Обложка Варп-радио

Варп-радио

ds asd

0% прочитано
Стандартный
ds asd

Варп-радио

Глава 83

POV: Ян

Это демон провёл меня на Октариус. Но сила демона не моя сила. Это он шёл по нитям чужого внимания и восприятия и усиливал мои удары варп-пламенем. Сам он мог бы выйти оттуда через Варп.

Я нет.

Я даже не псайкер, так что я застрял бы там.

Но безвыходных положений не бывает. Куча странных совпадений и…

Полёт на нарвале тиранидов — это не путешествие на корабле. Это скорее пребывание внутри чьего-то тела. Учитывая, что каждый тиранид этой стаи— продолжение её воли…

Аня шутит, что я буквально весь внутри неё, умудряясь сохранять позитивный настрой даже в таком состоянии. Было довольно дико наблюдать, как она смотрит на меня глазами хормагаунтов или ликторов.

Вокруг не было ни адамантия, ни переборок, ни привычного шума реакторов. Вместо этого был пульс. Стены живого челнока изгибались, образуя кокон из плотной, влажной ткани, похожей на смесь хитина и гладкой кожи. Лёгкий запах озона, тёплой органики и травяных соков заменил привычный Империуму сухой, застоявшийся воздух.

Я сидел на уплотнении, мягко повторявшем форму моей спины, и смотрел вперёд. Там, где у обычных кораблей стояли обзорные экраны из бронестекла, у нарвала находилась прозрачная мембрана. За ней расстилалась тьма открытого космоса, прошитая далёким светом звёзд.

По её воле из разрозненных геноматериалов и фрагментов биомассы вырос этот нарвал. Огромный левиафан, способный искажать гравитацию и прокладывать путь сквозь бездонные пространства между звёздами.

Тираниды спасли меня не потому, что их переполняло милосердие. Организмы стаи просто повиновались единственному Синапсу.

— Там есть жилые миры, — продолжила она, подойдя ближе и положив прохладную ладонь мне на плечо. — Настоящие. С зелёными лесами, твёрдой землёй, отличными источниками биомас...

Она осеклась, поняв, что сказала.

Мы оба знали, что хорошо это не закончится. Я — одержимый, который может сорваться в любой момент, поменявшись местами с демоном. А она...

Я обнял уютно устроившуюся на мне девушку. Её тело было заметно горячее, чем у обычного человека: результат ускоренного метаболизма.

Она слегка дрожала от испытываемого голода.

Голода, который ей не принадлежал.

Точка Зрения. Паутина.

Ультрамарины отступали ротными порядками. Двое прикрывали, третий уходил в перекат, и болтерный залп бил туда, где через секунду должен был оказаться враг. Гигантский манипулятор пробил пол там, где только что стоял сержант. Тот вышел из кувырка на колено и вогнал очередь в сочленение машины.

Но против бесконечной массы варп-кузниц чистая тактика имела предел.

Один за другим астартес падали на костяной пол. Керамит трещал, как лёд на реке. Один из братьев не успел уйти из-под цепного бура и захлебнулся собственной кровью.

Сержанта накрыла свора демонических гончих на выходе из переката, когда он ещё искал опору, и разорвала на части. Доспехи цвета глубокого макраггского неба тускнели в багровом дыму, засыпанные грудами обломков. Из некогда гордого взвода в живых почти никого не осталось.

Эреб издал низкий, срывающийся на хрип смех. Он медленно опустился на колено перед телом павшего ветерана, чей нагрудник был расколот надвое силовой пикой.

«Жалкие псы трупа на Троне, — прошипел Тёмный Апостол, чувствуя, как варп вокруг него гудит от предвкушения новой жертвы. — Вы верили в свои бессмысленные параграфы. А в итоге стали лишь сырьём».

Эреб вскинул зазубренный клинок, готовясь вскрыть бронепластины на шее мёртвого Ультрамарина, чтобы извлечь бесценный дар — геносемя, которое хотел принести в дар Вашторру. Эреб произнёс в такт работающим имплантам:

— Мужичок ‒ чок-чок, ‒ откликнулся механизм у него под рёбрами.

— Дурачок ‒ чок-чок, ‒ подхватил второй, слегка чадя.

— Был силён, был умён, а теперь ты кто?

Клинок завис над грудью мертвеца.

— Покойничок!

Среди обломков шевельнулась последняя тень. Доспех на ней странным образом не нёс ни единой царапины.

Автоматоны развернулись на движение.

Выживший ушёл в перекат раньше, чем щёлкнул первый затвор: низко, под очередью, которая вспорола пол там, где только что была его грудь.

Второй кувырок — через горящий обломок, сквозь шквал осколков, и пламя лизнуло наплечник, не зацепив.

Третий — под рукой ржавого голема, в мёртвую зону за спиной триумфатора. Ни одного лишнего движения. Скорость, за которой даже астартес бы не угнался.

Тёмный Апостол не успел ни закончить замах ни произнести слово истинного языка.

Резкий металлический щелчок разорвал гул варпа. Эреб рывком вскинул голову, и его глаза, привыкшие созерцать лишь крушение империй, застыли в ужасе.

Прямо перед его лицом, на расстоянии половины вдоха от оскаленного рта, застыло вороненое дуло священного болтера калибра .75.

(Трое суток спустя.)

Багровая кузня Вашторра Прародителя в глубинах Паутины содрогалась от нечестивого гула. Из гигантских труб изливалась расплавленная варп-сталь, а воздухом служил ядовитый коктейль из озона, раскалённого масла и праха.

Человек с татуированным по-колхидски лицом стоял на коленях на адамантиевом помосте. Рисунок на его щеках был безупречно чёток, чернила лежали ровно, будто их нанесли совсем недавно, а кожа под ними ещё не успела забыть боль.

Вашторр помнил, что Эреб недавно сменил тело усилиями Кхарна и Абаддона, поэтому не нашёл в этом ничего странного. Эреб склонил голову, пресмыкаясь как верный пёс.

В вытянутых руках он держал реликварный контейнер. Внутри, в мерцающем стазис-поле, покоились алые капсулы с геносеменем павших Ультрамаринов.

— О, Великий Зодчий, — произнёс он. — Я принёс тебе величайший дар. Чистейшую плоть сынов Жиллимана. Фундамент для твоих новых, несокрушимых автоматонов.

Он опустил контейнер на металл обеими руками, не торопясь. Пальцы остались на крышке на мгновение дольше нужного.

— Прекрасно… Дар принят, — сказал Вашторр. — Ты хороший слуга, Эреб.

Вашторр напрягся, когда датчики планеты сообщили, что Вирмвуд наконец нашёл то, что искал.

После долгих поисков, бесчисленных жертв и путешествий сквозь разломы реальности он достиг места, которое не должно было существовать. Здесь пространство теряло форму, время текло вспять, а сама ткань бытия словно ожидала чьего-то приказа, чтобы измениться. Пыль, поднятая движеним ваштора и его слуг, не оседала: она поднималась вверх тонкими нитями и растворялась, не долетев и до пояса.

Следы отпечатывались в полу и тут же исчезали, будто пол отказывался помнить, что по нему ходили. Тени лежали не от источника света, а от самого Оружия, и падали к нему, а не от него.

Оно висело в пустоте без единого шва. Ни следа молота, ни литейной раковины, ни клейма мастера. Вашторр искал их глазами, как искал бы подпись, и не находил.

Оно парило в воздухе, не касаясь ни земли, ни каких-либо опор. Его поверхность излучала ослепительное сияние. Свет не просто освещал окружающую тьму — он заставлял её словно становиться формальностью, произвольным желанием того, кто будет обладать этим.

Вирмвуд, живая планета-кузня, застыла вместе со своим хозяином. Аркифейн остановился. Механические конечности замерли на середине шага, и шестерни в суставах перестали стрекотать. Демоническое пламя на броне прилегло, как трава под ветром. Впервые за долгие эпохи Вашторр не считал, не прикидывал допуски и не искал слабое место. Он просто смотрел, как кузнец смотрит на слиток, из которого выйдет лучшая работа его жизни.

Одна из его рук, та, что сжимала молот тысячелетиями, разжалась сама. Молот глухо ударился о пол, и Вашторр не заметил этого.

Все эти эпохи он создавал. Однажды он отлил идеальный доспех: ни пузырька, ни трещины, ни единого лишнего грамма. Тот рассыпался в пыль на третий день, без причины. Вашторр проверил сплав, форму, закалку. Всё было верно. Тогда он впервые усомнился не в мастере, а в материале. Но не позволил себе додумать мысль до конца.

Он продолжал изобретать, совершенствовать, превращать металл в плоть, а плоть в машины, способные бросить вызов законам богов.

Но теперь перед ним находилось нечто, что могло освободить его от этих законов.

С этим Оружием реальность больше не была неизменной. Она становилась как металл в горне: податливой, раскалённой, готовой принять любую форму.

Вашторр представил, как переписывает устройство мира одним желанием. Как меняет причинность, пространство и время. Как заставляет материальную вселенную подчиняться его замыслу.

Он мог бы войти в Варп не демоном, зависящим от чужих течений, а хозяином: перекроить его владения, изменить его законы, заставить саму суть Хаоса повиноваться.

И тогда божественный трон больше не будет недосягаемым. Последнее оружие древних которое просто не успели применить.

Кхорн со своими бесконечными войнами. Нургл со своим вечным циклом разложения. Тзинч с его бесчисленными интригами.

— Плоть, гниёт. Сталь, устаёт. Душа, трескается под нагрузкой. Я чинил, подгонял, переплавлял. А причина всегда была в заготовке. Сама реальность ущербна. Я возьму её у них. Выну из горна, дам остыть, как положено, и перекую.

Демонические механизмы на его теле пришли в движение. В глубине его сознания уже рождались проекты новой реальности — мира, где ничто не существовало бы без его разрешения, где даже Варп стал бы частью его великого механизма. Божественный домен.

Он не видел себя «богом Хаоса».

Он видел себя тем, кто определит, что вообще означает «быть богом».

— Наконец-то... я смогу вознестись.

— Мои поздравления, владыка, — поклонился в пояс Татуированный. Он кланялся Вашторру, но украдкой посмотрел не на хозяина, а на тысячи механизмов, которые тянулись к «Оружию».

Ваштор не обратил внимания что где-то в Варпе раздался смех.

POV: Ян

Прозрачная органическая мембрана небольшого биокорабля едва заметно подрагивала, пропуская внутрь тусклый свет агромира. Сквозь полупрозрачную живую оболочку мы с Анной могли разглядеть бескрайние золотистые поля, простиравшиеся до самого горизонта. Над ними медленно двигались гигантские автоматические комбайны, чьи массивные корпуса и угловатые конструкции напоминали остовы древних храмов. Между полями тянулись пыльные дороги, терявшиеся вдали, у подножия далёких жилых куполов.

Биокорабль опустился посреди пшеничного поля, раздвинув тяжёлые колосья. Его оболочка раскрылась, словно разошедшаяся рана, выпуская наружу пассажиров. Первым выбрался я. Тяжело спрыгнул на сухую землю, и помятые сапоги силового доспеха глубоко вдавились в рыхлую почву. Сдвинув защитные очки на затылок, я достал из пачки дешёвую сигару и прикурил от зажигалки, чиркнув ею о воронёный металл наплечника. От некогда украшавшей доспех имперской геральдики не осталось и следа: её тщательно соскоблили много времени назад.

Следом из недр биокорабля появилась Анна.

— Маскировку раскусят, — сказала она ещё на орбите. — Значит, прятать должно быть нечего вообще.

Она не стала скрывать свою истинную природу под внешней оболочкой и не пыталась обмануть чужие приборы поверхностными изменениями. Вместо этого она перестроила собственное тело, сознательно отказавшись от значительной части боевых возможностей.

Хитиновые пластины, прежде защищавшие жизненно важные участки, были поглощены и перераспределены, костяные лезвия втянуты в изменённые мышечные структуры, а органы, предназначенные для стремительной регенерации, сокращены. Даже телосложение изменилось: вместо мощного, приспособленного к сражению тела ‒ более хрупкие плавные линии и мягкие черты.

Я знал, что это только вид. Мышцы и сухожилия остались сильными, как гидравлика, а кости ‒ прочнее стали. Но снаружи она выглядела почти прежней, хрупкой, словно её мог сбить с ног сильный ветер, и я поймал себя на том, что не отвожу глаз от этой хрупкости.

Изменилась даже нейрофизиология: Анна, по её словам, приглушила

характерный резонанс и сменила ДНК, сделав её более человеческой. В худшем случае её можно было бы счесть абхуманом.

Цену она понимала. Но платила, кажется, без сожаления: человеком она была до того, как стала королевой Улья, и та форма так и не стала для неё своей.

Через несколько часов, когда мы укрылись на краю поля, я наконец решился написать в чат.

Рассказал всё. Про демона. Про то, что мне нельзя появляться в зонах конфликтов, не то, что сражаться: если я рискну, могу не вернуться, а вместо меня придет «другой». И про Анну, про то положение, в которое она попала.

Я набирал сообщение дольше, чем длился любой мой бой, и несколько раз стирал, прежде чем нажать «отправить».

Лиена:

— О, так ты наконец нашёл способ вернуть?

Ульфар:

— Поздравляю, братан! Наконец-то не будешь ходить с такой кислой мордой.

Джейн:

— Вы, кстати, браком не сочетались? Могу устроить церемонию.

Женсюэ:

— Интересно. «Добрая ягода» полностью утоляет голод. Надо будет проверить, поможет ли она Анне с её проблемой.

Отвратительно…

Я перечитал сообщения дважды, ожидая подвоха. Никто не стал ругать или оскорблять. Даже Ульфар, которого демон пытался убить.

Всё было намного хуже. Все понимали, что я ничего не мог сделать. И им было любопытно познакомиться с Аней живой, а не отдельной головой, как в прошлый раз.

Лиена вообще чуть ли не пищала от нетерпения, как хотела поболтать с новой подружкой: в подруги она записала Аню, даже не глядя. «Ян не выбрал бы плохого человека!» Учитывая, что она умудрялась ладить даже с ворчливой Джейн, я и в самом деле думал, что они поладят.

В глазах защипало. У меня прекрасные друзья. Но сохранить лицо они мне не дали. Хоть бы обматерили для порядка.

Через несколько дней мы уже были все вместе и кормили Аньку вкусняшками.

— Хм… — Лиена как псайкер была чувствительнее всех и задумчиво посмотрела на неё. — Ань, ты всё ещё голодна?

— Простите, — извинилась Анна.

— Жень, дай ей ягодку. Или сразу пир героев?

Женсюэ протянула ягоду, и Анна, помедлив, съела её. Потом удивлённо подняла бровь.

— Ого… Моё тело впервые сыто. Больше не поместится.

Я выдохнул, но Лиена нахмурилась.

— Она всё ещё голодна.

— Простите, это не мой голод, — снова извинилась Анна.

Я сжал её ладонь. Она не должна была просить прощения за это. Это не ее вина.

— Всё в порядке, не стоит извиняться, — задумчиво произнесла Джейн. — А давай-ка я отправлю тебя в одно место. Если оно тебя не накормит, то я уже даже не знаю.

Через несколько часов Аню уже обследовали в комплексе «Орихедя Иггдрасиль».

— Сколько жизни… — Аня ошарашенно смотрела на агрокомплекс, выращенный из газового гиганта. Потом виновато глянула на меня. — Ян, я останусь здесь.

Я не ответил. Только затянулся и выпустил дым в сторону.

— Есть шанс что Любой улей, что пролетит мимо, может просто включить мой разум в свой, если у меня к тому моменту не будет достаточно сильного собственного роя.

— Ты собираешься вырастить рой на этой биомассе?

Она покачала головой.

— Нет. Управлять роем слишком сложно, я всё-таки не полноценная владычица. Нужны одно, может, три огромных синаптических существа… Нет, четыре. Власть над роем они мне не дадут, зато в случае столкновения я останусь собой. — Она провела ладонью по живой стене комплекса. — Да и в бою смогу помочь.

Она прижала палец к губам, задумавшись.

— Давай посмотрим. Есть Флот-улей Бегемот. Есть Флот-улей Левиафан. Раз уж у них мифология, пусть и у меня будет. Я буду флотом "Сирин"! . Существ у меня будет всего четыре, но я постараюсь сделать их максимально полезными.

Я невольно усмехнулся. Королева, которая выбирает себе имя, как ребёнок кличку для щенка.

Варп-ТВ.

Иии, дамы и господа, позвольте поздравить Вашторра с обретением «оружия» древних. Этот демон находится в полушаге от божественности. Причина и следствие? Вопрос воли. Реальность? Пластилин в руках владельца этого оружия.

И…. всё это правда.

Но не спешите паниковать, есть один небольшоооой нюанс. Чтобы действительно получить этот приз, нужна инфраструктура, которую древние просто не успели построить. Иначе почему, вы думаете, они померли?

А в текущем состоянии это всего лишь источник энергии. Стелларитовый генератор.

И хотите ещё один секрет? Принцип «острова сокровищ», предназначенный для защиты от реверс-инжиниринга, — тот самый, согласно которому понять, как работает технология, может лишь тот, кто уже обладает ею или превосходит её...

Мы подсмотрели его у древних. Поэтому пожелаем удачи нашему демону.Но бесконечная энергия — для технодемона, это тоже неплохо пусть и является источником бесконечного раздражения. Поэтому ожидайте, что наш беспокойный демон станет ещё более беспокойным… С кучей синтезированных из энергии монстров.

Или — хах! — сломается в попытках разобраться.

Позвольте ознакомить вас с первичными результатами его работ..

Во первых. Он сумел заставить его светиться ярче. И извлекать энергию.

Вторые результаты менее обнадёживают: он не понимает, почему оно светится.

Я буду удивлен если поймет.

Всем хорошего дня.

Хм... направился в черную библиотеку за инструкциями.... Ты смотри.. соображает.

(Из архивов Велизария Коула. (зашифровано)

30-е тысячелетие

15 июня. Первый рабочий день в автоклаве Ксант-Терра. Только вылез из питательного раствора, синаптические фильтры стерильны, сразу умею говорить сложными фразами. Сказал об этом наставнику, магосу Иезекилю Седейну. Он посмотрел на меня как-то странно. Наверное, не ожидал, что младенец на первом часу жизни потребует доступ к закрытым базам данных.

16 июня. Осваиваюсь. Знакомлюсь со сленгом и ценностями коллектива. Недавно пролил ценность. Влетело. Отправили за двумя бутылками новых. Узнал про СШК. Говорят, всё уже изобретено до нас, надо только копировать. Поспорил на свой первый аугментированный палец, что изобретать своё весело и полезно. Негласно объявлен еретиком мелкого пошива.

17 июня. Учился обслуживать оптику тонкослойным методом. Суть: выпивается грамм 50 ценности, выдох на линзу, обработка мягкой ветошью. Познакомился с Фридрихом Кво. Наш человек: лохмат, небрит, в глазах жажда нелегальной перепайки микросхем. Вылитый я! Сходу предложил разогревать пайки в излучательной камере тяжёлого плазмомёта. Блеск! Куры в собственном соку получаются божественно, хвала Омнисии.

Начало Ереси Хоруса. Наставник Седейн сказал, что Воитель — наш слоняра, и переметнулся к Хорусу. Предложил нам с Фридрихом пойти с ним. Мы прикинули логику, посмотрели на пикт примарха, пена у рта, глаза смотрящие в разные стороны, безумные завывания нас не впечатлили. Завязалась драка. В процессе пришлось ликвидировать Иезекиля, но, чтобы добро не пропадало, я скопировал весь его нейронный архив к себе в голову.

Пару дней спустя Фридрих смертельно ранен. Терять такого математика нерационально. Выкачал его сознание себе в подкорку. Теперь во мне живут три личности: я, Иезекиль и бубнящий Фридрих. Места в оперативной памяти мало, зато скучно не бывает.

После Ереси. Приходил полуживой Шеф, которого только что пырнул Фулгрим. Перед тем как отправиться в стазис-помещения, примарх выдал мне чек-лист:

Придумать, как его откачать.

Сделать новую армию Космодесанта, только лучше, выше и с гравитанками.

Спросил его про бюджет и сроки. Примарх вздохнул и ушёл в стазис на 10 000 лет.

(Примечание: Бюджет! Шеф! Мне нужен бюджет!)

31-е тысячелетие. Понял, что, если работать честно, таких сумм я не накоплю никогда.

35-е тысячелетие. Первый день. Понял, что, если и дальше буду заботиться о том, как "заработать" деньги, у меня никогда не будет времени их «делать». Поступил звонок от одного знакомого вольного торговца, после чего я лёгким движением манипулятора удалил в ноосфере Марса данные о местонахождении крейсера из секретного тайника генерал-фабрикатора, отложенного на случай войны с Террой.

35-е тысячелетие. Второй день. Внезапно нашелся бюджет на реализацию проекта «Примарис». Работал в основном честно, поэтому пришлось копить долго. Получил артефакт Sangprimus Portum с генетическим кодом всех примархов. Память переполнена под завязку. Пришлось несколько раз проводить дефрагментацию и полностью стирать себе воспоминания, оставляя лишь стикеры на мониторе: «Ты — Велизарий Коул. Не забудь доделать Примарис».

38-е тысячелетие. Скучно работать одному. Клонировал покойного друга Фридриха. Назвал «Кво-1». Он со мной поспорил. Клонировал «Кво-2». Они объединились против меня. Теперь у меня на ковчеге Zar-Quaesitor целая лаборатория из моих собственных ассистентов, которые жутко раздражают меня, то есть себя, то есть друг друга.

40-е тысячелетие. Собрал из запрещённых железок и ИИ огромную вычислительную систему «Коул Инфериор». Повесил сверху табличку: «Это НЕ искусственный интеллект». Инквизитор пришёл, посмотрел, ничего не понял, ушёл. Уровень современного образования удручает.

Приехал на Кадию ковырять древние некронские пилоны. Нашёл нужную кнопку, активировал, Глаз Ужаса почти закрылся. Но тут Абаддон обиделся и сбросил на планету целую Чёрную Крепость. Неспортивно! Сгрёб в охапку пилоны, эльдарку Иврэйн и пошёл эвакуироваться.

Эвакуировались на Ультрамар. Достал Доспех Судьбы (свой дизайн), позвал Иврэйн с её магией смерти. Применили синюю изоленту, некронские фазовые технологии и шаманизм эльдар. Больше всего помогла изолента. У Шефа всё равно броня синяя. Никто не заметил разницы. Шеф тоже. Изолета хорошая, темной эры.

Вывел из подвалов сотни тысяч замороженных Примарис, броневики «Репульсор» и новые болтеры.

— Коул, откуда всё это?! Ты 10 000 лет прятал от Высоких Лордов готовую армию?! — спросил Шеф.

— Вы сами просили, мой примарх. Вот накладные, подпишите в трёх экземплярах.

Теперь у меня наконец-то есть бюджет!

12 мая. Шеф втихаря растыкал древние врата Тёмной Эры на краях гелиосфер ключевых систем для быстрой прогонки флотов. Врата работают на ура: обычные мясные люди на своих колымагах сигают сквозь них без проблем. Я уже намылился сам лично ковырять арку: разложил фомку, сканеры, завёл гусеницы, лечу изучать.

13 мая (утро). Не успел. Прямо перед носом к вратам подлетели несколько тяжёлых эксплораторов Механикус. Ровно на границе происходит негромкий «пшик», и все техножрецы на борту мгновенно аннигилируют в пыль, оставив на креслах только пустые красные мантии. Древний ИИ видимо просканировал марсианскую прошивку, вспомнил старые обиды и включил избирательный фаервол: людей пропускать, Механикус на атомы. Корабли, понятно, остались идеально целыми.

13 мая (обед). Глядя на эти дрейфующие мантии, я мгновенно передумал заниматься наукой. Дал задний ход и притворился ветошью. В итоге пустые крейсеры Механикус пришлось эвакуировать обычным буксирам с обычными людьми, которым врата вообще ничего не сделали. Сидим с Кво-1, пьём спирт и с нетерпением ждём, как Шеф будет объяснять Марсу, почему его врата расисты.

1 апреля следующего года. Как оказалось, Шеф никому и ничего объяснять не собирался. На Марсе два восстания подряд, бардак, митинги, техноересь из всех щелей. Шеф посмотрел на это дело и просто сказал: «Раз у вас тут такой бардак, Марс теперь официально присоединён к Империуму». Коллеги-магосы пытались было возбухать и махать силовыми топорами, но тут из гиперпространства выплыли двадцать кораблей Тёмной Эры, которые Шеф ранее втихаря слямзил из марсианских заначек. Вдобавок какой-то вирус, запущенный им в сеть, намертво отключил всю систему обороны Красной планеты. Марс взяли за сутки и практически бескровно. Сильно подозреваю, что восстания он же и спровоцировал. Начинаю уважать Шефа. Наш человек, хоть и без гусениц.

8 июня. Шеф обнаружил две древние астероидные фабрики и настроил их на массовый выпуск чипов по стандартам 1 нм. Возмутительно! Кощунство! Переводить такое добро на базовые нужды?! Я бы нашёл этим чипам в сто раз лучшее применение: на Примарисов бы хватило, да ещё и на новый когитатор для Кво-1!

10 июня. Тихо вскрыл схему логистики, выудил имена перевозчиков и координаты перевалочных пунктов. Отправил отряд проверенных скитариев, чтобы те без лишнего шума перехватили и отжали «на нужды науки» несколько тонн чипов.

11 июня. Скитарии вернулись. Чипы у меня! Сидим с Кво-1 в подвале, пересчитываем «нанометры». Собрали расчётный кластер мощностью в дохерафлопс, довольные как три Кво. Шикарно! Главное, чтобы Шеф не заметил недостачи в накладных.

12 июня. Шеф заметил и долго орал. Кластер отобрал. Назвал меня долбоёбом, которому эти чипы и так везли по официальному графику в рамках централизованного снабжения. Оказывается, я просто ограбил сам себя, потратив бюджет на доставку собственной же посылки.

13 июня. Теперь сижу в углу ангара и пишу объяснительную на семистах страницах. Плюс выплачиваю компенсации перепуганным перевозчикам, а заодно восстанавливаю за собственный счёт целую орбитальную станцию, которую мои усердные скитарии случайно разнесли во время «перехвата» одного из грузовиков. Теперь у меня нет бюджета. Грустно.

15 июня. Джейн фон Воланциус предложила стать генерал-фабрикатором мира-кузни Кьява-Гамма и даже выделила мне бюджет! Радостно!

16 июня – 20 апреля следующего года. Перестраиваю мир-кузню под себя.

20 мая. Шеф обнаружил мегаверфь Тёмной Эры на территории фон Воланциус. Довольно близко, удобно.

21 мая. Прилетел, исследую.

22 июня. Ничего не понятно, но очень интересно.

22 июля. Ничего не понятно, но очень интересно.

22 августа. Ничего не понятно, но очень интересно.

22 сентября. Ничего не понятно и уже тупо бесит, что ничего не понятно! В какой-то момент я достал тяжёлый прометиевый огнемёт и волевым решением захотел сжечь эту хреновину Тёмной Эры дотла, раз она не поддаётся марсианской науке. Не дали. Отряд Ультрамаринов вежливо, но настойчиво взял меня под гидравлические манипуляторы и увёл подальше от «подотчётного объекта стратегического значения».

23 сентября. Дом, милый дом. Вернулся к себе на планету, надо расслабиться. По традиции включил Варп-ТВ прямо у себя в голове. Приятная штука: куча каналов, образовательные, развлекательные... Помню, когда оно только появилось, я сначала думал, что это поле Геллера на моём ковчеге барахлит. А потом выяснилось, что нет, такое началось у всех. Археотек какой-то. Буквально от создателя некоторых сшк. Включить, выключить, выбрать канал, отрегулировать громкость: удобно, интересно.

Но в этот раз всё было по-другому.

Вместо привычного Варп-ТВ всплыло окно: «Добро пожаловать в Варп-Нет. Требуется регистрация». Ну, дело нехитрое. Зарегистрировался под ником Cawl_Marssucks, пошёл смотреть тематические биотехнологические форумы. Захожу в ветку по генетике и вижу, как там намертво зацепились языками два местных авторитетных анонима, некие Basil_Fo и Fabius_La_Bille.

Fabius_La_Bille: «Император совершил прорыв. Создание геносемени, способного перестраивать обычного человека в сверхсущество, это гениальная архитектура. Да, она несовершенна, но этот код нужно взять за основу, очистить от дефектов, добавить фертильность и использовать для создания Новых Людей!»

Basil_Fo: «Это не архитектура, это варварская лепка из грязи. Император — ремесленник-недоучка, который смешал биологию с мистицизмом Варпа. Геносемя — это паразит, калечащий нормальную человеческую ДНК ради создания тупых солдат. Использовать этот код значит осквернять истинную науку! Проект Астартес нужно стереть из истории под корень и писать ДНК человека с чистого листа!»

Спор был жаркий, с выкладками, откуда-то надёрганными секретными документами и результатами шокирующих экспериментов.⁽¹⁾

Я внимательно прочитал всю тему, оценил полёт мысли, вдохновился и вежливо написал в комментах: «Коллеги, у вас отличные идеи! Не хотите поработать на Империум? У нас как раз открыты вакансии».

Оба визави мгновенно трёхэтажно обматерили меня, высказали всё, что думают обо мне, Шефе и Империуме, и синхронно вышли из форума.

Сидим с Кво-1, обтекаем. Никакого уважения к работодателям в этом вашем Варпнете.. Но их выкладки по экспериментам я сохранил.

⁽¹⁾ Отсылка к War Thunder, где спорящие стороны выкладывали секретные чертежи и параметры реальных танков только ради того, чтобы параметры их игровых версий улучшили.

Из записей Магнуса.

14 Июня

Пришла инструкция от админа: «Ознакомьтесь и перейдите по ссылке». Там оказался простенький, но залипабельный шутер. Через 3 минуты появился новый бот с подозрительно пафосным ником. Валили его втроём — Я, Саня и Русс. На седьмой минуте забили окончательно. Ночью снился золотой свет, маты на древне акадском и посыл куда-то в сторону Ока Ужаса... От Астрономикона почему то веет раздражением.

15 Июня С утра поддались боту в Квейк. Минут двадцать строили из себя мясо, послушно умирая от каждого ракетного сплеша. Ночью золотое свечение ехидно подстёбывало нас во сне, зато об изгнании в варп речи уже не идёт. Странненько.

16 Июня Нашли на одном из форумов переписку Джона и Администратора. Обсуждали какую-то техническую абракадабру. Либо у Джона раздвоение личности, либо… Жилиман нервничает. Я тоже. Кому он мог отдать админку?!

спасибо всем кто поддерживал или поддерживает меня на буськах

Глава 84

ov. Жилиман

— Левее, ещё левее! — Голос Константина гремел над командным мостиком «Чести Маккрага» с уверенной интонацией профессионального командира.

Я стоял у стратегиума, сжав пальцы на краю тактической консоли. Никакой привычной для близкого присутствия Неприкасаемого тошноты или ледяного отвращения не было: вживленный в его тело подавляющий имплант удивительно высокого класса надежно блокировал губительную ауру Парии.

Для всех окружающих Константин оставался лишь вычурно одетым авантюристом с патентом Вольного Торговца.(фальшивым) Но под его кожей все еще билась черная дыра, не имевшая отражения в Варпе.

И именно эта скрытая природа делала его незаменимым.

Константин стоял у панорамного экрана, вытянувшись во весь рост в своем латанной подогнанной под человеческую фигуру ксеноячеистой броня, снятая с экзарха Жалящих Скорпионов, а поверх экзотического доспеха был небрежно наброшен потертый плащ, который на самом деле являлся хамелеолином высочайшего качества.

Подавитель глушил внешнее воздействие его сущности на псайкеров и экипаж, но не лишал самого Константина способности видеть изнанку реальности, очищенную от чужеродных мороков. Там, где астронавигационные приборы сходили с ума, а Навигаторы бились в слепых догадках, фальшивый Торговец видел голую имтину.

Иронично: чтобы найти сильнейшего псайкера человечества, потребовался пария.

Тысячу лет я строил систему, где каждый винтик проверен, учтён и подписан. И вот ключ к величайшей тайне человечества выдан мне в виде авантюриста с поддельной грамотой… Статистика в таких случаях... сомнительна....

Рядом с ним стояла девушка с острыми, как у эльдаров, ушами и по-хозяйски обнимала его за талию. Издалека её можно было принять за эльдарку, если бы не живые человеческие глаза, не отсутствие эффекта «зловещей долины» при разговоре и совсем не андрогинные формы. Любой, кто видел настоящих эльдар, не спутал бы её с ними, но на мостике таких не было.

Очередная безобидная мутация, в худшем случае абхуман, — решили все и не стали расспрашивать.

Я отметил её присутствие и отложил вопросы на потом: сейчас важнее было другое.

Путь к системе Звёздного Дитя выламывался из любой привычной логики. Константин вёл многокилометровый флагман Ультрамаринов сквозь аномалии так непринуждённо, будто это был малый контрабандистский челнок.

Перед носом «Чести Макрэгга» вспыхнула тревога: из бездны вынырнуло колоссальное скопление астероидов. Рой каменных глыб размером с малые луны мчался навстречу с катастрофической скоростью.

— Курс на таран! Рулевая секция, экстренный отворот! — выкрикнул старший офицер флота.

— Курс не менять. Держите точно сквозь них, — отрезал Константин, даже не обернувшись.

Массивный нос флагмана устремился в лоб наибольшей глыбе. Рулевые замерли, я невольно напрягся, готовый к удару… Но вместо оглушительного скрежета сминаемых адамантиевых плит не произошло ничего.

«Честь Макрагга» вошла в астероид, как в тонкую голограмму или призрачный туман. Каменная толща оказалась грандиозной пространственной обманкой — древней пси-иллюзией, созданной для защиты подступов к Дитя. Она растаяла вдоль бортов вспышкой мерцающих искр, не оставив на броне ни единой царапины.

Аномалии нарастали с каждым километром. Мы проходили сквозь зоны искажённой метрики, где пространство сворачивалось в петли, а варп-свет раскалывался на спектральные нити. Любой настоящий Навигатор давно сжёг бы себе мозг или завёл корабль в Пасть, но Константин вёл нас уверенно и нагло. Взглядом Парии он безошибочно отличал реальную угрозу от очередного морока.

Смотреть, как этот проходимец с фальшивой грамотой ведёт мой флагман через непроницаемые пространственные ловушки, было странным зрелищем. Он прятал свою нечестивую природу под техническим имплантом, но именно эта пустота внутри него оставалась нашим единственным компасом к системе, где хранилась частица Императора.

— Вот, пожалуйста. Привёл. Только не понимаю, зачем вы здесь. Да, роскошное кладбище кораблей, но планет в этой части системы, никаких нет.

Он был прав.

Планет я не видел. Ни глазами, всматриваясь в ледяную черноту межзвёздного пространства, ни через мощнейшие ауспексы «Чести Макрагга». Ничего, кроме мёртвой, заброшенной пустоты.

Но Часовой, к которому я был подключён, упрямо указывал иное.

Дальше сквозь кажущуюся пустоту повёл я.

На определённом расстоянии планета словно «включилась»: возникла из ниоткуда, заставив весь экипаж вздрогнуть. Пространство впереди дрогнуло, как разорванная завеса голографического проектора. То, что секунду назад было ничем, обрело плоть — огромный, тусклый мир, окутанный пеленой оранжево-розовых облаков.

— Сэр, планета здесь есть, но… — голос офицера связи по внутренней частоте звучал сбивчиво. — Она непригодна для кислородной жизни. Атмосфера состоит в основном из метана, углекислого газа, аммиака и водяного пара. Планета практически эквивалентна Терре периода первичного бульона.

— Мы спускаемся, — ответил я.

Никто не посмел спорить: ни фальшивый Вольный Торговец со своей безмолвной спутницей, ни офицеры мостика, ни старшие чины флота. Гравитационные купели десантного челнока уже захлопнулись, увлекая нас в атмосферу нерождённого мира.

— Сэр… — прервал меня напряжённый голос из аналитического отсека посадочного модуля. — Я хочу сообщить, что на планете произошло вымирание.

— В смысле? — нахмурился я, глядя через бронестекло на бурлящие внизу удушливые тучи.

— Не знаю, как это объяснить, но состав атмосферы меняется на глазах. Будто за время нашего спуска случилось «кислородное вымирание», только не растянутое на века, а почти мгновенное! Цианобактерии в океанах взрываются цветением, океаническое железо ржавеет и оседает на дно, небо меняет цвет с мутно-оранжевого на голубой…

Пока наш штурмовик прорезал плотные слои воздуха, под нами разворачивалась вся эволюционная летопись планеты.

Там, где секунду назад плескался безжизненный метан-аммиачный суп, вздымались первые колонии водорослей. Зелень выползала на голую сушу, разрывая камни корнями гигантских споровых папоротников. Леса росли наперегонки со временем, затягивая континенты изумрудным ковром, пока воздух наполнялся спасительным кислородом.

Время неслось галопом, спрессовывая миллионы лет в секунды. За каменноугольными джунглями проносились эпохи гигантских рептилий; их кости обращались в прах под ударами тектоники и сменяющихся ледниковых периодов, пока земля не покрылась новой, густой биомассой.

И сквозь ускоренную кинохронику веков проступили очертания новой фауны. В густеющем подлеске размножались первые мелкие теплокровные: снующие в панике пушистые зверьки, примитивные грызуны, крошечные предки человека, чьи сердечки бились в бешеном ритме эволюции, пока наш корабль неумолимо падал сквозь эпохи к поверхности.

— О! —Один из бесстрашных грызунов. Забрался мне на плечо.

— Это «Пургаториус», — вспомнил я, скосив глаза на зверька. — В древних архивах Терры считалось, что именно они — наши далёкие предки.

Я осторожно попытался погладить смышлёного зверька перчаткой, но тот лишь недовольно фыркнул, вцепился лапками в наплечную пластину моего доспеха и устроился поудобнее. Вокруг нас бурлила жизнь — в её первозданном виде.

Стоило мне сделать шаг, как реальность сорвалась с цепи. Время потекло в лихорадочном ритме.

Деревья взмывали к небу исполинскими кронами и тут же осыпались прахом, уступая место новым поколениям лесов. Русла рек вились живыми змеями, прорезая новые долины и высыхая на глазах. Могучие скалы под воздействием невидимой тектонической бури стирались в пыль или, вздымаясь титаническими глыбами, рвали облака.

А зверёк у меня на плече становился всё тяжелее.

Эволюция не ждала. Животные вокруг менялись с калейдоскопической скоростью, перетекая из одних форм в другие. Та самая кучка пургаториусов, что суетилась у подножия ближайшего дерева, на глазах менялась. Вытянутые мордочки округлялись, лапы обретали хватательную сноровку, а длинные крысиные хвосты становились короче, пока не исчезли вовсе.

Я резко обернулся к своему спутнику — и на плече у меня сидел уже не древний грызун, а юркий мелкий примат с цепкими пальцами и удивительно осмысленными глазами. Он кивнул в сторону, словно говоря: идём дальше.

И я послушался.

Пройдя ещё несколько шагов, я заметил, что существо на плече больше не напоминает грызуна. Теперь оно даже сидело не как зверёк, а как обезьянка. Чем дальше я шёл, тем крупнее и тяжелее становился мой попутчик, пока с моего плеча не соскочил на землю крепко сбитый, покрытый густой шерстью австралопитек.

А вдалеке стая тех, кого мы ещё мгновение назад звали пургаториусами, уже уверенно сжимала в грубых лапах первые камни, неуклюже, но осознанно осваивая орудия труда. Время под нашими ногами замедляло свой бег, выравниваясь в суровую, осязаемую поступь истории.

— Так всё начиналось, — произнёс австралопитек.

Услышать от этой грубой, первобытной плоти властный голос Императора, резонирующий в самом сознании, было почти шокирующе.

— Ты говоришь так, будто видел это своими глазами, — сказал я, шагнув следом. — Но, насколько я помню, ты был рождён намного позже.

Вместо ответа он развернулся, слегка размахивая массивными руками, и пошёл прочь по извилистой тропинке.

— Отец?..

— Да. Нет. Вопрос перспективы, — усмехнулся он продолжая шаг.

С каждым его шагом тело спутника менялось. Он всё меньше походил на австралопитека и всё больше на человека. Черты лица утончались, тяжёлая нижняя челюсть становилась менее массивной, надбровные дуги словно втягивались в череп, уступая место высокому лбу. Он ненадолго остановился, ожидая меня.

— Ты что-то хочешь мне рассказать? — спросил я, разглядывая его преображение.

Он молча сорвал широкие пальмовые листья и обернул их вокруг бёдер.

— Нет, — покачал он головой и снова пошёл вперёд.

Он шёл напролом, не обращая внимания на глубокую лужу перед собой. Комки грязи, налипшие на его ступни, на глазах превратились в кожаные сандалии. Набедренная повязка из листьев сменилась льняной тогой, а сухая палка в руке отлилась тяжёлым бронзовым мечом.

Дорога под нашими ногами расширилась и вывела нас к первым месопотамским глинобитным постройкам и зиккуратам.

— Научить?.. — снова попытался я нащупать суть происходящего.

Он не ответил. Молча и терпеливо шёл по дороге эпох, меняя одежду в соответствии с проплывающей мимо архитектурой. Белоснежная греческая тога — стройные колонны, мраморные статуи и агоры. Строгий римский палудаментум — монументальные арки и акведуки. Вычурный французский наряд эпохи Просвещения на мгновение заиграл золотым шитьём, и вокруг сомкнулась плотная застройка средневековых домов с готическими шпилями и крутыми черепичными крышами.

Я остановился и посмотрел назад.

Там, в самом начале нашего короткого марша, ещё угадывались глинобитные дома древнего мира. А здесь, где я стоял, сейчас, простиралась сложная и вычурная средневековая архитектура.

Вся история человечества выстроилась в единую кривую улицу, пройденную за считанные минуты.

Средневековый лоточник бранил месопотамского пастуха, задевшего его лоток, и ни один не замечал абсурда: каждый жил внутри своего фрагмента вечности, не видя целого.

Он терпеливо ждал чуть впереди, облачённый в вычурный костюм французского дворянина.

Я сделал несколько шагов, и его облик сменился мундиром солдата наполеоновской армии. Нас окружил плотный пороховой дым. Под ногами чавкала разрытая ядрами грязь, в ушах гремел раскатистый барабанный бой, а мимо, чеканя шаг под разрывами гаубичных снарядов, проносились плотные шеренги в киверах.

Один снаряд разорвался совсем рядом, и пороховая гарь сменилась душным осенним дождём. Мундир перетёк в плотный плащ и белый шарф американского гангстера времён Сухого закона. Мир сжался до узкой брусчатой улицы, где из подвальных баров доносился хриплый джаз, а тёмные переулки рассекал частый треск пулемётов Томпсона и визг тормозов тяжёлых «фордов».

Потом дождь сменился пронизывающей стужей и сполохами артиллерийских залпов. Плащ стал гимнастёркой советского бойца, а вокруг поднялись промёрзшие, обугленные руины города, содрогающегося от воя «катюш». Мимо нас сквозь метель пробивались солдаты в ушанках и шинелях.

Наконец очередное мгновение отлилось в строгий костюм-тройку офисного босса. Вся кутерьма эпох спрессовалась в единый ритм мегаполиса: вокруг взмыли исполинские башни из стекла и бетона, небо рассекли зеркальные фасады небоскрёбов, а по эстакадам понеслись плотные потоки автомобилей.

Тропинка в лесу странным образом заканчивалась прямо здесь — в роскошном, просторном офисе корпорации.

С панорамным видом на… звёзды. За бронированным стеклом безмолвно зияла чёрная бездна космоса, усеянная холодными искрами далёких галактик.

— Нет, — прозвучал его голос, мягкий, почти участливый, хотя губы едва шевелились. — Напомнить.

— Что именно?

— Что ты видел это своими глазами.

— Я не понимаю.

— Какой хитрый. Ты понял, — улыбнулся он и сложил руки у лица. — Просто отказываешься признавать. Ты запомнил этот момент, и он сыграет свою роль в будущем.

Нет. Мне совершенно точно ничего не понятно!

Следующий вопрос вырвался сам,. Миллиарды людей клялись этим именем. Я хотел услышать ответ из первых уст.

— Ты бог?

— Всё относительно, сын. По сравнению с тобой и по уровню личного могущества в Эмпиреях? Да, бог. —легко сказал он. —Но являюсь ли я им по своей сути? Нет. Я смертный. Настоящий смертный, который собственной волей и силой обрёл и выжег свое имя в Варпе. И расколол его. Но я не бог и никогда не был.

Он замолчал, подбирая слова.

— Он — лишь Власть, оставшаяся там, на Троне, слепая и пожирающая самое себя. Я — лишь Долг , блуждающий здесь, среди пепла и памяти. Власть без долга сжигает все дотла. Долг без награды и надежды превращает жизнь в пытку. Но власть долга… или долг власти — это совсем другое имя.

Он снова посмотрел на меня. В его тёплых, усталых карих глазах не осталось ни капли золотого монументализма: перед мной был человек, который сбросил тяжеленную обузу и искренне рад встрече с сыном… или хотя бы с кем-то.

Он подошел ближе. Протянул руку и легко, по-отечески похлопал меня по массивному наплечнику доспеха. Жест был лишен всякого церемониала — так старый мастер хлопает по плечу ученика перед тяжелой работой.

— Спасибо, что вытащил меня, Робаут, — его голос звучал тепло, тихо и абсолютно по-человечески. — Отвезёшь своего старика домой? Мне нужно встретиться… с собой. Моя вторая часть на том проклятом Троне уже на грани пробуждения. Пора заканчивать этот безумный фарс с молитвами и возвращаться. Хватит с нас метафизики. Если «Власть» встанет с Трона, то явится в образе «Тёмного короля». И нам всем резко поплохеет.

— Нам — это человечеству?

— Нам — это галактике.

Я знал, что Император был хитрым существом. Я помнил нашу встречу на Терре: на Золотом Троне сидел бог, отбросивший человечность, как ненужный мусор, и с трудом способный даже говорить со смертными. Но сейчас я, как и ожидалось, говорил именно с этой человечностью. Именно поэтому я рискнул задать ещё один вопрос.

— «Тёмный король» как-то связан с Завершителем цикла?

— Даже ты с ним связан, — усмехнулся он. — Потому что хаос — это иллюзия: всё связано со всем.

Он на секунду остановился.

— Но… я надеюсь, ты не заключал с ним договор от лица человечества? Было бы обидно.

— Определённо, я не заключал договоров с сущностями Варпа.

—Я рад. Произнес он уже рубке «Чести Маккрага». На которой мы оказались без перехода.

— А куда делась планета? — изумлённо вскинулась спутница моего проводника.

— Я за неё, — улыбнулся мой генетический отец, заставив экипаж вздрогнуть и повернуться в его сторону.

Так работает харизма. Ты входишь в комнату, и внимание всех внутри твоё.

У меня же прямо в ушах зазвенело от его «я не бог», прозвучавшего почти издевательски на фоне только что мимоходом показанной мощи.

Чат Империум. Закрытый канал: Примархи

Official_Lord_Regent_1 (Робаут Жиллиман): Народ… вы сейчас умрёте от того, кого я нашёл.

Administrator: Всем привет, малыши.

LEMAN_THE_WOLF_KING_1 (Леман Русс): Джон? Впервые с тобой разговариваю. Что ещё за «малыши»? Ты *бу дал? я за три метра!

Official_Lord_Regent_1: Нет, не Джон… Это Император.

Ugolek: Ты шутишь?!

Han: Серьёзно?!

Sanguinius: Приветствую тебя, отец. Я предсказывал, что так будет.

Official_Lord_Regent_1: Саня, ты серьёзно? И ничего мне не сказал? Магнус, почему молчим?

@Magnus_the_Red_Official: Чёт мне сцыкотно...

LEMAN_THE_WOLF_KING_1 (Леман Русс): Ха-ха! Чует собака, чьё мясо съела!

Administrator: Расслабься, Магнус. На Никее был мой косяк. Создать сильнейшего псайкера, а затем запретить ему колдовать было моей ошибкой.

@Magnus_the_Red_Official: Правда? Это точно ты так сказал?! Не я! Ты!

Administrator: Да, я признаю, что это было глупым решением.

@Magnus_the_Red_Official: Точно! Абсолютно недальновидным!

Administrator: Ага…

@Magnus_the_Red_Official: Дебильным и некомпетентным!

Administrator: Не перегибай.

@Magnus_the_Red_Official: Простите…

Sanguinius:[Мягкий, одухотворённый смайлик с крылышками] Я же говорил, что всё наладится. Главное — верить в лучшее и вовремя извиняться перед отцом!

Sanguinius: Всё будет хорошо, братья. По крайней мере, теперь у нас есть план.

Han:И живой отец, который умеет признавать ошибки — такого бонуса у Империума не было со времен Объединения Терры.

Administrator: Ты что, троллить научился?

Han:: Я серьезен как сердечный приступ!

Administrator: Ты тоже не перегибай!

В этот момент меня прервал секретарь, который сдавленно кашлянул за спиной и сообщил, что некто Константин ожидает в приемной и настойчиво интересуется, не забыл ли Лорд-Регент о «небольшом долговом обязательстве».

Я тяжело вздохнул, мысленно возвращаясь из глобальных материй к земным делам, и махнул рукой:

— Пусть войдет.

Джон Константин ввалился в кабинет с тем самым видом человека, который только что ограбил казино, перехитрил дьявола и искренне надеется, что полиция об этом еще не узнала

— Ну что, босс? — Константин попытался изобразить непринужденную улыбку, но я сразу заметил, как нервно дергается у него уголок рта.

— Спасли галактику, потрясли основы бытия, а теперь, я полагаю, сознательным слугам императора положена амнистия?

Я медленно поднялся из-за массивного стола, покрытого стопками отчетов, и выдвинул перед собой гололитический планшет с официальным бланком.

— Джон Константин, — мой голос гулко прокатился по сводам помещения. — За проявленную дерзость, наглость, и совершенно неоценимый вклад в спасение Империума…

Тот с деланным, но мгновенно включившимся смущением начал ковырять носком стоптанного сапога полированный мрамор пола.

— …я, Робаут Жиллиман, Лорд-Командующий и Магистр Ультрамаринов, наделяю вас патентным сертификатом Вольного Торговца.

Я протянул ему сияющий печатью пергамент. На лице Константина расплылась самодовольная улыбка человека, который переиграл саму систему.

— Но! — я резко опустил палец вниз.

Константин замер в сантиметре от заветной бумаги. Его палец завис в воздухе.

— По совокупности прошлых, текущих и потенциальных преступлений против имперской безопасности… — я сделал паузу, наслаждаясь моментом.

— Я ссылаю вас на отдаленную планету-поселение.

— Ээээ… — эмоциональные качели Константина рухнули вниз.

— …В качестве планетарного губернатора, — закончил я.(Хотя, учитывая масштабы диска альдерсона, скорее, системного, — пробормотал я про себя).

Было забавно наблюдать за его эмоциональными качелями.

— В качестве государственного задания тебе вменяется в обязанность отыскать и рекрутировать не менее десяти тысяч парий и из них создать поселение. Под это дело тебе выделяются пять списанных, но еще летающих фрегатов типа «Меч». И один линкор новой сборки типа «тюльпан». И ты отправляешься в небольшой неизведанный кластер недалеко от… галактики млечный путь.

—Ровно через полвека я жду первую имперскую десятину

Я резко захлопнул папку.

— Свободен. Оформи все бумаги у секретаря на выходе.

***

— Посмотри что он оставил на столе, — Император посмотрел вслед улетающему кораблю вольного торговца.

Я поднял записку и поднял брови.

—Механоворы? Здесь? Почему он вдруг решил сообщить?

— он отморозок и авантюрист как любой вольник, но меру знает. Твоя гибель крайне негативно скажется на человечестве. И... что не менее важно ослабит, легитимность его новенького патента.

—здесь правда есть эти штуки?

— Вопросом на вопрос. Сколько кораблей сопровождения по твоему же регламенту нужно для флагмана?

— Двенадцать, если следовать букве имперского наставления по безопасности флотов сегментума, — ответил я, не поворачивая головы, хотя внутри уже зарождалось нехорошее предчувствие.

— Сколько ты взял?

— Одиннадцать.

— Почему?

— Потому что... — я внутренне напрягся. У меня было достаточно кораблей и не было причин нарушать регламент. Почему я взял одиннадцать кораблей?

— То, что ты сейчас испытываешь, называется атака механовора. Всё, что он съел, исчезает из ткани пространственно-временного континуума, вызывая когнитивный диссонанс у тех, кому каким-либо образом было известно о съеденном объекте.

— Так... —пытался перейти к конструктиву я —и как уничтожать такую штуку?

— Ну... в моё время мы пытались заливать их плазмой, играли со временем, нарушали метрику пространства, один раз даже сделали локальную вселенную с чётко заданными онтологически противоположными свойствами против механоворов. Заманили их тута а потом сллопнули.

— Можно короткий ответ?

— Никак.

Мы оба посмотрели в иллюминатор. Червеобразный кусок ничего можно было заметить лишь по исчезающим у него на пути астероидам.

— Но вы же их как-то уничтожали в Долгую Ночь!

— У них нет тела как такового, и они тупые как пробки. Мы синхронизировали корабли жертвы и сделали из десятков один. А одинаковый паттерн для всех заставляет их двигаться синхронно. Мы не смогли уничтожить ни одного. Они все здесь.

— И что нам делать?

— Бежать. Предпочтительно сторону противника. Потому что если ты этого не сделаешь то ни тебя ни меня "никогда не было" Не поможет даже жрица.

— Всем кораблям флотилии, говорит Лорд-Регент! — мой голос загремел по всем каналам связи, перебивая вокс-помехи и недоумевающие возгласы доклады капитанов. — Форсировать реакторы до ста сорока процентов! Снять лимитеры с маневровых дюз! Отменить стандартный построчный регламент ордера — перестроиться в кильватерную колонну след в след за моим флагманом!

Мостик Флагмана озарился багровыми вспышками аварийных огней.

— Сверять и докладывать об отклонениях количества кораблей сопровождения от полагающегося по штату каждые десять минут!

Хорошо что я взял один облегчённый корабль, дело пойдёт быстрее... Стоп! Какой облегчённый!? Конструкционно у «Стремительного» должен быть правый борт!

Теперь я должен учитывать не то "что есть" а то что "Должно быть". Голова заболела.

1.Тёмный Король (The Dark King) во вселенной Warhammer 40,000 — это гипотетический пятый Бог Хаоса, чьё рождение едва не произошло из императора во время Осады Терры в финале Ереси Хоруса.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге