Обложка Василиса и приворот

Василиса и приворот

Марина Андреева

0% прочитано
Стандартный
Марина Андреева

Василиса и приворот

Глава 1

В далеком царстве государстве жила была Василиса. Не премудрая пока ещё, а так, всего лишь училась на ведьмочку в столичной магической академии, но зато спору нет, что была она прекрасная. А нравы в том царстве были свободные в отличие от соседних королевств. Жили здесь девки со своими полюбовниками во грехе, в брак вступать не спешили, пропагандируя свою независимость.

Вот и Василиса с Иваном так жила, да горя не знала. Неделю в академии по милому тосковала пока тот в её избе бока на печи пролеживал, выходные да каникулы вместе проводили. По грибы да ягоды в лес ходили, травы да коренья полезные собирали, на озере лесном с русалками играли.

Жил мужик не тужил. Да и грех ему жаловаться — баба его первой красавицей в государстве слыла. К Василисе ни много ни мало ажно прЫнцы женихаться приезжали. По крайней мере так назывались, а уж кем на самом деле были неведомо. Хотела бы, выяснила бы Василиса всю их подноготную, да только неинтересно ей это, без надобности. Люб девице был её ненаглядный Иванушка-дурачок, и другие даром не нужны были вместе с их златом-серебром да хоромами.

Льстило это всё Ивану. Ну и к тому же, пусть ведьмочка Васька была пока такой себе, но для любимого быт насколько могла настраивала так, чтобы ему ничего особо делать не приходилось. Прямо как в романах Фэнтези что она тайком в академии почитывала, где про чудеса технические писалось. Чтоб само грело, горело, мешало, взбивало, стирало, сушило, убирали и мыло… Она ради этого даже на факультативы дополнительные бегала по бытовой магии.

Так вот, жил себе Ванька, не тужил. Вечно чисто выбрит, одет с иголочки, отдохнувший, вкусно поевший и вдоволь поспавший. Полный сил молодец многим девицам голову вскружил. Но никто не смел на Василисино счастье покушаться. Всё же с ведьмой связываться себе дороже. Как говорится обидеть ведьму может каждый, а пережить сие не всяк. Желающих испытать удачу не находилось. Так всё и шло как по маслу, пока молодец ни с того ни с сего в дальний путь дорожку вдруг не засобирался. Василиса недоброе почуяв, гордо молвила:

— Решил лучшую долю поискать? Ищи! За меня не волнуйся, не пропаду! — и отвернулась, не желая чтобы он её слезы видел.

А сердце девичье разрывалось на части, и надежда теплилась, что вот погуляет милок по белу свету, соскучится, возжелает вернуться туда где холят, да лилеят. Ведь говорил же что лишь она его сердцу мила, что краше никого нет.

Не сдержалась, искоса взглянула на такого родного, такого желанного, единственного. Того ради кого и благодаря кому за спиной крылья раскрывались. Хотелось творить и вытворять. Чьё присутствие, запах, голос, не говоря уж о прикосновениях сводили с ума, и делали самой счастливой женщиной на свете.

— Люблю тебя, дуру, — словно вторя её мыслям вздохнул Иван, отвернулся, как-то обреченно махнул рукой и вышел за порог.

Эти слова согрели душу, и даже прежде казавшееся обидным "дура" прозвучало едва ли не музыкой для ушей.

Может он надеялся, что его уговаривать начнут, чтобы остался. Но Василиса же гордая и независимая. Да, всё её существо рвалось за ним вслед, требуя отринуть нелепую гордость. Не творить глупости, а догнать… обнять… поцеловать… не отпустить…

Не позвала. Не побежала. Даже вслед не смотрела. Попросту не могла — слезы закрыли обзор сплошной мутной стеной. А он не остановился, не вернулся. Ушел.

Но девица ждала. Ни на миг о любимом не забывала. Просыпалась и ложилась спать с его образом в голове. Скучала. Былое вспоминала. Голову ломала пытаясь понять чего ему не хватало и куда так внезапно заядлого домоседа понесло? Мечтала о том что было бы не уйди Иван, или что будет когда вернётся. В том что вернётся не сомневалась. И верность хранила. Всех женихов метлой со двора гнала. От оконца не отходила. Сколько платочков извела скупую девичью слезу вытирая? Не счесть.

И ночевать теперь дома стала как в стародавние времена. Потому как вдруг он вернётся, а её дома нету? И неважно что дорога до академии и обратно времени много занимает. Не могла Василиса иначе.

В очередной раз пыталась освоить полеты на метле или в ступе. Увы и ах! Не дано и всё тут. Если бы жила где-то в глуши, то может и так бы сошло. Ну со взлетом и посадкой проблемы, кому какое дело? Ушибы и ссадины залечить дело не хитрое. Но тут, в окрестностях столицы, нужно было сдать экзамен по летнему делу и разрешение на управление транспортным средством получить. С Василисиными успехами об этом оставалось только мечтать.

Уж листва цвет сменила да опала, снега да вьюги с морозами пришли. Долго Ивана не было. Желая сердце успокоить потребовала Василиса у карт гадальных точный прогноз на их с Иванушкой будущее. А те и говорят: «Жди больших перемен, не противься. Без них не бывать тебе в счастье с желанным мужиком. И готовься — будет на тебя проклятье соперницей наложено».

Не поверила дева предсказанию про соперницу и проклятие. Зато в том, что карты про Иванушку говорят ни на миг не усомнилась. Кто ж ещё желанным может быть как не он?

Пошла к зачарованному зеркальцу, в дар наставницей преподнесенному:

— Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи, я ль на свете всех милее, сексуальней и умнее?!

— Ты — прекрасна, спору нет! Но соперницы тебе не избежать, — ни всклад ни влад, но жёстко констатировало зеркало не разводя лишних демагогий.

Каких соперниц?! Ведь краше неё никого в государстве нет. На кого он позариться может? И зеркальце туда же, будто с картами сговорилось.

В сердцах топнула ножкой Василиса и повторно потребовала у зеркальца ответа.

— Свет мой, зеркальце, скажи и всю правду расскажи, я ль действительно на свете всех умнее, милей и красивей?!

Уж очень недобрый взгляд у девы был. Да и голос тоже. Магический артефакт решил терпением взбалмошной девицы не злоупотреблять. И принялось зеркальце перечислять:

— …и умна, и красива, и стройна, секусуальна и желанна, и если хочется — сильна!..

Говоря всё это зеркальце сопровождало всё картинками с участием Василисы. Вот она в сексульном белье с красными чулочками и в туфельках на высоком каблуке. Дева невольно хихикнула, вспомнив как сие орудие пыток застряло между половиц в процессе обольщения Ивана. Вот в купальнике, вот без него, вот в костюме медсестры, вот балерина в пачке. Ага, и такое было… Иван ещё тот затейник. Фантазия у него богатая.

Зеркальце же всё вещало и вещало, картинка сменяла картинку, навевая воспоминания, а в конце оно тихонечко так, добавило:

— И порой непробиваемо тупа…

— Ты мне зубы-то не заговаривай… — недобро глянула в его сторону Василиса.

— Ну, что ж, красавица, когда твой суженый придёт, ты его спроси: "А кто ещё в этом царстве может сравниться со мной красотой?"

— Да что ж он дурной? Ведьме, пусть и влюбленной про других баб вещать?! — воззрилась на советчика дева, а у самой уже ревность в сердце взыграла.

— Ох, Вася-Вася… Дурак он у тебя, дурак! Сама ведь его таким сделала. И не о том сейчас думать надобно.

— А о чём же? — опешила девица.

— О кознях от соперницы! — отозвалось зеркальце, да тут же и улетело в дальнюю часть светлицы, благо на постель мягкую, в перину пуховую.

Вот же заладили! Соперница-соперница! Нет у меня соперниц! — думала Василиса. Искренне недоумевая: кто посмеет на неё злобные чары наложить? Все ведь её любят и уважают. Мужики желанием исходятся, бабы… У тех зависть конечно есть, но оно даже приятно. Но чтобы зла ей возжелали? Это вряд ли…

Кажется только вчера гадала и с зеркалом споры вела, а буквально на следующий день возлюбленный воротился к порогу её дома. Вот только Василиса не узнала его. Вроде Иван, да не тот. Белки глаз покрасневшие, радужки почти прозрачные, руки трясутся, и в голове всё явно совсем верх-тормашками.

— Вань, а Вань, кто ещё в этом царстве может сравниться со мной красотой? — памятуя о наставлениях зеркальца, поинтересовалась Василиса.

Тот посмотрел на неё как-то совсем уж странно.

— Всё Васька, думал я, думал, и понял: не хочу с тобой жить, чужая ты мне стала, — говорит, и взгляд при этом гуляет вокруг, словно боится парень ей в глаза заглянуть. Или мешает ему что-то это сделать? — Обычного человеческого счастья хочу, а не всего этого… — парень повел рукой по сторонам.

— Чего ж тебе тут для счастья не хватало? — опешила Василиса.

— Чтобы баба сама стирала, стряпала да убирала, чтобы детишки повсюду…

Первый пункт Василиса мимо ушей пропустила. А второй её озадачил. О детях она никогда не мечтала. Когда-нибудь будут, но не сейчас же? Но если проблема в этом, то…

— Так я ж не против, — едва слышно прошептала. — Давай сделаем деток.

— Эх! — в сердцах взмахнул рукой молодец. — Я ей про Фому, а она мне про Ерему!

— Так и Фому сделаем, и Ерему… — растерянно пробормотала сбитая с толку его реакцией ведьмочка.

— Вот я о том и говорю, Вася. Тебе бы все по щелчку пальцев сделать. Даже деток небось насторожить решила. Чтобы легко и просто. А какая тогда радость? Чему радоваться, если всё само собой складывается? Даже сравнить не с чем.

Смотрела на него дева и не понимала, что случилось? Вернее догадывалась — признаки приворота на лицо. Да и предсказание недавнее припомнилось вмиг.

Словно подменили его. Уходил в края дальние пусть в любви и верности не клянясь. Но слова заветные на пороге сказал таки, а вернулся вот так…

— Не поминай лихом, — сказал он, собрал оставшиеся у нее некогда вещи и ушел. Как позднее оказалось — к другой, столоваться да миловаться.

Вот так. Ждала. Верность хранила, а он? Ага, вернулся. Вот только не к ней, а с женой законною в комплекте, как выяснилось. Когда успел?! И ладно бы та красавицей писаной с лица была, или фигурой выделялась, или хотя бы хозяюшка редкостная оказалась. Но ведь нет. Как не глянь Василиса лучше. Только одно картину портило — говорили будто то колдунья заморская в наши края по каким-то своим надобностям пожаловавшая. Вот и как с такой бороться?

Обида одолела деву-красу, решила она с соперницей поквитаться и неверного возлюбленного наказать, а в идеале вернуть. В помощь ей были карты гадальные и магия приворотная. Всё же ведьма она, пусть пока и недоученная. Когда-то те самые карты предрекали им с Ваней счастье, дом полную чашу, да детей выводок мал мала меньше, а в итоге что?

Василиса в горе занемогла. С людьми почти общаться перестала. Учёбу прогуливать начала. Красу час от часа теряет. Румянец поблек, глаза уже не сияют. Живет в одиночестве, мужиков в своем царстве в упор не замечая. Тоскует-печалится, планы мести вынашивает да чахнет на глазах.

Думала, гадала как милого домой возвернуть, как от разлучницы отвадить?

Что только не пробовала: и рассорки, и остуды…

Как не пыталась, не удавалось вернуть любимого. Словно слеп и глух он был ко всем её словам, да магическим посылам.

И вот однажды приснился ей сон, будто выходит она из своей избы, а перед ней стоит избушка на курьих ножках, и там на крылечке сидит наставница её — Баба-Яга и горько плачет.

— Что случилось, бабушка, — поинтересовалась дева-краса.

— Ой беда у меня девица… — запричитала бабка.

— Может помочь чем смогу? — предложила Василиса, искренне надеясь что это не иначе как судьба к ней благосклонность проявила, сведя с самой могущественной в их краях колдуньей. В последнее время связь между ними оборвалась. А тут на тебе! Пусть даже во сне, на яву на такую встречу нечего и рассчитывать. Они и прежде вживую никогда не виделись. Зато подружка Василисина — кикиморка болотная Нюшечка и Иван, в то время ещё совсем не дурак, с бабой Ягой лично знакомы были и общались.

Старуха лишь рукой махнула, мол, все равно делать нечего, так что заходи в гости, да помоги мне, а я уж тебя тоже отблагодарю.

Поднялась Василиса на крылечко ведьминого дома. Вошла внутрь повинуясь приглашению хозяйки.

Мрачновато. Травами всё так пропахло, что аж в носу чешется. Того гляди чих разберет.

— Как помочь-то, знаю, и не знаю… — со вздохом изрекла старушка. — Есть на свете цветок — роза голубая. Если сорвать его и принести мне, то исцелюсь от своей болезни. Только вот беда — ведь этот цветок, прежде чем сорвать надо окропить кровью невинных дев. Да хоть бы одной. А где их ныне взять то? Я и сама не без греха. И ты… И в кого пальцем не ткни. А без этого не будет у того цветка силы волшебной. Как итог и ты у меня есть, а помереть не смогу даже если устану землю-матушку топтать.

Призадумалась Василиса. Задачка действительно непростая. Ни то чтобы она погибели бабе Яге желала, но коль та желает… Вот только… Где в наши дни невинную деву отыскать?

— Возраст важен? — уточнила она.

— Ну ясное дело не дитя, а зрелая дева, — с укоризной взглянула на неё баба Яга. — Да и чтоб не было за нею ни грехов, ни блуда, ни иных дурных поступков. Чтоб сердце у неё доброе было.

Тут заря забрезжила да петух соседский разорался так, словно его живьём в суп засунуть пытались. Проснулась Василиса и пригорюнилась. Сон хороший, и день как раз тот когда сны вещие, а вот что теперь делать так и не ясно. Одно точно — деву невинную стоит всё же поискать. К себе приблизить и проследить, чтобы не попортил никто. Да про розу ту голубую поразузнать. Может в библиотеке в магической академии о ней что-то выяснить удастся?

Окрыленная идеей засобиралась Василиса в академию.

Глава 2

Риск он такой риск. Уж очень хотелось девице поскорее до места добраться. Вот и решилась, пока светать не начало накинуть на себя морок непрогляда, и долететь до академии на метле. Морок штука хорошая, но от контролирующих магов не спасает, оставалось надеяться, что вкупе с ночной мглой её проступок останется незамеченным. В этот раз даже в воздух подняться удалось с первой попытки.

Помело быстро деву-красу до цели донесло и даже посадка почти удачно прошла. Ну, по крайней мере свидетелей этого позора в поле зрения не наблюдалось.

Не теряя времени даром, Василиса отряхнула налипшую на платье траву, вытащила ветки застрявшие в растрепавшихся на ветру волосах, и вбежала в двери общежития. Комендантша дремала на стуле, возле своей каморки, и припозднившуюся студентку не приметила. Василиса занесла метлу, вернее развалившиеся после неудачной посадки черенок и помело в свою комнату, и направилась в библиотеку.

Место это ей нравилось, хотя бывала она тут в последний год нечасто. Собственно когда новые учебники получала осенью. Уход Ивана совсем её из колеи выбил. То пропадала тут постоянно все те три года что училась в академии. А в последнее время до того ли ей стало? Либо учеба и факультативы, либо мчала домой скорее, в ожидании возвращения любимого.

— Приветствую, о мудрейший… — с искренним уважением, обратилась она к библиотекарю — невысокому пожилому человеку с длиннющей седой бородой и косматыми, словно припорошенными снегом, бровями.

— И тебя, о прекраснейшая, — отозвался он. — Что на этот раз привело тебя в храм знаний?

— Мне бы книгу найти, — вздохнула Василиса, не отрывая взгляда от кажущегося бесконечным ряда стеллажей. — Хочу узнать как можно больше о Голубой розе…

— Да, да, — несколько рассеянно отозвался библиотекарь и отвернувшись к стеллажам принялся там что-то перебирать. — Книги у нас есть разные. Вот, например, "Как воспитать ребенка, не выходя из дома" — для домохозяек, тебе оно ни к чему. Или "Как стать богатеем за один день" — это для… В общем, тебе тоже ни к чему. А вот, кстати, и то что требуется! Ага, и вот… Тут тоже кажется что-то было…

Стопка из книг росла перед Василисой. Но пугающих размеров так и не достигла. Библиотекарь продолжал поиски, а девица открыла одну из книг. Полистала. Нашла требуемый раздел, и…

— Это всё?!

Старик обернулся, и лишь руками развел — мол, что имеем. Конкретно в этом талмуде, несмотря на гигантский размер самой книги, информации оказалось мало. Всего пара строк.

— Вроде всё… — библиотекарь окинул оценивающим взглядом небольшую стопку книг.

— Благодарю, о мудрейший… — пробормотала девушка и прихватив книги направилась к располагающемуся неподалеку от стойки библиотекаря столику. Это местечко она ещё в первое посещение заприметила. Идти недалеко, и от посторонних взоров прикрывает стеллаж.

Устроилась поудобнее. Окинула взглядом фронт работ.

Не так и много книжек на эту тему обнаружилось.

Как оказалось авторами были одни мужики и писали всякое заумное. В случае Василисы совершенно ненужное и неинтересное. О свойствах, да всё не о тех. А главное нигде ни слова о том, где эту невидаль голубую искать надобно. Каким именно образом окропить требуется чтобы магические свойства сохранить. Вернее разновидностей растения много оказалось. Попадалось на глаза упоминание, где растет этот вид в целом, а про требуемую разновидность и вовсе нашлось мимолетное упоминание всего в одной книге:

"Роза голубая. Рододендрон даутлярский. Цветет в марте — июне. Плод — шаровидная коробочка. Семена с хохолком. Цветы белые, розовые, красные, крайне редко голубые — при условии определенной освещённости, влажности. Цветки душистые. Красные цветы раскрываются утром, желтые — днем, белые — вечером, голубые — ночью. Листья кожистые, блестящие, темно-зеленые, сверху голые, снизу опушенные, с короткими черешками. Растение светолюбивое, морозостойкое, бла-бла-бла…"

Дальше шли рецепты и немногочисленные способы применения цветка в магии. Но варианты применения оной от запоров или мужской немощи девушку мало интересовали.

— Василиса, ты меня слышишь? — голос библиотекаря вывел её из задумчивости. — Голубая роза, говоришь? Я вспомнил… Есть у меня одна книга. Она в разделе «Древние заклинания и зелья». Интересно?

Ещё бы было не интересно! Василиса закивала так, что едва коса не отвалилась.

— Пойдем, провожу тебя, — добродушно усмехнулся библиотекарь.

Василиса кивнула и последовала за стариком. Миновав лабиринт стеллажей, достигли раздела «Древние заклинания и зелья». Библиотекарь указал на книгу в потертом кожаном переплете, скромно приютившуюся в укромном уголке и совершенно не привлекающую внимание:

— Вот она. Это уникальная книга, единственный экземпляр не имеющий копий. Вряд ли ты когда-либо её видела. И не каждому она в руки дастся. Потому и пришлось тебе самой сюда идти. «Голубая Роза: История и магические свойства». Магия древних времен, — как-то мечтательно молвил библиотекарь.

Василиса с опаской потянулась к желанному фолианту. В душу закрались сомнения, вдруг ей не повезет попасть в ряды избранных, кому книга позволит с собой контактировать. Ан нет. Повезло.

Взяв книгу, открыла. И невольно ахнула от восхищения. Красота и сложность иллюстраций поражала, изображения словно живые. Вот-вот кажется шелохнется лепесток под порывом ветерка, или сквозняк донесет аромат внезапно ожившего цветка. Текста тоже было много, но, увы, язык оказался совершенно незнаком.

— Я никогда не видела подобных книг, — завороженно прошептала девушка. — И язык этот не знаю… — с сожалением добавила она.

Библиотекарь терпеливо пояснил:

— Это не удивительно. Главное, книга признала в тебе достойную. А язык? Он известен малому числу посвященных. Язык древних ведьм, считается что только их потомки могут понять его. Судя по всему, ты не из их числа, — резюмировал он и вздохнул.

Василиса тоже вздохнув, кивнула, подтверждая предположение библиотекаря:

— Да, не из них. И что же мне теперь делать? Зная, что эта книга существует, скрывая ответы на мои вопросы… Мне нужно узнать, что здесь написано! Можно её взять с собой? Может придумаю как…

Девушка действительно уже и не помышляла об отказе от изучения фолианта. Она готова была пролистать его от корки до корки хотя бы ради изучения иллюстраций. Возможно по ним тоже удастся что-то выяснить?

— Брать ее?! Она же уникальна! — возмутился старик. — Но… Я могу помочь, — таинственно улыбнулся он. — Есть заклинание, которое переводит текст на понятный тебе язык. А при определенной доле удачи и изучить этот язык. Но для его активации, тебе придется пожертвовать частью своей магической силы. Навсегда лишившись её. Не всей. Только части. Но обычно никто не желает терять и толики своих сил.

Василиса сама не понимая, почему так жаждет узнать об этой розе, тут же согласно закивала. Прямо-таки наваждение какое-то.

— Но и это не всё… Пообещай: когда мне потребуется помощь, ты её окажешь, — добавил старец.

Василиса хоть ведьмой и была, но не имела столь древних корней как например её наставница — баба Яга, коей и требовался сей цветок. Но где она, та баба Яга? Во снах? А наяву? Сможет ли эта древняя ведьма прочесть текст? Да и как ей дать такую возможность? Книга тут, наставница невесть где. И узнав всё сама, не передумает ли помогать Василисе? Как тогда самой Ивана возвращать?

Нельзя вот так обвинять наставницу во всех грехах, но береженого даже бесенок сбережёт. И время тянуть опасно, никогда не знаешь как всё обернуться может. А взять и отказаться от возможности узнать о заветном цветке и получить дополнительные знания? Часть магии это безусловно немалая цена, но несколько лет назад у Василисы и намека на магический дар не было, так что чуть больше или чуть меньше… А в этой книге обязательно откроется нечто очень важное! Не зря же фолиант настолько древний и засекреченный, да еще и не каждому в руки дается? Если уж попала в число избранных, то глупо терять такую возможность.

Почему-то о том, что библиотекарь так цену книге набивает и на ответную услугу юную ведьмочку разводит, Василиса даже не подумала.

Так, недолго поколебавшись, она всё же решилась. В конце концов прежде ей и не на такие жертвы идти приходилось ради обретения самой магия. Она в своем роду первый носитель дара. По крайней мере, ни матушка, ни отец ничего о наличии магии у их предков никогда не рассказывали.

Так что, можно частью магии пожертвовать для возвращения любимого. А то с кем род-то продолжать? Иван свой, родной, любимый, в быту притершийся… Ну и дурачком он не просто так стал, да только это совсем другая история, о которой Василисе всегда стыдно вспоминать.

Магия — это сила, которая может как помочь, так и навредить. Для Василисы это секретом не было. И пусть ей придется пожертвовать частью своих сил, главное, чтобы бы эта жертва оказалась не напрасна. А желание библиотекаря? Вряд ли оно окажется из разряда неосуществимых.

Старик произнес заклинание, и книга начала "говорить". Текст на страницах менялся на глазах, превращаясь в понятные строчки на родном для девицы-красавицы языке. Василиса даже забыв присесть, так стоя и зачиталась о древних заклинаниях и зельях, о тайнах ведьм и колдунов, о магии, которая была забыта и утеряна.

-- В ногах правды нет, -- выдернул её в реальность голос библиотекаря.

Благодарно улыбнувшись старику, Василиса поспешила в свой уголок, где можно было спокойно почитать.

«Голубая Роза» начиналась с легенды о волшебнице, которая создала этот магический цветок, способный исполнять как выяснилось самые сокровенные желания. Увы, кроме любовных. Так что именно её, самое заветное, этот цветок исполнить не мог. Можно было пожелать здоровья, богатства, хорошего урожая, почти чего угодно, но не любви, не семейного счастья.

Цветок рос в саду волшебницы и каждый, кто умудрялся проникнуть туда и находил его, мог загадать одно единственное желание. Однако бессмысленно было загадывать то, как оно должно свершиться. Попросишь богатства, думая про удачный брак. А получишь наследство после смерти кого-то из родных. Вот и с любовью так -- захочешь счастья с конкретным, получишь с тем, кто больше всего тебе подходит. Роза сама решала как будет лучше для просителя. Собственно так работали почти все магические заклинания с использованием стороннего воздействия, будь то высшие силы, духи рода, стихий или артефакты. А это был не простой цветок, а голубой — символ мечты и надежды.

Надоело колдунье это воровское паломничество и придумала она условие ограничивающее возможность использования цветка. Так и появилось требование окрасить оный кровью невинной девы. И кары всякие если неправильно с ним обращаться.

В книге подробно описывались свойства голубой розы, ее применение в магии и алхимии. Также приводились рецепты зелий и снадобий, в состав которых входил этот волшебный цветок.

Василисе было интересно читать о магических свойствах голубой розы, но чем дальше она читала, тем больше понимала — это всего лишь легенда. Возможно цветок существовал, но пару десятков тысячелетий назад. Какова вероятность его существования в реальности сейчас?

Вопросы лишь множились по мере изучения картинок и текста. Информации было много. Полезной в перспективе использования найденного растения. Печалило, что речь шла о чем угодно, только не о делах любовных, отворотах или том, как найти сам цветок в дикой природе, ведь дома и приусадебного сада той древней волшебницы уже точно нет. Зато разглядывая картинки обратила Василиса внимание, что дом той колдуньи судя по всему в горах располагался.

Книгу вернуть придется, "от и до" пролистана она уже. Благо изображений много и текст хоть бегло, но весь просмотреть удалось. Рецепты полезные беспорно имеются, вот только запомнить их в таком количестве невозможно. Поэтому подробно она их не изучала. Решив если повезет отыскать цветок в изобилии -- прийти и ещё раз почитать или выписать заинтересовавшие.

Пригорюнилась Василиса. Сидит, пальчиком по корешку книги в задумчивости водит, какие-то журнальчики выставленные на стеллаже бездумно рассматривает.

И тут попался на глаза журнал. Картинки на обложке ни о чем не говорили. А вот надписи: "Как не попасть в лапы к коварной лесной ведьме", "Почему не стоит смотреть в глаза Дракуле", "Рододендрон даутлярский голубой — миф или реальность?", Все это и многое другое в новом выпуске "Магического расследования".

Дева аж подпрыгнула, едва скамью на которой сидела не уронив. Схватила журнал, словно опасаясь, что кто-то успеет увести его прямо у неё из под носа.

"…Встретить Рододендрон даутлярский голубой можно на горных склонах Даутляра. Цветет этот вид ночью, и именно поэтому из-за труднодоступности мест произрастания, многие считают существование этого вида не более чем мифом из сказок, наравне с цветком папоротника…"

Не очень "порадовало" что цветок этот, в подтверждение слов из сна, крайне редкий, расцветает в ночи, да ещё и не на плоскогорьях, а на склонах Даутляра. А места там непроходимые, дремучие, ещё и зверьем хищным облюбованные.

Тропы там есть, но склоны крутые и из-под ног постоянно каменистое крошево осыпается норовя и тебя с собой забрать. Очень Василиса эти места запомнила. Бывали они там с Нюшечкой и Иваном, когда к селению родному возвращались, чтобы братишку ее младшенького домой к родителям вернуть. Своими ногами, да ещё и в ночи рискованно в те края соваться. Нужен проводник надежный, хорошо места те знающий, а лучше бы…

Эх… Лучше бы научиться летать на помеле или в ступе. Но не дано ей это и всё тут. В ночи в горах такие эксперименты проводить однозначно не стоит. Иначе задание наставницы станет последним в недолгой жизни юной ведьмочки.

И вдруг осенило Василису: бывала она как-то в "гостях" у Кощея, ректора их академии, так вот среди предметов его гордости имелся ковер-самолет. Помнится хвастался он, и даже показывал ей сию диковинку в действии. И полетать ей позволил. Получилось! Впечатлить пытался, ага. Ну собственно впечатлил, да. Правда не настолько чтобы Василиса за него замуж захотела.

Вздохнула дева-краса: снова к ректору Кащею на поклон идти придется. А он опять на свадьбу намекать начнет, манипуляшки включать как в техно-фэнтези пишут, и отчислением из академии угрожать. В её планы ни то, ни другое точно не входило.

В наши дни ведьма без диплома как бы и не ведьма вовсе. Где-то в глуши может и нормально к не дипломированной ведьмочке отнесутся, но не в городах, а тем более не в столице. В глухомань забираться у Василисы планов не было. К тому же наставница выставила окончание академии одним из условий получения ведьмовского дара в полной мере. А замуж? Ладно еще за Ивана, этот молодой, родной, любимый, но за Кощея?! Фуууу… А может…

Может позаимствовать этот ковер-самолет? Не насовсем, а так, на время. Одолжить. Без спроса, конечно. В горы слетать и вернуть на место. Того гляди и не заметит никто. Заодно и над лесом покружить, избушку бабы Яги поискать. Как она выглядит дева из снов знала, вдруг найдется?

Жаль невинную деву таким образом найти точно не удастся -- у них на лбу крупными буквами о наличии невинности не написано.

Надо выяснить когда Кощей в академии будет, да попытаться проникнуть тем временем в его владения. Задача не из легких, но уносить ноги оттуда несложно будет на ковре-то. Как и возвращать его, а вот выбираться оттуда потом…

Ивану, когда он ходил меня из лап Кощея освобождать Нюшечка помогала. Вот с ними без проблем пробрались бы и туда и обратно. И не так страшно бы было, а одной… Да только где они все сейчас? А остальные… К кому же с такими вопросами доверишься? Никому. Так что сама, всё сама. А пока…

Глава 3

Тишина и покой библиотеки сделали своё дело — Василиса сама не заметила как задремала. Даже во сне она не сдавалась и продолжала искать информацию о цветке.

Привиделось ей, что прогуливаясь по лесу, она наткнулась на старую избушку, которую раньше не видела. Выглядела она заброшенной, но вокруг нее росли красивые цветы. Василиса приблизилась, желая их рассмотреть.

Будто подтверждая теорию того, что ничто не происходит напрасно один из цветков привлек внимание девицы-красы. Нежно голубого цвета, и издали смутно знакомый.

Василиса вмиг поняла — это тот самый цветок! Девушка склонилась, чтобы рассмотреть его поближе. Он был непередаваемо прекрасен, рука сама потянулась навстречу нежным лепесткам, и, вдруг, заставив её вздрогнуть, где-то рядом раздался голос:

— Не трогай этот цветок, девочка. Он опасен для тебя.

Чуть поодаль, среди зарослей кустарника стояла старушка. Незнакомая. Застиранное старое платье, на голове платок. Она выглядела очень старой и уставшей, но ее глаза были на удивление яркими и живыми.

— Это голубая роза, — произнесла старушка. — Она может исполнить желание той кто тебя за ней послала, но ты заплатишь за это немалую цену. Подумай, тебе точно нужно то к чему ты стремишься?

Василиса резко приподнялась. Это движение во сне, невольно заставило её вздрогнуть в реальности. Это действие скинуло со стола одну из книг. Хлопнув об пол, та вмиг привела девушку в чувства.

Василиса ошарашенно заозиралась по сторонам. И тут же пришло понимание где она, зачем, что искала и что только что увидела.

Что делать дальше? Это был просто сон, или вещий? И если второе, то… Какая ещё может быть цена? Что имела в виду старушка спрашивая точно ли ей нужно, то к чему она стремится? Ведь у неё целых две цели: помочь наставнице заручившись её благосклонностью и вернуть Ивана.

А если хорошо подумать?

Помочь, чтобы обрести магию и вернуть любимого. Два в одном флаконе. Всё это она получит, если выполнит задание наставницы. А значит, её цель Голубая роза. Но в чем опасность? И какие могут быть сомнения в необходимости стремления к этой цели?

Не успела девица-краса прийти в себя после странного видения и резкого пробуждения, как откуда-то из-за стеллажа донесся показавшийся смутно знакомым женский голос:

— Добрый день, я ищу Василису, мне сказали она здесь.

— Она, сейчас в храме, — послышался недовольный ответ библиотекаря, голос которого стал скрипучим.

Поговаривают, что он жутко не любил, когда тревожат посетителей этой обители знаний, которую он и называл храмом.

— Но мне сказали, что она может быть именно здесь, — неправильно истолковав его ответ продолжила настаивать неведомая посетительница. — Видели как она входила. Мне нужно с ней поговорить.

Дева-краса желая понять кто по её душу такой настойчивый явился, осторожно выглянула из-за стеллажа. Да чуть не заверещала от радости, завидав подружку — кикимору болотную Нюшечку.

"А вот и подельница!" — обрадовалась Василиса.

О том, как кикиморе удалось проникнуть на территорию супер-защищенной от постороннего вторжения академии даже думать не хотелось. Но думалось. Ведь и владения Кощея защищены. А это значит… Значит, шансы на успех растут! К тому же Нюшка туда уже однажды проникала напару с Иваном.

Кикиморка резко обернулась, взмахнув зелеными кудрями. Сверкнула сияющими глазищами. От этого движения вокруг неё разнесся слабый аромат лотоса, с примесью ноток аниса и чего-то еще, едва уловимого, но безумно приятного. Это только никогда не встречавшие кикимор злословят, мол, от них тиной болотной ваняет. Собственно как и россказни про то что русалки тухлой рыбой и тиной воняют.

— Васька! — взвизгнула она и повисла на шее у Василисы.

— Ш-ш-ш-ш… — недовольно насупился возмущенный нарушением правопорядка на вверенной ему территории библиотекарь.

— Мы уже уходим… — заверила его Василиса, и прихватив книги, отнесла их на стойку выдачи, ту, самую ценную сверху положила. — Спасибо вам за помощь, о мудрейший…

Она бы сказала куда больше, но минувшее короткое видение и появление подруги внезапно выбило девушку из колеи.

— Нюшечка! Как же я рада тебя видеть! — воскликнула Василиса, едва они оказались на улице и от души обняла подругу. — Сколько лет, сколько зим!

— Я тоже рада тебя видеть, Вася. Но как же так? Я с ног сбилась вас с Иваном искала. Поверить не могу, что ты здесь! Это же академия самого Кощея Бессмертного! Ты клялась, к нему на милю не приближаться! Зря мы тебя что ли от него вытаскивали? Куда Иван смотрел-то?! "Ой, да я с ним в один лес за грибами не пойду, в одном поле цветы собирать не стану!!!" — жеманно передразнила кикиморка подругу, припоминая ей некогда в горячах сказанные слова.

Василиса улыбнулась. Давненько тот разговор был, задолго до того как она здесь учиться стала. Помнится хотелось применить выраженьице покрепче, и там речь отнюдь не про лес и не про грибы была бы, но она сдержалась. И правильно сделала! Иначе подруга ещё не одно десятилетие припоминала бы о несдержанности юных лет.

Тогда они с Нюшкой в одном селении жили, вернее поблизости друг от друга, но далеко-далеко отсюда. Как говорится — в Тридевятом царстве, в Тридесятом государстве… Жизнь беззаботной была. Папа, мама рядом были, братишка, любимый… А потом всё в одночасье рухнуло. Василису и её младшего братишку Кощей похитил. Иван отправился её спасать, по дороге Нюшку встретил и та будучи наслышана о деве-красе, а может и просто от скуки, вызвалась ему помочь. Собственно, тогда они и сдружились. Не зря говорят: дружба познается в беде и испытаниях.

Ох и история тогда случилась…

Василиса вмиг словно в прошлое провалилась — будто кино смотря из книг фентези, что в библиотеке академии читала. Этот дар — видения прошлого — у неё уже здесь, в академии открылся. Заодно новые нюансы о событиях былого узнавать стала таким образом. Жаль она управлять этим даром не могла. Он проявлялся исключительно спонтанно. Может оно и к лучшему. Совсем пропала бы девка, не своей жизнью живя, а чужие проживая.

***

Василиса была почти обычной девушкой, жила в небольшой деревушке вдали от столицы. Семья самая простая — не знатного происхождения и даже не волшебники, однако читать и писать умели, чем немало среди прочих выделялись. Дом у них добротный был, да хозяйство крепкое.

Родители её любили друг друга, всем на зависть. А зависть до добра не доводит как известно. И вот несмотря на возраст родился у них сыночек — младший братишка Василисин.

Она сама тем временем в самый сок вошла. Девица получилась видная — высокая, статная, очень красивая, хозяйственная и при этом умная. Многие парни в деревне и её окрестностей желали на девице-красавице жениться. Но полюбился ей только один — друг детства, Иван. Они были неразлучны с самого мальства, и никто не сомневался, что эти двое поженятся. Вот только он обзаводиться семьёй не спешил, ленив от природы, с папкой да мамкой оно проще ведь, чем на свои плечи хозяйство да семейство взваливать.

Но однажды через их деревню проезжал злой колдун — Кощей Бессмертный. Послушал о чем молва народная идёт, да решил взглянуть на Василису. Он до всяких ценностей жутко падкий был, вот и девицу оценил как очередной браслет драгоценный или редкий артефакт. Попытался околдовать её.

Вот только чудо — чары ложились на Василису лишь отчасти и спадали тут же, не принося желаемого эффекта. Вроде про свою любовь к Ивану позабыла, а за Кощеем ни в какую идти не желает. А ведь он всем хорош — и богат, и знатен, и статен несмотря на возраст. Не молод, но все не идеальны. Тем более на здоровье не жалуется. И как мужик ещё ого-го! Дала б только шанс показать и доказать. Так не давала же.

Разгневался колдун. И так её приманить пытался и сяк. Ничто не действует. Даже злато-серебро странную девицу не привлекает. Вот казалось бы понятно, коль сердечный друг имелся бы, но позабыла она Ивана. Тот вон — в полном отчаянии. С ума сходит пытается понять, что с любимой приключилось — отчего вдруг холодна и неприступна стала, словно чужие они друг другу.

И тогда выкрал Кощей её братишку младшего. Пожалел о том вскоре. Дети малые крикливые. Требуют чего-то постоянно, а чего?! Зато Василиса думала теперь только о колдуне да братике, и готова была следовать за ними куда угодно. Зов родной крови превыше всего оказался.

Иван же всё не мог понять, почему его любимая вдруг стала такой холодной и безразличной. И совсем покоя лишился узнав, что та с Кощеем в замок его отправилась. Не поверил, что по своей воле пошла. Понял, что околдовал её колдун. А так как сам магией не владел отправился на поиск самой известной колдуньи — Бабы Яги.

Жила та в глухих лесах. Найти её непросто оказалось. Многие считали, что существование Яги вымысел, сказка, чтобы детей непослушных пугать. Но Иван не сдавался. Искал. Дорога через болота шла. И начинались они неподалеку от родной деревни. Там обитали кикиморы. Народец изгоев. Говорят были они злыми и коварными. Правда ли это? Иван не ведал — прежде с кикиморами не сталкивался. А молва, она такая молва, народ много чего выдумать может. Как говорится сами придумают, поверят, и дальше по ситуации — или обидятся, или как в ситуации с болотным народцем — испугаются.

Если они и злые, то встретилась Ивану какая-то неправильная кикиморка — Нюшечка. Вместо того, чтобы завлечь парня в топи, она с ним заговорила. Выслушала историю. И так он свою ненаглядную расписывал, что захотелось ей на эту девицу-красавицу взглянуть. Тем более и прежде о ней слышать уже приходилось. Да столько всего, что Нюша ещё не разу деву-красу не видав её поклонницей стала.

— Помогу тебе, Иван, бабу Ягу отыскать, коль возьмёшь меня с собой Василису вызволять, — поставила она условие, сверкнув зеленющими глазищами. — По рукам?

Посмотрел красный молодец на её ладошку, саму кикиморку взглядом окинул и пригорюнился. Невысокая, щупленькая, кожа зеленцой отдает. Самую малость, но здорового вида девушке это отнюдь не добавляет. Сколько они до цели с этой немощью тащиться будут? А с другой стороны, найдет ли он без неё бабу Ягу? Многие пытались, да ни с чем так и остались.

Ударили по рукам. Удивился Иван крепости кикиморкиного рукопожатия. В чем и душа держится, а у него вон рука до сих пор ноет. Может и неправ он относительно того, что кикимора обузой в пути станет?

Отправился Иван с Нюшечкой к Бабе Яге. Долго они через лес пробирались, но наконец пришли к избушке на курьих ножках. Всё как в сказках ведают. И лес мрачный вековой вокруг стволами еловыми поскрипывает, и полянка, и изба точь в точь. Значит не всё вымысел.

Боязно Ивану стало, но отступать поздно, да и не один он. Кикиморка вон идёт, будто ничего не страшится, а он чем хуже? Зашли внутрь, а там Баба Яга их уже поджидает.

— С чем пожаловали, люди добрые? — глядя с недобрым прищуром поинтересовалась старуха.

У Ивана от этого взгляда аж мурашки по телу пробежали. Вспомнились сказки, где старая ведьма молодцев в печи запекает… Повторять их участь Ивану не хотелось, но и упасть лицом в грязь — трусливо сбежав он тоже не смог.

Переборов страхи, поведал Иван ведьме о своей беде, и та согласилась помочь, ведь история его любви напомнила о ее собственной молодости. По крайней мере она так сказала. А как уж на самом деле было? Никому кроме бабы Яги и богов неведомо.

Имелись у бабы Яги планы найти наследницу для своего дара ведьмовского. Устала она уже землю-матушку топтать — ни семьи, ни любви. Не передав дар уйти на тот свет не могла. Вот только своих деток в своё время не народила, и в качестве преемницы никого достойного не находила до этого момента. А пророчества предвещали ей этот визит, мол, вот она — долгожданная находка: и умница, и красавица.

К тому же, девица старинному дружку-полюбовничку Кощею в душу запала. Значит, точно девка стоящая, на абы кого он не повелся бы, уж больно разборчив. Сама Яга когда-то тоже ого-го была! Как раз Кощей её любимого и извел тогда. В те годы он и сам ещё мужик был хоть куда. Влюбилась Яга безоглядно. Да только время многое как лечит, так и колечит. И возраст даёт о себе знать. Это он бессмертный, а она…

Что только не делала, не брезговала даже за счет младенцев красу былую поддерживать. Но всё не вечно. Проводить обряд омоложения приходилось всё чаще и чаще, а деток где столько взять? Молодость ушла, и красота туда же. Однако столько они вместе с Кощеем пережить успели, что обиды на него Яга не таила. Ушла в леса глухие жить, и вот уже несколько десятилетий лишь издали наблюдала за бессмертным.

Счастья ему искренне желала. Только он ни на кого внимания не обращал. Это льстило. Но помогать ему в деле приворота дев Яга не стала бы. Наоборот, из остатков ревности решила Ивану подсобить. Василису к себе приблизить, дополнительно деву-красу от Кощея обезопасив. Договор у них давний был с бессмертным заключен — коль появится у неё наследница, неприкосновенна будет. Только если дева сия по своей воле с ним быть возжелает.

И дело не в женской вредности или в ревности. Не желала Яга деве-красе своей участи на старости лет. Да, Кощей мужик хоть куда. На время осчастливит, так осчастливит. При желании затмит любого. К тому же богат — и замок, и слуги. Избранница его ни в чем отказа знать не будет. Вот только грустно осознавать, что любимый смотрит на тебя стареющую с жалостью. Уж лучше стареть вместе. А у этой девочки есть такой шанс, стоит вон, этот самый шанс, буйну голову понурив.

— Помогу я твоему горю, Иван, — молвила тогда ведьма.

Дала она Ивану волшебный клубок, который приведет его к замку Кощея. А Нюшечке сварила зелье, способное разрушить чары и вернуть Василисе её истинные чувства. Но при этом предупредила:

— После того как найдете её и чары снимете, я войду в её сны. Есть у меня для неё пара условий. Согласится? Будет вам мир да лад. Нет… Ну там уж как сложится. Только ты сам точно на всё готов, чтобы любимую вернуть?

— Готов, бабушка! — вмиг встрепенулся парень, сверкнув ясными голубыми очами.

— Ну что же… Сам согласился… — вздохнула она. — За любую ворожбу цена есть…

Иван после этих слов слегка пригорюнился. Но лишь уточнил:

— Она свои чувства ко мне вспомнит?

— Да, — уверенно отозвалась старушка.

— Только ты жениться не забудь, хватит уже за папкой да мамкой отсиживаться. И в родное селение возвращаться нельзя вам будет… — не без умысла добавила она. Ни к чему ей было, чтобы её наследница к семье возвращалась. И мужик рядом это хорошо, да только шибко умный тоже ни к чему. Всё испортить может.

Всё это сейчас видела Василиса словно в описанных книжками кинотеатрах. Увлекательное зрелище. Этот дар у неё после освобождения из замка Кощеева впервые проснулся, а после начала обучения в академии всё чаще проявляться стал — задним числом способность не только видеть и слышать что происходило, но даже мысли героев и их чувства и ощущения считывать. Неконтролируемо, спонтанно. Нужен лишь какой-то толчок, и упс… Вот и сейчас так вышло с появлением Нюшечки.

А тем временем зрелище продолжалось.

— А как же братишка её? — поинтересовался Иван у бабы Яги. — Он же у Кощея сейчас.

— Я отведу его к родителям, — неожиданно пообещала Нюша.

— И мы вместе будем? — Иван с надеждой взглянул на Ягу.

— Если условия примет, точно будете, — пообещала она.

— Тогда я на всё готов! — убеждённо заверил парень.

— Доброго пути тебе, молодец. И тебе, девица… — она осенила кикиморку знаком ведьмовского благословения.

Поблагодарил Иван Бабу Ягу и вместе с Нюшечкой отправился в путь. Долго ли, коротко ли, но привел их волшебный клубок к замку Кощееву. К стенам высоким, вратам неприступным.

Глава 4

Леса, поля, торные тропы да дороги. Благо Нюша разбиралась в травах и кореньях, а Иван промышлял охотой и рыбалкой. Не жировали, но и не голодали в пути. Селения и города приходилось обходить стороной — не слишком люди кикимор жаловали.

По пути мал по малу информацию собирали. Результат не слишком радовал. Как выяснилось Кощей оказался нынешним царем. Иван, живя в своей глухомани о делах государства мало чего слышал. Да и зачем ему это? Где он, а где монаршие особы? И вот те раз, сам царь его невесту украл! И естественно жил Бессмертный ни много ни мало в столице, вернее в её окрестностях.

Путь предстоял неблизкий. Чего они только вместе не пережили, а главное — подружились. И пока шли, Иван чтобы страху не поддаться и назад не повернуть, всё рассказывал и рассказывал про Василису. О том какая она умница, как помогает людям, какая рукодельница, и красавица, и вообще самая-самая. Нюшке уже казалось, что они с ней с детства знакомы, хотя лично в глаза ту девицу еще ни разу не видывала.

Наконец-то привел их клубочек к цели. Замок Кощея выглядел мрачно и как-то зловеще. Стены высоченные, из темного камня. Неприступные ворота, над надвратной аркой маршируют охранники. Следят, чтобы никто не проник внутрь.

Кощей озаботился своей безопасностью. Что и не мудрено, всё же царь! Взглянули товарищи на представшую взорам картину и призадумались: как туда попасть? Яга про то им ничего не сказала.

Пытаться проникнуть внутрь через ворота? Наивно, при таком количестве охраны. Да и как, если они закрыты и слишком высокие?

— Давай обойдем вокруг… — предложила Нюша. И со знанием дела, аргументировала своё предложение: — Возможно найдем какой-нибудь лаз. Обычно в стенах замков имеются небольшие садовые калитки, только-только чтоб человеку протиснуться, такую если, что защищать несложно во время осады. Или выход речушек или ручьев может быть, канализации…

— Откуда ты знаешь? — удивился той уверенности, с которой вещала кикиморка.

— В книгах читала, — поразила Ивана она.

"На болотах есть книги?!" — чуть не поинтересовался он, но сдержался, неловко стало, сам-то грамоте не обучен в отличие от той же Василисы. Позориться, не хотелось. Вот и сейчас он упорно пытался вспомнить значение этого слова "канализация". И так мозгами скрипел, и эдак… Вроде слышал. А о чём речь? Василиса часто всякими словечками заумными ругалась. Это слово тоже звучало заумно и казалось смутно знакомым.

— Кана… Что? — не выдержал Иван.

Кикиморка смеяться над его необразованностью не стала, чем заслужила искреннюю благодарность молодца. Улыбнулась и терпеливо пояснила.

— Ааа… Так это то, что с отхожих мест сливается?! — дошло до него. Он представил как лезет в замок через такое место, как будет после этого выглядеть и пахнуть, и, брезгливо фыркнул, поморщившись.

— Я что-то не пойму, ты Василису вызволять собираешься? — воззрилась на него Нюша, которой кажется всё нипочём было, кикиморка видела цель и не признавала препятствий на пути к ней.

— Собираюсь… — понурил голову Иван. — Надеюсь обойдется без всяких этих канализации…

— Канализаций, — поправила его кикиморка.

— Не важно. Как я такой к Василисе приду?

— Если чувства вернутся, она тебя и такого рада видеть будет, — утешила его Нюшка. Получилось не очень убедительно. Ещё и это "если". Это лишний раз напомнило о том, что даже самоуверенная спутница сомневается в успехе этого мероприятия.

Тем временем в голове Ивана всплыли воспоминания о многочисленных моментах проведенных ранее рядом с любимой. То на закате у околицы. То возле озера на берегу. То за баней… Как тайком касался нежных губ, как… В общем, всякое, что было, а потом фантазия дорисовывала то, чего хотелось бы, да не дозволено. И тут пришло осознание — пора жениться! Тем более баба Яга тоже на этом настаивала.

— Эй! Ты где? — вернула его к реальности Нюшка.

— А? Тут… — пристыженно откликнулся Иван, будто застигнутый врасплох за непристойными мыслями.

Ему порой казалось, что кикиморка все его грешные мыслишки насквозь видит.

— Идём? — Нюшечка взглядом указала направление.

— А то! — отозвался парень и первым начал пробираться через заросли.

Неторопливо, укрываясь в прилегающем лесочке и за кустами, они обошли замок. На противоположной его стороне, в дальней стенке рва обнаружилось небольшое зарешеченное окошко. Там должна была быть вода, это сейчас им повезло что засуха. Лаз довольно широкий и сквозной — видно свет в конце. Издали решетка казалась непрочной, и выломать её будет несложно. Но не сейчас — по стенам курсируют охранники, а вот ночью… Всё равно ничего более подходящего не обнаружилось.

— Надо прочную палку найти…

До наступления темноты пришлось углубиться в лес. Там перекусили, и дубину подходящую нашли. Обсудили дальнейшие действия. Отдохнули по очереди. Ночь обещала быть бессонной.

По всему контуру ров был наполнен водой. Испытывать глубину не хотелось. Пришлось с приходом сумерек пробираться по превратному мостику к стене и там идти на другую сторону замка. Сложнее всего оказалось отыскать нужное место в темноте.

Вроде всё шло по плану. Решетка поддалась без проблем. И лаз просторный — по нему даже на корточках пройти можно, не обязательно ползти. Что и хорошо. На территорию проникли. Охрану благополучно благодаря Нюшиному ночному зрению миновали. Как уже позднее выяснилось им повезло — Кощея в замке не было, и даже Василису отыскали. Ох, какая буря эмоций молодца охватила, но парень сумел удержать себя в руках. На этом удача закончилась.

Вернее не так.

Увидев Ивана Василиса его признала и на этом всё. Рассказал он ей о своих скитаниях. О том что любили они друг друга прежде. Удивилась девица-краса. Не помнила она такого. Свободно её сердечко и мысли были. Но задумалась: какой смысл Ивану врать? И если бы это неправдой было, то зачем он в такую даль за ней пришёл?

— К бабе Яге я ходил, — рассказывал тем временем парень. — Дала она зелье, которое твою память о нас вернёт.

— И где оно? — с опаской поинтересовалась Василиса.

— Нюша… — позвал Иван.

В светлицу вошла кикиморка. Невысокая, щупленькая, зелёная грива курчавых волос, огромные зеленющие глаза с любопытством уставились на Василису.

— Доброго дня, — произнесла она. — Будем знакомы, я Нюша.

— Доброго, — едва слышно отозвалась растерянная от такого поворота событий Василиса, пытаясь припомнить среди своих знакомых хоть одну кикимору, но память и тут пассовала.

— Зелья того нельзя чтобы рука мужская касалась. Вот я его и принесла… — пояснила кикиморка и протянула деве-красе закупоренную склянку.

Не долго думая выпила Василиса зелье. Мгновение казалось ничего не происходит, а потом упс! И она уже совсем иным взглядом на Ивана смотрит. На глаза слезы радости навернулись. Не выдержала, кинулась навстречу, обняла. Он тоже в долгу не остался. Нюшечка смотрела и налюбоваться не могла на эту пару. А потом смутилась даже и отвернулась. Уж очень молодые увлеклись, забыв о невольной свидетельнице их встречи.

— Кощей где-то братишку моего держит… Не знаю где… — всхлипнула дева-краса.

— Найдём, — пообещала Нюшечка.

Отыскать малыша не трудно оказалось. А вот утащить его из-под надзора нянечек куда сложнее. Однако и с этим справились. Принялись выбираться из замка, то тут то там отсиживаясь и пережидая пока патруль пройдет. Почти лаза достигли, и тут малыш каааак закричит.

Охрана налетела словно коршуны. Ещё бы, в кои-то веки в их тихом закутке хоть какое-то движение. Мало кто на Руси решается покой самого Кощея нарушить, вот ничего в замке и не происходит. Скука.

И так их кикиморка с Иваном увещевали и эдак. Ничто не помогало, пока Василиса на свет фонаря не вышла. Не зря её прекрасной в народе прозвали. Пали охранники жертвами её женского очарования, а может и ведьмовские чары к тому уже примешиваться стали, не зря же Яга девицу в наследницы решила принять. А Василиса, хоть и премудрая, но то по меркам родного селения, а тут так… Вместо того, чтобы сразу попросить отпустить, предложила им взамен на это услугу посильную оказать.

Отказать красавице язык не повернулся. Задумались охранники. Как бы всё так повернуть, чтобы и девица сбежать смогла беспрепятственно, и чтобы им ответ за это нести не пришлось. Думали, думали… И придумали.

Оказалась имелся у Кощея дракон. И какое-то время ночью именно он охранял замок. Все его жутко боялись и в это время наружу не высовывались. Только дракон тот говорят разумный. Надо с ним ещё и договориться.

— Вот и договоритесь, чтобы вас не трогал. Кощей в нем души не чает, наказывать точно не станет… Ну а потом уж бегите… Чтобы не догнал, — напутствовал старший из охраны.

Боялась Василиса к лютому зверю любимого отпускать. И хоть Нюшу она толком не знала, но чувствовала, что душа у той добрая. Ведь бросила всё, пошла с Иваном её выручать из лап Кощея. И к Яге его проводила, и зелье принесла. А могла наоборот навредить. В итоге, так решила Василиса:

— Нюшечка, вижу хорошая ты. Верю что не подведешь… — дева-краса протянула кикиморке свёрток с успевшим задремать братишкой. — Коль всё равно нельзя мне назад возвращаться, отнеси его моим родителям. А мы тут с Иваном как-нибудь справимся. Главное, чтобы вы в безопасности были…

Пока они решались, охрана, получив согласие, удалилась, оставив беглецов посреди замкового сада, неподалеку от того тайного лаза.

Обернулась Нюшечка в ту сторону, куда идти надобно, а там…

Во тьме глаза огромные светятся. Этакие блюдца болотного цвета. Смотрят на неё и не мигают.

— Вась… — кикиморка сама не заметила, как по-свойски обратилась к девушке. — Забери-ка пока братика… И уходите…

Кикиморка осторожно, передала свёрток обратно. Только в этот момент Василиса заметила светящиеся в темноте глаза и поняла, что Нюшка решила на себя всю опасность принять змея огнедышащего отвлекая.

— Ты чего это удумала? — заволновалась Василиса.

Сейчас темно, но она прекрасно помнила тщедушную худощавую кикиморку. Куда ей с драконом тягаться? Она же даже меч поднять не сможет. Да и нет у неё меча…

— У вас вы есть и малыш. У меня никого… Идите. Спасусь, найду вас. Нет, так хоть жизнь не напрасно проживу… — говорит та, и потихоньку двигается к дракону.

Зверь предупреждающе рыкнул. Грозно так. Кажется сама земля содрогнулась от страха. Василиса с Иваном за руки взявшись аж присели невольно. Но молодец тут же выпрямился упрямо и возлюбленную с малышом на руках себе за спину затолкал, собой от зверюги прикрывая. А то как дыхнет, и… Все скитания зря будут.

Так пробрались до лаза. Василиса первая туда забралась и стала пробираться на волю, при этом стараясь малыша не разбудить и об стены прохода в темноте не поранить. Иван поколебался мгновение… Нюшка ему уже как родная стала. Столько вместе пережили, и вот так бросить боевую подругу на растерзание зверю лютому?

— Иди… — исполненным напряжения голосом, прохрипела кикиморка, и пояснила: — У меня дар змей зачаровывать… Это большой, но тоже змей… Иди, ты не поможешь. Только погубить его можешь, или сам погибнуть. Василиса одна до дома не доберется. И нельзя ей туда…

Раздавшийся рык заставил её умолкнуть, а Ивана буквально сдул в проем лаза. Ему даже почудилось будто он искры видел. Стыдно было. И страшно. Но кикиморка права — как Василиса без него?

Почти выбрался из лаза и застыл, услышав очередной страшный звериный рёв. Чуть назад не вернулся, но Василиса дотянулась и его за шиворот из лаза выдернула. Откуда сил столько в нежных женских ручках взялось? Иван-то не мелкого сложения.

***

Сейчас смотрела на все это дева-краса, и отчасти вспоминала события прошлого. Собственные мысли и впечатления наслаивались добавляя реалистичности событиям. Будто не когда-то это было, а прямо здесь и сейчас происходило.

***

Сколько тогда просидели они с Иваном под стенами замка? Неведомо. Изнутри нет-нет да доносился жуткий рев. Такой, что сама матушка-земля содрогалась.

Иван не раз порывался вернуться. Но Василиса его не пустила. Как оказалось — не зря. Нюша и сама справилась.

Едва на горизонте забрезжил рассвет — в выходе лаза появилась кикиморка. Целая, невредимая.

— Как ты?! — кинулся к ней Иван.

У Василисы даже ревность внутри зашевелилась. Никогда прежде ни о ком акромя неё он так не волновался, а тут вот! Но что скрывать, она сама эту кикиморку всего ничего знала, а тоже переживала и сейчас искренне радовалась её появлению..

— Убираться подальше отсюда надо, пока Кощей не вернулся… — произнесла Нюшечка.

Ну они и убрались. Проводили кикиморку почти до Василисиного родимого селения. Там, неподалеку от отчего дома распрощались с Нюшечкой, с которой успели по-настоящему сдружиться. Она ушла, забрав малыша, а Василиса с Иваном призадумались куда отправиться дальше. Домой нельзя. Ослушаться условий выставленных Ягой у них и мысли не возникло. И в первую же ночь Василиса увидела сон… Или это был не сон? Явилась ей сама Яга!

Глава 5

Впервые Василиса с Иваном спали вместе. Не так всё дева-краса себе представляла, но страсть взяла своё. Не удержались, перешли грань того, что прежде под запретом было. Молодец довольно захрапел возле костра, а девица долго ещё лежала, пытаясь понять что это было и почему по словам баб деревенских сие должно нравиться. Смотрела на звезды, вдыхая аромат соснового леса и еле уловимого дымка от прогорающего костра. Думала о том и сем, и только под утро забылась глубоким сном.

Яга, как и обещала явилась именно во сне. Старая, с некрасивой бородавкой на лице. Нос крючком. Худая, сгорбленная. С усталым взглядом светло серых глаз. Даже в видении казалось будто чувствуется от нее запах сушеных трав.

Она не ставила Василису перед фактом, а дала выбор:

— Хочешь, стать моей преемницей, обретёшь силу магическую немалую. Не всю разом, частями. Кощей против твоей воли больше ничего сделать не сможет. Но у меня условия будут тогда… — произнесла старушка в видении и исчезла.

Василиса тогда вскочила вся аж холодным потом обливаясь несмотря на то, что ночь довольно жаркая, в смысле — душная, выдалась.

— Ты чего? — всполошился, вмиг проснувшийся Иван.

— Яга привиделась… — не стала ничего скрывать дева-краса.

Парень кивнул, он давно этого ожидал, памятуя о словах ведьмы. Только думал, что любимая решила умолчать об этом, оказалось нет. Просто ведьма дождалась момента, когда поблизости будет как можно меньше народу. Однако молодец вопросов никаких сейчас задавать не стал. Вдруг о чем-то рассказывать нельзя? Захочет, сможет, сама поведает о том, о чем дозволено.

Василиса будто мысли его услышав, вкратце пересказала своё видение.

— Прежде о таком я и мечтать не смела… — призналась девушка. — У меня в роду ни у кого дар не проявлялся. По крайней мере я о таком не слышала. Вернее не так, в детстве мечтала, конечно, что вот однажды… Потом смирилась. И вдруг вот так…

— Так соглашайся! Не каждый день такие предложения делают. Особенно если Кощей потом не страшен будет. Сейчас он нас точно ищет… — вздохнул Иван, понимая, что слова Яги про цену за магию наверняка и этого случая касаются. Только Василису расстраивать не хотел, уж очень взбудоражило её видение. Вон как глаза засветились. Хотя парень себя тешил и тем, что виной тому их близость накануне.

— Там условия какие-то будут… — подтвердила его опасения девушка.

— Узнай какие, — пожал плечами он. — И помни, вместе мы всё преодолеем.

С этими словами он обнял любимую, погладил легонько по спине, прижимаясь плотнее и та мгновение спустя засопела — заснула. А Иван лежал, смотрел на начинающее уже светлеть на горизонте, пока ещё звёздное небо и мысленно просил невесть где сейчас находившуюся бабу Ягу: "Дай ей то, отчего счастлива будет, только не отнимай у меня…"

"Она с тобой счастлива…" — почудился ему в шуме внезапно поднявшегося ветра знакомый старушечий голос.

А на утро Василиса была задумчива и неразговорчива. Иван в душу с распросами не лез. Понимал, это явно с обретением ведьмовского дара связано. Может и не здоровится ей при этом? Кто же знает как пробуждение магии происходит…

Василиса и вправду в те дни частенько ночами витала где-то очень далеко от своего тела и на утро ощущала себя уставшей и разбитой. Вечерами без особого энтузиазма отвечала на ласки любимого, не желая обидеть его отказом. Зато что-то узнавала, чему-то училась… Ну и наставления получала. Не от Ивана, от Яги. В том числе и на жертвы кое-какие шла, о чем до сих пор вспоминает…

Нелегко ей пришлось. Получить дар будучи взрослой — непросто. Многое внутри противится, буквально кричит — это невозможно, тебе не дано, ты не сможешь! Только та жертва, которую она принесла и вынуждала её потом двигаться вперёд. Не сдаваться. И в итоге, многое стало получаться.

Василиса опасалась того, что Яга в оплату дара потребует её молодость, или красоту. В сказках ведь про лесную ведьму чего только не рассказывали. Всё думала, готова ли на такую цену? Сдержит ли Иван своё слово про справимся вместе или сбежит? Всё оказалось иначе. Наставница в одном из уроков-видений сказала:

— Хочешь больше силы? Получишь… Только Иван твой дураком станет. Не в том смысле, что совсем полоумный и пузыри пускать начнет. Нет. Но и сильно умный мужик ведьме рядом не нужен. Я вон почти всю жизнь с Кощеем прожила, поверь, знаю о чем говорю. Глупые бабы пусть за их спинами прячутся, полы скребут, плодятся, да прислуживают. Ты сама со всем управишься. А он тебе и такой в радость будет и удовольствие доставить сможет, и защитит если что. За то ничем не упрекнет и уж точно налево не пойдет. Ума не хватит. Да и кому он такой глумливый нужен будет?

Речи были странные. Это сейчас в академической библиотеке всяких разных книжек начитавшись, Василиса знала что такое феминизм. Тогда не знала, но слова наставницы отзывались где-то в глубине души, находя отклик. Не хотелось Василисе как другим бабам сидеть дома у печи выводок детей нянча да мужика безропотно обихаживая. У её родителей не так было, но они очень отличались от остальных. Это сейчас Иван такого не требует, а что потом будет? А будь он поглупее, станет по струнке ходить.

Так, ведомые невидимой далёкой наставницей вернулись они к столице. По дороге там сям Василиса людям помогала — немного денег подзаработав на первое время. В городе комнатушку сняли. Иван по-первости даже на работу нанялся, Василису тоже писарем в книжной лавке взяли.

Нарадоваться такой работнице не могли — девка образованная — невидаль великая, а чтобы ещё и красавица редкостная… Повалил народ толпами в магазин. У Василисы с непривычки аж мозоли на пальцах появились — столько работать приходилось от зари и до зари. За то и деньги хорошие приходили. Нередко чаевые на "пироженки" оставляли.

У Ивана в отличие от Василисы с работой не слишком ладилось. Сколько их таких — деревенских мужиков в город на заработки приходило? Не счесть. А он среди них ничем не выделялся. Высок. Красив. Так за это не платили. А в остальном как все. Вышло так, что он больше дома сидел. Начал от нечего делать возле книжной лавки стены оттирать. Ревность видите ли проснулась. Покупателей это отпугивало. Хозяин лавки недовольство начал проявлять.

Да и Василиса волноваться стала как только он из поля зрения исчезнет. Казалось увела его уже какая-нибудь местная богачка. И тоже ревность в душу лезла. Заразная она что-ли?

Это отвлекало. Сказывалось на скорости и качестве работы. Всё из рук валилось, ошибки начинала делать. Переписывать приходилось, а это и время и недешевой бумаги расход.

Близость с Иваном Василиса полюбила. Прочувствовала все её прелести. Оттого видать и ревность бурным цветом расцвела в душе. То и дело перед мысленным взором возникали картинки как её милок с какой-то чужой теткой любится.

Так и решилась Василиса принять самое сложное для себя решение — быть ей сильной ведьмой, а Ивану дураком. Стоило дать Яге согласие, как Иван успокоился. Никуда не ходит, сидит дома — всё больше на печи в их съемной комнатушке. А в остальном? Также с Василисы пылинки сдувает, холит, лелеет и ласкает. Дева-краса поймала себя на мысли, что таким он ей даже больше нравится. И работа сразу на лад пошла. Клиенты валом валят, деньги рекой текут.

Вскоре она сумела даже небольшой надел земли неподалеку от городских ворот выкупить. О покупке дома или его части в черте городе она даже и не помышляла. К тому же, не нравилась ей городская суета, шумно, и пованивает. А в богатые районы, где улочки ухоженные и аромат цветов — им путь заказан, таких денег вовек не собрать.

Тут-то Иван и пригодился. Дурак или нет, собственно не дурней прочих, а руки откуда надо растут, хоть и стал он неимоверно ленив. В итоге нашла она ему помощников, те довольно скоро добротный дом возвели. Мебель Иван сам в доме делал — скамьи, столы, полки, кровать большую. И всё равно только Василиса за порог, а он на печь — как медом ему там намазано.

И в своем доме совсем обленился Иван. В съемной комнатке то подметет, то полы помоет. Тут поест то, что Василиса перед носом поставит и на боковую. Разве что помиловаться с любимой не забывал. Хотя и сама дева-краса сейчас на лишнее общение не претендовала. Баба Яга во снах являться перестала, зато задание дала глобальное и непростое: "Подготовиться, и поступить в столичную магическую академию…"

Василиса хоть грамоте с детства и обучена, да только магию прежде лишь по рассказам да издали видала. Пришлось в библиотеку записываться. И по списку наставницей выданному изучать ранее неизведанное. Бесспорно — интересно. Но это ведь тоже время. И хозяйство: уборка, готовка, стирка. И работа. И учеба.

В одной из книг нашлось упоминание про бытовую магию. И всё… Пропала девка. Изучила книжку от корки до корки. Порой ночами не спала — при лучине читая. Экспериментировать пыталась. Порой даже получалось кое-что, и это лишь еще больше разжигало интерес девушки к этому направлению магии.

Иван вздыхал, охал, пытался девицу совратить да ласками уморить. Но Василиса стойкой оказалась. Всё стойко переносила и обратно за книжку бралась. Всё что могла на практике испытать тут же испытывала. Не всегда удачно получилось, случались и казусы, но ведьма-недоучка духом не падала. Не за горами те времена, когда она и помыслить не могла, чтобы заколдовать что-нибудь.

Кто бы сомневался что и сам Кощей у её порога однажды оказался. Поговорили как взрослые люди. Новый статус — Ягиной преемницы действительно повлиял на отношение бессмертного к девице-красавице. Уважения поприбавилось. Он и прежде её не оскорблял и ничем по сути не обижал, но зато с мнением её не считался совсем. Теперь иначе всё стало.

Промежду дел о подготовке к поступлению она не забывала. Труды впустую не прошли — стала она адепткой магической академии. Так и осень пришла, учеба началась и впервые попала Василиса в храм знаний — академическую библиотеку.

Уставала девица неимоверно — с утра на учебу, все перемены в книгах зарывшись, на дополнительные факультативы записалась по бытовой магии, вечером на работу. Порой даже поесть забывала.

Благо быт у неё теперь на зависть всем наладился. Какой только невидали в её доме не было: и скатерть самобранка лично ею заговоренная, и бочка само-стиралка, и коробка-самогрейка, и даже метла, что сама любую соринку убирала едва та пола коснется, а могла и нежеланным гостям под пятую точку поддать — правильное направление в сторону двери придавая.

Многое из этого позаимствовала девица из книг фентези техногенного. Был у них в академической библиотеке целый зал таких книг, вроде фантастика, но зачитывалась ею Василиса и кое-что на вооружение брала.

Так бы вот и не додумалась что такое возможно, а тут прочитала про шкаф холодильный, да и сделала так, чтобы зимой и летом холодно там было, а в одной его части и совсем мороз лютый. Сушилки. Взбивалки. Измельчалки. Скатерть самобранка это хорошо, но порой и самой что-то приготовить хочется и эти штуки очень помогают. Сказка!

Много полезных идей из этих сказок юная ведьма почерпнула. Быт упростился. Но времени на всё упорно не хватало. Уставала девица, вроде не скребёт, гребёт и у печи целыми днями не пропадает, а осанка уже не та стала, взгляд уже не так горит. И женихи потенциальные, упорно существование Ивана игнорируя, по-прежнему порог обивают разные дары в дом неся, а на душе у девицы не весело.

Неладное даже Кощей издали за любимицей наблюдая приметил. Как глава академии ввел он понятие стипендии, как в Василисиных любимых книжках. И ей первой стипендию назначил. Отпала у девицы необходимость на работу ходить. Чем хозяина лавки она очень опечалила. Ей легче многократно стало. Академия — дом и обратно.

Вот только хотел Кощей отдалить от неё Ивана. Может поотвыкнет дева от него, чувства остынут, а там того гляди и его заприметит? Оценит всё, что он для неё сделал. А там, и жить с ним сама возжелает. Иначе то теперь никак, будь неладна Яга. Вот же баба злопамятная, а ему ведь когда-то казалось, что любит он эту каргу…

И придумал Кощей правило — что те кто на стипендии — должны быть полностью на попечительстве академии. Жить там, столоваться и учиться не отвлекаясь ни на что, а домой отправляться только на выходные и каникулы. А еще про практику, когда вообще куда-нибудь уезжать должны.

Погоревала Василиса, но делать нечего. Отчисление ей конечно не грозило, однако лишившись стипендии придется снова на работу выходить. Опять уставать начнет и ничего не успевать. Повздыхала девица и перебралась в общежитие при академии.

С соседками ей повезло — девушки попались тихие и спокойные, хотя подругами и не стали.

Так и жили. Яга изредка во снах Василису навещала. Кощей деву не тревожил, лишь издали любуясь и мечтая. Иван на печи лежал и жизни радовался, из-за лени и недалекости не особо печалясь отсутствием любимой рядом.

Хотя он несмотря ни на что и за ум, в прямом смысле этого слова, взялся — решил, что не дело это — если его любимая не только читать и писать умеет, но и в академии обучается, а он невежда. Ну и стал грамоте учиться.

Василиса по-первости радовалась. И успехами его гордилась. А потом, он такие книжки стал домой приносить, что невзирая на свободу нравов девица краснела и бледнела. Но по возможности желания любимого старалась реализовать. А то вдруг на стороне найдется какая-нибудь баба готовая эти его шаловливые потребности удовлетворить.

Так например ролевые игры с различными нарядами. Или когда он прикидывался девой, а она мужиком… Однажды возжелал он в доме иметь фантом любящейся пары. И даже отыскал в библиотеке как его создать. Только для того магический дар требовался. А у кого он? Правильно — у Василисы. Долго она сопротивлялась, но таки сделала.

Вышло ну очень реалистично. И даже на ощупь, не говоря уже про визуальное восприятие и издаваемые фантомной парой звуках. И так они заразительно этим делом занимались, что и у Василисы с Иваном ближайший месяц бурным вышел. Потом немного попривыкли вроде и так явно не реагировали. Ну шебуршатся они на палатях за печкой, где им место выделено, охают, ахают, чпокают, хлюпают, ну и на здоровье. А развоплотить их у Василисы рука не поднималась. Ну вот как, если они как живые, да и столько воспоминаний горячих осталось от совместно проведенного времени.

В общем вот в такой компании Иван дома без Василисы теперь и оставался. Явно не слишком скучал.

Ну а ему что? Дома чисто, на столе вкусно. Благодаря ведьминским технологиям даже его недалёкого ныне ума хватало чтобы желаемое блюдо заказать да погреть при необходимости. А со скатертью самобранкой ещё и в напитках такое разнообразие появилось, что к нему со всего села мужики в гости похаживать стали: пировать да столоваться.

Все расхваливали дом, хозяюшку. Завидовали.

Бабы с жалобами к деве-красе поперли, мол, мужики работать перестали, знай себе пируют да невидаль всякую смотрят, а потом женкам своим в укор выставляют и то им не так, и это не эдак.

Василисе это не по нраву пришлось. Заговорила она метлу, чтобы та гнала всех из дома. Теперь если и хотел Иван с дружками посидеть, то только во дворе. Его это не слишком опечалило. Благо время года теплое было. Заодно с мужиками навес соорудили, чтобы от непогоды укрываться.

Девки да бабы одинокие, ну и не только одинокие, на красавца Ивана засматривались. Но руки не тянули — надобно совсем из ума выжить, чтобы пытаться у ведьмы мужика увести. Самоубийц среди Ивановых поклонниц не было. А Василиса? Ей такое отношение льстило. За себя и Ивана абсолютно спокойна была, и знай себе училась.

Год так прошел. Другой. Третий.

А всё никак Василиса к Ивану не остывает. Устал Кощей ждать чуда и пригласил в их края ведьму заморскую. Якобы по делу, да. Баба она видная, а то что немолода и недогадаешься, если не знаешь. И провел Бессмертный гостью свою мимо Василисиного дома якобы случайно. Да так, чтобы та парня заприметить успела. Вроде поперек Ягиного слова напрямую ничего не сделал. А то, что колдунья возжелала себе молодца? И сумела его забрать из-под крыла Василисиного? Так он причём… Зато дева теперь одна. Сейчас-сейчас, вот ещё немножко подождать осталось, рана на сердечке девичьем залечится, и сама к нему придёт…

***

— И вот же гад! Ну я тебе устрою! Приду, ох приду… Ещё пожалеешь об этом! Жди! — выпадая из просмотра прошлого воскликнула Василиса и даже щеки от гнева вспыхнувшие потерла, будто желая в чувство саму себя привести.

— Ты чего? — воззрилась на неё Нюшечка.

— Ничего… — буркнула дева-краса и с недобрым прищуром посмотрела туда, где замок Кощеев располагался.

Если бы Бессмертный видел это, то поостерегся бы. Но он про открывшийся у Василисы дар не ведал.

Вот так, благодаря ведьминскиму дару просматривать прошлое и узнала она многое. В том числе и то, кому на самом деле обязана появлением колдуньи посмевшей Ивана увести.

— Эй, ты где там витаешь? — явно не в первый раз поинтересовалась кикиморка.

Василиса взглянула на подругу и в предвкушении потерла ручки, подумав: "Держись, Кощей!"

Глава 6

И вот, столько лет спустя подруга совершенно неожиданно появилась рядом. И нашла Василису ни где-нибудь, а в стенах самой защищаемой академии. Чудеса да и только! Не верилось в возможность такого, но факт есть факт.

— Да, теперь я тут, — вынырнув из просмотра чужих воспоминаний, молвила Василиса. Мгновенно вспомнила о чем до этого спрашивала Нюша. — Здесь, в академии мне могут дать необходимые знания. К тому же, это одно из требований наставницы.

Нюшечка покачала головой. Ответ подругу явно не убедил.

— Это очень опасно, Вась. Кощей очень силен. Он не остановится ни перед чем, чтобы получить желаемое. А насколько помню, хотел он именно тебя…

Кикиморка права, настойчивости и целеустремленности ему действительно не занимать. Вот только Яга ему хоть планы и попортила, а всё предусмотреть не сумела. Так что Кощею ничего не светит.

— У нас мирное соглашение, — вздохнула Василиса, понимая что планируемая вылазка на личную территорию Кощея, в случае провала — мгновенно разрушит это хрупкое перемирие, потом о продолжении обучения можно забыть — останется только бежать на край света спасаясь от ярости бессмертного. Или замуж за него выходить. Ни того, ни другого девице не хотелось.

Девушки быстро миновали академический парк, пересекли аллею, и занырнули в здание женского общежития. Благо учебный день был в самом разгаре, и никого из соседок в комнате не оказалось, так что можно было спокойно обо всем поговорить.

Нюша с их последней встречи сильно изменилась: подросла, похорошела, и не важно, что кожа зеленью слегка отливает, зато какая фигура, формы, глазищи огромные, а кудри чего стоят?! Поменять слегка цвет кожи и волос, от человеческих женихов отбоя не будет.

— Как ты меня нашла? — поинтересовалась Василиса.

Нет, ну вправду? Одно дело дома. Выяснить, где живет дева-краса не так уж сложно, если примерно направление поисков знать. Без ложной скромности можно сказать что Василиса личность популярная в столице. Даже представители знати ее на балы приглашать с некоторых пор стали вне зависимости от того, что она простолюдинка. Пусть она ни разу не воспользовалась приглашением, известности ей это не убавляет. Вопрос в другом: ещё вчера вечером она не собиралась сюда, в академию. В ночи, буквально под утро, спонтанно примчалась, и спустя от силы пару часов Нюша ни свет ни заря тут как тут.

— Было бы желание… — размыто отозвалась кикимора, явно не собираясь вдаваться в подробности.

У их народца свои способности. Они умеют быть незаметными находясь под самым носом. Потому в прошлом к их основным услугам относились отнюдь не самые законные направления: шпионаж, наемные убийства, ограбления. За что собственно их народ и истребили почти. Говорят выжившие потеряли способности. Ага, как же…

Видимо у Нюшки проявились таланты предков. Но что должно было произойти, чтобы подруга столь опрометчиво сунулась на территорию академии? Понимает же, что это не останется незамеченным. Могут быть последствия, и отнюдь не самые приятные.

— Я о том, что академия защищена. Проникнуть внутрь нереально…

— Всё невозможное возможно, — на удивление беззаботно отмахнулась Нюша. — Почуяла, что тебе помощь моя нужна…

Ага. Почуяла она. Уж что-что, а то, что самой Нюше тоже помощь требуется Василиса и без гаданий чувствовала. И то, что подруга решила об этом умолчать, даже обидело слегка. Опять же, если пробиралась сюда, значит, знала уже о том, что Василиса здесь, и надеялась на поддержку, но теперь молчит. Выходит, не до конца доверяет?

— Зубы мне не заговаривай, — буркнула ведьма недоучка. — Давай на чистоту, как есть.

— Можешь мне не поверить, но я никогда не чувствовала себя такой одинокой как в последний год, — на одном дыхании выпалила Нюшечка. — Мне страшно. Порой аж трясет от одиночества. Кажется, я не такая как все. Я ни на кого не похожа. Никому не нужна… — совсем тихо добавила кикиморка и едва слышно всхлипнула.

"Хм… Вот только сырости нам тут не хватало" — невесело подумала Василиса.

Ну как бы да, кикиморы в наши дни не часто встречаются. Их вид почти истреблён во времена гонений. Поэтому свою уникальность она осознает вполне адекватно. Но при чем тут одиночество? Гонения в прошлом. Прошли века с той поры. Они живут со всеми в ладу, бок о бок с людьми и нелюдьми. Неужели чтобы иметь друзей надо быть на них обязательно похожей внешне? Ерунда какая-то!

— Что-то темнишь ты, родная… — вздохнула Василиса, обнимая подругу, и краем сознания осознавая, что благодаря появлению Нюшечки удалось хоть немного от собственных грустных дум отвлечься.

В глазах кикиморки блеснула лукавая искорка, или это слезинка?! Одно точно — подруга явно что-то скрывала. Казалось она что-то хочет рассказать, но не решается. Василиса решила не допытываться, зная — придет момент и правда сама всплывет. Жаль, что иногда это слишком поздно происходит — помочь уже становится невозможно. Вместо продолжения этих неприятных явно разговоров, она сменила тему, на менее щекотливую:

— А как там у нас дома? Как родители, братишка мой? Ты их случаем не навещала?

— Навещала, конечно, — улыбнулась Нюша. — Скучают по тебе. Малой, правда, тебя не помнит совсем. А сам подрос, уже носится вовсю по деревне с пацанятами. Такой шабутной!..

И какое-то время девушки болтали вспоминая о том, что произошло за то время, пока они не виделись. Лет прошло немало. Василисе не очень приятно было вспоминать обстоятельства побега из отчего дома, вернее то, что ушла не простившись и потом не смогла вернуться. Однако она безумно скучала по родным.

В своем рассказе дева-краса опустила события последнего года, про появление колдуньи и последствиях этого появления, оставив эту историю на потом. У Нюшки самой всё не слишком весело, а тут ещё и она начнет плакаться на судьбинушку? Ну уж нет! Так не пойдет. А если помочь желает, так кто мешает? Но для этого, ей достаточно знать лишь то, что Василиса задание наставницы выполняет.

Слово за слово, так в азарте беседы, Нюша и поведала, как после посещения замка Кощеева стал ей сниться оставшийся там дракон. Будто не змей он вовсе, а мужчина зачарованный. И в тех снах превращался он в человека. Да-да, именно человека! И любовь у них завязалась. Попыталась тогда Нюша дорогу к милому отыскать повторно. Да несмотря на врождённые навыки в ориентировании в лесах и болотах — заплутала. Казалось бы возле столицы. А оказалось замок чарами моросными защищён. И такими мощными, что даже кикимору с толку сбивает. В тот раз тоже наверное не пробрались бы, если бы не путеводный клубочек от лесной ведьмы.

— Откуда-то пришло осознание вдруг, что не взаправду это всё, — говорила она. — Если и заколдован он, то едва чары спадут, уйдет сразу своё счастье с соплеменниками искать. Только сердечко мне разобьёт. И едва я это осознала, как повстречала мужчину. Другого. Настоящего. Не из снов, а из плоти и крови. Правда тоже человека…

— Неужто по-настоящему влюбилась? — искренне радуясь за подругу, поторопила Василиса, желая поскорее узнать развязку историю и понять чего же хочет девушка, и зачем начала свой рассказ настолько путанно и издалека.

Нюша как назло умолкла, погрузившись в какие-то свои мысли и кажется напрочь позабыла о своей собеседнице.

Одиночество… Дракон-мужчина во снах… Встреча кого-то еще… И вот она здесь. Зачем? Однозначно не ради встречи с подругой в столицу прибыла и в академию магическую пробралась.

— Он внушил, что именно он мечта всей моей жизни, — наконец-то вновь заговорила кикиморка. — Ну я и поверила. Тот всего лишь во снах. Этот настоящий. Не заколдованный. Влюбилась. Счастлива была. Наверное. Не знаю с чем сравнивать. Прежде у меня никого не было. Он казалось отвечал взаимностью. А год назад его как подменили…

Кикиморка какое-то время молча повсхлипывала вспоминая свою собственную историю. Василиса же жалела, что дар её работает непредсказуемо, сейчас бы самое время посмотреть, что там в жизни подруги. Кто тот дракон, а кто этот "настоящий". Но, увы, такой возможности нет, разве что к картам обратиться? Опять же, это предпочтительнее делать по просьбе, а не отсебятину воротить.

— Вот и все, — произнесла наконец-то Нюшечка, — я уже поумнела. Теперь не думаю, что он меня любит. А ещё… Ещё он изменяет. Я знаю… чувствую. По тому как отдаляется. Вроде рядом, а вроде нет его. Будто стена между нами, хотя чтобы прикоснуться и руку протягивать не надо. А ещё… Ещё заметила — ему нравится, когда я плачу. Это разве нормально? Мне кажется, он издевается надо мной. Не хочу больше находиться рядом с ним. Мне больно. Плохо. Но и без него не могу. Когда он не рядом с ума схожу… Готова тенью следом ходить…

Готова… Вот так её кровные таланты и раскрылись. А симптомы странные. Не у него, тот просто напросто не любит. Слишком она ему навстречу во всем пошла. Удобной стала. Приелась. Наскучила. Как видимо и сама Василиса когда-то для Ивана.

Осознавать это неприятно, но она ведьма. Ей не только гадать да ворожить потребно, но и понимать в чем причина проблемы. Всё ведь взаимосвязано. Нет смысла лечить последствия. Они вернутся, если корень проблемы не устранен. Свою проблему Василиса уже осознала. По крайней мере, ей так казалось. А отъезд Ивана, его встреча с колдуньей, приворот? Это лишь следствие.

Слишком залюбила. Задушила любовью. И да, удобной была. А таких не ценят. Ценят то, что боятся потерять. А если это что-то само за тебя зубами вцепилось и отпускать не желает, то как это можно потерять? Никак. Вот и ценности нет. Это приедается быстро. Примеров вокруг немеряно. Да только всегда так — в чужом глазе соринку видишь издали, в своем бревна не замечая. Так и у девы-красы случилось.

Жаль поздно осознание пришло. И теперь видела она отражение своей истории в словах подруги. У той тоже мужик расслабился. Еще и обнаглел. Мало того, что не ценит. На чувствах девичьих играет. Наслаждаясь своей властью над ней. Как там в технофэнтези называли таких? Абьюзер? И история про дракона из головы никак не выходит. Будто важно это. Не зря же Нюшка про него упомянула.

Василиса интуиции привыкла доверять. Взглянула в очередной раз на подругу. Нюшечка сама будто околдована.

Вот только кикиморы не поддаются чарам. Если только с собственного согласия. У них природная защита мощная. На уроках говорили, что пытаться их защиту пробить себе дороже, и толку не будет, и обратка замучает.

А добровольно позволить себя околдовать? Кто же на такое в здравом уме согласится? Сумасбродство. Да и зачем? Опять же Нюшка про такое точно упомянуть не забыла бы.

Нет! На полную идиотку Нюша не похожа. Такие умственные отклонения и по ауре видно. А у неё там искажений полно, но иных.

Таааак. Что ещё? Кикиморы с другими видами обычно не сходятся, только между себе подобными. Собственно потому она и идею с заколдованным драконом отринула — типа он человек. Нюша решила, что он может только ею воспользоваться — чары с себя снять и бросить.

Как же вышло, что этот её "настоящий" не из кикимор? Или полукровка может? Редко, но такие встречаются. Очень опасная смесь крови. А если при этом он ещё и колдун? Соответственно, у мужика иммунитет к сторонней магии, как наш профессор выражается. Этот нюанс знают маги. Кикиморы магией не владеют и её тонкости не изучают за ненадобностью. Это если не считать талантов к маскировке, или чего-то наподобие управления змеями, как у Нюшки. А полукровки пусть крайне редко, в исключительных случаях, но магией владеют.

В любом случае, их почему-то в академию не принимают, как и чистокровных кикимор. А ведь учиться ни много ни мало десять годков. Василиса за эти три года застала среди адептов считай тринадцать потенциальных потоков включая уже выпустившихся! Ни одной кикиморы! Если дар и есть, то используется он кикиморами исключительно интуитивно.

Бррр… Как же Василису бесило, когда в голову заумные слова из учебников лезли. Занудным заучкой профессором себя ощущала. А, если… Если…

— Не колдовала ли ты на него случаем? — осененная темой одной из лекций, Василиса с подозрением взглянула на собеседницу.

Та потупила взор.

— Только не говори, что приворот делала… — буквально простонала ведьмочка.

— Делала, — вздохнула кикимора. — Не помогло.

— Ещё бы помогло! Ты чем думала? Он же явно не чистокровный человек! Вы к магии устойчивы!

— Не уверена… — ещё больше понурила голову девушка.

— Есть такие понятия как бинарность, откат и зеркальность… — занятия на факультативах дали о себе знать.

Глава 7

Призадумалась Василиса. Вот и как теперь подругу спасать? Мужика того под зад поганой метлой — это понятно. А как последствия приворота убрать? Вернуть кикиморке покой, сон и былую уверенность. И что-то засели в голове Нюшечкины видения с драконом. Ведь если всё равно планируется проникнуть в замок Кощеев, то почему бы снова того дракона не отыскать? А там и посмотреть можно ли ему помочь. И потом будь что будет. Может и вправду им с Нюшечкой вместе быть суждено несмотря на различие в расах?

— Да что мы обо мне да обо мне? Ведь тебе и вправду моя помощь нужна? — неожиданно произнесла Нюша.

— Нужна… — вздохнула Василиса.

Сколько веревочке не вейся, а конец найдется. Вот и настало время своими откровениями делиться. Василиса понимала, что всё равно перед походом к Кощею, надо будет домой заглянуть. А там Нюша поймет, что Ивана давно след простыл. Это всегда заметно, если в доме мужика нет, или бабы наоборот. Появятся вопросы. Уж лучше заранее её подготовить. Чтобы душу не терзала почем зря.

И поведала о случившемся. Включая ту информацию, которую вот только что по дороге из библиотеки в видениях прошлого узнала. То есть о причастности Кощея к их расставанию с Иваном.

Про то, что Иван внезапно заскучав от слишком вольготной да сытной жизни, в путь дорожку собрался, на мир посмотреть, да себя показать. И о том, что где-то там колдунью встретил, не без помощи бессмертного загодя присмотревшую молодца. И про приворот. И о своих потугах, вернее, попытках его вернуть. Как воротился сам, но с женою законною. Как произнес слова страшные, о том, что чужою стала.

— То что брак тот, как и любовь его не настоящие, доказать непросто. Да и кому доказывать? Ему? Не поверит. Решит, что соперницу очернить пытаюсь… — Василиса вздохнула и ненадолго замолкла переводя дух, да слезу утирая.

Поведала и о том, что стала ученицей Бабы Яги когда-то. И о требовании наставницы поступить именно в эту академию. Про освобождение от притязаний Кощеевых. И о последней договоренности с наставницей, что та поможет с возвращением любимого, взамен на голубую розу.

— Сколько помню я всяких ведьм да колдунов, вы же прямо ничего не говорите. Всё иносказательно и двояко… — задумчиво произнесла Нюша. — Она именно про Ивана говорила? Ты уверена? Или что-то обтекаемое, по типу: счастье к тебе вернется…. Любовь…

Василиса задумалась, припоминая. Всё как-то и вправду вскользь обсуждалось. А четкую формулировку озвученную Ягой девушке припомнить никак не удавалось. В итоге, на вопрос подруги юная ведьмочка лишь неопределенно плечиками пожала. Смысла врать, и сочинять что-то не было.

— Ладно, — отмахнулась кикиморка. — Главное в любом случае счастье как минимум обещано, а с Иваном или без, дело пятое.

— Угу. Но чтобы ту розу достать, чего только не нужно, — снова вздохнула Василиса. — И растет она в такой местности, куда пробраться сложно.

— Ой! Не существует мест, куда нельзя так или иначе пробраться, — как-то нервно дернув щекой, отозвалась Нюша.

— И просто так сорвать её нельзя — свойства магические потеряет, — добавила девица-красавица.

— А как её заполучить тогда? — уставилась на подругу всё же растерявшаяся кикиморка.

— Надобно где-то деву невинную найти. И её кровью цветок окропить прежде чем сорвать.

— Невинную… Та ещё задачка. Где ж её взять?

Дева-краса лишь плечиками пожала. Идей на эту тему у неё по-прежнему не было. Зато появилась надежда, что напару с Нюшечкой что-нибудь придумать удастся.

— Весело вы живете, — усмехнулась Нюшечка. — То тебя у Ивана уводили. Он тебя у другого похищал, и любовь к себе возвращал. Теперь твой черед.

— Такое себе веселье… — вздохнула Василиса.

— Зато точно не скучно. А у меня как в болоте. Одно и тоже было изо дня в день. Надежды, слезы, и всё по-новой раз за разом. Хоть в петлю лезь.

— Эй, ты такие речи прекращай вести! — воззрилась на подругу ведьмочка.

За последнее время много чего припомнилось Василисе. И обида даже зародилась на Ивана. Вот только по большей части всё ведь на лени было завязано. Он изначально таким был, да она внимание не обращала. А после того как дурачком стал, с него и спрос невелик. И уж тем более не Василисе с него спрашивать. Вот только угрызения совести не перевешивали. Как и обиды. Никого иного рядом с собой девушка представить не могла.

— Долг платежом красен… — сделала заключение Нюшка.

Сказала бы Василиса относительно того, кто кому и что должен, вот только слишком много нецензурных слов будет озвучено. А Нюшенька уже и так показала — память у неё хорошая, припомнит спустя годы. И не раз. Так что, лучше воздержаться.

— …Прежде думала у Кощея только ковер позаимствовать незаметно, чтобы с его помощью голубую розу искать. Места же там непроходимые, а на ковре самое то… — продолжила рассказ Василиса, надеясь что подруга не возобновит тему помела и ступы. Но та молча слушала. — А теперь, некоторые подробности узнав, думаю как бы навредить… Того же дракона на волю выпустить, например. А если он и вправду зачарован, то ещё и расколдовать…

Нюша с надеждой взглянула на подругу. В её взгляде так и читалось крупными буквами: "А сможешь?!" Она судя по всему тут и оказалась ради того самого дракона. Мечтает расколдовать и освободить. Чудно, что ей силы воли хватило уйти от того "настоящего". Учитывая побочный эффект от приворота, силы воли кикиморке потребовалось не мало. Немудрено, что она морально истощена буквально.

Василиса обо многом поведала, но умолчала об одном — в воспоминаниях Яги узнала она, где смерть Кощеева хранится. Не таким уж он и бессмертным оказался. Вот только как бы зла на него не была, погибели не желала. Потому и упоминать про это не стала.

Как не крути, зла откровенно он ей не причинил. Да, с любимым разлучить неоднократно пытался. Да, братишку похитил новорожденного практически, и тем самым к себе в замок заманил. Но там-то? Холил, лелеял, все прихоти исполнял, вернее любые желания предугадать старался. Кроме одного — на волю отпускать не желал. Ибо надеялся. Зря.

— А ещё надо деву невинную найти… — Нюша выделила из рассказа подруги наиболее важный и сложный пункт.

— Надо… — вздохнула Василиса, потеребив кончик косы. — Ума не приложу как это сделать? Даже если объявление такое дать, и денег предложить, то как проверить? И уберечь до начала цветения…

— Ума она не приложит… — раздалось едва различимое бурчание откуда-то из угла.

Василиса хлопнула себя по бёдрам и радостно воскликнула:

— Кажется я знаю кто нам деву найдет! — и кинулась в угол, вскоре достав оттуда заговоренное зеркальце. И давай его допрашивать: — Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи… А лучше покажи, где мне деву невинную отыскать! Реабилитируешься, так и быть обратно домой заберу.

— Ишь, словесов каких нахваталася… — проворчала зеркальце и умолкло, заметив недобрый прищюр хозяйки.

Некогда дева-краса разозлилась на сей артефакт за несговорчивость, вывезла его сюда — в общежитие, да так и забросила. А теперь глянь-ка каким послушным стало, не успела вопрос задать, а уже вовсю какие-то картинки мелькают. Пейзажи незнакомые.

— Показать не покажу, — вопреки ожиданиям, совсем не о том начало вещать зеркальце, едва вновь на гнев ведьмочкин не нарвавшись. Но успело молвить: — Не горячись. Как найти искомое — подскажу.

— Ну так говори, не томи! — приказала Василиса.

— Вот домой принесешь меня, там и поведаю… — произнесло строптивое зеркальце, изображение на нем подернулось рябью и исчезло.

Рррррр… — только и смогла прорычать Василиса, но делать нечего, это хоть какой-то шанс, иных идей нет совсем никаких. Засунула артефакт в потайной карман на сарафане.

Оставив подругу дожидаться в своей комнате, Василиса сбегала в административный корпус, посмотрела расписание. Не своё. Настроения на занятия ходить пока не появилось. Да и не до этого пока что. А вот расписание лекций, которые вел лично Кощей её очень интересовали. И опять же не с точки зрения посещения. Все знали, что если у него вечером факультатив, и утром лекции, то ночевать он остаётся в академии.

В эти вечера и ночи адепты вели себя ниже травы и тише воды, чтобы не навлечь на себя гнев главы не только академии, но и королевства в целом. Такой при желании и казнить может. Такого никогда не случалось, конечно, но кто знает? Слухи сами собой не рождаются, им первопричина надобна. Может грозил кому-то Кощей в прошлом, вот и поползли страшилки по академии.

Василиса во всякого рода увеселениях обычно не участвовала, однако вот и ей это знание пригодилось. Этот день не самым удачным для похода в замок оказался, а вот следующий… Завтра. Это довольно скоро. Новость деву порадовала. Не спонтанно и впопыхах полезут. Успеют хоть какой-то план придумать и собраться. К тому же Нюшечке явно стоит передохнуть с дороги.

— Сегодня ко мне, а завтра с обеда его уже точно не будет, — сообщила Василиса едва войдя в комнату и убедившись, что никого посторонних там до сих пор нет.

— Днём туда не пройти, — со знанием дела откликнулась Нюшечка.

— Зато при свете дня осмотреться можно.

С этим кикиморка спорить не стала.

Забавно. Считается, будто академия защищена лучше королевского дворца, но Нюша сюда проникла как бы мимоходом. Василиса волновалась, вдруг с выходом возникнут сложности. Ан нет. Там вообще никто на них и не взглянул.

— Ты же ведьма… Не пойму, зачем тебе ковер, почему на метле или в ступе не полетишь? — по дороге к дому всё же поинтересовалась Нюша, сама того не ведая наступив подруге на больную мозоль.

Василиса горько вздохнула, вспомнив оставленную в комнате общежития сломанную метлу. Вот как объяснить, что тебе многое оказалось дано, но не это? Все кому ни день норовили спросить: а чего это она пешком ходит, коли ведьме летать положено?!

Её так и подмывало порой ответить: "Что положено, на то большое и толстое хозяйство наложено!" Но грубить нехорошо. Она же девушка приличная. Потому тихо скрипела зубами и придумывала самые разнообразные по степени своей нелепости отговорки. Вот только подруге врать не хотелось.

— Придем увидишь, — буркнула дева-краса и понуро потопала дальше вмиг растеряв всю грацию и красоту осанки.

Шли, шли и почти дошли, когда кикиморка с удивлением поинтересовалась:

— Ты в городе живёшь?

— Нет, вот, — Василиса кивнула на высокий забор совсем неподалеку от городских ворот.

— Вот это да! — восхитилась Нюшечка. — Тут наверное дорогое жилье?

— Не знаю, — пожала плечами Василиса. — Я землю ещё тогда, почти четыре года назад купила. Ванька построил всё…

— Я вот тоже думаю, можно потом дом купить, если денег соберу достаточно… Строить то мне некому… Хотя и денег пока тоже нет. Ты ж понимаешь, к людям я не выходила. Не уверена, что меня на работу примут. Не любят нас.

— Постой! — осенило Василису. — Ты же писать умеешь?

— Да! — кикиморка аж заулыбалась и гордо добавила: — Говорят у меня почерк очень красивый.

— Вот и чудненько! Есть у меня знакомый. Лавку книжную держит. Я сама у него писарем когда-то работала. Вот сейчас разберемся с нашими вопросами, поживешь пока у меня. А потом я с ним переговорю…

— Сравнила, Вась. Ты и я!

— А в чем разница?! — вполне искренне не поняла Василиса.

— Ты человек. К тому же красавица…

— Вот! Первое не столь важно. Для него важнее было то, я девица. Ну и красавица это да, в общем всякую невидаль любит он. Тем клиентов и завлекает. А ты кикиморка, тоже редкость редкая в городе. На тебя как на музейный экспонат смотреть ходить будут. А просто так он там кому не попадя слоняться не позволит — пусть книги покупают или твои услуги заказывают, прибыль принося…

— Ты права, я тоже девица… Ещё и кикимора… — задумчиво произнесла Нюша.

— Экзотическая красавица кикимора! — подправила данную подруге характеристику Василиса действительно считающая, что Нюшечка превратилась в настоящую красотку. Чуток бы побольше уверенности и блеска в глазах — вообще неотразима будет.

А тем временем они вошли в дом. Василиса достала опальное зеркальце. Повторила ранее заданный вопрос.

— Надо вам дракона раздобыть… — произнес артефакт, ничего при этом не показывая.

Василиса удивилась. Даже по резной рамке пощелкала, решив что сломалось что-то.

Ничего не изменилось. Изображение по-прежнему не появилось. Однако зеркальце план действий рассказывать продолжило:

— Убраться подальше от столицы надобно. Там люд темный, наивный…

— Думаешь только тут все девы порченые? — воззрилась на зеркальце Нюшечка, намекая на то, что и они с Василисой отнюдь не местные, а из числа понаехавших.

Хотя… Если хорошо подумать, что одна, что другая некогда из отчего дома невинными уходили. Но то сколько лет назад было? Да и не все такие. Чаще девки рано гулять начинают, и у них одна забота раньше срока потомство в подоле не принести.

— Я не говорил — невинные, я сказал — наивные! — акцентировал внимание артефакт. — Надобно не спешить расколдовывать, а скрыть от глаз людских дракона. И пускай он в ночи над селениями полетает. Огнём подышит. Порычит. Местное население постращает.

У Василисы терпение уже на исходе. Думала волшебный артефакт сейчас рецепт простой даст, а тут какая-то сложная схема получается. Дракона добудь, от столицы уведи, спрячь эту громадину, невесть сколько ему ночами летать да народ стращать надобно будет…

— А смысл? — пришла в недоумение ведьмочка.

— По давним преданиям, чтобы земли от драконова гнева освободить хоть на время, ему надобно выкуп принести: драгоценности какие-нибудь, продовольствие, вплоть до скотины, и деву невинную… — терпеливо пояснило зеркальце.

— Точно! — хором воскликнули подружки.

— Как я сама до этого не додумалась, — поразилась Василиса. — Ведь так и так к Кощею полезем. И дракона твоего освободить попытаемся…

— Мы же его расколдовать хотели… — напомнила Нюша, и в голосе явно прослеживались ревнивые нотки.

— Это так скоро не делается… — взглянув на подругу, произнесла Василиса.

— Для начала надо его попробовать поцеловать, — мечтательно прошептала кикиморка.

— Нам ошибки ни к чему, — перебила фантазии подружки Василиса.

Не верила она больше в силу поцелуя любящего существа. Прежде много об этом слышала, и читала. В сказках так и вовсе чудеса творили с его помощью. Вот только попыталась она Ивана поцеловать в тот злополучный день, когда он за вещами своими приходил. Оттолкнул и всё. Кто знает, может она таким образом только хуже сделала?

— Ты же не хочешь, чтобы мы напортачили? — увещевали подругу наученная горьким опытом ведьмочка. — Вдруг потом его вовсе не расколдовать будет? Или вместо человека превратим его в жабу…

— Придется тогда жабу целовать… — вспомнила одну из народных сказок Нюшечка.

— Тебе лишь бы его целовать! — фыркнула Василиса и принялась стол накрывать для трапезы, вернее убрала все лишнее да скатерть самобранку расстелила.

Глава 8

Нюша тем временем с любопытством осматривалась и вдруг её щечки вспыхнули. Оказалось кикиморы тоже умеют краснеть. Прежде Василиса такого не замечала.

— Вааась… — тихо протянула Нюша, украдкой поглядывая на палати возле печи. — Там то, что я вижу или у меня фантазия расшалилась совсем?

— Ага, то самое, — усмехнулась дева, давно привыкшая к любящейся паре фантомов и зачастую совершенно не обращая на них внимания. — Это Иван в книжке вычитал одной. Уговорил сделать. И вот. Можно сказать с соседями живу. Порой посмотреть весьма увлекательно, — поведала она и заметив, что подруга осмелев подошла немного поближе, усмехнулась: — Их ещё и потрогать можно, — добавила она, про себя подумав: "И не только…"

Был момент, когда ну очень ей Ивана не хватало. Сидела она, сидела на этих фантомов глядя, да досмотрелась до того, что мужчина принял облик любимого. Как-то сам собой. У неё тогда едва сердце не разорвалось от обилия нахлынувших вмиг чувств и эмоций. А особенно от ревности, ведь тот продолжал действия по отношению к фантому выдуманной некогда Василисой женщины.

Первая реакция была — истребить коварную… Развеять! Но тут же пришло осознание того, что фантом ни в чем не виноват. И вдруг, повинуясь некому бессознательному порыву своей создательницы женщина превратилась во второго Ивана! Видеть как тот сам себя по сути лобзает и любит… Это как-то странно. И безумно волнующе.

Василиса сама не заметила как очутилась рядом, желая хотя бы прикоснуться. А дальше…

Оказалось фантомы прекрасно могут взаимодействовать с настоящими людьми. Они умудрялись предугадывать и исполнять малейшие ее фантазии. Это было нечто непередаваемое. И что скрывать? Позднее она не раз это повторяла. Возможно это и облегчало отчасти ее потерю. Вот только признаться в подобном вряд ли дева кому-нибудь решится. Но и уничтожить теперь этих двоих… Рука точно не поднимется. Как, после всего того, что между ними было.

От воспоминаний теперь уже она покраснела.

— Ооо… — восхищённо протянула Нюшечка, заметив румянец на щеках подруги и тут же отдернула ладошку. — Как настоящие… А чего это ты разрумянилась? Только не говори, что вы с Иваном их… Того… Нууу…

Василиса смутилась пуще прежнего. Гадая, что ответить подруге. С Иваном? Увы. С ним они лишь рядом были. Этого достаточно было. Очень заводило. А вот то, что она позднее устраивала… Два Ивана… Ну в принципе, можно сказать, что они с Иваном, да. Честнее признать, что с его фантомом, или даже фантомами. Но никто ведь не уточнял? Получается не ложь, а так… Недосказанность.

— Бывало… — с придыханием отозвалась ведьмочка, поймав завистливый взгляд подруги.

Вот же! Надо будет их куда-нибудь подальше от посторонних глаз спрятать. Хоть бы и на чердак. Расслабилась. Привыкла, что никто не смеет в дом заходить. Даже если просители какие и приходят, то всё во дворе решается. Там даже пристройка к дому специальная имеется, на случай ожидания, например. А дом это личное пространство, хватает и того, что дружки Ивана сюда ходили в своё время.

Остаток вечера и полночи подруги проболтали о том и сем, что-то вспоминая, что-то планируя. Выяснилось, что Нюшка сама недоумевала, как всё же решилась уйти от того, кто над ней буквально издевался. Тяжело, говорит, было. И о том, что Василисе помощь требуется тоже чувствовала. Не просто так сказала, красного словца ради. Влекло неудержимо её к подруге. Но и к мужику тому тянуло безмерно, вопреки всему неоднократно порывалась вернуться, но всё же добралась вот до столицы. А коль она здесь, то просто обязана навестить дракона и проверить — правда ли то, что он заколдованный человек.

— Тем более наши с тобой интересы совпадают. И так, и так замок… А там… — она невесело усмехнулась. — Попытаюсь расколдовать. Жаль, что ждать придётся. Но я всё равно не надеюсь, что он будет со мной… Просто так хоть цель в жизни есть. А то не жила, а вечно страдала и выживала. Состояние такое, хоть руки на себя наложи…

— Эй, ты чего! — воззрилась на неё Василиса. — И думать забудь!

— Вась… тебе не понять, — произнесла тихо Нюшка. — Да, сейчас у тебя Ваньку увели. Тяжело. Верю. Но! У тебя есть цель — оправдать доверие наставницы в плане учебы. Сама учеба. Развитие способностей. Дом есть вон какой! Ты узнала, кто виновен и что делать, чтобы вернуть Ивана. И он тебя действительно любил. А то, что сейчас? Околдован. Ты тоже когда-то под чарами его ни во что не ставила. И это, опять же скучать не даёт, — она хихикнула кивнув в сторону фантомов.

— Хочешь тебе таких сделаю? — хихикнула в ответ ведьмочка, окончательно смутив подругу.

— Ты всегда в центре внимания и всё у тебя получается… — сделав вид будто не расслышала предложение, завершила свою речь Нюша.

— Всё? — усмехнулась Василиса, вспоминая обещание дома показать ей почему на метле или в ступе не летает.

Дева-краса бросила взгляд в окошко. К этому моменту основательно стемнело, никто посторонний не должен заметить попытки несанкционированных взлетов. А кикиморки в темноте хорошо видят, ей ночная мгла не помеха.

— Идём, — ничего не объясняя позвала она подругу, и направилась к выходу из дома. — Ко мне! — скомандовала на ходу, выставив впереди себя раскрытую ладонь, куда в тот же миг удобно легла рукоять запасной метлы.

Вообще метла её слушалась идеально. Пока Василиса на неё взобраться не собиралась. Тут же та становилась своенравна и неуправляема. И как с этим бороться ведьма-недоучка понятия не имела, а в академии стыдно было в таком признаться.

Ещё во времена жизни с Иваном, Василиса начала изучать книги о полетах на метле, желая найти решение проблемы. Дни и ночи напролет изучая всяческие заклинания и техники управления метлой, мечтая победить непокорную строптивицу. После долгих усилий, Василиса её приручила. Та стала слушаться во всём! Кроме одного — не позволяла летать на ней.

Ведьмочка пробовала всё тоже проделать с другой метлой. Надеясь, что просто прежняя упрямая попалась. Итог тот же. Они ей словно забастовку объявили, мол, что угодно, только не летать! И сейчас она даже не сомневалась в предстоящем провале.

Вышли они с Нюшечкой во двор. Василиса прислушалась, чтобы никто в это время рядом по улице не проходил, а то вдруг глазастыми окажутся да пожалуются?

Вроде тихо.

Василиса помнила о том, что нужно сохранять баланс и контролировать метлу, чтобы она не вышла из-под контроля. В теории знала как это сделать, но на практике… Всегда выходило одно и тоже. Пока у земли, кажется, что всё получается, стоит попытаться оторваться и взлететь…

Нюша тем временем внимательно наблюдала, стараясь понять к чему подруга устроила это представление. Василиса ведь ничего не объяснила ей. Не призналась в своем неумении летать. А когда ранее Нюша на эту тему начинала разговор, сразу тему сменила, стыдно было перед подругой.

Ведьмочка, внешне вполне уверенно оседлала метлу, слегка оттолкнулась от земли. Транспортное средство начало медленно подниматься в воздух. Дева почувствовала, как ветер развевает волосы и на миг зажмурилась от удовольствия. Она успела возгордиться, всё же второй раз за день подъем в воздух прошел удачно. Возликовала! Это уже можно было считать достижением. Удалось даже пару лихих виражей заложить.

Увы, в том, что удастся благополучно вернуться на землю дева-краса очень сильно сомневалась. Как оказалось — не зря. Едва девушка попыталась направить метлу вниз, та принялась сопротивляться, взбрыкивать, наподобие необъезженному жеребцу, пытающемуся сбросить наездницу.

Ведьма-недоучка как всегда не знала, что делать. Ее руки и ноги дрожали от напряжения, в попытке удержаться, лоб вмиг покрыла испарина, всё внимание уходило на то, чтобы не сверзиться вниз. В конце концов, она всё же рухнула наземь. Благо высота оказалась небольшой и сильно Василиса не ушиблась. Но всё равно было безумно обидно, ведь всё так хорошо начиналось.

— Вот так всегда! — едва не плача пожаловалась ведьмочка, глядя вверх, где на фоне звёздного неба виртуозно и неуправляемо кружила строптивая метла, будто ликуя оттого, что смогла пусть и на время обрести свободу. — А ты говоришь, всё получается…

Для Нюши это было сродни откровению. Ей действительно всегда, с первого дня знакомства, казалось, что стоит Василисе чего-то пожелать и всё пусть не вмиг, но обязательно сбудется, а тут такое! Что сказать кикиморка не нашлась. Понимала, что подруге требуется утешение, вот только чем её можно утешить? Метла это не змей. Сама Нюша с ней вряд-ли сумеет общий язык найти, чтобы уговорить не артачиться.

Подруги вернулись в дом.

— Со ступой тоже самое? — уточнила она, заметив этот предмет по дороге в дом.

— Хуже, — вздохнула Василиса. — Та даже забраться в себя не даёт.

— Может ты и полеты это в принципе несовместимо? С чего ты решила будто ковром управлять сможешь? — задала вполне логичный вопрос кикиморка.

— Пробовала. Тогда, в "гостях" у Кощея. Он впечатление произвести пытался. Вот и показал как летать.

— Когда мы тебя от него вызволяли?! — Нюшу явно зацепил тот факт, что у Василисы имелся шанс выкрасть братишку и сбежать самостоятельно на том ковре. О чем кикиморка и высказалась в не самой культурной форме. И тут же смутилась: — Прости. Не хотела обидеть.

— Нет, что ты! Понимаю! Но тогда Кощей считал меня своей собственностью. Там он всё контролировал. Вместе с ним, конечно летала, чтобы не возникло желание сбежать. Но главное, у меня получилось. Спасибо хоть по хорошему пытался желаемое получить. Это уже здесь, после поступления в академию я от него свободу обрела относительно. По договору с Ягой. Она же его женой оказывается была… — не сдержалась и всё же поведала Василиса.

Рассказала не потому, что секреты хранить не умела. Не секрет это собственно. До его воцарения еще было. Дела былые, мхом поросшие. Потому никто и не интересуется. И многое, тогда на свои места встаёт. Понятно становится откуда лесная ведьма про него знает столько, почему уговор между ними о неприкосновенности преемницы.

— Так вот, договоренность у них с Кощеем — её преемница для него неприкосновенна. И единственный вариант овладеть мной, это добиться расположения, чтобы сама возжелала с ним быть.

— Потому Ивана от тебя убрал, чтобы избавиться от соперника…

— Да. Напрямую вроде договоренность не нарушена… Он ведь не причастен напрямую. А косвенно… Я ему это припомню… — недобро прищурилась Василиса.

— Обязательно! — поддержала её подруга.

И тут вспомнила Василиса, что зеркальце так до конца и не допросила за всей этой суетой. Достала. Протёрла даже.

— Свет мой зеркальце скажи да всю правду доложи, как нам девственницу найти? — прошептала она, стараясь не потревожить успевшую заснуть Нюшку.

— Ты подруге подсоби, ковер забери и на нем того, на кого она укажет выкради… — отозвалось зеркальце, и вероломно добавило: — Вот сделаешь, тогда и разговор дальше будет. А вообще, я всё тебе сказал — будет дракон, запугаете население в глубинке и выкуп в виде девственницы потребуете.

Василиса едва сдержалась, чтобы снова не зашвырнуть артефакт куда подальше. Помог называется. Подсказал. Поди туда… Ну ладно, хоть известно для начала куда. Стащи то… Ну, тоже, вроде бы известно что. И ещё кого-то в придачу. Неизвестно кого. А на кого Нюшка указать может? Не дракона же мне на ковре-самолете воровать? Тогда уж логичнее на драконе из замка сбегать. Ай, что с этим артефактным недоразумением разговаривать. По ходу дела смотреть придется и действовать по обстоятельствам.

Вот только зеркальце явно к дальнейшему разговору оказалось не расположено. Помутнело. И даже ничего из окружающего не отражало. Повздыхала Василиса да спать легла, решив что утро вечера мудренее.

Глава 9

Наутро подруги проснулись поздно. Дали о себе знать затянувшиеся посиделки. Собственно, спешить им было некуда. Выдвигаться собирались ближе к вечеру. Во-первых, чтобы точно не пересечься с владельцем замка, а во-вторых, чтобы потом не пришлось долго ждать наступления сумерек. Осмотреться им предстояло исключительно номинально. Вряд-ли что-то изменилось в защите замка за три года. Могло разве, что укрепиться там сям, а вот новые ворота или выходы маловероятно что возникли.

— Помнишь, где мы в прошлый раз выбирались? — уточнила Нюша.

Василиса кивнула. Ещё бы такое забыть!

Там, если обойти, на противоположной стороне замка, относительно главных ворот, имелся лаз выходящий в верхней части рва возле стены.

— Прежде там решетка была. Думаю её опять установили, — делилась мыслями кикиморка. — Нужно с собой прочную палку взять, чтобы использовать как рычаг.

— Метлу возьмём! — бросив мстительный взгляд на провинившуюся утварь, решила Василиса. — У неё черенок дубовый. Вот пусть хоть так пользу приносит…

"Неужели не жалко?" — буквально кричал брошенный в сторону метлы взгляд кикиморы.

Черенок у неё видный, ничего не скажешь. Отшлифованный. Отполированный. Сверху лаком от непогоды покрыт. Блестит так, что залюбоваться можно. Каждое волокно древесины ярко и контрастно выделяется. А в солнечном свете и вовсе будто это янтарь, а не дерево кажется.

Помнится девица на рынке залюбовалась ей, всё никак отойти от лавки не могла. Продавец взялся ещё и расхваливать, мол, очень прочная, долговечная, ну и не стыдно, если гости незваные врасплох за уборкой застанут. И такой красавице как Василиса эта метла и вовсе подстать.

Параметры прочности и долговечности Василису безусловно интересовали, вот только брала она её за немалые деньги ради полетов, а вышло что? Брыкается на зависть иному жеребцу.

— Будет знать как артачиться… — проворчала ведьмочка и направилась к скатерти-самобранке заказывать поздний завтрак.

Сборы много времени не заняли. Вот только волновалась Василиса. Выкрадут они ковер, а девы то нет. И что делать?

— Не печалься. Всё будет… — словно прочитав её мысли, на удивление уверенно пообещала Нюшка. -- У нас же есть еще время до начала цветения этого твоего чудо-цветка?

-- Есть.

Откуда у кикиморки такая уверенность в успехе? Как всё это провернуть? Та ничего не говорила. Но подозрительно волновалась. Будто не Василиса в случае провала и Ивана не вернёт, и доверие наставницы не оправдывает, да ещё и под отчисление может попасть за посягательство на имущество главы академии и королевства.

С наступлением вечера пробрались к замку без проблем. Обошли вокруг. По словам кикиморки всё по-прежнему осталось. Василиса снаружи замок только ночью видела, поэтому поверила подруге на слово. Сумерки подкрались довольно быстро. Девушки шустро перебрались через превратный мост и вдоль стены прошли к нужному месту.

Найти вход в лаз труда не составило, а вот выломать вставленную туда решетку… Всё же Иван молодец сильный, а они всего лишь девицы.

— Вась… — шепнула кикиморка. — Ведьма ты или как? Сама же показывала, метла тебя идеально слушается пока ты на ней летать не начинаешь. Вот пусть и открывает нам проход.

Василиса сжала в ладони черенок. Тот отозвался теплом словно живой.

— Сможешь? — неуверенно шепнула дева-краса и метла слабо дрогнула в её руке. — Давай, девочка… — добавила она неожиданно ласково и раскрыла ладонь, отпуская строптивицу.

Что та вытворяла в сгущающейся тьме рассмотреть было сложно, но скоро раздался скрежет. Василиса мысленно уже простилась со своенравной красавицей. Тут же послышался глухой звук падающей решетки, а следом в руку мягко толкнулась метла.

— Она справилась… — раздался от входа в лаз приглушённый голос Нюшечки.

— Ты ж моя хорошая… — похвалила реабилитировавшуюся метлу Василиса.

Имелись ещё опасения, что и на выходе из лаза столкнутся с ограждением, но повезло -- преград не обнаружилось. Внутри перемещались короткими перебежками, прячась от курсирующей по территории охраны.

— Ты знаешь, где дракона держат? — поинтересовалась Василиса у подруги.

— Нет. Но помнишь ведь, в какой-то момент ночью он беспрепятственно выходит во двор.

— Будем сидеть и ждать? — уточнила ведьмочка озираясь по сторонам в поисках подходящего укромного местечка.

— Идём за ковром. И на нем где-нибудь повыше подождем.

— А если не заметим и всё пропустим? — заволновалась Василиса.

— Он выходя рычит. Поверь не пропустим…

Дева-краса напрягла память, пытаясь припомнить те времена, когда вынужденно "гостила" у Кощея. Её светлица закрывалась снаружи, как не крути она была здесь узницей, поэтому выйти самостоятельно или сбежать не удавалось. И стены были настолько крепкими и толстыми, что из-за закрытых окон с улицы не доносилось ни единого звука. Поэтому рычал ли там кто-то в ночи? Василиса не знала.

В здание замкового донжона проникли без труда. Слуги спали. Охрана ночью курсировала исключительно по двору и дежурила у ворот. Повсюду горели дежурные факелы. Так что пройти наверх к опочивальне владельца замка тоже оказалось не сложно.

Цель подруг располагалась именно там — на стене хозяйкой спальни. Не самое легкодоступное место. Возможно там и охрана у дверей имеется. Но сначала Василиса собиралась навестить некогда служившую ей тюрьмой светлицу. Там, в дальнем углу на стене висел точно такой же ковер. Только не зачарованный. Вот его то она и планировала заменить на ковер-самолет, чтобы преждевременно не привлекать внимание Кощея к пропаже.

В комнатах ориентироваться оказалось сложнее. Здесь освещения не было. Вернее можно зажечь свечи. Но это привлекло бы внимание. Василиса ещё опасалась того, что Кощей может изменить место хранения вещицы и где тогда его искать? Поисковых заклинаний она к сожалению не знала.

Пробрались они в некогда предоставленную ей опочивальню, сняли ковер со стены, и… Замерли, когда он сам собой завис в воздухе.

— Выходит и этот зачарованный? — прошептала Нюша.

— Или Кощей их местами поменял… — озвучила свои предположения Василиса, радуясь тому, как им повезло — ковер-самолет нашли на удивление быстро. Она опасалась как бы не возникло проблем с попыткой пробраться в комнаты Кощея. Но всё же озвучила возникшие опасения: — Лишь бы он летал не хуже того. И меня слушался…

Последнее её пугало больше всего — вдруг тогда Кощей мысленно или ещё как-то управлял ковром, а ей позволил поверить, что это она сама? У него ведь не спросишь. А значит, пока не проверят, ответа на этот вопрос не узнают.

Девушки аккуратно свернули свою находку и осторожно, стараясь не шуметь, вынесли наружу, в коридор, где имелся выход на широкий балкон. Оттуда удобнее всего взлетать будет.

Расстелили артефакт. Боялись, что тот почуяв свободу попросту сбежит. Но нет, лежал смирно. Девушки забрались на него, прижавшись друг к другу в центре. Опасения Василисы относительно своих способностей к полётам не оправдались. Вел себя ковер покладисто. Порой краюшками взбрыкивал нетерпеливо, как застоявшийся в стойле ретивый конь. Но делал это так, чтобы не доставлять своим наездницам дискомфорт.

Дева-краса неуверенно погладила ковер, прошептав:

— Взлетишь, мой хороший? Нам очень твоя помощь нужна…

Ковер не ответил, но послушно исполнил волю девы-красы.

Плавно поднялись они высоко над замком. Пьянящее ощущение: простор, сверху только звёзды да луна, ветер, и ощущение свободы. А внизу? Даже в темноте завораживающее зрелище. Эх, вот бы днем увидеть все окрестности, мечтательно подумала Василиса, наблюдая за перемещением охранников в свете факелов.

Теперь предстояло набраться терпения.

Ждать пришлось долго, но когда луна вошла в зенит, раздался громкий, вызывающий оторопь, звериный то ли рев, то ли рык.

Подруги увидели, как огромный дракон медленно выползает откуда-то из подземелий замка. Он поизгибал шею, повилял всем телом, как бы разминаясь. Расправил огромные крылья и взмыл в воздух.

Василиса последовала за ним, стараясь не привлекать внимание зверя и в тоже время не терять его из виду.

Она наблюдала за тем, как дракон грациозно раскинув крылья покружил над городом, извергая пламя и пугая жителей. Поборов страх, дева направила ковер-самолет навстречу к огромному змею.

— Ты куда? — воззрилась на неё Нюшка и в её голосе послышались нотки обиды.

— Куда-куда? За твоим крылатым красавцем, — удивлённо отозвалась ведьмочка.

— Так он же там… — растерянно ткнула она пальчиком вниз, указывая на двор замка.

— Да?

Стоило ей это услышать, и парящий в небе огромный зверь всего на миг, но вполне явственно подернулся рябью, поплыл, теряя четкость очертаний. Ведьмочка протёрла глаза. Дракон на месте. И всё же слова Нюши и то мимолётное видение заставили усомниться в реальности происходящего.

Василиса, пусть пока и недоучка, но вмиг припомнила нужное заклинание — истинного взора. Прочла его. И тут же убедилась в правоте подруги: летающий огромный дракон — это всего лишь иллюзия. Прежде она видела то, что и все, в отличие от неподдающийся магическим воздействиям кикиморки.

Не споря, Василиса развернула ковер и плавно начала снижаться. Вот только дева понимала, что из-за погони за иллюзией, теперь она катастрофически не успевала. Теряющийся в глубокой тени дракон, ещё раз взревев, уже вовсю забирался обратно в своё логово. Как иначе объяснить то, что он сумел укрыться в столь крохотном закутке? Только кончик хвоста и мелькнул на прощание. И тут же над воротами и кое-где во дворе замелькала факелы выходящих на патрулирование охранников. Пришлось срочно прижиматься поближе к стенам данжеона, чтобы не привлекать внимание стражников.

Недоумевающая Василиса взглянула на подругу и в панике зашептала:

— Куда он?! Нюш, как мы туда проберемся? Нас же поймают… На чужой территории, ещё и с ковром…

— Да, не парься, я знаю тут одного парня, — уверенно отозвалась безмерно чем-то неимоверно довольная кикиморка, — он все может и поможет. Хочешь дракона в одиночку завалит, хочешь замок разрушит.

Василиса удивлённо уставилась на подругу. Сейчас не время расспрашивать почему Нюшечка не сообщила заранее о том, что тут имеется некий союзник. Главное своевременно успеть охладить её пылкий порыв всех валить и всё рушить.

— Неее, не надо ничего рушить… И заваливать тоже не надо. Тебе ведь твой дракон живой нужен? Или ты его решила на алхимические ингредиенты распустить, распродать и с вырученных средств дворец в столице купить?

Нюшка в ужасе воззрилась на подругу.

— Ты случаем пока мы тут летаем не зазевалась? Может светлячка какого галлюциногенного проглотила?

— Да это я так… — отмахнулась ведьмочка. — Типа пошутила. А вот остаться незамеченными нам желательно. Иначе меня точно отчислят… — вздохнула она.

— Не волнуйся! — беспечно отмахнулась кикимора. — Это мы ещё Кощею веселую жизнь устроим, — подмигнула подруге, и дева-краса поверила. — Сейчас рёв услышишь, не пугайся. Стража вся скроется сразу. Знай себе вниз лети. Нам пассажира забрать надо.

Вот так в омут с головой? Дева-краса с сомнением взглянула на подругу. Та, легла на живот, бесстрашно свесила голову с ковра и что-то, вернее кого-то, высматривала внизу. Кого забрать? Кто-то тоже сбежать желает, как и она когда-то? И можно ли этому кому-то доверять? Он будет знать кто именно украл ковер-самолет. А ведь выходит всё как зеркальце обещало. Значит, придется брать. Чтобы там ни было.

— Сейчас! Вот-вот начнется! Снижайся, — не оборачиваясь скомандовала Нюша. — У нас времени не так уж много, Вась…

И словно в подтверждение её слов вновь по округе разнёсся жуткий звериный рёв, от звуков которого у ведьмочки аж кровь кажется застыла. Но на этот раз ослушаться подругу она не решилась. Понадеялась, что та понимает что делает.

Глава 10

А там внизу их ждал… дракон!

Все оказалось совсем не так страшно, как казалось.

Увидела его Василиса и сама влюбилась. Только не в потенциального превращенного мужика, а в самого зверя. Теперь она отчасти поняла чувства подруги. Немудрено, что Нюшечка не могла его забыть, и нафантазировала будто это заколдованный человек. Дракон был прекрасен! Хотя как дракон? Дракошка! Размером… Ну с полугодовалого теленка от силы.

У него за спиной имелись кожистые крылышки. Недоразвитые пока, и взлететь на них он при всём желании не сумел бы. Сам же он был покрыт нежно-бирюзовой чешуей. Наверное летом в небе его и не разглядеть будет. Огромные глаза блюдца, такого же как у Нюшки зелёного цвета. И такой милый, что несмотря на размеры неудержимо хотелось его затискать!

Если он сейчас кроха по драконьим меркам, то каким крохой был тогда, когда Нюшка с Иваном, Василису похищали из Кощеева замка. Немногим больше котенка наверное был. Это им с Иваном, тогда иллюзия полномерного взрослого дракона привиделась, а Нюша ведь видела всё как есть.

— Ты чего не сказала, что он совсем малыш? — ткнув локтем подругу, пожурила Василиса.

— А так не видно было? — воззрилась на неё кикиморка. Ведьмочка чуть не огрызнулась, но вовремя вспомнила об имеющихся различиях восприятия. — Помоги лучше… — Попросила Нюша, уже затаскивающая на ковер этого бирюзово-чешуйчатого "жеребёнка".

Устойчивость у дракоши оказалась аховая. Василиса поняла, что значит народная поговорка про слона в посудной лавке. От каждого его шага ковер ходил ходуном, подбрасывая своих пассажиров. Подруги прыгали на нем как мячики. И всё это могло быть даже весело, если бы не необходимость поскорее убираться с вражеской территории.

Кое-как уложили дракошу посередине, прижались к нему с двух сторон. Благо тот оказался на удивление покладист. В смысле -- где положили, там и лежал. Так и полетели прочь. Наконец-то замок Кощея остался далеко позади.

И только сейчас Василиса поняла, что не знает куда лететь. Сразу в горы за цветком? Рановато. Ещё не настолько потеплело. Да и девственницу не нашли. И домой нельзя с драконом.

Полезла в потайной карман сарафана. И вздохнула с облегчением. Испугаться успела, как бы не выронила зачарованное зеркальце пока посреди кощеева двора устраивала соревнования по прыжкам на батуте и балансировке на крайне неустойчивых поверхностях. Проводились у них такие в академии как-то.

— Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи, как нам девственницу найти… — напомнила дева артефакту про обещание рассказать как девственницу искать.

— Дракона… Ох, уморили! Ну ладно. Включаю режим навигации — странным голосом известило зеркальце, используя фразы из полюбившихся Василисе книг техно-фентези.

Смотрит она в отражение, а там, будто вид сверху, но днём. И стрелочка пунктиром, показывающая куда лететь надобно.

Не стала Василиса лишних вопросов задавать, направила ковер туда, куда мудрый артефакт указал. Ему лучше знать куда лететь надобно.

Долго летели. Пару, а то и всю тройку часов, наверное. Нюшка тем временем со своим дракошей сюсюкалась. Ведьмочка им старалась не мешать. Насколько это возможно в столь стеснённых условиях. И гадала: почему зеркальце решило увести настолько далеко от родного дома. Неужто на Руси девственницы перевелись?! Хоть какая-нибудь завалящая-то должна остаться? Кривенькая, страшненькая? Да хоть бы и полоумная? Относительно умственных способностей и внешних данных Баба Яга никаких условий вроде не ставила.

К месту прибыли в самый темный час ночи. Опустились к земле. Сверзились с ковра. Размяли затекшие без движения конечности.

— И что тут? — поинтересовалась, озираясь по сторонам кикиморка.

— Сейчас узнаем… — пробормотала Василиса и взялась снова зеркальце пытать.

Оказалось, что остановились они возле бурной, даже зимой незамерзающей реки. В этом месте берег крутой, обрывистый, и пещера внизу просторная и глубокая имеется. Дракону самое подходящее место. И довольно большая деревня неподалеку. Жители промышляют выращиванием зерновых, скотоводством да рыбалкой.

Василиса слушала зеркальце, и не понимала — с чего это оно взялось расширять её кругозор в области аграрной и прочей сельской промышленности?

— Задача вашего… Кхм… Кхм… Дракона, — всё-таки произнесло зеркальце, подозрительно булькнув. — В общем, полетать. Народ постращать. Жечь ничего не надо. Ну может сеновал какой. Для пущей наглядности. Аккуратненько, чтобы всю деревню не спалить.

— И зачем? — воззрилась на артефакт кикиморка. — Пещера тут удобная, но их полно ближе к городу.

— Во-первых, ближе к городу, Кощей сразу, узнает, где его пропажа, и…

— Не отдам! — обняв дракошу за шею, храбро воскликнула Нюшечка.

— Кого-то спросить забудут… — едва слышно буркнуло зеркальце, а в полный голос продолжило пояснения: — Во-вторых, здесь деревня близко и жителям ничего не останется кроме как подкупать жуткого и ужасного…

— Золото? — мурлыкнуло чешуйчатое недоразумение сверкнув светящимися по-кошачьи глазами.

Он ещё и разговаривать умеет?!

— Откуда оно у крестьян?! А есть ты, недоразумение крылатое, что будешь? -- продолжило поучать зеркальце. -- Кощея здесь нет и никто по доброй воле скотину не погонит на убой к дракону. Вот пусть скотиной и откупаются. И пусть требует девственницу. Это для их братьи дело обычное. Никто не удивится. Порченую отдать побоятся. Чтобы дракона не разгневать. Отбор качественно проведут.

-- Главное, чтобы в процессе неу влеклись и всех не попортили, -- хихикнула кикиморка.

Василиса только подивилась мудрости древнего артефакта. И от потенциальной погони подальше увел. И местом жительства дракона обеспечил. И пропитанием. Ещё и гарантировано девственницу предоставят. Хорошую штуку её некогда будущая наставница предоставила. Полезную. Хотя порой неимоверно своенравную.

Дело за малым: а ту иллюзию дракон сам создавал, или это Кощей постарался?

— Дракош… Тебя звать-то как? — поинтересовалась дева-краса.

— Василий, — отозвалась вместо дракончика всезнающая кикимора.

— Васька тоже, значит… А ты всё же дракон или человек зачарованный? — не стала ходить вокруг да около Василиса.

Дракоша вздохнул. А Нюшка пихнула подругу, мол, она же говорила уже. Вот только слова её на видениях из снов опирались. Не самый достоверный источник информации.

Однако дракон им попался то ли жутко стеснительный, то ли не общительный. Молчит. Благо хоть рычать грозно умеет, когда ему это нужно. Осталось убедить зверюшку в том, что они союзники и им выгодно сотрудничество.

— Та грозная иллюзия над городом, твоих лап дело или Бессмертного? — не дождавшись ответа, задала очередной вопрос ведьмочка.

И снова только вздох. Не спросил бы чуть раньше про золото, Василиса решила бы, что он говорить не умеет. Но за время проведенное в замке, и потом в полете юная ведьмочка настолько вымоталась, что сил на расспросы совершенно не осталось.

— Нюш… Объясни своему другу, что нам требуется…

Разъяснения затянулись. Иллюзию дракон создавать всё же умел. Даже провел показательное выступление — покружив на деревней. Жуткий рёв поднял с постелей мирно спавших жителей. Василий несколько раз пролетелся над поселением, пару раз пламя выпустил.

Подруги домой вернулись практически на рассвете. Сил ни на что не осталось. Вошли в дом. Прошлепали к палатям на ходу сарафаны скидывая. Да так и попадали.

Проснулись спустя сутки. Вышли во двор. А за забором суета. Судя по звукам — городская стража носится повсюду, экипировкой звеня.

— Интересно, Кощей так и известил всех: "пропал дракоша?" — не удержалась от язвительного шёпота Василиса.

Кикиморка глаза прикрыла. Постояла так какое-то время. А потом произнесла:

— Кричат о том, что замковую казну ограбили. Вот тех грабителей типа и ищут.

Относительно способности подруги слышать всё издали Василиса промолчала. Но услышанное удивило.

Замковую казну?! Ну ковер-самолет это безусловно ценность казны достойная. Вот только была та ценность совсем не там. Но дело даже не в этом. Что они найдут, если сами не знают, что ищут? Не мог ведь Кощей признаться в том, что вместо жуткого дракона у него в замке жил небольшой дракончик, дажек на крыло ещё не вставший?

О чем дева-краса и сказала.

— Про дракона ни слова и не говорят, — отозвалась кикиморка. — Ковер-самолет очень подробно описан. А ещё несколько телег всякого драгоценного добра.

— Но его же там не было… В смысле, добра того… — опешила Василиса, и с опаской покосилась за печку, где лежал свёрнутый в рулончик ковер.

— Ой не смеши, — отмахнулась Нюшечка. — Такое ощущение будто это ты, а не я на болотах жила и с людьми не зналась.

Пригорюнилась девица-краса. Понимала изначально, что воровство это плохо. Что в случае поимки им несдобровать будет. Но чтобы вот так несуществующие грехи приписали? За такое ведь и казнить могут. Не просто из академии отчислить или штраф назначить.

— И как нам быть? Вдруг в ночи кто-то силуэт ковра в небе видел? — растерянно пробормотала ведьмочка. — Сюда же в любой момент могут стражи нагрянуть.

— До ночи сидим и нос со двора не высовываем. За это время всё необходимое собрать надобно. И на случай чего, ковер на готове держать.

Спорить Василиса не стала. Огляделась с грустью по сторонам, понимая что возможно лишится всего нажитого с таким трудом. Хотя ей то грех жаловаться. Заработала она на этот кусок земли довольно быстро. И дом Иван сладил добротный и хороший. Да только сейчас его даже на продажу не выставить. Как минимум это подозрения вызвать может. У того же Кощея.

— Не раскисай. Если всё получится, может вернешься сюда вместе с Иваном, — попыталась утешить подругу кикиморка.

Василиса едва сдержалась, чтобы не огрызнуться, но вовремя поняла, что Нюшиной вины в случившемся нет. Пусть она её не остановила. Пусть поддержала в этом безумном порыве. Но она ведь и без неё полезла бы на рожон. Тут скорее зеркальце корить надобно за совет. Да и его вины тоже нет, оно подсказало путь к осуществлению желаемого.

Пришлось прикинуть, что наиболее ценное. А что практичное взять с собой.

Скатерть самобранку однозначно, чтобы голодать не пришлось. Перину. Одеял пару, чтобы не замёрзнуть, да подушку. Василиса не могла спать на жёстком. Помнила ещё как скитаясь от замка Кощея к дому и оттуда до столицы бессонницами мучилась.

Вспомнила как накануне ночью летали и мёрзли под ветром. Укутаться в одеяло можно конечно, но в снег или дождь оно не спасет. Балдахин что над их с Иваном кроватью установлен решила тоже забрать. Благо он форму благодаря магии держит и опоры не требуются. Этакий шатер. Вот и будет защита от ненастья, в самый раз вместо палатки сойдёт. Материал там зачарованный. Ни сквозняк, ни воду, ни мошкару не пропустит. Да и зверьё дикое не проберется, как и человек лихой.

Всё что надумала, складывала посреди комнаты.

Что-то подсказывало ведьмочке, что если и вернётся она в свой дом, то очень не скоро это случится.

— Забор у тебя высокий… Давай-ка всё это добро под навес во двор перетащим, — предложила Нюшечка.

Так и сделали. Там расстелили ковер-самолет. На него наподобие шатра балдахин установили. Внутри сундук с особо дорогим сердцу добром поставили. Его же в качестве стола использовать планировали. Склянки, сушенные травки, книги кое-какие взяла, одежду. В угол перину с одеялами уложила. По центру печку самогрейку поставила, под купол плярис — магический светильник.

В дальний от постели угол ширмочкой пришлось завесить. Там передвижной банно-прачечный комплекс обустроился в виде бочки-самостиралки. На малых скоростях её здорово в качестве купели использовать. Василиса не раз её так испытывала. Рядом, с ним ведро для справления нужд. Ну и ступу с метлой взяла на всякий случай.

Была бы возможность, Василиса многое бы ещё забрала, но и так уже тесновато стало в шатре.

Осталось темноты дождаться и в путь…

Глава 11

С наступлением темноты, повздыхала Василиса, да и заперла дом искренне надеясь, что доведётся ещё вернуться..

Выдвинуться решили к пещере Василия. Безусловно у них получился комфортабельный передвижной шатёр, которому ни ненастья, ни бездорожье не страшны. Но всё же хотелось жить на земле. Пусть даже в пещере.

Мысленно задав курс ковру, Василиса погрузилась в мысли. Об Иване в последние дни она не часто горевала. Даже совестно стало. То ли Нюша её настолько отвлекала. То ли дело в том, что наконец-то нашелся, тот кому удалось выговориться, излить всё наболевшее. А может причина в том, что хоть какие-то шаги уже делаются по направлению к заветной цели?

К пещере добрались намного быстрее нежели в прошлый раз. Видимо ковер настроил для себя более прямой маршрут, нежели тот которым вела Василиса по ориентировкам зеркальца. А может ветер попутный? Или вообще показалось будто быстрее? В этот раз подруги не жались к дракоше стараясь не свалиться, а удобно возлежали на мягкой перине, и внутри шатра было тепло и безветренно.

Каково же было их удивление, когда они прибыли на место. Вернее это был самый настоящий шок!

Ковер настолько плавно планировал, что они даже не заметили как снизились. Почуяли неладное только тогда, когда на стенках их шатра заметались отблески огня.

Подруги вмиг всполошились. Предположений в их головах возникло множество. Начиная от предательского поступка ковра, решившего вернуться к хозяину, заканчивая пепелищем сожжённой драконом деревни.

Ощутив приземление, кинулись к выходу. Приоткрыли полог и замерли с открытыми от удивления ртами.

Все их догадки не оправдались.

Ковер-самолет прибыл к месту назначения. И деревня стояла целехонькая. А на холме, том что высился на берегу реки прямо над пещерой горело с десяток костров. Повсюду ритуальные столбы. Яркие ленты полощутся на ветру. Народу немеряно. И несмотря на ночь гулянье вовсю идёт.

— Что творится, мать-царица… — пробормотала Василиса выбираясь из шатра.

— Чуяло моё сердце, не стоило его одного оставлять… — ревниво проворчала Нюшечка, глядя как местная ребятня резвится, катаясь с дракошки как с горки. — А малышне спать не пора?

То что они приземлились прямехонько посередине, не оставило им шанса на эффект неожиданности.

— Добро пожаловать, госпожа Ведьма! Здравия вам, помощница госпожи… — тут же кинулся к Василисе и Нюше, непрестанно кланяющийся седовласый, но крепкий ещё мужчина. — Рады приветствовать Вас в Крутых бережках. Я Яким — староста здешний, значится…

— Помощница? — едва слышно хмыкнув, повторила кикиморка.

Да и Василисе непривычно, когда её вот так в открытую ведьмой величают. Всё же недоучка пока. Диплома нет. Только деревенским на дипломы чихать. Им дело куда важнее бумажек. Да и Нюша удивилась. Зелёных недолюбливают повсеместно, а тут такое почитание.

Не прошло и минуты, как подруги оказались усажены к одному из костров. На коленях блюда с деревенскими разносолами, чарки с хмельным медом. Вокруг бабы снуют, суетятся, услужить всячески пытаются. И наперебой рассказывают.

А выяснилось вот что: полгода как на деревню напасть за напастью валиться начала. То разбойники обосновались на дороге ведущий в ближайший городок. Ни товар не продать, не закупиться.

Пары недель не прошло, как в реке чудище завелось неведомое. Сети рвало, лодки топило, несколько рыбаков погубило. И пришел следом голод и засуха. Деревня на горе, почва каменистая, колодцы не прорубить. Мелких речек или ручьев поблизости нету.

Прежде рыбой промышляли, и питались, и выменивали на что-то, и торговали. Воду с реки носили. А с той поры… Урожай не полить. На помывку, стирку или пропитание воды и то не добыть. Перебивались тем, что в период дождей собрать умудрялись. Ну и снегом. Да только здесь недолго он лежит.

Скинулись всем селением. Отправили гонцов чтобы те либо воинов, либо магов привели с напастью справиться. Да только не прошли их посланники через разбойников. Птиц с посланиями несколько раз посылали. А ответа не было. И тут…

Появился Василий и прогнал сначала чудище. Видимо территорию освобождая. А затем и разбойников прогнал, в их лагере показательно пару стогов сена подпалив.

Естественно сходу подруги не разобрались в случившемся. Деловито покивали. По-поддакивали. Ели, пили, что им подносили. Слушали. Да знай себе дары принимали: ленты, платки, всякие гребни да заколки из древесины вырезанные.

Ближе к рассвету народ разошелся по домам. Подруг пытались в дом старосты заманить погостить, но те отказались. Рядом с их неправильным драконом спокойнее будет. Да и обсудить предстояло как быть дальше.

Наконец-то появилась возможность с Василием переговорить без лишних свидетелей. Забрались в свой летающий шатер и прямо на нем влетели в пещеру.

— Ну и что это было? — поинтересовалась Василиса.

Местных ей жалко было. Но то, что всё не по плану пошло слишком выбивало из колеи.

— Вы сами слышали… — пропыхтел дракончик.

— Что мы слышали? Ты чудище изгнал и разбойников… Молодец. А дальше? Что это было? Ты должен был даров запросить и девственницу, а ты что сделал?

— Так они накормили меня… — понурив голову, буркнул он.

— А девственницу?! — не унималась Василиса.

В ответ только вздох. Ну опять началось — мысленно взвыла ведьмочка.

— Вась… — шепнула ей на ухо Нюша. — Ну вот чего ты, а? Хорошо ведь посидели. Иди отдохни. Я у него сама всё узнаю. Хорошо?

Василиса окинула взглядом явно захмелевшую подругу и махнула рукой, понимая, что та всё равно не отвяжется пока своего не добьётся.

Вдали от дома спалось непривычно. Вроде сухо, тепло, перина, подушка и одеяло из родного дома взяты, и даже балдахин оттуда же, а здесь как-то дышится иначе. Возможно влажность воздуха возле реки сказывается. Или обилие эмоций после минувшей вылазки в Кощеев замок? Или хмель в голову ударивший накануне не до конца отпустил?

Да только снилось Василисе будто знать она Ивана не хотела. От чар освободила, взглянула на него и поняла: им не по пути. Одновременно понимает что это всего лишь сон. Пытается непонятные видения гнать прочь. Прежде с лёгкостью получалось, а сейчас ни в какую. Словно ещё вчера в груди что-то уже не пылало, но ещё теплилось, а тут внезапно погасло. Осталось чувство долга. И появилась жажда свободы.

Проснулась дева-краса одна. Нюша видимо или встала уже, или ночевала где-то со своим дракошей. Лежит Василиса и никак в себя прийти не может. Села. Глаза потерла. Головой встряхнула. За волосы даже себя подергала. Не уходят ощущения навеянные странными предутренними грёзами.

Вспоминает Василиса Ивана. В мельчайших подробностях вплоть до родинки на левой ягодице. И ничего не чувствует. Ни желания, ни ревности к другой, ни тоски. Всё как рукой сняло.

— А он мне вообще нужен? — шепчет ни к кому не обращаясь.

Прежде, всё внутри взбунтовалось бы после подобного вопроса, а сейчас ничего. Спокойствие. Представила дева-краса как одна будет жить. Вполне нормально. Затем представила будто Иван вернулся. И сразу дискомфорт появился. Тут он мешается, там не туда свой нос любопытный сует. И пахнет уже не так привлекательно. Да и выглядит каким-то… Попользованым?

Достала дева зеркальце зачарованное. Вздохнула, да и озвучила зародившийся в сознании вопрос:

— Свет мой зеркальце скажи да всю правду доложи, не околдована ли я случаем?

— Поумнела что ли? — буркнул артефакт. — Давно тебе сказано, что соперница зло чинит. Ты не слышишь ничего, что Ивана не касается.

— И что делать? — вопреки обыкновению, даже не отругав зеркало за своенравность, поинтересовалась Василиса.

Она действительно не знала как поступить. Желание возвращать Ивана пропало напрочь. Тот факт, что это безразличие это отнюдь не ее личные устремления, подталкивал из принципа идти к прежней цели. А с другой стороны, ей сейчас так хорошо, так спокойно. В кои-то веки плакать не хочется при одном лишь воспоминании о том, что осталось в прошлом, и о том чего возможно уже никогда не будет. Захотелось жить и радоваться тому, что есть здесь и сейчас. Нет тут Ивана? Ну и боги с ним.

— Что делать, сама решить должна, — отозвалось зеркальце. — Любой наговор добра не несёт. Лучше снять его. Но повторюсь: тебе решать, — завершило зеркальце наставление и на миг покрывшись рябью показало Василисе Ивана.

Застали они его в самый разгар удовлетворения утренних потребностей. Отнюдь не тех, что нуждой зовутся. А тех, что мужикам надобно справлять, чтобы штаны не топорщились. Причем справлялся он со столь сложной задачей не самостоятельно, а посредством использования той самой колдуньи, что его у Василисы увела.

Случись такое ещё вчера, Василиса с ума от ревности сошла бы, а тут ничего. Никаких эмоций.

Встала дева с перины, умылась. Раскинула скатерть самобранку, заказав компота с плюшкой на завтрак. Сидит. Жуёт. Думу думает.

Наставнице помочь всё равно надо. А значит, ковер не зря стащили. Поход за голубой розой ещё предстоит. Как и поиск девственницы. Жаль Василий план испортил своей самодеятельностью. Ну да ладно, что-нибудь ещё придумают. Время ещё есть.

— Ты вставать собираешься? — послышался откуда-то из-за входа в шатер голос Нюши. — Тебя новости заждались.

— Какие? — не сдержав любопытства, Василиса выглянула наружу и застала странную картину: Дракоша, довольно облизывается, рядом, вернее на его хвосте, используя оный вместо лавочки восседает рыдающая незнакомая девица, а Нюшка её обнимает.

— Что случилось? — воззрилась на троицу ведьмочка.

— Разбойники жениха её пленили. Выкуп требуют. Да только сирота она, нет ничего у неё… — вместо гостьи поведала кикиморка.

— Так Василий же прогнал разбойников вроде как… — удивилась Василиса.

— Вот те его и схватили напоследок… — пояснила сердобольная Нюшечка.

— А у жениха, что родичей нет?

— Заезжий он… — подала голос девица. — Недавно тут. Вроде как не бедного сословия… Да только, где та родня, мне неведомо.

Ага, так и поверила, будто не бедный на деревенской жениться собрался, — подумала Василиса, но из укрытия своего всё же выбралась.

— Мы-то тут причем? — эгоистично поинтересовалась она, разглядывая девицу.

А хороша. Волосы темные, густые. Брови и ресницы им под стать. Глаза зелёные как у Нюшки. Кожа нежная. Да и формами не обделена. Есть на что взглянуть, а мужикам и пощупать. И то что сирота она, для мужика самое ценное приданое. Никто в семью лезть не будет. Самостоятельная. Явно не избалованная, как некоторые девки за мамкиными юбками прячущиеся.

— Может поможем? — предложила кикимора.

— Нам бы кто помог… — буркнула Василиса, всё ещё будучи под впечатлением от ночного видения. — Девственницу найдешь нам? — спросила в лоб у девицы.

Та вмиг зарделась.

— Зачем она вам? — тихо спросила, робко поежившись и косясь на дракончика. — Ему съесть?

— Пфф… — фыркнул Василий, выдохнув от возмущения облачко то ли дыма, то ли пара.

— Так что, есть девственницы на примете? Уговорить сможешь, чтобы пришла? — ухватилась за идею Нюша.

Девица пуще прежнего покраснела. Очи долу опустила. Сарафан нервно комкает.

Василиса уставилась на неё во все глаза. Быть того не может, чтобы такая ладная девка до сих пор не порченой осталась. Да ещё без надзора родителей и при залетном женихе. А ошибиться нельзя. Дорого обман обойтись может.

— Хочешь сказать, ты ещё дева? — уточнила ведьмочка.

Девушка стыдливо лицо ладонями закрыла и кивнула.

На слово верить Василиса не собиралась. Прошмыгнула обратно в шатер. Достала зеркальце. Спросила. И оно подтвердило — да, девица невина.

— Договор такой: мы поможем тебе, ты нам… — выйдя из шатра оповестила Василиса, мысленно прикидывая, как им у разбойников молодца спасти и как проследить, чтобы тот деву на радостях не попортил.

Глава 12

— Ты домой иди, — напутствовала девицу Василиса. — Мы подумаем, чем беде твоей помочь…

— И что нам делать? Где хахаля её искать? Разбойники-то сбежали, сама знаешь… — едва гостья выбралась из пещеры, тут же поинтересовалась Нюша.

Ведьмочка бросила на подругу укоризненный взгляд и нырнула в шатер. Вскоре появившись с зеркальцем в руках, на ходу нашептывая:

— Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи…

Поиск много времени не занял. Парень и вправду в плену оказался. И внешне под стать недавней гостье. Высок. Ладен. Осанка справная. Черты лица благородные. Может и не прописной красавец, но взглянуть явно есть на что, и на людях рядом с таким не стыдно пройтись. Вот если бы Иван такую породистую стать имел, стоило бы себе его оставить… Или этого к рукам прибрать?

Бррр… — встряхнула головой ведьмочка отгоняя несвойственные ей мысли. Никогда на чужих мужиков не покушалась, а тут наваждение какое-то.

— Ну что там? Не томи… — поторопила кикиморка.

Вот и что говорить, если у девы все мысли не в ту сторону уходят. Прямо-таки брачный гон какой-то. То никто из мужиков не интересовал, а тут прямо наваждение и желание обладать.

— На, сама взгляни… — буркнула Василиса вручая Нюшке артефакт.

— Хорош! Берём! — вынесла приговор подруга.

— Да ну тебя! — отмахнулась ведьмочка, будто минуту назад сама такую мысль в голове не держала.

Вышла из пещеры. Спустилась к реке. Умылась водицей студёной. Вроде отпустило. Вернулась. Окинула взглядом пещеру. Дракончика. Подругу.

— Сведения о пленении верные. Внешность искомого известна. Место его содержания тоже, — подвела итоги Василиса и умолкла что-то обдумывая.

— И?! — поторопила деву-красу кикиморка.

— То самое "и"! Кто-то обещал всё у своего благоверного выспросить…

Дракоша в ответ на эти слова то ли паром, то ли дымом пыхнул. Нюша несмотря на свойственный коже оливковый оттенок умудрилась зардеться. А Василиса совсем в тупик вошла: чем таким эти двое могли заниматься, что теперь так реагируют? Или он ночью в человека превращался, а она все пропустила?!

— Так вот… — тем временем принялась вещать кикимора.

Оказалось ночью она не только с дракошей пообщаться успела. Он подтвердил свою истинную человеческую природу. И подругам ещё предстояло выяснить — как именно чары с него снять. А ещё Нюша в деревню наведалась. Некоторые спать разошлись, но большинство продолжили гулянье в честь освобождения от чудища и разбойников.

Вот кикиморка и устроила допрос местного нетрезвого населения. Как известно, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Этим Нюшечка и воспользовалась. Благо кикимор перепить могут только водяные. Так что, простой люд убрался кто в дрова, кто в тряпки, выложив всю подноготную едва ли не каждого жителя деревни.

Оказалось дева их, та что девственница, тоже залетная. Не в плане, что родилась по залету, а объявилась в их поселении всего лишь несколько месяцев назад. Никто о ней ничего прежде не слыхал, что странно. О таком сокровище обязана была молва далеко пойти, как и о Василисе когда-то.

Выделили ей заброшенную хату на отшибе. Помогли всем селением, кто чем мог. Уж больно по сердцу всем дева пришлась. О себе ничего не рассказывала, обмолвилась только, что сирота. Назвалась Еленой.

— Ведь умница, и красавица, а рукодельница каких ещё поискать! И шить, и вязать умеет! А готовит так, что пальчики оближешь, хотя продуктов почти не было. Я аж сказку про кашу из топора припомнила… Только тут не в жадности дело, здешний люд действительно давно перебивался корешками, а она из них чудеса творить начала… — виновато добавила Нюша, ей явно неудобно было сдвигать свой идол с пьедестала, но рассказы местных про Елену умудрились затмить авторитет Василисы. — И ведь даже не ведьма…

В общем, всё то у неё ладно было. Даже в высохшем колодце возле её избы вода появилась. Вскоре в село тот молодец приехал, что ныне у разбойников в плену томится. Красавец неписаный по здешним меркам. На породистом вороном коне. Одет добротно. Оружие при нем дорогое было — меч, и лук. Остановился у старосты.

Немудрено, что на него разбойники позарились, думали выкуп хороший взять. Да оказалось, что тут брать не с кого. Но похищение позднее случилось — незадолго перед тем, как дракоша лагерь разбойничий разгромил. Он грозный только в иллюзии, но драконье пламя оно такое драконье пламя… С ним в любом случае сложно поспорить. А изрыгать его Василий умеет вне зависимости от того что совсем ещё кроха и на крыло не встал.

— Видать на что-то всё же разбойники надеялись, коль много чего побросав, пленника с собой утащили, — озвучила собственные выводы Нюша, и продолжила рассказывать.

Никто не удивился, когда заезжий молодец пришлую девицу заприметил да ухаживать взялся. Но всё чин по чину. По старомодному. Так, что никто ни в чем осудить не смог бы. И руки её у старосты просил, как у старшего в селении за неимением родичей.

Слушала Василиса и невольно на себя примеряла. Она ведь так же могла приехать. И всех расположить. И жениха завидного отхватить.

Но нет. Она дома сидела. Ивана ждала, пока тот с другой дни и ночи коротал. Пронеслись в один миг перед мысленным взором картинки последнего года её жизни. Да и можно ли это жизнью назвать? Так, существование. Ещё. Пила. Плакала. Тосковала. Мечтала. Грустила. Ждала. В общем — жизнь прожигала почем зря.

Всё, хватит! Не любовь то давно, а болезнь какая-то. Зависимость. Как у алкашей тяга к бутылке.

Вот так, продолжая слушать рассказ подруги, и пришла дева-краса к мысли о том, что пора в корне жизнь свою менять. И насчёт совета, зеркальцем данного задумалась: стоит ли чары снимать? Вдруг нездоровая любовь к Ивану вернётся? Оно ей надо?

А вот лицо того молодца нет-нет да привидится. То в зеркальце, то в поверхности водной глади. Только чем она лучше той ведьмы будет, которая Ивана у неё увела, если чужого жениха присвоит? А в том, что стоит ему на глаза попасться и про Елену он напрочь позабудет, Василиса не сомневалась. Всегда так было.

Днём, началось паломничество, со всяческими подношениями. В пещеру пожаловали разной степени помятости местные жители едва начавшие приходить в себя после ночного загула. Ведьмочка под предлогом подготовки к предстоящему нападению на разбойников, спряталась в шатре, свалив все вопросы связи с общественностью на кикиморку. По мнению Василисы, той явно не мешало потренировать навыки социального общения.

Оставшись наедине с самой собой дева-краса взялась сводить воедино полученные ранее данные. Вспомнила и слова Нюши насчёт явной ценности пленника для разбойников.

И с этим сложно было не согласиться.

Кто ж ты красный молодец? — гадала Василиса обдумывая, не стоит ли снова к зеркальцу обратиться, но решила воздержаться. В последнее время их общение не слишком ладилось. Девица-краса опасалась что и вправду уничтожит артефакт в порыве очередной неконтролируемой вспышки гнева. Нужно немного терпения. Придет время и всё обязательно выяснится. Или Елена расскажет, или сам красавчик, после освобождения.

В том, что им удастся его вызволить Василиса ни на миг не сомневалась. Уж если ковер-самолет и дракона у Кощея и кучи охраны из-под носа увели, то у разбойников и подавно всё что захотят утащат.

Думала Василиса, думала, да так и не заметила, что задремала. Снова сны ей снились странные.

Оказалась Василиса возле избушки на курьих ножках. В лесу дремучем. Мрачном. С вековыми исполинскими елями, что зловеще поскрипывают гигантскими лапами. Ветер в кронах гудит. В воздухе разлились запахи сырости, хвои, грибниц, и вылезших после того, как снег сошёл первоцветов.

Вроде место знакомое, и незнакомое одновременно.

Подошла дева к избе. Разглядывает. Тут с пронзительным скрипом отворилась дверь, и на порог вышла наставница её — баба Яга.

Ни слова не говоря, приманила старая ведьма девицу к себе. Изба присела слегка, позволяя Василисе на крыльцо взобраться.

И принялась баба Яга ворожить да колдовать на судьбинушку Василисину и на её возлюбленного. Вот только как не крутила и так и эдак всё выходило, что любимый будет, но врозь им быть с Иваном. И то не судьбой предсказано было, а волшбой недоброй наворожено.

— Одурманен милок твой, — вздохнула старуха, в задумчивости почесывая бородавку на носу. — Нет у него чувств своих, мыслей. Как пес цепной послушен возле той девицы, что его к себе в дом завлекла. Скажет сидеть — сядет, скажет к ноге, велит туфли её лобызать…

— Хватит! — выставив вперёд ладонь, попросила Василиса.

Новость не слишком её удивила. О том что волшба на Иване какая-то и так давно известно.

— Одурманила, околдовала его заморская колдунья. Морок навела. Никого кроме неё он не видит, обо всех позабыл… — вещает тем временем старуха.

— Разве любовь так просто забывается? — не слишком уже и переживая чисто из любопытства поинтересовалась Василиса. И только потом вспомнила о том, как в замке Кощееве жила, про Ивана не вспоминая. Увы, забывается.

— Подчинение на нем, поводок рабский. Не в себе твой Иван, только то его и спасло от сумасшествия, что дурак он. А дураки они как дети малые. Его бессознательно к тебе тянет, вопреки всем её запретам магическим.

— А коли тянет, что же не вернулся? А в нашем краю объявившись — ушёл?

— Как ему вернуться? Не знал, он тогда, где именно живет та заноза, что в сердце засела. Не помнил именно тебя, девица. Вот и искал тебя по лесам-полям. То в стогах сена, то на сеновалах, то в болотах. Но не выходило ничего. Всё же далеко его от вашего дома к тому моменту занесло. И только когда, он уже совсем отчаялся, нашел ведьму заморскую. Ту самую, что на него морок и навела когда-то. Чему только тебя в той твоей академии учат? — вздохнула старуха.

— Так что за морок-то? Приворот? Чувства наведенные? — принялась засыпать бабу Ягу вопросами Василиса, исключительно ради расширения кругозора.

— Искаженная память о былом. О тебе. О его желаниях. О его отношении к привязавшей. В желании ей угодить. Рядом с ней быть. Радость и счастье именно ей дарить. А она… Даже выглядит в его глазах иначе. Моложе. Привлекательней.

Вот не к добру наставница снится… — сквозь сон подумала Василиса. Она осознала в этот момент всё: и то что в обычной жизни происходит, и то что здесь, в мире грёз творится. А потому помнила про красавца Николая. И уж точно не ожидала, что Баба Яга вновь про Ивана говорить начнет. Хотя… Ничего странного, ведь изначально именно такая договоренность и была: она помогает с голубой розой, а та с Иваном. Кто же знал, что любовь пройдет внезапно.

— И что мне делать? — опешила Василиса разрываясь между двумя мужиками.

— Что-что? Чары снимать с дурочка. Тебе-то самой этот телок ни к чему. Но чистить молодца по-любому надобно, хоть бы и из жалости к полоумному, а ещё… — Яга замолкла, задумчиво глядя в окошко.

— Что ещё?

— Успеть бы вам пожениться на Красную Горку…

— Так мне за него замуж идти?! Сами сказали, что телок безропотный мне без надобности! — не выдержала Василиса.

— Не надобен! — уверенно кивнула ведьма. — Замуж идти с тем, кто истинно по сердцу придется. Сейчас двое их, скоро третий появится. Да только смотри не прогадай. Ведьме в этом деле ошибиться никак нельзя. На магию не надейся. Ни зеркальце твое, ни карты за тебя выбор сделать не смогут. Я тоже ничего не скажу. Даже не проси.

— Пожениться?! — всё еще не веря в то, что услышала, повторила Василиса.

— А тут ты уж определись родименькая — хочешь с хорошим любящим мужиком словно за каменной стеной быть? Будь. Не хочешь? Тогда и не путай нити судьбы. И мне глупыми вопросами голову не забивай!

Глава 13

— Эй, сонька, сколько спать можно?! — прорвался в сознание Василисы обиженный голос подруги.

— А? Что?! — подскочила с перины ведьмочка.

Огляделась по сторонам и с облегчением выдохнула. Сон таким реальным показался, будто она и вправду куда-то в глухие леса забрела.

— Что-то ты совсем раскисла, подруга… — глядя на нее проворчала Нюшечка, и принялась рассказывать, что им удалось про ту шайку разбойников разузнать, и какой план созрел.

В этих планах Василиса не участвовала. И девицу-красу сей факт опечалил. Хотелось того молодца поскорее увидеть. Ну и узнать как-нибудь он ли её судьба?

— И как вы туда добираться будете? — поинтересовалась Василиса, она совершенно не хотела ковер-самолет кому бы то ни было доверять, пусть и подруге.

— Я ногами, а Вася долетит…

Ну надо же! Неужто малыш подрос и на крыло так быстро встал?

— А назад? — забеспокоилась ведьмочка. — Думаешь, если вы лагерь разбойников разгромите оттуда унести нечего будет?

Нюша призадумалась.

— А давай у твоего зеркальца спросим, как лучше поступить? — предложила кикиморка.

Самой Василисе до награбленного дела не было, но… Во-первых, помнилась фраза Дракоша про золото, а значит, в душе он по-любому дракон и маломальски ценное что-то там не оставит. Хотя по совести надобно вернуть всё местным. Они и так немало намаялись. Ну и легче расположение молодца получить будет, если она в числе освободителей окажется. Но подруга права — зеркальцу явно лучше знать, как поступить надобно.

Достала ведьмочка артефакт. Грозно глянула на него и задала свой вопрос.

— Тебе лететь с ними надо, спору нет! — подтвердило оно и даже пояснение дало: — Ищет его брат старший. Аккурат сегодня вечером в деревню нагрянет, — говоря это зеркальце показало несущегося по степи всадника.

Засмотрелась Василиса. В лучах заходящего солнца смотрелся он эффектно, жаль ничего кроме стати коня и наездника рассмотреть не удавалось. Вспомнился минувший сон-видение, и слова наставницы насчёт третьего кандидата в мужья.

— Торопитесь, иначе он сам справится. А так, долг у них перед вами будет… И Елена от обещанного уже не отвертится, — чуть тише добавил артефакт и погас, прекращая показывать незнакомые места, явно из окрестностей приютившейся у обрыва деревушки.

— Ну и чего сидим? Кого ждём? — занервничала Нюша. — Сказано же, торопиться надобно. Должник этот нам не слишком нужен, а вот деву другую мы потом долго искать будем!

Насчёт должника Василиса поспорила бы, но решила пока умолчать о советах наставницы. Надо ещё вживую на этого женишка глянуть. Да и на братца его. Коль выбор есть, то грех от него отказываться.

Стать достойная, но может с лица страшен, или деспот какой-нибудь. А то Нюша в голову себе вобьет ересь о том, что кто-то из них мой суженный. И потом разве, что с камнем на шее в реку. Хотя не поможет это. Ведьмы так просто не тонут. А кикиморе ничего не стоит утопленника вытащить и откачать при желании.

Сборы много времени не заняли. Летели по "зеркальцу", что снова маршрут указывал. Василий следом в своей грозной иллюзии неспешно парил, для пущей убедительности порою порыкивая и изрыгая пламя и облачка дыма. Для кого только старался непонятно. Василиса предполагала, что так он сам себя на боевой лад настраивает и перед Нюшкой красуется.

К месту прибыли довольно скоро. Едва-едва стемнеть успело. Не так уж далеко разбойники убежали. То ли смелые, то ли ленивые.

Разместили они свой временный лагерь у подножия скал, за густым перелеском неподалеку от дороги. Их костры видно было издали. Но это сейчас… Хвойных деревьев в здешних лесах немного, всё больше лиственные, а на них едва поки появляться начинают, вот и просматривается всё издали. А летом их лагерь надежно листвой прикрыт будет. Только никто им не даст тут так долго засиживаться. И так загостились.

— Видать тут обосноваться решили… — выглянув из шатра, озвучила свой вывод кикиморка.

Место для разбоя и вправду удачное.

— Спускаемся… — скомандовала взявшее в свои руки бразды правления Нюша. — Ты здесь подожди. Мы быстро.

Василисе даже обидно немного стало, что её в качестве обычной возницы использовали. Но с другой стороны… Как она выглядеть будет после беготни по лесу? Волосы спутаются. Подол испачкается. Та ещё краса! А ей при параде надобно быть, чтобы до самой глубины сердца впечатлить.

Нюша выскользнула из шатра и буквально растворилась в лесу. Василиса недолго думая накинула морок-непрогляд на их шатер. Зажгла магический светильник. Достала зеркальце, и не удержалась, спросила как когда-то:

— Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи, я-ль на свете всех милее, всех красивей, и… — дальше девица аж запнулась, заметив как недовольно мигнул ослепляюще яркой вспышкой артефакт.

— Красота в глазах смотрящего! — выдало ни в склад, ни в лад зеркальце и погасло.

— Да? — опешила от подобного расклада Василиса. — Ну ладно…

И принялась сама себя разглядывать. Всё вроде как прежде. И румянец вернулся, и глаза вновь заблестели, коса всем на зависть, всё прочее тоже весьма впечатляюще смотрится… Вот и что ему не так? Может мстит? Спесь сбить пытается?

Василиса решила настроение себе не портить. Чего голову забивать причудами взбалмошного артефакта? Заправила за ушко выбившуюся прядку волос. Бровки пригладила. И вздохнула:

— Хороша!

Нескромно?

Возможно. Но по мнению Василисы это объективная и честная оценка.

Огляделась по сторонам. Навела порядок и потушила свет. Сняла непрогляд, а то вернутся товарищи и не найдут шатер под пологом невидимости.

Успела в самый раз вовремя. Едва закончила, как снаружи донёсся звук шагов.

Василиса насторожилась. Вдруг кто чужой? Те же разбойники… Как от них отбиваться?!

— Тук-тук, кто в теремочке живёт? — донёсся с той стороны голос Нюши. — Принимайте гостей! — добавила подруга откидывая полог шатра.

Василиса тут же вновь светляк магический запалила, с любопытством разглядывая вошедшего молодца.

Высок. Статен. При виде его сердечко как заполошное забилось. Того гляди выскочит из груди.

Помнится думалось ей, мол, имя у парня красивое, оно оказалось молодцу под стать.

Припомнились слова Нюши, когда та впервые этого красавчика в волшебном зеркальце увидела:

— Хорош! Надо брать!

Вживую он стократ красивее Василисе показался, нежели прежде через зеркальце. Хотя и тогда впечатлил. Не писаным красавцем казался, но явно хорош был, но тут… Впечатлил, да…

Внутри всё разрывалось. Вспомнилась Елена и её мольбы о помощи любимому. Кем надо быть чтобы у девушки, да еще и сироты, жениха увести?

А с другой стороны… Кто ей эта Елена? Сама себе она роднее и ближе. И собственное счастье куда дороже и ценнее. Но ошибиться нельзя.

Навязывать чувства Василиса не хотела. И не потому, что баба Яга запретила. Подло это. И как жить с ним потом, день за днём видя дело рук своих и зная что пару разбила. Полюбит сам? Хорошо. Надо будет тогда на его бывшую зазнобушку поворожить, чтобы счастье своё встретила с кем-то другим. Тогда совесть спокойна будет.

Пока обратно к пещере летели, молодец молчал. Лишь изредка отвечая на адресованные именно ему вопросы. А уже там, выйдя из шатра — разлился соловьем насчет благодарности. Заодно известно стало, что рода он отнюдь не бедного, и что награда нас ожидает немалая.

— Вот только доберусь до родных краев, так сразу к вам гонцов и отправлю… — зарекался он.

Однако Василису такой вариант не очень устраивал. Куда это он намылился, едва познакомившись?

И так она перед молодцем павой прошлась, и эдак, да только тот будто сквозь неё смотрит и не замечает. Всё Нюшу выспрашивает про свою ненаглядную зазнобушку Елену.

Кикиморка ещё и расписывать взялась как Елена за него ходатайствовала да вернуть из полона вражеского умоляла.

Рассердилась Василиса. Оскорбилась до глубины души. Не было прежде такого, чтобы мужик её словно и не замечал. Да, ей и самой прежде никто не нужен был кроме Ивана. Но другие мужики готовы были вереницей по её следу ходить. Землю, куда нога её ступала — благоговея лобызать, а тут такое вероломное пренебрежение!

Бросила гневный взгляд на подругу и прошмыгнула в шатер. Схватила зеркальце:

— Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи, как так может быть, что не люба я Николаю.

— Сколько раз тебе о наговоре от соперницы повторять?! Теперь для тебя только твоя истинная любовь открыта. Николай другую любит. Не пара он тебе.

— Что?! — пуще прежнего разъярилась ведьмочка, подбросила в руке зеркальце, взглядом выискивая обо что бы разбить. Увы. Всё вокруг мягкое. В шатре разве, что бочка стиралка да ведро отхожее — твердые, но и те за ширмой.

— Хотя тебе её благодарить надобно… — неожиданно ошарашило зеркальце Василису. — Твоя пара мимо не пройдет, поверь. На других размениваться не будешь.

— И кто же моя пара? — полюбопытствовала Василиса, памятуя о предупреждении наставницы относительно необходимости самостоятельно сделать выбор, но всё же теплилась надежда на мудрость всезнающего артефакта.

— То твоё сердечко решить должно… — молвил артефакт, и не желая больше нарываться зарябил экраном и стал отображать окружающее, прикидываясь обычным зеркалом.

Задумалась дева-краса о судьбинушке своей странной. Сердечко! А на сердечко полагаться… Оно как дурное, едва вон мужика симпатичного увидела, и вмиг почти влюбилась.

Тот еще советчик. Как и зеркальце. Хотя наставница говорила, что никто мне на суженого не ткнет пальцем, зато вот так можно выяснить, кто оным не является. Всё хоть немного круг поисков сузится.

Погналась за Иваном, а в итоге не мил он уже. А тот, кто по нраву пришёлся, другую любит. Что делать? Наставница про трёх кандидатов в женихи говорила, а выходит два уже не в списке. Кто же третий?

— Выходи дракон! — будто в ответ на её мысленный вопрос, раздался от выхода из пещеры молодецкий голос.

— Стёпка! — радостно вскинулся засидевшийся гость, тот, что совсем Василисе не жених оказался.

Молодец бросился к выходу. Тут же оттуда послышались исполненные радости голоса. Какие-то возгласы. А вскоре в пещеру вошли двое… Николай, и тот самый Стёпка.

Увидала нового гостя Василиса и совсем дара речи решилась. Прошлый красавчик как-то померк в миг на его фоне. Растерялась впервые в жизни. И удивилась, да, что-то её в последнее время от одного к другого в своих симпатиях кидать начало, словно щепку в шторм?

Неужели былая влюблённость настолько сдерживала её бурный темперамент, а теперь ощущение словно с цепи сорвалась? Не то, чтобы её страсть или похоть одолевала, но и взгляда отвести от парня не могла. Дело ли это? Она же девица!

— Вы уж извиняйте, не разобрался я… — несколько виновато произнес Степан, глядя на дракона. — Ведьма лесная сказывала мне, будто братец в плену у разбойников. Отыскал я их, а там погром, говорят — дракон Николашку забрал. Ну я и решил…

— Да ладно уж! — отмахнулась за дракошку Нюшечка. — Вот ты кто, Степан, красный молодец? — в лоб спросила кикиморка.

— Принц наследный, сын царя нашего батюшки, — вместо брата с явной гордостью ответил Николай.

— Ну так вот, имеется у нас невеста вам под стать. Мудрая. Красивая… — разливалась соловьем Нюша, а Василиса не знала, то ли прибить подругу, то ли сквозь землю от стыда провалиться.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге