Сирена. Там, где исчезают наши мечты
Глава 21
— Абонент недоступен. Позвоните… — монотонный голос повторял эти однообразные слова.
Георгий не мог понять, почему Тая опять недоступна. Он зашёл в серверную и включил записи камер наблюдения в квартире Савелия. Он смотрел, пролистывал и пересматривал фрагменты…
Сейчас Таи дома не было.
Они вернулись из усадьбы на следующий день, прямо вслед за ним. Ничего особенного в эти дни не происходило. Они ели, уходили, приходили, спали и снова ели.
Она убирала квартиру…
Что с ней? Было что-то неуловимо странное в её движениях. И он стал пересматривать видеозапись.
Георгий знал каждую чёрточку её лица, каждый жест. Пока он молча смотрел на неё эти пару месяцев со стороны, он выучил её наизусть. Каждое Таино настроение, каждое движение её мыслей уже не ускользало от него. И он точно видел сейчас, что что-то не так. Эта еле заметная дрожь пальцев… Эти закрытые глаза и чашка кофе в руках…
Что она скрывает за закрытыми глазами? Мысль мелькнула в голове, как вспышка.
«Болван! Да она же нашла камеры! Какой я болван… Милая моя, как же она, наверное, испугалась… Ну и зачем я вообще это сделал?»
Георгий упёрся лицом в ладони и сидел, молча проклиная себя. Но что толку от пустых укоров, если всё уже сделано. И она опять пострадала, она опять получила очередной удар, и опять он причина этому.
Он сидел так несколько минут. И только немного успокоившись, он вернулся к экрану.
Он наблюдал, как она методично нашла все камеры, и лицо её было даже немного дерзким, в нём читался лёгкий вызов и азарт. Потом она ушла в душ. Вернулась. Пришёл Савелий. И они вместе ушли на улицу.
Когда они вернулись примерно через два часа, было понятно, что что-то произошло. И теперь Георгий, глядя на экран, видел перед собой совершенно другого человека. На первый взгляд всё было ровно так же, как и прежде. Вроде бы ничего в ней не изменилось с того момента, когда они с Савелием уходили из дома, но было в ней что-то другое, совсем неуловимое и незаметное непривычному взгляду, но не Георгию. И он, глядя на эту видеозапись, понимал, что прежней Таи уже нет. Она была как сломанная мелодия, холодная и режущая слух. Он смотрел на неё и пытался хоть малейшим намёком уловить это ускользнувшее чудо. Но магия исчезла, и он не находил этого волшебства.
Это преображение пугало его до дрожи, а ладони вспотели. Он умолял мысленно её вернуться, но это не помогало. И он продолжал с тревогой и надеждой смотреть в камеры, надеясь, что вот сейчас она стряхнёт с себя эту паутину и он увидит её прежнюю.
«Ну пожалуйста, Таечка, милая, любимая, вернись, умоляю тебя, не уходи, не исчезай».
Но страх пробирал его, и холодный мороз медленно обволакивал кожу. Он смотрел на неё через экран, но всё равно чувствовал боль, которую она в тот момент испытывала, словно они были одним человеком. А точнее, боль чувствовал только он. Она же была как опустошённый сосуд, который сначала наполнили ядом, а потом вылили всё, что в нём находилось. Да, яда в нём не было, но остался его убивающий след. И даже наполненный чистой родниковой водой, он теперь нёс смерть каждому, кто попытается сделать хотя бы глоток.
Он чувствовал её боль каждым сантиметром кожи, каждой клеткой тела, словно его части растаскивали в разные стороны бесконечного пространства и у него не было сил соединить себя обратно.
Он продолжил смотреть это пугающее кино — он должен был узнать, что случилось.
Тая встала с кровати, вышла из комнаты и зашла к Саве. Она начала расстёгивать его рубашку и брюки.
Гоша смотрел в экран и не верил своим глазам. Он смотрел, перематывал произошедшее в Савиной комнате и смотрел снова.
«Это неправда. Я не верю».
Он пытался объяснить себе всё это, но голова отказывалась соображать. И только внутренний голос кричал в голове:
«Нет. Не делай этого. Не надо».
А Тая взяла этот нежный цветок их любви, сжала его в ладони, сломала лепестки, смяла их и раскрошила в пальцах, превратив в грязное серое месиво. Она не пожалела ни его хрупкость, ни его чистоту. Она просто его уничтожила.
***
Гриша снова и снова набирал вызов и сбрасывал, но так и не смог дозвониться. Гоша упорно не снимал трубку.
«Да что с ним опять произошло, вроде всё было в порядке вчера?»
Он взял ключи от автомобиля и, торопливо сунув их в карман, вышел из дома.
Дорога заняла непривычно мало времени, но беспокойство даже за такой короткий срок успело вырасти почти до небес.
Брат всегда был на связи, в любом состоянии, при любых обстоятельствах он был на связи. Даже «умирая от любви» в сентябре, он всё равно отвечал на Гришины звонки. И эта пустота сейчас пугала очень. Григорий просто не находил себе места, пока ехал, и не переставал звонить.
«Вот погоди, доберусь я до тебя, получишь ты у меня… Да что же ты там провалился?»
Влетев как ветер на восьмой этаж, он позвонил в дверь. Но никто не отвечал, и за дверью стояла полная тишина.
Не продолжив дальнейшие размышления, он отпёр дверь запасным ключом, предупредительно переданным ему секретарём после покупки квартиры.
В квартире стоял лёгкий полумрак, а спёртый запах сбивал с ног. Прежде, по всей видимости, роскошная квартира скорее напоминала поле боя. Гостиная была засыпана битыми осколками стёкол и зеркал, мебель была поломана или искромсана, а робот-пылесос, застрявший среди груды подушек и пледов, изорванных в клочья, уже оставил все попытки вырваться на свободу. Комнату явно громили целенаправленно, и это не было похоже на случайные повреждения.
Григорий быстро прошёл осмотреть другие комнаты, найдя их не менее старательно изуродованными. Наткнувшись на серверную, он заметил, что лишь здесь всё осталось абсолютно нетронутым, но Георгия здесь тоже не было, и только из соседней комнаты шëл жуткий зловонный запах.
Гриша зажал нос рукой, скрепя сердце направился в комнату и открыл дверь.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
