СТРАНА Богов и Героев — битва за Мир
Глава 1. Стражи мира.
По коридорам закрытого научного учреждения — института, если проще ЗНУИ, выросшего в заповедных лесах Марий Эл как закрытое и даже автономное научное учреждение, с одной стороны и с другой — полувоенное, воздвигнутом на артефакте древних, а проще — портале, двигалась в боевом режиме агент классического для женщин роста. В легком спортивно-деловом костюме, светлой футболке в спортивной обуви, её длинные волосы, благодаря нанитам, собрались в группы локонов с острыми концами, напоминающими стрелы. В зелёных глазах было заметно свечение. В руках был коврик для йоги и сумка для спортивной одежды. Все, кто встречался на её пути, старались скрыться в кабинетах, а если не успевали, то сливались со стенами или превращались в икебаны. Кто-то замирал в позе кариатид. За десять минут до этого по этому коридору, ведущему от лестницы из зимнего сада релаксации, расположенному на крыше, проковыляли трое гостей из научной делегации из США с напуганными лицами и постоянно смотрящими назад.
В это время на улице, перед институтом, стояла группа из остальной части делегации — несколько женщин и мужчин. Все тепло общались с шефом, директором ЗНУИ, академиком РАН, подтянутым немолодым мужчиной в костюме при галстуке и начищенными до зеркального блеска туфлями. Рядом был агент высшего эшелона с несколькими высшими образованиями, в удобном полуспортивном наборе брюк с пиджаком, спортивных туфлях и в рубашке на выпуск с расстёгнутыми верхними пуговицами, активно поддерживающему шефа в беседе.
Вылетевшая из института группа из трёх инвалидов, а как их ещё назвать? Все они прихрамывали и вид был несколько потасканный: у одного заплыл глаз и уже синел, другой держался за руку, у третьего на щеке был виден красный отпечаток женской ладони и кровавая полоска от ногтей. Эта группа спортсменов на большой скорости, которую они могли показать, крикнув своим коллегам «быстро уезжаем», рванула к ожидающему их микроавтобусу.
Прощание затянулось минут на десять и почти закончилось, как из института выскочила зеленоглазая фурия и осмотрела всё вокруг с оценкой дипломированного университетского специалиста и еще кучей всего. Группа гостей, увидев агентессу в боевом режиме, волосами похожими на установку для метания зарядов плазмы, чуть побледнела и попятилась к микроавтобусу, а шеф и агент сразу поняв, что что-то не так, и у них на лицах синхронно появились улыбки, которыми можно не только остановить взвод головорезов, но и заставить их тактически отступить, побросав всё снаряжение, и развернулись в сторону членов делегации.
— Эти трое, булшит, опять всех подставили. Спасаем наши задницы. — скороговоркой проговорил заместитель руководителя делегации и первым побежал на выход с территории.
— Стойте, мальчики, не надо! — чуть испугавшись, громко сказала агентесса, — Пусть уедут, всё равно некоторым теперь нескоро от внушения отойти.
— Та троица? — скорее утверждая, чем спрашивая, сказал шеф, смотря в сторону убегающих членов делегации по направлению к КПП опережая их же микроавтобус.
— Да, из тех трех американцев, что мнят себя «хозяивами всия вселенная». Я йогой релаксировала, а им, видимо, захотелось напоследок войти с моим нежным и беззащитным телом в контакт.
— Ну-у, по их виду, скажем,— они всё же вошли... в очень плотный, и хорошо так, отрелаксировались. — сказал уже спокойный агент, провожая взглядом быстро удаляющийся в сторону КПП микроавтобус и группу «спортсменов».
Внезапно из дверей института выбежал их руководитель — почтенный индус. Который, быстро извинившись, попрощался и так же быстро уехал на ожидавшем его лимузине.
— День спорта или что-то случилось? — удивлённо высказался шеф, смотря вслед быстро отдаляющейся машине с руководителем научной делегации. — Так. Всё, этих спровадили, любопытные больно. Пошли к «науке», пора обсудить то, о чём пока из конкурентов ничего не знает.
А ещё — «науку» называют научница. Незлобно, между собой, называли руководителя всей научной частью института — привлекательную женщину с гимнастически-модельным прошлым, тренирующую агентов не терять голову при разных ситуациях и внешних видах оппонента, это помимо другой научной деятельности у доктора наук.
Подойдя к двери кабинета научницы, не став ждать чуть отставшую агентессу, пропустив вперёд девушку-секретаря, вошли.
— Ой, мамочки! — выронив папку с бумагами секретарь, зависла, закрыв рот руками и побледнев, глядя на свою неподвижную начальницу в кресле с остекленевшими глазами.
На этом крике как раз вошла и агентесса.
— Это как же так, за что он её? — спросила агентша, увидев, на что все смотрят.
— Зеленоглазая, убери секретаршу, нечего впечатлительным это видеть.— попросил шеф.
— Ну и что будем делать, шеф? — поднимая папку с бумагами и кладя ту на стол спросил агент.
— Тебе привычнее такое — работай. Опергруппу вызовем?
— Пока нет. Осмотрю всё — задумчиво ответил агент.
В центре кабинета стояло выполненное на заказ дизайнерское рабочее кресло. В нём, в брючном костюме, со сложенными под грудью руками, была научница. Недалеко на столе валялся жакет. Ноги её были закинуты за спинку кресла, а глаза остекленели. Тепла от тела совсем не было заметно.
Обойдя кресло вокруг, агент внимательно смотрел, что было сделано индусом, который последний разговаривал с научницей. Прикоснулся к прохладной стопе, подумав, констатировал:
— А индус молодец. Сумел связать «науку» и вывести из игры. Понятно, чего он так бежал: уже выдал всё, что знал. А чего не знал — мог бы и рассказать... У них ещё экскурсии по городу и потом, через сутки — отбытие. Он бы просто не выдержал лишних суток с голубоглазой.
— А кто его связывать предметами научил? Ты же с ним общался? И в целом, мог бы и массаж стоп сделать... — вынырнув из астрала, мечтательно сказала научница, но тут же в её глазах стали собираться грозовые тучи, которые вот-вот начнут кидаться молниями, и она строго посмотрела на агента.
— А что я. Кто его пытал и наукой, и парной йогой? Да и ты в астрал любишь уходить, зачем секретаря напугала?
— Бу бу бу... Я надеялась, что только вы войдёте, кто же знал. Лучше развяжи. Всё вам над бедной мной издеваться.
— А он так-то и не связывал, просто биомеханика и твоё дизайнерское кресло с выступами да отверстиями на спинке. Вот он твои каблуки на босоножках в эти отверстия и засунул, а из-за положения рук и ног ты не могла их без помощи извне выбраться. — высвобождая ноги из ловушки сказал агент. — Ноги не затекли?
— Нет, не успели, мало времени прошло. — забирая бумаги, жакет и толкая кресло на место, спросила: — Как там секретарь?
— Жива. А с тобой — как с записками американца. — вклинился шеф. — Нет, тысяча работников подо мной. А как бардак... то это два лучших агента, «наука» и шестая лаба.
— Это ещё с какими такими записками? — посмотрела строго на шефа научница.
— День одиннадцатый — сегодня пили с русскими на празднике, чуть не умер. День двенадцатый — опохмелялись с утра, лучше б я умер вчера…
— А то! Наука — требует жертв! — клацнув зубами и с улыбкой вампира ответила научница.
— Так, мужчины, дайте нам минут тридцать, мы тут о нашем, девичьем поговорим. И я хочу в кабинет такое же кресло — выталкивая шефа, агента из кабинета и заталкивая секретаршу к научнице, высказалась агентесса, заговорщически поглядывая на агента.
Через тридцать минут совещание по Греции началось, но перед началом голубоглазая и зеленоглазая как-то по-особенному посмотрели на агента, что у того пробежал табун мурашек и он негромко сказал шефу: — Шеф, не нравится мне взгляд красавиц. Ну мы-то с зеленоглазой в Грецию поедем, а голубоглазую, может, отправишь на отдых, лучше в Марокко, к друзям? А? — сделав глаза кота из «Шрека», посмотрел агент на директора ЗНУИ.
Шеф икнул, так как фокус женского внимания голубых и зелёных глаз сместился на него. — П-постараюсь. — так же негромко ответил он агенту.
Обсудив многое за несколько часов об особенностях мира, выпив не по одной чашке чая с баранками и тостами, да принесённого агентами мёда, все разошлись до следующего дня, переваривая и анализируя информацию.
***
— Мдэ-э-э... Теперь мы — Стражи Мира. Внезапно. — ухмыльнулся мужчина.
— Будет интересно — Боги и Герои... — мечтательно сказала женщина.
— Тепло, как ты любишь. Море, солнце и... бардак. — парировал мужчина. — Пара недель на подготовку... нужно соответствовать тому миру. И женщины там — с холодняком, тоже иногда бегали. Так что, дорогая, Теодора, будь готова!
— Сам-то готов, Теодор? Вот придумали же…
— Так предлагаемая Галатея там есть в пантеоне, но её — лучше не нужно. Циклоп еще будет в меня камнями кидаться, когда тебя с ней спутает. А он, такую красоту, спутает. И их цикличность мира как-то меня ещё напрягает. Повезло разведке, что перезапуск не закольцевал в том мире при первом попадании — выкинуло назад. Циклы там — несколько столетий, пришлось бы жить. Как сказал Страж того Мира, на которого попали во втором походе наши спецы.
— Жуть, вдали от всего привычного и родного мира... Со Стражем подробно нужно будет поговорить... — задумчиво сказала Теодора.
— В общем, хана Стражу. Тебе же «наука» там что-то в нагрузку просила разузнать?
— И ничего такого, чтобы Страж от меня начал бегать, — чуть смутившись, ответила Теа.
— А ты знаешь, что амазонки, которые иногда упоминаются у Средиземноморья, скорее как наёмницы, пришли с низовьев реки Идель либо с Кавказа? И я не думаю, что в том мире мы узнаем реальную историю их хождения по миру из-за цикличности обновления. Да и по многократно переписанным рукописям Птолемея непонятно, как и с современными данными.
— Ну да, ну да... Амазонок ему уже хочется... Сейчас мировая наука сама от себя в шоковом состоянии. Столько нового открывается с новыми технологиями, даже без нейросетей, что половину истории нужно переписывать. — чуть вздохнула Теодора. — Список задач «по-мелочи» голубоглазая накидала, ты прав. Понимаю индуса. С её неуёмной тягой узнать, разобрать, испытать — не каждый совладает. Кроме нас и шефа, конечно. Вернёмся — так же её в её же кресле свяжу, за задачи по научным изысканиям в чужом мире. А ты — помогать будешь, чтобы не убежала... И кресло не забыть такое же нам заказать... или два? Я в нём посидела — очень эргономичное! И не смотри на меня так. Не дамся!
— Я чего, я ничего... И в целом, я тут мебелью стою. — ответил мечтательно улыбаясь Тео.
***
— Да что же такое, что же выбрать? И это хочу, и это нравится. — крутилась в цехе подготовки одежды Теодора.
— Надень всё сразу и успокойся. — не выдержал Теодор. — Как ни крути, всё равно много на месте брать. Тут только первичное. И не забывай ты — Спартанка! Сильно украшательств не будет. Хотя в этой ветке миров есть отличия от нашей истории. Тут в Спарте женщинам дают чуть больше свобод, хотя и наша была не такой консервативной. А эта — чуть больше эротизма, чуть больше украшений. Использовали женщин как разведчиц, как медовые ловушки — в нашем мире такого не было, как и их участия в войнах, кроме защиты дома. Да и бардак там есть в одежде, как поведала разведка.
— От спартанца слышу. Не, ну честно, такое удобное, свободное, и показать себя можно и в лоб двинуть... — крутилась перед зеркалом Теодора, пару раз выполнив удар с разворота разными ногами и стояла улыбаясь, смотря на Тео.
— Ты так ещё не готовилась с одеждой. И в том мире спартанкам можно и длинные хитоны носить, как в Афинах. Это нам в помощь, если чего.
— Так те выходы строгие, всё чинно, строго. Лицо кирпичом и одежда в пол. — вздохнула Теодора. — Точно, нужно длинные хитоны посмотреть!
При этих словах Тео чуть завис — примерка затянется ещё на час.
— Зато назагораешься. Там культ красоты, гармонии всего и тела. — Теодор хлопнул себя по лбу. — Точно... Реально придётся позагорать в костюмах Евы и Адама. Иначе пролетим в легендах словно белая моль на дорогом мехе. И загорать минимум неделю, благо наниты и кремы помочь должны для равномерности и ускорения загара.
Теодора, задумавшись, оценивая вид Теодора, уставилась ему в глаза. Простояв с минуту не моргая, она встряхнула своими шикарными волосами и молча, думая о своём, углубилась в поиск того, чего модельер не придумал, а цех не пошил.
— Осталось найти змея искусителя и яблоко. — негромко пробубнила ищущая Теа.
— Я за змея-покусателя могу сойти! — высказал агент, как-то расслышав бубнёж напарницы.
— Как-нибудь потом... Теодор, зараза! Не отвлекай!
— Ну да, полный шкаф одежды, а надеть — нечего.
— Ну, Теодор! Сбиваешь с мысли.
— Ладно, я пошёл чай пить, бумаги читать.
— А кто оценивать будет? Хотя, наши вкусы в чём-то совпадают... Ах ты гад... мёд не трогай!
— Не очень-то и хотелось. Но тебе — оставлю. — сказал Теодор увернувшись от летевшей в него древнегреческой сандалии, шустро исчез за дверью.
***
Две недели подготовки и плавный переход на местный аналог пищи закончились, пора отправляться. Теодор проводил проверку всего и вся:
— Так, торбы с аналогом местной еды, махайры и ксифос — есть. Перестань крутиться перед зеркалом, не накрутилась перед подготовкой?. Крепкие сандалии, хламиды, хитоны на нас. Аварийка... Перестань крутиться перед зеркалом. Мелочёвка, шкуры, шапочки и шляпы — тоже есть. Заколебала, перестань крутиться перед зеркалом — отвлекаешь. Обратный портал-маяк есть, гиматий — на мне. Теодора — телом присутствует, головой — в зеркале. Можем отправляться.
— Мне волосы так оставить или в хвост... или вот так? — крутясь у ростового зеркала спросила у Теодора.
— Эээ... Тебе всё хорошо. Но для спартанки в походе — лучше в хвост или в косу... с набалдашником, как оружие будешь использовать. Сделаешь по типу «утренней звезды»
— Пф, ещё красоту портить. — фыркнула как кошка Теа, при этом всё же посмотрела, как примерно могли бы выглядеть коса и набалдашник моргенштерна вместе.
— Так всё. Теодора, красавица, успокойся. Теодор? Готов? — сказал шеф.
— У меня — готово. Теодора — уже готова. — ответил агент, отрывая от зеркала напарницу и поднося её на руках как кошку к шефу.
— Присядем на дорожку и — в путь. — благословил шеф и все пошли в портальный зал.
Глава 2. Геракл, как первый
— Хороша комнатушка. — чихнув от пыли сказал Теодор. — Интересно... стены светятся, но свет — как искусственный.
— Будь здоров... Смотри, на стенах мелкие непонятные тексты. В интересное место нас портал вывел. — рассматривая стены высказалась Теодора.
— Спасибо. Интересно, сколько будет молчать Страж. И чьи следы на полу, ведут сюда... вот тут — потоптались. И... уходят обратно.
— А причём тут Страж? Разведка другую пещеру описывала. — немного удивилась Теодора.
— А то, что в центре куб на угле крутится тебя не смущает? — с ухмылкой ответил Теодор.
— А слона-то я и не заметила. Уважаемый Страж! Не могли бы вы выйти на связь с нами?
— Одиннадцать секунд. — сказал искусственный голос.
— В смысле, одиннадцать секунд? — спросил Теодор, на всякий случай взявшись за рукоять меча ксифоса, удобного, листообразной формы, как для закалывания, так и для рубки, а короткая длина до шестидесяти сантиметров позволяла вести бой и в помещении.
— Вам столько понадобилось понять, где вы. — ответил голос. — Я — Страж.
— Очень приятно, я — Теодор, а женщина — Теодора.
— Ваши разведчики сообщили, что прибудут те, кто может разобраться с моей проблемой… Поговорим?
***
— Удивительно, искусственный интеллект, оставленный какой-то древней цивилизацией, чтобы закрыть заразу в этом мире. — сидя у костра говорила Теодора, после беседы с ИИ, вытолкнувшим их в маленькую пещерку перед тоннелем к основным сводам своей пещеры, перекрыв вход и высказав, что так — нормально, и нечего маскировку нарушать.
— Реально интересно. Несколько сот лет мир живёт, происходит перезапуск за несколько лет до Заразы, достигает некоего развития, но чтобы пойти развиваться дальше, необходимо, чтобы Зараза не развилась. Иначе восстановление из бэкапа. И так по кругу уже.. даже умом не ухватить, более миллиона лет это длится — ответил Теодор.
— Это какая же мощь у такой цивилизации была. И почему она пропала.
— Так-то опасно с такими встречаться. Хорошо, что у ИИ ограничения есть. И плохо, он не видит, где Зараза. Хотя он нам маяк создаст совместимый с нашими нанитами и нами, может сработать, так как мы из другого мира маскировка той Заразы на нас может не среагировать и мы увидим эту бяку. И ещё эти следы…
— Ага, они же каждый раз появляются после восстановления, но каждый раз по-разному лежат.
— Ну что, спать? — спросил мужчина, устраиваясь поудобнее на грубой циновке, покрытой шкурой, накрывшись гиматием — длинным и тяжёлым плащом из овечьей шерсти, положив рядом меч и поправив нож-махайру — второе оружие к ксифосу, да и для бытовых целей хорош.
— Ну-ка, развалился тут. — сказала Теодора, подпихнув свою циновку к циновке агента, оттолкав его, накинула на себя большую часть гиматия. Но у Теодора осталось что-то похожее на спальный мешок, всё-таки метра полтора на четыре-пять метров позволяло двоим спать как в спальном мешке. Одежду в походе не снимали, по-спартански, чтобы не застали врасплох. Свою короткую махайру так же положила рядом с собой. ИИ вокруг себя держал что-то вроде контура безопасности — можно спать спокойно, не боясь нападения. Завтра — новые заботы по проникновению в мир.
***
Начавшееся утро принесло новые заботы. Нога в шпагате Теодоры была разделителем между ней и Теодором, чётко держа границу на замке. Попытка Теодора выбраться из-под гиматия заставила её побурчать:
— Держи тепло. Спи давай, рано же. Ммм... Какой у тебя... Как приятно на ощупь... В руку так и просится... Я поглажу?
— Хламиду накинь, теплее будет. И оставь его в покое. Мало ли чего. И определись, или будешь его теребить, или всё же спать?
— Спать и теребить.
— У тебя свой есть, укороченный, оставь мой нож в покое. Вторым не отдам. Да и завтрак нужно приготовить.
— Всё-таки на природе хорошо. Тепло тут, лето, а у нас там уже осень... — перестав дёргать боевой нож ответила напарница, оценивая поднимающегося напарника в утреннем свете. — Сколько нам ждать?
— Нам так и так неделю загорать где-то нужно. До моря около двухсот метров, на вид, ну или по местной мере где-то чуть больше стадии... Так что станешь цвета шоколада... Ням... О, Зевс! Дай мне сил выдержать, не поддаться чарам красавицы и не утонуть в блуде! — сделав лицо молящегося, с выражением вселенской печали, сказал Теодор.
— Всё в твоих руках, сам давай, активнее. — ответили мощным басом с небес.
Теодор икнул. Теодора приоткрыла рот.
— Так-так, какие руки, Дионис? Пусть нежность их соединит, любовь дорогу осветит... И куда ты лезешь, нахал, ай, алкаш? — раздался красивый женский голос на небесах.
— Афродиточка, лапушка, иди ко мне, глотни вина, предайся блуду!
— А ну цыц, устроили бардак! — прервал трёп ещё более мощный голос.
— А, не надо молниями, ай, больно. Папа, перестань! — кричали два голоса и небо озаряли вспышки молний, которые вскоре прекратились.
— Приехали. К нам пришёл белый, пушистый, толстый зверёк. — описала ситуацию женщина.
— Он не толстый, он — полный... Писец. — завершил мысль мужчина, посмотрев на Теодору, представив её в костюме Евы, да ещё с загаром, вздохнул: — Придётся переводить энергию из одного вида в другой, а то сорвём задание. Буду колоть дрова, как в «Укрощении строптивого», чтобы не перейти к прелюбодеянию.
С этими словами мужчина начал осматривать местную растительность, высматривая кипарисовую рощу, хотя мощные дубы, как и дикие оливы, что тут постоянно встречались, тоже могли подойти для труда до изнеможения.
— А мне чего прикажешь делать? Ты же тут сруб поставишь за неделю.
— Копай фундамент... Или спортом. До изнеможения. Будешь вся рельефной, введёшь новую моду фитоняшества на столетия. Будешь такая — два на два на два. — с усмешкой сказал Теодор. — Хотя фитоняши лучше, чем надутые мадам. Но поэму тебе посвятят, по заветам великого Некрасова.
Есть девы в спартанских селеньях
С спокойною важностью лиц,
Что колют орехи прекрасно
Лишь силой своих ягодиц.
Слона на ходу остановит
И хобот ему оторвёт.
И крепость с землёю сровняет
Как воин — чужого побьёт...
— Пф... мне нравится лёгкий и нежный рельеф на женском стройном теле, а два на два на два, агрессивно — это мужское. И фитоняшек к бодибилдершам — не ровняй! И копай сам, тут одни скалы, деревьев раз и... полтора, даже два не сказать, уже кончились. А это — спартанкам посвящай. Отбоя от них не будет. Хотя... нет, моё уже, не читай. Обойдутся.
— При перезагрузке всё обнулится. Да и не успеешь так усохнуть.
— Не обнулится. — раздался голос Стража. — Все, что на пользу мира идёт в отдельные блоки. Возможность убрать заразу в таком дополнении, если она там будет, не проблема. Проблема в чистке основного массива. Там просто не найти.
— Да что же такое. Как в бане, в одном углу сказал, в другом — ответили. — возмутилась Теодора.
— Вы просто в моём поле наблюдения. Потом я вам артефакты дам для связи. И хорошо, что вы будете тут заниматься физическим трудом, смогу матрицы построить, чтобы вас лучше отсекать от Заразы. — отозвался Страж. — И вот вам кирки и лопаты. Не благодарите.
— «Чиорт побери». И эта пещера борется за звание лучшей пещеры в Спарте... Интересно, а почему не у афинян? — спросил Теодор
— Вопрос к моим создателям.
— Отмазался? И успел от наших разведчиков стиль речи взять. — подковырнула Стража Теодора.
Их перепалку прервал приближающийся шум, похожий на топот копыт.
— О, кентавры! — воскликнула Теодора. — Какая прелесть.
— Ну если только они сами по себе, дикие, то это уже не прелесть. Они и воевали, и женщин похищали для утех часто. Хочешь? — недобро смотрел на стадо кентавров Теодор.
— Чёт они какие-то мелкие...
— Понитавры... не, поньтавры, так точнее. Это лучше, а то были бы с телами как у английских шайров, плюс тело от 2 метровых дядек...
— Ужас, как такого кормить, овса не напасёшься. Страж, это нормально, что они такие мелкие? И куда они так ломанулись? — спросила женщина.
— У нас — да. У вас, похоже, крупные были. А эти сейчас к фессалийским ведьмам поскакали, им для продолжения рода кобылицы нужны. А ведьмам — в радость. Как и Дионису.
— Осталось пегаса ещё увидеть. А лучше парочку, да приручить — будет и транспорт. — заметил мужчина.
— Не надейтесь, чужаков они к себе не подпускают. Сложно приручить. — ответил страж.
— Не мир, а сплошные греческие мифы и легенды. — задумался Теодор.
— Пойдем к морю загорать, а потом уже кирками махать, или?
— Совместим, к морю к вечеру, первые дни под солнцем… — сказал Теодор и посмотрел на Теодору
— Заботливый, проверку прошёл. Так и запишем. Сама бы не пошла, кожу нужно беречь. А там деревьев нет. — улыбнувшись, посмотрела на Теодора.
***
— Страж, долго ещё будешь с амулетами и матрицами копошиться? А то Теодор скоро у тебя под носом второй лабиринт а-ля Кносский для минотавра закончит. — пыхтя и размахивая киркой спрашивала Теодора.
— Два солдата и лопата заменяют экскаватор! — отозвался Теодор.
— Я — не солдат! — подняв палец вверх, ответила Теодора.
— Ты — спартанка! — вытирая пот со лба ответил агент, осматривая напарницу. — Труд — облагораживает человека!
— Бука!
— Выберемся к народу, сама себе понравишься, это не тренажёрка, это — лучше! А какой загар, м-м-м! Правда уже декада прошла, нам как-то уже и отправляться бы.
— Всё, закончил, просто страхуюсь. Да и вы мне интересны, а то каждый раз после перезагрузки почти одно и то же, тоже хочется развития мира. — отозвался Страж. — Завтра можно отправляться. Артефакты-амулеты для дороги. Это к основному поисковому. И я подгоню двух местных лошадок и будете богатыми. Но сами от расспросов что-нибудь придумаете, что, бастарды Богов, вершить подвиги посланы. И это лучше всего... Как раз поиск Заразы, чего непонятно? Вот вам и задание. О, «Мрак Тартара» или «Безумие Тартара» как раз будет хорошо для Героев…
— А лошадки-то без сёдел будут, не изобрели ещё... попа и бёдра будут... —негромко вслух начал думать Теодор.
— Гусары! Молчать! Моя попа, мои бёдра. Какие надо, такие и будут. — с улыбкой ответила Теодора мужчине, провожая взглядом спартанок, видимых вдали, которые были похожи по одежде скорее на дев из комиксов. — Только спешить не будем, пока не привыкну. Хорошо?
— Слушаюсь и... повинуюсь...
***
— До Спарты дневной переход остался, один уже прошли... Хорошо, что не через горы. — говорил Теодор, провожая взглядом героя, который бежал от взбесившегося вепря, показывая хорошую скорость на пересечённой местности уровня ралли Париж-Дакар. Правда, вепрь — поменьше Эриманфского.
— Только эти полудурки спать не дадут, так и будут тут кругами бегать. Уже солнце заходит, нужно на ночлег становиться. — ответила Теодора, тоже смотря за забегом. — Не нравится мне это, этот геройчик к нам бежит...
— Твою-ж... и копья нет, а дротик — хиловат будет, да и ксифос короткий — спрыгивая с верной Плотвы, названной по завету Геральта из Ривии, сказал Теодор и быстро смещаясь вбок для удобной позиции для удара.
— Помогите! — прокричал герой, пробежав на большой скорости мимо.
Вепрь, увидев стоящего человека, чуть изменил направление, но увидев, что тот никак не реагирует, только на лице у того просматривалась безумная ухмылка человека, который таких вепрей на маленьких кабанчиков и голыми руками порвёт, резко затормозил от такой наглости, даже ускорил торможение, врывшись в скудную землю клыками и набрав полную пасть земли, сделал небольшую траншею и тут же получил удар плашмя мечом по макушке, затем спартанский пинок под зад, и ещё один, и ещё один. А увидев, что к нему движется женщина с горящими зелёными глазами, с волосами, локоны которых управляемыми нанитам, как стрелы Артемиды, смотрели на него, да еще и молнии, мелькавшими между ними, как у трезубца Нептуна — дико взвизгнув, выплёвывая комья земли, рванул в сторону не так далеко видневшейся рощи.
—Убежал завтрак... обед и ужин. Хотя... Можно было бы попробовать приручить. — с печалью отозвался Теодор, стирая пот со лба. — Здоровый же гад, где стероиды достал только?
— Не прокормим. Если этот как небольшой внедорожник, то какой тогда размерами Эриманфский кабанчик… — уже пришедшая в себя от встречи ответила Теодора.
— Приветствую вас, спартанцы! Я — герой Геракл! — представился худой, хотя и жилистый молодой человек.
— Теодор и Теодора. Как-то тоже герои. Что-то ты мелковат для героя.
— Ну, просто болел я.
— А где Эриманфский вепрь... вернее понятно, что он далеко отсюда. Но такой небольшой — и уже Геракл? — спросила Теодора.
— А так я это, тренируюсь. — оценивающе смотря на женщину, ответил Геракл. — сразу к походу по нескольким подвигам. Можно с вами заночевать, а то мои вещи у рощи?
— Бегом — успеешь. Как раз к ужину — накормим.
— Эх, тогда — побегу. — сказал парень и побежал за вещами.
— Точно сбой в мире. Вот увидишь, ко мне, это чудо, поприжиматься под гиматием захочет. — выдала мысль Теодора, чистя зайца, пойманного пару часов назад в проверенной амулетом от Стража на пригодность к употреблению небольшой речке. — Вот репей, если прицепится, что будем делать?
— По крайней мере — дойдем до Спарты. А там... решим. Пока в храм Артемиды Орфии не заглянем, артефакт не заработает. Всё-таки Богиня охоты для нас самое оно, выслеживать по следам — ответил Теодор, разведя костер и готовя спальное место. Транспорт он уже стреножил.
Гераклу так и не удалось попасть под бочок Теодоре и он грустным лёг спать, используя своё походное снаряжение. Утром, после спартанского завтрака, заправив бурдюки свежей водой, двинулись в Спарту и к вечеру добрались до города...
Спарта — это не про красоту. Это про точность. Дисциплину. Про удобство защищать.
Узкие улицы, грубый камень, запах дыма и смолы. Пот и лошади, жареное мясо и железо из кузниц. Город будто собран из дисциплины: ничего лишнего, всё — для дела. Не Афины с их мрамором и портиками. Здесь — камень, железо, порядок.
На периферии простые места силы. Алтарь Ареса под навесом: тут дают клятвы и берут оружие. Гермы Гермеса у ворот: на них оставляют метки для своих. Скромный алтарь Гефеста в кузнечном квартале: дым, искры, звон.
За стенами — дикие рощи. Там тренируют охотников. И первыми замечают, если мир «гаснет»: птицы замолкают, трава выцветает.
А в центре города — храм Артемиды Орфии. Приземистый, из тёмного камня, без пышности. Всё строго, ничего лишнего. Ощущение чистого взгляда, поиска и взятия следа, невидимого охотника и страх преследуемой добычи с торжеством после удачной охоты. Тут, на алтаре, артефакт поиска и должен стать частью мира и увидеть скрытую заразу.
Жрец, каким-то шестым чувством узнав в гостях бастардов Богов, Героев, сразу предложил не просто ночлег, а ещё и приказал накрыть небольшой стол, чтобы Герои не уходили в отдельные трапезные, принятые у спартанцев. Лошадей устроили в конюшнях. Послушав истории гостей, особенно заливавшегося соловьём Геракла, который столько наговорил, особенно про то, как Теодор и Теодора помогли прогнать ему злого вепря, который с начала рассказа из размера «с лошадь» вырос до небольшой горы. Теодор, сделав известный жест рука-лицо, предложил всем лечь спать, а завтра уже решать проблемы.
Глава 3. Персей и балаклава
— Так-так, кто это у нас? — красивым грудным голосом прервала завтрак Артемида. Сейчас она имела вид воительницы. Правда, без лука. Подтянутая, стройная, лёгкий рельеф мышц фитоняши. В гостях у спартанцев, всё-таки, нужно показывать пример. Распущенные русые волосы красиво спадали локонами ниже плеч. Большие лиловые глаза немного светились. Олениха, её спутница, выглядывала с любопытством из-за спины.
— Не говорите... Очередные Герои? — прищурив глаза и осмотрев всех, добавила: — Жрец, погуляй немного, у нас будет тут разговор, женский.
— Да, Богиня. Уже удаляюсь.
Посмотрев на Геракла и стукнув его по носу, отправила того в нирвану, чтобы он ничего не вспомнил, кроме встречи с ней. Тот мгновенно ушёл в себя, застыв с глупым выражением на лице. Молодой просто. После, повернувшись к агенту, провела тот же фокус... потом ещё, и ещё...
— Не сработает. Лучше дротиком ударь. — не выдержала Теодора.
— Эээ... почему, зачем? — удивилась Артемида.
— Ну или его вырубишь, или дротик сломаешь.
— Не надо ломать предметы. — ответил Теодор. — Артемида, честно, перестань меня щёлкать по носу. Он у меня как у вашего Диониса скоро станет красным.
— А откуда ты знаешь, что он у него красный? — удивилась та.
— Пьёт он, вот скорее всего реакция организма.
— А... А не те ли вы двое, из-за которых наш папочка пятые точки Дионису и Афродитке поджарил? Дионису-то ладно, с него как с гуся вода. Но попа Афродиты пострадала. И всё из-за тебя, мужчина. И нам, женщинам, нужно быть вместе и защищать свою честь.
— Не только честь, но и совесть этой эпохи. — добавил Теодор.
— Да всё верно! — подхватила Артемида. — Так, стоп, какую ещё Совесть? Это кто такая? Я такую Богиню не знаю.
— Артемида, дорогая, не обращай внимание. Он заболтает ещё. — отвлекала Теодора. — Но сразу скажу, лучше не наседай, у него терпение не настолько бесконечное, отшлёпать может, и не только прутиком, и не только меня... одну.
— А... Вот значит как. — уже с другим интересом посмотрела на Теодора Артемида и её глазами засветились ещё ярче. На что Теа врубила свои зелёные «прожекторы», чуть не ослепившие Артемиду, и та сразу потушила свои глаза, увидев не слабую деву, быстро захлопала ресницами.
— Вы же чужие в этом мире, что вас сюда привело? — взяв в себя в руки спросила Богиня.
— Ваш Страж. Нам нужно активировать работу поискового артефакта, который поможет найти заразу, и, если всё будет хорошо, найти источник, что ломает ваш мир. Частично он идёт с Тартара.
— С Тартара... нет, это слишком, не может дедуля Кронос. Не такой самодур, чтобы разрушить мир. — встала и стала ходить туда-сюда Богиня. — Но дырка там — возможно, есть. А может... и нет. Нужно сестёр-братьев поспрашивать. Артефакт давайте, запустим. Самой интересно.
— Дырка на хитоне, а там — отверстие. — с выражением мудреца заметил Теодор.
— Или проход, или червоточина. Голубоглазую нужно с шестой лабой сюда. — дополнила Теа.
— Кто такой Лаба, и кто такая Голубоглазая. — спросила Богиня.
— Наши соратники и Богиня науки — ответила агентесса.
— Теодора, ты хочешь мир починить или бардак устроить? Боюсь, тут Дионис с его шутками почувствует себя ребёнком, с такими воинами науки. Особенно, когда вас с голубоглазой вместе запускать, тут ещё и Богини передерутся. Артемида, ты с нами? — спросил агент, смотря на вставшую в ступор Богиню, у которой дёргался левый глаз.
— Папочка... Зеленоглазая... Голубоглазая... — оседая на стул пролепетала Артемида, с которой сошёл загар и она стала белая, как луна.
— Так, иди лошадок проверь, нельзя же так с нами, Богинями. — говорила сквозь зубы Теа, выталкивая агента из трапезной. — А я... пока Артемиду назад верну.
***
Приведя в чувство Богиню, активировав артефакт, проведя совещание, определили, что нужно двигаться куда-то туда. Возвращенный из внутреннего мира Геракл в совещании не участвовал, его еле-еле выпинали за дверь. Переоделись в одежду, больше похожую на одежду из кино или комиксов. По имеющимся картам направление определено было в сторону Аргоса или Коринфа... Плюс-минус сотня стадий — кому-то не крюк. Ближе к тем местам будет понятно, куда нужно двигать. Ещё у Стража уточнили, может ли он для Артемиды сделать артефакт, который будет ему передавать данные, а нам карту с завязкой на другой артефакт, чтобы мы уже как-то нашими знаниями упрощали поиск, используя триангуляцию по местности. На слово «триангуляция» Артемида обиделась, и сказала, что ей в лесах никто не сможет сделать триангуляцию. И она чистая и непорочная дева. Пришлось Теодоре её успокаивать. Когда всё она поняла — согласилась забрать в пещере Стража такой набор по готовности. Ещё бы, поучаствовать в охоте на Заразу, да с новой игрушкой и по её любимому профилю.
Пришлось взять третьим в поход Геракла. Теперь есть кому охотиться и помогать по мелочи. Хотя было подозрение, что это не совсем тот Геракл. Поддельные Герои уже бывали.
Шёл третий день пути.
— А-а-а-а! — раздался громкий крик где-то сверху. И этот крик заставил всех напрячься и искать источник шума.
— Вон там! — выкрикнули хором все трое путешественников. Сверху с неба падала человеческая фигура, непрерывно взмахивая руками, но это не помогало лететь.
Раздавший грохот от удара и куча пыли, из-за слабого ветра, рассеивалась несколько минут, при этом постоянно раздавалась ругань из места приземления.
— Не, ну Дионис. Достал со своими шутками... Мало ему батя недавно всыпал.
Подойдя к воронке, образовавшейся после приземления, все увидели очередного Героя. Это был Персей. Видимо, он летел по своим геройским делам, но не долетел. Не успев вылезти из воронки, как ему на голову упали таларии — сандалии с крыльями. Опять высказав своё почтение Дионису, он вылез из воронки, держа таларии, у которых были потеряны ремешки крепления за щиколотки.
— Привет, Герои, чего бегаете?
— Ну здравствуй, Персей. Я — Теодор, моя спутница — Теодора, и вот чудо-юноша Герой — Геракл.
— Э... какой такой Геракл? Не помню про упоминание такого в пантеоне... А, ладно. — махнул рукой Персей, ища что-то в торбе.
— А чего на Диониса ругаешься? — спросил Теодор.
— Тео, не спрашивай. Кентавр он редкостный, подрезал ремешки у сандалий, вот я и навернулся. Лечу спасать Горгону, а он, понимаешь, козни строит.
— Погоди, а Андромеда? — удивилась Теодора.
— А она с морским чудовищем шашни мутит. «У нас любовь», говорит.
— А Горгону от кого? — ещё больше удивилась Теодора.
— Так... А действительно... А, вспомнил, от насмешек. Её же постригли, новые змеи отросли, но она пока не восстановила силу. Учить драться её буду. Может, и женюсь. Такая милаха. — закатив глаза ответил Персей, вытаскивая из торбы балаклаву и надевая её на голову.
Геракл его тут же потерял, но агенты его прекрасно видели.
— Э, вы меня видите? И так? И так? — повертелся перед ними Персей.
— Наша сила другая, так что. И где балаклаву взял? — спросил Теодор.
— Это бала что? Ай. Так три старухи продали, типа связали вот, держи говорят, недорого. Ну и взял. Почему-то только с вами не работает. — ответил он, приделывая верёвки вместо ремешков и надевая таларии на ноги.
— О, привет. А чего вы с пустотой разговариваете? — как из ниоткуда появилась Артемида и стала оглядываться, пытаясь понять, с кем идёт беседа.
— Со мной. — сняв балаклаву ответил Персей.
— О, Герой, привет! А чего ты тут делаешь? — радостно заискивая воскликнула Богиня.
— Падаю я тут. Ладно всё, я полетел, нужно сандалии нормально починить и — к возлюбленной. Позже встретимся, весточку передам. Одев балаклаву на голову, Персей рванул куда-то туда. Только поднятая пыль выдавала его быстро удаляющееся положение в пространстве. А агенты увидели, как тот пошёл на взлет после разбега.
— Страж! И так во всех циклах? — спросил агент.
— По-разному, но обычно так. — ответил тот.
— Вечереет... Ну что, вон там, в одной стадии виден ручей с горы, предлагаю там и заночевать? Богини? Геракл? Ге-ера-акл? Геракл, вернись, всё прощу. — сказал Теодор, подойдя к одуревшему парню от того, что он увидел Богиню и нового Героя и отвесил лёгкий подзатыльник.
— Ты с нами?
— А? Что? Аааа... Артемида? Где Персей? — испуганно спросил Геракл.
— Персей улетел, но обещал вернуться. — задумчиво ответила Теодора.
— Мда, Персей же должен был у старух обманом получить инфу, где взять тапки полётные. У стигийских нимф... или забрать в прокат у Гермеса? Горгону убить, на Андромеде жениться, когда от чудовища морского спасёт, грохнув царя Полидекта... Ещё и балаклава, но она же должна быть у нимф, нет шлем должен быть, а балаклава... как в этот мир попала? Да и Геракл же... правнук Персея... — ещё более задумавшись пробубнила Теодора.
***
За ужином решили, что Артемида поведёт быстрыми тропами, известными только ей. После утреннего сбора, проверив снаряжение, Артемида вывела всех на быструю тропу. Очень быструю.
Первыми вылетели три лошади и олениха. Пробежав с сотню шагов, транспорт Богини и Героев понял, что-то не так и остановились, озираясь вокруг. Следом чинно вылетел Теодор и пробежав шагов двадцать так же остановился, но резко развернулся на 180 градусов в сторону места выхода. Через несколько секунд с криком «Лови меня!» выбежала Теодора, но шагнувший в сторону Теодор не обратил на крик внимания.
— Так, а чего меня не ловишь?
— А смысл, ты же не летишь?
— Ну так бы лёг на спину, я бы прилетела и сверху, а потом бац, и... пяткой в лоб. — мечтательно высказалась Теодора, уже стоящая рядом и тоже смотревшая в сторону места выхода.
— Не повезло. Сандалии с закрытой пяткой — ещё больше не повезло. — ухмыльнулся мужчина. — И где снаряжение? Кроме ножа и меча ничего не осталось.
— А-а-а! — из входа в тропы, теперь выхода, вылетела вращаясь в горизонтальной плоскости Богиня, сидя на щите, с которым путешествовал Геракл. Проехав на том между отступившими в бок агентами, шагов пять, остановилась к ним лицом, встряхнув головой упала на спину, ноги — на ширине плеч. Для упора. Тело само сработало — как у подготовленной спартанки.
— Что-то экспресс тропы какие-то странные — где были, там и остались. — заметил Теодор.
— Ага. А вот и Геракл. — сказала Теодора, наблюдая за вылетевшим из портала юношей, который пробежав с десяток шагов, чуть споткнулся и ему пришлось чуть ускориться, что бы не упасть.
Геракл увидел лежащую соблазнительно Богиню, не удержался и всё-таки на ходу споткнулся ещё раз, рухнул на неё сверху. Чуть приподнявшись на руках, увидев недобрый взгляд светившихся лиловых глаз он упал ей лицом на грудь и затих без движения.
— Снимите это с меня! — прошипела Артемида.
Теодор поднял застывшего в странной позе юношу и прислонил его к рядом стоящему дереву так, чтобы он упирался в то руками. Вышла композиция, напоминавшая скульптуру «Юноша, сливающийся с природой»
— Дорогая, долго ты будешь смотреть в небо? — с выражением наставницы спросила Теодора, но ответа пока не получила.
— О'кей, Страж, мысли есть? А то ощущение, что нас просто дух дорог не принял. — спросил Теодор.
— Так и есть. Вы чуждые всё-таки миру. Придется разделяться. — ответил тот.
На этих словах из входа-выхода вылетело всё остальное снаряжение.
Выведя из ступора Геракла, Артемида отметила: «Слабая молодёжь стала» и опять проверив, всё ли на месте, Артемида с Гераклом въехали на быстрые тропы. Через минут десять, Артемида опять появилась, сказав, что нормально, и в нужных точках сделают, что нужно, сверившись с записями, благо Боги знали грамоту и счёт, растворилась на тропе.
— О'кей, Страж, проложи нам маршрут до Астрона.
— Маршрут построен. Длина маршрута — сто..тридцать...пять... стадий. Двигайтесь по дороге пять..десят... стадий прямо. На перекрёстке, поверните на...право. — гнусавым голосом навигатора ответил тот.
— Поехали. Из-за гор так длинно. Как раз к вечеру прибудем. — сказал мужчина.
— Через семь... стадий сверните на...право на объездную. Впереди авария на мосту.
— Да что же это... — воскликнула Теодора. — Хотя... удобно.
— Страж, как узнал? — спросил Теодор
— Так я, благодаря артефактам на вас вижу энергии всего живого на десять стадий, примерно. Маршрут на двадцать стадий длиннее будет.
***
На подъезде к Астрону, который в нашем мире стал Астросом, агентов обогнала странная процессия с криками: «Прижмитесь к обочине!».
Первый конный воин спарты, на голове имел мигалку, мерцавшую синим и красным светом, в руках был рожок, который повторял кряк сигналов спец машин, второй был просто готовый ко всему спартанец. За ними следовали: богато украшенный уже не совсем воин, афинянин с двумя своими воинами, и за ними ещё два спартанца, у замыкающего на голове тоже была такая «мигалка», как у первого. У всех афинян висели таблички, как бы с дипломатическими номерами... точнее с надписями — «послы Афин в Спарте».
— Хм, видимо из-за них на мосту переполох был. — с удивлением хмыкнула женщина, провожающая быстро удаляющихся конных.
— Странный мир, но интересный, согласись? Да и наши возможности тут иные, почти магические — сил больше, выносливости тоже, тела заметно крепче. Про симпатичность кое-кого — просто промолчу.
— Вот значит как, я это запишу. — с искорками в глазах ответила спутница.
— Страж! У меня к тебе вопрос. Правильно ли я понял, что ты к нам сам пробивался? И у меня ещё подозрение, что из похожего по развитию мира что-то попадает, некоторые события на эту мысль наталкивают. И ещё странность заметил — одеяния у некоторых спартанцев, как и спартанок, как у работ наших художников — больше свобод, придумок и эротизма. — спросил агент.
— Да, я сам к вам. От вас много стало возмущений от порталов, вот и попытался, но вы в мой мир сами портал открыли, я только у вас пошумел. Да, с одеждой тоже бардак. — ответил Страж.
— А могли открыть другие, кроме нас... Ладно, а ещё кого чувствовал? С других веток?
— Было пока три ветки, ваша, другая, но у неё другой почерк, и она раньше вас умела так. И было несколько коротких. Причём один раз от вас, но с сигнатурой, как на третьей ветке. Всё, больше данных нет.
— Вот это поворот. — удивлённо посмотрела на напарника Теодора. — Как тебе?
— Пусть в ЗНУИ думают, когда данные привезём. А мы пока будем тут исследовать. И эта делегация с красно-синими ведёрками на головах мне не нравится, небось в Астрон ночевать.
— А давай тогда не в Астроне остановимся, а на берегу Миртойского моря? Там и отдохнём, и ещё замеры сделаем и тут. — сделав глаза как у девочек из японской манги, спросила Теодора.
— Тут спорные территории афинян и спартанцев, хотя в реальности местными друг с другом грызлись. Могут попытаться побить, потом героически отступить. Если только флаг поднять — «Мы Герои — тут» и стрелочкой указать…
— Страж, что скажешь?
— Сильно шуметь если не будете, то с десять стадий зону обеспечу, только воткните в землю артефакт поиска, через него удобнее, чем через артефакты на вас. Костер вы без дыма и света умеете делать, видел, так что — развлекайтесь! — ответил Страж.
— Догоняй! — крикнула Теодора, пришпорив пятками свой четырёхногий транспорт и держась крепко за того бёдрами, рванула к побережью для отдыха.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
