг другу ноги. Это значительно облегчало процесс выполнения упражнения, с чем спорить просто бессмысленно. Но даже так Котоноха буквально сгорала изнутри от стыда!

— Ладно, я не буду настаивать, — со вздохом произнёс в итоге Накамура, мягко отстраняясь от неё, но эти слова тут же вызвали у девушки острую досаду от того, что она отталкивает единственного человека, проявившего доброту.

— Хорошо!.. Я согласна!.. — однако это чувство помогло ей наконец-то взять себя в руки, и она зажмурилась, словно перед прыжком в воду.

— Кацура-сан, спасибо тебе за доверие, — на лице Харуки появилась лёгкая улыбка, которую проигнорировать Котоноха никак не могла.

Её смущённое личико вновь залилось яркой краской, из-за чего покраснел уже сам парень. До этого момента она почти не контактировала со сверстниками, но, как говорится, всё бывает в первый раз. Школьница одновременно и радовалась, и до дрожи стеснялась.

Так или иначе больше Котоноха не могла сопротивляться аргументам Харуки, который в своей помощи был решительно настроен действовать до конца. Девушка легла на спину и согнула колени под нужным углом, её белая футболка чуть задралась вверх, явив полоску нежной белой кожи на животе. Впрочем, она этого даже не поняла, пытаясь совладать с бешеным стуком собственного сердца.

А вот Накамура старался справиться с собственным самообладанием.

Ранее Котоноха всеми силами пыталась визуально казаться меньше, сутулясь и прижимая руки у груди, но в лежачем положении это потеряло всякий смысл. Теперь парень мог свободно наблюдать за её выдающейся фигурой и весьма внушительными достоинствами, которые вздымались при каждом глубоком вдохе...

"Почему мои гормоны так резко активизировались в присутствии Кацуры?" — он с трудом отвёл взгляд, уставившись куда-то в обшарпанную стену, тут же обхватив ладонями колени одноклассницы и прижав их к себе.

От его пальцев исходило уверенное, успокаивающее тепло. Котоноха неизбежно вздрогнула всем телом, но не более того.

Хотя сначала она поверить не могла, что и впрямь позволила парню прикоснуться к себе. Причём девушка думала, что сильно испугается этого и инстинктивно вырвется из хватки Накамуры. Однако, к её же неожиданности, кроме всепоглощающей неловкости всё было относительно нормально.

Кацура ровно пятнадцать раз сделала классическое скручивание корпуса, что озвучил под самый конец парень. Вот только девушка даже и не думала открывать глаза во время подъемов, ведь прекрасно понимала, что обязательно наткнётся взглядом на лицо Накамуры и тогда точно запищит в панике.

— Всё. Готово. А то ты вся распереживалась так, как будто бы из-за моей помощи случится конец света, — дал свой комментарий Харуки, отпустив бледные и нежные на ощупь коленки одноклассницы и отсев чуть назад.

— Ты не поймёшь... Ко мне ещё ни один парень так не прикасался... — совсем тихо вымолвила Котоноха, усевшись на мате, опустив голову и спрятав мокрый от смущения взгляд за челкой.

— Я всего лишь помог тебе с упражнением на пресс, разве в этом есть что-то по-настоящему особенное? — максимально спокойно задал вопрос он, при этом уголок его губ чуть дёрнулся вверх в легкой полуулыбке.

Конечно же, Харуки чётко осознавал, что его одноклассница смущается. В каком-то смысле он так её поддразнивал. И это удивляло даже его самого!

"Не помню, чтобы я так общался с другими одноклассницами в школе... Неужели невинная во всём Кацура – мой криптонит?.." — подумал Харуки, в то же время сам укладываясь на мат.

Прохладная поверхность приятно остудила его разгоряченную спину. И, к бесконечному удивлению парня, он тотчас почувствовал, как к его коленям прижимается невообразимо приятная мягкость, обдавая теплом!

От такого даже извечно невозмутимый взгляд Накамуры был поглощён шоком, а глаза расширились до предела!

Харуки не говорил, что ему нужна помощь с упражнением на пресс, однако Котоноха об этом не знала. Желая ответить добром на добро, она решительно подалась вперед и обхватила его колени, крепко прижимаясь к ним своей внушительной грудью...

...

...

...

В применении ссылка на мой Бусти, где можно прочитать почти десять новых глав фанфика. Фанфик, к слову, близится к финалу. Залейте!

Глава 4

Котоноха сильно отличалась от своих сверстниц. И дело было не только в её характере тихой и невинной особы, но ещё и в невероятно соблазнительной фигуре. Остальные старшеклассницы не могли похвастаться такой большой грудью, а оттого ей и завидовали, шепчась за спиной и обзывая девушку не самыми приятными словами.

Парни же пускали слюни при виде выдающейся груди Котонохи, бросая на неё сальные взгляды в коридорах. А вот Харуки никогда на её формы не пялился. Поглядывал пару раз, да. Но только поглядывал. Без каких-то извращённых мыслей, просто констатируя факт её красоты.

Тем не менее прямо сейчас Харуки вмиг позабыл о своём хвалёном железном спокойствии! Котоноха сделала то, чего парень совсем не ожидал, а потому его самообладание отправилось к чёрту. Девушка, вообще не задумавшись о своём сокрушительном оружии, прижалась к его коленям своими упругими подушками...

Только импотент сможет проигнорировать столь приятные ощущения, оставаясь полностью невозмутимым. Поэтому, к своему стыду, Харуки почувствовал возбуждение и покраснел, чувствуя, как горят кончики ушей. Однако это не означало, что он извращенец!

Парень считал, что против гормонов и физиологических реакций не попрёшь, как ни старайся.

Тем временем Котоноха цепко держала руки под его коленями и для собственного удобства прижималась к нему ещё плотнее своей пышной грудью. Девушка просто не до конца осознавала ситуацию, руководствуясь добрым характером: раз Харуки ей помог с упражнением, то и она обязана сделать свой ход, отплатив той же монетой. Впрочем, её одноклассник не спешил жаловаться и разрывать контакт, застыв на месте...

"Ноль похотливых мыслей, но кто я такой, чтобы отказывать себе в удовольствии?" — вот какой логикой руководствовался честный с самим собой Харуки, стараясь дышать ровно.

— Накамура-кун, ты готов? — спустя пару секунд раздался нежный и тихий голосок Кацуры, чудом пробившийся сквозь шум спортзала.

— Готов, — кивнул с сосредоточенным видом парень, стараясь смотреть куда угодно, только не в лицо девушки и не на её большую грудь.

Собственно, и она тоже старалась не смотреть прямо на Харуки, уперев взгляд в пол, оттого даже и не видела, как он покраснел. В любом случае Котоноха и так проделала сложную работу с тем, что вообще решила соприкасаться с телом парня. А ведь ещё сегодня утром ей казалось, что это невозможный сценарий.

Так или иначе, Харуки успешно выполнил упражнение на скручивание корпуса, под конец даже немного запыхавшись, чувствуя жжение в мышцах живота. Ещё и сердце колотилось так, будто бы он всю ночь просидел на энергетиках. Накамура думал, что у него просто закончилась выносливость, но на деле он незаметно для себя перевозбудился от близости одноклассницы...

Параноидные мысли, которые ещё неделю назад активно насиловали ему мозги, ныне вообще не всплывали на поверхность. Необычная нега распространялась по всему телу, формируя поистине стабильное, умиротворенное настроение.

Впрочем, парень всё равно не подавал виду, что ему хорошо или, наоборот, тяжело. Он ставил в жизни на первое место невозмутимость.

Так что, стараясь правильно и ровно дышать, Харуки на короткое время распластался на матах. Жаль, но он больше не испытывал приятнейшую тяжесть в районе коленей. Котоноха уже с минуту не прижималась к нему своей грудью, отстранившись, и это почему-то вызывало у него едва слышный удручённый вздох.

— Ты очень спортивный, Накамура-кун... — чуть в стороне от него на тех же матах сидела Кацура, у которой по виску стекали блестящие капли пота, а грудь часто вздымалась.

— О чём ты, Кацура-сан? Я устал так, что не могу встать на ноги. Ненавижу приседания, да и упражнение на пресс, как по мне, самое бесполезное из всех, — спокойно ответил ей он, следом присев так, чтобы было удобнее общаться с одноклассницей, скрестив ноги по-турецки.

— Ты устал?.. Но, по-моему, ты даже не вспотел. И я слышала, что ты состоишь в баскетбольном клубе... — застенчиво молвила красавица, держа руки на груди в закрытой позе, по привычке, словно защищаясь от кого-то.

— Да, я в клубе по баскетболу, но я всё равно не любитель спорта, — как есть сказал Харуки, пожав плечами.

— Это как? — его последние слова настолько удивили Котоноху, что она даже осмелилась посмотреть ему в глаза и мило склонила голову набок, — Зачем заниматься тем, что тебе не нравится?

— Изначально я не собирался вступать ни в какой клуб, но семпаи обратили внимание на мой рост и затащили меня на баскетбол. Они были очень настойчивые, отказываться стало в падлу, но зато теперь у меня есть друзья в школе, — пояснил всю ситуацию Харуки, и лишь спустя секунду до него дошло, что он затронул весьма больную тему для собеседницы...

Тему друзей. Повисла неловкая пауза, во время которой был слышен лишь скрип кроссовок других учеников.

— Теперь я поняла, — ответила ему Котоноха, но невооружённым глазом было видно, как она расстроилась: её плечи поникли ещё больше.

— Кацура-сан, а почему ты не стала вступать в какой-нибудь клуб? Раз у тебя нет друзей в классе, то ты могла бы их найти в клубе, — задал весьма резонный вопрос Харуки, решив всё же не отступать.

— Я не знаю, какой клуб мне подходит... И, честно говоря, я не умею читать атмосферу, когда пытаюсь с кем-то побеседовать... — потупила она взгляд, начав теребить край белой футболки в такт собственному смущению, а её пальцы же слегка подрагивали.

— Поподробнее, пожалуйста. Пока есть свободное время до конца урока, лучше потратить его на отдых и разговоры, — однако сколько бы Котоноха ни стеснялась, парень проявлял чудеса безграничного терпения, готовый работать ушами по максимуму, чего остальные как раз дать ей не могли, ибо вечно раздражались из-за слишком вежливого поведения девушки.

Он даже чуть подался вперёд, показывая свою заинтересованность.

До упражнений Харуки двигала жалость, ведь он месяцами незаслуженно игнорировал одинокую девушку с незавидной судьбой. Впрочем, уже сейчас в его сердце поселилась мысль, что ему искренне хочется продолжать разговоры с робкой Кацурой. А ведь прошло не так уж и много времени!

И всё же это был вполне закономерный итог: Котоноха – самая милая и красивая девушка в школе. Её стеснительность немного растопила чёрствое сердце Накамуры.

— Я просто... Ещё со средней школы не могла нормально влиться в коллектив... — неуверенно говорила одноклассница, при этом сутулясь так, словно хотела стать невидимкой, да и голос её дрожал, — Например, когда девочки на переменах общались о моде... Я не знала, как поддержать разговор. Я не разбираюсь в этих вещах, в моей семье о таком не говорят...

После её слов Харуки вмиг понял основную проблему Котонохи, в то же время втайне ощущая толику радости от её открытости с ним.

Что до проблемы, то раньше все догадки об этом парень основывал на просмотренном аниме, но сейчас он понял: Кацура была строго воспитана в богатой семье, из-за чего превратилась в тепличный цветок! Харуки знал, что успеваемость у Котонохи почти идеальная, однако то же самое сказать про её социальные навыки не получится. К тому же сверстницы ненавидят вежливое и формальное общение, а девушка перед ним общалась застенчиво и учтиво абсолютно со всеми.

— То, что ты не можешь найти темы для разговоров, не беда. Просто тебе нужно найти болтливую подружку, которая сама их найдёт. Тогда тебе останется только слушать её и моментами поддакивать, — выдал совершенную стратегию Харуки спустя несколько секунд тишины, даже не сдержав тонкую улыбку краями губ.

— Н-но... — слова парня звучали настолько просто, что Котоноха была ошарашена, приоткрыв рот от удивления, ведь подобная тактика в её случае будто бы и не сработает, — Я не думаю, что у меня получится обзавестись такой подругой. Где же такую найти?

— Хороший вопрос, — кивнул Харуки, который сам тот ещё одиночка на самом деле.

Теп не менее он невольно стрельнул глазами в сторону одной каштановолосой особы с выразительно торчащим локоном на макушке, которая звонко смеялась и скакала на скакалке в кругу подружек. Смотрел парень конкретно на Сайондзи Сэкай.

Харуки знал, что она очень популярна в своём классе, и дело не только в приятной внешности. У неё также дружелюбный и энергичный характер! Натуральный экстраверт. По идее, эта ученица 1-3 класса как раз способна свободно пройти сквозь стену одиночества, возведённую Котонохой.

Собственно, в аниме это и произошло. К сожалению, позже их дружба разрушилась из-за Ито Макото. Харуки подобное прекрасно осознавал, а потому уже рассчитал, что как только добьётся от школы отчисления подонка, то постарается помочь Кацуре подружиться с Сэкай...

"Стоп, а почему я вообще озабочен помощью однокласснице?" — промелькнуло в голове у Харуки, после чего он перевёл внимательный взгляд уже на Котоноху, которая вновь стеснительно отвела тёмно-фиолетовые глаза в сторону, пряча их за челкой.

— П-почему ты так пристально смотришь на меня, Накамура-кун? — с дрожью в голосе спросила у него девушка, непроизвольно от волнения натянув края футболки так, что её выдающаяся грудь начала выпирать ещё отчётливее.

— Называй меня просто Харуки. По имени, — тут же невозмутимым тоном ответил он, поняв, что ему просто хочется осчастливить бедную одноклассницу, и всё.

Никакой скрытой подоплёки. Парень даже не собирался соблазнять и развращать невинную деву.

— А? — и всё же слова Харуки, разумеется, привели её в невинное смятение.

— Друзья зовут меня по имени. Позже я помогу тебе найти подругу, но сейчас, считай, у тебя уже есть один друг, — встав с матов на ноги, уверенно высказался парень и взял скакалку в углу спортзала.

— Х-харуки?.. Друг?.. Правда?.. — ошарашенная Котоноха совсем не знала, как реагировать на то, что Накамура сам окрестил себя её другом, отчего девичий разум вмиг ушёл на перезагрузку, а глаза расширились.

Естественно, сперва она ощутила прилив радости, но уже затем смущение накрыло её с головой. Котоноха никогда бы не подумала, что сперва подружится именно с одноклассником. В самых смелых мечтах девушки её близкий круг состоял исключительно из сверстниц.

Тем не менее сейчас Кацура не могла сказать, что чем-то недовольна. Наоборот, её охватывало теплое счастье. У неё наконец-то появился друг! Человек, с которым она сможет свободно общаться в школе, не ощущая удушающего, ледяного одиночества!

На самом деле Харуки даже и представить не мог, насколько отчаянно Котоноха желала дружбы. За годы одиночества она привыкла к игнорированию со стороны других людей, так что внезапное внимание и дружелюбие одноклассника заставили её сердце трепетать от ликования. Словно птица наконец-то выскользнула из клетки!

Серьёзно, одного этого урока хватило, чтобы Кацура пропиталась искренними светлыми чувствами к Харуки. Но последний и не подозревал, что уже крепко засел в её мыслях...

Как только он закончил со скакалкой, то передал её однокласснице. Кацура уже вернулась с перезагрузки, но когда их пальцы при передаче ручек скакалки случайно соприкоснулись, то моментально покрасневшая девушка чуть снова не потеряла связь с реальностью.

— Кстати, можно мне называть тебя по имени? Не то чтобы я форсирую события, но мне неудобно вечно обращаться к кому-то по фамилии, — честно высказался Харуки, делая вид, будто бы не замечал румяные щёки собеседницы, смотря прямо ей в глаза.

— Н-ну... Можно, наверное... — робко пробормотала она, опустив взгляд и переминаясь с ноги на ногу.

— Вот и хорошо, Котоноха. Я буду обращаться к тебе по имени, и ты обращайся ко мне по имени, окей? — в монументальном спокойствии произнёс парень, кивнув.

— Угу... — другое дело, что та самая Котоноха, услышав своё имя из уст сверстника, почувствовала сильный жар в области лица, готовая провалиться сквозь землю от смущения.

— Котоноха, ты как? — вдруг задал вопрос Накамура, легонько дотронувшись до её вздрагивающего плеча.

— А?.. Что?.. — тотчас вздрогнула девушка, резко подняв голову, и лишь спустя секунду осознала, что скакалка так-то давно у неё в руках и она просто стоит на месте как вкопанная.

— У тебя температура, что ли? — спросил Харуки, тут же переместив ладонь на горячий лоб одноклассницы, преследуя цель поддразнить её, ощущая приятное тепло её кожи.

Вот только парень сам при этом неизбежно покраснел из-за близкого контакта с красивой девушкой. Проигрышная партия, не иначе. Но что можно было ожидать от того, кто лишь пытался подражать дразнящему поведению наглых главных героев хентайных гаремников, имея за две жизни нулевой опыт отношений?

Причём в аниме-мире «Школьных Дней», гарем официально противопоказан, а то можно получить удар ножом от обезумевшей от горе любовницы, умирая в луже собственной крови.

Глава 5

Резкий свисток учителя эхом отскочил от высоких стен спортзала, смешавшись с гулом десятков голосов и скрипом резиновых подошв. Урок физкультуры подошёл к своему концу, два класса шумной толпой направились в раздевалки. В зале воздух был густо пропитан запахом разогретого паркета и пота. Последние минуты пролетели особенно незаметно, ибо Харуки продолжил тему школьных клубов в беседе с Котонохой, хотя к чему-то конкретному они так и не пришли.

Но тут уже проблема была в них двоих.

С одной стороны, Харуки вообще не интересовался другими клубами, а с другой – сама Котоноха искренне не знала, где ей будет лучше всего. Точно можно было сказать, что спортивные кружки девушке категорически не подходили. Даже обычный урок физкультуры в итоге очень сильно измотал её, из-за чего к раздевалке она шла медленными и усталыми шагами. Её дыхание слегка сбилось, а на бледных щеках проступил лёгкий румянец от физических нагрузок.

Впрочем, школьница всё равно была невероятно довольна, вопреки физическому утомлению. В сердце Котонохи поднималась целая буря позитивных чувств, ибо у неё наконец-то нашелся друг. Первый школьный друг! Она то и дело прижимала ладони к груди, словно пытаясь успокоить бешено колотящееся от радости сердце.

И всё же девушка не могла не стесняться того, что этим другом оказался парень её возраста. Котоноха до этого момента думала, что никогда не сможет нормально подружиться со сверстником, ведь она одновременно и стеснялась, и пугалась мужского внимания.

Любой резкий взгляд или неосторожный жест обычно заставлял её вжимать голову в плечи. Тем не менее Накамура Харуки всего за один урок физкультуры полностью пробил невидимый барьер робкой одиночки. Его ровный голос и абсолютно спокойные глаза внушали удивительное чувство безопасности.

"Харуки... Он, наверное, исключение... Я рада его помощи и доброте..." — думала Котоноха, пока переодевалась.

Влажный и душный воздух женской раздевалки полнился звонкими девичьими голосами и шелестом школьной формы, но девушка витала где-то далеко в своих теплых мечтах. Она была настолько поглощена своими мыслями, что не замечала внимательных и заинтересованных взглядов других учениц.

Никакой зависти или ревности, ведь на замену этим эмоциям пришло чистое недоумение, связанное с тем, что Котоноха улыбалась! Её одноклассницы впервые за прошедшие месяцы видели искреннюю улыбку Кацуры, перешёптываясь между собой.

Хотя сама улыбка была небольшой, но она многое говорила о нынешнем светлом настроении Котонохи. Ей понравилось общаться с Харуки, тем более что он проявил к ней максимальное дружелюбие и не отверг, когда она рассказала о временах в средней школе. Кацура была ему безмерно благодарна, в душе робко надеясь, что они продолжат общение и дальше, может быть, даже будут обедать вместе.

В конце концов, девушку все игнорировали в школе, награждая неприятными взглядами. Поэтому, само собой, теперь в её мыслях цвела жажда дружбы с Харуки. Он сделал то, что ещё никто не совершал по отношению к ней за последние годы: смело взял и завязал адекватный разговор, не пытаясь как-то задеть или использовать.

Дружелюбие – это путь к успеху! Уже сейчас сердечко Кацуры переживало счастливый и обескураживающий шторм!

В то же время сам Харуки, натягивая на себя белую рубашку среди грохота металлических дверец шкафчиков, чувствовал себя измотанным не физически, а именно морально. Парень вообще не привык первым строить диалог с кем-то и никогда не искал общения с другими людьми.

Постоянно подбирать слова и следить за реакцией собеседника оказалось тем ещё испытанием. Котоноха стала для него исключением, прямо как и он для неё. Впрочем, его мотивы были искренними: ему и впрямь понравилось вести беседы с робкой, но дико милой одноклассницей.

Между тем, в раздевалке Харуки не улыбался, в отличие от Котонохи, сохраняя на лице привычную маску отчужденности, но всё равно удостоился любопытных взглядов. Рюхей и Сакута уже стояли рядом с ним, не скрывая дразнящих ухмылок. По их мнению, Накамура просто влюбился и решил подкатить к самой красивой девушке школы, а значит, появился новый повод для шуток.

— Харуки, а почему ты скрывал от нас свои чувства к Кацуре? — начал было Рюхей, нагло тыкая пальцем в плечо одноклассника и хитро щурясь.

— Стеснялся, поди! — тут же подхватил Сакута, чья ухмылка переросла в полноценную улыбку от уха до уха.

— Харуки, как ты мог вообще? Позарился на сокровище нашей школы! — нарочито театрально сказал фальшивый блондин, всплеснув руками.

— Он правильно поступил. Пока остальные боялись, наш Харуки действовал! — хлопнул кулаком по раскрытой ладони брюнет, тихо посмеявшись.

— Какие же вы болтливые... — с раздражённым вздохом произнёс Накамура, с шумом захлопнув дверцу своего шкафчика и всем своим видом показывая, что совсем не желает общаться с ними.

Во время общения с Котонохой он вёл себя намного бодрее. Но по-другому и никак, ибо Кацура слишком стеснительная сама по себе. Если не проявлять инициативу в разговорах с ней, то ожидается неловкое молчание. И, понимая это, Харуки говорил больше, чем слушал, вытягивая из неё крупицы доверия.

А вот Рюхей и Сакута такого же отношения к себе не заслужили. Пусть довольствуются его постным лицом. Ради них он меняться не собирается.

— Харуки, кстати, ты заметил кое-что? — внезапно Рюхей сменил тему, хотя ещё несколько секунд назад откровенно посмеивался вместе с Сакутой.

— Что? — спросил с нечитаемым лицом Накамура, уже переодевшись в чистую форму, не забыв воспользоваться дезодорантом и теперь методично застёгивая пуговицы на манжетах.

— Тот самый одноклассник Сакуты... Он почти прожигает тебя взглядом... — понизил голос Рюхей, скосив глаза в сторону противоположного угла, а его губы растянулись в ехидную улыбочку.

— Не волнуйся об этом, я знаю. Ещё на уроке физкультуры он так смотрел на меня, — равнодушно пожал плечами Харуки, говоря чистую правду.

Когда парень начал помогать Котонохе, мерзавец по имени Ито Макото тотчас преисполнился ревностью. Девушка не замечала этого, пряча взгляд в пол, а вот Харуки затылком ощущал особо завистливый, тяжелый взгляд. Оно и немудрено, ведь тот никак не мог подойти к Кацуре, несмотря на любовные чувства к ней, из-за банальной трусости, хотя они каждое утро вместе ездили в школу в электричке.

Посему реакция Макото была естественной и предсказуемой. Он ревновал и мысленно бесился, нервно переминаясь с ноги на ногу, думая о том, что на его возлюбленную нацелился какой-то наглый хулиган. Причём из-за своего окружения и безэмоционального лица высокого Харуки взаправду можно было принять за проблемного ученика, пусть учился парень хорошо.

— Вы про кого? Не секретничайте только, — тем временем сам Сакута выразил тотальнейшее недоумение, переводя непонимающий взгляд с одного друга на другого.

— Нас бесит один твой одноклассник, — Рюхей ответил как есть, при этом прямо кивнув в сторону Макото, который как раз исподлобья смотрел на их компашку.

— Да? Так это же Ито Макото. Я про него вам как раз сегодня утром рассказывал. Это он поддержал старосту нашего класса, — с лёгким пренебрежением высказался Сакута, брезгливо скривив лицо.

— На физкультуре я этому Ито поставил подножку по просьбе Харуки. Интересно, дело в этом или в чём-то другом? — потёр подбородок Рюхей, вальяжно прислонившись к стенке и с вызовом встречаясь взглядом с Макото. Последний в ответ заметно дёрнулся, чуть испугался и вмиг сбежал из раздевалки, словно ошпаренный.

— Дело в ревности, — спокойно бросил Харуки, заставив друзей растеряться от столь прямолинейного ответа.

— Ты уверен? — с ожиданием на него посмотрел Сакута.

— Да. Ито Макото ревнует из-за того, что я общался с Котонохой. Он определённо влюблён в неё, — уверенно ответил ему парень.

— Ого... Стоп, ты уже обращаешься к Кацуре по имени?! — в шоке выдал брюнет, причём так громко, что оставшаяся толпа в раздевалке моментально навострила уши, прекратив свои разговоры.

— Эй, не кричи! — дал ему звонкий подзатыльник следом Рюхей, но сам улыбался самым ехидным образом, очевидно, веселясь из-за реакции остальных присутствующих, которые не скрывали завистливых взоров в сторону Накамуры.

— Вы два балбеса. Хватит привлекать столько лишнего внимания, — холодно проговорил Харуки, закинув спортивную сумку на плечо и направившись на выход из раздевалки.

Школьники торопливо расступались перед ним. Из-за своего роста помрачневший Накамура сейчас выглядел довольно угрожающе, посему никто не смел вставать у него на пути. Другое дело – Рюхей и Сакута. Вот им было весело, ведь у них получилось вывести невозмутимого друга на эмоции, а это происходило крайне редко.

В итоге перемена закончилась тогда, когда компания пришла в кабинет. Начался новый урок.

Под монотонный голос учителя и скрип мела по доске Харуки не мог не смотреть в спину Котонохи, которая сидела в том же ряду, купаясь в лучах полуденного солнца. Он не до конца понимал свои чувства, но здраво считал, что общение с Кацурой ему никак не навредит.

Харуки руководствовался простой логикой: если не в тягость, то всё в порядке.

Когда урок закончился и класс наполнился шумом отодвигаемых стульев, парень подошёл к парте Котонохи, достав телефон-раскладушку из кармана брюк. С учётом того, что они теперь друзья, Харуки не стал стесняться просить номер. А вот его одноклассница очень стеснялась, потому покраснела сразу же. Её пальцы нервно сжали край юбки. Тем более весь класс словно по команде умолк и во все глаза глядел в их сторону.

Однако даже так отказывать парню она не стала. А зачем? Котоноха и сама думала весь урок о том, как бы ей попросить номер телефона одноклассника, но ей банально не хватало храбрости.

К счастью для неё, Харуки не привык мяться. Захотел – сделал. И теперь его цифры находились в её контактах, тускло светясь на маленьком экране.

— В случае чего пиши или звони. Дома я ничем не занят, на выходных тоже, — спокойно сказал парень, глядя на неё сверху вниз, но его последние слова прозвучали с отчётливым намёком, который поняла даже невинная Котоноха.

— Угу... — робко кивнула девушка, всё ещё испытывая жгучий стыд из-за десятков чужих взглядов, буквально прожигающих её спину.

Тем не менее факт не менялся: Харуки был совсем не против погулять с ней, если обратить внимание на его намёк с выходными. От такой новости сердце Кацуры завелось с новой силой, но природная стеснительность не позволила ей нормально улыбнуться. Только уголки её губ чуть дрогнули в робкой полуулыбке, и всё.

— Воркуете, да? — внезапно к парте подошёл Рюхей со своей типичной нагловатой улыбочкой, отчего сама Котоноха испуганно вздрогнула, ибо не ожидала появления подле себя крашеного одноклассника и инстинктивно вжалась в стул.

— Лучше отойди, твоя хулиганская внешность портит атмосферу, — слегка толкнул его в плечо Харуки, физически вставая между Рюхеем и девушкой.

И пусть это звучало как шутка, но лицо парня вообще не поменялось. В создании подобных моментов Накамура был мастером.

— Почему ты прогоняешь меня? Я просто хочу нормально познакомиться с нашей красивой одноклассницей, — закатил глаза Рюхей, следом внимательно всмотревшись в сжавшуюся на стуле ученицу и нагло протянув ей руку в подобии дружелюбной зубастой улыбки.

— Ты её пугаешь, — правильно подметил Накамура сухим тоном, жёстко убрав руку друга в сторону и слегка улыбнувшись разволновавшейся Котонохе, которая явно не была готова идти на внезапный контакт с тем, кого почти не знала.

— Правда? — Рюхей отступил на шаг, после чего с пониманием кивнул самому себе и резво потащил не особо активно сопротивляющегося Харуки из класса в шумный коридор, наполненный школьниками, для деликатного разговора, — Ты меня удивляешь всё больше и больше, приятель!

— Ты о чём? Может, ты прекратишь странно себя вести? — выгнул бровь в смятении Накамура, вырывая руку из хватки блондина, а тон его был весьма строг.

— Это ты странно себя ведёшь. Я ведь просто подошёл, чтобы поздороваться с Кацурой, а ты повёл себя как охранник какой-то. Ну или волк, оберегающий свою добычу... — с усмешкой вымолвил блондин, облокотившись на подоконник окна коридора.

— Дело исключительно в том, что Котонохе очень тяжело общаться со сверстниками. Мне удалось с ней подружиться сегодня, но твоя компания только всё испортит. Ты слишком шумный, — в голосе Харуки прекрасно слышалось холодное недовольство другом.

— Вот именно, ты только сегодня с ней подружился, а уже ведёшь себя как её парень. Ты реально влюбился в Кацуру? Я думал, это всё шутки! — Рюхей не делал из своего ехидства тайны, ухмыляясь, как истинный шут, — И не надо передо мной оправдываться! Я ведь всё вижу!

Одновременно с этим парень потряс за плечи раздражённого Харуки, не желая того отпускать в кабинет. Таков уж Рюхей. Открытый и напористый. Заметив перемену в друге, он тут же принялся донимать его, наслаждаясь ситуацией.

— Разве я похож на влюбчивого человека? Рюхей, оставь свои приколы про любовь при себе. Не пытайся лезть мне в душу. Ты с каких пор психологом заделался? — закатил глаза уже Накамура, грубо отбросив руки одноклассника со своих плеч.

— А как мне ещё реагировать на то, что мой вечно безэмоциональный друг неожиданно влюбился в самую желанную девушку нашей школы? — невинно глядел на потолок тот, насвистывая мелодию.

— Я не влюбился... — сквозь зубы процедил следом Харуки.

— Уверен? — Рюхей решил сменить пластинку и перестал прикалываться над другом, моментально став серьёзным, внимательно заглянув ему в глаза, — Клянись!

— Почему я должен тебе клясться? — лицо парня перекосилось от искреннего недоумения перед абсурдностью происходящего.

— Тогда я точно тебе поверю, — важно покивал блондин.

— Хорошо... Я клянусь, что не влюблён, — с тяжёлым, усталым вздохом сказал Харуки, потерев переносицу, — Но это не отменяет того, что Котоноха – мой новый друг. Я хочу помочь ей адекватно социализироваться безо всякой спешки.

— Ладно. Больше не буду мешать вам, — легко пожал плечами Рюхей, не собираясь продолжать бессмысленный спор.

Однако уже в следующую секунду в его глазах зажглось ядовитое пламя презрения. И, разумеется, направлено оно было не на Харуки...

А на Ито Макото, который нервно поправлял воротник и делал вид, будто бы совершенно случайно проходил мимо по коридору на пару со своим придурковатым другом!

Вот только за последние полминуты Рюхей успел заметить маячащую фигуры двух учеников класса 1-3 целых три раза. Кое-кто топорно проводил разведку, внаглую следя за Накамурой, отчего блондину хотелось в голос рассмеяться над такой жалкой попыткой шпионажа.

— Харуки, а этот Ито излишне надоедливый. Без шуток говорю, — и всё же в тоне Рюхея сквозила ядовитая насмешка.

— Слушай... Как насчёт того, чтобы исключить его из школы? Не хочу, чтобы у Котонохи был такой жуткий и ревнивый воздыхатель, — совершенно спокойным, ровным тоном изрёк Накамура, даже не повернувшись в сторону Макото, словно чувствуя его гнилую ауру прямо спиной.

— Что?.. — столь радикальное предложение парня на несколько секунд выбило Рюхея из колеи, — Гонишь?..

— Нет, я абсолютно серьёзен. Ито Макото бесит меня одним лишь своим видом. Мне кажется, что он скрывает в себе какую-то мерзкую гниль. Помоги мне исключить его из школы, — совершенно невозмутимо сказал Харуки, словно разговор шёл о погоде на завтрашний день.

Тем не менее его чёрные глаза были пугающе холодными.

— Из-за того, что тебя бесит какой-то индюк из другого класса... Ты уже хочешь исключить его?.. Правильно я понимаю?.. — вмиг понизил голос подросток, приблизившись к другу почти вплотную, чтобы никто в коридоре точно их не услышал.

— Правильно. Ты ведь не откажешься, Рюхей? Разве тебе когда-нибудь удавалось проворачивать нечто подобное? Настолько рисковое и жёсткое! Раньше ты постоянно мне твердил, что жаждешь новых острых ощущений... Поэтому я и предлагаю тебе исключить из школы Ито Макото. Это будет круто, — под конец своих слов Харуки явил редчайшую для себя задорную ухмылку, отыгранную с филигранным, пугающим мастерством.

И собеседник напротив клюнул. Клюнул с огромным удовольствием.

— Да, это точно будет круто! — с азартно загоревшимися глазами ответил тотчас Рюхей, в предвкушении потирая ладони.

Вот почему Харуки не позволил ему наседать на Котоноху. Рюхей – настоящий мудак, который на самом деле в средней школе постоянно издевался над слабыми. И парень этого ничуть не скрывал в беседах с ним. Он подобными вещами в каком-то извращенном смысле даже гордился...

Да, такой человек точно не откажется помочь Харуки испортить и растоптать жизнь Ито Макото. А ему только того и надо было.

Глава 6

Несколько дней назад Харуки почти клялся Рюхею, что он не влюблён в Котоноху, которую ранее знал только по аниме...

Однако теперь парень не был так уверен в собственных заявлениях. Его сердце совершило жестокое предательство по отношению к сущности одиночки, ведь Харуки просто отказывался понимать, почему за обедом с Котонохой внутри него поднималась какая-то необъяснимая волна тёплых чувств. Он ещё никогда с таким не сталкивался, а потому был искренне растерян! Опыт двух прожитых жизней ни капли не помогал справиться с этим волнительным трепетом.

Прямо сейчас Харуки и Котоноха находились на крыше школы, которую ученики могли свободно посещать на переменах или во время обеденных перерывов. Здесь стояло несколько скамеек для удобства, так что данное место идеально подходило для приятного времяпровождения за обедом.

Весенний ветерок приятно холодил кожу, донося откуда-то снизу сладковатый аромат цветущей вишни и приглушённый гул школьного двора. Солнечные лучи мягко заливали серый бетон, создавая вокруг атмосферу спокойствия и уюта.

Причём это был не первый совместный обед Харуки и Котонохи. За прошедшие несколько дней они сумели неплохо сблизиться друг с другом, ведь в школе он активно общался с ней на переменах, а после уроков они отправляли друг другу смски.

К сожалению, на дворе был две тысячи пятый год, посему тема мобильного интернета и соцсетей даже не поднималась. Поэтому приходилось довольствоваться короткими текстовыми сообщениями, каждое из которых парень перечитывал по несколько раз, вслушиваясь в писк старенького телефона, как в любимую мелодию.

И всё же эти несколько дней сильно поразили Накамуру. Дело в том, что он ещё никогда за две свои жизни не ощущал такого неодолимого желания идти на контакт с кем-то. Например, с Рюхеем и Сакутой парень общался только в школе, но с Котонохой был особый случай...

Харуки, правда, хотелось беседовать с ней. Притом как можно чаще. Кацура вызывала у него прилив необъяснимых ощущений в сердце, так что последние дни он чувствовал себя очень странно.

"Неужели я и впрямь влюбился в Котоноху?" — эта мысль мелькала у него в голове весь день с самого утра, так как уже с первого урока его глаза неотрывно искали прекрасный силуэт одноклассницы, а нутро вспыхивало нетерпением перед возможностью пообедать с ней.

Он то и дело ловил себя на том, что неосознанно любуется тем, как она аккуратно заправляет прядь тёмно-фиолетовых волос за ушко или как робко опускает взгляд при разговорах с ним. Нормально ли это вообще?

— Харуки... Что-то не так? — тонкий и ласкающий уши голосок прервал размышления парня, после чего его взгляд вновь засиял жизнью и обратился к милой красавице напротив.

Девушка же чуть подалась вперёд, обеспокоенно сдвинув тонкие бровки.

— А? — отбросив наваждение, Накамура склонил голову набок и выразил жестом недоумение, сидя рядом с Котонохой, которая за прошедшие дни немного привыкла к нему и уже меньше стеснялась.

— Ты почти минуту смотрел в никуда, вот я и забеспокоилась, — аккуратно пояснила девушка, внимательно оглядывая Харуки с небольшим румянцем на щёчках и следом положив на колени бенто, которое было набито сочной и роскошной едой, будто бы специально документирующей богатство её семьи.

Воздух между ними тут же наполнился аппетитным запахом тамагояки, жареной рыбы и сладковатого соевого соуса. Таким обедом мог похвастаться далеко не каждый офисный работник, не то что школьник.

— Прости, я просто глубоко ушёл в свои мысли. Думал о том, как мне нравится проводить с тобой время, — довольно честно выразился Харуки, заставив собеседницу моментально покраснеть до состояния помидора.

Он слегка почесал затылок, открыто глядя ей прямо в глаза, не желая скрывать своей искренности. Не в его стиле.

— Ч-что ты такое говоришь?.. — Котоноха едва ли не вскочила со своего места от столь неожиданных слов парня, её пальчики судорожно сжали края юбки, а дыхание на секунду сбилось от переизбытка эмоций.

Впрочем, её коробочка с бенто всё равно чуть накренилась в сторону и могла бы упасть, если бы не своевременное вмешательство Харуки.

— Осторожнее, — спокойно сказал он, подхватив коробку и случайно дотронувшись ладонью до мягких ножек одноклассницы, которые были скрыты под тонкими шелковистыми чулками чёрного цвета, приятно скользнувшими под его пальцами.

Естественно, после такого хоть и случайного, но всё же близкого контакта Котоноха вспыхнула новой волной безумного смущения. Кацура шумно сглотнула и нервно прикусила нижнюю губу, её взгляд заметался по сторонам, избегая смотреть на парня. Однако срываться со скамейки она не стала, боясь, что бенто вновь начнёт падать. Харуки же неспешно убрал ладонь, издав едва слышный смешок.

По его мнению, реакция Котонохи была слишком забавной, отчего уголки его губ неизбежно поползли вверх. В целом, уж очень часто она виделась милой и забавной одновременно.

— З-зачем же так дразнить? — всё ещё с лёгкой дрожью в голосе вопрошала ученица класса 1-4, едва удерживая взгляд на его лице, но замечая лёгкую улыбку.

Будь она не такой кроткой, то наверняка позволила бы себе показательно надуться! Тем не менее Кацуре оставалось лишь тишайше возмущаться.

— Я и не дразнил тебя, Котоноха. Просто помог с бенто. Оно чуть не упало у тебя, — совершенно невозмутимым тоном проговорил Накамура, в то же время снимая обёртку с купленного в буфете плотного от ветчины сэндвича, — Приятного аппетита.

Шуршание пластиковой упаковки ненадолго заполнило повисшую между ними неловкую паузу.

— И тебе того же... — застенчиво ответила Котоноха, но к еде до сих пор не притронулась.

Она неуверенно перебирала палочки для еды, словно ища в них поддержку, и всем своим видом показывала, что хочет сказать что-то ещё, но колеблется. Не самое странное поведение для Кацуры, но Харуки всё равно обратил на это внимание.

— В чём дело? — уловив её настроение, спросил спустя пару секунд парень.

— Ты сказал, что тебе нравится проводить со мной время... Это была такая шутка или ты серьёзно? Скажи честно! — последние слова Котонохи прозвучали особо решительно, и это было весьма несвойственно для неё, так что Харуки удивился.

Девушка подняла голову, и в её тёмных глазах мелькнула робкая надежда, смешанная со страхом быть отвергнутой. Такая гамма эмоций почти вытянула весь воздух из парня.

— Я не шутил, — незамедлительно произнёс Накамура, следом заметив пытливый взгляд девушки, который очень смело требовал от него более развёрнутого ответа, — Я честен с тобой. Ты единственный человек, с которым я общаюсь вне школы. Разумеется, мне нравится проводить с тобой время. Можно сказать, я с нетерпением ждал нашего совместного обеда сегодня.

На сей раз Кацура совсем притихла. Оно и понятно: в её мыслях сейчас разворачивался непостижимый хаос. Слова одноклассника звучали почти как признание, хотя она прекрасно понимала, что их связывают сейчас лишь дружеские узы. Однако и простой дружбы Котонохе было достаточно, чтобы ощущать бесконечные приливы счастья. Тепло разлилось по её груди, заставляя дышать чуть чаще.

Тем более Харуки прямо сообщил ей: она для него буквально единственная. И, само собой, это работало в обратную сторону, ибо только он прорвался сквозь стену одиночества Котонохи...

Так или иначе, Кацура не спешила что-либо ему отвечать. Она принялась аккуратно обедать, опустив голову и скрыв ярчайший румянец на щеках. Резюмируя последние дни – Котоноха и представить себе не могла, что когда-нибудь будет в принципе так рада посещать школу.

При этом девушка отдавала себе отчёт, что прошло меньше недели с того момента, как они начали дружить. Однако уже сейчас Котоноха успела привыкнуть к беседам с Харуки и не желала, чтобы они прекращались. Да, она до сих пор стеснялась и моментами робела, но зато научилась игнорировать неприятные взгляды остальных учеников в классе и теперь вела более активные разговоры с ним.

— Харуки, спасибо тебе, — тихо, но с глубочайшей признательностью в голосе в итоге вымолвила Кацура спустя несколько минут тишины.

— А за что меня благодарить? Я ничего такого не сделал, — тон у Накамуры был ровным, тем не менее лицо его выдавало толику смущения.

Он отвёл взгляд в сторону бескрайнего голубого неба, чувствуя, как начинают предательски гореть уши. Котоноха уже давно поняла, что Харуки не такой уж и невозмутимый парень, каким он хочет казаться.

Вот она при смущении привыкла прятать лицо, а Накамура – нет. Однако это не отменяет того, что он тоже умеет краснеть. И девушка считала подобную его черту славной. Лёгкая, искренняя улыбка тронула её губы, когда она наблюдала за его профилем.

В конечном счёте, закончив с едой, они плавно перешли к обыденным темам, менее смущающим.

Харуки поднял вопрос о школьных клубах. Ради неё он как раз вчера походил по кампусу, изучая различные кружки. Своеобразная разведка, от которой сердце Котонохи вновь ускоренно забилось в порыве благодарности. Ей было безмерно приятно, что Накамура так старается ради неё.

— Что думаешь насчёт клуба искусств? — первым вариантом предложил Харуки.

— Не уверена, — покачала головой девушка, виновато потеребив край своего воротника, — Я не умею рисовать.

— Это проблема, всегда можно научиться, но окей. Тогда что ты думаешь о литературном клубе? Ты ведь любишь читать книги, да? — таким был второй вариант парня.

Следом он присел чуть поближе к однокласснице, заметив, что на крышу пришло несколько учеников других классов. На самом деле далеко не в каждой школе можно посещать такие места, как крыша, посему Академия Сакакино даёт куда больше свободы, чем кажется.

В то же время в глаза Харуки бросились две появившиеся фигуры у стальных дверей. Со скрипом открылась массивная металлическая дверь, впуская нарушителей их уединённой идиллии.

Это были Рюхей и Сакута. Как только оба поняли, что Накамура их заметил, они тут же махнули руками в его сторону, после чего оба быстро скрылись за лестницей.

"Что? Ладно, поговорю с ними позже..." — очевидно, у них было к нему какое-то дело, однако Харуки не собирался внезапно бросать одноклассницу посреди их разговора.

— Да! Я люблю читать книжки! — Котоноха как раз проявила чудесную энергичность, стоило парню поднять тему книг, которые на самом деле каждый день занимали половину пространства в её сумке.

— Замечательно. Значит, тебе хорошо подойдёт литературный клуб. Я заглядывал туда, в этом клубе состоят всего лишь пять или шесть учениц. Но конкретно из нашего класса никто, — ровным тоном рассказал Накамура, испытывая удовлетворение от того, как приободрилась его собеседница.

— Я даже и не задумывалась о литературном клубе раньше... — чуть стушевалась Котоноха, но лишь на секунду, — Но думаю, что такой клуб и вправду мне подходит. Спасибо тебе за помощь.

Главная красавица Академии Сакакино мягко улыбнулась ему в ответ. Чарующая улыбка Кацуры мигом осветила аристократические черты её лица, идеально подчёркивая удивительную и живописную красоту. Ветер слегка растрепал её густые тёмные-фиолетовые волосы, и этот мимолётный, живой образ Котонохи казался Харуки сейчас самой прекрасной картиной в мире.

И столь освежающий момент не мог не отпечататься в ту же секунду в сознании парня. Он почувствовал, что пока сидящая рядом с ним девушка радуется, то и он сам пребывает в радости.

И такое чувство словно ставило точку в его бессмысленных метаниях в собственных эмоциях. От радостной улыбки Котонохи сердце Харуки готово было выскочить из груди, чего он ранее никогда не испытывал, пока не начал общаться с ней. Тёплая, тягучая волна нежности полностью затопила его сознание, стирая остатки сомнений.

Вывод напрашивался сам собой: да, он всё-таки влюбился...

"Пусть я и влюбился, но и что с того? Я просто хочу помочь Котонохе зажить счастливо и изгнать подонка Ито из школы. Сейчас не до моих чувств в любом случае, мне нужно сосредоточиться на своих целях" — промелькнуло у него в голове.

Парень мысленно сжал кулаки. Чувства – это прекрасно, но безопасность этой кроткой девушки сейчас куда важнее любых романтических порывов.

Накамура даже не замечал, что порой вёл себя сродни цундере. Он мог быть честен с другими, не обязательно честен с собой. При этом Харуки пока не задумывался о возможных чувствах Кацуры, ибо считал, что она мало что знает о нём, чтобы по-настоящему влюбиться.

Можно сказать, что парень пока не был против довольствоваться статусом близкого друга. Пока...

В итоге парочка просидела на крыше до самого звонка. Громкая трель школьного динамика заставила их вздрогнуть и вырвала из этого уютного мирка обратно в реальность. За это время вместе они обсудили план, следуя которому уже завтра Котоноха легко и просто присоединится к литературному клубу, где участники занимаются чтением книг из школьной библиотеки.

Всё. Такова суть данного кружка. Тем не менее это было именно то, что нужно миролюбивой и кроткой Кацуре...

После всех уроков, как только Харуки проводил Котоноху до школьных ворот и получил от неё новую порцию чистых благодарностей, он вернулся в школу для тренировки в баскетбольном клубе. В раздевалке у него как раз появилась возможность поговорить с Рюхеем и Сакутой, которые ещё на крыше посылали ему знаки.

Помещение за столько лет уже давно будто бы пропиталось стойким запахом дезодорантов и резины от кроссовок. Вокруг шумели парни, перекидываясь грубыми шутками, хлопали металлические дверцы шкафчиков, создавая привычный спортивный гвалт.

К слову, Сакута днями ранее тоже загорелся идеей попортить жизнь Ито Макото, когда Рюхей рассказал ему об этом. Чисто ради интереса и прикола. Харуки, откровенно говоря, пользовался их характером хулиганов для реализации собственных целей и даже не стеснялся подобного коварства.

На войне все средства хороши.

— Вы же оба хотели со мной о чём-то поговорить во время обеденного перерыва? Это касается Ито Макото или нет? — с ходу завёл деловой разговор Накамура тихим голосом, подойдя к друзьям, которые как раз стояли у его шкафчика.

Он прислонился плечом к прохладному металлу, скрестив руки на груди. Переодеться парень всегда успеет.

— Ну... Не касается так-то, — пожал плечами Рюхей.

— Тогда в чём дело? — поднял бровь в вопросе Харуки, а его взгляд стал чуть более цепким и внимательным.

— Да мы хотели тебе рассказать, что сегодня от сенпаев наших весточку получили по поводу летних тестов... Короче, нам дадут на них ответы через недельку, — взял слово уже Сакута, и на его лице покоилась довольная улыбка.

— Ответы на летние тесты? — а вот это несколько удивило парня.

В голове сразу закрутились шестерёнки, выстраивая новые возможные комбинации. Всё-таки летние тесты не были какой-то проходной контрольной работой.

Всего в школьном году три семестра, первый заканчивается как раз под конец июля. В конце июня же следуют важные экзамены, они же летние тесты по абсолютно всем школьным предметам. Харуки учился усердно, посему не сильно переживал об этом, но перспектива со списыванием всё равно звучала интересно.

— У нас в клубе сенпаи добрые и щедрые. Сказали, что тесты первого семестра повторяются из года в год. Вот такая фишка нашей школы, но зато очень удобная для нас, — щёлкнул пальцами Рюхей, следом горделиво ухмыльнувшись, словно это была лично его заслуга.

Новость, безусловно, приятная. Однако парень всё же сперва ожидал каких-то вестей по поводу Ито Макото. Вдруг тот совсем спятил со своей ревнивой слежкой за ним. Но ложные ожидания были только его проблемой, так что Харуки не расстраивался...

"А может, мне как раз воспользоваться этой халявой с ответами на тесты, чтобы испортить репутацию ублюдка?" — мысль громом пронеслась в голове парня.

Харуки чуть прищурился, а уголки его губ дрогнули в едва заметной, холодной ухмылке, которую он тут же поспешил скрыть от приятелей за кашлем. Как насчёт того, что Накамура подбросит ему в сумку ответы, а учитель их обнаружит?

Понятно, что громкого скандала не будет, но Ито точно получит выговор. Учитель не сможет проигнорировать такую наглость, хотя Накамура был уверен, что до исключения всё равно не дойдёт.

Так что следовало бить сразу по нескольким фронтам. Идея была простой, но изящной, оставалось лишь всё грамотно спланировать. Подготовить точечное исключение Ито Макото из школы как раз к этим экзаменам под конец семестра!

Глава 7

Прошла ещё одна неделя. До летних тестов оставалось совсем немного, но Харуки об этом совершенно не переживал. Он прилежно учился, к тому же семпаи из баскетбольного клуба передали первогодкам ответы. Разумеется, перед этим они наказали, что делиться ответами с остальной школой не следует, иначе у их клуба будут проблемы.

"Простите, семпаи, но кое-кто чужой эти ответы всё же получит" — подумал тогда Харуки с ироничной усмешкой на губах.

Он ненавидел Ито, и на то имелись веские причины, ведь данный индивид – самый настоящий волк в овечьей шкуре. Однако самым интересным было то, что эта ненависть в итоге стала взаимной. Харуки выяснил подобный факт максимально просто: прошёлся с Котонохой во время перемены мимо класса 1-3.

И когда это произошло, за ними как бы невзначай тут же увязался Ито. Накамура спиной ощущал жгучие, переполненные ревностью и ненавистью взгляды парня. Макото не мог не заметить, что девушка, в которую он влюблён, теперь почти всё время в школе проводит в чужой компании. И эта компания – одноклассник, на которого она смотрит с предельным вниманием с милой улыбочкой на устах...

С позиции Ито, как в такой ситуации можно не ревновать?

Вот так ненависть Харуки и Макото обратилась во взаимную. Тем не менее второй был по натуре тем ещё трусом и мог только во время от времени сталкерить своего обидчика, тихо проклиная его. Ну а на что ещё Ито был способен? Лучшим решением для него стало бы признание в своих чувствах Кацуре, однако парень откровенно стеснялся делать первый шаг.

Даже ненависть в конечном счёте не прибавила ему решимости. Ему оставалось лишь копить злобу и яд, наблюдая со стороны за тем, как его любимая Кацура с каждым новым днём становится всё ближе и ближе к Накамуре...

И это парень ещё даже не знал, что на прошлых выходных Харуки и Котоноха вместе ходили на свидание. Как минимум именно так в своих мыслях Кацура называла их совместный поход в городскую библиотеку. Договорились они об этом ещё в пятничный день, когда девушка не без помощи Накамуры присоединилась к литературному клубу.

Да, она всё-таки сделала это. Котоноха была неимоверно счастлива от осознания, что теперь она тоже стала частью какого-то школьного кружка. Даже такая мелочь вызвала у неё невероятный прилив радости.

К тому же в литературном клубе числились достаточно хорошие люди. Девчата тепло приняли её, а так как их кружок собирал именно любителей почитать в тишине, то атмосфера там была вовсе не давящая, а умиротворённая. Никто не удивлялся тихому и кроткому характеру Котонохи, ведь они сами искали в этом месте убежище от школьной суеты.

Поход в городскую библиотеку же был связан с тем, что Кацура хотела качественно подготовиться к дальнейшим клубным посиделкам.

В кружке имелось солидное правило: если книжка хорошая, то её следует порекомендовать другим. Котоноха же рассчитывала сделать подарок одноклубницам в виде коллекции своих любимых произведений. Её щедрость не знала границ, ибо девушка очень сильно хотела подружиться с членами литературного клуба. Харуки не мог не подумать о том, насколько же Кацура милая и добрая.

Во вторник Накамура после первого же урока подошёл к ней, чтобы поинтересоваться тем, как прошла вчера её первая клубная деятельность. Парень не сказал бы, что сгорел от любопытства, но всё же он немного волновался за Котоноху. Вдруг и в клубе его одноклассницу будут сторониться?

— Всё было замечательно. Книги, которые я принесла, им очень понравились, — тихо и с радостной улыбкой на губах ответила ему Кацура.

Её улыбка, как обычно, ударила прямо в сердце Харуки. Чувства забурлили так, что ему хотелось прямо сейчас взять и нежно сжать ладонь девушки. Однако парню пришлось сдержаться: они совсем не в таких отношениях, чтобы он позволял себе свободно прикасаться к ней. Да и шумный класс норовил убить всю романтику.

— Раз у тебя в литературном клубе всё хорошо, то я могу быть спокоен, — Харуки картинно выдохнул с превеликим облегчением и сам позволил себе слегка улыбнуться собеседнице.

И как раз от его улыбки Котоноха сама ощутила то же самое, что и Накамура пять секунд назад. Парень даже не представлял, сколько же усилий девушке требовалось, чтобы не покраснеть. За последнюю неделю они здорово привыкли друг к другу, Кацура теперь могла смело смотреть однокласснику прямо в глаза. Однако это не отменяло того, что в её сердце из раза в раз поднималась буря тёплых чувств при их переглядках.

Харуки знал, что влюбился, но не спешил развивать отношения, ведь не был уверен в чувствах Котонохи. Но и Котоноха знала, что влюбилась, но стеснялась развивать отношения, ведь не была уверена в чувствах Харуки...

Подростки есть подростки. Но на самом деле со своими жизненными обстоятельствами Кацура не могла не влюбиться в него.

Всё-таки её понятие любви строилось на романтической литературе, где герои спасают принцесс в беде, и затем между ними зарождаются светлые чувства. И так получилось, что Харуки невольно попал именно в этот образ. Он как настоящий герой из сказки помог ей справиться с одиночеством и спас от печали. Накамура даже нашёл для неё подходящий школьный клуб, и теперь она имела возможность обсуждать книжки с добрыми одноклубницами.

Харуки стал для неё тем самым героем, в которого влюбилась бы любая принцесса. Тем не менее Котоноха слишком стеснялась признаться ему в своих чувствах. А ведь будь она смелее, то хотя бы пригласила его в кафе после школы.

— Кстати, а как насчёт того, чтобы сходить вместе после школы в какое-нибудь кафе? Заодно обсудим летние тесты, — к счастью для неё, Харуки был смелым, и перед звонком на урок предложил то, чего так хотела сама девушка.

Накамура желал проводить больше времени с Котонохой. Сегодня его решимости как раз хватило на то, чтобы завуалированно пригласить её на свидание. Покраснев и почувствовав радость от слов парня, она тут же кивком согласилась на его предложение.

Можно сказать, что влюблённая Котоноха согласилась бы сходить куда угодно с Харуки, лишь бы он проявил инициативу.

В то же время в самом классе уже не удивлялись тому, что эти двое тесно общаются в любое свободное время и вместе обедают. Привыкли. Хотя на прошлой неделе Като Отомэ со своими подругами на физкультуре открыто пристали к Котонохе, довольно нагло расспрашивая об их дружбе. Посему потом на тренировке по баскетболу Харуки сам подошёл к ним и разъяснил, что им лучше не лезть в чужую жизнь.

Самое забавное, что у этой четвёрки даже не было парней, которые за них заступились бы. Накамуре стоило лишь чуть надавить на данную компашку, и они сразу же извинились на следующий день перед Котонохой.

После уроков и клубных часов парочка в лице Кацуры и Накамуры встретилась у ворот и спокойным шагом направились к одной из ближайших к школе кафешек. Девушка заказала парфе, а парень пока только латте. Харуки настроился на продуктивный разговор, ведь у него было что обсудить.

— Котоноха, приятного аппетита. Поговорим о летних тестах? Ты готова к ним? — подал голос он, когда им принесли их заказы.

Кафешка была самой обычной, но весьма уютной с цветочными корзинками на стойке. Интерьер достаточно типичный с широкими окнами сбоку, где как раз располагалась часть популярных для парочек столиков.

Впрочем, они сели за неприметный столик у угла, что было правильно. Красота его одноклассницы привлекала слишком много внимания! Несколько парней за другими столиками едва ли не сворачивали себе шеи. А если бы Котоноха сидела у окна, то в кафешку наверняка прибежала бы целая толпа поклонников...

— Спасибо. У меня не будет проблем с тестами, Харуки. Мои родители с детства требовали от меня совершенства во всём, а я всегда боялась их расстроить. Поэтому я готова к любым экзаменам в любой день недели, — спокойно проговорила Кацура своим приятным голоском.

— Хорошо, я тоже уверен в своих силах... Но я всё равно должен сказать тебе: у меня есть ответы на предстоящие тесты. Семпаи в клубе нам их передали, — невозмутимо ответил парень, следом заценив латте и сразу ощутив на языке качественные сливки.

"Так-то вкусный латте" — промелькнуло у него в мыслях, хотя изначально он ни на что не надеялся.

— Что? Ты будешь списывать? — Котоноха мило приоткрыла рот от удивления, широко раскрыв свои тёмно-фиолетовые глазки.

— Не обязательно. Я же сказал, я в себе уверен. Но, по идее, можно заучить ответы заранее. Просто если какой-то предмет вызывает у тебя неуверенность, то я могу тебе дать ответы, — с небольшой улыбкой произнёс Харуки, источая всем своим видом максимум дружелюбия.

И так только с ней. Будь здесь Рюхей или Сакута, у них бы точно отвисли челюсти.

— Ммм... Теперь я понимаю. Спасибо тебе, Харуки. Но я не думаю, что мне понадобятся эти ответы. Я ещё никогда не проваливалась на экзаменах, — с твёрдой убеждённостью в голосе сказала девушка.

Раньше ей очень не хватало уверенности в себе. Однако за последние недели общения с Накамурой она сильно выросла над собой. Теперь красавица спокойно разговаривала с ним на самые разные темы, охотно делясь своим мнением обо всём на свете. И самое главное: Котоноха перестала сжиматься в плечах и постоянно опускать голову.

Так они провели в кафешке ещё около часа, наслаждаясь десертами и беседуя о школе, повседневных делах и книжках. Книги – самое любимое для Кацуры. И была одна тема, которая заставила Харуки уйти в глубокие раздумия...

— Какие у тебя планы на жизнь после старшей школы? — спросила у него Котоноха, одновременно попивая холодный молочный коктейль.

— Хм... — и вот тот момент, который заставил Харуки погрузиться в себя.

— У тебя нет планов на будущее? Куда будешь поступать дальше? — последовал ещё ряд вопросов, сказанных участливым и вместе с тем волнующимся тоном.

— Раньше у меня были кое-какие цели и планы в жизни... — перед глазами Накамуры тотчас мелькнула прошлая жизнь, — Но всё это в прошлом. Сейчас я не знаю, чего именно хочу от жизни.

Естественно, парень немного лукавил, но во благо. Не мог же он ей рассказать, что планирует разрушить социальную жизнь Ито Макото. Но в остальном Харуки и впрямь не знал, что будет делать после старшей школы.

— Прости за мою дотошность, Харуки... — Кацура невероятно мило сложила ладони перед собой в замок и начала смущённо перебирать пальцами.

— Ничего, это мелочь. Если я так и не смогу додуматься до чего-то серьёзного, то просто займусь писательством, — от балды сказал Накамура, но спустя секунду нахмурился и понял, что вариант здравый, ибо у него в голове есть пачка интересных произведений из будущего.

— Писательство?.. Ты будешь писать настоящие книги?.. — глазки девушки перед собой засияли как звёзды.

— Скорее новеллы, — потёр он подбородок, — А что насчёт тебя, Котоноха? Куда пойдёшь учиться после окончания школы?

— Это решат мои родители, — вроде бы спокойно, но с толикой грусти проговорила она.

Тем самым Харуки вновь напомнил себе, что его одноклассница – самая настоящая принцесса их городка. Она даже живёт в элитном прибрежном районе. Котоноха рассказала ему, что у их семьи есть личный водитель. Впрочем, её родители сказали ей, что Кацуре лучше ездить на электричке до школы, чтобы якобы быть ближе к обычному народу и подружиться с кем-то.

Однако это вообще не помогло Котонохе с социализацией...

Глава 8

За два дня до экзаменов произошло весьма знаменательное событие. И связано оно было напрямую с Котонохой...

Обычная случайность невольно подтолкнула её отношения с Харуки. Случайность, которая была связана с Кацура Кокоро, младшей сестрой девушки. Вечером, как обычно, Накамура решил позвонить своей однокласснице, дабы пообщаться с ней. Однако на звонок неожиданно ответила вовсе не Котоноха.

Ответила как раз её младшая сестра, ведь старшеклассница забыла телефон в гостиной, а сама отошла в ванную! Услышав звонкий высокий голосок, Харуки сначала опешил. Пробормотав несколько невнятных слов, он в итоге оторопело сбросил трубку, и лишь спустя секунду он вспомнил, что у Котонохи есть младшая сестра.

Стоит сказать в оправдание, что его одноклассница о своей семье рассказывала мало, вот он и прокололся так в подобии забытья. Больше всего Харуки было стыдно, что растерянность к нему пришла по какой-то нелепой причине. Разве проблема немного поговорить по телефону с младшей сестрой близкой подруги?

Тем не менее звонок был сброшен и перезванивать Накамура не спешил. Только спустя полчаса уже сама Котоноха позвонила ему, но ещё раньше к ней прицепилась Кокоро с целым градом взволнованных вопросов. Младшая сестричка начала подозревать, что её старшая сестра завела себе парня!

Ожидаемо, что Котоноха была в дичайшем смущении. В отличие от неё, Кокоро очень энергичная и напористая персона. С помощью своих бесконечных вопросов она вызнала у сестрицы, что та каждый вечер общается со своим одноклассником, и теперь начала упрашивать её пригласить к ним в гости Харуки.

— Я хочу увидеть человека, с которым стала так близка! Я не помню, чтобы ты хоть с кем-нибудь общалась по телефону! Я прямо-таки сгораю от любопытства! — в голосе Кокоро звучала бодрая решительность и нежелание слышать отказ от сестры.

Кокоро было всего лишь одиннадцать лет, но она уже была достаточно умной, чтобы активно поддразнивать старшую сестрицу. Видя, как Котоноха краснеет, девочка даже и не думала отступать!

Под милой внешностью ангелочка скрывался тот ещё чертёнок. У неё были тёмно-фиолетовые глаза, прямо как у Котонохи, но цвет волос немного отличался более светлым оттенком. При этом у Кокоро были волосы до плеч, а по бокам две отдельные пряди перевязывались бусинами. Маленькая и миниатюрная девочка всем своим видом демонстрировала ауру неугомонной жизнерадостности.

— Н-но... — Котоноха же никогда не могла похвастаться подобной энергичностью, а сейчас путалась в словах вместо того, чтобы возразить сестрёнке.

А ведь сама девушка и вправду хотела бы пригласить к себе Харуки. Но не могла. Слишком стеснялась, ведь звать к себе – это не то же самое, что общаться в школе или по телефону. По своей робкой натуре Котонохе было тяжело форсировать события.

— Ну давай же! Пригласи его к нам в гости завтра! Ну пожалуйста! — однако с таким решительным напором Кокоро было буквально не совладать.

Как итог: Котонохе пришлось сдаться. Так нормально и не возразив чересчур напористой сестрёнке, девушка пообещала ей, что завтра пригласит к ним в гости её одноклассника. Конечно же, если он согласится, в чём Кацура не была уверена на все сто процентов.

Вообще она скорее боялась, что Харуки может не так её понять. Котоноха каждый день копила в себе всё больше любовных чувств по отношению к парню и невероятно переживала, что это окажется невзаимно...

Так на следующий день во время обеденного перерыва, подробно объяснив всю ситуацию, она всё же услышала тот ответ, который ей было радостно услышать.

— В гости? Хорошо, давай. Я не против познакомиться с твоей младшей сестрой, — в спокойной манере произнёс Накамура, съев свой якисоба-пан из буфета.

— Ты так быстро согласился? — Котоноха была удивлена, но главным образом приятно удивлена.

— Я не могу отказаться после вчерашнего позора. Когда твоя сестра взяла трубку, я неожиданно растерялся. Ничего толкового сказать не успел и сбросил звонок, как трус, — с кривой улыбкой покачал головой парень.

— Не надо так говорить! В этом нет ничего позорного и трусливого! Ты ведь думал, что я отвечу на звонок, но я ненароком оставила телефон в гостиной... Это моя вина... — начала Котоноха пылко, но в конце миленько опустила взгляд и поджала манящие губы.

— Нет, ты не виновата. Всякое бывает. В любом случае я хотел бы погостить у тебя, мне интересно поглядеть на твой дом, — Харуки повременил секунду, но всё же позволил себе медленно положить свою ладонь на голову девушки.

Котоноха тут же слегка вздрогнула. Почти незаметно, но Харуки всё же это ощутил и собирался убрать ладонь, дабы следом извиниться. Однако не успел. Кацура внезапно сама положила свои тёплые хрупкие ладошки на руку парня, прижав её к макушке. От такого трогательного жеста его сердце мгновенно завелось на полную катушку.

Харуки чуть покраснел, впрочем, как и сама Котоноха! На самом деле их сердца прямо сейчас активно разгонялись в унисон, обещая выпрыгнуть из груди. Можно смело заявить, что в этот момент у них произошла трепетная синхронизация чувств...

И сей эпизод не выходил у них из головы до конца уроков. Спустя столько дней близкого общения эта парочка уже не могла полностью скрывать собственные чувства. Посему поглаживание по голове было лишь началом. Ситуация продолжала развиваться даже в вагоне электрички, на котором ехали Харуки и Котоноха к её дому.

— По пути домой у тебя всегда так людно? — не мог не спросить Накамура, ведь прямо сейчас стояли близко друг к другу у поручней в окружении целой толпы различных людей: были и подростки, и родители с детьми, и офисные работники.

— Нет... Обычно всегда есть места, где присесть. Я не понимаю, в чём дело... — тихонько вымолвила Котоноха, слегка краснея, ведь они ещё никогда не находились так близко друг к другу.

Прямо сейчас между ними было расстояние всего лишь в несколько сантиметров. Девушка могла отчётливо ощутить исходящее тепло от парня. Разумеется, это сильно смущало её, но в то же время и радовало. Котоноха чувствовала трепет в груди, но это были ещё цветочки. Через пару минут электричка остановилась и в вагон зашёл новый приток людей.

В конечном счёте стало настолько тесно, что те несколько сантиметров между ними исчезли. Харуки стоял позади Котонохи и слегонца прижимался к ней, хоть и совершенно неспециально. Вообще он пытался создать пространство, но сзади его толкала свора людей, которые спешили по своим делам и плевать хотели на чужое удобство.

— Прости, меня толкают сзади, — сказал как есть Накамура, искренне извиняясь перед одноклассницей и чувствуя, что его сердце вновь готовится сделать кульбит.

Харуки не мог оставаться равнодушным в подобном положении. Он касался тела девушки, которая ему нравилась. Из-за этого парень даже покраснел. Однако то же самое происходило и с Кацурой.

— Не извиняйся, я всё понимаю... — кротко ответила едва слышным голосом алая до кончиков ушей Котоноха, ощущая тёплое и вместе с этим заботливое присутствие позади.

От нахлынувших чувств ей хотелось сойти с вагона электрички прямо здесь и сейчас. Она слишком смущалась и в то же время радовалась. Хрупкое сердечко школьницы просто не выдерживало такого испытания, ведь впервые Харуки так прижимался к ней. Люди вокруг каждую секунду толкались и ненамеренно сталкивали их друг с другом. В моменте часть народа обосновалась ещё и сбоку от них.

Собственно, чтобы никто даже и не думал толкать его одноклассницу, Накамуре пришлось протянуть руку и крепко прижать к себе Котоноху, одновременно с этим встав ребром к толпе. И такой решительный шаг чуть не заставил бедняжку потерять сознание от смущения! В конце концов, они фактически обнимались!

— Если что, я не специально, — пробормотал Харуки, наклонившись к красному ушку одноклассницы.

Да, прижимался он к ней не специально, но этот ход точно был намеренным.

Как только Котоноха почувствовала своей кожей горячее дыхание парня, она тут же вздрогнула всем телом и опустила голову так, что её красивое румяное личико было невозможно увидеть. И всё же в своих мыслях Кацура и не думала жаловаться на что-либо, наоборот, в её душе поднималась буря счастья, ведь сегодня она полностью осознала, что более не переживает из-за мужских прикосновений.

Откровенно говоря, ей было приятно ощущать бережные и аккуратные объятия Харуки. Никакого отторжения она не чувствовала, только уютное тепло. Ну и обжигающее смущение, конечно.

С другой стороны, Накамура ощущал себя несколько бесстыдно. Ему нравилось чувствовать мягкое и фигуристое тело одноклассницы, хотя он старался не сосредоточиваться на этом. Не хотелось идти на поводу у гормонов. Харуки считал, что далёк от извращенцев и прочих животных, поэтому даже и не думал распускать руки.

Он лишь приобнимал Котоноху и не более. И всё же положение было достаточно интимным, благо, никто не обращал на них внимания. Однако сам факт: в плотном кольце людей переполненного вагона они смогли создать друг для друга уютный островок. В моменте Кацура просто прикрыла свои тёмно-фиолетовые глазки и почти уснула, опираясь на близкого ей друга.

Заметив это, Накамура сильно удивился тому, как сильно она ему доверяла...

Спустя минут десять электричка остановилась на нужной станции. Харуки и Котоноха вышли вместе с большим количеством народа, всеми силами делая вид, будто бы не обнимались половину дороги. Но ключ во фразе: «будто бы». На деле парочка не хотела прощаться с этим уютным и тёплым ощущением.

— Ты в порядке, Котоноха? А то вся красная почему-то, — Накамура издал лёгкий смешок, словно и не замечая, что сам такой же.

— Да... Со мной всё хорошо, а с тобой, Харуки? Честно говоря, сегодня в вагоне было аномальное количество людей, — последние слова девушки должны были прозвучать как жалобы, однако всё равно не звучали.

А всё потому, что на губах Кацуры покоилась мягкая улыбка. Пока они шествовали по дорожке к выходу из станции, красавица незаметно для себя чуть приблизилась к парню. Вновь между ними было лишь минимальное расстояние. Но теперь это ощущалось невероятно естественно.

Котонохе казалось, что так и должно быть. Минуту назад они тесно прижимались друг к другу в вагоне электрички, поэтому сейчас школьница так и порывалась схватить Харуки за руку. Вот только...

Накамура действовал куда решительнее. Самым непринуждённым образом он мягко обхватил тёплую ладонь Котонохи, будто бы они настоящая любовная парочка.

— Ты не против немного подержаться за руки? Вокруг полно людей, вдруг потеряемся? — парень как бы невзначай повернул к ней голову и задержал свой взгляд на её красивом румяном лице.

— Угу... — ну а счастливая Котоноха даже не смела ответить иначе.

Глава 9

Харуки под предлогом того, что они могут потеряться в большой толпе, взял свою одноклассницу за руку. Её ладонь оказалась неожиданно тёплой. Хороший и продуманный ход, но парень понимал, что как только их пара выйдет со станции и шум поездов стихнет, ему придётся её отпустить, а потому близкий контакт кратковременный...

Однако как бы не так. Поглощённая счастьем и теплом крепкой ладони, Котоноха по итогу так и не отпустила руку Харуки. Справившись с первой волной смущения, она просто вела парня по залитым солнцем улицам хорошо знакомого ей прибрежного района к своему дому. В воздухе едва уловимо пахло морем. В её животе порхали любовные бабочки, которые даже временно изгнали из девушки всякие переживания по поводу приёма в гости.

Что до Харуки, то он вообще не сопротивлялся нежной и цепкой хватке одноклассницы, лишь слегка поглаживая её пальцы. А зачем, когда это так приятно?

Впрочем, его расслабленное состояние вмиг испарилось, когда Котоноха остановилась у самого настоящего особняка! Огромный и широкий двухэтажный дом предстал перед глазами парня, поражая своим величием. И это он ещё не видел благоухающий сад на заднем дворе!

"Настоящий дворец" — пронеслось у него в голове.

К тому же вся территория особняка была ограждена красивыми коваными заборами. Красный кирпич и сталь создавали образ состоятельной защиты. Что и следовало ожидать от богатой семьи Котонохи, которая имеет недвижимость даже за рубежом.

— У меня нет слов, если честно... — пробормотал в тот же момент Накамура, неверяще моргнув.

— А? Что такое? — выразила непонимание Кацура, миленько склонив голову набок, а её приятная ладонь до сих пор теплилась в его руке.

— У тебя слишком шикарный дом, — впечатлённо ответил парень.

— Он большой, но в нём бывает одиноко. Родители приходят с работы поздно, и мы с Кокоро скучаем по ним, — тихо проговорила Котоноха, на мгновение опустив взгляд на асфальт.

— Вот оно что... Прости, что поднял эту тему. Но я понимаю тебя, мои родители тоже постоянно в работе, — с мягким сочувствием сказал Харуки, следом не сдержавшись и погладив собеседницу по голове в качестве поддержки.

Её волосы были невероятно шелковистыми.

И девушка приняла эти поглаживания абсолютно спокойно. Или не совсем, ибо внутри неё проносился целый водоворот нежных чувств. В любом случае, Котоноха была довольна тем, что у неё получилось так сблизиться с Харуки.

Кое-как взяв себя в руки, Кацура спустя несколько секунд нажала на дверной звонок у главного входа ворот. Раздался мягкий звон, и ещё через минуту тяжёлые ворота отворились, позволив увидеть выбегающую из дома маленькую девочку в домашнем розовом платьице.

И эта девочка с тёмно-фиолетовыми глазами, как у Котонохи, невероятно шустро добралась до парочки, тут же бросившись обнимать опешившего Харуки!

— Ура, ты настоящий! И высокий! — воскликнула Кокоро, повиснув на талии парня.

— Что?.. — разумеется, Харуки был в непонятках, растерянно замерев.

"И при чём тут вообще мой рост?" — вопрошал он в своих мыслях.

— Кокоро, что ты творишь?.. — краснела за сестру Котоноха, к тому же из-за рывка младшей сестры она больше не держала за руку парня, что вызвало сильную досаду у неё внутри.

— Я знакомлюсь с братиком! — с широкой улыбкой на лице ответила ей девочка, своими большими глазами излучая лукавую радость.

"Мне кажется, что она так играет ради реакции Котонохи" — подумал как раз Харуки.

— Братик, я рада встрече с тобой! — впрочем, позитив Кокоро был всё-таки искренним.

— Привет, — достаточно невозмутимо сказал парень, пока девочка продолжала цепляться за него.

Что ж, стоило признать, он чувствовал себя немного неловко, не зная, куда деть руки. Пришлось бросать в сторону подруги умоляющий взгляд, который так и просил о помощи. Кацура всё поняла сразу, прикрыла рот ладошкой, но не сдержалась и тихо хихикнула. Впервые она видела своего одноклассника настолько беспомощным.

— Кокоро, прояви вежливость и отпусти Харуки. Я ведь его пригласила к нам в гости, а ты не пускаешь его в дом, — мягким тоном вымолвила Котоноха, с толикой укора поглядывая на сестру.

— Ой! Точно! — Кокоро сделала несколько шагов назад с видом нашкодившего котёнка, но уже спустя секунду вновь бодро улыбнулась.

Следом они направились внутрь, а девочка вприпрыжку шагала впереди. Харуки и Котоноха шли плечом к плечу, периодически случайно касаясь друг друга. Девушке хотелось, чтобы он её снова взял за руку, но она понимала, что сейчас уже не время. Тем более они даже не официальная пара.

— Твоя сестра очень энергичная. Я думаю, своей энергией она способна напитать электростанцию района, — с небольшой улыбкой высказался Накамура.

— Она такая всегда. Бойкая и активная, — с очевидной теплотой в голосе ответила ему Кацура.

— Зато с такой сестрой скучно не бывает, — тут же сказал Харуки, — У меня нет брата или сестры. Хотя, говоря прямо, я не отказался бы от старшего брата. Он был бы примером для меня. Я считаю, что каждому человеку нужен пример...

С последними словами парень погрузился в лёгкую задумчивость, машинально сунув руки в карманы. Его мышление было вполне ясным: когда есть пример, то проще формировать личность и строить планы на будущее. В новой жизни Накамура как раз испытывал проблемы с определением грядущих перспектив. Он знал, чем займётся в июле, не забывал про личную вендетту с Ито Макото, но до сих пор не понимал, кем хочет быть.

"Мне проще сказать, что я хочу быть с Котонохой... Наверное, и впрямь стоит заняться писательством. Как исключу из школы подонка Ито, так сразу начну набивать руку" — пронеслось в голове у парня.

— Твои слова воодушевляют, Харуки. Мне хотелось бы стать примером для Кокоро, но я будто бы не подхожу для этой роли, — робко произнесла Котоноха.

— Ты идеальный пример доброты и милоты. Да и в красоте твоей никто бы не усомнился. Ты самая красивая девушка нашей школы, — в ту же секунду сказал Накамура без какого-либо промедления, посмотрев ей прямо в глаза и заставив её густо покраснеть.

Это было заявление от чистого сердца. Оно эхом распространялось по каждому уголку девичьего сердца, которое трепетало от тёплых чувств. Комплименты от Харуки она воспринимала особенно чутко, ведь они для неё значили куда больше, чем слова любых других людей.

Дальше началась полноценная экскурсия по огромному дому семьи Кацура, как только Котоноха переоделась в свой повседневный наряд в виде белой кофточки и бордовой юбки. Так или иначе, её богатые родители при обустройстве точно не скупились на средства, ибо каждая комната в особняке была не только просторной и поражающей своими размерами, но ещё и красиво обставленной. В коридорах витал едва уловимый запах свежести.

Никаких сомнений – с такой семьёй не пропадёшь!

"Каждая замечанная мной кровать может вместить минимум четырёх человек" — безмолвно удивлялся Харуки, не привыкший к подобной роскоши.

Его нынешняя семья не бедная, но и не богатая. Обычный средний японский класс. Дом тоже обычный, а вот у семьи Кацура – самый настоящий особняк со своей территорией.

Когда троица остановилась в гостиной, то Харуки удостоился возможности присесть на мягкое кресло с розовой приятной обивкой. В таком кресле можно сразу уснуть, увидев счастливые сны.

Но это богатство нисколько не отменяло того, что родители Котонохи совсем не участвовали в её жизни. Если бы они лучше справлялись со своими родительскими задачами, то у неё точно уже давно было бы полно друзей. Благо, сейчас с этим проблем нет.

В нынешнее время Котоноха обзавелась несколькими подружками в литературном клубе. Они ей не завидуют, не шепчутся за спиной и негативные слухи не распускают. К тому же с ними одноклассница Накамуры могла спокойно пообщаться о книгах, ничего не стесняясь. И девушка понимала, что всё это произошло благодаря помощи Харуки.

Для неё он был принцем на белом коне...

— Братик, ну как тебе наш дом? — с любопытством в голосе спросила Кокоро, ткнув пальцем прямо ему в щёку.

— Ваш дом слишком крут, — ровным тоном ответил ей парень, — Никогда не видел столько комнат в одном доме.

— Вот именно! Комнат свободных полно! Братик, как насчёт того, чтобы поселиться в одной вместе с сестрицей? — с широкой улыбочкой да хитриной в глазах предложила девочка лет одиннадцати.

— Кокоро!.. Ты это специально, что ли?.. — ещё секунду назад Котоноха была спокойна, но слова младшей сестры заставили её сильно покраснеть.

— Как я понял, Кокоро любит дразнить Котоноху, правильно? — хмыкнул Харуки, встав с кресла.

— Неправильно! И что такое дразнить? Я ничего такого не знаю, — притворилась растерянной Кокоро, склонив голову.

— Обманщица, — тут же выпалила Котоноха, покачав головой.

— Это ты обманщица! Говорила, что братик только друг, но это не так. Вы же встречаетесь, я из окна видела, как вы за руки держались! Он твой парень! Ты меня обманула! — девочка надулась и показательно отвернулась от старшей сестры.

— Мы не встречаемся! — возразила смущённая Котоноха, а после добавила максимально тихо и себе под нос, — Пока что...

— М? Что ты в конце сказала, сестричка? — тут же повернулась Кокоро и мгновенно оказалась рядом с ней.

— Ничего, тебе послышалось, — уже твёрдо и уверенно вымолвила девушка.

— Кокоро, мы с твоей сестрой не пара, — спокойно сказал Харуки, — Пока что.

Он повторил слова Котонохи, но сделал это не тихо, а вполне открыто, с лёгкой ухмылкой, так что его сразу услышали две сестры семьи Кацура. Кокоро захихикала и стрельнула глазами в сторону старшей сестрицы, у которой мило зарумянились щёки. Девушке потребовалось немало усилий, чтобы спрятать от парня нежный и трепетный взгляд.

И всё же Харуки был в гостях, посему Котоноха секунду спустя напомнила себе, что у неё есть прямые обязанности хозяйки дома. Она позвала одноклассника на кухню и начала заваривать ароматный чай, перед этим поставив на стол отдельную чашу с фруктами и сладостями. Накамура как раз взял спелое яблоко, а вот Кокоро мгновенно потянулась за конфетами.

— Ты сладкоежка? — поинтересовался тотчас он, глянув на девочку.

— А кто нет? — ехидно ухмыльнулась Кокоро.

— Ультимативный ответ, — издал тихий смешок парень, откусив яблоко.

Как только чай был готов, они все вместе сели за один стол и принялись беззаботно болтать. Естественно, что говорила больше всего Кокоро, но зато с ней беседа не замолкала ни на секунду. Девочка активно расспрашивала их о том, как они подружились и чем занимаются в школе.

— Я подошёл к Котонохе на физкультуре и предложил помочь с упражнениями, — сказал Харуки.

— Как романтично! — выдохнула Кокоро.

— Разве? — недоумённо спросил парень.

— Харуки, она не понимает, что говорит... — на грани шёпота молвила Котоноха.

— Я всё понимаю. Сестрица, тебе надо быть честнее с собой, — с наставническим видом проговорила Кокоро, что выглядело довольно забавно.

Девочке всего лишь одиннадцать лет, а она постоянно строила из себя взрослую. Харуки, сдерживая улыбку, стало интересно, вёл ли он себя так же в детстве?

— Кокоро, с тебя хватит конфет, — впрочем, этот наставнический вид для неё вышел боком по итогу.

— Нет, сестрица! Я ещё не наелась! — тут же перешла в режим отчаяния девочка.

Харуки лишь улыбался, с интересом наблюдая за «конфликтом» двух сестёр. У него дома такой веселухи не происходит, с родителями он контактирует по минимуму из-за того, что не может спокойно принять их как полноценную семью. В любом случае взаимодействия Котонохи и Кокоро поднимали в его сердце волны тепла...

Следующие часы они проводили всё так же вместе. Как попили чай, так сразу же отправились в гостиную, где уютно устроились на диване и сели смотреть телевизор. Показывали какое-то детское аниме, совершенно непонятное Харуки. Но он не жаловался, а лениво слушал комментарии Кокоро, погружаясь в домашнюю атмосферу.

Впрочем, когда серия аниме закончилась, они решили поиграть в карты. Кокоро тоже умела играть, посему каждый был сам за себя. Почти. Всё же Харуки поддавался.

После игры их троица вышла на задний двор, сёстры решили показать ему их сад, в котором росли красивые цветы на клумбах. По словам Котонохи, каждую неделю к ним приезжал садовник и следил за садом.

В общем, эта богатая семья могла позволить себе нанимать рабочую силу по любому поводу. Они пользовались услугами клининг-сервиса, водителей и садовников. Настоящие современные аристократы.

Между тем Харуки с непривычки успел немного вымотаться из-за электровеника в лице Кокоро. Абсолютно неугомонная, говорливая и гиперактивная девочка. В один момент она даже заставила его носить её на шее. Своеобразная игра в лошадку.

К счастью, под вечер Кокоро сама устала и уснула в гостиной. Котоноха накрыла её пледом, после чего у них двоих впервые появилась возможность побыть в тишине.

И наедине...

— Хочешь, я покажу тебе свою комнату? — спустя минуту девушка набралась смелости, сделав такое предложение, от которого адекватный парень никогда не откажется.

— Хочу, — незамедлительно ответил ей Харуки, тем более в самом начале, когда две сестры показывали ему дом, несколько комнат с закрытыми дверями намеренно были ими проигнорированы.

Тем временем красивое личико Котонохи расцвело милой улыбочкой. Она робко подала руку вперёд, глядя прямо в глаза парню. Накамура посыл уловил максимально чётко, мгновенно сжав мягкую ладонь одноклассницы.

Спустя полминуты он уже оказался в комнате девушки. Воздух здесь был пропитан лёгким ароматом ванили. Само собой, комната была просторной и хорошо обставленной с широкой кроватью. Чисто европейский стиль с обоями пастельных тонов, а на полу был пушистый ковёр. В одной стороне шкафы с изящными дверцами, в другой – стол с учебными принадлежностями. А главное, всё чисто и аккуратно.

И вполне ожидаемо. Невозможно представить, что в комнате Котонохи было бы неряшливо. Вдобавок в воздухе витала атмосфера спокойствия.

— Как тебе? — несколько смущённо спросила она.

— Мне нравится. Просто, но со вкусом, — ответил Харуки, — Не скажу, что у меня дома лучше. Наоборот, моя комната порой слишком хорошо знает, что такое хаос.

— Даже если так... Я всё равно хотела бы увидеть и твою комнату... — с румяными щёчками сказала Котоноха.

— Тогда я приглашаю тебя ко мне в гости. Но это уже будет после летних тестов, — чуть улыбнулся парень, увидев мелькнувшую радость на её лице.

После этого они сели на кровать, так и продолжая держаться за руки. Контакт был максимально близкий и тесный. Харуки пододвинулся к девушке, невольно засмотревшись на её красоту. Котоноха, как всегда, была невообразимо очаровательна. Он мог бы сказать, что не против любоваться ей вечность. Тем более сейчас Кацура отвечала ему трепетным взглядом.

В конечном счёте Накамура не сдержался и крепко, но бережно обнял Котоноху, а она почувствовала слабость на миг, тихо охнув, и упала спиною на постель. Спустя секунду Харуки оказался сверху, завороженно вглядываясь в дрожащие зрачки девушки. Её дыхание слегка сбилось, ушки заалели. Прямо сейчас в их учащённо бьющихся сердцах играла настоящая буря чувств.

И сопротивляться этому было просто невозможно.

— Котоноха, надеюсь, ты не возненавидишь меня за это... — сказал невозмутимым тоном покрасневший Харуки, после чего резво накрыл манящие губы взволнованной одноклассницы поцелуем.

Не сдержался. Сначала обнял, потом поцеловал. Он шёл на риск, не до конца понимая, как отреагирует на поцелуй робкая по натуре Котоноха. Однако именно поэтому Харуки мог бы называться смелым парнем.

Глава 10

Это решение было спонтанным и необратимым, но по-другому никак. Харуки всё же не смог полностью совладать со своими чувствами и накрыл мягкие губы одноклассницы своими губами. Парень за прошедший день уже успел выяснить, что Котоноха тоже испытывает к нему симпатию, ведь так охотно держалась за руки, но он всё равно волновался, идя на такой шаг, как поцелуй.

К счастью, сей шаг был оправдан. С первых же секунд сладкого и романтичного поцелуя Котоноха дрожащими руками обняла Харуки за талию. Она не сопротивлялась и не отталкивала парня, а, даже наоборот, пыталась всеми силами отвечать на поцелуй.

Впрочем, по части поцелуя эта пара школьников была одинаково неопытна...

— Ммм... — промычала в лёгком удовольствии девушка, чувствуя на своих губах нежные касания горячих губ Харуки.

Он целовал, а она отвечала. Это был чистый и отчасти застенчивый поцелуй, при котором пара только привыкала к теплу друг друга. Однако спустя несколько секунд Накамура начал действовать куда смелее и активнее. Накрывая и порывисто целуя сладкие губы красавицы, Харуки ощущал, как его сердце готово выпрыгнуть из груди от восторга.

И подобные чувства точно так же преследовали Котоноху. Внутри неё поднималась буря счастья и наслаждения. Поскольку она была по натуре робкой и застенчивой, ей было бы слишком тяжело первой поцеловать Харуки в губы, поэтому она сильно радовалась тому, что первый шаг сделал именно он.

Не зря же в итоге её руки обняли парня. Тело инстинктивно ответило на сладостный порыв чувств. Котоноха пыталась повторять за Харуки во время поцелуя, тоже пробуя накрывать его губы. В этом плане, конечно, она не могла похвастаться такой же напористостью, как Накамура.

Но это не было для неё проблемой. Как считала Котоноха, главное, что она тоже делилась своими бурными чувствами с парнем...

— Хаа... Хаа... — их тяжёлое дыхание звучало в унисон.

В конечном счёте, спустя секунд пятнадцать им пришлось прервать поцелуй, чтобы хотя бы немного отдышаться. Харуки всё ещё был сверху, а его расфокусированные глаза глядели прямо в расширенные от любви и страсти зрачки Котонохи. Дымка привязанности и нежности накрыла взгляд девушки, намекая на то, как же глубоко она погрузилась в эти приятнейшие чувства.

— Харуки... — прошептала Кацура с дрожью в голосе, ещё крепче обнимая парня.

— Котоноха, тебе понравился наш поцелуй?.. — без этого вопроса никак, ведь Накамура боялся облажаться.

Вечно невозмутимый и спокойный. Да, в обычных ситуациях именно так. Но сейчас далеко не обычная ситуация. Его нынешнее действие фактически были признанием в любви. Им даже не двигала похоть, разве что щепотка страсти.

Тем временем Котоноха не спешила отвечать словами. Вместо этого она сама потянулась за поцелуем, успев за прошедшие секунды соскучиться по губам Харуки. Естественно, парень немедленно наклонился к ней, и они вновь соединились в одном долгом поцелуе, полном трепетности и нежности. Пальцы девушки дрожаще сжимали ткань его рубашки, сам же Накамура позволил своим рукам аккуратно схватиться за её тонкую талию для большего удобства.

Или дело не только в удобстве? Харуки был бы лжецом, если бы сказал, что не жаждал прикосновений. Ему хотелось и самому касаться Котонохи, и чтобы она касалась его...

Так или иначе, целовались они ещё больше нескольких минут. Моментами, разумеется, останавливались для короткой передышки. Организм требовал кислорода, а вот сердца просили пару жадно целоваться. Их лица раскраснелись до крайности, глаза накрыло пеленой жгучей любви, и в голову закралась мысль: может, провести за поцелуем целую вечность?

— Котоноха, ты мне нравишься... Очень сильно... — когда наступил идеальный момент, Накамура наконец-то позволил своим чувствам облечься в слова.

— Харуки... — девушка ощущала невероятный трепет в груди, ибо сердце грозилось разбиться о рёбра.

— Это же взаимно? — последовал по-настоящему серьёзный вопрос от парня, пока он сам любовался милым и красивым личиком одноклассницы.

Её шелковистые тёмные волосы с фиолетовым отливом раскинулись по кровати, как тонкие ручейки. Своими руками Харуки крепко, но нежно удерживал талию Котонохи, пальцами разглаживая ткань белой кофточки в желании нащупать бледную кожу. Будучи половозрелым парнем со здоровым организмом, он не мог не почувствовать неизбежное возбуждение от столь тесного контакта и страстных поцелуев.

Однако нельзя было сказать, что и сама Котоноха не ощущала толику возбуждения. Её утончённые голые ножки сжались, юбка немного задралась. Смущённая и красная, она тоже, бывало, утопала в своих фантазиях.

И всё же сейчас от вопроса Накамуры в её мутных тёмно-фиолетовых глазах появилась здравая осмысленность. Но осмысленность эта смешивалась со счастьем. Котоноха знала ответ на его вопрос.

— Да... Я люблю тебя, Харуки... — с придыханием произнесла она спустя секунду.

И парень тут же снова поцеловал её, накрывая мягкие губы требовательным поцелуем и задавая правильный ритм.

Накамура никогда бы не подумал, что будет испытывать такое счастье от всего лишь нескольких слов, однако такова реальность. Он оказался в ловушке обжигающей любви, вот только просить помощи Харуки не станет. Зачем, когда можно просто наслаждаться этим?

— Я люблю тебя, Котоноха... — спустя ещё пять минут, остановив поцелуй, высказался парень.

Ещё одно признание. Казалось бы, к чему повторяться? И всё же Харуки чувствовал, что никогда не устанет произносить эти слова снова и снова.

— И я тоже... — тёмно-фиолетовые глаза шепчущей Кацуры дрожали в сей трогательный момент.

После этого они крепко обнялись и просто позволили друг другу прислушаться к громкому биению сердец. Им двоим следовало бы немного успокоиться и осознать произошедшее, посему парочка решила больше ничего не делать и спокойно лежать в постели. И никаких лишних слов не требовалось в признании того факта, что они теперь официально в отношениях.

В конце концов, Харуки – парень ответственный. И девушка это прекрасно понимала. Они провели вместе много времени, и Котоноха давно уяснила, что он очень надёжный.

На протяжении всех дней их общения Накамура постоянно подходил к ней на переменах, приглашал на совместный обед во время перерыва, заводил разговоры на различные темы, а также помогал в трудных делах. Например, устроил её в литературный клуб. С того момента Котоноха окончательно поняла, что Харуки стал для неё настоящим принцем.

Принц, спасший принцессу. Всё по заветам любимых книг Котонохи...

Когда уже начало темнеть и родители девушки обещали в скором времени вернуться с работы, смущённая, но счастливая парочка засобиралась на выход из дома. Харуки пора возвращаться к себе, а Котоноха хотела проводить его до станции.

— Как ты себя чувствуешь? — участливо спросил Накамура у неё на улице, протягивая руку, чтобы Кацура взялась за неё.

— У меня всё хорошо! — с радостной улыбочкой тотчас ответила она, бережно обхватив его ладонь.

— Тогда я спокоен, — вернул себе полную невозмутимость парень, а их ладони плавно переплелись пальцами.

Их действия были настолько слаженными, будто бы встречаются не полчаса, а несколько месяцев, как минимум. Однако это было лишним доказательством того, что их чувства не проявились за один день, а плавно нарастали со временем, обретая взрослую форму.

Так что, держась за руки, они спокойно отправились к станции. Харуки, конечно, был тронут тем, что Котоноха вызвалась его провожать. Изначально он хотел, чтобы она осталась дома, но девушка настояла. Впрочем, оно и понятно.

Котоноха хотела ещё немного побыть с ним, только и всего...

Уже на станции в окружении суетливой толпы они коротко поцеловались на прощанье. Поцелуй был фактически мимолётный, но сам факт: вопреки смущению и присутствию десятков людей, Кацура ответила на него. В общем, рассталась парочка на очень любовной ноте с триумфальным чувством, что отношения только начинаются.

Однако вместе с этим в сердце Харуки горело ещё одно чувство: ненависть. Конкретно к Ито Макото, который на переменах порой специально проходил мимо него и бросал ядовитые взгляды.

С учётом того, что теперь Накамура в отношениях с Кацурой, а этот подонок наверняка держит в своём телефоне её фотографию, как это было в аниме, парень не собирается его жалеть. Харуки давно точит зуб на Ито, но ранее в нём играла жажда сломать канон и справедливо наказать злодея. Ему хотелось поиздеваться над Макото, который был волком в овечьей шкуре.

Тем не менее сейчас это уже стало чем-то личным. Харуки исключит Ито из школы, чтобы ещё и защитить Котоноху. Он сделает так, что Макото забудет о своей влюблённости под грузом личных проблем и репутации извращенника...

И первый серьёзный ход Накамура уже сделал на следующий день. Пришло время летних тестов, о которых он с самого начала не переживал в принципе, а потому мог сосредоточиться и на других задачах.

Во-первых, он перепечатал с другим шрифтом ответы на тесты, а во-вторых, попросил Сакуту, который учился в одном классе с Ито, подбросить их незаметно ему в сумку, да так, чтобы листы чуть выглядывали. Ничего сложного, всё проще простого.

Однако такая простота идеально подходит для первого серьёзного хода, ведь это только начало...

— Время вышло! Сдавайте тесты! — стоило звонку прозвенеть, как тотчас активизировался учитель, кивая на свой стол.

Ученики, в том числе и Харуки, ровным строем подошли к столу с экзаменационными листами в руках. Котоноха оказалась самой последней, но её всё устраивало. В своём классе она до сих пор не нашла подруг, но зато в литературном клубе девушку всегда встречали с дружной улыбкой.

— Ну как? Справилась со всеми задачами? — само собой, что Накамура после сдачи листов сразу направился к своей возлюбленной.

— Тесты несложные, — мягко ответила ему Котоноха с милой улыбкой на устах.

Однако парочка не успела разговориться, как в класс к ним заявился еле скрывающий довольную улыбку Сакута. Брюнет зашагал к Харуки и вмиг звонко хлопнул его по плечу.

— Ты бы это только видел! Какое же великолепное шоу у нас произошло во время тестов! Одна перемена и позор Ито разойдётся по всей школе! — посмеивался парень.

— Ты о чём? — Харуки сделал непонимающий вид.

— Хорошо, сейчас расскажу! — разумеется, Сакута тоже вошёл в свою роль и принялся говорить особенно громко, — Наша учительница прямо под конец тестов прошлась по рядам и заметила подозрительно торчащие листы в сумке Ито. Когда она взяла их, то увидела, что это, оказывается, были ответы на экзаменационные задачки! Ито сразу отправился к директору без лишних вопросов!

Шум в классе как по волшебству затих. Ученики вокруг прекратили болтать о своём, прислушавшись к словам Сакуты. И это как раз входило в планы Харуки.

Глава 11

Ито Макото был среднестатистическим японским школьником. Обычным японским школьником! Вследствие этого и жизнь у него всегда была самая обычная. Тем не менее старшая школа подарила ему возможность каждый будний день по утрам видеть невероятно красивую и милую Кацуру Котоноху.

Ито был счастлив любоваться ей каждое утро, лелея надежду однажды набраться смелости и поближе познакомиться с ученицей его школы. Он знал, что Кацура учится в классе 1-4, но трусливая натура не позволяла подойти и пообщаться с понравившейся ему девушкой.

А потому, стоило ему только узнать, что Кацура заобщалась с высоким и симпатичным одноклассником, играющим в баскетбол, как в нём тут же проснулась дичайшая ревность и ярость. Он так хотел оказаться на месте Накамуры Харуки!

Внешне, конечно, Ито выглядит безобидно, нередко улыбаясь, как слизняк, однако в особых ситуациях этот обычный японский школьник превращался в зверя. Наблюдая за тем, как Кацура и Накамура становятся всё ближе друг к другу с каждым новым днём, парень начал постепенно утопать в бешенстве и зависти. Он принялся вести школьную слежку за похитителем его главной любви, втайне мечтая как-нибудь расправиться с ним.

Тем не менее факт оставался фактом: Ито Макото был трусом. Ему не хватало смелости познакомиться с Кацурой, так откуда у него найдётся смелость, чтобы бросить открытый вызов высокому и крепко слаженному Накамуре, у которого друзья выглядят как настоящие хулиганы?

"Ну почему он, а не я?!" — именно такая мысль разрывала сознание Ито каждый день, заставляя его моментами скрежетать зубами от досады.

Он как бы корил себя, но на самом деле в большей степени поглощался ненавистью к Накамуре. Узнав о том, что Кацура ещё и обедает с ним, парень едва не отбросил коньки от ревности. Ему было больно осознавать, что когда-нибудь их отношения перейдут на другой уровень.

Спустя недели Ито чувствовал, что он уже на грани, а фотография Кацуры в телефоне нисколько не спасала душу. Разум так и требовал от него перейти к хоть каким-нибудь действиям, пока не стало слишком поздно...

Однако тот день, когда Ито уже набрался решимости где-нибудь подловить Кацуру и познакомиться с ней, также был днём летних тестов. Макото и так учился всегда средне, но последние дни его мысли крутились только вокруг ревности и зависти, посему решал задачки он кое-как и с большим трудом, сетуя на плохую подготовку.

Вот только дописать тесты Ито так и не смог. Случилось кое-что непредвиденное и совершенно безумное: проходившая по рядам учительница вдруг остановилась именно у его парты и зачем-то потянулась к его сумке.

— А что это у нас тут такое, Ито-кун? — строгим тоном спросила преподавательница, сжимая пальцами распечатки с ответами на тест и привлекая внимание каждого ученика в классе.

Вопрос, разумеется, был риторическим...

— Э-э-э?.. — впрочем, ответить что-либо внятное Макото и так не мог, ибо его мозг сокрушительно ушёл на перезагрузку.

Он не понимал, что происходит. Почему учительница остановилась у его парты? И что за бумаги оказались в его сумке? Резко встав со своего места, парень дрожащими руками выхватил листы и принялся вчитываться в них. Так с каждой последующей секундой Ито становился всё бледнее и бледнее.

Эти листы были распечатками ответов на тесты. И почему-то подобная вещь нашлась именно у него. А ведь Ито готов поклясться, что никогда в жизни не списывал! Очевидно, что эти бумаги ему подсунули!

— Это не моё! — только спустя секунд пять шокированно выдал парень, посмотрев в строгие глаза учительницы.

— А чьё? — последовал немедленно вопрос от неё, пока одноклассники и одноклассницы Макото начали шептаться о происходящем, укоризненно глядя на него.

— Не з-знаю! Н-но точно не моё! — дрожащим голосом воскликнул Ито, а внутри него поднималась буря переживания и негодования.

— И ты думаешь, что я так просто поверю тебе? Листы с ответами нашлись у тебя в сумке, в нашей школе запрещено жульничать. К директору! Сейчас же! — чуть повысила голос учительница, не желая выслушивать оправдания ученика.

Она разочарованно вздохнула, думая о том, что теперь её класс окажется под пристальным вниманием директора и председателя из-за подобного неприятного инцидента. Что до Ито, то его, скорее всего, ожидают санкции: аннулирование тестов и запись о жульничестве в итоговой школьной рекомендации, которая крайне важна перед поступлением в университет.

В конечном счёте уже к концу дня вся Академия Сакакино знала о том, что произошло в классе 1-3. Ранее мало кто знал об Ито Макото, но теперь он в одночасье стал звездой школы. Его жульничество решили выставить как предостережение остальным школьникам с наказом, что списывать нельзя. К тому же парня отстранили от занятий на неделю.

Отстранение – это серьёзная форма наказания. Это не каникулы, а настоящая пытка, потому что Ито завалят большим количеством домашних заданий, которые обязательно нужно будет выполнить. Тем более директор сказал Макото, что специально для него сделают отдельные тесты и если он вновь попадётся на жульничестве, то его исключат из Академии Сакакино.

Само собой, что после этого школьная репутация Ито стала весьма неоднозначной.

В японском обществе к жуликам относятся негативно, хотя люди сами были бы не против когда-то и где-то схитрить. Лицемерно? Да, но такова жизнь. Накамура Харуки прекрасно знал, как устроен школьный социум. Уже на следующий день после тестов все в школе говорили о позоре Ито Макото.

Первый ход Харуки оправдал себя на все сто процентов. Честно говоря, парень даже не ожидал, что Ито отстранят от занятий на неделю. Думал, что просто заставят заново писать тесты...

"Видимо, я недооценил строгость школы" — такая мысль появилась у него в голове.

В любом случае Харуки был доволен результатом, в голове уже работая над вторым ходом, который нужно будет воплотить, когда Ито вернётся в школу. Сейчас же парень увяз в любовных отношениях с Котонохой, которая после того самого дня в гостях буквально расцвела. На её губах теперь частенько покоилась мягкая улыбка, а посылаемые в его сторону взгляды искрились нежностью и заботой.

Эти дни во время обеденных перерывов они кормили друг друга, крепко обнимались и целовались, а после уроков и клубной активности гуляли по городу, расхаживая по интересным местам. На выходных так и вовсе сходили в кино.

Пока было темно в кинозале, Харуки активно целовал смущающуюся Котоноху. И хотя та стеснялась, но охотно отвечала на каждый поцелуй, ведь ей самой это дело очень нравилось. При этом парень нисколько не форсировал события, за всю неделю ни разу не намекнув о чём-либо пошлом.

И дело было не в том, что он не хотел этого. Просто у Харуки имелось понимание того, что спешить не стоит. Если давить на Котоноху, то отношения испортятся на психологическом уровне. Накамура в принципе радовался и тому, что его возлюбленная не паникует из-за объятий и поцелуев.

В конце концов, в аниме Котоноха очень стеснялась близости, а когда подонок Ито хотел заняться с ней сексом, то у неё случилась паническая атака. Харуки категорически не желал повторения такой несчастной картины...

И всё же первая неделя отношений прошла замечательно. Накамура никогда бы не подумал, что будет настолько счастлив. Говоря прямо: он чувствовал себя окрылённым. Впрочем, то же самое было и с Кацурой.

Она была безмерно рада взаимности, а в отношениях ощущала постоянный душевный подъём. Она радовалась объятиям и поцелуям. Ну а сердце наполнялось теплом от того, что Харуки не давит на неё и принимает её робкую натуру без каких-либо споров.

Тем не менее в последний день недели Котоноха набралась смелости и решимости для кое-чего более интимного, чем обычно...

— Харуки, если тебе хочется.... Ты мог бы поцеловать меня... Ну не только в щёки или же губы... — почти шёпотом проговорила девушка с румянцем на своём прелестном лице, пока они отдыхали в парке, сидя на скамейке.

— М? Хорошо, — предельно спокойно отозвался Накамура, следом медленно чмокнув Кацуру в лоб.

— А?.. — от такого Котоноха на пару секунд зависла на месте.

Она совершенно не ожидала, что Харуки воспримет намёк именно таким образом. Девушка хотела, чтобы он её поцеловал в шею. Однако жаловаться Котоноха не стала, как и разочаровываться. Вместо этого она мягко улыбнулась, мило покраснев.

— Ты уверен, что не хочешь поцеловать меня ещё кое-куда? — однако сдаваться Кацура не собиралась, мигом взяв себя в руки.

И на сей раз Харуки правильно всё понял, показав нежную улыбку. Спустя секунду своими поцелуями он вывел идеальную дорожку от её лба до шеи. В парке на данный момент поблизости никого не было, а потому Котоноха чувствовала себя относительно спокойно.

«Относительно» – потому что всё ещё стеснялась. Тем не менее поцелуи Харуки приятно обжигали её кожу. Поцелуи в области шеи так вообще поднимали внутри необычайную бурю наслаждения. Бабочки в животе увеличивались в количестве, трансформируясь в нечто новое...

В возбуждение.

— Хаа... — тяжело выдохнула Котоноха, не справившись с бурным потоком новых ощущений.

Поцелуи в шею отличаются от обычных поцелуев. Они куда более интимные. От них по нежной коже девушки мурашки прошлись табуном. Котонохе даже невольно захотелось чего-то большего, посему её тонкие руки непроизвольно переплелись на плечах парня.

Она ещё теснее прижала к себе голову Харуки, ощущая, как его горячие губы оставляют следы на её коже. Притом порой он намеренно засасывал кожу, делая засосы. Так в их голове понемногу густо клубился туман любви и страсти. Девушка крепко обняла его, но в итоге всё же смогла удержать себя в руках. Вовремя вспомнила, что они вообще-то находятся в публичном месте...

— Ха... Я думаю... Этого достаточно... Ха...— голос тяжело дышащей Котонохи стыдливо дрожал, а она сама была вся красная и разгорячённая.

Харуки же удовлетворённо улыбался. Он очень радовался тому, что Кацура ему позволила поцеловать её в шею. И парень воспользовался этим по полной программе, оставив ряд алых следов на нежной коже. Без капли ревности, но всё равно с собственническим мотивом.

Котонохе придётся сильно постараться, чтобы родители не заметили этих засосов...

Глава 12

Неделя отстранения Ито Макото полностью прошла. За эти дни ему пришлось сделать столько домашних заданий, сколько он ещё никогда в жизни не делал. Из-за подобного несчастья и дополнительной подготовки к экзаменам он спал всего лишь несколько часов в сутки, так что вернулся в Академию Сакакино с тёмными кругами под глазами.

Вид у Ито был прямо как у зомби. Да и настроение ни к черту, ведь сегодня после уроков его ждали новые летние тесты. Парень чувствовал себя просто ужасно, но в его голове всё-таки имелось понимание, что такие беды всегда можно перетерпеть.

Однако тяжело было терпеть язвительные и недоброжелательные взгляды, которые оказались направлены в его сторону в первый же день. Вся школа знала, что он спалился на жульничестве во время тестов! Одни смеялись над ним, а другие всем своим видом выражали неодобрение поступка Ито.

Это было тотальное лицемерие, как считал парень. А всё потому, что он не виноват! Вообще! Ни капли! Ито прекрасно знал, что никаких заготовленных и заранее распечатанных ответов у него не было! Он знал, что его подставили! Вот только парень не знал, кто именно...

Ито всю неделю ломал голову над этой проблемой. Ему хотелось защитить свою честь, но зацепок не было, кроме понимания, что подставил кто-то из класса. Директор и учителя ему не поверили, всё-таки Академия Сакакино не впервые за свою историю ловит жуликов. Макото же ощущал бессилие вкупе с глухим гневом.

— Посмотри-ка... Разве это не тот самый Ито Макото, которого спалили на тестах?.. — пока он шёл по коридорам, ученики вокруг шептались.

— Это он... Точно он... Ученик класса 1-3... — и шептались.

— Как бесстыдно!.. Мы готовимся к экзаменам и стараемся на благо нашего будущего, а он просто жульничает!.. — и шептались.

Вот так одно событие выстроило между ним и остальными людьми в школе невидимую стену одиночества. Никто ему не улыбался, а большинство смотрело на него с презрением и возмущением. Ито казалось, что общество издевается над ним и преувеличивает проблему!

Ученики смотрели на него так, будто бы он им лично жизнь испортил, отчего в его душе поднималась буря ярости от несправедливости!

В итоге понурый и мрачный Ито даже не заметил, как на него со стороны смотрел Харуки со своими друзьями. Лицо у Накамуры было абсолютно бесстрастным, он следовал за Макото только, чтобы убедиться в его паршивом настроении. А вот Рюхей и Сакута не скрывали ехидных улыбок, полных яда. В средней школе, издеваясь над другими, они обычно использовали только методы запугивания и рукоприкладства.

Однако их друг Харуки показал им новый способ удовлетворения садистских замашек. Так что Рюхей и Сакута ощущали небывалое воодушевление. Они надеялись, что Накамура как можно скорее перейдёт к следующему шагу по уничтожению школьной жизни Ито Макото.

— Что дальше, Харуки? — с нетерпением в голосе спросил Сакута, а в его взгляде пылала издёвка по отношению к собственному однокласснику.

— Сейчас наша цель имеет репутацию жулика. Но для исключения из школы этого недостаточно. Кстати, не все отвернулись от Ито, — тихо проговорил Накамура, зная куда больше, чем его товарищи по клубу.

В его классе была одна ученица – Като Отомэ. Симпатичная девушка с каштановыми волосами и карими глазами, которая училась в одной средней школе вместе с Ито. Она уже давно влюблена в него, и когда до неё дошла весть о том, что человек, который ей нравится, попался на жульничестве, в её сердце не появилось каких-то сомнений конкретно в нём.

Говоря прямо, Като просто не поверила в это. Вся школа считала, что Ито жулик, но не она. Девушка отказывалась верить, что добрый и порядочный Макото решит списать на тестах.

Словно сама судьба услышала последние слова Харуки, в коридоре в спешке появилась Като Отомэ, которая вмиг догнала мрачного Ито. Девушка тут же принялась о чём-то болтать с ним, при этом держа на лице улыбку. Очевидно, узнав о том, что Макото наконец-то вернулся с отстранения, она прибежала к нему, чтобы поддержать.

— Э? И что это значит? — нахмурился тут же Рюхей, вмиг прекратив улыбаться, — Чего это Като творит?

— Поддерживает возлюбленного, — невозмутимо произнёс Харуки.

— Это ваша одноклассница? По-моему, она ещё состоит в нашем баскетбольном клубе. Напыщенная девка, я к ней клеился в том месяце, так она меня послала, — поинтересовался Сакута, и у него тоже улыбка стёрлась с лица.

— Ага. Като Отомэ что-то типа злобной самки нашего класса, — насмешливо протянул Рюхей, продолжая наблюдать за тем, как Отомэ пытается растормошить уставшего Макото, и у неё это даже понемногу получалось.

— Като влюблена в Ито. Уже сейчас понятно, что с этого дня она будет для него единственным лучиком света. Я рассчитываю на то, что в конце, когда наша школа повесит на Ито клеймо извращенца перед исключением, именно Като окончательно доломает его. Она возненавидит Ито, и тот лишится последней поддержки, — тон Харуки оставался холодным от начала и до конца.

Это был невероятный контраст в сравнении с тем, как Накамура общался с Котонохой. Как будто бы два разных человека, но это не совсем так. Всё зависит от отношения Харуки к тому или иному человеку. Вот свою девушку он любил, а Ито считал врагом и ненавидел.

Парень считал, что не обязан испытывать жалость к тому, кто в будущем мог испортить жизнь Котонохе. Сейчас, понятное дело, у Кацуры всё отлично, но Харуки не собирался игнорировать Ито.

Макото как бомба замедленного действия. Он куда опаснее, чем кажется. На самом деле Харуки, знакомый только с аниме, даже половину грехов Ито не знал. В играх этот подонок поступал ещё хуже, чем в экранизации.

Список его грехов слишком велик: беспорядочные половые связи, хроническая неверность, эгоизм по отношению к влюблённым девушкам, манипуляции над ними, психологический садизм, одобрение буллинга, изнасилования, педофилия, подстрекательство к изнасилованию, моральный распад и инцест. Если бы Харуки узнал всю полноту картины, то уже давно подловил бы Макото в переулке и избил бы до полусмерти...

Так что в каком-то смысле Ито безмерно повезло, ведь Накамура далеко не такой уж и добряк, каким его видит та же Котоноха.

— Хорошая идея! Харуки, ты поистине безжалостен! Если от Ито отвернётся его подружка, то он будет полностью разбит! — с широкой ухмылкой на лице сказал Сакута.

— Сначала подождём. Хотя бы ещё недельку. Всё равно впереди последний месяц учёбы перед каникулами, — бесстрастно ответил Накамура, не собираясь спешить и нисколько не переживая о том, что Макото вдруг сможет угадать, кто именно подсунул ему листы с ответами.

Слишком сложная задача с учётом не самого выдающегося ума Ито, который способен только играться с чувствами бедных девушек и не более. К тому же его подозрения в любом случае никуда не приведут, парень сейчас находится в моральном упадке с плохой репутацией. Одна лишь Като не сможет по-настоящему помочь ему, хотя её присутствие играет только на руку Харуки.

В конечном счёте, Накамура искал возможность для жестокого удара по Ито. И в то же время парень не был против сам создать эту возможность...

Поэтому к следующей неделе через Рюхея и Сакуту ему удалось договориться с их тренером клуба и по совместительству учителем физкультуры о том, чтобы провести ещё один совместный урок. Класс 1-3 и класс 1-4 вновь соберутся вместе, ведь прошлый опыт выдался хорошим. К тому же по наводке Харуки эти двое уповали на то, что можно сыграть в баскетбол или волейбол между учениками разных классов.

В итоге учитель согласился с ними. Вот так Харуки создал возможность для реализации своих планов по уничтожению школьной жизни Ито.

Парень собирался попросить Сакуту, одноклассника Макото, чтобы он, когда все уже уйдут на физкультуру, быстро пробрался в женскую раздевалку и стащил оттуда нижнее бельё. После этого бельишко отправится в сумку Ито, а когда девушки поднимут шум из-за пропажи личной вещи и пойдут за головой подонка, свой ход сделает Рюхей, попросив парня показать галерею телефона.

Ну а в галерее у Ито легко можно найти скрыто сделанный снимок Котонохи. Деталь прямиком из аниме. С учётом нижнего белья в сумке, а также фотографии в телефоне...

Макото придётся распрощаться со школьной жизнью в Академии Сакакино. Репутация жулика ещё цветочки в сравнении с репутацией извращенца, который ворует женское бельё и фотографирует девушек. После такого школа не сможет держать Ито в своих стенах и отчислит его.

Всё. Ничего сложного выдумывать Харуки не стал. Ему даже было плевать, как будет оправдываться Макото. Контрольный выстрел именно в фотографии Котонохи, которая послужит неопровержимым доказательством извращённости парня.

Вдобавок все планы Харуки исполнены чужими руками. Подножка была от Рюхея, листы с ответами от Сакуты. И даже разговор с учителем провели конкретно эти двое. Накамура полностью обезопасил себя от возможных последствий, сыграв на садизме двух товарищей по клубу.

Им хотелось по-новому поиздеваться над кем-то жалким, вот Харуки и решил позволить им сделать за него всю грязную работу...

Вся следующая неделя прошла как по маслу. В жизни Накамуры всё было превосходно, так как он продолжал отлично проводить время с Котонохой, и после уроков они стабильно гуляли по городу, становясь лишь ближе. А вот жизнь Ито в репутационном плане лучше не становилась. Его продолжали все сторониться.

Все, кроме Като Отомэ.

Однако там, где была Като, там были и её подружки. В итоге Макото влился в эту компанию благодаря Отомэ, с каждым днём становясь всё веселее и беззаботнее, как прежде. В конце концов, раньше он тесно общался только с Саванагой, а сейчас его окружение напоминало цветник...

И это было только к лучшему для самого Накамуры!

— Чем выше заберёшься, тем больнее падать. Слышал о такой метафоре? Понимаешь, о чём я говорю? — спросил Харуки у Рюхея перед тем самым уроком физкультуры.

— Не слышал... И не особо понимаю... Ты про что вообще? — отозвался тотчас крашеный в блондина парень с глупым видом.

— Ничего. Просто спросил, — с толикой раздражения ответил Накамура, вспомнив, что у его друга хорошая исполнительность, но далеко не самый развитый ум.

Впрочем, он и не искал себе гениальных союзников. Лишь бы выполняли просьбы и разделяли его желание испортить жизнь Ито Макото...

Глава 13

— Вы двое, помните, что нужно сделать? Я могу на вас положиться? — опираясь спиной о стенку коридора, обратился к своим друзьям Харуки и скрестил руки на груди.

— Конечно, можешь. Мы сами долго ждали этого момента, — с садистской улыбочкой ответил ему тут же Рюхей.

— Меня невероятно бесит Ито. Каждый школьный день вижу его гнусную рожу в классе. Он выглядит таким мямлей, но теперь его ещё и окружает стайка девчонок на переменах, — раздражённо бросил Сакута, а его лицо забавно скривилось.

— Нормально. Сегодня его исключат, — с абсолютным хладнокровием произнёс Накамура, при этом не выглядя особо довольным и воодушевлённым.

А всё потому, что он отказывался идти на поводу у своих эмоций. Харуки ненавидел Макото, причём по-настоящему сильно, руководствуясь не садизмом, как его товарищи. Так что расслабляться нельзя было. Ему хотелось, чтобы каждая деталь его плана прошла идеально, иначе успеха не видать. Если вдруг Ито не исключат, то Накамуре придётся идти на крайние меры...

— Харуки, кстати, я всё хотел узнать у тебя... Ход с женским бельём ясный и понятный, но что насчёт телефона ублюдка Ито? Неужели мы и вправду найдём там что-то весомое, дабы окончательно уничтожить его? — понизил голос Рюхей, вперив в друга серьёзный взгляд.

Накамура не скрыл небольшой улыбки. Он ведь как раз уже давно ждал подобных вопросов. Рюхей и впрямь дельный союзник, хоть и редко проявляет аналитические способности. Парень совсем разочаровался бы в нём, если бы тот не поднял тему с телефоном Макото.

— Спросил по делу, — закивал в тот же момент Сакута.

— На самом деле в телефоне Ито есть то, что вмиг убьёт его репутацию окончательно. Хотите верьте или нет, но я знаю, что Ито тот ещё сталкер и незаметно фотографирует девушек, — с серьёзным лицом скормил им полуправду Харуки.

Фактически он не обманывал, ведь Макото ещё давно сфотографировал Котоноху в электричке. Другое дело, что в остальном подонок чист. Однако разве это так важно? Ито в любом случае остаётся волком в овечьей шкуре.

— Так вот оно что... — пробормотал Рюхей с задумчивым видом.

— Тогда победа у нас в кармане, — с насмешливой ухмылкой проговорил Сакута.

Чего не знал даже Харуки, так это того, что похотливая и эгоистичная натура Ито, скрытая в нём, передалась ему по наследству от Томару Савагоэ. Этот человек – отец Макото, ещё хуже своего сына. Вот он самый жестокий извращенец этого мира, у которого за плечами столько плохих поступков, что проще промолчать. Для него готовят отдельный котёл в аду.

Тем не менее в аниме о нём не упоминалось, посему Харуки о таком и не ведал. Его единственной целью пока что был Ито Макото. А ведь изначально ему хотелось поиздеваться над ним из-за тоски и бессмысленности своей второй жизни, однако благодаря доброй и любимой им Котонохе всё изменилось.

В нынешнее время Харуки был очень счастлив. Счастливее, чем когда-либо прежде. И чтобы защитить главную любовь всей своей жизни, он уничтожит любого недруга. Как только Ито вылетит из школы с клеймом жулика и извращенца, он вмиг позабудет о своей школьной влюблённости в Кацуру, утонув в отчаянии.

Его исключат из школы, из-за испорченной рекомендации он не сможет поступить в нормальный университет, от него отвернутся сверстники, а мать-одиночка окончательно разочаруется в сыне...

Когда пришло время совместного урока физкультуры, Харуки как ни в чём не бывало вошёл в спортзал, быстро найдя взглядом свою девушку. Он вообще не подавал виду, что скоро в школе начнётся фееричное шоу. Тем более главные роли отданы Сакуте и Рюхею, посему Накамуре даже палец о палец не нужно ударять.

— Как ты, Котоноха? — приблизившись к красавице в школьной спортивной форме, парень тут же крепко обнял её и прижал к себе, полностью игнорируя какие-либо взгляды, хотя сейчас в этом месте собралось два класса одновременно.

— Всё хорошо, Харуки... — с тёплом в голосе ответила ему Кацура, а её руки скользнули по его плечам.

Разумеется, она стеснялась внимания толпы. Однако не критично, ибо за столько дней их комфортных и приятных отношений девушка успела привыкнуть к чужим взглядам. Можно смело заявить, что Котоноха научилась концентрироваться только на чувствах своего парня. А чувства Харуки как раз позволяли ей утопать в ласковой и искренней любви, не заботясь о чём-то лишнем.

— Я хотела тебе как раз сегодня кое-что рассказать важное, но не знала, с чего начать... — и всё же Котонохе пришлось отпустить его из своих объятий, чтобы сфокусироваться на насущном.

— Что-то произошло? — поднял бровь парень, на интуитивном уровне ощущая, что его возлюбленная о чём-то беспокоится.

— Не совсем. Дело в моих родителях... — тихо вымолвила она, тем не менее продолжить не успела, ведь как раз в этот момент явился учитель физкультуры, который подул в свисток и призвал всех построиться.

— Когда будем делать базовые упражнения, тогда поговорим об этом, хорошо? — по пути до строя сказал Харуки, на что Котоноха спокойно кивнула с крохотной улыбкой, которая выражала благодарность.

Собственно, когда классы построились, а также выполнили норму по бегу, учитель сказал делиться на пары для физических упражнений, перед этим ещё сообщив, что по желанию под конец урока можно поиграть в волейбол. Харуки данная тема не интересовала, он был сконцентрирован на двух вещах: разговоре с Котонохой и уничтожении Ито Макото.

— Давай сначала сделаем хотя бы одно упражнение. Как насчёт скручивания корпуса? — с небольшой улыбкой предложил Накамура, а его взгляд пылал при виде чуть запыхавшейся от бега девушки.

Бледная и нежная кожа Котонохи чуть покраснела из-за физической активности. Она порывисто дышала, отчего её внушительная грудь приподнималась на месте. Харуки как раз мог похвастаться тем, что каждые их объятия позволяют ему насладиться этой великолепной мягкостью.

— Давай, — кивнула девушка и присела на мат.

Ну а Накамура вмиг схватился за её изящные ножки, прижав колени к себе и начав удерживать на месте, пока Котоноха усердно качала пресс. Само собой, парень не отказал себе в удовольствии понаблюдать за роскошной фигуркой своей возлюбленной, одновременно считая вслух и аккуратно поглаживая её колени. В конце концов, они пара, так что ему можно.

Кацура, закончив с упражнением на скручивание, сразу же заметила пылкий взгляд Харуки и обратила внимание на его поглаживания, смутившись на долю секунды. Но только на долю, ведь он не впервые касался её, да и девушке очень нравилось то, как Накамура на неё смотрит.

Следом за упражнение взялся уже Харуки, пока Котоноха прижималась своей пышной грудью к его коленям. Теперь парень мог закрыть глаза, отдавшись слишком приятному чувству...

— Пока отдохнём, — в итоге заботливо сказал Накамура, когда норматив был выполнен, — Давай, рассказывай, в чём дело.

— Я хотела тебе сообщить, что Кокоро проболталась моим родителям о наших отношениях... — тихонько вымолвила Котоноха, как только села рядом, и её плечики невольно напряглись, однако расслабление пришло быстро, когда парень чутко сжал её ладонь.

— А это проблема? — тотчас спросил Харуки.

— Я не думала, что они так скоро узнают о наших отношениях, поэтому растерялась... А папа как раз проявил настойчивость в тот момент. Он сказал, что хочет, чтобы я позвала тебя к нам на ужин на следующей неделе. Он хочет познакомиться с тобой, — несколько встревоженно разъяснила ситуацию девушка.

— Так вот в чём дело, — кивнул с бесстрастным выражением лица парень, как будто бы речь идёт о рядовом случае, — Раз твой отец настаивает, то почему бы и нет?

— Правда?.. Ты уверен, Харуки?.. — переспросила у него Котоноха, затаив дыхание.

Естественно, что её охватило волнение, а в сердце разлилось приятное чувство. В любовных отношениях она не была спецом, но слышала, что парни избегают знакомств с родителями девушек. В одной книжке было сказано, что встреча с родителями накладывает слишком большую ответственность на плечи партнёра.

Так что Котонохе была в восторге от того, что Харуки ни о чём не переживал и не стал избегать ответственности. Это был знак, что их отношения скоро пройдут проверку зрелости.

— Я уверен. Встреча с твоими родителями вообще не проблема. Только надеюсь, что твой отец не будет слишком строг, — сказал Накамура, тесно приобнимая обрадовавшуюся возлюбленную, на лице которой расцвела улыбка облегчения.

— Возможно, всё-таки будет... — вмиг стушевалась она.

— Ладно, а что насчёт твоей матери? — всё так же сохранял полную невозмутимость парень.

— Моя мама не выглядела расстроенной или злой, когда узнала про нас. Скорее, она была довольна, как мне показалось, — задумчиво ответила Котоноха.

— Это хорошо. В случае чего твоя мать вступится за нас, если твой отец будет слишком строг, — с улыбкой вымолвил Харуки, после чего они продолжали выполнять упражнения.

Дальше ничего необычного не происходило, разве что под конец ученики начали играть в волейбол. Накамуру приглашали сыграть один матч, высокий спортсмен как-никак, но он с ходу отказался и продолжил увлекательно общаться со своей девушкой на различные темы, чаще всего книжные. Однако парень ещё мельком оглядывал своих друзей и Ито, который тоже не играл в волейбол, а находился в компании Като.

"После этого урока социальная жизнь Макото подойдёт к концу" — промелькнуло у него в голове, и хотя сама мысль была пропитана злорадством, в лице он никак не изменился.

Когда урок закончился и все разошлись по раздевалкам, Харуки кивнул Сакуте и Рюхею, чтобы эти двое не расслаблялись. Причём первый свою работу уже выполнил, ещё во время бега показав большой палец вверх в знак успеха, а вот второму ещё предстоит продемонстрировать весь свой артистизм.

В любом случае Харуки уже начал мысленный отсчёт. И как раз через несколько минут в соседней раздевалке поднялся неожиданно особо громкий гвалт, который лишь нарастал с каждой последующей секундой...

Спустя ещё с десяток секунд вдруг толпа учениц двух классов с невероятно разгневанными лицами выбила дверь в мужскую раздевалку. Харуки к этому моменту уже переоделся в школьную форму, в отличие от некоторых других парней. Те от внезапности происходящего завопили во весь голос, как ошпаренные.

Вот только девушек вообще не волновали полураздетые парни. Эти фурии с мрачными лицами пришли заступаться за одноклассницу, у которой украли нижнее бельё!

...

...

...

Вновь напоминаю о том, что у меня есть Бусти, где есть все главы всех моих фанфиков! Ссылка в примечании!

Глава 14

Произошло то, чего парни в раздевалке совсем не ожидали. Харуки, Рюхея и Сакуту можно оставить в стороне, но вся остальная подростковая масса была шокирована тем, что к ним настолько нагло и бесцеремонно ворвались их одноклассницы. В конце концов, далеко не все из них успели переодеться, да и девчачий гвалт наводил хаос и не помогал разобраться в ситуации.

— Кто из вас это сделал?! Признавайтесь! — поток слов не сбавлял обороты.

— Извращенцы! Вы в край офонарели! — за одним голосом следовал другой.

— А ну быстро вернули чужую вещь! — возмущение било фонтаном.

Парни были в непонятках, растерянно переглядываясь между собой. Но так было только первые пять секунд. Следом они и сами разозлились из-за подобного отношения, когда поняли, что их в чём-то обвиняют, мгновенно повысив голоса. Так началась самая настоящая суматоха.

— О чём вы вообще кричите?! Мы ничего не делали! — один голос.

— Это полный бред! Чего это вы ворвались в нашу раздевалку?! — второй голос.

— Про какую вещь вы вообще говорите?! Вышли вон отсюда! — и третий голос.

Стоящий у стены Харуки наблюдал за происходящим конфликтом с великой отстранённостью, нисколько не беспокоясь о том, что ситуация может выйти из-под контроля. Он с самого начала знал, что два класса поведут себя именно так. Подростки же! Зато парень заметил, что его Котонохи среди этой толпы не было. Как минимум, в первых рядах, что несказанно радовало.

— Стоп! Хватит! Перестаньте кричать друг на друга! Мы так ни в чём не разберёмся, а ведь мы свидетели преступления! — внезапно сквозь нестройный гомон прорезался чей-то сильный и наполненный энергией голос, который принадлежал вышедшей вперёд миленькой девушке с тёмно-каштановыми волосами до плеч и одним выразительным торчащим локоном на макушке.

Это была Сайондзи Сэкай. Ученица класса 1-3, которую все знают как энергичную и общительную. Обычно весёлая и дружелюбная, сейчас она своим красивым лицом открыто выражала крайнюю степень негодования. Однако Сэкай всё же сохранила самообладание и не спешила ругаться с парнями, вместо этого решив побыть единым голосом со стороны девушек. Тем более кража белья очень тесно связана с ней, хоть и не напрямую...

— Тогда давайте разбираться! Вы ворвались в раздевалку и ничего нормально не объяснили! Конечно, мы растерялись! — поддержал один из парней, впрочем, пожаловаться он тоже не забыл.

— Ой, не стройте из себя жертв! Кто-то из вас преступник и извращенец! — закатила глаза Като Отомэ, чуть ли не выплюнув эти слова.

— Так! Спокойней! — своевременно вмешалась Сэкай, тяжко вздохнув и мельком оглядев стоящую позади свою мрачную подругу Сэцуну, которая напряжённо молчала, хотя в такой ситуации именно она должна была взять на себя роль голоса разума с учётом её статуса в студсовете, — Поясняю для всех вас, парни. Пока наша раздевалка пустовала, кто-то проник в неё и украл... Нижнее бельё моей одноклассницы... Понимаете теперь?

— Чего?! — разом прокричала куча учеников, ошеломлённая её заявлением.

Как только выяснилось, в чём дело, парни тут же возмущённо загудели из-за того, что всю вину мешают конкретно на них. Никто не собирался признаваться в содеянном. Оно и понятно, ведь никто из них не пробирался в женскую раздевалку. Главный виновник, Сакута, сейчас отыгрывал полную растерянность и негодование.

— Это какая-то ошибка! Не надо делать из нас извращенцев! Вы не подумали, что это, возможно, вина какой-то другой девушки? Лесбиянок-извращенок везде хватает, — нашёл достойный ответ Саванага, ученик с раздражающей рожей и непослушными каштановыми волосами, который стоял как раз рядом со своим другом Ито.

Почти что бывшим другом. Как только Макото обзавёлся репутацией жулика, Саванага перестал с ним общаться, но вскоре возобновил дружбу. А возобновил, чтобы быть ближе к женской компании Като, которая сдружились с Ито.

В общем, никакой верности – лишь извращённый расчёт.

— Мы уже проверили сумки у каждой из нас в раздевалке. Ни у кого не нашлось лишнего нижнего белья. Ни у кого и нигде, — твёрдым безапелляционным тоном сказала Сэкай, — Так что не сопротивляйтесь и окажите нам услугу. Покажите свои сумки и карманы, пожалуйста!

— Не сопротивляйтесь, а то перемена скоро закончится и за опоздание на урок влетит абсолютно всем! — взяла слово одноклассница и подружка Сэкай по имени Курода Хикари, обладательница необычных хвостиков каштановых волос по бокам.

— Ладно. Я согласен пройти проверку. Делайте, что хотите, я в любом случае ничьё бельишко не крал, — с короткой усмешкой произнёс Сакута, подходя к девушкам и раскрывая сумку.

Хоть он это не показывал, но ему было весело от осознания того, что вина-то и вправду его. Однако есть одна фраза: не пойман – не вор. Сакута просто получал удовольствие в нынешней ситуации и предвкушал исключение Ито.

— Чист... — сказала через полминуты Сэкай после должной проверки.

Сакута сделал верный ход, не став сопротивляться девушкам, ведь тем самым он подстегнул остальных парней пройти проверку. В итоге с десяток учеников, включая Харуки, спокойно показали свои сумки и продемонстрировали, что они невиновны.

Воровство нижнего белья было поистине редким явлением. Вдобавок это не то же самое, что сжульничать на экзаменах. Первое – фактически преступление, а второе лишь школьное нарушение.

Однако факт оставался фактом: личные вещи школьников в Академии Сакакино были достаточно уязвимы. Камеры в школе имелись, но лишь в малых количествах в коридорах. Две тысячи пятый год на дворе всё-таки. Тем более зона с раздевалками – не то место, где камеры в принципе приветствовались. Именно этим Харуки и воспользовался.

К тому же девушки носили дополнительный комплект нижнего белья на физкультуру. Вот почему план Накамуры в принципе имел право на жизнь.

— Пока все проверенные чисты... — пробормотала себе под нос Сэкай, вновь обратив сложный взгляд на подругу Сэцуну, у которой как раз и пропали трусики.

Да, вот главная причина, почему Сайондзи так активно занялась этим делом. Так-то она всегда рада помочь, но Киёура – её подруга детства. Девушка обязана была вернуть Сэцуне трусики. Другой вопрос: а планировал ли это Харуки?

Нет. Вот вообще. Накамура только заставил Сакуту запомнить сумку Котонохи, чтобы он вообще к ней не подходил, а остальные ученицы его не волновали. Можно сказать, что Харуки сильно повезло в этой ситуации, ведь жертвой стала представительница студсовета. К тому же Сэцуна тоже питает определённые чувства к Ито...

Спустя ещё пару минут очередь как раз дошла до Макото и его приятеля. Оба выглядели спокойными, но на сей раз проверку решила провести Като, не желая подпускать красивую Сэкай к Ито. Ревность? Ревность.

— Показывай, — с мягкой улыбкой на губах произнесла Отомэ, следом разок заглянув мельком в раскрытую сумку и всё, — Чист.

В конце концов, девушка была уверена в том, что Макото никогда не пошёл бы на воровство нижнего белья. Зачем ему это делать? По её мнению, Ито – самый добрый и порядочный парень в школе, которого кто-то в классе подставил во время тестов!

Однако поверхностная проверка Като сыграла с Макото злую шутку. Харуки уже думал о провале по вине одноклассницы и собирался дать знак Рюхею, чтобы тот действовал, но сегодня удача была на его стороне...

— Стоп! — вмешалась упорная Сэкай, — Ты даже не удосужилась нормально взглянуть внутрь сумки. Зачем тогда взялась за это дело?

— Что? Макото чист! Что тебе ещё надо? — тут же огрызнулась школьная стерва в лице Като.

— Чист или нет, сейчас проверим, — ровным тоном ответила ей Сайондзи, которая следом широко раскрыла сумку Ито и цепким взглядом прошлась по содержимому.

И тут её внимание привлёк кусочек белой ткани, который выглядывал у края толстого учебного справочника. Как только до Сэкай дошло увиденное, она тут же застыла на пару секунд. Макото вмиг заволновался, почувствовав интуитивно подлянку, Като нахмурилась от раздражения, а остальные присутствующие в раздевалке замолчали.

Атмосфера моментально накалилась. Сэкай с потемневшим лицом просунула руку в сумку одноклассника и аккуратно достала белые трусики Сэцуны. Вообще-то ей категорически не хотелось этого делать в присутствии парней, но ничего не поделать.

— Ито-кун, каковы будут твои оправдания? — голос Сэкай звучал максимально холодно, а её глаза не выражали никаких ярких эмоций, только лёд.

— Что?! В сумке Ито оказалось украденное нижнее бельё?! Да ну! — само собой, в комнате поднялся удивлённый гвалт.

— Серьёзно?! Значит, он и есть тот вор?! — парни и девушки восклицали почти одновременно.

— Сэкай прямо на наших глазах достала трусики из его сумки! Ито виновен! Он не только жулик, но ещё и извращенец! — особо громко да с гневом проговорила Курода, подруга Сайондзи и Сэцуны.

Её слова подняли новую шумную бучу. Все резко вспомнили, что Ито некоторое время назад попался на жульничестве на тестах. Они думали о том, что судить по обложке и впрямь нельзя. Со стороны Макото кажется примерным добряком, но его последние поступки говорили сами за себя.

Что до Макото, то сначала он побледнел, но когда до его ушей долетели обвинения, накопленная им с прошлых недель ярость вдруг вырвалась наружу, а по лицу пошли красные пятна...

— Это не я! Вы о чём все говорите?! Я не извращенец! И я не жулик! Я не списывал на тестах, и я не крал нижнее бельё! Я ни в чём не виноват! Кто-то подставляет меня! — начал кричать во весь голос парень, а его глаза отчаянно забегали по рядам одноклассников и одноклассниц.

— Ты оправдываешься или говоришь правду? — и всё же Сэкай не была полной дурой, так что, быстро убрав трусики подруги, она вперила пытливый взгляд в сторону разозлённого парня, — Зачем кому-то вообще подставлять тебя?

— Кто-то ненавидит меня! Я уверен в этом! Я не заходил в женскую раздевалку и нижнее бельё не трогал! Нам надо найти того, кто правда это сделал! — всё ещё на повышенных тонах говорил Ито, ведь он никогда и не был хладнокровным человеком.

Макото по своей натуре тот ещё крысёныш. Нынешние обстоятельства привели его в натуральное бешенство, а презрительные взгляды сильно били по моральному духу, отчего у него кружилась голова. На самом деле выпутаться из подобной ситуации вполне можно, ведь ни один вор не станет спокойно прятать улику в сумку и дожидаться «казни».

— Да! Макото не такой! Он не извращенец! Он не стал бы воровать трусики! Зачем ему это? Макото был бы полным идиотом, если бы пошёл на такое преступление! Попасться же легко! — однако Ито был не один в войне против всех, за него всё-таки вступилась громкая и решительная Като, веря в его невиновность и смело прикрыв парня своей спиной.

Толпа задумалась над её словами. Смысл ведь имелся. Макото же не сопротивлялся проверке, значит, его могли просто подставить.

— Ну... Ито и не попался бы, если бы не внимательность Сайондзи, верно?.. — вдруг неуверенный голос подал Рюхей, стоявший чуть в сторонке в рядах парней класса 1-4.

Идеальная атака! Стоявший чуть позади него Харуки еле удержал улыбку. Его друг отлично выполнял задуманный им план, отыгрывая роль по максимуму. По сути, исключение Макото уже вступило в силу, остались лишь финальные шаги.

— Хм... А ведь точно... Като изначально плохо проверила сумку, поэтому за дело взялась Сайондзи, — послышалось чьё-то рассуждение.

— Было такое, было... — подтвердил уже другой голос.

Вот так всего за десять секунд аргументы Като обратились в хлам. В то же время взгляды толпы скрестились на самой девушке. Люди смотрели на неё с подозрением, начав считать её соучастницей. Невольно загуляли мысли: может, Отомэ и Макото – парочка извращенцев?

— Что?! Это чушь какая-то! — разумеется, Като думала иначе, в её глазах разгоралась безмерная ярость, а также волна беспокойства, ведь она и подумать не могла, что случайно подставит Ито.

— Тот, кто подставил меня точно, где-то здесь! Извращенец, сознайся в преступлении, пока не стало поздно! Шутки кончились! Хотел приколоться надо мной? Зря! Я пожалуюсь в школьную администрацию, и они быстро найдут тебя! — гнев чуть отступил в душе Макото, вернув ему толику ясности, так что он решил надавить на виновника.

Тем не менее последовала изящная контратака.

— Като решила тебя прикрыть, наверное, по доброте душевной, но что-то пошло не так. И ты теперь думаешь, что получится спихнуть вину на кого-то другого? Извращенец просит нас поверить, что он не извращенец? — с хмурыми бровями высказался Рюхей, глядя прямо в глаза парня.

Макото вздрогнул от его серьёзного и жёсткого взгляда. Нервная дрожь прошлась по всему телу, а дыхание сбилось на мгновение. Он сжал кулаки до хруста и хотел сбежать, но даже его не самый выдающийся ум говорил, что ни за что нельзя отступать. Ито понимал, что нужно доказать всем свою невиновность, но он не знал, как это грамотно сделать.

— Я не прикрывала Макото! Это недоразумение, вот и всё! — отрицала Отомэ, бегая глазками от волнения и понимания того, что ситуация накаляется.

— Если ты не извращенец, то докажи это, Ито. Мы не одноклассники, так что я к тебе непредвзят и не знаю тебя в принципе. Короче, просто покажи свой телефон и всё. Это обычная просьба, ведь если ты не занимаешься чем-то извращённым, то будешь чист. Тогда мы точно поверим тебе, — с серьёзным лицом весьма здраво рассудил Рюхей, следом оглядывая толпу и получая в ответ кивки.

А парень-то умел работать со зрителями. Хулиганы – те ещё театралы. Тем более Рюхей сам получал от происходящего удовольствие.

Но сказать то же самое про Макото было нельзя. Услышав предложение ученика и вмиг вспомнив, что у него в телефоне давно сохранена фотография Кацуры Котонохи, он снова стремительно побледнел. Весь гнев ушёл, зато пришли на смену растерянность и тревога. Они хлёстко ударили в сердце парня, из-за чего он застыл на месте. И люди это заметили...

— Ну? Покажешь галерею своего телефона? — с нажимом произнёс Рюхей, протягивая руку.

— Давай, показывай! Если невиновен, то докажи это! — воскликнула одна из учениц.

— Он, конечно, не обязан давать другим свой телефон, но ситуация серьёзная... — спокойно высказался один из парней, который носил очки.

— Так что? — Рюхей приблизился к Макото, у которого в голове опустело от отчаяния.

Ещё и чужие взгляды давили на него со всех сторон. Одна лишь Като смотрела на него не враждебно, но в замешательстве. Она просто не понимала, в чём проблема Ито. Почему он не показывает галерею телефона? Что не так?

— Там... Там личное... Я не могу... — всё-таки в итоге очнулся Макото, сделав шаг назад.

— Обещаю, что личное никому не покажу. Говорю же, я непредвзят, — ровным тоном проговорил Рюхей с лицом праведника, в душе ощущая себя дьяволом во плоти, что только радовало его.

— Нет... Нет... — с дрожью в голосе потряс головой Макото, понимая, что оказался в ловушке, но спустя секунду он взорвался новым пламенем отчаянного гнева, — Почему я вообще должен оправдываться перед тобой?! Почему мне никто не верит?! Почему?!

Вот только его вспышка служила немым подтверждением того, что где-то Ито всё же темнит. Такая паника говорила о многом, посему взгляды людей стали острее. Като была в растерянности, Сэкай и Сэцуна же хмурились в осознании того, что их одноклассник лишь закапывает себя.

— Всё с тобой понятно, — пока зрители осуждали, Рюхей как раз действовал.

Он грубо схватил Ито за воротник, не дав тому сбежать из раздевалки, после чего резво достал его телефон из кармана брюк. Жёстко отпустив парня, да так, что тот не удержался на ногах и упал с болезненным вскриком, Рюхей открыл раскладушку и полез в галерею. В конечном счёте, спустя уже несколько секунд друг Харуки показывал всем присутствующим фотографию главной школьной красавицы Кацуры Котонохи из класса 1-4, естественно, снятую тайно на станции электрички.

Следом в помещении установилась невероятно гнетущая тишина...

Презрительные и пронзительные взгляды школьников устремились в сторону Ито Макото. Люди ничего более не говорили, но их глаза выдавали смертоносный вердикт...

Виновен.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге