Обложка Я и моя странная сестра

Я и моя странная сестра

ReLiGiS

0% прочитано
Стандартный
ReLiGiS

Я и моя странная сестра

Глава 1

Наконец-то эта проклятая прогулка закончилась! И если я, зайдя домой, был просто без сил, то вот Марго была в натуральном отрубе. Не то, чтобы я был против нести свою сестричку на руках, однако иногда искушение "случайно" положить руку куда-нибудь на объемные выпуклости такой беспомощной в данный момент девушки было слишком велико. Естественно, конца нашим… доверительным отношениям бы не пришло, потому как недавно Марго заявила, что любые попытки потрогать её там, где трогать не стоило, приветствуются и даже рекомендуются. Сестра даже лифчик дома перестала носить, чтобы проступающие сквозь тоненькую маечку бугорки усиливали влечение. Вот только я запрещал себе делать что-то подобное. Не потому что я школьник-девственник-неудачник, отнюдь. Причина была гораздо глубже и реально могла стоить мне жизни, хоть Марго и клялась, что всё будет ок.

Я еле дополз до дивана и аккуратно положил тело Маргариты на него, накрыв сверху пледом. Даже сейчас, когда девушка была наполовину в забытье, её прекрасное личико выражало недовольство. Увы, чаще всего я только такое выражение лица у неё и видел, хотя с большинством своих друзей и знакомых она умела показывать красивую улыбку. Хоть это и была лишь маска, чтобы её все любили, мне всё равно обидно, что для меня моя сестра оставляет только недовольство, растрачивая весь позитив на левых людей. Я отвернулся от лица Марго и окинул взглядом комнату. С появлением этой девушки в моей жизни всё пошло наперекосяк, взять хотя бы сегодняшний поход по магазинам. Я многое понимаю, но какого хрена к Марго как мотыльки на свет слетаются всякие сомнительные личности? Хотя их и личностями назвать сложно, скорее тупая однородная аморфная масса, на десяток человек знающая примерно столько же слов. Одна с ними беда – они ни шуток, ни просто речи человеческой не понимают, а стоит их задеть, как начинают беспорядочно махать кулаками. Чёрт, бок всё ещё болит. Иногда эти ходячие сосатели сиг и пивчика машут не только кулаками, но и чем поменьше. Ножами, например.

Я приложил руку к боку, после чего поднес к лицу. Ну да, а я-то думаю, почему так холодно. Ещё и куртку порвал и испачкал. Я встал с дивана и, шатаясь, прошел два шага, прежде чем упал в кресло. Забавно, я и не почувствовал, что мне заточку в бок всадили. Просто в какой-то момент стало неприятно мокро, ещё и бежать мешало. Я ещё раз посмотрел на Марго. Зато с ней всё хорошо, значит не зря куртку испортил. Что-то в сон клонит, силы на глазах исчезают… Надо поспать… А после на правах старшего брата отчитаю эту чертовку, так мило лежащую без сознания в двух метрах от меня.

***

С чего же всё началось? Это вроде было сообщение… Да, простая СМСка от моего папани. Как сейчас помню: конец весны, а вместе с этим и конец одиннадцатого класса, на улице та самая погода, когда даже в рубашке на голое тело невыносимо жарко, зато в коридорах школы было приятно прохладно. Я беззаботно шел после шестого урока домой, обдумывая, какое аниме посмотреть, на что передёрнуть и с кем погамать. Настроение было максимально вялым, не портило его даже то, что директор, который вел у нас последний урок, устроил нашему классу разнос по поводу подготовки к ЕГЭ. Естественно, слушать этого престарелого дурня никто не стал, ведь все знают, что лучше всего предмет учится за ночь до экзамена, а ещё лучше – на самом экзамене. Лично я не собирался изменять этой традиции.

– Трестин, мать твою! А ну подошёл сюда! – естественно, в подобных историях обязаны присутствовать типичные персонажи быдлянского назначения. Эта история исключением не стала. Лина, симпатичная белокурая девушка и моя одноклассница по совместительству, в последние две недели как с цепи сорвалась. Она и раньше не блистала идеальными манерами, а сейчас, когда дело всё ближе подбирается к её совершеннолетию, Лина вообще превратилась в гопника в юбке. Конкретно моё отношение к её метаморфозе несколько смешанное: Лина по мне сохнет и пытается обратить внимание довольно неординарными способами.

– Чего тебе, Лин? – пришлось всё-таки подойти. По обе стороны от Лины стояли Аня и Настя – девчонки, с которыми не рискуют связываться даже самые отчаянные люди. И уж если бы я хоть как-то дам им повод невзлюбить себя, то единственным выходом была бы петля. Несколько неудачливых парней эти двое с позором выжили из школы.

– У меня через неделю день рождения. Ты будешь? – вопреки всем тараканам в голове, я чувствую к Лине довольно тёплые ощущения. Конечно до классических "бабочек в животе" и "учащённого сердцебиения" дело пока не дошло, но какую-то привязанность я чувствую. Возможно это связано с тем, что женским вниманием я обделён от слова совсем, и мне просто хочется, чтобы в случае чего я мог показать на Лину и сказать: "Вот, ей я нравлюсь".

– Я уже говорил, и не раз, что приду, – немного более раздражённо, чем следовало бы, ответил я, отчего Лина поджала немного бледные губки.

– Я просто уточняю! – девушка сказала это достаточно громко, чтобы Аня и Настя посмотрели на неё, недовольно фыркнув. – Вот! Тут место и время, и не опаздывай! – всунув мне в руки кусочек бумаги с распечатанным на нём адресом, Лина пулей убежала в сторону остановки.

– Сань, – стоило Лининой юбке скрыться с поля зрения, как мне на плечи легли две руки. Дуэт стерв, видимо, всё же обратил на меня внимание. – Ты же Линку не обманываешь? А то смотри, мы же и разозлиться можем, – с этими словами Аня и Настя неспешно направились за убежавшей Линой. А я говорил, что настроение мне ничего не испортит…

***

Дом, милый дом. Особенно милым его делает пустота, которая здесь иногда царит неделями. Это чертовски классно – быть предоставленным самому себе такое продолжительное время. Конечно, было бы здорово, если бы меня встретил какой-нибудь вкусный запах, или окрик мамы из кухни, но чего не было, того не было, приходится довольствоваться уединением. Ну да чего грустить на пустом месте? Мамы у меня уже лет пять как нету, и, нет, она жива и здорова, просто очень громко разошлась с отцом, оставив ему меня. Теперь вот таким холостяцким дуэтом и живём: я, предоставленный сам себе, и папаня, находящийся в чрезмерно активном поиске. В кармане пиликнул телефон. Лёгок на помине, блин.

"Спиногрыз, открывай шампанское! У тебя скоро появится сводная сестра, да такая красотка, что я бы ей и сам вдул. Но, так как она твоя ровесница, заниматься ей уступлю тебе, а сам займусь её мамкой). Короче, мы через две недели женимся и улетаем на всё лето за экватор. С любовью, твой успешный отец" – вот такое чудесное сообщение пришло мне от папани. Наверное, мне надо порадоваться, что мой предок таки смог найти себе вторую половинку, мешало только то, что вместе со второй половинкой шла сводная сестра, ещё и моего возраста. И, я уверен, что на время медового месяца старшего поколения мы будем жить вместе, чтобы "укрепить отношения". Смотрел я один фильм, который начинался точно также. Вот только по жизни я был скептиком и в такую хрень не верил. Возможно, если со мной на одной площади будет жить красивая девушка, то всё будет не так уж плохо, но у красивой девушки, как правило, есть свои желания и потребности, которые, скорее всего, будут идти вразрез с моими.

Телефон пиликнул снова. "Приберись там в нашей берлоге, я вечером приведу наших новых дам сердца знакомиться." Бляяяяя…

***

Скрипя зубами, преодолев огонь, воду и медные трубы, я привел квартиру в достаточное состояние для принятия гостей. Чище сделать её было просто невозможно, разве что снести часть дома нахрен и построить новую квартиру. За такое качество работы, будь я красивой девушкой, я бы себе дал. Вот только сигнал об очередном сообщении уже заранее испортил настроение. "Знакомство откладывается, Мюриэль пока не хочет спешить. Зато Маргарита с сегодняшнего дня будет жить с тобой. Удачи. С пожеланиями всего самого наилучшего, твой заботливый отец." Я вновь захотел выругаться, но не дал только звонок в дверь. Что, уже?

Я читал несколько историй про сводных сестёр. У них ровно две проблемы: они до банальности предсказуемы и тупы, а их авторы – помешанные на инцесте извращенцы, которые и близко не представляют, каково реально иметь сестру. Как правило, в таких историях первое знакомство всегда идёт прохладно: чаще всего кто-то один безумно рад новому родственнику, а другой в это время понимает, что проблемы начинают со стремительностью прибавляться, отчего и его приветствие остаётся холодным. Признаюсь честно, я сейчас относил себя именно ко второй категории персонажей. Хотя, если эта Маргарита действительно такая, как её описывает батя, и если она проявит чуть больше энтузиазма при знакомстве, то и я сменю гнев на милость. Нет, это не я такой принципиальный, просто вниманием женского пола чутка обделённый. Ладно, надо хоть дежурную улыбку нацепить, чтобы моя новая родственница не чувствовала, что ей здесь не рады, хотя скажу честно, мне очень не хотелось впускать в дом человека, который сейчас стоял за дверью. И дело даже не в таинственном чутье, которое бы кричало, что за дверью стоит постоянный источник проблем. Просто сестра в моей жизни появилась слишком внезапно.

Я нацепил некое подобие улыбки, с отвращением отвернулся от собственного отражения в зеркале и открыл входную дверь. Первым, что я увидел, были глаза. Никогда не видел такие красивые глаза цвета огня, но стоит отметить, что и всё остальное было весьма красиво… хотя даже красивым назвать такое личико будет серьёзным кощунством. Оно ИДЕАЛЬНО. На идеальном овале лица под длинными ресничками были два больших огненных глаза, чуть ниже, посреди слегка румяных щёчек был идеальный, немного вздёрнутый вверх носик, а под ним пухлые алые губы, в которые почему-то очень захотелось впиться своими. Под левым глазом была небольшая родинка, резко выделяющаяся на немного бледной, нежной даже на вид коже. Ещё больше с цветом кожи контрастировали волосы, едва доходящие до плеч, цвета чёрного бархата. Одета моя новая сестра была в кожаную куртку поверх белой обтягивающей майки, скрывающей не очень большой, скорее идеальный по габаритам, бюст, и обнажающей плоский животик, и джинсы с кроссовками. Единственной ложка дёгтя в этой девушке было выражение её лица. Она всем своим видом показывала недовольство, хотя иногда под этой маской проскакивала заинтересованность, с которой гостья разглядывала меня.

Поняв, что я рассматриваю девушку слишком долго, я отошёл от дверного проёма и протянул руку в сторону её немаленького чемодана. Марго ещё немного вглядывалась в моё лицо, то и дело периодически скользя газами неприлично ниже, после чего пришла к таким же выводам как и я в начале абзаца и протянула мне ручку чемодана. Пока девушка разувалась, я покатил чемодан к двери в её комнату: мне совесть банально не позволит положить её спать в гостиной, а немного другие чувства не позволяют мне расположить её в своей комнате. Поэтому я остановился на старой комнате мамы, где она жила до развода.

– Привет, я Маргарита, – девушка догнала меня в коридоре и наспех представилась. – Мои братья могут звать меня Марго или лю… сестричкой, – почему-то Марго смутилась. Видимо я недостаточно отреагировал на её шутку, которую она, вероятно, долго выдумывала, чтобы знакомство прошло приятнее.

– Я Саша, а мои сестрички могут звать меня как угодно, – без особого энтузиазма, даже несколько раздражённо, ответил я. – Также мои сестрички будут дислоцироваться в этой, – я указал на дверь, – комнате.

Марго обиженно поджала губки и толкнула дверь, после чего вырвала чемодан из моих рук и громко хлопнула дверью, отрезая меня от себя. Уже после того, как я вошёл в собственную комнату, во мне взыграло чувство вины. Я же сам запорол знакомство, причём целенаправленно. Что мешало мне улыбнуться на ту шутку? Ведь её попытка вызвать у меня смех была действительно забавной. Но это выражение лица… Неужели Марго не понимает, что это отталкивает?

Час спустя я вспомнил о том, что для стабильной жизнедеятельности мне необходимо питаться. Когда я жил один, я не заморачивался особо: макарошки быстрого приготовления, временами, когда надоедало, доставка. Но сейчас почему-то очень хотелось приготовить что-то самому. Возможно, это поможет выправить наше неудачное начало с Марго. Пока я сидел в своей комнате, из комнаты моей новой сестрички не раздалось ни звука, что было странно, ведь звукоизоляция в нашем доме была не ахти. Видимо, ей требовалась помощь чтобы разложиться на новом месте, но либо обида, либо гордость не позволяли. Я постучал в дверь её комнаты и, особо не ожидая, что мне откроют, произнёс:

– Марго, я собираюсь приготовить что-нибудь на ужин. Моя любимая сестричка поди тоже голодная?

В ответ дверь приоткрылась и через образовавшуюся щель на меня снизу-вверх посмотрел огненный глаз. Судя по всему, Марго только что плакала, потому как даже сейчас из её глаза текла слезинка. Да чтоб вас!

– Или моя принцесса хочет чего-то особенного? – я опустился на корточки, и заглянул в глаз девушки. Она приоткрыла дверь больше и, нервно теребя край майки, выпрямилась.

– Делай как хочешь, просто потом ко мне в комнату принеси, – сказала она, начисто сбрасывая то наваждение, которое возникло у меня от созерцания её заплаканной мордашки.

– Хорошо, – спокойно ответил я и украдкой заглянул через плечо девушки в комнату. Как я и думал, её чемодан стоял абсолютно нетронутым около кровати, а единственное, что отличало комнату от её состояния перед приездом Марго, была куртка, которую сестричка повесила на стул. Немного замявшись, я таки спросил: – Может тебе с вещами помочь?

– Завтра разложу, – буркнула девушка и захлопнула дверь. Вот и поболтали. Хотя, не мудрено, что она так реагирует. Я же первую встречу запорол.

Уже на кухне я вспомнил, что на какие-либо кулинарные изыски я не способен, но гордость не позволяла поставить перед Марго тарелку со свежезаваренным дошираком, поэтому я по максимуму своих возможностей начал колдовать над плитой. Выбор пал на яичницу, в которую для более выразительного вкуса я добавил кусочки колбасы и помидоров. Пока я готовил, не раз ловил на своей спине взгляд любопытных глаз, принадлежавших одной обидчивой девушке. Было довольно сложно делать вид, что я не замечаю, как, высунувшись из дверного проёма, меня рассматривает Марго, но почему-то мне очень не хотелось спугнуть её. Всё же, мне с ней жить как минимум три месяца, так зачем враждовать на пустом месте, когда можно спокойно жить дружно по заветам одного кота-пацифиста. Уверен, что мы сможем сильно скрасить дальнейшее лето друг другу.

Но вот понять, что же творилось в голове у Маргариты я не мог. Быть может я не прав, и её подглядывания за мной не являются какими-то несмелыми шагами к примирению, ведь стоило мне принести поднос с её порцией к двери в комнату, как этот самый поднос у меня из рук был вырван и скрыт за громко хлопнувшей дверью. Больше за этот вечер Марго из комнаты не выходила. Я же весь вечер мысленно возвращался к своей новой сестре, обдумывал, как могло пойти наше знакомство, если бы мы были чуть приветливее друг с другом, а в конечном счёте, чтоб не сойти с ума от излишней мозговой деятельности, включил игру. Вот только сильно отвлечься я не смог, потому как минут через пятнадцать за окном как по щелчку начался страшный ливень, да ещё и с грозой. После первого же грохота за стеной кто-то (я даже теряюсь в догадках) громко испуганно вскрикнул. В отличие от своей сестры, я грозы не боялся, и именно это дало мне повод вновь постучаться в комнату Марго.

– Марго, у тебя всё хорошо? – спросил я просто приличия ради. Даже последнему дураку было бы понятно, что у моей сестры нихрена ничего не хорошо. В прочем, я и не особо ждал ответа, поэтому не удивляясь, что ответом мне была тишина, я уверенно дёрнул за ручку и толкнул дверь. Вот только дверь не поддалась, что помешало моему плану примирения. – Марго, если тебе страшно, можешь в любое время позвать меня, – сказал я и, немного подумав, добавил: – Ну или прийти ко мне. Дверь в мою комнату для тебя всегда открыта.

Ответа снова не было вплоть до нового грохота, последовавшего вслед за вспышкой. Марго снова громко вскрикнула, а в коридоре, да и во всём доме, потух свет. Раздосадованный тем, что монолог так и не перерос в диалог, я отправился спать. Дверь, как и обещал, я не закрывал, хотя я её впринципе никогда не закрывал. В этом банально не было нужды.

***

Сон нахлынул очень скоро, и с самого своего начала он был странным. Я прекрасно понимал, что нахожусь во сне, но проснуться от осознания этого факта я почему-то не мог, как это делают герои различных фильмов. Я сидел на краю широкой двуспальной кровати, в изголовье которой сидела Маргарита, сжав руками и ногами подушку. Она смотрела на меня так, словно я был в этой комнате лишним, вот только осознание, что девушка прикрывает свою наготу подушкой, не давало уйти. С минуту мы сидели и рассматривали друг друга под стук капель дождя об окно, но как только сверкнула молния, подушка, скрывающая тело Марго, прилетела мне в лицо, после чего нечто гораздо тяжелее повалило меня на кровать. Когда подушка была мною отброшена, я смог рассмотреть свою сводную сестру, склонившуюся надо мной, во всей её первозданной красе. Даже выражение лица Марго перестало быть недовольным, сменившись на то, с которым обычно кошка смотрит на мышь. Вот только этой самой мышью я быть не собирался, поэтому одним движением повалил Маргариту на кровать, а сам занял позицию сверху. Сестричка лишь звонко засмеялась и, притянув меня к себе, впилась мне в губы, принявшись работать язычком у меня во рту. Я в свою очередь положил руки на идеальную по размерам грудь девушки и сжал пальцами розовые нежные сосочки, вызвав приглушённый стон под собой.

После наших взаимных ласк Марго вся раскраснелась и начала громко дышать, при этом она стаскивала с меня одежду и иногда шаловливо прикусывала мою губу, когда ей казалось, что я сопротивляюсь. Осознание, что я что-то делаю не так, пришло со вкусом крови во рту, слишком яркого для сна. Я отстранился от Маргариты и окинул взглядом комнату, в которой мы находились. Не для того, чтобы понять, где мы находимся, а просто, чтобы отвлечься от сильного желания, возникшего у меня к своей сводной сестре.

– Ну куда ты, братик? – требовательно спросила Марго и попыталась вернуть меня обратно.

– Ты же моя сестра, – произнёс я, но сопротивляться не стал.

– Сводная, и то пока не официально, – произнесла Марго и легонько коснулась моих губ своими. – Да и чего тебе бояться? Это же всего лишь сон, – девушка сделала слишком сильное ударение на словах "всего лишь", отчего стало как-то не по себе.

– Да, но насколько это честно по отношению к настоящей Марго? – спросил я шёпотом на ушко своей сестры.

– А откуда она узнает? – обдала меня горячим дыханием здешняя Марго, отчего тело наполнилось приятным возбуждением. Надо ли говорить, что у меня стоял ещё с самого начала сна?

***

Я проснулся в холодном поту и с каменным стояком от, видимо, особенно громкого раската грома. За стеной вновь послышался вскрик и какое-то шевеление. Видимо, моя сестричка всё никак не могла уснуть. Судя по тому, что было ещё темно, сейчас было от силы два часа ночи. И вот надо было грозе прогреметь именно сейчас, когда я почти трахнул Марго из сна? От проклятий в адрес погоды меня отвлёк скрип ламината. Звук был такой, будто кто-то пытался пройти по коридору не разбудив никого. Спустя несколько скрипов дверь в мою комнату приоткрылась и в образовавшемся проёме сверкнула пара огненных глаз.

– Саша, ты спишь? – шёпотом спросила Марго.

– Нет, не сплю, – также шёпотом ответил я.

– Можно, я воспользуюсь твоим предложением? – Марго сжала в руках подушку, которую принесла, скорее всего, чтобы лечь рядом со мной. – Мне очень страшно одной.

– Конечно! – я подвинулся на своей кровати и похлопал по тому месту, где девушка могла лечь. Марго благодарно кивнула и несмелым шагом направилась ко мне. Очередная вспышка за окном заставила девушку пересечь те несчастные четыре метра от двери до моей кровати за пару секунд, и ещё до того, как за окном прогремел гром, Марго намертво вцепилась в мою руку, дрожа при этом. От такой картины губы невольно растянулись в улыбку. Какая же моя новая сестра всё-таки милая, когда не пытается построить из себя неприступную крепость.

Одна с ней проблема: уснуть, когда рядом с тобой лежит малознакомая девушка, которую буквально пять минут назад ты чуть не трахнул во сне, практически нереально. Я уже не говорю про то, что от нахождения Марго так близко стояк вообще не собирался падать, это ещё и при том, что его в любой момент могла обнаружить моя новая сестра, если не обнаружила до сих пор. Я даже боюсь представить, какую реакцию может вызвать у Маргариты такая находка. И, судя по возмущённому сопению, мой форс мажор таки раскрыли. Значит, придётся защищаться простыми отговорками, мол тело молодое, гормоны шалят, а девка рядом очень даже ничего. Нет, слишком мелочно. Как я уже упоминал, Марго была воплощением идеальной внешности. Я бы сказал "девушки", но характером моя сестричка не вышла, потому я вообще не завидую тому идиоту, который додумается связать свою жизнь с этой девушкой.

На улице послышался грохот, словно кто-то на кого-то уронил что-то похожее на автомобиль. Похоже, буря разыгралась нешуточная. От всего этого шума Марго задрожала, отчего я непроизвольно её обнял и прижал к себе. Несколько минут мы просто вот так лежали, я пытался уснуть, Марго пыталась не получить инфаркт, сон не пытался прийти. От попыток сомкнуть глаза до утра меня отвлекла сестра, зачем-то приблизившаяся к моему лицу.

– Спасибо тебе, – прошептала Марго и поцеловала в щёку. В тот же момент я провалился в глубокий сон.

***

– И что мне делать, пока тебя не будет? – этот вопрос вогнал меня в ступор. Если бы я не опаздывал в школу, я бы ей спокойно объяснил, что можно почитать, что посмотреть, во что поиграть, и чем заняться вплоть до названий. Но я терпеть не могу опаздывать, поэтому сославшись на то, что Марго вроде как девочка взрослая и сама способная себя развлечь, я в спешке обувался, украдкой наблюдая за нарастающей истерикой девушки. И она такая всё долбаное утро.

Когда я проснулся, непривычно бодрый и готовый на всё ради той, кто одним прикосновением вешает бафы на сон, этой самой героини рядом не было. Обнаружилась Марго на кухне такой же бодрой, словно у неё не было проблем с боязнью грозы на протяжении половины ночи.

– Доброе утро, – поприветствовал я Марго и направился к холодильнику, чтобы хоть что-нибудь закинуть в себя перед очередным походом в школу.

– Доброе утро, братик! – Марго лучезарно улыбнулась. – Есть какие-нибудь планы на сегодня? – девушка как бы невзначай подпёр руками грудь, отчего та чуть не выпрыгнула из обтягивающей тонкой маечки, мгновенно притягивая мой взгляд.

– После школы особо нечем заняться, поэтому я сразу домой, – ответил я, попутно обдумывая, как хорошо было бы стянуть со своей сводной сестрички эту самую маечку. Думаю, по возвращению из школы займусь этим вопросом.

– Школа? – улыбка сразу же пропала с личика Маргариты, сменившись тревогой.

– Ну да. Четверг, утро, май. Мне в школу надо, – начал было объяснять я, после чего странная догадка появилась в моей голове. – Марго, а тебе в школу не надо? Где ты учишься?

– Я дома обычно учусь, – ответила девушка, отведя взгляд. Её руки опустились под стол, и два аппетитных полушария вернулись в своё изначальное положение. Почему-то теперь тонкая майка казалась мне неприступнее какой-нибудь крепости. Можно подумать, если бы я не собирался уйти, Марго дала бы возможность стянуть с неё эту майку и насладиться её прелестной грудью.

После этого началась странная паника. Марго под разными предлогами умоляла остаться с ней, несколько раз даже попыталась воспользоваться соблазнением, взять хотя бы случай, когда она уронила чайную ложку под стол и медленно наклонялась за ней, давая оценить формы под обтягивающими короткими шортиками. Первым делом встал вопрос, есть ли у девушки не обтягивающая одежда, уже после просто встал. Почему Марго так отчаянно не хочет меня отпускать? Не убьют же меня в школе в самом деле.

Уже по пути меня вдруг охватило страшное чувство вины. Ну действительно, чего мне стоило не пойти сегодня никуда и остаться с Маргаритой? Ей же будет без меня одиноко в пока ещё чужом доме. Может стоит вернуться? С другой стороны, меня очень пугали те чувства, которые появлялись у меня при мыслях о сводной сестре. Ну серьёзно, я её утром буквально глазами раздевал, а сейчас почему-то переживаю, что оставил её одну. Я же не влюбился в неё случаем? Вроде она и повода для такого не давала. Всё, что она сделала за вчера-сегодня, это обиделась на меня на ровном месте, полночи проспала со мной и закатила истерику утром. Ещё когда я уже выходил из квартиры, она чуть ли не тёрлась об меня, когда обняла на прощание и попросила скорее вернуться. Смысл этого действия я понял только в классе, когда ко мне с важным видом подошли Лина, Аня и Настя. Если честно, мне очень не хотелось с ними вообще сегодня видеться, потому как мысленно я раз за разом возвращался к Марго, а думать о других девушках перед этими смертиподобно. Лина зачем-то принюхалась ко мне и скривила свой симпатичный носик.

– Трестин, чем от тебя несёт? – недовольно спросила она. Я принюхался и уловил сладковатый приятный запах.

– Понятия не имею, – ответил я.

– Духами от Саши пахнет, – ответила Лине Аня, закинув на шею соломенного цвета косу.

– Ага, женскими, – продолжила за подружкой Настя. Сейчас начнётся стёб, что я девчачьими духами пользуюсь. Зашибись! Вот только ожидала меня участь гораздо суровее.

– У Сашеньки что, девушка появилась? – с издёвкой спросила Лину Аня.

– И Линочка об этом не в курсе? – с другой стороны к Линке подошла Настя. В голосах этого дуэта читалась даже не злоба. Ярость. Чистая, от которой хотелось забиться в уголок и не вылезать. Но больше всего меня пугало личико Линки. Несмотря на практически полное отсутствие пигментации, Лина была сейчас красной то ли от обиды, то ли от злости. Её красноватые голубые глаза смотрели прямо мне в душу, белые реснички часто-часто хлопали друг о дружку, в уголках глаз появились маленькие капельки. Лица Ани и Насти в противовес лицу Лины были чертовски довольными. На первый взгляд. Не знаю как, но я чувствовал, что внутри Ани начинается нешуточная буря. И взгляд её зелёных глаз метался от подруг ко мне, причём ничего хорошего во взгляде не было. Настя же улыбалась только уголками губ, нацепив абсолютно нейтральное лицо, и крутила в руках локон каштановых волос. Взгляд её карих глаз не бегал как у Ани, она просто уставилась в одну точку. Зато эмоции её бурлили со страшной силой, грозясь по интенсивности просто задавить несчастный плеск и Лининых эмоций, и Аниных.

Как сигнал к действию прозвучал хлопок двери в класс, которую с ноги открыл один из моих одноклассников. Лина первой оказалась около меня, схватила меня за воротник рубашки и дёрнула на себя, оторвав при этом верхнюю пуговицу. Аня и Настя впились в мои руки, Аня вообще умудрилась вогнать ногти в мою руку аж до крови. В этот же момент весь класс умолк, почуяв запах крови. Вроде как кто-то даже облизнулся.

– Сашенька, – ласково пропела справа Анечка.

– Дорогуша, – также ласково произнесла слева Настенька.

– Сука! – грубо воскликнула Лина.

– Что это за бессмертная тварь? – теперь и голосок Ани отдавал сталью.

– С таким дерьмовым вкусом на запахи? – продолжила за неё Настя.

– Отвечай! Живо! – из глаз Лины таки потекли слёзы. Примерно в этот момент я понял, что очень не хочу, чтобы ещё хоть одна слезинка показалась из Лининых глаз.

– Это духи моей сводной сестры, – честно ответил я, проклиная на чём свет стоит Марго.

– У тебя нету никакой сводной сестры, – Аня глубже впилась ногтями мне в руку. Она случаем не боится запачкать свою блузку в кровь?

– Вчера появилась. Батя мой таки нашёл новую даму сердца и через две недели они собираются пожениться.

– А у тебя фотки есть? – неожиданно спросила Настя. Блять! А просто на слово поверить мне никто не может? Спас меня звонок телефона. Номер неизвестный, но я всё же поднял.

– На громкую! – Лина так и не дождалась моих действий, и сама нажала на иконку громкой связи.

– Братик, домой будешь идти, возьми чего-нибудь сладенького, – это был голос Марго. Надо сказать, она очень своевременно мне позвонила. Особенно если учесть, что я не давал ей свой номер.

– Марго, откуда у тебя мой номер?

– Папа… Как же непривычно его так звать… Папа дал, – ответила Маргарита. Вместе с этим три девушки разом отпустили меня и теперь немного растерянно переглядывались.

– Ладно, возьму каких-нибудь конфет, – ответил я и нажал на иконку сброса.

***

Как же много у меня вопросов. Например, внезапно появившаяся способность читать эмоции, но это так, мелочь, а вот главное: что это, блять, была за истерика? И не менее важное: почему я всё ещё жив? Последний вопрос был не раз озвучен за перемену перед первым уроком моими одноклассниками, один даже додумался подойти и пощупать меня на предмет наличия пульса. Где он пульс собрался искать на плече я не уточнял, некогда было, когда останавливал кровь из разбитого носа такого заботливого одноклассника. Уроки проходили скучно и долго, учиться на них было совершено не вариантом, да и мысли снова почему-то блуждали вокруг моей сестры. Странное что-то со мной происходит после встречи с ней. Может стоит у Марго спросить? Ага, а она мне такая: "Да-да, конечно, сейчас всё братику по его состоянию в отношении меня объясню". Вот странно: я сейчас разрывался между двумя крайностями. С одной стороны, мне очень хотелось Марго, прямо вот настолько, что стоило мне просто подумать о чём-то, связанным с ней, как в штанах становилось до боли жарко и тесно. С другой стороны, я хотел защищать свою сводную сестру, чтобы она за мной была как за гермодверью от бункера. От кого защищать? Один хер разница, главное сам факт защиты. И если первая крайность была вполне понятна, мол Марго – девушка весьма привлекательная, то вот желание защитить казалось мне чужеродным, словно кто-то мне его в голову поставил на установку и накосячил с кнопкой "Завершить".

Вот в таких мысленных изысканиях и прошла первая половина дня, а за ней и вторая. На переменах ко мне делали попытки подойти Лина, Аня и Настя, но стоило мне заметить их потуги, как траектория движения девушек резко менялась. Одноклассники, помня разбитый нос игнорщика личного пространства, ко мне не лезли, учителя вели уроки чисто для галочки, мысленно уже бухая на выпускном и посылая самый тупой класс в школе куда угодно подальше от себя. В общем, сплошная рутина. Уже когда после последнего урока я вещи собирал, зевая от скуки и мысленно проклиная эти шесть часов, которые можно было использовать для куда как более полезных дел, Лина таки пересилила себя и подошла ко мне.

– Саш… – начала было она.

– Лин, я помню про день рождения, – я перебил её, показывая свою незаинтересованность данным вопросом. – Я даже уже подарок купил.

– Ой, да не стоило, – Лина чуть-чуть покраснела, обдав меня волной смущения и радости, будто бы я её сейчас не пытался завуалированно послать куда подальше. – Главное, чтобы ты пришёл.

– Ты так всем возможным гостям говоришь? – почему-то мне захотелось продолжить этот диалог. Меня вообще моя сегодняшняя противоречивость убивает.

– Нет, только тебе, – теперь щёки Лины уже по цвету были схожи с солнцем на флаге Японии. Даже мочки ушей девушки покраснели.

Следующим логичным вопросом был бы "А почему?", Но я его благоразумно не стал задавать. В какое-то мгновение я понял, что мы с Линой сейчас одни в классе, что она очень близко и смотрит только на меня, покраснев до состояния варёного рака. Наша стандартная беседа "Будешь на днюхе?" – "Да!" в какой-то момент превратилась в довольно интимный диалог. Лина, видимо тоже прочувствовав ситуацию, собралась было убежать, но я вовремя схватил её за руку, притянув к себе. Надо сказать что-нибудь крутое наверное? Ща рожу, подождите:

– Твои… – и откуда столько храбрости появилось в этой пытавшейся убежать девушке? Я говорить не успел начать, когда пальчик Лины коснулся моих губ, после чего девушка несмело сменила палец на свои губы. Руки сами собой обхватили талию Лины и прижали к себе, на что девушка ответила, положив свои руки мне на плечи.

Глава 2

Су-у-ука! Как же болит шея. Лину от поцелуя что-то разнесло. Девушка мёртвой хваткой вцепилась в меня, целовала мои губы, периодически прикусывая, и лишь пару минут спустя немного отстранилась, чтобы заглянуть мне в глаза, и снова по новой. В какой-то момент её губы стали осыпать всё моё лицо поцелуями, смещаясь куда-то вниз, её руки ухватились за мою рубашку и стали стягивать её. Казалось бы, мы в шаге от того, чтобы потрахаться прямо в классе, и я, чёрт побери, был не против, даже дал своим рукам возможность разгуляться и запустил их под юбку девушки.

Однако, всё прекратилось так же внезапно, как и началось. Линка, целовавшая меня в шею, решила, видимо, оставить засос, и хорошенько так укусила меня, аж до крови. Я в целом даже не пикнул, хотя было весьма болезненно, но вот девушка, почувствовав вкус крови, отскочила от меня как ошпаренная. Её взгляд сфокусировался на свежем следе укуса на моей шее, после чего Лина бросила очень быстрое «Прости!» и пулей выскочила из класса. Я тут же бросился в погоню, считая своим долгом успокоить девушку, но той уже след простыл. Ладно, двадцать первый век за окном, можно ведь и позвонить. Выбрал контакт, жмакнул на экран, слушаю гудки. Сбросила. Ещё раз проделал вышеописанные телодвижения – узнал, что абонент меня заблокировал. Чего блять?

Вот так и сорвался мой первый секс с девушкой, которая мне нравится. Иду теперь домой, почёсывая укус на шее, думаю, что пошло не так, накручиваю себя. К Лине у меня претензий не было, значит что-то не так сделал я. Вот только что?

– О, Санчик, – меня окликнули откуда-то сбоку, на что я машинально повернул голову, поморщившись от боли в шее.

В метрах десяти от меня в переулке были двое моих одноклассников. Маша, весьма симпатичная девушка с глуповатой улыбкой на лице, поправляла свою форму, которую, видимо, не так давно снимала. Рядом с ней шёл Игорь, высоченный парень, первый спортсмен нашего класса и вообще влажная фантазия многих девушек… был бы ей, если бы не слухи о том, что этот амбал успел совокупить не одну девчонку из нашей школы, и даже был замечен в различных барах города подкатывающим к девушкам. К слову, Игорь возился со своим ремнём и взглядом просил меня свалить из поля зрения. То есть в слухах есть доля правды.

– Са-а-анечка-а-а, – пропела Маша и в припрыжку двинулась ко мне, – а ты чего тут? Подглядываешь? Ай-яй-яй, а я Лине расскажу! Хе-хе-хе, – смеялась девушка, и мне её смех казался каким-то странным, будто нарик смеётся.

– Я домой шёл, – пожал я плечами. От глупых вопросов я решил воздержаться, ведь и слепому будет понятно, чем эти двое тут занимались.

– А давай с нами, – вдруг предложила Маша и для пущей аргументации распахнула рубашку, продемонстрировав полное отсутствие белья.

– Маш, отцепись ты от него, – на помощь моему отказу пришёл Игорь. – У Сани, уверен, есть и ДРУГИЕ ДЕЛА.

– Бу-бу-бу, – передразнила парня Маша и вновь посмотрела на меня. – Тогда звони, когда закончишь. Не парься, тебе понравится!

С этими словами девушка двинулась в противоположном от меня направлении. Мы с Игорем ещё пару секунд поиграли в гляделки, после чего он одними губами произнёс: «Даже не думай!» и пошёл за Машей.

***

Дома я оказался быстро. Вообще, стоило бы и задуматься о том, что я видел, но Лина всё не выходила из моей головы. Вот почему она ни с того ни с сего взяла и убежала? Нет, меня даже не то, что я так и не занялся с ней сексом, задевает, меня куда больше волнует её поведение. Всё же девушка меня так активно зазывает на свою днюху уж точно не чай пить, вполне возможно, именно там она и собирается меня завалить, но… Хрен знает, может она крови боится?

Что же касается Маши и Игоря, то связываться с этими двумя у меня нет никакого желания. С Игорем всё понятно, его образ жизни я не презираю и не поддерживаю, а вот с Машей… Да тоже всё понятно. Пропускает занятия, постоянно тусуется в странных компаниях, опять же, даёт всем подряд, что продемонстрировала недавно. Короче, шлюха она, и лезть к ней даже по приглашению я не хочу. Да, это стопудовый вариант, там обломится даже если мимо проходил, что я сегодня наглядно увидел, но чёрт побери, хрен её знает, кто в девушке побывал до меня и что в ней оставил. Бегать по венерологам мне что-то не улыбается.

В зале играл телевизор, и свою новообретённую сестричку я обнаружил развалившейся на диване перед ящиком. Вот не думал я, что ей будет настолько скучно, что девушка аж до телека дойдёт. Ящик показывал какой-то наш сериал про ментов с явно переигрывающими актёрами, но Марго смотрела на это с увлечением, и я решил её не дёргать. Просто сухо поздоровался и поплёлся в свою комнату, кинул пустую сумку в угол и включил компьютер, после чего рухнул на кровать, всё ещё катая в голове Лину и её спешный побег. Если честно, мне не хотелось ничего, ни общения, ни компьютера, вообще ничего. Без надежды вновь позвонил Лине и вновь услышал, что меня кинули в чёрный список. Бля, а на день рождения к этой игнорщице мне имеет смысл ехать? Или меня и оттуда попрут?

Рука нащупала старый скетчбук. Сколько я уже не рисовал? Год? Не, куда больше. Раньше я рисовал постоянно, мне нравилось придумывать миры, истории и рисовать сюжеты оттуда, или просто рисовал человечков, пока не закончится лист, как правило, тетрадный. Да, у меня были изрисованы абсолютно все тетради, учебники, любой предмет, состоящий из бумаги. Но это было раньше. Мама отбила желание рисовать напрочь. Не специально, на самом деле, она хотела как лучше и отправила меня на курсы рисования. Спустя год я возненавидел своё увлечение и зарёкся рисовать.

С тех пор я прикасался к карандашу очень редко, когда настроение было (или наоборот не было), и каждый раз получившееся художество мне не нравилось, отбивая этим желание рисовать ещё на несколько месяцев. Именно сейчас настроение было именно таким хреновым, поэтому я взял скетч, карандаш и стирку и принялся рисовать. Вот только я не знал, что хочу изобразить, поэтому доверил дело моим рукам, глубоко задумавшись.

Да бля! Какого чёрта эта невероятно привлекательная гопница в юбке свалила в такой важный момент? Ну покусала блин, с кем не бывает? В порно и не такое происходит, но никто же не сваливает со съёмочной площадки! Или всё же я что-то не то сделал? Ну потрогал за задницу, даже не лез никуда, просто на ягодицах руки подержал. Что с этой девчонкой не так? Ещё и Маша, шалава эта, так не вовремя со своими сиськами вылезла. Чёрт, а ведь грудь у неё красивая! Да и сама Маша считается чуть ли не первой красоткой школы, хотя и имеет несколько болезненный вид. Если бы она не была шлюхой, я бы… А, ну да, не была бы она шлюхой, предложения мне и не поступило бы.

Кому я вообще такой сдался? Лине что ли? Да она себе парня на раз-два найдёт, если захочет. А со мной она возится зачем? Из жалости может… Пффф! Да! Линка и жалость, держи карман шире. Может просто поиздеваться хочет? Обломать, как сегодня, только жёстче и на своей территории? Ну, это бы многое объяснило. Да даже Марго бы со мной не водилась, не была бы она моей сводной сестрой.

– Чё рисуешь? – у меня над плечом повисла голова любопытной девушки. – Ого, красивая какая. Это кто?

Я непонимающе посмотрел на Марго, потом опустил взгляд на скетч, на листе которого была нарисована девушка, отдалённо напоминающая Лину, только голая и с грудью Маши.

– Да так, – я вырвал лист и отправил его в мусорку под столом, – одноклассницу хотел нарисовать. Не получилась. Как там сериал?

– Скучный, – Марго с сожалением посмотрела на порванный лист с портретом Лины, после чего заглянула в мои глаза. – А где мои вкусняшки?

Сука, вот про просьбу Марго я и забыл. Придётся прогуляться до магазина. Известие о моей плохой памяти девушку не обрадовало, и она обиженно надулась. В прочем, мне действительно нужно было пополнить запасы провизии, так что пришлось проводить ревизию холодильника, попутно переодеваясь, чтобы понять, что съедобного нужно купить. Как оказалось, покупать нужно много чего.

Ближайший магазин был в полукилометре от дома, буквально десять минут неспешной ходьбы, или пять минут моего темпа. Очередь только не радовала, но да пёс с ней. Наушники в ушах позволяли и не такие вещи преодолевать. Правда, терминалы в магазине решили посбоить, поэтому каждый покупатель стоял довольно долго в ожидании подтверждения оплаты, из-за чего я проторчал в толпе недовольных и уставших после работы людей около часа. Зато купил для своей сестрички целое «сладкое комбо», что по заверению рекламы убьёт любого диабетика одним названием, да и себе огромную пачку чипсов взял, чтобы гамать веселее было. Нафиг мысли о Лине и её выходках, нафиг вообще мысли о женщинах! Я ещё на примере своей матери понял, что ничего хорошего от прекрасного пола ждать не приходится.

Настроившись на целый вечер непрерывного втыкания в комп, я, повеселевший под песню о Кадии, которая стоит, пришёл домой. Первым, что бросилось в глаза, была обувь в прихожей. Её было сильно больше, чем я оставлял час назад.

– О, а вот и младший добытчик вернулся! – из зала донёсся голос моего предка, разбивая все планы о беззаботном вечере. Появилась мысль оставить пакет в прихожей и убежать. Да, точно, это очень хорошая идея!

Воплотить которую мне не дали. В коридоре показалась женщина, по одному виду которой можно было безошибочно определить биологическую мать Марго. Те же черты лица, те же движения, только женщина была чуть выше и округлее в нужных местах, да и глаза у неё были не огненными, как у моей сводной сестры, а ярко-зелёные. Моя новоиспечённая мачеха неспешно подошла ко мне, улыбнулась и притянула к себе, задавшись, видимо, целью меня задушить, настолько крепки были её объятия.

– Мюр, дорогая, ты бы хоть уточнила, наш ли это мальчик, – из-за спины женщины раздался смех моего батька. – А вдруг это чужой ребёнок?

– И тебе привет, блудный отец, – еле выдавил из себя, ощущая острую нехватку воздуха в лёгких. – Какими судьбами заскочил?

– А нет, мой отпрыск, – хохотнул батя. – Знакомься, Сань, это твоя новая мама. С ней, как и с новой сестрой, нужно обращаться бережно, а то по гарантии обратно не примут.

– Денис! – шутливо возмутилась женщина, отпустив меня. – Какие у тебя злые шутки, ужас!

– Привыкайте, – я наконец смог дышать, чему был очень рад, – он – грандмастер «искромётного» юмора.

– Уж кто бы говорил, – хмыкнул отец. – Та-ак, а это что за трофей? Неужто Маргоша постаралась?

Я сначала не понял, о чём спрашивает батя, но боль в шее подсказала мне.

– Не, одноклассница, – отмахнулся я, машинально закрыв покусанную шею рукой.

– О как! Весь в отца, – довольно хмыкнул мой предок, а у меня аж зубы заскрипели от желания сказать в рифму. – А Маргаритка наша что-то недорабатывает. Ты её не обижаешь?

– Обижаю, – буркнул я, вспомнив, что хотел разуться.

– Точно весь в отца, – рассмеялась Мюриэль. – Что? В эту игру можно играть вдвоём, – хихикнула женщина на хмурый взгляд моего бати.

– Только играйте в игры для двоих не при людях, – отмахнулся я и прошёл мимо парочки в коридор.

В моей комнате обнаружилась Марго. Девушка сидела в углу моей кровати, прижав колени к подбородку с явно потерянным видом.

– Что, тоже сбежал от их сюсюканья? – моя сводная сестра перевела на меня взгляд. – Бесит смотреть, как к моей маме подкатывает какой-то мужик.

– Он скоро станет твоим отчимом, – заметил я, оставив «сладкое комбо» рядом с девушкой. – А я скоро стану твоим братом.

– Сводным, – буркнула Марго. – Бесит.

– Моё мнение в этом всём не учитывается, – вздохнул я, задетый словами девушки. – Я узнаю обо всём самым последним, и повлиять ни на что не могу. Ты, думаю, тоже, иначе бы не сидела тут и не жаловалась, что тебе не нравится будущая семья.

– Тебе не нравится? – Марго оторвала взгляд от предложенного угощения и посмотрела на меня. – Не хочешь со мной водиться?

Я… Я в ахуе с этой девицы. И с её логики тоже. Как у Марго может так резко меняться настроение? С утра она была через чур любвеобильной, потом устроила истерику, потом вроде успокоилась, чтобы снова на меня обидеться и сейчас готовиться к скандалу.

– Не знаю, – немного помедлив ответил я. – Я тебя не знаю, я твою маму не знаю, поэтому…

– Ну уж извини, – едко перебила меня Марго, – что у меня есть достоинство и я не прыгнула сразу же в твою койку! Хотя, я смотрю, девушка у тебя есть, а меня занятые парни не интересуют!

– Да при чём тут это? – прифигел с подобного расклада я. – Я тебя и не приглашал в свою койку, только поладить хотел…

– Ага, а утром меня взглядом раздевал тоже чтобы поладить? – выплюнула девушка и отвернулась. Сучка, вот теперь она меня реально бесит! Всё, что вы скажете, будет использоваться против вас, сука. Что она себе навыдумывала вообще? Кто я по её мнению?

Не желая и дальше спорить, я сел за комп и запустил игру. Всяко лучше, чем оправдываться перед этой стервой за то, чего не делал. За спиной раздалось недовольное сопение, после чего одеяло на моей кровати зашуршало, и донеслись звуки вскрываемой картонной коробки. Вот-вот, пусть лучше сладкого чего поест, авось подобреет… Или хотя бы заткнётся!

***

И да, Марго больше ни слова не проронила, я бы даже сказал, очень громко молчала. Девушка уселась на край кровати и с интересом наблюдала, как я играю, попутно уничтожая сладости нарочито громко. Зато из кухни доносились шум и веселье. Не знаю, что там батя со своей новой ещё-не-супругой делал, но им было явно весело, не то, что у нас тут. Марго всеми способами пыталась привлечь моё внимание, чем сильно отвлекала. Да чёрт бы с этим, но я понять не мог, для чего. Продолжить тупой спор? Или всё же извиниться?

Точкой кипения стал момент, когда моей шеи коснулась рука девушки. Я рефлекторно схватил её, возможно, чуть сильнее, чем нужно было, и развернулся. Марго выглядела растерянно и виновато, что аж хотелось её обнять и успокоить, чего я делать конечно же не стал. Какой смысл, если эта чертовка умудряется парой слов перечеркнуть всё, что я для неё делаю?

– Больно, – испуганно прошептала Марго, и я её отпустил. Девушка тут же схватила мою руку обратно, – Нет, в смысле, тебе больно?

– Уже нет, – почти не соврал я, не понимая, зачем эта стерва схватила меня за руку.

– Прости, – тихо пробубнила девушка и посмотрела на меня. Я не ответил, пытаясь понять, за что Марго извиняется. – Я говорю, прости! – уже громче повторила девушка. – Я… я, конечно, никогда не мечтала о брате, но… Хватит на меня так смотреть!

Бросив последнюю фразу Марго схватила почти пустую коробку со сладостями и выскочила из моей комнаты, громко хлопнув дверью. Как? Как я смотрел на неё? И что это за неловкое извинение, будто мы из-за херни какой-то поссорились? И что за мысль девушка так и не закончила?

Обдумать вышеуказанные вопросы мне не дали. На смену Марго в комнату вошла её старшая версия, судя по походке, неплохо налакавшаяся. Мюриэль прошла, шатаясь, по моей комнате и уселась на кровать, аккурат туда, где до этого сидела её дочь.

– Сложный у неё характер, – зачем-то сообщала мне неактуальную информацию женщина, после чего наклонилась ко мне и потрепала по щеке, – а ты молодец, хороший мальчик. Не обижай мою Маргошу только, а то она очень ранимая. Ей нужно немного времени, чтобы к тебе привыкнуть. Так что это… потерпи чуть-чуть. И не обижай.

Женщина потрепала меня по голове и пошла обратно к двери, напевая что-то. В дверном проёме её встретил мой батя, приобнял, чмокнув женщину в губы, и шлепком по попе отправил обратно на кухню, после чего опёрся на дверной косяк, глядя в монитор.

– Новая игра? Не видел раньше, – кивнул батя на экран.

– Полгода как вышла, – пожал я плечами. – Да и когда тебе было её видеть?

– Ну да, дома то я не ночевал уже… сколько?

– Я, по-твоему, считаю?

– Ага, вот примерно столько, – усмехнулся отец. – Смотрю, ты тут не одичал ещё без родительского присмотра. Это хорошо, – батя закрыл дверь и уселся на кровать. – Давай поговорим, как мужик с мужиком. Куришь?

– Нет, – покачал я головой. – Не понравилось.

– Пьёшь? – хмыкнул батя.

– Да мне не с кем, – улыбнулся я. – А одному как-то не весело.

– М-м-м… Наркотики? – уже в шутку спросил отец.

– Я похож на наркомана? – у меня дёрнулся глаз.

– Угу, хорошо, – кивнул старик. – Так, стандартная родительская проверка завершена. А нет, стоп. Предохраняешься хоть?

– Бать, ты на приколе? – уголки моих губ поползли вверх. – Мне бы период с поцелуями пройти, а то девчонка вон укусила сегодня и убежала.

– Бабы, – понимающе покивал папа, – они такие. Не парься, завтра будет мила и покорна.

– Она меня заблокировала, – возразил я.

– Это нормально, – отмахнулся старик. – Слушай, девушки, конечно, это хорошо, но смотри за их окружением. Сейчас в городе появился новый наркотик, что полиция за голову хватается. Мне же не надо объяснять, что их принимать опасно? Вот. А этот ещё и очень опасен. Мне друг по секрету рассказал, что новый наркотик уже при втором-третьем употреблении сердце останавливает.

– Бред, – хмыкнул я. – Как его распространять, если клиенты умирают?

– Понятия не имею, – пожал плечами батёк. – Короче, ничего порошкообразного в рот не суй. И в нос. И в…

– Я понял, – остановил я перечисление отверстий организма.

– Славно, – кивнул старик. – Марго в комнате заперлась, так что чмокни её от меня, когда покажется. Поедем мы. Дел ещё моё почтение, а мы тут с вечера пораньше бухаем. Давай, солдат, не скучай. Кстати, как тебе Мюр?

– Красивая, но… я не знаю, мы парой слов перекинулись. Что из этого понять? – я пожал плечами.

– А Маргоша?

– Характер у неё сложный… Но в целом она прикольная.

– Тогда не упускай шанс, – рассмеялся батя. – Таких девчонок частенько затягивают в сомнительные компании, так что постарайся с ней сблизиться. Вот теперь точно отчаливаю.

Папа махнул рукой и вышел из комнаты. Спустя минут пять в квартире стало тихо, и я смог расслышать редкие всхлипы из спальни Марго. Вчера я бы отправился её успокаивать. Сегодня… Тоже пойду. Всё же это не дело вот так сидеть и ничего не делать, когда за стенкой плачет девушка.

Я вышел из своей комнаты, окинул взглядом кухню, в которой после наших с Марго родителей нужно снова наводить чистоту, тяжело вздохнул и направился к двери в комнату девушки. Немного помедлив, я постучал в дверь, после чего дёрнул за ручку. Вопреки словам моего бати, дверь распахнулась. Марго валялась на кровати в абсолютной темноте и пялилась в потолок, прикрыв мокрые глаза рукой.

– Не знаю, как ты, – произнёс я, не решившись зайти, – но я был бы рад, появись у меня сестра.

***

Утром было пасмурно, и Марго решила включить солнышко в связи с этим. Всё же ей было интересно, каким образом у меня на шее появился засос, и она выспрашивала всеми правдами и неправдами о моей девушке. Даже тот проклятый рисунок вспомнила, который, к слову, пропал из мусорки. Из-за любопытства девушки я снова сильно опаздывал, но, благо, ноги у меня быстрые, так что успел я зайти в класс за десять минут до звонка.

Стоило мне приземлить свою пятую точку на стул, как мою парту окружили Аня и Настя. Им тоже было очень интересно, откуда у меня засос, а ещё они спрашивали, понравилась ли мне грудь Маши. В общем, у меня сложилось впечатление, что эти двое сталкерят меня, что я и озвучил. Спесь девочек тут же поубавилась, и те быстро отвалили, правда, одиночество моё долго не продлилось. К моей парте подошёл Игорь.

– Сань, надо побазарить. Дело серьёзное, так что задержись после уроков, – бросил парень и намерился свалить, когда его перехватила Лина. Не знаю, насколько слова моего предка правдивы, но милоты и покорности в девушке не чувствовалось ни на грамм.

– Хули надо? – Лина была раза в два меньше Игоря, но именно она казалась крупнее опешившего парня.

– Ниху… Ничего мне от тебя не надо, Кроули, – попытался свалить Игорёк. Впрочем, он и свалил, под испепеляющий взгляд Лины. Да, у этой девушки офигеть какая крутая фамилия – Кроули. Я со своей тихо завидую. А про нрав вообще молчу – такая горящего коня на скаку оседлает и избу к херам снесёт.

Лина повернулась ко мне, и весь её гнев из взгляда улетучился. Она пару секунд неловко постояла рядом, после чего убежала на своё место. Ладно, в словах моего старика есть доля правды. Слава богу, больше меня никто доставать не стал, и уроки я отсидел относительно спокойно, только заметил, что Маши на занятиях снова не было. Впрочем, это лишь наблюдение. К слову, сегодня ведь пятница! Значит я смогу беззаботно заниматься ничегонеделаньем весь сегодняшний вечер, завтрашний день…

– Так, ребята, директор объявил, что завтра наш класс учится! – угробила наша староста всё моё приподнятое настроение. – Кто не придёт… Короче, плохо тому на экзаменах будет.

– Ага, и в понедельник конечно нам тоже идти в школу? – спросил я, хотя прекрасно знал ответ. – А отдыхать когда?

– А ты, Трестин, сильно устаёшь? – вспылила староста. – Работаешь где? Или может…

– Ир, при всём уважении, которого нет, тебя ебать не должно, где и что я делаю, – максимально серьёзно ответил я, чем заслужил аплодисменты одноклассников.

– Сань, а ты не попутал ничего? – а вот Ирке моя реплика не зашла, и девушка угрожающе двинулась ко мне с целью, видимо, приложить моё лицо о парту пару раз. Ща-ща-ща, секунду… О, вот оно.

– Ну и хули ты собралась делать? – между мной и Ирой материализовалась Лина, и судя по её взгляду, Ира уже заочно потеряла половину зубов.

– Ц! – громко цыкнула староста. – Ссыкло! Моя задача вам сказать, что завтра будет учёба. Чё вы на меня набросились? – и девушка прошла мимо Лины, бросив на меня угрожающий взгляд. Да-да, боюсь-боюсь. Стерва, чтоб её.

Ира Шурина, наша староста, была капец какой правильной девчонкой. Если сидела, то по ней можно было прямые углы отмерять, одевалась под линеечку, ходила шагами исключительно шириной в метр. Её по приколу я называл «Эталон», только не красоты, впрочем, эта кличка не прижилась, и наши одноклассники чуть поправили её, назвав Ирку в итоге «Этанол». Староста наша внимание на такое уже не обращала, что удивительно с её боевым характером. Да, у нас в классе что ни девка, то морды бьёт, за редкими исключениями.

– Ты куда собрался? – Лина резко повернулась ко мне, заметив, как я встал из-за парты. Странный вопрос в конце учебного дня, но стоит отдать Линке должное – я действительно собирался идти не домой.

– Бессмертия поел, – хмыкнул я. – Схожу к директору с вопросом «С хуя ли?».

Вот тут одноклассники не только стали аплодировать, но и хлопать меня по плечам и спине, выражая свою поддержку, которая закончилась ровно на пороге класса. Идти со мной к директору никто не решился, всё же мужик он был суровый. Что не отменяет того факта, что мои одноклассники на деле были редкостными ссыкунами.

– Хрыч у себя? – я без стука вошёл в кабинет секретарши, за спиной которой и была интересующая меня дверь.

– Молодой человек, проявите уважение! – возмутилась женщина в годах в деловом костюме. – Это же директор.

– Да-да, увижу, поцелую его в задницу, – отмахнулся я, открывая следующую дверь. – О, Виктор Генадич, добрый день. Ваша секретарша просила вам…

– Я слышал, Трестин, благо слух у меня ещё присутствует, – хмуро перебил меня директор.

Без пяти минут старик с отстойным характером, к тому же упрямый и местами откровенно тупой. И это не только моё мнение. Мужик вообще редко находился на одной волне с учениками, но был свято уверен, что он у нас круче короля, и мы ему все должны по факту нахождения в этой убогой школке.

– Отлично, значит и мне не придётся повторять вопрос, – улыбнулся я и опёрся на директорский стол. – Пока спрошу цензурно и без наездов: по какой причине я должен гробить свой выходной и с утра пораньше переться в школу? Если это приказ свыше, то я хотел бы на него посмотреть.

– Во-первых, Александр, смените тон, – директор понемногу закипал от моего наезда. – У нас разница в возрасте почти в треть века. Во-вторых, Я решил, что ваш класс недостаточно хорошо готовится к предстоящим экзаменам, поэтому…

– Поэтому, – продолжил я за стариком, – ВЫ решил, что я должен резко забить на все свои дела и планы и припереться в неучебный день, чтобы… чтобы что? Учиться? Сдавать что-то? Вам не кажется это немного… глупым? Что сказали учителя, которых вы собираетесь пригнать в выходной на работу?

Я уже откровенно выкидывал козыри. Всё же спор с директором – авантюра та ещё, он может просто авторитетом и должностью задавить, а я всё же хотел избежать этого.

– Это не ваше дело, Трестин, – в голосе Виктора Генадича уже прослеживалась злоба. – Учителя осведомлены, не волнуйтесь. А дополнительный учебный день мне закрепить в администрации ничего не стоит.

– Ага, особенно бухгалтера счастливы будут, – продолжал я. – Ведь это дополнительные повышения зарплат преподавателям, плюс поварам, ведь не голодным же нам сидеть учебный день…

– Трестин! – директор вскочил и ударил по столу ладонью. – Завтра. Вы. Учитесь. ТОЧКА. А теперь вон из моего кабинета, засранец!

– Тогда не удивляйтесь, если меня и ещё половины класса завтра не окажется в школе, – выплюнул я, выходя из кабинета, напоследок хлопнув дверью.

Сука, не проканало. Впрочем, я и не сильно рассчитывал на успех. Вот удивительные люди, мать их – учат нас быть взрослыми, но бесятся, когда ведёшь себя с ними как взрослый. Ну ничего, я ещё могу саботировать это мероприятие. Может показаться, что я неоправданно рискую, мол вот я, обычный ученик, а иду против целого (указательный пальчик повыше-повыше) директора. Да только это уже дело принципа. Этот урод нас за людей не считает, постоянно выкидывает что-то тупорылое, типа колонка колов в журнал за непослушание или тому подобного. Из-за этого маразматика посыпался не один аттестат, и я уже просто не выдержал. В конце концов, я, может, и раздолбай, но всё же умный, и мой реальный балл без выкрунтасов директора был бы в отметке «почти отлично», но из-за этого хрыча с оценками у меня беда. Да и не только с ними, если подумать. Не только же оценки школа выдаёт, так?

В кармане пиликнул телефон, извещая о полученном сообщении. «Завтра. После уроков. Мужская раздевалка в спортзале. Приходи один, если не трус» звучало послание от Иры. Да-да, «приходи один, мы тоже одни придём».

– Так, народ, у меня две новости, – я вошёл в класс, обращая на себя внимание людей, что остались ждать результаты моих переговоров. – Первое – я снова посрался с директором. Да, да, спасибо, – я стал театрально кланяться, – я знал, что я великолепен. Второе – никаких бумажек, в которых написано, что мы завтра ОБЯЗАНЫ быть, нет, так что предлагаю забить болт на хотелки дирика. Кто за?

К моему неудовольствию, поддержали меня человек пять, даже Лина и та руку не подняла, чем заработала жирный минус в моих глазах. Сука, тут ведь работает золотое правило: если прогуливать занятия, то всем вместе. Но не буду же я это разжёвывать, верно? Вашу мать, и те, что подняли руки, стали их опускать, увидев, что меня никто не поддерживает, ссыкуны, мать их. А я ведь так надеялся на наш хулиганский дух. Получается, единственный панк в классе – это я. Прискорбно. Если эти все собираются идти, то и мне придётся половину субботы угробить.

Народ стал расходиться, а я остался сидеть. Любопытно было, что же Игорь от меня хочет. Одной их последних вышла Лина, бросив в мою сторону странный взгляд. Если подумать, она со мной ещё и разговаривать перестала, даже с днём рождения своим не доставала. Что не так с этой девчонкой?

Наконец в классе остались только я и Игорь. Парень зачем-то делал вид, что дремал, сидя за партой и скрестив руки на груди. Понятия не имею, что он пытался изобразить, но я хотел поскорее свалить домой и насладиться пятничным вечером.

– Я, короче, по поводу Маши, – начал Игорёк, оставаясь за партой. Ещё бы газетой лицо закрыл, конспирант хренов!

– И чё с ней? – без особого интереса осведомился я. Ну не попросил же меня Игорь задержаться, чтобы душу излить, правда?

– Да бля… Она вообще-то норм девчонка, – замялся парень. – Но у неё там есть кое-какие проблемки…

– Игорь, твою мать, – рыкнул я (да, я сегодня совсем бесстрашный, с директором посрался, на парня, крупнее меня раза в полтора, залупаюсь), – ближе к делу! Мне не интересно, какая Маша и какие у неё проблемы.

– Санёк, – Игорь приподнялся с места и хрустнул шеей, – не наглей. Я ведь и лицо твоё побить могу.

– Смотри, не пожалей после, – отмахнулся я. Может Игорёк и был крупнее меня, но вот в том, что я смогу ему сделать по-настоящему больно, мы оба знали. – Говори, чё хотел, и я пошёл.

– Машка мне по секрету рассказала, – стушевался парень, – что втюрилась в тебя. Прям совсем. Говорит, парень ты нормальный, да и как человек ей нравишься.

– Ага, но поёбываешь её ты, – заметил я, ухватившись за лямку рюкзака.

– Слушай, Сань, – Игорь подскочил, видя, что я собираюсь свалить, – просто погнали я тебя отведу к Маше, и ты сам всё увидишь. У неё реально всё плохо.

– Маша ошиблась, – вздохнул я. – Я НЕ норм парень и как человек тоже такой себе. У твоей бабы проблемы – ты их и решай. До завтра.

Глава 3

Есть такой жанр в японской эротике – неторара (NTR, netorare). Суть в том, что героиня в произведениях с таким жанром изменяет своему парню. Как по мне, омерзительный жанр, но японцы такое очень любят. Ещё и главный герой, как правило, это именно тот, кому изменяют, так что, если кто-то во время чтения или просмотра автоматом ставит себя на место главного героя – крепитесь. Японцы вообще любят возводить ситуации в абсурдную степень, так что девушки в нетораре дают вообще всем, кроме своего парня (за редкими исключениями). Естественно, ещё и поджанры решают, и вместо девушки может оказаться даже родная мать гг (с которой тот в пятидесяти процентах случаев тоже переспит), но суть не в этом. Суть в том, что это омерзительно. И именно во что-то подобное решил втянуть меня Игорёк, но… я с Машей даже не общаюсь, так что какое мне дело, по ком она сохнет? И всё равно ситуация меня задела. Потому что по мне эта шлюха и сохнет.

Вернувшись домой, я первым делом с размаха отправил свой вечно пустой рюкзак в стену. Тот с неестественным грохотом впечатался в препятствие и комично съехал по стене на пол. Только после этого я вспомнил, что теперь живу не один. Естественно, на звуки грохота прибежала Марго, которая с каждым днём, видимо, всё сильнее чувствовала себя в этой квартире как дома. Девушка была одета в длинную майку, которая аж до бёдер доходила, и в синие трусики. По-хорошему, стоило бы задержать взгляд на тонкой ткани, что отчётливо обрисовывала контуры зоны бикини девушки, но я не стал. Настроения не было.

– Саш, что случилось? – чуть растерянно поинтересовалась Марго, наклонившись к мне.

– Тяжёлый день, – вздохнул я и принялся разуваться. – Ты сама как тут? Всё скучаешь?

– Вещи раскладывала, – совсем растерялась девушка, не поймав на себе ни одного моего взгляда. – Шкаф великоват. Разложила весь чемодан, а он всё равно какой-то пустой.

– Не думаю, что эта проблема, – усмехнулся я. – Ты же когда-нибудь выберешься в магазин, правильно?

– Одна не пойду, – надулась Марго, оставляя очень толстый, я бы сказал, жирный намёк. – А почему ты отказался помочь той девочке?

Я на секунду задумался, собирая свои мысли в кучу, чтобы дать развёрнутый и лишённый негатива ответ, но тут до меня кое-что дошло.

– А откуда ты знаешь, что меня кто-то о чём-то просил, и я отказал? – спросил я, уставившись на Марго. К горлу подступил ком от осознания единственного логичного варианта. – Только не говори мне, что Игорь и с тобой переспал… Хотя да, почему и нет. Это он тебе наябедничал?

– Я не… – Марго совсем растерялась, после чего её губы задрожали, а глаза прищурились. – Да как ты… Урод! – девушка круто развернулась и очень громко убежала в комнату, напоследок хлопнув дверью.

Я посмотрел ей в след и поплёлся в свою комнату, где обессиленный рухнул на кровать. Сука! Решил помочь классу избежать завтрашней головомойки – хер! Решил не встревать между Игорем и Машей – ХЕР! С Линой помириться – ДВА ХЕРА! Ещё и осознание, что Марго трахал Игорь было хорошей такой пощёчиной, что аж выть хотелось. Нет, я не считал Марго своей женщиной или что она должна ходить нетронутой, пока за ней костлявая не придёт. Но вашу мать! Игорь?! Из всего множества вариантов – ИГОРЬ! Игорь, сука, наверное, самый дерьмовый вариант, чтобы присесть к нему на хер! Мне было больно просто осознавать, что чел, у которого серого вещества в башке хватает исключительно на поступательные движения бёдрами, трахает классных девчонок пачками, когда я с одной помириться не могу, при том, что мы даже не ссорились. Что дальше? Окажется, что Лина тоже имела с Игорьком тесный контакт? Ещё и его просьбы о помощи бесили. Будь расклад самую малость иной, я бы согласился помочь. Может быть, мне же даже суть проблемы не описали. Но нет, главный альфа-самец нашего класса решил попросить о помощи со своей пассией меня.

Дверь соседней комнаты с грохотом распахнулась, послышался громкий топот в коридоре, после чего дверь уже в мою комнату так же громко открылась. На пороге стояла красная от злости Марго, а в её глазах плясал огонь.

– Чтоб ты знал, – громко прошипела девушка, – я всё ещё девственница! – после этих слов в мою сторону полетел скомканный кусочек ткани, а девушка вернулась в свою комнату, громко хлопнув дверью.

Я поднял брошенный комок. Синие трусики, ещё теплые. И зачем? Они мне что-то докажут? А мне нужно было доказательство, что Марго девственница? Как оказалось, нужно было, и да, это оказалось весомым аргументом. На душе резко полегчало. Может имеет смысл пойти извиниться? Нет, точно нет. Может Марго и убедила меня, что не спала с Игорем, но вот факт того, что она с ним знакома, оставался. Иначе девушка ну никак не могла узнать, о чём меня этот альфач просил.

***

Чтобы отвлечься от идиотских мыслей, я вышел на улицу. Решил немного прогуляться и развеяться. Изначально, я хотел ещё и Марго позвать, а то она дома безвылазно сидит, но передумал. Уроды так не делают, а я же урод. Ещё и злопамятный. Наша ссора могла сойти на нет путём самого простого диалога, но вместо этого на меня наорали и бросили трусами.

Пока прогуливался по району, набрал Лину. Очень хотелось хотя бы услышать её голос, даже если и с ней мы бы в итоге поссорились. Но вместо голоса Линки мне вновь отвечал безжизненный голос теле-бабы, оповещающий, что я по-прежнему в чёрном списке. В голову закралась тупорылая идея подцепить какую-нибудь девчонку, чтобы позлить эту белобрысую игнорщицу. Нет, от этого я тоже отказался, хотя прямо мне на встречу шла некая очаровательная низенькая рыжуля в очках, по щекам которой текли слёзы. Лёгкая добыча. Вовремя вспомнились наставления моего бати. Первое – если мне хреново, нельзя делать хреново окружающим, ведь окружающие, если им хорошо, могут мне помочь. Второе – никогда не пользоваться временными слабостями девушек, чтобы расположить их к себе, это бесчестно. Третье – если ты чувствуешь, что можешь облегчить чьи-то страдания – действуй, ведь мы все часть одного социума. Согласен, несколько нестандартные советы для того, чтобы быть успешным у женщин.

– Девушка, что случилось? – я остановился перед рыжей, и та, не сразу среагировав, чуть не врезалась в меня.

– Ни-ничего, – испуганно проблеяла девушка и попробовала меня обойти. – Всё хорошо.

– Разве вы не знаете, юная леди, что врать плохо? – надавил я. Если и сейчас откажется от помощи, то я отвалю.

– Я… – рыжуля громко шмыгнула. – Я не здешняя, понимаете. Меня сюда друзья привезли и… и бросили, телефон разрядился, а я даже не знаю где я, и как мне домой попасть.

А господи, всего-то… Я уже решил, что её парень бросил, или что похуже.

– Разве это проблема? – улыбнулся я. – Я могу вам помочь, назовите только адрес.

– Это в другом конце города, – ещё раз шмыгнула девушка, – и… и у меня совсем нет денег, чтобы добраться.

Это уже посложнее. Нет, денег на проезд я дать могу, проблема не в этом. Просто тут может оказаться, что совсем не в возвращении домой дело, а просто особа вышла на улицу срубить деньжат с сердобольных дурачков. Впрочем, это тоже легко проверяется.

– Без проблем, я могу заказать вам такси, – предложил я, внимательно наблюдая за реакцией девушки.

– Т-такси? – рыжуля похлопала глазами, после чего задумалась. – Знаете, э-это же дорого. Мне не ловко просить о таком незнакомца…

Нет, девочка чиста. У мошенников несколько иная риторика. Те предложат вариант, в котором деньги попадают непосредственно им в руки, а эта почти согласилась на моё предложение.

– Не стоит, – отмахнулся я и достал телефон. – Мне не сложно помочь человеку в беде. Если не вызову вам такси, то буду всю ночь переживать, на какой именно лавочке вы будете ночевать. Давайте адрес.

Девушка заметно повеселела. Она назвала улицу и номер дома, после чего мило покраснела и уставилась на свои сандалики. Я тем временем вызвал машину и ждал рядом с девушкой, периодически поглядывая на это милое чудо рядом.

– Через минуту машина подъедет, – произнёс я, глядя в сторону дороги. – Постарайтесь больше не теряться, юная леди, ведь не всегда я смогу оказаться рядом, чтобы помочь.

– Спасибо, – девушка ещё больше покраснела и подняла на меня взгляд. – М-меня Елизавета зовут. Можете дать ваши контакты? Я-я всё отдам, когда смогу, честно-честно.

– Александр, – представился я. – Александр Трестин. Вот мой номер, – я протянул девушке телефон с цифрами на экране. Та несколько секунд всматривалась, шевеля губами, запоминая мой номер.

– Запомнила, – кивнула Лиза и побежала к только приехавшей машине такси. – Спасибо в-вам, Александр!

– Не за что, – махнул я рукой, наблюдая, как девушка села в такси и машина тронулась с места. – Ну что за прелесть, – вслух подумал я. – Даже жалко, что она живёт не здесь. В нашем районе таких милых девушек не найти – их стервы заживо съедают.

Настроение поползло в отметку «хорошо», а я продолжил свою прогулку. В то, что эта Елизавета мне наберёт когда-нибудь, я не верил, но просто от понимания, что я смог помочь кому-то, на душе стало легче. Ага, легче… Сука… Я снова достал из кармана телефон.

***

– Сань, я даже не знаю, как тебя отблагодарить, – неверяще сообщил мне Игорь.

– Я ещё не помог, чтобы меня благодарить, – отмахнулся я. – Ты мне объяснишь, в чём проблема?

– Лучше сам посмотри, – парень открыл дверь в квартиру и пропустил меня вперёд.

Внутри было тихо и капец как неуютно. В прихожей стояло несколько пакетов с мусором, обувь валялась абы как, вешалки были пусты, а вся одежда с них кучкой ютилась на столике. Я включил свет и тут же выключил, когда лампочка устроила рай для эпилептиков. Игорь едва протиснулся между мной и столиком и поманил меня за собой в зал. Я пошёл следом, подмечая всё больше признаков запустения: пыль на поверхностях, беспорядок, паутина (тоже с пылью), ободранные обои и виды видавший линолеум.

В зале было светло только из-за солнечного света, что едва пробивался через плотные шторы. Посреди комнаты на полу валялась Маша. Абсолютно голая, неестественно бледная девушка лежала на спине, широко раскинув руки и ноги, и пялилась в потолок, пуская слюни изо рта. Вокруг девушки валялись скомканные салфетки, обрывки одноразовых пакетиков и одежда.

Я на мгновение прислушался, стараясь уловить дыхание или сердцебиение девушки, уж больно она на труп была похожа. Маша дышала, но очень редко, её немаленькая грудь едва заметно вздымалась, а руки дрожали, будто у девушки был тремор. Ситуация явно попахивала говнецом, и я уже пожалел, что согласился помочь.

– И такая она с самого утра, – растерянно сказал Игорь. – Втянула своей дури и валяется. А ведь обещала бросить.

– С иглы слезть трудно, – пожал я плечами. – А от меня ты что хочешь? Я лечить нариков от зависимости не умею. Машу бы в клинику отвести…

– Не надо! – Игорёк аж подпрыгнул. – Сань, сам подумай… В больничке сразу же мусарню вызовут, Машку ещё и загребут… Я сейчас сам пытаюсь ей помочь. Я не даю ей ширяться на постоянке и увеличиваю периоды между дозами.

– Ага, – я повернулся к парню и посмотрел на него так, что он аж скривился, – то есть ты помогаешь Маше слезть с иглы тем, что даёшь ей дозу, когда ей станет совсем невмоготу. Игорь, бля…

– Слушай, может ты с Линой поговоришь? – перебил меня Игорёк. – У неё батя – крутой врач, может он помочь сможет? Типа по-дружески? Чтобы это не попало к мусорам?

Я не отрывал взгляд от парня и рассуждал. Точнее, мне всё стало понятно, когда Игорь резко заговорил про полицию. Боится ли парень за Машу? Очень сомневаюсь, скорее всего, он бы и не подумал пытаться ей помочь, если бы девушка хотя бы выглядела здоровой. Сейчас, когда Маша валялась голой на полу, я мог точно сказать, что раньше она была полнее. Не в плане толстой она была, а в плане, что сейчас девушка болезненно худая. Так сильно себя даже анорексички не запускают. К тому же она бледнее Лины, а Линка, между прочим, альбинос. Просто чудо, что грудь у девушки не убавила в размере и форме, поэтому я ничего не заподозрил вчера.

Что же я понял про парня? Тут всё просто – Игорь либо способствовал тому, что у Маши постоянно есть новая доза, либо, что куда вероятнее, парень сам её на наркотики и подсадил. В конце концов, трахнуть девушку, когда она смотрит мультики при взгляде на потолок, куда проще. Я не утверждаю, что Игорь вот прямо такой злой, ведь Маша могла подсесть на ширево и в какой-нибудь компании, да вообще где угодно. Но то, что Игорь причастен, я не сомневался, потому парень так срётся, когда речь заходит о вмешательстве полиции.

– Во-первых, я не знаю Лининого отца, и не факт, что он может помочь Маше, – я перевёл взгляд на девушку. – Во-вторых, я не в тех отношениях с Линой, когда можно просить о чём-то подобном. В-третьих, даже если Лина согласится, и Линин отец согласится, он отправит Машу именно в государственную клинику. В-четвёртых, – я сделал небольшую паузу и подмигнул Игорю, – а чего тебе бояться? Ты ведь не причастен к тому, что Маша ширяется, правда? Давал дозу? Потому что хотел помочь. Ты ведь не знал, что делать и боялся за неё.

– Сань… – Игорь растерянно сделал шаг в мою сторону.

– Не впутывай меня в это, кретин, – отчеканил я, заставив Игорька отойти, – иначе тебе не понравится. Хочешь помочь Маше? Ты знаешь номер скорой помощи. Не отправишь её лечиться ты – это сделаю я. Чао.

Я двинулся в прихожую мимо парня, и тот сделал ровно то, что я ожидал – без предупреждения попытался ударить меня. Я еле успел закрыть голову руками, после чего бросился на Игоря и сбил его с ног. Бить лежачего не стал, а Игорёк не спешил подниматься, приняв позу эмбриона и закрыв голову руками, ожидая, что я начну бить его ногами. Да, Игорь был меня крупнее и сильнее, но удар у него поставлен не был, так что я отделался синяком на предплечье, к тому же он был напуган и не знал, что во время удара нужно устойчиво стоять на ногах, поэтому я и смог его уронить.

– С-Саша? – за моей спиной донёсся голос Маши, после чего девушка, судя по звукам, решила подняться. – Ты… Ты пришёл по моему приглашению? Подожди, я сейчас красоту поправлю, – и девушка на четвереньках поползла в сторону ванной.

– Маш, слазила бы ты с этой херни, – бросил я в сторону девушки и потопал на выход из квартиры. – Такие девушки у меня вызывают только жалость.

На лестничной площадке я вдруг осознал, что в квартире Маши стояла ненавязчивая вонь. Такая, которую можно заметить, только когда она прекратится. Про свежий воздух на лестнице думать не приходилось – нос резал запах сигаретного дыма и сырости. Представить сложно, сколько уже Маша в таком состоянии. И ведь когда девушка появляется в классе, разве что её худоба могла намекнуть, что моя одноклассница наркоманка. Я покрутил в руках телефон. Дам Игорю шанс, хотя мне этого совсем не хотелось. Увы, если проскочит информация, что из-за меня Игоря загребут в обезьянник, то ярлык стукача для меня будет обеспечен, что поставит крест на моём существовании в нынешнем обществе сверстников.

***

Дома было тихо. Часы показывали половину девятого вечера, так что очень вряд ли моя сводная сестрёнка решила лечь спать, а значит, девушка всё ещё обижалась. Я разулся и осторожно постучал в дверь её комнаты. Ответом мне было недовольное сопение.

– Марго, – позвал я, не надеясь на ответ, – ты прости меня… Игорь такой гнидой оказался, что… В общем, прости, я действительно херню сморозил.

Ответ был – его отсутствие. Кто был не удивлён? Я. Девушка имела право обижаться, хотя вопрос, касательно её странной осведомлённости, ещё стоял. Чёрт её знает, как девушка узнала о просьбе Игоря, но да пофиг. Потом спрошу, если не забуду.

Войдя в комнату, стащил с себя пропахшую потом от бега майку. Решил по дороге домой пробежку устроить, а то я как-то забил на тренировки. Не то, чтобы я был спортсменом, совсем нет, но батя мой как-то вбил в меня, что за собой нужно следить. Он вообще в моём возрасте в зал ходил железо таскать, а я так, по мелочи занимался: упражнения, бег, турники, и то иногда.

Сходил в душ, чтобы смыть с себя пот и уличную пыль, после чего упал на кровать в моей комнате. Снова странная не то апатия, не то лень, когда даже игру на компе запустить влом. Может прикупить себе игровой ноутбук? Чтобы играть, не вылезая из койки? Не, тогда я совсем на движение забью. Под рукой оказался скетчбук, в котором я вчера рисовал Лину. Догадываюсь, что рисунок из мусорки скомуниздила Марго – очень тот ей понравился, поэтому в голову быстро пришла мысль о примирительном подарке. Однако пришлось снова сесть за стол, потому как рисовать лёжа дико неудобно.

Не повезло Марго со мной. Я может быть и пытался быть учтивым джентльменом, но периодически мой характер давал о себе знать, причём именно рядом с Марго. Девушка будто нарочно пыталась выбить меня из режима учтивости, заставляя показывать мои настоящие мысли и повадки, причём Марго делала это на удивление хорошо. Может, она не осознавала, что делает это, может нарочно пыталась понять, что я за человек. Но она слишком ранимая, чтобы сталкиваться с моим настоящим «я». Может быть, когда-нибудь девушка привыкнет, а пока, я считаю, что нужно помогать Марго адаптироваться к новым реалиям её жизни с новой семьёй. В конце концов, хочу я этого или нет, теперь у меня есть сестра, и помогать ей я должен.

– У меня грудь не такая, – Марго совершенно бесшумно оказалась у меня за спиной и заглядывала через плечо, чтобы рассмотреть рисунок.

– Мне сравнивать не с чем, так что всё, что ниже шеи – отсебятина, – хмыкнул я, штрихуя волосы на картинке.

– Я могу попозировать, – чуть покраснев предложила девушка и потянулась к краям майки. Сказать, что это было неожиданно и нелогично – ничего не сказать. По крайней мере, я был уверен, что на меня обижаются, и я готов руку на отсечение дать, что обиженные девушки в последнюю очередь будут показывать свою грудь парню, на которого обижены.

– Уверена? – я повернулся к Марго. – А вдруг я что-нибудь снова сделаю не так?

– Что например? – девушка замерла, задрав свою майку пока только до пупка и демонстрируя свои трусики.

– Снова обижу тебя? – стал я перечислять. – Или вообще решу, что ты меня хочешь и…

Марго с секунду рассматривала меня, после чего рывком стянула майку, оставшись в одних трусиках. Не вовремя вспомнился мой сон в самую первую ночь под одной крышей с этой девушкой, от чего у меня в трусах стало тесно. Ещё и Марго решила добить меня, усевшись мне на колени и сцепив свои руки за моей шеей. Её грудь почти уткнулась в моё лицо, и я на всякий случай ущипнул себя, пытаясь понять, не очередной ли это сон.

– Парень и девушка, пока ещё не родственники, в одной комнате, – Марго игриво прикусила губу, – почти голые. Может быть, они оба сейчас хотят одного и того же? Как думаешь, Сашенька?

От напора девушки я растерялся и попробовал её немного оттолкнуть, паникуя от резкого вторжения в моё личное пространство. Руки легли аккурат на грудь Марго, и я отчётливо почувствовал два твёрдых соска под пальцами. Девушка прижалась сильнее, шумно вздохнув, после чего издала довольный стон. Её правая рука коснулась моей груди и пальчиком прочертила путь вниз по моему торсу, остановившись на резинке от трусов. Мой член уже стоял колом, требуя немедленных сексуальных действий с шельмой, что сидела на мне.

– Марго, – мне хватило нескольких мгновений, чтобы переключить управление телом с нижней головы на основную. – Стой. К чему это?

Девушка действительно замерла и прищурилась, по взгляду огненных глаз явно читалось, что меня сейчас будут жестоко убивать. Её рука легла на мои трусы и с силой сжала мой член.

– Я тебе не нравлюсь? – прошипела девушка.

– … – я, честно, растерялся. Но ответить было необходимо: – Нравишься. Ты, наверное, самая красивая девушка, которую я встречал. Но мы почти незнакомы. По крайней мере, я о тебе знаю лишь пару вещей, да и ты не успела меня толком изучить.

– И что? – для более увесистой аргументации девушка потёрлась своей попкой о мои колени.

– А то, блин! – я нехотя убрал руки с груди Марго. – Вот мы сейчас займёмся сексом. Что дальше? Начнём встречаться? Или просто сделаем вид, что ничего не было? Я не ищу секс без обязательств, Марго, я ищу девушку, с которой мне будет комфортно жить всю оставшуюся жизнь. Базару ноль, ты можешь такой стать. Но проблема в том, что мы банально не знаем друг друга. Ты бы доверила мне всю свою оставшуюся жизнь?

– … – теперь растерялась Марго. Девушка некоторое время всматривалась в моё лицо, – У тебя достаточно взрослые суждения. Я думала, парни твоего возраста в такой ситуации будут думать только о том, как поскорее оказаться в горизонтальном положении.

Девушка поёрзала на моих коленях и наконец опустила мой стояк. Она какое-то время всматривалась в моё лицо, ища одной ей известное что-то, после чего несмело подалась вперёд и коснулась своими губами моих. Простой неловкий поцелуй всего на несколько секунд, за которые девушка сильно покраснела и ещё больше возбудилась. Такое чувство, будто мы не голые в обнимку сидим, а на свидании каком-то, где всем неловко находиться.

– А если я скажу, что готова доверить тебе себя? – вдруг прошептала Марго. – Что ты тогда сделаешь?

– Я не знаю, – пожал плечами. – Но точно не завалю тебя в кровать. Думаю, захочу узнать тебя получше, чтобы понять, могу ли я довериться тебе. И только после этого, если ты будешь не против, можем заняться сексом.

– О, так вы из старой школы? – хихикнула девушка. – Будем ждать первую брачную ночь?

– Не знаю, дождёмся ли, – хмыкнул я, скользнув взглядом по телу Марго. – Стоп, а с чего мы вообще решили, что у нас могут быть отношения? Насколько я помню, мы только и делаем, что ссоримся.

– Это пройдёт, – уверила меня Марго и слезла с меня. – Будешь играть на компьютере, или сразу в кроватку?

– Спать пойду, – с сожалением вздохнул я. – Урод на директоре решил, что я очень хочу переться в субботу с утра в школу, сукин сын.

– То есть мы даже не понежимся в кровати? – поникла девушка.

– Угу, – кивнул я, после чего резко повернулся к моей сводной сестре. – В смысле «мы»?

– Я сегодня сплю с тобой, – пояснила Марго. – Хочу поскорее привыкнуть к тебе и твоему отвратительному характеру. Как ни крути, а мы семья, бра-а-атик.

***

Утром вставать не хотелось совершенно. Под боком, ухватившись за мою руку, мирно посапывала Марго, в окно светило утреннее солнце и очень лениво пели птицы – всё окружение так и говорило, что переться в школу занятие беспонтовое. Но кто я такой, чтобы спорить с кучкой идиотов, которые по недоразумению являются моими одноклассниками? Даже Лина не поддержала меня, чего уже ждать от остального стада?

Оделся я не в свою школьную форму, а в обычную уличную одежду. У меня выходной, а ношение неудобных рубашек и удавок к ним меня и по будням достаёт сполна. На улице было малолюдно, и все прохожие с неким сочувствием смотрели на меня, на что я им отвечал таким же сочувствующим взглядом – теперь я прекрасно понимаю бедолаг, что вынуждены переться на работу с утра в выходной. К моему приходу, класс собрался уже весь. Ира встретила меня злорадствующим взглядом, Лина хотела подойти, но каждый раз, когда наши глаза встречались, делала резкий поворот. Аня и Настя меня тоже обходили по широкой дуге. Игоря не было, но зато пришла Маша. Девушка выглядела не сильно опрятно, будто собиралась впопыхах, и её бледность никуда не исчезла, лишь слегка замаскировалась под слоем макияжа.

В общем, меня никто не трогал, и я смог погрузиться в свои мысли. Так вот… Это что получается, Марго хочет быть моей девушкой? Да, я только сейчас об этом подумал. Действия и желания моей сводной сестры кажутся мне какими-то нелогичными. Вот взять ту же Лину. Мы с ней знакомы с пятого класса, и успели достаточно близко узнать друг друга. А вот Марго знакома со мной меньше недели. Допустим, ей про меня что-то рассказывал мой батя, что смешно, ведь он меня сам не шибко хорошо знает. Может быть Марго хочет таким образом быстрее адаптироваться к новой семье… что тоже сомнительно, потому как в чём был смысл склонять меня к горизонтальному диалогу? Получается, я нравлюсь Марго? Или она хочет от меня что-то? Ага, а я ведь такой классный и влиятельный, да. Тогда остаётся самый неправдоподобный вариант – моя сводная сестра воспылала ко мне страстной любовью. Проблема ли это? Пока нет, потом будут скандалы, когда я сойдусь с Линой… Если я сойдусь с Линой.

Первый урок вёл директор собственной персоны. Сначала этот козёл наехал на меня, так как я сидел ближе, из-за того, что я одет неподобающе в храме знаний. Но я ему просто поставил ультиматум: либо я сижу здесь в чём одет, либо я ухожу заниматься своими делами… в чём одет. Да, переодеваться я не собирался. Директор отвалил от меня и прицепился к Маше. Она была одета в школьную форму, но при этом её внешний вид был достаточно вызывающим. Маша несколько минут выслушивала, как директор обзывает её шлюхой и предлагает ей совокупиться со всем классом, раз она так вырядилась, после чего резко встала из-за парты, схватила свою сумку и предложила охреневшему старику следующее: Маша может хоть голой тут сидеть, раз её одежда кому-то не нравится, или она прямо сейчас сваливает. Директор заткнулся, обрабатывая информацию, что для девушки послужило ответом, и она ушла, хлопнув дверью. Блин, я так тоже хочу!

Но директор заткнулся докапываться до отдельносидящих людей и наехал на весь класс. Да, по одиночке мы быть может и способны дать отпор, а вот собираясь в стадо мы становимся беспомощными. Сорок минут мы выслушивали, какие мы плохие, что так плохо готовимся к экзаменам, и вообще, мы тупейшие дегенераты из всех ранее виданных директором. После звонка на перемену старый маразматик нас не отпустил, а продолжил свою воодушевляющую речь, вызывая у меня желание убивать.

– Я правильно понял? – я поднял руку и без разрешения встал. – Вы вытащили меня утром в субботу из дома, чтобы рассказать мне, что я тупой?

– Трестин, сядь! – рыкнул на меня директор. – Во время урока ученик может говорить ТОЛЬКО после разрешения учителя.

– Сейчас перемена, – начал я загибать пальцы, – вы не учитель, сегодня суббота и никаких уроков сегодня нет. Так что ебись ваша хотелка конём.

– Сегодня у вас официально уроки, – возразил старик.

– Я хочу увидеть соответствующую бумажку, – хмыкнул я.

– Я так решил, – скривился директор. – ТЕБЕ, Трестин, большего знать не нужно.

– Мне ещё и находиться здесь не нужно, – я предупреждающе схватился за лямку рюкзака. – Целый урок прошёл, а ничему новому вы нас не научили.

– СЯДЬ! – рявкнул директор. – Сядь, Трестин, или я вызову твоих родителей в школу!

– Телефончик дать? – усмехнулся я и уселся на место. – Советую вызывать обоих моих предков, а то они в разводе. Уверен, этот разговор с родителями вы не забудете. Они чудо, а не люди.

Класс молчал, директор недовольно жевал губу, а я отчаялся вытянуть из своих одноклассников хоть немного самоуважения. Эти бараны, считающие себя отпетыми хулиганами и чуть ли не настоящими панками, просто смирно сидели и делали вид, что их всё устраивает. Ну и хер с ними! Мне осталось находиться в этом стаде меньше месяца, после чего я попаду в другое стадо. Может там люди будут уметь доставать язык из жопы?

Перемена сменилась новым уроком, на смену директора пришла училка математики и принялась без удовольствия объяснять, что же нас ждёт на экзаменах. В целом, это было не шибко познавательно, но пару моментов я всё же зафиксировал, так что можно считать, что день прожит не зря. Нет, я не люблю учиться, но порой это бывает полезно. На смену учителя математики пришла русичка, следом англичанка и историчка. Все были не рады нахождению в школе в выходной, и у исторички я даже спросил, оплачивается ли сегодняшний день. Ответ, думаю, никого не удивил – нет. Зато неявка награждается увольнением.

И вот, наконец эта тягомотина закончилась, и я, чуть посидев за партой и дождавшись, когда все свалят, почапал в спортзал. Мне же стрелку там сама староста забила. Даже интересно, кого она привела для драки.

Когда я вошёл в раздевалку, то увидел там одну Иру. Девушка сидела на скамейке, перетянутой от стены на центр помещения, и с ухмылкой смотрела на меня. За спиной послышались шаги, и я приготовился уходить от удара сзади, когда дверь в раздевалку захлопнулась. Никто не вошёл. Зато староста зашевелилась. Ира перекинула ножку через скамейку и поманила меня к себе, приподняв подол своей юбки. Признаться, не такого я ожидал. Ира была без трусиков, и явно приглашала меня воспользоваться этим. Я без энтузиазма посмотрел на лобок девушки с аккуратной полоской коротких чёрных волос, после чего поднял взгляд на её лицо.

– Ну не тупи, Саня, – издевательски хмыкнула Ира. – Я не драться пришла. Я хочу проиграть тебе, – девушка гаденько хихикнула и распахнула свою рубашку, демонстрируя почти прозрачный кружевной лифчик.

– Ага, я бы поверил, – хмыкнул я, – не будь ты такой сукой.

– Ой, да не ломайся ты! – хихикнула Ира. – Когда ещё тебе представится такая возможность? Линка тебе-то ни за что не даст. А я готова. Прямо сейчас. Стесняешься, что ты девственник? Так мне наоборот это нравится.

– И зачем? – я демонстративно почесал репу и подёргал ручку двери. С той стороны её кто-то подпирал.

– Я собираю коллекцию, – Ира поднялась со скамейки и подошла ко мне, на ходу скидывая вещи. Около меня девушка уже была голой, разве что носки и обувь всё ещё были надеты. – И мне для полной коллекции не хватает только тебя.

Ира положила руку на мой пах, нащупав там бугор. Нет, мне не хотелось её трахнуть, просто ситуация располагала к приливу крови к одному конкретному месту.

– Только не говори, что ты из этих лошков, которые считают конфетно-букетный период обязательным, – злобно рассмеялась Ира, а её руки принялись расстёгивать мой ремень. – Хочешь, можешь для начала отшлёпать меня за плохое поведение?

А это идея. Я вытащил из штанов ремень и кивнул девушке на скамейку. Ира, виляя задом, прошла мимо меня и легла на предмет мебели, оттопырив свой зад. Я подошёл к ней сзади и с размаху хлестанул старосту ремнём по заднице, оставив красную полосу.

– Сильнее! – застонала Ира. – Я была очень плохой!

Я принялся хлестать ремнём по заднице девушки, отметив, что с каждым ударом Ира всё больше текла. Зачем я тянул время, я не знал, но совокуплять эту девушку я не хотел. Кроме меня и Иры никто не знал, что мы тут, так что на помощь мне может прийти разве что чудо.

Вдруг дверь за моей спиной распахнулась, и на пороге появилась Лина. Линочка, чудо моё ненаглядное, как же я рад тебя видеть! Сейчас только скандал переживу, и буду готов расцеловать эту девушку. Лина с интересом рассматривала исполосованную задницу Иры, задержавшись взглядом на её половых губках, с которых падали крупные капли, после чего подняла взгляд на меня.

– Кое-кто любит пожёстче? – хмыкнула девушка и выскочила из раздевалки.

Следом за ней вышел и я, на ходу цепляя ремень на место. Немые скандалы я любил меньше всего, и именно сейчас такой грозился произойти. В спортзале рядом с дверью валялся какой-то десятиклашка, имени которого я не помню. Судя по скривившемуся лицу, Линка его нехило побила.

– Лина, стой! – я смог догнать девушку только у лестницы на первый этаж.

– И чего не остался? – девушка остановилась и сделала обиженную моську, что получилось у неё не очень. Больше было похоже, что кто-то в шаге от дикого ржача.

– А зачем? – пожал я плечами.

– Ну как же? – Лина развернулась и двинулась к выходу из школы. – Мальчикам ведь принципиально нужно до выпускного присунуть девочке, разве нет?

– Ты будешь в шоке, но нет, – я не отставал от девушки. – Хотя, кому-то это важно.

– Кому-то, – повторила за мной Лина и остановилась, прикрыв лицо от ветра. – А тебе?

Вопрос-ловушка, если подумать. Можно подумать, что Лина спрашивает, потому что сама метит на место моей девушки, но я склонен к варианту, в котором она меня пошлёт обратно в раздевалку, раз для меня это так важно.

– Ме, – хмыкнул я. – Мне не принципиально. Я и так крутой.

– Ну-ну, – из-за руки Лины я смог увидеть только краешек её губ, но я поклясться готов, что девушка улыбалась.

– Лин, слушай, – я остановился и посмотрел на девушку, – а на твоём дне рождении я тоже буду в чёрном списке?

Лина с непониманием посмотрела на меня, после чего достала из сумки телефон и несколько секунд водила по нему пальцами.

– Доволен теперь? – девушка посмотрела на меня.

Я достал из кармана свой телефон, выбрал контакт и нажал на иконку звонка. Девайс в руках Лины ожил и стал играть мелодию с ударными и басами. Девушка непонимающе посмотрела на меня, потом на телефон, и нажала на кнопку принятия звонка.

– О, Лина, – я поднёс телефон к уху. – Наконец-то я дозвонился. Что случилось, ты внезапно убежала, я аж испугался. Всё хорошо? Или тебе не понравилось целоваться со мной?

Лина еле сдерживала лыбу, просто скинула звонок, подошла ко мне, притянула меня за воротник к себе и поцеловала. Её язык переплёлся с моим, в нос ударил аромат цветов, и я обнял девушку, прижав её к себе. Спустя секунд десять Лина отстранилась и с вызовом посмотрела на меня.

– Доволен? – улыбнулась девушка, облизнув губы.

– Я не очень хорошо понимаю намёки, – усмехнулся я, – так что стоит повторить.

Лина рассмеялась и прильнула своими губами к моим. День резко стал прекрасным, выходки директора и Иры мигом забылись, даже ночные проделки Марго перестали что-то значить. Именно сейчас я осознал, что Лина нравится мне куда больше, чем я думал. В конце концов, эта девушка, хоть и хочет казаться стервозной, грозной и неприступной, нежна и надёжна. Именно с Линой я очень хотел прожить всю оставшуюся жизнь.

– Вы, бля, ещё потрахайтесь тут! – донёсся до нас голос недовольной дамочки с коляской.

В её сторону синхронно поднялись два кулака с оттопыренными средними пальцами, но поцелуй ни я, ни Лина не прервали.

Глава 4

Лето, точнее конец весны, солнце, освежающий ветерок и девушка, в которую влюблён. Что ещё нужно для прекрасного выходного дня? Мы с Линой валялись на траве в небольшом сквере, недалеко от школы. Не болтали, просто валялись и держались за руки. Честно, я уже сейчас хотел задать Лине тот самый вопрос, но девушка будто чувствовала мои желания и настаивала, чтобы я дотерпел до дня рождения. Я согласился, хотя прекрасно понимал, что могу уже назвать эту девушку своей и не ошибусь. Раз Лине так важно дожить до дня рождения, то пусть будет так.

Я рассматривал облака, когда почувствовал на себе взгляд. Лина повернула свою голову в мою сторону и с увлечением рассматривала мой профиль, довольно при этом улыбаясь. Я не поворачивался, боясь спугнуть девушку, и продолжал давить лыбу. Увы, прервать нас всё же решили. В моём кармане пиликнул телефон, оповещая о сообщении, на что я решил забить. Раз не звонят, значит не важно. Лина была с моими мыслями не согласна. Девушка вытянула мой телефон из моего кармана, разблокировала его (и откуда только ключ узнала?) и нахмурилась.

– И что это за прелесть тебе написывает? – с наездом спросила она, повернув телефон в мою сторону.

На экране была фотография знакомой рыжей девушки в очках. Я приподнялся и взял из рук Лины телефон. «Извините, Александр, что я сразу вам не написала. Это Лиза, вы помогли мне вчера. Я забыла последние цифры вашего номера и вспоминала их. Я доехала домой без происшествий. Спасибо, что помогли мне в той непростой ситуации. Я хочу вас отблагодарить. Может вы приедете ко мне сегодня?» – так звучало сообщение.

– Милая, да? – хмыкнул я. – Я помог ей вчера, хотя и не надеялся на благодарность.

– Собираешься поехать? – Лина тоже приподнялась.

– Сука, далеко, – пожал я плечами. – Это в другом конце города, да и неохота от тебя уходить.

– Поехали вместе, – предложила Лина.

– Ладно, – я согласился нехотя. Что-то во мне твердило, что не стоит Линку знакомить с Лизой. Здравый смысл должно быть. – Но нужно сначала домой заехать, денег взять.

– Хорошо, – Лина поднялась с травы и отряхнула юбку, – я как раз хотела познакомиться с той, чьими духами ты пропах.

Чую, грядёт буря. Хотя, для Марго может даже хорошо будет познакомиться с Линой. У моей сводной сестры, похоже, совсем нет знакомых в городе, кроме меня. Чёрт, я звучу в своих мыслях как потасканный жизнью дед.

***

До моей квартиры добрались мы быстро. Поздновато я вспомнил, что так и не убрал последствия позавчерашних гуляний моего бати и мамы Марго, но да пёс с ними. В конце концов, сомневаюсь, что Лина станет осуждать беспорядок на кухне. В общем, девушка ничего не сказала при виде срача после взрослых, лишь бровки нахмурила. Куда интереснее было, что признаков Марго в квартире я не обнаружил. В её комнате было пусто, кухня, зал, ванная и туалет тоже были пусты. Может вышла куда? Ладно, отложим знакомство на когда-нибудь.

В моей комнате я сразу бросился к столу в поисках визитницы, в которой и держал свою карту, а Лина тем временем прошлась по моей комнате и улеглась на мою кровать, но тут же подскочила, после чего посмотрела на меня, как на врага народа.

– Сашенька, дорогой, объясни пожалуйста, каким образом у тебя в постели оказалась девушка, – Линка заглянула под одеяло, – к тому же ещё и голая.

– Когда я уходил в школу, она была одетой, – пожал плечами. – Может жарко стало, поэтому и разделась?

– Сашка, ты немного не понял, – Лина поднялась с кровати и подошла ко мне. – Мне плевать, голой она была или одетой. Откуда. У тебя. В кровати. Левая. ТЁЛКА?

– С вечера спать завалилась, – вместо меня ответила спросонья Марго. Живут же люди. По выходным спят до середины дня. Аж завидно. – Ты ещё что за «левая тёлка»?

– Лина, это Марго, моя сводная сестра, – начал я представлять девушек.

– Ещё нет, – зевнула Марго.

– Марго, это Лина, моя одноклассница, – проигнорировал я слова своей пока ещё не сестры.

– Просто одноклассница? – с издёвкой фыркнула Лина. Бабы, как с вами сложно…

Девушки посмотрели друг на друга и, казалось, что сейчас телепатически обменивались колкостями. По крайней мере, их лица выражали ожесточённый спор.

– Постой, я тебя где-то видела, – вдруг оживилась Марго, замоталась в моё одеяло и выскочила из комнаты. Вернулась девушка спустя несколько секунд с обрывком бумаги в руках. Сука, мой рисунок… – Точно, вылитая.

– Что там? – Линка требовательно вытянула ладошку к моей сестре и забрала у неё свой портрет под моим авторством. Почти минуту девушка рассматривала мои художества, стараясь не палить довольную лыбу, после чего фыркнула: – У меня грудь не такая.

Ну кто бы сомневался. Марго ехидно улыбнулась в ответ.

– Надо было показать, чтобы Саша запомнил, – заявила моя (не)сестра. – Я вот эту ошибку сразу поправила!

Лина сначала не поняла, а потом как поняла, что мне аж выйти в окно захотелось от её тяжёлого взгляда. Вот как ей объяснить, что не встречаемся мы ещё, и у меня перед девушкой пока никаких обязательств нет? Да и хрен с ними, я ведь пока ни разу не пересёк черту, хотя мне за последние несколько дней уже не одно предложение поступило, причём Лина это даже видела. И всё равно этот ревнивый взгляд… Чёрт, раствориться бы в её глазах. Аж на душе как-то радостно стало от осознания, что Лине не всё равно.

– По крайней мере, если Саша захочет нарисовать меня со спины, то с этим у него проблем не будет, – девушка быстро сориентировалась и перешла в контрнаступление. Пойду на кухне визитницу поищу.

Спустя минут пять я смирился, что карточку свою не найду. Видимо, потерял, хотя, когда я бы успел? Ладно, такси заказать можно и без пластика на руках, а вот как покупки в магазине совершать? Карту к телефону я не привязывал за ненадобностью и, видимо, недальновидностью.

Вернулся в комнату и обнаружил там весьма… интересную картину. Лина и Марго лежали в моей кровати, причём Линка нависла над моей сводной сестрой и стягивала с неё одеяло, уже наполовину обнажив. Девушки ещё и вели диалог, но настолько тихим шёпотом, что я бы не услышал, стой вплотную.

– Если надо, я могу поехать один, – не смог не обратить внимание на пикантность открывшейся мне сцены. – А вы тут дальше «общайтесь».

Обе девушки повернулись в мою сторону, и Марго спешно прикрыла грудь рукой. Ага, будто бы я не рассмотрел её вчера вечером. Лина слезла с кровати и накинула одеяло на Маргариту, закрыв её полностью.

– Ага, тебя оставь одного, – фыркнула она, – так тебя эта рыжая ещё в неприятности втянет.

– Стоп, – из-под одеяла выбралась Марго. – Куда вы собрались и что за рыжая?

– Саше написала какая-то девица, прислала фотку и позвала к себе, – быстро раскидала Лина.

– Пардон, а ты там на кой? – Марго склонила голову на бок и почти случайно уронила одеяло, после чего принялась мне агрессивно подмигивать. – Не думаю, что там предполагается встреча ещё и с тобой.

– На то и расчёт, – отмахнулась Линка и повернулась ко мне. – Ты взял, что хотел?

– Походу посеял я свою карту, – расстроенно вздохнул я.

– Ты рюкзак вчера в стену кидал, – напомнила мне Марго, и я чуть себе лицо не сломал ладонью по лбу. Главное, девушка помнит, что я вчера делал, а я нет.

Визитница таки нашлась. Она завалилась под журнальный столик и боялась возвращаться к неадекватному хозяину. Это из хороших новостей. Из плохих: Марго намылилась с нами и потащила Лину подбирать себе наряд на выход. Чую я, что Лизу удар хватит, когда я доберусь до её жилища. По крайней мере, теперь и у меня появилось время, чтобы снять потную майку и надеть что-нибудь посвежее. Хоть переодевались я и Марго в разных комнатах, девчонки не упустили шанс поподглядывать за мной.

***

Бедная Лизка. Девушка и так заикалась постоянно, когда я ей помогал вчера, а сегодня чуть богу душу не отдала. Открыла она дверь, ожидая увидеть мою физиономию, а нашла там двух девушек.

– С-с-с-с-с!.. – тихо и заикаясь прокричала Лиза, отскакивая от двери.

– Ага, я его сестра, – Марго вошла в чужой дом без приглашения, а следом за ней хмурясь вошла Лина.

– Сводная, и то ещё нет, – я опёрся о дверной косяк и быстро пробежался взглядом по прихожей Лизиной квартиры.

Было сразу понятно, что рыжуля очень чистоплотная. На любой поверхности её квартиры не было и намёка ни пыль, обувь вся была аккуратно составлена, даже свет был приятным тёплым – уютно, одним словом. Дальше – больше. Лиза жила в доме советского производства, и от пола до потолка в её квартире было почти пять метров. Одна из комнат была эдакой оранжереей. Стена на улицу была полностью стеклянной, от чего солнечный свет заливал комнату. На полу стояли небольшие ящики, наполненные чернозёмом и зеленью, а в самом центре в почти метровой ёмкости стояло дерево. Сказать, что за оно, я не решался, так как листьев таких никогда не видел. Стены комнаты изобиловали полками с горшками, а вместо обоев на них был натянут проволочный забор, по которому вились лозы. Даже запах в комнате стоял такой, как будто в парник зашёл. Удивительное место.

– Красиво, – улыбалась Марго, стоя рядом со мной. – Для кого-то этот сад очень важен.

– Ага, – задумчиво потянул я, прикидывая, сколько нужно времени, чтобы в квартире выросло немаленькое дерево. Я его вряд ли обхвачу, значит ему несколько десятилетий. И ведь внутри квартиры растёт. Интересно, а что скажут соседи, когда это деревце начнёт к ним в пол стучаться? – Красиво, хоть и сюрреалистично.

Лиза стояла у нас за спинами, и её натурально трясло, будто у девушки был сильный жар. Я поймал себя на мысли, что мне совсем не хочется, чтобы она так нервничала. Обнять её что ли? И обнял бы, но мы не в тех отношениях. Самым лучшим вариантом было бы просто поскорее оставить девушку в покое.

– Ты одна за всей этой зеленью ухаживаешь? – я чуть наклонился, чтобы мои глаза были на одном уровне с глазами Лины. – Ты большая молодец.

Девушка в ответ несмело кивнула и прошла дальше по коридору на кухню, откуда вернулась с большой плетёной корзиной, в которой лежали крупные красные яблоки. Лиза протянула её мне, и я почему-то решил, что такой подарок слишком роскошный.

– Да не стоило, Лиз, – я попробовал отказаться, но девушка просто всунула мне в руки корзину.

– Вы оч-чень помогли, – пробубнила Лиза. – А я… С-спасибо.

– Хорошо, – смиренно кивнул я и направился к выходу. – Береги себя и постарайся не попадать в подобные компании.

Лина с кислой миной стояла в прихожей и с явной враждебностью наблюдала за Лизой. А вот Марго смогла меня удивить. Моя сводная сестра вдруг притянула Лизку к себе и крепко обняла.

– Какая же ты прелесть! – воскликнула Маргоша и принялась тискать бедную Лизу. – Будешь моей девушкой?

– О, так ты за другую команду играешь? – усмехнулся я, наблюдая, как красная как помидор Лизонька пытается выпутаться из лап коварной Маргариты.

– За обе, – отмахнулась моя сестра, – так что ты всё ещё в зоне риска. И вообще! Как в такую девушку можно не влюбиться? – и принялась ещё агрессивнее тискать попискивающую Лизу. – Согласна на гарем! Лину тоже берём!

– Завязывай, – я ухватился за куртку Марго и потянул её на себя.

Девушка не без возмущений отпустила свою жертву и потопала на выход. Лина выходила последней из квартиры и напоследок одарила Лизу злым взглядом, от чего бедная рыжуля моментально захлопнула дверь за нами.

– Ох уж эти д… – Марго шутливо покачала головой и резко осеклась, – девушки. Смущаются на ровном месте, а ведь по любому планировала отблагодарить тебя, Саша, иначе.

– Я бы отказался, – я понял намёк девушки и отмахнулся.

– Пошли отсюда, – буркнула Лина. – Не самое лучшее место, чтобы обсуждать возможные половые связи.

***

Уже в такси я немного напряг мозг, глядя на корзину. Сейчас ведь не сезон, и первые яблоки должны быть где-то в начале августа. Хотя, почему бы яблоне не плодоносить раньше, если для неё буквально не существует зимы? Хотя, дерево в квартире… это смело, очень смело. А ещё вид того, как Лизу трясло от волнения, когда я вошёл в её садик – это что-то с чем-то. Невольно появилась мысль, что вот такую хозяйственную и усердную девушку я бы хотел видеть своей спутницей жизни. Однако, не знаю, я почему-то чувствовал какое-то напряжение, когда смотрел на то дерево. Не знаю, серьёзно, но вид дерева внутри квартиры вызывал у меня тревогу.

На телефон пришло сообщение от старосты. Я решил его не просматривать, всё же я люблю свою психику в том виде, в котором она у меня на данный момент. За меня сообщение решила посмотреть Лина. Девушка ловким движением вытянула из моего кармана телефон и разблокировала, после чего недовольно скривилась.

– Чё за? – Марго подалась к Лине и посмотрела на экран моего телефона. – Ничего себе! Да тут прямо…

– Сучка, – фыркнула Лина и заблокировала телефон. – Вот не отстанет она. Терпеть таких не могу.

– Ревнуешь? – хихикнула Марго. – Там явно формы побольше твоих.

– Ревную, – согласилась Линка. – А эту стерву придушить мало.

– Как я понял, в сообщения мне лучше не заглядывать, – усмехнулся я, глядя на девочек.

– Та Лина удалила всё, – «успокоила» меня Марго. – Так что пока всё безопасно. Хотя, Линка, тебе достаточно сделать всего одно действие, чтобы…

– Эта шлюха от Сани не отстанет, – отмахнулась Лина. – Она перетрахала всех парней из нашего класса, кроме него, и сейчас будет идти до последнего, чтобы собрать свою ебаную коллекцию. Причём ей наплевать, что Саша отказался, плевать, что парни, с которыми она переспала, шарахаются от неё и ненавидят.

– И зачем ей это? – спросил я в воздух.

– Она таким образом парня себе ищет, – пояснила Лина. – И ищет по двум критериям: она должна быть с ним знакома продолжительное время, и ей должно понравиться, как парень трахается. Вроде как, пока что фаворит у Иры Игорь, но он тоже мозги имеет и держится от Шуриной подальше. А Саша у нас в классе кто-то вроде тёмной лошадки: тесно с ним никто из наших за всю учёбу не общался, никто не знает о нём практически ничего, хотя вместе учимся уже одиннадцать лет.

– Ого, какой ты скрытный, братик, – в голосе Марго проскочили игривые нотки.

– Да мне не интересно с нашими тусоваться, – пожал плечами я. – Да и не до них мне было. Сначала мать требовала, чтобы я после школы сразу шёл домой и занимался с ней, потом развод, папины уроки, физическая подготовка. В общем, пропустил я тот момент, когда нужно вливаться в коллектив, а потом уже и не интересно мне это делать стало. В конце концов, события прошедших дней показывают, что нечего с этим стадом мутить.

– Я, если что, тоже в этом стаде варюсь, – зло прошипела Лина.

– Ага, – кивнул я. – Главная бунтарка на районе, а как надо было показать директору, что его хотелки нас в край задолбали, так спряталась и не отсвечивала, пока я пытался выторговать нам свободную субботу.

– Твой бунт был бессмысленным, – обиженно оправдалась Лина.

– Не скажи, – покачал я головой. – Поддержи меня ты, и сегодня никто бы не пришёл. А если бы никто не пришёл, не было бы стрелки со старостой и всех вытекающих.

Лина замолчала и отвернулась, явно обиженная. В её руках заиграл мой телефон, после чего бедный девайс был брошен через салон такси в меня. Я еле его поймал уже у самого лобового стекла. Звонил незнакомый номер, и я уже сразу почуял, что на той стороне будут проблемы.

– Саня, – из трубки послышался взволнованный голос Игоря, – Маша… По-моему, она не дышит.

***

Нет, Игорь мои надежды не оправдал. Лина мельком упоминала, что у этого парня есть мозг. Так вот, нет у него нихрена! Маша действительно не дышала, когда я, Лина и Марго приехали к ней домой, а Игорь в одних трусах бегал по квартире и паниковал. Конечно же, я первым делом вызвал скорую. Базару нет, сердечно-лёгочную реанимацию я умел делать, мама научила, но девушке от неё было ни холодно, ни жарко. К тому же возникли вопросы к методу «помощи» Игоря, ведь у нариков между ломками есть около двух-трёх суток, а Маша с подачи парня ширялась каждый день.

Врачи приехали быстро, запаковали Машу и так же быстро свалили, взяв мой номер и наказав сидеть в квартире и ждать полицию. Игорь тут же поспешил домой, стоило скорой уехать, что ещё раз подтвердило, что парень действительно связан с наркотиками. Дяди в форме приехали спустя полчаса, опросили меня, девочек, осмотрели весь мусор в доме, сказали, что ещё наберут, и удалились. Поехали ли они искать Игоря, или к Маше, или просто хер забить, я не знал, да и не хотел. По крайней мере, когда полицейские уезжали, мне набрали из реанимации и сказали, что Маша живая и пока на тот свет не собирается.

– У Игоря будут проблемы, – заметила Лина, когда мы покинули Машину квартиру.

– Это был Игорь? – решила уточнить Марго, после чего впилась в меня осуждающим взглядом. – И вот с ЭТИМ по-твоему я могла переспать? Нет, у меня, конечно, нет вкуса, раз я с тобой вожусь, но не настолько, Саша!

Я конфликт продолжать не стал. Что-то к неприятностям с передозировкой наркотиками мне совсем не хотелось добавлять ещё одну обиженную девушку. Лины и так хватает. За ней, кстати, заехала достаточно презентабельная машина с водителем прямо во двор, после чего девушка хмуро попрощалась, напомнила про день рождения, который, к слову, будет завтра, после чего умотала.

Вскоре мы с Марго вернулись домой. Девушка без прелюдий разделась до трусов прямо в прихожей, после чего томно посмотрела на меня и ушла, виляя задом, в свою комнату. Я же проигнорировал явное приглашение и перенёс корзину с яблоками на кухню, после чего попробовал одно. Фрукт оказался неимоверно вкусным и сочным, к тому же нехило бодрил и, почему-то, вызывал перед глазами образ Лизы, причём голой и в обнимку с деревом. Прикола ради, я это даже зарисовал, правда без дерева. После проверил сообщения на телефоне. Накопилось их немало. Игорь написал, что сломает мне ноги. Неизвестный номер оповестил, чтобы я чего-то ждал. Так и написал: «Скоро буду». Ира заспамила меня своими голыми фотками и видосами, как она ласкает себя и пихает в свои отверстия всякое. А Лина…

«Саш, я понимаю, что у твоей «сестрёнки» сейчас лютая течка, но если узнаю… Богом клянусь, останешься без яиц!»

Немного подумав, я быстро набрал ответ:

«Я могу считать это началом наших отношений?»

«Мне парень без причиндалов не нужен»

«Интересная дилема)»

«Даже не думай!!! Ты не хочешь знать, что я с тобой сделаю»

«А вдруг хочу?»

«Значит, кто-то всё-таки любит пожёстче?»

«Лин, мы не встречаемся, но при этом ты мне пишешь такое… Может всё же определишься?»

«Всему своё время!»

Лина в своём репертуаре. Ладно, пока что кульминация ожидается завтра, хотя что-то мне не нравится это всё. Ну хоть Марго она тоже пригласила, даже сказала, что моя сестра может приехать без подарка. К слову о птичках…

Я резко развернулся я увидел девичью грудь, что нависла надо мной. Марго как обычно прокралась в мою комнату, уже по привычке (надеюсь, нет) в одних трусах, в которых трусов как таковых и не было, так, пара ниточек да крошечный клочок ткани.

– Саш… Мне это… Очень надо, – девушка переминалась с ноги на ногу, будто очень хочет в туалет, а аромат чего-то сладковатого в воздухе как бы намекал, что прямо сейчас меня собираются трахнуть… снова. За последние двадцать четыре часа это уже третье посягательство на меня. Какого чёрта?! Ладно, у Иры есть в какой-то степени логичное объяснение, почему именно я, но почему Марго так настойчиво хочет близости, я понять не мог.

Девушка тем временем ухватилась за мою руку и с силой потянула на себя. Я сначала подумал, что она хочет таким образом дотащить меня до кровати, но нет. Мою руку девушка положила поверх своих трусиков и стала о неё тереться, от чего я отчётливо почувствовал жар и влагу на своих пальцах. И это погружало меня в ступор. Как бы да, напомню, что мы с Марго не родственники, и трахнуть её я хотел ещё с первого дня нашего знакомства… ну, наверное, хотел, снилось же мне, как мы почти переспали. Девушки у меня, как я только что уточнил, тоже нет, то есть, проблем в принципе не было: кидай уже готовую девушку на кровать и обрабатывай. Но бля, а как же Лина? Столько сил с её стороны, да и с моей тоже, будут списаны на нет просто из-за того, что моя пока ещё не сводная сестра хочет сношаться?

Хорошо, допустим, я Марго откажу. Что в таком случае делать ей? Я немало историй в интернете читал, что девушки редко могут сами себя удовлетворить, даже с игрушками. Хотя, не факт, что удовлетворить Марго смогу даже я, ведь опыта у меня нет, и от девушек я старательно бегаю. Ага, для Лины. Марго не могла читать мои мысли, да ей и не нужно было. Девушка просунула мою руку под трусики и насадилась своим лоном на мои пальцы. Это заставило меня приостановить мозговую деятельность. В конце концов, Марго хочет, я хочу, так чего, собственно, я тут тяну себя за яйца? Лина написала, ну так и пойдёт Лина лесом! Сколько возможностей ею было упущено! Я подхватил Марго на руки и понёс её к своей кровати, намереваясь наконец сделать то, что хочу сделать всю неделю.

И тут, как гром среди ясного неба, раздался звонок в дверь, после чего кто-то крайне нетерпеливый принялся стучать. Марго в моих руках аж сжалась от громких звуков и ухватилась за мою майку, одними губами прося не уходить.

– Я быстро, – шепнул я девушке на ухо и поплёлся к двери. Настроение было сломать что-нибудь тому, кто там стучится.

Я даже в глазок не посмотрел и распахнул дверь, злобно что-то рыкнув, но тут же заткнулся на вдохе. Пиздец, иначе не скажешь. Кто-то мог подумать, что за дверью стоит обиженная и злая Лина, что пронюхала о намечающемся сну-сну. Так вот нет…

– Мам? – охреневше спросил очевидное я, глядя на гостя.

– Сын, – женщина смерила меня хмурым взглядом и прошла внутрь квартиры, будто и не уходила никуда на несколько лет. – Ну и бардак! Денис, вижу, совсем на тебя забил, всё по бабам шляется.

Мама вернулась. Мама, которая свинтила от нас с папой ничего не объяснив. Всё такая же безумно красивая и холодная, будто я не её ребёнок, а стул или стол. Она бросила свою сумку в прихожей и, не разуваясь, прошлась по коридору на кухню, придирчиво осматривая обстановку жилища. Из моей комнаты, едва приоткрыв дверь, выглядывала Марго, и я чувствовал, насколько ей страшно. Да, рядом с моей матерью всегда не по себе. Она что ваша венерина мухоловка – рядом с ней хочется находиться, но нахождение рядом смертельно опасно.

– Кто в твоей комнате? – мама после инспекции холодильника уселась на диван на кухне. – Почему не прибрано? Я же ясно написала, что приеду!

Я вспомнил про сообщение от неизвестного номера. Сука, хоть бы позвонила, а не сообщение написала! Да и конкретики в «Скоро буду» маловато. Но спорить с мамой… страшно, если честно. Не знаю, чем она занимается (ага, я понятия не имею, где моя мама работает, да и про папину работу я знаю мало), но рука у неё тяжёлая, к тому же она как-то поспорила с кандидатом в мастера спорта по рукопашному бою, что побьёт его, и побила. Бедолага в больницу со сломанными рёбрами укатил, а на маме ни царапины не было.

– Ты бы ещё письмо отправила, – я невесело укорил свою родительницу, на что та изогнула бровь в немом вопросе. – А в комнате моя сводная сестра. В перспективе.

– Ух ты, – мама фыркнула и встала с дивана, – Денис себе новую пассию нашёл, ещё и с ребёнком… – её взгляд мазнул по двери в мою комнату. – И почему же твоя сестра голая?

– А сама как думаешь? – рыкнул я. Да, характером я больше в мам пошёл. Папа куда мягче, и точно не такой серьёзный.

– Так я тебя прервала, – мама гаденько улыбнулась и двинулась к моей комнате, но на полпути остановилась, глядя на яблоки. – Где ты это взял?

– Знакомая подарила за помощь, – ответил я.

– Знакомая? – мама повернулась ко мне, и по её лицу понятно, что мне сейчас сломают что-то. – Что за зна… А, не важно. Не смей больше с этой знакомой пересекаться, понял?

– Что? – я совсем не понял наезда. – Нет, погоди. Почему? Ты что-то знаешь о Лизе?

– Лиза? – мать задумалась, шевеля губами. Я немного умел читать по губам и понял лишь пару слов и то бессвязных. – Нет, не знаю. Просто послушайся меня хоть раз.

– Хоть раз? – внутри всё кипело. Мало того, что меня сорвали с девушки, так ещё и кидаются предъявами, не поясняя ничего. – Я постоянно тебя слушаюсь! И знаешь что? Из-за этого я стал изгоем в своём классе, и меня постоянно одолевает паранойя. К тому же ты просто развелась с папой и свалила чёрт знает куда, не связывалась со мной все эти годы, а сейчас приходишь ко мне домой и требуешь, чтобы я тебя слушался?

– Саша! – внутри моей мамы тоже всё кипело. Я почти мог тактильно ощутить её гнев. – Вспомни, чему я тебя учила! Всё вокруг тебя имеет двойное дно, и всегда нужно искать его, иначе ты не доберёшься до сути.

Ага, неожиданный урок от женщины, которая своей вспыльчивостью может парализовать целый город. Но она и правда научила меня этому, причём всегда добавляла, что даже если я нащупаю то самое второе дно, это не значит, что я добрался до сути. Правда всегда будет глубже. Я этого не мог понять, но именно этот урок и сделал меня таким… заторможенным что ли. Прежде чем что-то сделать, я почти всегда долго это обдумываю.

– Допустим, – кивнул я. – Хочешь сказать, что яблоки отравлены?

– Нет, – мама покачала головой и замялась. – Судя по их виду, та, кто тебе их дал, очень старалась их выращивать. Просто… Просто послушайся. Девушка может быть связана с не самыми хорошими людьми.

– Сколько раз я просил общаться со мной не как с ребёнком? – зло бросил я.

– Можешь попросить столько же, – отмахнулась мама и посмотрела в сторону моей комнаты, заметив ножку Марго, что юркнула в свою комнату. – Это никак не поменяет того факта, что ты мой ребёнок. Который, к слову, ведёт себя совсем по-детски. Чёрт бы побрал Дениса! Где он?

– Обещал свалить за экватор, – пожал я плечами. – И да, твоя комната занята, так что придётся тебе перебраться в папину.

– Сама разберусь! – хмыкнула мама и вошла в мою комнату. Первым делом она бросила взгляд на компьютерный стол. – Кто-то снова начал рисовать? Голая натура? Что за девочка?

– Лиза, – буркнул я.

– Хм-м-м, – мама взяла в руки мой скетч и стала пристально вглядываться в рисунок. – Не дурно. Я боялась, что ты совсем свои таланты угробишь.

– Скорее, ты боялась, что это случится из-за тебя, – поправил я свою мать, усевшись на ещё тёплую после Марго кровать. – Хотя нет, ты за меня совсем не боялась. Похуй тебе было.

– Следи за языком, – мама резко повернула голову на меня. – Мне никогда не было похуй на тебя, Саша.

– Ну да, – кивнул я. – И молчание в течении нескольких лет это явно демонстрирует. Зачем ты вернулась? И как надолго?

– Насовсем, – рыкнула мама. – Решила, что неблагодарный отпрыск во мне нуждается. Видимо, зря.

– Видимо, зря, – согласился я.

Глава 5

Могло показаться, что я не рад тому, что моя мать вернулась. Да, я был не рад, но не возвращению, а тому, что эта сука ничего толком не объяснила. Почему она ушла? Зачем решила вернуться? Чем занималась всё это время? Ни мама, ни батя не хотели отвечать. Мне показалось, что даже Марго что-то знала, но тоже молчала. Она вообще зашкерилась в своей комнате и, походу, забаррикадировалась там. В целом, я её понимал. Для неё появление мамы было вообще сродни крушению всех планов моего бати, и становлению нас с девушкой одной семьёй. Напомню, что Марго на подобное реагирует болезненно.

Я же прекрасно понимал, что батя мой от Мюриэль не откажется, даже если мама снова захочет замуж за него. Хотя бы тут мой отец был стабильно упрямым. Да и чёрт вообще знает, что там будет. Думаю, папа даже не в курсе, что его бывшая жена прямо сейчас спит в его кровати… со мной в охапку. Мама настояла спать со мной, говорит, что соскучилась. Хватка у неё стальная. Не знаю, в какую качалку мама ходит, но сам факт того, что я проснулся, уже можно считать чудом.

Попытался я выбраться, понял, что это бесполезно, и звать на помощь некого. Стоять… Дверь в комнату чуть приоткрылась и к нам прокралась Марго. Она очень комично ползла на четвереньках по полу, но меня больше удивило, что она таки пришла. Я её не звал, да и маму мою она боится.

– Саш, – шепотом позвала девушка. – Саш. Ты живой?

– Едва ли, – прохрипел я. – Ты чего пришла?

– Вытащить тебя из плена, – в моих глазах Маргоша только что заработала сотню… нет, тысячу баллов симпатии. Я даже отсюда чувствовал, как девушку трясёт, но она всё равно пришла. Поцеловать бы её, да мне пошевелиться нереально.

Девушка подползла ко мне, изучила мамину руку и аккуратно приподняла её, за что тут же поплатилась. Сон у моей матери чуткий, о чём я не успел предупредить свою горе-спасительницу. На шее марго сжалась мамина ладонь, и девушка испуганно закричала, наверняка перебудив всех соседей.

– А вот и наша мышка, – сонно протянула мама, зевнув и разжав руку, – пришла наконец познакомиться. Я Светлана, можешь звать меня тётя Света.

– М-Марго, – испуганно пискнула девушка, потирая шею.

Мама прищурилась и стала внимательно рассматривать мою сводную сестру. Марго от такого поёжилась и стала на четвереньках пятиться к двери. Почему я сейчас чувствую, что снова упускаю что-то важное?

– Вот как, значит, – задумчиво сделала какие-то свои выводы мама. – Скажи-ка, дорогая, как Денис нашёл тебя и твою маму?

– Н-не знаю, – замотала головой девушка, ударившись задом о дверь. – Мне не рассказывали.

– Ясно, – мама аж улыбнулась. – Видимо, Денис снова во что-то вляпался. Ну да пойдёт он в задницу, я больше не стану его вытаскивать. Саша! Сделай маме кофе и какой-нибудь завтрак!

***

– Сумасшедшая, – проворчал я, ставя в микроволновку тарелку с бутербродами. – Хватать людей за шею… Что за дикость?

– По-моему, это ты какой-то заторможенный, – печально заметила Марго. – К тебе подкрасься очень легко, будто ты…

– Будто я что? – я повернулся к девушке, сидевшей на кухонном диване в майке и коротких шортах. – Договаривай.

– Ничего, – покачала головой Маргоша. – Не хочу снова ссориться. А твоя мама надолго?

– Понятия не имею, – вздохнул я. – Хочешь продолжить вчерашнее?

– Хочу, – улыбнулась и облизнулась девушка. – Только, видимо, придётся продолжать не дома… Может найти какую-нибудь подворотню? Где нас никто не найдёт? А если найдёт, то… хи-хи, – Марго захихикала, заставив и меня улыбнуться. Мыслит она, конечно, как законченная извращенка, но то, что она снова смеётся, грело душу. – Ой, точно! Мы же к Лине поедем. Думаю, там можно найти укромное местечко. Как во сне…

Я удивлённо посмотрел на Марго. Какова вероятность, что нам мог присниться один и тот же сон? Девушка явно намекала, что ей приснилось, как мы с ней переспали. Беда в том, что и мне тоже это приснилось.

Сон. Ночь. Неизвестный коридор с кучей дверей, одна из которых открыта. Оттуда слышатся голоса и музыка, но ни мне, ни Марго не было до них никакого дела. Девушка ухватилась за мою руку и вела меня по коридору в темноту. Остановились мы, уперевшись в двойные двери в конце коридора. Марго открыла их втолкнула меня в темноту, после чего зашла следом. Я споткнулся о порожек и упал на мягкий ковёр, а Марго, хихикая, включила свет. Освещение было мягким и не светлым, от чего комната была как бы в полумраке.

Девушка не дала мне встать и уселась мне на живот, склонилась надо мной и нежно поцеловала. Её руки блуждали по моей майке, ухватились за воротник и стали рвать бедный предмет одежды. Закончив с моей майкой, Марго откинула в сторону свою куртку, после чего взяла мои руки и положила их под свою майку на упругие полушария, увенчанные твёрдыми сосками. Я не стал долго сиськи мять и стал стягивать с девушки верх, а следом и джинсы с трусиками. Марго тоже в стороне не осталась и стянула остатки моей одежды, после чего развернулась к моему лицу задом, и поцеловала головку моего члена. Я же ухватился за её потрясную задницу и осторожно приблизил лицо к сокровенному, после чего, немного подумав, несмело коснулся губами бугорка, выглядывающего из-под капюшона.

Марго довольно заурчала и провела языком вдоль всего ствола моего члена, после чего принялась осторожно посасывать головку. Ладно, оральные ласки так оральные ласки. Я несмело провёл языком вдоль половых губок девушки и проник внутрь. Вкус, на удивление, приятный. Сладковатый, будто я реальный персик лизнул, а не проник языком в лоно девушки. Впрочем, это ведь сон.

Долго прелюдии не продолжились, так как мы оба изнывали от желания. Я выполз из-под девушки и перевернул её на спину, пристроившись между её ножек. Очень хотелось поскорее вставить, но я помедлил, проведя головкой члена по мокрым нижним губкам Марго. Вставил же я только после нетерпеливого стона девушки, и стал не спеша проталкивать член внутрь.

Марго рычала и стонала от удовольствия, извивалась под мной, обхватывала моё туловище ногами и насаживалась всё сильнее и сильнее. Почти каждый толчок вызывал у девушки бурные эмоции, и она довольно быстро и бурно кончила, но не перестала двигаться. Ей хотелось всё больше, а когда я уже был готов кончить, Марго насадилась на мой член до упора, приняв в себя всё.

Когда я проснулся, я был уверен, что в трусах у меня будет мокро. Но нет, утренний стояк был, а казусов не было. Это радовало. Особенно учитывая, что рядом со мной спала моя мама, закинувшая на меня во сне ногу.

Так что да, в какой-то степени Марго я таки трахнул, хоть это было во сне и неправда. А вот что снилось самой девушке я не знал, но судя по всему, нечто схожее. Странно, наверное, хотя, учитывая, на чём нас вчера прервали, я был не удивлён, что нам двоим снилась порнуха с нашим участием. По крайней мере, Марго не выглядела изнывающей от желания сношаться здесь и сейчас, что тоже радовало. Всё-таки не хотел я предавать вот так Лину.

Мама вошла в кухню, засыпая на ходу. Она села на диван, понюхала кофе и отправила бутерброд в рот, после чего задумчив посмотрела на меня.

– Нарисуешь меня? – спросила она, от чего я немного прифигел. – Я попозирую.

– Сейчас? – я спросил на автомате, хотя был готов отказаться.

– Не, сначала в душ схожу, а потом можно, – мама сделала глоток кофе. – Ух, сто лет нормальный кофе не пила!

Боюсь представить, что она тогда пила, если ей так понравился этот полупластиковый напиток. Хотя и на этот вопрос ответов я не получу.

– Вы же знаете, что он рисует девушек голыми? – осторожно спросила Марго, пересев ко мне и вжавшись в меня.

– Видела его работу, – кивнула мама. – Предлагаешь мне стесняться собственного сына?

– Нет, – растерялась сестра. – Просто это выглядит… странно.

– Если в твоей голове природой заложено всюду искать сексуальный подтекст, это не значит, что он действительно есть, – отчеканила мама. – Искусство, дорогая, несколько выше этого.

Ага, что не мешает художникам, фотографам и другим ребятам, работающим с изображениями, заманивать голых девиц к себе на студии и трахать их там. Искусство, может быть, и выше половых тёрок, но явно может способствовать им. Впрочем, я никаких иллюзий не питал на этот счёт. Моя мама может и безумно красивая женщина, но я никогда не желал сделать с ней что-то подобное. Это мерзко. Да и подобное желание у мамы возникло, скорее всего, из-за чувства вины, что она когда-то заставила меня невзлюбить моё увлечение.

– Нет, не нарисую, – наконец решил отказаться я. – Я не буду рисовать вот так… запланированно.

– Ладно, – мама не расстроилась отказом, или, по крайней мере, вида не подала. – Тогда, как созреешь, зови.

Ага, я почти поверил в желание моей матери заняться чем-то вместе со своим сыном. Почти. Марго, доев свою порцию батона с колбасой и сыром, убежала в комнату собираться. Да, сегодня ведь у Лины день рождения. Тот самый, которым мне парили голову последний месяц. И сегодня что-то должно произойти между мной и Линой. По крайней мере мне на это усиленно намекали столько же, сколько парили голову. За всей этой беготнёй я забыл узнать, кто ещё будет. Подружки Лины, Аня и Настя, что логично. Я даже поймал себя на мысли, что эти двое как-то перестали мелькать перед глазами в последнее время, хотя они от Линки ни на шаг не отходят. А кто ещё?

***

– Извиняюсь за ранний звонок, Александр Денисович, – из трубки телефона донёсся хриплый и уставший мужской голос. – Старший следователь Лисицын. Ваши контактные данные мне дала Соева Мария Сергеевна, ваша одноклассница. Не могли бы вы заехать в участок для дачи показаний?

– А по телефону никак? – с досадой спросил я, понимая, что потеряю драгоценное свободное время.

– Увы, никак, – печально вздохнул следователь в трубку.

Та чтоб вас! Почему Маша именно меня решила указать? Хотя, это риторический вопрос. Всё же скорую вызвал я, с медиками и полицией тоже говорил я. Так что да, я чуть ли не главный свидетель, если не считать таковым Игоря.

– Проблемы? – мама, видимо, услышав мой короткий диалог с полицейским, выглянула из папиной комнаты.

– Одноклассница-наркоманка регулярно подвергалась насилию от одноклассника-урода, – коротко ввёл мою маман в курс дела. – Теперь меня как свидетеля хотят видеть в участке.

– Видимо, одноклассница тебе сильно доверяет, – хмыкнула мама. – Могу отвезти.

– У тебя появилась машина? – удивился я. – И права?

– Кому они нужны? – рассмеялась мать и исчезла в комнате.

Когда мама уходила, она оставила всё совместно нажитое папе. Точнее, по её словам, мне. Где она жила, откуда у неё деньги и машина для меня оставалось загадкой, как и то, чем она занималась. Мама просто исчезла, а теперь появилась спустя несколько лет.

Пока ехали, я проверил сообщения. Ира перестала высылать фотографии, что радовало. Теперь она просто спамила мне требованиями ответа. Староста очень сильно хотела поговорить, писала, что это важно. А ещё появился некий новый отправитель, что завалил мою личку фотографиями. Сначала я решил, что это Ира, но быстро понял, что ошибаюсь. Ира была не такой стройной, как девушка на фото. Грудь больше, соски втянутые, бёдра шире, несильная полноватость (жирок, но такой, находящийся в отметке приличия) – это была моя староста. Её тело я неплохо запомнил, пока хлестал девушку по заднице. На фотографиях незнакомки красовалось стройное тело с аккуратной небольшой грудью. Телосложение на грани хрупкого, и, что было решающим фактором в пользу моей ошибки, лобок девушки украшал белый пушок волос. Фотографий было несколько, с разных ракурсов, но при этом ничего важного показано не было – незнакомка умело прикрывала соски и киску пальчиками с островатыми красными ногтями. И в конце всего одно сообщение: «Найдёшь меня, пока тебя не нашла я?». Звучало как угроза, если честно.

Я внимательно всмотрелся в фотографии. Не Лина точно, её тощие ручки я бы точно узнал. А больше никаких беловолосых девушек я и не знал. Может какая-то подруга Марго?

«Намекнёшь?» – я напечатал ответ и, немного помедлив, отправил.

Ответ не заставил себя долго ждать. Фотография сзади, демонстрирующая изящную спину, переходящую в крепкую на вид задницу. Однако в районе копчика был прикреплён белый пушистый хвост. Странно, но креплений я никаких не заметил, хотя очень пристально всматривался. Может замазала? Или их специально сделали невидимыми? Хотя, будь это леска какая-нибудь, или прозрачная лента, она бы кожу пережимала, но и этого не было видно. Точно фотошоп. Косплеерща какая-нибудь, хотя я больше склонялся к тому, что меня пытаются развести. Может мужик какой стырил паки фото какой-нибудь девицы и отсылает таким дурачкам, как я. Сейчас начнёт бабки клянчить за фото пооткровеннее.

Будто прочитав мои мысли, незнакомец отправляет ещё одно фото. Ракурс сверху на ножки демонстрировал пупок, уже упомянутый белый кустик волос и две раскрытые половые губки, увенчанные крошечным бугорком. Девушка на фото раздвинула пальцами свою киску, демонстрируя небольшую ниточку смазки, вытекающую изнутри.

«Не заставляй меня ждать, я от этого зверею» – гласило сообщение следом. Причём я невольно сделал акцент на слове «зверею».

«Чего ты хочешь?» – быстро написал я.

«Может быть почувствовать твой язык внизу… А может что потвёрже…» – неизвестный собеседник ответил моментально.

Я не верил, что это настоящие фото. Точнее, что эти фото принадлежат моему собеседнику. И проверить это было достаточно просто.

«Сфотографируй поближе» – написал я, после чего добавил: «И нарисуй красным маркером стрелку на внутренней стороне бедра». Сейчас мне либо напишут про деньги, либо уйдёт в отказ. Конечно, можно было взять готовую фотографию и просто отредактировать под мои требования, чтобы убедить меня, но такое будет видно. Заодно, пока ждал ответа, пробил несколько фотографий по поиску по картинке. Простое действие, на самом деле, но может быстро расставить все точки над «ё», заодно дав мне пак фотографий какой-нибудь эро-модели (или как их там называют). Быстро были найдены похожие фотографии. Как правило, для сверки достаточно найти какую-нибудь деталь, типа татуировки, пирсинга, родинки и прочих «уникальных» дефектов. Таковым оказалась родинка на бедре девушки.

«О, мальчик мне не верит?» – мелькнуло сообщение. Сейчас будет давить на чувство вины, мол я такой неблагодарный и так далее… – «Дай мне секундочку)».

Что?

Поиск по картинке. Да, я нашёл похожие тела у девушек, но ни родинки, ни кустиков не было. Маникюр тоже не соответствовал, но по ногтям искать дело гиблое – перекрасить ногти дело недолгое.

Пришло уведомление о новом сообщении с вложением. Я несмело открыл переписку и тупо уставился на фотографию. Широко раздвинутые ноги, раскрытая киска, а на бедре слева нарисована красная стрелочка… И надпись: «Саше Трестину от тайной поклонницы». Сука…

«Уважаю осторожность)» – стоило мне отойти от шока, как пришло сообщение. «Ну так что? Я прошла проверку? Или тебе прислать что-нибудь ещё? Не стесняйся. Отправлю что захочешь)))» – незнакомка продолжала мне писать.

«Покажи лицо» – без промедлений написал в ответ.

«Хитрый какой) Лицо не покажу :3» – незнакомка моментально ответила.

«Чего ты добиваешься?» – а я понемногу напрягался. Окей, я поверил, что пишет девушка, но то, что у кого-то незнакомого есть мои контакты, а также информация обо мне, вызывала панику. Дело в том, что я был подписал не своим именем. Интернет – опасное место, и, хоть я и не был параноиком, но базовые методы защиты не гнушался использовать.

«Хочу страстного секса» – как само собой разумеющееся отписалась незнакомка. Следом мне пришло короткое видео, на котором девушка отчаянно ласкала свою киску пальчиками, мило постанывая. – «Найди меня».

Последнее сообщение. Я в панике закрыл переписку и отправил её в чёрный список. Хотя толку в этом было мало. Может быть хакер какой? Что ещё этой девушке известно обо мне? Адрес? Номера карт? Адрес почты? В дрожь бросало. Чтобы успокоиться, решил посмотреть, что написала Ира. Два десятка удалённых сообщений, от которых лишь иконки остались, а в конце вопрос, иду ли я на день рождения Лины. Чёрт, надеюсь, Линка Иру не приглашала…

***

Разговор с полицейским помог немного успокоиться и сосредоточиться. Нет, дядям в форме я не жаловался на голую хакершу, хотя стоило бы, просто я смог отвлечься. Не знаю, что у Маши с родителями, как не знали это и доблестные стражи порядка, поэтому начали опрашивать знакомых. Маша настояла, чтобы меня спросили в первую очередь, написав письменное подтверждение любых моих слов. Это сильно давило, если честно. Но, в целом, без приключений поболтали. Ничего нового я не узнал, мне только сказали, что месяц-другой Маша побудет на принудительном лечении от наркозависимости, после чего сможет сдать пропущенные экзамены и жить дальше.

– Фух, хорошо, что той девчонке помогут, – выдохнула Марго, которую без споров пропустили со мной, но не опрашивали.

– С поступлением у Маши будут серьёзные проблемы, – посочувствовал я однокласснице, но этим и ограничился. Просто что-то большее я сделать был не в состоянии. Мне и самому нужно было разбираться с экзаменами и ВУЗами. Я искоса глянул на Марго. Ей, по идее, тоже, но я до сих пор не имел и малейшего понятия, учится ли вообще моя сводная сестра. Исходя из моих наблюдений, Марго не училась, но на то, что мои наблюдения являются истиной, не претендую.

– Её дело, – подытожила мои мысли Марго. Женщины вокруг меня научились телепатии?

Телефон снова подал признаки жизни, заставив меня напрячься. И было из-за чего. Хакершу я закинул в чёрный список, и писать мне она не могла. Видимо, она об этом не знала, поэтому и писала.

«Хе-хе, это было грубо(» – сообщение от незнакомки и следом новые фото. Первое снова было обнажёнкой, а вот на втором был снимок экрана с несколькими строками текста. Что за текст? Мой домашний адрес, а также все жильцы моей квартиры на данный, то есть я, Марго и мама. Следом ещё одно фото, но уже без голых тел. На картинке в кровати лежала мама в обнимку со мной. Судя по ракурсу, снимали через окно, блик на стекле намекает. Третий этаж, мать его, ухватиться со стороны улицы не за что.

«Что тебе нужно?» – намёк, что незнакомка очень не хочет прекращать общение, я понял. Не понял я, что ей надо. Деньги? Имущество? Чую я, что очень глубоко влип.

«Выйди из полицейского участка, бэдбой)» – чуть погодя ответила хакерша. Следом пришло ещё одно фото, на котором незнакомка пихала в себя нехилых размеров дилдо. – «Мне нужно заменить этого дружка;)» – в дополнение к фото пришёл текст.

«Ты просто хочешь заняться сексом?» – скептически настрочил я ответ.

«Бинго! Долго до тебя доходило» – сообщение пришло спустя секунд десять. – «Думал, я денег буду требовать? У меня их много. Найдёшь меня, и я поделюсь с тобой)))».

«Слушай, у меня девушка есть» – особо ни на что не надеясь написал я.

«Врунишка» – ответила мне незнакомка и прислала фото в полный рост перед зеркалом, только голову не было видно. – «Дам тебе фору. Найди меня до сегодняшнего вечера, иначе тебя найду я. А потом съем!))».

И тут же пришло уведомление о том, что меня отправили в чёрный список. Подытожим. Какая-то молодая, судя по телу, но старше меня, судя по некоторым обращениям, девушка (надеюсь не надо объяснять, как я пришёл к тому, что это девушка) хочет меня найти и трахнуть. Поправка: она уже знает буквально каждый мой шаг. Я невольно оглянулся, надеясь найти какую-нибудь беловолосую девушку среди прохожих, но попытка было тщетна. Вопросов у меня было очень много, и я, быть может, мог бы ей их задать, но я сейчас в чёрном списке, так что хрен мне. И что значит это её «съем»? Я чувствовал угрозу от этого слова, да и от ситуации в целом.

Я напряг память изо всех сил. Намёк, что я с этой неизвестной знаком, проскочил, но я знаю только одну беловолосую девушку – Лину. Были ещё несколько девушек из школы, но их я знал только в лицо, и никогда с ними не общался, как и они со мной. Даже имён их не знал.

– Ты чего такой задумчивый? – не удержалась от вопроса мама. Я пропустил тот момент, что дошёл до машины, сел на сиденье рядом с водительским и уже минут десять просто пялился в потемневший экран телефона.

– Ничего, – бросил я. Обсуждать с матерью хотелки голых девушек я не желал.

– Тогда хватит рассматривать голых девушек рядом с матерью, – чуть сердито ответила мама, после чего обратилась к Марго: «Мышка, тебе в торговом центре ничего не надо?»

***

Слава богу, меня на шопинг не взяли. Даже отмазку придумывать не пришлось. Домой, правда, пришлось пешком топать, но это мелочи. Дома я улёгся на диван и стал гонять по голове не самые лучезарные мысли. Что реально хочет от меня эта хакерша? Я снова открыл переписку, перечитал всё, но никаких намёков на реальные желания незнакомки не обнаружил. Свернул диалог и вновь посмотрел на переписку с Ирой. Если это кто-то из школы, то Ира должна знать. Хоть где-то Этанол должна быть полезна.

«Ир, ты знаешь, чьё это?» – я отправил старосте последнее фото хакерши.

«Может быть знаю…» – Ира ответила почти мгновенно, после чего мой телефон разразился релью видеозвонка. – «Хочешь узнать – не смей сбрасывать».

Обречённо вздохнув, я тыкнул в зелёную кнопку и всмотрелся в тёмное зернистое изображение. Фронтальная камера у Ирки была ужасной. На видео было слышно какое-то шуршание, после чего резко загорелся свет, и я понял, на что сейчас смотрел. Ира засунула телефон к себе под юбку и активно водила пальцами по бугорку над половыми губками.

– Не хочу отрываться от процесса, Саша, – простонала староста. – Но если хочешь, мы можем обсудить то фото с глазу на глаз.

– Ир, я же уже тебе говорил, что ты меня не интересуешь, – вздохнул я.

Изображение дёрнулось, и в теперь мне было видно раскрасневшееся лицо старосты. Она прикусывала губы и громко дышала, но вот её сердитый взгляд был устремлён на меня.

– Ну и дурак! Угх! – Ира особенно громко вскрикнула и задрожала. – И почему я только сильнее завелась?

– Ты знаешь, кто это, или нет? – я понемногу терял терпение.

– Покажи хуй, – выпалила староста.

– Нет, – фыркнул я.

– Тогда нет, – в тон мне фыркнула Ира и сбросила звонок. Сука!

Глубоко вздохнув, я откинулся на подушку и похрустел шеей. По идее надо было собираться к Лине, но меня сильно нервировала вот эта неизвестность. С какого перепуга вообще ко мне прицепилась эта неизвестная барышня? Не припомню, чтобы я когда-либо привлекал девчонок, за исключением Лины. А тут, после появления Марго, резко накинулись. Может быть это пресловутая женская солидарность? Или что там у них? Вот эта, когда парни, рядом с которыми тусуются девушки, привлекают внимание других девушек? Типа если одна одобрила кандидата, значит к нему имеет смысл присмотреться. Не разбираюсь я в женских взаимодействиях. У парней всё проще. Если девушка занята, то к ней обычно не лезут, за редкими исключениями.

В окно зала что-то стукнуло. По звуку напоминало птицу, клювиком бьющую по стеклу. Я даже голову поворачивать не стал. За армией кактусов всё равно ничего не увижу. Стук повторился, но уже громче, после чего кто-то с силой приложил кулаком по оконной раме. Я подскочил и подошёл к окну, опасаясь того, что могу увидеть. Третий этаж, напомню. Однако за стеклом было пусто. Я уже уходить собрался, когда заметил небольшой запотевший участок. Попробовал стереть, но очень поздно до меня дошло, что стекло запотело с улицы. С секунду я как последний идиот пялился на окно, и тут к запотевшей поверхности с той стороны что-то невидимое прильнуло. Два больших круга с тонкими окружностями по центрам. Грудь. Невидимые груди прильнули к окну. Я на всякий случай ущипнул себя, но след от груди никуда не пропал. Чуть выше появился след губ, будто кто-то поцеловал стекло. Как бы это не выглядело сексуально, но у меня дети в яйцах пищали от ужаса.

Очередной стук в окно заставил меня аки ошпаренному отскочить к выходу из зала и схватить первое, что попалось под руку – небольшую статуэтку слона с комода. Бросив осторожный взгляд на окно, я обнаружил, что следов от груди и губ на стекле не было. Кажется, у меня едет крыша… Огонь в масло подлило оповещение с телефона, что лежал на диване. Я медленно подошёл к девайсу и уставился на новое сообщение от незнакомки.

«Кролик».

Меня прошиб холодный пот. Либо кто-то научился становиться невидимым и лазать по стенам, либо мне нужно к психиатру. Господи, я очень хотел второе. На всякий случай, я снова подошёл к окну и выглянул. За окном всё так же было пусто, да и двор внизу был на редкость безлюдным. Краем глаза я уловил движение и тут же повернулся в его сторону. За углом дома мелькнуло что-то белое.

«Это была ты?» – я напечатал сообщение и не смог его отправить. Сука, меня не достали из чёрного списка. Возможно, пора становиться параноиком.

Немного подумав, я двинулся к своей комнате. Алюминиевая бита привлечёт много внимания, а вот складной нож можно легко спрятать. Проверив пальцем его остроту, поймал себя на мысли, общая суть которой сводилась к «какого хрена?». Даже если мне действительно нужно будет защищаться, я не смогу воткнуть нож во что-нибудь, выглядящее живым. Скорее всего придётся драться на кулаках. К тому же, вид ножа, как правило, не пугает драчунов, а злит и провоцирует. К тому же, очень сложно попасть по чему-то невидимому. Если это невидимое вообще существует…

***

Мама с Марго вернулись полчаса спустя. Пока моя сводная сестра убежала в комнату прихорашиваться, я взял в руки скетчбук. Хотелось хоть как-то успокоить нервы, и ничего умнее рисования я не придумал. Желания ехать к Лине на праздник улетучивалось с пугающей скоростью, но появиться там я был обязан. Лина ясно дала понять, что именно там мы сможем поговорить тет-а-тет о наших отношениях. Очнувшись от раздумий, я взглянул на получившееся художество. Женское тело с очень большой грудью, прижатой к плоскости, а вместо головы у этого тела был лисий хвост. Вырвав страницу из альбома, я смял её и кинул в мусор.

На звук рвущейся бумаги в комнату заглянула мама. Её невозмутимый взгляд и вопросительно приподнятая бровь явно дали понять, зачем она зашла. Вздохнув, я кивнул на компьютерное кресло. Всё же видеть Марго в качестве модели мне больше хотелось. Мама прошла по комнате, внимательно осматривая поверхности со стоящими на них предметами, и уселась на предложенное место, после чего стянула с себя майку и принялась возиться с лифчиком. Если кто подумает, что происходящее малость выходит за рамки, то он немного ошибётся. Голую мать я видел не раз, всё же мы жили раньше все вместе, и её позиция относительно стеснения своего сына была вполне оправдана. Серьёзно, она меня своей грудью два года кормила, до последнего оттягивая переход на другое питание. Будь её воля, кормила бы по сей день.

Оставшись топлес, мама замерла, уставившись на меня. Я же принялся набрасывать на лист скетчбука основные линии. В целом, я прекрасно осознавал, что женщина передо мной чудовищно красива, и это понимание я хотел передать в рисунке. Аккуратная грудь, тонкая шея, линии ключицы, небольшие розовые соски, родинка на груди, кулон с голубой стекляшкой, всё это обрамлено золотыми шелковистыми волосами. С лицом мамы вообще проблем не возникало – её тонкий аккуратный нос, пухловатые губы, скулы, голубые глаза, пышные ресницы и брови вырисовывались почти сами. На весь рисунок у меня ушло минут пятнадцать, и я сам не заметил, как ушёл в работу с головой, вырисовывая каждый изгиб и штрихуя тени и блики от солнечных лучей, пробивающиеся сквозь шторы.

– Ты в порядке? – устав просто меня рассматривать мама решила начать разговор.

– Почему спрашиваешь? – не отвлекаясь от рисунка спросил я.

– Ты полдня задумчивый ходишь, – пояснила мама. – Вот я и забеспокоилась. Это из-за тех фото?

Грифель карандаша с треском отломался, когда моя рука дёрнулась. Это и послужило ответом.

– Что хотела та девушка? – мама чуть наклонила голову и поправила упавшую на лицо прядь волос.

– Не знаю, – почти честно ответил я. – Пишет, что хочет секса, но её реальные желания для меня загадка.

– Покажи переписку, – мама вытянула руку в сторону моего телефона. Признаться, мне было неловко демонстрировать такое. – Да не переживай ты. Что я, по-твоему, девушек голых не видела? – в подтверждение своих слов она повела плечами, от чего её объёмная грудь колыхнулась.

Я нахмурился и передал маме телефон. Она некоторое время бегала взглядом по строкам, всё сильнее хмурясь. Сейчас начнётся: «Почему раньше не показал?», «Это же мошенница!» и им подобные.

– Отчаянная девица, – хмыкнула мама. – Я так понимаю, ты не знаешь, кто это?

– Понятия не имею, – пожал плечами. – Но меня напрягает, что она, видимо, следит за мной.

– Ку… Такие, как эта курица, в этом возрасте бывают чересчур глупыми в своих действиях, – почти поучительным тоном объяснила мама. – Однако, если пойти у неё на поводу, имеет смысл не спускать с девушки глаз.

– К чему ты это рассказываешь? – не понял я.

– Парень взрослый, – отмахнулась мама, чуть задумавшись. – Сам разберёшься. И с Маргошей тоже. Пока мы с ней по магазинам ходили, она частенько о тебе спрашивала. А ещё Марго очень ревнивая.

– Я заметил…

Глава 6

– Ты меня сильно омолодил, – мама придирчиво рассматривала свой портрет. – Тебе нужно больше практиковаться.

– Не правда! – возразила Марго, переводя взгляд с рисунка на оригинал. – Почти точь-в-точь нарисовал!

Две женщины стояли посреди моей комнаты и спорили, пока я просто валялся на кровати. Обе были раздетыми: мама после позирования так и не оделась, а Марго...

Лина сказала Маргарите, что на празднике будет бассейн, поэтому моя сестра решила вместо нижнего белья сразу надеть купальник, к слову, весьма откровенное бикини вызывающего красного цвета. С трусиками проблем у девушки не возникло, а вот завязать верёвочки лифчика на спине она не смогла и пришла ко мне за помощью. Увидев, что моя мама сидит напротив меня с голой грудью, Марго, недолго думая, сбросила бедный лифчик на пол и уселась рядом со мной, наблюдая за моим рисованием и сильно отвлекая.

Вот правда, зачем она так? Окей, мы уже выяснили, что я нравлюсь Марго, да и сама девушка мне нравилась, о чем явно свидетельствовала кровь, устремившаяся в мой детородный орган. Но, если всё же думать головой, а не головкой (и мой батëк мне постоянно напоминал, что рядом с девушкой думать нужно исключительно головой, иначе быть беде), то ситуация вырисовывалась не очень. Да, мы с Марго не кровные родственники, а на данный момент вообще чужие друг другу. Но ведь факт того, что наши родители поженятся, уже был, и наши дальнейшие отношения после свадьбы предков могут сильно осложниться. Хотя нет, у нас будет туева хуча проблем из-за этого.

Допустим, Лина не проявляла бы ко мне интерес, то есть ничего не мешало бы мне сойтись с Марго. Вопрос: как долго продлятся наши отношения? Учитывая ревность Маргоши, которую она пока что усиленно прячет (с переменным успехом, ведь даже сейчас она светила грудью из-за ревности), очень недолго. И вот как после расставания существовать на одной жилплощади? Да, есть те, кто так делает, но лично мне это виделось проблемным. А когда я с другой девушкой сойдусь? Это же будут постоянные скандалы и сравнения, вечный вынос мозга с постоянными зовами на помощь мамы, которая, на минуточку, станет моей мачехой. Выход будет лишь один – свалить из дома. Опустим вопрос куда, просто оставлять этим двоим папину квартиру и уходить в бега не хотелось. Выглядело это как "честный" отъëм квартиры.

А теперь вспоминаем, что у меня есть Лина. Не нужно быть гением, чтобы предугадать её реакцию на связь с другой девушкой. Да и меня сильно напрягает вся эта ситуация. То на горизонте ни одной девушки, то вешаться от их количества хочется. Две крайности, мать их.

– Если не нравится, то..., – я потянулся к рисунку, чтобы вырвать его из альбома. Мне вот эти споры топлес в комнате никуда не упали, ещё переодеться надо было и собираться на день рождения Лины.

– Тебе просто нужно чаще рисовать, – мама положила свою ладонь на мою. – Я буду позировать, ты – рисовать. Маргоша права, получилось хорошо, но не идеально. К тому же, Марго тоже может быть твоей моделью.

Так, замысел матери я тоже понял. Навëрстывает упущенное. Только сейчас я заметил, что мама с Марго очень быстро нашли общий язык. И почему у меня такое чувство, будто бы мама пытается навязать мне Маргариту? Я ощущал нехилый подвох. Если смотреть с токи зрения мамы, то Марго будет одним из главных противников для неё, мешающим возвращению в семью. Где логика? Ни за что не поверю, что моя мама умудрилась повестись на обаяние моей сводной сестры. А если она не хочет возвращаться? Да не, бред. На кой чёрт она тогда припёрлась сюда и сиськами светит?

Всех голых женщин я из комнаты выгнал. Важный день, мать его, не только у Лины, а меня тут совращают по всем фронтам. Телефон молчит – это приятно. Вестись на заигрывания какой-то левой извращенки мне не хотелось. Будет залупаться – обращусь в уполномоченные органы, пускай они адреса всякие отслеживают. Сегодня у меня одна цель: понять и принять то, что творится в голове Лины. Может быть и повеселиться от души до кучи, но Лина в приоритете. Для закрепления своей решимости схомячил ещё одно яблоко Лизы, и оно, что удивительно, действительно придало сил. Будто заново родился. Интересные у рыжули яблоки, ничего не скажешь.

Чистые трусы надел, сверху самые опрятные джинсы, майку натянул, одинаковые (это важно) и не дырявые (это ещё важнее) носки. В маленький карман джинсов засунул презерватив, жвачку закинул в другой карман, одеколоном облился. Всё, я готов на любые подвиги. Нож решил не брать – я же решил не бояться.

В прихожей на меня уставилась Марго. По глазам вижу – хочет поржать. Сама девушка оделась вполне просто: майка до пупка, джинсы, каблуки, сумочка, под этим всем ударный бикини, от которого привстанет даже у девочек – ничего необычного. Удивило меня то, что мама намылилась с нами поехать.

– Стоять, – я осмотрел лук своей матери, отметив, что отвык видеть её в платье, – приглашали нас с Марго. Про тебя речи не было.

– Саша, – мама улыбнулась, и у меня внутри всё сжалось от ужаса. Нет, улыбалась мама на все сто, но есть нюанс… мама улыбалась обычно перед тем, как собиралась сломать кому-то что-то. – Не думаю, что старина Кроули будет против моего присутствия.

Фух, обошлось. Мне показалось, что от одного тона мамы у меня выпали несколько зубов. Люлей моя родительница умела выдавать смачных, моя кривая носовая перегородка тому свидетельница.

– Не бойся, – тон мамы сменился на ласковый. – Пить мешать не буду. Веселиться же едем. У меня к отцу твоей подружки есть разговор.

– Надеюсь, после твоего разговора Лина со мной хотя бы общаться будет, – проворчал я, понимая, что эту женщину мне не остановить.

Празднование проходило на даче четы Кроули. В тяжёлые кованные ворота мы заехали вместе с сумерками, и, судя по крикам и музыке, веселье уже шло полным ходом. Дача, хотя скорее напрашивалось «усадьба», выглядела солидно. Даже не скажешь, что её владелец был врачом. Впрочем, я ничего не знал о матери Лины. Может там бизнесвумен какая, а я просто колоннам удивляюсь и живой изгороди. К тому же было ясно видно, что Кроули ярые фанаты итальянской архитектуры. Белый двухэтажный дом с куполообразными черепичными крышами. Или это греческая архитектура? Что-то европейское точно. Кто вообще решил, что я разбираюсь в архитектуре?

Встречала нас Лина собственной персоны. Вид у неё был немного потерянный, впрочем, стоило нам пересечься взглядами, как девушка… нет, не засияла, а покраснела и отвернулась. А вот вид Марго вызвал у Лины нечто напоминающее гнев. Чё они уже не поделили? Да и когда успели? В любом случае, Лина пригласила нашу великолепную троицу за живую изгородь, и мы попали на празднование совершеннолетия моей будущей, надеюсь, девушки.

Вечеринка выглядела по всем стандартам киношных американских тусовок. Бассейн с полуголыми девушками – чек, диджейский пульт с диджеем странного вида – чек, стол со жратвой и выпивкой – чек, куча неизвестных бесящихся под сомнительную музыку подростков – чек. Ну и родительская богатая хата без видимости самих родителей на горизонте туда же.

– Ты их всех знаешь? – я осмотрел толпу, ощущая желание набить кому-нибудь лицо. Вполне заслуженно, если честно, потому что эти недолюди громили весьма симпатичный задний дворик усадьбы, и совершенно не стеснялись хозяйки. Вон там, у небольшого сарайчика девушка с обнажённой грудью делала весьма характерные покачивания головой над пахом какого-то парня, походу спящего. Как вообще во всём этом шуме можно было уснуть?

– Кого-то да, – вздохнула Лина и повернулась ко мне, – кого-то нет. На огонёк многие местные группы прибежали. Не вижу никаких проблем в этом.

Тон у девушки был какой-то обвинительно-обиженный, хотя я ей ничего не сделал. Да какого чёрта всё так сложно? Ещё и гадай, чем Лина недовольна. Сама обиженка оставила нас посреди дворика и упорхнула в толпу. Следом побежала Марго, мама похлопала меня по плечу и направилась к дому, а я… остался один. Беснующиеся люди меня интересовали мало, поэтому, я направился мимо основной толкучки в надежде найти знакомые лица. Лица, к слову, долго искать не пришлось – Аня и Настя сами меня окликнули.

Обе девушки плескались в небольшом бассейне, демонстрируя окружающим свои весьма сексуальные тела в не менее сексуальных купальниках. Чёрт, у меня от всех этих половых отношений мозг начинает думать в одной единственной плоскости. В любом случае, Ане очень шёл нежно-синий купальник, подчёркивающий её изгибы и выгодно смотрящийся со светлыми волосами девушки. Настя в чёрном сплошном (но не сплошном, с отверстиями, далёкими от технических) купальнике выглядела так же обворожительно.

– А вот и главный гость, – хихикнула Аня, вынырнув из воды и положив руки на бортик. – Мы уже думали выдвигаться за тобой.

– Опаздываешь, – с кучей брызг вынырнула Настя и ухватилась за мою ногу, потянув ту на себя. Естественно, я навернулся в бассейн в объятия двух красоток под радостное улюлюканье толпы. – Штраф за потерянное время.

– Я не планировал сегодня купаться, – я вынырнул, отплёвываясь от воды с привкусом хлорки. – Какого чёрта?

– Потому что это весело! – заявила Аня, найдя новую точку опоры – меня. Девушка ухватилась за мою шею, прижимаясь своим телом ко мне. – А ещё потому, что мы…

– В говно, – икнула Настя и напрыгнула на меня и Аню сверху, утянув нас всех под воду.

Вынырнули мы через несколько секунд, точнее, вынырнул я, не смотря на балласт из двух голых девиц. Гости встретили нас криками, хлопками и бросанием пластиковых стаканчиков в воду, что лично у меня вызвало отвращение и толику стыда. С трудом сбросив с себя бухих Аню и Настю, я подплыл к бортику и выбрался из воды, ощущая, как вечерний холод пробирает до костей сквозь мокрую одежду. Ещё и телефон в джинсах был… Был. Хлопнув по карману, я с ужасом осознал, что искомого аппарата не было на месте, и пришёл к выводу, что ныне мой девайс бороздит просторы дна бассейна. Сокрушался я недолго, решив, что грустить по телефону, который вряд ли пережил падение моего тела в воду, уже поздно.

– Я смотрю, девчонки так и липнут к тебе, – меня по плечу хлопнула неизвестно откуда появившаяся Марго. – Держи, ты выронил.

Удивительно, но протягивала девушка именно мой телефон, который я уже мысленно похоронил. Точнее, утопил, но всё ещё мысленно.

– Марго, – я расчувствовался и прижал к себе девушку, – я тебя люблю! Ты умница!

– Чего ты так внезапно? – хоть лица своей сводной сестры я не видел, но мог поспорить, что она покраснела. Впрочем, я и сам сейчас расцветки был нестандартной. Лина стояла прямо перед нашей обнимающейся парочкой, и по её взгляду я понимал, что мне задница, причём не подтянутая и упругая (Линина то бишь), а очень некрасивая и, вероятно, даже не помытая.

– Иди за мной, – виновница торжества ухватилась за мою руку и вытянула из окружения пьяной толпы и из объятий Марго. Вслед нам из бассейна полетели несколько тряпочек синего и чёрного цветов, заметно оживив толпу. Шли мы в сторону дома, смотреть который мне совсем не хотелось изнутри – боялся, что жаба задушит. Зайдя через террасу внутрь, Лина остановилась и толкнула меня в кресло, усевшись напротив. – Саш… Твоя «сводная» сестра… Не надо тебе с ней общаться.

– Как ты себе это представляешь, Лина? – удивление… нет, меня охватило скорее изумление. Чем, правда, не понял: то ли ревностью Лины, то ли глупостью её просьбы. – Хочешь или нет, но я не могу не общаться со своей сводной сестрой. Да и не хочу я с ней не общаться. Марго и так одинокая.

– Это тебе так кажется, – фыркнула моя (не) девушка. – Саш, тебе со стороны не видно, а я вижу отчётливо, что эта сучка просто тебя использует. Предлагает всякое просто чтобы втереться в доверие и… – Лина запнулась.

– И чего же она хочет по-твоему? – от сарказма в моём голосе она поморщилась.

– Я… не знаю, – на мгновение мне показалось, что девушка ответит на вопрос, причём вполне конкретно, словно хорошо знает Марго.

– Лин, что за секреты? – я решил надавить, не сильно надеясь на успех.

Лина в ответ замолчала, уставившись на меня. Её руки, сцепленные в замок на груди, тряслись, а пальцы извивались, выдавая волнение девушки. Такое чувство, что прямо сейчас Лина обдумывает, говорить ли мне что-то невероятно важное, или забить.

– Саш… Ух, слушай, я… Я хочу… – Лина начала что-то говорить, но то ли слова не шли, то ли она так и не определилась. – Слушай…

– Слушаю, – кивнул я, сделав серьёзную мину. – Максимально внимательно.

– Ты мне нравишься, – девушка отвела взгляд, а я почувствовал, что сейчас прозвучит «но». – Но…

И замолчала, задумавшись. Господи, да что не так?! Лину уже сосватали какому-нибудь московскому мафиози (или как они тут себя называют)? Лина резко передумала по мне сохнуть? Лина парень? Лина после полуночи станет тыквой? Что такое это твоё «но», Лина?

Понятия не имею, какое у меня сейчас лицо. Подумать только, эта девчонка притащила меня, насквозь промокшего, в свой дом, усадила в кресло и принялась элегантно выедать мне мозг, оттопырив мизинчик. То хочу, то не хочу. То подожди, то не подожди. То да, то нет. Я ради этой девушки ограничил своё общение с другими представительницами прекрасного пола, оставив только тех, с кем физически не способен перестать взаимодействовать. Я припёрся на тусовку, на которую в жизни бы не пришёл, ради неё. А в итоге слышу эти сраные «но».

Благо, мозг у меня всё ещё на плечах, и я ничего не сказал, хоть и очень хотелось. Споры допустимы, когда разумные доводы не заслоняет гнев.

– Саш, скажи… ты знаешь что-нибудь обо мне? – наконец собралась Лина, рассматривая мою хмурую физиономию.

Вопрос… интересный. Даже очень. Я с ходу могу дать характеристику ей, хоть и не самую лестную, зато искреннюю и правдивую. Но, уверен, вопрос с подвохом, поэтому я решил уточнить:

– В плане?

– Что, если я совершенно не такая, какой ты меня знаешь? – уточнила Лина, зачем-то вцепившись в тканевый подлокотник своими коготками.

– В плане? – я повторил, внимательно рассматривая лицо девушки. – Лин, а какая ты? Ты чем-то отличаешься от той Лины, которую весьма открыто показываешь в школе? Или я не догоняю вопрос?

– Ну… – Лина снова замялась. – Если бы я была не совсем человеком?

– Ты что, квадробер? – я не удержался и сам улыбнулся на свою искромётную шутку. – Или идентифицируешь себя как гомосексуальный вертолёт? Лина, ты можешь прямо свою проблему озвучить?

– Не могу, – буркнула девушка и откинулась в кресле, демонстрируя, что на меня обиделись. – Было бы всё так просто…

– Да куда проще? – не выдержал я. – Ты мне нравишься? Нравишься. Я тебе нравлюсь? Нравлюсь? Куда проще то?

– Саш, – Лина вскочила с кресла и зашагала к двери, игнорируя логику, – когда поймёшь, к чему я тебя обо всём спрашивала, мы вернёмся к этому вопросу, – девушка остановилась около двери. – И скажи своей маме, что ходить без трусов неприлично.

– Что? – ответом на моё недоумение был хлопок двери. Я от неожиданности даже не понял, как мне реагировать. Мама приехала к «старине Кроули» без трусов? Лина считает свои тупые вопросы очень важными? Тут вообще адекватные люди есть?

– Ребзи, пиццу привезли! – когда я вышел на улицу, меня встретил окрик какого-то смутно знакомого пацана. Вроде чел с параллельного класса. Точно, он. Имени не знаю, но мгновенно узнал этот охреневший фэйс, вокруг которого постоянно вьются какие-то девчонки. Даже сейчас несколько девиц скорее раздетых, чем одетых, чуть ли не обтирались об тощее тело этого ноунейма. Причём, тёрлись так усердно, что любой мог без зазрения совести наблюдать, что под ультракороткими юбками трусов нет. Опять трусы, которых нет. Это тренд какой-то?

Я двинулся к бассейну, вспоминая, где я оставил Марго. Даже страшно становится, если она станет частью этой безликой толпы. И вот сюрприз: рядом с бассейном моей сводной сестры не оказалось. Лишь десяток голых (прям совсем голых) девиц плескался в воде. Засмотревшись на обнажённую женскую кожу со всеми интересными вогнутостями и выпуклостями, я почти не заметил, как в моём мокром кармане что-то завибрировало. Мой телефон ожил, оповестив меня о пришедшем сообщении.

"Раз-два" – я с недоумением уставился на экран. Писала та самая неизвестная хакерша.

"Болит голова" – она весьма точно описала моё состояние. Я мысленно (и раздражённо) поаплодировал ей.

"Три-четыре" – кажется, она пишет мне какую-то считалочку. Как-то по-детски для девушки, которая ещё утром присылала свои голые фото.

"Ты в паутине" – с каждой строчкой мне становилось всё больше не по себе. Чувство такое, будто я в капкане, который вот-вот схлопнется.

"Пять-шесть" – так, курс полёта фантазии вроде понятен, но почему-то мне было любопытно, чем это всё закончится.

"Хочу тебя съесть" – по моей спине прошёл озноб. Я буквально почувствовал, как ко мне подкрадывается со спины голодный зверь.

"Семь-восемь" – и до скольки она насочиняла там?

– Добавки просим, – раздался томный шёпот у моего уха.

От неожиданности я чуть не навернулся в бассейн, благо чья-то рука ухватилась за моё плечо и удержала меня.

– Кролик, – пока мир перед моими глазами вновь обретал свою чёткость, звонкий девичий голосок ударил по моим ушам. Звуки вокруг будто просто обрубило. – Ты слишком неосторожный, я ведь могла и напасть.

– Ты? – я на мгновение зависит, рассматривая девушку. Я её действительно знал, но в жизни бы не подумал, что именно она мне так бесстыдно написывает.

Девушка была на год старше меня, закончила мою школу в прошлом году и исчезла. До сегодняшнего дня я ни разу с ней не разговаривал, но знал о её существовании. Такую довольно сложно пропустить: симпатичная азиатка (вроде её родители были из Кореи, возможно даже Южной) с белоснежными длинными волосами, высокая, стройная, любительница готического стиля и весьма популярная особа. Это то, что я знал о ней. Ни имени, ни чего-либо ещё я не знал... До сегодняшнего дня.

– Долго думаешь, – девушка похлопала меня по плечу и приблизилась ко мне, обдав запахом персиков. – Неужели моя маленькая игра была такой сложной? Найти меня ведь было просто.

– Ты ни единого намёка не оставила! – возмутился я. – Базара нет, ходи ты голой – я бы тебя быстро нашёл.

– А как же... – девушка задумалась, после чего улыбнулась, и я невольно взглотнул. Какие-то у неё зубы не такие... – В любом случае, ты проиграл. Я подожду пару часов, а после заберу свой приз. Кстати, – она подмигнула мне, – трусов на мне сегодня нет.

После этих слов она развернулась и ушла, виляя задом. Что это было?

– Вы с Мей-Мей знакомы? – рядом тут же материализовались несколько человек, мешая мне своими расспросами проследить за интересующей меня персоной. – Давно? Близко?

Да куда там… Я вздохнул, отмахиваясь от назойливых людишек. Душновато становится, когда рядом такая толпень. Я выскочил из оцепления в поисках тихого угла. Мой социальный запас на сегодня был исчерпан, а ведь Лина ещё даже свечи не задувала. Остановился я только возле живой изгороди в неприметном, спрятанном во мраке уголке.

– Сука-а-А-А-А! – не смог сдержать эмоции и уселся на землю. – Чё им всем от меня надо?

– Хуя ты охуенно важный, – рядом со мной раздался мужской голос, и воздух наполнился запахом сигаретного дыма. – Или это лишь самовнушение изгоя, который нафиг никому не сдался?

– Был бы рад, будь это так, – я вздохнул и повернулся к мужской фигуре, которую точно не смог бы пропустить. Чёрные волосы с белыми прядями, глаза разного цвета ещё и будто светятся в темноте красным и зелёным, мышцы, натягивающие тёмную майку, сигарета в зубах. Мужчина передо мной стоял в темноте и внимательно наблюдал за происходящим у бассейна. – Я Саша.

– Вот как? – хмыкнул незнакомец, выдыхая струйку дыма. – Меня тоже когда-то Сашей звали. Года два, наверное, назад. Проблемы с женщинами?

– Наверное, – вздохнул я, пытаясь понять, почему это «когда-то Саша» кажется мне каким-то неестественным. – То никому не нужен, то все как с цепи посрывались, но держат дистанцию. Вроде френдзона, но с преимуществами.

– Гарем – штука такая, – снова хмыкнул этот мудрец. – Тебе кажется, что ты выстраиваешь с ними отношения, но при этом не замечаешь, что попал в капкан, который уже сжимает свои зубы на твоих причиндалах.

– Какой там гарем? – отмахнулся я. – Мне бы с одной до чего-нибудь внятного дойти. А то у нас то поцелуи, то динамо. И всё, блин, взаимно, но нихрена не взаимно.

– Сам разберёшься, – «не-Саша» хлопнул меня по плечу и двинулся куда-то в темноту. – Просто попробуй посмотреть на своих женщин с… нетривиальной точки зрения. Может быть, поймёшь, что бежать надо, пока не поздно. Хотя… уже поздно, но помирать лучше на своих условиях.

– Ты ёбнутый какой-то, – я повернулся в сторону своего собеседника и увидел лишь пустоту. Только сигаретный дым доказывал, что мой собеседник существовал. А может, это я ёбнутый? – Пиздец.

Однако, рефлексировать и наблюдать за весельем со стороны мне показалось неплохим занятием. Даже как-то успокаивает. Жаль только, что типичным парнем, стоящим в углу на вечеринке, мне быть не суждено. Чел с параллели весьма вульгарно нарушил мою идиллию, вторгнувшись с тремя девчонками в мой крошечный уголок мрака. Причём, он сделал это не случайно, а вполне намеренно, выискивая именно меня.

– Опа, Санчи, ты чё тут сидишь? Нажрался и грустишь один? Хош, девочками поделюсь? – этот мамкин сутенёр возник из толпы прямо передо мной, уселся рядом и щелчком пальцев отправил одну из девушек мне на колени. – Чёт тухлая тусовка, брат. Нам с тобой, настоящим бэдбоям тут остаётся только пить и скучать, отбиваясь от фанаток. Давай завалимся в какой-нибудь клуб? Знаю один, там туалетные кабинки прям как в нашей школе.

– Грязные и разбитые? – я честно старался игнорировать этого додика, чему сильно способствовала симпотная деваха с раскосыми глазами, стягивающая с себя топик и сидящая голой задницей на моих коленях, но всё же не смог. Долбанное моё остроумие.

– Не, я про женский на третьем этаже, – чел даже не заметил, что я его стебу, отвлечённый тем, как две девчонки борются с его цветастыми шортами. – В котором ещё завуч отсосала одному старшаку в прошлом году, сечёшь?

А, этот. Нечто из разрядов школьных мифов. В женском туалете на третьем этаже несколько особо интересующихся девчонок пропилили дыру в одной из кабинок. Пересмотрели видео с тегами глорихол и захотели так же. Уже после акта вандализма девчонки поняли, что просчитались, ведь в женских туалетах нет парней, которые бы в такие дырки совали свои члены. Вместо того, чтобы отправиться в мужской туалет и сделать такую же дырку, дамы решили пустить слух, что в женском туалете можно нарваться на халявный минет или даже больше. Это то, что историческая хроника не подвергает сомнению. Ту же дырку я собственными глазами видел.

А вот миф начинается на истории о том, как один уникум таки соблазнился на слухи и пошёл их проверять. Залез в женский туалет, заперся в кабинке и принялся ждать. Ждал почти урок, но всё же дождался: в соседнюю кабинку кто-то вошёл, вальяжно постукивая каблуками. Уникум естественно решил, что это за ним, и засунул в дыру свой член, и спустя несколько возмущённых (хотя по мифу это были возбуждённые) вздохов он почувствовал, как чьи-то губы смыкаются на его конце. Минуту спустя, когда чел уже спустил всё что хотел, надел обратно штаны и с видом победителя выходил из кабинки, его дёрнуло посмотреть, кто же эта мастерица отсосов. Ворвался он в соседнюю кабинку и увидел… нашу завуча, женщину под полтинник, вытирающую платочком свои губы.

Учитывая, что шум поднялся нешуточный, но при этом ни его, ни её никто конкретно назвать не может, у меня складывается стойкое впечатление, что та дырка в женском туалете девственна и невинна. Но слухи превратили тот самый туалет чуть ли не в местный бордель, в котором каждый урок кто-то кому-то сосёт или сношает через клятую дыру. Понарошку естественно.

– Интересный у тебя способ выбора клубов, – хмыкнул я, дав девчонке на моих коленях возможность положить мои руки на свою грудь. – По туалетам.

– Так там самое кайфовое происходит, сечёшь? – блаженно выдохнул чел, балдея от ласк девчонок, справившихся наконец с его шортами. – Там и покурить, и потрахаться дают. Всё, блять, дают, только захоти…

Последний вздох собеседника меня напряг, звучало так, словно он помирает от кайфа. Я повернулся в его сторону, чтобы оценить, жив ли пациент, когда девушку с раскосыми глазами оттолкнули с моих колен.

– Он сегодня со мной, – елейно пропела Мей-Мей, усаживаясь на нагретое место. – Мой кролик, моя добыча.

Девушка вцепилась зубами в мою ключицу и болезненно втянула воздух в себя, оставив на мне хорошую такую отметину от зубов в обводке из помады. Словно территорию пометила.

– Он убегает со мной, – выдохнула она, заглянув в мои глаза. Я готов поклясться, что видел, как её зрачки по-звериному сузились. Этот взгляд действительно заставил меня почувствовать себя кроликом в зубах хищника.

Не теряя времени, Мей-Мей вскочила, потянув меня за собой, и двинулась к воротам, не обращая внимание на мои потуги сопротивляться. Признаться, я не сильно пытался. С Линой выяснение отношений не получилось, Марго веселится и заводит знакомства, мама… опустим горькие мысли. Чё мне тут делать? Сидеть в углу и наяривать на то, как бесятся остальные? Туше.

Прошли мы всего ничего, сотни три метров от Лининой дачи, и завернули в тихую улочку, выглядящую как идеально подходящее для убийства место. Пройти ещё немного у моей спутницы не было ни силы воли, ни желания. Мей-Мей прижала меня к стене и принялась буквально срывать с себя одежду, чередуя треск ткани с поцелуями. Досталось и моей майке, которая теперь имела стильный вырез от воротника до пупка.

– Стой, – я попытался внять к голосу разума девушки, но та уже думала маткой и глухо рычала на мои попытки нажать на тормоз. – Да погоди ты!

– Сегодня можно, – отмахнулась Мей-Мей, срывая с себя джинсы. – Я уже не могу дождаться. Ты слишком вкусно пахнешь.

– Что? При чём тут мой запах? – я не понял и принюхался, ощущая только удушливый запах персика и мокрой шерсти, исходящий от девушки. Стоп, что? В темноте переулка я отчётливо увидел огромный лисий хвост, вполне реально ударивший меня по ногам. Мей-Мей повалила меня на землю, сама упала на четвереньки и медленно, словно хищница, загоняющая жертву, поползла ко мне, капая слюной из зубастого рта. Это у неё на голове звериные уши? Я даже ущипнул себя в надежде проснуться, но боль была вполне реальной. От понимания, что Мей-Мей писала вполне буквально о том, что собирается съесть меня, у меня резко включился верхний мозг, отдавая ногам одну единственную команду: БЕЖАТЬ!

Откуда взялось это чудо в шерсти? Я дёрнулся в противоположную от девушки сторону, едва уйдя от удара когтями, который меня всё же задел, оставив несколько болезненных полос на руке, и побежал. Впереди длинная узкая улица, свернуть куда возможности нет, так что вспомнив, что быстрые ноги пизды не боятся, сегодня во всех смыслах, я бежал, молясь всем богам, чтобы впереди не было тупика. Мей-Мей не отставала, бежала на четвереньках по асфальту, стенам и крышам, периодически покусывая меня, когда нагоняла, добавляя стимул не останавливаться. Было понятно, что эту гонку мне не победить. Что делать? Бежать не вариант, спрятаться не выйдет – негде. Остаётся только бить в ответ. Авось отпугну, во что слабо верилось. Рядом как раз оказалась мусорка с кучей строительных отходов, среди которых лежала моя палочка-выручалочка на сегодня. Что странно, но сама девушка куда-то пропала, и лишь её смех говорил, что погоня ещё идёт.

Я подскочил к куску арматуры, схватил его и стал пятиться дальше по переулку. Руки дрожали, но держать импровизированное оружие было легко, даже учитывая ранение на руке. Ещё бы, во мне сейчас адреналина больше чем крови. Шаг, ещё шаг, дёрнулся в противоположную сторону от раздавшегося хихиканья, шаг... Тупик?

Я резко развернулся, готовый увидеть стену, кучу мусора, голую маньячку, но увидел клочок рыжих волос. Опустил взгляд ниже и осознал, что врезался спиной в Лизу, которая... А что она тут вообще забыла?

– Саш, отойди, – в глазищах рыжули читался гнев, но обращён он был не на меня, а мне за плечо. – Я эту суку в порошок сотру!

Честно, я был в шоке от происходящего. Сначала меня попыталась трахнуть и съесть девчонка из моей школы, причём одновременно и буквально, а теперь посреди грязного переулка я натыкаюсь на самое милое создание, виденное мною, которое обычно очень мило заикается, но сейчас могла в матерной брани переплюнуть весь наш класс вместе взятый. К слову о сучках... Исключительно интуитивно я резко развернулся и ударил наотмашь в пустоту арматурой. Хоть бил наугад, но отчётливо почувствовал столкновение металлической трубы с чем-то мягким. Спустя мгновение раздался грохот вперемешку с матами и шипением. Мей-Мей, мне кажется, не оценила мою прыть, волком смотрела на меня и тëрла ушибленное плечо. Глаза девушки, помимо обиды, предвещали мне скорую расправу.

Решив, что толще намёка я уже не получу, я схватил в охапку Лизу (лёгкая как пёрышко, да и настолько же тоненькая) и бросился бежать. За мной с криком «А меня на ручки?!» бросилась и Мей-Мей. Лиза, что удивительно, решила, наверное, добить меня. Девушка извивалась в моих руках и била меня по всему, до чего дотягивалась, стараясь выбраться. Била, к слову, весьма болезненно. Впрочем, долго избиение не продолжалось, и спустя пару минут, за которые моё сердечко было готово меня изнутри избить, Лиза успокоилась и начала имитировать штурмана.

– На повороте направо, – указала она мне пальцем, предполагая, что я мог забыть, где находится право. – В конце улицы стоит такси. Прыгаем в него и уезжаем.

– Как… Блять… Скажешь, – хрипел я, готовый упасть на месте, но ведомый тягой к жизни бежал вперёд, перебирая свои избитые конечности. Левой-правой, левой-правой, помнить про дыхание, левой-правой.

В конце тесной улочки действительно стояла машина такси. Даже дверь была открыта, как бы намекая, в какую мышеловку нужно нырять, чтобы сучка, преследующая меня и Лизу, нас не достала. Едва мы оказались в машине, водитель дал по газам, захлопнув инерцией дверь и обозначив мне передышку. От такого марафона я хотел умереть на месте. Сука. И так и так помирать, так может стоило хоть трахнуть Мей-Мей напоследок? Глупая мысль, но от неё невыносимо захотелось смеяться. Я не удержался и заржал, извиваясь на своём сиденье. А потом отрубился…

– Саш, просыпайся, – меня мило дёргали за плечо и тихонько шептали на ушко, от чего только больше спать хотелось.

Я нехотя открыл глаза. Первое, что я увидел, были милые веснушки на не менее милом лице Лизы. Осознание, что пробежка мне не приснилась, навалилось, чуть не заставив меня закричать.

– Пойдём, – Лиза вытащила меня из машины такси и потянула за руку куда-то.

Смутно знакомое место. Вроде я был здесь недавно… вчера, или позавчера. Хлопнув себя по карманам, я осознал, что телефон я таки посеял. Зато хоть жив остался.

– Мы к тебе домой? – решил уточнить я. Вроде и так понятно, учитывая, где мы с Лизой вышли, и куда она меня тянет, но джентльмен требовал узнать у милашки рядом со мной, уверена ли она в своих действиях.

– Ага, – Лиза невесело кивнула, открывая дверь в подъезд. – Мы поможем тебе, как ты помог нам.

– Мы? – я осмотрелся, надеясь не найти голую маньячку с лисьими ушами и хвостом. – Кто мы то? Ты одна тут.

– Мы здесь, – Лиза загадочно указала на себя, от чего у меня поубавилось желания идти за девушкой. – Мы следили и ждали возможность отдать долг. Мы ласково обнимали, когда было плохо, дарили покой, когда было горько.

– Лиз, давай без поэзии, – я шагнул в квартиру девушки вслед за ней. – Меня чуть не растерзала какая-то… – я запнулся, подыскивая слова, – хрень. Теперь ты ещё с ума сходишь. Я перекантуюсь у тебя, раз ты просишь, но утром уйду. Мои может даже заметят, что я пропал. Не хватало ещё, чтобы весь город из-за меня на ушах стоял.

– Мы хотим помочь, – не унималась рыжуля, ухватив меня за руку и ведя в свою оранжерею. – Ты вернул крошечный цветок в родной сад. Это непомерная услуга, которую ты не обязан был делать.

– Крошечный цветок, – я непонимающе посмотрел на Лизу, замершую под кроной того самого дерева, которое росло в квартире. – Сад? Лиз, тебе по голове прилетело? Как ты вообще оказалась там?

– Крошечный цветок, – кивнула девушка, – это я. А Лиза, – она повернулась к дереву, – это МЫ.

Мне на плечо легла ветка со странными листьями. Ветви, словно живые, нежно обвивали мою руку, лозы струились по торсу вниз, забираясь под майку. Кажется, я видел хентай, который так начинался…

Глава 7

Из огня да в полымя. Интересное свойство обнаружилось у моей черепной коробки выдавать какую-нибудь тупую поговорку в стрессовой ситуации. Вроде и бесполезное, а вроде и хорошо и ёмко описывает ситуацию. Это я умирал в марафоне с девочкой-лисой (или кем она там была?), чтобы через час быть изнасилованным деревом? И с чьей подачи? Лиза! Лизонька, на которую я бы вообще никогда не подумал… Хотя, признаться, я в принципе никогда не думал, что меня будет домогаться дерево, да и про догонялки с квадробершей, сильно вжившейся в роль, я тоже не думал. Даже не допускал, ведь звучит это как бред.

Я дёрнулся из объятий лоз и ветвей, что оказалось тщетным, и дерево лишь плотнее прижало меня к стволу, оплетая всё больше и больше. Исходя из моих познаний в биологии, хищные растения используют кислоту, так что такая смерть была далека от моей мечты.

– Не вырывайся, мы поможем, – как зомби успокаивала меня Лиза, покрасневшая до кончиков ушей. Видимо, она уже представила, как ветви меня пенетрируют. Я вот представлять и, особенно, испытывать такое не хотел.

Я был готов со злости предложить девчушке поменяться местами, чтобы не отходить от канонов, ведь в хентае с тентаклями чаще имеют девушек, но рот мне тоже заткнуло клятое дерево. Лозы вроде и нежно, но в силу своего происхождения весьма грубо обвивали моё тело там, где были кровоточащие раны, не добавляя этим удовольствия. От боли и обиды хотелось выть. Нет, я хотел наконец проснуться. Логично же, что это сон. Ну не может же реально существовать Мей-Мей в том виде, в каком я её познал, и деревья тоже не насилуют людей. Однако, реальность всё не спешила возвращать меня, и я был вынужден терпеть и ждать чуда. Снова. В прошлый раз я мог и сам справиться, когда меня закрыла в раздевалке Ира, но сейчас я чувствовал лишь бессилие.

Да, меня заживо пожирало какое-то дерево в квартире девушки, которой я ещё вчера по доброте душевной помог, и я ничего не мог с этим сделать. Я чувствовал, как мои лёгкие судорожно пытаются втянуть в себя хотя бы толику воздуха, чувствовал, как ноют сжатые мышцы и болят раны. А ещё я чувствовал гнев, даже ярость. Казалось, если бы я мог визуализировать свои эмоции, всю Лизину оранжерею охватил бы пожар. Но нет, ничего подобного я сделать не мог, я же обычный парень. Я же не герой какого-нибудь фэнтези или, господи помилуй, сёнэна. Всё, что я сейчас могу, это терпеть и ждать конца, ощущая, как лозы проникают в мои нос и рот, как ветви буквально прорастают в мои порезы. Я терпел боль и ждал, когда спасительное забытье наступит. И оно наступило…

Из одного сна я провалился в другой. Снова знакомый переулок, снова Мей-Мей в образе лисицы, но в этот раз было несколько различий. Девушка вжималась в стенку и молила о том, чтобы я её не убивал. Она водила по своей груди руками, дёргала себя за соски и умоляла меня воспользоваться, но не убивать. Я же ощущал некую скуку от происходящего и отвращение к этой твари, которая хотела выменять своё тело на никчёмную жизнь. Стоило мне только задуматься о том, что я могу сделать с этой девушкой, как за спиной я почувствовал вес. Моя рука сама метнулась мне за плечо, и я нащупал рукоять, обмотанную кожей. У меня было оружие, и я прекрасно понимал, к чему всё идёт. Мей-Мей раздвинула ноги и заскулила, понимая, что это конец. Сейчас я размажу её мозги по ближайшей стене, и пойду дальше. Только вот… Я не стал.

Силой воли я убрал ладонь с рукояти за моей спиной и взглядом указал лисице, что я от неё хочу. Мей-Мей вильнула хвостом и подползла к моим ногам, её руки легли на мой пояс и стянули штаны, после чего мой член оказался во рту девушки. Девушки, не монстра. Пока я наслаждался минетом от лисицы, на моё плечо легла ладонь кого-то третьего, кого в переулке быть не должно.

– Уверен, что не хочешь уничтожить это создание? – голос Марго вторгся в мою черепную коробку, и сама сестричка выскочила из-за моей спины.

Выглядела она немного иначе. Крылатое, рогатое создание с внешностью сногсшибательной красотки, совершенно обнажённой и испачканной в крови. В руках она держала рыжие волосы, а сама хозяйка этих волос безжизненно лежала неподалёку.

– Кукла, не больше, – Марго проследила мой взгляд и отмахнулась от немого вопроса. – А эта дворняга – просто дикий зверь.

Услышав мою спутницу, Мей-Мей принялась усерднее работать ртом, опасаясь, что я передумаю. Марго на это лишь хмыкнула, уселась на колени и оттолкнула лисицу, лично показывая мастер-класс по отсосу. У меня аж ноги подкосились, стоило мне почувствовать, как губы моей сводной сестры смыкаются на моём конце.

– Убьём её, – прерываясь на слова сосала Марго, – и насладимся нашими телами сполна, дорогой.

– Зачем? – я ухватился за рог Маргариты и оттянул её от своего члена.

– Она – монстр, – отмахнулась демоница, вытирая слюну со своего подбородка.

– И чем мы лучше её? – спросил я.

– Вот как? – Марго сбросила мою руку со своего рога и встала в полный рост, после чего щёлкнула пальцами, и переулок, Мей-Мей и тело Лизы исчезли, оставив после себя лишь пустую темноту. – Не будешь убивать?

– Нет, – я покачал головой, чувствуя, что вот-вот проснусь. – Она не заслуживает такого.

– И чего же она заслуживает? – лицо Марго исказилось, явив настоящего демона. Среагировать я увы не успел.

Пробуждение было болезненным. Тело будто туго связали верёвками, но так, чтобы не мешать мне двигаться – бесполезно, короче. Я подскочил, как ошпаренный, уставившись на незнакомые потолок и стены. Хотя нет, вся комната была незнакомой. Где я вообще? И ощущение, будто я связан, не уходило. Я задрал свою разорванную майку и уставился на свой торс. Корни… Или лианы, лозы или чёрт вообще знает, что это такое, опутывали меня хаотичной сеткой, пульсируя в такт моему сердцебиению. События ночи пронеслись в моей голове, напомнив, что всё произошедшее являлось реальностью. Реальностью, которую мой мозг, воспитанный в городской повседневности, всячески отвергал. Это… безумие какое-то.

Я встал с кровати, осматривая своё тело и обстановку вокруг. Часы на тумбочке подсказывали, что сейчас едва перевалило за пять утра, ночные ранения ныли, но едва заметно, а сами корни вызывали чувство дискомфорта. Я даже попробовал их содрать, но вспышка боли подсказала, что все инородные тела находятся внутри моих ран. И тут же, стоило мне убрать руки от корней на моём теле, дверь в комнату открылась, и вошла Лиза, неся в руках поднос с нарезанными фруктами.

– Д-доброе утро, А-алекс-сандр, – девушка вернулась к изначальным настройкам и стабильно заикалась. – М-мне ж-жаль, что… М-мы сильно увлеклис-сь ночью.

– Это твоих рук дело? – я указал на долбанные корни.

– М-мы реш-шили, что т-так будет лучше, – испуганно проблеяла Лиза. – Прости н-нас!

– За что? – я на всякий случай прислушался к ощущениям от своей задницы. Боли нет, значит, к дырявым я пока не записываюсь.

– М-мы хотели уб-бить т-тебя вчера… нет, позавчера, – пояснила Лиза, и меня прошиб холодный пот. Она ведь действительно могла скормить меня своему дереву и всё – был Саша, и нет Саши. – Н-но Елиз-завета з-запретила. Т-ты ей понравился. И н-нам тоже.

Я уселся обратно на кровать, задумчиво глядя на Лизу. У меня было столько вопросов, но я не мог понять, какой именно задавать. И мнущаяся девушка, выписанная мной из милашек, мне задачу не облегчала.

– В-вот, – не выдержав тишины, Лиза протянула мне поднос. – Помогут от б-боли.

– А это для чего? – я поднял руку, туго обтянутую корнями.

– Д-для в-восстановления к-крови, – пояснила девушка. – Ты м-много потерял.

– Много потерял… – повторил я за Лизой, уставившись в окно. – Скажи, Лиз, что вчера произошло? И каким боком ты оказалась рядом?

Девушка замялась. Я уже точно сказать мог, что ответов на свои вопросы не узнаю, так часто я видел похожее выражение лица и такие же жесты.

– Хорошо, не говори, – решил облегчить мучения Лизы. – Можешь мне такси вызвать? Я телефон потерял.

К семи утра я вернулся домой. Мама и Марго по идее должны были отсыпаться после дня рождения Лины, так что моё удивление их бодрствованием представить несложно. Стоило мне хлопнуть дверью, как две фурии, одна пострашнее, другая попассивнее, облепили меня с негодующими криками на тему «Дорогой, где ты был?». Точнее, расспрашивала только мама, но всё равно за двоих, а вот Марго стояла рядом и молча обозначала озабоченность. Оказывается, женщина, которая приехала на вечеринку без трусов, сильно испугалась, когда не смогла меня найти или дозвониться мне. К слову, сейчас трусы на маме присутствовали… только трусы и присутствовали. Видимо, вернулись они недавно, что красноречиво намекает на жизненные приоритеты моей родительницы.

Я всё ещё был зол из-за ночных событий, и вид наигранной заботы злости не убавлял, так что я просто отмахнулся от женщин и потопал к себе переодеваться и брать пустой рюкзак. Школу, напомню, в понедельник нам не отменили. Мама было ринулась за мной, возмущённая моей спешкой, но я вовремя захлопнул дверь перед её лицом. Нужно было для начала успокоиться, а уже после устраивать разборы полётов, а то была возможность либо обидеть Марго, либо подраться с мамой. И то, и то было лишним.

Кое-как переодевшись, подтянув бинты, которыми Лиза замотала клятые корни, я выскочил из квартиры и побежал. Бежал, правда не долго, вспомнив, что у меня есть полчаса, чтобы опоздать. Опоздать вообще хотелось, чтобы избежать очередных странных диалогов с Линой, и чтобы позлить директора. Даже боль в ногах после ночного марафона как бы намекала, что посидеть часик-другой на лавочке предпочтительнее.

К сожалению, в класс я зашёл вместе со звонком. Еле-еле дополз до своей парты и обнаружил, что соседнее, вечно пустое место занято. Лина поняла мои коварные замыслы и пресекла их, решив колупать мне мозг прямо на уроке. Девушка недовольно рассматривала меня, время от времени фокусируясь на моих перемотанных бинтами руках, и возмущённо молчала. Да, неприятно, наверное, когда человек, который тебе нравится, тебя динамит. Я вот её прекрасно понимал, со мной такая же фигня случилась. Ничего, побесится девочка, потом и поговорим.

Уроки проходили штатно: учителя старались обратить наше внимание на доску, распинались, что нас ждёт на экзамене, но всем было побоку: кто в телефоне сидел, кто в карты играл, кто просто болтал. Я же обнаружил в рюкзаке свой скетч и решил зарисовать то, что мне привиделось ночью, попутно стараясь понять, что я видел, и как это возможно. В правдивости происходящего я то сомневался, то снова уверялся, самолично вынося себе мозг. Получается, если в Москве обитает девушка-лиса, вполне реальная и хищная, и волшебное дерево, то могут обитать и другие мифические твари? Вампиры там, или демоны (сразу вспомнился образ Марго из сегодняшнего сна). Или же меня незаметно накачали чем-то галлюциногенным, и мне всё привиделось? Однако, корни вот, руку обвивают и прорастают внутри моего тела. Не похоже на экспериментальную медицину, скорее отдаёт чем-то, чего существовать не должно. Может, Лиза меня вообще обманула, и я потихоньку превращаюсь в дерево? Объясняться рыжуля не хотела, так что я волен выдумывать какой угодно бред, лишь бы логичным казался.

– Опять голых баб рисуешь, – недовольно проворчала Лина, рассматривая мой скетч. – Твоя сестра плохо на тебя влияет.

Я в ответ промолчал. Получившаяся зарисовка Мей-Мей была нужна только для того, чтобы собрать мысли в кучу и объяснить самому себе, что я увидел в том переулке. Почему вообще вместо секса с красоткой я получил полумарафон и кучу ранений?

– Почему ты ушёл? – Лина намёков не понимала и допытывала меня, решив любой ценой получить ответы.

– Потому что меня увели, – ответил я, не глядя на девушку. – Та, кто не задаёт сложные для понимания вопросы и берёт то, что хочет.

Лина обиженно фыркнула и замолчала, а я ухмыльнулся. Мей-Мей действительно не задавала вопросов, но по поводу «брать, что хочет» я слукавил. Было понятно, что девушка хотела секса, а по итогу напала на меня, чуть не покалечив. Может, она была под чем-то? Это даже звучало вполне логично. А лисьи уши и хвост? Допустим, Мей-Мей надела их для ролёвки или чего-то подобного. Вот, я же говорил, что найду логичный ответ. Правда, итог по вчерашнему вечеру остаётся печальным, но всё же не выбивается из привычного: моя мама решила залезть на член чужого папы, Марго просто повеселилась, Лина – динамщица, Мей-Мей обдолбалась, а Лиза гуляет по ночам в другом конце города и пользуется нестандартной медициной. Всё логично.

От полученных выводов даже голова болеть перестала. Осталось только от сраных корней избавиться, чем я решил заняться на ближайшей перемене. После звонка рванул в туалет, заперся в кабинке и принялся срывать долбанные корни, шипя от боли. Не знаю, заходил ли кто, пока я этим занимался, но по звукам можно было вообразить себе много интересного, так что я уже ждал новые сплетни. Выкинув все корни, я замотал кровоточащие участки бинтами, предварительно промыв их, после чего решил использовать школьный туалет по назначению – отлить. Только потекло содержимое мочевого пузыря в писуар, как дверь распахнулась, и топот каблуков принёс ко мне Лину.

– Дверью ошиблась? Это мужской туалет, – я от неожиданности едва не потерял контроль над струёй.

– И что? Я своего парня стесняться должна? – фыркнула Лина, стоически глядя мне в глаза.

– Ого, без меня меня женили, – хмыкнул я, снова вспомнив, почему начал травить поговорки. – Оказывается, мы начали встречаться. Давно?

– Саш, – Лина подошла ближе, и я по её стойке понял, что следующий шаг будет с ударом, – ты в конец охренел? Мы же вчера всё решили.

Я задумался, проматывая в голове бессмысленный диалог в гостиной Лины. Странные вопросы, много «пык-мык», но про отношения не было и слова. А, стоп, было же «ты мне нравишься», точно! Правда, сразу после шло «но». Где я в том диалоге пропустил начало наших отношений, я не знаю.

– Мы вчера ничего не решили, Лина, – я наконец застегнул ширинку. – Да и мне уже не кажется идея отношений с тобой такой привлекательной. Более бессмысленного разговора у меня давно не было.

Лина подавилась воздухом и возмущённо принялась открывать и закрывать рот.

– А у меня за эту ночь образовалось куча проблем, которые меня сейчас волнуют куда больше, – продолжил я, прекрасно понимая, что говорю Лине «давай расстанемся» до того, как сказать «теперь мы встречаемся». Горько, безусловно, но решить проблему в лице Мей-Мей мне виделось куда актуальнее. Ни я, ни Лина от расставания не помрём, а вот лисичка меня сильно пугала. Вчера меня действительно могли убить, и без телефона я не мог сказать наверняка, будут ли это делать в будущем.

Оставив Лину в мужском туалете, я вернулся в класс. На моей парте, рядом со скетчем с вырванной страницей, лежал мой телефон, покрытый сетью трещин. Сказать, что это напугало меня – промолчать и удавиться. Учитывая, что одноклассники вели себя в меру шумно и не докапывали меня идиотскими вопросами, я мог точно сказать, что единственная, кто мог положить мой потерянный во время марафона телефон на мою парту, здесь не появлялась. Но тогда откуда он тут взялся?

Я дрожащими руками поднял девайс и разблокировал его. Куча сообщений, пропущенных вызовов и полностью заряженная батарея, будто его только сняли с зарядки. То есть я не мог забыть его в субботу и обнаружить сейчас. Я повернулся к парню, сидящему за мной, и спросил, кто положил мой телефон на парту. Ответом мне было «Не знаю, не видел». И я понимал, что этот придурок не смеётся. Телефон просто появился на моей парте, ломая своим появлением тяжело выстроенную логическую цепочку о событиях этой ночи.

В сообщениях меня ожидал вал баблов от Мей-Мей. Девушка радовалась нашим побегушкам, радовалась, что я огрел её куском арматуры, радовалась, что я смог убежать. Всё это было приправлено кучей вульгарщины, новыми голыми фото и обещанием снова встретиться. Моя голова снова разболелась, и я не нашёл ничего лучше, чем написать девушке:

«Кто ты вообще такая?»

«Крольчонок! Как тебе мой подарок? Мне чужого не надо, так что вернула то, что ты вчера обронил.»

Ответ пришёл моментально, но это было совсем не то, что я хотел. В сущности, я снова вышел на контакт, но так и не узнал, с чем имею дело. Из-за этого я не знал, как с этим бороться, от чего ужас буквально засасывал меня.

Со звонком вернулась Лина, демонстративно громко схватила свою сумку и ушла за другую парту. Получается, я теперь во всех смыслах свободен, хоть это не приносило мне ни капли радости. Однако, решать что-нибудь с Мей-Мей было необходимо прямо сейчас.

«Ты меня чуть не прикончила, ненормальная! Сделай одолжение, не пиши мне больше!»

Я быстро набрал сообщение, отправил ей, после чего написал папе, надеясь, что он хоть что-то сможет мне объяснить. Проблема в том, что мой предок не ждал от меня сообщений, поэтому ответа я так и не дождался. Зато ответила Мей-Мей:

«Кролик стал Ёжиком? Бу-бу-бу. Испугался? Хорошо, в следующий раз буду нашёптывать тебе на ушко)))»

Меня аж передёрнуло. Почудился запах персиков и шерсти. Кажется, у меня совсем крыша едет. Количество вопросов стремительно перегружает мой мозг, а ответов как не было, так и нет. Бесит!

После уроков надо мной нависла Лина. Видимо, ей трудно смириться с тем, что мы расстались, и девушка пыталась заполнить собой всё пространство вокруг меня. Сначала закидала меня сообщениями, в которых в пассивно-агрессивной форме пыталась вызнать про вчерашний вечер. Пришлось отправить её в чёрный список, чтобы не отвлекала. Лину это не остановило, и она снова пересела ко мне за парту, не обращая внимания на игнор с моей стороны. Теперь вот не давала уйти из класса.

– Саш, надо поговорить, – серьёзно сказала девушка, дождавшись, когда последний одноклассник покинет будущую горячую точку.

– Не о чем, – я поднялся со стула и закинул на плечо рюкзак.

– Нет, есть! – Лина для серьёзности ударила ладонью по парте. – Это важно.

– О важном надо было говорить вчера, – «до того, как меня чуть не сожрала девушка лиса и чуть не изнасиловало дерево» хотел бы сказать я, но понимал, что звучит это тупо. – А сегодня мы с тобой уже всё обговорили.

– Не всё! – девушка обогнала меня и перегородила дорогу к двери. – Пойми, идиот, я не могу напрямую о таком говорить.

– Тогда не говори вовсе, – я попытался обойти Лину, но та снова преградила мне путь. – Лин, пусти. Не позорься.

Следующие несколько секунд я воспринимал чуть ли не по мгновениям. Лина от души вмазала мне кулаком в челюсть, а я рефлекторно ударил девушку в живот. Как итог, я до крови прикусил язык и поражённую область лица словно огнём жгло, а Лина упала на пол и тяжело дышала, терпя боль.

– И чего ты пытаешься добиться этим? – я зло навис над Линой, понимая, что мы выбрали курс в грёбаный ад. – Думаешь, ударишь меня, и всё наладится? Я тебе не мальчик для битья, Лина, не твоя игрушка, и в твою френдзону я лезть не хочу. Или ты думала, что я не ударю тебя в ответ, потому что ты девушка, и потому что ты мне нравишься?

– Чего… угх… чего хотела, я добилась, – прокряхтела Лина, кое-как встав на ноги. – А ты добился своего? Доволен?

– Нет, – буркнул я, глядя, как Лина выходит из класса. Вряд ли она меня услышала. Зато прогнал единственного человека, которому не плевать на меня. Могу собой гордиться.

Идя домой, я ловил себя на мысли, что не хочу возвращаться. Ещё вчера я думал, что мама вернулась, чтобы восстановить отношения. В целом, так и было, правда, я в эти отношения не входил. Марго цеплялась за меня, чтобы войти в социум. После вчерашней вечеринки я из цепочки «Марго-общество» исключался. Лину я бросил, ещё и подрался с ней. Про отца вообще молчу – я был ему не нужен ещё до появления Мюриэль. В сухом остатке у меня были Лиза, что вообще с натяжкой можно сказать, и Мей-Мей, которой лучше бы и не было. Молодец, Саша, теперь наслаждайся желанным одиночеством.

Чтобы отвлечься, решил навестить Машу в больнице. Купил апельсинов и яблок, пришёл по нужному адресу, который мне в полиции вчера подсказали, но дальше стойки регистрации не прошёл – не пустили. Попросил хоть фрукты передать, после чего двинулся домой. На душе противно и тошно, и не понятно, почему всё складывается именно так. Кроме ситуации с Линой, всё остальное не зависело от меня. Сейчас, когда мне как воздух было необходимо почувствовать хоть какую-нибудь опору в лице другого человека, я резко понял, что рядом со мной никого нет. Ощущение одиночества вгоняло в тоску, но, благо, вытесняло собой злость.

До дома я добрался уже совсем убитым, сбросил кроссовки, прошёл в комнату, скинул рюкзак, начал стягивать рубашку, запутался в бинтах и забил болт, рухнув на кровать. Жалеть себя было бессмысленно, надо было решать, что делать с Мей-Мей. Первым вариантом было убить её, правда, вчерашний удар арматурой должен был девушку серьёзно покалечить, но ей хоть бы хны. На что-то серьёзнее махания палкой я был не готов, да и не смогу я убить человека, даже если эта штука человеком является только условно.

Чёрт, да я понятия не имею, что Мей-Мей вообще такое, из-за этого не знаю, чего от неё ожидать и как противостоять, поэтому боюсь, а из-за страха злюсь, причём на себя. Опять же, в этой цепочке от самого меня ничего не зависит, разве что где-то на уроке обществоведения или физкультуры нам рассказывали, как бороться с девушками-лисами, а я прослушал.

То есть я злюсь на собственное бессилие, которое никак от меня не зависит, при этом я сознательно оттолкнул Лину, переживая, что лисица могла захотеть что-нибудь сделать ей (не только из-за этого, на самом деле, но всё же я переживал за свою одноклассницу и (уже) бывшую в одном лице). Ещё и остальные близкие мне люди оказались не такими уж и близкими… Бля, я опять впал в тильт. Ну трахается моя мама не с моим папой – это её дело. Мне должно быть уже лет пять как безразлично. Должно быть, да, только вот желание вернуть семью не даёт мне отпустить ситуацию.

В соседней комнате зазвонил телефон, и спустя почти целый куплет какой-то попсовой песенки Марго таки ответила. О чём девушка разговаривала я не слышал, да и не хотел подслушивать. В конце концов, раз ей кто-то звонит, значит Марго не одинокая. Наверное, я рад этому.

– Хорошо, бывай! – спустя пару минут дверь в мою комнату распахнулась, и в помещение вошла моя сводная сестра, бросив телефон на ближайшую полку с книгами. – Так, братик, что происходит? Ты где шлялся ночью… – глаза Марго округлились, когда она увидела меня, перемотанного бинтами. – Саш? Тебя машина сбила?

– Типа того, – без энтузиазма отмахнулся я, стараясь не смотреть девушку, завалившуюся в мою комнату в одних трусах. По крайней мере, они на ней были.

– Так, не смей меня игнорить! – Маргоша подскочила к кровати и уселась, нависнув надо мной. – Что у вас с Линой случилось? Куда ты делся? Почему ты весь израненный? И почему мне сейчас позвонила рыдающая Лина с криками «всё пиздец, всё пошло по пизде»?

– Ничего у нас с Линой не случилось, – я попытался погасить вновь вспыхнувший гнев. – Буквально ничего, хотя она намекала, что что-то должно случиться. Мы с ней уединились, я уже думал, что скажем друг другу что-нибудь глупое и неловкое и официально начнём встречаться, но Лина начала грузить меня странными и тупыми вопросами! «Я бы нравилась тебе, если бы была совсем не такой?» – я изобразил голос Лины.

– И что тут тупого? – прищурилась Марго.

– Да сама постановка вопроса по логике требует ответить «нет», – я принялся разжёвывать, закипая. – Если бы Лина перестала быть Линой, которую я знаю, то логично, что она бы мне вряд ли нравилась. Потому что в таком случае от Лины останется только внешность, а я люблю Лину, а не её шкурку. Это логично, блин! В этом вопросе нет смысла!

– Ты ей так и ответил? – Марго нависла чуть ближе, так, что её грудь почти касалась моей.

– Я ей ничего не ответил, решив, что не понял вопрос, – покачал я головой. – А уже после подумал, что раз Лина так тянет кота за яйца, значит я ей не нужен. А вот она, правда, сегодня мне заявила, что мы встречаемся…

– И ты её отшил, – заключила Марго. – Саш, ты глупенький.

– Зато руководствуюсь логикой, – фыркнул я. – Я вообще на эту тусовку пришёл, потому что Лина хотела, но раз у нас такие классные отношения, я решил свалить.

– Тебя увела какая-то девушка, – хмыкнула моя сестрёнка. – Я видела. Все, на самом деле видели. Это вызвало нехилый ажиотаж. Кто это?

– Не знаю, – я вздохнул, вновь погрузившись в размышления. – Сначала она меня хакнула и начала написывать, а на тусовке чуть не уронила меня в бассейн, а немного погодя увела меня. Я думал, сексом трахаться. Но она на меня… напала. Вот это всё, – я показал на бинты, – она сделала.

– Оу, – стушевалась Марго.

– Но меня спасла Лиза, – продолжил я. – Правда, я не уверен, что спасла. То ли мне приснилось, то ли почудилось, но её дерево… домогалось меня.

– Оу… – повторила Марго, опустив взгляд. – Мда… Весёлая у тебя была ночь.

– Ага, не сильно веселее твоей, – отмахнулся я.

– Ай, ну их, этих дикарей, – девушка улеглась рядом со мной. – С тобой и Линой куда веселее.

– Не подлизывайся, – я почувствовал, как Марго прижимается к моей руке.

– Я серьёзно, – заверила девушка и задумалась. – Саш… Ты столкнулся с чем-то необъяснимым, да? Испугался?

– Испугался, – кивнул я. – Не могу понять, как к этому относится, поэтому боюсь.

– А если… – Марго приподнялась и внимательно посмотрела на дверь. – Саш, я тебе доверяю. А ты доверишься мне?

– Учитывая, как я тебе душу изливаю, сама как думаешь? – я посмотрел на сводную сестру, подумав, что сейчас могу без зазрения совести трахнуть её, если она захочет.

– Это другое, – Марго потупила взгляд. – Я же помочь хочу. Просто… не оставляй меня, ладно?

– И в мыслях не было, – почти не соврал я. На самом деле я думал, что оставили тут именно меня. Удивительно, что единственная, кто проявила интерес и сочувствие, была девушка, которая невольно свалилась на меня как снег на голову.

– Хорошо, – прошептала Марго, улыбнувшись. – И не пугайся, пожалуйста.

Что-то неладное я почувствовал, когда нечто очень гибкое обмотало моё бедро. Сначала я подумал, что это змея, но вовремя осознал, что ей неоткуда взяться в моей квартире, да и ощущения были такими… тёплыми и нежными, что ли. Я опустил взгляд и увидел… хвост, со стреловидным кончиком. Когда я снова посмотрел на Марго, заметил на её голове небольшие загнутые рожки.

– Я думаю, Лина не смогла найти слов, чтобы объяснить тебе нечто такое, – грустно сказала Марго.

Я устал охуевать. Это я понял, когда не выказал на преображение Марго никаких эмоций. Тупое безразличие, хотя рядом со мной лежала не просто девушка, а чёртов демон. По крайней мере, она не пытается забить меня до смерти, так что в сущности ничего не поменялось. Ну есть у моей сводной сестры рога и хвост, ну ладно. Я уже даже не обращал внимание, что это просто невозможно. Марго не должна существовать в реальном мире. В реальности ведь ни женщин-лис, ни живых деревьев, ни демонов не существует.

– Когда ты успела… – я хотел задать вопрос, который считал крайне логичным в этой ситуации, решив, что моя сводная сестра занимается косплеем.

– Я – суккуб, Саш, – перебила меня Марго. – Демон похоти и снов. Та, из-за кого трусики слетают с окружающих тебя девушек. Ну, не только из-за меня, ты сам по себе очаровашка, но мои феромоны ускоряют этот процесс. Я буквально питаюсь энергией, возникающей во время секса.

Я закрыл рот, не зная, что говорить. А нет, я знал.

– Ты не будешь пытаться меня убить? – уточнил я. – А то прецеденты уже были.

– Только из ревности, – улыбнулась дьяволица. – Я та ещё собственница. Так что не лезь к бабам, которые мне не нравятся.

– А список можно? – я нервно улыбнулся, пытаясь понять, когда я таки попал в тот самый капкан, о котором мне говорил тот курящий незнакомец вчера на тусовке.

– Ты бы удивился хоть, – Марго поджала губы. – Для приличия. Я как бы боялась тебе рассказать.

– У меня нервов уже нет удивляться, – я потрепал дьяволицу по голове, проверив, что рога настоящие. – Как-нибудь потом спонтанно охуею.

Накрыло меня в ванной. Стоило мне снять бинты и зайти в душевую кабинку под струи горячей воды, как я резко осознал, что со мной в доме живёт демон похоти. Настоящий, мать её, суккуб. Мечта многих дрочеров, живёт в соседней от моей комнате, совершает набеги на мою постель и скоро станет моей сводной сестрой. И это не кажется мне крутым, наоборот, я ловил себя на мыслях о побеге из собственного дома. А если Марго дьяволица, то и её мать тоже. То есть и моей мачехой станет суккуб. Оставлять своего батька один на один с двумя демонами мне не хотелось. Да и зачем бежать? Марго почему-то сама меня побаивалась, если ей верить.

Пришлось переключать воду на холодную. Моей голове требовалось остыть и принять реальность. Реальность, в которой среди людей обитают мифические существа. А Марго ведь ещё и Лину упомянула. Она тоже демон? В это я был готов поверить – вела себя Лина так, будто родилась в аду. Стоп, и Ад тоже существует? И Рай?

За этими мыслями я вышел из душа, отметив, что в прихожей стояла мамина обувь. Видимо, пока я проводил мозговой штурм в ванной, моя родительница вернулась. Даже знать не хочу, где она ходит. На фоне переворота моего видения мира мамины похождения казались какими-то несущественными. Даже наоборот захотелось, чтобы она поскорее свалила к своему любовнику. От мыслей меня отвлекла трель дверного звонка. Недолго думая, я пошёл открывать.

В дверях стоял огромный мужик. Настолько огромный, что в дверной проём ему нужно проходить боком... И пригнувшись... И раздевшись… и смазавшись каким-нибудь маслом. Что за хрен приперся в мой дом?

– Чую, нечистым духом пахнет, – мужик потянул воздух носом.

– Не, я только из душа вышел, – я на всякий случай принюхался.

– Саша? Сашка! – мне в грудь влетел огромный кулак. Не сильно, но пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не вылететь в коридор.

-Мы знакомы? – мне пришлось пригнуться, чтобы заглянуть в лицо незнакомца, наполовину прикрытое дверным косяком.

-Дядя Кирилл. Да ты не помнишь меня, я ж тебя как в последнее раз видел, ты ещё сиську мамину из рта не выпускал. А сейчас вон как вымахал! Поди девки толпами за тобой бегают.

Ну началось... Сейчас про часики начнёт задвигать.

Глава 8

Если подытожить ситуацию, то получается скверно: к моей матери (не ко мне же) припёрся некий дядя Кирилл, который, судя по радушию и бесцеремонности, метит мне в отчимы. Из-за габаритов туши гостя я не сразу обнаружил, что пришёл он не один, а с некой женщиной. Кто это я разбираться не стал, просто захлопнул дверь перед носом обоих. Подслушать, что в этой квартире живёт мальчик Саша, легче лёгкого, всё-таки звукоизоляция в доме не ахти. А представиться старым другом родителей или дальним родственником много ума не надо.

– А характером мальчонка в мамку пошёл, – донеслось из-за двери.

Я молча направился обратно в мою комнату, обдумывая, что я хочу узнать у Марго. В конце концов, моя сводная сестра мне сейчас картину мира перевернула и, в отличие от некоторых, не зассала, и сказала всё как есть. Я люблю честность, и то, что моя новоявленная сводная сестра оказалось демоном похоти, роли не играет. Хоть зайкой с баяном.

– Кто пришёл? – из комнаты показалась мама.

– Хер какой-то, – бросил я, не останавливаясь. – Говорит, Кириллом зовут. Даже имя моё угадал.

– Огромный такой? – уточнила мама, глянув в коридор. – Почему не пустил?

– Потому что я не пускаю в свой дом незнакомцев, – отрезал я. – И тебе не разрешу.

Уверен, мне в спину послали хмурый взгляд. Уверен, что маму мои слова задели. Уверен, что мне плевать. Повторюсь, давно пора.

Когда я вошёл в свою комнату, я обнаружил уже одетую Марго, принявшую человеческий облик и валяющуюся на моей кровати. Девушка принюхивалась к моим вещам и явно получала от этого удовольствие.

– Мне надо начинать бояться за сохранность своих вещей? – не без удивления спросил я. – Порядочные дамы таким не занимаются.

– Тебе откуда знать? – отмахнулась Марго, снова вдохнув мою подушку. – Ты порядочных дам хоть раз видел? И нет ничего плохого в том, что мне нравится твой запах.

– Наталкивает на мысль, что постельное нужно постирать, – хмыкнул я.

– Не, не надо, оно же достаточно свежее, – покачала головой девушка и пристально посмотрела на меня. – Ты какой-то слишком спокойный для того, перед кем открылся дивный новый мир.

– А что ты хочешь, чтобы я делал? – я уселся на компьютерное кресло. – Взял в руки крест и бегал за тобой с криками: «Изыйди, демон»?

– Например? – кивнула Маргоша.

– Меня и так устраивает, – махнул рукой. – В сущности, ничего не поменялось, только я теперь могу допустить больше информации об окружающих меня вещах.

– И правда, – задумалась Марго. – А я могу вести себя, не корча из себя не пойми что. Как гора с плеч, если честно. Нужно только вопрос решить по поводу кормления.

– Холодильник в твоём распоряжении, – не совсем понял я.

– Обычная еда меня хоть и насыщает, но не полностью, – стала объяснять девушка. – Я же суккуб, Саш. Мне для жизни нужна энергия немного другого порядка. Понимаешь?

– Угу, – мрачно хмыкнул я, вспомнив слова Марго про её девственность. – И часто тебе нужна такая энергия?

– Вижу, ты себе что-то нехорошее выдумал, – прищурилась девушка и подошла ко мне. – Саш, я – демон снов. Как часто мы с тобой занимались сексом во снах? Вот так я и насыщаюсь.

– То есть реальный секс тебе не нужен? – уточнил я.

– Необходим, – возразила Марго. – Но я всегда так перебивалась, или вообще от соседей энергию поглощала. У нас в прошлом доме за стенкой жила молодая пара, и они часто не давали своими охами-вздохами спать всем остальным. И да, напомню, что я девственница.

– Это не важно, – отмахнулся я.

Марго наклонилась ко мне и настойчиво коснулась своими губами моих губ. Кроме сильного жара я не почувствовал ничего странного или неправильного, поэтому без тени сомнения ответил на поцелуй, притягивая девушку к себе и усаживая её на колени.

– Только давай кое-что проясним, – Маргоша отстранилась, приложив палец к моим губам. – Я, может быть и суккуб, но у меня всё ещё есть гордость. Я не против, чтобы ты занимался сексом с другими девушками, – тут я малость выпал, – но только с теми, кого я посчитаю достойными. Понял?

Я подвис, пытаясь соотнести фразы «у меня есть гордость» и «можешь трахать других». Не сходилось что-то.

– Лину – пожалуйста, я держу за вас кулачки, – продолжила Марго, приняв мой затуп как согласие. – Лиза, конечно, на любителя, но она прикольная. Те девочки из бассейна – пока нет. Твоя староста – обязательно, – девушка посмотрела на меня. – Саш, я серьёзно, ОБЯЗАТЕЛЬНО трахни её. Тебе не нужна ещё одна обезумевшая девушка. Далее, наркоманка – нет. Сразу нет, от них энергия неприятная. Лисица – да, но осторожно. Терять тебя я пока что не хочу. Остальных будем согласовывать.

– Марго, а как ты вообще про Иру узнала? – я всё ещё охреневал, но решил попробовать поддержать диалог.

– Я через тебя смотреть могу, – похлопала ресничками девушка. – И про твои ночные похождения я так узнала. Спросила просто для приличия.

– Меня же чуть не грохнули! – изумился я. – А ты просто смотрела?

– В отличие от тебя я могу трезво оценить ситуацию, – пояснила Марго. – Если бы тебе действительно грозила опасность, я бы наплевала на все запреты твоей матери и прибежала бы тебя спасать, клянусь.

– Запреты моей матери? – что-то у меня вопросы всё множились. Впрочем, я прекрасно понимал, что это неизбежно. – Она знает про… вас?

– Знает, конечно, – кивнула Марго и посмурнела. – Саш, об этом лучше с ней поговори, а то ты чёрте что надумал себе. Я могу, конечно, тебе прямо всё-всё рассказать, но это было бы… невежливо, или даже подло.

– Хорошо, я спрошу с неё, – кивнул я, предвкушаю диалог на повышенных тонах. – И ты так через всех «смотреть» можешь?

– Только через тебя, – покачала головой Маргоша и нахмурилась. – Мы с тобой в первую совместную ночь заключили небольшое соглашение. До полноценного контракта не дошло – я накосячила.

– Не помню, чтобы соглашался на что-либо, – напрягся я. – Что за соглашение?

– Ты меня защищаешь, подкармливаешь, не обижаешь и не выгоняешь, – начала перечислять девушка. – А я защищаю тебя, не обижаю и делюсь своими силами. Отчасти. Примерно десятой частью. И ты согласился, просто это было во сне.

Я присвистнул. Решил не спрашивать, что бы было, если бы мы заключили полноценный контракт. Меня бы убило, когда мы ссоримся с Марго?

– Мысли твои я не читаю, зато вижу твои эмоции, – девушка хитренько прищурилась. – Ты тоже можешь чувствовать чужие эмоции, но не так явно. В общем, из-за раската грома в ту ночь мы оба проснулись, из-за чего контракт заключён не был.

– Меня спасла случайность, – подытожил я.

– Я просто панически боюсь грозы, – пожала плечами Марго. – Дура в общем, но действовать надо было быстро. И нет, тебя бы не убило, заключи мы контракт. Словесные ссоры не считаются нарушением. Явное физическое насилие – да. И ты бы не смог просто сделать это. Я же не монстр какой-то обрекать тебя на смерть. В конце концов, я завишу от тебя.

Я было открыл рот, чтобы спросить, но окружающий мир резко вспомнил про нас с Марго. В комнату без стука, чуть ли не выбив дверь, вошла мама, а мой телефон резко начал трезвонить. Играл рингтон недолго – мама сбросила вызов и уставилась на Марго, взглядом требуя её оставить нас наедине. Смысла в этом было мало, потому как, напомню, звукоизоляция в доме ни к чёрту. Маргоша немного поиграла с моей мамой в гляделки, после чего вздохнула и вышла из комнаты.

– Где ты был ночью? – почти спокойно спросила моя мать, пряча за спокойствием праведный гнев.

– Бегал, – в тон ей ответил я. – Футболку уже поменял, поэтому не пахнет.

– Не ёрничай! – шикнула мама. – Ты просто исчез, на телефон не отвечаешь, приходишь утром весь перебинтованный и дерзишь! Сынок, ты ничего не перепутал?

– Ого, я снова сын? – хмыкнул я. – А я был твоим сыном, когда ты вчера поехала на чужой праздник без приглашения и без трусов?

Звук в комнате исчез, видимо, весь мир решил снова забыть об этой комнате в надежде, что мамин гнев его не заденет. Меня же это не смутило, хоть я и прекрасно понимал, какими последствиями чреват этот разговор. Слабоумие и отвага, мать их!

– Был, – процедила мама. Я видел, как подрагивают её руки и вздуваются вены. – Был, есть и будешь, Саша.

– Странно, – продолжил я. – Что-то вчера это не ощущалось. Особенно, когда за мной носилась голая девушка-лисица, или когда меня домогалось дерево. Яблочки те, кстати, с него.

Тишина вокруг становилась всё напряжённее, казалось, что войди сейчас кто в комнату, его на куски разорвёт от одного маминого взгляда. Однако, за тяжёлым взглядом я различил растерянность и толику вины.

– Это они тебя так? – мама указала на синяк под моим подбородком.

– Не, это я с Линой расстался, – отмахнулся я и задрал майку, показав свои боевые ранения. – А вот это они. Не вижу твоего удивления или сомнений, мама. Ничего рассказать мне не хочешь?

– Как расстался? – мама в недоумении уставилась на меня. – Стоп, подожди… Марго проговорилась?

– Не, я сам такой умный и допёр до ОЧЕВИДНЕЙШИХ вещей, – фыркнул я. – Конечно, Марго рассказала. Если бы не она, я бы до сумасшествия добил, пытаясь объяснить необъяснимое!

– Поняла, – кивнула мама, к моему удивлению, без гнева. – Мой просчёт. Не хотела я своего сына втягивать в это.

– А давай вернёмся к теме трусов, – оскалился я, понимая, что сейчас меня хотят от темы увести. – Лининому отцу, поди, понравилось?

– Завидуешь? – фыркнула мать. – Саш, твоя новая сестра – долбаная ядерная бомба, только не радиоактивная, а похотливая. И нет, я не спала с отцом твоей девушки.

– Бывшей, – поправил я.

– Не зарекайся, – отмахнулась мама. – Если ты не заметил, то только после нашего приезда вчера начался бардак. Это из-за Маргоши. Некоторые устойчивы к её флюидам, а я, хоть и не простая, но обычная человеческая женщина. Лучше скажи, как ты отнёсся к тому, что рядом с тобой живёт нечеловек?

– Чего это не человек? – не понял я. – Выглядит как человек, живёт как человек, даже ведёт себя как человек. Многие люди будут менее людьми, чем Марго.

– Было бы всё так просто, – вздохнула мама. – Но ты прав, принижать Марго из-за её происхождения нельзя. Я тебя так не воспитывала.

– Напомню, что ты воспитала меня параноиком и социопатом, – хмыкнул я.

– Я сама такая, – парировала мама. – Это папа твой ветреный экстраверт.

– И времени больше со мной проводил, – добавил я.

– Саш, я… работала, – начала оправдываться мама. – Всё не так просто, как тебе бы хотелось. Сейчас то я здесь, с тобой.

– Ага, как надолго, – нахмурился я. – Там за дверью может до сих пор стоит «дядя Кирилл». Не думаю, что он ко мне припёрся.

Мама посмотрела на дверь в мою комнату, будто ища взглядом гостя. Логично, что шкафа, не пролазящего в двери, там не было.

– Это старый знакомый с работы, – объяснила она и направилась к выходу. – Я скоро приду.

И ушла. Правда, обдумать разговоры с Марго и мамой я не успел. Снова ожил телефон. Некий абонент очень хотел быть услышанным, и я почти не удивился, когда увидел имя контакта «Эталон». Ира всё ещё не оставила свои притязания ко мне. Надо было решать вопрос, и, как назло, я вспомнил слова Марго, что трахнуть мою старосту надо обязательно. Она тоже не человек? Или дело в какой-нибудь магии? А что, раз суккубы и живые деревья существуют, почему магии быть не должно?

Было ли отвечать на звонок роковой ошибкой? Или ошибка заключалась в том, что я согласился на предложение Иры встретиться? Была ли вообще ошибка? Казалось бы, лето почти, пара недель осталась, да и погода была даже чересчур летней. Я сидел за столиком перед входом в небольшую кафешку, отчаянно желающей казаться итальянской или французской, но персонал из ребят турецкой наружности с хмурыми лицами возвращал посетителей обратно в Москву. Ира ещё не пришла. Точнее, она явно оказалась не готова к моему положительному ответу, но обещала особенно извиниться, если опоздает.

Впрочем, даже сидя одному я не мог насладиться одиночеством. Одна официантка настойчиво бегала передо мной, то и дело теребя пуговку рабочей блузки и ловя мой взгляд. Ей богу, ещё несколько кругов, и девушка сорвёт с себя несчастную форму и усядется прямо на мой стол, и, что меня смешило, это была не шутка и не фантазия. Понять это было просто – девушка первым делом стянула с себя трусики и, убедившись, что я оценил кусочек задницы, выглядывающий из-под юбки, демонстративно засунула бедный предмет нижнего белья в карман. Если это и есть суккубьи флюиды, то мне надо уезжать из города в какой-нибудь необитаемый лес, или Москва превратится в огромную оргию в скором времени.

– Ох, извини, опоздала, – Ира подскочила к столику и уселась рядом со мной.

Одета она была странно, явно не по погоде. Чёрный плотный плащ, похожий на пальто, высокие сапоги на каблуках. Верхние пуговицы расстёгнуты, демонстрируя чёрный кружевной топ, подозрительно похожий на лифчик.

– Ничего, меня тут развлекали, пока тебя не было, – хмуро бросил я, кивнув на официантку, которую наличие женщины за моим столом не смущало.

– Хочешь её? – Ира посмотрела на девушку.

– Что? – я повернулся к старосте и переспросил.

– Хочешь её? – повторила она. – Можем тройничок, я не против. Правда, – вот только по лицу Иры я точно мог сказать, что тройничок она не хочет. Совсем.

– Ир, зачем тебе это? – спросил я, снова осмотрев одежду девушки. Ну не могла же она припереться в пальто и белье?

– Коллекцию собираю, – быстро протараторила староста. – Остался только ты.

– Хуекцию, – передразнил я. – Ир, я похож на идиота? Я уже наслышан о твоих подвигах, и на коллекционирование членов это мало тянет, скорее на тщательный отбор.

– Парня ищу, – тихо буркнула девушка. – Такого, с которым хорошо будет. Не пробовала только тебя.

– Боюсь тебя расстроить, – нет, не боюсь, – но опыта у меня нет, так что хорошо я тебе очень вряд ли сделаю.

«Не прибедняйся,» – в голове раздался голос Марго. – «Во сне ты был очень хорош!»

Так то во сне было. Во снах я и летаю иногда, а реально я к краю крыши не подойду.

– Да плевать, что ты девственник, – отмахнулась Ира. – Я не на технику смотрю, а на поведение. Пыл. Страсть в конце концов.

– Что не логично, – парировал я. – Если я не хочу тебя, то и вести себя буду соответствующе.

– Почему ты такой дотошный? – не выдержала моего допроса староста. – Почему ты просто не можешь вести себя как другие? Глупо улыбаться, раздевать меня глазами, отвешивать тупые комплименты, просить показать сиськи? Ты со всеми такой внимательный? Лину тоже допытывал, чего она за тобой хвостиком носится? Я прошу просто один раз потрахаться, Саш. Ни отношений, ни женитьбы, ни ответственности. Просто секс без обязательств. Тебе так сложно? Ты же не обязан теперь Лине ничем.

Из-за способностей Марго или нет, но я отчётливо ощущал гнев и тоску Иры, и это даже завораживало. Она со мной никогда дружелюбной не была, скорее агрессивно-безразличной, но вот эти эмоции будто красили девушку, делая её в моих глазах куда интереснее и сексуальнее. Чёрт, если бы она могла сохранить этот гневный блеск в глазах, я бы может быть и трахнул её. Сейчас она была необычайно обворожительна.

– Не обязан, да, – кивнул я. – Впрочем, это не твоё дело. И вести себя как дурачки, которым ни с того ни с сего перепало, я не хочу. У меня не всё так безнадёжно. Я просто пытаюсь понять тебя, пытаюсь понять, что тобой движет. Это не похоть, а некий расчёт.

– Перестань пытаться меня читать, – вздохнула Ира. – Это… напрягает. Даже бесит.

Скорее возбуждает. Я видел, как дыхание старосты участилось, ощущал жар, который она испытывала.

– Просто… – продолжила Ира и запнулась, бегло оглядевшись. – Хочешь посмотреть на них? – Девушка кивком указала на свою грудь. – Прямо тут.

– А если хочу? – услышав мысли Марго, что отказываться грешно, и согласился.

Ира ещё раз оглянулась и, удостоверившись, что рядом никого нет, прильнула ко мне, сдвинув чашечку лифчика и обнажив крупный втянутый сосок. После она взяла мою руку и приложила к оголённой груди, а я первым делом ткнул пальцем в самое чувствительное место – сосок, вызвав томный «ох» у девушки. Действительно, почему бы и не воспользоваться ситуацией? Ни мне, ни Ире от этого плохо не будет. Я сжал пальцы, ощутив, как мягкая податливая грудь вздымается от тяжёлого дыхания девушки. Ира не была красоткой, и её тело было далеко от модельного. Её грудь без лифчика немного провисала под тяжестью, в чём я успел убедиться ещё тогда в раздевалке, да и живот, зад и бёдра у девушки были приятно пышными, с жирком, но умеренным.

– Ох, – Ира изо всех сил старалась не показывать возбуждение и говорить тихо. – Саш… Пойдём отсюда. Пожалуйста.

Мы оба поднялись с мест и двинулись дальше по улице. Куда Ира меня вела я не знал, но чутьё в лице Марго молчало, так что повторение прошлой ночи вроде не грозило. Мы зашли за угол, и Ира толкнула дверь в подъезд, утаскивая меня внутрь. Вопреки моим ожиданиям, мы не зашли в квартиру, а вышли на крышу. Уже там девушка распахнула пальто, показав, что я не просто так переживал. Староста действительно была одета в пальто поверх белья и чулок. Девушка отошла на несколько шагов, сбросила с себя свой плащ и игриво прикусила губу, ухватившись за бретельки лифчика. Одно движение, и две ленточки болтаются у предплечья Иры, а она сама уже потянулась к застёжкам, неторопливо расстёгивая бюстгальтер. Несколько секунд она возилась, намеренно оттягивая неизбежное, но в конце концов на свет показались оба верхних девяносто.

– Хочешь сам снять с меня трусики? – Ира приблизилась ко мне и прильнула, игриво проведя пальчиками по моей груди.

– Зачем прерывать такой интересный стриптиз? – хмыкнул я, прижимая к себе девушку.

– Наглец, – Ира улыбнулась и отошла к брошенной одежде, повернувшись ко мне спиной.

Её руки легли на лобок, скрытый чёрными кружевами и натянули влажную ткань, очертив пару складок между ножек девушки. Убедившись, что мой взор прикован куда надо, Ира запустила ладонь под ткань трусиков, стягивая их вниз, обнажив аккуратную полоску волос на лобке, а после и влажную киску, из которой тянулось несколько нитей прозрачной жидкости, прилипшей к ткани трусиков. Улыбаясь, Ира села голым задом на край крыши и вытянула ножки в кружевных чулках и высоких сапогах, стягивая трусики дальше, остановившись только когда бельё осталось висеть на щиколотке правой ноги.

«Если ты её обломаешь, я тебе такое устрою!» – в голове мне угрожала Марго, глядя моими глазами на обнажённую Иру.

– Помочь раздеться? – улыбалась староста, вглядываясь в моё лицо.

Один раз потрахаться, да? Либо у Эталона проблемы со счётом до одного, либо меня обманули. За первым оргазмом последовал ещё один, потом ещё и ещё. Если считать чисто по единицам и не смотреть на двухзначное число за равно, то да, потрахались мы один раз. У меня закончились презервативы, у Иры тоже, а она всё двигала бёдрами и двигала, снова и снова выжимая меня. Когда из её киски вытекала сперма, староста заверяла меня, что она на таблетках и мы можем продолжать, брызгая уже при каждом моём толчке. Стоны девушка давно перестала скрывать, давая жителям дома, крышу которого мы заняли, весомый повод вызвать полицию.

Однако, спустя час (вроде), из квартир под нами тоже начали доноситься стоны, будто два школьника на крыше объявили о начале какого-то секс-фестиваля. Складывалось впечатление, что соседи скоро выйдут трахаться прямо к нам на крышу, лишь бы перекричать Иру. Сама же девушка сменяла позы и активно извивалась, двигая бёдрами, кусая и царапая меня, делая лишь секундные паузы, достигнув очередного оргазма. Иногда, она таки слазила с меня, но отпускать не собиралась и либо сосала мой член, помогая рукой, либо вообще насаживалась другой дырочкой, давая мне возможность испытать прелести анального секса. Справедливости ради, к моменту соития через чёрный ход на моём члене было столько смазки, что он заскакивал в задницу девушки практически без сопротивления.

Меня же больше поражала собственная выносливость. Во время работы рукой такого не было, что я кончил, а мой член даже не падает. Может, это тоже из-за пакта с Марго? Не даром в порно актёр кончает либо один раз в самом конце, либо делает паузы между. Так работает человеческая физиология. Только вот у меня она не работает, и мой член как стоял, залив в Иру очередную порцию спермы, так и стоит, позволяя этой ненасытной девице продолжать считать до одного.

Однако, когда солнце начало окрашивать небо в розовый, я услышал сирены. Ира тоже услышала и замерла, облокотившись на край крыши и вглядываясь вниз во двор, высматривая мигалки. Впрочем, очень быстро девушка продолжила с влажными шлепками насаживаться на мой член. Я же видел служебные машины, остановившиеся около подъезда, и у меня в груди всё сжималось. Бежать с крыши было некуда, только вниз, в объятия закона.

– Последний раз, последний, сука, раз! – хныкала Ира, следя за ребятами в форме, неспешно идущими к подъезду. – Давай же, кончай, сукин ты сын!

Ира переходила на рык, всё яростнее вдалбливая в себя мой член. Её ноги дёргались от напряжения, а стенки влагалища сжались так, что я боялся остаться без члена. Когда до нас донёсся писк домофона, Ира раздражённо рыкнула, отпрянула от меня и бросилась к своей одежде. Я успел только штаны натянуть, когда девушка схватила меня за руку и потянула к выходу с крыши. Мы забежали на лестницу и двинулись вниз, слушая, как лифт едет нам на встречу, а на лестнице раздавались шаги. Сволочи, в клещи берут.

Ира остановилась спустя два этажа и резко вжала кнопку звонка одной из квартир. Шаги всё приближались, неспешно, но неминуемо, а у меня внутри всё сжималось от осознания, в какую жопу я угодил. Когда на лестничной площадке показались лица полицейских, дверь в квартиру открылась, и Ира втянула меня во внутрь мимо раскрасневшейся девушки в халате.

– Ходила на крышу посмотреть, кто там кричит, – сообщила она достаточно громко, чтобы дяди в форме нас услышали. – Ни стыда, ни совести, потрахаться не дают!

– Ужас, и не говори, – кивнула девушка, принимая игру Иры. – Мой так возбудился, когда услышал стоны, что разбудил меня, укусив за клитор. А ты, соседка, что?

– Мой тоже так возбудился, – староста кивнула на меня, – что начал меня трахать, пока я спала! У меня уже сил нет, а у него даже не падает.

– Помочь? – оживилась незнакомка, глядя на бугор в моих штанах. – Ой, здрасте! – она перевела взгляд на полицейских, стоящих перед открытой дверью. – Вы из-за шума?

– Ага, – кивнул один, жадно рассматривая голую, покрытую потом и нашими выделениями Иру, – нам позвонили и сказали, что на крыше кого-то убивают.

– Хулиганьё там, – отмахнулась Ира, гаденько посмотрев на меня. – Школьники какие-то залезли и сексом трахаются, спать мешают. Вы уж разберитесь.

– Всенепременно, – хмыкнул другой полицейский, подмигнув мне.

Дяди развернулись и потопали выше, а я всё задавался вопросом, клюнули ли они на игру Иры. Сука, не так я представлял свой первый секс. Кроватка там, кабинка туалета может быть – уединение в общем, а не долбанные скачки под открытым небом.

– Так что, помочь тебе, соседка? – незнакомка в халатике закрыла за моей спиной дверь и скинула тот самый халатик. – Ты прервала нас, между прочим.

– Спасибо, – улыбнулась Ира, – с этим я сама разберусь. И спасибо, что прикрыла.

– Да какой вопрос? – хихикнула незнакомка. – Мой меня давно так не трахал, как сегодня под ваши стоны.

Девушка поманила меня с Ирой за собой и двинулась вглубь квартиры. Когда мы вошли в спальню, я обнаружил на кровати привязанного парня с закрытыми глазами и кляпом во рту.

– Присоединитесь? – незнакомка уселась на стоящий член парня со сладостным стоном и принялась скакать на нём.

Ира схватила меня за воротник рубашки и потащила к дивану рядом, усадила и снова стянула с меня одежду, тут же взяв мой член в рот. Староста двигала головой, пропуская мою головку в своё горло, от чего мой член снова твердел и наливался силой.

Когда я снова был готов к битве, Ира выпустила мой член изо рта, поцеловав головку напоследок, и уселась сверху, насаживаясь на всю длину. Немного покрутив бёдрами, староста возобновила поступательные движения, дополнив стоны на кровати своими. Блять, если бы мы снимали наш секс на видео, сколько бы тегов собралось? Я за сегодня поучаствовал в публичном сексе, в полноценной оргии, опробовал каждую дырочку Иры, которую физически мог попробовать, кончил кучу раз внутрь старосты, наружу тоже. И это, напомню, мой первый секс, чёрт побери!

Девушка на кровати резко остановилась, покачивая бёдрами. Несколько секунд она так сидела, после чего встала с своего парня, роняя капли спермы на его поникший член и жадно повернулась к нам, одними губами произнеся «я хочу кончить». Так, это мне совсем не нравится. Ира это не видела, так как была повёрнута в мою сторону, но я прекрасно видел, как хозяйка квартиры подкрадывается сзади к старосте, хищно рассматривая нас. Однако, стоило мне почувствовать, что я готов разрядиться, как Ира вскочила с моего члена, схватила хозяйку за волосы и подтащила к моему паху, буквально воткнув мой член ей в рот. Незнакомка лишь мгновение была растеряна, но быстро сориентировалась и начала покачивать головой, глотая мою сперму.

Ира же повернулась к связанному парню и двинулась к нему. Она нависла над его членом и поцеловала его головку, заставив вновь ожить.

– Кать, – парень выплюнул кляп, который оказался женскими трусиками, – я больше не могу. У меня яйца уже болят. Кать, перестань.

Ира не ответила, глядя, как член парня вопреки его словам поднимается. Медленно, нехотя, но всё же кровь приливала куда надо, и скоро Ира оседлала новый член, принявшись скакать на нём.

– К-катя? – не знаю, что почувствовал парень, но он сильно напрягся. – Ты… Ты не Катя. КАТЯ, БЛЯДЬ, ГДЕ ТЫ? КТО ЭТО?

– Я тут, дорогой, – елейно пропела хозяйка квартиры, насаживаясь своей киской на мой член. – Изменяю тебе, скотина. Приятно?

Катя резко села, впуская в себя мой член на всю длину, заставив меня поморщиться. Ощущение от её киски были другими, отличными от Иры. Катя не смущаясь заголосила, когда мой член ударился внутри её, и Ира подхватила её стон, скача на члене парня.

– Приятно, сволочь, тебе трахаться с другими бабами? Вот и мне приятно давать другому! – Катя стонала на мне, ругая парня, который очень хотел разорвать верёвки, приковывающие его руки к кровати, но не мог. – Только я изменяю тебе впервые, а ты постоянно к левым бабам бегаешь! Знаешь что, Саша, как только я тебя развяжу, бери свои вещи и съёбывай нахуй с моей квартиры!

О, тёзка. Это улыбнуло, а вот ситуация мне была не по душе. Хрен с ней с Ирой, она мне никто, просто шлюха в обличии порядочной девушки, но оказаться в разгаре ссоры незнакомых людей, одна из которых при этом скакала на моём члене, было неприятно. Это их дело, и впутываться в него я не хотел.

Ира тем временем дёрнулась в последний раз и слезла с моего тёзки, оставив его разбрызгивать сперму на самого себя. Её руки потянулись к маске на глазах парня и сорвали её, и я увидел гневный, прожигающий взгляд мужчины, которого только что сделали куколдом две незнакомые друг с другом женщины. Прости, брат, у меня тут нет права голоса. Хотя, нет, я был согласен с Катей. Изменять плохо. Да, вот такие у меня глубокие мысли.

– Слабак он у тебя, – хмыкнула Ира, вернувшись к нам. – Я даже не кончила.

– А я уже раза два с твоим, – поделилась Катя, продолжая скакать нам не. – Тебе повезло, твой парень очень хорош. Поделишься?

– Мы не… – я решил пояснить наши с Ирой отношения.

– Пользуйся, пока дают, – перебила меня староста. – Такой, как он, на вес золота. Это благодарность за то, что прикрыла.

Когда совсем стемнело, мы с Ирой вышли во двор, одетые, но помятые и сильно уставшие. Спорт, конечно, штука хорошая, но я уже раз двадцать проклял тот день, когда начал упражняться. Эти две оторвы не остановились, пока мой член не перестал подавать признаков жизни. Они пытались меня реанимировать, но у меня был предел, который, к слову, закончился ещё на крыше.

– Это было лучшее свидание, – произнесла в ночной воздух Ира. – После такого ты обязан быть моим парнем.

– А как же секс без обязательств? – вяло возразил я, ощущая дискомфорт в области яиц. – По твоей логике я и с Катей должен встречаться.

– Да встречайся с кем хочешь, – отмахнулась Ира, поправляя пальто. – Мы с тобой теперь любовники. А отношения меня не интересуют. Хех, – усмехнулась девушка, – Лина будет в ярости, когда узнает.

То, что до Лины доведут подробности сегодняшнего дня я даже не сомневался. У Иры явно был какой-то пунктик на мою бывшую.

– У нас с Линой ничего нет, – фыркнул я.

– Это ты так считаешь, – Ира покачала указательным пальцем. – У Лины на этот счёт свои мысли. Она же женщина. Это для тебя всё просто: сказал нет, значит нет. А у нас всё намного сложнее.

– Даже лезть в эти дебри не хочу, – вздохнул я. – Ты далеко живёшь?

– Я сама доберусь, – отмахнулась староста.

– Ночью, в потёмках, в пальто на голое тело? – я скептически посмотрел на Иру. – Да тебя по кругу первый бомж пустит. Или наряд. Или ещё кто. Нет уж, я тебя провожу.

– А ты ходить по кругу не боишься? – гаденько прищурилась староста. – Привык уже?

– Однажды я бегал наперегонки с бешеной лисой, а потом меня пыталось трахнуть дерево, – многозначительно выдал я, опустив, что это случилось вчера.

– Так, с наркотиками завязывай, – хихикнула Ира. – Так и быть, позволю тебе проводить меня. Но на кофе не рассчитывай, я, походу, стёрлась.

Ира подхватила меня под локоть и повела дальше по улице, выстукивая каблуками по тротуару. Что поделать, я всё же джентльмен, и бросить девушку одну ночью не могу. Боюсь, город может не пережить безумия моей старосты, и изолировать её мой священный долг.

Шли мы минут десять, пройдя львиную долю пути через парк. Несколько раз на нашем пути возникали компании наших сверстников, весело распивающие на лавочках, но Ира что ледокол шла сквозь них, и все ошалело расступались, будто зная, какие проблемы может доставить эта девушка. Вскоре парк сменился дорогой с многоэтажками по обе стороны. Где-то горели вывески магазинов, где-то разъезжались по дворам машины, но в целом царила непривычная и чарующая тишина, только стук каблуков отдавался эхом от стен многоэтажек.

– Вот и пришли, – Ира кивнула на подъезд, нехотя отпуская мою руку. Немного помявшись, она неуверенно посмотрела на меня, после чего её щёчки покраснели. – Спасибо, что согласился побыть со мной, Саш.

Сказав это, староста приблизилась ко мне и коснулась своими губами моих. Нежно, почти невесомо и, что интересно, в первый раз за всё наше свидание. Когда её мягкие тёплые губы оторвались от моих, девушка бросилась к двери в подъезд и скрылась внутри, оставив меня в лёгкой прострации.

Ира оказалась занятной девушкой. То, что сегодня произошло, было безумием. Секс на крыше, побег от полиции, тройничок с незнакомой женщиной. Даже если бы я не был девственником до сегодняшних событий, я вряд ли бы испытал такие приключения с кем-нибудь ещё. Да, я же впервые в жизни сексом занялся. На мой взгляд не очень важное достижение, всё же вокруг меня в последнее время очень много охочих женщин бродит, но тоже что-то стоит. Да и не многие девушки согласятся переспать с парнем, если он ещё ни с кем не спал до этого.

Обдумывая эту тему, я неспешно шёл домой, когда на одной из улиц мой взгляд не выцепил в темноте светлую фигуру. Она приближалась быстро, даже угрожающе быстро, и я уже понимал, что сейчас меня порешают прямо здесь, посреди пустынной улицы. В конце концов, если верить Ире, для Лины мы всё ещё были парой, хоть мы и не начали встречаться и уже расстались, так что технически я ей изменил. Впрочем, будь что будет. Убегать от Лины я не собирался.

Девушка подошла ко мне и гневно осмотрела. Да, видок у меня поди тот ещё. Ира не церемонилась, расцарапала мне всю спину, оставила кучу засосов. Благо хоть Катя дала мне и Ире в душ сходить, а то я бы ещё и вонял другой женщиной. Пардон, другими женщинами.

– Доволен? – с обидой в голосе спросила Лина, рассматривая меня.

– Доволен, – кивнул, глядя на то, как бледные губы Лины поджались от моего ответа.

– И что, теперь будешь с этой шлюхой? – в голосе Лины проскочили нотки обвинения.

– Нет, в отношениях ни я, ни Ира не заинтересованы, – покачал головой. – Её интересует только секс. Видимо, регулярный.

– Что? – Лина на секунду растеряла вид боевого хомячка, недоумевающе глядя на меня. – Ира… Она хочет повторить? Никогда до этого не повторяла…

– Чего бы не хотела Ира, она, видимо, это нашла, – я пожал плечами. – А ты, Лина, всё ещё в поисках?

– Саш, ты… – девушка обессиленно вздохнула и уселась на бордюр, а я сел рядом. – Как ты можешь быть таким козлом и одновременно таким классным?

Я пожал плечами и приобнял Лину. Та сразу сбросила мою руку с плеча и, поняв, что больше я её обнимать не буду, прижалась сама, положив голову на моё плечо.

– Я нашла того, кого искала, – всхлипнула Лина, вытирая слезу. Когда только успела начать плакать? – Саш… я…

– Вампир, да? – усмехнулся я, всё же повторив попытку с объятиями.

И на этот раз мою руку не сбросили.

Глава 9

Ещё вчера я бы не осмелился подобное озвучивать. Вдруг Лину обижу, и меня в реанимацию унесут, или в дурку заберут. Но, имея вводные данные о том, что моя сводная сестра – суккуб, я, наверное, начал чуть больше замечать в поведении окружающих меня людей.

И всё равно на ночной улице повисла тишина. Лина подняла голову от моего плеча и прищурившись смотрела на меня.

– Сам догадался, или подсказал кто? – девушка боднула меня плечом.

– Твоя реакция на мою кровь подсказала, – я не остался в долгу и боднул плечом девушку. – Так что на оба варианта ответ «да».

– И? – в эмоциях Лины сквозил страх. – Что думаешь?

– Что это не то, до чего я допёр бы сам, – я посмотрел на Лину. – До вчерашней ночи вампиры были для меня выдумкой. Как и суккубы… Как и живые похотливые деревья… Я могу долго перечислять.

– Лиза, – прошипела девушка. – Прибью… хоть и жалко, она полезная.

– Ага, она меня от одной взбесившейся ебаки спасла, – кивнул я. – Правда, я чуть не помер в объятиях её дерева.

– Саш, Лиза и есть дерево, – пояснила Лина. – Дриады – антропоморфные деревья. А девочка – её… отросток, или продолжение, которая помогает контактировать с окружающим миром как бы не напрямую.

– То есть, я мог ей не помогать, когда она потерялась? – осознал я.

– Потерять вместилище для любой дриады будет катастрофой. Как от тебя конечности отрезать. Так что ты всё правильно сделал, – возразила Линка.

Я промолчал, обдумывая слова девушки. С одной стороны, Лиза что-то мне пыталась объяснить, но у меня тогда был шок, так что в голове отложилось только признание рыжули о том, что она меня убить хотела. Что я Лине и озвучил.

– А ты думаешь, я с тобой от ревности поехала? – хмыкнула Лина. – Вообще да. Но и дриады не любят людей. А таких как ты… не любят ещё больше.

– Таких, как я? – переспросил, прекрасно осознавая, что ответ не услышу.

– Охотников, – кивнула Лина. Вижу, кто-то сделал работу над ошибками? – Твои родители – охотники на нас, нелюдей.

– Но я-то нет, – возразил я. В целом, я этому откровению не удивился, даже ожидал чего-то такого. – Да и они, видимо, работают не очень, учитывая, что у меня дома суккуб живёт.

– Охотники не убивают нас, – пояснила Лина. – Не все. Многие, на самом деле. Нельзя сохранять секретность и пачками убивать граждан государства. Охотники – кто-то вроде полиции для нас. Следят за соблюдением порядка и наказывают тех, кто переступает границы. А ты, хоть и не один из них, но воспитывали тебя как охотника, и каждый встреченный тобой нечеловек ощущает, что ты можешь быть опасен.

– И почему же ты тогда здесь, если я опасен? – фыркнул я.

– Потому что я знаю, что это не так, – пожала плечами Лина и снова положила свою голову на моё плечо. – А ещё ты мне нравишься. Хоть и козёл.

– Человек же, – в шутку поправил я Лину. – В любом случае, мы вернулись к вчерашнему разговору. Мой ответ ты уже знаешь.

– А ты знаешь мой, – кивнула Лина и поцеловала меня в щёку. – Только надо несколько вопросов обсудить.

– Опять? – я повернулся к девушке. – Что за вопросы?

– Продолжительность жизни, связи с другими женщинами, – теперь и Лина корчила гаденькую мордашку. Мило. – Потомство…

– А, ну да, – вздохнул я. – Я-то проживу ещё лет пятьдесят-шестьдесят, а ты помирать когда планируешь? В этом тысячелетии?

– Я так далеко не планировала, – пожала плечами девушка. – Рациональнее всего было бы обратить тебя в вампира, но тогда мы бы не могли официально быть вместе, так как по иерархии ты будешь ниже меня, и связь в таком случае будет невозможна. Если же тебя обратит мой папа, то мы будем кровными сородичами, что считается инцестом.

– К тому же я не соглашался становиться вампиром, – кивнул я.

– Полукровкой, – поправила меня Лина. – Полукровки вообще в иерархии на самом дне. То есть прямо сейчас мы не можем встречаться из-за… культурных особенностей моего вида. Для моих сородичей это считается зоофилией. Называется не так, но я пытаюсь пояснить, чтобы ты понял.

– Да уж, мне катастрофически не хватает знаний о вас, – вздохнул я, понимая, что здесь зубрёжка обязательна. Одно дело синусы, косинусы и интегралы, которые я могу забыть, как только закончу учиться, а другое – понимание культуры и жизни тех, кто не считается человеком.

– Это поправимо, – утешила меня Лина. – Однако, у тебя есть дриада. Они хоть и асоциальны, но очень полезные. Охотники за владение дриадой готовы глотки руг другу грызть.

– При чём тут Лиза? – не понял я.

– Плоды дриад имеют разные свойства, – принялась объяснять девушка. – А если дриада сильно захочет, она может даровать тебе долгожительство или даже бессмертие. И это далеко не всё.

– То есть, чтобы быть с тобой, мне нужно поработить Лизу? Как-то это неправильно… – неуверенно протянул я.

– А если ты будешь с ней в отношениях? – предложила Лина. – Среди нелюдей моногамность не в почёте. Мы как бы все являемся человечеством, почти, но из-за того, что подвиды разные, есть проблемы с потомством.

– А что в таком случае поменяется? – возразил я. – Я буду навязываться Лизе просто чтобы получить плод бессмертия. То же самое порабощение, только с иллюзией выбора. Да и не горю я желанием возвращаться к ней домой.

– Саш, – Лина почему-то рассмеялась, – ты не подумал, что Лиза может сохнуть по тебе?

– Да скорее у неё стокгольмский синдром случится, – улыбнулся я, так девушка рядом заразительно хихикала.

Понедельник вышел насыщенным, и домой я вернулся уже во вторник, часа в два ночи. Казалось бы, вроде и болтали с Линой о ерунде, скрещённой с важными вещами, а по итогу просидели на бордюре несколько часов. Что-то окружающие меня девушки… странные. Лина такие долгоиграющие планы на меня строит, будто уже свадебное платье приготовила, хотя мы всё ещё не встречаемся. Роковую фразу никто из нас не сказал, возможно потому что это было бы странно, учитывая, как у меня горели шея, грудь и спина от засосов Иры. Несколько женщин? Да, давай, чё мелочиться? Услышать такое от Лины было шокирующе, и это без преувеличений. Хотя, Марго тоже самое говорила. А ведь обе дикие собственницы и ревнивицы. И как мне их всерьёз воспринимать?

Другое дело Ира. Своей её считать глупо, даже деструктивно, учитывая, что она залезла на другой член во время секса со мной. Темнит, да, но в целом не запаривается и почти в открытую говорит, что ей хочется. Получила своё, теперь должна подуспокоиться, или даже отстать от меня. Хотя, я был бы не против повторить сегодняшнее безумие. Интересно даже, что за существо Ира? Может, тоже суккуб?

«Человек она. Шлюха обыкновенная, со своими шлюшьими тараканами в голове,» – подсказала Марго.

– Ты чего не спишь? – я приоткрыл дверь в комнату Маргариты и посмотрел на девушку, развалившуюся в кровати. Вид у неё был на редкость довольный.

– Наелась и сплю, – промурлыкала демоница. – А всякие тут ходют и будют.

– Прости-прости, – усмехнулся я. – Спокойной ночи.

– Давай-давай, – Марго лениво помахала ручкой. – Во сне увидимся.

Я прикрыл дверь в комнату девушки и двинулся к своей, мечтая упасть лицом в подушку и не подниматься пару годиков. Правда, перед этим зашёл на кухню. Сил у меня сегодня высосали с лихвой, так что ночной жор был необходим. Взгляд сам по себе упал на корзинку с яблоками, и я подумал про Лизу. С точки зрения Лины, рыжуля чуть ли не универсальный ключик для решения проблем. Раны залечит, бессмертие подарит, даже в постели поактивничает. Интересно, шутки про бревно будут актуальны? Она же дерево.

Я взял в руки яблоко и надкусил его. Сладкая мякоть с хрустом отправилась в мой желудок, изливая энергию ещё не добравшись до пункта назначения. Магия, не иначе. Лучше налегать не буду, а то не усну после пары-тройки яблок.

Вопреки обещаниям Марго я не видел ночью снов. Вообще. Упал на кровать и провалился во тьму, проснулся уже утром по будильнику. По привычке хотел мысленно возмущаться, что не отдохнул, однако чувствовал себя на редкость хорошо. Подскочил с кровати, сбегал в душ, приготовил завтрак для себя и женщин, попутно делая упражнения, после чего собрался и вышел на улицу. Утро было солнечным и жарким, я даже рубашку распахнул. Ну а что, я же не девушка, мне стесняться нечего. Им тоже, по правде, но объяснять это ещё…

У ворот в школу начал замечать на себе заинтересованные взгляды. Женские по большей части. Только сейчас я вспомнил, что у меня осталась куча засосов после вчерашнего дня, которые я выставил на всеобщее обозрение, забывшись. Естественно, ненужное внимание было привлечено, и ко мне подошли Аня и Настя. От их появления настроение резко упало, зато энергия внутри бурлила, требуя выплеснуть себя наружу.

– Саш, ты чего раздетый? – обманчиво-елейно спросила Аня, по-доброму улыбаясь.

– Жарко, – честно признался я, обдумывая, как бы слить этих двух без шума. Мысли уронить девочек головками об асфальт я отмёл сразу, прикидывая, что эти двое тоже, скорее всего, не люди. Знать бы ещё кто они.

– А синячки эти откуда? – Настя бесцеремонно ткнула мне длинным ноготком в грудь, заставив поморщиться. – Кто-то очень постарался, когда пометил тебя.

Я мысленно зацепился за слово, прикидывая, какое существо может его использовать. «Пометил»… Такое говорят про зверей, причём территориальных. В данном случае на ум приходили только оборотни, о которых я ничего не знаю, но которые явно существуют, раз есть вампиры. Стоп, а оборотни разве не враждуют с вампирами? Или это ложь, навязанная правительством и поп-культурой?

– Не ваше дело, – отрезал я, планируя пройти дальше, но девушки столкнулись плечами, отрезая мне путь. – Чё вам надо?

– Ты Лину кинул, – беззаботно выдала Настя под кивки Ани.

– Палку я тоже кинул, как видите, – я развёл руки, демонстрируя искусанные грудь и шею. – Принести хотите?

Девушки замерли, ошалело глядя на меня как на идиота. Обе медленно повернулись друг к другу, мысленно ведя беседу. Так и вижу: – «Убивать будем?» – «Будем!» – «А как?» – «Мучительно…»

Воспользовавшись моментом, я проскочил дальше, застёгивая рубашку. То, что меня будут убивать, я понимал и так. Другой момент, что без Лины это делать не будут. К слову о птичках, вампирша снова пересела ко мне. Когда я вошёл в класс, обнаружил, что моя парта занята, причём собеседницей Лины была Ира. О чём они переговаривались я могу только догадываться, так как девушки говорили тихо, и даже притихшие одноклассники не помогали разобрать детали разговора. И хоть я догадывался о причинах, мне было важно убедиться. Не то, чтобы я боялся за Иру, скорее не хотел, чтобы Лина наделала глупостей – это моя прерогатива.

Когда я бросил рюкзак рядом с партой, обе девушки умолкли и посмотрели на меня. Судя по всему, разговор не предполагал третью сторону. В гляделки мы играли почти полминуты, и первым не выдержал я.

– Это моё место, – я постучал пальцем по столешнице.

– Сейчас договорим, и я уйду, – проворчала Ира и развернулась к Лине. – Короче, ты меня услышала. Хочешь, чтобы было хорошо – действуй сейчас.

Сказав это, староста встала из-за стола и потопала к себе на первую парту, едва передвигая ногами. Вроде даже пыталась задом крутить, но я уже не смотрел.

– Мне нужно знать ещё что-то? – поинтересовался я, усевшись рядом с Линой.

– Кое-кто собирается устроить тебе рекламу, – вздохнула девушка. – Мне на зло.

– И в чём проблема? – не понял я. – Вряд ли выстроится очередь, а если всё же выстроится, то я умею отказывать. Тебе ли не знать.

– Пару раз откажешь, потом подключится Геля, и ты отказать не сможешь, – приуныла Линка.

Геля… Геля? А, ёпт, Ангелина! Наша звёздочка вебкама, учится в десятом. Как бы её описать? Хрупкая, милая на вид девушка, забитая тату по самое не балуй. Среди парней ходят слухи, что у неё и пирсинг есть, но наверняка никто не знает. Геля частенько ведёт стримы, на которых пихает в себя всякое, но ценник на просмотр у неё конский, так что подписку покупают только самые отчаянные, то есть преданные. Вот только её же подписчики ей антирекламу и делают, то ли от ревности, то ли из солидарности, и рассказывают, что ничего интересного в контенте Ангелины нет.

Впрочем, я в этой школе самый необщительный, так что Геля даже не знает о моём существовании, и вряд ли заинтересуется. По слухам, она общению с парнями предпочитает камеру и дилдо, запершись в кабинке туалета. Да, единственная, кто использует тот злополучный туалет с дыркой по непрямому назначению, это Геля.

– И чего это я ей не откажу? – фыркнул я. – Она не в моём вкусе.

– А Ира в твоём? – прищурилась Лина.

– Боже упаси, – отмахнулся я. – Там звёзды сошлись. А светить своим хозяйством на камеру мне не улыбается. У меня самоуважение есть.

– Пра-авда что ли? – елейно протянула вампирша.

К середине урока я выключил телефон. Я понятия не имею, что и кому Ира рассказала, но мои сообщения разрывались.

«Смотри, какие у меня сиськи (вложение прилагается) Хочу подрочить тебе ими)))»

«Мы с подружкой хотим член. Поделишься?»

«Занят на большой перемене? Могу подсказать, где можно развлечься»

«У меня есть парень, но я хочу попробовать в попку»

«Этажом ниже случился потоп. Нужен стояк, чтобы исправить»

«Кроули поделится своим сокровищем? Готова на двойное со страпоном»

Поток не прекращался, от чего Лина всё больше хмурилась, правда, несколько сообщений заставило её улыбнуться. Я же читал и ужасался, сколько девчонок в школе ходит с недотрахом. Если бы каждая взяла себе парня с недотрахом… Эх, мечты-мечты. Нацелились то все на меня. С какого перепуга? Одной Ире известно.

«Что ты устроила?» – я написал старосте, прожигая гневным взглядом её спину. Чтоб не повадно было.

«Поделилась впечатлениями ¯\_(ツ)_/¯» – спустя пять минут пришёл ответ, а следом ехидная улыбка от повернувшейся Иры.

Психанув, я выключил телефон и попробовал сосредоточиться на уроке. Немного мешала Лина, которая от нечего делать расстегнула несколько верхних пуговиц рубашки. Всё бы ничего, но сначала мне в глаза бросились краешки алого лифчика, а после Лина сделала невероятное: она поддела пальцем дальнюю от меня чашечку и немного оттянула, ловя мой взгляд. Либо я, оказывается, очень харизматичный, либо феромоны суккуба ударили Лине в голову. Чёрт побери, как вообще можно сосредоточиться на неинтересном уроке, когда девушка, которую я желаю, светит свей грудью в полуметре от меня? И ведь понимает, что я вижу, понимает, что возбуждает меня. Будто подталкивает меня к приглашению уединиться.

Стоило прозвенеть звонку, как Лина, показав мне язык, упорхнула из класса, подхватив под руки Аню и Настю. Сидеть было не вариантом, так как парни хмуро сверлили меня взглядами, поэтому я решил прогуляться по коридору, обдумывая, как прожить до конца занятий. Путь мой был неопределён, поэтому я сам не понял, как оказался возле того самого туалета. Почему я обратил на него внимание? Потому что в женский туалет у меня на глазах зашёл парень, при чём не абы кто, а Игорь, собственной персоны. Удивлению моему не было предела, ведь я не видел его на уроке. Решил подождать и посмотреть, что из этого выйдет.

Из-за двери раздалась возня, громкий стук, после чего мне навстречу выскочила визжащая розововолосая девушка. Видок у неё был тот ещё: рубашка расправлена и измята, юбка расстёгнута и держалась на тощей талии на честном слове, трусики в голубую полоску вообще болтались на бедре. Великолепная возможность представить Гелю, ту самую самопровозглашённую звезду вебкама. Девушка поздно заметила меня, не успела затормозить и налетела на мою тушку. Я едва успел поймать её. Геля была настолько худой, что её ветром сносило, а поломать свои тоненькие конечности об меня для неё было проще простого. Следом за Ангелиной выскочил Игорь с членом наголо, увидел Гелю, потом увидел меня, недовольно поиграл желваками и, спрятав свой прибор, ушёл на лестничную площадку.

– Мой герой, – язвительно прокомментировала уход парня Геля, глядя на меня. – Сука, я из-за него стрим прервала. Подписота будет недовольна.

– Ты прямо в школе снимаешь? – удивился я, показывая, что мне всё равно. Просто поддерживаю разговор.

– Моим интересно, когда я стрилю не дома, – пояснила Геля, вытаскивая из кармана телефон. – Занималась, с чатом общалась, а этот в дырку свою хуй засунул. Я вообще-то соло только делаю. Это моя фишка.

– Всё, туалет свободен, – я решил ещё тоньше намекнуть, что разговор мне не интересен. – Иди дальше стримь.

– Стой! – я только развернулся, как Геля вцепилась в мою руку. – А вдруг ещё кто зайдёт?

– И что? – пожал плечами. – На то ведь и расчёт, разве нет?

– Ну да, но… – спич девушки прервал звонок. – Сука! Ладно, я на большой перемене приду.

Куда? В туалет? Нахер мне эта информация? Я скривился, глядя за убегающей Гелей, на бегу поправляющей свою одежду. И Лина вот этого недоразумения боится? Боится настолько, что уже совсем отчаялась привлечь моё внимание. Лина, как же сильно ты себя недооцениваешь? И откуда только берётся эта неуверенность? Как-то мне иначе вампиры представлялись…

В класс я вернулся после второго звонка. Учитель меня даже взглядом не удостоил, так что я сел рядом с Линой и продолжил ждать конца занятий. Девушка рядом загадочно подмигнула мне, становясь старой-доброй Линой – дерзкой и боевитой девчонкой. Я даже решил поощрить её, накрыв её ладошку своей. Линка чуть не подпрыгнула от этого, посмотрела на наши руки, посмотрела на меня, после чего придвинулась ближе и улеглась головой мне на плечо.

«Я не понял, они вместе, или нет?» – донеслись сзади шепотки, на что ни я, ни девушка внимания не обратили. Зачем кормить сплетни?

– А правда, мы вместе, или по-отдельности? – Лина обожгла горячим шёпотом моё ухо.

– Сама как думаешь? – ответил я.

– Не знаю, – пожала девушка плечами. – Хочу, чтобы да.

Как можно дать неопределённый ответ, высказав согласие? У Лины в этом был талант. Благо хоть, что пресловутых «но» не было. Тем временем урок продолжался, а мой телефон, который снова был включен Линой, всё продолжал получать предложения разной степени бредовости. Один неизвестный номер признался, что он квадробер и любит догги-стайл. Второй предлагал уединиться на крыше после уроков. Третий позвал в кабинет директора. Господи, что с этими девушками не так? Я же не единственный парень в школе в самом деле.

Так прошёл ещё один урок, и наступила перемена. Не самая большая, но внушительная. Лина от меня не хотела отлипать и тёрлась головой о моё плечо. Я же, хоть и испытывал дискомфорт от такой близости (май месяц всё же, жарит не по-детски) прерывать девушку не спешил. Прервать нас решил кое-кто другой.

В мой класс ввалилась Геля, растолкала столпившихся у дверей одноклассников (а ведь кто-то из них явно её фанат) и подбежала ко мне, ухватив меня под локоть.

– Идём! – и потащила… ну, попыталась. С её телосложением меня сдвинуть не получится, разве что в мечтах. – Ну пошли! Побудешь у меня охранником.

– Тебя ничего не смущает? – я кивнул на Лину, всё ещё прижимающуюся ко мне.

– Да я на одну перемену, – не смутилась наличию другой девушки Ангелина. – Постоишь рядом, пока я своим делом занимаюсь. Давай-давай, время – донаты.

И тут, к моему удивлению, Лина отлипла от меня, одними губами сказав «иди». А улыбка какая хитрющая – точно что-то замышляет. Ну… ладно? Я поднялся с места и двинулся за Гелей, гадая, что задумала моя вампирша. Не просто же так она меня отпустила, хоть я и всем видом демонстрировал, чьё общество для меня предпочтительнее.

А вот и клятая дверь в туалет. Ангелина заскочила внутрь, наказав мне никого не впускать. Пришлось стоять рядом, делая вид, что за моей спиной дверь в элитный клуб. Что забавно, внимание это только больше привлекло, и мне действительно пришлось развернуть парочку любопытных пацанов. Что делать с девчонками, я не знал. Туалет вообще-то женский.

– Там? – из-за угла показалась Лина и подошла ко мне. Что интересно, в компании Иры.

Я кивнул, и Лина прошла мимо меня, распахнув дверь в туалет, после чего её рука вцепилась в воротник моей рубашки и потащила внутрь. Ира же осталась на стрёме, гаденько хихикая. Над кем, интересно. Лина потащила меня дальше, мимо раковин к кабинкам, от которых доносились наигранные стоны девушки, которая вряд ли когда-нибудь слышала настоящие стоны. Не то, чтобы я в этом спец, но крики Иры вчера были куда натуральнее.

– Хех, как неаккуратно, – прокомментировала Лина, поняв, из какой кабинки доносятся стоны, смахивающие на визги.

Я не понял, к чему это, но, когда дверь распахнулась, и Лина затащила меня к унитазу, всё встало на свои места. В стенке кабинки была дыра, через которую можно было рассмотреть, как Геля за стенкой копошится у себя между ног. Впрочем, Лину она интересовала мало. Вампирша усадила меня на унитаз, уселась на меня сверху и страстно поцеловала, стараясь издавать как можно больше звуков. За стеной стихла возня, и в дырке показалась любопытная моська вебкамщицы.

Лина, видимо, взгляд почувствовала, и принялась с таким усердием двигать языком, что я начал беспокоиться о состоянии своей челюсти к концу сего действа. Судя по звукам за стенкой, Геля от шока уронила телефон, а после, подняв его, выскочила из кабинки. Нет, не с целью убежать из туалета, а с целью наехать на меня и Лину. Видимо, это входило в план вампирши, так как дверь в нашу кабинку оказалась не закрытой, и Геля распахнула её, направив на нас камеру телефона.

– Охуеть, что вы тут устроили? – с гневом выдала розовая зараза, заставив Лину оторваться от поцелуя.

– А тебя ебёт? – с наездом поинтересовалась Лина и сама же ответила: – Конечно нет. Кому нужна такая целка, как ты?

И это я от целки слышу… Впрочем, я решил оставить свои комментарии при себе, опасаясь огрести от Лины. Геля же покраснела не то от смущения, не то от гнева, захлопнула дверь и… нет, не побежала из помещения, а вернулась в свою кабинку. Так, учитывая дырку, звездой вебкама я не планировал становиться. А вот Лина напротив расстегнула рубашку, приспустив её до локтей, и с немым вопросом вцепилась в лифчик.

– Уверена? – я прижал девушку к себе, коснувшись её носа своим. – Эта оторва по любому снимает.

– На то и расчёт, – улыбнулась Лина и подняла бюстгальтер, обнажив свою небольшую, но невообразимо красивую грудь с проступающими венками и бледноватыми сосками. В отличии от пышной груди Иры, Линина сохраняла свою заострённую форму и даже на вид была чертовски упругой. И раз такая пьянка, я не колеблясь ухватился за одно из полушарий, заслужив томную улыбку и приглушённый вздох. Из соседней кабинки раздалось возмущённое сопение, и звуки прибывающих в чат сообщений. Кажется, сегодня у Гели на канале появятся новые звёзды.

– Вы можете потише? – прошипела Ангелина в дыру. – Я тут снимаю вообще-то! Я, блять, первая пришла!

– И утащила моего парня охранять своё одиночество, – довольно парировала Лина, тяжело дыша от моих прикосновений.

– Все знают, что вы не вместе, – пикнула Геля. – Хах, даже я могу увести его, Кроули. И чё ты мне сделаешь?

– Изобьёт, возможно, ногами, – предложил я.

– Да и с чего ты решила, что у тебя есть шансы? – кивнула Лина, притягивая мою голову ближе к своей груди. Намёк я понял, и обхватил сосок девушки губами, немного прикусив его, за что был стукнут по голове.

За стенкой замолчали. Минуту, может две, после чего Геля взвизгнула:

– Да ты совсем охуел? Я ни за какие бабки таким заниматься не буду! Я что, шлюха какая-то?

Тут уже притихли мы с Линой. Я замер, вслушиваясь в возмущённое сопение, после чего до нас донёсся звук хлопнувшей крыши унитаза и сдавленное шипение.

– Сейчас что-то будет, – фыркнула Лина, глядя в дырку. – Хочешь попробовать глорихол?

– Ты серьёзно? – я с недоумением посмотрел на Лину. – Когда у меня на коленях ты? Лин, ты на приколе?

Девушка не ответила, вслушиваясь в суету за стенкой. Там шуршала одежда, недовольно шипела змея и стучала крышка унитаза. А ещё сыпались сообщения. Очень много сообщений.

– Я не буду это делать! – снова взвизгнула Геля. – Нет! Идите нахуй! Ни за что! Нет… – поток отрицания прервал звук колокольчиков, и я прям услышал, как заскрипела челюсть у девушки за стенкой. – СКОЛЬКО, БЛЯТЬ?! Ты ёбнулся?

И снова тишина. Я на секунду подумал, что Ангелина померла от возмущения, но почти сразу отмёл эту идею. Из-за стенки доносилось тяжёлое сопение, после чего тонкая ручка протянула в дыру телефон. Мы с Линой посмотрели на экран, и я аж присвистнул. Донат с пятью нулями и подписью «Выеби эту суку так, чтобы она на дух не переносила соло». Это мне? Что?

Телефон исчез в дырке, после чего в отверстии показался растерянный взгляд Гели. Девушка виновато посмотрела на нас, после чего медленно открыла свой ротик, прижавшись лицом к стенке кабинки. Лина на это гадко улыбнулась и засунула в рот Гели два пальца, надавив на язык.

– Нет-нет, моего парня надо заслужить, – злобно хихикала вампирша, пока Ангелина сосала её пальцы.

Я же сидел рядом и охреневал. Вчера было безумно? Всего-то Ира орала так, что пришлось убегать от полицейских, а после укрыться в доме неверной девушки с неверным парнем. Сейчас же происходит нечто куда более… неправильное. Нет, дело даже не в том, что всё стремительно мчится к тому, что я трахну младшеклассницу (мой истерзанный аниме мозг воспринимает это ещё аморальнее, хотя Геля всего на год меня младше) прямо в этом туалете, ещё и с подачи моей самопровозглашённой девушки. Дело в том, что сама Ангелина не хочет этого, а её мне, считай, купили, как проститутку, причём весьма дорогую. Конечно, я могу просто воспользоваться моментом, к чему меня склоняют вообще все, кроме самой Гели, ссылаясь на то, что девчонка сама виновата. Однако…

– Развлекайтесь, – бросил я, поднявшись с унитаза. – Я в этом не участвую.

– Почему? – Лина повернулась ко мне, заставив Гелю поперхнуться пальцами.

Господи, и ты ещё спрашиваешь?! Я всмотрелся в лицо вампирши, пытаясь найти хоть тень осознания, что здесь происходит. Либо Лина хорошо держит похер-фейс, либо она реально не понимает суть проблемы. Зато я понимаю.

– Геля не хочет, – вздохнул я, поворачиваясь к двери, – я тоже. Что ещё объяснять? – сказал и вышел из кабинки.

Перемена ещё не закончилась, так что шанс быть пойманным в женском туалете, вокруг которого летает столько мифов, мне не улыбался. Одно дело, если бы меня застукали с Линой, но эта ситуация отдаёт запашком.

– Саш, это из-за этой идиотки у тебя телефон разрывается от сообщений, – Лина выскочила из кабинки, поправляя лифчик и рубашку. – Она подслушала, как Ира мне хвасталась, и разнесла сплетни на всю школу.

– И что? Это повод использовать её против её воли? – я краем глаза увидел, как Геля выскочила из своей кабинки с растерянным видом. – Или то, что ей заплатили?

– Вернись! – мелкая язва вцепилась в мой ремень, намереваясь утянуть обратно. – Я не могу вернуть донат! Слишком большая комиссия будет!

– Видишь, она тоже хочет, – с видом превосходства хмыкнула Лина.

– А ты чего хочешь? – я резко перевёл стрелку, заставив вампиршу нахмуриться. – Геле всё равно, что за парень её трахнет. А тебе?

– А мне не всё равно, – Лина ощерилась, став похожей на боевого ёжика. – Я хочу её проучить. И тебя порадовать.

– Ты знаешь, как меня порадовать, – отрезал я, борясь с Гелей за свой ремень. – А проучила она себя сама.

Логика, до этого курившая хер пойми где, резко вернулась, что помогло мне практически беспрепятственно вернуться в класс. Сложившаяся ситуация ясно дала мне понять, что Лина, хоть и помирилась со мной, но пребывает в состоянии лютейшего отчаяния. Причём она не воспринимает мои слова в упор, делая какую-то хуйню себе во вред. Лишнее напоминание, что связываться с Линой себе дороже, и путного мало выйдет. И всё равно я не могу перестать о ней думать.

В класс я вернулся, напевая «Это пройдёт». Показалось, что песня Котлярова очень хорошо описывает мои мысли. Опять же, мне слишком многое не даёт покоя в последнее время. Да ещё неделю назад я радовался тому, что никто не мешает мне проводить досуг, а Лина, хоть и цеплялась ко мне, но сохраняла дистанцию. Сейчас этот паровозик Томас хуярил на всех парах мимо рельс, и его не смущало, что след давно окрасился в кровь. Да и я вдруг понял, что уфологи не психи, а просто осознанные ребята. Ещё и я, оказывается, потомственный охотник… Сука, аж смеяться хочется. Я, конечно, могу технично побить кого-нибудь, но, если вдруг окажется, что мой противник не человек – несите гроб и батюшку.

Лина вернулась вместе со звонком. Девушка была сильно задумчивой и немного растрёпанной, что не удивительно, учитывая наши посиделки в туалете. Весь урок она молчала, бросая на меня задумчивые взгляды, но ими и ограничивалась. Грудь больше не показывала, с болтовнёй не лезла – даже как-то жутко становилось. Вдруг решила избавиться от такого незадачливого парня?

Новая перемена, и снова на пороге стоит Геля, ругается со всеми, кто попадается на пути и делает вид, что ей хватит сил выкинуть в окно любого, кто помешает ей дойти до моей парты. Что весело, все велись и расступались, выслушивая лестную критику в свой адрес. Рядом с моей партой девушка замерла, нерешительно теребя коротенькую юбочку. Рассказывать о цели своего визита она, видимо, не собиралась, а я не умел читать мысли, поэтому не обращал на младшеклассницу никакого внимания. Скоро звонок, новый урок, а там перемена, а там ещё один урок, и я наконец стану свободен.

– Делим пятьдесят на пятьдесят, – вдруг выдавила из себя Геля. – Я не могу вернуть этот донат, я уже говорила.

– Чьи проблемы? – фыркнул я, глядя, как у Лины загорелись глаза. Не от суммы, скорее от возможности продемонстрировать мне, что я не прав. В чём бы то ни было.

– Выручишь, и я… – Геля задумалась. – Ещё раз соглашусь… Нет, два раза!

А смысл? Я и первый раз не хочу. Не люблю меркантильных девушек.

– Пожалуйста-пожалуйста-пожа-а-а-алуйста! – Ангелина сложила ладошки вместе и заглянула мне в глаза снизу-вверх, включив милашку. У меня едва лицо не дёрнулось от противоречия в выражении лица девушки и её эмоциями: раздражение, злоба, отвращение.

– Эй, Саныч, ты чё? – к мелкой зазнобе подошли на помощь несколько парней. – Ну Геля же просит, ну чё ты?

Наивные идиоты. Знали бы они, о чём меня Геля просит, помогать бы не рвались, скорее пытались бы продемонстрировать, насколько сами хороши и доступны, в отличие от меня. Однако, идиотизм заразителен, поэтому мною была предпринята попытка бегства, которую Геля восприняла за согласие. Зараза вцепилась в мою руку, и под общий вздох негодования я свинтил с этой дурой из класса.

– Только это… – стоило мне закрыть за собой дверь, девочка отцепилась и потупила взгляд. – Будь нежен, что ли… У меня это впервые.

– Но заплатили тебе за то, чтоб тебя разъебали, – хмыкнул я. – Или ты хочешь вернуть донат?

– Блядь! – выругалась Геля. – Будет больно?

– Наверное, – пожал плечами. – Не знаю. Ты в себя раньше хоть что-нибудь фаллическое засовывала?

– Засовывала, но не глубоко, – Геля даже не смутилась. Наоборот, я буквально видел, как в её голове роятся мысли, силясь найти выход из сложившейся ситуации. – Так, есть идея. Раз мои подписчики хотят, чтобы ты меня выебал, мы дадим им этот контент.

– Моё мнение тебя не интересует? – я искренне восхищался наглостью этой зазнобы.

– Я ведь пообещала тебе заплатить! – возмутилась Ангелина. – А с Линой я договорюсь.

– Ты же знаешь, что Лина не мой сутенёр? – я попытался вернуть девушку на путь логики, но та слишком ушла в дебри влажных фантазий.

– Тогда ещё лучше! – обрадовалась Геля, хлопнув в ладоши. – План прост: мы с тобой вместе делаем контент, в котором я буду отсчитывать дни до…

– Дефлорации, – подсказал я, уже мысленно отказавшись.

– Вот, да, – кивнула Геля. – А во время отсчёта мы с тобой играем парочку. Узнаём друг друга поближе, ходим на свиданки – агрессивно имитируем конфетно-букетный период. Всё по будет по сценарию. А в день икс делаем что надо, рубим кучу бабла и делим всё тридцать на семьдесят. После ссоримся, расстаёмся, ты возвращаешься к своей скучной и унылой жизни, я продолжаю стримить. Все довольны. Идёт?

Я даже задумался. Нет, встречаться с девушкой только чтобы её трахнуть и бросить мне не улыбалось, однако, вся эта схема выглядела… нормально? Нет, серьёзно, Геля предложила мне нормальные вполне здоровые отношения (на камеру, но да чёрт с ней), и, если бы не денежный аспект, я бы решил, что девушка просто решила таким нестандартным способом подкатить. Это не драки с Линой, не интрижки с Ирой, не шантаж с Мей-Мей, не интриги Марго, не заикания Лизы. Что я теряю? Ну да, Лина будет недовольна, но, чёрт возьми, она всё ещё топчется на месте, пребывая в собственном мирке и игнорируя тот факт, что я чуть ли не открытым текстом говорю, что хочу встречаться. Да, Лину можно понять, ведь она вампир, а я – человек, но и меня понять можно. Я через пятьдесят лет вряд ли смогу заставить свой член подняться, а Лина, в силу своего долгожительства, может не созреть и через сотню лет.

– Хорошо, я согласен, – кивнул я, уже прикидывая, как меня будет проклинать Лина. – Но с оговоркой.

– Ну хорошо, сорок на шестьдесят, – мученически вздохнула Геля. – Но больше не уступлю.

– Да хоть ноль на сотку, – отмахнулся я. – Я хочу иметь доступ к сценарию и иметь право его менять, если меня что-то не устроит.

Ангелина недоверчиво покосилась на меня, и в её эмоциях проскочило что-то непонятное – слишком быстро исчезло, оставив на кончике языка какую-то приторную сладость, помазанную в горечи.

«Если я что-то и понимаю в вебкаме, то будет весело!» – пронёсся в моей голове голосок Марго.

Глава 10

Уроки подошли к концу, а я, вместо того, чтобы идти домой и праздно проводить вечер, отправился на этаж ниже, чтобы официально узнать от Гели на что я согласился. Судя по сообщению (да, я включил телефон и успел начитаться такого бреда, что меня можно считать гуру кринжовых подкатов), мой путь лежал в спортзал, точнее, в раздевалку. В женскую. Геля заверила, что никто нам не помешает, и я очень надеялся на это. Последнее, что я хотел – стать в глазах школьного стада извращенцем, шарящимся по женским раздевалкам.

В искомом помещении действительно была только Геля. Девушка поправляла причёску, рассматривая себя во фронтальную камеру, правда, пришёл я, видимо, рано, так как из одежды на ней были только чулки, трусики в голубую полоску и рубашка, опасно оголяющая плечи и часть практически плоской груди.

– Итак, я тут подумала, как это всё должно выглядеть, – Геля совсем не смутилась моему приходу, даже бровью не повела. Впрочем, а чего ей стесняться, учитывая, что она на стримах показывала своё тело всем платёжеспособным желающим? – Есть две заготовки, одна выставляет тебя конченым, вторая – мудаком.

– А нормальным? – с надеждой спросил я, вспоминая, что мои актёрские таланты ограничиваются мордой кирпичом или кирпичом в морду.

– Скучно, – отрезала Геля. – Раз уж мне выпал шанс монетизировать свою девственность, то я хочу сделать это ярко и эпично, чтоб мои симпы донатили мне ещё больше. Кто знает, может после я попаду в порно?

– Ага, прямо предел мечтаний, – не мог не съехидничать я. – Не забывай, что ты и меня втянула в это.

– Поэтому я и склоняюсь к тому, чтобы показать тебя мудаком, – кивнула Ангелина. – Смотри, женский куколдизм сейчас очень ценится всякими инцелами и другими лохами. Если твоя девушка поощряет измены, значит она охуенная, но в то же время уязвимая. Это привлекает много донатов.

– Из жалости, – уточнил я. – Стоп, какую конкретно роль я играю в этом сценарии?

– Себя обыкновенного, – пожала плечами Геля. – Смотри, мы делаем контент, играем сошедшуюся из-за обстоятельств парочку. Я клянчу у тебя внимание к себе, а ты играешь альфача и сигму…

– Это же диаметрально противоположные понятия, – пришлось аж перебить её. – Альфач цепляет каждую юбку, а сигма наоборот всех игнорирует и унижает.

– Вот! – девушка указала на меня пальцем. – Ты понял. Меня ты должен типа игнорить и кадрить сучек вокруг. А когда мы наедине обязательно распускаешь руки, лапаешь всюду и делаешь всякие непотребства.

– Допустим, – неуверенно протянул я. – А второй вариант какой?

– Мы придумываем историю, в которой ты – мой подписчик, которому свалилось счастье не дрочить на меня, а трахнуть, – объяснила Геля. – Но мне не нравится: я так выставлю себя шлюхой, а тебя конченым.

– Но ты ведёшь себя как шлюха, – не без удовольствия хмыкнул я.

– Но ты же не конченый, – парировала Ангелина. – Саш, я ничего против тебя не имею. Даже симпатизирую немножко. Так что раз уж ты играешь антагониста, то роль должна тебе подходить. Будешь крутым бабником. Судя по рассказам Ирки и твоим заигрываниям с Линкой, ты ничего не теряешь. Только выигрываешь. Меня же и девчонки смотрят. И да, если ты ещё не понял, твой член попадёт на мои стримы. Просто предупреждаю. Не хочу, чтобы ты дал заднюю в последний момент, и мне пришлось бы искать замену.

– Ого, так тебя именно я устраиваю? – с некой издёвкой, слабенькой правда, фыркнул я.

– Более чем, – кивнула Геля. – Ирка дала тебе хорошую рекомендацию, да и я видела прилично, чтобы судить. Ну как, идёт?

– Чёрт с тобой, – кивнул я. – Бабки мне твои не упали, но выручу, чего уж там.

Ангелина довольно улыбнулась и похлопала по скамейке рядом с собой, приглашая сесть. Я последовал приглашению, и девушка тут же уселась мне на колени, настраивая стрим.

– Так, сделай лицо довольным, ручки мне под одежду засунь и пальцами работай, – пояснила Геля, раздвинув ноги. – Когда я начну скулить и умолять перестать меня мучить, скажешь, что закончишь только через семь дней. Понял?

Я кивнул и сделал так, как Ангелина просила. Одна моя рука легла на почти плоскую грудь с торчащим соском, а вторая коснулась живота девушки.

– Отлично, – Геля чмокнула меня в щёку и запустила стрим. – Так, ждём первых зрителей. О, нас уже смотрят! Всем приветики! Ну и челендж вы мне устроили, козлы. Этот, – моё лицо показалось в экране телефона, – тот ещё мудак, а вы захотели, чтобы именно он меня трахнул.

Я активно работал руками, сжимая сосок девушки и оттягивая её трусики, скользя по аккуратно подбритому лобку к сокровенному. Геля уже вполне натурально стонала для подписчиков, извиваясь в моих руках, не забывая показывать, что конкретно вытворяют мои руки. В чате творился хаос: мне угрожали расправой, подбадривали и требовали поскорее приступить к делу. Донаты лились рекой, и колокольчик не успевал оповещать о них. Я же коснулся пальцами складок над бугорком между ножек Гели и осторожно провёл по ним, заставив Ангелину шумно дышать.

– Это… Блять! Это намного приятнее, когда делает кто-то другой, – то ли мне, то ли на публику поделилась впечатлениями Геля. – Попробуйте как-нибудь. Ах да, вы же только писюны свои дёргать можете. Попробуйте друг другу. Гарантирую: ощущения совсем другие. АХ! С-сука!

Это я протолкнул палец между складок Гели и провёл по внутренней стенке. Девушка сжалась, как пружина, дрожа в моих руках. Между её ножек было горячо и стремительно прибавлялась влага. У меня появилась великолепная идея, но я понятия не имел, насколько это реализуемо – Иру я бы пальцами до оргазма в жизни не довёл, но староста моя опытная, а тут у меня в руках девственница.

– Бля-я-ать! – Ангелина стонала всё громче, сжав бёдра, чем только зафиксировала мою руку между ножек. – Я… я не могу. Нет!

Я убрал руку с груди девушки и положил её на внутреннюю сторону её бедра, силой раздвигая ножки Гели. Второй рукой я поддел мокрые трусики и оттянул их, демонстрируя всей аудитории свои пальцы в киске их стримерши.

– Ты что творишь?! – то ли играя, то ли взаправду возмутилась Геля, но я тут же просунул второй палец внутрь лона девушки, заставив ту пискнуть. – Это против правил, ублюдок! – Ещё один палец угрожающе коснулся капюшона, зацепив клитор Гели, и та решила умолкнуть, поняв намёк. В её киске было так тесно, что там и одного пальца было много.

Насладившись постаныванием Ангелины, я вернул свободную руку на её грудь, зажав пальцами сосок. Новый вздох был моей наградой, но я уже думал, как бы ещё заставить Гелю чувствовать себя хорошо. Чёрт побери, от вида красной, тяжело дышащей девушки, киска которой под моим натиском уже брызгала соками, я начал сомневаться, что не трахну её прямо сейчас – так уязвимо Геля выглядела. Идей была куча, и, судя по непрекращающемуся звону колокольчиков, оповещающих о донатах, зрители стрима тоже имели массу идей.

– Ого, – томно вздыхая, Геля нащупала ручкой мой стояк, упирающийся ей в зад. – Кажется, кое-кто хочет поскорее приступить к сладенькому?

– Ещё рано, – я проигнорировал очевидную провокацию, хотя от прикосновений девушки начинал терять контроль. Мои движения стали агрессивнее и быстрее, заставляя Гелю ещё больше извиваться. Проскочила мысль, что заткнуть ей рот чем-нибудь вполне конкретным было бы великолепной идеей.

Гоня подобные мысли прочь, я вцепился зубами в сосок Ангелины, а мои пальцы со звонким хлюпаньем ласкали её киску, вызывая нарастающую дрожь. Почти. Ещё немного, и Геля кончит.

– С-сука! – шипела девушка сквозь зубы. – Ты хочешь меня убить, паскуда?! Не мучай меня, сделай своё грязное дело!

Слова Гели подкрепил звон сообщений и донатов, которые жаждали увидеть, как их идола трахнут в прямом эфире. Я же продолжал своё дело, оставляя на груди и шее Гели засосы, щипая её соски и лаская её киску. И вот, Ангелина дёрнулась раз, потом второй, а после с громким «Бля-я-я!» мне в руку ударил нехилый фонтан. Геля задрожала, вытянулась и обмякла, матерясь сквозь зубы. Зрители стрима смаковали это шоу, и я даже успел заметить несколько строчек из чата:

«Она сквиртанула! Лол!»

«Я бы тоже в таких руках кончил, XD»

«Чел, ты мой герой! Она впервые так кончила. Я счастлив!»

Больше я прочесть не смог, да и не сильно хотел. Контингент такой себе, на месте Ангелины я бы для ТАКИХ людей подобным не занимался. Геля отвлекла меня от своего телефона, повернув мою голову к себе и страстно поцеловав. Неумело, но очень старательно. Я даже на мгновение растерялся от такого напора – всё же наши отношения были чисто деловыми, а тут такое проявление симпатии.

– Т-трахни м-меня наконец! – взмолилась девушка, сползая на пол и оттопыривая свой тощий зад. – Молю…

– Ещё чего! – я звонко шлёпнул Гелю по округлостям и выхватил телефон из её рук. – Слушайте сюда, ублюдки! Эта пизда – моя добыча! И я хочу насладиться ей как следует. Мне плевать на ваши донаты, я трахну её тогда, когда она ни о чём, кроме моего члена не сможет думать. Вангую, это случится… через неделю. Ровно столько мне понадобиться, чтобы приручить эту сучку.

Сказав это, я завершил стрим. Вроде хорошо получилось, Геля должна быть довольна. Правда, красная мордашка девушки выражала не довольство, а раздражение. Кое-как, с моей помощью, Геля уселась на скамейку, забрав у меня телефон.

– Ты конченый мудак и садист! – объявила девушка. – Раздразнил меня, заставил кончить и бросил!

– Так в этом же и был смысл, нет? – нахмурился я, силясь понять, за что меня ругают.

– Смысл был в том, чтобы ИЗОБРАЖАТЬ бурную деятельность, – Геля аж голос повысила. – А не реально меня мучать. Если подписота уже прогрета, то смысла мало в том, чтобы ждать неделю, когда есть возможность срубить бабла сейчас?

– Эх, плохой из меня импровизатор, – вздохнул я. – Я-то думал, что делаю всё хорошо. Даже оргазм тебе подарил.

– Вали давай, – замахала рукам Ангелина. – Вечером сброшу сценарий на завтра.

Я пожал плечами и вышел из раздевалки. Видимо, мне не понять креатив Гели, впрочем, мне это и не было нужно. Раз надо действовать строго по сценарию, чтобы помочь, то я, так и быть, побуду недельку её помощником, зачитывая строчки из сценария. В конце концов, я не собирался продолжать этот фарс дольше необходимого или, боже упаси, реально начинать встречаться с Ангелиной.

Дома я был уже через полчаса. Захотелось немного прогуляться, обдумывая случившееся. Ни к чему путному я в итоге не пришёл. Геля – типичная стримерша, желающая денег любой ценой, неизвестно зачем. Больше было вопросов к Лине. Вряд ли она хотела именно такой результат. Играть в парочку с Гелей сильно отличалось от трахнуть её через дырку в туалете.

Когда я открыл дверь своей квартиры, мне на глаза попалась обувь в прихожей. Как и в прошлый раз, её было сильно больше, чем оставалось с утра, однако, даже с пересчётом выходили три лишние пары. Одни ласты были непомерно огромные, размера сорок девятого или даже пятидесятого, и ещё две пары женских туфель. Учитывая, что дома одновременно были и мама, и папа, слышать гнетущую тишину было как минимум необычно. Возможно, они поубивали друг друга, я бы не удивился.

Я тихо разулся и покрался по коридору, ожидая атаку откуда-нибудь. Прошёл двери туалета и ванной, заглянул на кухню и увидел хмурую Мюриэль. Хорошо, по крайней мере, её судьба пока была далека от кончины. А где, собственно, батёк, мама и ещё трое гостей?

Я тихонько постучался в комнату Марго, дверь тут же открылась и две пары девичьих рук утянули меня внутрь. Марго тоже жива, это радует, а второй была Лина. Обе обеспокоенно осмотрели меня на предмет… ну, что-то они искали, и, видимо, не нашли.

– Что тут творится? – я кивнул на дверь. – Бойня была?

– Ещё нет, – покачала головой Маргоша, – но скоро случится. Вчерашний великан вернулся, ещё и с Денисом. Они громко обсуждали, что город пора чистить, а после вместе с твоей матерью и тёлкой того шкафа заперлись в комнате твоей мамы.

– Слёт охотников что ли? – уточнил я. – Или тусовка свингеров?

– Я не знаю, – пожала плечами Марго. – Из-за двери никаких звуков не слышно, да и энергии нет. Думаю, первое.

– Пойду поздороваюсь, – кивнул я. – Устроили из моего дома проходной двор.

Обе девушки переглянулись, но останавливать не стали. Я вышел из комнаты Марго и подошёл к маминой спальне, вслушиваясь. Из-за двери были слышны голоса, но говорили тихо, хоть у говорящих в самом разгаре был спор. Сначала я думал постучать, но быстро отмёл эту идею. Хозяин я дома или мимо проходил? Я распахнул дверь, заставив замолчать четверых людей в помещении. Вот они слева-направо: мама, папа, дядя Кирилл и какая-то девушка, которая приходила вместе с великаном вчера. Сейчас я мог рассмотреть её нормально, и у меня возник вопрос, кто это вообще.

Девушка была миниатюрной, но крепкой. Метр шестьдесят, может чуть выще, но по одним её бицепсам я мог точно сказать, что от груди она жмёт не меньше сотни. Русые волосы, карие глаза, минимум макияжа и достаточно закрытая одежда. Главное, лицо у неё было таким добреньким, но вот телосложение намекало, что лучше в её объятия не попадать.

– Малой, свали нахер! – рявкнул в мою сторону Кирилл, заставив дребезжать стёкла в оконной раме. – Взрослые базарят.

– Ебало захлопни, – мы с мамой сказали в один голос, но я продолжил: – Я не пускал тебя в свой дом.

– Нарываешься? – амбал не услышал завуалированную угрозу, повернулся ко мне и сделал шаг в желании напугать. – Я тебя сейчас…

Не знаю, что он хотел со мной сделать. Громкий стук известил соседей снизу, что в моей квартире упал шкаф. А всего-то надо было совершить резкий выпад и ударить по колену этого гиганта. Потеряв равновесие, Кирилл упал на пол как мешок с дерьмом, вызвав у моих предков смешок.

– Встал, – холодно бросил я Кириллу. – Будешь выёбываться, ещё раз уроню, только куда фатальнее.

– С-сука, – гигант поднялся, хмыкнув. – Точно Светкин сынок. Никакого уважения к окружающим.

– Сам виноват, – похлопала Кирилла по руке (выше не дотягивалась) незнакомка. – А ты хорош, парень. Из тебя выйдет хороший охотник.

– Он не будет охотником, – прошипела мама и посмотрела на меня. – Саш, иди, мы с твоим отцом выпроводим этих…

– Маньяков и зоофилов, – уже в голос смеялся батя, – попущенных школьником. Не ссы, малой, мы его в окошко, если надо, выкинем.

– Нихуя, пускай остаётся, – Кирилл повернулся к моим родичам. – Он тоже охотник, значит у него есть право голоса.

– Ты тут один выступаешь за резню, – возразил батя. – И предлагаешь начать с моей семьи! Дана, ты чего молчишь? Твой муж сошёл с ума!

– О какой резне речь? – решил уточнить я.

– У тебя дома живёт демон, паря, – с видом знатока просветил меня Кирилл. – Похотливое чудовище, пожирающее по ночам твою жизненную энергию. Её мать уже прибрала твоего папку себе, а тебя оставила своему отродью. Да, ещё они притащили в твой дом вампира! А знаешь, что делают вампиры?

– Сосут? – с иронией спросил я. – Дядь, иди полечись. Ты втираешь мне какую-то хуйню. Из Марго демон как из тебя танцор. А с Линой я вообще общаюсь кучу лет, и что-то она мне ни разу не сосала.

– А это что? – амбал указал на мою шею, где красовались засосы, оставленные Ирой.

– А про это я, как джентльмен, не буду говорить, – отмахнулся я. – Пылкая одноклассница. Такое объяснение тебя устроит?

– Мне надо готовиться стать дедом? – рассмеялся батя, показывая большой палец.

– Она таблетки пьёт, – покачал я головой.

– Видишь, Кир, дети и то продуктивнее тебя время проводят, – улыбался папа. – Мы не инквизиция, и боже упаси нам вернуться к тем временам. Твоя идея абсурдна и самоубийственна, а убивать людей в России низзя.

– Они не люди, – прорычал Кирилл. – Они чудовища под личиной невинных людей.

– Попробуй это прокурору объяснить, – фыркнул я.

Кирилл недовольно посмотрел на меня, после чего взял свою жену за руку (это выглядело очень комично) и выскочил из комнаты, а после и из квартиры. Мы с родителями остались в спальне, молча рассматривая друг друга.

– Пылкая одноклассница? – нарушила тишину мама. – Совсем тебя распустили. Удар слишком слабый и недостаточно быстрый, сам ты весь в синяках, шляешься ночами где не попадя, а сегодня я узнаю, что ты в порно с младшеклассницами снимаешься.

– А пару дней назад жаловался, что от тебя девушка убежала, – присвистнул батёк. – Видишь, одна убежала, другая прибежала. Бабы.

– Денис! – мама повернулась к папе. – Твой сын ведёт себя как последний блядун!

– Весь в папку, – важно кивнул батя, получив удар по плечу. – Свет, наш сын почти взрослый человек. Это нормально, что он интересуется девушками.

– Мне позвонила его учительница, – продолжила гнуть своё мама, – и сказала, что он снимается в видео, где лапает маленькую девочку.

– Она на год меня младше, – возразил я. – К тому же эта маленькая девочка в прямом эфире дрочит для нескольких десятков зрителей. По сравнению с ней я чистый и непорочный ангел.

– Свет, ты, конечно, можешь считать Сашку ребёнком, – папа выставил руки вперёд, чтобы снова не огрести, – но когда-нибудь у него и свои дети появятся. Он так-то взрослый лоб. Пара недель, и будет выбирать университет. Ты с ним в полицию не так давно каталась!

– Для меня он останется моим ребёнком, – процедила мама.

– Я думаю, тебе стоит почаще выходить на улицу, Свет, – как-то серьёзно произнёс папа. – Посмотреть, как люди живут, подышать воздухом без феромонов суккуб. Серьёзно, я не готов узнать, что моя бывшая жена трахнула моего сына.

– Ну ты и скотина! – мама взорвалась, накинулась на батю и принялась его лупить. Я прекрасно помню, чем обычно это заканчивается, так что решил от греха подальше свинтить из родительской спальни.

У двери я столкнулся с Мюриэль, несмело заглядывающей в приоткрытую дверь. Старшая суккуба растерянно посмотрела на меня, не зная, что делать, и я взглядом показал ей, чтобы она зашла в спальню. Может, мать Марго и получит пару тумаков за компанию, но после точно останется довольной. Мои предки в порыве… страсти, могли быть несколько неразборчивыми. Сам не видел, но слышал много историй ещё до развода. Я же вернулся в комнату к девушкам. Было бы неплохо тоже побаловаться тройничком, но, увы, светил мне только облом.

– Что там был за грохот? – нервно спросила Маргоша.

– Шкаф уронили, – хмыкнул я. – Чуть к соседям не отправил.

– Это тот, который убежал? – уточнила Лина.

– Он самый, – кивнул я.

Девушки удивлённо уставились на меня, а я, как ни в чём не бывало, уселся на стул. Удивительного ничего не было, по крайней мере для меня. Кирилл не ожидал удар, не держал равновесие. Уронить его было просто. Второй раз я бы вряд ли смог его побороть. Чёрт! Я даже не знаю, что меня тревожит больше. С одной стороны, Кирилл хочет устроить резню в том числе и моим подругам, но я прекрасно понимал, что после сегодняшнего разговора он вряд ли станет это делать. С другой стороны, мои похождения спалила какая-то училка и нашестерила моей маме. Это куда страшнее. Мамин гнев для меня всегда был кошмаром.

– Неплохо ты с Гелей повеселился, – Лина не выдержала молчания. – У неё сегодня рекорды по просмотрам.

– Ага, я уже знаю, – мрачно кивнул я. – Кто-то из учителей маме наябедничал, что я малолеток в порно снимаю.

– А, так это скорее всего Эльвира Владимировна, – немного подумав предположила Лина. – Она частый гость на Гелиных стримах. Типа присматривает за ней.

– Вау, – присвистнул я. – Наша строгая Эля, оказывается, любит смотреть, как школьницы пихают в себя всякое и трогают себя.

Я вспомнил Эльвиру Владимировну, училку биологии. Высокая, стройная красавица, о которой фантазировали многие парни нашей школы (да, наши парни о половине девчонок мечтают, и это при учёте, что как минимум одна им всем дала). Эля строит из себя неприступную аристократку, одевается немного вызывающе, всячески подчёркивает свои природные данные, но все подкаты отправляет по известному адресу. Ходит слушок, что она динамит парней, потому что сама по девочкам, но подтверждений этому нет, как и любым слухам в нашей школе.

– В любом случае, это не круто, – подытожил я. – Надо будет предъявить ей.

– Началось, – Лина закатила глаза. – Мамкин бунтарь проснулся. Может, ты её ещё и трахнуть хочешь?

– Не особо, – я пожал плечами. – Подкатывать к училке – дохлый номер. Да и характер у неё скверный.

– Как ты любишь, – съязвила вампирша.

– Опа! Влетаю в диалог, – резко прервала нашу ругань на ровном месте Марго. – Вы не ссорьтесь тут, а объясните мне, недалёкой, ЧТО У ВАС ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ?! Саша! – девушка посмотрела на меня и даже пальцем показала, чтобы какой-нибудь другой Саша не отозвался. – Вы должны были потрахаться уже дохрена раз! В чём проблема?

– Я слишком тупой, чтобы понять, – я вновь пожал плечами.

– Патриарх против, – горестно вздохнула Лина и кинула на меня загадочный взгляд. – Так бы я его уже объездила.

– Что, папаша боится, что его сокровище потеряет товарный вид? – фыркнула Марго. Демоница подсаживалась всё ближе к вампирше, и, что меня удивляло, последняя этого не замечала. Или не хотела заметить.

– Боится, что я потеряю гордость, – пояснила Линка. – Хотя, до воскресенья ему было наплевать. Так что, пускай Саша пока веселится. Я своё всё равно заберу.

– А что поменяется? – Марго сидела почти впритык к Лине. Вампирша начала что-то подозревать, когда из родительской спальни раздались звуки борьбы, плавно перетекающие в стоны. – Вот же! Впрочем, нам же лучше!

Демоница ухватилась за рубашку Лины и распахнула её, оголив плоский живот и грудь в красном лифчике. Вампирша была не сильно против, лишь недоумённо приподняла бровь. Марго это не смутило, и следом на пол упала юбка, явив такого же цвета трусики.

– Ну что, Саш, будешь вешалку изображать? – ехидно спросила моя сводная сестра. – Или мне самой Линку трахнуть?

– Так ей нельзя же… – я аж растерялся.

– КТО СКАЗАЛ? – обе девушки возмутились в унисон.

– Ты, – я указал на Лину, – только что.

– Просто сними штаны и иди сюда, – взмолилась Марго.

Не дождались девчонки. Сами меня раздели и уложили на кровать, сгруппировавшись у моих ног и жадно рассматривая мой стояк. Что поделать, и Лина, и Марго представляли для меня мощный интерес, и их тела, на которых из одежды остались только трусики, легче ситуацию не делали. Девушки негромко переговаривались, решая, что собираются делать. Марго не хотела спешить, ссылаясь на возможную потерю контроля, что бы это не значило, а Лина уточнила, что прям проникновения нельзя, но всё остальное можно.

Я же рассматривал девчонок и удивлялся, как эти две ревнивицы так спелись. По идее тут должна случиться бойня, но нет, девушки демонстрировали редкостное для самих себя хладнокровие, словно сейчас они обсуждали не способ соития, а какой-нибудь школьный проект.

– Мы так ни к чему не придём, – не выдержала Лина. – Саш, сядь на кровать, пожалуйста.

Я послушно сменил свою позицию, глядя на то, как вампирша стягивает с себя трусики. Теперь, когда я мог рассмотреть всё её тело, я лишний раз убеждался, что желаннее девушки у меня нет. Меня возбуждало всё: стройные бёдра, щель между ними, округлая задница, небольшой ухоженный пушок белых волос на лобке, даже линии подтянутого живота. Лина прекрасно видела, что мой стояк затвердел аж до боли, и это вызывало у девушки улыбку. Она села мне на колени, просунув мой член между своих бёдер. Головка проскользнула вдоль влажных половых губ, зацепив крошечную бусину на вершине, вызвав у Лины довольный вздох, после чего я почувствовал, как бёдра сжимают мой член и медленно растирают по стволу влагу.

Марго уселась перед нами, оперевшись руками на мои колени, и нежно поцеловала мою головку. Ощущения были на порядок приятнее, чем от секса, и я был уверен, что дело в самой суккубе. Пока Лина двигала бёдрами, набирая темп, Марго ловила каждый момент, чтобы коснуться губами или языком моего члена.

– Блядь, – простонала Лина, когда в очередной раз задела клитором мой член, – я хочу его вставить.

– Но ведь нельзя, – прошептал я на ушко девушке, попутно сжав её грудь. – Или ты хочешь нарушить правила?

– Хочу, – стонала вампирша, ускоряясь. Я бы поспорил, так как девушку уже била мелкая дрожь, а влаги на моём члене становилось всё больше и больше.

Рядом с моими ногами стонала и Марго, активно работая ручкой в своих трусиках и посасывая в моментах мой член. О каком контроле говорила демоница я начал понимать – от её прикосновений я ощущал накатывающую слабость, да и Лина периодически сбавляла темп. Саму вампиршу это то ли устраивало, то ли не заботило, и она отчаянно боролась с собой, старательно двигая бёдрами, не глядя на накатывающую усталость.

В какой-то момент Лина начала перекрикивать стоны из соседней комнаты, да и Марго от неё не отставала. И вот, наступила кульминация сего действа – я не смог вытерпеть и начал кончать. Сперма попала в рот и на лицо демоницы, чему та только удивилась, да и бёдрам и киске Лины кое-что досталось. Линка дёрнула бёдрами в последний раз и с криком выгнулась дугой, содрогаясь, что позволило Марго припасть губами к моему члену и начать буквально высасывать из уретры сперму. По ощущениям, вместе с кучей сперматозоидов из меня высасывали саму жизнь, и я уже не был уверен, что мне это по нраву, но сказать я ничего не мог – от рта Марго и бёдер Лины я испытывал только наслаждение. Ещё и вампирша поднялась с меня и повернулась лицом ко мне, страстно поцеловав. Когда Марго выпустила изо рта мой член, он упёрся головкой прямо в половые губки Лины. Казалось бы, один толчок, и я внутри, но я не мог его сделать – такая усталость накатила.

В какой-то момент я понял, что на улице темнота, а Линка и Марго уже целуются друг с другом. Нет, на зарождение лесбийской любви это не походило (ещё бы я хоть одно такое видел), просто периодически одна из девчонок отлипала от моих губ и начинала целовать другую. Обе девушки были перепачканы своими и моими выделениями, но никого это не смущало. То одна, то другая оказывались на мне и тёрлась о мой член киской, кончала, или дожидалась моего оргазма, после чего менялась местами с другой.

В соседней комнате уже всё стихло, я даже не знал, дома ли мой батёк, да и мне было всё равно. Рядом со мной упала на кровать уставшая, но довольная Лина, а спустя ещё несколько минут свалилась и Марго. Так мы и уснули втроём на кровати Маргариты.

Утром я еле встал. Не только я, правда, Линка тоже была измученной, но поход в душ (в который я так и не попал из-за длинной очереди) быстро привёл девушку в порядок. На кухне сидела немного побитая Мюриэль, практически голая, с накинутым на плечи халатом, который ни грудь женщины не скрывал, ни покрасневшую киску. При виде этой прелести я даже позавидовал своему отцу – такую женщину захапал, но ощущение твёрдых сосков, прижавшихся к моей спине, быстро убрали это наваждение. Марго уже могла посоперничать со своей матерью в сексуальности, а что будет лет через пять я боялся представить.

Вскоре мы с Линой вышли из моего дома и направились в школу. Мы вдвоём выглядели ужасно помятыми, так что даже слепой мог с лёгкостью сказать, что у нас было ночью. Снова будем кормить сплетни, впрочем, не привыкать. По дороге к нашей паре присоединилась и Геля, критично осмотревшая нас с Линой, после чего я удостоился подмигивания и большого пальца вверх. Боже, я, видимо, никогда не увижу нормальную ревность в своей жизни. Лина поприветствовала Ангелину кивком, после чего обе девушки ускорились, оставив меня позади. Сказать, что я совсем запутался – ничего не сказать. К тому же, Геля выглядела не лучше нас, даже хуже. Будто подралась с кем-то.

В школу я пришёл рано и сразу двинулся в сторону кабинета биологии. Нет, урок у меня был другой, но с Эльвирой Владимировной нужно было решать вопрос как можно скорее. Была, правда, у училки одна неприятная черта – отсутствие пунктуальности, так что я и не надеялся её застать. Не трудно представить моё удивление, когда на стук в дверь кабинета я услышал приятный голос Эли, приглашающий меня войти.

Каморка, в которой располагалась Эльвира Владимировна, была в меру тесной. Все стены были заставлены шкафами, на которых стояли журналы, учебники, какие-то папки, микроскопы и прочая учебная хрень. Сама же хозяйка этой берлоги сидела за столом и блистала аристократизмом, заполняя какие-то бумаги.

– Трестин? – я удостоился ровно секунды рассматривания, после чего Эля вернулась к бумагам. – Хочешь мне что-то сказать?

– Ага, обсудить кое-что хотел, – кивнул я, усевшись на стул перед столом. – Мне тут нашептали, что кто-то из учителей смотрит стримы вебкамщиц, а так как я могу довериться не всем учителям, и вам доверяю больше всех, Эльвира Владимировна, решил посоветоваться с вами, что мне делать с этой информацией.

– Хвалю за твою социальную ответственность, – не отрываясь от писанины сказала Эля, – но личная жизнь учителей никого из учеников не касается. По крайней мере, пока сами ученики не втянуты в это, – ещё один взгляд на меня, блеснувший необычной эмоцией – любопытством.

– В том-то и дело, что на стриме была ученица нашей школы, – пояснил я, стараясь уловить малейшие сокращения мышц на лице Эли.

– Кто же? – пытливый взгляд училки замер на мне.

– Не могу сказать, – внутренне улыбнулся я, не показывая. – Сами понимаете, дело деликатное.

– Осмелюсь предположить, Александр, что это ты, – спокойно произнесла Эля. – А с тобой была Ангелина Русакова, – женщина посмотрела на меня. – Психология – тонкая штука, Александр. А девочка не скрывает свои увлечения.

– Может тогда назовёте имя третьего? – я чуть не выругался от досады. С этой училкой нужно было уметь держать лицо, иначе она всю душу высосет.

– Шарталова Эльвира, учитель биологии, – почти равнодушно сказала Эля, отвлёкшись на звонок на урок. – Иди, Трестин, после уроков зайдёшь.

Уроки прошли в скучном режиме. Лина почему-то помрачнела и уже даже не пыталась держать лицо. Что-то тревожило её, но делиться девушка не спешила. Периодически её рука касалась моей, и Лина прижималась ко мне, горестно вздыхая, от чего я мог предполагать, что проблема у неё серьёзная. На расспросы, подкреплённые лаской, вампирша стоически отмалчивалась, зато бесились учителя, включая Элю, которая вела у нас третий урок.

Училка даже вызвала меня к доске и на моём примере объясняла всему классу о необходимости полового воспитания. Почему я вдруг стал образцом половой необразованности я не понимал, да и одноклассники только сначала оживились, но после, поняв, что практических занятий не будет, интерес потеряли. Зато кое-что заметил я. Снова трусы. Их снова не было. Эля ухитрилась продемонстрировать это мне так, что никто ничего не заподозрил.

С того самого момента я начал лихорадочно думать, для чего Эльвира Владимировна хочет видеть меня после уроков. Ещё и Геля, которая обещала прислать мне сценарий ещё вчера, не вышла на связь до сих пор (приветствие утром не считается). Вдруг наша училка тоже не человек и добралась до мелкой зазнобы, а теперь меня заманивает? Я уже не могу скептично относится к подобным мыслям. Чёрт знает, кто ещё может находиться рядом. Бестиарий, что ли, поискать? В любом случае, отругать меня Эля, конечно, могла… Да, за наличие личной жизни, ага. Только вот толку от этого будет мало – я необучаемый, особенно, когда меня учат укорами. Вариант, что училка решила разнообразить свою личную жизнь, я тоже не рассматривал, ввиду того, что мне эти половые сношения уже всюду мерещатся. Остаётся только вариант, что Эля не человек. Маловероятный, если честно, потому как я вроде успел за пару дней научиться распознавать нелюдей.

Раздираемый любопытством и паранойей, я пришёл в кабинет Эльвиры Владимировны после уроков. Самой училки на месте не оказалось, так что я решил немного осмотреться. Мало ли, чего интересного найду, ствол, например. А что, Эля смахивала на бандитку. Эдакая готичная благородная разбойница. Улыбнувшись своим мыслям, я залез в стол училки. Так, журналы, ручки, тетради, блокноты… Пачка презервативов. Запечатанная и очень старая, так как дата её изготовления уже лет пять как прошла. Допустим, я сам часто презервативы с собой таскаю, а то мало ли.

Закрыв первый ящик, я залез во второй, и тут же пожалел. Нет, там было не оружие, а вибратор. Хороший такой, беленький, пластиковый с силиконовым набалдашником. Заряжается от телефонной зарядки. Интересно, сколько держит заряд? Шучу, не интересно. Ещё и лежит прямо на учебных журналах. Я взял прибор в руку и присмотрелся. Сухой, но судя по степени износа, пользовались этим агрегатом часто. Нюхать его я не стал, хотя рука и потянулась.

Громкий цокот каблуков за дверью, будто нарочный, заставил меня резко захлопнуть ящик. Была, правда, небольшая проблема, которую усугубляла открывшаяся дверь в кабинет: клятый вибратор остался в моей руке. Пришлось быстро прятать его в задний карман. Теперь вещь, которая, скорее всего, часто бывала опасно близко к промежности Эли, торчала у меня из штанов. Главное, не поворачиваться к училке спиной…

Эля вошла в кабинет, деловито закрыла за собой дверь на замок, и прошествовала по помещению к своему столу, усевшись и закинув свои ножки, обтянутые капроновыми колготками, на стол.

– Присаживайся, – женщина кивнула на стул перед собой.

– Постою, – отмахнулся я, перехватывая лямку пустого рюкзака. – Я тороплюсь.

– Ох, важный какой, – фыркнула училка, после чего повысила голос. – Сядь, Александр! Меня нервирует, когда кто-то стоит над душой.

– Это хороший повод закончить разговор пораньше, – стоял я на своём.

– Господи, ну и молодёжь пошла, – горестно вздохнула Эля, расстегнув пуговицу своей чёрной блузки. А потом вторую. А потом третью… Закончила только тогда, когда чашечки её чёрного кружевного лифчика полностью показались. – Что? Если ты не заметил, кондиционера здесь нет. Из серьёзной техники тут только вибратор, и да, можешь положить его на стол, будь добр.

А, то есть можно было не прятаться. Мне бы невозмутимость Эльвиры Владимировны. Я послушно положил агрегат, который уже успел проклянуть, на стол, и всё же уселся на предложенное место.

– Итак, не буду бродить вокруг да около, – начала свою воспитательную беседу Эльвира Владимировна. – Я смотрела краем глаза стримы Ангелины и видела, как тебя принудили заняться с ней сексом. Скажи честно: сколько Русакова тебе пообещала?

– Много, – честно, как и попросили, ответил я.

– То есть ты считаешь, что заниматься тем, что юридически считается проституцией, это нормально? – Эля всё так же беспристрастно рассматривала меня. А вот я даже растерялся. Это было… интересной постановкой вопроса.

– Я отказался от денег, – быстро начал оправдываться я.

– То есть ты просто так отказался от огромной суммы ради возможности потрахаться с младшеклассницей? – женщина продолжала давить. –А если бы речь шла о меньшей сумме?

– Эльвира Владимировна, – я прервал училку с её тупыми расспросами, – вы меня снять хотите? Я не продаюсь. Геля предложила походить на свидания, прежде чем мы переспим, вот я и согласился. Потому что это нужно ей, во-первых, а во-вторых, звучало вполне нормально. Не в деньгах дело.

Эля выгнула бровь, потянулась к своей сумочке и выложила из неё стопку бумажек. Не российских рублей, а американских, и, судя по толщине, сумму колоссальную. Пачка баксов упала на стол аккурат рядом с вибратором. Потом ещё одна, и ещё.

– Скажешь, когда хватит? – с издёвкой спросила Эльвира Владимировна.

Я же продолжал с иронией рассматривать училку, пока та заваливала зеленью свой стол. Не потому, что хотел больше, нет. Мне было интересно, когда она успокоится. Тем временем, пачек становилось всё больше. Что же у неё там за бездонная сумка такая?

– С зарплаты откладывали? – я вернул издёвку Эле, прикидывая, что прямо сейчас на её столе лежала крутая квартира в центре города с шикарным ремонтом.

Училка не ответила, даже вниманием не удостоила, продолжая выкладывать баксы на стол. Вот уже и машина, причём спортивная в придачу к квартире легла на стол, а вот на эту сумму можно и виллу, как у родителей Лины прикупить. Так, ладно, это же абсурдно много! Откуда у обычной учительницы такие бабки?

– Они хоть настоящие? – я с сомнением посмотрел на пачки, выискивая дефекты на банкнотах.

– Конечно, – кивнула Эля. – Так, наличные закончились. Просто назови сумму, и я переведу.

– Зачем? – не выдержал я и вскочил, ударив по столу руками.

– Например, чтобы стать моим личным рабом? – лицо Эльвиры Владимировны тронула улыбка. – Я не большая любительница конфетно-букетных периодов, да и мы живём в таком мире, где всё продаётся. Так что, какая сумма?

Глава 11

Озвученное предложение ввело меня в ступор. Я всматривался в лицо учительницы передо мной, пытаясь понять, говорит ли она всерьёз, или просто проводит такое изощрённое воспитание нерадивому ученику.

– Эльвира Владимировна, – начал я, стараясь сменить вектор диалога, – вы ведь говорили мне, что личная жизнь учителей не касается учеников. Разве в обратную сторону работает не то же самое правило?

– Работает, – кивнула Эля, – как я и говорила. Работает ровно до того момента, пока ученик не становится втянут в личную жизнь учителя.

– Угу, – кивнул я. – То есть, моя личная жизнь вас, Эльвира Владимировна, не касается.

Я встал со стула и двинулся к двери, дёрнул ручку и… Сука, дверь закрыта.

– Сядь, – в спину мне прилетел приказ Эли.

Я повернулся к училке и замер. Женщина держала в руке плётку… да чёрт с ней, с плёткой! Во второй руке у Эли был пистолет. Я так и знал, что у этой поехавшей есть оружие! Так, стоп… Я присмотрелся к дулу и увидел проволоку внутри.

– Зажигалка? Серьёзно? – мне даже неловко стало от такой попытки устрашения.

– Что? – Эля присмотрелась к пистолету и отбросила его. – Так, дубль два, – сказав это, училка достала из-под стола другой пистолет, без проволоки в стволе. Наверное, настоящий.

– Настоящий, не волнуйся, – подтвердила мои догадки Эля.

– Ты же не идиотка, палить в здании школы? – спросил я, всё же вернувшись на стул.

– Нет, конечно, – фыркнула женщина и спрятала оружие под стол. – Просто оказываю давление. Я жду ответа на вопрос.

– Сумму? – уточнил я. – Нисколько! Я не продаюсь. Хочешь чего-то – попроси. Если просьба будет адекватной, я попробую её выполнить.

– То есть для тебя просьба трахнуть младшеклассницу в прямом эфире является адекватной? – подытожила Эля, после чего наклонилась ко мне ближе: – А моя, побыть рабом, нет?

– Да, – кивнул я. – Мне всё равно на камеру, просто Геля предложила не сразу сношаться, а для начала узнать друг друга поближе. То есть, чисто технически, Геля предложила хоть и ускоренные, но нормальные отношения.

– Вот как? – кивнула женщина. – И тебя не волнует, что у этих нормальных отношений финансовая подоплёка?

– Это дело Гели, – пожал плечами. – Я от делёжки отказался.

– Хорошо, – Эля встала со стула и обошла стол, оказавшись рядом со мной, а её ладонь легла на мою щёку. – То есть, ты не против начать встречаться с девушкой с… немного странными наклонностями.

– Это моё дело, – отрезал я, отдёрнув от руки училки голову. – Раз мы закончили, я могу идти?

– Мы не закончили, – покачала головой Эльвира Владимировна и бросила мне на колени какую-то ткань, после чего уселась на стол, положив свои ноги на моё колено. – Надень это на меня, и иди куда хочешь.

Я сразу догадался, что за ткань валяется на моих коленях, но всё же решил убедиться. Чёрные, прозрачные женские трусики с витиеватыми кружевными узорами, в которых от трусиков только упоминание – ниточки да крошечный клочок ткани. Ему даже прозрачным быть бесполезно – вряд ли такой предмет белья хоть что-то прикрывает.

– Я не буду это делать, – я бросил трусы обратно Эле.

– Мне казалось, ты торопишься, – сухо заметила училка, сдвинув одну из ножек с моего колена поближе к паху. – Или ты хочешь подольше со мной посидеть?

– Просто дай мне ключ от двери, – нахмурился я.

– Услуга за услугу, – едва заметно улыбнулась Эля. – Мне казалось, ты смелее. Таким напористым был на трансляции Ангелины… Это так заводит…

Рука женщины потянулась к юбке, а я стоически не отводил взгляд от её глаз. Намёки пошли уже такие жирные, что я себя начал ощущать дебилом, но всё ещё не поддавался. Эльвира Владимировна всего три-четыре года работает в этой школе, но я всё же успел её изучить, и, если понадобится дать ей характеристику одним словом, я выберу «манипулятор». То есть да, хоть Эля и склоняет меня к диалогу в горизонтальном положении, её конечная цель остаётся для меня тайной. Чего может хотеть от школьника женщина, носящая в своей бездонной сумочке миллионы? У меня нет ни одного предположения, да и котелок у меня не варит настолько… по богатому.

– Хорошо, – я подорвался с места и навис над Элей, едва не получив ногой в святое, – услуга за услугу, значит…

Я ухватился за кожаный ремень, удерживающий узкую юбку учительницы, и расстегнул позолоченную пряжку, после чего стянул юбку с женских ножек. Эля глухо охнула и заулыбалась. Вывести её на эмоции не получилось, но я точно мог сказать, что движет ей не похоть. Сука, с такой невозмутимостью Эля может стать великолепным игроком в покер. Если уже этим не занимается – вечно-зелёные то у неё откуда-то есть.

Я ухватился за поясок колготок и потянул их на себя. Эля, чтобы «помочь» мне, вытянула свои очаровательные ножки, открыв мне такой умопомрачительный вид на своё сокровенное, что я чуть не сорвался. Ей богу, такую красоту я даже у порно-актрис не видел, и всё моё пацанское естество кричало, что училку нужно трахнуть здесь и сейчас, забив на последствия. С огромным трудом я стянул с женских ножек колготки и отбросил в сторону, после чего взял в руки Элины трусики.

Видимо, мои действия таки вышли за прогнозы Эльвиры Владимировны, и она обняла меня своими ножками, прижав мой пах к себе, а чтоб я точно понял, чего от меня хотят, женщина ухватилась за мой галстук и потянула на себя, подавшись вперёд. Наши губы сомкнулись, и Элин язык тут же проскользнул в мой рот. С десяток секунд мы целовались, и всё это время училка тёрлась своей киской о бугор в моих штанах. Когда же я смог отстраниться, обнаружилось, что Эля расстегнула свой лифчик – оказывается, застёжка была спереди, и теперь две женские груди, увенчанные тёмными сосками, сильно перевешивали чашу весов в сторону отодрать эту суку. Но я медлил, лихорадочно выискивая способ выбраться из плена.

– Ты колеблешься, – заметила Эля, прижимая меня ещё ближе.

– Не привык думать членом, – ответил я, стараясь отстраниться. Безуспешно, увы – захват у Эльвиры Владимировны был крепким.

– То есть ты не им думал, когда согласился переспать с Ангелиной? – женщина едва заметно нахмурилась.

– Это не твоё дело, – прошипел я. – Отпусти, или я сделаю то, о чём мы оба пожалеем.

– Поддашься животным инстинктам? – фыркнула Эля.

– Изобью тебя, – процедил я, и тут же ножки училки разошлись, выпустив меня. – Хорошо, что ты тоже умеешь думать верхним мозгом.

– Насилие среди нас двоих могу применять только я, – холодно отчеканила Эля. – А ты, как верный пёсик, должен скулить, получать удовольствие и молить ещё. Насилие по отношению к хозяйке неприемлемо.

– Не доросла ты до доминатрикс, – отмахнулся я. – Слишком доступная. Буквально отбиваться нужно.

– Какой непослушный мальчик, – Господи, эта двинутая облизнулась! Да что с этой женщиной не так?!

– Ноги сведи, – раздражённо бросил я. – Или останешься без трусов.

– Оставь себе, – наигранно нежно промурлыкала женщина, хоть я и чувствовал, что она закипает. – Держи, – она положила на стол ключ. – Только не пожалей потом, что ушёл… Хотя нет, потом сам приползёшь и будешь мне ноги вылизывать.

Я пропустил угрозу мимо ушей, взял ключ, оставив на его месте трусики, и направился к двери. Спустя минуту я оказался на улице и шумно выдохнул. Нет, феромоны суккуба творят страшные вещи. Надо с ними что-то делать. Твою мать! Если у училки, которую все за глаза фригидной считают, так сорвало крышу, то что будет дальше? На выпускном все захотят меня трахнуть? Или я вообще до выпускного не доживу?

Беда в том, что обдумывал я всё это на ходу и не заметил, как врезался в кого-то. А ведь этот кто-то усиленно мне что-то кричал, и я смотрел на это, но не видел. Только после толчка я понял, что думаю на ходу, остановился и подал руку тому, на кого налетел.

– Да иди ты в жопу, мудак! – по руке меня слабенько хлопнула ладошка, а слух резанул крик Ангелины.

– Прости, задумался, – отрешённо вздохнул я. – Не ушиблась?

– В жопу, говорю, иди! – девушка поднялась без моей помощи, отряхивая свою юбку. Что-то в её внешнем виде меня настораживало.

– Если это приглашение, то я пас, а то порву ещё, – я окончательно вернулся в реальность и присмотрелся к Геле. – Эй, ты себе под глазами мешки нарастить решила? Такое уже лет пятьдесят не в моде.

– Тебя забыла спросить, – язвительно ответила заноза, облив меня потоком смешанных эмоций, в которых преобладали усталость и отчаяние.

– Эй, что случилось? – я положил руку на плечо Гели.

– Тебя ебать не должно, – девушка огрызнулась, но так, без огонька.

– Учитывая, что у нас на сегодня запланированы сьёмки, меня твоё состояние очень сильно ебёт, прям с причмокиваниями, – возразил я. – Пойдём, я угощу тебя.

– У меня есть деньги, – Геля послушно поплелась за мной, едва переставляя ноги. – Помнишь же, что мне донатят за то, что я пизду свою в камеру показываю. Шлюха и проститутка.

– Это немного противоположные понятия, – усмехнулся я. – Гель, что я за парень такой, если не заплачу за девушку на свиданке?

– Не хочу быть ещё и тарелочницей, – слабо возразила Ангелина.

– Побудешь моей подругой, – отмахнулся я и неожиданно для Гели взял её на руки. – А то ты совсем бессильная сегодня.

Прошли мы, правда, не далеко. Ближайшая бургерная была в пяти минутах ходьбы от школы (хитрожопые продавцы фастфуда подсуетились, чтобы быть поближе к клиентам). Мы заняли небольшой уголок, в котором были ещё и диванчики, и сделали заказ на двоих. Порция оказалась не то, чтобы внушительной, но я всерьёз боялся, что Геля не осилит свою долю. Вышло, увы, хуже, потому как девушка практически не ела – поклевала немного и улеглась на стол. Не нужно быть гением, чтобы понять, что Геля не спала больше суток, но даже сейчас она держалась.

– Сильно заметно? – вдруг спросила она.

– Что именно? – я чуть не подавился ломтиком картошки.

– Круги под глазами, – Геля чуть не ткнула себя в глаз, демонстрируя предмет вопроса.

– Сильно, – кивнул я. – И твой макияж не очень хорошо их скрывает. Гель, можешь честно ответить? Ты сбежала из дома?

– Да, – вяло кивнула девушка. – Хотела снять номер в мотеле, или квартиру снять, но… мне нет восемнадцати, – Ангелина аж вскочила, ляпнула рукой по столу и закричала: – Понимаешь?! Бабки есть, а возраста нет! Сраной цифры!

– Тише, – я выставил перед собой руки. – Ты людей пугаешь. Почему ты ушла?

– Я же говорила, – Геля вновь рухнула на стол. – Я шалава и проститутка. А моими услугами захотел воспользоваться мой… папа…

– Блять, – сквозь зубы выругался я.

– Из-за этой сучки всё! – вновь оживилась Ангелина. – Она настучала моему старику про стримы, и тот, нажравшись, полез ко мне. Что мне оставалось?

– Гель, – я положил девушке ладонь на плечо. – Я не осуждаю. Ты правильно поступила.

На самом деле, я лукавил. Геля поступила как угодно, но точно не правильно. Необдуманно. Глупо. Но с другой стороны, Геля слабенькая девочка, и тот факт, что она смогла отбиться от взрослого, пьяного мужика, уже впечатлял. Больше она ничего сделать не смогла бы. Да, можно было вызвать полицию, но было бы хуже. В лучшем случае, проблему бы разруливали органы опеки, а в худшем – патологоанатомы. Так что бегство было в какой-то степени правильным.

– Это всё Элька! Тупая сука! Всегда считала себя лучше, всегда отравляла мою жизнь! – причитала Геля. – Подруга называется… Хотя да, она же слишком крутая, чтобы дружить со шлюхой.

– Элька… – я аж ощутил, как скрипят шестерёнки в моей голове. – Эльвира Владимировна чтоль? Та, которая…

– А ты много ещё таких тварей знаешь? – язвительно бросила Геля. – У тебя чёрная помада была на губах. Она?

– Она, – кивнул я. – Моим предкам тоже стуканула. Не ожидал, что наша мисс Охуение так поступит.

– Да она всегда стучала, – отмахнулась Ангелина. – А хули ей? Она же та самая дочь маминой подруги, у которой всегда всё круто, кучи бабла, перспективы в жизни и подвал любовников. Правда, сама она нихуя не сделала, чтобы заполучить всё это.

– Откуда информация? – с интересом придвинулся я к Геле. Заполучить компрометирующие подробности жизни Эли было очень полезным действом, особенно сейчас, когда училка готовит очередную подлянку для меня и, видимо, Гели.

– Я же говорю, мы с ней знакомы с детства, – пояснила Ангелина. – Элька когда-то была моей подругой. Единственной. Помню, как я её утешала, когда у неё семья развалилась. Я тогда малой была, даже не до конца понимала, что случилось. Спустя годы осознала. Её мамка выгнала её папку из дома и выскочила замуж за какого-то мудозвона с кучей денег. А мудозвон в свою очередь любил девочек помоложе, поэтому в Эльке души не чаял. На шестнадцать лет купил ей мотоцикл и права, на восемнадцать – машину, когда поступила в университет – дорогущие апартаменты… – девушка на мгновение умолкла, а её лицо тронула ироничная улыбка. – А когда Элька свою шарагу закончила – оставил ей в наследство всё своё состояние, бизнесы и долги, намотавшись на своей тачке на столб. Помню, как эта сука паниковала, когда к ней дяди в форме пришли с вежливой просьбой отказаться от бабок в пользу государства. Она тогда даже вспомнила, что мы подруги. Ненадолго, правда.

– Но ведь у неё не всё забрали? – уточнил я, вспоминая пачки баксов в сумочке Эли.

– Единственное, что Элька сделала сама в этой жизни – выучила несколько учебников по психологии. Разыграла какую-то схему и отплатилась жалкими крохами, а всё остальное сныкала. Казалось бы, свалить за границу, купить домик на Бали и существовать там, пока пизда не сотрётся. Но нет, Элька не любит простые схемы. Она осталась в стране, устроилась работать в мою школу, предложила мне стримить, чтобы поскорее из дома свалить.

– Эля предложила тебе вебкам? – с недоверием переспросил я.

– Это я сама выбрала, чтобы нос ей утереть, – покачала головой Геля. – Уверена, ты слышал, что Элька одна, и ни с кем не мутит? Знаешь, почему? У неё критериев для выбора самца сука больше, чем существует мужчин в мире. Она хочет сразу и богатого, и красавца, и щедрого, и романтика, и иностранца, но с русскими корнями, и чтобы всё, что у него есть тут же отдал ей, и чтобы хуй был как у коня, и…

– Так, погоди, – остановил я Гелю, которая уже оживилась настолько, что её порция испарилась, да и моя стала подозрительно уменьшаться. – Эля меня чуть не трахнула. Я не попадаю ни под один критерий… кроме русских корней.

– Саш, знаешь, кто задонатил мне ту кучу лавэхи? – вдруг спросила Ангелина. – Вижу, что догадался. Эля хотела меня унизить. Пунктик у неё такой, что я должна всегда быть лохушкой, а она царицей. Но, блять, не фортануло – из всех парней рядом оказался ты. А ты… ты… – девушка притихла, сильно покраснев. – А ты… Не членом думаешь, понимаешь? Этого ни я, ни Элька не ожидали. Вот она и пошла окольными путями, чтобы мне насолить.

– То есть я попал под перекрёстный огонь между вами двумя? – я бы разозлился, но от одного вида Гели вся злость сменялась жалостью. Девушка выглядела как котёнок, которого выкинули под дождь.

– Да… – нахмурилась Ангелина. – Я… прости меня.

– За что? – не понял я.

– За вчерашнее, – пояснила Геля. – У меня характер не сахар, сама знаю, и ты не обязан был мне помогать… А ты помог, а я накричала на тебя. Мне ужасно стыдно, честно.

– Забыли, – я положил руку на ладонь девушки.

– Просто Элька следит за каждым моим стримом, – принялась оправдываться Геля. – А из-за тебя я показала себя сильно уязвимой. Ты… На самом деле, ты вчера отлично сыграл, правда.

– Я же говорю: забыли, – отмахнулся я. – Так что по итогу ты собираешься делать? Продолжишь свой челендж по потере девственности?

– Крышу над головой найти надо, – вздохнула Ангелина, – и поспать без нервяка. Я хотела показать этой суке, что она мне отличного парня выбрала, чтоб она от зависти удавилась.

– У тебя есть все шансы, – в моей голове проскочила мысль, и я тут же стал к ней подводить: – У тебя много вещей?

– Всё, что видишь, – Геля развела руки в стороны. – Даже трусов сменных нет. Это и не проблема, Элька ведь спонсирует меня, сука.

– Славно, – кивнул я и наклонился к девушке, – раз тебе некуда идти, то пошли ко мне.

– Что? – Геля распахнула свои глаза так широко, что я забеспокоился, не выпадут ли. – Ты… ты шутишь так?

– Нет.

– А… слушай, а если меня будет искать полиция? – девушка вновь распалилась и покраснела, начав тараторить. – У тебя же будет куча проблем. А вдруг мой старик за мной придёт? Или Эля нас сдаст?

– Разберёмся, – пожал я плечами. – Перекантуешься у меня несколько дней, а там решим. Заодно и стримы твои снимем. У меня, правда, места свободного немного, но для тебя потеснюсь. Не могу же я оставить тебя ночевать на улице.

Геля замолчала. Её глаза в панике метались по помещению ресторанчика. В конце концов, после долгой минуты молчания, девушка вскочила с места. Я уже собирался её ловить, но вместо побега, Геля подскочила ко мне и повисла на моей шее, чуть не перевернув стол.

– Саш, отвечаю, – тёплое дыхание Ангелины обожгло моё ухо, – если эта дура Кроули с тобой не сойдётся, я сама тебя заберу, бля буду! Ты либо дурак, либо святой. Такого парня нельзя оставлять одного.

Я раскрыл перед девушкой дверь в свою берлогу и пропустил её вперёд. Прихожая встретила нас тишиной и темнотой, будто все обитательницы моего дома покинули его.

– Есть кто? – крикнул я в коридор разуваясь. Судя по обуви, дома была только Марго. – Эй, систер, выползай! У нас гости.

– Чё ты разорался? – Маргарита выползла из своей комнаты, сонно потирая глаза. – После того, что вы ночью устроили, будить меня не лучшая затея.

Геля замерла, рассматривая Марго, а я внутренне запаниковал. Дело в том, что моя сводная сестра выползла в одних трусах, что было не новостью в принципе, но Марго была в своём демоническом обличии. Ангелина с интересом рассматривала рога и хвост Маргариты, а я судорожно придумывал, как ей это объяснить.

– Вы в ролевые игры играете? – не сильно тихо спросила меня Геля, не глядя делая фотографию на телефон. – Очень возбуждающе выглядит.

– Типа того, – кивнул я. – У меня слабость на рогатых женщин. И на монахинь. Рясы дома не было, а рога и хвост были.

– Это твоя девушка? – спросила Ангелина.

– Сводная сестра, – потирая глаза ответила Марго. – И то в перспективе. Мы пока узнаём друг друга, верно, братик?

Судя по взгляду Гели, она не особо вслушивалась, залипнув на грудь Маргариты. Я был солидарен с ней, потому как объятая полумраком демоница, щеголяющая по квартире в одних трусиках выглядела великолепно. А то, как девушка сонно потирала глаза добавляло градус очарования.

– Что-о, – Марго зевнула [сука, я зевнул, пока писал это, настолько эта хрень заразительна… дальше по тексту], – Что за тёлка? Ты на детей переключился?

– А ты много татуированных детей видела? – я зевнул (и Геля тоже) вслед за Маргаритой.

Коротко обрисовав ситуацию, я отправил Марго переодеваться, а Ангелину увёл в свою комнату. Надо было решить, где поселить девушку. Варианта было два: моя комната и комната Марго, но куда острее стоял вопрос, куда Гелю уложить. Лишней койки у меня не было, даже матраса, чтобы его на пол кинуть не наблюдалось. К тому же, у Гели с собой нет элементарных средств гигиены, что означало, что нам придётся идти в магазин. Не страшно, в целом, к тому же это лишний повод выгулять Марго, про которую я начинал подозревать, что она по натуре затворница.

Поход на полчаса затянулся. Геля будто никогда не была в торговых центрах, хотя, я скорее поверю, что она никогда не располагала большой суммой денег. Спустя два часа я вдруг поймал себя на мысли, что походу эта зараза переезжает ко мне насовсем. Я же не понимал, как к этому относится: вроде Геля неплохая девчонка, но я с ней практически незнаком.

В целом, купили все предметы первой необходимости: мыло, шампуни, зубную пасту, зубную щётку, косметику, бельё, несколько предметов одежды, матрас, раскладушку. Ещё Геля купила себе какой-то тоненький халат, который едва прикрывал её тощие бёдра (девушка просто не смогла пройти мимо этой вещи). После мы решили перекусить, а вот потом…

Ангелина вспомнила, что у нас съёмки. Из-за событий вчерашнего вечера, она не выходила в эфир с прошлого стрима, даже сценарий не придумала. В общем, съёмку было решено начать тут же, в торговом центре, место ведь интересное, да и Марго с гаденькой улыбочкой согласилась помочь. Проблема была только в том, что моя сводная сестра не хотела показывать лицо, но это решалось обычной медицинской маской. Вопрос стоял в другом: где конкретно начинать трансляцию и что на ней делать. По замыслу Гели я должен был девушку ломать, склоняя ко всё большему разврату, но никому из нас не хотелось начинать непотребства посреди толпы – был велик шанс напороться на охрану или ещё кого похуже.

В ходе небольшого обсуждения мы выбрали самый нейтральный вариант – магазин нижнего белья. Геля хотела вообще в сексшоп идти, но там видеосъёмка была запрещена. Вообще, во всем торговом центре было нельзя снимать видео, но много где просто забивали болт на запрет.

Учитывая, что мы уже были в этом магазине, никто особо на нас внимание не обратил. Геля отправила меня вместе со своим телефоном к примерочным, а сама взяла под ручку Марго и скрылась среди полок с бельём. Я же уселся на диванчик (дай Бог здоровья тому, кто придумал их сюда поставить) и от нечего делать начал изучать Гелин телефон. Дальше экрана блокировки не полез, потому что пароль не знаю, да и не красиво это, так что осмотра удостоился только чехол. Розовенький, с каким-то анимешным котом. Собственно, всё, что я мог про девайс сказать. Какой-то яблофон, какой по нумерации хрен поймёшь, они сейчас все на одно лицо (шутку про китайских детей можно додумать самостоятельно), выглядит достаточно новым. Видимо, Геля его взяла из-за камеры, как только накопила с донатов.

Девочек не было десять минут. За это время в кабинки зашли несколько женщин, на вид ровесниц моей мамы, только сохранились хуже, зато их взгляды, подкреплённые суккубьими феромонами, ясно давали понять, что скоро меня утянут в одну из кабинок. Благо, Марго появилась на горизонте, неся в руках стопку разноцветных тряпочек.

– Скажи, что это вам обеим, – взмолился я, оценив количество вещей.

– Не, это только мне, – давила лыбу Марго, забегая в кабинку и на ходу скидывая джинсовую куртку.

– У меня вообще есть шансы дожить до конца вашей примерки? – обречённо спросил я.

– Если будешь неправильно оценивать, то точно не доживёшь, – донеслось из-за задвинутой шторки.

– Ого, у нас тут жюри? – спросил грудной голос из соседней кабинки. – Бабы, время блистать!

– А что в награду победительнице? – вопрос из следующей кабинки, приглушённый одобрительным гомоном из остальных.

– Сладкий мальчик? – хихикнул тот же грудной голос.

– Если вас не смутит, что у нас будет видеофиксация в прямой эфир, – хмыкнул я, рассчитывая, что это поубавит пыл местных милф.

Какое там. Теперь гвалт поднялся ото всюду. В примерочную заглянула консультантка, оценила обстановку, задержавшись взглядом на мне, после чего исчезла в торговых рядах. На смену ей пришла Геля, держа в руках какую-то совсем грустную стопочку тряпочек. Вид у девушки был как у нашкодившего щенка. Она даже не пошла в кабинку, просто уселась рядом и тяжело вздохнула.

– Может, ну его, этот стрим? – вслух рассуждала Ангелина.

– Ты же сама хотела, – напомнил я.

Вообще, сложившаяся ситуация для Гелиного стрима складывалась наилучшая. Много женщин уже готовы демонстрировать зрителям свои выпуклости в одном белье, прибавить сюда соревнование и то, что участвовать собирается даже Марго. В общем, ожидается прорва донатов, которые так нужны Ангелине.

Сама же Геля только горько усмехнулась и показала мне своё плечо, на котором под слоем штукатурки я рассмотрел тёмное пятно синяка. Это не хорошо. Я осмотрел девушку пристальнее, и обнаружил ещё почти десяток таких отметин. Судя по всему, её хорошенько избили.

– Твой отец? – нахмурился я, получив в ответ кивок. – Эй, посмотри на меня, Гель. Его тут нет, зато есть я. Я никому тебя в обиду не дам.

Говорю и понимаю, насколько мои слова банальные. Однако, моя гордость не позволит просто смотреть, как кто-то кого-то избивает, особенно с учётом обстоятельств Ангелины.

– Слушай, делай своё дело, а я буду делать своё, – я приобнял Гелю, и та прижалась ко мне. Этот момент мог бы быть романтичным, если бы я не отправлял девушку снимать трансляцию для дрочеров.

Однако, это помогло. Геля пару секунд жалась ко мне, после чего вскочила с диванчика и объяснила, как надо вести трансляцию, после чего направилась в кабинку. Я же разблокировал телефон Ангелины и включил стрим, демонстрируя зрителям, которых пока не было, задвинутые шторки. Довольно быстро на трансляцию зашло человек пять.

«Так, а где?»

«Чё, моя любимица случайно включила трансляцию?»

«Уху-ху, ща чё-то будет»

«Первый нах!»

«Выбираем костюмчик для Пинки?»

«А нет, не первый…»

Я с умилением читал комментарии. Ребята даже не представляют, что их ждёт. Даже гордость какая-то брала.

И вот, раскрылась первая шторка, та, за которой была обладательница грудного голоса. Женщина дождалась, когда я наведу камеру на неё, после чего важно прошлась по коридорчику мимо кабинок, демонстрируя бельё и своё тело. На мой взгляд, женщине было сильно за сорок, и с учётом её не самой выдающейся фигуры, тонкие фиолетовые стринги и такого же цвета лифчик с узкими полупрозрачными чашечками ей не сильно шли. Не спасало ситуацию и то, что ареолы её крупных тёмных сосков были хорошо видны из-под ткани.

«Блять»

«Это что за богиня? У Пинки коллаборация с кем-то?»

«Сиськи сиськи сиськи»

«Без белья было бы пизже»

«Есть фул? Я заплачу»

– Что скажешь? – женщина наклонилась ко мне, вызвав в комментариях, видимо, преждевременное семяизвержение. По крайней мере, поток сообщений превратился в месиво из букв.

– Зрители в восторге, – ответил я. Женщина с ухмылкой посмотрела на телефон, поправила лифчик так, чтобы «случайно» обнажить сосок, после чего важно продефилировала к своей кабинке, подмигнула мне и задвинула шторку.

«Однозначно трахать»

«ЕбиЕбиЕби»

Как Геля терпела этих дуралеев? Я уже хочу выбросить телефон и помыть руки и глаза, желательно, с мылом. Следом за первой женщиной вышла вторая, затем третья. Одна вышла в только в пояске и чулках, наигранно жалуясь, что не нашла бельё к тому, что сейчас на ней. Ещё одна немного неуклюже вышла в каких-то верёвочках, прошла по коридору, показав свои немного обветшалые, но всё ещё огромные выпуклости, после чего ушла обратно, оставив после себя дорожку из воды, натёкшей из её киски. Короче, дамы отрывались как могли. Наконец раскрылась шторка Марго, и охренели без баяна все. Моя сводная сестра не надевала что-то прозрачное, узкое, или тонкое, всё, что нужно было скрыть, включая лицо, было скрыто. Простые кружева медного цвета, витиеватыми узорами тянущиеся по чёрным чашечкам и трусикам. Единственное, что выделялось, были тонкие металлические цепочки на бретельках. При этой простоте Марго умудрялась выглядеть эффектнее, чем все бегающие голые женщины в примерочной. Девушка даже не пыталась сроить из себя модель или крутиться на месте, как это делали другие. Она просто подошла ко мне и упёрла руки в бока. Чат буквально взорвался. Видимо, Гелю решили не ждать и заранее присудили Марго победу.

– Как я выгляжу? – Марго краем глаза заглянула в чат и улыбнулась под маской.

– Не смотри туда, там… всё плохо, – я прикрыл телефон рукой. – Выглядишь потрясно.

– Просто потрясно? – девушка комплимент не оценила и нахмурилась. – Мне кажется, твои новые друзья куда красноречивее описывали свои впечатления.

«ТРАХАТЬТРАХАТЬТРАХАТЬ»

«Нагни эту сучку!»

«Покажи сиськи!»

«Где это происходит? Дайте адрес! Срочно!»

– Учитывая, что тебя хотят пустить по кругу, – я поднял взгляд с чата на Марго, – это именно те, к кому стоит прислушиваться.

– Они куда искреннее тебя, братик, – ядовито заметила Маргарита.

– Нахрена ты начинаешь, сесрёнка? – я прикрыл микрофон телефона рукой и направил камеру в сторону очередного показа белья. – Твоя ревность сейчас не к месту. Вы сами выбрали это… это!

– А ты тут страдаешь, когда перед тобой сиськами трясут?! – продолжала гнуть своё Марго.

– Ты вроде уже должна была понять, как я хочу проводить время, – тихо прорычал я, закипая.

– Напомни, мне считать твои развлечения до того, как ты поимел ту крикливую суку, или после? – Маргарита повысила голос, заставив вздрогнуть женщину, старательно крутящуюся передо мной.

– Ты сама меня подтолкнула к этому, – я голос не повышал, стараясь звучать спокойно. Получалось, правда, скверно.

– Допустим, Ирку я одобрила, – кивнула Марго. – Но эту розовую дрянь нет. На кой чёрт ты её вообще домой притащил?

– Марго, послушай сюда, – я встал с диванчика и навис над девушкой. – Засунь свою ревность себе в задницу. Ты побесишься и перестанешь, а вот с ней так просто не получится. Я пообещал, что помогу ей, а я слов на ветер не бросаю. Ты видела следы от побоев? Понимаешь мои приоритеты?

Аргументами я задавил Марго. Девушка насупилась, после чего выставила свой последний козырь в споре – звонкую пощёчину, после чего развернулась и ушла в кабинку, чуть не сорвав шторку. Опять сраная ссора на ровном месте. Казалось бы, после того, как Марго мне открылась, мы в принципе не должны ругаться, но логика, как обычно, где-то курит, и получается то, что получается.

Я уселся на диван, уставившись в чат. Надеюсь, никто не понял, о чём мы с Марго спорили. Не хватало ещё посвящать в подробности жизни Гели незнакомых дрочил из интернетов. В комментариях активно шло обсуждение того, какой я крутой, что ставлю на место всяких сучек и трахаю всех встречных баб. Едва ли это правда, но ребятам нравилось видеть меня таким, на что намекала сумма донатов, растущая с каждой полураздетой милфой в кадре. Бедолаги, они даже не видели нормальных женщин за сорок. Странно, конечно, звучит, учитывая, что я говорю о своей матери, но она и правда выглядит как модель на фоне всех милф, что сегодня усиленно трясут всем, чем можно (и даже тем, что трястись не должно), а ведь мамы тут даже нет. Интересно, как она отреагирует на Гелю? Сука, а ведь главные сложности ещё впереди.

Наконец, раскрылась шторка кабинки, которую ждали все. Геля несмело вышла и подошла ближе, облачённая в какой-то практически невидимый пеньюар. Единственное, что было отчётливо видно на теле девушки, это чёрные чулки с мордочками котиков у основания, явно не из комплекта, и какие-то то ли ремешки, то ли ленты, обвязывающие всё тело девушки. Остальные кружева были белыми и настолько прозрачными, что казались дымкой, вьющейся вокруг хрупкого тела Гели. Это… это победа с моей точки зрения. Посоперничать с Гелей могла только Марго, но та снялась с соревнования, заслужив техническое поражение.

– Мне консультантка посоветовала это, – Ангелина не могла нащупать свой привычный образ, но вполне походила на сломанную девушку, которую против воли будут трахать в скором времени. – Одевать это та ещё морока. О, мы в эфире? – беру слова назад, Геля быстро вошла в образ, едва камера уставилась на неё. – Ну чё, инцелки, нравится?

Комментарии не отличались оригинальностью, лишь пара зрителей более-менее смогли сформулировать какие-то мысли. Я их не винил – сам не мог толком подобрать слова. Не то, чтобы Геля сама по себе была не красивой, отнюдь, но этот пеньюар шикарно подчёркивал природную хрупкость девушки. Мне даже неловко стало, что в скором времени мне её трахнуть надо. С другой стороны, сажать девушку на другой какой-нибудь болт мне не позволит гордость. Или жадность. Я ещё не решил.

– Думаю, пора завязывать с этим конкурсом, – кое-как выдавил я, повышая голос, чтобы все в примерочной услышали.

Из всех, кроме одной, кабинок выглянули женщины кто в чём был (а многие были ни в чём) и изучающе уставились на Гелю, одна только Марго упрямо не вылазила. Конкурсантки, светя в прямом эфире голыми телесами, высыпались к диванчику и окружили Ангелину. Злобы я от них не чувствовал, только веселье и азарт.

– Сладкого мальчика выиграла сладкая девочка, – объявила женщина с грудным голосом, раскачивая голой грудью, после чего уставилась на мой пах. – Пора показать её приз.

Все одобрительно закивали, с жадностью уставившись на меня. Сука, я вот не хотел член показывать раньше времени, но раз уж вписался в авантюру… Шоу маст гоу он. Я расстегнул ширинку и приспустил трусы, явив на восторженные взгляды почти десятка женщин своё налитое кровью хозяйство. Все мамки смотрели на мой прибор с каким-то благоговением, я даже услышал шепотки нескольких, сравнивающих мой член с членами их мужей или любовников. Риторика шла явно в мою пользу. Не знаю, радоваться ли…

– Бля, – охнула Геля, уставившись на мой детородный орган. Женщина с грудным голосом мягко подтолкнула девушку, усаживая её на колени. – Стойте! Подождите! Я… Я не готова… – Ангелина аж пищала, покраснев как переспелый помидор.

– Так даже веселее, деточка, – рядом с Гелей на колени уселась женщина, положив свою руку на затылок девушки. – Коснись его губами, потом лизни, привыкни ко вкусу, а потом попробуй взять в ротик. Осторожно с зубами, мальчики не очень любят, когда их кусают.

Геля, словно завороженная, послушалась и прильнула губами к головке моего члена, заставив меня вздрогнуть. Девушка смачно чмокнула мой член, после чего высунула язык и осторожно лизнула, чуть поморщившись.

– Вот так, а теперь к самому сладкому, – женщина надавила на затылок Гели, заставив её протолкнуть в свой маленький рот мой член. – Не спеши, привыкни к размеру. Работай языком.

Ангелина слушала всё и старалась повторять, постепенно начав работать головой. С каждым новым движением мой член чуть глубже проникал в мокрый и тёплый рот девушки, а все остальные милфы жадно ловили каждое причмокивание Гели, наклоняясь к нам всё ближе. Когда мой член примерно на половину оказался во рту девушки, пальцы женщины сомкнулись на моих яйцах, от чего я чуть не выругался.

– Можешь чуть-чуть, самую малость прикусить его. Буквально коснись зубами, – грудной шёпот едва было слышно за звуками минета, но был оглушительнее взрыва. Геля последовала инструкции, и я чуть не кончил, когда почувствовал на своём стволе зубы. – Молодец, выдои этого жеребца.

Ещё несколько мгновений, и я с глухим стоном заливаю сперму в рот Гели. Та аж щёки надула, выпустила мой член из рта и сомкнула рот, растерянно глядя на меня, мол, что ей с этим делать. Несколько струек семени попало девушке на лицо и грудь, и милфа-советчица резко повернула голову Ангелины к себе, страстно её поцеловав. Ещё один рот, той женщины, которая выходила преимущественно голой, быстро сомкнулся вокруг моего члена, высасывая из меня остатки.

Из примерочной мы с Гелей и Марго вышли последними. Стрим давно завершился, моя сестрёнка по-прежнему дулась, а все милфы уже успели покинуть магазин. Сделать из минета такое шоу надо иметь талант. Хоть ни одну из зрелых женщин я бы в здравом уме не трахнул, но опыта у них не отнять, это точно. Я даже понял, почему некоторые предпочитаю женщин постарше.

На кассе консультантка пробивала бельё для девочек, улыбаясь и стреляя в меня глазками. Надеюсь, камер в примерочной не было, по крайней мене, я их там не увидел, но чёрт их знает. Может скрытые какие. Марго расплатилась с моей карты первой и гордо (согласен, смешно – покупки на мои деньги, но обида всё равно имеет место быть) вышла из магазина.

– Если бы вы мне не сделали выручку, я бы позвала охрану, – всё с той же дежурной улыбкой сказала консультантка. – Однако, сегодня у меня прибыль превысила недельную, так что… приходите почаще.

Женщина протянула мне визитку магазина, на которой был выведен от руки номер телефона с именем «Ксюша», а также был след от помады. Судя по подмигиваниям, консультантка очень хотела присоединиться к разврату в примерочной, и уже забивала за собой место конкурсантки для следующего раза. Если он будет… Надеюсь, не будет.

Глава 12

Наша троица вышла из торгового центра, и Марго тут же ускакала на десяток метров вперёд, всем своим видом показывая, что она обижается. Естественно, Геля, как девушка, поняла мою сестрёнку и вопросительно уставилась на меня:

– Это из-за меня?

– Если ты таракан, и живёшь в её голове, то да, из-за тебя, – невесело отшутился я, неся домой пакеты с вещами Ангелины и продукты. Хорошо, что всё крупногабаритное мы додумались отправить курьером.

– Саш… серьёзно, это ведь из-за меня? – Ангелина немного надавила.

– Гель, мы с Марго ссоримся каждый день, – почти не соврал я. – Помиримся, а пока пусть остывает.

Девушка на это неуверенно кивнула и пошла рядом со мной, тоже неся пакеты. К слову, вещи, купленные Маргаритой, нёс я. Как-то несерьёзно она обижается, если честно. Даже трусами не швыряется.

Минут десять спустя наша троица дошла до дома. Около подъезда мы разделились: Марго зашла внутрь, хлопнув тяжёлой дверью на доводчике, а мы с Ангелиной остались. Причиной остановки была Лина, ожидающая, что очевидно, меня. Вампирша с любопытством рассматривала наши пакеты, после чего подошла ближе и ухватилась за воротник моей рубашки. Либо будет бить… Вместо удара Лина страстно поцеловала меня, после чего грустно потупила взгляд.

– Саш… – девушке понадобилось секунд пять, чтобы начать говорить. – Нам надо расстаться.

Не дав мне ответить, она с удивительной грацией отпрянула от меня и быстро зашагала прочь. У меня же на языке вертелось многое, но говорить Лине в спину я не хотел.

– Это из-за меня? – виновато спросила Геля.

– Ты уже слышала ответ про таракана и голову, – вздохнул я.

– Кроули! – Ангелина окликнула Лину, заставив ту повернуться. – Если сейчас свалишь, я Сашку заберу!

Лина не ответила. Грустно поджала губы и ускорилась, скрывшись за углом дома. Сука, что творится у этой фурии в голове? Ни поделиться проблемами, ни пояснить причину расставания, даже пресловутого «дело не в тебе, дело во мне» не было. До этого мозг трахала, что хочет быть вместе, сейчас просто бросила, хоть мы не встречаемся. Хуею я с неё, хоть и догадывался, что дело в каком-то там патриархе, которого Лина не может ослушаться.

– Держи, – вместо того, чтобы ломать голову и обдумывать произошедшее, я вручил Ангелине дубликаты ключей.

– Что? – Геля осторожно, будто ключи были хрустальными, взяла связку и посмотрела на меня. – Зачем?

– Потому что под дверью стоять не круто, – пояснил я, открывая подъезд своими ключами.

Прямо в прихожей я столкнулся с мамой. Судя по всему, она недавно пришла, а когда мимо неё проскочила обиженная Марго, решила подождать меня, чтобы услышать объяснения. Мама цепко осмотрела меня (отметив парочку новых засосов – женщины в торговом центре постарались), после осмотрела Гелю и с вопрошающим взглядом уставилась на меня. Ангелина от грозного вида моей матери съёжилась, инстинктивно сделав шаг мне за спину, от чего мамина бровь вопросительно выгнулась, а сам вопрос как бы повис в воздухе.

– Давай без нагнетания, – я первым нарушил тишину. – Это Ангелина, она у нас переконтуется некоторое время.

– А своего дома у Ангелины нет? – мама сменила объект сверления взглядом. – И меня спросить ты не хочешь?

– Во-первых, нет, по некоторым причинам Геля не может находиться у себя дома, – нахмурился я, ожидая очередную ссору на ровном месте. – А я не могу оставить её вторую ночь подряд спать на улице.

– Я не спала, – поправила меня Ангелина. – Страшно…

– А во-вторых, – я постарался сделать самый железный взгляд, на который был способен, – имеешь что-то против, мам?

– Ты, – мама кивнула на Ангелину, заставив ту сжаться, – проходи. С тобой позже разберёмся. А ты, – такой же холодный и пронзительный взгляд, который я пытался сделать, уставился на меня, – со мной.

Едва Геля проскочила по коридору на кухню, как рука мамы схватила меня за шиворот и потащила следом, мимо кухни, в мамину комнату, а оттуда на балкон. Судя по всему, меня сейчас будут учить десантироваться без парашюта. Едва за нами захлопнулась дверь, мама отпустила меня и опёрлась на подоконник.

– Рассказывай, – не знаю каким образом, но я почувствовал нотки сочувствия в железном тоне мамы.

Пока я объяснял, как Геля докатилась до бомжевания, моя мать успела закурить, чем меня неслабо поразила. Всё же раньше она в достаточно агрессивной мере пропагандировала здоровый образ жизни. Выслушав меня, не перебивая, мама вздохнула, выкинула окурок в окно и зашла обратно в комнату, поманив меня следом.

– Ты ей поверил? – как бы между делом спросила мать.

– Следы побоев есть, как и куча косвенных доказательств, – я пожал плечами. – Да и причин врать у Гели нет – у нас нечем живиться.

– В любом случае, нужно поставить её родителей в известность, что девочка у нас, – кивнула мама. – Не хватало ещё найти стражей порядка на пороге квартиры.

– А если её отец примчится сюда? – возразил я.

– Тогда и будем решать, – отмахнулась мама и вышла из комнаты на кухню. – Ангелина!

Лицо Гели, когда она давала моей матери телефон своего отца, выражало крайнюю степень страха и обречённости. Мама без тени сомнения, хоть и видела состояние Ангелины, набрала названный номер и положила телефон на стол, включив громкую связь. Гудки шли за гудками, я даже начал подозревать, что никто не ответит, однако, во время последнего, десятого гудка нам ответили:

– Да, кто это? – хриплый, сильно пропитый голос, будто наждачкой по стеклу провели.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась моя мать, заставив абонента на той стороне, закашляться. – Русаков Борисов, верно? Вас беспокоит Трестина Светлана. Я хочу поговорить о вашей дочери…

– А ты что, её сутенёр? – перебил мужик маму. – Или тоже шлюха? Учти, это моя дочь, и я за её услуги платить не…

Если бы моя мать была чуть сильнее, она бы пробила в телефоне дыру – настолько сильно она вжала палец в экран, сбрасывая вызов. Геля сжалась, да и мне не по себе стало от вида ярости, давящей вокруг мамы. Тут было в пору не отговаривать её от необдуманных действий, а рыть плитку в кухонном полу и стараться не отсвечивать.

– Саша, – от спокойного голоса женщины передо мной меня передёрнуло.

– Я тут, – я ответил, мысленно молясь. Я говорил, что я атеист? Так вот, Господи, спаси…

– Ребёнка покорми, помой, приласкай и уложи спать, – мама поднялась с места и направилась в прихожую. – Буду поздно.

Мы с Гелей на всякий случай перестали дышать, выдохнув только тогда, когда входная дверь захлопнулась. Буря миновала. Для нас, а вот Ангелина, видимо, станет сиротой.

– Охуенная у тебя мама… – едва слышно пропищала Геля. – Тебе ещё одна сводная сестра не нужна? Обещаю называть тебя братиком и делиться вкусняшками. И давать между делом…

Я был несколько не в состоянии оценить юмор (или его отсутствие) девушки. От маминой вспышки ярости меня так накрыло, что, казалось, мозг через уши выливался. Если такая хрень у меня, что могло случится с суккубом подумать страшно. На всякий случай нужно проверить, жива ли Марго. Собственно, этим и занялся.

Моя сводная сестра обнаружилась в комнате, сидящей на кровати, поджав колени. Марго держала свои ноги дрожащими руками и смотрела в одну точку, не мигая, а её глаза… бесоёбили они. То вспыхивали, то гасли, то с нормальным зрачком, то с вытянутой щелью вместо. Я подошёл ближе, прекрасно осознавая, что могу огрести, и пощёлкал пальцами перед девушкой. Ноль реакции. Потыкал пальцем в щёку – нет ответа. Потупил немного, обдумывая, после чего схватился за грудь – крошечная, почти незаметная вспышка осознания. Так, кажется, я нашёл слабое место. Задрал маечку, стянул лифчик (так и не понял, как его расстёгивать), после чего ухватился за торчащий сосок. Закономерно, получил в ухо.

– Ты бессмертия поел? – Марго прикрыла оголённую грудь рукой и уставилась на меня.

– Нет, импровизации, – я потёр ушибленный участок головы. – Я ебу, как тебя в чувство привести?

– А я разве просила? – возмутилась девушка.

– Знаешь, я предпочитаю знать, жива ты, или у тебя мозг в кисель превратился, – возмутился я в ответ. – Если бы ты реагировала на предыдущие попытки тебя растолкать, я бы твои сиськи не трогал.

– О, так это была вынужденная мера, – протянула девушка, после чего набросилась на меня с кулаками. – А чего сразу не хуй свой никуда не засунул? Зассал?

– А надо было? – фыркнул я, отбиваясь от этих заигрываний. Ей богу, будто брачные игры, а не драка.

– А если да? – бесилась Марго.

– Тогда бы засунул! – пожал плечами, прикрыв лицо. – Но ты и так живее всех живых.

В ответ получил ещё пару ударов и понял, что лежу на кровати Маргоши, а сама девушка весьма провокационно уселась на мне, нависнув надо мной оголённой грудью, которую в пылу драки никто не успел спрятать.

– Что, ещё получить хочешь? – Марго проследила мой взгляд, но прятать свои прелести не спешила.

– Смотря что, – пожал я плечами. – Учитывая, что я снизу, у тебя карт-бланш на действия.

– Вот как? – увы, девушка не улыбнулась, а нахмурилась, после чего слезла с меня. – Раз я могу делать что захочу, то… убирайся!

Это было ожидаемо, хоть и неприятно. Почему-то сегодня Марго была на редкость зла и не собиралась идти на уступки. Я поднялся с кровати и вышел из комнаты, напоследок сказав, что скоро доставят ужин. Решил сегодня отдохнуть от кулинарных промыслов.

На кухне Ангелины уже не было. Обнаружилась девушка у меня в комнате. Геля сидела на самом краешке моей кровати и пялилась в телефон, а когда я вошёл, резко подскочила.

– Да сиди, боже, – я поспешил успокоить гостью. – Можешь лечь, кровать не кусается.

– А-ага, спасибо, – едва слышно пропищала девушка и улеглась. На краешек. Мда, мне всё тревожнее и тревожнее за Гелю.

– Что смотришь? – спросил я, сев в своё кресло. Взгляд сам собой упал на скетч, валяющийся на клавиатуре. У меня порой складывается ощущение, что эта книжка живёт какой-то своей жизнью. Надо бы отслеживать её передвижения.

– Запись стрима, – Геля развернула ко мне экраном свой телефон. – Очень хорошо получилось. Странно, что ко мне новые подписчики не приходят – мы с тобой устраиваем пусть и короткие, но очень… необычные шоу.

– Разве? – я с сомнением посмотрел на экран, где Геля сосала мой член под одобрительное улюлюканье женщин постарше. – Вроде не особо выделяется.

– Саш, ты когда-нибудь стримы других вебкамщиц видел? – возразила Ангелина. – Это же скука смертная за очень редкими исключениями. На этих стримах буквально ничего не происходит. Девушка, хорошо, если голая, просто сидит и ждёт, когда ей задонатят достаточно на какую-нибудь цель, типа раздеться, или подрочить. Иногда к количеству донатов привязана мощность вибратора, но там всё равно нечего смотреть. И вот так по три, а то и все пять часов.

– Не знаю, не смотрел никогда, – пожал я плечами.

– Зато я с вопросом ознакомилась, когда только начинала, – продолжила Геля. – Мы с тобой, считай, порно снимаем, причём с сюжетом. И это на стримах.

– И никто больше так не делает? – удивился я. – Это же не какая-то гениальная идея.

– А зачем? Нужно готовится, договариваться с людьми, сценарий какой-никакой иметь, – вздохнула Ангелина. – Легче просто камеру поближе к пизде поставить, засунуть внутрь игрушку и делать вид, что вот-вот кончишь, чтобы какой-нибудь лох бросался в тебя донатами в надежде раздраконить. Нет, есть другие шоу. Например… Ну допустим, Кролик Стейси делает какой-никакой контент, но… Во-первых, это реалити-шоу, а во-вторых, у Стейси ситуация совсем другая. Там и бабки крутятся моё почтение, и съёмки, постановка, актёры совсем другого уровня. На одном стриме просмотров в десятки тысяч собирается.

– Никогда про неё не слышал, – возразил я.

– Тогда ты счастливый человек, – хмыкнула Геля. – Стейси… Она любит обнажать не себя, а, скорее, жадную человеческую натуру. Она приглашает обычных людей с улицы на свои стримы, предлагает им кучу бабок в обмен на шоу, и ставит условия. Во-первых, люди должны делать шоу. Если поток донатов и актива сильно уменьшится, то гонорар люди не получат. Во-вторых, если зрители задонатят больше гонорара, то «актёры» останутся в долге перед Стейси.

– Лажа какая-то, – нахмурился я.

– Смотри, – Геля включила видео этой самой Кролик Стейси и показала мне. – Это последний стрим. Пригласили какую-то женщину и её дочку. Видишь сумму гонорара? – девушка постучала пальцем по экрану, демонстрируя мне шестизначное число.

Дальше в видео девушка с длинными чёрными волосами, слегка полноватой фигурой (сиськи ненатуральные, сразу в глаза бросается) в костюме кролика, который состоит из чёрного боди, маски кролика и заячьих ушек, объясняет, что всю сумму получит только одна из конкурсанток. А потом… потом началась реальная грязная порнуха. Видимо, у этой Стейси своя студия со сценой, джакузи и шлюхами. Из-за экрана вышла куча мужиков за сорок в масках и с членами наголо, а мать и дочка начали по этим самым хуям скакать.

– Так, я понял, – я поставил видео на паузу. Увиденное, конечно, возбуждало, но больше не от красоты или мастерства участниц, а той грязью, которая разворачивалась перед зрителями. – И кто выиграл?

– Задонатили больше, – Геля перемотала видео, потирая друг о друга ножки. На экране показалась цифра с минусом, причём раза в два больше, чем заявленная сумма. – Участницы остались должны. Так что ждём следующий стрим. Там Стейси покажет, как эти двое будут отрабатывать.

– Попахивает незаконностью, если честно, – я с сомнением посмотрел на Гелю.

– У Стейси хорошие юристы, и все участницы перед съёмками подписывают хитрющий контракт. Так что к Кролику не придерёшься. Пытались, но безуспешно. А ещё Стейси ужас как любит неторару. Если знаешь что это такое…

– Я знаю, – я кивнул. – Увы.

За сегодняшний вечер я снова убедился, что есть сегменты интернета, в которые лучше не лезть. И это не даркнет, эти видео в открытом доступе валяются. Кто хочет может зайти и записывать состав преступления.

Пока не приехала доставка, точнее две, мы с Гелей валялись на кровати и смотрели аниме. Вкус у девушки, признаться, весьма специфический. Я, дурак, думал, что мне предложат смотреть что-нибудь для девочек, но эта зараза включила аниме, в котором с первых секунд на зрителя вываливаются горы сисек. Тогда я решил, что Геля специально для меня это включила… Снова оказался в дураках – девушка с большим интересом рассматривала происходящее на экране, периодически комментируя увиденное. Короче, Геля в очередной раз подтвердила, что она та ещё извращенка.

Пока я смотрел аниме, мне упало сообщение от Лины. Я был в замешательстве, если честно, но всё же просмотрел. «Ты мне доверяешь?» – таким был текст. Я без стеснений отписался отрицательно, ожидая возмущений в ответ, но получил только руководство к действиям: привязать к себе Лизу. Судя по всему, наше расставание с Линой временное. Я было попросил объяснения, но тут же узнал, что снова оказался в чёрном списке – сообщения мои больше не были видны Лине. С-сука! Высеку и выебу её при встрече – задолбала!

В общем, после почти половины сезона, просмотренного залпом, снились мне какие-то анимешки с огромными сиськами, пытающиеся сесть мне заблюренными промежностями на лицо. Я почти уверен, что это Марго подсуетилась, в конце концов она демон снов, но доказательств у меня не было. Ещё и эта ситуация из сна, что мне почему-то жизненно необходимо было трахнуть анимешек, а они не давались, выкручивались как могли, а потом жопами лезли мне в лицо. Короче, сонная бредятина.

Проснувшись, я подумал, что либо обкончался, либо, что куда хуже, обоссался. Нетипичная влажность в районе паха как бы намекала, что механизмы организма дали сбой. Сорвал с себя одеяло и выяснил, что тревога ложная. У меня между ног устроилась Геля, решившая разбудить меня утренним минетом. Странно, что вопросами гигиены девушка не запаривалась и совала мой член себе в рот без неприязни.

– Гель, ты бы хоть салфеткой меня протёрла что ли, прежде чем в рот тянуть, – пробурчал я, уставившись на активно работающую головой девушку.

– Шашем? – Ангелина пыталась что-то ответить, но с членом во рту это было сложно. – Тьфу. Зачем?

– Ну смотри: я во время сна, наверное, потею. Сейчас тепло, я под одеялом сплю… А ты в рот суёшь, – пояснил я. – Ах да, точно… Гель, какого хрена?

– А что? У меня плохо получается? – смутилась девушка.

Признаться, вчера у Гели вышло лучше. Видимо, без наставницы и зрителей Ангелина теряла задор, и сейчас у неё выходило не то, чтобы плохо, скорее как-то неловко. Однако, девушка всё ещё старалась, даже пыталась выдумать что-то новое. Для неё новое. Коли девочке нравится, то я смысла не вижу ей мешать.

– Нормально, – почти не соврал я, положив на голову Гели ладонь, и тут же получил по руке.

– Не наглей, – оскалилась зараза, – я ещё не твоя девушка.

– Больно надо, – фыркнул я.

– Ах вот как? – в глазах «ещё не» девушки загорелся нездоровый огонёк. – А так?

И укусила меня. Прямо за головку блин! Не сильно, но вполне ощутимо. А после как присосалась к члену, что у меня, по ощущениям, вся кровь из организма решила слинять в рот Гели. Сука, и больше половины заглотила, я аж почувствовал, как дрожит её глотка. Правда, на этом игрища и кончились – Ангелина закашлялась и громко рыгнула, выпустив мой детородный орган изо рта. Больше к минету мы за утро не возвращались.

Лина не появилась в школе. Прям совсем. Учителя её даже на перекличке не вспоминали, просто отмечая пропуск в журнале. Господи, во что вляпалась эта придурошная?!

По итогу я был предоставлен сам себе весь день, поэтому решил пойти на крайние и максимально глупые меры: докопаться до Ани и Насти, что как минимум было опасно для жизни. Напомню: эти две стервы умудрялись добиваться исключения из школы для неугодных. Однако, если кто и мог мне поведать, что творится с Линой, то это именно эти двое.

Казалось бы, и Аня, и Настя мои одноклассницы. Выцепить их много труда не составит. Верно ведь? Сука, неверно! Эти двое каждую перемену исчезали. Вот я на них смотрю – они есть, а вот я моргнул – со мной только моя шиза. Как эти двое умудрялись буквально испаряться, я не понимал, но очень хотел узнать. Очень полезное умение.

От безысходности снова начал рисовать. Скетч опять телепортировался в мою сумку, хотя я точно помню, что оставил его на компьютерном столе, и теперь на одной из его страниц красовался очередной портрет Лины. Благо, мои воспоминания об её теле были относительно свежими, так что сейчас вышло куда ближе к оригиналу, нежели в прошлый раз.

Так уроки сменялись переменами, а те снова уроками. Я уже потерял надежду нарваться на дуэт стерв, хотя нарываться на них было не нужно – они сами приходили. Полагаю, на меня всё ещё обижаются за ту шутку про палку, но я не жалею. В конце концов, они сами нарвались.

Мрачные мысли немного развеивала Геля. Специально или нет, она бомбила меня сообщениями разной степени какой-то ламповой бредовости. То её интересовали точные габариты моего члена, то она спрашивала почему-то меня о том, что испытывают женщины во время проникновения, после интересовалась, где достать поддельный паспорт, потом спрашивала, считается ли инцестом секс со сводными родственниками, после спрашивала, как быстро расширить влагалище, и напоследок спросила, за сколько часов до секса нужно принимать противозачаточные. Короче, девушка была настроена серьёзно, а меня почему-то считала гуру секса, хоть на все вопросы, включая длину члена, я ответ не знал. Ну не мерил я его, мне эта информация никуда не встала.

Перед последним уроком Геля забежала в мой класс, но меня там не было – я безуспешно охотился на дуэт стерв. О приходе девушки мне с завистью сообщили одноклассники, а на моей парте лежала записка, которую никто не осмелился прочесть.

«Приходи в женскую раздевалку после уроков. Один»

Я не сильно обрадовался. Хорошо, что Геля с новыми силами принялась реализовывать свой «сюжет» для стримов, однако для меня куда острее стоял вопрос про Лину. Если не узнаю сейчас о том, что происходит, мозг сломаю за выходные. И ведь не факт, что найду ответы в понедельник…

Стоило звонку с урока прозвенеть, как весь класс дружно подорвался и смотался, оставив меня в одиночестве пялиться на парту, за которой всего минуту назад сидели Аня и Настя. Девочки, будто мне на зло, выскочили в числе последних, но я так и не успел их перехватить. Значит, будет мне мозголомка на выходных. Смачно выругавшись, чем я умудрился напугать учительницу истории, крошечную женщину едва за тридцать, я вышел из класса и направился к спортивному залу.

Там уже тоже никого не было, хотя из раздевалок порой доносился шум. Я попытался вспомнить, у кого в пятницу последняя физкультура, но не смог. Мозг уже варился в собственном соку, накидывая на тему Лины любые варианты, которые казались ему мало-мальски логичными. Я же с мрачной миной (от меня все девчонки шарахались, когда выходили из раздевалки) стоял и ждал, когда выйдет последняя девушка. Ангелина всё не приходила, но шум в раздевалках утих, заполнив спортзал звенящей тишиной, изредка прерывавшейся звуками шагов в школьных коридорах. Решив, что в раздевалках пусто, я вошёл внутрь.

В помещении с лавочками и крючками на стенах было несколько девчонок с параллели, одетых, слава богу, и неслышно перешёптывающихся. Я слегка опешил на пороге, не зная, что делать. Похоже, уходить девушки не планировали, видимо, дожидаясь тренировки. Я даже чутка память напряг, вспомнив, что это волейболистки. К слову, они на меня внимание обратили сразу же, из-за чего я и замер, стремаясь уходить. Ещё подумают, что я извращенец. Мне эти проблемы на последних неделях учёбы были не нужны.

– Опа, Санчик, – ухмыльнулась ближайшая к выходу, вроде её Полиной звали. – А ты чего тут?

– Может он к нам пришёл? – предложила высокая девчонка, стоящая у дальней стены. Оля… вроде.

– Не думаю, – возразила ещё одна высокая девушка, валяющаяся на скамейке. Имени этой брюнетки я хоть убейте не помнил. – Но ты заходи, Санчик, не стесняйся. Чая нет, можем Ленкиным молоком угостить.

– Вика! – вспыхнула та, кого я назвал Полиной. – Я же говорю, не беременная я. Тест вообще-то отрицательный.

– Так Санчик ща поправит, – хихикнула вроде Оля.

За моей спиной раздались шаги. Слишком близко, я даже среагировать не успел. Казалось, что человек ко мне подкрался, а в метре от моей спины решил о своём присутствии заявить. Две руки упёрлись мне в спину и втолкнули в раздевалку.

– Так, курятник, – голос Ани, той сука самой, которую я ловил весь день, обратился к девчонкам, – выйдите на полчасика. У нас тут приватный разговор запланирован.

– А чё всего полчасика? – с толикой недовольства три девчонки покинули раздевалку, и каждая считала своим долгом чмокнуть меня в щёку, проходя мимо. – Санчик, ты после тренировки заходи. Мы как раз в душ пойдём, ты нам спинки потрёшь.

– Смотрите, чтобы я вам жопу изнутри не потёрла, – рыкнула Настя, стоя чуть поодаль Ани. – Фистинг, и вполне бесплатный хотите? Только кишки свои сами потом засовывать обратно будете.

Троица, услышав угрозу, быстренько ретировалась, а я остался один на один с дуэтом стерв. Бля, если они реально оборотни, то последнее, что я хочу, это контактировать с ними в замкнутом пространстве с одним единственным выходом. Тем самым, который от меня отделяли несколько метров и Аня с Настей.

– Ну что, доволен? – с гаденькой улыбкой спросила Аня.

– Ловил-ловил, и вот, словил, – давила такую же лыбу Настя.

– Теперь чё делать будешь, Сашенька? – Аня уселась на скамейку, закинув ногу на ногу, её глаза потемнели, став болотно-зелёного цвета, а зрачки вытянулись в узкую вертикальную щель.

– Раз вы поняли, что я пытаюсь с вами поговорить, то и тему, вероятно, знаете? – я не собирался играть в интеллектуальные кошки-мышки. Не с этой парочкой. Мне нужно было понять, что происходит с Линой. Если будет необходимо, то я был готов даже выбивать информацию из этих двоих. Даже при тех вводных, что я упомянул выше.

– Ну смотри, – фыркнула Настя. – Про полнолуния – это всё байки. Серебро тоже. Шкура хоть и плотная, но самая простая пуля, если пробьёт, нанесёт вред. Укус никого не обращает – мы же не каннибалы.

– Я не об этом, – остановил я девушку.

– Есть один обряд, он сложный капец, кровищи много, и не факт, что ты выживешь, – чуть ли не смеясь затараторила Аня.

– Блять, да меня это не колышет! – воскликнул я. – Что за хуйня у Лины?

– Дык это… Вампир она… – они издеваются. Точно, по мордам их ухмыляющимся вижу. Ладно, попробуем по-плохому. Я подошёл к Ане и навис над ней, ударив рукой в стену рядом с головой девушки.

– Давайте серьёзно. Мне не хочется пиздить вас, – прорычал я.

– У-у-у, – оскалилась блондинка. – Всё, я потекла. Поехали в парк, я тебе обращение покажу. Готова поспорить, ты никогда фурри-волчицу не трахал. Это тебе не квадроберы…

Я схваил девушку за волосы и потянул к себе, приблизив её лицо на считанные сантиметры к своему.

– Что. За. Хуйня. Случилась. С Линой, – вот теперь я был капец каким злым. Был готов эту суку пару раз приложить головой о стену. Что интересно, Настя, стоя рядом, даже не дёрнулась помогать своей подруге.

– Лады, остынь, – Аня сделала самое тупое, что могла – она меня лизнула. – Замуж Линку выдают. Не хочет её папка, чтобы Линка с охотниками водилась. Нашёл ей какого-то молоденького…

– Ему лет двести, – фыркнула Настя.

– По вампирским меркам молоденького, – поправилась Аня, – кровососика и скоренько сосватал ему твою Линку. Без её ведома, правда, но когда это вампиров останавливало.

– А Лина что? – я отпустил девушку.

– Поскандалила, поябедничала нам, пошла творить дичь, испугалась, – Настя загибала пальчики, – и смирилась. Ну точнее, сделала вид. Говорит, у неё есть план, но он мутный какой-то. Если выгорит, то Линка станет свободной, нет – может пригласят тебя на похороны. У вампиров это как праздник отмечают.

Я молчал, рассматривая двоицу. Что за блядская мыльная опера? Мы в каком веке вообще обитаем? Судя по информации (если она верная, а не очередная издёвка), в семнадцатом, максимум восемнадцатом, но никак не двадцать первом. Да блять!

– Если что, предложение случки так-то в силе, – хихикнула Аня. – Или ты как? С несколькими за раз не спишь? Могу подождать, когда розовенькая тебя освободит. Только пусть не затягивает. Я через полторы недели дикой-дикой стану, могу и порвать.

– Да заткнись ты, – отмахнулся я. Хотел конкретики? Получил. Довольный? Нет конечно. А что делать? У меня такими темпами скоро целый муравейник с хуями будет. – Когда свадьба?

– Сразу после выпускного, – Настя с интересом рассматривала свои когти (именно когти). – Тебя вряд ли пригласят. Папка у Лины строгий, но издеваться не любит.

– Блять, – выругался я. – И чё делать?

– А тебе Лина не сказала, что делать? – с иронией спросила Настя. Вообще-то, я не их спрашивал. – Вот и занимайся дриадой и другими тёлками. Лине ты только так поможешь.

Дома меня встретила мама, сидящая на кухне. Судя по её довольной моське, лицо она Гелиному папе разбила в хлам. Возможно, входной дверью. Мама у меня хоть и пытается быть мирной, но насилие она любит.

– Твоя новая подружка меня удивила, – заметив меня улыбнулась мать. – Не то, что её папаша. Чмошник тот ещё.

– Геля уже вернулась? – уточнил я.

– Прибежала, спросила, как поживает её родитель, попросила у меня разрешение пошуметь вечером и, возможно, ночью, а потом убежала, – пояснила моя родительница. – Такая ответственная девочка.

– Её отец живой хоть? – осторожно поинтересовался я.

– Живой. Такие козлы живучие обычно, – кивнула мама, после чего пронзительно так на меня посмотрела. – Так, Саша, шуметь я вам разрешила, но, пожалуйста, предохраняйтесь. Девочке ещё шестнадцать, ей пузико не пойдёт. Да и я к внукам не готова… А ты к детям.

В ответ на это я достал из кармана штанов пачку презервативов. Мама удовлетворённо кивнула и отвернулась, уставившись в окно. Видимо, подробностями делиться она не хотела. Или ждала, когда я начну спрашивать.

Глава 13

– Так, сегодня по сценарию у нас… – Геля перебирала листы распечаток (которые я впервые вижу, хоть мы и снимаем уже третий день). – Ну и дурдом. Импровизировать, конечно, круто, но есть нюансы, – девушка посмотрела на меня и подкинула листы в воздух. – Мы сильно отклонились от сюжета.

– Пошли по побочкам? – пошутил я, удостоившись мрачного взгляда своей напарницы.

– Мы слишком рано перешли к минетам, – пояснила Ангелина. – Я это планировала на пятый день, а не на второй. Сам должен понимать, что сложность должна идти по возрастающей.

– И что ты предлагаешь? – вздохнул я.

Геля в ответ вытащила из рюкзака плётку и кляп. Последний, правда, отложила.

– Предлагаешь поиграть в БДСМ? – не понял я.

– Типа того, – кивнула девушка. – Вообще, было бы неплохо, чтобы в кадре была ещё одна девушка. Изначально я выбирала между твоей сводной сестрой и Кроули, но они обе отпали. Спрашивала Ирку – та отказалась. Сказала, что не против публики, но против видеозаписи. А больше я никого и не знаю из тех, с кем бы ты согласился. Может быть ты помиришься с Маргаритой?

– Не варик, – покачал я головой. Марго свалила из дома ещё полчаса назад, и на связь не выходила. – Она сильно обижается. Знать бы ещё из-за чего…

– Из-за меня… – грустно вздохнула Геля. – Неужели не очевидно?

– Не очевидно, – в тон Ангелине вздохнул я. – Не с Марго.

– Да-да, ведь СОВЕРШЕННО не очевидно, что она на тебя запала, – девушка аж руками всплеснула. – Так, мне надо сбегать за реквизитом. У меня только что родилась идея, но для неё нужно кое-что прикупить. Я быстро.

– Стой, – я указал девушке на время, которое неумолимо двигалось к ночи. – Уже темнеет.

– Вот поэтому я быстро, – отмахнулась девушка. – И без тебя. Должна до закрытия успеть.

Геля выскочила из комнаты и, минутой позже, выскочила из квартиры. Я рассеянно повертел в руках плётку с тонкими кожаными ремешками, после чего откинул её на стол и улёгся на кровать. Лично у меня идей на сегодня не было – мозг умолял меня дать ему передохнуть и не нагружать. Однако, некая тревога всё ещё терзала мой искалеченный разум. Я даже не мог понять, чем именно она вызвана.

«Соскучился, кролик?)D»

Возможно, именно ей. Либо Мей-Мей стала для меня предсказуемой (хотя на то, что она мне напишет, ничего не указывало), либо я научился предсказывать.

«Чего тебе? Я тут порно снимаю и мне не хватает актрис»

Я даже пальцы скрестил, чтобы точно получилось отпугнуть эту ненормальную. Вместо этого мне пришло фото таза и ножек девушки на фоне чёрного дивана.

«А можно меня на кастинг?»

Конечно, я её ещё больше заинтересовал! Ладно, в эту игру могут играть двое.

«Конечно. Нужно снять короткое видео. Расскажи о себе, покажи своё тело, поиграйся немного. Мне нужно знать, как вписывать тебя в сценарий»

В ответ молчание. Надеюсь, я занял эту полоумную лисицу как минимум на ночь. Ещё и видео получу, которое может ой как сильно пригодится, когда Мей-Мей снова захочет поохотится.

Чтобы себя занять, включил компьютер. В браузер решил от греха подальше не заходить. Там теперь опасно находится – комп оккупировала Геля и наоткрывала кучу вкладок с порнухой. Говорит, вдохновлялась, во что я даже поверил. Все видео были разными: в одном сводные родственники, в другом любительское, в третьем профи со студии, в четвёртом запись стрима с азиатками, и так далее. Геля даже не перематывала, смотрела всё, периодически указывая мне на понравившиеся моменты. Да, я с этой язвой не только мечу в порно-актёры, но и обзорщиком стану.

Чтобы не возвращаться к этому ужасу (смешно, ещё неделю назад я был бы рад посмотреть любой из роликов… кроме азиаток – там реальный ужас), запустил игру. По ощущениям играл минут пятнадцать, но часы подсказали, что прошло два часа. Я стянул с головы наушники и прислушался к тишине квартиры. Где, блять, все? Марго нет, Мамы нет, Гели с её «я быстро» тоже, сука, нет. Набрал первой – меня сбросили. Второй не стал набирать, а то вдруг помешаю. А третья не подняла… Последнее действительно звучало как тревога. Геля, конечно, девочка большая, взрослая, раз в порно снимается, но её отсутствие не вяжется со словами о скорости.

Я быстро оделся и побежал к торговому центру. Хоть Ангелина не сказала, куда идёт, я догадывался о её цели. Здание встретило меня пустыми коридорами, но, благо, горел свет. На посту охраны этой самой охраны не было, так что я побежал дальше к эскалаторам. Либо добегу до закрытого секс-шопа, липа найду сторожа. Когда я взлетел на второй этаж, меня окликнули. Ура, люди!

Я подошёл к крупному мужику в чёрной спецовке и спросил про Ангелину. Тот пожал плечами, но, проникнувшись, видимо, моим растерянным видом, предложил глянуть по камерам. В крошечной каморке с экранами мы с охранником просмотрели записи за последние два часа и действительно нашли Ангелину. Она пулей пролетела через весь торговый центр, забежала в секс-шоп, выскочила оттуда с сумками и выбежала на стоянку. На стоянке к ней подъехала какая-то затонированная в ноль машина, Геля немного постояла рядом, общаясь с водителем, которого не было видно, после чего села в авто и уехала.

– Вот, паря, тут мои полномочия всё, – развёл руками охранник. – Надо полицию вызывать, да те пошлют. Через три дня скажут возвращаться. И то, по записи, состава преступления нет.

Я в ответ мог только кивнуть. Когда из торгового центра вышел, начал быстро думать, к кому могла поехать Ангелина. Всё это время названивал ей, но всё ещё безрезультатно. Единственный вариант – отец Гели, но я не помнил, где он живёт. Набрал маме, чтобы уточнить – всё же она вчера каталась по адресу. Мама, слава богу, трубку подняла, даже нужную мне информацию дала. Я незамедлительно двинулся туда.

Оказавшись во дворе нужной девятиэтажки, начал высматривать ту самую машину. Всё же авто было достаточно дорогим, и найти его среди поёбанных жизнью машин было бы легко. Автомобиля не было. Это не говорит, что я взял ложный след, машину можно было где угодно припарковать, но тревога всё нарастала.

Дверь в подъезд оказалась не заперта. Точнее, я уже позже выяснил, она никогда не закрывалась. Поднявшись на лифе на шестой этаж, я забарабанил в дверь нужной квартиры. Минуты три спустя мне открыли дверь, напустив на меня такое лютое амбрэ, что я чуть сознание не потерял. Вонь из спирта, сигаретного дыма и мочи стояла невыносимая.

– Хули надо? – а пороге стоял толстенький лысеющий мужичок немного выше меня. Из примечательного, кроме треников и заляпанной алкашки, лицо у него было синее с желтоватым отливом, а одна рука была перебинтована – мама вчера неплохо его отмутузила.

– Где Ангелина? – с ходу спросил я, предусмотрительно ставя ногу перед дверью, чтобы Русаков-старший её не захлопнул.

– Я ебу? На панели поищи, – в нос буркнул мужик. – Вали нахуй отсюда, пока не получил.

Я выругался через зубы, после чего одним ударом в челюсть заставил этого чмошника убежать в свою берлогу. Бил не сильно – у него после вчерашней встречи с моей мамой рожа должна быть сплошной болевой точкой. Услышав грохот из глубины квартиры, вздохнул и вошёл следом.

– Стой, пацан! Не бузи! – кричал… бля, как его звали? Мужик умудрился споткнуться о пакеты с мусором, стоящие посреди прихожей, и теперь уползал от меня. – Чё те надо? Бабки? У меня не много, но, хуй с ним, всё бери!

– Дочь твоя мне нужна, – спокойно сказал я, выискивая в темных комнатах признаки Ангелины.

– Да не знаю я, где она! Свалила несколько дней назад и всё… – проорал этот болезный, уронив на себя какую-то полку. Грохот стоял дикий.

Я подошёл ближе и всмотрелся в заплывшую морду мудака, придавленного мебелью. Перегаром от него шмонило страшно, как и потом. Оценив ситуацию, я сжалился над отцом Гели и поднял с него полку, после чего помог ему подняться. Ангелины тут нет… Где её искать?

– Где розовая дрянь? – вот такой привет от Марго встретил меня, когда я вернулся домой.

– Я не знаю, – опустошённо ответил я, разуваясь.

– То есть как ты не знаешь? – возмутилась девушка.

– Ты же моими глазами видеть можешь, – огрызнулся я. – На кой ты меня сейчас грузишь?

– Я не наблюдаю за тобой постоянно, – в тон мне рыкнула Марго, принимая свою демоническую форму. – У меня своя жизнь есть, за которой куда интереснее наблюдать.

– Ну так иди и наблюдай за ней дальше, – послал я девушку с её претензиями, заходя в свою комнату и захлопывая дверь перед лицом демоницы.

Было над чем подумать, что проанализировать. Я ясно видел, как Ангелина села в неизвестную машину и уехала в неизвестном направлении. Что это было? Побег? Или похищение? Если первое, то было нужно найти хотя бы причину бегства, а если второе, то необходимо понять, кому понадобилось похищать Гелю, простую девчонку из неблагополучной семьи, занимающуюся эротическим стримингом.

В первую очередь я начал вспоминать, что я вообще знаю про Ангелину, попутно осматривая свою комнату с целью обнаружения пропажи хоть чего-то ценного. Хотя, для начала нужно было бы найти хоть что-нибудь ценное… Так, Гелины вещи всё ещё занимали место в моей комнате, причём не только вчерашние покупки, но и планшет девушки. Значит, не сбежала. По крайней мере, мне так кажется.

Придётся отталкиваться от наихудшего варианта – похищения. С какой целью неизвестно, но кто-то на весьма дорогой тачке забрал Гелю. Точно не её родитель, его я уже проверил. Кто ещё? К кому Ангелина питает достаточно доверия, чтобы самой сесть в машину? Пу-пу-пу… Я снова взял в руки телефон и набрал девушку. Без надежды, но… Нет, всё так же не берёт трубку. Эх, был бы я кулхацкером из какого-нибудь фильма, отследил бы сигнал телефона. А так приходится гадать.

«Кролик»

«Я подготовилась»

Зачем мне эта информация? Мей-Мей меня сегодня волновала в последнюю очередь, но, проблема – её хрен пошлёшь. Лисица успела продемонстрировать мне, что бывает, когда я её игнорирую. Стоп… Лисица? Собака то бишь… А если…

«Слушай, ты след брать умеешь?»

Возможно, это её хотя бы обидит. А если получу утвердительный ответ, то хрен с ней. Главное, найти Гелю. На долгие десять минут меня оставили в покое. Я даже залез в Гелин планшет в поисках информации и что-то даже накопал. Среди кучи видео и фото с Ангелиной в главных ролях я наткнулся на несколько фотографий в избранной папке. Фото никак не относились к Гелиным увлечениям. Геля, лет двенадцати-тринадцати, и Эля, практически такая же, как сейчас, сидели в обнимку на шезлонге где-то на пляже. Никаких откровенных купальников, никакой взаимной злобы. Девушки улыбаясь смотрели в камеру. Я пролистал на следующее фото. Тут уже пооткровенее: Геля и Эля сделали селфи, сняв лифчики купальников и прикрывая руками грудь. Всё те же улыбки, всё та же доброта во взглядах. Следующее фото: Эля мажет кремом спину Ангелины. Ещё одно: девушки брызгаются друг в друга, стоя по колено в воде. Я посмотрел дату: всего три года назад.

Ангелина говорила, что раньше они с Эльвирой Владимировной были подругами. Сейчас же их дружба под огромным вопросом, ведь именно из-за училки Геля живёт у меня, а не у себя дома. Может ли быть так, что, не смотря на неприязнь, Ангелина всё ещё доверяет Эле? Звучит, конечно, дико, но я ощущал ту тоску, когда Геля рассказывала мне про прервавшуюся дружбу. И в целом даже звучит немного логично: училка заставила младшеклассницу уйти из дома, чтобы поселить её у себя. Нет, всё ещё нелогично. Хотя, я говорю про Элю, ту самую, которая пыталась строить из себя доминатрикс по отношению ко мне с претензией на горизонтальный контакт. Что есть логика в отношении этой женщины?

Я набрал маме. Она шлялась где-то чёрт знает где и ещё не знала, что «ребёнка» украли. Я быстро ввёл её в курс дела, не делясь подозрениями, чтобы моя родительница не поехала выяснять причастность училки самостоятельно, и попросил номер, с которого Эля ей набирала, когда жаловалась на меня. Получив нужное, я тут же позвонил Эльвире Владимировне. Что у неё спрашивать, я не придумал – торопился, но, думаю, как-нибудь диалог вытащу.

– Да? – немного недовольный голос Эли протянул в телефоне.

– Эльвира Владимировна? – уточнил я, скорее чтобы настроится на разговор.

– Александр? – училка узнала меня по голосу. Это подозрительно… Или удивительно… Пока не решил. – Ты время видел?

– Видел, – кивнул я. – А знаете, что я не видел? Ангелину. Не подскажете, где я могу её отыскать?

– Не подскажу, – сухо ответила Эля. – И вообще, не звони людям в такой поздний час.

– Почему же? – ярешил надавить. – А вдруг я всё обдумал и согласился на ваши требования? Когда как не ночью это обсуждать?

– Трестин, – прозвучало так, будто училка выругалась моей фамилией, – поезд ушёл. Надо было соглашаться тогда, в кабинете, а не угрожать мне расправой. Сейчас у меня есть кем занять койку.

– Дайте угадаю, – фыркнул я в телефон, выйдя из комнаты, – Ангелиной Русаковой?

Женщина в ответ бросила трубку. Удивительно, как легко с ней общаться по телефону. Да, она не сказала, что Геля у неё, но немо подтвердила это. Осталось узнать, где училка обитает. Вот только, как? По идее, в школе должен быть её адрес, но кто даст мне такую информацию ещё и ночью с пятницы на субботу? Ну, буду «очень-очень» спрашивать.

– Куда ты? Ты время видел? – из своей комнаты выглянула Марго, пронзительно глядя на то, как я обуваюсь.

– Искать розовую дрянь, – рыкнул я, всё больше злясь на ситуацию и настраиваясь на продуктивный разговор со школьным сторожем.

Не дождавшись ответа Маргоши, я выскочил из дома, натягивая на голову капюшон. Сильно лицо это не скроет, но даст мне хотя бы надежду, что меня если и узнают, то сильно позже. Хотел вызвать такси, но передумал – я ожидать машину буду дольше, чем до школы бежать. Пока занимался пробежкой, набрал Ире. Всё же она староста, может и знает чего про адрес Эли? Позвонил, выслушал уже по которому кругу, что я не смотрю на время (Чё они возмущаются? Час ночи всего…), потом послушал, как надо Элю трахать, а уже рядом с воротами школы узнал, что зря звонил. Не знает Ира, где живёт училка.

Забежав на крыльцо дёрнул дверь и, ожидаемо, не смог её открыть. Закрыто. Начал барабанить по дверному косяку, привлекая внимание сторожа, который, поди, храпака давит в своей каморке. Спустя минут пять с той стороны действительно показалось заспанное лицо мужичка в возрасте. Спросонья он мне даже дверь открыл.

– Чаво те надобно? – зевнув спросил сторож. – Потерял чего?

– Одноклассницу потерял, – кивнул я. – Нужно адресок один найти.

– Не положено, пацан, – покачал головой дядя. – Иди спать, время то не детское.

– Без тебя разберусь, какое время, – рыкнул я, согнав все остатки сна с мужичка. Тот даже к дубинке, прикреплённой к поясу, потянулся.

– Пацан, вали, говорю, или я тебе вот этой дурой по жопе пройдусь, а потом мусоров вызову, – охранник помахал перед моим носом своим оружием.

– Дядь, дай мне пять минут, и я свалю сам, – я отступать не собирался, но сделал полшага назад. Мужик передо мной, видимо, решил, что я напугался – даже дубинку свою опустил и чутка расслабился.

– Не положено, – отрезал сторож и начал закрывать дверь.

Я рванул к мужику, одним ударом в челюсть повалив его, после чего ударил его в висок. Если с силой переборщить, то и убить можно, но я бил легонько, так, чтобы отправить старичка ещё поспать. Оставив тело (я проверил, он живой) на полу, я рванул к вахте, где схватил ключи от кабинета директора и побежал на нужный этаж. Минуту спустя я повернул ключ в замке, глядя на светящийся датчик сигналки. Его с вахты не выключить, только таблеткой, которую хрыч у себя носит. Надо придумать путь отхода…

Сигналка верещала так, словно школу бомбили, а я же рылся в шкафах директора, разыскивая папку с личными делами учителей. Чтобы запутать следы раскидал по полу ещё папки с учебными планами и журналы (которые вообще-то должны быть в учительской, но директор частенько забирает их себе). Так, а вот и Эльвира Владимировна. Двадцать четыре года, не замужем, бла-бла-бла. Контактные данные. Так, телефон вроде похож на тот, который я набирал. Будем надеяться, что и адрес указан верный. С этой станется написать левый.

Сфотографировал страницу, засунул всё обратно в папку и бросил на стол. Всё равно поймут, что я её трогал, так зачем показывать, что именно это я и искал? Ещё следом поедут, а оно мне надо? Выскочил из кабинета директора, оставив дверь нараспашку, после чего спустился на этаж ниже и прислушался. Вроде мигалок не слышно, хотя поди разбери что, когда сигнализация завывает. Ладно, всё равно уходить собирался не через главный вход. Пробежался до коридора, в котором был тупичок, ведущий в архив. Окно в этом тупичке выглядывало на козырёк над складским помещением. Тут в столовую продукты привозили и складировали. Что хорошо, решётки с той стороны не было, так что мне нужно было просто открыть окно и выскочить, а там спуститься, свесившись с козырька. Делов-то.

Вот только, ожидал меня один сюрприз, пырящий в меня через это самое окно. Нет, не дядя полицейский, слава богу, хотя ещё пойми, что лучше: он, или морда Мей-Мей, нехорошо так скалящаяся. Я сначала хотел развернуться и бежать ко входу, но на полпути передумал и ускорился. Думал выбить ударом окно к чёртовой матери, но лисица просто открыла его с той стороны, из-за чего я вывалился и чуть не навернулся с козырька. Едва моё тело перестало катиться к краю, как меня схватили за шиворот, и я почувствовал, что куда-то лечу. Мгновение спустя мои конечности встретились с землёй, и я снова чуть не укатился.

– Кролик решил обидеть лисичку? – сладковато пропела Мей-Мей, за шиворот поднимая меня с земли и поставив на ноги. – А я хотела поиграть по-хорошему.

– Слушай, не до тебя сейчас, – отмахнулся я, выкручиваясь из хватки лисицы. – Если помочь нечем, то вали домой. Потом поиграем.

– Как это нечем? – возмутилась Мей-Мей. – А камеры кто выключил? А сигнал в полицию кто перехватил? Это, по-твоему, не помощь?

– Пошли, – я схватил девушку за руку и потянул подальше от школы. – Обсудим потом. Сейчас некогда.

Пока мы бежали поближе к дороге, я заказывал такси до нужного места, попутно объясняя Мей-Мей, почему я драпал в час ночи из школы. Девушка, услышав о моих сегодняшних приключениях, пришла в лютый восторг и вскоре сама тащила меня к машине, которая ещё не приехала. Жаль, я её энтузиазм не разделял.

Я понятия не имел, что можно ждать от Эли. Училка уже похитила школьницу, как выяснилось, близкую подругу, и я не был уверен, для какой цели. Может просто решила приютить Гелю, пока она в бегах, а может мотивы Эльвиры Владимировны куда менее благородные. Эта неуверенность и побуждает меня действовать самостояельно здесь и сейчас, а не ждать чуда и восхода солнца. В конце концов, на кону, возможно, жизнь Ангелины.

Впрочем, совсем всё я на себя не взваливал. Маме вот в двух словах рассказал про случившееся, а пока ждал такси, ещё и бате голосовой записал. Получилось, правда, сумбурно, но мой старик разберётся. Причём ему я вообще всё рассказал, а отличие от мамы. Мать моя склонна рубить с плеча, но батёк у меня более рассудительный и сначала переварит всю информацию, прежде чем идти бить лица. Да, мой папа тоже не брезгует пускать в ход свои весомые аргументы – это у нас семейное. Точнее, вот такие пируэты крутить, которые одинаково эффективно валят и ребят моей комплекции, и шкафы наподобие Кирилла, меня обучали оба предка. Причём мама именно горела идеей научить меня не просто постоять за себя, а бить наверняка, а вот папа больше относился к этому как к физической подготовке, что не помешало ему обучить меня борьбе с противниками сильно крупнее меня. Ага, золото, а не родители… Ещё бы не развелись – цены бы им не было.

Наконец приехала машина такси. Мы с Мей залетели на задние сиденья и в один голос потребовали поскорее гнать в пункт назначения. Бедный таксист даже побледнел, решив, видимо, что за нами погоня, и его втянули в какие-то криминальные разборки.

Машина тронулась, и я уставился в окно, с тревогой наблюдая за жизнью ночного города. Из спальных районов мы выехали быстро, и улицы стали прибавлять в огнях и снующих людях. Чем ближе к центру, тем больше людей. Машин тоже прибавилось, и мы даже умудрились попасть в небольшую пробку из-за двух бухих оленей, зацепивших друг друга на перекрёстке. Про себя я подумал, что тут двойное лишение прав, краем глаза уловив движение с соседнего места.

Я поздно заметил, что в белой шевелюре Мей появились лисьи ушки, и девушка уже скинула на сиденье свою толстовку, подёргивая в нетерпении свой обтягивающий топ… или как эта лента называется, которая чисто вокруг груди стягивается, причём совершенно не пряча два острых бугорка, выпирающих из-под белой ткани. Стоило мне повернуться, чтобы хоть как-то отреагировать, как Лисица оказалась верхом на мне, потираясь своей задницей (пока что в спортивных штанах, но влага между ног намекала, что и их скоро не будет) о мои бёдра.

– Мей, а таксист? – я попытался оттолкнуть девушку не жалея сил, но легче было машину на руках понести, чем спихнуть с себя лисицу в крайней стадии охуения.

В глазах девушки больше не плескалось ни единого зачатка на разум, лишь озорство, смешанное с охотничьим инстинктом. Девушка, показавшая себя толковым хакером, превратилась в зверя, движимого базовыми желанием размножения. Я бросил взгляд на зеркало заднего вида, в котором отражался водитель: таксист в упор не замечал, что творится у него на заднем сиденье.

С одной стороны, немного сбросить напряжение и, чего греха таить, расслабиться мне бы не повредило, но я серьёзно опасался, что после секса с Мей-Мей меня самого придётся искать, причём по маленьким кусочкам. К тому же, я был готов бить лица, женские лица, и лисица со своими заигрываниями больше злила, чем возбуждала, так что я недолго думая влепил Мей звонкую пощёчину. Это, к моему удивлению, помогло, и девушка свалилась с моих колен, потирая покрасневшую щёку.

– Сначала найдём Гелю, а потом уже будем дурака валять, – рыкнул я в ответ на обиженный и сердитый взгляд Мей. Та в ответ надулась, уселась на своё место и демонстративно отвернулась, скрестив руки на своей груди.

Последний раз окинув лисицу взглядом, я вновь уставился в окно. Даже задуматься не успел, как увидел в отражении что-то смазанное, после чего меня прижало женским телом к двери машины, а кое-чьи загребущие ручки вцепились в меня, причём одна вцепилась прямо мне в пах, пробежав по ткани джинс коготками, после чего нырнула под ремень прямо в мои трусы. От такой наглости я охренел и двинул локтем примерно назад, что никого не остановило. Наоборот, рука Мей вцепилась в мой член с какой-то ненормальной силой, что я аж начал прощаться со своей репродуктивной функцией. Вторая рука девушки тоже без дела не сидела – она ухватилась за ворот моей майки и потянула его вниз, разрывая несчастный объект одежды.

– Лисичка хочет крольчатины, – горячий шёпот ударил в моё ухо, после чего я услышал ещё раз, как трещит ткань, но не моей одежды.

Краем глаза я увидел, как белая тряпочка, некогда прикрывающая грудь своей хозяйки, упала на подушку водительского кресла (что тоже осталось без внимания со стороны таксиста). Мей прижалась грудью к моей спине и принялась работать ручкой в моих штанах, периодически царапая мой член. Беда была в том, что девушка хотела не просто вздрочнуть мне, а полноценно трахнуть, но в таком положении ей что-либо светило бы только в том случае, будь у неё член. Оного, слава богу, у Мей не было, поэтому за свою задницу я пока был спокоен. Тут и так был нехилый риск остаться без причиндал.

– Сейчас я разверну тебя и сниму всё, что мешает спариванию, – вновь зашептала лисица. – А ты будешь покорным кроликом и дашь лисичке всё, что нужно для потомства.

– А потом никак? – уточнил я.

– Я не работаю в долг, Кролик, – у нормальных людей за спрос не бьют, а вот у лисиц, видимо, за спрос кусают за уши. Сука, аж до крови прикусила, спасибо хоть, что без языка.

Я кивнул, насколько позволяло пространство, после чего чудовищное давление на мою спину припало. Когда я повернулся, Мей уже стягивала свои штаны, демонстрируя трусики с очень высокой талией. Точнее, небольшой, насквозь мокрый, белый треугольник, который едва закрывал пушок на лобке девушки, с длинными лямками, удерживающими трусы чуть ниже низа рёбер. Едва увидев, как штаны Мей достигли её коленей, я тут же навалился на девушку, отодвинул пальцами в сторону трусики и положил поверх её мокрой киски свой член. Отбиваться лисица не стала, хоть я и видел, что с зафиксированными ногами ей не удобно. Пускай остаётся немного обездвиженной, зато мне не надо ждать ударов ногами в спину.

Я коснулся половых губ девушки, после чего засунул пальцы в девичьей смазке Мей в рот. Лисица тут же принялась обсасывать их, громко причмокивая, а я тем временем направил второй рукой мой член в киску девушки и протолкнул его внутрь.

Мей была близка к тому, чтобы убить меня. Не от злобы или голода (или чем там кумихо руководствуются), а в порыве страсти. Мне пришлось снять байку и остатки майки, чтобы девушка не пустила их на лоскуты. Орала она дай боже, особенно когда бурно кончала, но упорно двигала бёдрами дальше, доводя до кульминации уже меня раз за разом. Вся сперма заливалась непосредственно в киску девушки, ни капли не пролилось, но Мей было всё мало. В какой-то момент я решил прекратить, тем более, что машина уже остановилась и таксист просто пялился в лобовое стекло, ожидая хрен пойми чего. Мей с моими попытками вытащить член была категорически не согласна и прижималась ко мне со всей своей дикой яростью, царапала мне спину и оставляла весьма болезненные засосы на моих шее, ключице и плечах. Зафиксированные ноги девушке не мешали от слова совсем, и тогда мне пришлось пойти на крайние меры.

Пока одной рукой я ласкал грудь лисицы, второй я нащупал крошечное отверстие между двух булочек девушки, настойчиво протолкнув внутрь палец. Это, казалось, даже помогло, и Мей выпустила наконец мой член из плена своего лона, откуда тут же стала вытекать моя сперма. Поняв, что она теряет семя, лисица тут же поправила свои трусики, закрыв протечку, что не сильно помогло, и ткань теперь насквозь промокла не только собственной смазкой Мей, но и моей спермой.

– На пока прервёмся, – лисица приподнялась и оставила на мне очередной засос. – Но только на пока.

– Надеюсь, ты на таблетках, – вымученно уточнил я, охреневая от того, сколько в моих яйцах спермы.

– Я хочу лисят, – беззаботности Мей можно было позавидовать.

– А я не хочу, – отрезал я, внутри холодея от ужаса осознания, что очень вероятно скоро мне предъявят за алименты.

Мей в ответ загадочно улыбнулась, пряча свои звериные внешние признаки. Я посмотрел на дом, в котором по бумагам жила Эля. М-да, не вершина элиты, но очень близко к ней. Многоэтажка, этажей на тридцать, казалось, целиком состоит из стекла, точнее, из зеркал. Если бы я не видел отблески света в квартирах, я бы вообще не увидел этот дом в темноте.

Дверь в подъезд мы благополучно прошли (Мей ввела какой-то мудрёный пароль) и встретились с мужичком в форменном пальто и фуражке. Швейцар, мать его. Бедолага стоял под кондиционером, но я всё равно видел, что ему хорошо так припекает. Видимо, летнюю форму человеку, от которого требуется сутки стоять на месте, не положено. Сука, приелось после школьного сторожа…

– Доброй ночи, господа, – швейцар отсалютовал, умудрившись стряхнуть с усов капельку пота. – Вы к кому?

– К Шварталовой, – ответил я, уже готовясь дать очередному охраннику на своём пути в табло. Ясное дело, не пустит.

– Подождите немного, я вызову вам лифт, – вопреки логике и здравому смыслу мужик достал из кармана пластиковую карту и приложил её к панели лифта. Странно, что бахилы не выдал. – Пожалуйста, Эльвира Владимировна ожидает.

Я вошёл в распахнувшийся лифт, отделанный богаче, чем весь ремонт в моей берлоге, и практически бесшумно поехал наверх. Кнопок на панели не было, только панель для карты. Проехав этажей десять, я вдруг понял, что лисица куда-то испарилась. Зашли мы в подъезд вдвоём, а еду я сейчас один. Когда наконец лифт остановился, громко цокнув напоследок, я вышел в коридор, отделанный деревом и плиткой. Двери было всего три, благо, рядом с двумя были номера квартир. Я подошёл к нужной и нажал на звонок, глядя на пустой экранчик рядом.

Ожидать долго не пришлось – секунд пять всего, и дверь открылась, явив мне училку в лёгком почти распахнутом, халатике, под которым, надеюсь, хотя бы трусы были. Лицо у Эли было хитрющим и немного покрасневшим, видимо, от вина, запах которого обдал меня. Женщина неуклюже ухватила меня за ворот и втянула меня в квартиру, опасаясь, наверное, что я убегу.

– Долго же ты, – дверь за моей спиной закрылась, и училка прильнула своими губами к моим. – Мы тут уже изнемогаем.

– Мы? – переспросил я, едва оторвав женщину от поцелуя. – То есть Геля у тебя?

– Да что ты заладил со своей Гелей? – возмутилась Эля, приспустив свой халатик с плеч, обнажив опасно много своей груди. – Пить будешь? Или сразу в спальню?

– В хуяльню! – выругался я. – Где Ангелина?

Таки сорвался на крик, точнее, на нечто среднее между сиплым рыком и боевым писком. Нервы совсем сдали. У меня, блять, маленькая девочка пропала, а эта дылда со своими сиськами пристаёт. Мы, конечно, не в Питере живём, но и в Москве ушлых козлов хватает.

От матерной тирады меня отвлекло движение в глубине квартиры. Кто-то маленький хотел подкрасться, но споткнулся и уронил, судя по звукам, пол дома. Вместо матов я услышал только шипение, будто кто-то пытался объяснить всему, что упало, что вести себя надо потише. Моя дедукция сразу подкинула образ маленькой Ангелины, сидяшей на коленках перед грудой хлама и поясняющей ей за косяки.

– Слышал? – хмыкнула Эля, притянув меня к себе и вдавив в свою уже совсем оголившуюся грудь. – Тут твоя Ангелина.

– А сразу сказать не могла, что она тут? – возмутился я в грудь женщины, вызвав у той довольный вздох.

– А где ей ещё быть? – искренне удивилась Эля.

– У меня, например? – предложил я, пытаясь выбраться из сисечного плена.

Судя по всему, я парами вина надышался, так как получалось вяло и практически нехотя. Я вообще сюда лица пришёл бить, а не в женской груди лицом купаться. Даже выходки Мей только больше настроили на насилие, нежели на разврат. Сейчас же я едва мог сопротивляться обычной слабой женщине – видимо, выгорел со всем этим нервяком.

– Спать в комнате с неизвестным парнем на раскладушке по-твоему лучше, чем у меня в отдельной комнате в мягкой кроватке? – Эля даже как-то и не пыталась меня удержать у своей груди, постанывая от моих попыток выбраться – Ох, Саша, больше внимания соскам, умоляю.

Я замер. Не от ахуя или чего-то подобного, просто пытался мыслить рационально. Точнее, мне бы как-нибудь пристыдить эту горе-училку за её фокусы, но пока что получалось больше что я её хвалю.

– По крайней мере я не заставляю тебя бегать по всему городу и искать её, – я наконец отстранился от Эли, которая не теряла времени и уже до колен приспустила трусики.

– Зато теперь ты её нашёл, герой, – победно улыбнулась женщина, и я уже совсем понял, что снова попался на манипуляцию. Эля сделала всё, чтобы я приехал к ней домой, на её территорию. Даже после звонка, когда я подумал, что раскусил её, женщина просто водила меня за нос. – А теперь пора получать награду за свой героизм.

– Эльвира Владимировна, – прошипел я, желая побольнее укусить эту стерву, – я не геройствую из-за награды. Я просто неравнодушный человек. Верни девочку, и мы мирно разойдёмся.

Я был готов наброситься на Элю с кулаками, я уже представил, как ломаю ей её довольное лицо, даже первый шаг для замаха сделал, но мне в спину вцепилось крошечное лёгкое тельце. Геля прижалась всей Гелей ко мне, зарывшись своим лицом мне в плечо. Казалось, ещё немного, и она либо расплачется, либо начнёт мурлыкать аки кошка весной. В пользу второго говорило то, что Ангелина тоже была скорее раздетой, чем одетой. Бельё девушки было немного скромнее, чем бельё училки, но простора для фантазии тоже не оставляло. Когда я отцепил зазнобу от себя, я вдруг обнаружил, что могу рассмотреть каждую татуировку на её худом теле, каждую выпуклость или впадину, каждую выступающую косточку.

– Пойдём в спальню, – мяукнула Геля, с мольбой глядя на меня красноватыми глазами. Вином, к слову, и от неё хорошо пахло. В смысле сильно.

– Ты её ещё и спаиваешь? – я с укором посмотрел на Элю.

– Уж лучше с родной сестрой, чем не пойми с кем, – фыркнула женщина, схватив меня за руку и утянув в полумрак своей квартиры.

Глава 14

Жили-были, не тужили две сестрички. Старшая была оторвой с от такой короной, что аж в дверные проёмы приседая приходилось заходить, младшая же была попроще, но тоже той ещё стервой. Были у них, естественно, родители. Тоже жили-были, но без «не тужили». Глава семейства любил приложиться к бутылке и заглядывался на свою старшую дочь, а мать семейства ходила налево, откуда, судя по тесту ДНК, принесла младшую. Или нет. Никто из сестёр этот ДНК-тест в глаза не видел.

Встал однажды между отцом и матерью злобный шейх, возжелавший мать сестёр себе в жёны. Вопрос особо не стоял, поэтому мать с отцом быстро развелась, забрав себе большую часть нажитого и старшую дочку в придачу, оставив отца с его бутылками и младшей дочерью (которую тот считал своей).

Разлука не стала испытанием для сестёр, а лишь сдружила их. Девочки постоянно убегали друг к дружке, веселились вместе на средства злобного шейха, да радовались, что у них всё так хорошо. Даже разница в восемь лет не могла разделить сестёр… Не могла, пока старшая не уехала учиться.

– А дальше тебе моя мелкая всё рассказала, – Эля подлила мне в бокал вина и пододвинула тарелку с заплесневевшим сыром. – Только, видимо, опустила тот момент, что мы родственницы.

Я на протяжении всего рассказа старался не убить себя ударом в лицо. Я кое-что, конечно, приукрасил, потому что звучало, как настоящая сказка, и тот самый злобный шейх (с маленькой вялой писькой, как сказала Эля, которая, с её же слов, часто виделась с этой маленькой вялой писькой) вряд ли был даже арабом, не то, что шейхом. Скорее всего, какой-нибудь недобитый вор в законе, неплохо наварившийся в восьмидесятое-девяностые, но не суть. В любом случае, звучала история настолько сюрреалистично, что даже казалось правдивой.

– Дя-я, опустила-а, – пьяно протянула Геля, агрессивно обтирая моё плечо своей головой, как настоящая кошка.

Ручки, к слову, у этой кошки боролись с ножками её сестры, сидящей прямо напротив меня, и всё бы, сука, ничего, но дрались они буквально на моём члене. Просто обе сестры были в той кондиции, когда хочется иметь контакт с чем-нибудь продолговатым и фаллической формы, а тут как раз парень по глупости на пьянку заскочил. Эля хотела ножками гладить меня под столом, а Геля хотела всего и сразу, и ноги её сестры ей конкретно так мешали. Я же сначала пытался бороться с ними, чтобы сохранить свои яйца в целости, но мне быстро дали понять, что моё вмешательство не приветствуется.

«Эй, детёныш, куда пропал? Нашёл потеряшку?»

О, папа написал. Волнуется, наверное. Или долг отцовский выполняет.

«Нашёл… на свою голову»

«На голову, или головку?»

Юмор у моего предка был всё так же на высоте. Он бы в этой пьяной компашке как родной был.

«Пока не знаю. Меня тут поят и сиськами по лицу водят»

«Хвастается он :-< Катана в ножнах хоть?»

«Чё?»

«Гондоны есть?»

«Да пишет тут один…»

Что мой бательник ответил, я не узнал. Эля, вспомнив, что она учительница, вырвала из моих рук телефон, усилив нажим своими ножками. Геля тоже не отставала и уже сидела не сбоку от меня, а прямо на мне, одновременно расстёгивая лифчик и сражаясь с ногами сестры. Судя по улыбкам, девушки были в восторге от игры. Ну да, это же не им будет очень больно, если хоть один удар мимо прилетит.

– Ты не могла позвонить? – я с обвинением кинул Ангелине. – Написать? Хоть бы как предупредить? Я, блять, отправил в нокаут школьного сторожа и разгромил кабинет директора, чтобы тебя найти.

– Она у меня телефон забрала, – пожаловалась Геля, с громким шлепком ударив по ступне Элю.

– Да ты на нём только порно смотрела, – отмахнулась училка.

– И снимала! – воскликнула Ангелина, скинув наконец лифчик и принявшись за следующую задачу – стянуть с меня штаны.

– Тебе со своими видео до порно как до луны, – парировала Эльвира.

– Подписчикам нравилось! – возмутилась мелкая.

– Ага, только не то, что снимаешь ты, – рассмеялась Эля. – Вот я сегодня собираюсь впервые за два года нормально потрахаться. А ты что? Будешь ждать своего чудо-вторника?

– А вот возьму и… – Геля замолчала, задумавшись. Судя по тому, как девушка тёрлась своей задницей о мои ноги, склонялась она отнюдь не к воздержанию. – А я стрим запущу! Буду показывать свои дрочерам, как надо ебаться!

Судя по всему, Элю это должно было напугать. Как выяснится позже, сильно позже, Эльвира настолько бесстрашная, что даже моя мама нервно закурит, когда Эля рядом пройдёт. Но сейчас я этого ещё не знаю, и надеюсь зацепиться за возможность свинтить от этого дуэта бухих женщин. Мои принципы запрещают мне лезть к нетрезвым тётям.

Эля снисходительно улыбнулась Геле, поправив свой халат. Ну как поправив… Два тёмных соска как на меня смотрело, так и продолжило смотреть. Геля взгляд сестры не оценила, видимо, поняв его посыл, поэтому драка на моих яйцах возобновилась, периодически сменяясь словесными перепалками в духе «Я первая нашла» – «А я первая украла». Обе женщины к тому же всё больше надирались вином, и в этой битве Геля конкретно проигрывала. Проигрывала настолько, что бельё с себя тупо срывала, не найдя застёжку на трусах (а она искала, очень упорно искала).

Десять минут спустя Ангелина проиграла совсем, свалившись с моих коленей на диван, а после и под диван, где, судя по звукам, начала исторгать из себя излишки вина. Эля, стоило Ангелине выбыть из гонки, ноги убрала и теперь с надменным видом, типа огромное одолжение делает, потягивала вино из бокала, скинув окончательно халат.

– Многие школьники желают отыметь свою учительницу, – бросила она мне между глотками.

– Я – не многие, – возразил я, скривившись от того, как плохо это звучало. – Мне бы одну девушку отыметь, и той здесь нет.

– Наслышана, – кивнула Эля. – Не знала, что Кроули такая… аристократка. Брак сразу после школы. Какая пошлость.

– Согласен, – вздохнул я. На мгновение захотелось выпить, но я гнал это желание, продиктованное атмосферой, нежели реальной необходимостью.

– Думаешь соскочить? – заметила мои внутренние терзания училка. – Напрасно. Ключа от двери сегодня нет. Она откроется только утром, когда придёт горничная.

– Богато живёшь, – с толикой зависти присвистнул я.

– Не думай об этом, – отмахнулась Эля. – Арина работает в этом здании и убирается во всех квартирах. Где-то по графику, где-то, когда позовут. И нет, местные жители никогда к девочке не приставали – считают это выше своего достоинства.

– Ниже? – поправил я.

– Как угодно, – фыркнула женщина. – Здесь живут те, кто не может позволить себе жить по-настоящему богато, но иметь иллюзию роскоши хочет.

– И что тогда тебя здесь держит? – я вспомнил ту кучу бабла, которой училка пыталась меня купить.

– Она, – Эля кивнула на тело, блюющее под столом. – Я бы уехала жить куда-нибудь в Испанию, на собственную виллу с видом на море. Но бросать свою сестру я не хочу.

– Не то, чтобы её тут что-то держало, – заметил я.

– Образование, незнание языка, привязанность к родителям, – стала загибать пальцы Эля. – На самом деле, Ангелину держит тут многое. Теперь, – захмелевший взгляд мазнул по мне, – появилась ещё одна причина.

– Не думаю, что последнее дотянет до Гелиного выпуска, – вздохнул я. – В конце концов, я доживаю последние дни в этой школе.

– Я надеюсь на это, – кивнула училка и грустно посмотрела на меня. – Без обид, Саш, ты неплохой парень, даже хороший, слишком хороший для этой недозвезды. Даже Кроули тебе не пара. Опять же, без обид. Ты сам понимаешь это. Вспомни свою увлекательную жизнь школьного аутсайдера. Все вокруг зациклены на себе, а ты… стелешься под каждого, на всякий случай демонстрируя зубы. И это не мешает всем вокруг пользоваться тобой.

– Ты ведь такая же, – хмыкнул я. – Тоже хочешь мной воспользоваться.

– Раз моя сестра может, то чем я хуже? – философски пожала плечами Эля. На самом деле, философии тут не было: Геля была в критической ситуации, когда я решил ей помочь. – Думаешь, что помог принцессе в беде? – эта ведьма читает мысли! – А может, твоя помощь привела принцессу к беде?

– Может быть, – немного помедлив кивнул я. – Но первопричиной беды стала ты. Твой донат, твой звонок, твоя машина.

– Я следовала своему плану – присматривала за своей глупой младшей сестрой, – возразила Эля. – Думаешь, возжелал бы наш биологический отец свою младшую несовершеннолетнюю дочь, не будь предпосылок? Я их видела и оберегала Ангелину от всего. Теперь она будет жить со мной, может быть, поступит на актёрство, мозгов наберётся. А ты просто сыграл свою роль.

– И по логике я больше не нужен? – я встал из-за стола и двинулся к выходу, аккуратно перешагнув через сопящую Гелю.

– Погоди, твоя сцена ещё не окончена, – Эля встала следом и с грацией обнюхавшейся валерьянкой кошки ухватилась за мою руку.

Утро было далеко от доброго. Всё же сказывалось то, что я вёл жизнь трезвенника, поэтому солнце, освещавшее спальню Эли через огромные окна, казалось лазером, выжигающим мои глаза. Я нехотя поднялся с кровати, скинув с себя руки Эльвиры и Ангелины, придирчиво осмотрел весь бардак, который мы устроили ночью, и потопал в душ.

Секс с училкой был каким-то невыразительным, даже скучным. Ни тебе безумия, присущего Ире, ни азарта Мей, ни страсти Гели, которая хотела влезть в процесс, но была настолько пьяной, что только видео снять и смогла, и то, отрубившись в процессе. Эля не сильно заботилась о мне и моих ощущениях, извиваясь на моём члене так, чтобы самой ловить кайф. Короче, возможно, будь училка трезвой, быть может мне секс и понравился бы.

Помывшись после ночных похождений, я шустро оделся и покинул квартиру Эли. Вопреки её словам, дверь легко открылась, а ведь горничной я в квартире не обнаружил. Ну и чёрт с ней. Гештальт (каким бы он не был) закрыт, у меня суббота – выходной, и я могу провести его так, как захочу.

Стоя в коридоре, я вызвал лифт и ждал. Долгую минуту спустя двери распахнулись, и я увидел воочию ту самую горничную, выкатывавшую тележку с уборочным инвентарём из кабины. Сама по себе девушка была вполне красива, я бы даже сказал, что в моём вкусе. Тёмно-каштановые волосы, сзади заплетённые в высокий хвост, на солнце казались тёмно-красными. Один локон, выбившийся из чёлки, падал на лицо девушки, прикрывая линию изящных тонких бровей, под которыми располагались два больших болотно-зелёных глаза, подведённые чёрной тушью. Тонкий, аккуратный нос, немного пухловатые розовые губы, подведённые бесцветным лаком. То ли румяна, то ли свет от солнца подчёркивал бледные веснушки, рассыпавшиеся по переносице и скулам. Приятные черты лица портило его выражение, вероятно, похожее на моё – недовольство.

Девушка прокатила тележку мимо, изучая моё лицо, после чего двинулась в сторону Элиной квартиры, пробубнив недовольное «Ну и проститутки пошли». Сзади она смотрелась тоже очень недурно, хоть и этот вычурный наряд горничной-стриптизёрши ей не сильно шёл. Особенно долго я изучал её тонкую шею – почему-то мне казалось, что красивее линию позвоночника, проглядывающую из-под кожи, я ещё не видел. В конце концов, я художник, так что не на одни сиськи-письки мне залипать. В теле женщины каждая линия может быть произведением искусства.

– Хватит пялиться на мою задницу! – рыкнула девушка, почувствовав на себе мой взгляд. – Не для шлюх цвету.

– В таком случае юбку ещё короче надень – вдруг кто не поймёт, что ты недотрога, – проворчал я, мазнув взглядом и по предмету обсуждения. Задница как задница. Видал и похуже, и получше.

– Слушай сюда, умник, – девушка сорвалась с места и рванула ко мне, – я ношу это не от хорошей жизни. Универ, знаешь ли, денег стоит. Хотя тебе, мальчику по вызову, этого не понять.

– В школе расскажешь, – я едва успел просунуть ногу между закрывающимися створками лифта. – Я не торгую натурой по крайней мере. А ещё гопницы меня не интересуют, так что выбери модель поведения поинтереснее. Покорность, в тему твоему наряду, очень бы зашла.

– Мечтай, – фыркнула горничная. – Я себя не на помойке нашла, чтобы ноги перед богатыми тварями раздвигать.

Продолжать бессмысленную перепалку я не видел смысла. Один шаг в лифт, и я уже покинул и Элю с её золотой клеткой, и эту вспыльчивую девицу. Перепалка в коридоре до боли напомнила мне наши разговоры с Линой, отозвавшись покалыванием в груди. Я снова вернулся к проблеме, которую был не в состоянии решить. Где я, а где брак вампиров. Лина говорит, что всё под контролем. Хочется верить, правда, но я прекрасно понимаю, что вместе нам быть не светит, даже если я смогу каким-то чудом стать крутым монстер-хантером, обожравшись чудесных яблок Лизы.

Желая отвлечься, написал рыжуле сообщение. Не объяснял свои переживания, просто напросился в гости. Тревожно мне почему-то за Лизку. Она, конечно, не обязана мне во всём отчитываться, но я не видел её с дня рождения Лины. Не пришиб бы кто эту маленькую дриаду.

Что удивительно, Лиза ответила мне сразу же. Никаких «зачем» и «почему», просто лаконичное «жду». Ну я и поехал. По пути заехал в магазин, не с пустыми же руками идти, долго выбирал тортики и пирожки, а потом увидел мешок с грунтом и задумался. С одной стороны, да, Лизка же дерево, так что ей куда питательнее будет земельки притащить, а с другой стороны не будет ли это неуважением или даже расизмом.

Но всё же взял грунт. И тортик взял. И пачку презервативов. Подготовился ко всему, даже к неожиданному сексу. Хотя, Лиза – дриада, дерево то бишь, так что по идее у нас с ней вообще потомства быть не может. Да и не планирую я с ней спать. Сегодня по крайней мере. Однако, ночной опыт подсказывал, что женщин моё мнение не сильно интересует. Мей даже околдовала таксиста, что он в упор не замечал, что мы трахаемся в метре от него.

Когда дверь открылась, я увидел лучезарно улыбающуюся Лизу, которая разве что не прыгала от радости. Эмоции девушки были такими искренними, что я не устоял и, как только мои руки освободились, я обнял девушку. Чёрт возьми, я скучал по обычной девичьей улыбке в свой адрес. Остальные девушки если и улыбались мне, то натянуто и вымучено, скрывая под улыбкой свои тёмные планы, а некоторые не улыбались мне вовсе.

Лиза сначала попыталась вырваться, а потом обхватила меня руками и ногами, прижавшись своим крошечным телом ко мне. И вот эту милоту Лина хотела использовать как плодоносное дерево? Мне стало тошно от самого себя, что я послушался её.

– Так, а что из этого мне? – Лиза повернулась к столу, на котором лежали мои дары.

– Всё, – я выпустил девушку из объятий и потрепал её по рыжей шевелюре. – Не знал, что тебе понравится, поэтому подстраховался.

– Спасибо, – рыжуля схватила тортик и не самый лёгкий мешок с грунтом и утянула их вглубь своей квартиры. – Ты разувайся, я тут пирог приготовила с яблочками.

Послушавшись девушку, я разулся и направился следом. Проходя мимо оранжереи с Елизаветой, огромным живым деревом, я заглянул внутрь, на всякий случай кивнув вышеупомянутой особе. Она несколько изменилась. Стала тоньше, что ли, ветвей стало меньше, зато прибавилось листвы. Казалось, что дерево начинает принимать форму женщины, по крайней мере проглядывался силуэт грудной клетки, талии и бёдер. К тому же, за стволом, у самых корней, что-то было. Чтобы разобрать, я вошёл в оранжерею и обошёл дерево. Там, у корней, было ещё одно деревце, куда больше походящее на сидящую в позе эмбриона девушку. Даже её кожа местами походила не на кору, а на настоящую человеческую кожу, а листья на её голове походили на полноценные волосы, местами медного, а местами зелёного цвета.

– Красивая, да? – Лиза подошла ко мне сзади и тоже стала рассматривать фигуру. – Это Лизавета. Мы создаём её как нашу защитницу… И хотим, чтобы она понравилась тебе. Нравится?

– Мне нравишься ты, Лиза, – хмыкнул я, немного смутившись размахом происходящего, – А значит, понравится и она.

Сама Лиза покраснела и стала мять подол своего сарафана, опустив глаза в пол. Я был с ней согласен. Создавать кого-то живого для меня – такого у меня ещё не было. Я не понимал, как вообще на это реагировать.

Рыжуля кончиками пальцев ухватилась за мою майку и потянула меня из оранжереи на кухню, где по кружкам уже был разлит ароматный чай, а по центру стола в большом блюде стоял тот самый пирог. Ловко разрезав его, продемонстрировав даже чересчур сочную начинку, Лиза подвинула тарелку мне и села рядом.

– Почему попросился так внезапно? – спросила девушка. Без наезда, без обиды – ей действительно было интересно.

– От тебя давно не было вестей, – начал я издалека, мысленно избивая самого себя. – А ещё… Помнишь, вампиршу, которая со мной к тебе приходила? Она…

– Хочет для тебя наши плоды? – как-то спокойно закончила за меня Лиза. – Плод бессмертия?

– Наверное его, – пожал я плечами. – У Лины сейчас… семейные проблемы, и она считает, что твои плоды могут всё поменять.

– Поняла, – девушка кивнула, после чего чуть склонила на бок голову, рассматривая меня. – А тебе самому наши плоды нужны?

– Не знаю, – покачал я головой, пробуя пирог. Никогда их не любил, но этот был божественным на вкус. – Я не хочу тебя использовать, Лиз.

– Почему? – девушка искренне удивилась, я даже немного обиды почуял.

– Потому что мне противна сама мысль о том, чтобы эксплуатировать другого человека, – я внимательно посмотрел на рыжулю, пытаясь понять, что именно её обидело.

– Но я ведь не человек, – поправила меня девушка. – Даже не дриада, а маленькая веточка дриады. Для меня будет в радость помогать тебе.

– Прямо в радость? – хмыкнул я. – С чего бы? Вроде я не делал для тебя чего-нибудь такого важного.

– Ошибаешься, – Лиза даже пальчиком пригрозила. – Ты помог нам больше, чем мы заслуживаем. Мы хотели убить тебя за помощь, и нам очень стыдно за это. Мы поможем.

Мне нравилось просто сидеть и болтать с Лизой. Как-то девушка умудрялась расположить к себе так, что спустя всего десять минут после того неловкого разговора я обсуждал с ней события прошедших двух недель. Лиза, конечно, краснела, когда я рассказывал про свои постельные похождения, но проявляла нешуточный интерес и сама спрашивала подробности. По логике последних дней, после такого диалог должен был перейти в горизонтальное положение, но не перешёл. Ни я, ни Лиза того не хотели, и мы оба это понимали и были довольны.

Полтора часа спустя я был вынужден распрощаться с милой рыжулей и направится домой. Мама что-то хотела, ещё и очень настойчиво спрашивала о моём местоположении, игнорируя все мои попытки послать её. Не хотел я палить перед настоящей охотницей место обитания дриады. Впрочем, я отошёл всего на два дома, когда рядом остановилась мамина машина. Видимо, меня отследили по телефону…

– Что за срочность? – я сел в машину.

– Кирилл, – бросила мама, нажимая на педаль газа, после чего решила-таки углубиться в детали: – Написал мне, что нашёл следы неучтённой дриады.

– Я ему ноги сломаю, – зло бросил я, понимая, что речь идёт о Лизе.

– Твоя подружка тут не при чём, – поспешила успокоить меня мама. – Я твоё деревце уже зарегистрировала как принадлежащую нашей семье.

– Звучит неправильно, – вздохнул я. Снова Лизу хотят взять в рабство.

– Дриады весьма опасные чудовища, Саш, – пояснила женщина. – И очень полезные, если их… одомашнить. Тебе очень повезло, что ты нашёл свою Лизу и додумался ей помочь. И да, девчонка уже знает, что принадлежит нам. Милая девчушка, и теперь она под нашей защитой.

– Когда ты успела? – я недоверчиво посмотрел на маму.

– Успела, пока ты с детьми возишься, – фыркнула она. – С Ангелиной всё хорошо?

– Думаю, не очень, – усмехнулся я, вспомнив состояние девушки ночью. Пришлось вкратце пересказывать маме мои ночные похождения. Наградой мне был взгляд, полный осуждения, особенно после упоминания событий в школе и в такси.

– Надеюсь, лисят я в ближайшее время нянчить не буду, – почти обругала меня мама.

– Так к чему ты сказала мне про Кирилла? – я решил быстро перевести тему. Самому страшно, если честно.

– Дикая дриада выбрала своим обиталищем пустырь напротив нашего дома, – пояснила мама. – Причём, она расширяла владения именно в сторону нас. Может почуяла Маргошу, может яблоки Лизоньки, может её приманил грядущий ведьмин шабаш… Меня больше тревожит, чтобы… – мама запнулась, взглянув на меня. – Стараюсь быть хорошей матерью.

Я мысленно присвистнул. Чтобы вот эта женщина так открыто говорила подобное – нонсенс. В пору спрашивать, кто она такая и куда дела мою мать. Впрочем, маму всегда окружал тонкий флёр тоски, усиливавшийся, когда я был рядом.

– У тебя не очень выходит, – ответил я. Да, нужно было, наверное, сказать, что ей удаётся, оценить старания, но… маму всегда интересует правда, поэтому её и говорю. – Но я ценю это. Правда.

– Воспитала на свою голову… – улыбнулась женщина. Не сидела бы за рулём, может быть обнял её, чтобы подкрепить искренность своих слов. В конце концов, мы оба с тяжёлыми характерами, кому как не нам ценить крошечные моменты потепления между нами?

Какое-то время ехали молча. Мама даже почти не нарушала правила, но пару раз ей таки пришлось показывать средний палец другим водителям. Я смотрел на всё это и ощущал какую-то наполненность внутри: эта женщина была сейчас такой настоящей, и это моя мама – та, кого я ещё неделю назад не надеялся увидеть в своей жизни. А она вот здесь, сидит рядом со мной, везёт меня домой, волнуется за меня (что мама так и не смогла озвучить, но я и так понял).

Дома нас встретила Марго. Судя по мешкам под глазами, суккуба всю ночь наблюдала за моей скучной и неинтересной жизнью, вопреки своим словам. Эта стерва даже к маме демонстративно полезла обниматься, а мне только кивнула и ушла в свою комнату. Всё ещё, блять, обижается. Ну и чёрт с ней.

Поставив новую корзину с Лизиными яблоками на кухне, я ушёл в свою комнату, и первое, что бросилось мне в глаза, это проклятый скетчбук, валяющийся на моей кровати. Как эта книжка умудряется путешествовать без моего участия остаётся загадкой, и я взял скетч в руки, повертел его, после чего сел за стол и взял карандаш.

Обдумать было много чего. И грядущий брак Лины, и похождения Гели, и граничащую с помешательством любовь к сестре Эли, и игрища Мей-Мей, и даже короткую перепалку с грубой и симпатичной горничной утром – всё это так или иначе отразилось на страницах альбома. Из всех рисунков у меня составлялась некая летопись последних двух недель, отправной точкой в которой стало появление в моей жизни сводной сестры.

Возможно, именно из-за суккубы всё и пошло так, как пошло, точнее, из-за её клятых феромонов. Хотя логика мне говорила, что не в этом дело, по крайней мере, не всюду. С Ирой мы бы и так переспали – староста задолбала бы меня так или иначе, с Линой тоже всё шло к близкой связи, Лизу я сам встретил и помог, да и не похоже, что ароматы суккубы хоть как на неё влияют. Геля – уже спорно. Нашей встрече скорее поспособствовали Ира и Лина, а не Марго, но и без неё не обошлось. Эля вообще обратила на меня внимание только из-за своей сестры. Мей-Мей ко мне прицепилась из-за того, что я потомственный охотник. Так подумать, Марго вообще не при чём. Её феромоны оказались скорее катализатором… нет, просто ускорили некоторые моменты.

К слову о демонице. Я так увлёкся мыслительным процессом и маранием бумаги, что проглядел, как Марго вошла в комнату. Теперь она сидела на моей кровати и молча ждала, когда я обращу на неё внимание. Да, заметил я девушку не сразу, но просто окликнуть меня она могла. Теперь же ситуация стала щекотливой и становится всё серьёзнее с каждой секундой промедления.

– Что тебе надо? – не отрываясь от скетчбука спросил я.

– Ого, ты всё же меня видишь! – зло бросила суккуба. – А я думала, что научилась становиться невидимой.

– Мы вроде в ссоре, не забыла? – я повернулся к Марго. – И вроде как игнорируем друг друга.

– Это Я тебя игнорирую, – Марго ударила себя большим пальцем в грудь, да так, что я забеспокоился, не пробила ли. – А ты меня не должен игнорировать!

– И где логика? – фыркнул я. – Мириться ты всё равно не хочешь, общаться тоже. Занимайся и дальше своими интересными делами. Я мешать не стану.

– Посмотрела бы я, как ты запоёшь, когда я притащу в свою комнату какого-нибудь парня, – язвительно произнесла девушка.

– Мы не в тех отношениях, чтобы я ревновал из-за подобного, – скривился я, поймав себя на мысли, что такое действительно меня зацепит. – И вообще, не сыпь соль на рану. И так не знаю, что с Линой делать, а тут ты ещё.

Марго поджала губы и нахмурилась, уставившись на меня. Мне никакой эмпатии не нужно было, чтобы понять, насколько девушку разозлил мой ответ. Суккуба некоторое время смотрела на меня, после чего как ошпаренная подскочила с кровати. Я думал, убежит, но Марго двинулась не к двери, а в мою сторону. «Будет драться…» – меланхолично подумал я, глядя, как девушка быстро приближается. И опять мимо. Марго уселась ко мне на колени, схватив меня за лицо. Зрачки девушки были вертикальными и такими узкими, что их приходилось искать.

– Значит, не ревнуешь? – зло выдохнула демоница, скользнув когтями по моему лицу, после чего припала к моим губам своими, вторгнувшись языком в мой рот. В этой битве шансов у меня не было – по ощущениям на меня навалился грузовик, а в рот засунули живого кальмара. – Значит, не в тех отношениях, – Марго разорвала поцелуй и соскочила с меня, схватила меня за майку и рывком подняла со стула. – Значит, думаешь только о Лине, – девушка швырнула меня на кровать и прыгнула следом.

Я схватил Марго за руки, но мне силы не хватило её удержать. Девушка вырвала свои руки из моих, после чего сорвала с меня майку, полоснув когтями по груди. Вид крови её не останавливал, напротив, распалял, и спустя десяток секунд из одежды на мне остались только обрывки и лоскуты. Марго всё ещё была одетой… сверху, и то ненадолго – соски девушки, казалось, сейчас разорвут её майку и без помощи хозяйки.

Суккуба по-хозяйски осмотрела меня, остановив свой взгляд на моём члене, который в свою очередь не понимал, будут ли его сношать, или вырвут с корнем, и замер между стоячим и лежачим положением. Марго такое промедление, видимо, оскорбило, и она легла у меня в ногах, обвив своими губами мой детородный орган. Язык девушки прошёлся по моей головке, после чего обвил член, и демоница начала агрессивно качать головой, остановившись только тогда, когда я кончил ей в рот. Сил, которых и так было не много после драки с раздеванием, серьёзно поубавилось, и впору было кричать Марго, что надо завязывать, если она не хочет моей кончины в отнюдь не приятном смысле.

Выпустив мой член изо рта, девушка приподнялась, схвати моего дружка и направив в свою киску, из которой чуть ли не фонтан бил. Все мои протесты Марго игнорировала и даже несколько раз полоснула когтями по моей груди, оставив там ещё несколько кровоточащих ран. То ли от ярости, то ли принципиально, суккуба делала всё, чтобы я не дожил до завтра.

Неожиданно дверь в комнату распахнулась, заставив и меня, и Марго замереть. Поза наша, признаться, была весьма живописной. На пороге стояла мама, держа в руках Гелю как кота из мема с длинным котом. Обе со смешанными эмоциями рассматривали нас, не решаясь что-то сказать.

– Чё надо? – Марго после секундного промедления рыкнула в сторону визитёров, а ведь так рычать в сторону своей матери и я не решался.

– Хотела показать, кто домой вернулся, – спокойно пояснила мама, и мы с демоницей сразу почуяли, что чей-то длинный язык очень скоро покинет обжитую ротовую полость.

– Вы продолжайте, – одна Геля не почувствовала общее настроение и достала из кармана юбки телефон. – Ночью хреново записалось, а сейчас меня почти не трясёт.

– И про презервативы не забывай, – сказала мама, глядя на меня, но адресовала это точно Марго. Женщина была не только злой сейчас, но и в смятении, и не знала, что делать и как реагировать.

– Без тебя разберусь, – рыкнула суккуба, демонстративно опустив свои бёдра прямо на мой только поднявшийся член, поглотив его своим лоном. – И дверь закрой: либо с этой, либо с той стороны.

Мама поставила Гелю на пол и вышла из комнаты, сохраняя видимость спокойствия, но в эмоциях я отчётливо уловил смятение. Геля прикрыла за ней дверь и подошла поближе, наводя на меня и Марго камеру телефона. Суккуба, стоило двери закрыться, начала ритмично двигать бёдрами, насаживаясь на мой член.

– Маргоша, сиськи покажи, – шепнула суккубе Геля, после чего ойкнула и схватила из своей оставленной ещё вчера сумки медицинскую маску. – Вот, ты же лицо не хотела показывать.

Марго сорвала с себя майку, разорвав её, и продолжила двигать бёдрами. С каждым шлепком я понимал, что следующая кульминация пройдёт без меня – сознание понемногу уплывало, и даже вид трясущейся груди демоницы не помогал хотя бы сфокусироваться.

– Подписота будет довольна, – хихикала Геля, кривясь и хватаясь за голову. Её, оказывается, всё ещё мучало похмелье после ночи. – Закину вас в платные видео. Вот так свезло.

– Нахрена ты припёрлась? – Марго после нескольких оргазмов подрастеряла свою злобу, а я даже не отключился, заливая суккубе полный бак. Сил, однако, всё равно не было.

– Ну дык это… тут мои вещи, – Ангелина указала на свои нехитрые пожитки, которые я вчера перекапывал, пока искал девушку. – А ещё… Я от Эли сбежала.

– Зачем? – я даже нашёл в себе силы от удивления голову повернуть.

– Она… Слушай, мы оба знаем, что она та ещё сука… – затараторила Геля. – И что у неё не все дома…

– Ближе к теме, – прошипела Марго, схватив зачем-то мой член. Сука, продолжения этого действа я не выдержу. Точно откинусь.

– Эля… она моя сестра, – начала снова объяснять Геля.

– Ближе к теме! – демоница повысила голос, сжав мой член. Вроде на Ангелину кричали, а страдаю всё равно я.

– Эля… – Геля испугалась и начала запинаться. – Для Эли очень важно… очень важно любить кого-то. И этот кто-то… должен быть всегда с ней. Это как помешательство какое-то… В общем… Я испугалась и убежала.

– Бедная девочка, – с издёвкой бросила Марго, мазнув пальцем по своей киске, зачерпнув оттуда моей спермы, после чего, изображая удовольствие, слизнула.

– Можно… Можно попробовать? – Геля покраснела то ли от страха, то ли от смущения.

– Это? – Марго зачерпнула ещё немного спермы из своей киски и показала Ангелине.

– Нет… Вот это, – девушка указала демонице между ножек. – Что? Я в хентае такое видела…

Глава 15

Один отлиз спустя, когда Геля разочаровалась в японской анимации для взрослых школьников, наша троица, состоящая из почти отдавшего богу душу меня, недовольной, но в то же время довольной Ангелины и успокоенной членом и языком Марго, села обсуждать наше дальнейшее бытие. Геля выдумала что-то и очень хотела втянуть в свою придумку мою сводную сестру. Та уже была не против, хоть надменности в ней меньше не стало. Меня, как обычно, не спрашивали, обосновав это тем, что я ещё неделю назад на всё согласился.

Ангелина, правда, темнила, ограничившись новостью, что после вторника что-то будет, и будет что-то грандиозное, но пока что у нас по плану «неделя лишения девственности», как назвала её девушка. Короче, мы должны стримить. По задумке Ангелины Марго должна принять непосредственное участие, и Геля даже придумала для суккубы роль, которую та будет отыгрывать – госпожу, или доминатрикс, если угодно. Вдохновили её наши скачки, а точнее, то, как Марго яростно скакала на моём члене, подавляя мои хилые попытки вырваться. И да, Геля решила, что будет жить со мной, пока Эля каким-нибудь чудом не поставит себе мозг на место. По идее тут должна быть ещё и моя мать, высказывающая своё мнение, но женщина уединилась в своей комнате и, судя по эмоциям, доносившимся из-за стенки, занималась утолением своих низменных потребностей. Мне страшно представить, что заставило её делать это сейчас, и боже упаси мне стать свидетелем этого.

Дальше Ангелина поделилась планами на завтра. Согласно сценарию, мы с Марго будем «готовить» девушку к бурным понедельнику и вторнику. Геля и сама начала, продемонстрировав блестящую затычку в своей заднице, но это так, цветочки, по сравнению с той мечтой психопата, которую мы должны будем учинить завтра. Услышав едкое одобрение от Марго, Ангелина обняла демоницу, поцеловала головку моего члена и удрала в душ, оставив меня и суккубу наедине.

– Что это было? – после диких скачек я почти хрипел, не в силах повысить голос и добавить в него и толику металла.

– Думаю, эта девчонка мне всё же понравится, – улыбалась Марго, поглаживая моё хозяйство.

– Я не про Гелю, – слабо уточнил я. – Я про тебя. Что на тебя нашло?! Ты сама говорила, что секс с тобой может меня убить.

– Но ведь не убил же, – девушка опасно сверкнула глазами. – Яблочки дриады творят чудеса.

– Я почти откинулся, – пришлось поставить эту ненормальную в известность.

– Я всё контролировала, – оскалилась суккуба, нависнув надо мной. – Или ты думаешь, что можешь припереться ко мне, воняющий сексом с другими бабами, игнорировать меня и зубоскалить, и тебе ничего не будет? Я – демон похоти, малыш! Я тебе не обычная человеческая девка, которая проглотит обиду или ударит разок. Пора бы тебе понять, Сашенька, что я – опасный монстр.

– Хуёнстр, – передразнил я девушку. – Твоя выходка выглядела как истерика ревнивой целки, Марго. И да, раз уж мы начали напоминать… Моя мать – охотница, и судя по тому, что про неё говорят другие «монстры», – я даже кавычки пальцами продемонстрировал, – с ней лучше быть белой и пушистой.

– Твоя мать, дорогой, – ехидно улыбнулась Марго, – шлюха, которую возбудил вид того, как трахается её сын. Зайди к ней в комнату сейчас – она заездит тебя.

– Не смей так про неё говорить! – прорычал я. Глупо, я и в лучшем состоянии не смог противостоять девушке, а сейчас и подавно, но я был обязан возразить, даже если сам понимал, что мои возражения ничего не стоят, судя по происходящему в соседней комнате. – Она не лучшая мать, базара нет, но… – мой спич, как и саму мысль, прервал приступ натужного кашля. По ощущениям, лёгкие решили свалить из тела.

– Не надрывайся, – внезапно Марго с какой-то заботой и капелькой ласки погладила меня. – Нам обоим не повезло с родителями, и помирать тут, отстаивая их честь, глупо.

Девушка легла рядом со мной, положив руку мне на грудь, и я ощутил странное тепло, расползающееся по моему телу от места контакта.

– Не обольщайся, – прокомментировала свои действия демоница. – Потом отработаешь. Я, знаешь ли, не люблю делиться, а тебе вон какие подачки кидаю. Сраный ритуал… Если бы не молния, приковала бы тебя к себе как собачонку, и ты на других даже бы не смотрел.

– Ты не такая, – прохрипел я, найдя в себе силы приобнять Марго.

– Много ты знаешь… – грустно вздохнула девушка, прижимаясь.

Утром пришлось нехотя выбираться из объятий Марго и Гели. Силы после вчерашнего будто бы даже больше стало, за что, думаю, одной демонице следует сказать спасибо. Сразу после того, как отшлёпаю её. Разница в силе между мной и Марго оказалась очень неприятным сюрпризом, и этот разрыв в ближайшее время я вряд ли смогу наверстать. Даже не представляю, как это сделать…

На кухне я встретил маму. Женщина сидела за столом и потягивала кофе, глядя в окно. Точнее, её очень заинтересовало что-то там, стоило мне показаться перед ней. Прислушавшись к эмоциям мамы, я обнаружил то, что совершенно не ожидал: чувство вины и неимоверное желание. Последнее я и раньше ощущал, но оно было скорее нейтральным, а сегодня было направлено конкретно на меня.

– Блинчики на завтрак будешь? – спросил я, подойдя к холодильнику.

– Как хочешь, – наигранно холодно протянула мама, всё ещё не глядя на меня, и вина в её эмоциях усилилась, ощущаясь почти физически.

– Значит, блинчики, – кивнул я, вытаскивая яйца и молоко из холодильника.

Тишина, неуютная такая, будто я не на кухне в компании своей матери завтрак готовил, а перед полицейским сидел, осудившим меня за убийство, окутала кухню. Изредка я ощущал на своей спине изучающий взгляд маминых глаз, но стоило мне повернуться к ней, как мама снова смотрела куда угодно, но не на меня.

– Что происходит? – размешав тесто я повернулся к женщине. Мне никогда эти игры в секреты не нравились.

– Кофе пью, – пожала плечами мама.

– Посмотри на меня, – я прищурился, а женщина передо мной съёжилась. Мама. Съёжилась. Первая сука всея России изображала перед своим сыном нашкодившую школьницу, пойманную с поличным.

– Знаешь, – мама, спустя долгую минуту, нашла в себе силы посмотреть мне в глаза, – Я, наверное, уеду.

– Ты только вернулась, – возразил я. – И куда ты поедешь? В другую семью?

– У меня нет другой семьи, – грустно вздохнула мама. – И старой тоже нет…

– Ага, а я тут тебе блины пеку так, по приколу, – съязвил я.

Мама не ответила, только нервно отпила кофе и отвернулась. Я же подошёл ближе и навис над женщиной, на всякий случай покручивая в руке черпак. Я, конечно, обижался на маму, что она бросила меня, и только когда она вернулась, я понимал, как мне её не хватало. Уехать сейчас чёрт знает куда и насколько? Только через мой труп!

– Смотри в глаза собеседнику, – я схватил маму за подбородок и повернул её лицо к себе. – Ты сама меня этому научила.

– На свою голову, – женщина даже немного улыбнулась, но зрительный контакт восстановила. – Знаешь, Саш, ты очень похож на отца.

– И близко нет, – фыркнул я.

– Буквально вылитый он в свои лучшие годы, – продолжила мама. – Помню, как я избила его на тренировке, когда он полез ко мне целоваться. Я сломала ему руку в двух местах и нос. А потом целовалась с ним… – хоть и смотрела мама на меня, но видела сейчас что-то своё. – Долго. Страстно. Исступлённо.

Произошло то, чего я не ожидал. Мама поддалась вперёд, обхватила меня руками, и поцеловала. Я, признаться, запаниковал и оттолкнул её, стоило почувствовать на своих губах вкус кофе. И это помогло. Мама опустилась на диванчик и снова посмотрела на меня. На меня, а не сквозь меня.

– Теперь твой отец с другой, а я… – мама замялась, словно ничего неправильного сейчас не произошло. – Я отвыкла от тебя и от семейного быта. Боже, – она опустила голову и обхватила её руками, – что я творю?

– Мне уже самому интересно, что ты творишь, – с обвинением бросил я, но меня будто не слышали.

– Возжелать своего сына… Боже… – мама бубнила себе под нос то, что мне не хотелось слушать. – Надо уехать. Подальше, пока я не натворила чего-нибудь непоправимого… – на стол упали первые слёзы. Я впервые видел, чтобы моя мать плакала. Казалось, что это совсем другой человек.

– Вот это я удачно вышла пописать, – из дверей кухни хмыкнула Марго.

– Шла бы ты дальше, Маргоша, – вяло протянула мама, подняв взгляд на суккубу.

– Потерплю, – девушка улыбнулась и села рядом с моей мамой. – И в чём проблема?

– Во многом, – женщина тряхнула головой и повернулась к Маргарите, напрочь забыв о моём нахождении на кухне… и в ахуе тоже. – Сначала думала, что дело в тебе.

– Так ведь да, во мне, – фыркнула демоница.

– Едва ли, – мама грустно покачала головой. – Ты, Маргоша, тут не при чём. Даже твои флюиды не виноваты – я их не чувствую. Видимо, привыкла уже.

– Я о другом, – Марго положила маме руку на плечо. – Ты Сашку трахнуть хочешь? Ну так в чём проблема? Он трахает каждую встречную, – то ли от шока, то ли от возмущения у меня из рук выпал черпак.

– Это неправильно, – мы с мамой сказали это в один голос.

– Маргоша, вот ты, например, переспала бы со своим отцом? – растерянно спросила моя мать, бросив виноватый взгляд на меня.

– Инцест, Света, это одно, – важно сказала девушка. – А некрофилия – совсем другое. Болячек потом не оберёшься.

– Прости, – мама ещё больше растерялась.

– Ай, я его даже не знала, – отмахнулась Марго. – А с мамой мы периодически практиковали всякое, – теперь мы с мамой поражённо смотрели на девушку. – Что? Долг старшего поколения – обучать младшее.

– Это неправильно, – ошеломлённо протянула мама.

– Почему? Детей у двух женщин быть не может, – пожала плечами суккуб. – А коли детей нет, то и проблем инбридинга тоже нет. Да и у вас двоих всё решается обычной резинкой.

– Это неправильно, – как заведённая повторила мама, бросив на меня ещё один взгляд.

– Отказывать своим желаниям – вот это неправильно, – возразила Марго. – Странные вы, люди… У нас всё проще. Захотел кого-то – оприходовал. Вот я Сашу вчера захотела. Меня хоть что-нибудь остановило?

– Было бы неплохо, чтобы остановило, – фыркнул я.

– Попизди мне ещё, – угрожающе ткнула в мою сторону пальцем девушка. – Вспомню про твой «должок» и прямо на столе заберу своё.

– У людей законы, даже негласные, на чём-то основаны, Маргоша, – грустно сказала мама. – Пусть тебе это и кажется странным.

– Ладно, хорошо, – Марго закатила глаза. – Тогда доверься мне. Я, если кто не помнит, демон похоти!

– Нет, сынок, ты дебил, – по коридору проползла сонная Геля, хихикая над своей шуткой. – Эх, бородатый же анекдот…

– Я ценю твою заботу, Маргоша, но я лучше уеду, – вздохнула мама и встала из-за стола. – Этой семьи уже давно нет, а я не хочу разрушить то немногое, – взгляд женщины замер на мне, – что у меня осталось.

– С каких пор ты просто убегаешь от проблемы? – немного помедлив, спросил я в спину уходящей маме.

– С тех пор, Саш, когда это действительно может решить проблему, – мать вышла из кухни, закрывшись в своей комнате.

– Вот коза, – рыкнула Марго. – Я же как лучше хочу.

– Сука, – выругался я, возвращаясь к готовке.

В груди сильно кололо. Появилась мама, побыла где-то на периферии зрения недельку, а теперь сваливает. Судя по всему, насовсем. На душе гадко.

Полчаса спустя я поставил перед Марго тарелку со стопкой горячих блинов. От одного только запаха мой желудок пел серенады предстоящему пиршеству. Геля тоже прибежала на запах, оценила обстановку на кухне, шлёпнула меня по заднице, оценив мой фартук (розовый в чёрный горошек – шутки ради купил), и уселась за стол.

– Ты бы оделась, – я посмотрел на Ангелину, на которой даже трусов не было.

– Дык это… одетая я, – лыбилась девушка, мысленно уже поглощая блины.

– Где? – я внимательно посмотрел на татуированные грудь и задницу Гели, не заметив на них ни клочка ткани.

– Хоба! – девушка подняла над столом ногу, на которой красовался розовый полосатый носок. Вторая нога, к слову, была полностью обнажена.

Оставив девчонок завтракать, я пошёл звать маму. Заходить в комнату в свете обстоятельств не хотелось, но я не мог просто сидеть и смотреть, как моя родная мать снова от меня уходит. Вспомнилось, как в прошлый её уход я её останавливал. Бегал вокруг, преграждал путь, даже чемодан с вещами унёс и пригрозил выкинуть – всё было напрасно. Мама в последний раз отругала меня, поцеловала на прощание и свалила. Я даже запомнил, какими были её глаза в тот раз: оживлённые, счастливые, будто мама выиграла в лотерею и сваливает на свой личный остров.

В комнате же сидела, казалось, совсем другая женщина. Её нехитрые пожитки валялись то тут, то там, а на кровати лежал пустой чемодан. Мама смотрела на него, будто он убил всю её семью и задвигал теперь, что был вынужден это сделать из-за несправедливой судьбы. Никакого огонька во взгляде женщины не было, только горечь и тоска. Мама иногда брала в руки какую-нибудь вещь, крутила её, решая, брать, или нет, после чего откладывала.

– Думаю, я всё же выкину этот чемодан, – подал я голос, глядя на беспорядок вокруг. – Одни проблемы от него.

Мама не ответила. Было похоже, что она даже не услышала меня. А нет, судя по блеснувшим в глазах женщины капелькам, услышала и даже вспомнила то же, что и я.

– Так будет лучше, – вздохнула она, всхлипывая.

– Кому? – я хотел сорваться на крик, едва сдерживал себя. – Тебе? Уедешь хер пойми куда и… что? Будешь продолжать охотиться? Или просто существовать где-то? Или мне будет лучше? Ну да, пять лет без матери жил, и как-то выжил, значит и ещё сколько-нибудь проживу?

– У тебя есть отец, мачеха… Маргоша, – возразила мама, подняв на меня взгляд.

– А у тебя есть кто? – спросил я. – Вот твоя семья, – я руки раскинул. – Даже Марго считает тебя своей, да и батёк мой доволен, что ты вернулась.

– А будет ли он доволен, когда узнает, что я занимаюсь сексом с его сыном? – вдруг в глазах мамы появились огоньки гнева.

– Не думаю, – хмыкнул я, улыбнувшись смене настроения матери. – Да и как он узнает? Ты же не занимаешься с его сыном сексом.

– Сейчас нет, – мама поднялась с кровати и двинулась в мою сторону. – А завтра? Суккубьи феромоны добьют меня рано или поздно, хоть я их и не чувствую.

– В таком случае, у тебя есть муж, на которого, к слову, я очень похож, – я сделал шаг на встречу маме. – Судя по всему, Мюриэль будет не против.

– Ну да, не будет, – улыбнулась мне женщина. – Боже, как же ты вырос, пока меня не было.

– Да, ты многое пропустила, – кивнул я. Вообще-то, нет. За пять лет в моей жизни практически ничего не изменилось, только я становился всё замкнутее и борзее. И готовить научился. – К слову, я блины приготовил, так что, извольте перестать пиздострадать и идите жрать, дорогая матушка.

Мама рассмеялась, подошла ко мне и обняла. Я в ответ фыркнул и тоже обнял её. Чёрт его знает, отсрочил ли я её переезд, или всё же уговорил маму остаться. По крайней мере, завтракать женщина будет в кругу семьи, а там уже видно будет.

Когда мы с мамой вышли в кухню, девочки уплетали блины, о чём-то беседуя. К разговору я старался не прислушиваться, потому как инициатором, судя по обрывкам фраз, была Ангелина. Когда за стол села мама, Марго с Гелей стали допытывать и её. Как я и думал, тема касалась секса, и моя мать стала для Ангелины настоящим гуру. В целом логично, опыта у неё было куда больше чем у вчерашней девственницы и второй девственницы.

После завтрака Марго оттащила меня в сторонку и сказала пока к моей матери не лезть. Демоница заверила меня, что сама договорится с мамой. Я даже уточнил, почему Марго вмешивается в это, на что получил ответ, что дела семейные, а суккуба считает себя частью этой семьи. Хоть вид у девушки был такой, будто она мне одолжение делает, но на душе приятно стало.

Едва Марго и мама скрылись в родительской комнате, как ко мне прицепилась Геля. Назначила съёмки через час и наказала мне подготовиться. Ещё упомянула про доставку, после чего девушка скрылась в ванной. Минут через десять раздался звонок – курьер прибыл. Когда я открыл дверь, увидел девушку примерно моего возраста. Брюнетка, глубокие голубые глаза, выражающие глубокий страх. Видимо, она не от хорошей жизни работает. Я забрал увесистую посылку из рук девицы, когда Марго вышла из маминой спальни. Демоница была сильно недовольной, даже пару раз стукнула стенку, после чего посмотрела на меня, фыркнула, и ушла в мою комнату.

– И-извините, – пропищала девушка-курьер. – Я могу помочь вам с использованием этого?

К слову, я не знал, что именно покоилось в коробке в моих руках. Однако, я ясно прочитал в эмоциях девушки возбуждение, стремительно вытесняющее страх. Учитывая, что посылка предназначалась Ангелине, внутри могло быть что угодно, что нужно пихать в себя. Я уже было отказался, когда из ванной выскочила Геля в чём мать родила, но с полотенцем на плечах, и вцепилась мне в руку. Немая сцена продлилась пару секунд, после чего курьерша прикрыла рот ладошками, широко раскрыв глаза:

– Ты же… Пинки? – тихий вскрик девушки был адресован заразе, болтающейся на моей руке.

– А ты что, смотришь меня? – удивилась Геля. – Я думала, меня только дрочеры смотрят.

– Мой бывший смотрел, – грустно прошептала курьерша. – А потом и я начала. Твои последние видео очень… горячие, – и бедрами потёрлась друг о дружку.

– Ну так беги скорее, – хмыкнула Ангелина. – Я начну стримить через полчаса.

– Через час же, – возразил я.

– А-ага, – расстроенно кивнула курьерша. – Так вы сами с этим разберётесь? Я просто таким же пользуюсь, знаю, что к чему…

Мы с Гелей переглянулись, после чего я перехватил коробку одной рукой (тяжёлая, сука), а второй хлопнул розовую заразу по заднице. Та наигранно взвизгнула, выхватила свою посылку из моей руки и умчалась в мою комнату, подмигнув мне на прощание.

– Сниматься хочешь? – я проводил голозадую засранку взглядом и повернулся к курьерше. – И мимо кастинга?

Чем чаще пользуюсь этим, тем чаще понимаю, что женщины в большинстве своём ещё больше извращенки, чем мужчины. Курьерша ровно секунду простояла, хлопая глазками, после чего шагнула в прихожую, прикрыв за собой дверь, и стянула с себя майку и шорты, явив довольно скромный розовенький набор кружевного белья. Дальше, скрестив руки под не самой скромной грудью, приподняв её, девушка уставилась на меня, мол, проверяй.

– Давай и бельё тоже снимай, – чуть не запнувшись выдавил я, понимая, что нарвался на очередную охочую до секса женщину. Может, всё же, суккубьи феромоны действуют куда сильнее, чем я предполагал?

Курьерша даже улыбнулась, будто под бельём у неё скрывается сокровище. Секунда, и лифчик уже ничего не прикрывает, и, признаться, посмотреть было на что. На груди, размера ближе к тройке, через розовые сосочки были продеты металлические штанги с блестящими камушками на концах. Далее курьерша стянула трусики со своего законного места, и там внизу тоже была пара камушков, штанга от которых, видимо, прокалывала часть капюшона вокруг клитора. Геля меня прибьёт, если я эту девушку прогоню. К тому же, пирсинг, тем более такой, я ещё ни у кого не видел. Это даже вызывало спортивный интерес.

«Веди её к нам,» – пронёсся в моей голове голос Марго.

Ага, уже веду. Я дотронулся до груди курьерши, сначала осторожно, после чего, оценив упругость, надавил пальцами на кожу, вызвав тихий вздох. Так, а если вот так? Я коснулся большими пальцами сосков девушки, и у той аж ноги подкосились, я едва удержал её.

– Проблем у тебя не будет? – спросил я, помогая курьерше удержаться на ногах.

– У меня это был последний заказ, – тихо проговорила девушка, прижимаясь ко мне. В нос ударил запах каких-то цветов. Вроде.

Стрим с тремя девушками вышел что надо. Не знаю, откуда у бедолаг по ту сторону экранов были такие деньги, но на сегодняшние донаты можно было арендовать боинг. При всём этом, трахались только я и курьерша. Марго взяла на себя роль оператора, снимая в основном себя и то, как она ласкает свою киску, пока на фоне курьерша сладостно стонала, позвякивая пирсингом и шлёпая своими бёдрами о мои. Геля в это время тоже была на фоне, но сильно в стороне: связанная, с повязкой на глазах, кляпом во рту и кучей анальных шариков на верёвочке в заднице. Свою минуту славы Ангелина получила – Марго лично пихала в неё реквизит, дразня пальчиками чувствительные точки девушки.

А вот содержимое посылки в ход не пошло. Мы только распаковать успели и полюбоваться этим, сука, чудом извращённой инженерной мысли. Два дилдо размеров больше среднего (по моим прикидкам) на поршнях. Там ещё и шланг был, по которому через дилдо внутрь поступал… допустим, заменитель спермы. В общем, штука для вебкама не то что нужная, но добавляющая некую изюминку, особенно, если учитывать, что режимов возвратно-поступательных движений на каждый поршень было аж по двадцать штук. В любом случае, эта трах-машина весь стрим простояла где-то на фоне ни разу не включённая. В комментариях спрашивали, будет ли это вундервафель задействован, но Марго, королева интриги, делала загадочный вид (что было не просто с учётом маски на лице) и продолжала снимать нашу вакханалию.

Отстрелявшись, во всех смыслах, мы всей гурьбой отправились в душ. Душевая кабинка на такое количество людей была явно не рассчитана, но на тесноту никто не жаловался. Ангелина и Марго отрывались на мне за стрим, точнее за то, что я им не уделял внимание. Там же под раздачу попала и курьерша, имени которой всё ещё никто не знал. Её Геля засыпала вопросами по поводу пирсинга, мол, больно ли, приятно ли, дорого ли, стоило ли. Я же из лап девиц выскочил совсем затраханным. Всё же, Марго сдержала своё слово и отсосала из меня столько сил, что я чуть не выключился прямо под струями горячей воды. Мне едва хватило сил, чтобы дойти до кровати, после чего я таки отключился.

Во сне меня домогались. То есть мне снилось, что меня хотят все: ангелы, демоны, женщины, женщины с писюнами, писюны с женщинами, деревья, воздух, солнце. Я же должен был стоически изворачиваться и не даваться. Вроде как и получалось, но ровно до того момента, когда меня сцапала в свои неимоверно сильные объятия молодая блондинка с холодными голубыми глазами. Ещё во сне мне показалось, что кого-то она мне напоминает, но я и подумать не успел, как меня начали насиловать.

Пробуждение вышло не очень. На часах три часа утра, меня с обеих сторон обвивают своими конечностями Марго и Геля, голова болит от долгого сна, а перед глазами лицо девушки из сна. Сука, я точно мог сказать, кто это был. Моя мама, только помолодевшая, сильно помолодевшая. От одного осознания, что во сне я трахнул её, у меня мурашки по коже бежали. Если это происки Марго, то суккуба рисковала огрести. Плевать, что она физически сильнее, зато я сейчас был злее. Правда, злость моя бесследно испарилась, когда вышеупомянутая особа сонно прижалась ко мне, что-то бормоча. Ладно, позлюсь в другой раз, который, уверен, очень скоро представится. Я в Марго не сомневался.

Спать ещё больше виделось мне самоубийством. Просто лежать мне тоже не хотелось – и так затекло всё, что могло затечь, хоть и чувствовать двух девушек под боком мне нравилось. Пришлось, как и вчера, выползать из-под Марго и Гели. Чтобы не мешать никому, ушёл на кухню, яблоки Лизины подъедать.

Пока я с удовольствием хрустел яблоком, на кухню прокрался ещё один пациент с бессонницей. Я мяукнуть не успел, как меня скрутили и прижали к стене, а после одна из рук нырнула мне в трусы. Проблема в том, что я даже повернуться не мог, чтобы спросить, сука, свою родную мать, не попутала ли она чего. Её рука тем временем ухватилась за мой стояк и начала его надрачивать, тяжёлое дыхание обожгло моё ухо, а к спине прижались два упругих достоинства с торчащими сосками. Касания к моему члену были в меру нежными и агрессивными, а потому я достаточно быстро осознал, что сейчас разряжусь.

Я распахнул глаза и подскочил на месте, обливаясь потом. Рядом недовольно засопели и заворочались два тела, а я осмотрелся. Солнце пыталось просветить плотные шторы на окне, на кровати лежали Геля и курьерша, а часы показывали пятнадцать минут до будильника. Это… это был сон. Сон, сука, внутри сна. Если изначально я и сомневался в причастности одной демонической попки к тому, что во сне меня домогается моя мать, то теперь сомнений не было никаких. Времени, жалко, не было, чтобы эту попку отшлёпать.

Я сходил в душ, смыв с себя пот, приготовил нехитрый завтрак и пошёл расталкивать Ангелину. Та просыпаться и вставать отказывалась, ещё и начала истерить, что я проснулся раньше её, а потому девушка не смогла разбудить меня минетом. Где-то во время перепалки проснулась курьерша и свинтила, подобрав свои вещи по дороге. Я поздно обратил на неё внимание, и не успел остановить – завтрак был сделан и для неё тоже. Девушка умчалась, но оставила свой номер, записав его прямо в скетчбуке на странице, где была нарисована она… Я, хоть убейте, не помню, когда успел её нарисовать. Зато теперь я знаю, что её зовут Ксюшей.

В школу мы с Гелей кое-как выбрались, даже не сильно опаздывая. Девушка сама вскочила, стоило ей учуять запах еды, и побежала завтракать, попутно собираясь. Однако, понедельник, как известно, день тяжёлый, и сегодняшний день желал отработать своё звание по полной. На входе в школу нас с Ангелиной встретила толпа парней. Гелю они вежливо попросили идти на занятия, а вот меня остановили. Среди толпы было несколько моих одноклассников, десяток парней с параллели и ещё несколько одноклассников Ангелины. Всего человек пятнадцать, и у каждого рожи были такие, будто меня собирались бить, хоть от них и фонило страхом. Все здесь знали, что я мог за себя постоять, так что решили брать числом, хоть и понимали, что кто-то в случае драки точно лишится зубов, и этим кем-то никто быть не хотел.

– Санёк, разговор есть, – один из моих одноклассников вышел вперёд, взяв на себя роль переговорщика. Данила, вроде. Я не запоминал имена одноклассников – изгой всё-таки, могу себе позволить.

– Ну говори, – я нахмурился, от чего половина ребят вздрогнули. – А это группа поддержки? Или суфлёры?

– Кто? – не понял Даник, оглянувшись на подпевал, пытаясь понять, оскорбил я его, или нет. Оскорбил, но куда тоньше, чем парни могли понять. Забыл, что у них уровень интеллекта на всю группу отрицательный. – Короче, вот, – парень протянул мне записку. – По-братски говорю, этих девчонок, – он кивнул на листик, – не трогай.

– Даже не приближайся, сука! – поддакнул какой-то пацан, походу, младшеклассник. – Увидим тебя рядом – ноги поломаем!

Я с любопытством посмотрел на записку. Как-то маловато на группу из пятнадцати человек – всего шесть имён. Ого, а это вообще учительница истории.

– И что это? – я помахал запиской.

– Это наши тёлки, нна! – крикун-младшеклассник выступил вперёд.

– Мы с ними на выпускной идём, – кивнул Данила, тоже чутка осмелев.

– А они знаю об этом? – хмыкнул я.

– А тебя ебёт? – пацанчик подошёл ко мне впритык и задрал голову, чтобы видеть мои глаза. – Твоё дело к тёлкам не лезть, а вопросики мы сами порешаем. Или тебе предупредительный надо? – и замахнулся.

– Ты бы пёсика своего привязал, – я не мог не умилиться с этого идиота, изображающего чихуахуа. – А то наступлю случайно.

– Чё вякнул? – пацанчик разозлился и двинул мне кулаком в подбородок. Я даже от удара уходить не стал, настолько он был слабым. Только голову чуть повернул набок, и кулачок мазнул мне по щеке. – Понял нна?

– Понял, – кивнул я, хрустнув шеей.

Эх, гулять так гулять! Честно, мне плевать было на парней и объекты их воздыханий. Я бы согласился, всё же Данила был достаточно вежлив, но… надо преподать ребятам урок, что вот с такими пёсиками им лучше не водится. В школе ведь учат, верно? Вот я и взял на себя роль учителя для этих непутёвых.

Один удар под дых, и пацан, что так отчаянно гавкал, упал на крыльцо и заскулил. Остальные замерли, боясь спровоцировать продолжение. Эх, а я ведь даже не ударил, скорее просто толкнул младшеклашку.

– Чё вы стоите, гондоны?! – заверещал побитый. – Он напал на меня!

Ребята осторожно, сохраняя дистанцию меня окружили, но вперёд никто не бросался. Никто, кроме, сука, самого потерпевшего, который, видимо, нашёл в кармашке вторую жизни и вцепился своими зубами мне в ногу.

– Ах ты сука! – я дёрнул ногой, откидывая кусающегося малого, и тут мне на спину кто-то прыгнул.

Остальные подбежали ко мне, стараясь меня то ли повалить, то ли ударить. Их удары сыпались на меня беспорядочно и не сильно вредили, даже боли особо не было, да и досталось больше тому идиоту, который висел на моей спине. Я отбивался от толпы кое-как, всё же неудобно драться, когда на тебе висит кто-то, и даже успешно отбивался. Спустя секунд десять поток нападающих сократился до двух человек, дав мне возможность скинуть наконец идиота со своей спины и осмотреться.

Человек семь лежало вокруг на крыльце, ещё четверо стояли на ногах, растерянно осматриваясь, а двое сцепились с двумя девушками, которые пришли помахаться на моей, наверное, стороне. Дуэт стерв, Аня и Настя, не церемонились и раздавали таких тумаков, что пацаны, на которых они набросились, пятый угол искали… на улице. Ещё одного лежачего в стороне парня ногами пинала Геля.

– Что за хуйня тут происходит?! – из здания выбежал директор. За ним выскочил охранник, с которым я имел опыт знакомства в субботу ночью и Эля, с улыбкой рассматривающая меня.

– Он меня ударил! – взвизгнул пёсик и бросился директору в ноги. – Он мне все кости поломал!

– Сука! – выругался хрыч и поднял малолетку за шкирку. – Вы что, думаете, у меня глаз нет? Сами же полезли!

– Тогда зачем задавать тупые вопросы, если ты сам всё видел? – резонно заметил я, избегая взгляда охранника.

– Заткнись, Трестин! – директор показал мне кулак и обратился к охраннику: – Савелий, узнаёшь кого?

– Наверное… – сторож осмотрел нашу компанию и грустно вздохнул. – Нет, Виктор Генадьевич. Вот он, – палец указал на меня, – похож, но не сильно. Тот крупнее был… вроде.

Это что за бодибилдер напал на нашего сторожа? Я даже позволил себе удивлённый взгляд.

– Не думаю, что это он, Виктор Генадьевич, – подала голос Эля, гаденько улыбнувшись. – Дело в том, что Александр в пятницу вечером был у меня дома на дополнительных занятиях по биологии и сильно задержался, поэтому я его не отпускала до утра.

Завистливые взгляды парней, включая директора и охранника, впились в меня. А я что? Не буду же я говорить, что всё не так, как они подумали. Тем более, что Элю я действительно трахнул в ту ночь. Только без удовольствия.

– Так, все на занятия! Ещё раз повторится такое, – директор посмотрел на меня, – и я вам устрою выпускной. Будете учиться играть в нарды всю ночь!

– А если я умею? – не смог не спросить я, хихикая про себя. А что, я вообще не собирался на выпускной идти.

– Заткнись, Трестин! – рыкнул директор. – Разбежались все!

Глава 16

– Дай посмотреть, – Ангелина требовательно вытянула ладошку.

Я молча отдал ей список девушек, которых я теперь был обязан за неделю совратить. Теперь это стало делом принципа. Девушка с интересом пробежалась по именам, хихикая. Аня и Настя тоже с любопытством заглянули, посмеиваясь. Они в списке, к слову, были. А Гели не было. К ней подкатывать, видимо, боялись.

– Нехилый фронт работы, Саша, – посмеялась Аня, накручивая на палец локон светлых волос. – Шесть девушек за неделю. Как будешь охмурять?

– Главное, видосик запиши, – с энтузиазмом засмеялась Геля. – Последняя неделя, а тебе ещё два дня со мной сниматься, и этих, – девушка постучала по бумажке, – трахнуть.

– Лучше с училки начни, – посоветовала Аня, смахивая слезинку с глаза. – У неё там уже всё паутиной заросло, так что она сама на член бросится.

Одна Настя стояла чуть поодаль и хмурилась. Девушка иногда бросала на меня нечитаемые взгляды, будто обдумывая, поддаться общему настроению, или избить меня, и когда конкретно меня бить, если решится. Мы и раньше не сильно хорошо ладили… ладно, я, обычно, с дуэтом стерв имел дело только в присутствии Лины, но сейчас даже такой тупарь как я понимал, что с Настя отгородилась сильнее, чем обычно. А вот с чего бы это, такой тупарь как я уже не понимал.

– А может мне лучше с тебя начать? – предложил я Ане, оторвав взгляд от её подружки.

– А может мне тебе стерилизацию провести? – фыркнула блондинка, насупившись. – Я тебе что, шлюха какая-то?

– Сама предлагала, – я сделал шаг к девушке. – И незабываемые ощущения в придачу.

– Хочешь посмотреть на мой разгон до стервы за полсекунды? – Аня сделала шаг мне навстречу, уткнувшись своей грудью в мою… ну, чуть ниже. Она не выделялась ростом и была ниже даже Гели.

– Теперь это так называется? – фыркнул я, глядя на Аню сверху-вниз.

– Стойте, не начинайте, – вклинилась Ангелина. – Сейчас, телефон достану. Надо бы камеру нормальную купить… – Геля достала телефон и направила его на нас с Аней. – А вы неплохо ладите. Бывшие?

– Я её впервые вижу, – хмыкнул я.

– А мне просто нравится его злить, – хихикнула Аня, блеснув глазками.

– А я с этими двумя незнакома, – закатила глаза Настя.

– Да она просто его хочет, – блондинка говорила про свою подружку, а ладонью хлопнула по моему животу. Хлопнула, потом задумалась, положила руку и начала водить. – Хуя себе! Настюх, зацени, тут кубики! – и рубашку мне до груди задрала.

– Штаны ниже, – подсказала Геля, ловя все движения рук Ани на камеру. – Там интереснее.

– Пошли уже, – Настя схватилась за руку подружки и потащила её на выход из класса.

Когда дуэт стерв удалился под протестующие возмущения Ани, мы с Ангелиной ещё раз уточнили наши планы на сегодня. Зараза хотела провести стрим снова в школе, но не в раздевалке, а в классе. Идея мне не сильно нравилась. В раздевалку, когда там ученики, учителя не заходят, а вот в класс может войти кто угодно от какого-нибудь заблудившегося Васи и седьмого класса до директора. Тогда проблем точно не оберёмся. Гелю, правда, ничего не смущало. Она лишь сказала, что конец её звёздной недели должен быть максимально рискованным и фееричным. Ей богу, если бы назначенная девушкой неделя попала на последний звонок, она бы свой стрим запустила бы прямо на линейке сразу после обращения директора. Сука, лишь бы не сглазил…

– Ну что, неучи, расскажет мне кто-нибудь что-нибудь про половое воспитание? – вот такой вопрос озвучила Эля перед классом. В ответ, естественно, тишина.

Математичка забила на свой урок, а у Эли как раз была форточка, так что её попросили провести «что-нибудь» у нас. Директор так и сказал: «Делайте что хотите, Эльвира Владимировна, только не убивайте… Хотя бы не всех». И во время этого спича ещё и на меня смотрел так, будто вот именно меня убивать можно, причём с особой жестокостью.

– Никто… – Эля обвела весь класс взглядом. По глазам вижу – жертву ищет. – Мельчук, ты хоть знаешь, чем мальчики от девочек отличаются?

Парень, сидящий в двух партах от меня неуверенно встал, стремительно краснея. Бедолага выпучил на Элю глаза и открывал и закрывал рот, не издавая ни звука. Училка смотрела на него, выгнув бровь, чем только заставляла парня краснеть ещё больше, только фингал под глазом у него тёмным и оставался. Да, Пашка Мельчук был одним из тех, кто двадцать минут назад пояснял мне за девчонок.

– Ужас, – подытожила Эля. – Садись. Ребята, кто-нибудь ответит мне на вопрос? Я не буду ставить двойки, так как заменяю у вас урок не официально, да и такие вещи знать надо, – училка обвела взглядом класс. – Трестин, не разочаровывай меня. Чем отличаются мальчики от девочек?

– Да много чем на самом деле, – поднялся я с места. – Из самых явных различий будут различия в половых органах, а если ещё глубже…

– Ну не зря я на тебя всю ночь пятницы угробила, – гаденько улыбнулась Эля. – Глядишь, ещё пара занятий, и мне даже стыдно за тебя не будет. Шурина?

– Да, Эльвира Владимировна? – теперь встала Ира, и все парни, исключая меня, съёжились.

– Давай ка обсудим с тобой… и всеми остальными половой акт, – видимо, Эля сегодня встала не с той ноги. Серьёзно, менее жестоко было бы объявить прямо сейчас экзамен. Ира тоже хороша – перетрахала всех парней на параллели, уничтожив их и без того побитую жизнью самооценку, а теперь собирается обсуждать это при всём классе с училкой.

Эх, знал бы я, чем обернётся этот урок… Тревожный звоночек пропиликал, когда Эля, объясняя про особую структуру женской груди, стянула с себя пиджак. Тогда я не придал этому значения, ну сняла и сняла.

Прошло десять минут урока, и я по обыкновению скучал. Мысленно у меня уже закончилась школа, правда, дальнейшее моё бытие пугало. Экзамены – пёс с ними, сдам. Но вот поступление… Я даже не представлял, куда идти. Для себя решил, конечно, что пойду туда, куда балла хватит, но после последних событий меня всё больше тревожило будущее. Видимо, так бывает, когда появляется ответственность не только за себя.

Рефлексия не дала мне сразу заметить, что весь класс как-то оживился. Точнее, наоборот, притих, но не из-за замечания. Я поднял взгляд к доске и увидел, как Эля скидывает рубашку, оставшись сверху в одном лифчике. Что эта ненормальная творит? Думаю, Ангелине стоит это увидеть. Я включил видео на телефоне и поставил его так, чтобы он снимал происходящее у доски.

Несколько парней даже понемногу подвигались поближе в надежде, видимо, увидеть грудь училки. Вот только эти особо любопытные идиоты не учли, что Эля только и ждёт, когда появятся ребята особо инициативные. Движения она заметила и тут же вытянула вперёд руку, поманив парней вперёд.

– Увы, придётся всё показывать наглядно, раз моделей нет, – улыбнулась женщина, от чего те, кто до этого хотел посмотреть поближе, медленно попятились назад. Я в свою очередь не совсем понял, о чём вообще Эля говорит. – Ну что, неужели среди двадцати человек не найдётся ни одного смелого парня или девушки для помощи?

– А вам какого рода помощь нужна? – Ира чуть ли не в голос рассмеялась, едва сдерживаясь. – Если вам надо лифчик расстегнуть, то из присутствующих парней вам один, может два смогут помочь, – и на меня взглядом стрельнула.

– Благодарю, Ира, за заботу, но в способностях снять бюстгальтер этого одного, – Эля тоже в меня взглядом стрельнула, – я и сама уверена. Вопрос ко всем остальным. Есть ли здесь те, кто ещё ни разу не занимался половым актом?

В ответ молчание. Парни стыдливо отводили взгляд, хотя, казалось бы, Ира прошлась тут по каждому. Девушки выглядели чуть менее нервными, и несколько даже руки подняли. Аня так даже подскочила с места, чтобы её заметили.

– Ух ты, все мальчики уже матёрые? – фыркнула Эля, обведя взглядом класс. – А молчите так, будто голых женщин только в мечтах видели. Целиков!

– Я! – парень подскочил с места, чуть не развернув парту. О, это же Данила, которому я лицо бил до урока. – Эльвира Владимировна, я…

– Шуруй к доске, – перебила парня Эля. – Лакрицкий, Добруш, Усаченко. Вы тоже. Коли вам хватает смелости драться за девушек, то и побыть моими… подопытными тоже должно хватать.

Четверо парней, каждый с синей мордой от моих побоев, вышли к доске. Видок у них был, будто их сейчас расстреливать будут.

– Не лучший выбор, – прокомментировала Ира и уставилась на меня. – Эти и показать ничего не смогут.

– Шурина, – училка шикнула на старосту, – моя задача, как учителя, не поверишь, учить. Так, помогите мне расстегнуть это, – Эля повернулась к четвёрке парней спиной, указывая на застёжки лифчика.

Пиздец… Эта дура совсем рехнулась! Я (не один, ещё человека четыре снимали происходящее) уже не жалел, что поставил камеру. Геля будет в ахуе. Парни вчетвером пытались справиться с застёжками, но из-за того, что их четверо, и у каждого тряслись от нервов руки, лифчик оставался не побеждённым.

– Так, закончили! – разочарованно вздохнула Эля и повернулась к четвёрке боевитых пацанов. – Боже, это ведь не сложно! Потянуть немного и всё. Сели все! Трестин!

–У? – отозвался я, провожая взглядом красных от стыда парней.

– Расстегни мне лифчик, – махнула рукой Эля.

Я нехотя поднялся и подошёл к учительнице. Я не боялся не справиться, всё же пока что ещё ни один лифчик, который я хотел снять с девушки, не избежал своей участи. Я опасался того, что Эля захочет сделать дальше.

– Охуеть, – Ангелина смотрела на экран моего телефона. – Элька трахнула тебя прямо на уроке. Перед всем классом.

– Да… – устало вздохнул я, ловя на себе взгляды нескольких одноклассниц, прошедших мимо. – Но не до конца. У меня хотя бы встал, в отличие от остальных.

Да, расстёгиванием лифчика дело на уроке не закончилось. Эля вызвала к доске ещё несколько парней, приказала, другого слова не подберёшь, нам всем снять штаны и продемонстрировать свои гениталии. Один пацан от напряжения, наверное, упал в обморок. Точнее, сымитировал его. У остальных при виде голой Эли не встали. Один я был уже настолько подкован публичными ласками с Ангелиной и Ирой, что у меня всё сработало, хотя, признаться, я тоже нервничал. Эля показала на мне, как надевается презерватив, потом подозвала несколько девчонок повторить, что те делали с куда большим рвением (Аня, чёрт бы её побрал, особенно развлекалась, когда мой член ей в руки попал), а потом училка завалила меня прямо на учительском столе. Это не урок полового воспитания был, а какое-то издевательство над школьниками. Эля продемонстрировала, как надо делать минет, потом показывала, куда надо вставлять и как двигаться. Слава богу, до конца она не пошла – урока не хватило. А сейчас училка пошла к директору, который был не сильно доволен тем, как Эльвира Владимировна провела урок.

– Думаю, она это затеяла, чтобы наказать ребят за утреннюю драку, – предположила Ангелина. – Хотя, конечно, исполнение… ну, с моей точки зрения, это просто бомба! А вот если рационально на это смотреть…

– Эля нажила себе на ровном месте неприятности, – закончил я за Гелю. – Хорошо, если её просто уволят. А могут и статью впаять за совращение несовершеннолетних.

– Пусть попробуют! – воинственно воздела кулак вверх Геля. – Она, конечно, ку-ку, но она всё ещё моя сестра. Слушай, – девушка вдруг стала серьёзной, –а почему те парни вообще к тебе прицепились? Ты же вроде никогда к девушкам из списка не лез.

– Может быть, из-за твоих трансляций, – пожал плечами я. – У нас в кадре постоянно появляются новые девушки, с которыми я делаю всякое. Вот школьники и решили перестраховаться…

– Ну да, может быть, – кивнула Геля. – У меня кто-то из подписчиков слямзил несколько последних видео и залил их себе. Их оттуда подхватили, и теперь наши постельные похождения являются достоянием широкой публики. Но нет, не только в этом дело. Игоря то никто не трогает.

– Игорь и в школе не появляется, – поморщился я. – Его, вроде как полиция ищет.

– Но всё равно, – покачала головой Геля. – Мне кажется, что вот эти девушки уже тобой интересовались. Может даже, учитывая, что осталась последняя неделя учёбы, собирались к тебе подкатывать в ближайшее время.

– Звучит вполне логично, – согласился я. Притворно, потому как логику я не видел.

– Однако, я не понимаю это… отчаяние, – продолжила Ангелина. – Почему те парни себя так повели?

– Гель, ты же про Иру знаешь? – я посмотрел на девушку. – Что она трахнула всех парней на параллели?

– И уничтожила их самооценку после этого, – закивала Ангелина. – Наслышана. И не только твою параллель, Саш. Она и по моей прошлась. Единственный, про кого Ира не говорила, что он плох, это ты. И это мягко сказано. Она делится своими впечатлениями со всеми желающими, от чего её трахари не в восторге.

– А теперь представь, что эти самые парни сохнут по другим девчонкам, а те в свою очередь знают, что в сексе эти парни полные нули. Это и есть причина отчаяния.

– Окей, но… почему выпускной? Разве выправлять свою репутацию не лучше сейчас?

– На выпускном будет нечего терять. Он предложит. Если она согласится, то круто, если нет, то завтра его тут не будет. Никакого урона репутации. Зачем править то, что уже безнадёжно испорчено?

– Мда… – Геля прислонилась к стене и посмотрела на меня. – Знаешь, Саш, я теперь понимаю, почему к тебе девчонки липнут. Ты куда решительнее остальных парней в школе.

– Нет, я такой же, – возразил я. – Даже хуже. У меня с самого перевода в эту школу была репутация не из лучших. Необщительный драчун, всё такое.

– Да нет, – Ангелина прищурилась и внимательно на меня посмотрела. – Для тебя это будет новостью, но девчонки считают тебя… таинственным романтиком.

– Что? – я с недоверием посмотрел на девушку.

– Это из-за внешности, – пояснила Геля. – Вечно грустные холодные глаза, длинные растрёпанные волосы, вечная серьёзность на лице – ты выглядишь так, будто только что похоронил любовь всей твоей жизни и собираешься отомстить. Девчонок такое цепляет, да и, чего греха таить, ты красавчик. Ещё и тело у тебя зачётное, подтянутое такое.

– Никто, кроме тебя, Иры и Лины моего тела не видел, – снова возразил я.

– Вот именно! – хлопнула меня по плечу Геля. – Любой другой целыми днями бы мускулами играл перед девчонками, а ты скрываешь, хоть твоё телосложение под одеждой хорошо просматривается. Это сильно цепляет. А если учесть, что делала на уроке с тобой Эля… странно, что тебе уже не предложили уединиться.

– Трестин, к директору! – рядом с нами появилась Ира с такой довольной лыбой, что мне страшно стало.

– Видишь, уже предложили, – кивнул я Ангелине и двинулся к лестнице.

Хрыч, сидел за своим столом с таким видом, будто он тут царь и бог. Сначала меня отчитали за то, что я участвовал в выходке Эли, но так, не сильно. После отчитали за то, что я подрался утром на крыльце, но так, не сильно. После меня попробовали отчитать за наши с Гелей сьёмки, но тут уже я взбрыкнул, сказав, что моя личная жизнь директора школы не касается. Потом мне предложили покурить, но я отказался. Виктор Генадич был не сильно доволен отказом, но ничего предъявить мне не мог. На том и распрощались. На выходе из кабинета директора меня перехватили дуэт стерв и Ира. Учитывая, что урок уже начался, это было как минимум необычно.

– Ну что, отчислили? – спросила Аня, ткнув меня локтем в бок.

– Неа, сказали только учителей на уроках не трахать, – фыркнул я.

– А учениц можно? – блондинка не унималась. Более того, она липла ко мне с нездоровым энтузиазмом.

– Про учениц мне ничего не говорили, – я остановился перед дверью в класс. Заходить не хотелось.

– Я тут подсчитала кое-что, – Аня немного отпрянула, но я по моське видел, что задумала она гадость. – Дней всего пять, а девочек шесть. Выходит, в один из дней надо сразу двух клеить. Непросто будет тебе, Сашка.

– Сдался тебе этот список, – буркнул я, внутренне согласный с девушкой. Для меня такое было в новинку. Обычно, на меня девчонки сами вешаются, конечно, преследуя свои какие-то цели, но всё же сами. Я, обычно, инициативу не проявляю, а теперь надо включать мачо и пикапить всех из списка. Конечно, я мог в любой момент отказаться, не заставлять же девушек в самом деле. Однако… – И зачем ты это сказала?

– Ну смотри, – Аня лукаво улыбнулась. – Две девчонки из списка стоят прямо рядом с тобой. Смекаешь?

Ага, это те самые девчонки, в трусы которых я и под дулом пистолета бы не полез. Хрен с тем, что они оборотни. Это, мать их, дуэт стерв, и их сторонятся все, у кого серое вещество находится выше уровня таза. Полагаю, сторонятся инстинктивно.

– Не, я – тупой грибочек, – фыркнул я. Нафиг мне такое счастье не надо.

– Жаль, – наигранно горько вздохнула Аня. – Трусы у Насти уже выжимать можно, а он – тупой грибочек.

– Да ты неправильно делаешь, – как? КАК, СУКА? Как эти женщины умудряются ходить по бетонной плитке на каблуках бесшумно? Эля резко влезла в разговор, причём с таким довольным лицом, будто… Я даже не знаю, что эту женщину может ТАК порадовать. – С мальчиками надо не такими толстыми намёками, а говорить прямо. Например, – Эля посмотрела на меня, – Александр, я хочу ебаться!

– Ебись, я разрешаю, – улыбнулся я, проглотив фразу «Тебе не хватило?!». Хех, аж гордость взяла от такого парирования. Главное, дальше не продолжать, а то ещё и крайним останусь.

– Эльвира Владимировна? – удивилась Настя. – Вас не уволили?

– Меня? Уволить? – удивилась училка. – Разве что по собственному желанию. Так, отругали чуть-чуть… Скорее из зависти, что ему, – кивок на меня, – перепало, а директору нет.

– Ого, у него есть на что? – удивилась Ира.

– Есть, – скривилась Эля. – Правда, смотреть там не на что.

Так, пока девчонки обсуждают пенис директора, мне имеет смысл делать ноги. Правда, я шаг сделать только успел, как на моей руке повисла Аня, всё ещё внимательно слушая речь Эли. Видимо, наш досуг на ближайший час уже был определён, и, сука, снова без меня.

Вопреки моим догадкам, мы всей гурьбой вернулись в класс. Эля сказала, что сегодня она с нами все уроки заменяет. Да, экзекуция над парнями продолжалась, и училка отрывалась как могла. Её же только что отругали за это, а она продолжает. Либо это несусветная глупость, либо Эля в этой школе имеет больше власти, чем сам директор. Благо, практику женщина уже не показывала, но сурово спрашивала у класса за теорию. Даже мне по шапке прилетело, когда оказалось, что я ни разу не пользовался презервативами. Не буду же я говорить, что половина тех, кого я трахнул, это магические создания, которые контрацепцию одним желанием накладывают.

В любом случае, среди класса уже шептались, что я не просто герой-любовник, а ёбырь-террорист, который трахает всё, что движется. Даже возразить было нечего после событий первого урока. Ещё и Аня всё наседала с вопросами. На Элю, правда, но большая их часть была адресована мне. Сука, ну да, я как-то гуглил, что такое зоопорно. Не потому, что это меня возбуждает (там и возбуждаться не от чего – бедные животные не могли понять, что от них хотят), а потому, что я не верил, что такое делали в реальности. В хентае всяком да, понятно, там фантазия автора порхает без ограничений, но реальность то действительно отличается.

И да, вопрос про зоопорно тоже Аня подняла, и я в целом догадывался, почему. Просто, когда вопрос «Кто-нибудь смотрел?» адресовали всему классу, я и Ира были единственными, кто руки поднял. Даже Аня с Настей постеснялись, хотя я был уверен, что вот эти двое точно подобное просматривают.

На большой перемене я смог свалить из класса и двинулся к кабинету, где тусовалась Геля. Дело в том, что две девчонки из списка были одноклассницами этой розовой оторвы. Однако, я всё не мог придумать, как к ним подступиться. Были бы мы хоть знакомы, а так…

Так, стоп. Принципы принципами, но какого чёрта я вообще творю. Даже если смотреть с точки зрения тех же принципов, разве я не считаю подкаты к чужим девчонкам чем-то неправильным и даже мерзким? Стрелочка-то поворачивается. Конечно, можно подумать, что девчонки пока ничейные, но… Чёрт возьми! После утреннего, признаюсь, я был немного зол, ладно, очень зол, а после урока Эли я ещё и возбуждён сверх меры был. Но если всё же начать думать верхним мозгом?

Возьмём, к примеру, Аню или Настю. Они есть в списке? Есть. После того, как я с ними пересплю (если пересплю), у нас с ними будет какое-нибудь продолжение? Отношения там или просто дружба? Очень вряд ли. Так какой вообще смысл лезть? Да, девчонки, вероятно отошьют тех идиотов, которые собираются к ним подкатывать в самый последний момент, но… Что если нет? Тогда моё вмешательство можно расценивать достаточно разрушительным, утрированно конечно, но всё же и чудеса порой случаются. Я просто покажу напоследок всей школе, что я тут альфа-самец, и тем самым, возможно, разрушу ещё не зародившуюся связь между людьми. Да, Аня и Настя оборотни, и вряд ли они смогут скрыть это в дальнейшем от близких людей, но даже если брать меня в пример… Марго мне раскрылась, и мало того, что жива (будто я бы смог её убить, ага), но и вполне довольна, хоть и строит из себя королеву драмы.

Однако, есть ещё одно «но», довольно весомое. Парни, которые составляли этот список, не просто так трясутся за… эм, сохранность девчонок. Для них это не девушки со своими личностями, характерами и хотелками, а лишь объекты, которые должны утолить их, парней, хотелки. То есть, дай любому из пацанов ростовую куклу, выполненную в виде их объекта желания, и все вопросы сразу отпадут. Именно такими они их и видят. С чего я решил? Да с того, что хотели бы они сблизиться с девушками из списка, делали бы это сейчас, а лучше, в течение длительного времени, а не перед самым концом, после которого был шанс никогда больше не увидеться.

Короче, лезть в это не сильно хочется. Я могу, конечно, прощупать почву и узнать, есть ли основания у девчонок быть в списке, и, вероятно, сделаю это. Но что делать дальше? Занимать, коль не занято? Не лучшее решение. Я о гаремах никогда не мечтал, да и запарно это. Я всё ещё думаю, что у меня с Гелей будет после конца наших съёмок.

К слову о цветочках. Геля сидела за партой прямо перед выходом из класса и болтала о чём-то с другой девчонкой, которая чем-то мне Иру напоминала. Внешних различий была уйма, но какое-то неуловимое сходство точно присутствовало. Длинные чёрные волосы, заплетённые в две косы, лицо с бледными веснушками, большие голубые глаза, не менее большие круглые очки, одета в классические «белый верх, чёрный низ» – будто бы девчонка была образцом для идеального представления примерной школьницы. Точно, вот и сходство. Ира тоже кличку «Эталон» не просто так получила.

– Привет, – я подошёл к Ангелине и уселся прямо на парту.

– О, Сашка! – наигранно радостно розовая егоза встретила меня. – А мы тут с Дашей болтаем. Ты по делу? – и глазками захлопала, немо умоляя меня сказать «да».

– По делу, – подыграл я.

– Славно! – Геля вскочила, схватила меня за руку и потянула из класса. – Идём быстрее, пока эта овца не поняла.

– Я вообще-то по списку пришёл, – когда дверь класса за нами закрылась, пояснил я.

– А, точно, да, – кивнула Геля. Я почуял в её голосе ноки обиды, после чего спешно добавил:

– И к тебе тоже.

– Выкрутился, – хмыкнула девушка. – Та-ак, тебе нужны Ульяна и Лена. С Ульяной я помочь не смогу – она одиночка и держится особняком от всех. А Лена… Обернись.

Я послушался. Прямо за моей спиной стояла девушка с короткими светлыми (вероятно, крашенными) волосами, и с любопытством рассматривала меня своими большими карими глазами.

– Дай угадаю, я стою у тебя прямо за спиной? – хмыкнула Лена, улыбаясь своей шутке.

Я даже не сразу обратил на её реплику внимание. Куда больше меня занимало тело девушки. Ничего особо выдающегося, правда, но мышцы на её руках были не то, что невооружённым взглядом видны, они очень хотели разорвать девичью кожу и показаться всему миру. Про бёдра вообще молчу. Такими можно арбузы лопать.

– Ты качаешься? – не смог не спросить я, за что получил тычок локтем от Гели.

– Типа того, – кивнула Лена. – Я тяжёлой атлетикой занимаюсь. Между прочим, по городу золотые медали несколько раз брала.

– Солидно, – присвистнул я. – По тебе видно, что ты за собой очень усердно следишь.

– И не перестаёшь быть красоткой, – подсказала мне Ангелина, бросив на меня недовольный взгляд.

– Хе-хе, спасибо, – заулыбалась девчонка. – Рада, что мои труды оценивают. А ты…

– Саша, – подсказал я.

– Приятно познакомиться, Саша, – кивнула Лена. – А ты, смотрю, тоже занимаешься? Сколько от груди жмёшь?

– Не помню, – я пожал плечами. – Давно в зале не был. Сейчас ограничиваюсь пробежками и турниками.

– Плохо, – вздохнула девушка. – Мышцы быстро покроются жиром, если не тренироваться.

Я было хотел ответить, но в наш разговор неожиданно влетел один отбитый на голову младшеклассник. Тот самый, который больше всех тяфкал сегодня утром на школьном крыльце.

– Ты чё, на! Берега попутал? – снова залаял мелкий, вставая в позу «собака танцует на задних лапках». А, это у него боевая стойка такая! Не сразу распознал.

– Вацлав, сука! – и снова мне не дали ответить. Пацанёнка за ухо схватила ещё одна девчонка явно готической наружности.

Густые пепельные волосы, не слишком длинные, ярко-зелёные глаза, кукольное личико со слоем макияжа в преимущественно чёрных тонах, чёрное платье с чёрным корсетом, кожаная куртка поверх, кожаный браслет с шипами на руке, сетчатые чулки, явно специально порванные в нескольких местах, и высокие чёрные сапоги, отполированные настолько, что с ними можно девчонкам под юбки заглядывать.

– Ульяна, – шепнула мне на ухо Геля.

– Извините его за это, – тихо попросила прощения готка и утащила боевую собачонку в класс.

– Уля как обычно, – хмыкнула Лена. – Вацлав её сосед, и вроде как они ровесники, но ума у него и для детского сада маловато. А он ещё надеется, что Уля ему даст.

– Есть основания для такой надежды? – я проводил парочку школьников взглядом. – Или это слепая вера.

– Может быть, если Вацлав додумается наконец сделать хоть что-то умное, – пожала плечами Лена. – В любом случае… Ты, Саша, меня вроде искал? Вот, нашёл. Что дальше? Не на тренировку же хотел меня позвать.

– Интереса ради, я бы позвал, – улыбнулся я. – На чемпионство по городу я не претендую, но посмотреть, как далеко мне до него было бы любопытно.

– Тихо! – Лена вдруг вздёрнула вверх указательный палец и прислушалась. Секунд десять слушала, после чего хмыкнула. – Я слышу перезвон стальных яиц? Признаться, так ребята со школы ко мне ещё не подкатывали.

– То есть ни у кого не хватило мозгов позвать девушку, которая ему нравится, позаниматься тем, чем её нравится? – удивился я. Нет, это правда странно. Очевидно же, что если хочешь сблизиться с человеком, предложить ему составить компанию в любимом деле будет лучшим решением.

– Боятся проиграть девчонке, – отмахнулась Лена. – Лады, завтра у меня тренировка в спортзале. Буду рада, если присоединишься.

Я успел заметить румянец на щеках девушки, когда она убежала в класс. Мы с Гелей некоторое время смотрели ей вслед, причём, оба с удивлением. Лично я удивлялся, что я смог так легко подкатить к незнакомой в общем-то девчонке, и довольно успешно. А Геля…

– Лады, я поняла, что я ничего не поняла, – выразила свои мысли Ангелина. – Лена тобой никогда не интересовалась, вроде бы, а за ней бегают как минимум три старшеклассника, заваливая её комплиментами и подарками. Что происходит?

– Гель, мало сказать девушке, что она красивая, – попробовал объяснить я, кривя душой. Я был почти уверен, что дело в суккубьих феромонах. – Это, конечно, приятно, безусловно, но мало. Лена занимается спором, и тело у неё соответствующее. Не лучше ли похвалить её усердный труд над собой, чем просто замечать то, чем она одарена от природы?

– И после этого ты будешь мне говорить, что ты не романтик? – возмутилась Геля, зачем-то прижавшись ко мне и обняв.

– Хех, это ведь ещё не всё, – усмехнулся я. – Только повод узнать девушку получше. И показать ей себя с лучшей стороны.

– Всё ещё звучишь, как романтик, – фыркнула Ангелина.

– Скорее, как страшный манипулятор, – я хлопнул девушку по заднице, заставив Гелю довольно взвизгнуть. – Организуешь мне встречу с готкой?

– Хе-хе, смазку сам притащишь, – рассмеялась Ангелина и убежала в класс. – Я тебе напишу. И не забудь про наши съёмки!

С ней забудешь. Я невольно усмехнулся, глядя в спину Геле. Чем-то её настрой цеплял, даже заражал. Мимо меня спешно пробежала крошечная учительница, та самая, которая была в списке парней. Интересно, её вписали только потому, что доподлинно известно, что у неё давно никого не было, или кто-то действительно решил покуситься на эту серую мышку? Учительница была симпатичной, хоть по ней и было видно, что четвёртый десяток уже не за горами. В общем, на милфу она не тянула, внешними данными тоже не выдавалась, да и характер у неё был не самый хороший – разгон от няши-стесняши до редкостной суки у женщины занимал пару секунд.

Раздался звонок, и я лениво двинулся к своему классу. Ещё три урока пережить, и можно заниматься своими делами. Может, попробовать уломать Элю на отпустить пораньше? Ей самой шесть уроков подряд с нами осточертеют, зуб даю.

– Ты Александр? – меня окликнули в спину. Точнее, тихо спросили, но я всё равно услышал.

Я повернулся и увидел ту самую готку Ульяну, холодно осматривающую меня, скрестив руки на груди. Почему от девушки не веяло, а, извиняюсь, хуярило равнодушием?

– Я, да, – подтвердил я. – А ты Ульяна, верно?

– Верно, – кивнула девушка. – Ангелина сказала, что ты заинтересовался мной. Пока идёт урок, можем по-быстрому перепихнуться. Помещение без лишних глаз с тебя, деньги вперёд.

– Что?

Глава 17

Каковы шансы того, что ты встретишь в школе, будучи школьником, проститутку, к тому же тоже школьницу? Конечно, шансы не нулевые, учитывая, что две мои одноклассницы оборотни, но всё же к нулю стремящиеся. Что именно из обращения Ульяны выбило меня из колеи, я не понял, но в ступор впал серьёзный.

– Нет денег? – равнодушно спросила девушка. Скорее даже, утвердила, а не спросила. – Тогда гуляй. Ладошка в помощь.

Развернулась и ушла. Я тоже на месте не остался и двинулся к своему классу, попутно набрав сообщение для Гели. Просто решил поделиться открытием. Интересно получается, если честно. Парни, которые составляли для меня список неприкосновенных девиц, знали про то, что Ульяна трахается за деньги? Если да, то почему внесли её в список, ведь она даст каждому, кто заплатит? Если нет, то… парней ждёт шокирующее открытие.

Новый урок, и у меня снова новая соседка по парте. Аня, чтоб ей икалось, перестала играть в сломанный телефон и теперь задалбывала меня вопросами сексуального характера напрямую. Эля этим была не сильно довольна, но не возникала, а вот Настя, могла бы она сжигать взглядом, испепелила бы и меня, и свою подружку.

Тем не менее, я, против своей воли, смог узнать про Аню чуть больше, да и про Настю тоже. Обе девушки были во мне заинтересованы. Не сразу интерес появился, скорее сначала это было что-то лёгкое и неосязаемое, пока меня домогалась Лина, но, как вампирша сошла с дистанции, обе стервы стали присматриваться ко мне интенсивнее.

Аня видела во мне удобство, с возможностью неплохо провести время, и я сейчас даже не про секс. Дело в том, что нелюди, если принадлежат охотникам, могут позволить себе немного больше, чем те, кто скрывается. Аня, будучи наполовину человеком и наполовину зверем, ощущала себя ближе к зверю, и человеческая оболочка её сильно душила. Не повезло Ане, что её человеческая форма такая маленькая и неказистая, по её словам. В теле зверя ей было комфортнее, но принимать свою форму она не могла, потому как могут прийти злые охотники и настучать по блондинистой головке. Но если вдруг я соглашусь сделать девушку своей… не в плане отношений, а буквально ошейник на неё повесив, вопросы будут адресовываться уже мне, а я, как охотник, других охотников могу послать. К тому же, Аня действительно мне симпатизировала. Короче, блондинка была гедонисткой, и крутила она все попытки той же Лины со мной состыковаться.

С Настей всё было куда сложнее. Она ощущала себя больше человеком, и запаривалась с этим сильнее, нежели Аня. Для Насти не было проблемой, что ей запрещено проявлять свою звериную сущность, но симпатию ко мне она питала куда большую, чем её подружка. Беда в том, что девушка не могла ничего сделать из-за чувства вины перед Линой. Отбивать парня у своей подруги она не хотела из соображений совести, да и в случае конфронтации с вампиршей ей было нечего противопоставить – зверь в Насте сидел не самый сильный и любому кровососу проиграет подчистую. Аня считала такое поведение глупостью, но не осуждала свою подругу, даже поддерживала. Для блондинки был важен только ошейник, а сколько на моём члене будет девчонок её интересовало мало.

Я от таких откровений снова выпал в осадок. Даже попытался объяснить, что я НЕ охотник, и вряд ли им стану. Мама недавно рассказывала, что охотники учатся с малых лет, а в меня мои заботливые родители заложили самый минимум, то есть любой первоклашка-охотник мог меня запросто побить за счёт подготовки, что уж говорить про ровесников. Аню это не смущало, ведь тут вопрос был не в силе охотника-покровителя, а в юридических вопросах.

Очередная перемена, и я снова сбежал из класса. По пути меня пыталась перехватить Настя с одной ей известной целью, но я успел смешаться с толпой. На данный момент ситуация со списком начала отдавать неприятной тухлятиной, и я решил навести справки об оставшихся девушках, коли с Ульяной случился такой казус. По уму, нужно было найти главную сплетницу школы и основательно её расспросить, однако, я понятия не имел, кто это может быть. У меня канал связей совсем небольшой: Геля и Ира. Последней я отправил несколько сообщений и выяснил, что девушка отправила меня в чёрный список. Логичный вопрос «С хрена ли?» высказывать было некому, потому как староста свалила из класса ещё быстрее меня. Оставалась Геля, и вот она работала исправно. Сука, я уже и к ней как к предмету обращаюсь… Охотники меня что ли покусали?

Встретив розовую оторву, я первым делом сгрёб её в охапку и поцеловал. Да, вот так просто, посреди коридора, на глазах у кучи народа, добротно так поцеловал, так что Геля чуть не задохнулась. После пришлось получать нагоняй. Ангелина была не против поцелуев, но по предварительному согласию, а не вот так. Ещё и вопрос один закинула, нехороший такой:

– Мы, типа, встречаемся?

Я снова завис. Геля ещё Лине говорила, что раз вампирша от меня отвалила, то мелкая заберёт меня к себе, однако, все наши взаимодействия были дружески-деловыми. То есть да, завтра мы с Гелей будем трахаться (да и на сегодня она что-то выдумала), ещё и на камеру, в прямом эфире, но любовью там и не пахнет. Признаться, ни с одной девушкой у меня любовью не пахнет, даже с Линой. Сука, Лина…

– Забей, тупой вопрос, – вздохнула Ангелина и потащила меня по коридору хрен пойми куда.

Пришли мы по итогу в класс биологии, обладательница которого весь день мучает мой класс на тему сексуальных штук. Геля придирчиво осмотрелась вокруг, пошатала пару парт, зашторила окна, после проверила учительский стол. Что она искала, я понял только спустя минуту – Геля осматривала класс на предмет съёмочной площадки для сегодняшнего стрима.

– Я тут раскопала кое-что, – как бы между делом вкинула девушка. – Касательно Ульяны. Пришлось аж в даркнет заползать, даже лично писать той самой Стейси пришлось… Как я и думала, она та ещё сучка, но хотя бы ответила. Короче, мамка и папка Ульяны сейчас в процессе развода, как раз после того, как мамка побывала на шоу Стейси. Вроде как семья у них бедствует, потому как главный мужик в доме проиграл солидную сумму в каком-то казино. Не важно, да. Так вот, что случилось после шоу я могу только догадываться, но Стейси… пошла на уступки для Ульянки, когда та пришла к ней, и дала ей возможность заработать.

– На шоу? – в процессе рассказа Гели я долго не мог вспомнить, кто такая эта ваша Стейси, но после вспомнил, как Ангелина показывала мне шоу, в котором девушек трахают персонажи сомнительной наружности за немалые бабки, коим и заправляет некая Кролик Стейси.

– Нет, не на публику… ну, почти, – Геля плечами пожала. – Не знаю, считается ли такая работа непубличной. Ульяна работает танцовщицей в одном из клубов Стейси. Считай, проституткой, потому как в её обязанности входит не только на шесте крутиться, но и развлекать клиентов. Такая работа куда стабильнее, нежели участие в шоу.

– Полагаю, зарабатывает Ульяна немало, – задумался я. – А значит, и прайс у неё соответствующий. Такие суммы с собой будет либо безумец таскать…

– Не будем про Элю, – хихикнула Геля.

– Либо тот, кто точно знает, что придётся раскошеливаться, – закончил я. – То есть, шанс того, что Ульяна специально предложила мне перепихнуться за бабки…

– Саш, погоди, – снова зараза меня перебила. – Я тут саму Ульяну чутка поспрашивала ещё до того, как ты подошёл.

– Ты же говорила, что не можешь мне помочь с Ульяной, – возразил я.

– Я думала, всё на мази, – отмахнулась Геля. – Я спросила у неё, будет ли она рада, если ты предложишь ей потусоваться вместе, и она согласилась.

– За деньги, – напомнил я.

– О деньгах речи не было, Саш, – покачала головой девушка. – Я почти уверена, что до прошлой перемены она бы тебе дала просто за красивые глазки. Что-то, видимо, случилось.

– Может быть, – кивнул я. А может нет. Может Ульяна просто решила, что я осведомлён о её роде деятельности и имею нужную сумму, к слову, неоговорённую, на кармане. Или девушка решила таким вот образом отомстить мне за утреннюю драку с её дружком Вацлавом.

– Будем вмешиваться? – отвлекла меня от мыслей Геля, озабоченно глядя на меня. – Может быть будет легче вызнать всё непосредственно на работе у Ульяны?

– Да у меня денег на такое нет, – покачал я головой. – Не бедствую, но на походы по проституткам тратиться не могу, а то придётся начать.

– Тогда давай постараемся сегодня на съёмках! – Геля хлопнула меня по спине, потом подумала, и хлопнула ещё раз, по жопе. – То, что я запланировала, придётся по вкусу моим пёсикам. А на вырученные донаты ты сходишь и снимешь эту шлюшку!

– Зачем? – удивился я. – Эти деньги тебе вроде как нужны, Гель.

– Затем, что школьница раздвигает ноги за бабки редко от удовольствия, Саш. Думаешь, мне нравится таким заниматься? – во взгляде Ангелины промелькнула печаль. – А ведь я делаю это наедине с камерой, в то время как Ульяна трахается с теми, кто ей платит. Без права выбора. Считай это… женской солидарностью. Я сама планирую сворачиваться, когда… ну, скоро, а то, что Ульянка хочет свалить, но по какой-то причине не может, стопудовая информация. Так что я хочу ей помочь.

– Гель, я… – позиция Ангелины мне была понятна, я её даже в какой-то степени поддерживал. Но помогать всем подряд жизни не хватит. – Слушай, я понимаю твои мотивы, но страдать альтруизмом желанием не горю. У моего близкого круга проблем немерено: свадьба Лины, вечные обиды Марго, твои семейные проблемы… И это только малая доля.

– Саш, пожалуйста, – с лица Гели сошла маска беззаботной ветреной дурочки. Теперь я точно мог рассмотреть серьёзную и сильно обиженную жизнью Ангелину. – Хотя бы ради меня… Хотя бы попытайся…

– Хорошо, – вздохнул я, заранее осудив себя за мягкость, – уговорила. Я сделаю всё, что в моих силах.

– Спасибо, – Геля подошла ближе, встала на носочки, запрокинув руки мне на шею, и нежно поцеловала.

«И давно ты начал помогать всяким падшим девицам?»

Едкий голос Марго громом раздался в моей голове. Интересно, а что именно она подразумевает под «падшей девицей»? Просто, если так подумать, то меня только такие и окружают. Лина со своим браком по расчёту, Маша с наркозависимостью, Ира с нимфоманией, Геля, Эля, Мей, даже моя мать туда же… И, конечно, сама Марго. Если притягивать за уши, то всех моих знакомых, за исключением, наверное, Лизы, можно назвать падшими девицами. К тому же, помогать Ульяне я не собирался. Точнее, я мог попытаться, но ничего сверх сил делать не стану. Лезть в дела Ульяны я не хотел, просто не смог отказать Ангелине.

Предпоследний урок… Эля уже растеряла весь свой энтузиазм и со словами «Смотрите порно, дети» свалила в свою каморку, оставив класс. Я ждал звонка, некоторые уже ушли, но группа ребят, которых я сегодня утром отлупил, почему-то осталась. Вряд ли они боятся нагоняя за побег. Ещё и взгляды на мне фокусировали какие-то… мерзкие. Гадость какую-то выдумали, точно говорю.

Аня лежала на парте, рассматривая меня. А может быть окно. А может, девушка просто спала с открытыми глазами. Я бы не удивился. В любом случае, все мы ждали звонка. Планов была уйма, но мне для их реализации нужно было дождаться Гелю. Её училка, правда, пофигизмом не страдала и котлеты бабла с собой не носила, поэтому отпускать проблемных учеников раньше положенного не торопилась. Следовательно, и мне было незачем уходить раньше.

Минут за десять до звонка группа парней таки свалила. Вроде и тише без них стало, и спокойнее, но вот… что-то не давало мне покоя. Я постарался поскорее собраться и выскочил из класса, но пацанов уже не было видно. Ладно, пускай думают свои подлянки. Пока я шёл к классу Гели, звонок залил трелью школу, и стало шумно – измученные бестолковой учёбой школяры спешили покинуть место заключения. Я же двинулся к интересующему меня классу только для того, чтобы узнать, что Ангелина уже ушла. Что-то внутри моей черепной коробки шевельнулось, что-то показалось мне странным.

Я двинулся к классу биологии, который Геля хотела использовать как съёмочную площадку, попутно набрав девушке на мобильный. Нет ответа… и Ангелины в классе тоже нет. Очень быстро у меня в голове сложился пазл, и он мне ОЧЕНЬ не понравился. Я вновь вернулся к классу розовой заразы и застал там Ульяну. То, сука, что нужно! Готка неспеша собирала вещи, погружённая в свои мысли. Очень жаль было прерывать её думы, но у меня тут разыгралась паранойя.

– Набери своему уродцу, – без прелюдий я приблизился к Ульяне и навис над ней. – Узнай, где он.

– Что? – девушка не поняла, что происходит. Вот она одна в классе, задумалась о чём-то своём, а вот я уже нарушаю личное пространство с миной, обещающей скорую расправу.

– Вацлаву набери! – теряю я терпение. – Живо! Мне нужно знать, где он. СЕЙЧАС!

– Не буду! – напугать девушку я смог, но вот её реакция входила в категорию «бей». Вид у Ульяны был такой, что я невольно засомневался в том, кто кого будет бить. – Ты опять его изобьёшь!

– Жизнь его изобьёт, если он занимается тем, чем я думаю, – рыкнул я. – Я его пальцем не трону, если твой пёсик не делает ничего плохого.

Девушка мне поверила. По глазам вижу, что она сама прекрасно осознаёт, что драться с её пацаном мне незачем. Однако, она всё ещё беспокоилась. Видимо, запоздало и в её голову пришла мысля, что что-то происходит.

– Сейчас, – Ульяна достала телефон и позвонила своему дружку. Ответа долго не было, но всё же пацан ответил, и девчонка поставила на громкую связь, дав мне возможность услышать всё самому. – Вац, ты где сейчас?

– Дык это… – заминка с той стопороны. Придумывает, что спиздеть. – Домой уже иду. На улицу вышел и иду.

– Правда? – Ульяна сама всё поняла. Микрофон у Вацлава в телефоне был не ахти – эхо от стен было слышно отчётливо. – А я думала с тобой пройтись…

По ту сторону телефона раздались тихие возгласы. Как я и думал, целая компания собралась где-то в стенах школы. А ещё я услышал сдавленный стон… Если бы раньше не слышал, как стонет Геля, в жизни бы её не узнал.

– Да не, Уль, иди одна, я тебя потом догоню, – после длительной паузы сказал пацан и отключился.

Мы с Ульяной переглянулись. Не знаю, что из услышанного мною услышала она, но выглядела она обеспокоенно. Девушка зашла в какую-то программу и тыкнула на кнопку, после чего на экране её телефона показалась карта, а на ней точка где-то в школе. Серьёзно, она может его отследить? Типа родительского контроля за чадом или как? Я присмотрелся, после чего двинулся из класса. Я знаю, где эти уроды засели.

Поднялся на этаж выше, пробежался по коридору и оказался рядом со злополучным туалетом из слухов про глорихол. Неделю назад мы с Ангелиной тут познакомились, а теперь я явно слышу возню за дверью. Похер, что туалет женский. Я вдохнул, выдохнул, краем глаза отметив, что готка пришла следом за мной, после чего вошёл внутрь.

Картина предстала удручающая и крайне обозлившая меня. Десяток пацанов окружили разложенную на унитазе Ангелину. Четверо держали её: двое за руки, двое за ноги, широко их раздвинув. Трусики Гели засунули девушке в рот, а между ног у неё со спущенными штанами стоял тот, сука, самый Вацлав. Пацан, видно, сильно нервничал, потому как его хозяйство не могло толком подняться, и вид на грудь и киску Гели ему совсем не помогал. Понимают, твари, что хуйню творят, но всё же делают.

Моё появление заставило всех присутствующих повернуться ко мне. Все молчали, у некоторых затряслись коленки, и только Геля всхлипывала, заливаясь слезами. Я подошёл ближе, оттолкнул троих, стоящих на пути, схватил за руку Ангелину и потянул на себя. Ублюдки даже форму ей порвали, так торопились. Я вывел девушку из кабинки, а после из туалета, молча вручив её Ульяне. У последней аж глаза на лоб полезли от осознания, ЧТО именно случилось… Точнее, могло случиться, не забей я тревогу.

Оставив девушек снаружи, я вернулся в туалет. Парни всё ещё стояли в оцепенении, но несколько успели понять, что сейчас будет. Им это не помогло. Ещё ни разу я не бил лица с таким удовольствием. Первые четыре человека не успели толком понять, как уже валялись на плитке, заливая её кровью. Кто-то бросился к выходу, но врезался в мой кулак и улетал обратно. Кто-то пытался дать отпор, кто-то кричал и звал на помощь. Я же, сука, наслаждался тем, как эти идиоты разлетались от моих ударов, теряя кровь и зубы. Мне понадобилось две минуты, после которых я осознал, что больше никто не сопротивлялся. Все пацаны валялись на полу, завывая от боли, и я достал телефон, сфотографировал учинённое побоище и… задумался. Кому отправлять: маме или папе? Немного поразмыслив, отправил обоим с припиской об обстоятельствах бойни.

Ни о каких съёмках речи не шло – Геля не могла перестать рыдать, уткнувшись в плечо Ульяны. Готка, к слову, тоже выглядела так, будто была готова расплакаться. По-хорошему, я должен был сейчас утешать обоих, но моё приближение к девушке, которую чуть не изнасиловали, могло сильно усугубить ситуацию.

На шум сбежались учителя. Хрыч, видимо, в уши долбился, поэтому не пришёл, но вместо него была завуч, которая тут же оценила обстановку и решила, что это всё я. Женщина уже было раскрыла рот, но прибежала Эля и прописала ей пиздюлину, причём смачно так, после чего начала допрашивать единственного способного говорить – меня. Пока я рассказывал, что случилось, приехали мои родители, и даже Мюр притащили, а следом прибыли медики, вызванные непонятно кем. Мама и Эля долго спорили, кто должен сопроводить Ангелину в больницу, а я с отцом, физруком и несколькими медиками отправились обратно в туалет. Парней запаковали, меня отчитали, Гелю повезли и мама, и Эля.

Вся эта суета заняла всего минут пятнадцать, но в моём восприятии прошли часы. От запоздалого осознания, что я мог кого-нибудь из этих ублюдков убить, у меня тряслись руки. Один голосок, подозрительно похожий на голос Марго, нашёптывал, что я сделал всё правильно и даже побоев было слишком мало, второй, уже точно мой, говорил, что я сильно переборщил. Голова гудела, и это только пока. Когда подтянутся дяди в форме, тогда заболит. Сука.

– Герой? – в какой-то момент я понял, что сижу в машине. Не заметил, как папа увёл меня и усадил в новенький автомобиль.

– Сделал, что должен был, – мрачно процедил я, отвечая на вопрос. – Нет причин для гордости…

– А точно ли ДОЛЖЕН был? – вся несерьёзность моего предка куда-то спряталась. Теперь за рулём сидел мужик, которого стоило опасаться, хотя бы потому, что он говорил дельные вещи.

– Сам бы как поступил? – фыркнул я. – Объяснил бы кучке возбуждённых и напуганных школьников, что насиловать плохо? Или бы дождался, пока они начнут насильничать?

– Позвать на помощь не пробовал? Учителей, например? – холодно предложил отец.

– Всё-таки решил бы дождаться, – невесело фыркнул я. – Слушай, Ангелина…

– Сглупила, когда пошла с ними, да, – кивнул папа. – И ты сглупил. Охотник, Саш, должен всегда подходить к проблемам с холодной головой. Мы не создаём проблемы, а решаем их.

– Но я не охотник, – возразил я.

– И с этим надо что-то решать, – тихо пробормотал мой родитель.

Около дома меня высадили. У отца были ещё какие-то дела, а Мюр, которая, как оказалось, сидела в машине и была тихой, как маленькая мышка, поехала с ним за компанию, напоследок потрепав меня по голове и тихо прошептав на ухо, что я молодец. Я сам себя таковым не считал. Батёк мой прав был – я поддался эмоциям, правда, сам не понимал каким. Возможно, во мне взыграл внутренний герой, что и подтолкнуло меня усиленно нести правосудие, возможно, чувство собственничества. В конце концов, Гелю должен был трахнуть я. Мда, дела, блин.

Зайдя в квартиру, я первым делом пошёл в ванную и стянул с себя рубашку. Как и думал, она была испачкана пятнами крови. Не моей крови, так как осмотр себя в зеркале показал лишь пару синяков, которые я только сейчас заметил. Вкупе с мрачным выражением лица и едва проклюнувшейся после последнего бритья щетиной, я сейчас выглядел как серийный убийца, только огонька в глазах не хватает и нуарного чёрно-белого фильтра.

– Ну и рожа… – проворчал я и плеснул себе в лицо холодной водой. Не знаю зачем.

– А мне нравится, – в дверях возникла Марго в своей демонической ипостаси. Девушка как обычно была одета в коротенькую просвечивающую всё, что не надо, маечку и тоненькие, едва заметные трусики. Возбуждающе, слов нет, но к разврату после учинённого у меня душе не лежала. – Почему такое кислое лицо?

– А сама не видела? – фыркнул я, снова уставившись в зеркало. В отражении можно было разглядеть, как длинный цепкий хвост демоницы обвивается вокруг моего плеча, да и сама Марго подходит всё ближе и ближе.

– Спас девушку… наказал плохих ребят… заставил окружающих тебя бояться и уважать… – голос девушки заполнял собой мои уши, а слова впитывались в мозг, заставляя всё тело покрыться мурашками. Марго прижалась ко мне со спины и обняла, сцепив руки на моей шее.

– Перепугал кучу народа, покалечил несколько одноклассников, потерял хладнокровие, нажил кучу проблем. – перефразировал я. Отталкивать Маргошу не хотелось, наоборот, я жаждал чувствовать её тепло и слушать её медовый голосок. Отчаянно хотелось, чтобы хоть кто-то сказал, что учинённое мной было не зря, не простым адреналиновым угаром, а чем-то правильным.

– Пойдём, – суккуба мягко отстранилась и потянула меня в мою комнату. – Ты сделал всё правильно.

Видимо, наш с ней пакт подразумевает, что мои мысли тоже просматриваются…

Никогда бы не подумал, что Марго может быть такой нежной. Наш прошлый секс был яростным, мы буквально дрались в постели. По-своему, это было приятно, но сейчас суккуба отдавалась так, будто я был для неё всем, буквально весь её мир концентрировался во мне. Прикосновения были не жгучими, а приятно тёплыми, поцелуи были глубокими и чувственными, даже лоно девушки сжимало меня совсем иначе. После Марго прижалась к моей руке и стала поглаживать по голове, от чего я отключился. Ненадолго, правда – минут сорок, и я снова бодрствую, однако, цель была не в том, чтобы уложить меня спать, а куда более практичная. У меня в голове перестали крутиться дурные мысли, и я наконец смог трезво оценить ситуацию.

Итак, десяток школьников решили изнасиловать Гелю, руководствуясь, видимо, мыслями о мести. Род занятий девушки как бы намекал, что она не будет против групповухи в кабинке туалета, и в понимании пацанов сама Ангелина будет точно не против. Парни подцепили Гелю на выходе из класса и повели, а скорее, потащили в туалет, заподозрив неладное, когда девушка стала сопротивляться. Маленькая хрупкая девица вряд ли могла что-то сделать десятку возбуждённых и озлобленных парней, которых весь день унижала учительница биологии. Второй тревожный звоночек прозвучал, когда одному из парней, самому борзому, позвонила его подруга с вопросом «ты где?», явно намекая, что она знает о задумке компании. Остановило ли это парней? Остановило бы – не прозвенел бы третий звоночек в лице меня, зашедшего на огонёк.

Были ли мои действия оправданы? Да, ведь я пообещал защищать Ангелину, которую, к слову, уже пытался изнасиловать собственный отец. Были ли мои действия чрезмерны? Вполне, на что указывали моя испачканная кровью рубашка и сбитые костяшки. Будет ли мне что-то за это? Наверняка, потому как две драки в школе за день с почти неизменным составом точно привлекут внимание. Однако, я школьник. Мне всего семнадцать, и мои действия вполне можно трактовать как самооборону. Чрезмерную, как я уже решил, но тем не менее. Мог ли я как-то иначе решить конфликт? Мог, в теории, но практика показывает, что этим скотам и пиздюлины не помогают понять, куда лучше не лезть.

Куда больше меня волновало состояние Ангелины. Её увезли в больницу, хотя я не заметил в этом надобности, но врачам виднее. С ней её сестра и моя мама, так что Геля в безопасности точно. Волновало меня другое. Как девушка будет в дальнейшем относиться ко мне? Я, конечно, молодец, герой и всё такое, но… Она ведь и попала в тот туалет из-за меня. Хотя… Допустим, я бы не пошёл по списку девушек. Что бы изменилось? Вполне вероятно, что в таком случае в кабинку затащили бы какую-нибудь Ульяну – она же проститутка, значит, будет не против пойти по кругу.

– Разгрузился? – Марго придвинулась поближе и вжала мою руку между своих грудей.

– Ты чудо, – совершенно искренне ответил я и поцеловал девушку.

Так бы и сидели, точнее лежали, но именно в этот момент дверь в квартиру открылась. Зашли, судя по звуку, двое или трое, голоса я распознал как мамин и Элин. Эти двое о чём-то спорили, пока что не на повышенных тонах, но был и третий. Шаги, не сильно тяжёлые, но вполне настойчивые, раздались в коридоре и приближались к двери в мою комнату. Спустя секунду к нам с Марго вбежала Геля с такой недовольной миной, что даже Марго дёрнулась. Ангелина быстро оценила обстановку и в один прыжок оказалась между мной и Маргаритой, прижимаясь преимущественно ко мне. С моей стороны это выглядело так, будто девушка очень хочет нарваться на гнев суккубы (правда, не зная, что Марго – суккуб), но в реальности Геля прыгнула в капкан. Марго тут же сомкнула свои объятия на Ангелине и прижала ту к себе.

– Тебя пожалеть, моя маленькая проблема? – наигранно заботливым тоном спросила Маргоша.

– Себя пожалей! – выпалила Геля и принюхалась. – Ага, сексом трахались значит? И дай угадаю… Видео не записали? Получается, – Ангелина повернулась ко мне, – вы глупее тех недоносков?

– Они ещё и снимали это? – я не знаю, что именно меня возмущало: глупость или самонадеянность парней.

– Ага, прям скрупулёзно всё записывали, – заулыбалась девушка. – Я, когда поняла, к чему всё идёт, сказала, что не трахаюсь без видеозаписи, так те мудилы сразу камеры подоставали. Хотели меня после всего шантажировать. А как дяди в погонах были рады, когда проверяли телефоны, мммм…

– Я смотрю, Саша зря изводился, – Марго погладила Гелю по голове. – Он то, бедняга, переживал, что ты в жизни больше к нему не подойдёшь, а оказывается…

– Да я ему прямо сейчас дать готова! Пока не сотрусь! – выпалила Геля и покраснела. – Я-то думала, что никто не знает, кто и куда меня потащил, значит, и помощи не будет, а сама я слишком слабенькая, чтобы с толпой мальчиков драться. После такого, Саш, мы обязаны стать парочкой! Так что всё! С сегодняшнего дня ты, – в меня тыкнули пальцем, – мой парень.

– А мой? – наигранно возмутилась Марго. – Мы с ним так-то сексом трахаемся.

– На здоровье, – Ангелина прикрыла глаза и почти заурчала от прикосновений суккубы. – Лишь бы по согласию… Чуть выше, Маргоша.

С согласием у нас с Марго были косяки. Не критичные, но всё же были. Что странно, сегодня я не чувствовал опустошённость от секса с ней, когда в прошлый раз был готов сдохнуть. Вряд ли из-за яблок дриады, скорее сама демоница решила силы у меня не вытягивать сегодня, за что я был ей благодарен.

Пока девушки занимались… Ну, Марго Гелю успокаивала, вроде как, а Геля кайфовала. Я всегда знал, что женщины падки на почесушки. Так вот, пока девушки были заняты, я думал пойти с мамой поговорить. Кроме попытки изнасилования ведь было ещё и избиение, предотвратившее попытку изнасилования, причём довольно жестокое. Мама в этом вопросе была куда подкованнее.

– Стоять! – я только ручку двери тронул, как меня окликнула Ангелина. – Мы же ещё и с Ульяной сегодня хотели разобраться. Не забыл?

– Что? – я повернулся к девушкам. Какого хрена Геля уже без рубашки в объятиях Марго сидела. Когда успели? – Я помню, но… План ещё актуален?

– Даже прибавил в актуальности, – кивнула Ангелина, буквально чуть ли не тая от ласк Марго. – Пацаны много чего интересного рассказали. Изначально-то они хотели вот так Ульянку в толчке зажать, а не меня.

Ага, то есть я ещё и угадал… Было бы чего удивляться, всё же, действия дураков часто бывают предсказуемыми.

– Я сомневаюсь, что эта информация сделает меня более… – я замялся, подыскивая слова. Вообще, Ульяна работает проституткой, так что именно наличие денег сделает меня капец каким желаемым, а не проявленный героизм.

– Не сомневайся, – заулыбалась Ангелина. – Ты бы видел, как она обтекала, пока ты ребятам кабины месил. Саш, ты обязан найти с ней контакт, а то девочка будет капец какой несчастной.

– Да, Саш, – поддакнула Марго, стрельнув в меня ехидным взглядом, – не потрахаться с ней будет преступлением.

А ты куда? Ты же ревнуешь меня ко всем подряд… Ревнуешь, и подталкиваешь к сексу. Умом женщину не понять, особенно если это молодая суккуба. Опять ведь обижаться будет, когда я вернусь. К тому же, вопрос денег всё ещё не был решён – брать их у Гели я не согласен.

В топку мои согласия… Как обычно, бабы всё за меня решили. Я стоял перед неприметным входом в подвальное помещение клуба в другом конце города. Вечер уже почти сменился ночью, на часах около десяти, и музыка долбила на всю улицу сразу из нескольких мест. От входа в заведение меня отделяли только ступеньки и хмурый дядя в чёрной майке, с деловым видом стоящий внизу. По взгляду вижу, что пускать меня он не собирался.

В довесок к куче бабла, девочки ещё и приодели меня. Нацепили на меня пиджак с галстуком, рубашку белую и брюки в цвет остального костюма. По их задумке, я должен был выглядеть как малолетний мажор, но в зеркале я видел лишь школьника, которого мама на линейку одела, благо хоть без рюкзака. Ладно, попробуем чё-нить придумать. Коли приехал, будет не здорово не добраться до цели только из-за хмурого дяди. При этом даже не моего.

– Бабки есть? – я подойти не успел, как охранник заговорил.

– Безнал, – фыркнул я, крутанув в руке карточку. Было бы смешно, выскочи она из моих рук.

– Шутник дохрена? – усмехнулся охранник. – Правила знаешь? Ты вроде новый, так что озвучу. Бухать, нюхать, колоть можно, курить – на улице или в курилке. Баб не трогать.

– Прямо совсем? – я аж бровь выгнул, да так, что испугался, не выпадет ли глаз.

– Бесплатно и без согласия, – нахмурился мужик и сделал шаг в сторону. – И без драк там. Сегодня Ванёк заступил, а он чёрт нервный, может и стрелять начать.

– Сигареты? – не упустил возможность пошутить я.

– В специально отведённых местах! – рявкнул мужик и протянул мне пачку.

Внутри было… темно. Не так, что ничего не видно, всё же неоновые лампы работали, но света давали минимум, чтобы тела извивающихся на шесте девиц смотрелись гибче и эротичнее. Местный хозяин явно знает своё дело. Музыка была тягучей, с редкими ударными, но в ушки вливалась хорошо, вызывая правильные ассоциации и, как следствие, реакции. Вокруг сцены с шестом, на которой танцевали пять девушек, стояли импровизированные кабинки с круглыми столиками и диванчиками полукругом. Из центра каждого столика возвышалось ещё по шесту, на котором тоже могла крутиться танцовщица. Барная стойка обнаружилась у дальней от входа стены. Сразу видно, что люди сюда не пить ходят. Потолок уходил сильно высоко, и над сценой было видно зеркало во всю стену – готов поспорить, что там кабинет местного управляющего.

Людей было не очень много, посетителей и два десятка не наберётся. Выглядели они достаточно одинаково: мужчины в деловых костюмах с пивными животиками, женщины в открытых всюду, где нельзя, вечерних платьях и с ненастоящими сиськами. Девушек из персонала было сильно больше, почти все были… ну, одетыми я бы их не назвал. Официантки ходили строго с оголённой грудью в кружевных сорочках, которые едва закрывали промежности девушек. Танцовщицы были одеты чуть больше и разнообразнее, но с расчётом, что одежду будут быстро снимать. На фоне местных я выглядел ещё более… нездешним. Словно типичный заучка-отличник в качалку зашёл.

Ульяну я нигде не видел, и освещение мне не помогало. Вкупе с этим я ещё не сразу обнаружил пахучий дымок, что заполнил собой весь зал. Так, а что мне делать? Идти к барной стойке и заказывать сок? Или найти местную бордель-маман и попросить девочку? Деньги то реально были, и Геле пришлось мне отсосать, буквально, чтобы я их взял. Сука, я, кажется, сам такими темпами проституткой стану.

– Добрый вечер, уважаемый… – рядом со мной остановилась одна гологрудая официантка, и мой взгляд непроизвольно упал на её небольшую и аккуратную грудь. Выглядела чертовка на редкость хорошо, а какая у неё линия ключицы была…

– Просто уважаемый, – я поднял взгляд, не без труда, и посмотрел на лицо девушки. Сука… не Ульяна, но тоже знакомая. Один раз, правда, её видел, и посраться с ней успел, но эти болотно-зелёные глаза и каштановый локон, закрывающий участок изящных бровей и теперь её и переносицу я бы нигде не перепутал. – Ты вроде говорила, что не торгуешь натурой.

– Пошёл ты, уважаемый, – девушка поджала губы и, вроде, покраснела. Её рука неосознанно закрыла её восхитительную грудь. – Деньги не пахнут.

– Не пахнут, – согласился я. – Если тебе некомфортно…

– Я проведу вас за свободный столик, уважаемый, – протараторила девица и повела меня вдоль сцены к свободной кабинке.

Обе соседние кабинки оказались заняты. Слева от меня было три женщины, уже сильно подвыпившие. По крайней мере, одна из них сама кружилась вокруг шеста на столе в одних трусах (если это трусами назвать можно), размахивая своим платьем. Её подруги не сильно ушли от танцующей и хоть и были одеты, почти, но, видимо из солидарности, размахивали своими трусами.

Справа же сидели два мужика явно кавказской наружности, но, хоть и говорили сильно заговариваясь, вели себя вполне прилично. Перед ними танцевала какая-то грудастая блондинка, и танцевала так, что нужно было быть слепым, чтобы не захотеть её нагнуть прямо там. Мужики же слепыми точно не были, но на девушку внимание обращали только когда бросали ей под ноги купюры.

– Если вам, уважаемый, понравится танцовщица, жестом подзовите её к себе, – проинструктировала меня некогда горничная, а ныне полуголая официантка, избегая встречаться со мной взглядом. – Хотите что-нибудь заказать? Говорю сразу, я НЕ танцую и лапать меня нельзя.

– Можешь позвать мне одну танцовщицу сюда? Готку с белыми волосами, Ульяной зовут, – попросил я. Заказывать мне тут было нечего. Алкоголь я не пью, закусывать не нужно, кальяном не балуюсь, да и по делу я здесь.

– Минуту, – официантка круто развернулась и ушла, а я проводил её взглядом. Ладно, должен взять свои слова назад – задница у неё была на диво красивая.

Прошло сильно больше, минут двадцать. Всё это время я с интересом рассматривал танцовщиц, которые при моём появлении даже оживились и начали усерднее выгибаться, буквально языком тела моля меня, чтобы я кого-нибудь позвал. Я же стоически терпел, хоть и очень хотел исследовать тела местных девушек. Исключительно во имя искусства. Танцовщицы, видимо, проходили строгую проверку, потому как каждая была чертовски сексуальной и эстетически красивой.

Официантка наконец вернулась, причём вовремя, потому как уже три голых девушки без моего приглашения кружились на моём столе, лаская друг друга. Может в этом заведении было моветоном сидеть за столом без стриптизёрши, может во мне разглядели большой денежный мешок, может быть клятые феромоны сделали своё дело. Я склонялся к последнему, потому как женщины слева тоже с интересом поглядывали в мою сторону, обсуждая меня нарочито громко, чтобы я точно услышал.

– Уважаемый, – официантка обратилась ко мне, сконфуженно пряча руками грудь, – вас просят пройти в ВИП-зал.

– Кто просит? – напрягся я, посмотрев на девушку. Видимо, сильно хмуро посмотрел, потому как официантка ещё больше съёжилась.

– Хозяйка.

Глава 18

Сегодняшний день продолжает меня удивлять. Вопрос в том, приятно ли, потому как прошлые открытия мне не сильно нравились. Что вообще могло понадобиться от меня местной хозяйке? Геля уже упоминала, что этот клуб принадлежит Кролику Стейси, но я не был уверен, она ли здешняя хозяйка. Да даже если и она, зачем ей было вызывать меня к себе? Она вообще знает, кто я?

Терзаемый мыслями я прошёл за ширму в ту самую ВИП-зону. Чё бубнеть то, сейчас дотопаю и сам всё узнаю. В здешнем зале было ещё мрачнее. На сцене извивались совсем голые девицы со светящимися игрушками, торчащими из… да отовсюду. У одной девушки что-то ярко-розовое торчало прямо из соска, что я до этого момента считал невозможным. Мои познания в анатомии трещали по швам от вида этого зрелища. Вокруг сцены висели большие, в человеческий рост, клетки с прозрачными прутьями, а вместо колонн были аквариумы. И там, и там извивались девицы, и я был готов поклясться, что далеко не все здесь были людьми, что довольно много говорило о хозяйке заведения. Она знает.

Посетители тоже были колоритными. Если в прошлом зале были просто богатенькие засранцы, то тут можно было сразу сказать, что здешние обитатели жизнью были поцелованы в попу. Мужчина… допустим, он ящеролюд, потому что я без понятия, как они зовутся, две женщины, рядом с которыми троица дам из прошлого зала, что отжигали на столике, были образцом целомудрия, и ещё кто-то, кто сидел во мраке. Судя по тому, что наш с официанткой путь пролегал именно в ту сторону, то я мог предположить, что во мраке сидит хозяйка.

Пока я шёл, ощущал цепкий взгляд персоны из темноты. Я готов поклясться, что видел во мраке яркие золотые глаза, что не мигая смотрели на меня. Так, а охранник что-нибудь про использование оружия говорил? Не помню, да и оружия у меня нет, разве что пилон выломаю из столика.

Не знаю, насколько нервно я выглядел, но ещё пару взглядов на себе собрал. Ещё две посетительницы с интересом меня разглядывали, что-то тихо обсуждая. Я бы их тоже пообсуждал: дамы выглядели старше меня, но не сильно, и одеты были вызывающе. У одной платье, если это так можно назвать, держалось лямками на кольцах в сосках, то есть да, она была, считай, топлес. Вторая была одета чуть больше… если конечно короткая кофточка из сеточки могла считаться одеждой. Естественно, белья на второй девушке не было, и крупная сетка демонстрировала небольшую грудь незнакомки. В общем, обе дамы выглядели достаточно вызывающе, и я мог бы сказать, что их ценник за час улетал в небеса.

– Вижу, возбуждение перекрывает твою нервозность, – я чуть не споткнулся, когда услышал тихий женский голос.

Повернув голову к источнику, я увидел ещё одну девушку. На вид моя ровесница (то есть ей могло быть как тринадцать, так и двадцать пять), оттенок кожи был близок к кофе с молоком, что резко контрастировало с длинными вьющимися белыми волосами особы и её белоснежным нарядом. Золотые глаза, обрамлённые белыми ресницами, смотрели прямо на меня, а пухлые губы, покрытые золотистой помадой, изогнулись в насмешливой улыбке. Впрочем, излучала девушка равнодушие, лишь немного приправленное любопытством. Это кто вообще? Стейси явно не так выглядела.

– Было бы чего нервничать, – запоздало ответил я, присев на диванчик рядом с белой девушкой. – А вы…

– Хозяйка заведения, – безразлично поведала особа.

– Мне казалось, что хозяйка здесь другая, – с сомнением произнёс я, всматриваясь в девушку. Платье у неё белое и весьма облегающее, а потому всё её тело великолепно просматривалось сквозь ткань.

– Ожидал увидеть здесь шлюху с кроличьими ушками? – моя собеседница склонила голову немного на бок.

– Возможно, – кивнул я, начав сомневаться, в то ли заведение я пришёл.

– Стейси действительно владеет этим местом, как и многими другими, – сука, безразличие в интонации этой девицы начинало подбешивать. ПРОЯВИ, СУКА, ХОТЬ ОДНУ ЭМОЦИЮ! – Но сама Стейси принадлежит мне.

– В смысле принадлежит? – я немного подвис, после чего меня осенило. – Ты – охотница?

– В каком-то смысле, – кивнула девушка. – Не такая, как ты. Всё же, монстр не может быть охотником.

– Ты-то монстр? – я с сомнением ещё раз осмотрел собеседницу. Ничего, что намекало бы на её нечеловеческую суть я не увидел… Ага, будто остальные не люди сильно демонстрировали свои не человеческие черты. – Ла-адно, допустим, я поверил. Чем же я, обычный человек, обязан приглашению в компанию такой нечеловечески привлекательной особы?

«О как, у кого-то мамкин пикапер прорезался?»

Едкая усмешка Марго выбила меня из настроя. Я прямо чувствовал, как мою сводную сестру сжигает изнутри ревность. Было бы чего опасаться, правда, ведь с этой белой девушкой я не горю желанием делить один диван, не то что койку.

– Пинки сегодня не выходила в эфир, – равнодушно поведала мне хозяйка. – Признаться, меня терзает любопытство о причинах этого.

– Причины есть, – я попытался уйти от ответа.

– Понимаю, – снова кивнула девушка. – Но я хочу знать о характере этих причин.

– Это не твоё дело, – отмахнулся я. – Если это всё, то…

– Понимаю, – вздохнула особа, и я вдруг понял, что мне крышка. Просто проскочило понимание, и я уже ничего не успею сделать.

Я только дёрнуться успел, как хозяйка оказалась в считаных сантиметрах от меня, нависнув надо мной и прижав меня к дивану. Её золотые глаза были достаточно близко, чтобы я смог рассмотреть и узор сетчатки глаз, и её вытянутые вертикальные зрачки, и даже едва заметные под макияжем веснушки на щеках, тоже почему-то золотые. Сила, с которой хозяйка вдавила меня в диван, была ошеломляющей, я едва смог сомкнуть челюсти, чтобы не закричать от боли, издав только глухой хрип. Девушка потянулась к лямке своего платья и сдвинула его в сторону, обнажив зачем-то левую грудь (будто её и без этого не было отчётливо видно под практически прозрачной белой тканью).

– И всё же, я ХОЧУ знать, – голос хозяйки стал каким-то вибрирующим, отдаваясь в моих ушах. – А ты ЗАХОЧЕШЬ мне это рассказать.

По голове словно ударило чем-то тупым, и я даже отключился на мгновение. Если девушка использовала на мне какую-то магию, то она, видимо, не подействовала, потому как никакого желания рассказывать у меня так и не возникло. А вот ударить самонадеянную девицу я захотел, но вместо этого вжал мою руку в оголённую грудь и с силой сжал крупный сосок. Хозяйка мои телодвижения оценила и уселась мне на колени, перестав давить на моё плечо.

– Утоли моё любопытство, и я отплачу тебе, – девушка шептала это, но в моменте мне казалось, что её слова были громче церковного колокола. – Любое твоё желание: осквернить, завладеть, доминировать. Всё, что пожелаешь.

– Всё, что пожелаю? – выдавил я, зацепившись взглядом за официантку, у которой глаза чуть из орбит не выпали. – Слезь с меня.

«Мой пездюк!»

А гордыни сколько. Да, Маргоша научила меня профессионально динамить охочих до контакта девиц. Как оказалось, умение дико полезное.

– Сначала ответь, – хозяйка прижалась своей грудью к моей руке сильнее, и я попытался ладонь убрать, но и этого мне не дали – рука девушки легла на мою, вжав мою конечность в податливую упругую плоть.

– Не. Твоё. Дело, – отчеканил я, приложив силу к освобождению. Руку по итогу я освободил, но скинуть девушку на пол так и не смог – она вцепилась в меня похуже клеща.

– Какое глупое упрямство, – поцокала языком хозяйка. – Ульяна была куда красноречивее, когда отпрашивалась сегодня со смены, – девица слегка прищурилась, рассматривая моё лицо, от чего я инстинктивно сделал «похерфейс». – Неужели правда, что бедолажку Пинки пытались изнасиловать, а один охотник её самоотверженно спас?

– Если ты всё знаешь, то зачем… – договорить я не успел, так как мой рот был нагло закрыт… другим ртом с золотыми губами и длинным наглым языком. На вкус как металл, если честно, и немного кислинки.

– Потому что героя надо вознаградить, не правда ли? – спустя один поцелуй улыбнулась краешками губ хозяйка. – Арина!

– Да? – официантка аж подпрыгнула. Девушка выглядела так, будто это её нагло домогаются и делают всякие непотребства: её соски стояли торчком, грудь тяжело поднималась и опускалась, а кожа приобрела сильный алый оттенок.

– Сегодня у тебя есть возможность получить щедрую премию, – короткий момент эмоциональности хозяйки прошёл, и теперь она снова разила равнодушием. Зато в глазах… Арины, да? В её глазах чуть ли не плясали сердечки. Я мог безошибочно сказать, что было тому виной – суккубьи феромоны. Возможно, двойная доза. Сука.

– Я… – Арина едва стояла на ногах, зажав свои ладошки между бёдрами. – Я… Не… продаюсь… Я же… говорила, когда… БЛЯТЬ! Когда устраивалась.

Держись, сучка, я на твоей стороне! Не поддавайся этой дьяволице! Я верю в тебя, Арина!

– Бедная девочка, – хозяйка снова посмотрела на меня. – Её желания написаны на её лице, но она противится им.

– Да-да, – фыркнул я. – У вас же так не принято, верно? Захотел – завладел, или как-то так?

Девушка смерила меня нечитаемым взглядом, после чего улыбнулась, обнажив зубы. Мда, а ведь Марго тоже суккуб, но её улыбка выглядит куда человечнее. Хотя, должен признать, что хозяйка в целом выглядит слишком потусторонне, словно облако ожило и начало совращать людей.

– Вижу, ты понял, кто я, – особа на мгновение проявила эмоцию, отличную от равнодушия, но я не успел понять её. – А вот наша девочка, – эта самая девочка сейчас стояла на четвереньках и с умоляющим взглядом смотрела мне в глаза, виляя задницей, – не понимает.

– Быть может не стоит её в это впутывать? – шёпотом предложил я. – Она же обычный человек и знать не знает про таких, как ты.

– Возможно, – кивнула хозяйка. – Давай сыграем в игру? – она достала из-под подушки крошечный розовый пульт с кучей кнопок. – Нажми на любую кнопку. Та, кто отзовётся, станет твоей партнёршей на эту ночь.

– А ты в списке есть? – скорее из любопытства спросил я, хотя хозяйка выглядела куда соблазнительнее любой девушки в этом клубе.

– Нажми и узнаешь, – нагнала интригу девушка.

– А если откажусь?

– Тогда я выберу сама, – хмыкнула хозяйка. – И потребую услугу сверху.

– Какую? – я нахмурился.

– Играешь, или нет? – девушка проигнорировала меня.

От напора этой гологрудой девицы и её равнодушия я снова начал беситься. Пока что это выражалось лишь раздражением, но оно быстро перетекало в злобу, или даже в ярость, тут я пока не решил. Я честно старался держать себя в руках, помнить о спокойствии. Ситуация сейчас сильно отличалась от ситуации днём в туалете. Опасность от суккубы, которая пихала мне свои сиськи и пульты в руки была куда реальнее, чем от толпы спермотоксикозных школяров, но я уже прикидывал, как буду лупить девицу головой о стол. Хреново то, что она мои эмоции читала как открытую книгу, и понимала, что я уязвим. Вопрос в том, как она этим воспользуется.

– Госпожа, – от мыслей меня отвлёк необычайно низкий с нотками шипения мужской голос, – прошу меня простить, что я прерываю ваш брачный ритуал. Я вынужден поблагодарить вас и откланяться.

Мы с хозяйкой синхронно повернулись к говорившему. Людоящер, или ящеролюд, стоял перед нами. Вблизи он выглядел комично: дорогой костюм висел на нём мешком, а в руках он держал шляпу, склонив голову.

– Перси, – девушка кивнула ящеру. – Рада была увидеть тебя. Если у тебя всё…

– Луна, я обязан поделиться с вами новостью, – не дал наш собеседник договорить хозяйке. – Наша кладка с минуты на минуту проклюнется. Я бы с удовольствием выпил за это, но обещал своей супруге присутствовать при вылуплении выводка. Потому, вынужден откланяться, – ящер посмотрел на хозяйку, – госпожа Луна, – перевёл взгляд на меня, – юный охотник…

– Александр, – подсказал я ящеру, немного успокаиваясь. Даже рад был за него. – Поздравляю вас и… вашу супругу.

– Доброй ночи, Перси, – холодно попрощалась Луна, после чего повернулась ко мне. – Приятно познакомиться?

Я решил тактично умолчать, что после знакомства принято пожимать руки, а не перед – сиськи. Луну это, видимо, не особо волновало, но вот я был обескуражен суккубьей дикостью… Сука, этот ящер меня своей манерностью заразил походу.

Я вышел спустя клятый час. Всё это время Луна меня изводила, ещё и тех девиц, у которых ни стыда, ни совести не было, позвала. Те, благо, были людьми, но, видно, не простыми, потому как того же Перси они поздравляли по-дружески, не смотря на его расовую принадлежность. У меня даже закрались подозрения, что организация охотников куда глубже, чем я себе представлял, но та же Луна наотрез отказалась это обсуждать, предпочитая обтирать меня своей грудью.

К слову, в игру мне таки пришлось сыграть, и кнопки на пульте, как оказалось, усиливали вибрации игрушек в местных девочках. После нажатия к нам прибежала пышногрудая девушка с игрушкой в соске. Не сложно представить моё лицо, когда она пальцами залезла во второй сосок и предложила мне засунуть туда мой детородный орган. Я от шока забыл спросить, как такое вообще возможно. В любом случае, даже если бы меня не воротило от вида нефункционального отверстия в чужом соске (напомню, что речь идёт не о пирсинге), я бы всё равно не согласился на такую авантюру. Я и анальный секс не сильно жаловал, хотя попробовал его ещё во время свиданки с Ирой, а тут такие извращения. Короче, мало того, что Луна лично занялась моим сексуальным просвещением, так я ей ещё и некую услугу задолжал. Нет, от непосредственно соития я вежливо отказался… точнее, хозяйка не была в этом заинтересована, а я только всем видом показывал свою солидарность по этому вопросу.

Покинув ВИП-зал, я двинулся на выход из клуба. Ловить тут мне было нечего, и, в силу некоторых обстоятельств, я не собирался сюда возвращаться. Нахер-нахер. Луна, к слову, решила лично проводить меня, что вызвало у гостей в основном зале жуткий переполох. Хотя, возможно, её внешний вид был причиной, потому как вся одежда девушки осталась в ВИП-зале после её игрищ.

– Прежде чем вы покинете меня, Александр, я бы хотела обсудить с вами ещё один вопрос, – хозяйка задержала меня перед самым выходом.

– Что ещё? – страдальчески вздохнул я, ощущая лёгкую слабость.

– У вас есть суккуб, – напомнила мне Луна. – Я бы хотела получить его в своё личное пользование. Не подумайте, я не хочу использовать её как проститутку, я просто смогу позаботиться о девочке в разы лучше… вас.

– Я передам ваше желание ей, – устало ответил я, прекрасно понимая, что Марго и так всё слышит. – У неё есть своё мнение, и я привык с ним считаться. Доброй ночи.

– До скорой встречи, – Луна напоследок чмокнула меня в краешек губ.

Это вряд ли.

Домой я вернулся под утро. Часы говорили, что спать придётся на занятиях, хотя, после учинённого мной погрома вчера меня должны были по канонам жанра отстранить недели эдак на две… Ах да, последняя же неделя учёбы и общий похуизм администрации, точно. Хотя, какие-нибудь меры всё равно принять должны, всё же, даже полицию вызывали со скорой.

Зайдя в квартиру, я обнаружил, что единственным местом, где горит свет, была моя комната. Не только это указывало, что за дверью бодрствовали, но и хорошо слышимый гомон женских голосов. Как их мама спать не разогнала? Я вошёл в комнату и… охренел я. Четыре женщины сидели кругом на полу и играли в карты. Причём, Марго и Эля были в одном белье, Геля сидела в одном носке, а мама сидела в майке и джинсах.

– Что вы тут делаете? – я решил задать самый очевидный вопрос, а точнее, перефразировал фразу «какого хуя тут происходит?».

– В карты играем. В дурака, – радостно поведала мне Ангелина. Единственная, на самом деле, кто тут изображал радость, потому как у остальных женщин щи были сложными.

– На что? – ещё один вопрос, хотя я и так понимал, что на раздевание. Четыре женщины, две из которых ещё и взрослые, блин! Я бы понял, будь в комнате хоть один парень, но таковым являлся только я, и то только пришёл.

– Сначала играли на то, где я буду кантоваться, – хмыкнула Геля и заулыбалась, – потом, правда, вспомнили, что у меня есть своё мнение, и стали играть на интерес. А какой интерес, когда вокруг столько горячих девушек? Вот и начали играть на раздевание. Кстати, ты играешь с нами. Ща, только с сеструхи моей трусы снимем…

– Хер вам! – судя по заплетающемуся языку и нетипичному набору слов, Эля была сильно пьяна. Не она одна – маму тоже малость шатало. Сколько они вообще вылакали?

Вопреки мнению Эли, с предметом белья рассталась именно она, причём сняла не лифчик, а трусы, ещё и выгибалась в мою сторону так, что моя мама аж неодобрительно фыркнула… или икнула, я не понял. Видимо, Эля желала таки новой близости со мной, но я больше склонялся к варианту, что ей в целом до фонаря, чей именно член будет в ней.

Карты действительно раздали и на меня. Не знаю, насколько честно играть на раздевание, когда на одной из девушек остался только один носок, на другой одни трусы, на третьей пока что полный комплект белья, а последняя, слава богу, была пока что одета, и, видимо, Геля решила так же, а потому предложила, что та, кто разденет меня до того, как окажется голой, сможет со мной переспать. Остальные эту идею одобрили, и моё мнение на этот счёт никого не волновало. Впрочем, мне ли возникать, хотя глаза у меня слипались.

Расклад мне не сильно нравился хотя бы потому, что теперь я играл против сразу четверых, и просто по шурику проиграть и завалиться спать не прокатит. Даже моя мать, чтоб её черти отодрали наконец, воодушевилась… проиграв подчистую джинсы и майку, оставшись в носках и трусах. Лифчик, как оказалось, она проиграла ещё в самом начале. Я отбивался как мог, хотя мой мозг отключился ещё на второй раздаче, за что я поплатился рубашкой. Короче, очень невовремя я спать захотел, тут битва на мою жопу разгорелась нешуточная. Дамы, видимо, решили, что легче раздеть меня будет, когда остальные не смогут мешать, а потому все валили всех сразу, и женское бельё улетало с тел своих обладательниц только так. Уже спустя двадцать минут на мне висели лифчик Эли, трусы Марго, полосатый носок Ангелины и мамины белые носки. Я, правда, к этому моменту, был раздет уже до трусов, и дуэль разыгралась нешуточная – один необдуманный ход, и меня действительно разденут, а потом ещё и трахнут. Мама и Марго были не в лучшей ситуации, потому как и они обе были в шаге от провала.

Очередная раздача, у меня целая рука мусора, а жить как-то надо… Две шестёрки – в отбой. Козырная десятка – в руку, вместе с сундуком сестричек. Марго кинула маме два туза, и та спокойно отбилась, рассматривая меня с плотоядным интересом. Сучка бухая, ты то куда лезешь?! Круг, второй, и я каким-то чудом избавился от карт, после чего Марго выложила моей маме всю свою руку, и та была вынуждена забрать – у суккубы каким-то чудом оказались одни козырные карты.

– Получается, я получила своего братика в личное пользование? – довольно уточнила демоница, уже теребя застёжку лифчика.

– Ты, Марго, меня пока не раздела, – возразил я.

Последняя раздача. Тасовала мама, причём тасовала так, что у неё карты выскакивали из рук. Когда я взглянул на то, с чем мне придётся играть, то сначала глазам не поверил. Полная рука козырей. Судя по удручённой мордочке Маргоши, у неё дела обстоят совсем плохо. Ещё и я первый хожу…

Минуты две спустя я с облегчением выдохнул. Мои трусы остались на мне, а значит, ушлые женщины проиграли. Ура-ура, трахать меня не будут! Я аж на пол улёгся и уставился в потолок, радуясь победе.

– Ну что, теперь можно нашего мальчика снасильничать? – надо мной нависли сиськи, говорящие голосом Эли. – А то некрасиво получается – я ебаться хочу, Саша мне разрешил, а по итогу мы не ебёмся.

С-сука… Я аж зубами заскрипел. Зря побеждал что ли? На помощь мне пришла Геля, которая без прелюдий засунула в свою сестру один из своих дилдо с пожеланием «весело поебаться». Я же уже засыпал прямо на полу, и НИЧТО, сука, в этом мире, не могло меня остановить. Пусть хоть поубиваются об мой член, мне фиолетово.

Проснулся я от того, что кто-то схватил меня за яйца. Буквально, сука, чья-то ладошка с внушительными коготками сомкнулась на моих бубенчиках, да с такой силой, что я аж побоялся подать признаки возмущения. Только глаза открыл, о чём почти сразу пожалел, потому как владелица когтистой лапки, заметив моё пробуждение, полезла целоваться. Поцелуй показался на редкость отвратительным – от Эли так разило перегаром, что у меня слезились глаза, и излишне будет говорить, что целоваться с девушкой с таким выхлопом было банально не вкусно.

– Сколько вы вчера вообще вылакали?! – рыкнул я, отрывая от себя прилипчивую женщину.

– Не помню, – честно сказала Эля, после чего повернулась к двери в мою комнату. – Светик! Сколько мы выдули вчера?

На кухне раздался приглушённый вздох, вроде даже матерный, после чего я услышал звон стекла о плитку.

– Дохрена, – мама ответила лаконично, бормоча что-то ещё.

Пока я немо возмущался издевательствами училки, она времени не теряла и уже успела насадиться на мой член, сдавленно охнув. Первые пару толчков всё прошло в целом неплохо, Эля даже пыталась не только получить удовольствие, но и сделать приятно и мне, но её быстро укачало. Благо, рассматривать, как Эля пускает радугу, мне не пришлось – девушка умчалась из комнаты, придерживая рот ладонью, куда быстрее, чем я смог поднять голову. Вот тебе и доброе утро…

До будильника оставалось минут десять, поспал я от силы часа полтора, и чувствовал себя соответствующе. Было принято волевое решение добраться до душа и утопиться в нём, чем я и занялся. Проходя мимо кухни, обнаружил там маму. Женщина хмурилась и морщилась, потягивая из стакана воду. Одета она была… ну, хорошо, хоть, что одета. Бесформенная майка на голое тело, что очень хорошо просматривалось, уже казалась мне верхом приличия в этом доме. А вот хмурые и задумчивые взгляды, которые мама бросала на меня, совсем не радовали. Что, снова по новой?

– Опять? – раздражённо бросил я, когда мама в очередной раз отвела от меня взгляд.

– Не бурчи, и так голова раскалывается, – проворчала женщина, отпив ещё воды. – Будешь в моём возрасте – поймёшь.

Ладно, хоть из дома снова не убегает, и то хорошо. Лицо, правда, у неё было на редкость недовольным и малость бледным, а в эмоциях царил лютый бардак, который сильно разбавляла похоть, так что чёрт её знает, что будет, когда я вернусь со школы. Всё же, я хотел, чтобы мама прекратила свои попытки свалить из дома.

В душе я чуть не уснул под струями холодной воды. Точнее, я успел задремать, но две пары женских рук меня растолкали. Ангелина и Эля беспардонно заползли в душевую кабину и, сославшись на то, что времени до начала занятий мало, начали намываться, попутно домогаясь меня. Без огонька, правда, так, для приличия.

Перед входом в школу меня снова ждали. Не толпа засранцев, что радовало, а всего лишь одна девушка – Ульяна. Девушка не смутилась того, что я, Ангелина и Эля приехали вместе на одной машине (я в этот катафалк больше в жизни не сяду!), и подошла ко мне и одним взглядом попросила пойти с ней. Геля, тоже заметив это, подмигнула мне и ускакала дальше, утащив за собой Элю. Мы же с Ульяной прошли за угол.

– По логике, я должна тебя ненавидеть и презирать, – начала девушка, опустив взгляд. – Ты избил моего единственного друга, а потом ещё и пришёл ко мне на подработку…

– Ты же в курсе, что на месте Гели вообще должна была быть ты? – перебил я Ульяну, заставив её вздрогнуть. – Тебя должны были пустить по кругу в том туалете, и тебе просто повезло, что парни затаили на меня обиду, и решили сменить цель, чтобы отомстить.

– Знаю, – кивнула Ульяна, съёжившись. – Не ожидала, что Вац сделает что-то такое. Как мне теперь с ним общаться? А если он с его дружками подкараулят меня где-нибудь? – девушка подняла взгляд на меня, уставившись своими большими, мокрыми от слёз, зелёными глазами. Она была в отчаянии и боялась, и мне не нужна была суккубья эмпатия, чтобы понять это.

– Слушай, – я достал телефон, – я не супергерой и не принц на белом коне, но, если ты вдруг попадёшь в беду, можешь позвонить мне. У меня уже есть одна бедовая, которую то родной отец попробует снасильничать, то родная сестра похитит, то одноклассники захотят по кругу пустить, но я обычно помогаю тем, кто просит меня о помощи.

– А что взамен? – Ульяна недоверчиво уставилась на мой телефон, и медленно достала свой, записывая номер.

– Спасибо? – хмыкнул я. – Этого будет достаточно.

Не знаю, что там себе навыдумывала девочка-готка, но зависла она крепко, просто стояла и тупила в свой телефон. Я честно выждал минуту, даже посчитал, но прозвенел звонок, и я, махнув девушке на прощание, двинулся в сторону класса. Может, имеет смысл всё же отказаться от идеи с клятым списком? Всё равно все заинтересованные в нём личности отправились в больничку, а оттуда вряд ли вернутся к обыденной повседневности, учитывая, за что я всех этих уебанов избил.

– Рассказывай, – рядом со мной уселась блондинистая коротышка, нагло начав выедать мне мозг с первой же секунды. – Кого из списка уже трахнул?

– Никого, – отмахнулся я, от чего Аня заулыбалась, аки чеширский кот.

– Решил отложить всех на пятницу? Чтобы за раз всех перетрахать? – девушка даже не скрывала свой сарказм, да и вообще была чересчур энергичной. – Настёна не согласится. К ней особый подход нужен!

– АНЯ БЛЯДЬ! – с противоположного ряда раздался крик, граничащий с истерикой, от той самой выше обозначенной особы.

– Да что, блин? – Аня картинно надулась. – Я тут подружке по доброте душевной помогаю, а в итоге «Аняблядь». Как такое терпеть вообще?

– Я тем же вопросом задаюсь, – бросил намёк, после чего зевнул, да так хорошо, что следом почти весь класс начал зевать [Сука, и я в том числе… Далее по тексту]. – ТЫ как хочешь, а я бы с удовольствием покимарил урок-другой, так что это… изыйди.

– Я тебе что, нечисть какая-то? – наигранно возмутилась Аня, глядя на то, как я положил голову на парту и закрыл глаза. – У меня коленки всяко мягче будут жёсткой парты.

– Кожа да кости у тебя, – фыркнул я, проваливаясь в дрёму.

Проснулся я урока через три. За это время Аня не исполнила свою угрозу и не переселила меня на свои колени, только фломастером (где она его только достала?) мне разукрасила лицо. Я теперь котик, хотя девушка уверяла, что рисовала сову. Ещё урок и просидел с размалёванной физиономией, собирая смешки одноклассников. Собирал бы и дольше, да в классе жарко, а от пота фломастер поплыл, из-за чего я стал каким-то непонятным чумазым монстриком, а не котиком.

Учительница истории, когда пришла вести свой урок, попросила меня таки сходить умыться, и я, помня, что женщина всё же есть в списке мальчиковых интересов, лениво пошёл до туалета. Пока шёл, встретил Ульяну, которая, как оказалось, прибегала к двери в мой класс каждую перемену, смотрела из дверного проёма, как я сплю, и ждала… ну, чего-то ждала, и, видимо, дождалась.

– Вот, держи, – девушка протянула мне какой-то глянцевый флаер. – Я сегодня буду в клубе, так что можешь прийти.

Листовку я взял, посмотрев на краснеющую Ульяну. Та в ответ потупила глазки и убежала, тяжело стуча своими шипованными берцами по каменному полу… Или плитке… Или фейковому мрамору. Несколько умников пытались определить тип покрытия у себя под ногами, но были жестоко отлуплены уборщицей, когда пытались отколоть кусочек пола для изучения. Ах да, листовка!

Листик по размеру как половинка тетрадного была золотого цвета, переливаясь на свету. НА нём был силуэт голой женщины, танцующей у шеста, с ноги которой свисали трусики, а внизу надпись: «Клуб «Полночь», Пропуск для почётного гостя, приоритет на выбор увеселений». Посмотрел я на этот «пропуск» с кислой миной, засунул его в карман и потопал дальше. Возвращаться во владения Луны мне не хотелось, но я, сука, Геле обещал.

Умывшись, вернулся в класс, сел на своё место и посмотрел на Аню, копающуюся в своём телефоне.

– Маркер куда надёжнее, – поведал я девушке.

– А ещё он не смывается так просто, Саш, – фыркнула блондинка, включив режим стервочки.

– Так в этом же суть, – с недоумением сказал я.

– В следующий раз я тебе макияж сделаю, если игнорить меня так будешь, – пригрозила Аня. – Будешь самым красивым в этом классе. Спящей красавицей.

– А будить меня ТЫ будешь поцелуем? – не удержался я от шутки.

– Тут до меня очередь выстроится, – хмыкнула девушка, оторвавшись от телефона. – Боюсь, не быть мне твоим принцем.

– Ме, мне больше по душе, если ты будешь страшной волчицей, – ляпнул я, после чего осознал всю двойственность своей реплики. Точнее, то, что мог ей девушку обидеть. Сука, а не будь она оборотнем, получилась бы искромётная шутка.

– Вот как? – Аня придвинулась ко мне, скрипнув стулом по линолеуму, а её голос сочился ядом. – Значит, ты всё-таки смотрел зоопорно не просто из «научного интереса»? Может, тебе ещё и фури нравятся?

– Если нарисованы хорошо, то почему бы и нет, – я кончиком сознания уловил подоплёку в словах блондинки. Она же, по идее, и есть фури, правильно?

– О как! – хихикнула Аня, после чего прижалась ко мне, схватилась за мои плечи, чтобы подтянуться повыше, и коснулась своими губами моих. Неумело, правда, но тут не мастерство решает, а посыл. – Ща Настя заголосит, проверяй.

Настя действительно всё это время сверлила нас взглядом, и после поцелуя аж вскочила с места, метая из глаз молнии. Правда, заголосила не она – не успела в лёгкие воздух набрать, а учительница истории:

– Трестин! Что ты творишь на уроке?!

Да я тут при чём? Не виноватый я, она сама целоваться лезет!

Глава 19

Судя по тому, как наша мышка-историчка (истеричка, она) прожигает меня гневным взглядом, залезть ей в трусы мне не суждено. Я всё ещё гадаю, как эта мелкая женщина попала у пацанов в список желаний. Да, она фигуристая, хоть под пиджаком это и сложно разглядеть, но… почему именно она? Характер у этой мышки на редкость отвратительный, я бы даже сказал, что попахивает биполяркой: вот она тихая скромная женщина, а спустя секунду яростная фурия, от гнева которой и гробовая доска не спасёт. Я бы понял, будь в списке вместо учительницы истории учительница физкультуры. Там да, фитоняшка, хоть и в годах, но у неё и тело подтянутое, что подчёркивают её многочисленные спортивные костюмы в обтяжку, и личико вах, да и характер помягче. Но нет, историчка в списке есть, а физручки нет. Может быть это связано с тем, что физручку трахает физрук, не сильно скрывая это, и пацанам было стрёмно домогаться женщину кандидата мастера спорта по тяжёлой атлетике? Я же всерьёз начинал думать, что повёлся на простейшую реверсивную психологию, и задался целью достать недоставаемое – как к историчке подобраться было решительно непонятно.

После урока мышка, у которой ещё и имя есть… ща, список достану, секунду… Ольга Андреевна, да. Так вот, Ольга Андреевна меня вызвала после своего урока к себе на ковёр, и даже сама потащила меня за руку, опасаясь, видимо, что я убегу. Забавно, наверное, смотрелось со стороны, но надо отдать историчке должное – она не стала устраивать сцену прямо на уроке перед всем классом, решив высказать свои претензии моим поведением с глазу на глаз. Вот мы зашли в очередную тесную каморку, в которой процентов пятьдесят пространства занимали шкафы с книгами, уселись по разные стороны рабочего стола Ольги Андреевны, и замолчали. Училка сверлила меня взглядом, я отвечал тем же.

– Александр, – наконец начала историчка, выпрямившись на стуле и сцепив ручки в замочек, – я понимаю, что сейчас весна, у вас гормоны шалят, ещё и вчера день у вас выдался весьма… специфический, но вы, как почти взрослый человек, должны понимать, что делать то, что вы делали с Анной на моём уроке, нельзя. Важно понимать время и место…

Душно. Очень, сука, душно. Я знал, что мне будут читать нотации, и у Ольги Андреевны это получалось делать на редкость скучно. Я слушал её претензии, завёрнутые в чрезмерную манерность, в пол-уха, всё гадая, как бы перетащить монолог мышки в более интимное русло. Эмоции исторички мне не сильно помогали, там был клубок из возмущения, обиды, чувства превосходства… и ревности. Так, а за это имеет смысл потянуть.

– Ольга Андреевна, – прервал я спич училки, – давайте ближе к теме. Перемена не резиновая, и я уже понял, что вызвать у вас чувство ревности у меня не вышло. Да, я плохой, невоспитанный мужлан, которому лишь бы Машку за ляжку и козу на возу. Я могу идти?

Историчка уставилась на меня так, будто я ей библию Сатаны на латыни наизусть задом-наперёд прочитал. Так, и? Заглотила наживку?

– Ну что, понравилось «приватное занятие» с нашей серой мышкой? – Аня прибежала в класс спустя минут пять после звонка и похлопала меня по спине, усевшись прямо на парту. – Можно её вычёркивать?

– Вычёркивай, – мой голос сорвался на хрип.

Мышка? Хуишка! Откуда вообще в этой женщине столько энергии? Она за десять минут, что у нас были, успела выесть мне мозг и трижды меня осушить. Права была Аня: у исторички, стоило лишь намекнуть на возможность соития, напрочь сдуло весь здравый смысл и манерность. Видимо, у неё действительно давно никого не было, поэтому на мне она прямо оторвалась.

Правда, какими бы то ни было личными интересами тут и не пахло, просто училке давно хотелось, а я искал способ залезть к ней в трусы. И да, должен признать, что историчка сохранилась вполне неплохо для своего возраста, и тискать её формы было вполне приятно, хоть женщине и не доставало той упругости, что присуща моим ровесницам. Короче, да, я познал прелести «дежурного секса», и не горел желанием таким заниматься в дальнейшем, хоть и обязательств никаких такой вид времяпрепровождения не накладывал.

– Видишь, не так уж и сложно, – Аня действительно сделала пометку в списке, после чего сунула мне его в карман. – Ну что, будешь слушать, как к Насте подкатить?

– Дай угадаю, – я сделал вид, что задумался. – Цветы, подарки, свидания?

– Близко, – улыбнулась девушка. – Мотай на ус, Сашенька. Внимание, забота, надёжность… и капелька любви? Тут не уверена. Ах да, точно! Терпение. Много, сука, терпения.

Мы с Аней одновременно повернулись в сторону Насти… которая буквально стояла в шаге от нас. Лицо у неё было таким угрожающим, что даже её подружка вжала голову в плечи и слезла с парты, юркнув за мою спину.

– Как дела, Настя? – я решил разорвать неловкое молчание.

– Хорошо, – притворно улыбнулась девушка, заглянув мне за спину, где пряталась Аня. – Планирую убийство болтливой подруги.

– Да брось, – я сдвинулся немного в сторону, закрывая Аню собой, – кто же тебя тогда любить будет?

– Всем сердцем, Насть! И даже частью печени! – пискнула за моей спиной блондинка.

– Так и быть, эти органы я заспиртую, а остальное сожгу, – холодно произнесла Настя, сделав полшага в нашу сторону.

Я… я не знаю, имеет ли смысл вмешиваться. Аня выглядит напуганной, но по эмоциям Насти я вижу, что если она и грохнет свою подругу, то через сеанс удушающих объятий. С другой стороны, я уже начал отыгрывать щит для Ани, так что имеет смысл продолжать. Беда в том, что я не мог придумать, что ответить Насте.

– Пошли на свидание? – вырвалось у меня. Вопреки моим ожиданиям, Настя не подвисла, не удивилась, даже строить из себя ледокол не перестала. Единственное, чем меня удостоили, это выгнутой бровью и недоумевающим взглядом. – Я серьёзно.

– Пас, – не без сожалений, которые мог бы рассмотреть только очень внимательный эмпат, девушка отказалась, однако, и продвижение своё она остановила. – Занятые парни меня не интересуют.

Аня хотела что-то сказать из-за моей спины, но её прервал приход учителя. Десять минут урока прошло уже, а он только припёрся. Неужели ему тоже всё равно на обучение? Сцену пришлось прекратить и разойтись по своим местам. Последний урок на сегодня начался, хоть и запоздало, а я уже хотел, чтобы он поскорее закончился.

После уроков я зашёл к Геле. Её, ура-ура, не утащили очередные извращенцы, хотя я бы уже не удивился. Зашёл я к оторве с одной целью – узнать про сегодняшние съёмки. Так уж вышло, что именно сегодня Ангелина должна была потрахаться со мной, прямо вот по-настоящему, но эту тему девушка избегала, хотя обычно первым делом обсуждала подобное со мной. Я догадывался, что вчерашнее не прошло бесследно, и что Геля только храбрится, демонстрируя равнодушие по поводу очередной попытки изнасилования, и мои догадки быстро подтвердились. Сегодня Ангелина была не в настроении сниматься, и честно призналась, что не знает, когда настроение появится.

Не сказать, что известие меня огорчило. В конце концов, всё же такие планирования на дефлорацию не для меня, даже если учесть, что Геля нихера не шутила, когда объявила себя моей девушкой.

Ангелина по итогу двинулась домой… ко мне домой, чмокнув мою щёку на прощание, а меня перехватила Лена и с энтузиазмом, достойным лучшего применения, потащила меня. Оказывается, зал, в котором она занимается, был всего в десяти минутах ходьбы от нашей школы. Когда мы покидали школьный двор, я ненамеренно вздрогнул от пристального взгляда в спину. Повернув голову, я обнаружил метрах в пятидесяти от себя девушку, что смотрела аккурат на меня своими серыми, пронзительными глазами. Хотя, нет, глаза у особы были не серые. У Иры, да, серые глаза, даже светло-серые, каким его представляют обычно; у Гели серые глаза, точнее, цвета стали. У девушки, что смотрела на меня, глаза были скорее белые, радужка была светлее склеры, от чего казалось, что её глаза светились.

Кармен. Девчонка из параллельного класса, изгой среди изгоев из-за своей привычки говорить людям прямо в лицо правду и образцового цинизма… и шестая в списке желаний парней. Не упоминали мы её только потому, что к Кармен не так просто подобраться… точнее, не сложно, не просто, а именно что никак. Если меня школьники избегали по возможности, то эту девушку откровенно боялись, и я придерживался общепринятой стратегии, не без причин. Вопрос был в том, как она попала в список?

Кармен весьма красива собой… издалека. Ладная фигурка, небольшая грудь, подтянутая задница, волосы цвета вороньего крыла, которые девица частенько заплетала в длинную косу, которая издалека казалась хлыстом, черты лица немного грубые. Однако, уже перевелись такие идиоты, которые бы захотели к ней подкатить. Девушка, как я уже говорил, прямолинейна, цинична и весьма скорая на расправу – всё это говорит о том, что либо Кармен редкостная сука, либо охотница, причём практикующая. Хотя, одно другому не мешает.

И сейчас эта девица сверлила взглядом мою спину, а когда мы встретились глазами, помахала мне. Я от недоумения на автомате помахал в ответ, после чего каждый из нас пошёл по своим делам. До меня только сейчас начало доходить, что нет смысла идти по списку, если я не доберусь до Кармен… что естественно означает пойти на близкий контакт, чего я за все годы обучения в школе не делал. Вот мне и наука, что нельзя оставлять всё на последний момент… Как и браться за заведомо провальные затеи.

Спортзал был ничего таким. Если представить себе типичную тренажёрку, в которой тусуются ребята, не проходящие в дверь, и инстаграммерши, фоткающие свой зад после каждого приседания, то это окажется именно это заведение. Большое помещение, зеркала на стенах, тренажёры вполне хорошего качества, огромные колонки под потолком, из которых играет что-то непонятное, много мышц вокруг и сдавленные охи-вздохи.

– Банально, не так ли? – видимо прочла мои мысли Лена.

Мы разделились перед раздевалками и теперь встретились снова. Я в обычных трениках и майке, а вот Лена явно подготовилась к нашему свиданию. На девушке был спортивный топ, который и лифчик по совместительству, короткие шорты, которые в аниме часто рисуют, и кроссовки. Выглядело это вполне органично, и даже заставляло подумать немного не туда, потому как одежда хорошо обтягивала рельефные прелести девушки, будто она голой стояла. Я даже решил на всякий случай взгляд отвести, потому как поднимать штангу я планировал руками, а не стояком.

– Ничего лишнего, – ответил я, бросив взгляд на ближайший объект, коим оказалась девушка, фотографирующая своё отражение. Она даже успела подмигнуть мне, пока делала снимки.

– Можешь смотреть, – Лена сделала шаг ко мне, сделав хитрую мордочку. – Вот тут у меня уже хорошо просматриваются сосочки, – девушка указала на свою грудь, немного натянув ткань на ней, что было практически бессмысленно, – а вот тут можно поподробнее рассмотреть то, куда ты стремишься попасть, – теперь Лена натянула свои шорты. – Только смотреть придётся лёжа.

Она… совращает меня? Серьёзно? Кто на кого тут охотится? Пока я тупо пялился на Лену (причём именно в глаза), сама девушка потащила меня к тренажёрам. Ладно, надо бы немного отвлечься от всех этих плотских мыслей и заняться чем-то полезным. Хотя, секс тоже подразумевает какую-никакую физическую нагрузку.

Спустя два часа я осознал, что Лена до ужаса выносливая. Пока мы с ней таскали железо, в зале успели поменяться все остальные посетители дважды, а сейчас собирался уходить последний тренер. Перед уходом мужчина оставил Лене ключи и попросил закрыть зал перед уходом, после чего оставил нас двоих наедине. Было в этом что-то странное – находиться в тренажёрном зале вот так, считай в одиночестве.

– А тебя тут хорошо знают, раз зал доверяют закрыть, – присвистнул я.

– Неа, они меня совсем не знают, – Лена восприняла уход последнего человека как повод вскочить с тренажёра и задрать свой спортивный топ. – А ты можешь узнать меня сегодня.

Девушка прижалась ко мне и, встав на носочки, начала шептать мне на ухо нечто, что даже мой испорченный Ангелиной мозг воспринимал как крайне сомнительное занятие. Как бы это правильно назвать… Фриюз в спортзале? Суть в том, что пока Лена будет и дальше таскать железо, мне нужно будет её трахать. Это даже звучит небезопасно, а мне предлагается сделать это прямо сейчас. Я было хотел отказаться, и Лена почуяла это, а потому взяла инициативу в свои руки. Девушка уложила меня на жим лёжа, стянула штаны с меня, шорты с себя и скомандовала:

– Пять подходов по двадцать повторений! И не вздумай сачковать! – видимо, фетишей в этой девчонке было чуть больше, чем я представлял… Не то, чтобы я их там много представил.

Есть две новости, по классике, хорошая и плохая. Я могу вычеркнуть из списка Лену – это из хорошего. Плохо то, что я был готов рухнуть прямо перед входом в спортзал, и с удовольствием так бы и сделал, если бы не одно крошечное «но», которое снова пронзительно на меня пялило. Кармен стояла буквально в шаге от меня и со спокойным лицом рассматривала мою спину. Что она тут делает? Шутка про гору и Магомеда меня не интересует, там хотя бы цель была, а здесь мной и девчонками общим немым голосованием было решено к этой отбитой на голову не лезть.

– Хороший спортзал, – обратилась ко мне Кармен, – хотя я предпочитаю более открытую обстановку, чтобы у маленьких девочек не сносило крышу от феромонов.

– Она не маленькая, – мне пришлось ответить, а перед этим ещё и повернуться к внезапной собеседнице. – Что ты тут делаешь?

– Собираю информацию и развлекаюсь, глядя на то, как два одичавших подростка предаются утехам в месте, не предназначенном для подобного, – по прямолинейности Кармен можно перпендикуляры отмерять.

– Не смею мешать, – я развернулся к девушке спиной и двинулся в сторону дома, проигнорировав яд в словах девушки. Сменить одежду и помыться было в большем приоритете.

Добравшись домой, я снова обнаружил чисто женский коллектив, который ещё ночью меня раздеть пытался. Если с мамой, Марго и Гелей всё понятно, то вот присутствие Эли меня немного нервировало. Всё же, я ещё школьник, и приход моего учителя ко мне домой воспринимается как предвестие натянутого на жопу глаза. Впрочем, я с дамами только поздоровался, после чего отправился в душ. Правда, спокойно помыться мне не дала Геля – оторва просто припёрлась в ванную и через дверь душевой кабинки расспрашивала про наше с Леной свидание. Обиделась, что я не снял видео Лениного эксперимента. Сдались ей эти видео…

– Ты хоть представляешь, насколько мало контента по тегу «фриюз»? – аргументировала свою обиду девушка. – Ещё и в спортзале? Да такой контент в сети не найти! Такое даже профи не снимают!

Я даже догадывался почему. Опасная затея, я даже пару раз всерьёз испугался, что хер себе сломал. Особенно на велотренажёре. Чёрт, я забыл уточнить у Лены о её методах предохранения. Одно дело Мей-Мей, которая если и залетит, то хотя бы без кучи проблем из-за её возраста, а совсем другое Лена. Хотя, последняя всего на месяц меня младше, а в младшеклассница она только потому, что в школу поздно пошла.

– В любом случае, – неловкая попытка перевести тему обернулась тем, что шампунь попал мне в глаз, – я… имел честь перекинуться парой слов с Кармен.

– Кармен? – Геля растерянно повторила, после чего до неё дошло, про кого я. – Со Смирновой?! И ты жив остался?

– Нет, я издох и решил окопаться в душевой кабинке в виде призрака, – съязвил я. – Всё равно мне бы пришлось с ней контактировать. Она же в списке есть.

– Да, действительно, – Ангелина задумалась. – И спросить у пацанов, чем они думали, когда обозначали планы к ней подкатить, не получится. Подожди, Саш, а как ты вообще с ней контактировал?

– Вербально, – наконец глаза перестало щипать. Хоть ты детские шампуни покупай, честное слово. – Сначала зрительно с применением соматики, а потом вербально.

Геля задумалась. Крепко так, что мне даже чутка неловко стало. Я почти слышал, как в голове девушки скрипят шестерёнки.

– Ладно, мне надо это обдумать, – спустя долгие минуты три-четыре озвучила Геля. – А ты шуруй в стрип-клуб. И чтобы видосик записал!

– Там нельзя снимать! – прокричал я вдогонку убегающей заразе. Вот что ты будешь с ней делать?

Чувство дежавю вкупе с тихим ужасом не самая лучшая комбинация. В последний раз я ощущал подобный ужас, когда на меня начала охотиться Мей-Мей, и то, бояться я начал только после её фокусов. Сейчас я боялся куда, блин, сильнее.

Стоило мне выйти из подъезда, как я снова ощутил тяжёлый, проникающий под кожу взгляд, а когда я повернулся по направлению оного, увидел в паре метров от себя Кармен. Девушка стояла у моего подъезда и сверлила меня взглядом с непроницаемым лицом, будто это я тут лишний, а не она. Надо ли говорить, что девушка и близко не тут живёт?

– Что ты здесь делаешь? – я решил добавить в свой голос каплю угрозы, но вышло не убедительно.

– Жду, – на лице Кармен не дрогнул ни единый мускул, а её цепкий взгляд прошёлся по мне от макушки до пят, проникнув под кожу и пересчитав каждую косточку.

– Кого ты ждёшь? – я начал злиться, прямо закипать, аж пар повалил… воображаемый, но всё ещё пар.

– Тебя жду, – как ни в чём не бывало уточнила девушка, решив, видимо, что этого объяснения хватит. Развивать тему я не стал – мне было интересно, какого чёрта эта ненормальная ходит за мной, но не настолько, чтобы информацию из девушки вытягивать.

Я раздражённо фыркнул и двинулся прочь из двора. Следом едва слышно постучали каблуки по тротуару, заставив меня злиться сильнее.

– Какого чёрта ты таскаешься за мной? – всё же я не вытерпел и со всей накопленной злостью налетел на Кармен. Та, правда, даже бровью не повела… не уверен, что она вообще знакома с основами мимики.

– Из любопытства, – как можно давать прямолинейный ответ, но при этом не давать ответа вовсе? Я подошёл к Кармен почти вплотную, угрожающе нависнув над ней и немо вопрошая взглядом, не попутала ли она берега. – Могу подвезти до «Полуночи».

Одна фраза, сука, и я замер. Я гнал от себя мысли, что Кармен сталкерит меня, слишком уж дико это звучало, но, чёрт побери, выглядело всё это именно так. Рядом с ней Мей казалась безобидным пушистым зверьком, хотя именно лисица в своё время мне чуть глотку не выгрызла, в прямом смысле. Кармен же была загадкой, пугающей до чёртиков загадкой. Лисица сразу объявила о своих намерениях, но эта девушка просто ходит за мной, даже не скрываясь, планомерно сокращая дистанцию. Чёрта с два я сяду к ней в машину… Чёрт, да у неё же даже прав ещё нет!

– Я сам доберусь, – рыкнул я и сделал шаг от девушки, невольно засмотревшись на неё.

Я говорил, что издалека она красива, но и вблизи тоже. Почему-то Кармен воспринимается не как моя ровесница, а как барышня сильно старше. Возможно, всё дело в её манере одеваться, потому как даже сейчас в своей школьной форме девушка выглядела как бизнес-леди на совещании. Ещё и косу свою распустила, прикрыв тёмным водопадом волос всю спину и часть задницы.

– Хорошо, – Кармен кивнула и подошла к машине, которая и в лучшие годы выглядела хреново, а сейчас эта штука на колёсиках, казалось, развалится, стоит открыть дверцу.

Девушка села в машину и включила верхний свет. Заводить не стала, а вместо этого начала раздеваться. Прямо в машине… посреди двора… ещё и свет включив, чтобы уж точно заметили. Я додумался отвернуться только на моменте, когда рубашка девушки улетела на заднее сиденье, благо она хоть бельё носит, тоже весьма взрослое.

Я даже не заметил, как сел в такси. Всё думал о незапланированных встречах с Кармен и уже даже прикидывал, где увижу её в следующий раз (в том, что она произойдёт я не сомневался). Возможно, она окажется у меня под кроватью к утру.

Или, сука, прямо перед входом в клуб. Стоит, размалёванная как на панель, одетая как на панель, а рядом охранник… сидит и трясётся, держась рукой за лицо. Мне его даже жалко стало. Ладно, утрирую я по поводу внешнего вида Кармен – выглядела девушка на все сто, и даже неловкая попытка выразить эмоцию… какую бы то ни было… лишь добавляла некого очарования.

– Милое платье, – кивнул я Кармен, подойдя ближе.

Что-то с закосом на азиатскую культуру из тёмной ткани с узорами цветов с закрытым по горло верхом, короткими рукавами и очень дерзкими вырезами на бёдрах, которые только по недоразумению не дошли до подмышек. Капроновые колготки, ободранные на коленях (видимо именно коленями бедный охранник получал по лицу), под которыми в вырезе хорошо просматривались трусики с высокой талией. Меня аж в дрожь бросило от варианта, в котором Кармен надела такие, потому что каким-то образом подсмотрела, в чём дома ходит Марго. На руках у девушки были длинные прозрачные перчатки, на плечах переходящие в широкие ленты под цвет платья.

– Милое? – Кармен посмотрела на себя, после чего снова подняла голову. – Не сексуальное?

– Одно другому мешает? – задал я риторический вопрос, над которым девушка задумалась.

Не придя ни к каким выводам, Кармен ухватилась за мой локоть и потянула меня в клуб. Охранник проводил меня сочувствующим взглядом и даже пробормотал что-то, что не до конца услышал я, зато услышала моя спутница. Кармен повернулась к мужику, заставив его одним взглядом боязливо втянуть шею.

– Что он сказал? – полюбопытствовал я, потянув девушку за собой, спасая несчастного охранника.

– Если опустить нецензурную лексику, то он сказал, что мы с тобой в будущем поженимся, – Кармен даже бровью не повела и двинулась за мной следом.

– Это вряд ли, – тихо фыркнул я, чем заслужил пронзительный и даже капельку обиженный взгляд. – Кстати, а зачем ты сюда пришла?

– Из интереса.

Они с Луной точно подружатся. Не то, чтобы меня это как-то волновало. Если сложить Кармен и Луну, то получится полноценный эмоциональный человек… Правда, у него будет завышенное самомнение, отвратительный характер, и его скорее всего прилюдно расстреляют как отвратительнейшего человека в мире.

За столик мы уселись вдвоём, хоть я и надеялся, что Кармен захочет побыть не в моей компании. К нам тут же подбежала официантка, не Арина, а блондинка с внушительной оголённой грудью, которую сама девушка выпячивала как только можно, буквально пихая мне свои дойки в лицо и намекая, что за чаевые готова сцедить свежего молока (не только из своей груди, ага). К сожалению для девушки, моя спутница поневоле женские намёки понимала куда лучше меня, а потому Кармен сама пикнула карточкой по специальному устройству на бедре официантки. Такого не поняли ни я, ни блондинка, и, подозреваю, сама Кармен не особо поняла, что сейчас сделала. Когда я сказал, что мне приставания вот этого грудастого (и скорее всего беременного) недоразумения не интересны, Кармен умудрилась показать целую одну эмоцию удивления – слегка приподнятые домиком брови. По итогу, официантке пришлось обхаживать мою спутницу, бросая жалостливые взгляды на меня, а я дожидался появления Ульяны. Однако, дождался другую персону – своего родителя.

Мы с батей случайно встретились взглядами, оба охренели, после чего телепатически договорились перетереть у барной стойки. Кармен со мной не пошла – её увлёк процесс сцеживания грудного молока из официантки, так что до импровизированной переговорной я добрался без происшествий.

– Что ты тут делаешь? – первый вопрос был за моим родителем. Он вообще догадывается, что я хотел спросить ровно то же самое?

– А ты? – я всё же решил пока не отвечать. Ладно я – молодой и относительно свободный парень, которого позвала в клуб новая подруга. А этот-то почти дважды муж что тут делает?

– По работе, – папа решил не настаивать и ответил.

– Меня подруга пригласила, – так же непринуждённо ответил на ранее заданный вопрос я. – Мама знает?

– Уно-ревёрс, – заулыбался батя. Любитель, мать его, настолок.

– Не уверен, – покачал я головой.

– Сам на свой вопрос ответил, – в этот раз батёк заржал. – Ладно, давай поступим как нормальные взрослые мужики.

– Камень-ножницы-бумага? – не понял я.

– Я не палю тебя, а ты не палишь меня, – папа хлопнул меня по плечу. – Как закончишь со своей подругой, напиши мне. Я на машине, так что до дома доберёмся с ветерком. Забились? – и потянул в мою сторону кулак.

– Без базара, – хмыкнул я и ударил кулаком о батин кулак.

Обратно за столик я идти не хотел. Там тусовались две девицы, общество которых было мне неприятным… ну, про Кармен я преувеличиваю, конечно, но вот официантка мне откровенно не нравилась. Складывалось ощущение, что она пришла сюда, чтобы подцепить себе кого-нибудь богатенького, совратить и далее по списку. А может она действительно просто нанюхалась суккубьих феромонов (когда только успела) и захотела потрахаться. Благо, мне и не пришлось возвращаться к столику.

На сцену вышла девушка в костюме развратной монашки. Я с трудом узнал в ней Ульяну, а мой детородный орган сразу обозначил своё мнение насчёт прикида девушки. От каноничного наряда на Ульяне был только крестик. На голове у девушки был чёрно-белый платок с металлическими декоративными веточками и золотистыми узорами, на шее – упомянутый крест и белый воротник, закрывающий шею и едва прикрывающий концами соски девушки, поверх воротника был ошейник с кучей мелких цепочек. Ниже шла типа ряса, только с вырезами для демонстрации животика и бёдер девушки, причём ряса такая короткая, что с моего ракурса я видел трусики Ульяны – клочок ткани с металлическим замочком, который держали лямки из цепей с шипами. На руках девушки были декоративные кандалы, на ногах к кандалам прилагались прозрачные чулки.

Девушка вышла на танцпол, прошла к шесту, бросив на меня взгляд, после чего улыбнулась и принялась танцевать. Каждое её движение отдавалось звоном цепей, элементы её наряда постоянно открывали вид на самые волнующие части тела, в том числе и на её небольшую грудь с проколотыми сосками. Пирсинг выглядел как кресты, пробившие соски, ещё и скреплены были между собой цепью, которую я не сразу заметил на фоне всего наряда. Несмотря на обилие элементов, которые должны мешать танцу, Ульяна двигалась грациозно и ловко, томно выгибаясь, как мне казалось, исключительно в мою сторону. Музыка всё ускорялась, а вместе с ней ускорялась и девушка, её движения вокруг шеста становились всё резче и агрессивнее, а устройство на бедре девушки постоянно мигало, показывая, что посетители по достоинству оценивают старания девушки электронной монетой.

Я подошёл ближе, ощущая себя мотыльком, летящим навстречу лесному пожару. Под конец Ульяна закружилась вокруг шеста, ловко с него спрыгнула и эротично поползла по танцполу в мою сторону, закусив губу. Вдруг тусклый свет в зале совсем погас, а музыка стихла. Я ощущал дыхание девушки в полумере от себя, и это безумно заводило. Ещё большее возбуждение прокатилось по мне, когда я почувствовал, как Ульяна прижалась ко мне, обвив меня руками и ногами, и в ухо мне донёсся шёпот:

– А сейчас? Сколько ты готов заплатить за ночь со мной?

– Все деньги мира, – выдохнул я, позволив своим рукам обвиться вокруг узкой талии некогда готки, а сейчас монашки. – Но едва ли их хватит хотя бы на мгновение.

– Идём со мной, – томный шёпот дразняще обжёг моё ухо, и девушка к моему неудовольствию отпрянула от меня.

Когда тусклый свет в зале снова разрезал пространство, меня и Ульяны уже не было. Девушка вела меня за руку по коридорам клуба, в стенах которого были кабинки, прикрытые шторками. Из некоторых доносились разговоры, из других – характерные стоны и шлепки. Ни Ульяну, ни, тем более, меня звуки не беспокоили. Я был слишком поглощён эстетикой и, чего греха таить, возбуждением, чтобы замечать хоть что-то кроме монашки. Мы забрались в одну из кабинок, Ульяна задёрнула шторки и толкнула меня на кровать, залезла сверху и с самодовольной лыбой провела кончиками пальцев по моим животу и паху.

– Так понравился мой танец? – улыбнулась девушка, нащупав мой стояк через брюки.

– Шутишь? – хмыкнул я в тон ей. – Ты была великолепна.

– Пока нет, – Ульяна загадочно улыбнулась, расстегнув ремень у меня на брюках. – Но скоро буду. Хочешь прочесть молитву перед началом?

И она реально помолилась. Вряд ли тому богу, которому молятся христиане – тот вроде разврат среди монахинь не одобрял – но звучал стих на латыни красиво и возбуждающе. Закончив, Ульяна упала на кровать так, что ряса обнажила и её грудь, и трусики. Всего мгновение я любовался этим сокровищем. Ульяна прикрыла самые «уязвимые» места руками и уставилась на меня. Судя по дразнящей улыбке, в этом действии не было и капли стыда или смущения – только призыв к действию. Девушка мимикой и языком тела подталкивала меня к осквернению святыни, и я был не в силах противостоять соблазну.

Чёрт его знает, сколько мы провозились в кабинке с Ульяной. Девушка отдавалась мне так, будто от этого зависела её жизнь, и я даже засомневался в своих умениях, которые практиковал уже неделю. Ну да, было бы в чём сомневаться, коли опыта меньше, чем у моей партнёрши. Даже с Ирой в свой первый раз я так не нервничал – наша староста по сравнению с Ульяной любительница, и брала желанием и безумием, в то время как монашка двигалась с уверенностью и отработанной техникой. Целую стопку презервативов, рассыпанных на тумбочке рядом, мы оба проигнорировали – и я, и девушка были слишком возбуждены. Кульминации, правда, мы достигли всего один раз, хоть и подбирались к этому раз так надцать, но Ульяна, будто ощущая как своё удовольствие, так и моё, резко останавливалась, когда казалось, что вот сейчас мы разрядимся. Благодаря этому мы кончили одновременно и так ярко, что я действительно чуть богу душу не отдал. Ульяна после этого улеглась на меня, касаясь металлом в своих сосках моей груди, и глупо улыбалась, будто сбылась мечта всей её жизни.

– Вот теперь мы оба великолепны, – хихикала девушка.

– Если бы все монашки так умели, то я был бы истово верующим, – я осторожно погладил Ульяну по её волосам, ощутив, как девушка прижимается головой к моей ладони, чуть ли не мурлыкая. – Странная у нас дружба получится.

– Секс дружбе не помеха, – важно произнесла девушка. – По крайней мере, я хочу не просто дружить. Ты ещё в гарем себе девиц набираешь?

– Я набираю гарем? – я малость офигел от вопроса. – У нас в стране это вроде незаконно.

– Охотникам писан закон? – фыркнула Ульяна, от чего я аж дёрнулся. Ульяна правильно поняла меня: – Саш, мой работодатель – суккуб. И ты припёрся в клуб в компании Смирновой, охотницы. Зачем, кстати?

– Она сама со мной пошла, – оправдался я. – Я её не звал.

– Сама себе на уме, – кивнула Ульяна. – Ну так что? Возлюбишь ближнего своего?

– … – я замялся. Возможно, Ульяну покусала Кармен, и теперь бедная монашка обречена говорить только прямо. В любом случае, я её знаю дня два от силы… А, ну да, Гелю я пригласил к себе пожить на третий день знакомства. – Оно тебе надо? Тебе вроде и тут хорошо.

– Тут хорошо только платят, – Ульяна поморщилась. – Контингент сюда ходит не самый худший, да и проституток посетители заказывают редко для секса. Мне нужны деньги, Саш, поэтому я тут, если ты ещё не догадался. Была бы возможность – ушла на более… приличный заработок. Если тебя это напрягает, я могу хоть сегодня уволиться. Хозяйка против не будет, она к текучке кадров привыкла.

– Так если тебе деньги нужны, зачем тебе увольняться? – я нащупал рукой брюки, которые закинул куда-то в сторону, и достал из кармана карточку.

– Чувство безопасности, Саш, – Ульяна резко отскочила, будто я к ней не кредитку сунул, а раскалённую кочергу. – С тобой я ощущаю себя в безопасности, а работая тут – нет. И убери карту, будь добр. Я сегодня хочу побыть просто счастливой монашкой, а не дорогой проституткой.

Кармен, видимо, уже ушла. По крайней мере, за столиком я её не нашёл, как и официантку. Это к лучшему. Конечно, мне надо будет трахнуть эту прямолинейную охотницу, но сейчас её общество меня напрягало. Цели девушки мне были неизвестны, да и рядом с ней было тревожно, будто на мине стою. Ульяне я так ответ и не дал. Готка сама себе противоречит, но подробностями делиться не спешит. Судя по тому, что я уже успел о ней узнать, у Ульяны дома тоже бардак, и бабки ей нужны как раз для того, чтобы проблемы разрулить.

Я достал телефон и написал своему родителю. Ответ пришёл сразу, и я двинулся на выход из клуба. Папина машина стояла на стоянке, уже заведённая. Я уселся на переднее сиденье, и мы мягко тронулись. За окном пролетали фонари города, в машине тихонько играло радио – какая-то заунывная песня про «я его люблю, он меня не любит», а мы с отцом просто молчали. Недолго, правда. Телефон пиликнул, оповестив меня о новом сообщении.

«Саш, у тебя дома места не найдётся? Мне на пару дней перекантоваться»

Я посмотрел на сообщение, моргнул, снова прочитал, после уставился на имя отправителя и снова на сообщение. Лина вышла на связь.

– Видимо, надо будет выгнать парочку соседей, чтобы всех твоих баб уместить, – то ли пошутил, то ли посетовал мой родитель.

Я не нашёл, что ему ответить.

Глава 20

– Хэ-эй, красавитса, садысь, покатаемса! – вот настолько плохо решил пошутить мой предок, тормознув рядом с Линой, ожидающей меня.

– Бать, тебя лицом об руль давно били? – я поморщился и вышел из машины, после чего открыл перед вампиршей заднюю дверь. – Садись, Лин.

Девушка с насупившейся моськой посмотрела на меня, потом на моего отца, сидящего за рулём, и залезла на предложенное место, после чего схватила меня за рукав и утянула к себе.

– На самом деле, это одна из базовых мужских тактик, – поведал батя, трогаясь с места. – Пока один из мужчин строит из себя идиота, второй на его фоне выглядит образцом галантности.

– Я почти купилась, – фыркнула Лина, сцепив руки под грудью. – Если бы не была знакома с Сашей. Он и галантность могут сосуществовать только в чьей-нибудь больной и извращённой фантазии.

К слову об извращённых фантазиях. То, что Лина взвалила на свои плечи слишком много и не справилась, от чего у неё проблемы, я догадался ещё на моменте прочтения сообщения. Всю задницу я осознал, когда мы с батей приехали на указанный девушкой адрес. Лина выглядела… потрёпанной. На голове беспорядок, который раньше был витиеватой причёской, макияж, потёкший то ли от слёз, то ли из-за драки, белое платье, подозрительно похожее на свадебное, испачканное грязью и кровью и порванное, причём само платье не блистало цивильностью, но ткань подола сбоку разошлась так, что демонстрировала неприлично много… к примеру, отсутствие трусов. Я аж задался вопросом: вдруг в городе объявились какие-нибудь существа, ворующие трусы. Надо будет пересчитать свои, когда домой вернусь.

– Тяжёлый день? – папа решил нарушить тишину в салоне, глянув на Лину через зеркало заднего вида.

– Ужасный, – вздохнула Лина, бросив на меня едкий взгляд. – Радует, что только у меня.

– Меня изнасиловала готка, переодетая в монашку и читающая перед сношением молитвы, – отшутился я, справедливо заработав пинок локтем.

– Какой ужас! – наигранно поразилась Лина. – Ты теперь, наверное, будешь бояться близости с этими ужасными похотливыми монстрами?

– О как ловко ты слово «женщина» завуалировала, – хохотнул батя. Уверен, не будь он за рулём, Лина бы его ногами запинала.

– Я ужасно их боюсь, – я заверил девушку и притянул её к себе за плечи, обняв. – Как хорошо, что тут таких нет.

– Совсем-совсем нет, – Лина откинула голову мне на плечо и заглянула мне в глаза. Взгляд был таким… я его даже не смогу описать, но я вдруг осознал, что вот эту девушку, побитую, грязную и всё ещё быдловатую, я всё ещё люблю, и вряд ли смогу когда-нибудь разлюбить. В Линином взгляде было столько осуждения, обиды и обожания, словно она не на меня вовсе смотрела. – Ни одной похотливой и меркантильной суки.

– Ребят, в машине нет перегородки, – вставил своё слово папа, – так что вы либо до дома потерпите, либо до отеля.

– Дома всё плохо? – с грустью спросила Лина.

– Дома всё плохо, – с грустью кивнул я.

Дома был бедлам. Опять целая квартира женщин, причём, при взгляде на Элю я задумался, не надумала ли эта училка ко мне переехать. У меня места столько нет, а ведь ещё и Лина будет ютиться где-то тут. Я ещё и дверь открыл в самый разгар скандала.

На кухне были Марго, мама, Эля и Геля. Последняя стояла посреди комнаты в весьма пикантном виде: сверху на девушке была розовая пижама, а вот снизу не было ничего, потому как её шорты и трусики были стянуты аж до щиколоток. Над Ангелиной нависла Эля с грозным взглядом, демонстрируя своё недовольство чем-то, а мама и Марго сидели на диванчике, попивая кофе.

– Опять?! – видимо, хлопок дверью обозначил для Эли старт к началу (или продолжению) истерики. – Ангелина, нахуя ты это сделала?

– Потому что захотела! – зараза взвилась и принялась стягивать с себя верх пижамы, но умудрилась запутаться в розовой толстовке. – Тебя не смущает, что это далеко не первая?

Я не понял суть спора, но решил вмешаться. Единственный мужчина в доме как-никак (батя подвёз нас с Линой до подъезда и укатил в неизвестном направлении). Я вклинился между сёстрами с явным намерением защитить младшую, чем вызвал поток ругательств в свою сторону. Лина проскочила мимо нас и уселась рядом с Марго, шепнув той что-то на ухо. Суккуба в ответ обняла вампиршу, и обе девушки принялись что-то обсуждать.

– Она сделала очередную татуировку! – спустя кучу ругательств выдала что-то по делу Эля. – Полюбуйся! – и дёрнула меня за руку, развернув к Геле, на которой всё ещё не было ни штанов, ни трусов, благо хоть толстовка всё же осталась – Ангелина сдалась в борьбе с ней и просто натянула обратно.

Я прошёлся взглядом по телу Гели. На бёдрах видел, на икрах видел, на лодыжке видел, даже на жопке видел. А, вот, нашёл. Смотреть чуть выше надо было. Геля набила новую татуировку (которую я бы хрен нашёл, если бы участок кожи не покраснел) на лобке. Выполненная в стиле граффити надпись «Pinky», обрамлённая сердечками, теперь украшала спуск к сокровенному девушки.

– И что? – после просмотра я снова повернулся к училке.

– И то! – взвилась Эля. Правда, на этом аргументация у неё закончилась – тяжко, видимо, вести осмысленную дискуссию, когда в крови градус больше, чем самой крови.

– Скажи-ка мне, дорогая моя учительница, – я решил довести до рукоприкладства – обычно именно этим заканчиваются споры с нетрезвыми людьми, – а не много ли ты бухаешь в последнее время?

– Ну и притон, – прокомментировала Лина, решив, видимо, мне подыграть.

– О, ещё одна без трусов, – фыркнула Ангелина, быстро глянув в сторону вампирши.

Всего полчаса назад меня спрашивали про гарем… Так вот, в жопу его. Если вот это сборище проблемных девиц – мой гарем, то мне пора лезть в петлю. Эля запивает стресс от того, что её сестру недавно чуть не изнасиловали; Геля сделала татуировку на память о своей карьере эро-стримерши, которую девушка собирается бросить; Лина сбежала с примерки свадебного платья, устроив по пути погром. Одна Маргоша умничка.

«Ты так филигранно игнорируешь свою мать»

Ладно, Марго лишена звания умнички. По-хорошему, надо заваливаться спать, но у меня новая беженка в доме, так что нужно её где-то разместить. Я задумчиво осмотрел всех присутствующих. Может, положить Лину на мою кровать, а самому уйти спать в душевую кабинку? Логичнее всего было бы положить вампиршу с Марго, благо у той в комнате кровать вместит две персоны, но я не уверен, уживутся ли они хотя бы ночь. Может, Гелю переложить к моей сводной сестре? Или к маме? Стоп…

– Гель, ты покрасилась? – я всмотрелся в шевелюру занозы, заметив, что её розовые волосы стали чуточку насыщеннее, а корни уже не были русыми.

– Да ну нахуй! – Ангелина аж из трусов выпрыгнула… буквально. – Вот от кого не ожидала, так это от тебя, Саш. В хорошем смысле. Все, сука, обнаружили у меня в трусах татуировку, а вот то, что я покрасилась, увидел только один, и тот – мужчина, – расчувствовавшись, Геля подошла ко мне и обняла, ехидно глянув на Лину. – Сразу понятно, КТО тут мой парень.

– Я на это не соглашался, – устало вздохнул я. Лина, к слову, восприняла информацию о наших с Гелей отношениях стойко. Если точно – проигнорировала.

Падая в кровать, я осознал, что у меня дома становится слишком тесно. Сначала у меня поселилась Марго, чтобы притереться ко мне как к брату, потом мама вернулась, за ней я приютил Ангелину, за которой по пятам следует Эльвира… Уже есть проблемы с тем, чтобы всех разместить. За Элей ещё и Лина попросила убежища. Я не против, правда. Раньше я наслаждался одиночеством, но сейчас понимаю, что оно пожирало меня, и именно вот эта суета показала мне это. По-хорошему, я должен был обсудить с Линой её проблемы, узнать, почему «слово патриарха – закон» превратилось «пошёл он в жопу, и сосунка своего с собой прихватит». И я обязательно её расспрошу… потом. Сейчас мне еле сил хватило, чтобы просто доползти до кровати.

Утром я снова поймал себя на мысли, что моя квартира уже не способна поместить в себе столько людей. То ли удар пяткой в челюсть от Эли натолкнул меня на такие размышления, то ли свернувшаяся в клубочек Ангелина, умудрившаяся занять всю кровать, то ли ехидный взгляд Лины, стоящей над моей тушкой с целью то ли разбудить, то ли придушить. Тяжёлые мысли не отпускали меня и во время приёма душа, когда ко мне в кабинку снова залезли Геля и Эля, а за дверью ожидала своей очереди вампирша. Не дождалась, к слову, и полезла ко всем.

– Ну и блядюшник ты развёл! – в сердцах возмутилась Лина, зайдя в ванную.

– Да они сами развелись, – недовольно буркнул я, стараясь протиснуться в тесной кабинке.

– Ага, бабы сами на него вешаются, – фыркнула Эля, вытолкнув меня из душа. – Всё, ты помылся, так что дай помыться и мне.

От толчка я буквально выпал из кабинки, рухнув Лине под ноги. Эх, романтика была безвозвратно упущена, и мне оставалось лишь ретироваться, изображая хмурый фейс.

– Ничо, я вернулась, сучки, – Лина сочувствующе похлопала меня по плечу, и сама полезла в душ, – так что можно и проредить тех, кто мне не нравится…

Обрывок реплики я не услышал – вышел из ванной и двинулся одеваться. К слову, у одной из девушек с этим возникли проблемы. Так уж вышло, что Лина стала беглянкой несколько спонтанно. Настолько, что у неё из вещей было только свадебное платье и целая одна туфля. Даже, напомню, трусов на вампирше не было (что связано с некой некрасивой историей, в которой фигурируют «кровососущие мудилы» и реальный пояс верности, что в совокупности привело к чертовски красивой горящей заднице… во всех смыслах).

Сегодня же Лина вознамерилась идти в школу, но у неё для этого нет… так, надо загибать пальцы: нижнего белья, одежды, обуви, косметики, сумки с принадлежностями и даже телефона (его девушка разбила о мусорку, когда мы подходили к подъезду). Зато было очень глупое и упрямое желание пойти в школу. Благо, в моей хате обитают три женщины разного возраста и целая одна суккуба, так что Лину приодели. Ну как приодели… Нижнее бельё и Гели, и Марго ей не подошло – то спадало, то сильно давило. У Эли не было с собой запасных комплектов, и жить она ко мне ещё, слава богу, не переехала, но именно бельё училки Лине бы пришлось почти впору. Про мамино и говорить нечего, в нём бы и Марго утонула. Короче, да, Лина осталась без белья, зато спёрла (с разрешения хозяйки) у Марго тёмные джинсы с подранными коленями, которые вполне стильно облегали Линины ножки. У меня же были спёрты рубашка и галстук, причём Лина, когда одела первое, пошутила, что могла бы использовать одну рубашку как платье, но не будет, потому как она без трусов. В итоге, вампирша закатала рукава до середины плеч, а низ рубашки хитро завернула вокруг груди и связала в узел. Вышло по итогу стильно, но слишком распутно на мой взгляд. Благо хоть, что ткань была плотной, так что участвовать Лине в конкурсе мокрых маечек не придётся – и так и так ничего не видно.

Остальное уже по мелочи: вампирша завязала высокий хвост, нацепила кросовки, одолженные у Ангелины (благо хоть тут размеры совпали) и утащила меня на занятия. Пешком, хотя у Эли была машина. Я после утреннего модного приговора уже не возражал, да и время пока позволяло. Так мы неторопливо топали навстречу знаниям, оба в них не шибко заинтересованные.

– Ищешь мне замену? – первой молчание не выдержала Лина. Надо сказать, она и вечером была подавленной, и сейчас не сильно лучилась энтузиазмом.

Вопрос девушки заставил меня остановиться, от чего сама вампирша чуть не влетела в меня. Замену? Вот этой девушке? Такое вообще возможно? Она не то, что незаменимая, на её месте, когда Лины нет рядом, зияет бездонная дыра, которую заполнить невозможно.

– Нет, – коротко бросил я и взял Лину за руку. – Это невозможно.

Я был уверен, что мне придётся размусоливать мысль, попутно засыпая девушку комплиментами и клятвами вечной любви. Не пришлось. Лина, видимо, мой посыл поняла из трёх слов, а потому просто улыбнулась и потащила меня дальше.

Правда, до школы дойти вовремя мне было не суждено… Телефон подал сигнал о том, что меня кто-то хочет, и номер, который я уже видел, но не записывал, явно давал понять, что забить не выйдет. Выяснилось, что дяди полицейские жаждут моего внимания немедленно. Долго что-то они не решались мне позвонить – драка с тяжкими телесными была в понедельник, а позвонили только утром среды.

Итак, три урока просраны, директор послан куда подальше, Лина, хоть и в ахуе, но стойко находилась рядом со мной во время профилактической беседы. Да, мне за то, что я отправил на больничную койку десяток детей, просто сказали так больше не делать, даже на учёт не поставили. То ли крыша у охотников что надо, то ли дяди в форме не сильно любят насильников.

В класс мы с Линой зашли только к середине четвёртого урока, и оба задавались вопросом «Зачем?». Ответом служила бумажка, в которой было освобождение от занятий, но не на весь день, а лишь на определённое время.

Ещё и парта моя оказалась занята, и я сперва даже решил, что у меня на почве всех потрясений и не самых стандартных событий случился приступ шизофрении. Мою парту занимала Кармен… Та самая, которая тут находиться не должна по причине принадлежности к параллельному классу. Что она тут забыла?

В общем, пришлось садиться на свободную заднюю парту, чем сильно была недовольна учительница русского, но у неё не вышло прогнать лишнего ученика ранее, а со мной и Линой спорить и того бесполезнее. Так оставшаяся половина урока и прошла. Сказал бы, что скучно и монотонно, но пришлось бы соврать. Лина решила отыграться за всё то время, что не имела возможности со мной видеться. Девушка как бы невзначай прижималась ко мне, ложила руку мне на ногу, тёрлась грудью… лезла целоваться. Да, прямо на уроке, чтобы каждому идиоту было понятно, что девушка вернулась, и теперь мои яйца в её ладошках.

На перемене вампирша упорхнула к Ире и начала с ней о чём-то болтать, причём на повышенных тонах. Точнее, староста орала так, будто Лина заставляла её принять обет воздержания, но сама вампирша говорила тихо и спокойно. Ко мне, тем временем, подсела Аня.

– У нас беда! – девушка без привета и всего в рифму прилагающегося поставила меня в известность. – Настю пригласили на свидание.

– Так это же хорошо? – не понял я.

– А как же список? – возразила девушка. – Кстати, есть продвижения?

– Есть, – от прозвучавшего ответа Аня аж подскочила. Отвечал не я, а Кармен, возникшая у девушки за спиной. – Саша вполне плодотворно покорил ещё две цели. К тому же, твоя подруга ведь отказалась куда бы то ни было идти с Никитой. В чём суть проблемы?

– Дык правильно, Настя же по Саньке сохнет, – выдавила улыбку Аня и наклонилась ко мне, чтобы шёпотом спросить: – Ты что, трахнул Смирнову?

Я в ответ покачал головой, внутренне сожалея, что Настю мне таки придётся покорять. Опять же, я понятия не имею о причинах её отказа, но если всё дело в проклятом списке… Ой бля, как же меня уже эта сраная бумажка доконала!

– Я смотрю, моя ручная сучка от рук отбилась, – к парте вернулась Лина, с усмешкой глядя на Аню.

– Неа, это моя любимая соска научилась говорить «нет», – блондинка подскочила и отзеркалила улыбку вампирши. Казалось, что сейчас эти двое друг друга порвут… – Я скучала! – но вместо этого девчонки полезли обниматься.

– Полагаю, в твоём гареме редко бывает такая идиллия? – спросила Кармен, глазея на обнимающихся девчонок с некой завистью. Что, ей тоже пообниматься хочется?

– А что, хочешь присоединиться? – прыснула Аня, прищурившись. – А всё, поезд ушёл! Видишь, мамка вернулась? – девушка прижалась к груди Лины.

– Думаю, тут дело в желании Александра, – Кармен показательно выгнула бровь и скрестила руки на груди.

– Ничего ты не понимаешь, – фыркнула Аня. – От Сашки тут ничего не зависит.

– Я… приму это к сведению, – охотница аж смутилась.

– Дамы, я вам не мешаю? – я решил вставить свои пять копеек. В смысле, от меня ничего не зависит?! Совсем охренели?

– Мешаешь, – хихикнула Аня. – Мы хотим сплетничать, а ты уши греешь. Сходи… не знаю… Настю к половым отношениям склони. Короче, делом займись.

У меня маты в глотке застряли от наглости этой мелкой оторвы. Серьёзно, у меня складывается стереотип, что чем девушка меньше, ем она наглее. Высказать своё недовольство я, увы, не успел – Кармен вцепилась в мою руку и утянула меня из класса под хмурые взгляды Лины и Ани.

Долго ломать голову о том, что Кармен от меня понадобилось, мне не пришлось. Мы поднялись на третий этаж, и девушка затащила меня в туалет. Ага, тот, сука, самый, где я с Гелей познакомился, и где познакомил кучку парней с реанимацией. Знаковое место, однако. Только вот, находиться здесь в обществе Кармен мне не шибко хотелось. Видимо, девушка прознала про список… а, точно, она же сама о нём говорила. Так вот, видимо, Кармен решила ускорить события и самолично вычеркнуть своё имя из клятого списка.

– Александр, есть деловое предложение, –девушка решила примерить образ бизнесвумен, стоило кабинке захлопнуться за её спиной.

– Какое? – устало вопросил я, заранее закатив глаза. – Слушай, мне идея с этим списком самому не нравится, просто…

– Дело не в нём, – отмахнулась девушка, после чего запнулась. – А почему не нравится? Мало позиций?

– Скорее много, – раздражённо фыркнул я.

– Я оставила только тех, кто был заинтересован, – Кармен демонстративно пожала плечами. – Только учительницу не трогала – ей действительно надо было. Но я не об этом. Мы с тобой оба охотники, правда, из разных фракций, но так даже лучше. Я предлагаю работать вместе.

– Я не охотник, – выплюнул я, после чего до меня дошла суть сказанного девушкой. – В смысле ты оставила? Ты что, список этот проклятый составляла?!

– Только отредактировала, – едва заметно покачала головой Кармен. – Александр, не отвлекайся. Или ты не способен удерживать внимание на важных вещах, если перед тобой женская грудь не маячит?

Укол оказался болезненным, у меня аж зубы заскрипели от досады. А ведь Кармен права, не на одном же сексе надо зацикливаться. Это всё бабы, окружающие меня, виноваты! Вечно свои сиськи мне суют, вот я и не могу ни о чём другом думать. Но, справедливости ради, я пытаюсь. Честно.

– Ладно, закрыли тему, – я поймал руку Кармен, которая уже летела к пуговицам на рубашке (видимо, девушка решила сфокусировать моё внимание таким образом). – Зачем нам объединяться? Ты, вроде как, действующая охотница, а я – мальчик-недоучка с флёром суккубьих феромонов, который ни об окружающих существах ничего не знает, ни о самих охотниках. Какие к чёрту фракции?

– Во-первых, мы уравновешиваем друг друга, – Кармен начала загибать пальцы, попутно объясняя. – У тебя пакт с суккубом, у меня – с инкубом. Это твари во много схожие, можно сказать, идентичные, но их феромоны при контакте нейтрализуют друг друга, так что и к тебе женское внимание поутихнет, и ко мне мужское. Во-вторых, я тоже далеко не профессионал, лишь пару месяцев назад заслужила зваться охотницей и получила своё первое задание. Для него мне и нужно объединиться с кем-нибудь. Приоритетом стоит задача найти того, кому не будет всё равно на дела нелюдей.

Кармен сделала паузу, внимательно рассматривая меня. Мне самому было интересно, что сейчас выражает мой фейс. Видимо, девушка что-то нужное ей обнаружила, а потому продолжила:

– Слышал про наркотики?

– И даже видел, – хмыкнул я, вспомнив про Машу, которую уже неделю хотел навестить, да всё не получалось. То меня к ней врачи не пускают, то дела. – Скверная штука.

– А слышал про такие, от которых умирают на второю-третью дозу?

– Батя что-то такое рассказывал, – я задумался, вспоминая, что же мой предок про эти вещества говорил. То ли память подводит, то ли сообщение бати содержало только один факт: такой наркотик есть.

– Мне было поручено найти тех, кто эту отраву создаёт, – продолжила объяснять Кармен. – В изготовлении таких мощных веществ точно замешаны нелюди, и мне нужна помощь.

– Моя? – я не то, чтобы был в шоке, скорее просто поразился нелогичностью этой обычно прагматичной барышни. – Кармен, я в расследованиях полный ноль, даже как литературу детективы не перевариваю. К тому же, я НЕ ОХОТНИК, и помощи от меня будет… да там число в минус уйдёт. Ты не можешь попросить настоящего охотника?

– Не могу, – девушка меня сегодня балует эмоциями. Она нахмурилась. – Мне нужно показать, что я могу работать охотницей, то есть, независимо.

– И просишь меня объединиться?

– Ты ведь НЕ ОХОТНИК, Саша. Считай, посторонний, что делает тебя идеальным напарником, – логика в словах Кармен была, но и в моих тоже. К тому же, мои аргументы были весомее. Серьёзно, какие игры в детективов? Мне бы вон за сиську кого пощупать, а не бегать по злачным местам и искать злых злодеев. Я ведь всего лишь молодой пацан.

– Не согласен, значит… – Кармен как-то осунулась, шумно выдохнув.

Такой вид показался мне слишком уязвимым и соблазнительным. Сейчас мне ничего не стоит утешить девушку и склонить её к горизонтальным действиям… По крайней мере, мне так казалось. Я бы мог подарить Кармен иллюзию согласия, начать торговаться, мол, а что мне будет за содействие, но хороший парень во мне требовал не обнадёживать девушку. У нас с ней разные приоритеты, и играть на её я не мог – это противоречило моим принципам.

В общем, к согласию мы не пришли. На лице Кармен впервые на моей памяти треснула маска безразличия, и девушка выглядела до жути растерянной. Я почти проникся таким видом, но вовремя осознал, что это чистейшей воды манипуляция. Когда мною было озвучено, что меня такая штука не берёт (с переменным успехом, но моей собеседнице об этом знать было не обязательно), лицо Кармен вновь вернуло себе вид непробиваемого безразличия, и девушка покинула кабинку, оставив меня наедине с дырой в стенке.

Когда до моего слуха донёсся звук хлопнувшей двери, я шумно выдохнул и уселся на унитаз, анализируя весь диалог. Борьба с наркотиками – дело благородное, но явно предназначенное не для меня… даже не для Кармен. Её миссия была обречена на провал, и я в этом участвовать не собирался, даже если наградой мне будет доступ в трусики новоиспечённой охотницы. От мыслей меня отвлёк шорох, донёсшийся прямо из соседней кабинки, в которую и вела дырка в стене. До меня не сразу дошло, что весь наш с Кармен диалог был подслушан, и я без задней мысли заглянул в дыру. Там, за стенкой, сидела раскрасневшаяся Ира с сиськами наголо и зажимала свой рот руками, явно стараясь не подавать признаков своего наличия. Мы встретились взглядами, и староста сделала то, что посчитала правильным – дала по тапкам, даже не поправив свою форму. Гологрудую девушку я перехватил уже на выходе из туалета, почти в коридоре, буквально втащив её обратно.

– Яничегоникомунескажу! – выпалила Ира, испуганно глядя на меня. Её сильно трясло, и тот факт, что я удерживал её обеими руками, делу не помогал.

– Что именно ты никому не расскажешь? – я старался звучать как можно спокойнее, что пугало Иру ещё сильнее.

– Ничего! – воскликнула Ира. – Хочешь, потрахаемся? Только не убивай!

Я отпустил девушку, задумавшись. Реакция у неё была странной. Конечно, мы с Кармен обсуждали наркотики и охотников, но ни та, ни другая темы вызвать такой испуг не могли. Тут надо было знать контекст, и, судя по тому, что Ира чуть ли не рыдала и тряслась, словно на лютом морозе стояла голышом, становилось понятно, что контекст ей известен.

– Лучше мне расскажи, что знаешь, – фыркнул я, сдвинувшись так, чтобы закрыть собой дверь из туалета. Правда, глядя на то, как глаза Иры становятся мокрыми, а её коленки отбивали друг о друга барабанную дробь, я быстро сдался. – Да не бойся ты так, Ир. На крыше ты была куда смелее.

– Угу, – так, понятно, девушка меня не слушала. Видимо, в своей голове она уже участок с симпатичной могилкой выбирала.

Я подошёл к Ире вплотную и пуговица за пуговицей застегнул её рубашку, скрыв наконец грудь девушки. После этого я аккуратно взял её за руку и потянул из туалета. Увы, как это уже стало обыденностью, просто дойти из точки А в точку Б нам было не суждено. Прямо на пороге женского туалета я столкнулся с Ульяной.

– Привет, – готка явно знала, что я тут, а вот при взгляде на Иру её глаза чуть-чуть распахнулись, полагаю, от удивления. – Она тоже в гареме?

– Она, скорее, в ахуе, – покачал я головой, осматривая Ульяну.

Её наряд всё ещё был готическим, но, если раньше девушка носила агрессивные элементы одежды, то сегодня она была одета куда милее и комфортнее. Помесь платья со свитером, чёрного, естественно, цвета, едва прикрывающая бёдра девушки, чулочки с кружевами, высокие туфельки (сегодня без шипов), бантики, тоже чёрные, в волосах, лукавая улыбка, которую я впервые увидел только вчера, и блеск в зелёных глазах. Видимо, наше вчерашнее… свидание, получается, Ульяне понравилось.

– Подслушала разговор двух охотников? – с пониманием кивнула готка, а я мог только подивиться наблюдательности этой девушки. – Ну да, понимаю. Я, когда впервые встретила человека из вашего цеха, тоже в ахуе была… дня три, наверное. Вот так и бывает: зайдёшь подрочить и нарваться на неприятности, и находишь такое, что уже тысячу раз проклянёшь свою нимфоманию.

– Ты не показалась мне нимфоманкой, – фыркнул я, ощущая, как в моей ладони трясётся ручка Иры.

– Не, я просто секс люблю, – улыбнулась Ульяна. – Особенно тот, который сама хотела, и которым занялась с тем, кого хотела. Я даже Ангелине видосик отправила, так что, я могу официально считаться твоей наложницей.

– Хуёжницей, – я поймал себя на том, что не знал, как к этому относиться, поэтому на всякий случай изобразил недовольство. – Я не собираю гарем, Ульяна.

– Тогда любовницей, – фыркнула девушка без капли недовольства. – Да не парься так. Я уволилась уже. И даже костюмчик оставила.

Это я оставил без комменариев. Противоречие в поведении этой девицы меня немного настораживало. Я ещё вчера ночью обратил внимание, что тезисы «Я могу уволиться с высокооплачиваемой работы в любой момент» и «Мне нужно заработать любыми средствами» немного противоречат один другому. В общем, что-то девушка темнит, и я не уверен, что хочу приоткрывать завесу этой тайны.

Иру не отпустило. Я простоял с ней около класса аж до звонка, но она ни слова не произнесла, только тряслась и потела. Возможно, именно моё нахождение рядом девушку и пугало, однако, оставить её я не мог по двум причинам. Во-первых, лучше дать Ире успокоиться под моим присмотром, чтобы не было казусов на уроке, а во-вторых, староста вцепилась в мою руку мёртвой хваткой, до крови вонзив свой маникюр в мою плоть. В общем, мною было принято волевое решение на оставшиеся уроки наплевать и отвести Иру домой, благо, сейчас была биология, и отпроситься у Эли было плёвым делом.

До дома Иры мы добрались без приключений… потому что нет, сука, ничего приключенческого в том, чтобы каждые сто метров трясти девушку в предобморочном состоянии с вопросом «Куда?». Сначала это немного забавляло, но после стало совсем не смешно, особенно, если задуматься, почему Ира, которая точно человек, так испугалась охотника. В прочем, вопросы могут подождать, а вот странная паническая атака меня не на шутку пугала – я не знал, как оказать первую психологическую помощь.

С горем пополам и чьей-то матерью под ручку мы со старостой добрались до её квартиры. У Иры даже появились силы самой достать из сумки ключи и открыть дверь. Было у неё ещё и намерение вытолкать меня, но сил не хватило, да и я был настроен проследить за тем, чтобы Ира хотя бы до кровати добралась без приключений в виде падений на пол или угловатые поверхности. Так я девушку и довёл до койки и уложил её, попутно оглядываясь.

Тут должен был быть анимешный возглас «Так вот какие комнаты у девушек», но ничего сильно выделяющегося я не заметил: стандартный набор мебели, приемлемого уровня беспорядок (лифчик на люстре улыбнул), да и всё в общем-то. Было ещё завешенное тканью ростовое зеркало, но на этом точно всё. Правда, в комнате было чуть прохладно, причины чему я не нашёл, но это уже совсем мелочи.

– Лады, Ир, не знаю, что тебя так встревожило, но постарайся прийти в норму, – я погладил девушку по голове и собрался уходить.

Проходя мимо зеркала, я краем глаза что-то заметил, колыхание ткани от ветра, которого не было. Моя охотничья чуйка, точнее, любопытство, помноженное на шило в заднице, заставило меня остановиться, сдёрнуть ткань с зеркала и всмотреться. Я успел заметить движение в отражении там, где его быть не должно – под кроватью Иры. Когда я обернулся, не нашёл ни единого признака постороннего. Я даже лёг на пол и заглянул под кровать, обнаружив там десяток пар носков и несколько трусов.

Сославшись на разыгравшуюся паранойю, я поднялся и бросил последний взгляд на зеркало, от чего у меня чуть сердце не встало. В отражении я увидел, как некое существо, напоминающее девочку из «Звонка», сидит у кровати Иры и нежно гладит её по голове, повернув голову в мою сторону.

«Охуеть!»

Я был солидарен с Марго. Существо не выглядело враждебно, а то, как тряслись её тонкие ручонки, выдавало сильный страх. В целом, эта версия Самары немного была похожа на оригинал: серая кожа с проступающими тут и там венами, длинные чёрные волосы, закрывающие лицо, телосложение агрессивной диетчицы, что аж кости пересчитать было можно. На этом, правда, сходства заканчивались. Самым отличным был рост – почти на две головы выше меня. Белого платья из канона не было, вообще ничего не было, и я без проблем рассмотрел тёмно-серые торчащие соски, а часть лица всё же было видно, и там и близко не было того, что я видел в фильме. Глаза девушки были полностью чёрными и слишком большими, черты лица просматривались вполне симпатичные, разве что края тёмных тонких губ были сильно шире, а нос был почти как у одного тёмного мага, любителя мальчиков со шрамами. Тем не менее, девушка была даже красивой, в какой-то степени.

Мне понадобилось несколько раз посмотреть в отражение и на кровать Иры, чтобы понять, что это нечто было видно только в зеркале. Что-то на классического онрё это не было похоже. Хотя да, много я их видел, ага.

– Ир, – я позвал старосту, наблюдая за отражением.

– Иди уже, герой, – девушка отвернулась, а вот Самара (буду так её называть) вздрогнула и полезла под кровать.

– Что за существо у тебя под кроватью? – я обернулся и уставился туда, куда дух, или призрак, уползла.

– Саш, какое к чёрту существо? – судя по тону, Ира пришла в себя и даже пыталась зубы показать. Сука, это будет сложный разговор. Чем бы таким пригрозить?

– Я разнесу зеркало, Ира, – это было первое, что пришло мне в голову, и, к удивлению, это сработало. Староста вздрогнула и с выпученными глазами уставилась на меня. Правда, говорить девушка не спешила, но её взгляд то и дело соскальзывал на зеркало.

Спустя секунд десять, я ощутил, что за моей спиной что-то есть, и обернулся. Таинственное существо, нацепив себе на голову трусы, а на руки носки, упёрлось руками в зеркало с той стороны и как бы продавливало его, понемногу выползая в реальный мир.

– Ладно, ты меня раскусил! – Ира как ошпаренная вскочила с кровати и подскочила ко мне, повернув руками мою голову на себя. – Я симулировала, ясно? Чтобы ты привёл меня домой и жёстко трахнул!

«Ага, а мира будет смотреть из зеркала и хрумкать попкорном?»

Мира? Это название или имя? Скорее первое. Не суть.

– Не стесняешься своей подруги? – я указал большим пальцем себе за спину, коснувшись им чего-то холодного. Да ну нахер!

– Она… – Ира выдохнула и нахмурилась. – Слушай, Саш, она безобидная. Как ребёнок, только с особенностями. Её не надо убивать.

– Я и не собирался, – я повернулся к мире и внимательно на неё посмотрел. – Не знал, что ты в теме.

– О таком обычно не распространяются, – пожала плечами староста. – Можно и в дурку отлететь. Или на кладбище – как повезёт.

«Откуда это чудо вообще взялось? Миры обитают далеко на востоке, реже – на западе, но не в восточной Европе точно.»

Самому интересно. Девица оказалась высокой, на голову выше меня, и рассматривала меня со смесью страха и любопытства. Будто ребёнок…

– Саша, это Нина, – представила мне миру староста. – Нина, это Саша.

– Са-са? – Нина склонила голову на бок, ткнув в меня пальцем с нехилыми такими когтями. Просить её почесать спинку я бы не стал. Носок, к слову, который до этого был на руке миры, упал на пол тонкими лоскутами.

– Она появилась у меня недавно, около года назад, когда в мою комнату попало это зеркало, – пояснила Ира. – Ведёт себя как ребёнок и не поддаётся воспитанию. А ещё спит под кроватью. Понимаю, выглядит Нина неказисто, говорить толком не умеет, но она хорошая девочка, просто… глупая.

– Са-са! – мира похлопала в ладоши со звуком хруста стекла, и подошла ближе, почти в упор меня рассматривая.

– О боже! – взмолилась Ира.

Глава 21

– Я правильно понимаю, Ира, – я сделал шаг назад от зеркального монстра, который от восторга чуть не отрубил мне руки по плечи – так руками махала, – что ты приобрела зеркало, из которого в последствии вылезла какая-то непонятная хтонь…

– Саш, у Нины даже щупалец нет, так что хтонью её называть неправильно, – поправила меня староста с завидным спокойствием.

«Вообще-то есть, но лучше тебе не знать, где.»

– Не суть, – буркнул я. – Ты приютила её, будто ничего необычного не случилось, но, услышав просто разговор двух охотников испугалась так, что мне пришлось тебя до дома тащить? Где логика?

– Встречала я других охотников, – настроение Иры резко стало раздражительным. – Грубые, неотёсанные ублюдки, считающие себя центром мира. Хотели зеркало с Ниной у меня забрать. Нина не далась. Она на удивление изобретательна, когда дело касается самообороны.

Обсуждаемая девица всё же навесилась на меня, чудом не вспоров мне ничего. Выглядело это наверняка комично из-за разницы в росте, или крипово из-за улыбки Нины. Зубы у неё были чёрными, словно выточенные из обсидиана, идеальной треугольной формы. Тут любая акула позавидует такому набору.

– У меня сложилось такое впечатление – продолжила Ира, – что эти охотники зеркало пролюбили, и очень хотят вернуть. До сих пор. Только вот в чём загвоздка – Нина может перемещаться между любыми отражающими поверхностями, и к именно этому зеркалу не привязана. Видишь трещину? – староста указала на угол, где действительно была сеть из нескольких линий. – Я, конечно, зеркало починила, как смогла, а Нина во время ремонта поселилась в экране телевизора. Ей в целом побоку было, что зеркало разбилось.

– Может временно? – предложил я. – Охотники ведь именно зеркало хотели.

– Да, именно его, – кивнула Ира. – Только вот потом мне одна странная смуглая девица рассказала, что зеркало этим козлам нужно было, потому что они считали, что Нина из него выбраться не может. Как видишь, может.

– Смуглая девица? – я задумался, а в затылке начало зудеть от догадки. – Не в белом ли? И с глазами золотыми?

– Вы знакомы? – Ира почти не удивилась. – Тоже охотница?

Я не ответил. Если быть совсем честным, мне ситуация не нравилась. Совсем. Я слишком мало знал про охотников, откровенно плавал в знаниях бестиария, и то, что рассказала Ира как-то само накладывалось на то, о чём говорила Кармен. Может ли быть так, что хозяйка «Полуночи» была замешана в распространении странного и, на первый взгляд, нелогичного наркотика? А могут ли охотники, защитники человечества от разного паранормального, заниматься таким? Оба ответа были положительными, но не точными. Между «могут» и «делают» огромная пропасть, которую перейти было очень просто, но не каждый мог это сделать. Например, я МОГ впутаться в это дело, изображая из себя нереального сыщика, но не собирался это делать. Не потому, что мне всё равно, нет. Я не вывезу. Ни в одиночку, ни в тандеме с Кармен.

Другой момент был в том, что те, кто окружают меня, вляпались в это дело по уши. Если подумать, то зачем Луне нужна Нина? Учитывая, что она хотела и Марго, то напрашивался вывод, что она просто собирает вокруг тех, кто человеком не является. Или же всё куда сложнее? Нина может выступать отличным распространителем, которого никогда не смогут поймать. А Марго? Она просто умничка!

«Подлиза! Но ты продолжай.»

Я поднял взгляд на Иру. Вот тут всё совсем неоднозначно. Я не отличался повышенной социальной ответственностью, и воевать с наркокартелем ради символического мира и спокойствия не собирался. Однако, под ударом сейчас Ира. Кто она для меня? Если я считаю её близким, то не вмешаться я не могу. Да, оставлять её разгребать это в одиночку, будет по-свински, но я могу просто шепнуть об этом Кармен и пусть девочки сами мучаются – моя совесть будет чиста. Но, будет ли? Действительно ли мне плевать на Иру? В конце концов, я знаю её десяток лет, она была той, кто наглядно продемонстрировал мне прелести сексуальной жизни. Оба аргумента херни, если честно.

– Иди домой, Саш, – сама староста будто подначивала меня пойти по лёгкому пути. Она либо не осознавала, во что вляпалась, либо…

– Ир, – мой голос подвёл меня, сорвавшись на хрип, но время строить из себя крутого давно ушло, – скажи… Что у нас с тобой? Кто мы друг другу?

– Одноклассники, – девушка пожала плечами, удивившись. – Единожды любовники. Не знаю, что ты хочешь услышать. Если ты вдруг подумал, что я после секса с тобой воспылала нежными чувствами, то раздумай. Не стоит тешить себя пустыми надеждами. Максимум, мы друзья, и то с очень большой натяжкой.

Когда не надо меня в койку заманивать, Ира говорила на удивление прямолинейно. Да, мы с ней, по факту, никто друг другу. Одноклассники, да, но, если вспомнить, что я всегда был в классе изгоем, то не трудно понять, что после выпускного наши дороги разойдутся, и мы, вероятно, больше никогда не встретимся. Друзьями мы не были точно – ещё месяц назад мы друг друга недолюбливали, да и сейчас наши отношения не выходили за рамки нейтральных. Переспали разок, и, возможно, именно из-за этого я сейчас и разгоняю свои мысли. Может быть какой синдром утёнка сыграл, но до нашего свидания на крыше я бы в жизни не подумал подставлять свою задницу за эту девушку.

Возвращаться в школу мне не хотелось. Возможно, из-за гнетущего чувства отвращения к самому себе. Выкинуть из головы нападки на Иру с её зеркальной девой я не мог, и грузил себя этим всю дорогу домой. Ну неправильно было оставлять их. С другой стороны, а что я могу сделать? Кинуть разок охотника на прогиб? А дальше что? Второй раз на прогиб кинут меня, а после уже не дадут подняться – это не с обычными людьми драться, где мои навыки делали меня чуть ли не богом для обывателей. Подчеркну: для обывателей.

В общем, к моменту прибытия к своему подъезду, я ощущал себя куском говна. Нужно было как-то разгрузиться, но от мысли, как именно мне может помочь с этим Марго, становилось тошно. Мне нужно было сейчас что угодно, но точно не секс. На ум сразу пришёл образ рыжих кудрящек и лучезарной улыбки Лизы. Да, это хорошая идея. С дриадой и находиться рядом было как-то спокойнее. С этой мыслью я вызвал такси.

Подъехав к дому Лизы, я охренел. Нет, не так. Я едва смог выйти из машины. Дом дриады обзавёлся новым, совсем нехарактерным атрибутом – огромный дырой на три этажа, почерневшей по краям от сажи и пепла. Примерно сопоставив планировку, я с ужасом понял, что сгорела именно квартира Лизы, и, судя по запахам гари и какой-то химии, а также суетящимся вокруг людям, пожар случился сравнительно недавно, буквально только что. Рядом носились пожарные, и я первым делом бросился к ближайшему, широкоплечему дядьке.

– Рыжая девушка… – я договорить не успел, как наткнулся на сочувствующий взгляд.

– Три этажа погорело, пацан, – хрипло перебил меня пожарный. – Тринадцать трупов, которые даже опознать не выйдет. Мы вытащили из пламени четверых, но из рыжих там была только бабка, и та крашеная.

Внутри груди нестерпимо сжалось. Может, Лиза выходила во время пожара? Может… Я рванул в сторону подъезда под крик пожарного, взлетел по лестнице, ощущая тепло от всё ещё горячего помещения и вбежал в дверной проём Лизиной квартиры. От моих шагов горячий пепел взлетал вверх, забивая нос и горло, но я не обращал на это внимание.

С той стороны дверного проёма было несколько обугленных головешек – остатки мебели, которых именно тут быть не должно. Я бы в жизни не поверил, что Лиза додумалась забаррикадироваться в своей квартире, почуяв гарь. Она ведь рассказывала мне, что чуть ли не панически боится огня. Нервы натянулись, словно струна, и я прошёл вглубь квартиры, надеясь, что я не найду то, что найду.

Струна лопнула, оставив в голове звенящую пустоту, сводящую с ума. Оранжерея Лизы превратилась в пепелище. От рассады не осталось ничего, а о том, что в центре когда-то стояло дерево, можно было понять только по обугленному бревну, торчащему из кучи золы. Елизавета сгорела, значит, и Лиза тоже. Она бы в жизни не бросила своё дерево. Тела я не нашёл, впрочем, оно могло сгореть полностью, или же, пожарные могли вынести её останки. Из груди рвался крик, и я был не против его освобождения, но из моей глотки раздался только хрип. Я обессиленно рухнул на колени, подняв тучу пепла. Как? Как это случилось? Почему?

Я еле нашёл силы подняться на ноги, и пошёл блуждать по руинам Лизиной квартиры. Где-то внутри теплилась надежда, что я найду Лизу в одной из комнат, что дриада услышит мои шаги и выйдет из-за угла. Глупая надежда. Я метался по квартире, нарезая круги, вроде даже звал Лизу, не знаю. Просто в какой-то момент я обнаружил, что сижу на асфальте перед подъездом, а меня по плечу хлопает тот самый дядька-пожарный. Видимо, он рванул за мной и вынес меня. Мужик хотел мне что-то сказать, я ощущал это суккубьим чутьём, но слов он не находил. Просто протянул мне бутылку воды и ретировался.

Сколько я там просидел, я не знаю. Уже темнеть начало, когда я нашёл в себе силы снова встать на ноги и двинуться прочь. Перед глазами стоял образ Лизы, как всегда тепло улыбающейся. Казалось, руку протяни, и я смогу заключить её в объятия. Шизофрения разыгралась, но я прекрасно понимал, что Лиза погибла. Даже нашёл несколько причин, почему именно я был виноват в этом, притянутых за уши причин, но я охотно верил в них и винил себя.

Зайдя в переулок между домами, я бросил бутылку в мусорный контейнер. Не попал – бутылка отскочила от крышки и с грохотом упала на тротуар, крышечка от удара слетела, и вся вода разлилась. Я с горечью наблюдал, как струйки затекают в трещины тротуара, расползаясь всё шире, как почувствовал шевеление за контейнером. Там, в куче мусора, кто-то лежал, и, видимо, вздрогнул, услышав грохот. На мгновение, я снова понадеялся, что это Лиза, и бросился к источнику движения, откидывая мешки и хлам.

Стоило мне увидеть отблеск медных волос, как я удвоил энтузиазм, раскапывая мусор. Правда, и тут мои надежды не оправдались. В мусоре валялась не Лиза. Девушка лежала в позе эмбриона, прижимая к нагой груди небольшую веточку с несколькими листьями. Медные волосы рассыпались по асфальту, выделяя смуглую кожу девицы, под которой угадывался рельеф мышц. На вид, девушка была примерно моего роста, а её жёлто-зелёные глаза с опаской наблюдали за мной. С большим трудом я узнал в ней ту девушку, которая во время моего прошлого визита росла под корнями Елизаветы. Дриада выращивала её для меня. От этой мысли ком к горлу подступил. Лиза не спаслась сама, зато смогла вывести из огня ту, кого её дерево растило для меня.

Я протянул девушке руку, и та безропотно ухватилась, поднимаясь с земли. Голая, соблазнительная, несмотря на следы ожогов и копоти на коже, но меня это сейчас меньше всего волновало. Девушка и небольшая веточка – это всё, что осталось от Лизы… А ведь я взял на себя задачу оберегать её. Что самое паскудное, я в жизни мог бы и не найти её, если бы случайно не захотел приехать. Сколько бы эта девушка валялась в мусоре, если бы я не оказался тут? Если бы я не зашёл в переулок? Если бы я не бросил бутылку? Чудо, что я нашёл её.

– Тебе дали имя? – я заглянул в глаза девушки, увидев, как она внимательно рассматривает меня. Эмоционального отклика почти не было, я ощущал только крошечные зачатки доверия, приписанные, видимо, в инстинктах дриады.

– Осень, – из приоткрытого рта девушки донёсся тихий, шелестящий, словно листва на ветру, голос.

В целом, ей подходило. То ли из-за пожара, то ли по задумке Елизаветы, один вид дриады нагонял тоску и печаль. Осень нужно было спрятать где-то, но на ум кроме моего жилища ничего не приходило, а там и так со свободным местом сейчас беда. Ещё одну беженку я при всём желании не смогу разместить, банально негде. Что делать?

«Дождись Свету. Я ей уже всё рассказала, она будет у вас в течении десяти минут.»

Иногда меня раздражало, что Марго только и делает, что сидит в моей голове и наблюдает за мной. Не в этот раз точно. Сам я не додумался набрать родителям, слишком занят был самобичеванием, но хотя бы у суккубы котелок варит, хоть я и ощущал, что Марго тоже скорбит по Лизе.

Мама приехала куда быстрее. Не уверен, не трансформируется ли её машина в вертолёт, но моя мать умудрилась проехать город насквозь за рекордные шесть минут. Когда я её увидел, ужаснулся – мамино лицо было не просто хмурым, оно скорее предвещало скорую и весьма мучительную расправу. Осень немного съёжилась, когда увидела мою мать, но, стоило ей коснуться моей руки, как дриада успокоилась. Видимо, это был какой-то вшитый инстинкт… Эх, Лиза…

– Росток спасли, – мама не спрашивала, скорее наблюдала, анализировала и выдавала результаты. – Хорошо.

– Лизу не спасли, – буркнул я, от чего внутри груди будто чёрная дыра материализовалась.

– Могло быть хуже, – маленькая, но сильная рука мамы легла мне на макушку. – Пока всё не так плохо. Росток со временем вырастет в полноценную дриаду, даже часть её знаний останется. Это, своего рода, чёрный ящик. А веточка, – мама перевела взгляд на Осень, – видимо, не успела созреть. Выбора нет, заберём её домой.

Я приподнял бровь и глянул на упомянутую девушку. Она, конечно, могла сойти за человека, если не присматриваться, но, учитывая Гелю, которая готова всем девушкам вокруг меня в трусы залезть и в задницу заглянуть, скрыть нечеловеческую природу Осени будет невыполнимой задачей. Кожа дриады местами выглядела как кора молодого дерева, волосы порой жили своей жизнью, как лозы ивы на ветру, периодически обнажая древесные рожки на голове. Хорошо хоть, что листья ни откуда не росли.

– Ангелина ведь не знает, – озвучил свои опасения я.

– Придётся посвятить, – буднично отмахнулась мама.

Я нахмурился, но спорить не стал. Мама была права, и куда рациональнее рассказать девочке о том, что существуют не совсем люди, чем ломать голову, куда деть дриаду без крова. В конце концов, существует такая штука, как приоритеты.

Домой мы добрались достаточно быстро. Несмотря на то, что Осень нуждалась в первой помощи, мама с нами не пошла – высадила меня и дриаду у подъезда и укатила, ничего не сказав. Впрочем, я догадывался, куда она торопилась, и отвлекать её не торопился.

Уже в моей комнате я уложил Осень на мою кровать и задумался. Как оказывать первую помощь при ожогах дриаде? Как человеку? Или как дереву? А как оказывать первую помощь при ожогах дереву? Я не знал. Марго, тихонько прокравшаяся в мою комнату, тоже. Допустим, что Осень больше человек, нежели дерево… Тогда получается, что у девушки аж четвёртая степень ожогов – кожа в некоторых местах аж обуглилась. Волдырей не было, струпьев тоже, впрочем, я не был уверен, что они у неё вообще могут быть.

Что там надо сделать? Погасить пламя (которого нет), успокоить пострадавшего (Осень проявляла чудеса спокойствия и безразличия), аккуратно убрать одежду с обожженных участков (одежды тоже нет) … Так, поливать в течение десятка минут поражённые участки холодной водой. Уже что-то. Я попросил Марго наполнить несколько пустых бутылок водой, а сам пошёл искать бинты или марлю. Помню, что вату использовать нельзя. Ещё немного подумав, я пришёл к выводу, что на обливании и наложении повязки мои полномочия заканчиваются. Реанимация Осени не требуется, фиксировать конечности тоже, скорую вызывать чревато неудобными вопросами.

Спустя двадцать минут Осень просто уснула, а я и Марго переместились на кухню. Не знаю, что делала суккуба, чтобы оставаться спокойной, но я поглощал уже третий литр ромашкового чая (в который одна демоница валерьянку типа незаметно залила), и всё равно едва сохранял сидячее положение. Тело требовало действий, желательно, агрессивных. Мне на ум пришла баррикада, на останки которой я наткнулся в Лизиной прихожей. Складывая очевидное, я пришёл к выводу, что пожар случился по чьему-то злому умыслу. Только вот, я не знал, кто именно был виновен. Зато, я знал, что сделаю с этим неизвестным, когда найду его.

– Саш, уймись! – Марго сверкнула глазами и подтолкнула ко мне наполненную до краёв кружку с чаем.

– С чего бы? – рыкнул я, но из кружки таки отхлебнул. Не помогало.

– Во-первых, тошно от твоей бессильной злобы, – прошипела девушка. – Во-вторых, ты своим еблом напугаешь всех вокруг, а у нас тут и так ситуация не из спокойных.

– Никого нет, – я мотнул головой в сторону коридора. – Где они кстати?

– Я откуда знаю? – фыркнула Марго. – Может, наша розовая радость ещё одну татуировку делает. Может, нашла член поспокойнее… Может, её опять сестра похитила. Может…

– Я понял, – вздохнул я, беря себя в руки. Ну, насколько это вообще возможно.

– Что думаешь делать? – спустя непродолжительную паузу решила уточнить суккуба.

– Не знаю, – я сокрушённо покачал головой.

– Понятно, очередная глупость, – фыркнула Марго. – Откуда начнёшь?

– Да блять! НЕ ЗНАЮ Я! – эмоции сдерживать не получалось, и мне было тошно, что срываюсь я на Маргошу. Она этого не заслужила.

– А если подумать? – суккуба если и обиделась, то вида не подала, даже бровью не повела.

– Ты меня подначиваешь? – хладнокровие демоницы послужило ушатом холодной воды. Я с подозрением посмотрел на Марго, гадая, что она задумала.

– Разве? – девушка нахмурилась. – Моя воля, и ты бы сладко спал рядом с личинкой дриады. Мне наоборот хочется, чтобы ты дома сидел, со мной.

Я ничего не ответил, хоть и был тронут внезапной искренностью Марго. Я тоже хотел бы не ввязываться во все эти разборки людей и тех, кто отличается от них, я хотел бы просто посидеть и поболтать с Лизой за чашечкой чая, а не бегать по пепелищу и искать признаки жизни. Как всё было просто, пока не обнаружилось, что привычный мне мир является лишь фасадом, скрывающим нечто большее…

Замок входной двери щёлкнул, и в прихожую зашли две пары ног: одна пара на каблуках, а вторая, похоже, босиком. Видимо, Геля и Эля вернулись домой… Сука, ага, домой они вернулись. Если Гелю я приютил, и вопросов к этой мелкой оторве у меня не было, то вот её сестра сильно злоупотребляла моим гостеприимством. У Эли же бабок – жопой жуй, а она вместо своих апартаментов тусуется у меня, в квартире, которая уже становится притоном.

– Маргоша, у тебя ничего не сгорело? – от вопроса училки, который она прокричала вглубь квартиры, у меня жопа сгорела. Если бы Марго не коснулась моей руки, я бы Элю воткнул лицом в пол. – Почему у нас так гарью пахнет?

– И правда… – Геля прошла мимо кухни, махнув нам с суккубой рукой, и вошла в мою комнату. Правда, секунду спустя она с криком вылетела оттуда: – Там… ТАМ!

– Очередная девица? – фыркнула Эля, всё ещё принюхиваясь. Женщина без интереса заглянула в мою комнату и остолбенела, шумно втянув воздух. – Кто это?

– Осень, – я равнодушно представил сёстрам дриаду и отпил из кружки.

– Шутка про сентябрь горит актуальна? – Геля посмотрела на меня, потом на Марго, покачавшую головой.

Эля несмело скрылась в моей комнате, и вышла через минуты три:

– Саш, а ты ничего не хочешь мне рассказать? – в голосе училки читался скорее испуг. – Что за девушка? Почему она перебинтована? Почему её кожа похожа на дерево? Почему так несёт горелой древесиной?

Я устало глянул на Элю и кивнул Маргарите. Та, закатив глаза, элегантно выскочила из-за стола, сделав сальто в воздухе (чуть люстру не сбила своим выпендрежом, паркуристка хренова), оказалась прямо напротив училки, размахивая своим стреловидным хвостом.

– А то, что прямо перед тобой тусуется демон, тебя не сильно волнует, Элечка? – после трансформации голос Марго стал каким-то едким, с лёгкой хрипотцой. Училка от такого едва челюсть на ноги не уронила.

– То есть… – Геля удержала челюсть, с восхищением рассматривая мою сводную сестру. – ЭТО БЫЛ НЕ КОСПЛЕЙ?!

– Нет, не косплей, – улыбнулась Марго. – Наш Сашка настолько крут, что трахается с суккубом, и при этом не умирает. И, пожалуйста, не кричите. Осень нуждается…

– Она полудерево?! – Эля оглянулась на дверь в мою комнату, после чего посмотрела на меня. – И вы просто перебинтовали ожоги и уложили её спать? – не дождавшись ответа, училка нырнула в мою берлогу.

– Она дриада, точнее, недозревший плод дриады, – сказала Марго в уже захлопнувшуюся дверь. – Само дерево, увы, сгорело.

– Даш за хвостик подержаться? – Геля даже не обратила внимание на тревожную обстановку и потянулась к хвосту Маргоши. – А ты им себя… ну, того… теребонькаешь?

Если Геля в очередной раз доказала свою непрошибаемость и беспардонность, то вот Эля раскрылась с интересной стороны. Ей богу, я бы в жизни не думал об училке как о пытливом уме, требующем изучить нечто новое и доселе, без шуток, мифическое. Она не просто ухаживала весь вечер за Осенью, нет. Эля буквально изучала её, пытаясь понять, как бедной дриаде будет лучше помогать: как человеку, или как дереву.

Кто-нибудь знает, что такое вар? Я до сегодняшнего вечера не знал, и познакомился с этой штукой только благодаря Эле. Училка умудрилась раздобыть целую банку этого смолистого вещества и пыталась обработать этим ожоги Осени. С моей точки зрения, это должна была быть пытка для израненной дриады, но сама Осень стоически терпела и даже непостижимым образом умудрялась то ли поглощать вар, то ли ещё что-то делать с ним, но её раны исчезали на глазах. К тому моменту, как на улице стемнело, кожа дриады приобрела вид здоровой кожи с кое-где проскакивающей структурой коры.

– Это поразительно! – Эля была удивлена не меньше, если не больше, меня самого. – Я и не думала, что нанесение на её ожоги смол и дёгтя подействует так быстро.

Согласен, меня даже жаба душила от вида того, как раны дриады затягиваются на глазах. Такая способность к самовосстановлению, пусть и с применением специальных средств, могла бы быть чертовски полезной. Но, увы, я – обычный человек, и, если где порежусь, буду вынужден ждать несколько суток, прежде чем от раны не останется следов. Заиметь способность исцеляться, выливая на царапину перекись водорода, я не успел, и вряд ли смогу.

Вопрос только был в том, а зачем плоду, который Елизавета выращивала якобы для меня, такая способность? Я присмотрелся к телу Осени. Высокая, мускулистая, покрепче меня будет, ещё и это самовосстановление до кучи. Как-то не тянула Осень на девушку, которую дриада Елизавета вырастила для того, чтобы разделить со мной койку. Скорее…

Я мысленно завопил от своей тупости. Справедливости ради, я – подросток, только-только познавший радости половых отношений, а потому, услышав фразу: «Мы выращиваем её для тебя,» – из уст милой рыжей девушки, к которой испытываю симпатию, я мог неверно трактовать это как: «Я выращиваю для тебя тело, которое будет с тобой трахаться». Однако, пораскинув мозгами сейчас, я могу предположить, что я, ёбырь-террорист недоделанный, начисто забыл про свою основную миссию по отношению к дриаде – защите. Я пообещал её защищать, и именно для помощи в этом нелёгком деле Елизавета вырастила Осень. Не чтобы угодить моим сексуальным предпочтениям, в которые вполне вписывалась сама Лиза, а чтобы в моё отсутствие рядом с деревом был кто-то, кто мог бы защитить его.

А вдруг Елизавета что-то знала? Не просто же так она решила именно сейчас сделать себе защитницу. А вдруг эта дриада намеренно искала лояльных охотников? Паранойя ли, но ведь некто пришёл и спалил весь сад дриады вместе с ней, только Осень и крошечный росток остались, чудом спасшиеся из пожара. Вот так, Саша, тебя снова кто-то зачем-то использует, а ты, купившись на миловидную внешность и видимую беззащитность, с радостью клюнул. Да бог с ним, что клюнул, я же даже не знаю, кто это сделал. Тех, кто знает о дриадах и хочет их заполучить, можно подсчитывать до бесконечности. Это не Нина, полезность которой разве что в умении передвигаться среди отражений. Наверное… Может, стоит всё же изучить один-другой бестиарий?

От мыслей отвлёк звонок. Кто-то усердно вжимал кнопку, намереваясь, видимо, быть услышанным. Я подошёл к двери и глянул в глазок. Отстранился, проморгался, снова глянул. Кто это? Решив, что выяснять личность визитёра через дверь будет как минимум невежливо, я открыл. Да, всё как я и увидел: высокая женщина с длинными чёрными волосами, смеющимися тёмно-красными глазами, фарфоровой кожей и опрятным внешним видом, разве что выбор одежды странноват. Май почти закончился, а женщина одета в чёрное пальто, подчёркивающее фигуру. Надеюсь, под пальто что-то есть, а то Ира уже научила…

– Добрый вечер, – незнакомка улыбнулась, растянув бледноватые губы и обнажив зубы, от чего у меня кровь от лица отхлынула. – Александр, верно? Я могу поговорить со своей дочерью?

– Дочерью? – я бросил взгляд себе за спину, насчитывая трёх девушек, и это ещё при том, что не все были дома, и не все могли выйти в коридор, чтобы посмотреть на визитёра. – А кого именно? И кто вы такая?

– Ой ё-ё-ё… – я услышал, как Марго тихонько прошипела и скрылась в недрах кухни.

– Ах да, мои манеры, – женщина ещё шире улыбнулась, заставив Гелю и Элю жалобно запищать и последовать примеру Маргоши. – За триста лет забыла уже всё. Розалина Кроули. Моя дочурка…

– Лина Кроули, – я понимающе кивнул, перебив мать моей подруги. Не вежливо, да, но Линину свободу я решил отстаивать до конца. – Её сейчас нет, извините.

– Понимаю, – голос женщины был каким-то чарующим, словно вязкий мёд, лениво затекающий в уши. – Позволите, я подожду мою дочурку внутри? – мне понадобилось немало воли, чтобы захлопнуть дверь, но женская ножка, облачённая в сапог на высоченном каблуке, которую её обладательница предусмотрительно поставила между дверью и косяком, намекнула, что ошибку я совершил, когда открыл Розалине.

– Я думал, вампиры не могут войти без приглашения, – невесело пошутил я, смирившись с тем, что женщину придётся впустить.

– Это стереотип, – Розалина вошла в прихожую и грациозно сняла пальто, благо, под ним были рубашка и юбка, а не кружевное бельё (которое тоже было, но не суть), после чего разулась. – Мы сами распустили такие слухи, чтобы люди чувствовали свою безопасность рядом с нами. Чеснок, дорогуша, тоже малоэффективен. А вот осиновый кол…

– Дайте угадаю, – съязвил я, вешая в шкаф пальто женщины, – действует так же эффективно, как и на обычных людей?

– Не зря Лина доверяет тебе, – рассмеялась Розалина. – Расслабься, я человеческую кровь не пила уже три столетия, и не собираюсь снова к ней возвращаться. Я просто хочу убедиться, что с Линой всё хорошо.

– Ну… – я мельком осмотрелся, заметив три любопытные моськи. – Тут тесновато, но в целом никто не жалуется. Самое то место, чтобы скрываться от брака по расчёту.

– Пеплом пахнет, – Розалина шумно втянуло воздух, – смолой и палёной древесиной. А ещё… похотью.

– Ну да, пуритане в таких местах не живут, – фыркнул я. – Слишком шумное место, полагаю, и соседи не в их вкусе.

– Все всюду живут, Саша, – протянула женщина, усевшись за кухонный стол. Ума не приложу, как она не обращает внимание на Марго, забившуюся в угол кухни… под потолком. – Тут дело в адаптации. И политике. Равновесие шаткое, как хватка твоей сводной сестры на стене, но им всем удаётся держаться… пока что.

– Что за высокопарный монолог? – тихонько пробурчала мои мысли Геля, подглядывающая из моей комнаты. – Мы, бляха, школьники. Зачем так грузить?

– Тише! – шикнула на неё Эля.

– Точно сказано, даром, что совсем девочка, – Розалина стрельнула глазками на приоткрытую дверь, после чего уставилась на меня. – Наше сосуществование в опасности. Всегда было, есть и будет. Среди людей много тех, кто знает о нелюдях и не хочет с нами соседствовать, да и среди нелюдей много тех, кто хочет наконец перестать рыскать по норам. Мы, – женщина обвела взглядом мою квартиру, – все в какой-то степени охотники. Ты знаешь, чем охотники занимаются, Саша?

– Контролируют не людей? – предположил я. Если честно, я не знал ответ на этот вопрос. Теория с практикой сильно расходились.

– Тебя пугает наша непринуждённая беседа? – Розалина вновь улыбнулась. Вроде и доброжелательно, но с таким набором зубов у неё едва ли получалось, да и находиться рядом с ней было крипово. – Мы все поддерживаем нейтралитет. Охотники-люди не дают обычным сородичам найти нас, а мы удерживаем нам подобных от становления буйными монстрами.

– И зачем вы рассказываете это мне? – я взял со стола кружку с остывшим чаем и залпом осушил её. Предлагать чай гостье я не собирался – ещё решит, что я хочу её тут задержать на подольше.

– Потому что ты на перепутье, – Розалина посмотрела на меня. – Ты зол из-за своей подруги-дриады, зол из-за того, что тебя пытаются завербовать сомнительные личности, зол из-за грядущего брака моей дочери. Ты едва держишься, чтобы не сорваться. А ещё просто сидеть и рассматривать тебя скучно, а общих тем для обсуждения у нас две: политика и Лина. Обсуждать мою дочь нам с тобой пока рано, а вот политику, учитывая, как ты в ней увяз, в самый раз.

– Вы знаете, кто устроил пожар в оранжерее Лизы? – я уселся напротив Розалины и уставился в её глаза. Человеческого в них было мало, и от этого хотелось взгляд отвести.

– Не знаю, – улыбнулась женщина. – Оставлю разгадку этой головоломки на тебя. Не подумай, что я пришла тебя от чего-то отговаривать, намекать, что наблюдаю за тобой – нет. Пока ты не представляешь для меня интереса, разве что, как мимолётное увлечение моей дочери. Станешь кем-то большим – тогда я заинтересуюсь. А пока…

Из прихожей донёсся шум открываемой двери. Шаги лёгкие, осторожные – Лина. Чёрт, до меня только сейчас дошло, что Розалина просто организовала капкан в моём доме. В месте, где Лина могла ощущать себя в безопасности, чёрт бы побрал эту кровососку (речь про Розалину).

– Мам? – Лина заглянула на кухню и опешила. Пока она со своей матерью обменивались взглядами, я прикидывал, можно ли использовать кружку в моей руке как оружие, и насколько эффективно это будет против вампира.

– Что за вульгарный внешний вид, Лина? – Розалина встала с диванчика и двинулась к своей дочери. – Не помню, чтобы воспитывала тебя как…

– Как смогла, так и оделась, – рыкнула Лина. – Зачем ты пришла? Уговаривать меня вернуться?

– Убедиться, что с моей кровью всё в порядке, – я говорил, что у Розалины криповая улыбка. Сейчас её лицо было серьёзным, и, клянусь, увидь я его в глазок, в жизни бы дверь не открыл. – Ты сбежала не пойми куда, без вещей, даже без трусов. Что мне оставалось делать?

– Накапать папе на мозг, что выдавать меня за того урода – так себе идея, – выплюнула Лина, мазнув по мне злым взглядом.

– Не поверишь, дорогая, но я этим последнюю неделю занимаюсь, – Розалина насупилась и коснулась плеча Лины. – Ты могла просто позвонить мне, Лина? Чтобы я не нервничала.

– Извини, в том пеньюаре, который вы обозвали свадебным платьем, нет карманов, так что мой телефон сейчас в проёбе, – девушка отмахнулась от руки своей матери. – И зачем? Стоит мне тебе набрать, как по мою задницу выйдет весь род, чтобы засунуть меня под венец. Вам настолько похуй, что ваша единственная дочь станет рабыней какого-то ублюдка? Ах да, зато род прям заживёт!

– Патриарх опасается, что ты якшаешься с охотниками, – спокойно произнесла Розалина, и у меня волосы зашевелились от её тона.

– И что? Кого он боится? Свету? Сашу? – Лина снова посмотрела на меня, в её взгляде было столько боли, что у меня в груди всё сжалось.

– Он боится потерять свою дочь, – припечатала Розалина.

– Ах до-очь он боится потерять, – едко протянула Лина и подошла ко мне.

Всего мгновение понадобилось девушке, чтобы обхватить мою голову руками и засосать. Поцелуй был вычурно грязным, таким, что мать девушки отвела взгляд, хмурясь. Вот только, это была прелюдия. Лина оторвалась от моих губ и развязала рубашку, скинув её на пол.

– Что ты творишь? – прошипел я, едва отдышавшись.

– Глупости, – Лина улыбнулась, схватила мою руку и положила себе на грудь, после чего повернулась к Розалине. – Будешь смотреть? Ладно. Плевать!

– Лина, моя маленькая глупышка, – мать девушки грустно улыбнулась, – я покину вас. Развлекайтесь, – женщина прошла в прихожую, и спешно оделась. – Прошу, не держи меня в неведении, Лина.

Едва хлопнула дверь, раскрасневшаяся вампирша отстранилась от меня. Боюсь представить, до чего Лина могла дойти, будь её мать чуть более любопытной. Хотя, и я, и, уверен, Лина, прекрасно осознавали, что Розалина ушла вовсе не потому, что засмущалась. Просто решила уступить, как умный человек.

– Сука, – Лина выругалась и посмотрела на меня. – Прости. Не хотела тебя вот так использовать.

– Да вы потрахаетесь наконец, или мне выключать камеру? – недовольно пробурчала Ангелина. – Эх, а я рассчитывала на оякодон…

Глава 22

Мама вернулась поздно. Или рано, зависит от точки зрения. Часа в три утра, если совсем уточнить. Я как раз ворочался на полу, проклиная жёсткую поверхность, от которой уже жопа затекла. Ещё и Эля зачем-то улеглась со мной. Где-то была ещё и Геля, судя по тому, что меня чуть ли не на стену отпихнули, но сейчас заразы в комнате не было. Ладно Эльвира, на неё койки действительно нет, но Ангелина на первый день своего пребывания у меня купила раскладушку, которая сиротливо стояла в углу так ни разу не разобранная.

Когда вернулась мама, я едва выполз из-под женского тела и поплёлся её встречать. Голова гудела от обилия вопросов, и подождать до утра было не вариантом. Сейчас уже утро, чтоб вас черти драли, пусть и раннее. Так что да, тяжкий разговор я решил провести здесь и сейчас.

– Э, бля, ты куда попёрла?! – не знаю, как она это делает, но Геля раз за разом умудряется сбивать мой боевой настрой всего одной-двумя фразами.

Мы с мамой замерли в коридоре и оба посмотрели в сторону, откуда донёсся возмущённый голос мелкой заразы. Дверь в ванную была немного приоткрыта, и именно оттуда лился свет и возмущение Ангелины. Глянув на маму, я мысленно представил, что мы с ней глазами играем в камень-ножницы-бумагу. Мысленно, мама победила, значит, идти разбираться мне.

Я осторожно подошёл к приоткрытой двери и заглянул внутрь через щель, чуть не ослепнув от света. Геля обнаружилась у раковины с голой… хотел сказать с голой задницей, но девушка была голой совсем. Ангелина стояла ко мне спиной, придирчиво крутясь перед зеркалом, и, видимо, не замечала зрителя в лице меня. А может и замечала. Прикрываться и швыряться предметами она уж точно не будет. Разве что камеру даст.

– Чё ты кричишь? – я решил не стучать и просто вошёл внутрь.

– Смотри! – Ангелина повернулась ко мне и приподняла свою грудь… ну, там не те объёмы, конечно, но пара молочных холмиков всё же была. – Эта сволочь начала расти!

– Это плохо? – я честно попробовал найти разницу в размерах, но, видимо, нужен был микроскоп.

– Как мне теперь легальной лолей становиться? – возмутилась девушка. – Я же маленькая, а если сиськи вымахают, то мне и жопу отращивать придётся для баланса.

– И правда выросла, – хмыкнула мама за моей спиной, заставив меня вздрогнуть. Мамина рука едва коснулась моей спины и пошла сначала ниже, но немного не доходя копчика стала подниматься, остановившись на моих лопатках. – Но не думаю, что она сильно вырастет. Тебе кушать больше надо. А тебе сделать что-нибудь с волосами на спине! – это был камень в мой огород.

– Саша меня и так откормит, – фыркнула Геля, рассматривая свою грудь как врага народа. – Звучит, почему-то, обидно. Я хочу оставаться доской, но и сиськи тоже хочу.

– Бабы, – я вздохнул, помассировав переносицу.

– Мужики! – передразнила меня зараза. – Ничо ты не понимаешь. И подумай всё же свои крылья волосяные общипать.

– Так, росток я пристроила, – мама уселась на кровать и мазнула по мне и Геле взглядом. – Он достаточно близко, чтобы наша погорелица не суетилась, и достаточно хорошо спрятан, чтобы на него никто не покусился. Годик-другой, и будет у тебя новая Лиза.

– Мне и старая была по душе, – буркнул я. – Известно, что стало причиной пожара?

– Официально – неисправность проводки, – мама нахмурилась. – По секрету – пожарный сказал, что очень вероятно был поджог. Злоумышленники, видимо, не знали, что пламя разгорится так сильно, и хотели просто припугнуть нашу дриаду. Когда поняли, что просчитались, подожгли ещё несколько мест, вероятно, зажигательной смесью, чтобы замести следы.

– Суки! – выругался я, глянув на Ангелину, беззвучно шевелящую губами. Судя по всему, она в матах не сдерживалась.

– Тебе сейчас не об этом беспокоиться надо, – оборвала меня мать. – У тебя под крышей молодой вампир, у которого скоро крышу окончательно сорвёт. Молись, чтобы сосать она начала не кровь.

– Я промолчу… – хихикнула Геля. – Люблю шутки про секс. А вы любите шутки про секс? Инцест, там, и иже с ним?

– В плане «крышу окончательно сорвёт»? – переспросил я, проигнорировав Ангелину.

– Вампиры хоть и строят из себя аристократичных снобов, но являются зверьём, при этом неуправляемым, – пояснила мама, глядя на то, как я хмурюсь. – Говорю на языке фактов, Саша, хватит рожу кривить. Твоей подружке уже сейчас ничего не стоит просто зайти в эту комнату и сделать с тобой, мной или малявкой всё, что взбредёт ей в голову. Поверь, если вампир на чём-то сфокусируется, его с курса собьёт разве что отсечённая голова.

– Да ну? – мы с Ангелиной фыркнули вместе, видимо, придя к одним и тем же выводам. Я же решил недоверие развить: – И почему тогда вампиры всё ещё не истреблены?

– Видовое проклятие, – мама скрестила руки на груди. – Чем вампир нестабильнее, тем сильнее он становится, но с этим и уязвимее. Те, кто совсем теряют человечность, даже дневной свет не переносят. Не сгорают, конечно, как в фильмах, но буквально зажариваются заживо. Это достаточно отрезвляет.

– Ну Лина на солнце не горит, – задумалась Ангелина. – Сегодня вообще так открыто оделась, будто не в школу, а на пляж… нудистский.

– Она пока держится, но видно, что стресс накапливается, и нервы сдают, – вздохнула мама. – Свадьба, Сашин гарем, разборки с родителями, экзамены.

Я невольно скривился. Даже если не брать внезапные новости о природе вампиров, мать моя дело говорит. Да, родня Лины тоже хороша, для них-то вампирские заморочки не новость вовсе, но и я тоже хорош. С другой стороны, а что мне делать? Ссаными тряпками погнать всех женщин из дома и сменить замки? Даже если и проканает (что сомнительно), то останется тут Марго, которая, напомню, суккуб, и трахаться хочет пропорционально желанию окружающих. Осень я не могу выгнать, она к жизни вовсе не подготовлена, ещё и обгорелая вся. А Эля с Гелей, если захотят, будут тусоваться у меня дома и без моего барского разрешения. Это я ещё молчу про одну лисицу, которая может залезть куда угодно и хер ты узнаешь, что она в одной с тобой комнате. И всё это великолепие свалилось мне на голову либо по независящим от меня причинам, либо с подачи той же Лины. Нет, я не хочу сказать, что всему виной Лина. Но говорю…

– К слову, я виделась с Денисом и он, хоть и нехотя, решил устроить тебе стажировку, – вдруг совершенно не к слову ошарашила меня мать. Это прозвучало даже более волшебно, чем «Ты – волшебник, Гарри».

– Но я… – я осторожно хотел отказаться, пока не поздно.

– Не обсуждается, – отрезала мать. – Ты теперь в теме, у тебя внутри бурлит энергия, и пара тройка охотничьих заданий лишними не будут.

– Но я не хочу никого убивать! – возмутился я.

– Зафиксируй эту мысль и включи мозг, – мама пожала плечами, после чего повернулась к Ангелине. – А ты, душа моя, чего тут голой сидишь и уши греешь?

– Дык это… Интересно, – походу, Геля весь разговор не дышала и только сейчас выпустила отработанный воздух через лёгкие. – Будут клиенты? Как это будет происходить? Мне с вами можно? Там будут кошкодевки? А я смогу стать кошкодевкой? Саша меня рисовал с кошачьими ушками, мне понравилось!

– Не страшно? – мама ласково потрепала девушку по голове.

– Меня пару дней назад чуть не пустила по кругу кучка тупорылых уродов, – покачала головой Ангелина, подставляясь под мамины ласки. – По сравнению с этим жить под одной крышей с демоном, живым деревом и любительницей отсосать даже опасным не ощущается. Они хотя бы адекватные. Ну, пока адекватные.

– К слову об этом, – я вновь поднял глаза на маму, начиная подозревать, что ей всегда хотелось не Александра, а Александру, настолько она ласкова с Ангелиной. – Я могу помочь Лине как-нибудь снизить уровень стресса?

Ответ убил. Если точно, то две пары женских глаз замерли на мне, выражая крайнюю степень недоумения и какую-то жалость. Ладно, на то, чтобы понять такой ответ, мозгов у меня хватает, но мы с Линой немного не в таких отношениях... Подумал я, вспомнив, как на прошлой неделе мы чуть тройничок не устроили на моей койке. Чисто технически, то, что внутри Лины я ещё не был, ничего не значило. Наверное.

Пока я обдумывал всё это, мои ноги дошли до комнаты Марго. Из-за двери доносилось размеренное сопение, и нарушать этот уголок спокойствия казалось кощунством. Конечно, если опустить факт того, что мирно сопели суккуба, чуть не убившая меня раз так надцать, и вампирша, у которой потихоньку протекает шифер.

Подавив желание вернуться на пол своей комнаты, я толкнул дверь и вошёл к Марго и Лине. Обе девушки спали на кровати, достаточно большой, чтобы поместилось двое, но недостаточно для третьего. Мыслей прямо сейчас приставать к спящим девушкам у меня не было – жить ещё хотелось, но лечь в мягкую кровать к двум красоткам звучало очень заманчиво. Между ними как раз было свободное пространство, чтобы теоретический я мог уместиться бочком.

– Что? – ощутив моё приближение, Марго приоткрыла глаз.

– Какого? – Лина тоже проснулась.

Значит, можно не осторожничать. Я плюхнулся между ними и улёгся на спину, схватив руками обеих девушек за талии и прижав к себе. Пропустив пару ударов по груди, я закрыл глаза, лениво поглаживая девушек по спинам. В сон провалился быстро, даже не успев услышать возмущения.

Проснулся я из-за того, что меня аккуратно тыкала острым ногтем Лина, прижавшись ко мне.

– Саш, нам в школу пора, – тихонько и даже как-то неуверенно шептала вапирша.

– Может, ну её? – сонно предложил я, попытав счастья поудобнее обнять Лину. Куда там! Рука, по ощущениям, атрофировалась.

– Неа, – Линка приподнялась и нависла надо мной, заставив меня чуть ли не кончить от ощущения, как по моей омертвевшей руке снова разливается кровь. – У тебя же в школе столько дел, а ты хочешь просто на них забить?

– У меня есть достойная альтернатива, – улыбнулся я, получив лёгкий чмок в район губ.

– Неа, нету, – улыбнулась Лина и, сука, скинула меня с кровати. – Иди первым, в классе встретимся.

– Не думаю, что разделяться будет хорошей идеей, – проворчал я, разминая затёкшую руку.

– Саш, – Лина приподнялась чуть выше, угрожающе прищурившись, – не беси меня с утра пораньше.

Ладно, такой намёк даже я пойму. Еле выбравшись из кровати, я потопал делать утренний туалет: принял душ с Элей, почистил зубы с Гелей, поиграл в гляделки с Осенью, позавтракал с мамой и потопал в школу в гордом одиночестве. По пути не встретил никого, хотя готов был как минимум к засаде из кучки кровососов. Даже как-то непривычно уже ходить одному и без бубнежа. Чувство непривычности пропало, стоило мне войти в класс. Аня и, что удивило, Настя тут же подскочили ко мне.

– Саш, срочно трахни её, пока я её не убила об стену! – без прелюдий на весь класс потребовала Настя, тыкая пальцем в свою подружку.

– Нет, Саш, трахни её, пока она нас всех не утопила! – Аня в стороне не оказалась и тыкала пальцами в ответ. Мне, если честно, включать альфа-самца не хотелось, но и игнорировать этих двух было невозможно.

– Я вас сейчас обеих трахну, прилюдно! – рыкнул я. Надежда на приличие девушек не сыграла – эти двое только переглянулись, Аня хитро улыбнулась, а Настя нахмурилась.

– После уроков обсудим, – наконец сдалась брюнетка, после чего двинулась к своей парте.

– Всё, время подсекать рыбку! – Аня похлопала меня по руке и тоже ретировалась, оставив меня на растерзание любопытным и завистливым взглядам одноклассников. Было бы чему завидовать…

Урок уже минут двадцать как шёл, а Лины всё не было. Было бы хорошо, если вампирша решила просто не прийти, но червячок сомнений грыз, и грыз хорошо, со знанием дела. Учителя, казалось, уже совсем болт на занятия забили, как и на попытки вдолбить что-то в наши головы. Вон, учитель английского уже вёл урок на отвали, прикладываясь к своей фляжке, в которой, судя по скривившемуся лицу, была отнюдь не вода.

После звонка на перемену процентов семьдесят класса похватали вещи и свалили. Я было подумал, что нам в другой класс, но нет, по расписанию мы сегодня сидели безвылазно в одном помещении. Просто школьнички решили, что нахер надо сидеть оставшиеся уроки. В классе остались только я, Аня, Настя, Ира и пара задремавших парней.

Пока я рассматривал стайку из шести человек, меня по плечу похлопала Кармен, едва слышно подкравшись. Возможно, девушка всегда так передвигается, просто я раньше не обращал внимание, а сейчас я просто волновался за Лину, и поэтому начало подбешивать.

– Я вчера тебе уже всё сказал, – рыкнул я, уставившись в белые глаза девушки.

– Я вчера тебя услышала, – Кармен уселась рядом со мной. – А ещё я услышала кое-что про пожар.

– Подкупить пытаешься? – я скривился, вспомнив запах пепла и давящую тоску.

– Думаю, мы можем помочь друг другу, – заявила охотница.

– Тогда со списком ему помоги, – рядом с Кармен материализовалась Аня. – Там ничего сложного: раздвинуть ноги и получить удовольствие.

– А сама что? – Кармен подняла взгляд на внезапную собеседницу. – Боишься, что порвёт?

– Я-то выдержу, – узвлённо фыркнула Аня. – А ты?

– Откуда такая уверенность? – к спорящим девушкам подключилась Ира, причём вела она себя настолько естественно, будто вчерашней истерики не было. – Я могу точно сказать, Анюта, что тебе бы подрасти немного, чтобы выдержать.

– Ира бля, ты куда воюешь? – возмутилась Аня. – Коленки давно болели?

Благо я увидел в коридоре Гелю и тактично смылся от обсуждения моих размеров. Ангелина топала по коридорам с каким-то блокнотикам в руках. Надо ли говорить, что блокнот был розовым? Хотя, на обложке не было нарисовано никого голого, так что в какой-то степени я действительно был удивлён.

– Не знал, что ты снова в школу пришла, – я догнал мелкую занозу и хлопнул её по плечу. – Думал, ты в следующий раз на первое сентября придёшь.

– Я по делу, – Геля осмотрела коридор, точнее, людей в нём, после чего повисла на моей руке и потащила меня куда-то.

Путь наш, как оказалось, лежал в кабинет биологии, а точнее, в каморку за ним. Воспоминания о том, как Эля мне сиськи показывала под дулом пистолета, напомнили, что возвращаться сюда я не особо хочу. Впрочем, самой Эли в помещении не было, как и в целом на работе. Училка придумала себе выходной, сославшись на заботу об Осени.

– Так, и что за дело? – путь занял от силы пару минут, но терпение у меня уже сдало.

– Я вербую людей, – буднично заявила Геля, даже не повернувшись ко мне лицом. Девушка что-то искала в столе своей сестры.

– Зачем? – тем же будничным тоном спросил я, рассматривая Гелину задницу, выглядывающую из-под короткой юбки. Трусы на месте, проверено.

– В секту, – Ангелина повернулась ко мне с таким выражением лица, будто я задаю по-детски очевидные вопросы. – Саш, я ведь рассказывала, что собираюсь стать режиссёром. Ищу тех, кого буду снимать в своих фильмах.

– Не рассказывала, – спустя долгую паузу, потраченную на рытьё в моих воспоминаниях, выдал я.

– Да точно рассказывала, – возразила девушка. – А может и нет. В любом случае, я ищу актрис для своих будущих фильмов. Ну и актёров тоже, а то ты, дорогуша, сотрёшься.

– А про какие фильмы идёт речь? – захотел я уточнить.

– Порно, – Геля снова посмотрела на меня как на глупого ребёнка. В этот раз я был согласен: было глупо думать, что эта розовая зараза решила снимать что-то нормальное. – Но с сюжетом. Точнее, сюжет с порно. Чтобы и интересно было, и подрочить было на что.

Я решил придержать свои комментарии. Вдруг загублю действительно гениального режиссёра? К тому же, Ангелина всё же может чему научиться… или одуматься на крайний случай.

– Лады, а сюда мы зачем пришли? – чтобы не выдать обилие матных эпитетов, я решил сменить тему.

– А, да, – Геля достала из стола Эли пачку презервативов и бросила мне. – Тебя Лина ждёт. Раздевалка в спортивном зале. Не опаздывай… Ну, ты уже опоздал, но не суть. Я так, для красного словца.

Я поймал небольшую коробочку и с недоумением уставился на неё. Когда я вообще в последний раз пользовался презервативами? Вопрос странный, учитывая, что детей я пока не планировал, но память подсказывала, что я вообще ими никогда не пользовался. Надеюсь, через годик-другой по Москве не будет бегать орава детей с моими чертами.

– Насыщенный же у тебя график, Саш, – насмешливо хмыкнула Геля. – Ты это… Держи Лину подальше от артерий, хорошо? Я как бы не собираюсь сношать обескровленный труп, а у нашей кровосиси сегодня настроение игривое.

В раздевалке я обнаружил не только Лину. Хоть физкультуры сейчас ни у кого не было (по причинам коллективно забитого болта), но найти в помещении сразу четверых девиц я не планировал. Лина меня пригласила, следовательно, должна тут быть. Аня и Настя – подружки Лины, так что за уши и их притянуть можно. Что тут делает Ира, я свято не понимал. На добивку, когда я уже осознал, что трахать походу будут меня, в раздевалку вошла Кармен, закрыв за собой дверь на ключик. Из этой ловушки мне не выбраться… Полагаю, зря я не оставил завещание.

– У меня презиков на всех не хватит, – попробовал я дать заднюю, видя, как девчонки начали раздеваться. – И нахрен вас тут столько?

– А они не понадобятся, – хихикнула Аня, буквально выпрыгнув из одежды. После эффектного сальто на девушке только трусы и остались.

– Помнишь наш глупый спор, с которого ты слинял? – сзади зашуршала одеждой Кармен. – Мы решили опытным путём его разрешить.

– Я из спортивного интереса пришла, – фыркнула Ира, уже стоя в одном белье. – Заодно на чудных зверушек посмотрю.

– Я промолчу, – Настя тихонько пробормотала, нервно расстёгивая рубашку.

– Мне тоже оправдание выдумать? – Лина даже не шелохнулась, только глазами сверкнула, рассевшись на лавке и широко раздвинув ноги. – Я просто хочу потрахаться.

– И никого никто не смущает? – я поочерёдно на всех посмотрел.

– Неа, – хихикнула Аня, хрустнув шеей. Сука, не шеей!

Крошечное тело Ани начало вытягиваться, деформируясь, покрываясь короткой шерстью. Я с трепетом и каплей ужаса смотрел, как девушка прямо на моих глазах становится… какой-то фури, если честно. Рядом со мной недовольно проворчала о несправедливости Кармен.

Лицо Ани практически не поменялось, разве что покрылось шерсткой, немного вытянулось, а вместо человеческих ушей теперь были какие-то огромные то ли кошачьи, то ли собачьи уши. Тело немного увеличилось, покрылось короткой шерстью, из копчика вырос хвост, опять же, хрен пойми чей, руки и ноги вытянулись, став на вид более плотными и шерстяными, а на пальцах теперь красовались когти, которым позавидовала бы любая крупная кошка (и я отнюдь не про домашних котов думаю). Трусы Ани трансформацию не пережили и, щёлкнув порванной резинкой, отправились куда-то в стену. И вот это фури-недоразумение мне предлагается трахать? Я, конечно, стараюсь толерантно относиться ко всем не людям, но зоофилией не страдаю.

– Лапу не дам, – рассмеялась фури-Аня. – А вот просто – дам! Иди сюда, Сашенька!

– Жаль, у меня нет камеры, – прыснула Ира. – Ангелина была бы в восторге!

– Смотри, чтобы она на твои слова не прибежала, – нервно хмыкнул я, делая шаг к двери. – У Гели нюх на контент.

– Лин, я же могу первой быть? – Аня замерла, повернув свою морду к вампирше. – Вы пока на цу-е-фа раскидайте, а я делом займусь!

– Кто-то сказал про контент? – за закрытой дверью раздался голос Гели. – Откройте, сукины дети! Или хотя бы видосик запишите!

Думал, помру. Я шёл по улице, почёсывая засосы на шее. Вообще, их было сильно больше – пятеро девушек не оставили на мне живого места, ещё и Геля, которую всё же впустили, тоже решила отметиться. Пока меня трахала Аня, которой трансформация не сильно помогла стать больше, остальные девушки быстро определились с очередью. К слову, Анька начатый ей же спор и проиграла: я в неё член едва на половину засунул, а та уже делала вид, что померла. В звериной форме у неё мышцы сжимаются куда сильнее, я бы ей во влагалище гвоздь бы хер забил, а член у меня всё же побольше гвоздя… Я не хвастаюсь, честно.

Следом за Аней была Кармен. Решила зазернить в катарсисе свой выигрыш. Вопреки своей видимой крутости, была настолько неопытна, что я подумывал её разбудить к середине процесса. Не думал, что когда-нибудь буду трахать девушку, притворяющуюся бревном. Естественно, проигравшая спор Аня, вернувшая к тому моменту свой человеческий облик, не упустила возможность поддеть молодую охотницу, но за неё вступилась Геля, сказав, что ещё сделает из Кармен порно-звезду.

После Кармен пошла Настя. Долго не решалась приступить к делу, ещё дольше тянула предварительные ласки. Не знаю, где она научилась, но целовалась Настя образцово, с душой. А вот когда наконец мы приступили к делу, двигалась девушка скованно, словно боялась чего-то. Только почуяв близость кульминации, девушка откинула последнее стеснение и едва не вбила меня своими бёдрами в пол, неистово насаживаясь на мой член.

Когда Настя обмякла, дёргаясь в конвульсиях, её согнала Ира. Староста брала техничностью, умудряясь сжимать своё лоно там, где было приятнее всего. С ней почему-то было максимально скучно, хоть удовольствия мы с ней получили не меньше, чем с остальными. Когда Ира слезла с меня, забрызгав пол спермой из своей киски, Геля нарекла её гуру и предложила место постановщика сцен в своей съёмочной группе. До чего эти две заразы договорились, я не узнал – наступила очередь Лины.

Ох сука, у меня из-за неё всё тело болит. Мы с вампиршей накопили достаточно претензий друг к другу, которые решили предъявить именно во время секса. Нашего первого полноценного секса. Мы не трахались, нет. Мы буквально дрались. В нашем противостоянии победителя не было – оргазм пришёл с ощущениями удара кувалдой по заднице, причём одновременно к нам обоим. Однако, Лина была по итогу довольной как слон… Слоны ведь довольные, да?

Хоть у меня и болело всё после этих охуевших трёх часов, но я тоже был доволен. И благодарен. Благодарен одной единственной девушке, которой даже не было в той раздевалке и, судя по отсутствию едких комментариев, которая даже не проснулась ещё. Марго, что бы я делал без пакта с ней? Наверное, двигался бы сейчас в сторону реанимации, а не…

– Кстати, куда мы идём? – я повернулся к Кармен, лицо которой до сих пор пылало. Девушка сильно близко к сердцу приняла, что её первый раз был таким неказистым. Я не утешал, чтобы не травмировать ещё больше.

– Опросить нашего общего знакомого – еле слышно выдохнула Кармен. – Возможно, через него сможем выйти на распространителей наркотиков.

Да, я таки согласился девушке помочь. Не потому, что возомнил себя Шерлоком, и точно не из-за того, что мы переспали. Просто она подкинула дельную мысль, что за пожар могут быть ответственны охотники, промышляющие как раз наркотиком, за которым охотится Кармен.

К слову, не я один согласился на глупость. Уже после всего шабаша я узнал, что Геля завербовала себе в актрисы всех участвующих в моём изнасиловании (на добровольной основе) девушек. Впрочем, ей было этого мало, поэтому розовая зараза побежала совращать других школьниц. Теперь шутки про гарем стали совсем не шутками, при том, что даже я не знал масштаба всей Гелиной авантюры.

До нужного места мы с Кармен добрались за минут пятнадцать. Учитывая, что парня ищет полиция, было глупо искать его дома, но там можно примерно прикинуть, где беглеца искать. Каково же было моё удивление, когда на стук в дверь открыл нам именно наш подозреваемый, причём спросонья и в одних трусах…

– Хы, а разговоров было, – хмыкнула Кармен, заценив бугор в паху у Игоря.

– Мы тут не за этим, – я решительно шагнул в квартиру, предварительно втолкнув туда нашу с девушкой жертву. – Общение с Гелей на тебя плохо влияет.

– Не знаю, – пожала плечами Кармен. – Ангелина наоборот пообещала, что натаскает меня по этим делам.

– Она сама зелёная, – фыркнул я и наклонился к Игорю. – Ну привет, дружок. Ты как отвечать на каверзные вопросы предпочитаешь: быстро или больно?

– Что за хуйня?! – с парня весь сон слетел, он даже подскочить попытался, но хер там плавал – я прижал его к полу. – Вы совсем охуели?!

– Видимо, больно, – улыбнулась Кармен.

– Где ты брал вещества? – я пропустил намёки на садизм девушки и схватил Игоря за волосы.

– Какие вещества? – бедолага то ли испугался, то ли упёрся. Сложно сказать, когда даже примерный уровень развития собеседника прикинуть не представляется возможным.

– Те, под которыми Маша мультики смотрела, – терпеливо пояснил я. – Или ты уже забыл Машку? Одноклассница наша, которую в больничку забрали после твоей «терапии».

– Трестин, ты совсем охуел? Ты в мою хату ворвался! – Игорь вновь попытался встать…

Кармен не дала мне среагировать: спихнула меня с парня, схватила того за ухо, а после хорошенько приложила его коленом в нос. После этого Игорёк уже не пытался двигаться, просто лежал на полу и скулил.

– Ну? ОТВЕЧАЙ! – Кармен занесла над парнем ногу.

– Да не знаю я, – Игорь чуть ли не плакал, прикрывая запачканное кровью лицо. – Маша сама где-то доставала ширево. Я у неё отбирал, а она снова тащила его в дом!

– Где сейчас Маша? – Кармен опустила каблук на грудь парня.

– В больнице, – я положил девушке руку на плечо. – Пойдём.

– О, и куда же гости пойдут, даже не попив чаю? – женский грубоватый голос за моей спиной заставил меня и Кармен чуть ли не шеи свернуть, так резко мы обернулись.

В дверях стояла женщина. Крупная женщина. Её грубоватые черты лица выдавали родство с Игорем, который, к слову, всё ещё скулили на полу под ногой Кармен. А злость женщины была такой осязаемой, что даже Игорёк притих.

– Разувайтесь, гости дорогие, – женщина прорычала и закрыла за собой дверь.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге