Старший советник
Глава 23: Трилистник
Невесёлые мысли Армагеддона, засада летит к дьяволу, Блямс принимает решение, Тисли возвращается домой и незваные гости
Упёршись тяжёлым подбородком, покрытым недавно подстриженной рыжей бородкой, в широкую покрытую мозолями ладонь, старший констебль Келкрокин Даин с угрюмым видом разглядывал из окна второго этажа витрину комиссионки Гая Ситтенела – лгуна и мошенника, каких поискать. «У нас есть ВСЁ, что вам не надо, но возможно вы просто не ВСЁ рассмотрели», – гласила кривая надпись над входом, сделанная с парочкой грамматических ошибок.
Через не слишком чистое стекло, засиженное мухами и заляпанное ладошками пробегавшей мимо детворы, обожавшей совать свой нос повсюду, даже было видно стойку, за которой стоял хозяин – высокий, худой мужчина лет пятидесяти в старомодном сером поношенном фраке, с мешками под глазами и седыми длинными волосами, что никогда не знали расчёски.
Семя паратаксиса жгло ухо, но зато гном прекрасно слышал, какую мелодию насвистывал констебль Питер Уолш, изображавший внизу на тротуаре чистильщика обуви. Второе семя было в ушной раковине парнишки. Кстати, Уолш действительно до того, как пошёл работать в полиции, перечистил тысячи ботинок и сапог жителей Хэмптон-роуд и Нортбриджа, так что опознать в нём полицейского будет ой как нелегко.
Второй констебль Магнус Макнаб лежал под паровым автомобилем справа от входа в комиссионную лавку, так что только ноги в крепких ботинках на шнуровке было видно, периодически постукивая по днищу стального монстра гаечным ключом.
Оба констебля, сопровождавшие гнома, были проверенными бойцами, и Келкрокин им полностью доверял. Первый в Камденсмит пришёл из-за Тисли. Тот как-то похвалил Уолша за поимку воришки, выхватившего сумочку у проходящей по улочке дамочки: «Тебе бы такому ловкому да быстрому в полиции работать», – и спустя неделю чистильщик обуви подал заявление в Департамент охраны правопорядка. А когда Уолш узнал, что у Тисли теперь будет собственный полицейский участок, он сразу подал рапорт о переводе из своего 11-го. А он там между прочим был на хорошем счету. Второй – Магнус Макнаб – был боксёром, но как-то в одном из поединков он получил травму и оглох на правое ухо. Плохо слышащий боец так себе звезда, и поэтому с ринга ему пришлось уйти. Работал грузчиком, помощником кузнеца, слесарем, но четыре года назад Макнаб в одном из пабов с дурной репутацией во время драки защитил старика. Да как защитил! С одного удара отправил в нокаут молодого тролля. Гному, прибывшему на место происшествия, упрямство и отвага Магнуса понравились (да и что ни говори, а тролли удар держать умеют), и он отвёл его к магу-целителю. Хитрый старикашка был его должником, попавшись на контрабанде зубов василиска. Вот только благодарный Макнаб после излечения решил отплатить Келкрокину верной службой. Так он и попал к ним в участок.
- Келк, тебе что-нибудь нужно? – участливо остановился за спиной Фэган Дарси – старый товарищ гнома, в квартирке которого он сейчас и сидел.
- Нет, спасибо, друг, у меня всё есть, - приподнял всё ещё тёплую чашку сладкого чая с шиповником гном, в ответ улыбнувшись часовщику.
С Дарси они тридцать пять лет назад вместе работали в полиции, патрулировали улочки города, попадали в крутые переделки, некоторые из которых салаги, недавно одевшие форму, считают выдумками и городскими легендами. Были закадычными приятелями. А потом всё закончилось. Возвращаясь вечерком из «Трёх ведьм» выпившим, Дарси решил сократить дорогу до дома и пошёл через железнодорожные пути. В общем, потерял ногу по глупости в стрелочном переводе, а чтобы поезд его не раздавил, оттяпал ступню перочинным ножом. Инвалиды в полиции не служат, и поэтому освоил товарищ профессию часовщика. И надо сказать, не без успеха: к нему весь квартал таскался.
Сейчас товарищу было почти семьдесят два (человеческий век, в отличие от гномьего, короток), а ведь когда-то они оба были молоды, - с грустью подумал Келкрокин, с какой-то даже нежностью наблюдая за седобородым крепким дедком, азартно высунувшим язык и ковырявшимся за своим столом малюсенькой отвёрточкой во внутренностях часов-луковиц.
Вообще Келкрокину Даину всегда с людьми было проще. Ему людской мир нравился больше. Именно поэтому он и ушёл работать в полицию Кронберга. Это сейчас гномов в Департаменте охраны порядка вагон и маленькая тележка, а тогда он был первым. Ловил на себе косые взгляды, презрительные ухмылки других гномов (нет, откровенного смеха не было, ведь прозвище Армагеддон ему не просто так дали) и… и совсем из-за этого не переживал. Ни капельки! С детства его бесило упрямство соплеменников, их косность и консервативность. Нет, сейчас-то он конечно почётный член городского дранга, и к его мнению прислушиваются, но на самом деле ему на дела Подземщиков было плевать. Как там говорит Белкин? С высокой колокольни? Вот именно с неё самой. Тем более что они давно не живут под землёй. Наверное, повлияла на такое отношение судьба Шпаклифера и Огербляма. Бедные мальчишки настрадались из-за дурацких традиций, делавших их виновными в грехах идиота-отца. Средневековые запреты, отжившие своё законы просто выводили Келкрокина из себя. Вот даже шиповник подземщики считали вредным. Утверждали, что от него выпадают волосы. Что за чушь?! На самом деле всё было наоборот. А ещё он был полезен для сердца, желудка и суставов.
Полли - супруга Дарси – в своём тёмно-зелёном платье с кружевами что-то вязала длинными спицами, сидя в кресле-качалке в глубине гостиной со счастливым выражением лица, слушая по радио постановку о Джеке Мэлоуне – волшебнике-путешественнике. Джек как раз встретил на пляже великанов и думал, как бы не оказаться раздавленным в лепёшку. Блямс, нажравшись печенья с корицей и тёплым молоком, спала в тарелке с разноцветными шерстяными клубками.
Совсем старушка, раздобрела, сгорбилась, а ведь Келкрокин помнил Полли светловолосой красавицей с тонкой талией и безукоризненной осанкой. А как они втроём выплясывали на дне города, заставляя всех завидовать им.
- Старший констебль, кажется, у нас проблема, - раздалось в ушной раковине гнома. - Кто-то грабит лавку Ситтенела.
- КАК? НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! - соскочил на ноги гном, пролив чай с шиповником.
- Трое зашли с чёрного входа и сейчас выворачивают ящики за прилавком хозяина.
Келкрокин взглянул вниз и за стеклом витрины Гая Ситтенела не увидел. Уолш сидел внизу, и ему вид на лавку открывался с другого угла.
- Что будем делать, старший констебль? - присоединился к беседе Макнаб, всё ещё находившийся под своей машиной.
- Ничего! - бросил гном, задумчиво проведя рукой по рыжей бороде. - Ограбят и уйдут. Они вооружены?
- Я огнестрельного оружия, волшебной палочки не видел, - отозвался Уолш, но у одного в руке кинжал, именно им он и угрожает лавочнику.
- Все остаются на своих местах, - снова повторил гном. - Вдруг это наш маг нас проверяет.
- А если они его прирежут?
- Да кому нужен этот идиот!
И всё же Келкрокин хлопнул в ладоши, и Блямс, мгновенно раскрыв глаза, мелькнув в воздухе, покинула комнату. Девчонка приглядит за преступниками и вмешается только в последний момент. Ей разжёвывать ничего не надо. Она знает главный приказ Тисли.
И в этот момент в лавку зашла прилично одетая чопорного вида леди с зонтиком, ведущая за руку семилетнюю девочку в платьишке и с золотистыми вьющимися волосами. Да чего их туда понесло-то?! Что приличным людям может понадобиться в лавке барахла Гая Ситтенела?
- ДЬЯВОЛ! - вскрикнул Келкрокин, увидев, как за витриной появился гоблин в зелёной клетчатой рубашке с закатанными рукавами, в жилетке, вооружённый массивным револьвером. Оружие было направлено на вошедших.
Женщина закричала, так что её было слышно даже в квартире Дарси, ибо Полли перестала вязать, уронив спицы, зонт упал, девчонка прижала ручки к щекам, а гоблин обернулся к кому-то невидимому в лавке и взвёл курок удерживаемого оружия.
В то же мгновение внутри полыхнул белый взрыв. Стёкла витрины выстрелили градом блестящих осколков наружу, чудом не поранив прохожих. Когда густой, вязкий свет рассеялся, на мостовой в нелепых позах лежали трое грабителей: тот самый гоблин, уже без револьвера, и двое мужчин крайне подозрительной наружности. Ясно, Блямс приняла решение и спасла девочку с матерью.
- Грандар крёбиц нундар клац! – на гномьем ругаясь себе под нос, Армагеддон бросился к выходу, распахнул дверь квартирки Дарси и поскакал вниз, перепрыгивая через ступеньки как мальчишка.
- Уолш, вяжи грабителей! - кричал он. - Макнаб, в лавку и найди Блямс! Она сейчас без сил, и не дай бог на неё кто-нибудь наступит!
* * *
Подставляя лицо холодному солёному ветру, дувшему с океана, Браснаклс, поправив наброшенный на плечи плащ, с недовольным видом смотрел на то, как племянники Армагеддона надевают браслеты на шестерых преступников, попытавшихся ограбить почтовую карету как раз напротив разрушенной часовни, где они ждали Сверчка. К гномам претензий как раз не было, дело было в другом…
- Старший сержант Браснаклс, чем вы недовольны? - взглянул на старшего Огерблям. - Мы же задержали преступников?
Подошвой ботинка гном наступил на спину зашевелившегося на земле грабителя, из-за чего тот ойкнул от боли. Брат его в это время обыскивал карманы задержанных, вываливая найденные вещи в расстеленный на земле носовой платок тролля, управлявшего почтовой каретой.
- Задержали, да не того, что надо, - негромко произнёс Карпи, окончательно чувствуя себя обманутым.
* * *
В ту же время, но в двадцати пяти минутах езды на паровом кэбе, почти в самом центре Кронберга, в кондитерской на Ваффет-Корт Патрик Белкин с дымящимся револьвером в руке разглядывал орущего от боли пьяного тролля с простреленной коленной чашечкой. Трое переодетых в гражданку констеблей с большим трудом смогли надеть великану на руки и на ноги кандалы, и то только после того, как преступник получил несколько сильных ударов дубинками по голове.
И чего только ему понадобилось врываться в кондитерскую и всё крушить? - думал Белкин, пряча оружие в кобуру под мышкой.
Посетители кондитерской облегчённо вздыхали, приводили в порядок одежду, поднимали с пола брошенные вещи, благодаря судьбу за то, что полицейские оказались поблизости и чокнутый тролль с пеной на губах их не прихлопнул.
* * *
Только-только перевалило за полночь. В задумчивости Алберт Тисли свернул в чугунную калитку с изображением хохочущих крылатых горгулий, несущих в лапах гоблина, и по тропинке, усыпанной осенними листьями, направился к парадному подъезду. Именно здесь, в четырёхэтажном доме на Винтер-роу, 11, располагалась пятикомнатная квартира инспектора. Семейный особняк им давно был продан. Он просто не хотел возвращаться туда из-за плохих воспоминаний. Кто-то сказал бы, что это слабость, Тисли считал, что это правильно.
Внутри его встретил консьерж-эльф в лиловой ливрее с сонным выражением на лице.
- Инспектор, поздно вы сегодня, - дежурно произнёс он, кланяясь и провожая жильца, прошедшего мимо лифта и направившегося по лестнице на третий этаж. Тисли никогда на лифте не ездил. Не было у него никакой клаустрофобии конечно, просто лифты он не любил. Как-то он застрял в кабинке и потерял целых двадцать две минуты. ДВАДЦАТЬ ДВЕ МИНУТУ! Да за это время можно пару краж раскрыть.
Тисли было о чём поразмышлять. День прошёл без толку. По крайней мере, инспектор так считал, и не без основания. Все засады на мага-убийцу провалились (кроме той, что в заброшенном Парке Лилий, туда просто никто не пришёл), и это не могло быть совпадением. Противник ловко с ними сыграл. Даже слишком. Блямс осталась под опекой миссис Дидион в участке. Маленькая обжорка спасла мать с ребёнком, истратив накопленные с таким трудом магические силы. Ничего, такое случается не в первый раз. Она быстро придёт в себя.
На площадке, ведущей на лестницу третьего этажа, Тисли внезапно замер с поднятой в воздух ногой.
- Тебя ждут! - вдруг ожил внутри головы Линдворм.
На этот раз он даже не обозначил своё присутствие формальным звуком робкого стука по стеклу.
- Я чувствую, - волшебная палочка из рукава пальто спустилась в ладонь инспектора.
- Незваный гость мастерски скрывает свою магию, но намерения скрыть не может. Я их чувствую! - задумчиво и одновременно с плохо скрываемым восторгом добавил Линдворм.
Губы инспектора скривились в кривой усмешке (а это никогда не предвещало хорошего), и он быстро взлетел по ступенькам на третий этаж.
В конце коридора возле красной двери его апартаментов прямо из тени материализовался смазливый мерзавец лет тридцати, не больше, в дорогом костюме-тройке насыщенного тёмно-бордового цвета. Волшебная палочка порхала в его длинных холёных пальцах, одновременно маг ткал три сложных заклинания. Однако, увидев Тисли, он не рассмеялся, а, покраснев от гнева, прокричал:
– ТЫ ЧТО ХОТЕЛ ПОЙМАТЬ МЕНЯ В ЛОВУШКУ, ИСПЕКТОР?! ГЛУПЕЦ!
Первое заклинание было защитным. Маг буквально собрал вокруг себя прикрывающий его кокон из равнодушной, безразличной энергии неживых предметов. Коих вокруг было предостаточно. Созданный щит был практически непробиваем. Второе заклинание-бестер - гибрид, вбирающее в себя тёплый воздух, пекло каминов, нагретые электроэнергией лампочки и жар труб с горячей водой и паром, распаляя всё это до смертоносного пламени, и холодную силу опустившейся в сумерках прохлады на улице, влажность подвала, хлад металлических конструкций, пронзающих здание, изделий из железа, что есть в каждой квартире, и самое страшное - безразличие проживающих в доме людей, он превращал в убийственный инструмент. Третье заклинание было шпироном - боевой магией, усиливающей волшбу хозяина.
Вокруг кончика палочки незваного гостя разгоралось яркое свечение, а воздух в коридоре как будто затрещал. Где-то испуганно завыла собака скребясь лапами в закрытую дверь, где-то обречённо заголосила канарейка в клетке. Пичуга неистово билась о прутья, но без толку.
- Он что, собирается разнести весь дом? - произнёс Линдворм, и в то же мгновение нахмурившийся, немного побледневший Тисли сделал ряд очень-очень быстрых движений волшебной палочкой, от которых на его лбу выступила испарина, а произнесённые шёпотом слова и выпад вперёд осветили коридор голубым светом. На мгновение в воздухе появилось что-то вроде переплетения трёх листовидных фигур, раздался негромкий хлопок, и маг-убийца как подкошенный рухнул спиной вперёд на пол.
- ИЗУМИТЕЛЬНО! ЭТО ИЗУМИТЕЛЬНО! - вопил в голове инспектора от восторга Линдворм. - ТРИЛИСТНИК! ЭТО БЫЛ САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ ТРИЛИСТНИК! Я НЕ ВИДЕЛ ЕГО ДАВНО! ТОЧНЕЕ, 212 ЛЕТ!
Произошедшее было шоком и для незваного гостя Тисли. Лёжа, он выпучив глаза не сводил взгляда с замершего над ним инспектора и пытался что-то сказать, но язык уже не слушался его. Вокруг тела расплывалась лужа тёмной крови, пропитывая только на прошлой неделе заменённый администрацией здания ковёр.
- Это было восхитительно, инспектор, - тем временем не унимался Линдворм. - Нет, правда. Немногие могли бы использовать это страшное заклинание. Сделать его безопасным для окружающих жильцов, одновременно сконцентрировав на такой маленькой цели. Просто гениально.
- Перестань болтать, - склонился над магом Тисли, внимательно разглядывая уже начавшие стекленеть серо-голубые глаза противника. - У меня от тебя уже голова разболелась.
- Я бы поспорил с этим утверждением, ведь формально я голос в твоём сознании и не могу раздражать твои болевые рецепторы звуком… - тараторил Линдворм.
- Замолчишь ты уже или нет? - пальцы инспектора коснулись холодной кожи умирающего.
- Слушай, Тисли, я-то болтать перестану, но ты его убил. Остановить кровь не получится.
- Знаю.
- А он многое мог бы вам рассказать.
- Понимаю.
- Помнишь наш недавний разговор?
На это Альберт Тисли ничего не ответил, промолчав.
- О том, чтобы я помогал вам в расследовании…
И снова Тисли промолчал.
- Ну же! Вот оно, тело! Я исцелю его и вытащу у него из головы всё, что тебе необходимо! Чего ты боишься… нет, нет, прости, ты не боишься, это очевидно, чего ты опасаешься, ведь я дал тебе клятву?!
- Я помню, - инспектор встал на ноги.
- Просто скажи: «Разрешаю». И всё!
Спрятав волшебную палочку в рукав пальто, Тисли на мгновение замешкался, но только на мгновение, так как время мага у его ног было на исходе.
- Я не хочу, чтобы у меня появились проблемы с тобой.
Голос инспектора, хоть и негромкий, заставил задрожать воздух в коридоре.
- Их не будет, - тут же ответил Линдворм, и если бы кто-то посторонний слышал эту беседу, он сказал бы, что тот боится. - Обещаю.
- Ты подтверждаешь свою клятву?
- Подтверждаю, - чётко и ясно произнёс самый страшный монстр в голове инспектора полиции Камденсмит города Кронберга Альберта Тисли.
- Разрешаю…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
