Обложка Жизнь в оттенках серого

Жизнь в оттенках серого

Waleria Veber

0% прочитано
Стандартный
Waleria Veber

Жизнь в оттенках серого

Глава 24

Настя и Миша подождали в лобби, пока я приму душ и приведу себя в порядок после дороги, а потом мы поехали к Насте на что-то вроде девичника. Судя по настроению жениха, ожидать стриптизера в подарок в подарок от подруг невесты не приходилось. Квартира Насти была ее собственностью; я уже бывала там пару раз за то время, что мы работали вместе. Однако сейчас я заметила, что там стало гораздо меньше вещей девушки, и квартира больше напоминала съемную, где ты живешь годами, но, готовая сорваться в любой момент, так и не рискуешь внести в окружающую тебя реальность хоть что-то личное.

Миша проводил нас до самой квартиры, хотя никаких тяжелых сумок ни у одной из нас не было. В прихожей, поцеловав Настю в губы, он тихо обратился к ней:

- Настя, только помни, что ты завтра замуж выходишь… Так что давай без перегибов, ок?.. Чтобы я завтра не искал тебя в соседней стране… – Настя улыбнулась и кивнула. До границы было действительно несколько часов езды на автомобиле или поезде, однако я не думала, что подобные выходки были характерны для Насти. – Ну и… чтобы внешний вид у тебя был соответствующий: без всяких отеков и всего прочего!.. Ты все-таки молодая красивая девушка!.. – тон Михаила стал чуть более строгим. – В общем, веселитесь, но знайте меру!.. И… я позвоню – будь на связи!.. Постарайся… не заболтаться и потерять ход времени – у тебя завтра важное мероприятие!

Мне сразу же захотелось напиться не отходя от кассы и наблевать прямо в прихожей, но я понимала, что в моем возрасте подобное просто так для меня не пройдет. Миша еще раз поцеловал свою невесту и удалился, а я, признаться, вздохнула спокойно.

Минут через тридцать появилась та самая девушка-художница, Ирина, благодаря которой мы и познакомились с Мишей. Она была все такой же, какой я ее запомнила: кудрявая, воздушная и свободная, как порыв ветра.

Из развлечений нас ждали коктейли из супермаркета в бутылочках с привлекательными наклейками, заранее заказанные роллы и разговоры, которые, казалось, тщательно прослушивались Мишей.

Когда мы разместились в гостиной за небольшим столом, я наивно поинтересовалась:

- А кто-то еще придет?..

Прежде, чем Настя успела ответить, вмешалась Ира, которая, как оказалось, была чуть менее легкой и воздушной, чем мне показалось с первого раза:

-Ой, ну конечно же нет! Ведь мы единственные, кто прошли одобрение со стороны его величества Михаила Великого!..

- Ир, ну, не надо!.. – обратилась к ней Настя, делая глоток из бутылочки с ярко-синим содержимым.

- Что – не надо?.. – возмутилась та. – Что твоя школьная подруга Олеся вдруг оказалась блядью, потому что меняет мужчин тогда, когда ей этого хочется, не ожидая чьего-либо одобрения?.. Или что у твоей двоюродной сестры двое детей непонятно от кого, поэтому она не приглашена даже на свадьбу? Ань, кстати, - обратилась она ко мне, - а ты в курсе, что свадьбу оплачивает Михаил, поэтому список гостей утверждал именно он?..

- Неа, - я помотала головой. Впрочем, тогда я не знаю, как в этот список попала я сама…

- Ир, ну все логично же, - попробовала урезонить ее Настя. – Миша ведь тоже не миллионер… Мы пригласили столько гостей, сколько сможем принять…

- А могла бы и миллионера найти, - хмыкнула Ира, прикладываясь к содержимому своей бутылочки, которое было насыщенно-оранжевого цвета. – Насть, ну ты же такая шикарная девица!.. – покачала головой она. – Красивая, работаешь, сама себя обеспечиваешь, характер у тебя такой легкий!.. Впрочем, твой характер тут как раз тебя и подвел, - покачала головой она, - ты готова этому павлину всё прощать! Он же всего лишь архитектор, который руководит мелкой шарагой, а пафоса столько, как будто он – министр культуры!..

- Ира, ну, прекрати!.. – Настя сжала горлышко бутылки с такой силой, что он вот-вот должно было лопнуть под ее напором. – Миша – мой жених, и я люблю его!..

Ее прекрасная каштанововолосая подруга, кажется, хотела что-то возразить, но увидев, что в глазах невесты уже почти закипают слезы, решила этого не делать, и лишь присосалась к своей бутылке, осушив ее до дна.

- Настя, а что с Наташей?.. – попыталась сменить тему я. – Я, конечно, помню, что вы с ней не были подругами… С ней вообще сложно быть подругой, - фыркнула я. – Но… ты ее на свадьбу не пригласила?..

- А, Наташа… - как-то отрешенно повторила невеста. – Ань, я не знаю, ты в курсе, что у нее там были какие-то семейные дела?..

Я неопределенно пожала плечами:

- Ну, в общих чертах…

- Помнишь, ее свекры квартиру продали и переехали жить к ним с мужем? – я кивнула, Настя продолжила: - Ну, у ее свекрови характер очень… Короче говоря, у нее свекровь – Гитлер в юбке, - тяжело вздохнув, сообщила девушка. – Все должно быть ровно так, как она сказала – и никак иначе… Ну, Наташа немного побесилась, понадеялась, что ситуация сама как-то уляжется, но ее эта старая мегера так допекла, что она подала на развод и уехала к родителям к деревню.

Мне показалось, что мои глаза стали как два блюдца – судорожно прихлебнув из своей почти опустевшей бутылки, я поинтересовалась:

- А зачем к деревню к родителям-то? Тут в городе цены на аренду вполне приемлемые, можно было бы и снимать… Ну и плюс если квартира куплена в браке, то Наташа и ее ребенок имеют право на свою долю…

Настя махнула рукой:

- Ну, во-первых, после того, как Наташка подала на развод, оказалось, что она беременна… И она бы не потянула двоих детей в декрете…

- А алименты? – искренне возмутилась я. – Хотя, если Наташа в положении, хрен их просто так разведут…

- Ой, ты же знаешь Наташку! – едва не взвыла Настя. – Она же гордая: на алименты она подавать не хочет, говорит, что сама справится!.. И квартира ей не нужна – ну тут уже, по-моему, дело принципа – она сказала, чтобы они этой квартирой подавились!..

Я ошарашено покачала головой, представляя еще довольно молодую Наташу, вынужденную уехать к родителям и сесть им на шею. Теперь из-за декрета она вынуждена была на некоторое время забить на карьеру, которая у нее и до этого не сказать, что летела в гору. С другой стороны, я даже немного позавидовала тому, что она могла вот так просто приехать к родителям и свалить на них свои проблемы – у меня такой возможности не было просто физически. Надеюсь, отношения с ними у Наташи были лучше, чем со свёкрами…

- А что ее муж?.. – поинтересовалась я.

- А что муж? – тряхнула головой Настя. – Я не в курсе, что конкретно у них там происходит – сама говоришь, что мы с ней подругами никогда не были, - но, видимо, все происходит с его молчаливого согласия…

Ира хохотнула:

- Типично мужское поведение!.. Не знаю, что именно у них произошло, но, если уж он притащил своих родителей в свой дом и позволил своей матери командовать своей женой – видимо, ценность этой жены для него где-то после «посидеть с мужиками в гараже» и «выгнать бомжа из подъезда»!.. Давайте же выпьем за то, чтобы в Настиной новой семье она всегда была для мужа на первом месте, и тот всегда выполнял все ее желания!.. – провозгласила девушка.

Мы открыли по новой бутылочке и звонко чокнулись, хотя после недавних нападок Иры на Мишу этот тост звучал несколько неискренне… Я поймала себя на мысли, что хочу как можно быстрее оказаться дома и обсудить с Ваней ситуацию Наташи – мы любили с ним обмусоливать подобного рода юридического рода «сплетни».

За весь вечер Миша позвонил Насте только один раз – и она, бросающая периодически быстрые взгляды на свой телефон, лежащий рядом с ней на столике, радостно сорвалась разговаривать с ней на кухню.

- Слушай, тогда, в марте, на выставке… - начала я, но Ира меня довольно резко перебила:

- Когда Настя встретила этого нарцисса и влюбилась в него… Блин, я аж жалею, что пригласила ее туда!.. Ой, извини, ты что-то сказать хотела – продолжай!..

Я усмехнулась – видимо, Ира знала об отношениях Миши и Настя немного больше, чем я, - но продолжила:

- …мне так понравились твои картины!.. Они такие… легкие, воздушные!.. В них все движение направлено вверх!.. И я тогда подумала, что мы транслируем в окружающий мир то, чем мы наполнены… Если бы я была художником, у меня явно бы получались исключительно… - я задумалась на секунду, а потом продолжила: - …провинциальные пейзажи в стиле Иеронима Босха, как минимум!..

Ира хохотнула, а потом как-то задумчиво отозвалась:

- Не знаю, Ань… Я ведь работаю дизайнером в крупной компании, и… Скажу тебе так: за последние пятьдесят лет мало что поменялось. За то, чтобы тебя признали, приходится биться не на жизнь, а на смерть вот с такими вот… как ее Миша, - презрительно скривилась девушка. - Так что у меня из легкости – только умение легко посылать н*х*й…

Я усмехнулась – когда я работала в службе безопасности, когда-то, уже тысячу лет назад, мне приходилось встречаться с неким недоверием и неприятием просто потому, что эта профессия считалась изначально мужской. Кстати, социальное давление – совместно с другими факторами, конечно же, - все же сделало свое дело - я уволилась, и с тех пор моя карьера тоже крутилась на уровне местечковых компаний, работать в которых было чуть лучше, чем помирать с голоду.

С кухни, наконец, прилетела Настя – ее «быстрый» разговор занял минут двадцать, однако выглядела она вполне довольной, и поинтересовалась:

- О чем болтаете?..

- О работе, - заверила ее Ира, протягивая той очередную бутылочку с ярким содержимым.

Глава 25

Думаю, описывать свадьбу Миши и Насти особого смысла нет: все было на удивление мирно, чинно и местами даже мило. Настя, в легком белом платье с кружевными вставками и рыжими волосами, уложенными в кажущуюся на первый взгляд небрежной прическу, казалась волшебной принцессой из сказки. Ее глаза искрились искренним счастьем, и, кажется, это передавалось и жениху, потому что вел он себя довольно адекватно.

Со стороны жениха действительно пришло немного больше человек, чем со стороны невесты, однако на фоне того, что в общей сложности гостей было что-то около тридцати, это не слишком бросалось в глаза. Немного бесили однотипные речи друзей жениха на тему «Вот и нашего Мишку охомутали….», «Вот и пал последний бастион свободы - Михаил», и все прочее, от которых хотелось прикрыть лицо рукой и предложить таким верным и любящим друзьям оставить своего Мишу при себе и не портить Насте жизнь. Особый оттенок лицемерия этому стэнд-апу у открытого микрофона, который никто не просил, придавало то, что двое Мишиных друзей явились на свадьбу с женами, а один – с девушкой. Они на остроумие своих мужчин реагировали довольно нейтрально: то ли действительно воспринимали эту как неотъемлемую часть семейной жизни, то ли просто старались держать лицо на чужом празднике жизни.

В общем и целом, все прошло довольно традиционно, и, лежа в своей постели в гостинице, я искренне радовалась тому, что «этот прекрасный день из жизни моих друзей» наконец-то закончился. Завтра нас ждала тусовка в более узком кругу в доме жениха, куда и должна была переехать Настя. Я бы, конечно, с удовольствием пропустила это важное мероприятие, но возможности как-либо отмазаться у меня не было – поэтому и пришлось идти.

Михаил жил в доме в пригороде, который находился буквально в двадцати минутах езды от центра города. Это был вполне обычный двухэтажный дом с чем-то вроде небольшого сада-огорода вокруг него, где, по всей видимости, придется трудиться Насте с наступлением первых теплых денёчков. Как хозяин гордо сообщил нам, этот дом он построил сам, по своему собственному дизайну и на свой вкус. Как на ухо мне сообщила Ирина, Миша просто немного перестроил и отремонтировал дом, который достался ему в наследство от бабушки с дедушкой.

Помимо молодых мужа и жены, праздновать второй день приехали мы с Ирой и еще двое Мишиных друзей, на этот раз – без своих спутниц. Интересно, почему они пришли сегодня одни?..

Сегодня Настя выглядела уже не так лучезарно, как вчера – кажется, у нее даже слегка припухли глаза. Хотя, может, плакала она от нервов: все же свадьба – хоть и приятное, но довольно энергозатратное мероприятие. Несмотря ни на что, она изо всех сил старалась быть радушной хозяйкой.

Пока гости усаживались за большим круглым столом на кухне, я незаметно ускользнула в гостиную и прошлась по ней, рассматривая декор. На стенах была расположена довольно внушительная коллекция разноцветных тарелочек, привезенных, видимо, из разных стран; висели несколько картин: как самого Михаила, так, видимо, и кого-то из его друзей – стили и настроения отличались настолько сильно, чтобы вряд ли работы могли принадлежать одному человеку.

- А ведь это все могло бы стать твоим… - раздался тихий голос сзади меня, я вздрогнула и обернулась, едва удержавшись, чтобы не врезать хозяину дома, который, как оказалось, уже некоторое время наблюдал за мной.

Я фыркнула:

- Миш, что – все?.. Мужчина средних лет, который сам еще не определился со своими амбициями?..

Миша, кажется, обиделся, но, чтобы не показать мне этого, усмехнулся:

- Ань, ну почему вы все меряете либо деньгами, либо амбициями?.. А как же любовь, уважение, время, проведенное вместе?..

- Миш, у тебя теперь законная жена есть, - напомнила я ему. – Почему ты с ней время не проводишь, а меня пасёшь?..

- А вдруг ты тут мои тарелочки в сумку запихиваешь?.. – неожиданно вполне искренне улыбнулся он, а потом обратился ко мне уже более серьезно: - Ань, пойдем на кухню, там уже все гости собрались!..

Меня усадили между Ирой и другом Миши, имя которого я, признаться, запоминать не планировала. Он весело обратился к Насте, которая сейчас выглядела немного напряженной:

- А почему ты вчера букет не бросала? Моя Ленка была бы рада поймать!.. – добавил он со смешком.

Я вспомнила, что это был тот самый друг Миши, который пришел на свадьбу с девушкой. Если верить его словам, та горела идеей стать его законной женой.

- Да как-то не до того было, - пожала плечами Настя.

- А что, считаешь, что в наше время муж – это такой важный трофей, что за него еще нужно бороться?.. – язвительно поинтересовалась Ира, и Настя тут же вскинула на нее глаза, явно умоляющие подругу помолчать.

- А, так ты, значит, та самая будущая владелица сорока кошек, - задумчиво протянул мужчина, внимательно разглядывая Иру. Глаза той закатились так стремительно, выражая полное презрение к невоспитанному мужлану, что я побоялась, что у девушки будут проблемы с тем, чтобы вернуть их обратно. Отвечать Ира посчитала ниже своего достоинства, и Мишин друг, решив, что это капитуляция, обратился ко мне: - Ань, а ты замужем? Или тоже предпочитаешь компанию кошек?.. – мерзко хохотнул он. Я внезапно поняла, насколько же мне повезло с моим Иваном: да, он был иногда грубым, прямолинейным, манипулятивным, но никогда – тупым и готовым оскорблять женщину, только потому, что она – другого пола.

Вмешался Михаил – впрочем, его реплику посчитать защитой моего достоинства я тоже не могла:

- Ты что, у Ани парень – полковник!.. Ты с ней поосторожней, а то она подумает, что ты хочешь ее обидеть, и мы тут все будем лежать мордой в пол!.. – друзья Миши снова заржали, Настя слабо улыбнулась, Ира вновь закатила глаза. Сам Миша смеялся, даже не представляя, что то, о чем он говорил, было совсем не шуткой, и ему уже однажды довелось «лежать мордой в пол» благодаря Ваниному самодурству…

Я лишь поправила:

- Не полковник, а подполковник.

Дальше разговоры за столом шли в том же малопонятном мне русле. Хозяин дома и два его друга практически не обращали на нас внимания – видимо, подразумевалось, что мы должны были развлекать себя сами. Сейчас Миша ни капли не походил на того человека, который в кофейне изумлялся тому, что мой любимый художник – Босх. Я искренне не понимала, что наша искренняя и энергичная Настя нашла в этом абсолютно поверхностном человеке.

Мы с Ирой сбежали довольно рано. На прощание Настя обняла каждую из нас и чуть ли не со слезами на глазах попросила не обижаться на шутки Мишиных друзей. Мы в один голос заверили ее, что на убогих не обижаемся, и покинули «гостеприимный дом» - как я надеялась, навсегда.

Было воскресенье – выходной день, и никаких особых планов у меня не было. Остаток дня я провела в своем номере в гостинице, иногда погружаясь в короткую дрему. Выныривая из обрывков сна, я брала в руки телефон, и мы переписывались с Иваном – сегодня он был гораздо более общительным, чем обычно.

На самом деле, я так давно не была наедине с самой собой, что эти полдня в чужом городе, в гостиничном номере, нужны мне были как воздух. А еще я поняла, что, кажется, соскучилась по своему сожителю – не как человеку, на чье плечо мне хотелось опереться, но… просто по человеку, с которым по вечерам мы вместе ужинали и обменивались такими скучными новостями из собственной жизни.

Глава 26

Хотя следующий день и был понедельник, проснулась я поздно и еще долго валялась в постели. Я должна была провести в этом городе еще один день – я записалась на сессию к Софье Николаевне на шесть часов вечера. Я хотела, конечно, попасть к ней в более раннее время, но это было единственное окно, в которое мне удалось записаться. Весь день я провела словно под действием лекарств: ты совершаешь все привычные действия, причем совершаешь их весьма точно, можешь даже довольно осознанно разговаривать с другими людьми – но в итоге совершенно не помнишь, что делал и с кем разговаривал. Я даже приехала на полчаса раньше – и все эти тридцать минут провела в коридоре на неудобной жёсткой скамейке.

Увидев Софью Николаевну, я обрадовалась, словно встретилась со старой доброй знакомой. С момента нашей последней встречи психотерапевт ничуть не изменилась.

- Анна, - обратилась она ко мне, бросив быстрый взгляд в свой блокнот, - Как ваши дела? Насколько я понимаю, вы приехали в наш город по делам?..

- Да, - кивнула я, - на свадьбу подруги… А дела… Не знаю даже, хорошо это или плохо, но многое изменилось…

Психотерапевт кивнула, словно я выдала ей действительно важную информацию, и поинтересовалась:

- Вы продолжаете принимать препараты, которые я вам прописала?

- Нет, - быстро отозвалась я. – Закончила по той схеме, которую вы мне расписали…

Женщина снова кивнула и снова что-то отметила в блокноте. Потом, оторвав, наконец, взгляд от блокнота, она посмотрела на меня сквозь стекла очков:

- И как вы теперь себя чувствуете?

Я на некоторое время задумалась, а потом озвучила то, что смутным ощущением сопровождало меня уже несколько месяцев, но четко сформулировать я это не могла:

- Знаете, я перестала испытывать все время тревогу. Она перестала быть фоном моей жизни…

- И… как вы себя чувствуете сейчас?.. – уточнила та.

Я пожала плечами:

- Да, собственно, никак… Вернее… Если случается что-то пугающее – то мне страшно. Если происходит что-то приятное – я радуюсь. Если кто-то рядом со мной ведет себя как последний придурок – я начинаю беситься… Кажется, именно так и живут обычные люди? – попыталась усмехнуться я.

Софья Николаевна лишь что-то неопределённо хмыкнула в ответ на мою попытку пошутить, а потом спросила:

- Анна, что вас привело сегодня в мой офис? Если честно, я не ожидала встретиться с вами вновь, - внезапно призналась она, и мне стало как-то неприятно от ее слов – словно я пришла не на прием к психотерапевту, а в гости к какой-то малознакомой женщине, которой я вдруг начала навязывать решение своих проблем. - У вас что-то случилось?.. – попыталась она как будто смягчить свой предыдущий вопрос.

Я боролась с желанием снова замкнуться в себе, и с огромным трудом все же выдавила:

- Можно и так сказать…

- Что-то хорошее или плохое? – уточнила она, видя, что я не стремлюсь сразу же делиться с ней всеми новостями.

- Я… не знаю даже, - призналась я и, внезапно для самой себя разрыдалась. Софья Николаевна все это время молчала, а я чувствовала, как напряжение последних месяцев покидает меня.

- Знаете, если бы кто-то буквально год назад сказал мне, что моя жизнь была довольно спокойной и размеренной – ни за что бы не поверила!.. – немного успокоившись, сквозь всхлипы сообщила ей я.

И я рассказала Софье Николаевне о том, что произошло за эти неполные полгода: о взрослой дочери Ивана, с которой мы были в весьма напряженных отношениях, о замужестве бывшей жены моего сожителя, ее беременности и бегстве ее недавнего жениха. Чтобы немного смягчить свой рассказ и показать, что не все в моей жизни так плохо, рассказала я и о новой работе, и о том, что помирилась со старой подругой.

- Понимаете, мне было гораздо спокойнее не знать обо всем этом, - подвела итог я. – Иван ведь очень долго изолировал меня от своей реальной жизни, и, как оказалось, в этом были свои плюсы…. Единственное, что меня мучило – это стыд, а сейчас… Сейчас в моей жизни появляются реальные проблемы, создаваемые реальными людьми и… я не знаю, как с этим всем бороться!..

- Ну, я могу вас поздравить, - сообщила мне психотерапевт, опустив локоть на ручку кресла, и подперла голову ладонью, - сейчас вы хотя бы пытаетесь контролировать собственную жизнь. А проблемы… Проблемы полезны – правда, лишь в определенной степени, - они помогают нам обрести уверенность в себе, когда мы справляемся с ними…

- Я не знаю, как с этим всем справиться, - снова всхлипнув, призналась я. - Мне хотелось бы, чтобы посторонние люди вроде бывшей жены Ивана с ее беременностью или его дочери появлялись в нашей жизни как можно реже!..

- Анна, но вы же понимаете, что это невозможно? – строго, словно учительница на уроке, посмотрела на меня психотерапевт. – У вашего партнера уже есть взрослая дочь, и она никуда не денется из вашей жизни: даже если она поступит в вуз, выйдет замуж, заведет своих детей – ничего из этого не гарантирует, что она не будет появляться на пороге вашего дома каждую неделю. С бывшей женой все несколько сложнее, однако и от общения с ней вы никак не сможете изолировать вашего партнера, пока их общей дочери не исполнится восемнадцать. Да, вы можете поставить ему ультиматум: либо вы, либо они. Но… вы ведь понимаете, каков будет ответ?..

Я кивнула. Софья Николаевна была права, и это вновь вернуло меня на дно отчаяния, где я и так периодически пребывала.

- И что, выхода нет?.. – горько усмехнулась я.

Женщина неожиданно тепло улыбнулась, и на секунду мне показалось, что она укажет мне на окно, но вместо этого она мягко проговорила:

- Выхода откуда? Анна, вы вовсе не попали в какую-то безвыходную ситуацию: тысячи людей живут так. Либо… вы всегда можете выйти из этих отношений, если минусы настолько перевешивают. Но… понимаете, совместная жизнь с кем угодно – это поиск компромиссов. Дочка вашего партнера – подросток, и, вполне естественно, что она считает вас соперницей, вытесняющей ее родную мать из круга ответственности ее отца, - пояснила Софья Николаевна. – Дети из дисфункциональных семей часто чувствуют себя ответственными за благополучие своих родителей; видимо, таким образом эта девушка и пытается обеспечить благополучие своих родителей – так, как она его видит. Вы… пробовали найти с ней общий язык?..

- Это невозможно, - покачала головой я. – Арина – это копия Ивана: деспотичная, контролирующая, уверенная, что только ее мнение – верное.

- То есть, именно таким вы видите и вашего партнера? – уточнила Софья Николаевна.

- Да, - кивнула я. – Но… понимаете… Сейчас Иван как будто бы научился слушать. Мы с ним что-то обсуждаем, находим какие-то компромиссы…

- Вы хотели именно такой динамики?

- Думаю, да, - кивнула я.

- Анна, мой следующий вопрос будет достаточно личным, - предупредила меня она. - Несколько месяцев назад вы рассказали мне о том, как оказались в отношениях с вашим мужчиной. И… - она замялась, подбирая нужные слова, - назвать это здоровым началом отношений язык не повернется… Но, вы как-то смогли это преодолеть и решили добровольно вернулись к нему и строить с ним отношения, так сказать, с чистого листа. А… что вы испытываете к нему сейчас?..

- Нежность, - не раздумывая, ответила я, - привязанность. Мне с ним… комфортно… Ну, пока его дочка между нами не встревает…

- Как вы видите ваши отношения в перспективе? Через год, через пять лет, десять? У вас есть какие-то совместные планы, или это просто переходный этап в вашей жизни?

Я снова надолго задумалась, а потом честно ответила:

- Я…я не могу строить какие-то планы на нашу собственную жизнь - просто потому, что не знаю, какая новая проблема выскочить в следующий момент!.. Что нового выкинет его дочь, перед каким выбором вновь поставит…

- Анна, понимаете… вы не можете контролировать поведение его дочери – мы вообще не можем контролировать поведение других людей, как бы мы ни хотели этого, - медленно заговорила Софья Николаевна, потирая переносицу под очками. - Да, у вас есть проблемы – но они есть у всех. В принципе, вся наша жизнь – это постоянное решение каких-либо проблем. Если вас действительно так беспокоят… родственники вашего партнера, то попробуйте сначала обсудить это с ним. И… если для вас это настолько критично – взвесьте и решите, стоят ли эти отношения подобных жертв… - я смотрела округлившимися от удивления глазами на женщину, а она, словно не замечая, продолжала: - Я не могу дать вам какого-то волшебного рецепта, который решит все ваши проблемы в один миг. Но… я вижу, что кое-что в вашей жизни все же сдвинулось с мертвой точки. Не бойтесь принимать решения!.. В жизни вообще нет такого понятия, как правильное или неправильное решение – есть только наше субъективное отношение к ним уже в последующем. И… я бы все-таки рекомендовала сходить вашему партнеру к психотерапевту – парно или индивидуально, как вы сами решите.

На этой ноте мы попрощались. Время нашей сессии закончилось, и мне пора было возвращаться в гостиницу, где я остановилась.

Я вышла из здания бизнес-центра, в котором располагался кабинет Софьи Николаевны. Не знаю, чувствовала ли я себя разочарованной или же удовлетворенной. Наверное, я действительно хотела, чтобы психотерапевт выписала мне какие-то таблетки, которые помогли бы мне решить все мои проблемы разом – или хотя бы перестать их замечать. Или хотя бы одобрила мои действия и сказала бы, что мои выстраданные отношения с Иваном стоят все того, что мне приходится терпеть…

Я вызвала такси через приложение и тихо застонала, когда увидела, что время ожидания составляет около двадцати минут. Погода была промозглая, холод забирался под пуховик, забирая понемногу все то тепло, что было в моем теле. Я начала топтаться на месте, пытаясь согреться.

На той точке, куда я вызвала такси, было не очень многолюдно. Мое внимание привлекла молодая женщина, которая проходила мимо меня – внезапно она согнулась пополам, прижимая руки к животу, и тихо застонала. Я быстро направилась к ней и, слегка склонившись над девушкой, спросила:

- У вас все в порядке?..

- Д-да, наверное, - неуверенно ответила та, не поднимая на меня лица. – Живот что-то схватило… Я ребенка жду…

- Может, вам «скорую» вызвать? – быстро предложила я.

- Нет, нет, спасибо! – запротестовала она. – Меня тут недалеко муж в машине ждет… Можете помочь мне дойти?.. – все еще не разгибаясь, попросила она.

Я быстро посмотрела на приложение такси и, убедившись, что время у меня еще есть, ведь таксист почему-то наматывал круги по центру, подхватила женщину под руку и повела ее в ту сторону, которая она указала. Она висела на мне всем весом, и уже через пару десятков шагов мне начало казаться, что весит она далеко за сотню килограмм. Кроме того, девушка вцепилась в меня так крепко, что мне казалось, что моя рука вот-вот отвалится.

Мы отошли в переулок за бизнес-центром, где почему-то горел один единственный фонарь. Один из немногих припаркованных там автомобилей мигнул нам фарами, и мы направились в ту сторону. Я уже хотела подойти к водителю, но девушка попросила меня помочь ей сесть на пассажирское место. Я слышала, как щелкнул замок, но муж девушки почему-то не торопился выйти и помочь нам. Я потянула за ручку, открывая дверь, и заглянула в салон, намереваясь обратиться к водителю. Раздражение на его бездействие уже буквально переливалось через край, и я уже собиралась излить на него свой гнев, даже несмотря на девушку, все еще висящую у меня на плече.

Однако девушка, которая до этого еле передвигала ноги, вдруг навалилась на меня всем весом. Сначала мне показалось, что она потеряла сознание и просто повалилась на меня, однако уже через секунду поняла, что она толкает меня в спину руками, пытаясь затолкать в салон. Страха в тот момент не было – кажется, я не до конца понимала, что происходит. Рефлексы сработали быстрее разума, и я попробовала отбиться, но сильные руки уже затащили меня в салон. Я попыталась закричать, но мне приложили что-то к лицу и навалились сверху невыносимой тяжестью. Я дергалась, в безнадежной попытке пытаясь вырваться, но силы быстро покидали меня. Руки и ноги стали словно ватными, в глазах потемнело, и мое сознание отключилось.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге