Цена свободы
Пролог
– Прошу ответить вас, жених:
согласны ли вы взять в жены Эвелин Рид, быть с ней и в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?
Он ответил не сразу. Повернув голову в мою сторону, он оглядел меня с ног до головы, и в его взгляде не было ничего, кроме холодной оценки. Словно я была вещью, что вот - вот купят. Затем он едко ухмыльнулся. Он видел как я дрожу, и ему это явно нравилось.
– Да! – выдал жених, галантно поправляя галстук.
“Да”. Всего одно слово, которое прозвучало как приговор.В груди все сжалось.
– Прошу ответить вас невеста…
Я перестала слышать его слова.В ушах стоял оглушительный звон, и все, что я могла разобрать, – это бешеный стук своего сердца. Я попыталась сделать вдох, но горло сжалось.
Голос в голове отчаянно кричал: “ Беги. Сейчас же. Беги без оглядки.” Но отчего то ноги словно приросли к каменной плитке. Я метнула взгляд в сторону отца. Он стоял в первом ряду, с натянутой, деловой улыбкой, но его холодный взгляд, говорил красноречивее любых слов: “Не подведи!” Ведь я прекрасно знала цену за неповиновение.
– Моей невесте плохо! принесите воды, живее! – скомандовал Александр, приобняв меня за талию он усадил меня на стул. Его касания обжигали кожу, даже сквозь платье.
Я сделала глоток воды, руки предательски тряслись. Медленно подняла на него взгляд.Улыбаясь лучезарной улыбкой резко встала.
– Не нужно переживаний, дорогой жених, я в порядке. Давайте продолжим.
Решение созрело во мне еще вчера,но лишь сейчас, страх отступил, уступая место той самой уверенности.
Все гости замерли, выжидающе повернувшись к нам. Фотографы и корреспонденты держали свои камеры,желая первыми запечатлеть животрепещущий момент. Казалось, все перестали дышать ожидая финального ответа. Но их ждало кое - что поинтереснее.
–Нет! Не согласна!
И прежде чем, кто - либо успел опомниться, я подхватила свое тяжелое платье и словно пуля, пустилась прочь по этим бетонным дорожкам,усыпанным лепестками роз. Со спины донесся приглушенный, но полный ярости голос отца: “Эвелин!” – фраза, которая всегда заставляла меня замирать. Но на этот раз я сделала выбор – бежать.
Глава 1
Весь дом стоял на ушах из-за предстоящей свадьбы. Звон хрусталя, скрип паркета под каблуками, взволнованные перешептывания прислуги – весь этот гул поднимавшийся снизу вызывал отвращение. Кажется, всем было не безразлично кроме меня самой. В моей голове покоились мысли, чуждые от этой всей суеты. Поспешно встав с кровати я взяла телефон, который буквально разрывался от уведомлений. Все они были лишь об одном – о предстоящей свадьбе.“Эвелин Рид выходит замуж за крупного бизнесмена Александра Ван Хорна” Я с раздражением швырнула телефон на шелковое покрывало и, кое-как приведя себя в порядок, направилась на завтрак. Пожалуй, это было единственным приятным поводом выйти из своей комнаты. За завтраком мы с отцом даже не обмолвились, между нами сквозила холодность и отстраненность. Все эти полгода отец только и видел меня как товар. Я была целью к его успешной крупной сделке, что приводило меня в ярость. – Папа! - наконец не выдержала я, и голос прозвучал громче, чем я планировала.– Неужели тебе совсем не интересно поговорить с родной дочерью? – Эвелин, дорогая, – он не поднял глаз от тарелки. – Я предпочитаю завтракать в тишине. Это помогает… настроиться на день. Отец аккуратным движением положил вилку на тарелку. Он отломил кусок круассана – идеально, без единой крошки. Вся его жизнь была такой: стерильной, выверенной, без права на беспорядок. Промокнув губы в шелковую салфетку, он медленно сложил ее и наконец посмотрел на меня.– Так о чем же ты хотела поговорить, Эви? – спросил он “Эви” От этого слова что-то больно екнуло внутри.Как же давно он меня так не называл.К горлу подступил ком, а на глазах предательски блеснули слезы. – Папа, я… я хотела обсудить свое обучение в архитектурном университете. Ты же обещал мне помочь с поступлением. – я слышала, как голос срывается на полуслове, становясь тише. В голове пронеслись образы: Пачка бумаг с моими давними чертежами, запах краски, давняя, уже почти забывшаяся мечта. – Боюсь дочка, твоим обучением теперь будет заниматься Александр. Завтра ты станешь его законной женой и отныне все вопросы ты будешь решать с ним. –Что? Да.. Как это возможно? Отец! Как …как ты можешь так со мной поступить? Внутри все закипело. Это была не просто ярость – горькое, обжигающее чувство предательства. Три года он скармливал мне пустые обещания, словно, крошки со своего стола, а я как дура, верила, что в его расписании когда-нибудь найдется время и для меня. Я долгое время пробивалась к своей мечте через частных педагогов, но двери престижного университета в Денвере открывались по большей части не для талантов, а для нужных связей. Связей, которые он имел, но для меня использовать не собирался. – Да и вообще зачем тебе этот архитектурный?– отец развел руками Выйдешь замуж, будешь сидеть в собственном офисе, унаследуешь две компании. У тебя будут все возможности мира. – воодушевленно произнес отец – Разве этого мало?– Да – сорвалось у меня, прежде чем я успела подумать. – Кто такой этот Александр? Почему я должна становится разменной монетой в твоем бизнесе.От его удара по столу посуда задребезжала, а у меня по спине побежали ледяные мурашки. Я вся сжалась, вжимаясь в бархатную обивку, словно нашкодивший котенок.– Хватит! Прекрати вести себя так! Алекс молодой предприниматель. Его отец, является директором самого крупнейшего холдинга. Я не имею права упустить такую возможность. Эта сделка важнее всего. – сказав это, он отшвырнул шелковую салфетку и, поправляя часы на левой руке, вышел из гостиной, не обернувшись.– Да что может быть важнее собственной дочери, а? Горло свела судорога, не давая вымолвить и слова. Я лишь судорожно глотала воздух, пока служанки не подхватили меня под руки, поднеся стакан воды к губам.Сделав глоток, я вырвалась и пулей метнулась по лестнице, запираясь в своей комнате. Тут можно было дать волю своим эмоциям. Мой взгляд устремился на схемы подготовленные для экзамена в архитектурный. Моя мечта умирала день за днём и, кажется, что сегодня она была похоронена окончательно. Прижавшись к двери, я совсем расклеилась. Но мое уединение прервал резкий стук в дверь. Так не хотелось никуда выходить и уж тем более с кем-то разговаривать. Но спустя пару минут, стук в дверь повторился и услышав переживающий голос менеджера отца - Натали, я встала. Вытерев остатки слез на щеках щелчком открыла дверь. – Эвелин, здравствуйте. – ее голос прозвучал собранно, без излишней теплоты– Здравствуйте, Натали. Проходите. У вас что-то важное ? Она вошла, нервно поправив волнистые пепельные пряди, и протянула мне подготовленный заранее лист.– Вот ваше расписание на сегодня.Я пробежалась глазами по пунктам. Ателье, визажист, встреча с женихом…“Бедная девушка. Сколько же на нее взвалили”, - мелькнуло у меня в голове. – Через пол часа нам нужно быть уже в ателье на примерке финального свадебного платья. Еще через два часа у нас визажист, ближе к вечеру планируется встреча с организатором мероприятия… Так.. Вроде бы все… но что - то еще вроде бы было – заявила Натали, все время переминаясь с ноги на ногу. Натали настолько быстро все говорила, будто боялась что-нибудь забыть. – Натали, мы все успеем, не переживай. Мне начинать собираться? Натали кивнула и направилась к выходу, но на пороге резко развернулась.– Ах, да. Эви… сегодня в девять вечера у вас с отцом и Александром ужин. В ресторане “Ла Сьена”– Какой еще ужин? – у меня внутри все сжалось. – У меня своих дел вообще что ли быть не должно? – Не знаю. Картер в подробности не вдавался.. Вероятно, причину узнаете на самом ужине.– Хорошо, я поняла. Спасибо Как только дверь за Натали закрылась, я с размаху пнула бархатный пуфик у туалетного столика. Он мягко откатился и замер, словно и не понимая причины гнева. До выезда оставалось буквально двадцать минут. Я быстрыми, точными движениями рук нанесла макияж – ровно столько,чтобы придать лицу свежести. Приведя себя в порядок, я выбежала из комнаты. Всю дорогу до ателье крутилась только одна навязчивая мысль – побег. Вещи уже давно были собраны, документы я сделала еще месяц назад на другое имя, оставалось главное – сбежать. Конечно же, я не собиралась выходить замуж за этого мужлана. Он старше меня на целых десять лет. А мысли о первой брачной ночи вызывали лишь тошноту. Ателье было залито ровным белым светом. С потолка лилась тихая, плавная мелодия без слов. В воздухе витал аромат дорогих духов с нотками жасмина и свежего льна. Консультант в нежно-голубом платье встретила нас у входа. Уголки её губ были подняты ровно настолько, чтобы это считалось улыбкой. — Добро пожаловать, мисс Рид. Мы вас ждали. Меня провели в примерочную. Стену занимал туалетный столик с лампами, похожими на те, что в гримерках. За прозрачной занавеской в основном зале проступали силуэты манекенов в белом.
На вешалке, словно приговор, висели три платья, выбранные отцом. Даже выбор собственного свадебного платья был не моей привилегией. К нам подошла консультант и жестом приглашения протянула руку к нарядам.– Эвелин, добрый день! Меня зовут Айрат, я ваш консультант. С какого платья начнем? – ослепительно улыбнулась она. – Давайте самое дорогое из этих трех. – парировала я, и в голове тут же пронеслась язвительная мысль:“ Раз уж ему так нужна эта свадьба, пусть раскошеливается по полной”. Спустя пару часов мы мчались к визажисту.Я показывала Натали референсы, она одобряла или критиковала, но в конце концов мы утвердили образ с самим визажистом.Я не получала от этого ни капли удовольствия. В телефоне у меня был открыт сайт авиакомпаний, и между примеркой заколок, я покупала билеты в Доминикану. Мне нужно было оставить единственную, но ложную зацепку для моего будущего мужа.Билет был приобретен как раз на время церемонии. Погруженная в свои мысли, я даже не заметила, что происходит на моей голове. И вот я подняла глаза на зеркало. Из него на меня смотрела совсем другая девушка, с ослепительно-белокурыми прядями, уложенными в сложную прическу, которую дополняла изящная диадема. По щекам сами собой покатились слезы.Моя первая свадьба. Сборы должны были быть другими в моих давних мечтах. Еще глубоко в детстве мы с подружками мечтали об этом дне и у каждой он был разный: декорации, платье, красивые туфли, букет невесты и подружки жадно ждущие его. Все это рассыпалось в прах полгода назад, когда Александр Ван Хорн впервые переступил порог нашего дома,прося моей руки у отца. Смахнув слезы и согласовав некоторые моменты с визажистом, я кивнула, давая согласие на начало. Даже на фальшивой свадьбе хотелось чувствовать себя роскошной. Возвращалась домой я, уже вымотанная и мыслями о сне. Но, вместо покоя меня ждал сюрприз. Едва переступив порог, мое внимание привлек огромный букет из тысячи нежно-розовых роз, сладкий аромат которых окутывал всю прихожую. Внутри белела открытка:“Дорогая моя будущая жена. Пусть этот букет станет причиной твоей очаровательной улыбки” Уголки губ непроизвольно дрогнули. И тут, же поймав себя на этом, я с силой сунула эту записку внутрь цветов. – Софие! – окликнула служанку,которая уже ждала моих дальнейших указаний– Да, госпожа, я тут. – тут же отозвалась девушка– Будь добра, расформируй этот букет… пожалуй пусть их будет пять небольших … нет.. давай даже десять небольших, а все остальные отправишь ко мне в комнату.– Хорошо, а что делать с остальными цветами? – неуверенно произнесла та– А? Это вам! Раздай эти букеты всем служанкам в нашем доме, Натали и нашей кухарке, будь добра пожалуйста.. Про себя тоже не забудь! – весело улыбнувшись я уже поднималась к себе. Только за закрытой дверью, улыбка спала с моего лица, уступая место обычной усталости. По пути в свою комнату, я встретила отца, который о чем - то оживленно разговаривал с собеседником. Порыв пройти незамеченной быстро угас, уступив место любопытству. Но отец, бросив на меня короткий взгляд, тут же поспешил уединиться в своем кабинете. Я укрылась в своей комнате, собираясь сходить в душ, но едва собрала вещи, меня позвали к отцу. – Папа, звал? – тихо спросила я, деликатно постучавшись в дверь– Да, Эвелин. Проходи.– Ты хотел поговорить о завтрашней церемонии?– Хотел узнать, как прошли приготовления.Как только я открыла рот, чтобы начать доклад, в дверь постучали. В кабинет зашла Натали.– Господин Рид, к вам Николас Ван Хорн, по вопросу совместного проекта.Отец кивнул Натали, чтобы та, пропустила гостя.– Эвелин, дорогая не могла бы ты принести нам кофе. – ласково попросил отец– Да, конечно папаПоднос предательски дрожал в моих руках, когда я поднималась по лестнице. Когда я собиралась открыть дверь, до меня донеслись обрывки разговора: –Не переживай, Николас, у меня все под контролем. Регистратор уже получил крупную сумму за заключение договора. Услышав это, мои руки затряслись сильнее, а спина покрылась ледяными мурашками. Я судорожно вдохнула, толкнула дверь и сделала шаг в кабинет стараясь придать лицу безразличное выражение. Но предательское дрожание рук выдало меня с головой – поднос выскользнул из пальцев, и чашки с оглушительным грохотом разбились о паркет. – Простите пожалуйста, я не хотела. Папа, я сейчас все уберу и скажу Софие переделать.. – мой голос дрожал,выдавая весь ужас, который я пыталась скрыть.– Прошу прощения за дочь, Николас, сам понимаешь завтра церемония, вот и нервничает. Отец посмотрел на меня с привычной злостью, но продолжал улыбаться своему собеседнику. Затем он отмахнулся, и я бросилась прочь. Я передала указания Софии. Мои руки предательски дрожали, а в голове пульсировала фраза отца. Едва оказавшись в комнате, я наспех собрала новые документы. На паспорте красовалось чужое имя, и от этой мысли на душе стало светло: Эвелин Рид оставалась в стенах этого особняка, а я была свободна. Я так и заснула с мыслями о завтрашнем побеге,которых хватило на весь вечер. К вечеру меня разбудила Софие и помогла мне собраться к ужину. Решила надеть то самое красное роскошное платье, которое подарил мне Александр на наше знакомство. Надо было признать, вкус у него действительно есть. Платье село на мою фигуру просто отлично, подчеркивая все мои достоинства.На шее застыли прохладные жемчужины, собранные в роскошное ожерелье. Через полчаса мой образ был полностью готов, и мы, сев с отцом в машину, отправились в ресторан. Первую половину вечера мы провели просто прекрасно. Я наслаждалась восхитительным вином. Отец и мой будущий муж оживленно дискутировали на тему бизнеса и их будущего совместного проекта – Картер, при всем моем уважении к вам, смею напомнить, что мы совсем забыли о Эве. – Александр повернулся ко мне. – Ты не заскучала в нашем обществе? – От неожиданности я чуть не подавилась куском стейка. Мне потребовалось сделать глоток вина, чтобы прочистить горло, прежде чем я наконец посмотрела на него. – Нет, я наслаждалась прекрасной музыкой заведения. Да и к постоянным разговорам о бизнесе я уже привыкла.– Да, это действительно правда, я вечно в работе, – вздохнул отец. – Иногда совсем не остается времени на простой разговор.– Ваши труды не напрасны, Картер. Вы все же смогли воспитать прекрасную дочь – снисходительно улыбнулся Алекс.Он перевел взгляд на меня, и его глаза медленно, оценивающе скользнули по мне с ног до головы. От этого похотливого взгляда меня начало воротить.– Эвелин, ты чудесно выглядишь. Когда выбирал это платье, даже и не думал как ты в нем будешь прекрасна. Казалось, еще мгновение и меня действительно вырвет. Но несмотря на это, я лучезарно улыбнулась в ответ. – Спасибо, как раз нашла повод выгулять ваш подарок. Александр в ответ лишь улыбнулся, а затем обратился к моему отцу: – Картер, вы же не против, если я украду вашу дочь на один танец? Получив одобрение в виде легкого кивка, он тут же элегантно протянул мне руку. В этом жесте была показная галантность, рассчитанная на зрителей и вероятно на моего отца, но в глазах читалась уверенность собственника. Его пальцы сомкнулись вокруг моей руки. Прикосновение было твердым и властным, совершенно не оставляющим выбора. Он притянул меня так близко, что я почувствовала запах его дорогого парфюма, и теперь этот аромат будет ассоциироваться у меня только лишь с пленом. Его ладонь на моей талии будто прожигала ткань моего платья, оставляя своего рода клеймо на мне, как на собственности. – Наконец - то я могу побыть с тобой наедине. – его губы коснулись уха, а голос понизился до интимного шепота, предназначенного только для меня. – Завтра ты будешь только моей. От этих слов по спине побежали мурашки – не от волнения, а от леденящего ужаса, который сковал всё тело. Мир сузился до давящей хватки его рук, до этого медленного, почти похоронного вальса. Закрыв глаза, позволила телу двигаться в такт музыке, абсолютно покорно. И в этот последний вечер в роли Эвелин Рид я сделала единственное, что могла, – я просто танцевала, растворяясь в маскараде, за которым уже не было меня.
Глава 2
Я бежала вдоль улицы подхватив тяжелый подол свадебного платья,и скрывшись за поворотом арки, наконец остановилась,опираясь руками о колени. С каждым шагом от места церемонии дышать становилось все легче – оказалось, сбежать с собственной свадьбы не так уж и сложно.
Подъехав к дому, я выскочила из такси и, стараясь быть незаметной, двинулась к чёрному выходу. Там, в глубине двора, пряталась ржавая лестница, ведущая на чердак – мой билет на свободу.
Оглядевшись по сторонам и убедившись, что меня никто не видит быстрыми движениями поднялась по скрипучим ступеням лестницы и нырнула в темный проем. В нос ударил спертый воздух, пропитавшийся густой пылью, древесной смолой и чем - то затхлым, забытым. В глазах потемнело, и я на мгновение застыла, пока зрение не привыкло к полумраку.
Войдя в комнату,я схватила свою заранее собранную сумку со всем необходимым и последний раз оглядела свое убежище. Туалетный столик стоял нетронутым, исчезла лишь необходимая косметика. Кровать идеально заправлена без единого залома, будто здесь никто и не жил. Полупустой комод холодно поблескивал золотыми ручками в лучах солнца, что пробивались в комнату сквозь небесно - голубой шелк штор. В комнате все так же пахло цитрусами и свежестью. Я глубоко вдохнула его, пытаясь сохранить в памяти, и не оборачиваясь, вышла обратно на чердак.
Следующая остановка – вокзал. Оттуда я уже собиралась сесть на любой автобус, который увезет меня подальше от Денвера. Но чтобы до него добраться, мне снова был нужен транспорт. Выбор был очевиден – обычный городской автобус.
Машину с нашего гаража взять просто невозможно из за большого количества охраны, но даже если бы я придумала план как угнать одну из машин, то идея все равно провальная, ведь в каждой машине стоял GPS трекер. Меня бы вычислили за пару минут, и весь мой побег выглядел бы комично.
Когда нужный автобус наконец подошёл к остановке, я влетела в него на одном дыхании. Только когда двери захлопнулись, отсекая прошлое, я позволила себе выдохнуть.
Уже через час я стояла на вокзале, сжимая в руках небольшую пачку наличных, и покупала в кассе билет на ближайший рейс – до Флориды. Мне было не важно куда, лишь бы подальше от дома. Флорида… я уже бывала там однажды, пару лет назад.
Мы с отцом приезжали в Майами на презентацию его первого крупного проекта и задержались на несколько дней, чтобы погулять по городу.
Из воспоминаний меня вытащил громкоговоритель, по которому объявили мой рейс и номер платформы, куда подъехал автобус. Я быстрыми шагами вынырнула из душного помещения вокзала на перрон и в лицо мне ударил свежий ветер, смешавшийся с бодрящим ароматом кофе от девушки, что стояла рядом.
В кармане назойливо вибрировала последняя нить, связывавшая меня с прошлой жизнью. Я посмотрела на экран, где светилось имя «Папа», и мысленно провела черту. Достала сим-карту, которая являлась крошечным ключом к тому, кем я была, и переломила его. Телефон упал в урну с глухим стуком, а я почувствовала, как обрывается последняя связь. Теперь я была просто тенью.
***
В это же время на церемонии
В тот самый миг, когда Эвелин исчезала за поворотом в облачении свадебного платья, в роскошном саду начался хаос, больше похожий на растревоженный улей.
Где-то упал и разбился хрустальный бокал, звеня о каменную плиту. Где-то ахнула женщина, чуть не выронив из рук дорогущий смартфон. Низкий гул изумленных голосов нарастал, сливаясь с нервным щелчком затворов фотокамер. Папарацци, словно стервятники, учуявшие сенсацию, уже лезли через ограждение, пытаясь поймать в объектив пустую аллею, по которой только что сбежала невеста, и бледное, искаженное яростью лицо Картера Рида.
Каждая вспышка камер прожигала Картера Рида насквозь. Он застыл, чувствуя, как идеально сидевший фрак, превращается в клоунский наряд на его вспотевшем теле. Руки непроизвольно сжались так, что ногти впились в ладони, а в голове отсекая все, мерно застучало: “ Все потеряно”.
Только лишь один человек сохранял ледяное спокойствие среди этого хаоса. Александр Ван Хорн не бросился вдогонку за своей женой, не пытался кричать. Он медленно повернулся к регистраторше, чье лицо выражало лишь ужас, и произнес с легкой, почти незаметной усмешкой.
— Кажется, церемония окончена. Позовите моего старшего помощника.
Через пару минут Александр уже обращался к своему помощнику и рядом стоявшим слугам.
– Перекройте выезды с территории. Никто не уезжает, пока мы не проверим все автомобили. Пресса — в левое крыло, гости — в банкетный зал. Чуть позже я подойду, а пока скажите им, что невесте внезапно стало плохо. И чтобы никто не смел выложить в сеть ни единого кадра до моего разрешения.
Его приказы отдавались тихо, но с такой неоспоримой властью, что слуги бросились их выполнять, словно спасая собственную жизнь. Пока гостей успокаивали шампанским и ложью, Александр подошёл к краю террасы, туда, где на камнях отпечатался след от каблука сбежавшей невесты.
Он достал телефон, отправил одну-единственную смс без текста, лишь с геолокацией особняка, и поднес к губам бокал с недопитым виски.
— Наконец-то стало интересно, — тихо произнёс он в пустоту. — Беги, Эвелин. Пока можешь.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
