Тень Тхэурда: крик под водой
Глава 6. Сон, который снится мертвым.
Рэя все продолжала смотреть на неспешное вращение семи колец и не могла поверить в случившееся. Веками Армиллярная сфера служила темницей для оскверненной богини. И столько же ни одна печать не надломилась. А прямо сейчас Рэя воочию видела падение одной из них. Значит ли это, что кто-то в Патере разрушил гробницу одного из Четырех генералов?
— То, что висит в небе, несет угрозу? – спросил Конфлагр, прервав звенящую тишину.
— Да. – ответила Рэя, опуская подзорную трубу. – Это Армиллярная сфера – темница для той, кто создает из людей Пусто́т.
Вечногорящий молча незримо смотрел на девушку, осознавая ту же серьезность случившегося.
— А что видит твое восприятие? – обернулась на него девушка.
Конфлагр пригляделся еще раз на черную тучу, скованную молниями.
— Хм, по сравнению с тем, что я узрел давнее время назад, сейчас ничего не поменялось. Та же невероятная концентрация мора, зависшего высоко над водой. Столько времени я пытался разгадать эту загадку, и решение пришло в момент безрадостный.
— Ну, печатей осталось еще семь. – пожала плечами Рэя. – Правда, за последнюю тысячу лет ни одна не пала.
Понаблюдав за Армиллярной сферой еще некоторое время и выслушав довольно подробное объяснение Рэи, было решено спускаться. Теперь же девушка сильнее прежнего жаждала добраться до Якоря и вернуться в родное королевство, где, видимо, происходили ужасающие события.
Попытка пригласить Мус-Мус к их маленькому путешествию не увенчалась успехом. Мшистая гусеница предпочитала в одиночестве бороздить скалистые просторы, и едва ли Рэя могла постичь разум вольготного левиафана. Поэтому, как только путники попрощались с новым другом, та тут же уползла к другой горе.
Конфлагр пошел впереди. Плетеный мост с туго натянутыми лентами слегка провисал под его весом. Стопы Вечногорящего, как и руки, были потушены, но не это напрягало девушку.
— Слушай, я в прошлый раз не стала говорить, но этот мост держится буквально на соплях.
— Тогда не стоит задерживаться. – Конфлагр прибавил шаг. – И что такое сопли?
— Ну, – Рэя задумалась, стараясь аккуратно ступать по хлипким лентам. – Как бы… когда слизь из носа течет.
— Звучит неприятно. Дыхательные ходы стэнторов устроены иначе, поэтому не продуцируют никакую… слизь.
Тут одна из широких лент оборвалась у дальнего края моста. Старый мост покачнулся, будучи взбудораженным внезапной волной. Рэя ухватилась за трос, распушенные волокна которого не выдержали и лопнули.
«Вот непруха!» – мысленно выругалась Рэя, прежде чем трос окончательно оборвался и половина моста повисла над снежной горой.
Конфлагр среагировал быстро – успел схватить падающую девушку за руку и ухватиться за край провисшего моста.
— Отличная реакция, здоровяк! – крикнула ему Рэя, не обращая внимания на застилающие глаза капли пота. Она глянула вниз, проглотила ком в горле и буркнула: – Вот что называется «в шаге от погибели».
Внезапно их качнуло, и мост вдруг стал ниже. Еще пару лент лопнули и герои стремительно начали падать. Тело Вечногорящего в момент погасло, он прижал девушку к себе как раз перед столкновением со снежным пластом.
В ушах свистел холодный ветер, а в лицо били острые снежинки, пока они стремглав катились с горы. И все бы ничего, если бы не отвесная пропасть, к которой вел снежный склон.
— Впереди пропасть! – прокричала Рэя, и стэнтор крепче сжал ее.
Бедствие закончилось так же быстро, как и началось. Они оба угодили в пасть ущелья. Рэя нахмурилась, чтобы всеми силами на зажмурить глаза перед надвигающейся погибелью. Едва осознав, что произошло, она оказалась висящей под рукой Вечногорящего, который в свою очередь крепко ухватился за выступ в пологой скале.
— Иной раз лучше промолчать. – тихо выразился Конфлагр.
— Мгм.
Конфлагр продолжал крепко держаться за каменный шип, опасно нависая над черной бездной. У Рэя помутилось зрение, стоило только глянуть вниз.
— Здесь опасно. Это ущелье Парящей Черноты. Раньше здесь добывали мавхэ́рен – черный песок, но ныне это обиталище мутировавших стэнторов. Они намного опаснее Пусто́т. Прямо перед тобой – выход. Когда спустимся, сразу беги туда. Понятно?
— Мгм. – интенсивно закивала Рэя.
Медлить Конфлагр не стал, спускаясь рывками. Хоть Рэя и сама любила прибегать к такому способу для быстрого передвижения, но, не имея контроля, внутри все сжималось каждый раз, когда они стремглав пролетали несколько метров до следующего каменного уступа.
Мгла в ущелье становилась все более плотной. Помимо летающих багровых пушинок, в воздухе мерцали серо-черные песчинки, словно базальтовая пыль. С каждым метром дышать становилось все труднее.
После очередного пролета Конфлагр вдруг замер. Его острый слух что-то уловил, хотя сама девушка слышала только свое гулко колотящееся сердце.
— Держись! – скомандовал Конфлагр.
Рэя почувствовала, как его рука напряглась, а затем взметнула маленького человека в воздух, словно котенка. Он с легкостью кинул девушку к противоположной скале, где уже пробивался слабый свет Ардора.
— Не оглядывайся! – строго наказал он и спрыгнул на дно ущелья. Вечногорящий тут же вспыхнул ярким огнем.
Рэя даже пискнуть не успела, как врезалась в отвесную скалу, намертво ухватившись за выступы. Обернувшись, она смогла разглядеть через густую мглу только слабый оранжевый свет. Из глубины ущелья, где его огонек стремительно перемещался в разные стороны, доносились рычащие звуки.
Девушка едва сдерживала порыв рвануть ему на помощь, но разум твердил иное. Выход из ущелья был близко, да и Конфлагр способен справиться с парой тварей, если выживал в таких диких условиях сотни лет.
Глаза Рэи расширились, когда она услышала тихое потрескивающее дыхание прямо над головой. Она медленно подняла взор кверху, хотя шея всячески проявилась любом движению. На лоб упала горячая капля. Сморщившись, Рэя мазнула по ней пальцами, подмечая неприятный запах. Она вновь посмотрела наверх и тут же наткнулась на два зеленых огонька, вперившихся прямо в нее. От испуга пальцы разжались сами собой, и она шлепнулась на землю.
Не давая себе времени на размышления, девушка перевернулась на живот как раз в тот момент, когда рядом тяжело приземлилась тварь. Ее острые длинные когти раскрошили каменистую землю в том месте, где секунду назад была голова девушки.
Рэя подскочила и побежала прочь. Слабый оранжевый свет Ардора, с трудом просвечивал вдалеке и казался недосягаемым. Позади послышалось озлобленный стрекот, сменившийся приближающимся топотом. Каждый удар конечности о землю становился все громче и громче, эхом отдаваясь в ушах.
Волосы на ее спине встали дыбом. Она резко рухнула вниз, проскользив по земле. В этот момент над ее головой проскочила сначала четырехпалая лапа, а потом и само жилистое существо. Путь к выходу оказался прегражден!
Рэя нащупала нож, не отрывая взгляд от мутировавшего стэнтора, скалившегося на четырех конечностях, словно вздыбленное животное. Размеры его были огромны, и маленький ножик ей точно не поможет. И пусть Конфлагр предупреждал ее, что тело еще не готово, потоки не до конца адаптировались, но когда глаза монстра сверкнули раскаленной яростью, Рэя поняла – сейчас или никогда.
Тварь бросилась на нее. И это было хуже, чем гахари, яростнее, чем Пусто́та, опаснее, чем человек. В руке девушки переплелись серебряные ниточки, которые мгновенно окрасились чернотой. Сжав нечто тяжелое, она среагировала в последний момент, когда мутировавший стэнтор уже бросился на нее. Легкое движение кисти, слабый отблеск оружия – и ее лицо окропили теплые багровые капли. Враг упал рядом, яростно заревел, пытаясь ухватиться за обрубок конечности, из которой сочилась кровь. Отрубленная лапа безжизненно валялась рядом.
Рэя непонимающе посмотрела на призванное оружие. В тусклом свете Ардора она видела длинное лезвие, покрытое темными разводами.
— Меч? Но откуда? – задалась она вопросом, ясно помня, что всю жизнь ее духовным оружием был посох. Неужели, все дело в чужеродной энергии?
Вдруг стало тихо. Глаза Рэи в испуге устремились на то место, где должен был в агонии барахтаться монстр. Там никого не оказалось – только размазанная лужа крови. Рэя сглотнула ком в горле и решила поскорее выбраться из этого проклятого места, крепко сжимая меч в руке.
Только очутившись за пределами мрачного ущелья, она перевела дыхание. Снаружи все еще стелился густой туман, но цвет его пламенел все ярче, чем дальше от Парящей Черноты. Все звуки резко стихли, словно их поглотила эта пелена. Обернувшись, она не увидела и намека на огонь Конфлагра.
— Черт! – поджала губы Рэя, злясь на саму себя, что решила послушаться Вечногорящего. В глубине ущелья все еще слышались приглушенные шорохи да стрекот.
Рэя решила аккуратно пробираться через непроглядную пелену, в которой едва была различима тропа. Вскоре каменистая дорожка оборвалась, оставив только заросшую странным ковром землю. Багряный мох не вызывал доверия, но у девушки не было выбора. Она осторожно потоптала ногой поверхность и, чувствуя устойчивость, встала на моховое покрывало целиком.
— Вроде приемлемо. – кивнула она и продолжила идти вперед.
Со следующим шагом нога мгновенно увязла в трясине. Багряный мох от такого действия неровно бултыхнулся.
«Да не может такого быть!» – пронеслось в ее голове.
Попытка Рэи медленно вынуть ногу из трясины лишь ухудшила ситуацию – болото утянуло ее еще глубже.
— Ну уж нет!
Рэя собралась с духом и попыталась развернуться, держа меч как можно выше. Это действие погрузило ее в трясину по пояс. Однако девушке нужно было всего лишь воткнуть меч в твердую почву. Она сотню раз проворачивала такой трюк с посохом, используя духовную энергию и намертво впечатывая оружие.
Девушка занесла меч над головой и со всей силы воткнула острие в край земли. Духовная энергия, что текла по ее жилам, обожгла ладони. Меч гладко вошел в твердую поверхность… и распался на крохотные искорки, которые через пару мгновений испарились. Энергия этой планеты все еще была чужда для нее.
— Нет! – в сердцах выругалась Рэя.
Она мотала головой во все стороны, пытаясь справиться с безвыходной ситуацией. Здесь не было ни камышей, ни веток, ни треклятых лиан. Ничего, за что можно было бы ухватиться.
Трясина вновь булькнула, сожрав еще немного ее тела.
— Да я же не двигаюсь. – прошипела девушка, но тут на поверхности вязкой жижи лопнул большой пузырь, погрузив жертву глубже.
Она судорожно пыталась сообразить хоть что-то. Малейший проблеск надежды теплился в сознании, но все не разгорался. Когда подбородок уже пачкался в грязи, она отчаянно позвала:
— Конфлагр? Конфлагр!
Но ответом была тишина. Сейчас она даже не отказалась бы от внезапного появления монстра. Даже при таком исходе был шанс, что он случайно вытащит ее из болота.
«Точно!» – подумала Рэя и вдохнула поглубже как раз перед тем, как трясина полностью ее поглотила.
Место ее заточения испустило чвакающий звук, лежащий неровными пятнами мох прогнулся. Меньше чем через секунду Рэю вдруг выплюнуло из темноты Потока, и она оказалась в десяти метрах от пагубного места.
Она уже хотела победоносно воскликнуть, как тут же просела на полметра в бултыхающейся трясине.
— Да как так-то!
Весь энтузиазм испарился. Пусть она и переместилась в другое место, но это все еще было болото, которое начало утягивать ее намного быстрее. Девушка ничего не успела предпринять, как трясина поглотила ее с головой.
Она хотела повторить недавний трюк. Даже если ее выкинет на вершине монолита, это все равно будет лучшим исходом, чем смерть. Но тут она почувствовала, как некая сила тянет ее наверх. В легкие ворвался желанный воздух. Ее, словно тряпичную куклу, подняли над терракотовым ковром.
— Жива? – раздался низкий голос, а в воздухе запахло озоном и гарью. Конфлагр всеми сила пытался сдержать смешок.
Рэя сплюнула густую, как смола, жижу, в которой, кажется, кто-то шевелился, и прохрипела:
— А похоже?.. Типа того.
— Хорошо. Нечего нам здесь делать, пора бы возвращаться. – сказал Конфлагр, усаживая крохотного человека к себе на плечо. Огонь на его теле продолжал полыхать с другой стороны.
— Валим отсюда. – отрезала она, яростно протирая глаза, отчего грязь только сильнее размазалась по лицу. – Ненавижу это место. Каждая кочка, каждая тварь… Здесь даже воздух хочет моей смерти.
Девушка притихла, продолжая с сопением стряхивать с себя грязевые ошметки.
— Хм, ты стала немногословной. Я думал, что после произошедшего, ты будешь более… говорливой. – Конфлагр осторожно ступал по траве, безошибочно выбирая путь.
— Если я начну, у тебя уши завянут. – горько рассмеялась Рэя, дернув плечом.
— Что ж, стоит заметить: из всего твоего рода ты поразительно живучая. – миролюбиво заметил он.
Брови Рэи взлетели кверху в удивлении, не зная что и ответить.
— А ты, я смотрю, удивлен?
— Приятно удивлен, прошу заметить. – поспешил ответить Конфлагр.
— Ну ладно, выкрутился. – закатила глаза Рэя, вытаскивая кусочки жидкой тины из волос, и тихо добавила: – Спасибо.
— Я бы не мог оставить тебя на верную погибель. – тихо ответил Вечногорящий, и его голос стал понурым, будто он вспоминал что-то давнее и тяжелое. – Не стоит. Вы, люди, слишком малы и хрупки для нашего мира.
— Разве же хрупкие? – прошептала Рэя, разглядывая грязный локон волос, показавшийся ей необычного цвета. – Мы как трясина. Сами чуть не утонули – и других утянем. Так что тебе со мной лучше не расслабляться.
— Учту. – Конфлагр тихо рассмеялся. – Однако звучит так, будто ты говоришь про себя.
Рассматривая седую прядь волос, девушка замолчала. Эти два события неожиданно ударили по ней. Слова Конфлагра обожги и вскрыли старые раны, а белесые волосы ошарашили.
— И да, и нет. – сухо ответила она.
Конфлагр почувствовал, как она напряглась, и виновато склонил голову:
— Прости. Кажется, я испортил тебе настроение.
— Не больше, чем весь сегодняшний день. – фыркнула девушка.
Конфлагр замолчал. Только прибавил шаг, чтобы быстрее вернуться к облачному дому – подальше от этого болота.
Рэе показался поразительным тот факт, что уже довольно давно огонь Вечногорящего полыхал только на одной стороне – как можно дальше от сидящего на широком плече человека. Они шли долго, туман понемногу рассеивался, а свет Ардора становился ярче. Болотистая трясина появлялась на их пути лишь маленькими пятнами.
Девушке невмоготу было это тихое путешествие. Она все больше задумывалась о том, сколь похожи два совершенно разных народа, два разных вида. Ей не нравились эти мысли. Конфлагр не был плохим стэнтором. Она не должна на него злиться, ведь прибытие Шестерых на ее родную планету не его вина.
Рэя вспомнила силуэты тех мутировавших тварей, которые цепко карабкались по отвесным скалам. Отчего-то они напомнили ей пауков.
— Кто они? – спросила девушка. – Те, из ущелья.
— Некогда благородные стэнторы, подвергшиеся ужасной мутации и деградировавшие до такого состояния. Немного напоминают пауков.
Рэя нахмурилась от такого совпадения. Их мысли были идентичны, как и смысл вложенный в слова.
«Неужели, они заместили нашу культуру своей?» – безрадостно промелькнуло у нее в голове.
Между тем, стэнтор продолжил говорить, не заметив отрешенного состояния спутницы:
— Они умело передвигаются по любой поверхности, кроме воды. Я прозвал их регвитами – «регрессия жизни». На самом деле, любой деградировавший стэнтор – это регвит.
Рэя пыталась внимательно слушать. Любая информация могла рано или поздно пригодиться. Но сосредоточиться было тяжело – все мысли сходились в одной точке, которая с каждой секундой разрасталась, намереваясь поглотить все кругом.
«Замещение».
— Сколько созвездий на вашем небе? – прервала его девушка.
— Хм, вопрос и правда хороший, и лучше всего изучить записи астрологических башен. Я никогда не тяготел к этой науке. – попытался отшутиться Конфлагр, явно намекая на свою незрячесть. – Но говорят, гелунийцы насчитывают их великое множество.
— Астрология, да? – хмыкнула девушка. – Это ведь две луны появляются на небосводе?
— Верно. Большую мы зовем Хебес, а малую – Яреах. Они единственные продолжают путь вокруг планеты. Гелунийцы описывают их как бледных младших сестер солнца Инифина.
— Вы им поклоняетесь? – спросила она почти шепотом.
— Наверное, ты вспомнила о навершиях колокольных святилищ. Едва ли это так. – Конфлагр пожал плечами, отчего Рэя качнулась. – Ардорцы чтят луны в виде полумесяцев, а гелунийцы – солнце. Пусть мы и верим в одного Бога, но гелунийцы всегда считали себя более... высшими созданиями. Несмотря на то, что их мир наполнен невероятным множеством красок, ардорцы тоже сведущи в искусстве. Наша музыка всегда льется чистотой, орга́н и хоровые пения наполняют души, объединяют нас друг с другом и со звездами.
«Точно, у них ведь тоже есть свой «Бог». А у нас их было несколько. Разделяй и властвуй, как говорится», – Рэя скривилась от последней мысли.
— Клавиши? – спросила она, почти шепотом.
— Не только. Струнные инструменты весьма популярны… Были когда-то. – плечи Конфлагра опустились, когда он вспомнил былые времена.
— И барельефы. – продолжила Рэя. – Они красивые, я видела такой в святилище.
— Да, ардорцы созидают руками, пальцами. Гелунийцы любят краски, рисуют картины, целые полотна, наполненные историями. Но мы не можем в полной мере оценить их красоту. – Конфлагр вздохнул. – Зрение – это дарование, которого мы лишены, но… иногда мне кажется, что мы потеряли нечто большее, чем просто способность видеть.
— Я видела в святилищах надписи. – начала она, осторожно подбирая слова. – Их трудно было прочесть. Кажется: «через знание – осв…», «через понимание…», «стремись преодолеть…». Что преодолеть?
Конфлагр удивленно приподнял бровь – насколько это было возможно для существа с пылающей кожей.
— Не думал, что постулаты еще сохранились. Тут все просто. Через знание – освобождение. Через понимание – сила. Стремись преодолеть ограничения разума. Чтящие Двуликого верят в истинное бессмертие. – Конфлагр говорил медленно, словно впервые задумался над значениями слов, которые повторял всю жизнь.
— Бессмертие чего? Тела? – горько усмехнулась Рэя. – Глупо жаждать вечной жизни. Это банально и скучно.
— И Сэмицербия за это поплатилась. – просто ответил Конфлагр.
— Как и Лиар. – тихо добавила она. – Нет, не так… Как и похороненный заживо Сэнамда’ах.
Конфлагр остановился.
— О чем ты, Рэя?
Она долго молчала, глядя на багровеющее небо. Туман поредел уже достаточно сильно, и сквозь него просачивался бледный свет двух лунных сестер – Хебес и Яреах.
— В историю нашей планеты вписано две глобальные эпохи – Сэнамда’ах и Лиар, разделенные Темным и Холодным Годом. Годом, когда старую, неугодную эпоху предали забвению.
Конфлагр молчал.
— Ты ведь тоже задавался вопросом, почему мы, существа с разных планет, так похожи и непохожи одновременно.
Он понял течение ее мыслей. Не сразу, но понял. И впервые за весь их разговор Рэя увидела, как существо, состоящее из пламени, побледнело.
— Ты хочешь сказать…
— Я ничего не хочу сказать. – Рэя спрыгнула с его плеча и пошла сама, хотя ноги подкашивались.
Конфлагр стоял неподвижно. Огонь на его теле почти погас, только тлели угли там, где должны быть глаза. Он не пытался ее догнать или остановить – просто слушал.
— Они оставили нас, но заместили все остальное. Окутали нас коконом из лжи и незнания и возвели себя в статус Богов. А потом просто ушли, оставив медленно умирать.
Она обернулась к нему. В ее глазах горела такая ненависть, что даже его пламя показалось бы холодным.
— Мор… его ведь раньше и не было на нашей планете. Если бы вы не принесли его с собой, его бы не было и во мне! Ничего бы не случилось!
Она отвернулась, вцепившись руками в волосы. Грязные, спутанные, с седой прядью, которая появилась сегодня.
— Но знаешь, что самое отвратительное? – Рэя закрыла глаза и замолчала.
— Что?
— Мне жаль тебя. – выдохнула она. – Вот что самое паршивое. Твой народ уничтожил нас, стер почти все следы существования Сэнамда’аха. Но ты был здесь, нес бремя своего народа в одиночестве. Ты еще одна жертва.
Конфлагр молчал. Пламя на его теле колыхалось тихо-тихо, будто он боялся спугнуть этот странный миг.
— Я ничего не знаю. – она открыла глаза и посмотрела на него. – Но я хочу выжить. Хочу найти способ вернуться домой. Хочу понять, можно ли спасти Лиар, или он тоже обречен. Но каждый чертов миг здесь дается… тяжело. Почти невозможно для человека.
— Ты самый живучий человек, которого я встречал. – тихо сказал Конфлагр, вспоминая все хладные тела Детей Трещин, которым не посчастливилось оказаться здесь.
— Не льсти. – она фыркнула, но в голосе проскользнуло нечто теплое.
— Пора возвращаться. Альта, наверное, уже заскучала без нас. – в голосе Вечногорящего послышалась улыбка.
— Или счастливо проживает свои лучшие дни, избавившись от двух существ, притягивающих несчастья.
— Дальше пойдешь пешком?
— Да щас. – фыркнула Рэя, и Конфлагр любезно предоставил ей свое плечо.
Альта и правда ждала их на прежнем месте. Казалось, она даже на метр не отходила. Страж облачного дома скупо поприветствовала вернувшихся из далекого путешествия путников.
— И мы по тебе скучали. – крикнула Рэя в спину уходящей Альте, которая предпочла примятую траву дружеской встрече.
По словам Конфлагра, где-то в просторах дома должен находиться ремкомплект для починки одежды. Рядом же – и целебные камни со странным названием «конвул». Там же, в запыленном углу, Рэя наткнулась на нечто любопытное, прикрытое блеклой тряпкой. Инструмент, напомнившей ей виолу или укулеле, только бо́льших размеров, был создан из камня, похожего на авантюрин янтарного цвета.
Приведя себя в относительный порядок, Рэя поморщилась от бросающейся в глаза белоснежной пряди волос. А вот порванную одежду проще было выбросить, чем пытаться заштопать. Так она и поступила, ведь длинные штаны стэнторов вполне сходили за свободный комбинезон.
Она стянула изрядно поношенную тунику и принялась перебинтовывать шрамы. Следы от оков Двуда никогда не исчезнут и будут белеть на гладкой коже сморщенными символами. Рэя привычно затянула бинты, спрятав рубцы под чистой тканью. Когда она усердно перевязывала левое предплечье, рука дрогнула. Нахмурившись на секунду, пальцы сами затянули желтую ленту так туго, что, казалось, ткань въелась в кожу до крови. Так надо, чтобы она не слетела, чтобы давила и напоминала. И только после этого Рэя натянула комбинезон, кое как подвязав его на плечах.
— Что это? – первое, о чем спросила Рэя, только выбравшись из облачного дома с инструментом в руках.
Пламя Конфлагра игриво встрепенулось, когда пепельные, грубые пальцы коснулись прохладного корпуса.
— Ох, это гитара. – он поддел струну и раздался глубокий звук. – Струнный инструмент.
— Но… это камень. – недоумевала девушка, разглядывая переливающийся корпус.
— Особый камень. Кормо́та – легкий и прочный материал, резонирующий со звуками. Чувствуя твою заинтересованность, теперь я обязан провести пару лекций.
— Только лекций?
И Вечногорящий на это только загадочно улыбнулся, раздумывая, как лучше совместить уроки по выживанию с играми на гитаре.
Длительное время они передвигались неспешно. Конфлагру было важно донести до чужеземки принципы действия мора. Оказалось ее духовное оружие не сменилось с посоха на меч, а просто было воссоздано иной сущностью.
— Значит, так выглядит меч. – Конфлагр ощупывал лезвие потухшими пальцами. – Длинный, острый кинжал. Увесистый. – он взмахнул оружием. – Удобно лежит в руке и отлично маневрируется.
— У стэнторов нет мечей? – спросила девушка, оглядываясь, куда бы сесть.
— Режущие предметы не в почете у нас. Только ножи и кинжалы. Насилие и убийства идут вразрез с постулатами Двуликого. По крайней мере, чрезмерное. – вздохнул Вечногорящий. – О, и я бы не советовал…
Он не успел договорить. Едва Рэя успела навалиться на округлый валун всем весом, как серый камень сбросил девушку с себя. Рэя, вскрикнув, упала, а нечто, похожее на варана с панцирем, устремилось прочь, виляя по земле перепончатым хвостом.
— … туда садиться. – закончил Конфлагр, сдерживая смех.
Рэя угрюмо сдунула выбившуюся из пучка седую прядь.
— Да я уже стала коллекционером синяков! Эта чертова планета мне каждый день новые экспонаты подкидывает. – девушка закатала штанину, оглядывая свежую ссадину.
— Пожалуй соглашусь. Сэмицербия отличается особым гостеприимством. В таком случае, у тебя под рукой всегда должен быть…
— Конвул. – прошипела девушка, шарясь в бездонном мешочке. – Да, об этом я уже позаботилась. Спасибо!
— Хм, тон твоего голоса поменялся. Стал, как будто более… агрессивный.
— Да что ты! Не… Не-а! Как я могу быть… как ты там сказал? Агрессивной? Пф, я не могу.
Рэя уселась на мягкую траву, все еще опасаясь, не ядовита ли она, и прижала прохладный камень к колену. Маленький брусок изогнулся и распластался по всей поверхности. Приятный холодок расползся по коже, пульсация раны начала понемногу стихать.
Конфлагр вонзил клинок в землю и сел, скрестив ноги.
— Хорошо. Стоит приступить к нашим занятиям. Но для начала объясни мне концепцию энергии Лиара.
Рэя с важным видом приоткрыла рот и застыла, глупо уставившись на Вечногорящего. Она никогда прежде не задумывалась над тем, что такое духовная энергия. Девушка вобрала в себя так много воздуха, пока размышляла, что надувалась все больше и больше, норовя лопнуть, словно меха́, раздутые до предела.
— Конфлагр, тебе стоит узнать, пока не поздно, что у себя на родине я не была ученым. – девушка покачала пальцем в такт с головой.
— Значит, сейчас самое время. – благосклонно кивнул стэнтор.
— Не всем суждено блистать умом. – она скептически отнеслась к его энтузиазму.
— Тебе придется. – Конфлагр вполне дружелюбно улыбнулся.
— Не поняла?
— Наша энергия, мор, тесно связана с разумом. – Конфлагр постучал пальцем по виску. – Бездумное использование мора ведет только к одному исходу – к деградации. Что хуже смерти. Твоя задача, Рэя, выжить на этой планете, сплошь пропитанной мором. И если ты не научишься его использовать, то… ты уже знаешь.
— Жизнеутверждающая мотивация.
Рэя сглотнула, вспоминая и гахари, и тех уродливых существ из ущелья. Покусывая изнутри щеку, она принялась раздумывать. После долго молчание она неуверенно начала:
— Думаю, светлая энергия… созидательная? – Рэя сморщила нос. – Заклинатели Лиара черпают светлую духовную энергию из Нитей и преобразуют ее во что-то. Если так вспомнить, то это всегда нечто осязаемое. – девушка вытянула руку, приготовившись загибать пальцы. – В Патере это созвездия. В Мо-Сэмпите… эм, я слышала о словесных заклинаниях с различными свойствами. А в Супреме – то ли знаки, то ли символы, из которых они создают вещи.
— Звучит просто. Созидание чего-то из ничего. Хм…
— Как бы не так. – помотала она головой. – Мы не можем пользоваться духовной энергией напрямую. Ну, то есть можем, но не все. Типа, чистокровные потомки заклинателей могут, а остальным людям с ядром нужен катализатор… с помощью которого энергия не рассеивается при извлечении из ядра… Аргх! Как же сложно! – девушка не выдержала и взъерошила волосы на голове, будто это могло помочь ей.
— Понятно. – кивнул Конфлагр.
— А? И что тебе там понятно? – она с подозрением посмотрела на него.
— Объясню, когда ответишь еще на один вопрос: до прибытия моих соратников на вашу планету, были ли заклинатели или что-то в этом роде?
— Эм… – Рэя запнулась, но почти сразу нашлась с ответом: – Да. Маги стихий.
— Огонь, вода, земля и воздух? – уточнил он, и Рэя кивнула.
— Предельно простое использование духовной энергии мира. – подытожил Вечногорящий, и Рэя закивала еще активнее.
Несколько секунд потребовалось Конфлагру, чтобы собрать всю картину воедино. Казалось, пламя на его теле вспыхнуло ярче.
— Изначально энергия планеты всегда проста. В ней нет сложных формул и она наполнена базовыми настройками. У вас это стихии. С приходом стэнторов на вашу планету произошло первичное загрязнение потоков и последующее усложнение их свойств. Адаптация. Тут я предполагаю, что маги стихий не смогли адаптироваться к новым реалиям и начали понемногу вымирать. Новое поколение не смогло адаптироваться полностью – духовная энергия для них оказалась чрезмерно… строптивой, неподатливой. Второе мое предположение: что ядра в ваших телах, – он указал пальцем в грудь девушки. – Искусственны и созданы нами. Но и это не решило проблему до конца. Энергия пусть и начала копиться, но продолжала рассеиваться. Тогда были созданы… катализаторы, да?
Рэя потупила взгляд. Она помнила то занятие с матушкой и ее историю о магах стихий и прочем. У нее уже давно была выстроена цепочка событий с прорехами, но теперь появились недостающие звенья – логическая причина.
— Стопроцентное попадание. – пробубнила Рэя, но Конфлагр ее услышал. – А что до вас?
— Да, теперь мы можем перейти к мору. Для начала стоит подметить, что энергия Сэмицербии не созидательная. Она направлена на преобразование и расширение возможностей.
Конфлагр вынул меч и принялся что-то чертить острием на земле. Рэя посмотрела на это действие крайне недовольно, но промолчала.
— Мне неведомы возможности изначального лума, однако я многое знаю о временах мора. В нынешнюю эпоху Равновесия, когда семена Ардора и Гелу были засеяны, а Потоки планеты наполнены мором, стэнторы жили неотрывно связанные с энергией мира. Мы видим, не имея глаз; мы говорим, не имея голоса. И меняем свойства вещей.
Конфлагр закончил рисовать круг с какими-то символами. В центр его он воткнул меч и, не отпуская рукоять, отдал часть своего пламени серебряному лезвию. Алхимический круг слегка поблескивал, но вскоре вовсе потух.
— Кемия позволяет наделить объект новыми свойствами. Но так как это пламя неразрывно связано со мной, думаю, этот эффект недолговечен.
Вечногорящий протянул меч девушке, который, едва оказавшись в руках владелицы, испарился. Теория требовала подтверждения и меч, вновь появившийся через мгновение, все так же был охвачен пламенем – новое свойство крепко сплелось с оружием и не требовало активации или лишних затрат духовной энергии.
— Хах, работает. – усмехнулась Рэя, окончательно отзывая оружие.
— Так же…
Конфлагр не стал договаривать, решив сразу продемонстрировать. Вначале Рэя недоуменно смотрела на него, потом принялась всматриваться в окружение. Некоторое время ничего не происходило. Пришлось постараться, чтобы заметить, как из алой травы подпрыгивает крохотный камешек.
— Э-э-э-э… – не зная, как отреагировать, девушка продолжала наблюдать за скачущей туда-сюда галькой.
— Так и есть. – со вздохом согласился стэнтор. – Телекинез не получил широкого развития в наших кругах именно из-за… сомнительной пользы.
— Почему он прыгает? – Рэя продолжала сидеть на корточках перед скачущим камешком, следя за ним глазами.
— Через потоки я посылаю всплески энергии в точку ровно под этим камнем, заставляя его отскочить.
— А? – Рэя с полным непониманием обернулась на Вечногорящего.
Конфлагру ничего другого не оставалось кроме сломать прочный стебель неподалеку и начать чертить на земле. Схематичное изображение его, поверхности земли и маленького камня облегчило задачу для понимания.
— Я посылаю волны энергии от себя к другому объекту. – он начертил стрелочки, ведущие к камню под землей. – Волна, словно гейзер, заставляет объект перемещаться. К моему сожалению, только вверх.
— Темная энергия работает иначе. – прошептала Рэя, вспомнив слова колдуна.
В последний раз галька подпрыгнула выше головы Конфлагра и, приземлившись, осталась на земле. Некоторое время стэнтор молчал, размышляя о чем-то.
— Мое «зрение» не позволяет видеть воздух. Рэя, ты правильно подметила, что лум и мор действуют по-разному. Твое тело, твое ядро и твои потоки уже отличаются от моих. Сложнее и вместе с тем опаснее.
Рэя сидела на корточках и молча слушала его. Вечногорящий стэнтор… Нет. Стэнтор провел с ней не так много времени, практически ничего не знал о ней и по крупицам информации пришел к грандиозным выводам. Насколько же раса стэнторов превосходит человеческую? И почему же, имея столько возможностей, они привели себя к вымиранию?
— Потенциал, который следует развивать. – продолжил Конфлагр. – Но запомни, Рэя Эстаз: никогда не показывай своего потенциала окружающим. Разумные существа склонны недооценивать соперников и ситуации, – пламя стэнтора колыхнулось. – и именно это в итоге их губит.
— О, благородный стэнтор учит искусству обмана? – пропела девушка.
— Да. Разумы стэнторов извечно связаны с Потоками Сэмицербии. – он потоптался на месте, имея в виду контакт стоп с землей. – Мы жили открыто и мы жили скрытно, но пороки наши всегда были и в мыслях, и в поступках.
— Даже смеяться не хочется, глядя на эту полумертвую планету. – Рэя подперла щеки руками, вздохнув.
— А стоило бы. – уже веселее отозвал Конфлагр.
Их путешествие продолжилось и с каждым прожитым днем Вечногорящий стэнтор вкладывал в маленького человека по одной крохотной частичке Сэмицербии.
***
Самое узкое место ущелья, разделяющего земли Ардора, уже отчетливо виднелось в подзорную трубу. Парящий мост, раздробленный давным-давно на огромные каменные глыбы, нависающие над неспокойным потоком реки, да высокие полуразрушенные башенные строения, отбрасывающие густые тени. И было кое-что в них настораживающее, будто живая черная субстанция пульсировала и извивалась, выдыхая пепел. Иногда Рэя замечала крохотное движение, но никогда не могла уловить его источник, словно невидимая рука безуспешно пыталась разогнать плотную дымовую завесу.
— Парящий мост не́когда был единственной безопасной переправой к Ардору и столице. В момент соединения Анко́рой двух планет землю накрыло уничтожительной волной. Всех, кто бежал через переправу от одной смерти, постигла участь не менее страшная. Их тела навеки остались прикованы к земле, а души не нашли покоя и по сей день, вынужденные проживать миг гибели снова и снова.
Голос Конфлагра был тихим, а языки пламени – тусклыми и недвижимыми. За все долгое время скитаний по безжизненным и опасным землям Сэмицербии он ни разу не приближался к Парящему мосту, предпочитая иные дороги.
Скии, или тени – так он их назвал. Души, покинувшие бренную оболочку, но не нашедшие покоя и подвергшиеся бесконечному испытанию. Они оказались заперты в одном единственном моменте – в миге гибели – и вынуждены проживать его снова и снова. Тени нельзя убить физически, но они страшатся света и никогда не выходят под огонь Ардора.
— Не проще ли обойти? – повернулась к нему девушка.
— Это самый короткий путь. – покачал он головой. – Ты провела здесь предостаточно времени. Боюсь, чем дольше ты здесь находишься, тем меньше шансов на твое выживание.
— А я думала, наоборот. – хмыкнула Рэя.
— Не стоит дразнить смерть.
Рэя молча согласилась и вновь прильнула к подзорной трубе, оглядывая местность. Ничего необычного для ландшафта Сэмицербии. Однако кое-какая крохотная деталь выбивалась из общей картины.
На другой стороне, у самого края над низкорослой терракотовой травой возвышался горн. Даже издалека Рэя узнала в нем знакомые очертания. Она опустила трубу и взглянула на Альту. Левиафан занимался своими обыденными делами, совсем не замечая пристального внимания крохотного человека. Взгляд девушки скакал от массивного бивня к аккуратному обрубку.
— Что-то не так? – спросил Конфлагр.
— Там, на краю обрыва… – девушка почесала голову, не вполне уверенная в том, что увидела.
— Горн Альты. – незамедлительно ответил Конфлагр и, не дожидаясь очевидных вопросов, продолжил: – Когда-то Альта добровольно пожертвовала свой бивень шестерым из нас. Они сделали из него горн и возместили на краю того обрыва. По прошествии времени я множество раз возвращался к нему и пытался подуть. Однако горн не издал ни единого звука.
— Беззвучный горн? Или… сломанный?
— Я тоже так думал, но и это не смог подтвердить.
Рэя вскинула брови и отмахнулась. Очередная странность этой планеты, не поддающаяся логике. Проще даже не вникать. Сейчас задача предстояла куда более трудная и опасная.
План был до безумия прост: Вечногорящий стэнтор отправится на опережение, чтобы активировать рычаг, и разрозненные в воздухе осколки вновь выстроятся в мост, а Альта со всех ног промчится по заранее подготовленной дороге. Главное – не сталкиваться с тенями, кишащими в темных углах руин. Именно поэтому задачей Рэи будет держать светящийся камень, сидя на голове левиафана.
— И запомни одно – избегай физического контакта с тенями. Они питаются чужими душами, а взамен терзают разум кошмарами. Их след отпечатывается не только на теле.
Конфлагр показал на мгновение потухшее предплечье. На серой коже виднелось очертание четырехпалой кисти, словно ожог. Похоже, даже Вечногорящему не посчастливилось оказаться в трудной ситуации – с потушенным огнем и наедине с мертвыми душами.
Рэя следила за передвижениями Конфлагра через подзорную трубу. Его было трудно не заметить, но каждый раз, когда оранжевая фигура стэнтора исчезала за стеной или обломком, сердце девушки замирало. В тумане его свет был маяком для заблудших душ. Вечногорящий действовал размеренно, шел прямо к обрыву моста, пока кишащая в тенях нечисть огибала его стороной, но жаждала вцепиться всем своим существом.
Светящаяся фигура стэнтора замерла, и через одно короткое мгновение ярко-ярко полыхнула. Это был сигнал.
— Ну что, Альта, готова к легкой прогулке?
Рэя поудобнее устроилась на голове левиафана. Одной рукой она крепко держалась за перьевой рог, а в другой сжимала блеклую жемчужину.
Альта яростно фыркнула и топнула ногой.
— Тогда вперед!
Альтука помчалась так резко, что Рэя едва не упала с ее большой головы.
— Надо было привязать себя. – посетовала она, щурясь от бьющего в лицо ветра.
Они мчались с невероятной скоростью, но Рэя успела разглядеть, как парящие над землей обломки, до этого разбросанные по разным сторонам, медленно стекаются к расколу.
Туман становился все ближе, и когда они вошли в темное облако, Рэя подняла жемчужину над головой, непрерывно заполняя ее энергией. Девушка в ужасе пригнулась, озираясь по сторонам. Стоило им ворваться в эту непроглядную завесу, как ее захлестнула лавина чужих и отчаянных криков. Если бы она подняла камень на долю секунды позже, одна из теней успела бы коснуться ее.
Это пустое темное место обволакивала тишина, в которой эхом разносилась какофония голосов, наполненных страхом и бессилием. Среди разрушенных башен и обломков виднелись недвижимые высокие силуэты. Эти стэнторы обратились в камень, навеки застывшие в миг великого бедствия. С ужасом они взирали туда, откуда явилась катастрофа, волной обрушившаяся на их живые тела и выжегшая их дотла за один миг.
Тени бежали. Бежали прочь от моста. Они кричали. Прятались за преградами. Спотыкались и падали. Отчаянно звали на помощь. И все без исключения знали, что настал их смертный час. И они его боялись.
Рэя хотела закрыть уши, чтобы не слышать предсмертные крики, и крепко зажмуриться, чтобы не видеть убегающих силуэтов, но не могла. Иначе они останутся здесь навсегда, погребенные среди каменных столпов некогда живых существ и в толще мертвых отпечатков душ.
Вдруг Рэя почувствовала невесомость, а потом гравитация потянула ее вниз. Она увидела испуганные глаза Альты, пока падала. Видимо, левиафан по какой-то причине резко затормозил, и девушку выбросило вперед. По мере того как бледно-желтый свет отдалялся от альтуки, Рэя заметила, как тени подступают к зверю со спины, только и ожидая момента для нападения. Ничего другого не придумав, девушка совершила огромную глупость и кинула жемчужину в одну из теней, уже прыгнувшую к хвосту левиафана.
Рэя упала на землю, ударившись головой. Глухой монотонный звук заполнил все вокруг. Она даже перестала ощущать топот Альты, от которого подпрыгивала галька. Рэя попыталась подняться, но тут же почувствовала, как кожу на боку обдало нестерпимым жаром, словно нечто вонзило в плоть острые когти и вырвало кусок. Она с трудом повернула голову и, прежде чем тьма заволокла сознание, увидела тень, нависшую над ней и коснувшуюся ее темной дымчатой рукой.
Больше Рэя ничего не видела и не слышала. Однако она знала, что еще жива, ощущала обжигающие прикосновения, буквально выклевывающие из нее душу. Каждое из них приносило новую волну боли, словно ее тело раздирали на куски и из этих дыр выпивали самое дорогое, что у нее было. И Рэя уже не могла толком понять, чего лишалась. Нечто ценное уходило в забытье.
Вот такой конец ее ждет?
Быть разодранной и телом, и душой?
Но Конфлагр еще может ее спасти.
Конфлагр… Кто это?
— Вставай!
Приказал женский голос в голове.
Рэя судорожно вдохнула и распахнула глаза. Сознание все еще плыло, как и картинка перед ней. Прикосновения нескольких теней ощущались скверно, нестерпимо и отвратительно. Они грызли ее, жевали, клевали, рылись во внутренностях.
Из налитых кровью глаз Рэи хлынули слезы. Не сдерживая мучительных хрипов, она сжала зубы и нырнула в бездонный мешочек. Едва нащупав пальцами нужный предмет, вытащила его. Не жемчужина, а старый солнечный камень, свет которого тускло сопротивлялся темноте. Самая ближняя к нему тень тут же развеялась, едва столкнувшись с ним лицом к лицу. Остальные же, шипя, стремительно расползлись по углам.
Почувствовав свободу, Рэя с ужасом заметила, что не испытала долгожданного облегчения. Избавившись от боли физической, душевная – не исчезла. Почти не осознавая своих действий, она кое-как встала и направилась к левиафану, который пытался бороться с двумя тенями, осевшими на хвосте. Как только в их поле зрения появился желтый свет, они расползлись.
Рэя только сейчас заметила, что слезы продолжают литься по щекам. Вытерев глаза рукой, она, тяжело дыша, взобралась на макушку альтуки.
Альта аккуратно протиснула шею в обрыв моста, соединяющего две башни, и вновь набрала скорость. Оранжевое свечение Конфлагра стало ярче, и вскоре его силуэт отчетливо прослеживался в мрачном тумане. Вечногорящий выглядел обеспокоенно, поворачивал голову, прислушиваясь, но рук от какого-то механизма не отрывал.
Альта, даже немного не сбавив скорости, промчалась мимо стэнтора.
— Стой! Там же Конфлагр! – крикнула ей Рэя, но та не прислушалась. – Но… как же так…
Рэя уже поняла, что таков был изначальный план Конфлагра. Он знал, что механизм либо работает именно так, либо вовсе сломан, и для поддержания левитирующего моста нужна его непрерывная активация. Чтобы Рэя прошла дальше, он должен был остаться здесь.
И Рэя видела по его лицу и по свету его пламени, что он прощается. Может, не навсегда, но искренне желает удачи.
Но он не мог предвидеть всего.
— Сзади! – во все горло крикнула девушка, когда паучий регвит уже летел к нему со спины.
Конфлагр едва успел обернуться, как тварь обвила его голову и шею. Еще один регвит накинулся на него из другого укрытия. Вечногорящий стэнтор не мог защищаться в полную силу – он обязан был удерживать левитирующие глыбы моста.
Тогда, когда Альте оставалось несколько метров до другой стороны, Конфлагр отпустил руку и начал раскидывать тварей в стороны. Рэя выдохнула, зная, каков Вечногорящий, когда сражается на полную мощь.
Плиты и булыжники, составляющие проезжую часть моста, начали медленно расползаться в разные стороны, возвращаясь на свои места. Когда один из булыжников перекрыл девушке обзор и Конфлагр на несколько долгих секунд исчез из ее поля зрения, сердце в груди вдруг сжалось в тиски. Глаза Рэи расширились в тот момент, когда огонь стэнтора вновь появился на краю обрыва. Она с ужасом наблюдала, как регвиты облепили его, а взявшаяся из ниоткуда тень сиганула прямо на Конфлагра.
Он находился на краю обрыва, где в глубине ущелья неистово бурлила река. Ноги сбрасывали в пропасть гальку и пыль, пока он пытался содрать с себя регвитов. В конечном итоге бросившаяся на него тень столкнула его в обрыв.
Рэя с ужасом наблюдала, как пламя Вечногорящего на секунду вспыхнуло таким ярким и неистовым огнем, что обратило регвитов в пепел и разогнало тень, прежде чем потухнуть в бурном потоке темной реки.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
