Обложка Верботы. Книга 2. Изгои

Верботы. Книга 2. Изгои

Светлана Гаврилова

0% прочитано
Стандартный
Светлана Гаврилова

Верботы. Книга 2. Изгои

Глава 16. "На пирсе тихо в час ночной" (Часть 4)

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое...

7 недель назад

Грин

Восстановление Хильдисвини, после его стычки с Фенриром-полицейским при побеге из бункера, не заняло у тебя много времени. Потребовалась всего пара вечеров, за которые ты установил новый глаз и новый бивень. А вот для Лайка замена глаза оказалась болезненной.

Блок сознания нельзя переставить в другую платформу. Оцифрованному сознанию будет казаться, что у него травмирован каждый орган, каждое нервное окончание. Болевой шок при такой замене мгновенно сведет его с ума. Другое дело, если заменить нужно отдельный элемент. Например, глаз, или электромышцу. Это конечно вызовет неприятные и даже болезненные ощущения, но кристаллический мозг, спустя несколько дней, сможет перенастроиться на новый орган.

Ден Лайк сейчас как раз проходит такую перенастройку. Поэтому он постоянно зол и раздражителен, жалуется, что глаз чешется и болит. Зато внешне он снова стал прежним идеальным вер-вепрем. Однако ему этого было мало. Лайк недовольно нарезал круги по контейнеру.

- У нас уже четыре месяца лежат доспехи черного Фенрира, - говорит он. - Давай, наконец, приступай к замене оболочки, Эрик! Сколько можно ждать?!

- Поймите, Ден. - Ты обращаешься к нему уважительно на "Вы" хотя уже не по фамилии как раньше, ведь если прежде в бункере у вас были отношения Заказчик-Исполнитель, то теперь вы деловые партнёры, а говоря по правде соучастники. - Тут в этом железном ящике я стеснен в возможностях. Я могу переставить панели, но вепрь и волк всё же немного разные по габаритам. Внешние панели Фенрира нельзя просто так установить на эндоскелет Хильдисвини. Нужна подгонка.

- Ну, так подгоняй, - бросает Лайк.

Ден явно не понимает всех тонкостей процесса, а ведь с последствиями поспешной небрежной установки именно ему потом "жить".

- Я устал ждать. Ты уже несколько месяцев тянешь кота за хвост.

Общаться с Лайком трудно. Тем более, что ничего ты не тянешь, просто любишь работать в комфортных условиях.

- О, кстати о котах! - вспоминаешь ты, надеясь, что удастся перевести тему. - Утром мне пришло письмо о продаже ещё одного вербота.

- По-твоему у нас их недостаточно? - Хильдисвини делает взмах рукой. - У меня уже есть коллекция из всех разновидностей. Её лишь нужно вернуть обратно. Мне! Законному владельцу. Это мои верботы! Я за них заплатил немалые деньги, они оцифрованы по моему указанию, на моем оборудовании, и там, между прочим, мои дети и жена. Ни полиция, ни Схрон не имеют права их забирать и удерживать. Они личности!

Вздыхаешь. На твой взгляд аргумент про семью следовало всё же поставить на первое место. Лайк тем временем продолжает ходить кругами.

- Почти все сбережения ушли на верботов и лодку, если бы не отчисления с фильмов, я бы уже разорился. А ты говоришь приобрести ещё одного. - Он указывает в угол железного помещения, где возле стенки лежит другой вер-вепрь Хильдисвини, почти такой же, как Лайк, только недвижимый. Он не оцифрован, его блок сознания пуст. - Я и этого-то согласился купить только ради запчастей.

Всё так.

- Но они же пригодились. - Ты показываешь на глаз и на щеку, напоминая, откуда вы взяли детали для ремонта платформы Лайка. - Всегда полезно иметь ремонтный вер-комплект. А целый пустой вербот это считайте запчасти на случай любой поломки.

- Ха! - презрительно восклицает Хильдисвини. - То есть снять бивень и глаз с пустого донора это пара пустяков, а надеть на меня имеющуюся у нас оболочку черного Фенрира уже неимоверно сложно?

Ты немного медлишь, ища подвох в словах, но не находишь.

- Да, именно так.

- Пф... - возмущен Ден. - Ты меня разочаровываешь. Тебе следует повысить свою квалификацию, профессор. Или нанять помощника. Вместо того чтобы говорить о такой ненужной ерунде как оцифровка животных. Я хочу быть Фенриром. И точка.

Лайк давит на тебя. В чем-то у вас схожие цели, а в чем-то нет. Его интересует его внешний вид, тебе же хочется продвинуться в плане оцифровки. И для этого ты хочешь попробовать с нуля оцифровать какую-нибудь живность. Собаку или кошку. Это желание не просто блажь. Дело в том, что до сих пор, оцифровывая людей, ты просто действовал по готовой написанной Берсоном инструкции. Ни шагу в сторону. Некоторые действия были тебе не совсем понятны, но ты их делал, как и всё остальное по пунктам сложной схемы.

За основу брался обычный медицинский диагностический комплекс и энцефалограф. Правда для создания из них оцифровочной машины требовалась серьезная переработка этого оборудования. Но в глобальной сети можно было найти немало схем для выполнения таких работ. Вот только беда была в том, что эти схемы являлись липовыми. Все они содержали одну и ту же ошибку, незаметную со стороны. При использовании как раз такого оборудования и появлялись те самые недооцифрованные верботы.

Ты, возможно, единственный в мире располагал правильными схемами. Потому, что они были скачены когда-то с компьютера самого Берсона. Так же, как и программное обеспечение.

Берсон, Берсон… Тебя уже бесит постоянные восхищения и упоминания его имени. Каждый раз, включая оборудование, ты осознаешь, что оно чужое, и ты даже не до конца понимаешь, как оно работает. И пусть работоспособность схем и программного обеспечения были подтверждены уже восемь раз, но факт остаётся фактом. Ты можешь оцифровывать только на чужом оборудовании, по чужому алгоритму.

Именно поэтому ты не стремишься к обнародованию своих успехов. Потому что это не успех. Даже несмотря на то, что на твоём счету восемь полностью оцифрованных верботов из восьми. В глазах общественности ты будешь выглядеть, будто обезьяна научившаяся жать на кнопки в определенном порядке, не знающая принципов самой технологии. Ты не сможешь превзойти Берсона, если не научишься делать своё собственное оборудования для оцифровки и своих собственных верботов. Вот тогда это будет успех достойный огласки. Для этого тебе и нужны на первых порах животные.

В своей лаборатории фирмы "Механические животные Грина" ты работал не только с искусственными программами, имитирующими поведение домашних питомцев. На продажу, конечно, были образцы исключительно с программным обеспечением и логикой поведения животного. Иначе фирму бы не лицензировали. Однако в своей лаборатории ты работал и над созданием роботов оснащённых блоком сознания. Пока это были небольшие механизмы с синтетическим мозгом. Чтобы не привлекать внимания работавших сотрудников и внеплановых проверок. Эти механизмы также имели вид животных, только они уже обладали кремниевым вместилищем сознания, а не флешкой с режимом "кота", "собаки" или "птицы".

К счастью их ты успел вывезти.

Взгляд падает на метровую клетку, накрытую тканью. Она стоит как раз рядом с пустым Хильдисвини. Там хранится один из роботов, готовый к оцифровке. Не робот Берсона, а робот Грина.

Это вызывает у тебя гордость. Плечи расправляются.

Ден Лайк продолжает ворчать. Похоже, всё-таки придется заняться преобразованием его мобильной платформы в волка. Здесь, в условиях контейнера.

"И почему он не может подождать переезда на лодку?" - раздраженно думаешь ты.

В бункере было удобнее. Преобразовывать его внешность здесь, в этом контейнере не лучшая идея на твой взгляд, но Лайк напирает. Ты предпринимаешь ещё одну попытку отвлечь его на что-то другое.

- Между прочим, - говоришь Дену, - того вербота, про которого пришло сообщение, в вашей коллекции нет. В описании сказано, что это белый кот.

- Что за вздор? - останавливается Хильдисвини. - Среди роботов Бенсона нет котов.

Пожимаешь плечами.

- Получается есть.

Это не такая уж сенсационная новость. До сих пор официально неизвестно, сколько всего типов верботов существует. Нераскрытые тайники продолжают находить. Когда погиб Берсон, все считали, что есть только три типа скандинавских роботов: Хильдисвини, Эйктюрнир и Аудумла. Через год обнаружили тайник с десятком воронов Хугинов и Мунин. Ещё через пару лет в одном из тайников обнаружились волчицы Фреки и Гери. Всего три года назад, за год до оцифровки Лайка, нашли первого Фенрира. Именно поэтому Ден так хотел этого вербота, самый последний, самый редкий на тот момент вид. На самом деле, даже удивительно, что тогда волка удалось просто купить на аукционе. "Выложив половину состояния!" - возмущенно добавил бы Лайк на это замечание. Но факт в том, что до сих пор, по официальной статистике на сайте Схрона, рядом с названием Фенрир указана численность "приблизительно меньше пяти штук". Даже выкупить у рок-музыканта перекрашенную черную обшивку волка, оказалось большой удачей. Что ж удивительного, что спустя три года где-то откопали кота?

- Наверное, нашли очередной тайник Бенсона, - говоришь Лайку. - С котом.

- Когда была информация? - хмурится вер-вепрь.

Смотришь на часы.

- Эм... Кажись, этак часов семь назад. Утром.

- Утром? - Игольчатый загривок Лайка вздыбливается. - И ты мне говоришь это только сейчас?

Его бивни выглядывают из каналов. Хильдисвини злится.

- Я думал, - начинаешь оправдываться ты, - нам это без надобности. Мы же решили...

- Ты "думал", - угрожающе наступает вепрь.

- У нас же нет в планах цифровать кого-то ещё. Ну, в самом деле. Не этого же...

Машешь рукой на стенку, за которой, в соседнем контейнере лежит полицейский Марат Мерсье. Вер-вепрь останавливается.

- Его никто трогать не станет, - уверенно говорит Лайк. - Он хочет нам помочь и получит этот шанс, когда встанет на ноги. Но кот мне всё равно нужен. Давай сюда координаты, откуда у тебя информация.

Подбегаешь к компьютеру. Ты даже не садишься, чтобы показать насколько торопишься.

Ещё один полицейский в застенках. У Лайка это становится тенденцией. Странная мания держать при себе представителя правопорядка. Как только сбежал один, обзавестись другим. Только на этот раз чудик находится здесь по своей воле. Лайк предпринимал попытку его спровадить, но тот упорно видит в Хильдисвини Сигурда Берсона, а своей великой миссией считает быть послом доброй воли, улаживающим взаимоотношения людей и мыслящих роботов. Это усиливается тем, что вер-вепрь нарек Марата Мерсье "эмиссаром". Его состояние вроде стабилизировалось, но он по-прежнему испытывает головные боли и просит обезболивающие. Говорит, что чувствует себя лучше, но периодически стонет во сне.

- Вот. - Открываешь на экране письмо.

- Наверняка, кто-то уже перехватил его, - недовольно ворчит Хильдисвини, бесцеремонно отодвигая тебя в сторону. - В другой раз сообщай о таких вещах незамедлительно!

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

6 недель назад

Грин

Модернизация Лайка предвещала проблемы ещё до её начала. Как опытный технический специалист ты заранее знал, что будет нелегко. Но всё оказалось гораздо сложнее. Ряд причин привел к крайнему неудовольствию Заказчика.

Первая причина была в предыдущем владельце бескаркасной оболочки Фенрира. Рок-музыкант мало того, что перекрасил имевшиеся у него панели в черный цвет, так ещё и продырявил их во многих местах металлическими заклёпками. Также на груди присутствовала дыра неясного происхождения, заделанная чуть ли не монтажной пеной, которую ты не заметил при первом осмотре. Ещё имелись ржавчина и вмятины. Однако, к твоему удивлению, в комплекте оказался блок маскировки. Проверив его исправность, ты, не откладывая, сообщил об этом, чтобы подсластить прочие дефекты конструкции. Потенциальная возможность пользоваться камуфляжем невидимости действительно значительно улучшила настроение Лайку.

Вторая причина, которую ты не раз уже озвучивал, состояла в том, что Хильдисвини и Фенрир немного разные по комплекции. Этого не видно беглым взглядом, но если с линейкой замерить их рост, волк на пять сантиметров выше. Зато у коренастого вепря шире грудная клетка, тоже на пять сантиметров. Это привело к тому, что черные внешние панели Фенрира, вставая вроде бы на те же самые точки крепления Хильдисвини, задевали друг за друга, поскольку были на считанные миллиметры длиннее. В то же самое время, они являлись уже, и на широкой грудной клетке вепря образовывали видимые прорехи. И если дыры и прорехи были лишь визуальным дефектом, то цепляние приводило к тому, что задевая друг за друга, панели мешали верботу совершать некоторые движения. К великому раздражению Лайка это повлияло на возможность нормально ходить. Если волко-вепрь пытался встать прямо, то панели со скрежетом надавливали друг на друга, деформируясь и нагружая крепёжные узлы. Опасаясь заклинивания и выворачивания механических суставов, ты посоветовал не перегружать их до устранения неполадок.

Третья проблема была в странных лишних точках крепления на внутренней стороне панелей Фенрира. Оригинальная внутренняя конструкция вер-волка предполагала дополнительные привода для усиления и большей подвижности элементов оболочки. Эта функция была признана специалистами Схрона, как антиобледенительная вибрация. Именно наличие такой возможности резонансных колебаний оболочки с высокой частотой, или "встряхивание", привело к тому, что Фенрир был квалифицирован как северный вербот для функционирования в условиях низких температур. Однако у конструкции Хильдисвини отсутствовали дополнительные привода для данных панелей, поэтому, при переносе оболочек черного вер-волка, часть точек крепления остались незадействованными.

Четвертой проблемой являлось несоответствие у вепря и волка индикаторов агрессии. Из-за этого теперь, когда в состояние предельной ярости у Лайка выдвигались бивни и вздыбливалась холка, которые пока решили не удалять полностью, они заклинивались и не убирались обратно даже когда его эмоциональный фон становился нейтральным. Верботу требовалось обращаться к тебе за помощью, и ты вручную, при помощи инструментов, возвращал индикаторы агрессии в исходное положение.

А пятой проблемой стало то, что из-за все того же несоответствия точек крепления челюсть вер-волка встала неправильно. Она оказалась перекошена и смещена вбок, что придавало черному волку выражение одновременно удивленное и недовольное.

Ты уже устал объяснять, что занимаешься не своим направлением в робототехнике. Твоя профессиональная сфера, это взаимодействие синтетического мозга и оболочки вербота, твоя узкая специализация это гипноключ. А Лайк считает, что ты и швец, и жнец, и на дуде игрец. По мере своих возможностей ты делаешь, что можешь, по правде говоря, твоя деятельность последних лет, с тех пор как ты ушёл из университета в частный теневой сектор, значительно повысила твои умения и познания. Но всему есть предел. Если терапевт начнет без должной квалификации выполнять сложную хирургическую операцию, это может плохо закончится.

Трансплантация панелей с черного Фенрира на Хильдисвини привела к сомнительным успехам и требовала долгих доработок. Это вызывало у тебя уныние и беспокойство. Надо ли говорить, как это раздражало самого Лайка?

Глава 17. Ожидаемая случайность (Часть 1)

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

4 недели назад

Марат

- Да, - признаешься ты вер-волчице. - Я скучаю по жене и детям. Но, я уверен, они поймут. Должны понять.

Семья верно в панике, ведь прошел уже месяц, как ты бесследно пропал. Передать бы им весточку, но Главный запрещает. Он говорит: "Либо уходи совсем и не возвращайся, либо сиди молча". Тебя греет мысль, что когда всё разрешится, ты станешь героем. Наверное. Вы с Бекки общаетесь очень часто, каждый день, она милая, заботливая. Твоя сиделка, сестра милосердия, твой ангел хранитель. А вот вепрь стал навещать реже. Должно быть, Берсон чем-то недоволен или не доверяет тебе, хотя у него нет причин для этого. Ты, правда, собираешься помочь этим роботам вызволить из Схрона их друзей. У тебя уже получается садиться, и вставать без помощи. Но в вертикальном положении сильно болит голова.

Берсон начал преобразовывать себя, трансформироваться в другого вербота. Наверное, у него есть какая-то великая задумка, у него много дел.

Бекки внимательно смотрит на тебя своими объективами. Улыбаешься ей.

- Какая она, твоя жена? - спрашивает вер-волчица.

- Ну... - лицо ещё больше расплывается в улыбке. - Её зовут Мила, и она действительно милая. У неё забавная щербинка между передними зубами. Она любит готовить и шить. На нашем первом свидании мы подарили друг другу эти брелоки и с тех пор не расстаёмся с ними и друг с другом. Уже десять лет.

Ты вертишь в руках маленькую Эйфелеву башню, которую снял с маузера. Никто не стал отбирать у тебя оружие. Никто не угрожает. Ты чувствуешь себя частью чего-то грандиозного и очень важного.

- Любишь её? - спрашивает Бекки.

- Очень, - выдыхаешь в ответ.

Вдруг кажется невежливым говорить только о себе.

- А у тебя как? Любишь кого-то?

- А что я? - наклоняет она голову на бок. - Я - вербот. Для меня всё, что касаемо семьи и детей это очень сложно.

Ребекка ведь тоже человек. И, наверняка, здесь есть другие верботы, с которыми бы у неё могло что-то сложиться. Ну и что, что вербот. Эмоциональную потребность ведь никто не отменял.

Неловкая неправильная ситуация. Ты пытаешься придумать, как поддержать Ребекку. Она добрая к тебе и заботливая. Ты берешь за руку вер-волчицу, думая как подбодрить её. Вместо того чтобы искать подходящие фразы и убеждать её в том, во что не веришь ни ты ни она, просто цитируешь всплывшие в памяти строки стихотворения Шарля Бодлера:

- Ты не из тех, моя сильфида,

Кто юностью пленяет взгляд...

Твоя жена Мила до дрожи любит поэзию, возможно и Бекки стихи помогут поднять настроение и взбодриться.

- ...Ты, как котел, видавший виды:

В тебе все искусы бурлят!..

Вер-волчица вначале внимательно молча слушает, наклоняя голову на бок.

- ...Да, ты в годах, моя сильфида,

Моя инфанта зрелых лет!..

Но затем на неё что-то находит.

- ...Твои безумства... - ты запинаешься, когда вер-волчица перехватывает твои руки, притягивая ближе к себе. - Отпусти. Бекки!

Хватка вербота сильная. Даже здоровому человеку было бы затруднительно с ней справиться, что уж говорить о тебе, едва встающем на ноги.

- Продолжай, - настойчиво требует она, надвигаясь.

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

4 недели назад

Грин

Это случилось слишком внезапно, чтобы было время на раздумья и взвешивания. Может, стоило это делать, а может, и нет.

Как бы то ни было, но история повторилась.

Похоже, что наличие готовых для оцифровки верботов потенциально опасно для находящихся поблизости живых людей. Если бы не имевшийся у вас пустой блок сознания, Марат Мерсье просто бы умер.

Излишне дружелюбное общение полицейского и вер-волчицы, как вы с Лайком и опасались, привело к срабатыванию у неё гипноключа. Ты считал, ключ не сработает на слабом травмированном человеке, но это случилось. Если бы здоровье вашего гостя было в порядке, если бы его внутренние травмы от встречи с Эйктюрниром успели восстановиться, тогда оба, и волчица и полицейский, отделались бы частично приятными, частично неловкими воспоминаниями, смущенными оправданиями, объяснениями, извинениями. Вероятно Марат Мерсье после всего этого всё же решился бы покинуть верботов и вернуться домой к семье.

Но всего этого не случилось. Потому что напористость Фреки привела к тому, что у Мерсье произошло осложнение, приведшее к критическому кризисному состоянию.

Услышав крик Бекки, вы с Лайком побросали все дела и разговоры, бросившись к двери в соседний контейнер. Правило тишины портового склада, нарушенное зовом о помощи.

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

3 недели назад

Бекки

"Извини, пожалуйста", - просишь прощения.

Марат молчит.

"Прости. Я так виновата", - продолжаешь ты.

"Это была случайность", - отвечает он.

"Ты меня ненавидишь?" - спрашиваешь с грустью.

"Это была случайность", - повторяет Марат.

Ваши диалоги сейчас сухие, не как раньше. Нет возможности высказать всё должным образом с глубоким раскаянием. Ты нервно перебираешь разноцветные стеклянные бусины своих этнических браслетов. Прошла уже неделя, но как же сильно ты себя винишь.

В помещение контейнера заходит Лайк, темной тенью скользит вдоль стены, опираясь о неё. Его трансформация в волка пошла не по плану, и от того он постоянно не в духе.

- Опять ты здесь, - раздражённо бросает вепреволк в твою сторону.

- Просто зашла поздороваться, - оправдываешься перед ним.

Ден, недовольно рыча, подходит к мониторам.

"Приветствую. Это я, Сигурд Берсон, отец верботов, - врёт он Марату. - Как твои дела, эмиссар?"

"Все в порядке", - откликается тот.

"Мы готовим операцию по вызволению пленных верботов из Схрона, - продолжает Лайк. - Ты не передумал?"

"Я с вами, - заверяет Марат. - Просто скажите, что от меня требуется".

"От тебя требуется не многое, эмиссар, - отвечает ему черный волковепрь. - Лишь открыть нам изнутри двери. Позже я дам тебе подробные инструкции".

"Понял. Я сделаю всё, что необходимо".

Лайк кивает и вновь обращает взгляд на тебя.

- Бекки, через десять минут подходи в мой кабинет, - говорит он так, будто под словом "кабинет" подразумевается что-то масштабное. На самом деле это просто отдельный контейнер выделенный Деном исключительно для себя. - Я буду объяснять вам с Гери теорию управления катером.

- Хорошо, конечно.

Черный вер-волк уходит, снова оставляя тебя наедине с твоим ужасным проступком. Жутким неправильным деянием. Раскаяние, извинения, сочувствие. Ничего не поможет исправить то, что произошло по твоей вине. И если бы не явившиеся вовремя Лайк и Грин, Марат бы погиб... совсем погиб.

Мучимая виной, ты даже не сразу замечаешь писк приборов, а когда обращаешь на него внимание, тут же подбегаешь.

"Бекки.

Бекки, ты здесь?

Бекки?" - читаешь на экране рубленные белые буквы на черном фоне.

"Я здесь, Марат", - печатаешь ему в ответ.

"Я решил, что ты ушла", - появляется новая надпись.

Смотришь на лежащего на кушетке вербота. Твоя воля, ты бы не покидала его ни на минуту круглыми сутками. Чувство вины заставляет тебя раз за разом приходить сюда снова.

"Бекки, у меня просьба", - обращается к тебе Марат.

"Всё, что угодно", - уверяешь его ты.

"Помнишь, я рассказывал про брелок с башней? Ты знаешь, где он сейчас?"

"Он лежит здесь, рядом с тобой". - Твои мимические уголки рта опускаются вниз.

"Возьми его и отправь моей жене".

- Ты сам ей передашь, - произносишь вслух. Распознаватель речи улавливает фразу и моментально печатает её на экране. - В Схроне тебе восстановят голосовой синтезатор. Двигательные функции. И ты вернёшься домой.

"Расскажи ей и моим детям, - продолжает Марат, игнорируя твои обнадеживающие фразы, - как я помог вам вызволить ваших друзей-верботов. Как я помогал самому Берсону. Что я - герой. Я хочу, чтобы дети мной гордились. Вдруг, в Схроне меня случайно... отключат".

- Нет! - восклицаешь ты, делая шаг к кушетке. - Всё будет нормально, пухляш!

Наклоняешься над лежащем верботом. Своей механической рукой берешь его механическую руку. Сжимаешь. Он из той же серии что и платформа Лайка. Теперь Марат тоже Хильдисвини. Только эта оцифровка вовсе не была запланирована Деном. И Грин не собирался этого делать. Всё это твоя вина. Вепрь-донор имелся у Лайка исключительно на случай собственных поломок, для замены отдельных элементов. Он не годился как вместилище для полноценного живого сознания Марата. У вербота был неисправный синтезатор речи. С него были сняты некоторые детали. Его двигательные узлы имели дефекты.

- Марат, - говоришь ты голосом полным тоски и отчаяния, держа его за руку и смотря в один единственный глаз-объектив. - Уже скоро. Мы организуем и проследим, чтобы тебя нашли и доставили в твой участок. Твои люди отправят тебя в Схрон. Грин заверил, что положит в твою конструкцию записку, где будет сказано обо всех поломках. Тебе заменят нужные элементы, и ты сможешь вернуться к семье. Что может пойти не так?

Действительно. Что может пойти не так...

Глава 17. Ожидаемая случайность (Часть 2)

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

2 недели назад

Лайк

Давно заброшенный береговой терминал, на полпути от Города Мира к Схрону, был идеальным местом для тренировок. Здесь на пристани, из-за высокого обрывистого берега создавалась удобная радиотень для сигналов со стороны острова. Именно сюда транспортная компания доставила черный ныряющий катер, отправленный Российской Кораблестроительной Корпорацией на имя Эрика Грина. Профессор принял плавсредство, подписав все необходимые для передачи документы, и курьерское судно отбыло.

Грина ты отпустил сразу, едва он передал тебе ключи от "Шишабара". Робототехник доедет обратно в порт на паромобиле за пару часов, тогда как ты сам можешь добраться до вашего временного пристанища в портовых контейнерах своими ногами. Ноги вербота сильные и неутомимые. Последнее время, удивительное дело, ты полюбил пешие прогулки. Анализируя прошлую жизнь, стоит признать, что ты редко выбирался куда-то просто пройтись. Бизнес, постоянные сьемки, деловые встречи, всё это не оставляло времени для обыкновенных прогулок. А дальние туристические походы казались скучными. Ты никогда не был любителем палаточной экзотики с обедом на костре и удобствами под ближайшим деревом. Всё же, ты предпочитал комфорт и обустроенность отелей и элитных курортов. Но в деловые выезды и на курорты ты ездил, пользуясь услугами водителей. А когда пришла болезнь, тогда стало и вовсе не до прогулок. Не тянет гулять, когда с трудом перемещаешься с палочкой по дому. После верботизации последовали два года безвылазного сидения в бункере, сменившиеся ещё более стеснёнными условиями портовых контейнеров. Поэтому, появление у тебя возможности вер-камуфляжа, стало глотком свежего воздуха. Он давал свободу, которая лишь немного омрачалась необходимостью большую часть времени передвигаться на четырех конечностях. Но даже это было не столь существенным, по сравнению с возможностью выбираться на променад по окрестностям. Это странно, но для того чтобы осознать и оценить простую радость от неспешной прогулки, тебе потребовалось умереть, а затем возродиться в теле робота. Конечно, следовало остерегаться мест скопления людей, чтобы не попасться кому-то в объектив фотокамеры, а также мест, где могли быть видеокамеры. Маскировка имела свои ограничения, которые Грин тебе перечислил, поэтому для "гулянок" ты выбирал малолюдные места.

- Точно? - с сомнением интересуется Грин.

- Абсолютно, профессор, - говоришь ему, подгоняя жестом и показывая, что он начинает утомлять.

Робототехник пожимает плечами и садится в паромобиль.

- Завтра привези сюда Фреки и Гери, - сообщаешь ему напоследок. - Начнем с ними тренировки.

Свобода.

Сегодня свобода была не только на суше, но и на воде. Первый день владения "Шишабаром" стал для тебя знаковым. Это был ещё один шаг на пути к тому, чтобы жить так, как ты сам желаешь, продолжая заниматься любимым делом, и ни от кого не скрываясь. Свой первый выход на новом катере ты не доверил никому. Ты сам лично собираешься обкатать приобретение, узнать и прочувствовать его возможности, прежде чем доверять волчицам.

Черный обтекаемый катер закрытого типа с тонированными стеклами, внешне, будто опытная эскортница, никак не проявлял свою двойственную натуру. Находясь на воде, он вызывал у окружающих интерес не больше, чем любой другой красивый современный элитный катер. Он выделялся среди прочих ровно настолько, чтобы показывать свой люкс-класс, задерживать взгляд, но не вызывать нездорового интереса и толпы зевак. "Шишабар" имел зализанный корпус, без лишних выступающих элементов, без торчащих мачт и флагштоков. На крыше имелся люк для обзора, как и у многих закрытых катеров. Даже четыре основные фары, расположенные над лобовым стеклом, были выполнены заедино с корпусом, являясь частью крыши.

В отличие от большинства катеров, которые можно было встретить в любом порту, "Шишабар" отличался более низким профилем и плавно опускающейся к корме линией борта. Всё это вместе с небольшой обтекаемой полностью закрытой надстройкой, вызывало у стороннего зрителя ассоциацию с чем-то агрессивным и быстроходным. Пришвартованный на причале в ряду других катеров, он будет лишь слегка задерживать взгляды прохожих, как одна из тех картин на выставке, что чуть больше заслуживает внимания. Катер выделялся из общей массы плавсредств, как выделяется затонированный спорткар, в потоке обычных паромобилей. "Шишабар" был лаконичен, как старинный миноносец, без яркой окраски и лишних элементов, и именно этим он был не обычен. Но эту его неброскую индивидуальность могли заметить и оценить лишь специалисты. Для основной же массы зевак он так и оставался странным, но и не более, вызывающим секундный интерес, мгновенно рассеивающийся слоило лишь отвести от него взгляд. Его не будут фотографировать или вызнавать, кому он принадлежит, а кто-то может и вовсе пройдет мимо, не обратив внимания.

Однако, эта самая экскортница, получив повеление своего рулевого, вмиг подчинится, скинув полог тайны и демонстрируя все свои сокрытые под подолом возможности. "Шишабар" не просто мог выдерживать шквал брызг, летя на подводных крыльях по поверхности моря с огромной скоростью. Его способности простирались, если можно так выразиться, гораздо глубже. Катер был способен погружаться под воду. У него даже имелся самый настоящий перископ. Случайный прохожий, скорее всего, не обратил бы даже внимание на странную цилиндрическую конструкцию около двадцати сантиметров высотой, расположенную на крыше перед люком и ветрозащитным щитком. Задвинутый в такое положение перископ можно было легко принять за сигнально-поисковый прожектор или маяк, выдвигаемый флагшток, или коммуникационную систему.

Но в отличие от любого другого ныряющего катера, предназначенного для скрытной доставки кого-то или чего-то, и не способного погружаться более чем на пару десятков метров, «Шишабар», несмотря на скромные размеры, являлся полноценной подводной лодкой. Прочность корпуса позволяла ему погружаться на глубину до ста метров. Зачем такие возможности столь скромной по размерам посудине? Действительно. Длина катера составляла всего двенадцать метров. Дело в том, что «Шишабар» был спроектирован той же российской судостроительной компанией, что и подводная лодка "Нуэстра Сеньора де Аврора". Более того, он являлся частью комплекса, вторым компонентом которого была как раз «Нуэстра Синьора». "Шишабар" мог незаметно перемещаться под водной гладью и везти на борту диверсионный отряд до шести человек. Впрочем, как раз для этого большая глубина погружения не требовалась. Для скрытной доставки диверсантов хватило бы той самой пары десятков метров. Но создатели подводного комплекса пошли дальше, предусмотрительно предположив, что после выполнения диверсионной операции и эвакуации отряда боевых пловцов, лодке может потребоваться срочно покинуть район, чтобы избежать уничтожения. В этой ситуации у подводников может просто не быть времени для того, чтобы завести вернувшийся катер в герметичный ангар, расположенный в передней части рубки. Счет тут шел уже на секунды. Именно на такой случай была разработана система, получившая название "Bardana" или "Репей".

Под лобовым стеклом катера располагалась швартовочная штанга, направленная вперед вдоль носа. Подобный торчащий штырь, толщиной в руку, с круглым набалдашником на конце, мог вызвать у непосвященных недоумение и вопросы о своем назначении.

В действительности эта штанга позволяла катеру крепиться к подлодке снаружи, словно рыба-прилипала к брюху акулы. При этом процесс швартовки занимал считанные секунды. Экипажу «Шишабара» требовалось лишь попасть закругленным концом швартовочной штанги в ловитель удерживающего устройства, расположенного под днищем подлодки. После этого субмарина сразу могла давать полный ход, покидая опасный район, одновременно погружаясь на недоступную, для средств обнаружения противника, глубину. Именно для того, чтобы прицепленный снаружи катер не ограничивал существенно глубину погружения, он был выполнен с возможностью выдерживать давление на глубине до ста метров.

Сегодняшний день ты выделил исключительно для своего близкого знакомства с "Шишабаром". Осваивая его возможности, ты весь вечер и всю ночь крутил петли, гонял на максимальной скорости, маневрировал, погружался и всплывал. Этим утром Мазини вновь выходил на связь. Наконец даты похищения "Морской шишки" и нападения на Схрон были определены. Поэтому завтра, для осуществления планов, ты собирался пустить за штурвал волчиц для их обучения.

Но это завтра.

Сегодня ваша ночь. Твоя и "Шишабара".

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

1 неделя назад

Грин

- Это... ещё... что... - Ты с недоумением смотришь на какое-то мохнатое животное, брошенное Лайком тебе под ноги. Оно едва шевелится, но ты всё равно пятишься, ведь на нем кровь. - Этак негоже... Что это такое?

Черный вербот, опираясь о стенку, проходит мимо, не сразу удостаивая ответом.

- Ты говорил, - рокочет частично-Фенрир-частично-Хильдисвини, - что у тебя руки чешутся поэкспериментировать с оцифровкой мелкой живности. Дерзай, профессор.

- Мелкой, - соглашаешься ты, всё ещё пребывая в шоке. - Мелкие это мыши, птицы, в крайнем случае, кошки. Они мелкие. Но это... Это что, немецкая овчарка?

- Не знаю, - бросает Лайк. - К ней не прилагалась родословная.

Вер-волко-вепрю неудобно ходить вертикально, и он то и дело горбится. В этот раз его не было достаточно долго, около суток он где-то бродил. Вы с волчицами уже начали переживать, а теперь он возвращается, притаскивая с собой собаку.

- Под руку попалась. - Будто с усталостью вербот усаживается в твоё кресло, закидывая на стол механические ноги, с изогнутыми скакательными суставами. - Вперед. Если не нужна, избавься. Только аккуратно, без следов. Это полицейская собака.

Работы над дефектами его платформы временно приостановлены. Во-первых, потому что сейчас идёт активная подготовка к возвращению подводной лодки и пленных верботов из Схрона, а во-вторых, ремонт неудачного крепления внешних панелей зашёл в тупик. Чем больше ты его ремонтируешь, тем сильнее это усугубляет ситуацию. Чинишь один дефект, вылезают два новых. Ты сказал Лайку, что продолжишь работать над его платформой уже на лодке, когда будет больше возможностей. Здесь в контейнере нельзя развернуть всё оборудование. Особенно то, которое требует много энергии. На подводной лодке недостатка в энергии не будет.

Привязываешь собаку веревкой к столу. Позже ты достанешь одну из клеток. Снимаешь с животного сбрую, смотришь на раны. Их нужно обработать, иначе до оцифровки собака не протянет.

- Всё готово, - внезапно говорит Лайк. - Сейчас ещё раз повторю нашему "троянскому коню" его задачу, что от него требуется. Последние уточнения. После этого отнесу его туда, где его этой ночью или на следующий день обнаружат прохожие. Они свяжутся с участком занимающимся верботами. Это его участок. Через день или два его отправят в Схрон. К тому времени у нас должна быть лодка.

Ты киваешь. Своя роль во всем этом плане тебе известна. Сидеть в контейнере, а затем, когда с подлодкой всё сложится, нанять грузовик и перевезти оставшееся оборудование на заброшенный причал.

Два объектива пристально фокусируются на тебе, как собака готовая к нападению.

- Скажи, профессор, - спрашивает тебя вер-волк, - ты уверен, что наш уважаемый эмиссар, физически сможет осуществить свою часть плана? Открыть ворота.

- Встать и нажать кнопку? - уточняешь ты. - Да, это он в состоянии сделать. У его платформы много дефектов, но все их можно починить силами Схрона имея нужные запчасти. Я прикрепил к его блоку сознания записку о том, что нужно заменить синтезатор речи, и о том, что внутри платформы живое активное сознание. Первый же специалист, который будет осматривать вербота, её обнаружит и выйдет на контакт с Маратом.

Ден Лайк кивает, но затем интересуется:

- Эрик, - голос вер-волка становится тише, - если вдруг в процессе спасения верботов наш "троянский конь" взбрыкнет. У нас будет возможность направить его действия дистанционно?

- Да, управление с пульта этой вер-платформы не проблема, - отвечаешь ты, по давней привычке снимая и протирая пенсне. - Но судя по настрою господина Марата Мерсье, я не думаю, что в этом будет необходимость. Он не станет создавать проблем, поскольку искренне полагает, что помогает Сигурду Берсону.

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

2 дня назад

Ден

Информация, которую только что открыл тебе загнанный в угол начальник полиции, при разговоре по телефону, на время сбивает тебя с толку. Осмысливаешь услышанное.

"Имей в виду, - отчаянно угрожает в трубку Рикард Доджер, - в следующий раз, я могу вновь недоглядеть за Эстер! Понял?!"

Молчишь. Но не потому, что тебе страшно. Тебе, скорее, странно. Ты не ожидал такого поворота. Слушая распинания начальника полиции, ты понимаешь, что вербота, в котором был Мерсье, не просто потыкали шокером. Его долго садистски жарили. Судя по словам Доджера, всю ночь.

Значит, Марат Мерсье погиб?

Ты испытываешь недоумение и, наверное, жалость. Вы с Грином и Ребеккой столько труда положили на его выхаживание. Ты отдал ему свой единственный ремкомплект, даровал не просто безделушку, а практически целого вербота, который мог бы быть полезен тебе самому при поломках. Грин провел качественную оцифровку сознания Мерсье, всё прошло штатно, а все неполадки были связаны исключительно с дефектами самой платформы, которые могли без труда устранить в Схроне. Вы даже гипноключ не стали ему ставить, поскольку ты планировал отпустить гостя на все четыре стороны. Бекки прикипела к нему всей душой, ведь Марат оказался неплохим парнем, пусть немного недалёким и опрометчивым.

Ты обдумываешь, говорить ли правду начальнику полиции. Просто сообщить ему сам факт. В твои планы не входит злорадствовать и тыкать собеседника носом в то, что натворили его люди. Есть, конечно, шанс, что Доджер блефует, но судя по его запалу, это не так.

Наконец, ты приходишь к выводу, что информация подтолкнет начальника полиции к неустойчивому поведению. Его действия могут оказаться нелогичными и спонтанными, что поставит под угрозу твой тщательно продуманный план по возвращению своего имущества. Да и Марату это уже ничем не поможет. По этой же причине, Бекки тоже не должна знать. Лишь Грин.

По первоначальному плану, атаку на Схрон должны были осуществлять ты, Ребекка и Грин. Марата доставили бы в отдел диагностики. Эйктюрнир-Мазини сообщил, что оттуда можно открыть въездные ворота. Далее ваш засланный "троянский конь" при первой появившейся возможности открыл бы вам путь на территорию научного центра. Больше его участие не требовалось. Марат сказал, что он сам позже разберётся с незаконностью своего деяния и, если ему не удастся убедить руководство в своих мотивах, понесет назначенное индивидуальное наказание. Парень хотел быть героем, неважно, признанным или нет.

Если бы Марат внезапно отказался выполнить свои обязательства, или стал медлить, Грин проделал бы всё за него, управляя его платформой Хильдисвини дистанционно с пульта.

Получив доступ внутрь, ты и Бекки проникли бы на территорию Схрона. Грин ждал бы в паромобиле у ворот, готовый стартовать в любой момент. Эйктюрнир при первой возможности примкнул бы к группе. Далее, вы втроём забрали бы с собой трёх верботов, Аудумлу, Хугина и Мунин, вернулись бы к Грину, и помчались бы на всех парах к "Морской шишке" на которой дежурной оставалась волчица Гери.

Ожидаемо, за вами организовали бы погоню. Но лёгкий паромобиль движется быстрее массивного патрулевоза.

Теперь же поступила новая вводная. Марат, возможно, погиб. Скорее всего. Это кардинально меняет планы.

Он не сможет открыть вам въездные ворота. Но его всё равно отправят в Схрон. Его платформой можно управлять и без функционирующего сознания. Значит, дистанционно направляя вербота, вы сможете нажать кнопку. Этот вопрос более-менее улажен. Теперь второй вопрос: Ребекка. Сентиментальная волчица, не знающая о случившемся инциденте в полицейском участке, захочет последний раз посмотреть на Марата, поблагодарить его за помощь и попрощаться. Можно заранее запретить ей это делать, или просто не брать с собой. Менять Фреки на Гери уже поздно. Вы много раз прогоняли план, больше возможности тщательно всё обговорить не будет. Вторая волчица не сможет так быстро перестроиться и всего за сутки морально подготовиться к атаке на Схрон. Гери, бывшая Василиса, была пригодна в качестве проститутки и актрисы, но в ответственный момент спасательной операции может затупить. С неё хватит и того, что она научилась управлять "Шишабаром".

Таким образом, проще вообще не брать никого из вер-волчиц с собой. Фреки и Гери останутся на "Морской шишке". Грин откроет ворота в Схрон с помощью уже пустой покалеченной платформы Хильдисвини. Сам он будет сидеть в паромобиле, готовый стартовать в любой момент. Ты проникнешь на территорию, встретишься с Эйктюрниром. Вы выведете Аудумлу, Хугина и Мунин...

"Что тебе нужно? - прерывает твои мысли Рикард Доджер. - Клепаный ты беззаконник... Дизельный выхлоп... Бензиновые пятно, разлившееся..."

- Полегче, инспектор. Я могу и обидеться, - осаждаешь разошедшегося полицейского. Он раздражен, однако его вялый тон говорит о том, что он не будет сильно сопротивляться. Скорее всего, он желает поскорее закончить неприятный разговор. - Ты же помнишь про свою эротическую съемку, дорогуша? Так вот, тогда ты блистал, но в этот раз от тебя требуется самая малость...

...5 4 3 2 1... Недавнее прошлое

1 день назад

Работа береговым охранником "двадцать четыре на семь" не была пределом твоих мечтаний. Смотритель пристани. Вынужденная временная необходимость. Непыльная, несложная работа. Порой заглядывали хулиганы или люди без постоянного жилья, обычно они улепетывали, едва заметив луч фонаря или услышав грубый окрик. Большая часть времени была тихая и скучная. В просмотрах фильмов и телешоу проходили однообразные дни.

Небольшой беспородный пес, по кличке Пылесос вскакивает и тяфкает, когда за окном охранной будки в небо с пронзительными криками взлетает стайка чаек.

Вновь становится тихо, но пёс не унимается, прижимает уши, жмется к ногам и тихо поскуливает.

- Чего тебе? - возмущаешься ты, когда животное начинает на тебя лаять. - Снова живот прихватило? Иди, проветрись!

Ты открываешь дверь, выпуская прохладный кондиционированный воздух. Несмотря на ночь, в доках жарко. Не так жарко как днем. Пылесос, вроде бы, успокоился, и ты выходишь вместе с портовой дворнягой, полюбоваться на звёзды. Ты не сразу замечаешь отсутствие на привычном месте полицейского паромобиля, но, даже заметив это, лишь слегка удивляешься, решая, что они отправились в круглосуточный магазин, купить еды. Скучающий взгляд скользит по судам и с удивлением не находит подводную лодку, к которой и была приставлена охрана. В этот самый момент что-то внутри ухает. Успевшие привыкнуть к темноте глаза внезапно фиксируют движение на поверхности воды, в нескольких сотнях метров от берега. Внимательно всмотревшись, успеваешь заметить, как большая темная масса сигарообразной формы растворяется в ночном мраке. Ты с растерянностью и ужасом понимаешь, что подлодку угнали.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге