Жнец на полставки
Глава 1.Санджа получает новую работу.
Холодный осенний дождь громко бил по крышам высоток Сеула. Ночь растекалась по городу тёмными и яркими красками. Спальный район еще гудел голосами сидящих в уличных палатках офисных работников, решивших выпить после долгого дня. Звук бьющихся друг о друга рюмок с соджу[1] смешивался со звонким смехом посетителей. Весь город жил своей жизнью: бурлящей, быстрой и стремительной.
Двое наблюдали за миром из тени. Чёрные ханбоки[2] позволяли спрятаться в темноте, а классический кат[3], был дресс-кодом в их профессии. Одна фигура огромной тенью возвышалась над второй. Широкоплечий высокий мужчина и хрупкая маленькая девушка, ростом не больше ста шестидесяти сантиметров. Она вечно поправляла кат и длинные одежды мужского ханбока, который был ей не по размеру.
Девушка что-то буркнула мужчине и пошла к шоссе, но он схватил её за воротник и потянул в сторону узких улиц. Она сопротивлялась, выплевывала ругательства, но мужчина был значительно сильнее неё.
Оказавшись в спальном районе, они остановились возле одного из домов в ожидании чего-то.
— И долго мы тут будем ждать? — спросила девушка, снова и снова поправляя сползающий на глаза чёрный кат.
— Пока не настанет время забрать тех, кого мы должны проводить. — произнес он низким грубым голосом.
— Обязательно забирать мальчишку? — спросила она, недовольно сморщила нос и клацнула зубами, откусывая часть ногтя.
Он шлепнул её по ладони и недовольно посмотрел на свою напарницу.
— Прекрати. Чего ты словно ребёнок ногти грызешь то?
— Что могу поделать, видимо при жизни привычка такая была, вот и осталась после смерти.
— Молодёжь. — Покачал он головой.
В одном из маленьких домиков на крыше, загорелся свет, а потом тут же потух.
— Пошли, уже скоро. — сказал мужчина, схватив девушку за воротник, и они растворились в воздухе чёрной дымкой.
Появившись возле старой обшарпанной двери квартирки на крыше, девушка пошатнулась и выругалась.
— Никак не привыкну к этому.
— Тш! — шикнул на неё мужчина. — Ждём.
Она демонстративно закатила глаза и села на пхёнсан[4], расположенный в центре площадки на крыше, откинулась на спину и раскинула руки в разные стороны.
— Развалилась тут. — Буркнул мужчина и сложил руки на груди. — Достался же мне такой непутевый стажёр.
В квартирке погас свет, послышались разговоры. Говорили двое взрослых и ребёнок. Он попросил пить. Мужчина закричал, по дому разнеслась ругань, и звук катившейся по деревянному полу бутылки. Вскрикнула женщина, заплакал мальчишка. Кто-то с кем-то боролся. Дверь вдруг открылась, и девушка, лежавшая на пхёнсане, дернулась, посмотрев на тех, кто вышел из дома. Они не могли видеть её. Женщина боролась с мужем который вонял выпивкой и сигаретами. Он толкнул её. Тело со всей своей тяжестью упало на пол, женщина ударилась головой о что-то тяжёлое и больше не зашевелилась. Пьяница закричал на неразборчивом корейском. Мальчишка вскрикнул и побежал вперёд босой, в одной футболке и нижнем белье. Испуганный, весь в слезах.
— Последуй за ним. Он попадёт под машину, ты его заберешь, а я заберу ее. — быстро кинул мужчина в кате и наклонился над упавшей женщиной.
Девушка кивнула и нехотя поплелась за мальчиком, который бежал и спотыкался, разбивая себе коленки и руки до крови. Он несся вперед не оглядываясь, так что девушке приходилось тоже бежать, что очень сильно ее злило. Мальчишка пролетел по узким улицам, все быстрее приближаясь к проезжей части.
«Скоро все закончится» — подумала она, догоняя уже совсем ослабшего мальчишку.
Послышался гул моторов машин, и она приготовилась к тому, что ей в скором времени придётся забрать душу этого несчастного мальчишки.
— Остановись, щенок! — крикнул мужчина, что только недавно был на крыше.
«Конечно, сонбэ[5] не остановил его» — подумала она, закатывая глаза и бухтя на него.
Мальчишка в страхе обернулся, закричал и побежал быстрее.
Скрип колес и визг тормозов смешался со звуком сигнала машины. Запахло паленой резиной, и девушка поморщилась. На мальчишку, попавшего под автомобиль, смотреть ей не хотелось. Но, так или иначе, ей придется его забрать.
Она подошла ближе и увидела маленькое тело в луже крови. Сильно ударился головой, и теперь его жизнь висела на волоске. Толпа на обочине загудела. Водитель вышел из машины и отшатнулся от мальчика.
«Какие эти люди медлительные» — подумала она, смотря на умирающего ребёнка.
Его душа появилась рядом с телом, сразу же, как он перестал дышать. Ему на вид было от силы лет одиннадцать. Совсем юный. Жить да жить.
Она подошла к нему и хлопнула по плечу.
— Ну что ж. Твоя жизнь окончена. Я отведу тебя в место, где ты сможешь остановиться, пока не переродишься вновь.
Мальчишка, ничего не понимая, сначала посмотрел на свое тело, лежавшее на земле, а потом поднял на нее взгляд. Глаза медленно наполнились слезами, и она подумала, что лучше это скорее закончить.
— Я не хочу умирать… — честно признался он. — Я о стольких вещах мечтал. Я столько всего хотел сделать.
— Увы, но ничего не поделаешь. Пошли. — Она схватила его за небольшую ручку и потянула за собой. Но он вцепился в нее зубами и больно укусил.
— Я не пойду никуда! Я хочу исполнить свою мечту! Вы же тоже о чем-то мечтаете?
«О вкусном обеде» — подумала она, закатывая глаза.
— Я умерла, о чем мне еще мечтать, глупый мальчишка?
— Ну, у вас же была мечта до вашей смерти.
Она дернулась, словно он только что влепил ей хорошую пощечину, так что звездочки полетели из глаз.
Девушка укусила один из недогрызенных ногтей и нецензурно высказалась. Так что мальчишка удивленно раскрыл глаза и часто заморгал.
— Залезай обратно. — Подтолкнула она его к телу, вокруг которого уже столпились люди, кто-то делал мальчику массаж сердца и оказывал первую помощь.
— Что? — удивился он неожиданному предложению.
— Говорю, лезь обратно. Исполняй свою мечту. Скажу в Совете, что они ошиблись, и ты не умер. Вон они почти спасли тебя, если я сейчас не заберу твою душу, ты будешь жить.
Она вновь подтолкнуть его к телу. Мальчик удивлённо посмотрел на девушку, но все же вернулся в тело. Она даже не подозревала что это сработает. Мальчишка задышал, вокруг него столпилось еще больше людей и работников службы спасения.
— Ой и достанется мне. — заключила она, смотря как мальчишку грузят в машину реанимации.
Она обернулась посмотреть не наблюдает за ней сонбэ и увидела гнавшегося за мальчишкой мужчину, который спрятался в тени деревьев и с полным ярости взглядом наблюдал за своим сыном.
***
Санджа резко проснулась. Старенький хит айдол группы LMN разносился по всей комнате. Перекосившиеся очки на переносице оставили красный след. Шея затекла от неудобной позы, в которой она уснула после работы до поздней ночи. В окна бил яркий солнечный свет, значит она вновь проспала.
— Опять этот сон снился. — Она сняла очки и надавила на глаза.
По маленькой комнатке вновь раздалась бодренькая музыка. Звонил телефон.
Она провела руками по столу, разгребая кучу бумаг, фотографий и журнальных вырезок. С каждой на нее смотрел мужчина айдол. Санджа раскидала фотографии по полу, пытаясь найти телефон, на который кто-то продолжал настойчиво звонить. Яркие картинки полетели в разные стороны, и красавчик высокомерно и осуждающе посмотрел на сидящую в кресле Санджу, что так и продолжала раскидывать бумаги по квартире, ища телефон.
Раскопав его на третий звонок, она с опаской подняла трубку.
— Санджа! — противный голос на той стороне провода, заорал, казалось бы, во все горло.
— Да, начальник Пак!
— Я звоню тебе уже в шестой раз. Где тебя носит?! Ты должна уже быть на работе!
Санджа отодвинула трубку от уха, покачала головой, шепотом выругалась и ответила начальнику вежливым тоненьким голоском.
— Я уже в дороге. — крикнула она, стуча по телефону, и создавая искусственные помехи. — Тут такой шум, я ничего не слышу!
— Чо Санджа! Ты опять за своё? — крикнул господин Пак. — Чтобы через полчаса была на работе, иначе не видать тебе места менеджера.
— Уже бегу, господин Пак. Вы только моргнете я буду уже на месте. — произнесла она мягким, покорным голосом.
— Быстро!
Санджа улыбнулась в трубку и отключила звонок. Улыбка сползла с лица, и она страдальчески застонала, растрепав и так торчащие в разные стороны волосы.
— За что мне все это? Наверное, в прошлой жизни я уничтожила страну, раз в этой так приходится пахать.
Она тяжело вздохнула, поплелась в ванную и вскрикнула, увидев существо, смотрящее на нее из зеркала. Санджа поправила очки и намотала на палец, кудрявую прядь каштановых волос, торчащих в разные стороны. Хвостик, собранный ночью, растрепался и теперь волосы походили на большую копну каштановых завитушек.
Картинка так себе, но приводить себя в порядок, нет времени.
Почистив зубы, она кинула папку с бумагами, телефон и расческу в шоппер. Вызвала такси, попутно ища в куче белья чистые блузку и брюки. Стянула с себя заляпанную рамёном футболку и с размаху кинула ее в корзину для белья.
Телефон вновь зазвонил.
Посмотрев на смартфон, она поняла, что звонит другой мобильник. Взяв с полки старенький телефон раскладушку, которыми пользовались в начале 2000-х, на углу которого висел причудливый брелок в виде улыбающегося мальчишки в соломенной шляпе, она движением большого пальца открыла крышку. Увидев имя, что высветилось на крохотном экране, нахмурилась, закрыла крышку и закинула телефон туда же куда только что полетела футболка.
Писклявый звонок старенького телефона не унимался. Санджа продолжала его игнорировать, зашнуровывая ботинки.
Уведомление в приложение сообщило, что такси на месте и Санджа бросилась к двери. Если она доберётся вовремя, точно произойдёт чудо.
***
Санджа стояла, опустив голову, перед грузным мужчиной, чуть выше ее ростом. Свои черные волосы он вечно прилизывал таким количеством геля, что они не шевелились даже от вентилятора. Пак Кетон был её начальником уже больше трех месяцев. До сегодняшнего дня она числилась временным сотрудником QW Entertainment. И так и осталась бы временным сотрудником без контракта, но ей очень повезло, ведь одна из девушек вдруг решила выйти замуж и ушла с работы. Господин Пак предложил свободное место Сандже. Все удивлялись и поражались тому, почему он так решил. Ведь она часто опаздывала на работу, иногда разрушала все вокруг и засыпала на рабочем месте. Но выполняла свою работу добросовестно и быстро. Даже когда опаздывала, оставалась сверхурочно. Всегда чётко исполняла свои обязанности и на удивление всем сдавала отчеты вовремя.
Сколько бы не шептались за спиной у Санджи, она была счастлива, что теперь станет постоянными работником в компании. Да и ещё сразу же переведут на новое место работы: на время больничного менеджера одного из айдлов. Именно поэтому она всю ночь изучала материалы про артиста, с которым ей придется работать.
— Санджа, я просил тебя не опаздывать! Мне нравится, как ты работаешь, но эти опоздания нарушают трудовую дисциплину.
— Простите, господин Пак, такого не повторится. Просто я всю ночь изучала материалы, что вы дали о Чжан Леи. Поэтому сегодня проспала. — Она не осмелилась, поднять голову. Потерять работу, даже не приступив к ней, не хотелось.
— Хорошо. Надеюсь, такого больше не повторится. Сегодня я представлю тебя ему. Ты будешь работать его менеджером на месяц, пока Юншик находиться в больнице.
— Я поняла! — она наконец-то подняла взгляд и энергично закивала.
— Смотрите какая бодрая. Посмотрим, как заговоришь через неделю, у Чжан Лея есть ряд требований к менеджерам. Ты должна будешь приходить в любое время, если ему понадобится, должна знать все его предпочтения в еде, без ошибок следить за его расписанием и не задавать слишком много вопросов.
— Хорошо! Я все это изучила и запомнила. Обещаю, я вас не подведу!
— Ладно. — Господин Пак тяжело вздохнул, посмотрел на Санджу и удрученно покачал головой. — Чжан Лей приедет через несколько часов, ты пока сходить в костюмерную и отдай вот этот список.
Он протянул Сандже большую папку с бумагами и, развернувшись, ушёл раздавать указания остальным.
Санджа застонала, посмотрев на папку. Она не позавтракала, не выпила кофе, хотела ужасно спать. Но не могла сейчас отступит, когда есть возможность показать себя. Обхватив папку с бумагами покрепче, она решила все же заглянуть в свой отдел.
В отделе по обеспечению все вновь о чем-то шушукались. Казалось обсуждать всех и всё входило в их повседневную обязанность. Кан Ёнми была королевой этого дворца сплетен. То, что у нее есть уши везде, было не просто догадкой, а фактом.
И вот сейчас, когда Санджа зашла в отдел, Ёнми вновь о чем-то секретничала с одной из коллег. Стоило Сандже поздороваться с остальными сонбэ, как болтливая коллега тут же подлетела к ней и стала щебетать, словно воробей ранним летним утром.
— Онни[6], слышала, что тебя приняли на постоянную работу! — восторженно пискнула она и хлопнула в ладоши. — Поздравляю! А ещё я слышала, что тебя назначили менеджером Чжан Лея. Как же тебе повезло. Он такой красавчик! Правда говорят характер у него не очень, — вздохнула Ёнми, не переставая говорит и говорить.
Санджа криво улыбнулась, пытаясь что-то вставить между бесконечным потоком слов, пробралась к своему столу и с шумом положила папку, надеясь, что Ёнми как муха испугается и улетит. Но та продолжала жужжать.
— До меня дошли слухи, он отправлял своего менеджера среди ночи покупать еду. А ещё он вечно придирается по поводу одежды. Пусть он, красив, отлично танцует и поёт, характер у него, кажется, скверный. — Она присела на край стола Санджи и, вероятно, не собиралась уходить.
Санджа удрученно посмотрела на нее и спросила:
— Ёнми, у тебя разве нет работы?
— А ещё, — не унималась Ёнми, но теперь её голос звучал тише, и она склонилась ближе к сидящий за столом Сандже. Потом оглянулась по сторонам и продолжила. — Кто-то хочет даже убить его.
Санджа удивлено посмотрела на Ёнми, поправила очки и также шепотом спросила.
— С чего ты это взяла?
— С недавнего времени кому-то из наших артистов приходят странные письма, где говорится, что его в скором времени ждёт смерть. Я слышала, что это Чжан Лей. Поэтому он стал нервным. Может его менеджер тоже, поэтому попал в больницу. Все это странно. — она все так же сидя на краю стола и прикусила нижнюю губу, накрашенную ярко-малиновым тинтом.
— Ёнми! — раздался грубый голос начальника отдела. Она тут же подскочила и быстро пошла на своём место.
Санджа, прикусили край ногтя, с силой сжав его зубами. Значит письма с угрозами.
Кто же желает смерти Чжан Лею? Санджа сжала зубы, и кусок ногтя оказался во рту.
— Тьфу, что за дурацкая привычка, — она выплюнула ноготь в рядом стоящую корзину и хлопнула себя по губам.
На телефон пришло сообщение:
«Через час жду в гримерке Чжан Лея. Сегодня же приступаешь к работе.»
[1] Соджу - традиционный корейский алкогольный напиток
[2] Ханбок — корейский традиционный костюм.
[3] Кат —тип корейской традиционной шляпы, которую носили мужчины вместе с ханбоком.
[4] Большой настил для отдыха на природе, часто его устанавливают на крышах.
[5] Обращение к старшему коллеге.
[6] Обращение младшей девушки к старшей по возрасту.
Глава 2. Носки с бананами
Чжан Лей читал очередное письмо, которое кто-то подкинул под дверь квартиры. Вырезанные буквы из газеты говорили о том, что в скором времени ему придется вернуть все долги угрожающему, иначе его ждёт смерть.
Он с яростью смял листок бумаги. У него хватало хейтеров, которые частенько поливали его грязью, после ухода из группы, но угрозы смерти он получал впервые. После решения заниматься сольной карьерой фанаты обвиняли его в предательстве. Он долго и упорно шёл к тому, чтобы завоевать их доверие вновь. Проводил много времени в репетиционных залах, писал музыку, снимался в рекламе и принимал участие в шоу. Не спал ночами, не попадал в скандалы и следовал своей мечте.
И теперь эти письма.
Он тяжело вздохнул и посмотрел на часы.
Сегодня ему наконец-то дадут нового менеджера на время отсутствия Юншика. Чжан Лей не очень любил привыкать к незнакомым людям, поэтому надеялся, что тот, кого к нему поставят, будет соблюдать все его требования. И ещё что Юншик выпишется как можно скорее.
Машина остановилась возле здания компании, он надел маску и натянул чёрную кепку на глаза.
В большом холле его встретил господин Пак, что был ответственен за персонал. Начальник отдела не нравился Чжан Лею, часто подлизывался и лицемерил. Такие люди раздражали и бесили его. Ждать от них можно было чего угодно: клеветы, предательства и ножа в спину. Как только ты им станешь не нужен они отвернуться от тебя и найдут того, кому лучше устелить дорожку.
Они зашли в комнату ожидания, выделенную совсем недавно для Чжан Лея, и господин Пак произнес:
— Я уже назначил сотрудника, что будет замещать Юншика. В скором времени она подойдёт к нам. Правда, сразу предупреждаю, она немного странная...
— Она? Это девушка? — перебил Чжан Лей господина Пака.
— Да, этот сотрудник девушка. Тебя это смущает?
— Нет, просто переживаю справиться ли она.
— Я уверен, справиться. Тем более это всего на месяц. Не переживай. — Господин Пак улыбнулся, и посмотрел на телефон. — Она должна быть уже здесь.
Он явно нервничал и часто поглядывал на экран смарфона.
— Хорошо, — произнёс Чжан Лей и сел на небольшой кожаный диванчик. Сразу потянуло в сон. В последние дни его мучали кошмары из жизни, которую он хотел забыть. Веки стали тяжелыми, и он поддался усталости.
Когда в дверь постучали, он резко дернулся, выныривая из оков сна, который в очередной раз оказался тревожным.
Господин Пак открыл дверь, и в комнату вошла сотрудница.
— Это твой новый менеджер. Чо Санджа. — представил ее господин Пак.
Чжан Лей встал с дивана и внимательно посмотрел на девушку, покорно стоящую перед ним. Услышав свое имя, она склонилась на девяносто градусов и протараторила в пол.
— Здравствуйте, я буду стараться сделать вашу жизнь комфортнее. Звоните в любое время дня и ночи, я появлюсь у вашего порога в один миг. — Она тут же выпрямилась и улыбнулась широко и приветливо.
Он приподнял козырёк кепки, рассматривая ту, что стояла перед ним. Мешковатые брюки, явно ей не по размеру, сидели отвратительно, рубашка, неряшливо заправленная в них, выбилась с боку. Странный вязаный жилет на крупных чёрных пуговицах совершено ей не подходил. Она часто поправляла круглые очки и заправляла за ухо, выбивающуюся из хвостика, кудрявую прядь.
Вновь осмотрел её с головы до ног и его взгляд зацепился за яркие носки, выглядывающие из-под брюк. Синие с большими жёлтыми бананами. Он отвернулся, вдохнул больше воздуха и вновь повернулся к Сандже. Но взгляд снова упал на носки. Он сжал губы, чтобы не засмеяться.
— Чжан Лей, — обратился к нему господин Пак.
Санджа больше не улыбалась, она серьёзно смотрела на него. А он казалось ещё немного и взорвётся от смеха. Эта девушка просто вверх безвкусия и несуразности.
Он совладал с собой и протянул ей руку.
— Ну что ж, давайте поработаем вместе. Позаботься обо мне.
Она улыбнулась, пожала руку Чжан Лею, обхватив двумя руками.
— Сделаю все, что возможно! Ваша жизнь будет в безопасности!
Господин Пак громко прочистил горло и надулся как жаба. Что это значит?
Чжан Лей отпустил руку и неловко потер шею.
— Ну что ж, Санджа, тебе все понятно по рабочим задачам? — нарушил, повисшую между ними неловкость, господин Пак.
Она энергично закивала головой и вновь заулыбалась. И Чжан Лей вдруг подумал, что она вряд ли справится с обязанностями менеджера. Она была ниже его ростом, хрупкая и маленькая. Выдержит ли она тот темп жизни, который он вел?
— У вас есть моё расписания? — он обратился к ней, успокаивая себя, что это всего лишь на месяц.
— Конечно, есть! — она помахала папкой с бумагами перед его лицом. — Сейчас у вас по расписанию посещение студии звукозаписи.
Она уверено ответила, даже не заглянув в бумаги, значит подготовилась.
— Машину водить умеете? Я привык, что меня возит менеджер, а не водитель.
— Конечно!
Она отвечала быстро с тёплой улыбкой и вежливостью. Казалось, её энергии, хватит ещё быть менеджером и у другого артиста. Чжан Лею это не нравилось. Будто Санджа хочет казаться такой. Словно желала угодить ему.
— Ну что, мы отправляемся в студию звукозаписи? — спросила она.
— Да. Пойдемте. Не стоит задерживаться, чтобы не отставать от расписания.
— Подождите. — Улыбнулся господин Пак, положив руку на плечо Сандже, отвёл в сторону и начал шептать ей что-то на ухо. Шёпот оказался слишком громким, поэтому Чжан Лей все прекрасно расслышал.
— Прощу тебя, Санджа, только без твоих глупостей.
— Конечно, — громко ответила она. — Я постараюсь, чтобы окружающий меня мир остался целым.
Господин Пак испуганно уставился на Чжан Лея и криво улыбнулся. А ему оставалось только гадать, что все это значило.
***
К концу дня он понял, что значили слова Санджи. Ведь вокруг нее все и правда рушилось. Пока они шли до студии звукозаписи, она сшибал один из рекламных стендов, зацепила его большой сумкой, в которую она сложила, по её словам, все необходимое для него. Стенд упал и крепление сломалось. Она долго извинялась перед другими сотрудниками, кланяясь и обещая, что все исправит и возместит.
В студии, пока Чжан Лей работал, прослушивая аранжировки бедующих песен, Санджа заснула на диване в обнимку с этой большой несуразной сумкой. Её очки сползли и повисли на кончике носа. Она громко сопела, поворачиваясь то на один бок, то на другой. Когда он позвал её, чтобы она принесла ему воды и кофе, она подскочила так резко, что очки полетели вниз, но на удивления Чжан Лея, она ловко их поймала.
Когда она вернулась с кофе, он заметил, что на этом странном жёлтом жилете появилось огромное коричневое пятно, а на руке небольшой краснеющий на бледной коже ожог.
Она поймала его взгляд на себе и смущённо сказала, что пока шла, споткнулась и разлила кофе на себя, но с ней все в порядке.
Санджа была стихийным бедствием, ходячей неприятностью. Разрушением!
— Если вам нужно избавиться от этого пятна, можете идти, — вежливо произнес он, возвращаясь к пульту и компьютеру.
— Нет, все в порядке. — Она отмахнулась. — Уже перевалило за полдень, вам принести обед сюда или вы пообедаете где-то в другом месте?
Чжан Лей посмотрел на часы и ответил:
— Здесь через дорогу есть ресторанчик, днем там почти никого нет. Можем сходить туда.
Он закрыл ноутбук и надел все это время лежавшие рядом с ним кепку и чёрную маску. Санджа тут же подскочила с диванчика и перекинула лямку сумки через плечо. Но Чжан Лей остановил её.
— Прощу вас, снимите этот жилет. Выглядит ужасно.
Она часто захлопала ресницами, не понимая, что он хочет. Потом хлопнула себя по лбу и тут же начала расстёгивать пуговицы.
— Сказали бы раньше, что он вам не нравится. Я посылаю фотоотчёт маме, которая живет на Чеджудо[1] каждый день. А это её подарок, поэтому решила порадовать, надев в первый день, когда меня приняли на постоянную работу.
Чжан Лей вежливо улыбнулся, не понимая, зачем ему эта информация. Санджа свернула жилетку и быстро запихала в сумку. Потом открыла перед ним дверь, приглашая пройти вперёд.
Он снова поймал себя на мысли, что они не сработаются и по его подсчётам она сбежит через неделю, или у него просто кончится терпение.
Оказавшись на улице, Чжан Лей глубоко вздохнул, наполняя лёгкие кислородом. Пусть здесь в мегаполисе воздух не был таким чистым, но он много времени проводил в студии звукозаписи и репетиционном зале, оттачивая свои танцевальные навыки. Иногда ему приходилось там ночевать. Он давно не смотрел на мир спокойно, без спешки. Вечно куда-то бежал, пытался доказать фанатам, что он достоит их любви. Мало кто верил, что у него получится построить успешную сольную карьеру после ухода с группы.
Чжан Лею вдруг захотелось остановиться, поднять голову вверх и посмотреть на небо, которое пряталось за длинными стеклянными телами небоскрёбов. Он запрокинул голову назад и посмотрел вверх. Белые облака плыли по синему полотну. Они никуда не спешили, продолжая медленно рассекать небо.
Когда его жизнь превратилась в бесконечную гонку с самим собой?
Звук скрежета колёс расколол пространство. Запахло саженой резиной, кто-то закричал, и перед самым носом Чжан Лея пронеслось чёрное пятно. Мотоциклист врезался в придорожный столб. Кто-то из прохожих испуганно вскликнул.
— Ох, если бы вы не остановились и сделали ещё пару шагов, он бы врезался в вас, а не в этот столб. — голос нового менеджера, прозвучавший совсем рядом, вытащил Чжан Лея из оцепенения. Она была права. Всего один шаг и это могло стоить ему жизни.
— Вам повезло. — Санджа встала рядом и приподнялась на носочки, смотря на место аварии.
— Нужно позвонить в службу спасения. — Он смотрел на мужчину в шлеме, что лежал рядом с искорёженным мотоциклом и почти не шевелился.
— Это уже сделали другие. А вам лучше не вмешиваться, чтобы не попасть в сводки СМИ. Пойдемте, вы хотели пообедать.
Санджа говорила с Чжан Леем, но смотрела на пострадавшего. Её странный взгляд словно выглядывал что-то в небольшой толпе, что набежала за пару минут.
— С ним будет все хорошо. Идёте на обед?
— Аппетита пропал. Принесите мне перекус в студию звукозаписи. Пообедаю там. Себе тоже закажите.
— Хорошо! — она снова заулыбалась. Проводила Чжан Лея до входа и, поклонившись, последовала за обедом.
***
Оказавшись дома, Санджа скинула ботинки с ног, стянула носки с бананами и по пути в комнату закинула в корзину для белья. Её квартирка была совсем маленькой: спальня в которой стояла кровать и рабочий стоол, небольшая гостиная совмещённая с кухней, с небольшой электрической плитой и столиком на двоих и крохотная ванная.
— Проклятье! — выругалась она, кидая сумку возле рабочего стола, где, так же, как и утром валялись фотографии Чжан Лея. — Вот надо было ему остановиться? Все было так замечательно! Ещё один шаг и этот мотоциклист бы сбил его!
Она стянула с себя рубашку и кинула поверх сумки, надела огромного размера майку с большим улыбающимся пингвинёнком Пороро[2], и проклиная Чжан Лея, зашагала на кухню. Переступив порог, она громко вскрикнула, увидев за столом крупного мужчину средних лет, в чёрном ханбоке, поедающего ее последнюю пачку рамёна. Чёрный кат покоился на столе, мужчина с шумом затягивал длинную лапшу в рот.
— Сонбэним! — громко возмутилась Санджа. — Я чуть не умерла от испуга!
— Не драматизируй. Ты и так уже мертва! — он поднял кастрюльку и выпил оставшийся бульон.
— Вы сама любезность, сонбэ. Зачем вы пробрались ко мне? — фыркнула она, начиная убирать мусор, что ещё остался после вчерашнего ужина. Он обязательно ее отругает за устроенный бардак и беспорядок.
— Я тебе звоню уже второй день, а ты не берёшь трубку. — Пояснил он, ставя кастрюльку на стол и с довольным лицом откидываясь на спинку стула.
— Телефон куда-то задевался. — соврала Санджа.
— Вот этот? — он поднял со стола маленький красный самсунг раскладушку и покрутил его в руках, демонстрирую нерадивой напарнице. — Я нашёл его в корзине для белья.
Она посмотрела на красную вещицу в больших руках и отвернулась, чтобы он не видел, как она выругалась без звука.
— Санджа. — голос сонбэ стал серьёзным. — Можешь сколько угодно вести себя как маленький ребёнок, но ты обязана выполнить свое задание.
Санджа закинула в большой чёрный пакет упаковку от рамёна, который мечтала съесть, завязала ленточки и произнесла:
— Знаю, я знаю! Упущенная душа, должна быть возвращена на место. — На манер нравоучительного тона сонбэ произнесла она, а потом тише добавила. — И как вы через столько лет узнали об этом мальчишке?
— Просто кто-то, когда напьется, не умеет держать язык за зубами. Не помнишь, как три месяца назад на корпоративном ужине напилась и кричала всем что спасла мальчика, который на самом деле должен был умереть?
Санджа удивленно вытаращила глаза, а потом с силой ударила ладонью себе по лбу.
— Глупости совершать это ты у нас профи. А работу свою добросовестно выполнять не хочешь. — Буркнул старший.
— До сих пор злитесь?
— Конечно! Влетело то и мне, глупая девчонка. — Он снова заворчал как старый дед, прошелся к холодильнику ища, что еще поесть. Санджа посмотрела на валяющуюся, на столе пачку чипсов, стащила ее и спрятала за спину. Ничего не найдя в холодильнике сомбэ тяжело вздохнул.
Она виновато посмотрела на своего наставника, пряча последнюю еду в доме за спиной.
Сонбэ поднял с пола листок с вырезкой из журнала, который прилетел из спальни и посмотрел на улыбающегося со страницы Чжан Лея.
— Этот мужчина должен умереть, Санджа. У тебя есть сорок девять дней, чтобы он умер. Сорок девять дней, иначе твоя душа исчезнет в забвение, и ты больше никогда не сможешь вернуться к жизни как человек. Так что бери трубку Санджа когда тебя звонят старшие. Кроме возвращения потерянной души у тебя есть и основные обязанности жнеца. — он улыбнулся и кинул Сандже крохотный телефончик.
Она выпустила пакет чипсов из рук, потянулась вперёд, запнулась об мусорный пакет и завалилась на пол, но телефон поймала.
— Хорошо, сонбэ. — Она села на полу и демонстративно смахнула пыль с телефона.
Он покачал головой, пару раз цокнул и чёрной дымкой испарился в воздухе.
Санджа встала, отряхнулась, посмотрела на довольное лицо Чжан Лея, смотрящее на нее с вырезки из журнала, и застонала, с яростью комкая листок бумаги.
У неё есть сорок девять дней, чтобы забрать его жизнь. И один день она уже потеряла.
[1] самый большой остров и самая маленькая провинция Южной Кореи
[2] Герой южнокорейского компьютерного анимационного сериала
Междуглавие 1. Язык без костей.
3 месяцами ранее.
Хёкчжэ ненавидел корпоративы. Другое дело — посидеть дома и посмотреть сериал. Но ходить на корпоративное собрание раз в год было странной традицией, которую утвердила начальница Совета управления душами и уже десять лет все жнецы смерти собирались в ресторанчике, что держал какой-то старенький токкеби и выпивали вместе. Словно жнецам смерти это надо? Быть похожими на людей.
Санджа опаздывала. Как, впрочем, всегда. Они были напарниками уже пятнадцать лет. А она совсем не менялась. Непунктуальная, приносящая неприятности, с длинным языком без костей и кажется без тормозов.
Жнецы смерти один за другим стали появляться из пустоты, и он приветствовал их поклоном. Некоторые были старше его и служили жнецом уже несколько столетий. Некоторые совсем молоденькие: они кланялись ему, сгибая спину на девяносто градусов. Хёкчжэ, стоящий у входа в ресторанчик, все ожидал свою подопечную. Она появилась прям перед ним, оступившись и завалившись на землю. Подскочила на ноги, отряхнула свой ханбок и поклонилась.
— Здравствуйте, сонбеним. Я снова опоздала, но думаю мое отсутствие никто не заметит. — она улыбалась как всегда широко и искренне. Кажется, ее совсем не волновало, что кроме него с ней никто не общался. Просто Санджа редко следила за языком и в принципе общению с другими жнецами предпочитала оставаться дома и смотреть шоу со своими «красавчиками» (как она их называла). Но ведь Хёкчжэ был точно таким же и предпочитал одиночество. И он вполне отлично себе жил так сотню лет до тех пор, пока в его жизнь не ворвалась суматошная, взбалмошная Санджа.
— Идём. — он старался быть строже.
Она кивнула, затянула свой ханбок посильнее и зашагала вперед. Хёкчжэ вздохнул. Его интуиция подсказывала, что сегодня что-то случится и ему вновь придется за ней разгребать последствия.
И он не ошибся. После третьей бутылки Санджа встала из-за стола, стукнула стаканом по столешницы так что остатки ерша из пива и соджу расплескались в сторону, запачкав сидящих рядом с ней молодых жнецов.
— Смерть — это только начало! — выкрикнула она слова, значение которых, кажется, понимала только она сама.
— Санджа. — дернул ее за рукав Хёкчжэ. — Прошу тебя, сядь на место.
Но она не реагировала.
— А вы знаете что можно обмануть смерть? А, постойте. Это же мы смерть. Или посланники смерти? — она задумалась, а Хёкчжэ, предчувствующий беду, стал внимательно смотреть на коллег, которые теперь обратили внимание на его хубэ[1], даже те кому казалось было все равно на ее существование. — Ладно, без разницы. Так вот. Смерть. — она икнула. — можно обмануть. И я сделала это.
Предчувствие Хёкчжэ не обманула. Она собиралась совершить безумие.
— Санджа! — он подскочил, подбежал к ней и закрыл ее рот рукой — Помолчи. —процедил он сквозь зубы, пытаясь утащить от стола. Но она упиралась, откинула его руку и закричала.
— Я обманула смерть и спасла человека. Понятия не имею где он, но я точно его спасла. — Закончила она, снова икнув и отключаюсь, повиснув на руках Хёкчжэ. Множество глаз смотрели на него и напившуюся Санджу. Она не умела пить. Ему не стоило ей позволять напиваться. Ведь, как и в любом трудовом коллективе среди жнецов были те, кто не против распустить слухи, и он был уверен, что сказанные слова Санджой обязательно дойдут до начальства.
1.Хубэ - младший (необязательно по возрасту) по званию, должности, по положению сослуживец или учащийся младших классов
Глава 3.Пять способов убить человека
Санджа сидела в репетиционном зале, в ожидание, когда Чжан Лей закончит оттачивать движения танца для будущего клипа. Она уселась на пол, скрестила ноги и грызла карандаш. Время от времени она смотрела на айдола, шептала себя что-то под нос, а потом записывала в чёрный маленький блокнот. Доставала телефон, быстро набирала поисковой запрос в сети и вновь делала записи. Черкала, грызла карандаш и вновь черкала в блокнотике.
— Если отравить его, то первое подозрения упадёт на меня. И меня посадят в тюрьму. Хотя меня ведь никто не поймает, я сразу же испарюсь и дело с концом. Отличный план, запишем! Стоп, всегда нужен план Б. Если этот провалится, нужно еще несколько желательно штук пять. — она прикусила нижнюю губу, пожевала её и посмотрела на Чжан Лея, который танцевал.
Его майка пропиталась потом и прилипла к телу. Под влажной тканью виднелись кубики пресса. По лбу и шее стекали блестящие капельки пота. Санджа подметила, что они провели здесь уже несколько часов и за это время он практически не отдыхал. Лишь иногда просил воды и сухое полотенце.
Его движения были чёткими. Резкие рывки руками и громкие удары ногами о пол. Крамп, кажется так назывался этот стиль. Она читала о нем, когда изучала материалы о Чжан Лее. Как гласили эти же статьи, он танцевал очень искусно, и кто-то в интернете даже назвал его богом танцев и однажды так усердно тренировался, что проломал пол в зале.
Санджа оценивающе посмотрела на него. Высокий, около ста семидесяти восьми сантиметров. Спортивное телосложение, широкие плечи и сильные ноги. Ещё бы так колотить ими по полу. Темные волосы сейчас мокрыми сосульками липли к лицу. Улыбался он редко, но при каждой улыбке на правой щеке появлялась милая ямочка. Его белоснежна кожа так походила на фарфор. Возможно он отбелил ее специально. Его карие глаза были выразительными и чистыми. Санджа, помнила эти глаза. Именно из-за них она не смогла забрать того мальчишку, кричавшего о мечте. Интересно он исполнил её?
— Нет, столкнуть его с крыши не получится. — проговорила она вслух, отрываясь от созерцания крепкого тела Чжан Лея. — Он точно будет сопротивляться.
Музыка стихла.
— Что ты сказала? — спросил айдол, беря полотенце и подходя к уставившейся на него Сандже.
«Он не мог слышать» — пронеслось у нее в голове.
— Я? — притворилась она то ли, глухой то ли дурочкой.
— Ты.
— Ничего. Так глупости всякие. — улыбнулась Санджа, пытаясь увильнуть от ответа.
Чжан Лей нахмурился.
Она криво улыбнулась, подумав о том, что надеется закончить с этим делом как можно скорее. Превращается в пепел ей не очень хотелось-то.
— Санджа? — голос Чжан Лея прозвучал совсем близко, и она от испуга резко захлопнула черный блокнот с надписью Death Note. Санджа любила пересматривать это аниме. Может это ещё одна привычка из человеческой жизни?
— Я проголодался, но не хочу прекращать тренировки, можешь принести мне еду сюда?
— Конечно! — бодро ответила Санджа, быстро запихивая блокнот в сумку. — Что принести поесть?
— У тебя есть номер Юншика? — спросил он, а Санджа в ответ бодро закивала. — Позвони и спроси у него. Самое главное, я не могу есть острое. — Он протянул мокрое полотенце Сандже.
Она нехотя приняла его из рук айдола и подала чистое, взяв из стопки, что лежала рядом с ней. Чжан Лей накинул его себе на шею и вернулся к акустической системе.
Санджа скривившись, посмотрела на полотенце в руках, оставила бутылочки с водой на столе, и вышла из зала, набирая номер Юншика.
***
— У этого парня тридцать желудков что ли? — бухтела Санджа, заваленная пакетами с едой. Оказалось, Чжан Лей очень любит поесть. Когда она позвонила Юншику он с радостью начал перечислять всё то что его дорогой начальник айдол любит и не прочь съесть за один присест. На двадцатой позиции меню, Санджа сделала вид что связь прервалась. Выругалась и пошла во все названые Юншиком места.
Набрав еды, словно собиралась накормить слона, она с недовольством направилась в компанию и просто молила всех богов, чтобы не споткнуться. Но боги оказались глухими, и выходя из лифта, неся в зубах один из пакетов, она наткнулась на чью-то твёрдую грудь. Маленькая Санджа отскочила от неё словно мячик для пинпонга, запнулась о свои ноги и полетела на пол, раскинув руки в сторону. Чтобы хоть как-то спасти еду, она упала на спину, пакет что был у нее в зубах подлетел в воздух, раскрылся и на нее высыпались черные змеи из чанджанмёна[1]. Половина пакетов разлетелись в стороны, соус заляпал светлые брюки стоящего впереди, белую майку и джинсы Санджи. Её прекрасные носки с апельсинами тоже. Она их так любила, теперь вряд ли отстирает.
— Хвост кумихо[2] мне в задницу, все теперь испорчено! — громко выругалась она, перевернулась и села, смотря на разлетевшиеся в разные стороны пакеты.
— Думаю кумихо были бы против, если бы их хвосты совали кому-то в задницу. — Подметил мужской голос с хрипотцой.
Перед Санджой возникло улыбающееся лицо. Молодой парень с лисьим прищуром и каштаново-рыжими волосами смотрел прямо на неё и явно сдерживал смех.
Ей вдруг захотелось испробовать способы убийства, которые она придумала для Чжан Лея именно на нём.
— Санджа, забавное имя. — взгляд мужчины упал на бейдж, что висел у нее на шее.
Она со злостью перевернула его и, отряхнувшись от листьев салата и лапши, встала с полу. Посмотрела на масштаб катастрофы, щелкнула зубами по ногтю, а потом с силой хлопнула себя по губам. Оценив потери, проверила содержимое пакетов.
— Половину просто можно выкинуть. — буркнула она себе под нос. — Буду надеяться, что он наестся оставшимся.
Санджа надела на руку пакет и стала собирать остатки чаджанмёна.
— Это все из-за меня, давайте я вам помогу! — присел на корточки рядом с ней виновник случившегося.
Санджа ничего не ответила, посмотрела на мужчину, пытаясь испепелить его взглядом. Жаль, жнецы так не умели, она бы не отказалась от подобной способности с тем расчетом, что в мире слишком много говнюков.
— Джону! — кто-то позвал парня, и он повернулся на голос бегущего по коридору молодого человека. Подбежавший высокий молодой парень с короткой стришкой, выпучил глаза, смотря на странную картину, что нарисовалась перед ним.
— Намджун. Тут произошло небольшое ЧП. Это все из-за меня. Нужно помочь девушке. — улыбнулся Джону широкой улыбкой.
Намджун еще прибывавший в лапах шока смотрел то на Джону, то на Санджу, которая уже с яростью закидывала длинную черную лапшу в пакет. Телефон заорал о том, что кто-то очень желает с ней поговорить. Она выругалась, вновь упомянув бедных кумихо и их хвосты, сняла с руки пакет и взглянула на экран. Звонил Чжан Лей. Шумно выдохнув, она положила смартфон на плечо и прижала его щекой. И приготовилась говорить мило и любезно, продолжая собирать остатки еды.
— Алло, я скоро буду. Тут кое-что случилось. Всего мгновение, и я буду у вас!
Айдол тяжело дыша, переводя дух после танца, попросил поторопиться иначе они не смогут следовать расписанию.
Санджа еще раз пообещала скорее прийти и повесила трубку.
— Вот надо было мне во все это ввязаться! Как же бесит! Чего он такой трудолюбивый и педантичный? — она с яростью закинула последнюю часть лапши, встала и встретилась взглядом с Джону, что оказывается до сих пор стоял здесь.
— Вы новый менеджер Чжан Лея? — спросил наконец-то отошедший от шока Намджун.
— Менеджер Чжан Лея? — задал вопрос Джону повернувшись к длиновязому. — Как интересно. Я все же виноват, давайте помогу отнести все эти пакеты. Вы, наверное, несли обед ему.
Этот Джону сразу не понравился Сандже. Он был красив, приветлив и дружелюбен, но во взгляде читалось что-то странное, что она не могла понять. А если она не может чего-то понять, чувствует себя глупой. Быть глупой Санджа не любила, и так сонбэ часто ей об этом говорил. От Джону пахло дорогим парфюмом и богатством. На руке красовались дорогие часы, на шее висели украшения от именитых дизайнеров, в правом ухе красовалась серьга. Но еще от него пахло лесом и опасностью. Санджа вглядывалась в его улыбающиеся лицо, прищуриваясь и пытаясь понять, что скрывается за игривыми лисьими глазами.
— Джону, тебе скоро идти на интервью. — Намджун замялся на месте, пытаясь поторопить кажется никуда не собирающегося артиста. — А теперь твоя одежда еще и испачкана, тебе стоит переодеться.
— Но госпожа Санджа пострадала больше, мы должны ей помочь. — Джону указал на Санджу которая наконец-то подобрала все пакеты.
Намджун потер шею рукой, снова потоптался на месте.
— Все в порядке! Не волнуйтесь. Единственное, можете вызвать уборщицу, а то мои руки заняты, а здесь весь пол в соусе? — она мило улыбнулась.
— Но ваша одежда. Я должен купить вам новую. — запротестовал Джону, не унимаясь.
— Все в порядке! — уже громче заговорила Санджа, сдерживая гнев, подкатывающий к горлу. — Мне уже нужно идти.
Она развернулась на пятках и быстро зашагала прочь от этого приставучего, через, чур, вежливого парня.
— Я вас обязательно найду! — крикнул он ей в след. — Я не люблю оставаться в долгу.
«Надеюсь, мы больше не встретимся» — подумала она, ускоряя шаг.
***
— Я даже не хочу спрашивать, что произошло. — Чжан Лей смотрел на Санджу взглядом полным сочувствуя. Оставалось только гадать сочувствует он себе или ей.
Она виновато улыбнулась и стала раскладывать еду на столике в гримёрке. Вся её одежда пропахла соусом от чанджанмёна, в непослушных волосах кажется застряло кимчи или листья салата. Она злилась и закипала как чайник, но должна была прислуживать Чжан Лею. Как же её сейчас все раздражало. Как же просто хотелось пойти залезть на гору Пукхансан[3]и кричать на весь мир.
Чжан Лей перехватил у нее контейнер с кимбабом[4] и произнес:
— Приведи себя в порядок. На это невозможно смотреть, да и пахнет от тебя как от тарелки с лапшой. — сказал он честно, поморщив нос.
Санджа хотела было возмущаться, но Чжан Лей опередил ее.
— Ты мой менеджер и должна соответствовать. Я не хочу, чтобы по компании ходили слухи, что я над тобой издеваюсь, позволяя ходить вот так вот.
Он говорил серьёзно и Сандже пришлось его послушаться.
Она прошла в уборную, что была отдельно выделена для каждой гримерки айдолов, стянула с себя футболку и подставила под горячую воду. Так и держала, смотря на то, как прозрачная вода превращалась в коричневую, смывая черную жижу. Как случилось, так что она оказалась здесь? Притворяется человеком, прислуживает и лебезит перед всеми. А она хотела всего лишь отбыть свой срок наказания на службе жнецом и отправиться дальше в новую жизнь. Она не помнила, что натворила в прошлой, кем была и о чем мечтала. Но ёе наказали. Ведь при жизни она совершила преступление, о котором сейчас ничего не помнила.
Когда руки стало жечь она очнулась и затерла пятна мылом. Просушила футболку автоматической сушилкой для рук. Пятна были ещё видны, но уже не кричали о том, что Санджа неуклюже криворукое создание, готовое снести все на своём пути. Она посмотрела на свои волосы и вытащила из них кусочек битых огурцов и длинную лапшу. Выйдя из уборной, она виновато произнесла.
— Пятна все же остались. — она посмотрела на Чжан Лея, который с аппетитом поедал последнюю порцию жареной курочки.
«Точно три желудка» — подумала она, начиная убирать пустые контейнеры.
Жадно посмотрела на еду, поджала губы, чувствуя, как рот наполняется слюной, и начала убирать быстрее.
Чжан Лей, открыл один контейнер и протянул вперёд.
— У меня сегодня плотное расписание, поэтому тебе стоит тоже поесть.
Санджа кивнула в благодарность и села за столик. Она с аппетитом стала поглощать кимпаб.
Чжан Лей протянул ей пакет
— Что это?
— Футболка. Попросил принести из костюмерной. Не собираешься же ты вот так ходить? — он ткнул указательным пальцем на грязную футболку. И Санджа невольно подметила, какие у него красивые длинные пальцы и изящные для мужчины руки. — И ещё. Сегодня это первое предупреждение. Если совершить ещё два проступка что могут навредить моей репутации, нам придётся распрощаться.
Он говорил спокойно и без злости в голосе. Не ругал ее. Не кричал как это часто делал сонбе. И это ее пугало.
Санджа удивлённо выгнула бровь, осознавая, что ее задание может закончиться и, не начавшись. Ведь чтобы с ней не случалось подобных историй ей нужно сидеть дома и не высовывать носу.
— Хорошо, — выдавила из себя Санджа покорное согласие.
— Если ты доела, думаю нам пора идти. — Он ткнул в лежавшую рядом папку с расписанием.
Санджа запихнула в рот последний кусок кимпаба и быстро собрала мусор в пакет. Со скоростью света переодела в уборной футболку и заглянула в расписание.
Интервью. Они идут на интервью.
***
Расписание Чжан Лея было загружено, но большую часть времени он проводил в студии звукозаписи и тренировочном зале. Участвовал в небольших интервью с другими айдолами и принимал участие в разных шоу. Санджа проштудировала его расписание на месяц вперёд и поняла, что этот человек хочет успеть все, словно вскоре и вовсе умрет. Пусть так и должно случиться, но он же об этом не мог знать? Дорамы, рекламы, подготовка к сольному концерту, встречи с фанатами. Смотря на его расписания, она сомневалась, что он вообще спит. Жаль, что все это он и правда не успеет, ведь она обязана исполнить свой план.
Придя на интервью, у Санджи появилось немного свободного времени пока визажисты Чжан Лея наводили лоск на его лице. Она спряталась в тени, сев в самый дальний угол маленького конференц-зала, достала ноутбук и открыла свой чёрный блокнот, с символическим название. Пробежалась пальцами по клавиатуре и стала внимательно вчитываться в результат поискового запроса, крутя в пальцах карандаш.
— Пять способов убить человека? — раздался над плечом знакомый голос.
Санджа резко обернулась, так что заболела шея и увидела перед собой светящееся интересом лицо Джону.
— Может, стоит сказать Чжан Лею что его менеджер делает странные запросы в интернете? — он понизил голос, наклонился к ней поближе и подмигнул.
Санджа судорожно стала закрывать открытые вкладки, крутя в голове адекватные способы оправдаться.
— У меня есть хобби! — выпалила она громче чем нужно было.
— Убивать людей? — спросил Джону, сложив руки на груди.
«Бесит» — подумала она, захлопывая крышку ноутбука.
— Я пишу книги! — продолжала она врать. — Ну и иногда мне приходится искать в интернете разное. Исторические справки, название мест, как эффективно заткнуть рот надоедливым приставучим парням. — Она криво улыбнулась, бросила на Джону взгляд полный раздражения и покосилась на Чжан Лея, который теперь внимательно смотрел на них двоих.
— Очень интересное у вас хобби. Но думаю, лучше никому не знать об этом иначе люди могут подумать, что вы сумасшедшая. — Он говорил громче, поглядывая в сторону Чжан Лея, что уже шёл в их сторону.
«Я и правда готова стать сумасшедшей и убить тебя» — подумала Санджа, сжимая с силой карандаш.
— Джону, ты знаком с моим менеджером? — лицо Чжан Лея как всегда оставалось спокойным.
— Столкнулись сегодня у лифта. Забавная она, не находишь?
Казалось, они знали друг друга давно, но холод между ними заставил Санджу поежится.
Чжан Лей смотрел на Джону, а Санджа переводила взгляд с одного на другого. Вот сейчас этот хитрый лис расскажет о ее странном «хобби», а Чжан Лей отошлет её подальше от себя. Ее накажут, и она исчезнет без возможности переродиться. Но Джону хитро на нее взглянул и подмигнул. Словно хотел сказать: «Я сохраню твой странный секрет, но ты останешься у меня в долгу»
— Ты слышал, что случилось? — громко произнесла одна из визажистов, что только что приводила в порядок Чжан Лея, обращаясь к Намджуну. Санджа и двое стоящих с ней обернулись к девушке.
Намджун покачал головой в знак отрицания.
— Одна из девушек стажеров, что должна была в скором времени дебютировать была жестока убита в своей квартире. Это ужасно. Ее лицо и тело были изуродованы. Бедная девочка! — визажист покачала головой.
Санджа нахмурилась, Джону громко прочистил горло.
— А еще я слышала. — Теперь она говорила тише. — Что кому-то из наших айдолов приходят письма с угрозами.
Чжан Лей изменился в лице. Сглотнул подкативший ком к горлу и натянул на голову кепку, сжал кулаки. Санджа подметила, что он ведет себя странно, неужели письма с угрозами и правда приходят ему?
Зазвонил телефон. Монотонный рингтон заставил всех сначала искать источник странного звука, а потом обернуться к Сандже в кармане которой пиликал старенький телефон раскладушка.
[1]блюдо корейской кухни.
[2]существо из корейской мифологии, представляющее собой лису с девятью хвостами, способную превращаться в женщину или мужчину-оборотня.
[3]горный хребет, расположенный к северу от Сеула. Вершины хребта венчают гладкие скалы.
[4]популярное блюдо корейской кухни, представляет собой роллы, завернутые в сушеные прессованные листы «морской капусты»
Междуглавие второе. С первого взгляда
Она понравилась Джону с первого взгляда. Гадкий утенок среди красивых выбеленных лиц других сотрудниц. Смешная, несуразная, особенная. Эти волосы, торчащие в разные стороны, большие очки, сползающие на нос и горящие яростью глаза. Он смотрел на нее и чувствовал в ней нечто особенное, чего не ощущал в других девушках. А их у него было очень много. Каждую неделю новая. Он уже и не помнил имена так часто они менялись в его постели. И теперь эта несуразная дурнушка заинтересовала его.
— Намджун. — обратился он к своему менеджеру, смотря на удаляющуюся спину Санджи. — Она правда новый менеджер Чжан Лея? Я раньше не видел ее в нашей компании.
— Кажется она пришла совсем недавно и работала в другом отделе. Была временным сотрудником. — тараторил Намджун. — Ее совсем недавно перевели на постоянное место работы.
— Очень интересно. — улыбнулся Джону.
— Только не говори мне что ты положил на нее глаз. Она же совершено не в твоем вкусе.
— Кто сказал такое? — сделал удивленное лицо Джону и зашагал вперед.
— Тот типаж девушек, с которыми ты встречался последние полгода. Это были длинноногие красотки с идеальной кожей, которые делали все что ты пожелаешь, стоило тебе только попросить их.
— Думаешь если я ее попрошу сделать что-то безрассудное она откажется? — он остановился и развернулся всем телом к менеджеру.
— Ох не к добру этот огонек в твоих глазах, ох не к добру. — покачал тот головой, слишком хорошо зная Джону
— Так что как ты думаешь? — приспустил мимо ушей он слова Намджуна.
— Да откуда мне знать. — отмахнулся тот от Джону и достал планшет, сверяясь с расписанием. — У нас совместное интервью. — он остановился. — с Чжан Леем.
Внутри все затрепетало. Как прекрасно и замечательно складывается судьба! Они только расстались, а их снова ждет встреча.
— Тогда пошли скорее. Мне не терпится уже дать это интервью. — Джону широко улыбнулся, хлопнул Намджуна по плечу и проигнорировал то как закатил глаза его менеджер.
Глава 4. Тимбиллдинг для жнеца
Санджа смотрела на несколько пар глаз, что уставились на нее. В конференц-зале висело молчание, на фоне которого играл монотонный рингтон.
Она засунула руку в карман, сжала маленький телефончик, в надежде, что он наконец-то замолчит. Звонок повторялся раз за разом, все больше раздражая Санджу.
— Ух ты, у кого-то звонит древность. — притворилась она дурочкой. — А это же у меня! — Она нервно рассмеялась, достала из кармана телефон, по-деловому одним большим пальцем открыла крышку.— Ало, да, это Санджа. Я сейчас не могу говорить, перезвоните мне позже, — по-деловому ответила она и захлопнула телефон, который тут же зазвонил снова.
Она прикрыла глаза. Уголки её губ дернулись. Желание истерически рассмеяться распирало ее.
— Простите. Пока вы тут болтаете, я поговорю по телефону. Хорошо? — обратилась она к айдолу, сложив руки вместе и немного поклонившись.
Чжан Лей кивнул. От него веяло безразличием и раздражением.
Сандже оставалось только гадать запишет он это в свой список нарушений или нет.
Выйдя за дверь, она с опаской посмотрела на орущий телефон и ответила.
— Да, сомбэ. Я не слышала звонка, — попытался она оправдаться, но на том конце её оборвали.
— Я слишком хорошо тебя знаю. Снова врешь? Ты когда последний раз проверяла сообщения? Мне за тебя пришлось душу забирать. Это первое предупреждение, ещё два и я отошлю твоё дело в Совет.
— Сомбэ… — взмолилась Санджа.
— Проверяй смс и выполняй свои обязанности жнеца, как положено, — строго отчитал старший. — А, да. Вечером принесу тебе кое-что в помощь к твоему заданию.
На том конце повесили трубку.
Санджа с ненавистью захлопнула крышку телефончика и нервно улыбнулась.
Не слишком ли много предупреждений за один день?
Мимо неё прошли журналисты. Вздохнув, она поправила очки, завязала потуже хвостик на макушке и вернулась в конференц-зал.
***
Сомбэ ждал ее за углом большого огромного здания компании. Он вышел из темноты и пошел за ней, ничего не говоря. Она тяжело переставляла ноги, уставшая за целый день. После интервью Чжан Лей отправил ее в другой район Сеула, за сладостями, которые, по его словам, отлично восстанавливают ему силы. Санджа, конечно, подозревала, что он просто хотел на время избавиться от ее присутствия, но просьбу ей пришлось выполнить. В час пик, в толпе других людей ей вдруг захотелось быть не жнецом смерти, а, например, вонгви или токкеби[1] и покусать парочку хамоватых людей.
Она услышала шаги позади себя и даже не обернулась. Сомбэ обогнал ее в несколько шагов и резко наклонился перед ней, выглядывая из-за ее плеча. Черный кат наклонился набок, он широко улыбнулся.
— Не страшно что ли? — Удивился он, поравнявшись с ней, и зашагал в ногу.
Санджа устало подняла взгляд на своего напарника.
По виду ему было лет сорок, скорее всего в этом возрасте он умер. Высокий лоб и дугообразные брови придавали лицу вечно удивленный вид. Под глазом красовалась маленькая родинка, что должна была принести счастье. Но если он стал жнецом, значит, счастья она ему не принесла. Он был всего на пол головы выше Санджи, всегда носил одежду жнеца, а в дни отгула смотрел сериалы и поглощал жаренную курочку с токкпокки. Санджа знала, что каждый жнец, остался отбывать свой строк на этой должности лишь по одной причине - он совершил страшный грех, из-за которого его душа не может покинуть мир пока не искупит его. Вот только никто не помнил свою прошлую жизнь и совершенное преступление. Ни сомбе, ни Санджа.
— Вы снова пришли отчитывать меня? — она остановилась и уставшим взглядом посмотрела на старшего.
— Ну, отчитать тебя тоже есть за что. Но я пришел, чтобы протянуть руку помощи. Может, сходим в ресторанчик напротив твоего дома? Там продают отличное сундэ[2].
Санджа поморщилась и прикрыла рот рукой. Она ненавидела сундэ, в отличие от сомбэ который обожал полакомится кровяной колбаской.
— Ну уж нет! Я ужасно устала и единственное что хочу — это крепко обнять подушку.
— Все потому что ты слишком молода и у тебя ещё остались человеческие чувства, — зацокал сомбэним.
Санджа закатила глаза и продолжила идти в сторону своего дома. Она могла использовать силу жнеца, переместиться, но сил не было даже на это. Да и свежий осенний воздух игрался в волосах, касался кожи и приводит мысли в порядок.
Она потеряла еще один день.
— Так и быть души, что поручило сегодня тебе Управление, я заберу сам, — он хлопнул её по плечу и протянул какой-то свёрток.
— Оказывается у вас ещё есть душа! — широко улыбнулась она. Такие простые слова придали сил Сандже. В своём воображение она уже с аппетитом ела жаренную кисло-сладкую курочку и смотрела любимые клипы с красавчиками. — А это что? — наконец обратила она внимания на протянутый свиток.
— Мой подарок тебе. Считай это своим шансом.
Санджа взяла двумя пальцами свиток и аккуратно развернула. Пробежавшись взглядом по строчкам, она широко раскрыла глаза и тут же кинулась на шею к сомбе, обнимая его.
— Где вы его достали? Это же нарушение правил!
— В тот день и я совершил ошибку, доверив такому непутевому жнецу как ты душу мальчишки. — его взгляд, что, казалось бы, стал мягким на секунду снова пронизывал строгостью и холодом. — Я даю его тебе лишь на одну ночь, перепишешь его и вернёшь.
Мечта провести свой вечер с едой и телевизором, разлетелась на мелкие осколки. Сначала Санджа хотела причитать и просить ещё времени, а потом до неё дошло:
— Вы украли его?!
Сомбэ резко отвернулся и зашагал вперёд.
— Все же так хочется поесть сунд-э-э... — потянул он, складывая руки за спиной на манер учёного из Чосона.
Санджа догнала его и дернула за темный рукав турумаги[3].
— Украли же, да? Не может же быть, что совет вам отдал его добровольно. Омо, это что же такое творится? Господин Хёкчжэ нарушил правила!
— Не успеешь переписать за ночь, твоя вина. — Рявкнул на нее, щелкнул пальцами и испарился в воздухе.
— Господин Хёкчжэ! — крикнула она в пустоту, — Обиделся что ли? — пожала она плечами, а потом посмотрела на свиток.
Хитрая кровожадная улыбка растянулась на ее лице. Отдых откладывается, ведь не упустить шанс знать все возможные варианты смерти Чжан Лея, намного важнее.
***
Жнецы не люди, а лишь призрачная оболочка, в которую превратилась когда-то живая душа, но сейчас мешки под глазами Санджи говорили о другом, что человеческого у жнецов осталось больше, чем хотелось бы. Она на скорую руку причесала торчавшие волосы, надела помятую серую майку и тёмные джинсы. Но была собой довольна, ведь список из тридцати пунктов был написан в любимый чёрный блокнот.
Она пробежала глазами по расписанию Чжан Лея и обречённо вздохнула.
Вокал, танцы, примерка костюмов, несколько рекламных проектов от брендов, что с ним заключили контракт совсем недавно. Он не сидел на месте, ни секунды. Каждый час его был чем-то занят и по проведенным нескольким дням вместе с ним Санджа поняла, что его это вполне устраивало. Поэтому Сандже приходилось выть, подобно брошенной собаки внутри себя, ведь она ненавидела много работать. Даже исполняя долг жнеца, она всегда пыталась найти лазейки, чтобы полениться.
В обед она почувствовала, что не прочь и рассыпаться пеплом прямо сейчас.
Они сидели в студии звукозаписи, Чжан Лей и композитор сводили дорожки в будущем сингле в честь камбэка Чжан Лея. Начальство возлагало большие надежды на него. Даже после ухода из группы он пользовался популярностью, и многие девушки пищали от одного взгляда на него. Несмотря на весь хейт полившийся в первые месяцы ухода из группы. Из того что узнала Санджа, она поняла, как сложно ему было. Фанаты не давали ему проходу, караули у дома и на коленях умоляли вернуться в группу, угрожали, поливали грязью в сети. Компании даже пришлось нанять ему телохранителя. Только лишь преданные фанаты оставались на его стороне и поддерживали, не смотря на его решения. Со временем все утихло, и фанаты увидели, как он старается. Сандже правда казалось, что Чжан Лей был тем, кто не оправдал себя и продолжал работать все больше и больше. После прочтения всего этого, ей даже стало жаль, что ему придется умереть.
Санджа вновь сидела в уголочке, постукивая подушечками пальцев по уголку блокнота. Она пристально смотрела на погруженного в работу Чжан Лея.
У неё есть маршрут, места и ситуации, в которых айдола точно ждёт смерть. Ей нужно лишь подстроить эти ситуации.
Она прищурила глаза, стукнула пальцами по блокноту, и он полетел на пол. Санджа попыталась его поймать, но хлопнула ладошкой по обложке. Блокнот подлетел в сторону, задел стоящий кофе на столике и упал в самую лужу.
— Проклятье! — подскочила она и тут же схватила свое сокровище из светло-коричневой лужи.
Она быстро стала промокать намокшие листы сухой салфеткой, как вдруг длинная тень нависла над ней, загораживая свет.
— Значит сегодня кофе.
Она подняла взгляд на Чжан Лея. Он внимательно смотрел на блокнот, который Санджа тут же захлопнула.
— Парой мне кажется, что ты здесь чтобы или разрушить мир, или в конечном итоге убить меня.
Он брезгливо посмотрел на растекающееся пятно от капучино. Санджа в попытке скрыть удивление, судорожно стала вытирать кофе с помощью влажных салфеток. Жидкость совсем не хотела впитываться мокрую ткань.
«Он не может знать» — пронеслась мысль в голове.
— Может хватит. — он присел и схватил за запястье Санджу. Её ладони полностью покрывал мокрый сладкий кофе, оставшийся после попыток спасти блокнот. — Раздражаешь. Просто вызови уборщицу.
Дверь тихо открылась, и в студию зашёл начальник Пак.
Санджа вытащила свои руки из крепкой хватки и выпрямилась.
— Я вас искал. — Он широко улыбнулся и подошёл к Чжан Лею и Сандже, увидел лужу кофе, удивлено поднял брови, опалил яростным взглядом Санджу.
Начальник Пак посмотрел на сидящего за пультом композитора, помогающего с треком, тот сразу все понял и вышел из студии.
— Итак! Мне поступило заманчивое предложение. Съёмки шоу-репортажа. И вы на него оба тоже заявлены.
Санджа смотрела на начальника Пака и не поняла, что он вообще хочет сказать. Чжан Лей встал, отошел от Санджи все так же державшую блокнот в одной руке и мокрую салфетку с кофе в другой и сел на диван.
— Подождите. — вдруг произнес он, серьезно и тихо. — О каком мероприятие вы вообще говорите? Мой график был обговорен на месяц вперед. Какие еще шоу?
Лицо начальника Пака покраснело. Санджа сдержалась, чтобы не фыркнуть.
— Одна телекомпания предложила снять сюжет о нашей компании. Поэтому нашими PR агентами было принято решение провести мероприятия по тимбилдингу. Так мы сможем показать сплоченность всей нашей команды: стажеров, звёзд и менеджеров. Это будет весело. — Начальник Пак улыбнулся и, жестикулируя, в красках стал рассказывать, что они там с командой понапридумывали.
— Я не хочу принимать в этом участие, — отрезал Чжан Лей, от чего натянутая улыбка начальника Пака сползла вниз.
— Чжан Лей, твоя карьера сейчас очень зависит от нетизенов. Ты же знаешь, как шатко твое положение. Это мероприятие пойдёт тебе на пользу. Фанаты будут в восторге.
Чжан Лей посмотрел на него холодным безразличны взглядом.
— Чжан Лей! — Взмолился начальник Пак. — Сейчас у тебя как раз новый менеджер. Это будет здорово показать, как ты хорошо находишь контакт с людьми. Что вы отличная команда и в нашей компании комфортно всем работать. Сейчас после случившегося с нашим стажером, компания у всех на слуху.
— Вы хотите, чтобы день на этих съёмках стал моим последним днем в жизни? — спросил он, кивнув в сторону Санджи, которая удивилась такому замечанию и выронила салфетку. — Она же точно убьёт меня.
Санджа нахмурилась.
«А парень очень проницательный»
— Чжан Лей ты сможешь немного отдохнуть. Мы выбрали очень живописное место у реки, у самого подножия гор.
Услышав описания места, Санджа широко раскрыла глаза, и с удивительной ловкостью плюхнулась рядом с Чжан Леем на диван. Он дернулся и с опаской на нее посмотрел.
— Думаю, начальник Пак прав, и вам стоит принять участие в этом мероприятие. Вы сможете показать всем, что вы дружелюбный человек и не закрыты от общества как многие думают. — Санджа улыбнулась, надеясь, что улыбка вышла настоящей.
Он закрыл глаза, собираясь, по-видимому ответит отказом, но Санджа опередила его, не дав высказаться.
— Я очень хочу на это мероприятие! Я новенькая и мало кого знаю в компании, поэтому если начальник Пак позволит, я пойду. Очень хочу со всеми подружиться! — Санджа так же наигранно опустила глаза и продолжила. — Вот только одинокий менеджер без своего айдола будет выглядеть странно. Так ведь, господин Пак?
Она подняла на Чжан Лея взгляд оленёнка, не нашла поддержки и посмотрела на начальника.
Он немного помедлили, потом ответил:
— Чжан Лей, я уважаю твое мнение. Но к PR отделу стоит прислушаться.
Айдол молчал. Его скулы напряглись, руки сжались в кулаки. Он сверлил взглядом Санджу. Потом прикрыл глаза и повернулся к начальнику Паку.
— Хорошо. Раз это пойдёт на пользу репутации, то ладно. Внеси это в моё расписание, Санджа.
Она видела, как злится Чжан Лей и ему совершено не нравилась перспектива участвовать в каком-то странном шоу.
Начальник Пак расплылся в улыбке, радуясь своей победе, даже не догадываясь, что отправил Чжан Лея туда, где он встретит свою смерть. Сандже нужен был план и как можно скорее.
***
Душный автобус привёз больше пятидесяти человек в загородный комплекс для отдыха. Красивые домики располагались ровными рядами, вокруг спортивной площадки с беговой дорожкой и кортом. Комплекс отдыха находился в Кёнги-до, у подножия горы, вблизи шумной реки. Прекрасное место чтобы умереть!
Вывалившись из автобуса Санджа радостно потянулась. Шея затекла, мягкое место от долгого сидения болело. Люди вокруг галдели. Молодые девушки взволновано перешептывались, обсуждая кто из айдолов примет участие в тимбилдинге. Как они ждали этого дня можно было с легкостью понять по их горящим глазам. Но цель Санджи была не в соблазнение красавчиков, а в убийстве одного из них. И сегодня идеальный день для этого.
Ёнми элегантно выйдя из автобуса радостно подскочила к Сандже и подхватила ее под локоть словно они были подругами.
— Как же тут прекрасна, не правда ли? — на ней был розово-серый обтягивающий спортивный костюм. — А почему ты приехала на автобусе, а не вместе с Чжан Леем.
— Это часть сценария. — вытащила свою руку Санджа и указала на камеры и людей что стояли недалеко от них. — Они все снимают. На собрании надо было слушать.
Санджа отошла от Ёнми в сторону.
Второй автобус привез новичков, только проходящих стажировку в компании. Будущие айдолы вышли из автобуса и сразу же собрались в маленькие кучки. Лишь одна из девушек стояла отдалённо от других в наушниках, с небольшим рюкзаком за спиной и кажется не собиралась ни с кем общаться.
Все шумели и болтали в предвкушение мероприятия. Санджа держалась в стороне. Заводить друзей она не планировала, если сегодня все сойдется, она снова вернётся к работе жнеца, отмотает свой срок, за грехи и переродится вновь.
Лямки от большого рюкзака за спиной и огромной сумки больно давили на плечи. Ей пришлось тащить все с собой. Мероприятия запланировано на целый день, и чтобы не вызвать подозрения Сандже пришлось нагрести всего так же много, как и другим менеджерам.
Чёрные большие машины начали подъезжать одна за другой. Из них стали выходить айдолы и группы. Все они светились молодостью, красотой и успехом. В Совете говорят, что таких людей поцеловала богиня удачи и теперь от них исходит свет, который привлекает к себе других людей. Свет подобный звездам, что проникает в сердца людей и крадет их. Санджа же думала, что дело лишь в том, что все любят смотреть на красивые вещи. И айдолы на сцене были чем-то красивым и недосягаемым.
Санджа выглядывала в толпе прибывавших Чжан Лея, но его еще не было.
Большой рюкзак сильно тянул спину вниз и заставлял, чуть сгибаться вперёд. Ей хотелось верить, что сомбе не станет тревожить своими звонками, и она спокойно исполнит свой план. Она провела полночи, изучая местность и строя нужные ей маршруты и подготавливая все что необходимо.
Она потопталась на месте, сделала несколько глотков из маленькой бутылочки, которая тут же опустела. Оглянувшись, она увидела урну в нескольких шагах и хитро улыбнулась. Замахнулась, чтобы кинуть, но бутылка вылетела из рук и улетела за спину. Кто-то громко ойкнул. Санджа оказалась меткой. Правда метила она не туда. Не оборачиваясь, она стала искать путь отступления, сделала шаг вперед, но кто-то схватил ее за ручку рюкзака. Спина Санджи не выдержала, ноги запутались, и она начала падать, размахивая руками, подобно птичке. Чьи-то большие руки обхватили ее плечи, и Санджа приземлилась на человека. Барахтаясь как черепаха на своем панцире-рюкзаке, она попыталась встать, завалилась на бок и скинув рюкзак с плеч выругалась.
— Хвост кумихо мне в задницу!
Она пнула рюкзак, специально не смотря на того, в кого видимо попала бутылкой.
— Да что же вам такого плохого сделали кумихо, что вы все время хотите засунуть их хвосты в одно не очень приятное место?
Этот сладкий слегка хриплый голос она узнала сразу.
Джону встал и отряхнулся.
— Это второй раз, когда вы причиняете мне неудобства. — он указал на валяющуюся на земле бутылку. — В следующий раз вам придется понести ответственность.
Он подмигнул ей и Санджа передернулась. Он ей совсем не нравился. И вообще в тот раз он был виноват! Сам же все твердил об этом.
Она согнулась на девяносто градусов, выпрямилась и произнесла:
— Простите меня, больше такого не повторится.
Джону, усмехнулся, сделал пару шагов в ее сторону и оказался совсем близко. Санджа посмотрела на него снизу-вверх.
— А если я скажу, что не против, чтобы такое повторялось постоянно.
В его глазах сверкнул странный огонек, и Санджа нахмурилась, а потом усмехнулась.
— Боюсь, если вы будете со мной часто встречаться, вас ждет не очень благоприятный исход.
Она видела, как его взгляд изучает ее. Как бесстыдно он разглядывает лицо и фигуру, а потом их взгляды встретились. Если бы они были в дораме, что так любит смотреть сомбэ, сейчас бы должна была играть красивая романтическая музыка. При мысли об этом Сандже потребовались немалые усилия, чтобы не рассмеяться.
— Санджа.
Она повернулась на голос зовущего и сделала несколько шагов назад от наглеца.
Чжан Лей, вышедший только что из машины, выглядел ослепительно красивым в своем черном спортивном костюме и белоснежной футболке.
Санджа с усилием подняла свой рюкзак и сделав вид, что Джону не существует, подошла к айдолу. Он смотрел на нее осуждающе, словно сейчас именно она непристойно разглядывала этого придурка.
— Если закрутите с ним роман, можете сразу уходить с должности моего менеджера.
Санджа поморщилась и посмотрела на Джону, который сверлил их взглядом.
— Он конечно красавчик, но не в моем вкусе. — она указала пальцем за спину Чжан Лея, пытаясь перевести тему. — Кажется скоро все начнется.
Айдол еще раз бросил взгляде на Джону и зашагал к собирающимся в толпу людей.
***
На самом деле это оказалось весело. Разбившись по парам все выполняли задания. Играли в шарады, рисовали с закрытыми глазами, по указанию напарника, смеялись и веселились. Во время эстафеты Санджа споткнулась и распласталась по беговой дорожке, из-за чего они проиграли. Чжан Лей обеспокоено смотрел на ее порванные коленки на спортивных штанах, не понимая, почему она хохочет в голос, и бьет его по плечу. Кажется, никто и не замечал, что вокруг была еще и команда операторов, звукорежиссёров и продюсеров шоу. Санджа дышала свежим воздухом полной грудью, смеялась с Чжан Лея, которого она испачкала в торте, во время очередного конкурса «накорми напарника» и совсем забыла о своей истинной цели. И только когда объявили последний конкурс опомнилась. Она здесь чтобы забрать душу Чжан Лея, мальчишки которого однажды отпустила. Внутри что-то больно кольнуло. Сомбэ был прав, она считалась молодым жнецом, который еще совсем недавно был человеком. Эмоции людей все еще были им близки и знакомы.
Тропа, по которой они должны были пробежать, тянулась вверх в гору, спускалась к реке и возвращалась на стадион, где ждала съёмочная группа.
— Наконец-то это все закончится. — подошёл к ней Чжан Лей. Он закатал рукава толстовки до локтей, от чего его сильные руки, в контрасте с чёрной тканью выглядели еще привлекательнее.
— Верно. Закончится. — буркнула Санджа, нервно перебирая пальцы.
— Возьмите своего партнёра на спину и достигнете цели первыми. — объявил довольный начальник Пак, который выступал ведущим.
«Хитрый гад — подумала Санджа. — И кто там говорил о сплоченности команды, а сам решил не участвовать в соревнованиях?».
Чжан Лей тяжело вздохнул и повернулся спиной к Сандже.
— Залезай. Чем быстрее мы пройдём это, тем быстрее я обо всем забуду.
— Да ладно не такая я уж и тяжёлая. — Буркнула она, обхватывая его за плечи. Он с лёгкость посадил маленькую Санджу на широкую спину. Ей пришлось прижаться к нему. Стало жутко неловко.
— Смотрю, тебе повезло. — Джону на спине которого сидел Намджун, длинные ноги которого почти, что доставали до земли, подошёл ближе и с явной завистью посмотрел на Чжан Лея.
Он ничего не ответил, испепелил его взглядом, обхватил Санджу крепче и отошел в сторону.
Раздался звук свистка.
Чжан Лей сделал рывок с места, и Сандже пришлось вцепиться пальцами в его футболку. Запах его парфюма, смешался со свежестью осени. Его сердце билось под ладонями Санджи, которая пришла, чтобы отнять его жизнь. Ком угрызения совести подступил к ее горлу, и она укусила губу, чтобы не думать о том, что должна сделать.
Однажды она его уже отпустила, второго раза этого не повторится.
Оторвавшись вперёд Чжан Лей сбавил темп и Санджа хлопнула его по плечу.
— Пока никто не видит, я могу пойти сама.
Чжан Лей ничего не ответив продолжил идти, неся её на спине.
Вдалеке послышался треск веток, зашумели птицы.
— Я слышала, что в этом лесу орудует маньяк. Как вы думаете, мы будем в безопасности? — Санджа понизила голос, пытаясь нагнать жути.
— Говорят, он разделывает людей на кусочки, а потом закапывает в лесу далеко друг от друга. — Она наклонилась к его уху и понизила голос.
Он дернулся, резко остановился и поставил Санджу на землю.
— Знаешь, если рядом будешь ты, все маньяки все разбегутся.
Санджа фыркнула, надула щеки и тут в её голове щелкнула мысль. Это её шанс. Как там делает Ёнми?
— Значит, я вам доставляют только неприятности? — она повысила голос, так что тон стал искусственно писклявым и уперлась руками в бока.
Чжан Лей часто заморгал, не понимая такой резкой смены настроения и поведения. Скорее всего она выглядит как дура.
— Хорошо. Если вы считаете меня недоразумением, пойдём отдельно.
Санджа сделала вид что разозлилась, насупилась и собралась уходить. Развернулась и ловко запнулась о лежавшую на тропинке неизвестно от куда взявшуюся деревяшку. Распластавшись звёздочкой на земле, она больно ударилась коленями и грудной клеткой. Жнецы вроде как мертвы, но боль от чего-то чувствовалась настоящей. Сонбэ говорил, что это тоже часть наказания. Не умирать, но чувствовать боль. Не жить полноценной жизнью, но быть частью человеческого мира.
Валяться на земле не входило в её планы.
— Проклятье. — прошипела Санджа, садясь на землю и осматривая масштаб бедствия.
— Я иногда задаюсь вопросом, что произойдёт раньше: разрушения мира от твоих рук или твоя смерть. — Он сел на корточки перед ней.
Санджа пропустила его слова мимо ушей. Самое главное дальше притворяться обиженной.
Он выпрямился и протянул руку, чтобы помочь встать. Она проигнорировала жест и встала сама, сделала вид, что ей больно наступать на ногу и зашагала вперед.
— Я не хотел тебя обидеть. — Произнёс он, следуя за ней, от чего она ликовала внутри себя. Она сошла с тропинки, и взяла чуть правее, чтобы уйти глубже в лес туда, где течёт река.
Тёплые пальцы обвили её холодное запястье, и она обернулась, наконец-то обратив на него внимания.
— Прекрати быть упрямой. Давай остановимся. Твои колени страдают уже второй раз. Думаешь если ты вернешься покалеченной, все скажут, что я дружелюбныяй и умею налаживать отношения? Ведь ты этого хотела? — она слышала, как из него сочится недовольство.
Санджа остановилась, взглянула Чжан Лею в глаза, который смотрел искреннее и честно. В отличие от нее, он не притворялся кем-то другим.
— Думаю, мы заблудились, — быстро перевела взгляд Санджа. Однажды она уже посмотрела в эти глаза и совершила ошибку. Больше она не попадётся.
Чжан Лей осмотрелся вокруг, нахмурился.
— Кажется, ты права.
— Я попробую найти обратную дорогу с помощью телефона.
Санджа встала и пошла вперед, поднимая вверх телефон и пытаясь поймать сеть. Чжан Лей последовал её примеру, но пошел в другом направлении. Увидев, что он не смотрит в её сторону, она щелкнула пальцем и переместилась в свое укрытие. Теперь самое главное, чтобы он попался на ее уловку.
Санджа пробиралась среди веток и зарослей чтобы спрятаться и сделать то что задумала. Самое главное, чтобы Чжан Лей пошёл по её следам, которые она раскидывала всю ночь накануне и пришёл к реке. Потом лишь небольшие манипуляции с природой, и он свалится в речку, утонет и умрет.
Спрятавшись в зарослях деревьев на небольшой скале, Санджа притаилась. Она отлично разложила зацепки. Теперь оставалось ждать.
Чжан Лей оказался у реки через некоторое время, в руках у него была её кепка, которую она специально обронила.
— Санджа. — Крикнул он. — Эй, Санджа ты здесь.
Санджа сидела и ждала, когда он испугается и упадёт в воду.
— Почему я вообще это должна делать? — она с яростью пнула небольшое умирающее дерево. От старости оно затрещало и начало падаль с горки на которой стояла Санджа. Треск разлетелся по округе. Птицы взлетели со всех веток, вылетели из всех кустов, в которых только что прятались. Чжан Лей, испугавшись летящий в его стороны птиц закрыл голову руками и стал пятится назад. Камни побережья осыпались, и он завалился в реку. Он попытался выбраться, но быстрые и мощные воды реки пытались утащить Чжан Лея за собой.
Санджа увидев, как он барахтается и пытается выплыть, сначала всем телом подалась к нему, но тут же остановилась.
— В свитке точно была река. — Произнесла она шёпотом, смотря как Чжан Лей гребет руками. Он боролся за жизнь, как и в тот раз. Санджа не в силах смотреть на происходящее отвернулась.
— Быстрее бы это все закончилось. — буркнула она себе под нос, прежде чем встретится взглядом со стоящим рядом.
Санджа отшатнулась назад, чуть не завалившись с обрыва. Джону стоял перед ней, сложив руки на груди.
— Значит теперь ты решила проверить на практике умрет ли человек, если скинуть его в воду? Это тоже для твоего хобби?
Он хитро улыбнулся и сделал к ней шаг. Его глаза сверкнули странным огнём, уголки губ поднялись в ухмылке. Санджа ждала что он пойдёт спасать Чжан Лея, но Джону этого не делал. Он только лишь улыбался, смотря на неё в упор.
— Хорошо давай посмотрим, умрет он или нет.
[1] Существа корейской мифологии
[2]блюдо корейской кухни, получаемое путём варки или парения коровьего или свиного кишечника, который предварительно фаршируется различными ингредиентами.
[3] женское и мужское пальто
Междуглавие третье. Ночные приключения старого жнеца
Она притащила его среди ночи в какое-то странное место. Хёкчжэ смотрел на свою напарницу с большим мешком вещей и подозревал, что она задумала что-то странное.
— Что все это значит, Санджа? — спросил он, наблюдая как она стала выкладывать из мусорного мешка вещи.
— Я придумала, как сделать так, чтобы Чжан Лей умер.
Он смотрел на гору вещей, что она вывалила на землю в лесу, в который она его притащила и не понимал вообще, что она несет. Эта мелкая глупая девчонка решил испытать его старые слабые нервы.
— Ваш список значительно упростил мне работу! Вообще почему Совет сказал мне устроиться к нему менеджером? Я могла бы просто подстроить его смерть.
Хёкчжэ подошел ближе и щелкнул ей по лбу.
— С памятью совсем плохо или ты меня не слушала все это время? Упущенная душа отличается от души обычного человека. Ее смерть нельзя подстроить просто так. Сама же говорила, что он тогда так удачно остановился, когда мотоциклист чуть его не сбил. Упущенная душа это как ошибка в алгоритме. Нарушает правила и законы. Поэтому единственный способ — это пробовать снова и снова.
— Хотите сказать Совет отправил меня, чтобы я каждый день подбрасывала монетку в попытках убить Чжан Лея? — Санджа перестала разбирать вещи на две похожие кучки и посмотрела на Хёкчжэ. Ему стоило молчать. Знать об этом вспыльчивой напарнице не стоило.
—Ну-у-у. — потянул он, потирая шею и смотря на то как лунный свет пробивается сквозь кону деревьев.
— Серьезно?! — вскипела Санджа и послала Совет в самые непристойные места. — То есть если бы вы не принесли список я бы могла просто на просто провалиться в своем задание.
— Нет, ну однажды ты бы это сделала. — попытался он подбодрить её и хлопнул по плечу.
Санджа схватила часть вещей и пошла вперед, но лесу, швыряя их в разные стороны.
Она злилась. Он бы тоже злился. Его хубэ хоть и приносила неприятности — нравилась ему. Именно поэтому он решился выкрасть тот список. Правда его поймали и оштрафовали еще на несколько лет службы жнеца. Парой лет больше, парой меньше ничего не изменится. Его срок останется все таким же большим. А вот изменить судьбу этой непутевой девчонки он мог.
Глава 5. Потерявшееся проклятие
Он знал, что она станет его проклятием. Порой его злило насколько она неуклюжа, раздражало, как неумело она все делает, роняет и вечно падает. Он ходил к господину Паку, просил сменить менеджера, но тот был непреклонен и Чжан Лей смирился, что ему нужно потерпеть лишь месяц.
Сейчас он стоял на берегу реки держал в руке её кепку и не понимал, что сделает с ней, как только найдёт. Как человек мог испариться так просто? Еще эти ее рассказы про маньяка. Её вещи, разбросанные по лесу, словно их кто-то специально раскидал. Он подошёл ближе к реке и увидел, что у самого берега лежит маленький лоскуток белой ткани.
Она не могла упасть в реку. Это абсурд!
Чжан Лей сделал пару шагов. Наверху, на невысокой горе, возвышающейся над рекой что-то треснуло, он дернулся, обернулся, стайка птиц вспорхнула с деревьев. Он испуганно прикрыл лицо руками и сделал два шага назад. Споткнулся о торчащую ветку и завалился в ледяную воду.
Холод схватил за щиколотки и сжал их. Чжан Лей барахтался и бил руками по воде. Река не была глубокой, но течение хватало за руки, ноги и несло вперёд. А он не умел плавать. Он снова разгреб руками воду, попытался найти дно ногами, но ничего не вышло. Сверху послышался хруст веток, и голоса.
Чжан Лей хотел поднять голову, но не смог. Паника подступала к горлу, сжимала лёгкие.
Он так нелепо умрет? Здесь?
— Чжан Лей! — женский голос вернул его из засасывающей в свою пучину паники. Он попытался повернуть голову в сторону зовущего и увидел девушку. Она металась по берегу ища что-то, чтобы помочь ему. Схватив одну из длинных веток, она зашла в воду по щиколотку и протянула ее Чжан Лею.
Он сначала не хотел хвататься. Она рисковала оказаться рядом с ним.
— Скорее хватайтесь! — кричала незнакомка.
Чжан Лей протянул руку и ухватился за край ветки, девушка вцепилась тонкими пальцами в другой конец и начала тянуть. Он пытался грести руками. Она кряхтела и повторяла его имя, звала и подбадривала. Несколько рывков и Чжан Лей смог нащупать ногой камни на дне реки.
— Еще разок! — подбодрил он ее. — Потяните ещё раз.
Девушка впилась пальцами в ветку, зарычала и вытянула Чжан Лея на берег.
Осенний ветер прохладными пальцами пробрался под одежду и окутал кожу в новый слой холода. Чжан Лей застучал зубами.
— Вы в порядке? Как вы там очутились? — она сидела на земле и тяжело дышала. Крепко сжимала исцарапанные корой ладони.
— С-па-па-сибо! — простучал он зубами.
— Вы весь ледяной! — она подскочила, стянула с себя толстовку, оставшись в майке и накинула Чжан Лею на плечи. Он улыбнулся, это его позабавило.
— Вам нужно скорее вернуться! Иначе вы схватите воспаление легких.
Она подошла к нему и протянула руку.
— Вы, — он вновь отстучал зубами чечетку и продолжил. — Ставите меня в неловкое положение. Чувствую себя какой-то девицей в беде.
Она нахмурилась и отмахнулась
— Как вы ещё шутите в такой ситуации? Пойдемте!
— Я потерял здесь своего менеджера. Не хотелось бы бросать её здесь одну.
— Если она потерялась, скажем об этом стаффу. Думаю, она уже давно пришла к базе отдыха.
Чжан Лей посмотрел на реку, а потом на свою спасительницу и кивнул.
— Как вас зовут? Я бы хотел знать имя своей спасительницы.
— Юнхи. Ан Юнхи. Стажер. Третий год.
Она быстро склонила голову и дернула Чжан Лея за мокрый насквозь рукав.
Он улыбнулся и последовала за ней
— Я у вас в долгу, Юнхи.
Она обернулась и улыбнулась ему, светлой и доброй улыбкой.
***
Санджа смотрела на хитрую усмешку Джону и не могла понять, что происходит. Его глаза прищурились, и в них сверкнул огонёк интереса и азарта. Она попыталась пройти вперед ничего не говоря, но Джону преградил ей дорогу.
— Куда же ты собралась, малышка? — слишком нежно произнес он, хватая Санджу за запястье.
— Лапы свои убрал, — сквозь зубы процедила она.
Она перехватила его руку своей маленькой ладонью и с легкостью убрала. Ухмылка с лица Джону испарилась.
— Мне кажется, я ясно тебе сказала убрать свои руки.
Санджа слышала, как Чжан Лей барахтается в воде, но почему он не зовет на помощь? Она посмотрела за спину Джону, он проследил за ее взглядом и обернулся, посмотрев сквозь ветки на тонувшего айдола.
— Не спасешь его?
— Ты кажется тоже не собираешься помочь ему. — парировала Санджа. Она сложила руки на груди засунув ладони подмышки. Ей ужасно хотелось обкусать ногти.
— Одним айдолом больше одним меньше. Мне же лучше! — пожал он плечами.
Внутри Санджи взорвался вулкан. Так просто один человек будет смотреть на смерть другого?
Она в один шаг сократила расстояние между ними и схватила Джону за горло, подняла над землей и произнесла.
— Значит, твоя жизнь тоже ничего не стоит. — Она попыталась сжать пальцы, но запястье больно обожгло.
Она зашипела, разжала пальцы и обхватила рукой запястье, на котором покоился браслет из черных бусин обсидиана. Предохранитель — так в шутку называли его другие жнецы.
— Проклятье! Как это бесит!
Джону усмехнулся и потер шею, посмотрел на ругающуюся Санджу и произнес:
— Значит ты жнец смерти?
Санджа замерла. А потом услышала женский крик. Кто-то звал Чжан Лея. Она высунула нос из своего укрытия и увидела, как та одинокая девушка из стажеров, что стояла в стороне, помогает Чжан Лею выбраться из воды. Она вытащила его и заботливо накинула на плечи свою толстовку. Санджа с яростью пнула дерево.
— Как бесит! — Она пнула дерево еще раз, развернулась к Джону и ткнула в него пальцем.
— Если бы ты меня не остановил, я бы не отвлеклась и помещала ей его спасти!
— И как же? Убила и ее? Жнецы смерти не могут причинить вред невинным. — Теперь он сложил на груди руки, наклонил голову набок, поднял и опустил брови. — И мне жуть как интересно, почему ты пытаешься отправить на тот свет Чжан Лея.
— Кто ты? — сделала шаг к нему Санджа.
— Невинный. — Он сделал милое лицо и подмигнул. — Ты же не смогла мне причинить вред. — довольно улыбнулся Джону и Сандже захотелось ему парочку раз врезать, жаль она этого не могла сделать.
— У меня есть вопросы к небесной канцелярии относительно распределение звания невинности. — Она смерила его ненавистным взглядом и скривилась. — Уйди с дороги. — Отмахнулась от него Санджа, хотела пройти вперед, но он вновь преградил ей дорогу.
— А чем же ты меня отблагодаришь, за то, что я сохраню твой секрет?
Второй вулкан внутри Санджи взорвался, и она протянула к его горлу руку, но замерла всего в нескольких сантиметрах.
Он даже не пытался скрыть триумф своей победы. Все читалось в его уверенной улыбке и хитром взгляде.
— Спрошу последний раз: кто ты такой?
Джону подошел ближе, и ей пришлось немного запрокинуть голову чтобы посмотреть ему в глаза. Он наклонился к ней и прошептал на ухо:
— Я сохраню твой секрет, малышка. Мне было очень скучно, но теперь наблюдать за тобой станет моим развлечением.
Санджа с силой толкнула его в грудь, открыла рот, чтобы обсыпать его ругательствами, но в кармане зазвонил телефон, писклявым монотонным рингтоном.
Она прикрыла глаза, засунула руку в карман, резко открыла крышку раскладушки, сделала глубокий вдох и покорно произнесла:
— Да, сомбэ. Хорошо. Сейчас буду.
Завершив вызов, она последний раз с презрением посмотрела на Джону и испарилась в воздухе, переместившись к очередной душе, которую нужно было забрать.
***
Чжан Лей сменил одежду. Юнхи принесла ему тёплое термоодеяло и горячий чай в термосе. Он посмотрел на экран телефона и в очередной раз набрал номер Санджи, которая не отвечала на звонки.
— Вы переживаете за своего менеджера? — спросила Юнхи, садясь рядом с ним на лавочку. Она тоже сменила одежду. Он посмотрел на свою спасительницу и подметил, что она симпатичная, но такая же, как другие девушки стажеры. Милое лицо, круглое и белоснежное. Выразительные глаза и маленький нос. Двойное веко, скорее всего оперированное, и стройное тело. Осветленные длинные волосы, завязанные в высокий хвост, открывали лицо. Если она дебютирует, точно будет любимицей публики.
— Я конечно не имею право лезть не свое дело, но почему вам сменили менеджера? — вновь подала голос Юнхи переведя взгляд с Чжан Лея на тропинку, ведущую в лес. — Среди других менеджеров ходят разные слухи насчёт неё.
— Юншик лежит в больнице с переломом ноги. Санджа мой временный менеджер.
Юнхи понимающе кивнула, улыбнулась, а потом вдруг выпалила.
— На самом деле я ваша фанатка. Я давно наблюдаю за вами, еще со времен, когда вы были в группе. Я восхищаюсь вами и всем что вы делаете. Когда о вас пошли слухи о предательсве, я не верила. Вы мой пример для подражания!
Щеки Юнхи покраснели, и она смущенно опустила глаза. Чжан Лей улыбнулся.
— Вот значит, как. Очень рад с вами познакомиться, вы оказались не только моей спасительницей, но и поклонницей. — Он встал с лавочки и поклонился Юнхи, которая тут же подскочила и начала махать руками, бормоча что-то несвязное, снова покраснела и смущенно улыбнулась. Сейчас с румянцем на щеках она выглядела естественно красивой.
— Скажите мне свой номер телефона, я попрошу Санджу прислать вам подарок. — Он протянул свой смартфон.
Юнхи широко раскрыла глаза и захлопала длинными ресницами, кончиками пальцев подцепила мобильник и быстро набрала номер.
— Но мне ничего не надо! Только если автограф! — Она вновь смутилась.
Уголки губ Чжан Лея снова дернулись в улыбке. Она была милой.
— Хорошо, но здесь у меня нет ручки, а Санджа еще не вернулась.
Внутри вновь кольнула тревога. За разговором со своей спасительницей, он совсем забыл о том, что Санджа еще не вернулась из леса.
Солнце заползало за горизонт, прохладный осенний ветер напоминал о приближении ночи. Но Санджа так и не появилась. Последний из леса вышел Джону, менеджер которого уже давно сидел с другими менеджерами и болтал о чем-то своем. Но ходячие проклятие так и не возвращалось из леса. Чжан Лей посмотрел на высокие ветки, стремящиеся к небу и повернулся к Юнхи. Ему не хотелось так прерывать разговор, но беспокойство не давало покоя.
— Думаю, мне стоит сообщить персоналу, что Санджа так и не вернулась.
Юнхи понимающе кивнула и, поклонившись, произнесла.
— Берегите себя!
Чжан Лей ещё раз взглянул на удаляющийся силуэт девушки и пошёл в сторону господина Пака.
Съёмочная группа готовилась к завершающему этапу съёмок, а именно вечерней посиделки и жарки барбекю. По словам Пак Кетона, ничего так не сближает людей как совместная еда и выпивка.
Чжан Лей потуже замотался в термоодеяло и подошёл к Пак Кетону который радостно рассказывал персоналу из РR отдела как ему понравилась их затея с этой съёмкой. И он бы каждый квартал устраивал такие мероприятия, если бы начальство одобрило бюджет.
— Думаю, нам стоит послать кого-нибудь за Санджой. Она так и не вернулась из леса. Мы с ней потерялись и разошлись в разные стороны. Кое-что случилось. — он опустил подробности своего падения в воду. — Мне кажется стоит отправить кого-то на ее поиски.
— Да? — удивился господин Пак, подняв глаза на Чжан Лея, что был выше него на голову. — Я только что видел её вон там. — Он ткнул пальцев в сторону вагончика с едой. Санджа стояла со стаканчиком кофе, обхватив его двумя ладонями. Раздражающий его Джону, снова крутился вокруг неё.
Чжан Лей собрал все терпение в кулак и подошёл к Сандже.
— И когда ты собиралась сказать мне, что вернулась? — он старался не повышать тон, но нотки в его голосе выдали раздражение и злость.
— Чжан Лей. — Санджа посмотрела на него и тут же виновато отвела взгляд в сторону. — Я немного заблудилась.
Всего на мгновение она выглядела виноватой, а потом ее виноватый взгляд куда-то испарился, и она вновь посмотрела на него уверенно и твёрдо. Очки сползли с переносицы на кончик носа. Кудряшки распушились из-за влажности. Она не сменила одежду и все так же стояла с порванными на коленях штанинами.
— Я говорил тебе уже о том, что, если допустишь три ошибки, мы распрощаемся с тобой. Сегодня это будет второе предупреждение. Я звонил тебе тысячу раз, могла бы взять трубку! — все же он повысил тон.
— Я забыла телефон в вагончике. — нахмурилась она и сжала кулаки. — Хорошо, я виновата! Ладно! Давайте свое предупреждение. — Она сделала вид, что поймала что-то в воздухе и наигранно засунула кулак в карман. — Простите, что подвела вас. — она наигранно поклонилась, что еще больше его разозлило.
Джону, что стоял совсем недалеко и наблюдал за происходящим, встал перед ней, разделяя её и Чжан Лея.
— Если она тебе не нравится, я всегда могу забрать её себе. — уголки губ дернулись в ухмылке. Он развернулся к Сандже, которая уже выпрямилась и продолжил. — Если вдруг он будет тебя обижать, скажи мне, малышка. Я приду, чтобы защитить тебя. — Он бесстыдно ущипнул её за щеку, от чего её лицо вдруг покраснело и Чжан Лей невольно фыркнул. Она краснела перед Джону точно так же как только, что Юнхи перед ним.
— Скажи господину Паку, что мы уезжаем. — Чжан Лей развернулся и направился в сторону своего автомобиля. Он с самого начала знал, что эта поездка была плохой затеей.
Через десять минут Санджа вернулась. Её лицо стало краснее прежнего. Она, не говоря ни слова, завела двигатель машины.
До квартиры Чжан Лея они ехали молча. Пару раз у Санджи играл старый рингтон из этого ее странного телефона. Сквозь побеждающий его сон, он услышал, как она выругалась и прибавила газу.
Добравшись до многоэтажки, стремящейся в небо в яроком и богатом районе Каннама, она молча следовала за ним до дверей.
— Проверь расписание на завтра и вышли мне его по е-мейл. И ещё, никаких интрижек пока ты мой менеджер.
Санджа удивленно уставилась на него, как рыбка открыла рот, хотела что-то ответить, но Чжан Лей быстро ввёл код от двери, зашёл в квартиру и закрыл ее перед самым носом своего менеджера. Тяжело вздохнул, прислонившись к двери. Он собирался скорее принять горячую ванную и забыть этот день, пусть в некоторые моменты ему и было весело. Но в дверь снова позвонили.
Он дернулся и посмотрел на экран домофона. Санджа стояла и упорно нажимала на кнопку звонка. Чжан Лей открыл дверь лишь на половину и произнес.
— На сегодня твоя работа окончена, если ты хочешь извиниться считай, что я принял твои извинения.
— Во-первых. — Выпалила она, хватаясь за дверь и с легкостью её открывая на всю ширину. И откуда в такой маленькой девушке столько силы? — Никаких интрижек ни с кем я не заводила. И не планирую.
Ее лицо все так же было красным и Чжан Лей поймал себя на мысли, что тогда она не смутилась от жеста Джону, а возможно разозлилась. Она смотрела ему прямо в глаза. Твердо и уверено.
— А во-вторых? — Спросил Чжан Лей поежившись. После купания в холодной реке до сих пор знобило.
— А, во-вторых. — Она запнулась, прикусила губу и протянула знакомый Чжан Лею конверт. — Это валялось тут у входа.
В руках Санджи оказался конверт на котором большими вырезанными буквами из газет и журналов угрожала надпись: «УМРИ».
Чжан Лей быстро выдернул письмо из её рук и сложил пополам.
— Если это все можешь идти. — Холодно кинул он и начал закрывать дверь, но Санджа схватилась за ручку.
— Значит, слухи о том, что кому-то приходят письма с угрозами, были про вас? Кто еще желает вам смерти?
Брови Чжан Лея сползли к переносице, он посмотрел на её серьёзный взгляд и подметил, что ему не послышалось.
— Еще? — спросил он.
Санджа сжала губы, поклонилась и кинула неразборчивое «до встречи» и ушла так быстро, словно испарилась.
Чжан Лей посмотрел ей в след, пытаясь понять, что вообще сейчас произошло.
Междуглавие четвертое. Люди без имен
Юнхи никогда еще не была так счастлива. О такой встрече, она могла только мечтать. Столько лет она оставалась его преданной фанаткой и вот теперь судьба подкинула ей шанс не просто быть с ним в одном агентстве, но и еще спасти ему жизнь. Юнхи прокручивала в голове несколько раз эту сцену словно была в кино и могла смотреть ее снова и снова. Он поблагодарил ее. Он запомнил ее. Он записал ее номер телефона. Он обещал, что они встретятся вновь. Каждая фанатка о таком может только мечтать.
Погрузившись в свои мысли Юнхи не заметила, как они доехали до здания компании. Большой автобус с шумом остановился и, уставшие за целый день, девушки и парни стали выходить.
— Это было весело! — произнес кто-то. Юнхи посмотрела на парня и попыталась выудить его имя из памяти. Но ничего не вышло.
— Да, мне тоже понравилось. — произнесла девушка. Красивая, кажется стажируется на год меньше, чем Юнхи. Её имя она тоже не помнила.
— Юнхи. — обратилась эта девушка к ней. — Я видела, как ты мило общалась с Чжан Леем. Говорят, что как бы он не пытался стать успешным в своей сольной карьере, его будут помнить только лишь как участника группы. Его даже называли предателем.
— Я так не думаю. — честно ответила Юнхи и вздернув нос пошла прочь, не дожидаясь такси. Раньше она была готова растерзать каждого, кто плохо скажет в сторону ее кумира, сейчас же у нее было слишком хорошее настроение.
Она не помнила их имена. Просто не запоминала. Они оставались в ее памяти пустыми безымянными куклами. Ей приходилось записывать в блокнот каждого с кем она знакомилась. Описывать внешность, то что любит и писать рядом имя. Чжан Лей был единственным чье имя она помнила без подсказок и напоминаний уже столько лет. В ее памяти он отпечатался ярким светом и образом. Она много работала, не спала ночами и бесконечно сидела на диетах, чтобы однажды попасть в ту же компанию, что и он. Упорная работа дала свои плоды. Сегодня она смогла стать к нему чуточку ближе. Люди без имен были для нее неважны, только лишь он чье имя отпечаталось в ее сердце.
6 глава. Говяжий бульон и тапочки-панды
Санджа обкусывала ногти, впивалась зубами в заусеницы и дергала их. Странная привычка, от которой не получалось избавиться. Она делала так каждый раз, когда нервничала и переживал. Сонбэ говорил, что некоторые привычки остаются от прошлой жизни, даже после того как у жнеца стирается память.
Она стояла у лифта и ждала, пока он поднимется с первых этажей. Переместится сейчас с помощью сил жнеца она не могла. Вдруг Чжан Лей за ней все еще наблюдает.
Зубы снова клацнули по ногтям, и Санджа с силой ударила себя по губам.
— Что за болтливая дурочка. — она ещё раз шлёпнула себе по рту. — он может подумать все, что угодно. Например, что ты ненормальная или еще что хуже. Начнет кричать о своих предупреждениях и выгонит тебя. — продолжала разговаривать сама с собой Санджа.
Её взгляд упал на увеличивающиеся цифры на табличке над дверью лифта и она задумалась о том, что было написано в письме. Там точно было слово «Убью». Санджа слышала, что айдолы подвергаются хейту от ненормальных фанатов, если те сделали что-то не так. Но за Чжан Леей не было никаких скандалов, за что его могли ненавидеть? Неужели все из-за ухода из группы? Больше причин она не могла найти, ведь он был айдолом с безупречной репутацией.
— Может просто стоит понаблюдать и подождать, пока убийца доберётся до него. И мне останется лишь забрать его душу. — Санджа хитро улыбнулась и с довольной улыбкой заскочила в лифт, насвистывая свою любимую песню к-поп группы. Свист резко оборвался, уголки губ опустились вниз, и она запустила пальцы в кудряшки.
— Проклятье, а если он убьет его после того как закончатся сорок девять дней. Еще этот Джону. За что мне все это?
В кармане завибрировал смартфон. Она вытащила его из джинс и посмотрела на экран.
Под именем контакта «упущенная душа» светилось сообщение.
«Не смей никому говорить об этом письме».
— Да, господин. — поклонилась телефону Санджа, понизив тон голоса. — Но кто же шлет тебе эти письма? Кому ты так неугодил?
Лифт привез Санджу на первый этаж, о чем сообщил громким раздражающим сигналом.
— Я должна найти того, кто шлет ему эти письма, может тогда смогу ускорить процесс. — Улыбнулась Санджа, своей гениальной идее, которую, она уверена, сонбэ назовет сумасшедшей. Но разве она когда-то вела себя как кто-то нормальный?
***
Утром ее разбудил звонок противной раскладушки. Ответив неразборчивое: «Все сделаю», она снова завалилась в кровать. Санджу всегда раздражало то, что они, жнецы, были бессмертны, но все так же нуждались во сне и еде. Что за несправедливость? Где бонусы за нервную работу и ненормированный график? Зато им предоставлялось бесплатное жилье и два выходных в год.
Второй звонок на телефон заставил Санджу подскочить в кровати, ее растрепанные волосы прилипли к губам, на лице от подушки осталось красное пятно. Под глазами красовались мешки, потому что она полночи провела в раздумьях о том, кто может писать письма с угрозами Чжан Лею.
— Санджа! — закричал сонбэ в телефон. — Сколько можно повторять? Если ты не поторопишься, я доложу на тебя в Совет.
— Выхожу. Выхожу. — Буркнула она в телефон и захлопнула его.
Она устало спустила ноги на пол, почувствовала холод, пробирающийся под пижаму и снова заползла под одеяло.
На смартфон пришло сообщение.
Санджа посмотрела на него с ненавистью, провела пальцем по экрану и прочитала сообщение от начальника Пака. Сегодня же был выходной что ему то от нее нужно?
«Чжан Лей не отвечает на звонки и сообщения. Быстро к нему домой. Позвони Юншику, узнай пароль от входной двери»
Санджа тяжело вздохнула. Парой ей казалось, что она кукла, а эти два сонбэ ее кукловоды, дергающие за ниточки. Неужели каждый работник по найму так себя чувствует? Она кинула телефон на тумбочку и упала обратно на кровать, закрыла глаза, но противная пиликающая раскладушка вновь сообщила о своем существование. Пошарив руками по тумбочке, она нашла телефон и прочитала сообщение, открыв всего один глаз.
«Только посмей вновь сейчас уснуть, Санджа. Уже в кровати снова валяешься, да? Твои дни испаряются. Работать быстро!»
Санджа застонала, поднялась, пошла умываться и надевать ненавистный ей ханбок.
Через час она прибыла на место, где должна была забрать душу умершего человека. В руке она крутила сладко пахнущую белую лилию. Сонбэ говорил, что цветок лилии помогает умершим найти дорогу к трем королям загробного мира и мосту через реку Сандзу и очистить его душу. Сомбэ уверял, что запах цветка отпугнет всякую нечисть и поможет умершему в пути к перерождению.
Санджа поправила кат, и свой черный мужской ханбок. Ее раздражала форма жнецов, нельзя было носить что-то посимпатичнее? Обычная черная шляпа и то была бы привлекательнее.
Она осмотрелась. Район Анхе в Сеуле считался одним из самых бедных. Старые дома забирались друг на друга, плотно прижимаясь боками. Люди, у которых не было возможности снять жилье, незаконно занимали полуподвальные помещения более богатых жильцов. Жили подобно мышам и старались выжить. Здесь пахло бедностью и отчаяньем. Сегодня Санджа забирала женщину, живущую в небольшом, но приличном домике. Возможно у нее не было много денег, но она держалась как могла и содержала дом в порядке и чистоте.
Санджа достала из рукава телефон раскрыла его и посмотрела на сообщение, присланное сонбэ.
«Ан Юра. Пятьдесят лет. Не замужем, есть дочь. Умрет насильственной смертью».
И больше ничего. Всего несколько жалких строк о человеке, которого в скором времени не станет. Задача жнецов не судить умершего, этим занимался Совет и десять королей. Жнецы были лишь проводниками. По сути офисные работники в огромной системе загробного мира.
Сделав несколько шагов, в сторону старой калитки разделяющую узкую улицу и маленький дворик дома, Санджа остановилась. Она не любила забирать души. Никогда. Ей было их слишком жалко. Именно из-за этого тогда она отпустила того мальчишку, который сейчас доставляет ей неприятности.
Внутри что-то грохнулось, она услышала протяжный женский крик, потом резко снова стало тихо. Скорее всего всё закончилось.
Санджа собралась с духом, открыла калитку и вошла. Пока на ней кат и ханбок, никто её не увидит. Она бы хотела считать себя суперменом в плаще, но спасать у нее кого-то получалось плохо. Вернее, ей этого даже не позволялось. Как бы жнец не желала помогать душам, спасение умершего было нарушением правил. За что обычно приходилось платить большую цену.
Она прошла по дворику, увидев развешенные вещи на верёвках. Застиранные и старые. Миновав тропинку и открыв дверь, Санджа оказалась в маленькой прихожей. В небольшом домике было тепло и уютно. С кухни пахло только готовящейся едой, которая начала подгорать.
Пройдя вперёд, она открыла дверь в комнату и дернулась. На полу небольшой кухоньки, лежала женщина. Вокруг ее головы расползалась кривыми краями лужа крови. Санджа присела около тела и посмотрела на женщину. Еще жива, но вскоре умрет. Она могла бы спасти её, позвонить в скорую. Провернуть нечто похожее что и с Чжан Леем. Но ее накажут если она вновь вмешается в жизнь людей. Она с жалостью посмотрела на Ан Юру и пошла в другую комнату, подождать пока все закончится. В соседней комнате почти ничего не было. Со стен содрали обои, словно кто-то очень торопился, снимая их со стен. Возможно она планировала ремонт. Футан свернутый большим комком валялся в углу. Небольшой шкаф приветствовал ее раскрытыми дверьми, оголяя свои пустые полки. Санджа прошлась по комнате и увидел кусок обоев на полу, а рядом маленькую фотокарточку, лежавшую изображением вниз. Она из любопытства подхватила её двумя пальцами, но не успела перевернуть. В проёме появился полупрозрачный силуэт умирающей там на кухне Ан Юры.
— Кто вы? Что вы делаете в моем доме? — строго сказала она.
Они часто сначала не понимают, что происходит.
— Я спросила, что вы здесь делаете и кто вы такая?! — она пошла на нее, повышая голос.
Санджа сунула фотокарточку в рукав ханбока, взяла Юнру за запястье и повела на кухню.
— Вот. Это вы. Только что умерли, как я предполагаю от потери крови и травмы головы. — Стараясь сохранять холодный тон, указала на труп Санджа.
Ан Юра округлила глаза и уставилась на свое окровавленное тело. Санджа старалась не смотреть туда. Забирать тех, кто умер от руки другого человека было сложнее всего.
Полупрозрачные пальцы женщины вцепились в плечи Санджи.
— Почему я здесь лежу? Все это сон? Не может быть, чтобы я умерла! — Ее пальцы все больше впивались в плечи, Санджа чувствовала, как злость проникает в сердце бедной женщины, пуская свои ростки.
— Ваше время, Ан Юра, в этом воплощении закончилось, вы должны пройти со мной, чтобы отправиться в путешествие, которое приведет вас к новой жизни. — спокойно произнесла Санджа слова, которые заучила. Она всегда старалась быть холодной. — Или же вы можете остаться на земле и превратиться в вонгви[1]. Ваше право. Но тогда вы больше никогда не сможете переродиться.
Ан Юнра наконец-то отпустила плечи Санджи и вновь посмотрела на свое мертвое тело, наклонилась над ним и завыла.
«Нет ничего горче упущенной жизни» — зазвучали слова сонбэ в ушах, пока она наблюдала как убивается по своей не прожитой до конца жизни Ан Юра.
— Вы можете не идти со мной. А отомстить тому, кто вас убил. — холодно вставила Санджа слова, за которые точно получит нагоняй от господина Хёкчжэ.
Женщина вдруг замолчала и встала. Повернулась к Сандже и твердо сказала:
— Я не собираюсь мстить тому, кто это сделал. Ведь этого человека я любила больше всего на свете. — в глазах женщины стояли слезы. — Ведите меня куда нужно.
Санджа удивленно раскрыла глаза, еще больше ужаснувшись обстоятельствам. Ее убил самый дорогой человек? Разве люди бывают настолько жестоки?
Ан Юра продолжала смотреть на нее заплаканными глазами. Только взгляд изменился. Казалось она готова растерзать именно ее, если она хотя бы попытается узнать кто был этот негодяй убивший ее. Санджа усмехнулась, протянула ей цветок лилии, который все это время крепко сжимала в руке.
— Следуйте за мной. — Санджа щелкнула пальцами, и они оказались у больших ворот, ведущих в офис, Совета, где делом Ан Юры займутся уже другие. Санджа толкнула тяжелые двери, свет ослепил ее, а потом тут же потух. Она поклонилась Ан Юре. Та лишь кивнула и пошла на свет. Санджа закрыла за ней двери и опустила плечи. Это заняло больше времени чем она думала. Она уверенна начальник Пак оборвал телефон. Ей нужно было торопиться, но она продолжала смотреть на закрытую дверь и думать о женщине, что готова была защищать своего убийцу.
— Я бы конечно на ее месте стала вонгви и отомстила. — произнесла она, вслух пряча ладони в широкие рукава ненавистного старомодного ханбока. Пальцы коснулись маленькой карточки. Она вытащила ее и с любопытством взглянула на снимок. От удивления она часто заморгала, повернула карточку снимком вниз, потом изнанкой. Еще раз и еще. Ничего не менялось. На снимке все так же оставалось изображения улыбающегося Чжан Лея.
— Откуда, вонгви меня раздери, ты тут взялся?
***
Фотокарточка не выходила из головы. Почему фото Чжан Лея было в доме той женщины? Может быть она его фанатка? Она закинула фото в блокнот, решив, что Ан Юра и правда была просто его фанаткой.
Как она и думала, начальник Пак оборвал телефон. Чжан Лей так и не выходил на связь. У него была назначена неформальная встреча с продюсерами, которую пришлось перенести. Начальник Пак искренне переживал, потому что раньше айдол никогда не опаздывал и всегда выполнял договоренности и Сандже нужно было выяснить в чем причина. Единственное, о чем мечтала сейчас Санджа это упасть в горячую ванную, отмыть запах крови, который как ей казалось, впитался в кожу, и провалиться в сон, до тех пор, пока ее снова не потревожит сонбэним. Юншик ответил сразу, сообщив код от двери и предупредив, что Чжан Лей ненавидит, когда в его доме ходят в носках или босыми. Санджа по его совету купила новенькие тапочки и теперь, пока лифт нес ее к облакам, обнимала две мордочки панды.
Она тихо вошла, кинула сумку у входа, тихо поставила тапочки на пол и засунула в головы панд ноги. В квартире стоял полумрак. Чжан Лей зашторил окна от чего солнечный свет лишь слегка пробивался сквозь плотную ткань. Кроме темноты в квартире царила тишина. Санджа прошла вперед, шаркая новыми тапочками. По совету Юншика заглянула в маленькую комнату, где Чжан Лей чаще всего писал музыку и забывал о существование реальности. Никого. Она прошлась на кухню и по гостиной. Поднялась на второй этаж и зашла в комнату. Там тоже было темно, вот только тяжелое дыхание нарушало тишину.
Санджа провела рукой по выключателю и увидела, как Чжан Лей натягивает одеяло на лицо, прячась от яркого света. Она подошла к кровати, ее взгляд упал на запечатанное вчерашнее письмо. Любопытство заставило потянутся к нему, но горячая ладонь, выползшая из-под одеяла, остановила ее. Санджа дернулась. На ее холодную кожу словно пролили горячий кофе.
Она резко стянула с Чжан Лея одеяло. Он смотрел на нее строго, пустыми затуманенными глазами. Его трясло. Он отпустил запястье Санджи, поджал колени к себе, собрался в маленький комок и натянул одеяло до самой макушки.
Санджа замерла. Умирают ли люди от лихорадки и простуды? Она бессовестно потянулась за смартфоном, набрала первое слово в поисковике и замерла. Тяжелое дыхание под одеялом Чжан Лея нарушало тишину. За окном гудел город, кипела жизнь, а внутри Санджи бушевали сомнения. Ей стоит развернуться, уйти и ничего не сделать. Ей просто нужно проявить безразличие. Люди всегда так делают. Проходят мимо тех, кому нужна помощь. Она поднесла пальцы ко рту, щелкнула зубами по ногтю, шлепнула себя по губам и резко развернулась к входной двери.
— Я точно сумасшедшая. — Буркнула себе под нос, снимая тапочки панды с ног и аккуратно ставя их в уголок.
***
Когда Санджа вернулась, он все так же лежал в кровати и тяжело дышал. Она стянула с него одеяло и, подставив руку под шею, приподняла и подложила подушку под спину, чтобы он сел.
— У тебя жар. — Санджа села на край кровати и по-деловому засунула градусник ему в рот. — Я сейчас дам тебе жаропонижающее и приготовлю бульон. Это скорее всего из-за того, что ты упал в реку. Почему не позвонил вчера ночью, я говорила, чтобы звонил в любое время. Хотел тут помереть один? — Она быстро тараторила, ища что-то в шелестящем на всю квартиру пакете. Градусник громко сообщил о повышенной температуре. Санджа вытащила его изо рта Чжан Лея и посмотрела на цифры. Тридцать девять и пять. Это и правда был ее шанс, возможно он бы умер, не решив она поиграть в благородного рыцаря.
— Твои манеры оставляют желать лучшего. — еле слышно произнес он.
— Ладно, настало время признаться, я старше тебя, так что прочь всякие формальности. Можешь звать меня нуной[2], разрешаю. — Махнула на него Санджа, открывая флакончик и протягивая Чжан Лею. — Выпей. Это снизит температуру.
Уголки его губ слегка дрогнули, он взял пузырек и опустошил одним глотком. А потом устало упал на подушку.
— Вот и молодец. — Улыбнулась она и встала с края кровати, направившись в ванную.
Найдя полотенце, она смочила его теплой водой и вернулась к Чжан Лею. Услышав ее шаги, он приоткрыл глаза и снова их закрыл. Она наклонилась над ним. Провела полотенцем по лбу и лицу, расстегнула пару пуговиц на рубашке, чтобы протереть грудную клетку и собралась протереть шею, но все такая же горячая рука остановила ее.
— Я могу сделать это сам. — слова давались ему все так же сложно.
— Почему ты не позвонил никому? — возмутилась Санджа покорно отдавая ему полотенце, сомневаясь, что у него хватит сил на вообще какие-то действия. — Ладно, ты был зол на меня. Но ведь наверняка у тебя есть друзья или родители.
— Родители в Китае уже год занимаются бизнесом. Друзей у меня нет. Вернее, когда-то были. Но, как и многие считают предателем. А я всего лишь хотел защитить их репутацию. — он говорил медленно, после каждого слова набираясь сил.
Санджа нахмурилась. Об этом в досье ничего не было. Она помедлила, посмотрела на его вновь прикрытые веки, часто поднимающуюся грудь и снова сделала не то что должна была.
— Если тебе понадобиться помощь, всегда можешь звонить мне.
Уголки губ айдола дернулись в слабой улыбке и через мгновение он уснул. Положив на его лоб влажное полотенце, она пошла готовить бульон.
Она посмотрела на большое просторное помещение, заглянула в холодильник, где было все идеально сложено по полочкам, в красивых контейнерах. Казалось она может ослепнуть от чистоты. Кинув большой пакет с продуктами на столешницу, она закатала рукава. Санджа посмотрела на все продукты, что достала из холодильника и вытащила из пакета, постукала пальцами по разделочной доске и вытащила телефон из кармана. Найдя видео как приготовить бульон, принялась за дело.
Через час кухня превратилась в место апокалипсиса. Плиту залило убежавшим говяжьим бульоном, овощи, что резала Санджа, валялись по всей столешнице и даже на полу. Приправы устилали кухонный гарнитур словно она специально рассыпала их везде. А ведь всего лишь их уронила. Ее волосы, озорными завитушками торчали в разные стороны, на трех пальцах красовался пластырь. Лоб усыпали маленькие бусинки пота. Она не готовила, а боролась с кухней за еду.
Санджа посмотрела на все, прикусив нижнюю губу, и подумала о том, что стоит убраться от сюда до того момента, когда Чжан Лей осознает, что она вообще здесь была. Может в болезненном бреду он и не вспомнит, что она приходила?
В коридоре послышались тяжелые шаги. В двери возник Чжан Лей и тут же замер, увидев, что творится на его, светящейся когда-то чистотой, идеальной кухне.
— Давай сделаем вид, что ты этого не видишь.
— Я по твоему слепой? — спросил он, удрученно смотря на разруху вокруг. Он говорил громче, чем там в спальне. Значит ему становилось лучше.
— Я бы очень хотела, чтобы ты ослеп ненадолго. — пробормотала она себе под нос. — Зато я приготовила тебе бульон. Иди в кровать, я тебе его принесу.
Она развернула его к себе спиной и легонько выпихнула из кухни.
Когда Санджа пришла в комнату, он стоял без рубашки. Его натренированное тело покрылось капельками пота и теперь блестело в свете светильника, стоящего на прикроватной тумбе. Санджа замерла в дверном проеме, бесстыже, смотря на красивое тело певца.
Жаль, что такому красавчику нужно умереть.
Она продолжала его разглядывать, внимательно наблюдая как маленькая капелька пота стекла с его плеча, прокатилась по груди, по полоске, разделяющей кубики пресса и исчезла за краем резинки спортивных штанов.
Чжан Лей вопросительно посмотрел на Санджу, засовывая руки в чистую белую футболку.
Она широко улыбнулась, быстро перевела взгляд на окно, надеясь, что он не заметил ее бессовестного взгляда.
— Закончила? — Спросил он охрипшим голосом.
«Он о том, что я глазею на него или о чем-то другом?» — задала она сама себе вопрос, разглядывая интерьер комнаты. Стало неловко.
— Ну что там у тебя? — спросил он, указывая на принесенную тарелку.
— Фирменный бульон моего дядюшки, который и мертвого из могилы поднимет. — Улыбнулась Санджа и указала на кровать. — Иди, ложись в кровать, ты, скорее всего еще слаб, не стоит стоять. Я любезно покормлю тебя с ложечки.
Она подошла к кровати, уселась на край, зачерпнула ложкой суп и протянула ему. Он забрал у нее ложку и с опаской посмотрел на грустно плавающую капусту кимчи в мутном говяжьем бульоне.
Казалось на его лице отразились все эмоции отвращения, которые существовали во вселенной.
— Ты решила меня убить? — скривился он, не зная куда деть то что было у него во рту.
«Как он догадался?» — пронеслись мысли у нее в голове.
— А это ты про суп. — произнесла она вслух, ловя на себе пылающий взгляд Чжан Лея. — Все настолько плохо?
Она выхватила у него из рук ложку, смело зачерпнула бульона и засунула себе в рот. Она посмотрела на чашку, потом обвела взглядом всю комнату, ища хоть какую-то емкость, куда можно было выплюнуть этот яд. Не найдя куда деть свое творение, Сандже все же пришлось его проглотить.
— Боюсь твоя кухня пострадала напрасно. — Она поставила чашку с бульоном на прикроватную тумбочку и достала телефон из кармана, ища службы доставки.
— Она осталась целой, уже хорошо. — он слабо улыбнулся. Чжан Лей все так же тяжело дышал, но выглядел уже намного лучше.
Санджа посмотрела на него и хотела извиниться за случившееся вчера, но не смогла. Это глупо. Глупо извиняться за то, что собираешься сделать еще раз.
— Теперь тебе нужно поспать. Я останусь здесь, чтобы наблюдать за твоим состоянием. Я понимаю, что в больницу ты все равно откажешься ехать. Ведь сразу поползут слухи. Спи. — Она поправила ему подушку и укрыла одеялом, подпихнув его под бока. Кажется, так ей кто-то делал раньше, в той жизни которую она не помнит.
С кавардаком на кухне она провозилась целых два часа. Ей удалось почти восстановить ее чистоту, но пришлось пожертвовать несколькими тарелками, что бессовестно выскользнули из ее рук на пол. Когда она заглянула в комнату, Чжан Лей крепко спал, высунув одну ногу из-под одеяла. Санджа положила ладошку на лоб. Он снова становился горячим. Сев на край кровати, она посмотрела на него. Он был совсем не похож на того мальчишку которого она тогда спасла. Избитого собственным отцом, познавшего всю горечь жизни, еще практически только начавшего свой путь. Но с горящими глазами и сердцем.
— Ты исполнил свою мечту? — тихо спросила Санджа, наклоняясь над ним. — Я подарила тебе жизнь, мой подарок будет напрасным, если ты ничего не сделал за это время.
Санджа запустила руки в волосы, распутала пучок на голове и запустила пальцы в локоны, массируя кожу головы. Сняла очки, и надавила на глазницы. Песчинки ее времени медленно падали в песочных часах, в которых отсчитывались оставшиеся дни. Очередной она потеряла. Потеряет ли она еще один?
«Я хочу исполнить свою мечту» — зазвенел смелый мальчишеский голос у нее в голове.
Санджа застонала, запустила руки в волосы, яростно их растрепала и упала лбом на стоявшую рядом тумбочку, повернула голову в сторону спящего айдола, потянулась к выключателю и стала щелкать им то включая, то выключая лампу.
— Умрет или нет? Успею или не успею? — шептала она, продолжая повторять бессмысленные действия.
Заиграл монотонный рингтон. Санджа дернулась, опомнилась и резко встала.
— Возьми себя в руки, Санджа! — она шлепнула себя по щекам, потихоньку взяла письмо со столешницы и засунула себе в задний карман джинс, хладнокровно посмотрела на Чжан Лея. Больше она не позволит свой глупой жалости взять верх над разумом. Чжан Лей должен умереть и это должно случиться как можно скорее.
***
Ему снился старый дом. Тот, в котором материнское тепло смешивалось с отцовской жестокостью. Он не мог сказать, что скучал по тем временам. Чжан Лей скучал по матери. Не смотря на сложную жизнь, конфликты с мужем, который злоупотреблял алкоголем и часто поднимал на нее руку, она оставалась образцовой матерью и женой, что заботится о уюте дома и старается сделать все для успешного будущего своего ребенка. Богатством они не отличались, отец только и делала что пил и играл на деньги, когда мать пыталась подрабатывать. Ей часто приходилось брать его вместе с собой на завод, где другие женщины подкармливали вкусняшками. Его маленький мир крутился вокруг матери до тех пор, пока он впервые не услышал звуки музыки. Он умолял мать записать в музыкальную школу, но это было слишком дорого для их семьи. Когда отец узнал об этом — он впервые избил его, уверяя что всяким мелким крысам не стоит мечтать выбраться из сточной канавы. Этот мир так не работал. Чжан Лей знал, что отец часто злился на мир, который как ему казалось, обошёлся с ним несправедливо. Воспоминания о детстве остались в его сознание размытыми картинками, лишь во сне обретая четкие очертания. Он хотел забыть прошлое, стереть его из памяти и никогда не возвращаться к нему, как никогда не возвращался в свой старый дом после смерти матери. Только вот прошлое не собиралось его отпускать и преследовало каждый день.
Из тревожного лихорадочного сна его вырвал телефонный звонок. Слабость еще сковывала его тело, и он с рудом смог взять телефон в руки. Звонили родители. Вернее, те кто заменили ему родных родителей.
Он потянулся к светильнику и щелкнул выключатель. Свет обжег глаза так что пришлось зажмуриться. Звонок оборвался и снова повторился. Чжан Лей сел в кровати и включил видео звонок.
— Сынок. — с облегчением вздохнула женщина на той стороне экрана. Она как всегда элегантно выглядела. Уложенные волосы, красивое платье и легкий макияж. Именно она привила ему чувства стиля и любовь к всему гармоничному. — Мы тебе звонили целый вечер. Что случилось? Ты в порядке?
— Мам, — улыбнулся он, поправляя волосы и делая вид, что с ним все хорошо. — Просто немного устал на работе и в свой выходной решил отдохнуть.
В поле зрения камеры появилось серьезное лицо мужчины. Он был в махровом халате, с очками на носу и карандашом за ухом.
— Это точно наш сын? — он приблизился к камере, чтобы посмотреть поближе. — Он сказал, что решил отдохнуть. Ты, когда слышала в последний раз, чтобы он отдыхал? Кажется, это было так давно, что я уже и не помню. —
Мама вытолкнула отца за край видимости камеры и стукнула его по плечу.
— Это хорошо, что ты решил отдохнуть, сынок. Твой менеджер хорошо о тебе заботится?
Чжан Лей, только сейчас понял, что Санджа, которая была здесь, ушла. А обещала охранять его покой. Он взглянул на прикроватную тумбу, на которой стояли стакан воды и пузырек с лекарством. Небольшой листочек стикер, изрисованный разными рисунками она прилепила на стол и подписала:
«Если снова поднимется температура. Прими это»
Она бесцеремонно продолжала ему тыкать.
— Чжан Лей. — позвала его мать.
— Да, она обо мне хорошо заботиться. — ответил он, улыбнувшись.
— Это девушка? — на экране снова появилось большое лицо отца. — Твой менеджер девушка? Красивая? Такая же как твоя мама? Ты же знаешь, что мы с твоей матерью познакомились на работе. Может… — он не закончил и снова был выгнан за края экрана.
— Дорогой не слушай отца. Сейчас твоя задача сосредоточиться на предстоящем концерте. Береги себя и звони нам почаще. — она послала воздушный поцелуй в экран и помахала рукой.
Чжан Лей улыбнулся и попрощался с родителями.
Его мир однажды разрушился, судьба отняла у него родную мать, что держалась за жизнь только ради него, но в тоже время подарила ему двух прекрасных людей которых он мог называть родителями. В его деле было указано, что он чудом выжил и что кто-то вовремя оказал первую помощь. И он был благодарен этому человеку.
[1] в корейской мифологии злые духи, призраки людей, умерших насильственной смертью
[2] обращение младшего к старшей девушке по возрасту.
Глава 7. Смерть и купидон в одном лице.
Свет растекался по съемочной площадке. Большие яркие плазменные экраны транслировали красивые цветные картинки. Санджа смотрела на плавающие узоры в большом фиолетовом море красок, грызла кончик карандаша и разглядывала железные штуки, на которых висели софиты. Она заглянула в блокнот и сверилась с записями. Все верно. Сцена. Падение тяжелых железных приборов, смерть от травм несовместимых с жизнью.
Чжан Лей стоял на большой сцене, разговаривая с звукорежиссёром и продюсером Ли. С сегодняшнего дня у него начинались съемки шоу «Новый айдол», в котором несколько молодых артистов, что стажируются уже достаточно долго должны соревноваться между собой чтобы получить возможность дебютировать раньше и получить кучу рекламных контрактов со спонсорами шоу. По сценарию в шоу принимали участие несколько наставников, что должны были обучать стажеров и ставить с ними номера. Чжан Лей стал одним из наставников, который отвечал за танцы. По словам пиарщиков, это отличное шоу для того, чтобы показать его профессионализм. Сандже же показалось, что он согласился только потому что обожал танцевать. Наблюдая за ним, она поняла, что музыка и танцы были его смыслом жизни. Он танцевал везде, в любую свободную минуту. Мог забыться и начать танцевать, уйдя в тень, в моменты перерывов в дни съемки рекламы. Ноутбук и наушники — его вечные спутники. Она видела, как горят его глаза, когда он пишет музыку, как он довольно, улыбается если отточенное движение получается идеально. Она редко встречала таких людей: любящих свою работу.
После того дня с температурой, он стал мягче к Сандже, меньше вздыхал при каждом ее падение и даже один раз улыбнулся, когда она застряла в турникете, зацепившись сумкой об эти страшные железные руки. Она же пыталась отстранится.
Она тяжело вздохнула и засунула свой черный блокнот с карандашом в большую сумку, что теперь всегда висела у нее на плече. Санджа носила в ней бутылочки с водой, наушники Чжан Лея, несколько полотенец и пару белых маек, влажные салфетки и большой блокнот с расписанием. Теперь на дне этой сумки еще лежало письмо с надписью: «Умри». Содержание которого заучила наизусть, пытаясь понять отправитель. Пожелавший ему смерти человек твердил о каких-то долгах, говорил, что Чжан Лею не место на сцене, и он должен валяться в сточной канаве — мертвый. Человек, писавший это, явно ненавидел Чжан Лея. И был ненормальным. Санджа смотрела на айдола и удивлялась как он может оставаться таким спокойным, ведь письмо скорее всего не первое. Он отлично держал лицо для того, кому угрожают смертью или это было привычно для него? На мгновение Сандже стало его жаль. И эти чувства, которые она не должна была испытывать, осели осадком на ее сердце.
Она не сводила взгляд с Чжан Лея, внимательного слушавшего продюсера, потом покачала головой и пробубнила себе под нос.
— Все равно сегодня все закончится.
— Что закончится? — кто-то произнес за спиной.
Голос пришедшего вызывал отвращение и раздражение. Сандже стало не по себе, она, не оборачиваясь быстрыми и большими шагами, насколько ей это удавалось с ее то короткими ногами попыталась скрыться. Пройдя в тень съемочной площадки, она обернулась и не увидев Джону, с облегчением вздохнула.
— Ты удивительно быстрая, для такой малышки. — Он возник, словно из ниоткуда и встал перед ней.
Она дернулась и выругалась, проклиная Джону. Резко развернулась и снова попыталась от него убежать. Прошлась по рядам маленького зала, который в скором времени наполнит массовка для шоу, и спряталась за сиденьями выставленных в ровные ряды стульев.
— Чего он ко мне пристал? — Санджа потихоньку высунула одну лишь макушку из-за спинки, посмотрела в разные стороны. Прилипалы нигде не обнаружилось, она уже обрадовалась и собралась выползти из ряда, как повернула голову вправо и увидела сидящего рядом в такой же позе, как и она Джону, который пристально смотрел на нее и надувал щеки от смеха.
— Ты самый странный жнец смерти, которого я когда-либо встречал. — прыснул он смехом ей в лицо. Она, испугавшись что кто-то услышит, закрыла его рот ладошкой.
— Заткнись! — буркнула она, снова высовывая голову из-за сиденья. — Если бы я могла, то оторвала бы тебе язык прямо сейчас.
Джону аккуратно убрал ее руку со рта и произнес.
— Если нас здесь кто-то застукает подумает, что мы делаем что-то непристойное. — он хитро улыбнулся, его голос стал ниже, он наклонился поближе к Сандже. — А с языком можно сделать кое-что интереснее. Я могу научить.
Санджа скривилась, словно съела лимон, вскочила со своего места, как будто на полу были раскаленные угли, перекинула ногу через сиденья, пытаясь перелезть, запуталась в своих же ногах и с шумом упала на пол. Мысленно послала приставалу к предкам и зашагала к Чжан Лею, надеясь, что этот самонадеянный идиот больше за ней не последует.
Айдол, спустившийся наконец-то со сцены подошел к только что подбежавшей Сандже. Она протянула ему бутылочку с водой. Он всегда смачивал горло, чтобы оно не пересыхало. Сегодня должна была пройти всего лишь репетиция, поэтому он стоял в белой футболке и широких тёмных джинсах. И выглядел по-простому, а не как айдол с тысячами поклонников.
— Снова проверяла пол на прочность? — произнёс он, делая глоток воды и лишь взглядом указывая на запачканные штанины.
— Чжан Лей, прекрати цепляться к ней по пустякам. — от голоса Джону Санджа вся поёжилась. В своей голове она представила красочную картину как в штаны Джону заползают скарабеи, кусают за его задницу и не только, он страдает и умирает.
— Я не цепляюсь к ней. — парировал Чжан Лей, закручивая крышку и отдавая бутылку Сандже. Ей показалось, что он специально подошел к ней ближе.
— Вот и славно. Эта малышка под моей защитой. — стоявший за ее спиной Джону, поравнялся с ней и подмигнул. Санджа закатила глаза и отвернулась. — Кстати, ты кое-что обронила, когда прыгала там через препятствия.
Он поднял руку, чтобы в свете софитов можно было разглядеть потерянное Санджой.
Чёрный блокнот, что только что лежал у нее в сумке. Неужели он выпал?
Санджа вся покраснела от злости, сжала кулаки и процедила сквозь зубы.
— Верни.
— Нет. — он поднял руку с блокнотом повыше, чтобы Санджа не смогла достать. Она попыталась подпрыгнуть, но лишь кончиками пальцев коснулась края черной обложки. — На самом деле я прочитал здесь много чего интересного, думаю, Чжан Лей, тебе бы это тоже понравилось.
Санджа покраснела еще больше и с силой пнула Джону по ноге. Он охнул и выронил блокнот, который упал на пол и раскрылся последними страницами исписанными корявым почерком. Санджа старательно вывела слово УМРИ большими жирными, огромными буквами. Взгляд Чжан Лея упал на блокнот, Санджа быстро опустилась, захлопнула и сглотнула скопившуюся от волнения слюну. Айдол нахмурился, но продолжал молчать. Она же кипела от злости, сунула улику подмышку и, натянуто улыбнувшись, обратилась к прилипале.
— Можно с вами поговорить наедине.
Он довольно улыбнулся, взглянул на Чжан Лея взглядом победителя, и зашагал со сцены вниз, прячась в полумраке вместе с Санджой.
Санджа выдохнула, сжала и разжала кулаки, сдерживая желание стереть эту довольную ухмылку с его лица. Что за абсурд? У жнецов была нечеловечкая сила, но применить ее на таких говнюках как он они не могли.
— Не буду спрашивать кто ты, почему знаешь о существование жнецов и для чего ко мне привязался. Мне плевать на все это. Самое главное — не мешайся у меня под ногами. Что тебе нужно чтобы ты молчал? Я постараюсь дать тебе это.
Она уперлась кулаками в бока, дернула головой высоко задирая нос и поправила вечно сползающие с носа очки.
Джону улыбнулся еще шире, наклонился к ней и дерзко ответил:
— Тебя. Как ты заметила: деньги, слава, почет, красота мне не нужны. Все это у меня есть. А вот ты, — Он осмотрел её с ног до головы. — ничего не могу с собой поделать. Ты слишком сильно мне приглянулась!
Санджа поежилась и часто замотала головой в разные стороны. Словно хотела вытряхнуть из головы только что услышанные слова. Джону поднял одну бровь в ожидание ответа.
Кто-то выкрикнул его имя со сцены. Он отозвался и снова повернулся к Сандже.
— Если ты еще не готова оценить всю прелесть моей красоты и моего обаяния, я могу подождать. Только помни, малышка, если ты будешь долго думать, я могу сболтнуть Чжан Лею чего лишнего.
Он бесцеремонно щелкнул Санджу по носу и побежал на сцену.
Санджа достала раскладушку, открыла крышку и зажала цифру один. Сонбэ быстро поднял трубку.
— Вот это да! — искренне удивился он. — Ты сама мне звонишь? Это что такое? Сейчас небеса рухнут что ли?
— Сонбэ, скажите мы и правда не можем причинить вред невинной душе. Вообще никак? Даже чуть-чуть? Ну там руку сломать, шею свернуть или вырвать язык?
Сонбэ, что кажется в очередной раз что-то жевал и смотрел очередную мелодрамму, поперхнулся.
— Ты же знаешь, что причинить вред человеку мы не можем. Твоя задача лишь подстроить его смерть, косвенно, не марая свои руки. Иначе страдать будешь ты. — его голос стал монотонным и ровным, начитывая очередную лекцию о правилах и законах. — И вообще я же дал тебе список.
— Я не Чжан Лее, сонбэ. —выдавила из себя Санджа. — Есть тут один альфа-самец, который как кость в горле. Он, — она сделала паузу, оглянулась по сторонам и понизила голос. — Он знает, что я жнец.
На той стороне молчали, жевали и с шумом запивали еду.
— Я говорил тебе быть аккуратней? Говорил. Так что, давай, Санджа, разбирайся сама, у меня тут сериал интересный.
Короткие гудки сообщили ей, что господин Хёчжэ послал ее туда куда она все время грозилась засунуть хвосты кумихо.
Она захлопнула крышку телефона и топая ногами, пошла к сцене. Сегодня все должно закончиться. Иначе ей придется нарушить кодекс жнецов и придушить одну невинную душу.
***
«Всё получится» — твердила она себе. Пока Чжан Лей, Джону, который тоже оказался одним из наставников и ведущий снова прогоняли еще раз сценарий с продюсером Ли, Санджа незаметно пробралась за кулисы. Ей нужно убедится, что все сработает. Санджа пробралась за большие плазменные экраны на которых все так же расплывались краски собираясь в причудливые узоры. Ночью накануне она облазила всю площадку, чтобы понять где найти слабое место и подстроить падение осветительных приборов. Сейчас же в полумраке закулисья она пыталась разобраться где нужный ей трос. В тени большого экрана показалась фигура, Санджа напряглась переживая, что её заметят, но фигура не двигалась.
«Что это?» — пронеслось в голове у Санджи и она сделала несколько шагов в сторону стоящего. Фигура двинулась вперед, прячась за большими коробками, сложенными горой. Санджа ускорила шаг догоняя прячущегося, но услышала, как скрипит железо. Она подняла глаза и увидела, как большие трубы с яркими глазами светильниками накренились и стали грозно нависать над сценой. Очередной треск — звук угрозы и опасности.
Санджа кинулась вперёд, запнулась о провода и завалилась в груду коробок.
— Проклятье! — выругалась она, потирая локоть.
Скрип железа сообщил о том, что сейчас самое время. Сандже необходимо убедиться, что Чжан Лей будет там. На сцене.
Она замахала руками, разгребая коробки будто они были картонным болотом, в которое угодила Санджа. Выбравшись, она победно пискнула и побежала на сцену.
Скрип креплений и треск ремней, разнесся по павильону.
Кто-то закричал.
Санджа оказалась в тени сцены в тот момент, когда большой осветительный прибор начал падать на Чжан Лея одиноко стоявшего на сцене.
«Сейчас все закончится» — подумала Санджа и отвернулась, зажмурив глаза.
По съемочной площадке прокатился звук разбивающегося стекла, звон железа и треск ломающейся полов сцены. Женский и мужские возгласы ударили Санджу больно по сердцу. Она стояла спиной к сцене боясь повернуться и увидеть мертвое тело Чжан Лея.
Воздуха не хватало, сердце больно щемило.
Казалось, она все ещё оставалась человеком, ведь как еще объяснить эту боль в районе где когда-то билось сердце. Кто–то крикнул чтобы позвонили в скорую! И Санджа испуганно повернула голову на крик.
В центре горкой лежал разбившийся светильник, стёкла разлетелись по гладкой поверхности и несколько кристаллов лежало даже возле ног Санджи. Чжан Лея рядом с упавшим софитами не было. Обеспокоенно Санджа вбежала на сцену и увидела его, лежавшего, совсем не далеко от места возможной смерти, вместе с девушкой, что тогда вытащила его из реки. К ним подбежали люди, Юнхи лежала без сознания. Чжан Лей почти не пострадал. Его руки исцарапали стекла от софита, на подбородке кровила небольшая рана.
— Она уже второй раз его спасает. — знакомый голос, от которого Санджу уже тошнило сегодня, раздался за спиной.
Санджа дернулась, посмотрев в сторону липучки.
Джону наклонился к ней, чтобы слышала только она и продолжил:
— Кажется, ты не жнец смерти, а маленький миленький купидончик. По закону жанра они должны влюбиться в друг друга. Смотри. — он указал на Чжан Лея и Юнхи.
Айдол обеспокоенно смотрел на девушку, которая пришла в себя и убеждала его что с ней все в порядке.
— Может она его судьба и именно поэтому постоянно спасает. — продолжал подливать масло в огонь Джону.
— Скажешь ещё одно слово, и я правда вырву тебе язык. — буркнула Санджа и пошла в сторону Чжан Лея.
Междуглавие пятое. Наблюдая со стороны
— Ан Юнхи. — объявил, человек с планшетом в руках. — Мы с продюсерами и сценаристами шоу решили, что твоя кандидатура подойдет больше всего. На самом деле Санни в голосовании при первоначальном отборе обошла тебя всего в несколько голосов. И справедливости ради, после этой ужасной трагедии, мы решили взять тебя на ее место в проекте. — он улыбнулся, а Юнхи попыталась вспомнить как его зовут. Ничего не выходило.
Кто-то одобрительно похлопал ее по плечу.
— Поздравляю, Юнхи. Ты этого заслужила.
Кажется, ее звали Миджин. она все пыталась подружиться, но Юнхи было комфортно одной.
— Спасибо. — Поклонилась она продюсеру, проигнорировав жест Миджин. — Я буду стараться, чтобы вы не пожалели о своем выборе.
Продюсер улыбнулся и еще раз уточнив время и место, когда начнутся съемки шоу попрощался со всеми и вышел.
— Там будут такие крутые наставники. — Произнес кто-то из парней, которых тоже отобрали для участия в шоу. — Это честь с ними поработать. — продолжал он восторгаться. Всегда хотел поработать с Чжан Леем. В танцах он божественен.
Юнхи еле заметно улыбнулась. Когда кто-то хвалил его сердце наполнялось радостью и теплотой. Она так не радовалась за свои победы как за победы и достижения своего кумира.
С тех пор как она его спасла они больше не встречались. Через пару дней ей написала менеджер Чжан Лея, чтобы прислать цветы и подписанный альбом, с теплыми пожеланиями и благодарностью. Счастье наполняло ее сердце и сейчас спустя несколько дней она снова смотрела на него со стороны пока он стоял на сцене и обсуждал, что-то с продюсерами и сценаристами.
Она любовалась его красотой, сдержанной улыбкой и тем как он держался на сцене. Юнхи могла смотреть на него вечно и от радости возможности работать с ним вместе сердце начинало стучать в бешеном ритме, щеки горели огнем и дыхание учащалось.
Чжан Лей сказал что-то продюсеру и спустился со сцены к своему менеджеру. Ее имя Юнхи тоже не запомнила. Они перекинулись парой слов, к ним подошел другой наставник и девушка странно себя повела. Она не нравилась Юнхи. Совершенно. Ей казалось, что она обязательно принесет ее Чжан Лею неудачу. Менеджер отошла в сторону, а потом исчезла на некоторое время.
Она продолжала наблюдать за Чжан Леем, он остался один на сцене и кажется кого-то искал глазами. Их взгляды встретились, Юнхи улыбнулась и помахала ему рукой. Сердце наполнилось счастьем, из-за того, что он ее запомнил и сейчас машет в ответ. Треск снова повторился и Юнхи подняла взгляд к софитам. Один из них наклонился и начал падать, и она не осознано кинулась на сцену.
Глава 8. Волшебный пластырь любви
На сцене почти никого не было. Остался последний прогон по сценарию вместе с молодыми стажерами. Чжан Лей стоял на краю и листал сценарий шоу, продюсер Ли тыкал карандашом в те или иные места, уточняя как себя вести, куда встать и что делать: здесь нужно было улыбнуться, здесь рассказать и произнести для бедующих айдолов мотивационную речь. Чжан Лей внимательно слушал и кивал. Он ценил в людях дисциплину и ответственность, поэтому сам старался быть именно таким. Продюсер Ли улыбнулся, довольный работой и спустился со сцены. Поискав глазами Санджу, он нигде ее не обнаружил. Она всегда пропадала в самые неподходящие момент. Он взглядом пробежался по рядам стульев, что в скором времени наполнится массовкой. Голова еще болела после плохого состояния накануне. После разговора с родителями ему снова снился плохой сон. Он снова был маленьким мальчишкой, снова умирал и возвращался к жизни. Это странный сон преследовал его с самого детства и Чжан Лей не был уверен было ли это реальностью или просто картинками, что воссоздал мозг ребенка, страдающего от домашнего насилия.
Он снова поискал глазами Санджу, но встретился взглядом с Юнхи, которая стояла совсем недалеко от сцены в черной худи и тут же помахала рукой как их взгляды встретились. Он помахал ей в ответ. С тех пор, как она его спасла, они не разу не пересекались в компании. Его график был плотно забит. Ее как стажера компании скорее всего тоже. Она улыбалась ему искренне и открыто, и он не мог отрицать что ее глаза светились счастьем, когда она смотрела на него и этот искренний свет счастья передавался ему.
Она вновь помахала рукой, но внимание Чжан Лея упало на тень, стоящую за ней. Высокая, в черном капюшоне, она нависла над девушкой. От упавшего на тень света в тени капюшона сверкнула улыбка. По спине Чжан Лея побежали мурашки. Ноги приросли к полу.
Раздавшийся треск и скрежет метала разнёсся по площадке. Чжан Лей задрал голову и увидел, как один их огромнейших софитов наклонился на бок. Еще один треск. Яркое пятно света что стало быстро приближаться к застывшему на месте Чжан Лею. Он почувствовал, как кто-то с силой толкнул его в грудь, как спина и локти коснулись холодной твёрдой поверхности, как осколки от разбившегося софита оцарапали кожу на лице и руках.
Кто-то закричал, площадка наполнилась обеспокоенными голосами. От слепившего яркого света перед глазами все плыло. Чжан Лей провел рукой по полу и наткнулся на чью-то руку. Несколько раз моргнул, пытаясь вернуть зрение.
Юнхи лежала рядом с ним и кажется не двигалась. Люди стали собираться вокруг них, кто-то закричал о том, чтобы вызвали скорую. Он приподнялся на локте, который ныл и посмотрел на девушку, лежавшую рядом с ним.
— Юнхи. — позвал он ее, аккуратно касаясь плеча. — Юнхи...
Людей вокруг становилось все больше. Работники площадки, стафф и другие стажеры собрались вокруг и перешептывались. Кто-то растолкал толпу пытаясь пробиться к Чжан Лею и Юнхи. Продюсер Ли обеспокоенно присел рядом с ними и посмотрел на стажера.
— Она без сознания? — испуганно спросил продюсер. — Я заставил стафф проверить оборудование и свет несколько раз. Не понимаю, как такое могло случится. — виновато потер шею продюсер Ли.
Чжан Лей не хотел думать, что все это происходит из-за него. И те письма с пожеланием смерти стали превращаться из просто бумажки, а реальную угрозу жизни.
— Нужно вызвать скорую.
Юнхи зашевелилась и открыла глаза. Чжан Лей с облегчением вздохнул. Он подложил руку ей под плечи, помогая приподняться.
Она тут же широко раскрыла глаза и обеспокоенно посмотрела на Чжан Лей.
— Вы не пострадали? — в ее глазах застыл испуг.
— Спасибо. Ты спасла меня. — глухо произнес Чжан Лей. Юнхи попыталась встать, но он ее остановил. — Тебе лучше не двигаться вдруг ты пострадала.
— Я в порядке. — Юнхи испуганно осмотрелась и тут же попыталась встать.
Чжан Лей проследил за ее взглядом и понял, что сейчас на них устремлены несколько пар глаз. Слухи в индустрии слишком быстро разлетаются, а молодому стажёру были не зачем скандалы перед самым дебютом.
Он поднялся первым и подал ей руку. Простую вежливость никто не отменял, а тех, кто из этого сможет раздуть нечто большее можно смело назвать идиотами. Юнхи нахмурилась и робко вложила свои пальцы в руку Чжан Лея. Вставая на ноги, она пошатнулась, и ему пришлось подхватить её под локоть. Людей вокруг стало ещё больше, и он среди столпившегося персонала увидел яркое пятно желтого свитера Санджи.
— Давайте уйдем от сюда. А то тут слишком много лишних глаз. — подошел к ним продюсер Ли. — Юнхи, ты можешь идти?
Она кивнула. Первые шепотки пролетели над головами стоящих. Чжан Лей спокойно помог Юнхи спуститься со сцены, подхватив под локоть и повел ее за продюссером.
Санджа появилась рядом с ним словно из ниоткуда. На его удивление молчала, лишь изредка поглядывая на него и идущую рядом Юнхи.
Когда они пришли в костюмерную, Чжан Лей помог ей сесть на диван. Еще несколько раз спросил в порядке ли она. Продюссер Ли стал мерить комнату шагами, ходя из одного угла в другой.
— Не знаю, как такое могло случиться. Работники проверяли все несколько раз. Шоу еще не началось, а у нас уже несчастный случай на площадке.
— Нужно вызвать скорую. — снова повторил свою просьбу Чжан Лей. — Санджа…
— Я в порядке. — перебила его Юнхи. — со мной правда все в порядке.
— Чжан Лей, если сейчас вызвать скорую — это повлияет на рейтинги шоу. — снова потер шею продюсер.
— Вы предлагаете оставить все так, как и есть? А вдруг у нее сотрясение?
— Я отвезу её в больницу сам. — принял решение он. — Ты сам то в порядке?
Чжан Лей кивнул и посмотрел на Юнхи, руки которой тоже, как и его были изранены летящими в разные стороны осколки.
— Санджа, принеси какую-нибудь аптечку. — кинул он ей. Она буркнула что-то под нос и скрылась за дверью.
— Ничего не нужно. — замахала руками Юнхи. — Самое главное, что вы не пострадали.
Продюсер Ли вышел из гримерной, сказав что решит пару вопросов и вернется за ней.
Чжан Лей криво натянул улыбку на лицо и сел рядом с Юнхи.
— Если бы вы пострадали, вашим поклонницам было бы очень больно. Я очень рада, что смогла вам снова помочь. — искренне произнесла она.
Он не нашёл что ответить. От части она была права. Его популярность накладывала на него определённый груз ответственности, который он должен был вынести.
Дверь открылась и в комнату вошла Санджа с небольшим чемоданчиком.
Чжан Лей встал, чтобы взять чемоданчик, но она завела за спину руку и холодно бросила.
— Ты тоже пострадал. Сиди, я сама. — а потом намного тише добавила. — Ага, сейчас ей наклеит волшебный пластырь на пальчик и все любовь на веки.
Санджа подошла к Юнхи, плюхнулась с ней рядом на диван и осмотрела ее руки.
— Я в порядке. Ничего не нужно. Это лишь царапины. — запротестовала та.
Санджа ничего не говоря, раскрыла аптечку, достала мазь, схватила Юнхи за руку, провела по ссадинам смоченной ваткой в антисептике, выдавила на них пол тюбика мази, щедро, не жалея лекарства. Размазала по руке и наклеила по несколько пластырей на ссадины. Наляписто и неаккуратно. Один пластырь залазил на другой.
В дверь постучали и в комнату вошёл продюсер Ли.
— Я уладил кое-какие дела. — он посмотрел на Юнхи, над которой продолжала колдовать Санджа. — Можем ехать.
— Я не хочу никуда ехать. — запротестовала Юнхи. — Как же сьемки шоу?
— Съёмки перенесли пока не выяснят причину случившегося. Не переживай за это. Пройдешь обследование., чтобы убедиться, что с тобой все хорошо.
Продюсер Ли нервно помялся с ноги на ногу, явно начиная раздражаться. Юнхи поджала губы, поклонилась Чжан Лею и встала с диванчика.
— Обработай и его раны. Кажется, он в порядке, но, если что будет не так, вызовите врача на дом. Лишние сплетни нам сейчас не нужны. — произнес он, перед тем как закрыть за собой дверь. Санджа молча встала с дивана, схватила Чжан Лея за руку и усадила на диван. Не говоря ни слова, она достала ватку, обмакнула в антисептик и достала пластыри.
Чжан Лей сидел смирно, наблюдая за своим менеджером. Она взяла его руку за запястье и покрутила в разные стороны осматривая. Обработав раны на руках антисептиком, она нанесла немного крема и залепила пластырем, беззвучно бурча себе что-то под нос. Потом ее маленькие пальчики коснулись подбородка Чжан Лея, и она проделала то же самое с маленькими царапинами на лице. Он молчал. Не смотрел на нее, ничего не спрашивал. Внутри него сплелись в едином танце тревога и злость.
Он поднял взгляд на Санджу и заметил, что она хмурится, продолжая что-то шептать. Проклинает тот день, когда устроилась к нему на работу?
— Значит теперь я должен влюбиться в тебя навеки? — вдруг произнес Чжан Лей. Сейчас из-за всего случившегося он нервничал и переживал. Это вывело его из равновесия, сняло с него маску холодного и спокойного айдола. А когда так случалось он или не мог нормально связать два слова или же нес чепуху. Что сейчас и происходило.
Она захлопала ресницами, замерла на несколько секунд и разгладила пальцами пластырь на подбородке. Красные щеки выдали ее смущение или же гнев. Он так и не смог разгадать эту ее реакцию.
— Прости. — извинился Чжан Лей и прокашлялся. Это было нелепо и теперь между ними повисла тягучая неловкость.
Она, ничего не говоря, взяла двумя пальцами лицо Чжан Лея за подбородок и поворочала лицо в разные стороны.
— Больше нигде не болит? Судя по тому, что ты несешь, головой ты точно ударился. — убедившись, что обработала все ссадины, она начала складывать все обратно в аптечку.
— Мне отменить все что было запланировано? — Спросила Санджа.
— Нет. случившиеся это пустяк. Продолжим работу. — он встал, почувствовал, как ноги становятся ватными, сердце бешено колотилось от страха. Он точно видел кого-то за спиной Юнхи. Значит человек, что желает ему смерти совсем близко? Эти мысли не давали покоя. Может стоит предупредить эту ходячую неприятность, чтобы она была осторожнее?
— Как пожелаешь. Но если ты снова свалишься с температурой, твоя кухня во второй раз не переживет моего пришествия. — пожала плечами Санджа и открыла дверь.
Уголки губ Чжан Лея лишь не секунду дернулись в улыбке. Он должен был признать. Эта странная прямолинейная девушка, на которой сегодня были желтые носки с ярко-красными арбузами умела вовремя вытащить его из болота тревоги в самый подходящий момент.
***
После того, как Санджа отвезла его домой, несколько раз спросила о его самочувствие, Чжан Лей решил прогуляться. Надев кепку и маску, он вышел на улицу и стал просто бесцельно бродить по бурлящему жизнью Каннаму[1]. Улицы светились яркими вывесками бутиков и большими высотками что стремились проткнуть небо крышами. В ушах играла музыка на всю громкость, но и она не могла заглушить гудящий район Сеула. Пройдясь по живому ночному городу, он миновал аллею ярких магазинов и пришел в большой парк, в котором так же было много людей. Осенняя холодная ночь шарила холодными ветрами под безмерной толстовкой. Он натянул капюшон на голову прячась и от людей, их любопытных глаз и камер на телефоне. Айдолам всегда нужно быть начеку.
Добравшись до самого безлюдного местечка в парке, он сел на лавочку и запрокинул голову назад, рассматривая небо и пытаясь рассмотреть звезды. Но свет большого города поглощал крохотные точечки на небе. Он вспомнил как однажды, они с родной матерью, пытаясь сбежать от отца, уехали в деревню на берегу моря. Миллионы светящихся точек украшали черное полотно неба. Но отец их нашел, умолял о прощении, чтобы они вернулись и мать сдалась. Если бы он был старше и мог остановить ее, если бы знал, что случится потом...
Он достал из кармана очередное письмо, которое нашел перед своей дверью. Сомневался открывать его или нет. Приготовил для него что-то новое этот сумасшедший? Он потянулся, чтобы распечатать письмо, но услышал протяжное «мяу», которое тут же повторились. Котенок продолжал плакать и Чжан Лей спрятал сложенное пополам письмо в большой карман толстовки.
Включив фонарик на телефоне, он посвятил в разные стороны. Свет фонарика отразился от двух больших испуганных глаз, светившихся на дереве.
— Мяу. — вновь позвал на помощь котенок.
Чжан Лей подошел ближе к дереву и позвал животное, которое вцепилось когтями в кору дерева. Оценив все происходящее, он, схватился за самую низкую ветку и подтянулся над ней. Котенок испуганно мяукнул. Но Чжан Лей протянул руку и схватил его за холку. Нога Чжан Лея соскользнула, и он упал на землю, крепко прижимая к себе мяукающий комок шерстим. Он довольный спасением несчастного улыбнулся. Его явно кто-то мучал. Шерсть слиплась кусками, испачкана в крови, одно ухо перебито. Котенок жалобно плакал, пытаясь выбраться из хватки Чжан Лея. Он крепко обнимал его, совершено не понимая, что с ним делать, совершено не замечая, что расцарапал руку пока падал.
— Тебя обижали, малыш? Ничего, я о тебе позабочусь.
Он прижал котенка покрепче к себе и поискал в записной книжке номер телефона.
«Она говорила, что можно звонить в любое время» — оправдал свой поздний звонок Чжан Лей и нажал кнопку вызова.
Санджа ответила не сразу, а только лишь на третий звонок, когда Чжан Лей уже шагал домой.
— Сонбэ, я безумно устала, — пробурчала она сонным голосом. — поработайте за меня. А я угощу вас сундэ.
— А вроде говорила, что старше меня. — усмехнулся он, подмечая что уже не первый раз слышит от нее о каком-то сонбэ. — Когда это я стал твоим сонбэ? — ответил Чжан Лей, крепче прижимая котенка к себе.
На той стороне молчали. Потом упомянули кумихо, что Чжан Лея позабавило и заставило улыбнуться.
— Мне срочно нужна твоя помощь, Санджа. Жду тебя у себя дома.
— Что? — уже громче возмутилась она, но Чжан Лей уже положил трубку.
Котенок наконец-то успокоился в его руках, а мысли о письме он снова спрятал глубоко в сознание.
[1] Один из районов Сеула.
Глава 9. Санджа, кошка и обиженный вонгви.
Он сидел на диванчике в гостиной, на его ногах лежал котенок, укутанный в одеяло. Санджа посмотрела на эту странную картину, потерла сонные глаза и зашаркала тапочками-пандами по полу. Ей пришлось завалиться в круглосуточный супермкаркет, чтобы купить кошачий корм, наполнитель для туалетов и миску для еды. Она недовольно кинула пакеты с покупками, и посмотрела на довольного Чжан Лея.
— Ты купила все, что я сказал? — Спросил он, поглаживая спину спящего животного.
«Точно головой треснулся» — подумала Санджа наблюдая за довольным айдолом.
— Купила. — Буркнула она, с шумом бесцеремонно заваливаясь на диван. Плевать, что он подумает. Работая на двух работах, по сути, она уставала до смерти, даже при своем бессмертии. Санджа бросила брезгливый взгляд на животного и поморщилась. — Ты знаешь, что бездомные кошки приносят несчастье, если их подобрать и принести в свой дом?
Чжан Лей провел рукой по черной шерсти. Котенок немного дрожал.
— Ее нужно искупать. И обработать раны. Кажется, над ней издевались. Я сомневался, что справлюсь сам, вот и решил позвать тебя. Ты же говорила о помощи в любое время.
«Ну не в час ночи» — подумала она, смотря на черный комочек и направилась в сторону ванной. После того как они ее искупали попыталась вытереть кошку, но это создание осмелело и цапнуло ее за палец.
— Ты ей кажется, не понравилась. Все потому что несешь какой-то бред. Как помощь бедному бездомному животному может принести несчастье? — задал он вопрос, на который, кажется не ждал ответа. Он забрал котенка из рук Санджи и улыбнулся. Она вообще впервые видела его таким довольным. На руках были новые ссадины к тем, что он получил уже сегодня после несчастного случая. В растрепанных темны волосах торчал маленький желтый листочек. Он что лез за кошкой на дерево? Сумасшедший что ли?
— У тебя есть аптечка? — ошарашила она его вопросом, что он наконец-то оторвался от любования своего питомца.
— Зачем тебе?
— Обработать раны: и тебе и кошке. — недовольно ответила она.
— На кухне. — указал он на дверь и снова стал бережно и аккуратно вытирать шерсть кошки.
Санджа вздохнула и зашаркала тапками-пандами на кухню, взяла аптечку и села рядом с Чжан Леем на диван.
— Начальник Пак лишит меня премии, если ты будешь так всегда выглядеть.
Она покопошилась в небольшой аптечке в которой не нашла пластыри. Зато отыскала снотворное. Всего на секунду в голове проскользнула мысль. Санджа ловко засунула пузырек в карман пока Чжан Лей миловался с кошкой. Она перевела взгляд на них чтобы убедится, не заметил ли чего Чжан Лей и встретилась с осуждающим взглядом кошки. Этот черный пушистый комок шерсти смотрел на Санджу так, будто сейчас же выдаст все ее секреты. Пристально, с хитрым прищуром.
— Выкинь ее, она кажется бешеной. — произнесла Санджа продолжая рыться аптечке и коса поглядывая за кошкой, которая следила за каждым ее движением.
— Она мне нравится. Она напоминает о кошке, что была у моей подруги в детстве. Мы также нашли ее на улице, и я принес ее к себе домой. Но мой отец. — он сделал долгую паузу, словно слово что он произнес, причиняло ему боль. И все же через мгновение продолжил. — Мой отец выкинул ее на улицу. Поэтому моей подруге пришлось взять кошку к себе. Потом мы с матерью в спешке покинули тот район и больше туда не возвращались. Так я больше и не видел ни кошку, ни подругу. Иногда мне хочется вернуться в тот район, прогуляться и может найти ту девчонку. Но с тем местом связано слишком много болезненных воспоминаний.
Возможно эта кошка подействовала на него слишком странно, раз он стал таким откровенным, и решил поведать что-то личное Сандже. Её это не устраивало. Ей не хотелось знать о нем больше, не хотелось сближаться.
Санджа продолжала рыться в аптечке, переворачивая ее содержимое в третий раз, но поднять глаза на Чжан Лея не могла. Ну, или просто боялась снова встретить осуждающий взгляд фырчащей кошки. Пузырек со снотворным тянул карман вниз и становился все тяжелее и тяжелее.
«Ты жнец смерти, Санджа — Повторяла она про себя — забирать чужие души твоя работа»
— Санджа. — позвал ее Чжан Лей, вырывая из мыслей. Она дернулась, коробочка что была на коленях полетела на пол. Малочисленные лекарства разлетелись по белому ковру. Кошка подскочила с ног своего нового хозяина, испугавшись, прыгнула на столик, прямо в принесенный Санджой пакет запуталась в ручках, упала на пол и черной молнией исчезла из гостиной.
Санджа послала пару ласковых в ее сторону, не обращая внимания на Чжан Лея и стала собирать лекарства, бухтя себе под нос слова о кошках и несчастьях.
Смех. Искренний и добрый, раздался в тишине, наполняющей комнату. Санджа обернулась и увидела смеющегося Чжан Лея. На его щеке появились ямочки, а глаза светились радостью.
— Даже не знаю, кто мне принесёт больше несчастья. Ты или эта кошка. — произнес он, наконец-то успокоившись.
Санджа продолжала смотреть на Чжан Лея, широко раскрыв глаза. Ей казалось он редко улыбается. Фанатов, что стерегли его у студии, он одаривал скромной улыбкой. С сотрудниками был всегда просто вежлив, но сейчас она видела просто мужчину, искренне смеющегося над ней и кошкой. Она дернула головой отгоняя мысли о том, что она вскоре станет убийцей этого человека и с звонким хлопком закрыла крышку ящичка.
— Твоя аптечка бесполезна, завтра принесу все необходимое. — буркнула Санджа. Ей приходилось притворяться заботливой, потому что так было необходимо. Она взглянула на большие часы и увидела, что часовая стрелка уже завалилась за два часа ночи. — Ты планируешь еще работать или отдыхать? Я могу сварить тебе кофе, прибраться тут и потом уйти.
«Выполнять обязанности менеджера, чтобы быть к нему ближе» — повторяла она слова сонбэ, после того как в Совете обо всем прознали.
— Я планировал сегодня отдыхать, но кажется, меня вновь будет мучить бессонница. Поэтому я еще поработаю. — он снова стал серьёзным. — Можешь идти домой.
— Я приготовлю тебе успокаивающий отвар. — парировала Санджа, крутя мысль о снотворном что лежало в кармане.
Она встала с дивана и направилась в сторону кухни, не дожидаясь одобрения.
— Может не стоит, Санджа, ты сама говорила, что моя кухня не переживет второго твоего пришествия. — кинул он ей вдогонку, но та не слушала. У нее был план.
Быстро щелкнув по кнопке включения на чайнике, она потянулась за чашкой. Удивительно ловко выудив ее из полки, в другом шкафчике нашла чай и мед. Он не почувствует вкуса лекарства если отвар сделать очень сладким. Чайник громко щелкнул кнопкой о готовности и Санджа вытащила пузырек со снотворным, высыпав себе на ладошку большую горсть таблеток. Занесла над чашкой и тут же услышала, как со звонким стуком когтей на столешницу прыгнула противная кошка. Их взгляды встретились. Санджа шикнула на нее, пытаясь прогнать сжатой в кулак ладонью.
— Брысь! Иди отсюда! — шипела она на нее. Но кошка не реагировала, бесцеремонно легла рядом с чашкой, свернувшись в клубок вокруг нее, словно охраняя и начала махать хвостом. — Уйди, наглое создание.
Кошка лениво подняла взгляд на Санджу и оскалилась. Она попыталась забрать чашку, но черный комок шерсти шикнул на нее и цапнул за руку.
— Ничего, я могу взять и другую. — Подразнила ее и потянулась за новой кружкой, но услышала звон бьющегося стекла.
Кошка сидела на краю столешницы и смотрела на белые осколки, что валялись на полу кухни.
— Снова все разрушаешь? — послышался голос Чжан Лея за спиной.
— Это не я! Это твоя бесстыжая кошка. — попыталась она оправдаться, разворачиваясь к нему лицом и пряча кулак со снотворным за спиной.
— Как не стыдно обвинять во всем животное. — он прислонился спиной к дверному косяку и сложил руки на груди. Кошка спрыгнула со столешницы, подбежала к хозяину и хитро высунула мордочку из-за его ноги.
— Говорю тебе она явно какой-то демон не иначе! — парировала Санджа. Подходя к столешнице и пряча за собой стоявший на ней пузырек. В кармане зазвонила раскладушка и она дернулась, чуть не выронив лекарства.
Чжан Лей внимательно смотрел на Санджу, словно спрашивал, кто ей может звонить так поздно, кроме него.
Сонбэ не унимался и монотонный рингтон вновь раздался, нарушая затянувшиеся молчание между ними.
— Думаю мне пора. — широко улыбнулась Санджа, быстро засовывая пузырек в карман и направляясь к выходу. — Звони если что еще понадобится, как я говорила, всегда к твоим услугам.
— Спасибо за сегодня. — его уголки губ чуть поднялись вверх. От широко и искреннее улыбающегося айдола, не осталось ни следа.
Санджа кивнула и посмотрела на кошку, что так и крутилась у ног Чжан Лея.
— Пока, противное животное. — она присела на корточки и попыталась погладить ее, но кошка цапнула Санджу за палец и шикнула на нее. — Может все же выкинуть ее на улицу?
Чжан Лей усмехнулся и сдержал улыбку. Его что забавляют ее перепалки с кошкой?
Раскладушка затрезвонила в третий раз и Санджа быстро сняла тапки-панды, раскидав их в разные стороны. Кинула быстрое «До завтра» Чжан Лею и скрылась за дверью.
***
Октябрьский ветер срывал с деревьев пожелтевшие листья и разбрасывал их по земле, укрывая ее золотым покрывалом. Санджа закуталась в турумаги[1] и засунула руки в широкие рукава, пытаясь спрятаться от противного ветра. Полупрозрачный кат совсем не защищал от холода. Ужасно клонило в сон, и она то и дело клевала носом, поджидая душу, которую она должна была забрать. Она потянулась, разминая затекшую спину, стукнула пальцем по экрану смартфона на экране которого улыбались красавчики из любимой к-рор группы. Часы отсчитывали уже четвертый час после полуночи. С неба начали падать редкие мелкие капли дождя. Ветер тихо завывал песню осенней меланхолии.
— Проклятье. — Она обхватила себя руками. — А дома, наверное, сейчас тепло и сухо.
Она поерзала на краешке старой черепичной крыши традиционного ханока, построенного по образцам домов эпохи Чосона.
— Где их носит? — нервно спросила она у воздуха, выглядывая кого-то на дорожке.
Два высоких силуэта тут же появились на дороге, они шли медленно, оглядываясь и перешептываясь.
— Уверена, что он уже спит? — спросил мужской голос.
— Конечно. Я напоила его снотворным. Мы сможем забрать все деньги и свалить пока мой благоверный в отключке.
Санджа повернулась, понимая, что происходит. Больше всего она ненавидела забирать души, тех кого убивали жестоко и безжалостно. Тех, кого предавали близкие люди. Сделать она ничего не могла, оставалось лишь смотреть со стороны. Глупое расходование силы и бессмертия, лучше бы мир спасали вместе с гением и миллиардером.
Сжав руки в кулак несколько раз она, потянулась в карман, достала наушники и засунула их в уши. Всего две песни и ограбление, подстроенное женой, превратится в убийство. Порой Санджа удивлялась как богиня Судьбы злостно обращалась с людьми. Но сомнбэ говорил, что чаще всего они заслуживали этого. Как и Санджа заслужила стать жнецом. И видеть смерти каждый день. В наушниках заиграла музыка, Санджа запрокинула голову назад, смотря на черное полотно неба. Зажигательная танцевальная музыка била в уши, обволакивая своей энергией, сожранное тоской и злостью, сердце.
Спустя две песни двое выбежали из двора, поспешно покидая место преступления. Она спрыгнула с крыши на землю, покрутила белый цветок лилии в руках и открыла калитку, прошла в маленький внутренний дворик. Дверь в дом осталась открыта. Санджа ступила на порог и окликнула своего клиента.
— Господин Пак Донгёль
Ответом была лишь тишина и тогда Санджа позвала вновь, перепроверила данные и пошла в нужную комнату. Дикий вопль пронзил тишину. Еще раз и еще. Кто-то кричал из комнаты, в которую только что она направлялась, так громко что ей пришлось зажать уши руками.
— Хвост кумихо мне в задницу! — Выругалась Санджа, швырнула цветок в сторону и стала искать телефон в рукаве турумаги.
Только что ведь его туда кинула,
Крик вновь разодрал пространство и Санджа почувствовала, как острые когти впились ей в запястье.
— Почему я? — Взвыл дух Пак Донгёля, резко дергая Санджу и поворачивая к себе. — Я не хочу умирать! Они убили меня!
Санджа отшатнулась в сторону. На нее смотрели глаза полные ярости, обиды и разочарования. Полупрозрачное тело Донгёля покрывалось язвами, которые тут же лопались и становились гниющими ранами.
«Проклятье. Проклятье. ПРОКЛЯТЬЕ.» — повторяла про себя она.
— Пак Донгёль. Успокойтесь. Да, ваше время в этом воплощении подошло к концу, но дальше вас ждет другая жизнь. — Санджа попыталась вытащить свою руку из крепкой хватки умершего и отступить назад.
— Не неси бред! Я должен еще жить! — красные глаза Пак Донгёля подметили во что была одета Санджа и он проревел, уже меняющимся голосом. — Ты что жнец смерти? Пришла забрать меня? Я не пойду никуда! — захрипел он с силой, отталкивая Санджу вперед..Она не устояла на ногах и покатилась вперед, больно впечаталась спиной в стенку, но не растерялась. Рукой нащупала раскладушку, одним движением пальца открыла крышку и зажала единицу на клавиатуре.
Из груди Пак Донгёля вновь вырвался разрывающий перепонки звук. Санджа закрыла уши, смотря на происходящее. Она ещё никогда не видела, чтобы умершие так быстро обращались в вонгви[2].
— Успокойтесь. — вновь попыталась утихомирить его Санджа, встала с пола и сделала шаг к нему. — Если вы пойдёте со мной, вам станет легче и тогда... — она не успела договорить, как почувствовала резкую боль на щеке. Гниющий от собственных мыслей и сожалений умерший влепил ей пощечину. — Да какого демона, вы на мне зло срываете! — не сдержалась она и закричала. — Это не я вас убила! Я пришла всего лишь выполнить свою работу. Разбирайтесь с теми, кто это с вами сделал!
— Точно. — Захрипел он. — нужно убить их.
Санджа с силой хлопнула себя по губам.
Говорил сонбэ, держи язык за зубами!
— Постойте, я не это имела ввиду. — Попыталась исправить положение Санджа, но Пак Донгёль уже не слышал. Его тело продолжала покрываться гниющими волдырями и гниющими ранами.
«Слишком быстро. Он слишком быстро обращается.» — крутилось у нее в голове пока она старалась не спускать с него взгляд. Они с сонбэ всего пару раз встречались с вонгви. И то это были те, кто уже давно умер и сбежал от жнеца и теперь им нужно было их отловить.
— Я конечно не против того, чтобы вы отомстили тем, кто вас убил, но только можно не в мою смену. Сейчас вам желательно пойти со мной, пока вас полностью не захватила ненависть, и вы не превратились в чудовище. Потом уже пути назад не будет. Ваша душа сгорит и больше никогда не сможет вернуться в мир людей. Поэтому, — она протянула ему руку, — Пойдемте со мной.
Пак Донгёль посмотрел на протянутую руку Санджи, потянулся к ней своей уже достаточно жуткой рукой, схватил за запястье и швырнул в стену. Санджа пролетела над полом как птичка, прокатилась по полу и ударилась об ножки антиквариатного столика.
— Понятно. Разговаривать по-хорошему вы не можете. — Санджа встала с пола и поправила свой ханбок. Щелкнула пальцами и оказалась возле умершего, чье лицо почти полностью покрылось язвами. Схватила его за шиворот и притянула к себе.
— Я пыталась по-хорошему. Раз вы не желаете иначе, ничего не поделаешь. — она замахнулась и с силой вмазала кулаком по гниющему лицу. — Это за пощечину! — рявкнула она.
Он взвыл нечеловеческим голосом, попытался вырваться из хватки Санджи, но она еще сильнее вцепилась в воротник и потащила превращающего в злобный дух умершего к выходу.
— Отпусти меня! — кричал Донгёль. — Я хочу всех убить!
Боль, словно в руку втыкают острие нескольких ножей, пронзила предплечье Санджи. Она посмотрела на свою руку и увидела разорванную плоть, которая не собиралась заживать.
— Скотина! — процедила сквозь зубы, потащив его как можно быстрее. — Да где же этот цветок?
Взгляд карих глаз метался по комнате в поисках белой лилии без которой Пак Донгёль не сможет ступить на мост через реку Сандзы.
Он извернулся, забился об пол как рыба, что волнами выкинуло на берег. Слизь с его гниющих ран стекала с тела и пачкала дорогущий паркет в доме. Очередной удар пришелся по ноге и Санджа упала на колени. Пак Донгёль вывернулся как змея и вырвался из ее хватки.
— Сначала я убью тебя. — почти шепотом произнес он.
Он схватил Санджу за горло и поднял над полом. Кожа под мокрыми и склизкими пальцами вспыхнула огнем, воздуха стало не хватать. Санджа стала быстро вытаскивать из воспоминаний все, что когда-то ей говорил сонбэ о вонгви. Они были опасны для жнецов это точно. Но почему она не могла вспомнить! Она схватила его за запястье и попыталась убрать его руку, но ничего не выходило. Кат упал с головы на пол, локоны выбились из-под налобной повязки. Перед глазами стало темнеть. Сейчас она потеряет сознание и будет мучиться от долго заживающих ран.
Где его старую задницу носит то?
В тишине ночи раздался звук лязгающих цепей. Пак Донгёль завыл чудовищным криком, вырывающимся из груди и разжал пальцы. Санджа упала на пол и закашлялась.
— Сонбэ. — захрипела она, держась за горло. Предметы перед глазами оставались размытыми пятнами, и она видела лишь большой черный силуэт. — Почему вы так долго?
— Отпусти меня! — ревел Пак Донгёль. — Отпусти ублюдок!
Его тело сковали цепи, что в темноте ночи светились золотым. Сонбэ щелкнул пальцами и оковы вместе с орущим вонгви исчезли. Санджа, тяжело дыша завалилась спиной, которая уже почти не болела после удара, на теплый пол. Что нельзя было сказать про руку. Она посмотрела на висевшие на стене часы и застонала. Через несколько часов ей выходить на работу.
Лицо сонбэ появилось из ниоткуда, и Санджа дернулась.
— Напугали.
— Не могла сразу его отвезти к Вратам забвения? Зачем пыталась спасти? Духи, что превратились в вонгви уже неизлечимы. Их сжирает собственная грусть, ненависть и сожаления. Их невозможно спасти.
— Зато я знаю, что пыталась сделать все, что смогла. — она встала, подняла кат с пола и надела на голову. Зашипела от боли коснувшись руки.
— Болеть будет еще несколько дней. — Подметил очевидное сонбэ.
— Знаю. — буркнула она в ответ. — И почему раны от лап вонгви заживают так долго?
— Они пропитаны человеческой болью и отчаяньем, которые разрушительны для нас жнецов. — объяснил сонбэ, вещи что и так Санджа знала. Но как прилежная ученица, забыла. — А может это напоминание нам о том, что мы тоже когда-то были людьми.
Грусть в голосе господина Хёкчжэ звучала с непривычной болью. Сколько лет он уже является жнецом? Сколько ему еще служить вестником смерти, чтобы искупить свои грехи? Он никогда не говорил ей об этом.
— Сонбэ, — начала она. — Почему мы не помним своей человеческой жизни?
— Для того чтобы не превратиться в нечто подобное что ты сейчас видела. И поверь это будет выглядеть еще хуже. Думаю, никто из жнецов не захотел бы вспоминать свое прошлое, потому что все, кто стали жнецами, однажды убили человека.
Санджа дернулась и замерла. Внутри все похолодело. Она была убийцей? Она отняла чью-то жизнь? И сонбэ решил скрыть такую важную вещь от нее?!
Стайка мыслей закружилась в голове. И сонбэ тоже? Забирать души людей после смерти, слышать их истории, видеть печаль, грусть и сожаление о не завершенных делах. Видеть, как они превращаются в чудовищ подобно Пак Донгёлю, все это было наказанием каждого жнеца, что однажды отнял чью-то жизнь?
— Не думай об этом Санджа. — произнес он, хлопая ее по плечу. Видимо, ее шок был на лице написан. — Если ковырять старые ранки на коленках из них может потечь кровь. Пошли я угощу тебя чем-нибудь вкусненьким, ты сегодня хорошо поработала.
— Вы меня хвалите? — попыталась улыбнуться. Верно, она подумает об этом завтра, сегодня она слишком устала.
— Ну у меня конечно есть кое-какие замечания по поводу того, что ты каждый раз говоришь, когда забираешь духов.
Санджа закатила глаза. А она то думала. Но за вкусняшки сегодня была готова послушать и нравоучения.
[1] пальто (разновидность пхо) в корейской национальной одежде.
[2] Призраки умерших насильственной смертью людей, включены в разряд злых духов.
Глава 10. Попытка под номером «неудача».
Следующее утро стало для Санджи адом. Все тело ныло, под глазами образовались черные круги. Рука болела, пусть раны и уже начали заживать, но боль до сих пор напоминала о случившемся ночью. Она наспех натянула на себя ярко-розовый вязаный свитер, в сочетании с темными джинсами. Сил завязать волосы не хватило. И теперь они торчали в разные стороны. Чжан Лей одарил ее странным взглядом, когда она забирала его из дома.
«Все из-за тебя, — думала Санджа, заводя машину. — все мои страдания из-за тебя»
Из-за подготовки к шоу, половина расписания Чжан Лея занимали съемки и тренировки со стажерами. Другая половина дня — подготовка и репетиции к сольному концерту. Санджа искренне благодарила небеса за то, что весь день проведет в здание компании и ей не придется тащиться куда-нибудь с неугомонным Чжаном. Благодарила до тех пор, пока не встретила Джону.
Он выловил ее в коридоре, когда она несла кофе Чжан Лею. Приставучий хитрый лис, увидев ее тут же выкрикнул ее имя, от чего ей захотелось провалиться сквозь землю. Слишком много внимания. Он привлекал к ее личности, слишком много лишних глаз!
— Санджа! — кричал он, бодро махая рукой и делая несколько шагов к ней, но она резко развернулась, просочилась между группкой девушек из офиса PR-отдела и скрылась за углом.
Второй раз они чуть не столкнулись во время ланча. Джону стоял в пустом лифте, прислонившись спиной к стеклу и скучающе разглядывал свою обувь, но как только Санджа появилась перед лифтом он резко поднял голову словно почувствовал ее присутствие. Двери стали закрываться, но Джону радостно стал жать на кнопку и двери снова разошлись в сторону. Санджа смотрела на него, держа в руках несколько пакетов с едой. Она притворно улыбнулась и демонстративно поправила очки средним пальцем. Улыбка на лице Джону стала еще ярче, он вновь нажал на кнопку и сделал шаг в сторону Санджи.
Он ее бесил. Чего привязался?
Она резко развернулась на пятках, пробежала по коридору и толкнула дверь, ведущую на лестницу, щелкнула пальцами и переместилась. Неудачно. Слишком неудачно!
Темное пятно перед глазами превратилось в знакомую обстановку. Яркий свет от зеркал ослепил ее. Запах пота и парфюма ударил в нос. Она стояла впритык к Чжан Лею, что спал на диване, ожидая ее с обедом. Коленки Санджи касались его ноги, она стояла не дыша.
— Проклятье. Чертов Джону. Натравить бы на тебя вонгви. — шептала она, смотря на спящего Чжан Лея. — повезло что он спит, как я могла промахнуться, хотела же переместиться в уборную.
Она потихоньку поставила один пакет на диванчик и сделала шаг назад. Он нахмурился и перевернулся набок. Длинные ноги айдола подсекли и так неуверенно стоявшую Санджу. Словно птичка она замахала руками, пытаясь сохранить равновесие. Пошатнулась и упала вперед, но ей удалось упереться в диван руками, чтобы не завалиться на Чжан Лея.
— Повезло. — ликовала она беззвучно. Она наклонила голову, всматриваясь в спокойное лицо. Перед глазами возник Пак Донгёль, гниющий от осознания смерти.
Ты ведь не превратишься в вонгви, если я убью тебя?
— Санджа? — Его идеально красивые и ровные брови изогнулись в удивлении. Их взгляды встретились. — Что ты делаешь?
Она часто заморгала, хлопая ресницами.
Неловко. Чертовски неловко!
Дверь гримерки Чжан Лея открылась и в проеме появилась Юнхи вместе с каким-то парней, кажется тоже участвующим в шоу. Их глаза расширились от удивления. Санджа взглянула на зашедших, предположила, как нелепо они с Чжан Леем сейчас выглядят. Она нависала над айдолом, упиралась руками в спинку, коленом опираясь на диван, прямо между его ног. Она попыталась оттолкнуться руками чтобы встать, руки соскользнули по кожаной обивке, и она завалилась на Чжан Лея и уткнулась носом ему в шею. Он тут же обхватил ее вокруг талии и легко пересадил ее на край дивана.
Даже в любимых дорамах сонбэ таких нелепых ситуаций она ни разу не видела.
— Мы зашли спросить о тренировке. — смущенно отвела взгляд Юнхи. — Но кажется вы заняты.
«Что там уже себе придумала эта девчонка?» — подумала Санджа, смотря то на нее, то на парня с ней.
Юнхи резко развернулась, повернула стоящего за ее спиной парня, толкнула его в спину и закрыла дверь. В гримерке повисла неловкая тишина. Чжан Лей, встал, сложил руки на груди и посмотрел на нее. Осуждающе. Она отвела взгляд и прикусила губу.
— Что все это значит?
— Скажи, спасибо, что ты остался чистым, а не стоишь сейчас весь уделанный в своем ланче. — пробормотала она себе под нос, а потом громче ответила. — Так уж вышло, что я родилась неуклюжей. — она широко улыбнулась, пытаясь скрыть за улыбкой всю неловкость ситуации.
Чжан Лей изогнул бровь и кажется, совсем не поверил. Санджа закатила глаза, встала с дивана и сделала к нему шаг.
— Что такого, что мне нравится смотреть на красивых мужчин? Это запрещено законом? Ты такой красавчик, вот я и сдержаться не смогла. Решила посмотреть поближе. Вдруг тоже стану твоей фанаткой. — пожала она плечами, быстро проговаривая слова своего глупого оправдания. Но на большего у нее фантазии не хватило. — Или ты будешь отрицать, что ты красавчик? — Сложила она руки на груди, передразнивая его.
Кажется, план сработал. Чжан Лей стоял в шоке и ничего не говорил. Потом сделал от нее шаг назад, осуждающе посмотрел и произнес:
— Попрошу начальника Пака, чтобы мне заменили менеджера.
Санджа прикусила губу и решила, что стоит разрешить сонбэ отрезать себе язык, в следующий раз, когда он будет угрожать.
— Постой! Зачем тебе это? Мы уже как-то вроде сработались, может не стоит сейчас менять менеджера? Обещаю больше так не делать. Буду глазеть на других красивых мужчин. Тут их очень много вокруг. — Санджа прикусила губу. Что с ней было не так? Или этот бред она несет из-за того, что хочет провалиться сквозь земле после случившегося.
Ну и сейчас она отлично роет себе яму в данный момент, осталось только туда прыгнуть.
Чжан Лей снова смерил ее осуждающим взглядом и сделал еще один шаг назад.
— Да перестань. — махнула она на него. — Ну и смотри. Я храню твой секрет насчет писем., а ты мой. Если кто-то узнает о письмах… Ну ты понял. — Санджа бесстыже подмигнула Чжан Лею.
— Шантажировать решила?
Оп, прыгнула в яму.
— Нет, это просто деловое предложение. Ну так что? — она протянула ему руку. — Я обещаю молчать и больше на тебя не глазеть, а ты обещаешь не жаловаться господину Паку и оставить меня своим менеджером до конца моего срока. По рукам?
Сейчас точно уволит ее и все mission no completed.[1]
Он посмотрел на ее руку, проигнорировав жест. Усмехнулся и произнес:
— По рукам. — он прошел мимо нее к выходу, по пути захватив с диванчика кепку. — На других глазеть я тебе тоже не советую. Пойдем, если ты собираешься выполнять свою работу.
— А как же поесть? — Удивилась Санджа. В животе заурчало.
— Аппетит пропал. — холодно ответил Чжан Лей и вышел из гримерной. Санджа выругалась и быстро порылась в пакете, кинув в рот один кусочек кимпаба, что взяла для себя, схватила сумку и поторопилась за вредным айдолом.
***
План был очень прост. Нужно было просто насыпать в отвар из трав большую дозу снотворного, что ей удалось стащить у Чжан Лея накануне.
Она стояла в кофейной зоне в офисе отделе управления, все ушли на ланч и здесь никого не было. Она аккуратно растолкла горсть таблеток на бумажке и засыпала в приготовленный заранее отвар из трав. Белый порошок осел на дно. Санджа щелкнула зубами по ногтю и тут же ударила себя по губам. Взяла термос в руки и стала интенсивно трясти. Лекарство закружилось в танце, растворяясь. Санджа хитро улыбнулась и насыпала еще одну порцию лекарства, чтобы наверняка сработало.
Все было готово. Осталось подсунуть этот отвар Чжан Лею. И сейчас самое подходящее время. Она плотно закрутила крышку и пошла в тренировочный зал, где проходили съемки части шоу о том, как наставники тренируют своих подопечных. Она подошла к большой двери, ведущей в зал, в котором собрались все участники шоу «Новый айдол». Дверь была приоткрыта из-за духоты и Санджа могла видеть, как Чжан Лей сидит в центре, а вокруг него собрались молодые стажеры. В их глазах отражались восхищение и восторг. Он рассказывал о важности ежедневных тренировок и том, что любой успех это в первую очередь труд и ежедневные усилия. Девушки смотрели на него как на чудо воплоти, парни с уважением. Кто-то записывал каждое его слово, кто-то просто слушал и кивал. Он и правда был похож на наставника. Требовательного, но справедливого.
Санджа замерла в проеме, смотря на разворачивающуюся перед ней картину. И ноги словно приросли к полу. Она махнула головой, открутила крышку на термосе с отваром и понюхала, удостовериться, что насыпанная доза снотворного не пахнет и вкус трав перебивает горький вкус лекарств.
— Вот ты и попалась, малышка. — сладкий ненавистный голос раздался над головой, а улыбающаяся голова Джону вылезла из-за плеча. Она дернулась от неожиданности, подбросила термос в воздухе и тут же попыталась его поймать. Ничего не вышло. Жидкость из термоса, наполненного до краев, выплеснулась на ее лицо и заодно и Джону. Теплый отвар растекся по лицу, намочил ярко-розовый свитер и светлую майку прилипалы. Термос с грохотом упал на пол, расплескав приготовленное орудие убийства.
Санджа закрыла глаза, протерла рукавом лицо и повернулась к Джону, готовая нарушать правила прямо сейчас.
— Прости, не хотел тебя напугать, малышка. — довольно улыбнулся он, совсем не замечая того, что сам тоже пострадал.
— Прекрати так меня называть. — процедила она сквозь зубы, поднимая с пола термос и заглядывая внутрь. На дне осталось совсем немного отвара.
— Как? Малышка? — улыбнулся Джону своей ослепительной улыбкой, после которой, Санджа уверена все девушки готовы отдать ему всю себя. — Могу звать тебя как тебе будет угодно, ты только скажи. — он сделал шаг к Сандже, смотря прямо в глаза. Он втянул воздух носом и усмехнулся, посмотрев на термос в ее руках. — Снова проверяла способы убийства на практике?
Санджа быстро взглянула на Чжан Лея, что скромно улыбался и теперь показывал движения стажерам. Юнхи смотрела на него влюбленными глазами, с восхищением.
— Знаешь, — Джону вновь сделал к ней шаг. — Мне конечно без разницы, но, если ты убьешь Чжан Лея, многие его фанаты будут страдать. Некоторые возможно даже захотят умереть, когда узнают о смерти своего биаса. Не верю, что ты хочешь быть настолько жестокой.
— Сделаешь еще шаг, и я оторву тебе кое-что. — Санджа закипала от злости, если бы не он сейчас бы она была в шаге от победы. А он еще и удумал ее тыкать носом как котенка в лужу.
— Но мы же помним, что ты не можешь причинить мне вред. — Он сделал еще шаг и бесцеремонно взял Санджу за запястье больной руки. Она поморщилась от боли и отдернула руку. Джону нахмурился, аккуратно перехватил ее за запястье и задрал рукав.
— Что это? — в его взгляде читалось искреннее беспокойство, но это еще больше разозлило. Нечего ему к ней лесть.
— Не твое дело. — огрызнулась Санджа.
— Наставник Джону? — послышался голос из зала для тренировок.
Санджа обернулась и увидела, что все, кто находился в зале уставились на них. Чжан Лей окинул их быстрым взглядом и отвернулся.
«Верно, он же думает, что я ненормальная, любящая внимание мужчин.» — подумала она.
Санджа вырвала руку, ошпарила Джону яростным взглядом, развернулась и зашагала в зал. Снотворного у нее больше не было. Значит нужно приобрести еще или же придумать новый план.
***
Завалившись в квартиру, и небрежно скинув розовый свитер и кроссовки, Санджа выругалась, прокручивая в голове весь прошедший день. План со снотворным не удался, Джону бесил все время, что им приходилось пересекаться из-за совместного проекта с Чжан Леем. И она не могла решить, что раздражало ее весь день больше: этот прилипала или косые взгляды стажеров и их шепотки за ее спиной.
По небольшой квартирке Санджи разносился яркий запах рамена. Пройдя на кухню, она увидела сонбэ в черном ханбоке поверх которого, он надел ее фартук с изображением Пикачу.
— Снова воруете у меня еду? — спросила она, плюхаясь за стол и падая головой на него.
— Чего сразу ворую? Я пришел накормить тебя. — Сонбэ развернулся и поставил на стол кастрюльку с ароматной лапшой. Санджа сглотнула слюну.
Он снял фартук и закатав широкие рукава ханбока сел за сто, протянув Сандже тарелку и палочки. Она тут же принялась есть, часто открывая рот и втягивая воздух, чтобы не так было остро. Сонбэ довольно улыбнулся.
— Как твоя рука?
— Вы поэтому решили накормить меня рамёном. Чушствуете свою вину што пришли слишком пошдно? — спросила она с набитым ртом.
— Я твой наставник, значит я за тебя в ответе. — улыбнулся он и потянулся за лапшой, но залез рукавами в бульон. — Проклятье, испачкался.
Он недовольно взглянул на заляпанный жиром рукав, встал и начал его застирывать.
— Вы тоже, как и все остальные не помните своего прошлого? — вдруг спросила Санджа, смотря на широкую спину мужчины.
Он долго молчал. Шум воды заглушал доносящийся с улицы гул машин. Санджа ждала. Они работали уже пятнадцать лет вместе, он всегда ругал ее и наставлял, но она никогда не задумывалась о том, кем был сонбэ в прошлой жизни.
— Я уже говорил тебе, что не стоит совать палки в осиный улей. Разворошишь будет плохо. Поэтому я не думаю о том, что натворил в прошлом, а живу только настоящим и тебе. — он развернулся и щелкнул Санджу по лбу. — бестолковая, советую поступать так же. Как продвигается твое задание? Нашла решение проблемы?
Он снова сел за стол и посмотрел на дно кастрюльки, которую Санджа уже почти опустошила. Она вдруг застонала от бессилия, отчего сонбэ испугано выпучил глаза.
— Нет. Сначала эта кошка, а потом этот прилипала. Словно весь мир против меня!
Сонбэ не понимающе уставился на Санджу, а потом произнес:
— Я же дал тебе свиток, разве тебе это не помогло?
— Лучше бы вы дали мне пистолет. — пробурчала она под нос, сделала глаза олененка, сложила руки вместе и продолжила. — Помогите мне, господин Хёкчжэ!
Сонбэ тяжело вздохнул, но тут же сдался:
— Хорошо, говори, чем я могу тебе помочь.
— Есть тут одна заноза в моей заднице, которая вызывает много подозрений. Можете накопать на него немного информации? — Санджа довольная победой, достала телефон из кармана джинс, быстро ввела запрос в поисковую строчку и повернула телефон экраном к сонбэ. — Он явно какой-то странный тип. Сразу раскусил что я жнец, кажется слишком осведомлен о том, что есть и другой мир, вечно цепляется ко мне и мешается под ногами. Прошу вас, разузнайте о нем как можно больше. Может у меня получится заткнуть ему рот.
Он пробежался взглядом по информации об артисте и кивнул.
— Хорошо, разберемся. — он снова взглянул на экран телефона и добродушно улыбнулся. — Только за эту услугу ты угостишь меня сундэ или вкусненькими жареными кишками.
Санджа поморщилась, одна мысль о виде этих блюд и ей сразу же хотелось пойти излить душу унитазу.
Сонбэ снова грустно посмотрел на пустую кастрюлю, разочаровано вздохнул и встал, демонстративно поправив ханбок. Он поклонился Сандже и не прощаясь исчез.
Наверное, обиделся, что она съела весь рамен.
Оглянувшись, она подметила, что он навел порядок и теперь в ее комнате не творился хаос вселенского масштаба. Разбросанные постеры из журналов с фотографиями Чжан Лея лежали ровными стопочками на столе, рядом с большой папкой информации об айдоле. Санджа села за рабочий стол, открыла папку и полистала ее, читая случайную информацию на страницах.
«Родился в Сеуле, в одиннадцать лет мать погибла по вине отца, которого посадили за решетку. В тринадцать лет был усыновлен семьей из Китая, которая в будущем разбогатела и стала держать несколько прибыльных магазинчиков»
«Стажировался как участник группы четыре года, после совместного дебюта и шести лет деятельности в группе, покинул ее и стал заниматься сольной карьерой»
«Боится птиц. И не любит острую еду из-за проблем с желудком»
Санджа захлопнула папку и взяла свой блокнот, в который она переписала другую важную информацию о Чжан Лее из свитка судьбы. Она пробежалась глазами по списку. Каждый пункт возможной смерти, проговаривая вслух и вычеркивая, то что ей не удалось. Её взгляд зацепился за последний, где значилось убийство и насильственная смерть. Она постучали карандашом по этому пункту и поставила красный кружок рядом с ним. Если это одна из судеб Чжан Лея, связано ли это с тем, кто присылает ему письма? И если это так? Может ли она как-то ускорить этот процесс? Санджа погрызла кончик карандаша и посмотрела на еще один пункт.
Самоубийство.
«А это еще что?» — подумала Санджа, с недоумением уставившись на этот пункт. Чжан Лей красивый, успешный, на пике своей карьеры наложит на себя руки?
Внутри что-то больно кольнуло, заболела голова, а перед глазами потемнело. Санджа потерла виски, сняла очки, положив их на стопку с журналами. Тело стало ныть, в груди потяжелело. Все скорее всего из-за недосыпа и ран, оставленных вонгви. Сонбэ говорил, что их ненависть отравляет, и именно поэтому раны так долго заживают. Она размяла плечи и положила голову на свой блокнот, взяла со стола журнал с изображением улыбающегося Чжан Лея.
— Вот не смотри на меня так. Все из-за твоего взгляда. Все из-за твоих глупых слов о мечте. Была ли у меня когда-то мечта? Я не помню, господин Чжан. Возможно была, но если верить сонбэ, я была плохим человеком, убившим кого-то. Да и сейчас не лучше, раз пытаюсь убить тебя. — Она перевернула журнал изображением вниз и застонала, закрыла глаза, отдавая свое тело и сознание в лапы очередного тревожного сна.
Обычно ей снилась её ошибка и маленький плачущий Чжан Лей. Но сейчас сон оказался совсем другим. Еще более тревожным. По настоящему страшным.
Перед глазами ярко светили фары от проезжающих на высокой скорости машин и холодный зимний ветер хлестал по щекам. Она оглянулась и увидела, что стоит на мосту Мапо[2], расписанном странными фразочками. От ветра стали слезиться глаза и Санджа не могла разглядеть надписи. Стояла ночь, город гудел и жил полноценной жизнью.
«Что за странный сон такой.» — Подумала она, оглядываясь по сторонам и увидела, как странная фигура стоит на краю моста. Проезжавшие машины словно не замечали ее. Свет от фар падал на фигуру и тут же исчезал.
Санджа сделала пару шагов.
Кто это? Чжан Лей? Она может видеть будущее?
Санджа сделала ещё несколько шагов, пытаясь подойти ближе к фигуре чтобы понять, кто же собрался сигануть с моста.
Подул холодный ветер, и стоявший человек на краю пошатнулся и чуть не упал. Удержался.
— Эй. — окликнула вдруг она. — Ты знаешь, что если сейчас это сделаешь в следующей жизни никогда не сможешь найти дорогу к тем, кого любишь? Закон гласит...
Звук сигнала машины заглушил её последние слова, да и она сомневалась, что человек услышит, что она пыталась сказать. Санджа сделала еще несколько шагов к фигуре и заметила, как нечто темное сотканное из черного дыма начало кружиться. Из бесформенной массы высунулись руки и легли на плечи стоящего на краю моста. Длинные худощавые ноги обхватили фигуру вокруг талии. Воздух стал нестерпимо холодны, что Сандже пришлось обхватить себя руками.
— Ты никчемное создание. — послышался голос, грубый и тяжелый. — ты ни на что не годишься. Все, что ты делаешь обречено на провал.
В груди больно кольнуло. Тело онемело от странных ощущений. Сон был слишком странным и слишком реальным. Чудовище, висевшее на спине у человека, продолжало ему что-то шептать. Санджа собрала все свои силы и быстро подошла к ним. Она обхватила чудовище за спину и попытался откинуть от стоящего на мосту, но ничего не вышло.
— Эй, отцепись от него, тварь не понятная. — прорычала Санджа вновь пытаясь оттащить тень.
Человек услышав Санджу обернулся, на нем была толстовка с ярким рисунком на груди. Под тенью капюшона не удалось разглядеть лицо.
— Давай слезай! Говорю же, если ты сделаешь это, больше никогда не сможешь вернуться к тем, кого любишь.
— Я хочу умереть. — еле слышно ответил человек.
Чудовище на спине расхохоталось и ещё сильнее вцепилось в спину. Человек развернулся и сделал шаг вперёд. Санджа кинулась к нему и успела ухватить за край капюшона. Холодные перила давили на живот, рана от когтей вонгви ныла. Чудовище на спине схватила Санджк за запястье и потянула на себя.
Холодная вода реки Хан щупальцами опутала тело Санджи. Она закрутила головой в поиске упавшего вместе с ней человека. Он не двигался, не сопротивлялся течению реки. Умирал. Санджа поплыла ближе в надежде что ей удастся спасти. Даже если это просто сон, она чувствовала, что должна спасти этого человека. Но холод сковал мышцы. Ледяная вода обожгла лёгкие изнутри и Санджа стала задыхаться.
Она ведь не могла умереть? Она уже была мертва. Страх сковал горло. Холод окутал сознание. Мокрые одежды тянули вниз. Тело кричало ей о смерти. Она потянулась к тонувшему рядом с ней человеку. Капюшон спал. Санджа была уверена, что увидит Чжан Лея, но у человека оказалось женское лицо.
[1] Миссия не выполнена
[2] пересекает реку Хан в Южной Корее и соединяет район Мапо и район Ендынпо в городе Сеул.
Междуглавие шестое. Падальщики
Ей совсем не нравилось, то что происходило. Как только рядом с Чжан Леем появилась эта девушка-менеджер с ним стали происходить странные вещи. Юнхи это злило. Раздражало. Ей хотелось, чтобы всё скорее вернулось на свои места. Она часто наблюдала за Чжан Леем украдкой и видела, как много сил он вкладывает в то, что делает. Ей хотелось больше и больше наблюдать за ним и быть как можно ближе и рядом. Она не могла признаться в том, что чувствует. Сколько таких как она? Он не мог ответить каждой из них взаимностью. Она радовалась, что могла быть так близко с ним и большего не могла желать. Раньше. Сейчас же что-то изменилось и ее это пугало.
— Юнхи. — кто-то позвал ее, стукнув по плечу вырывая из плена странных кружащих как стая падальщиков, мыслей. — Юнхи, это правда? Ты тоже это видела?
Они сидели компанией стажеров, участвующих в шоу в большом танцевальном зале и репетировали группой танец, что будет открывать шоу. Все вымотались после нескольких часов тренировок и теперь собрались в небольшой круг, разложили принесенную еду в центе и с аппетитом поглощали острые токкпоки и сытный кимпаб, попутно обсуждая последние сплетни в компании, пока наставники и старшие их не видели.
— Так что Юнхи? — Снова задал вопрос высокий, но очень худощавый парень. Юнхи смотрела на него пытаясь соотнести внешние параметры и имя что она записала напротив описания. — Это правда, что сегодня вы с Мингю застукали наставника Чжана, пристающего к его менеджеру? Я так и знал, что не может он быть идеальным.
Гнев всегда накрывал Юнхи неожиданно. Такой волной что казалось еще немного, и она захлебнётся. Ей пришлось больно сжать кулаки, чтобы окончательно не разозлиться и не натворить чего-то за что ее бы выгнали из проекта.
— Это не так. — сказала она тихо. — Все было не так. Чжан Лей ее не трогал. — она сделала паузу, вдохнула больше воздуха. — это она непристойно вела себя. Накинулась на него, пыталась соблазнить. — Юнхи, не понимала, что происходит и почему она не может остановиться и продолжает говорить то в чем сама не была уверена. — Сначала она вилась вокруг наставника Джону, а теперь переключилась на Чжан Лея. Он не в чем не виноват я видела, как он оттолкнул ее от себя, когда она приставала к нему.
Стажеры зашептались. Обсуждая, что только что услышали. Спорили и пытались вставить свои слова в споре. Бомба замедленного действия начала тикать. Падальщики в душе Юнхи начали ее пожирать.
Глава 12. Санджа и всего лишь труп?
Санджа чувствовала горячее дыхание Чжан Лея на своем плече. Оно обжигало холодную, замерзшую от странного кошмара кожу. Ей хотелось оттолкнуть его, но на глаза вновь попалась надпись на зеркале. Рука легла на его спину, пару раз провела по ней, в утешительном жесте. Она не должна была его утешать, но продолжала это делать. Она должна была привести его к смерти, но каждый раз терпела неудачу и защищала. Все шло совсем не по плану, совершено и это её пугало. Санджа вновь посмотрела на зеркало и легко отодвинула Чжан Лея от себя.
— Если нас кто-то увидит, слухи разлетятся еще быстрее. — произнесла она спокойно. — Я... — она запнулась, посмотрев на кавардак в гримерке. — Схожу за мусорными пакетами и позвоню продюсеру Ли. Предупрежу, что мы задержимся. Там еда. — она вновь запнулась, поймав взгляд Чжан Лея на себе. — Не думаю, что тебе конечно сейчас захочется есть. Может, пока выйдешь отсюда? Я обо всем позабочусь.
— Все в порядке. — спокойно сказал он. — Я в порядке.
Он прочистил горло и потер шею.
Неловко? Сам же полез обниматься.
— Прости. Это нарушение личных границ. Я не должен был. И там в фотостудии. Я тоже не должен был. — он говорил спокойно, но словно старался высказать все на одном вдохе. Сандже показалось, что он оправдывается перед самим собой.
— Забудем. — кинула она ему быстро, пытаясь показаться холодной и безразличной. Отошла от него, оценила масштаб произошедшего, зашла в уборную предполагая, что сделавший это мог бы там спрятаться и ничего не найдя, вернулась к так и стоявшему в ступоре Чжан Лею. — Ладно, пойду найду во что всё это сложить. Закрой дверь и никого не впускай, пока я не приду.
Он кивнул, и она вышла.
Отдел снабжения сообщил, что за мусорными пакетами нужно идти на склад. Стилист, которому позвонила Санджа и сказала о своей ошибке, что она разлила кофе на вещи для участия в шоу, долго плевалась оскорблениями и, рявкнув, что приготовит новый костюм, положила трубку, кажется прокричав еще что-то об компенсации.
«Сейчас бы было неплохо переместиться. — подумала Санджа, спускаясь по лестнице на склад. — Но тут везде камеры.»
Её вдруг осенило. Камеры! Они с легкостью смогут найти виновника, когда посмотрят камеры. В гримерке их нет, но вот в коридоре уж точно есть. Ей нужно всего лишь пробраться в комнату безопасности и просмотреть записи. Тогда она точно найдет того, кто это сделал и потом… Санджа замерла на месте. Что она сделает потом? Поспособствует чтобы Чжан Лей умер от руки этого ненормального, или же посадит за решетку? И Санджу пугало что первое, о чем она подумала — это был второй вариант.
«Но там реально была кровь?» — попыталась она не думать о странных решениях, так не нужных ей сейчас.
Когда она зашла в гремерку то сразу почувствовала запах крови. Она много раз забирала души тех, кого убивали и запах крови стал для неё привычным. Он оставался в носу и горле странным привкусом. От него тошнило и хотелось сбежать.
Дойдя до склада, она спокойно открыла дверь, щелкнула выключателем и зашла. Замерла. Здесь тоже пахло кровью. Санджа нахмурилась и шагнула вперёд, между двух длинных рядов полок.
— Ты пришла за пакетами. Бери и уходи. Это не твоё дело. — поругала она сама себя, щелкнув зубами по ногтю. Поругала еще раз, но все равно прошла вперёд мимо тех самых пакетов, за которыми она пришла. Запах крови еще сильнее ударил в нос. Свет вдруг замигал и резко погас. Санджа сделала еще несколько шагов в темноте, наткнулась на один из стеллажей. Что-то тяжелое упало на нее с полки. Зашуршал целлофан. Металлический приторный запах ударил в нос. Она вскрикнула и резко скинула с себя упавший на нее тяжелый пакет.
Свет включился. И Санджа взглянула на себя. Ее красная толстовка потемнела, руки которыми она трогала пакет оказались испачканы. Она медленно схватилась за край пакета, отодвинула его в сторону и отшатнулась. Кровь уже почти запечённая, обволокла волосы девушки, вытекая из перерезанного горла. Глаза, в которых отпечатался ужас, остались приоткрыты.
Санджа убрала края пакета еще дальше и вскрикнула. Девушку изуродовали. Жестоко. Безжалостно.
— Меня ведь убили. — раздался над ее головой тонкий голосок молоденькой девушки. — Кто убил меня?
Санджа подняла голову и посмотрела на дух девушки, что стояла и смотрела на свое истерзанное тело.
Плохо дело. Ещё одного вонгви она не переживет.
— Послушайте. — начала было Санджа, но за спиной девушки появился жнец.
— Вы должны пойти с нами. Ваше время в этом воплощение подошло к концу. Теперь вам пора отправиться в путешествие по реке Сандзы.
Девушка ещё раз взглянула на свое тело и покорно последовала за жнецом.
— Я бы посоветовал тебе убраться отсюда. Пока не поздно. — повернулся в пол оборота коллега и холодно произнес.
Санджа посмотрела на тело девушки, свои окровавленные руки и резко встала. Верно, ей лучше убираться от сюда!
— Что здесь происходит? — послышался мужской голос. Она повернулась на звук и дернулась.
Вот это влипла!
Сотрудник отдела обеспечения, у которого она взяла ключи, скорее всего решил, что она слишком долго ходит и пошел за ней. Сейчас она скорее всего выглядит, как первый подозреваемый.
Что же делать? Нужно притвориться напуганной!
Она закусила губу до боли. Попыталась выдавить слезы и произнесла дрожащим голосом. Глотая слова от волнения.
— Я пришла…а здесь… вот это…пожалуйста вызовите полицию и службу спасения. Мне кажется, она не дышит.
— Санджа! — послышался голос Джону за спиной мужчины.
А он откуда здесь, вонгви его раздери?
Мужчина обернулся на Джону и нахмурился. Санджа выругалась про себя. Набрала воздуха и зарыдала. Громко и фальшиво.
Джону кинулся вперёд и резко обнял её, прижимая к себе.
— Вызовите скорую! Скорее! — кинул он мужчине, обнимая притворно плачущую Санджу.
Сотрудник отдела обеспечения замешкался, наблюдая за странным представлением, но тут же полез за телефоном, потыкал в экран пальцами и снова уставился на них.
— Не рыдай ты так, а то он сразу поймёт, что ты притворяешься. — шепнул липучка ей на ухо. Санджа вся напряглась и попытался его оттолкнуть, но он лишь крепче сжал её. Силы жнеца не хватало. Джону оказался сильнее.
— Я уведу её. Она в шоке. Вы разберетесь здесь со всем? — спросил он у явно находящегося в шоке мужчины.
Джону обхватил ее и легко приподнял. Как пушинку.
— Постойте. — мужчина остановился их в проходе и посмотрел на испачканные в крови руки Санджи.
— Когда приедет полиция, дайте им мой номер. — Джону выхватил его телефон из рук и быстро набрал свой номер. — Ей надо сменить одежду и вымыть руки. Вы же не думаете, что эта хрупкая девушка убийца?
«Так он именно и думает.» — пронеслось в голове Санджи, что смотрела на испуганные глаза мужчины.
Он немного подумал, посмотрел в глаза Джону, отошел в сторону и произнес.
— Хорошо.
Когда Санджа и Джону оказались на лестничной площадке, она пихнула его в бок и отошла от него подальше.
Он сложил руки на груди и прислонился к стене.
— Что ты там делал? Почему ты оказался так быстро в кладовке? Я думала ты на фотосессии.
— Я вернулся готовиться к съёмкам шоу. И услышал, как ты кричишь.
— Еще скажи, случайно мимо проходил.
— Верно. Совершенно слу-чай-но. — протянул он, и ей захотелось ему вмазать. Еще паясничать удумал!
Зазвонил мобильный. Запиликал монотонный рингтон раскладушки. Она достала оба телефона из карманов и посмотрела на них. Выкинуть бы оба! Санджа выдохнула и ответила наставнику.
— Санджа! — сонбэ явно был недоволен. — В какие неприятности ты снова влипла?
— О, вы уже все знаете. Всегда поражалась скорости вашей осведомленности. — пробухтела она тише, а потом добавила. — Я всего лишь нашла убитую девушку.
— Санджа! — вновь закричал он. — Ты моё наказание! Мне уже пальцев не хватает чтобы посчитать все твои оплошности. Ладно, я в Управление. А ты веди себя тихо и спокойно. Давай.
На той стороне послышались короткие гудки.
— Кажется, влипать в неприятности — это твоё хобби. — произнес Джону так и стоящий на месте, бессовестно подслушавший разговор.
Санджа ничего не ответила. Смартфон вновь завибрировал. Звонил Чжан Лей.
— Да. — устало произнесла она. — скоро буду.
Этот день кажется не собирается заканчиваться.
Она отключила вызов и зашагала к двери.
— Собираешься так к нему идти? — спросил Джону преградив ей путь.
Она посмотрела на свои руки и толстовку. Пятна крови на красном было почти не видно, но руки оказались все в крови.
Может ли быть это та же кровь что и в гримерке Чжан Лея?
— Моя гримерка недалеко. Приведешь себя в порядок и переоденешься. А потом пойдешь к своему Чжан Лею.
Она потянула руки ко рту чтобы в очередной раз отгрызть ноготь. Но остановилась. Если он увидит ее в крови, ему точно легче не станет. Но идти с этим странным типом она не хотела. Он явно обладал силой не свойственной человеку.
— Ладно плевать. Пойдем. — ответила она сама себе в слух.
Джону довольно улыбнулся и повел за собой обходными путями, чтобы лишние глаза их не увидели.
***
— А другой футболки нет? — спросила Санджа с кислой миной смотря на себя в зеркало.
На белой в несколько размеров больше футболке красовалась надпись.
«Женись на мне Джону»
— А мне нравится. Тебе очень идет. Мне подарила ее фанатка.
По его хитрой ухмылке было понятно, он доволен и не скрывает это.
— Спасибо за помощь. Я пошла. — Махнула она ему рукой запихивая свои вещи в черный пакет и совершено не слушая его. — Меня ждёт Чжан Лей. Повторюсь еще раз, лучше держись от меня подальше.
— Почему ты стараешься убить его? — задал он вопрос в лоб.
Санджа замерла в двери, беззвучно послала Джону к праотцам и вышла. Если она останется — точно врежет ему, а испытывать из-за него боль ей не хотелось. Она и так чувствовала себя ужасно. Знобило и хотелось спать.
В коридоре рядом с гримеркой Чжан Лея она увидела детективов. Видимо, тот мужчина сотрудник не решился звонить Джону, а отправил их сразу к Чжан Лею. Он стоял, кивая головой и оглядываясь назад. Она подошла ближе и криво улыбнулась. Его взгляд задержался на футболке, и он усмехнулся. Пришедший детектив обернулся.
— Госпожа, Чо Санджа?
Она кивнула.
— Меня зовут Кан Чонхэ. Нам сообщили что именно вы нашли труп девушки. Вам следует преследовать с нами в участок для допроса.
Чжан Лей сверлил ее взглядом, полным разных эмоций. Она подошла ближе и заглянула в комнату. Было чисто. Видимо убрал все сам. Она вздохнула с облегчением и обернулась к детективу.
— Я проследую с вами, только мне нужно взять свои вещи. И выкину это. — она показала на черный пакет. — Подождите меня здесь, минутку.
Она замолчала, улыбаясь детективу затолкнула Чжан Лей в гримерку, закрыла перед самым носом мужчины дверь.
— Куда ты дел вещи? — спросила она шепотом.
— Закинул в уборную. — ответил он, не понижая голос.
Санджа протянула руку и прикрыла ему рот ладошкой.
— Говори тише. — шикнула она.
В глазах сверкнула огонёк ярости, и он убрал ее руку.
— Что вообще происходит? Ты пропала. Приходишь в этой дурацкой футболке и оказываешься свидетелем убийства.
Да со стороны все выглядит и правда странно.
— Мне кажется, та кровь, которой были испачканы вещи принадлежит умершей девушке. Поэтому сложи их в этот пакет, — она протянула пакет со своей толстовкой. — Спрячь в тот шкафчик, я вернусь и сожгу все.
— Я не преступник, я жертва. К чему все это? Не лучше сейчас сказать правду тому детективу?
— Тогда слухи… — начала она. — Лучше, чтобы ты не был связан с этим всем.
«Она говорила это только чтобы привлекать как можно меньше внимания». — твердила она себе
— Я уже связан. Раз мой менеджер оказалась на месте преступления. — он говорил холодно, словно того, кто совсем недавно обнимал её и не было. — Поэтому лучше сказать правду.
— Я хочу защитить тебя. — ляпнула Санджа.
«Это все, чтобы остановить его. Зачем мне защищать его, если нужна его смерть?» — повторяла она себе вновь и вновь.
Чжан Лей замер. Посмотрел на Санджу, её футболку с несуразной надписью и хмыкнув, прошёл к детективу.
***
Их продержали в полицейском участке больше трех часов. Смартфон Санджи разрывался. Ей приходилось строчить смс начальнику Паку с объяснениями и извинениями, так что у неё заболели пальцы. Инспекторы спрашивали, задавали вопросы и вновь спрашивали. Чжан Лей рассказал о вещах, но умолчал о надписи и письмах, что приходили ранее. Санджа была уверена, эти события связаны.
— Мы закончили. — объявил полицейский стуча по клавиатуре.
Санджа устало кивнула и встала.
Это день и правда длился вечность.
Выйдя на улицу Санджа потянулась и потерла свои плечи. Озноб до сих пор не прошёл. Сейчас тело изнывало от усталости, словно было живым. Она закрывала глаза и видела стоящую на мосту девушку и тень, что висела на ее плечах. Ей нужно поговорить об этом с сонбэ иначе мозг взорвётся от мыслей. Думать сейчас о способах убийства Чжан Лея не было сил.
— Я отвезу тебя домой. — повернулась она к Чжан Лею, когда они спускались по лестнице.
— Почему ты так спокойна? — спросил он вдруг. — Ты нашла убитую девушку, чьей кровью скорее всего испачкали мои вещи. Ты не боишься… — он сделал паузу. — оставаться со мной?
Санджа замерла и посмотрела на стоящего на верхних ступеньках айдола. Следа от того испуганного мальчика и не осталось. Угадывался только лишь взгляд и некоторые черты лица. Он вырос и стал красивым мужчиной. Если бы она была человеком он бы ей понравился? Стала бы тоже его фанатом? Если бы она была человеком…
Он молчал в ожидание ответа, спустился ниже, оставшись на одну ступеньку выше Санджи, так же смотря на нее сверху вниз, но теперь совсем близко.
«Это тебе нужно бояться оставаться со мной» — подумала она, натягивая на лицо притворную улыбку.
— Не боюсь. Кто-то должен быть рядом, чтобы защитить тебя.
Уголки его губ дрогнули в усмешке.
Правильно, такое заявление от маленькой хрупкой девушки звучит смешно, как насмешка.
— Пошли, отвезешь меня домой и оттуда вызовешь себе такси, защитница.
Он пошел вперед к машине. Санджа еще пару минут смотрела на его широкую спину, думая совсем не о том, как убить его. Прозвучал сигнал смс сообщения. Она открыла крышку красной раскладушки и застонала.
Заседание дисциплинарного совета в офисе по сопровождению душ состоится завтра в двенадцать часов дня. Просим госпожу Чо Санджу явиться вовремя!!!
Междуглавие седьмое. Улыбка до ушей
Санджа вышла громко, хлопнув дверью, кажется послав его куда-то далеко. Джону смотрел ей вслед, не сдерживая эмоций. Улыбка растянулась от уха до уха. Она злилась, а он улыбался как дурак. Через несколько мгновений дверь открылась и в проеме появился Намджун с красным лицом от ярости и телефоном руке. Его длинные темные волосы прилипли ко лбу.
— Он еще и улыбается! Я тебя везде искал. Ты чего на звонки не отвечаешь? — Намджун казалось еще немного и начнет топотать ногами как маленький ребенок, которому не дали конфетку.
— Да ладно тебе. Не психуй, Намджун. Я всего лишь помог малышке. — Джону довольный собой сел на диванчик, на котором лежали подарки от фанаток. Из одного из таких он и вытащил потрясающую футболку. Если бы Санджа носила ее каждый день он был бы счастлив.
— Снова Санджа? — спросил Намджун, качая головой. —Ты понимаешь, чем это может тебе обернуться? Ты столько времени потратил, идя к своей цели, и сейчас все бросишь из-за девчонки?
— Она не просто девчонка. Я еще не встречал таких. Все другие были так похожи друг на друга. Они велись на мое обаяние и легко прыгали ко мне в постель.
— То есть такие у тебя предпочтения. — поцокал Намджун. — Те что легко соглашаются тебя не заводят. — он не спрашивал, а подтверждал факт, не интересуясь так это было или нет. Джону пропустил это мимо ушей, снова улыбнулся.
— Она точно принесет тебе неприятности, и даже не в распространяющихся со скоростью света слухах дело. У меня есть предчувствие.
Джону нахмурился. Возможно Намджун был прав и ему стоит держаться подальше от Санджи, что уже и так нарыла о нем информацию, вернее пока что ничего не нашла. Вот только он ничего не мог с собой поделать. Малышка притягивала его к себе как черная дыра и он был не против погибнуть в ее объятых.
— Джону. — позвал его Намджун. —Что это за бред пишут в корпоративном чате? — Какой еще труп и почему говорят, что тебя там тоже видели? — его лицо стало бледным, он листал сообщения в чате, включал и выключал экран, наверное, в надежде что не увидит этих сообщений.
— Да, так, всего лишь помог Сандже. — пожал Джону плечами.
— Ты издеваешься?! — Его лицо снова стала красным. — Вот куда ты пропал, да? Только не говори мне что ты приложил руку к этому делу?
Джону нахмурился и скривился.
— Как будто ты не знаешь, что я больше не мараю руки в крови.
Намджун кажется ему не поверил и продолжал смотреть осуждающим взглядом, полным раздражения. Джону закатил глаза.
— Это правда! Я никого не убивал. Мои руки чисты. Как ты и сказал, не для этого я так долго шел к своей цели, чтобы так быстро отказаться от этого.
— Хочешь сказать убийца Санджа? Тут в чате как раз и пишут, что она оказалась первая рядом с трупом. — затараторил Намджун, листая чат. — Не поверю, что она может кого-то убить.
Джону усмехнулся.
—Ох, ты очень близок к истине. Боюсь, что малышка реально на это не способна. —Джону встал и посмотрел на наручные часы. — Кажется у нас скоро съемки или же их отменили?
—Чокнутый. В такой ситуации еще и о работе можешь думать. А вообще, чего тему переводишь? Какого ты тогда там делал? — не унимался Намджун.
— Спасал Санджу от неприятностей.
Намджун покрасней еще больше, надул щеки и теперь был похож на недовольную жабу с красным лицом.
— Не злись. Постараюсь больше не влипать в неприятности. — Он улыбнулся своему менеджеру, пытаясь заглушить вдруг накатившее беспокойство. Намджуну не стоит знать, что он решил приглядывать за малышкой, ведь второй случай убийства, связанный с компанией это уже не совпадение.
Глава 13. Сторожевой пес Чжан Лея
Яркий белый искусственный свет бил в лицо. Сандже никогда не нравились эти идеально белые стены из отшлифованного мрамора. Большие колонны, что держали высокий арочный потолок. Длинный коридор с кучей дверей. Все казалось таким не настоящим, что каждый раз, когда ее вызвали в главный офис по сопровождению душ, хотелось сразу сбежать в яркий и цветной мир людей.
Шагами измерив коридор в пятый раз Санджа подошла к двери большого зала Совета и собиралась постучать. Подняла руку и тут же отпустила. Сколько раз её уже отчитывали? И чего она так боится? Всего то могут выписать штраф в несколько десятилетий?
— Чего стоишь? — голос сонбэ раздался над макушкой. — Десять ртов, а сказать нечего[1]? — Он положил свою большую руку на её голову, растрепал и так торчавшие в разные стороны волосы.
— Сонбэ! — возмутилась она и натянула на макушку кат, который все это время крутила в руках.
— Иди давай. Чего время тянуть. — открыл он дверь и толкнул её в спину.
Еще более яркий свет ударил в глаза. Санджа зажмурилась, поморгала несколько раз пока глаза не привыкли.
— Садись, Санджа. — раздался строгий женский голос.
— Здравствуйте, госпожа Пари[2]. — поклонилась Санджа, от чего кат, который она не завязала сполз на лоб. Ей пришлось спешно его поправить и быстро сесть за большой круглый стол. За которым кроме госпожи Пари сидели ещё и десять королей[3], которых Санджа искренне побаивалась.
— Санджа, ты снова нарушаешь правила? — Начала госпожа Пари, открывая папки с документами. — Как так вышло, что твоё имя фигурирует в уголовном деле в человеческом мире?
— Так же как у меня выходит всегда. Случайно. — пожала она плечами, покосившись на сидевшего рядом с ней мужчину.
— Теперь нам придётся убирать за тобой и подчищать все что ты натворила. В очередной раз. — Произнес король Джинкван.
— Вы сами меня туда послали. — буркнула Санджа.
— Исправлять твои же ошибки. — напомнила госпожа Пари. — Если бы тогда ты не отпустила мальчика всего бы этого сейчас не было.
— Да знаю я. — опустила она глаза.
— Давненько, мы не встречали таких бунтующих жнецов из молодежи. — покачал головой король Чоган. — Чем больше ты внимания к себе привлекаешь, тем больше опасность раскрытия нашей работы обычным людям. Мусоришь ты, а убирать за тобой потом нам.
Санджа хотела возразить, но решила, что лучше помалкивать.
— Как твои успехи, кстати? Скоро закончишь с этим делом? — вмешалась в разговор госпожа Пари.
— Госпожа, а ему обязательно умирать? — Санджа подняла взгляд полный надежды и посмотрела на каждого сидящего в зале.
Госпожа Пари молчала, листала какие-то бумаги, а потом подняла взгляд и ответила однозначно:
— Да. Упущенная душа нарушает порядок. Если не вернуть эту душу на положенное место могут погибнуть ни в чем не повинные люди. Лучше одна душа, чем десятки, верно Санджа? — она полистала бумаги еще раз. — В это раз мы все исправим. Ситуация не настолько критична. Но ты будешь оштрафована в размере пяти лет дополнительной работы. Так же сегодня отработаешь двойной план по душам. И ещё. — она щелкнула пальцами и на столе появились небольшие песочные часы. — Это тебе напоминание. Что твоё время истекает. Разберись как можно скорее с упущенной душой иначе попадешь в врата забвения и больше никогда не сможешь переродиться. Тебе дали шанс стать жнецом, чтобы исправить свои прошлые ошибки и грехи. Не упускай эту возможность.
Санджа посмотрела на песочные часы, в которых песчинка за песчинкой исчезало её время. А возможно и жизни других людей, что могут пострадать, пока Чжан Лей остается в живых. От этой мысли в горле появился ком, который хотелось скорее чем-то запить и желательно покрепче. Она взяла часы, поклонилась, поблагодарила всех в зале и вышла за дверь за которой ждал ее сонбэ.
— Ну что сколько лет накинули? — слишком уж жизнерадостно он спросил. Хотя бы попробовал заступится за неё что ли.
— Пять. — буркнула она себе под нос, но он все услышал.
— О, ещё не так много. Повезло. А это что? Часы? Они дали тебе часы? Ох, Санджа видимо ты очень разозлила госпожу Пари и королей.
Сонбэ похлопал ее по плечу и покачал головой. Достал список и ужаснулся.
— Почему здесь так много душ? — он повертел список. Посмотрел на него с обратной стороны, полистал несколько раз. — С утра их здесь столько не было! Откуда они?
— Все потому что ты, Хёкчжэ, наставник этой проблемной девочки. — за спиной послышался строгий голос начальницы. — А почему-то прохлаждаешься в мире людей поедая вредную еду и смотря сериалы, когда твоя хубэ влипает в неприятности. — Госпожа Пари говорила громко, быстро, не давая наставнику вставить хотя бы пол слова. — Поэтому вперёд, выполнять обязанности старшего. — теперь она похлопала его по плечу и улыбнувшись зашагала по коридору, чеканя каблуками по мраморному полу.
Сонбэ удивленно вылупил глаза, посмотрел на список, потом на Санджу и пошёл в ее стороны.
— Я сделаю сама. — быстро капитулировала она, поднимая руки над головой. Забирая список поморщилась от боли в предплечье.
— Верни обратно, сейчас снова натворишь чего. — Буркнул он, забирая список, смотря на Санджу недовольным взглядом. — Выглядишь ты кстати как-то паршиво.
Санджа забрала часть списка у сонбэ и спрятала в рукав ханбока.
— В последнее время я плохо сплю. Кошмары мучают. — поморщилась она от боли.
По тени пробежавшей по лицу сонбэ, Санджа поняла, что ее ответ ему не понравился.
— Вы знаете об этом что-то?
— Жнецы не должны видеть сны. — нахмурился он, кивая в сторону, указывая чтобы они отошли от дверей зала. Скорей всего короли уже ушли, но в стенах офиса Совета есть уши почти везде. — Как давно тебя мучают кошмары?
— Да давненько уже. Но раньше это были просто сны. А вчера приснился такой странный сон. — Санджа нахмурилась. — Там была девушка на мосту, а над ней висела такая жуткая тень. — она поежилась и продолжила говорить быстрее, жестикулируя и изображая тень что висела над фигурой. — Сначала я подумала, что мне снова снится Чжан Лей.
— Снова? — перебил ее сонбэ.
— Да видимо от угрызения совести мне вечно сниться сон как я его спасаю. — отмахнулась Санджа, не придавая значение странной тревоги, появившейся в голосе сонбэ. — Так вот я подумала, что это Чжан Лей, но когда я попыталась спасти его, вернее ее, мы упали в воду и я совсем не смогла разглядеть лица.
Санджа остановилась увидев, как узкие глаза сонбэ стали расширяться от удивления.
— А ну как дай посмотреть. — он потянулся к руке и задрал рукав ханбока. Безжалостно ткнул в больное предплечье.
— Ауч! — ахнула Санджа выдергивая руку из хватки сонбэ.
— Кажется яд вонгви отравил тебя. Я принесу тебе лечебную настойку.
— У вонгви есть яд? — Удивилась она.
Сонбе хлопнул себя по лицу и грозно посмотрел на нее.
— Я, когда тебе инструкции читал в самом начале ты чем слушала? — она не дождался ответа, он продолжил. — Вонгви отравляют жнеца своей ненавистью, злостью и отчаянием. Люди, превратившиеся в мстительный дух, умерли от рук человека. Жнецы те, кто причинил вред человеку и стал причиной смерти. Если яд проникнет слишком глубоко, беды не миновать.
— Да все в порядке. — отмахнулась Санджа, но по все так же хмурому лицу сонбэ, она поняла, что ему недостаточно ее «в порядке» — Яд вонгви же не убьет меня?
— Санджа если еще раз увидишь странные сны не делай ничего. Не ковыряй уже зажившую рану, иначе потечёт кровь. Поверь, если заглянешь за эту дверь, то что ты там увидишь тебе не понравится. — во взгляде сонбэ читалось сочувствие и грусть. Уголки его губ дрогнули в подобие улыбки. — Я принесу настойку позже. А теперь пошли работать.
***
Чжан Лей сидел в углу репетиционной и наблюдала как молодые стажеры доводят до идеала движения танца, который они только что разучили. Его белая футболка прилипла к телу, на шее висело полотенце, которым он только что вытирал лоб. Он взял телефон в руки и посмотрел на экран телефона. Санджа отпросилась по личным делам на пол дня, но уже время шло после полудня. Сообщений от неё не было. На звонки она не отвечала. Сообщения открывала, читала и игнорировала. Может все дело в том, что случилось накануне. Может она и вовсе сбежит теперь. Кто останется с тем, кого грозятся убить?
— Эй, Чжан Лей. — перед ним встал Джону и закрыл обзор. — Где малышка Санджа? Снова послала её за чем-то? — он говорил громко, совершено не думая о том, что здесь находились не только молодые стажеры, но и стафф из шоу вместе с небольшой группой видео операторов и режиссёра. Несколько человек из стажеров, отдыхающих в сторонке начали перешёптываться.
— Не называй её так. — процедил сквозь зубы Чжан Лей.
Джону выгнул бровь в удивление, хмыкнул и сел рядом с Чжан Леем. Слишком близко.
— Так лучше? — зашептал он. — Если я буду сидеть так близко. Нас никто не услышит. — широко улыбнулся он.
Чжан Лей отодвинулся от него на пол метра.
— Ну что ты скажешь, где малышка Санджа? У меня к ней важное дело. Я ей вчера одолжил футболку, хочу спросить, когда вернёт.
— Она взяла отгул. — Холодно ответил он. Игнорируя слова о футболке и мыслях почему эта футболка оказалась на его менеджере. Чжан Лей дал себе слово больше не переходить границы и не лезть не в свое дело. Но не выходило. — Джону, если ты решил поиграться с её чувствами, не стоит давать ей ложных надежд. — повернул он к нему голову, решив, что эти мысли ему все же стоит озвучить.
Джону приставил ладонь ко рту и рассмеялся.
— О, ты беспокоишься за неё? Как мило! Но я совершенно серьёзен. Она покорила моё сердце. И если об этом захочет кто-то разболтать. — он сказал это громче. — Я не буду против, даже если об этом узнают на другом конце света. Да и кто же откажется встречаться со мной. Так что это вопрос лишь времени, когда крепость малышки падет под настиском моего обаяния.
На лице сидевшего рядом Чжан Лея, появилась тень ухмылки.
— Наставник Чжан Лей, мы закончили. — Юнхи, радостно подбежала к ним и улыбнулась. — Наставник Джону, вы здесь тоже для репетиции, я думала у нас она с вами позже.
Джону улыбнулся своей ослепительной улыбкой, вставая с пола, подмигнул Юнхи и ответил.
— Хотел увидеть кое-кого, но этого человека здесь не оказалось. Но я вижу, что вон тем парням нужны пару советов. — он указал на группу будущих айдолов, что спорили между собой раз за разом показывая движения. — Сделаю тебе услугу Чжан Лей и сегодня помогу с репетицией танцев, все равно нечего делать пока жду малышку.
Довольный собой Джону зашагал к стажерам оставив Юнхи и Чжан Лея наедине.
— Я смотрю ты выбилась в лидеры. — он тоже встал с пола и потянулся чтобы хлопнуть Юнхи по плечу, но остановился. Посмотрел на смотрящих в их сторону сотрудников стаффа. Шепотки снова как звук шипящих змей прополз между людьми. — Я видел, как ты стараешься на тренировках и записях песен. Это похвально, когда-то я тоже был таким, старался не упустить время и делал все чтобы быстрее дебютировать.
Юнхи смущенно опустила глаза, в руках у нее была бутылочка с водой. Весь язык ее тела выдавал смущение и неуверенность. Она покрутила бутылочку с водой еще раз и протянула ему.
— Возьмите. Я видела, что вы сегодня без менеджера, вот и решила принести вам воды.
Он оглянулся, увидел все так же смотрящих на них несколько человек, но все же решил взять бутылку, чтобы не обижать Юнхи. Их пальцы соприкоснулись. Её щеки тут же заалели, она быстро убрала руку и улыбнулась.
— Спасибо — Сказал он, кивая в знак благодарности.
Она хотела спросить еще что-то, но слишком громкий голос, одного из работников стаффа остановил ее.
— Вы слышали, вчера в подсобном помещение нашли труп девушки. Оказывается, это был постоянный визажист Чжан Лея. — работник стаффа говорил так, словно хотели, чтобы все слышали. — Говорят, что ее кровь была в его гримерке. Конечно у него есть алиби, он был на съемках рекламы в это время. — Он заговорил тише. — Вот только поговаривают что он проклят. То письма с угрозами, то это… — кто-то из других сотрудников одернул говорящего и посмотрел в их с Юнхи сторону.
— А что это ты замолчал? — Раздался из двери знакомый голос. — Продолжай что ты хотел сказать.
Санджа, появившаяся словно из ниоткуда, прошла к говорящему мужчине, практически растолкав тех, кто мешался у нее на пути. Она выглядела еще более усталой чем накануне. Бледная, с темными кругами под глазами. Снова безвкусно одета, в футболке на несколько размеров больше, с изображением крылатого и зубатого демона с красным яблоком в руке. Она встала рядом с тем, кто только что громко шептался, уперлась кулаками в бока и посмотрела на парня, выше себя на голову точно, так словно сейчас же врежет ему. И Чжан Лей не сомневался, что она может это сделать.
— Говори. Расскажи всем что ты об этом думаешь? Чего молчишь? Распускать слухи это у вас хобби такое? Ваш рот помойка что ли? Собираете всякий мусор и разносите, как мухи дерьмо на своих лапках.
Лицо мужчины, стало багровым, он сделал шаг в сторону Санджи нависнув над ней опасностью. Она же даже не дернулась, не отступила и не отвела взгляд.
— Ты не слишком ли на себя много берёшь? Работаешь здесь не больше месяца, урвала такую должность и теперь решила оскорблять старших. Всего пару слов начальнику Паку, и ты можешь вылететь отсюда. Крутишь тут шашни с артистами. Решила хорошо устроится? А я всего лишь говорю все как есть. Если все молчат, что из-за Чжан Лея здесь бродит какой-то маньяк, то почему я должен.
Терпение Чжан Лея лопнуло, он шагнул в сторону своего менеджера, но его за руку схватила Юнхи и помахала головой.
— Вы сделаете только хуже. — тихо произнесла она, сжимая свои пальцы сильнее.
Чжан Лей аккуратно убрал ее руку со своей и все равно пошёл в сторону Санджи, но не успел, услышав хлопок. Работник стаффа держался за щеку. Санджа сжимала кулаки и кажется еще немного и взорвется от злости.
—Эй, Чо Санджа! Ты что страх потеряла? — Прорычал мужчина.
Санджа замахнулась ещё раз. Чжан Лей двинулся в ее сторону, но остановился, увидев, как Джону перехватил ее руку и спокойно произнес:
— Успокойся, малышка. Давай лучше я. — он отодвинул ее за свою спину и не думая о последствиях и ударил парня по лицу. — Еще раз посмеешь оскорбить мою малышку, мокрого места от тебя не останется.
Все уставились на Джону, зашептались больше прежнего. Санджа хотела остановить слухи, а стала их эпицентром.
Санджа взялась за запястье, посмотрела на Чжан Лея, который все это время не сводил с неё взгляда. Если она сейчас не разъяснит за слова Джону, все так и будут думать о них как о паре, даже если это не так. Даже если этот засранец сказал это специально, чтобы перетянуть одеяло на себя и заткнуть всем рты. Но Санджа молчала, а потом развернулась на сто восемьдесят градусов и убежала.
Джону собирался идти за ней, но парень которого он только что ударил встал с пола и закричал:
— Думаешь если ты айдол тебе позволено так себя вести?! Здесь столько свидетелей, что теперь твоей карьере конец! Я подам на вас обоих в суд!
Джону вновь замахнулся, но на его руке повис Намджун, который кажется отходил на время и не успел вернуться вовремя. В его глазах читался ужас. Лицо побледнело.
— Джону, все только про недавний скандал забыли. — Умолял он, продолжая держать его. — Прошу успокойся.
Все внимание было приковано к парню из стаффа и злому, с висящим на его руке менеджером, Джону. Чжан Лей шагнул в сторону двери. Конечно если сейчас кто-то увидит, что он пошел за Санджой, слухов станет еще больше. Но оставлять это просто так он не намерен.
Он нашел ее в темном уголке коридора. Опираясь на стену и держась за голову, она сидела на полу. Совсем как маленький ребёнок. Совсем как Чжан Лей когда прятался от отца-пьяницы, решившего использовать его как предмет для вымещение злости. Он замер на мгновение смотря на эту картину. Воспоминания до сих пор царапали сердце, как бы родители не старались залечить старые раны, шрамы от них остались.
«Сейчас не время» — подумал он, подходя ближе к своему менеджеру.
— Эй, Санджа. — Он встал над ней и тяжело вздохнул. Она подняла на него взгляд. — Тебя никто не просил влезать во все это.
Она поморщилась, словно ей что-то причиняло жуткую боль. В ее кармане запиликал этот странный телефон раскладушка, что вечно она с собой таскала.
Сейчас вообще кто-то такими пользуется?
Она достала телефон из кармана, отключила звонок и уронила голову на колени.
— Ты прав. Кто меня просил влезать. Почему я разозлилась из-за всего этого. — она не спрашивала, а утверждала. — Правильно говорит сонбэ, язык оторвать мне надо. Я что твой сторожевой пёс, чтобы на всех кидаться?
Казалось Санджа разговаривала не со стоящим рядом Чжан Леем, а сама с собой, бурчала что-то себе в колени, тёрла запястье и, казалось, ещё немного и расплачется.
— Да и ещё этот Джону! — застонала она. — Вот ему я бы оторвала язык в первую очередь. Жаль, что не могу.
— Санджа. — позвал ее Чжан Лей, но она не отреагировала. Он присел на корточки на против неё и потрепал за руку, лежавшую на коленях. Она не отреагировала, только лишь приглушённо пискнула, будто ей было больно.
Чжан Лей встал и сел рядом с ней на пол, так же прислонившись спиной к холодной стене. Теперь они сидели совсем близко. Их бедра соприкасались, он чувствовал, как она дрожит. Плачет что ли?
— Зачем ты это сделала? — спросил он пытаясь обратить на себя внимание.
Она молчала. Прятала свое лицо и молчала. Ее волосы вновь растрепались, футболка оверсайз сползла с плеча, обнажая кожу и белую полоску женского белья. Чжан Лей неосознанно протянул руку и двумя пальцами натянул рукав обратно.
— Если ты хотела защитить меня, то не стоило. Я могу сделать это сам. Когда мы реагируем на слухи и сплетни, можно сказать что признаемся в том, что все что говорят о нас — правда. Так что пожалуйста, просто выполняй свою работу. Больше ничего от тебя не требуется. Не геройствуй, не влезай никуда. Просто будь моим менеджером этот месяц. И все. — он говорил спокойно, не повышая голоса. Да и он был бы придурком, если бы повысил голос на того, кто хотел помочь ему и защитить, пусть и таким глупым импульсивным способом. Кажется, он даже привык к тому, что Санджа очень редко думала прежде чем действовать.
Она наконец-то подняла на него взгляд.
— Всего лишь быть твоим менеджером? — повторила она, как-то по-детски, что он невольно улыбнулся, а потом продолжила. — Чжан Лей, у тебя же есть мечта?
Неожиданный вопрос, кинутый ею так невзначай, застал его врасплох. Мечта? Какая у него сейчас мечта?
Он подобно ей подтянул к себе колени и положил на них руки. Посмотрел в небольшое окно напротив их укрытия.
— В детстве я хотел достать с неба звезды. — начал он, улыбаясь своей детской мечте. — Они были такими привлекательно яркими, что мне жутко хотелось поймать одну из них. Потом я хотел стать спортсменом, но с этим у меня не сложилось. Я пробовал заниматься плаванием, но в первый день же чуть не утонул. Так и не научился плавать с тех пор. А может просто детский страх, поэтому и не пытался. — продолжал он, вспоминая эти редкие моменты счастья в детстве, в котором чаще происходило плохое, чем что-то хорошее. — А затем, что же там было…
— У тебя что каждый год была новая мечта? — в голосе Санджи звенело раздражение. Она повернула к нему голову и смотрела строго и осуждающе. — Я думала, ты с самого детства хранил свою мечту и шёл к её исполнению, а у тебя их вон сколько. — она развела руками изображая большой круг и пробурчала что-то совсем неразборчивое себе под нос. В фразе он смог расслышать только слово: спасла.
Её непонятно откуда взявшееся раздражение позабавило его. Он нахмурился, посмотрел на её лицо. В памяти вспышкой проскочил тот страшный день, но он быстро от него отмахнулся. И продолжил, чтобы снова спрятать тот день глубоко в сундук с монстрами в своем сознание.
— Однажды, когда мне было лет семь, мы с мамой. — Чжан Лей остановился, воспоминания о ней до сих пор причиняли боль. — мы с мамой зашли в небольшой антикварный магазин музыкальных инструментов, и я услышал, как там в маленьком помещение, где музыке было совсем тесно, играла на скрипке девушка. Её музыка оказалась завораживающей. Казалось она проникает в сердце и касается его. Мелодия что она извлекала из инструмента не была похода на то что я слышал раньше. Девушка настолько была поглощена игрой, что казалось еще немного и раствориться вместе со звуками, исходящими от скрипки. Я видел её лишь мельком, но казалось она светилась как те самые звезды на небе. Тогда я решил, что хочу тоже заниматься музыкой. В том магазинчике в то время раз в неделю давали бесплатные уроки, для детей чей достаток не позволял посещать музыкальную школу. Мама подержала мою мечту. — он остановился. Крышка сундука с кошмарами со скрипом открылась и оттуда полезли страшные монстры. Стоит ли рассказать ей что случилось дальше? Как мечта маленького мальчики разлетелась на осколки, разбившись о реальность. И только лишь слова матери, что он хранил в сердце, позволяли ему каждый раз не сдаваться. Она верила в него, разве он мог ее подвести?
Холодная рука легла ему на плечо и пару раз похлопала. Словно сейчас Санджа утешала его, так же, как и в тот день в гримерке. Он повернул к ней голову, она тут же убрала руку. Раздражение на ее лице растворилось. Она вздохнула и выпрямилась. Чжан Лей тоже встал.
— Слушай, я не ела ничего с утра. — призналась она. А он подумал, что ей просто хочется перевести тему. — Было столько дел, что не до этого было. Может пойдем поедим? Я проверю твое расписание, она потянулась за блокнотом в сумку, но он перехватил ее руку, улыбнулся, но тут же скрыл улыбку.
— Пойдем. Накормим тебя, защитница.
— Но ведь это моя ошибка. — сказала Санджа, виновато опуская глаза. — Третья по счету.
Честность подкупила его. Ошибок за все это время он насчитала больше десяти точно, но сам не заметил, как перестал их считать и запоминать. Не заметил, как сам забыл о своём условие.
— На этот раз я закрою глаза. Кстати, прикольная футболка. — Он искренне улыбнулся, указывая на зубатого монстра с красным яблоком в руках и первым выходя из укрытия.
Санджа расплылась в улыбке и затараторил о том, как она обожает этого персонажа. Они шли совсем рядом и Чжан Лей поймал себя на мысли, что эта девушка первая после родителей кому он рассказал так много из того, что и сам пытался вытереть из своей памяти и запихать к монстрам в ящик. Ведь счастливые воспоминания причиняли боль намного сильнее.
***
Сандже пришлось извиняться. Она сопротивлялась, злилась на себя и Чжан Лея заодно. Хотела послать всех к токкеби или куда подальше, на дно морское к имуги, но сдерживалась. Запястье под браслетом до сих пор жгло, остался красный след, как от ожога. Телефон раскладушка разрывался и Санджа отдала должное сонбэ, что он до сих пор не пришёл и не растерзал её на маленькие кусочки.
Начальник Пак отчитал ее в своём кабинете, повторил несколько раз о возможности ошибиться ещё раз и вылететь с работы. Знал бы он, что она на самом деле не работает здесь несколько месяцев, а им всем это просто внушили и перед тем как стать менеджером, она проработала там всего неделю, чтобы вникнуть в курс дела и не проколоться перед другими сотрудниками в первый же день. Конечно, он не знал, что Сандже наплевать на работу, но ей все равно пришлось прилежно слушать, извиняться по несколько раз и делать вид что она по-настоящему сожалеет.
Санджа вышла из здания компании поздно. Когда сумерки уже коснулись земли, а город начинал жить ночной жизнью. Чжан Лей сказал, что проведет ночь в студии и отпустил её домой. Его доброта к ней настораживала и пугала. А разговор о мечте заставил сожалеть что она однажды напилась и разболтала все старшим. Может быть никто бы и не узнал о том, что среди людей бродит упущенная душа.
Сделав несколько кругов в прозрачных вращающихся дверях, она все же шагнула на улицу и наполнила легкие холодным октябрьским воздухом. Если бы была человеком точно замерзла. Она не успела переодеться после работы жнецом и переместилась прямо в уборную компании, на удивление не промахнувшись. Озноб растекающийся от раны на запястье, почти отступил. Наверное, все дело в настойке, что сонбэ насильно в нее залил. Обхватив себя руками, она поежилась. Неожиданно теплая ткань легла ей на плечи. Санджа обернулась и увидела позади себя улыбающегося Джону. С такой широкой улыбкой, словно он был Чеширским котом. Санджа тут же скинула с себя его бомбер. Но он бесцеремонно повернул ее к себе, накинул кофту на плечи и застегнул на замок. Санджа посмотрела на него пытаясь испепелить взглядом. Жаль жнецы так не умеют.
— Замерзнешь же, малышка.
— Я просила тебя так не назвать меня. — огрызнулась Санджа высовывая оказавшиеся в плену руки снизу и стягивая бомбер.
— И он тоже просил, но это же не значит, что я вас послушаюсь. — пожал он плечами.
Санджа нахмурилась наконец-то, освободившись от оков непрошеной одежды.
— Кто просил? — спросила она, швыряя бомбер Джону.
— Не важно. Я хотел извинится. Все же я поставил тебя в неловкое положение. Хотя я и рад слухам что теперь ползут про нас, но все же это доставляет тебе неприятности. — он виновато потер шею.
— Вот именно! — взмахнула руками. — Я просила не лезть не в свое дело. Ты мне не нравишься. — буркнула она и зашагала вперед.
— Знаю, что я тебе не нравлюсь, но может тебе стоит присмотреться ко мне. Когда, например, закончишь со смертью Чжан Лея, мы могли бы встречаться. — липучка продолжал идти за ней.
Санджа остановила, повернулась к Джону и окинула его взглядом неприязни. Потом хитро улыбнулась, смотря прямо ему в глаза, щелкнула пальцами и переместилась к своему дому. Пошатнулась и упала так как приземлилась в стоящий перед дверью горшок с цветами, который почему-то оказался разбитым.
— Проклятье! — потерла она ушибленную ягодицу и встала.
Схватившись за ручку, она поняла, что дверь открыта. Неужели сонбэ разозлившись на то что Санджа не отвечала на звонки пришел отчитать ее. От одной мысли по телу побежали мурашки и прогоняя мысли она толкнула дверь вперед. Даже если все так и есть сегодня она заслужила взбучку.
Зайдя в дом Санджа почувствовала резкий запах краски. Щелкнула выключателем и вскрикнула, увидев перед собой подвешенного человека, одетого в ее любимую футболку и шорты. На белой ткани оказалось криво написано слово «Умри» красной краской. Санджа нахмурилась, попятилась назад. В ее спину уперлись чьи-то руки. Она резко подскочила, развернулась назад чтобы ударить, но ее руку перехватили.
— Успокойся, малышка это я. — произнес Джону у которого на лбу выступили капельки пота, а глаза на мгновение засветились и тут же погасли.
— Хвост кумихо мне в задницу, ты откуда здесь взялся?
[1] корейская поговорка: виноват и нет оправдания.
[2] Персонаж корейского мифа, считается что принцесса Пари стала первой шаманкой, провожающей людей в царства мертвых. Здесь Пари представлена как начальница Совета управления по сопровождению душ в загробный мир к десяти королям.
[3] В корейской культуре после смерти перед перерождением душа должна встретить десять королей.
Глава 14. Кучерявые макаронины
Санджа смотрела на Джону, появившегося словно из ниоткуда, и хмурилась. Ее дом находился в другом районе и от здания QW Entertainment так быстро не доберешься. Правда это беспокоило ее сейчас меньше всего. Она обернулась и увидела, что дом перевернули вверх дном.
«Да, конечно, здесь не было идеального порядка» — подумала она, проходя в комнату и поднимая еще одну любимую футболку с изображением улыбающегося Наруто, разрезанную на кусочки и испачканную краской. Встала рядом с висевшим под потолком человека, который оказался манекеном.
— Вот сволочь, это была моя самая любимая футболка. — Она выругалась, посылая проклятия тому, кто это сделал и потянулась, чтобы снять манекен, но не дотянулась. Джону подошел сзади, поставил рядом с ней стул, встал на него и снял манекен с веревки. Санджа ничего не сказала, а просто прошлась вперед по комнате. Запах краски сильно бил в нос. Алой краской были залиты все ее вещи и мебель. На телевизоре красовалось слово — «исчезни». Из холодильника выкинули все ее немногочисленные продукты, пачки с рамёном разорвали и теперь пол в кухне украшали кучерявые макаронины.
— Сонбэ расстроится. Ничего у меня воровать ему теперь будет. —пробубнила она, садясь на корточки и беря в руки единственный уцелевший кирпичик лапши быстрого приготовления.
— Санджа. — послышался голос Джону, который кажется был обеспокоен. — Может уйдем отсюда? Тот, кто это сделал может быть здесь рядом.
— Я жнец смерти, что он мне сделает? — отмахнулась она, вставая и направляясь в свою спальню.
В спальне тоже был кавардак. Она тяжело вздохнула, увидев перевернутое постельное белье. На полу были разбросаны вырезки из журнала с фотографиями и статьями про Чжан Лея, папка с информацией о нем валялась разорванная на полу. Смотря на кавардак, она не могла понять, пришедший что-то искал или же просто хотел ее напугать?
— Ты отлично подготовилась я смотрю. — Джону, следовавший за ней по пятам, поднял один из документов и быстро пробежался по написанному глазами. — Ооо, Чжан Лей сирота. Не знал об этом.
Санджа вырвала из его рук лист и стала собирать остатки папки с пола, формируя ровную стопочку. Листочек к листочку, аккуратно. Потом замерла над очередной фотографией Чжан Лея, тяжело вздохнула, выпрямилась и громко выругалась:
— Чтоб тебе сралось несколько дней, скотина недорощенная! Кто теперь это все убирать будет? Ненавижу уборку! — она с силой пнула ножку стула, грустно валяющегося на полу.
Джону часто заморгал, испугавшись резкой смены настроения Санджи, а потом прыснул смехом.
— Ты еще здесь? — Она сделала на него шаг. — И вообще, как ты так быстро здесь оказался? — еще шаг. — Я попросила сонбэ нарыть о тебе информацию, но он совершенно ничего не нашел. Ты слишком сильный для человека. — еще шаг. — И слишком быстрый. Раз появился у меня на пороге в одно мгновение. Информации о тебе нет в архиве человеческих душ. Кто ты такой, Джону?
Джону уперся в рабочий стол, на котором был бардак и посмотрел на Санджу сверху вниз и казалось впервые не выглядел самоуверенным самцом. Всего на мгновение. Потом он выпрямился так, что они стояли теперь слишком близко друг к другу и произнес.
— Сейчас это не так важно, малышка. Твой дом кто-то превратил в место хаоса. Смотри, они даже носки выкинули из корзины для белья. — Он тыкнул в открытую дверь ванной, указывая на две пары носков, валяющихся на полу, которые Санджа пару дней назад поленилась закинуть в корзину, после того как не докинула их, представляя себя Майклом Джорданом[1].
— Да плевать. — ответила она, отходя от Джону. Разберется с ним потом.
— А на угрозы ты тоже закроешь глаза? — он махнул головой в сторону валяющегося на полу манекена.
— Я — жнец смерти, — повторила она. — Мне никто не сможет причинить вред, я не могу умереть. Я уже мертва.
От этих слов больно кольнуло в груди. Она поджала губы от обиды. Ей вдруг захотелось плакать. Сонбэ говорил, что со временем человеческие чувства у жнецов притупляются и эмоции не так действуют на них. Но кажется это правило сломалось на ней. Она даже в этом была неудачницей.
— Уйди. — Она махнула на него рукой, чтобы он ушел в сторону. Джону послушался.
Санджа с шумом положила стопку бумаг на стол и замерла. Снова подняла бумаги, смахнула все что лежало на столе. Один за другим открыла ящики стола, кинулась к сумке с которой была на работе и вытрусила из нее все вещи на пол. Разгребла руками всякую мелочь, рабочий блокнот с графиком Чжан Лея, небольшие пачки салфетками, термос с отваром, в который она планировала подсыпать айдолу яд, выругавшись отшвырнула сумку в сторону и стала переворачивать все в своем доме.
— Что случилось? — Спросил явно ошеломленный ее поведением Джону. — Так порядок не наводят. — выкинул он тупое замечание.
— Да чтоб меня вонгви разодрали, блокнот пропал! — она плюхнулась на пол там же где и стояла, кажется раздавив последний кубик кучерявых макаронин. — Глупая моя голова. Я же всегда его ношу с собой. Почему сегодня то дома оставила?
— Что за блокнот? — спросил Джону. — Тот самый блокнот?
— Не твое дело. — резко ответила она и закрыла рукой глаза. — Сонбэ убьет меня. Стоп. А мои часы? — Она подскочила на месте и кинулась к шкафчику над столом, там их не было. — Эта скотина забрала и мои часы? — еще немного и она правда расплачется.
— Вот эти часы? — Спросил Джону поднимая небольшие песочные часы с пола.
Санджа вздохнула с облегчением и потянулась за часами, но Джону поднял их высоко над головой.
— Что это за часы? — он посмотрел на них и покрутил в руках.
— Отдай! — она подпрыгнула, но ее роста не хватило.
— Это что-то важное? — ухмыльнулся Джону, нашедший ее слабое место.
Он поднял их еще выше и покрутил, разглядывая.
— Только не урони их. — попыталась подпрыгнуть Санджа.
— Причудливые. Только не говори мне, что они отсчитывают оставшееся время жизни Чжан Лея. — Усмехнулся он. — А если я уроню их? Он сразу умрет?
Он отпустил пальцы, так что теперь держал часы всего лишь двумя.
— Моё! — Выкрикнула она, испугавшись. — Они отсчитывают моё время! И если ты их сейчас разобьешь, исчезну я.
Лицо Джону помрачнело, он нахмурился и опустил руку. Санджа тут же выхватила часы и прижала их к себе.
— Что значит твоё время? — нотки тревоги в голосе этого липучки раздражали её.
— Ты считаешь я тебе настолько доверяю, чтобы рассказать все? То, что ты знаешь один мой секрет, не значит, что я тебе поведаю остальные. Может уже свалишь отсюда?
— Подожди, малышка. Что значит отсчитывают твое время? Это связано с тем что ты пытаешься убить Чжан Лея? — Он схватил ее за плечи и повернул к себе. Во взгляде и правда читалось беспокойство.
— Санджа! — с криком в пространстве появился злющий сонбэ. Его всегда идеальный ханбок перекосился, видно он наспех одевался. Кат был завязан не крепко, пояс тоже. Из-под чёрного чогори торчала ярко-жёлтая просторная футболка. Кажется, именно эту майку ему подарила Санджа на один из праздников.
Его злость сменилась удивлением, он посмотрел на разруху в доме и произнес.
— Я конечно знаю, что ты неряха, но это что новый вид интерьерного дизайна? — он осмотрел комнату и взглянул на Джону, который улыбнулся, резко убрал руки с плеч Санджи и произнес:
— Ну до встречи, малышка. Раз ты теперь не одна, мне не зачем переживать. — он быстро переступил через гору хлама, поклонился застывшему в ступоре сонбэ и скрылся за дверью.
В комнате повисло молчание. Сонбэ смотрел на закрытую дверь, а Санджа сдерживала волну, подкатывающую к горлу. Она прижимала часы к груди, запястье под браслетом до сих пор жгло. А мысли о Чжан Лее не выходили из головы. Ей стоит переживать за себя. Блокнот пропал. Время истекало. А перед глазами стояло улыбающееся лицо айдола.
— Сонбе… — волна все же задушила ее. Она поджала губы и заплакала, растирая глаза от соленых щиплющих слез.
— Да что происходит? Ты чего ревешь? — Он шагнул к ней, остановился возле манекена и кажется выругался. Сквозь слезы она видела, как он наклонился и повернул подобие человека.
— Сонбе--е-е… — вновь хлюпнула носом Санджа, крепче сжимая в руках часы. Она плакала, не понимая откуда берется столько слез. В тех дорамах, что смотрел все время сонбэ главные героини всегда плачут красиво, у нее же заложило нос, она ничего не видела от слез и губы дрожали, а лицо покраснело.
— Да что такое? — он подошел к ней ближе и положил большие руки на плечи. Она уткнулась ему в грудь и заревела еще сильнее. Он будет злиться, что она испачкает его идеально чистый ханбок, но не могла остановиться. Сонбэ бухтел себе что-то под нос, гладя ревущую Санджу по макушке, а она лишь думала о том, кто стащил ее блокнот, в который она бережно переписала каждую возможную смерть Чжан Лея и что ей теперь со всем этим делать?
***
Чжан Лей вышел из студии поздно ночью, когда шумный Сеул уже укладывался спать. Сев в машину и вставив ключ в замок зажигания, он завис на несколько минут. Он давно не ездил сам за рулём. Вообще он много чего не делал самостоятельно. С момента его ухода из группы у него был Юншик, что всегда помогал, напоминал и заботился, водил за него машину, закупал продукты и парой даже напоминал о то, что стоит отдохнуть, когда Чжан Лей засиживался за компьютером сочиняя новую музыку. Его жизнь была забита работой и шла согласно графику. Но с появлением Санджи все изменилось. Каждый день он не знал, чего ожидать.
После случившегося в репетиционном зале, он долго разговаривал с начальником Паком, пытаясь уладить дело. Парень которого ударила Санджа не хотел идти на мир и требовал её уволить. Угрожал подать в суд. Чжан Лею удалось убедить его что такого больше не повторится, и она извинится перед ним. Заплатить денег и извиниться самому. Санджа хоть и сопротивлялась, но все же подчинилась. Её нужно было бы выгнать, наказать за оплошность, как он бы и сделал раньше. Вот только эта сцена защиты его чести не выходила из головы, и он решил понаблюдать и дать этому стихийному бедствию ещё один шанс.
После поездки с открытыми окнами ему полегчало. Холодный ветер хлестал по щекам, отрезвляя. Тревога не отпускала с того случая в гримерке. Кто-то нарыл на него слишком много информации и теперь бьёт по больным местам?
Прошлое нельзя было вычеркнуть, оно давило на него. Со смерти матери прошло уже слишком много времени. Чудовище, которое звали его отцом давно сгнил за решёткой. Чжан Лей сменил имя, был усыновлен хорошей семьёй, пусть и из другой страны. Иллюзия счастья казалась ему почти настоящей, но с появлением писем, он перестал так думать. Иллюзия всегда останется иллюзией, расплывающейся блестящим пятном на асфальте в знойный день.
Погруженный в свои мысли он не заметил, как дошёл до дома. Перед дверью лежала маленькая коробочка, перевязанная лентой с запиской. Фанаты иногда пробиралась к нему домой и оставляли подарки. Он поднял коробку, развернул записку буквами к себе и прочитала.
«Этот подарок для тебя. Открой. Тебе понравится»
Чжан Лей засунул коробку подмышку и набрал код на кодовом замке. Дома его встречала кошка, которая тут же стала тереться о его ноги и мурлыкать. Он наклонился чтобы погладить, коробка выпала на пол, внутри что глухо стукнулось о стенки. Он прошёл в свою спальню, сел на кровать и посмотрел на коробку.
— Здесь может быть все что угодно. — произнес он вслух.
Потянул за ленту и открыл подарок. На дне лежал чёрный блокнот, с белой надписью. Ему показалось, что он видел его где-то. Вытащил блокнот из коробки и собирался открыть, но кошка прыгнула к нему на ноги и нагло улеглась на коленях. Он улыбнулся, положил блокнот обратно и накрыл коробку крышкой, кинув её на прикроватную тумбочку. Разберется с этим потом, сейчас он слишком устал.
[1] американский баскетболист, бывший игрок НБА. Лучший баскетболист в истории
Междуглавие восьмое. Девчонка, доставляющая проблемы
Хёкчжэ впервые видел, чтобы она так долго плакала. Санджа всегда улыбалась. Они встретились такой же холодной осенью, как и та, что сейчас окутывала яркие улицы города. Госпожа Пари познакомила их, сообщив что теперь эта девчонка станет его младшенькой, и он должен будет учить и наставлять ее. Хёкчжэ был против. Ему нравилось одиночество и возможность отрабатывать свои грешки одному. Без лишних разговоров по душам, без необходимости делиться чем-то личным с напарниками. За такой долгий срок работы прежние человеческие чувства стали чужды для него. И быть чьим-то наставником не входило в его планы. Но госпожа Пари обещала скосить ему срок на десятилетие, поэтому он конечно же согласился, даже не подозревая, что подписал себе приговор на ежедневные переживания, бесконечные нравоучения и страх, что эта девчонка снова что-то натворит.
Он смотрел на ее заплаканное лицо и то, как уныло она собирает разорванные в клочья листовки с пола и гадал, что же могло случиться. Кто ворвался в дом Санджи и натворил такое? И что вообще твориться? А еще этот странный тип, что был с ней рядом. Он хотел задать все эти вопросы, но слыша, как она раз за разом хлюпает носом, не решался.
— Санджа. — Начал он аккуратно. Она прекратила собирать бумажки в мусорный пакет и подняла на него заплаканные глаза. — Может пойдем прогуляемся?
— А бардак? Вы все время ругаете меня за бардак. — Она была похожа на ребенка, которого обидели старшие ученики задиры. Она дула губы и поджимала их от обиды.
Он встал и протянул ей руку.
— Оставь. Уберем все потом. — Санджа вложила руку в его большую ладонь, выпрямила спину и Хёкчжэ щёлкнул пальцами.
Санджа как всегда неуклюже приземлилась, отчего ему пришлось придержать ее за локоть. Она пару раз моргнула и охнула, увидев куда они переместились. На горе Хванён портовый городок Пусан был виден как на ладони. Санджа подбежала к деревянным перилам на краю горы и охнула.
— Сонбэ, здесь так красиво!
Город лежавший перед ними растекался длинными ручейками автострад, по которым неслись автомобили. И смотрел на них большими светящимися домами, пытающимися дотянуться до небес.
«Ну точно ребенок. — подумал он, подходя к ней и становясь рядом. — Грусть как рукой сняло, стоило ей только показать что-то красивое.»
Она расставила руки. Ее кудряшки трепал осенний ветер, так что ей все время приходилось поправлять их, чтобы не лезли в лицо. Хёкчжэ смотрел на нее и улыбался. Санджа казалась взбалмошной и ветряной, несерьёзной и даже парой глупенькой. Но он сам не заметил, как стал защищать ее и заботиться о ней. После долгих смен работы жнецом, он всегда в первую очередь приходил к ней, разбирал хлам, что она разбросала по дому, ругаясь и бухтя на нее. Его срок наставничества закончился еще пять лет назад. Он мог снова стать одиночкой, но в один момент понял, что ему станет скучно без этой девчонки и просто остался с ней. И сейчас, когда его безответственность пятнадцать лет назад с тем мальчишкой стала ее проблемой, он переживал, что с ней может что-то случиться.
Глава 15. Натрем блёсточками
Прошло пять дней с тех пор как украли блокнот. Она так и не смогла рассказать о пропаже, упомянув лишь очевидные вещи с угрозами и испорченными вещами, высказав свои предположения. На утро она увидела, что сонбэ убрал весь мусор и сварил рис. Санджа хотела сказать ему правду, но не решилась. Господин Хёкчжэ рисковал, добывая ей этот список, и явно будет недоволен узнав, что какой-то сумасшедший украл его. А как найти блокнот самой она понятия не имела, но точно знала нужно оставаться рядом с Чжан Леем и тогда этот придурок точно сам придёт к ней. Ведь судя по случившемуся, ему совершено не нравилось, что Санджа находилась рядом с ним. Она просидела пару ночей в помещение охраны компании, просматривая камеры, но так и не нашла того, кто заходил в подсобку и гримерку Чжан Лея. Некоторые записи барахлили и записались с помехами, и Санджа начала подозревать, что это не просто так.
Все эти дни она вела себя прилично, не доставляла проблем в компании, следила за расписанием Чжан Лея и прилежно выполняла работу жнеца. Сонбэ однажды даже поинтересовался не сошла ли она с ума. Рана от когтей вонгви почти не болела, но до сих пор зудела. А вот кошмары Санджу так и мучили каждую ночь. Она пыталась следовать совету старшего и в этих снах ничего не делала, следив за всем со стороны. Но и этого было достаточно, чтобы каждое утро вскакивать в кровати в холодном поту с ознобом по всему телу.
Слухи за эти дни выросли как снежный ком и что только Санджа не слышала за это время. Кто-то говорил о наложенном проклятие на Чжан Лея, кто-то о том, что она золотоискательница и решила развести на деньги двух популярных певцов. Планирует высосать из них деньги и уехать за границу. (от «уехать отдыхать на какой-нибудь остров» она конечно же бы не отказалась). Кто-то пророчил Чжан Лею провал на первом сольном концерте из-за всего происходящего. Санджа убедилась, что человеческие языки страшное оружие. Могут как вознести, так и уничтожить.
Из круговорота мыслей ее вытянул звук мягких лапок, приземляющихся на диван. Чёрная кошка, которую тогда подобрал Чжан Лей села с ней рядом и снова посмотрела на неё так словно собиралась сейчас же выгнать отсюда метлой. Или же защищать своего хозяина от негодяйки Санджи.
— Не смотри на меня так. — отодвинулась от неё подальше Санджа.
— С кошкой разговариваешь? — спросил Чжан Лей, вышедший из душа. Она приехала забрать его. Сьемки шоу перенесли на следующий день и у неугомонного Чжана впервые появилось время немного побыть дома. А Санджа на удивление самой себе приехала раньше без опозданий.
Мокрые волосы, что сейчас липли ко лбу и лицу он начал вытирать полотенцем. Белая свободная майка слишком хорошо на нем сидела, открывая плечи. Санджа на секунду засмотрелась, а потом перевела взгляд на кошку, которая не сводила с нее взгляд.
— Что? — спросила она у кошки шепотом, надеясь, что Чжан Лей не услышит.
Он повесил полотенце на шею и сел на диван и еле сдержал смешок, смотря на них с кошкой.
— Она на меня смотрит будто сожрать хочет! Может быть она какое чудище? — отодвинулась от нее подальше Санджа, краем глаза смотря на кошку, которая перепрыгнула через нее и уселась между ней и Чжан Леем, положив передние лапки ему на колени и недовольно стала бить хвостом по ее ногам.
Айдол довольно улыбнулся и провел ладонью по черной шерсти от макушки до хвоста. Кошка замурлыкала и прикрыла глаза.
— А вы смотрю с ней подружились. — подметила Санджа.
Чжан Лей улыбнулся и кивнул, продолжая гладить чёрную вредину.
— Она скучает, когда меня нет дома, поэтому я стараюсь чаще гладить ее в такие свободные минуты.
Санджа посмотрела на спокойного и счастливого Чжан Лея и прикусила губу с внутренней стороны. Когда они встретились, он казался холодным и закрытым. Сейчас же видя, как он улыбается ей становилось не по себе. Отчего она не могла понять.
— Как я уже говорил, у меня нет друзей, поэтому я рад что она стала моим другом.
— Меня до сих пор удивляет этот факт, что у тебя нет друзей. — искренне удивилась Санджа. — Я думала все хотят с тобой дружить. Я слышала, как некоторые шептались, завидуя Юншику и мне. Говорили, что, наверное, здорово с тобой дружить. Может ты просто не пробовал начать с кем-то общаться. Хотя, когда тебе, ты только и делаешь, что работаешь. — покачала она головой.
Он усмехнулся, аккуратно взял кошку под живот и положил себе на колени.
— Наверное, все хотят стать мне близким человеком из-за Юншика. Я каждый год оплачиваю ему поездки за границу, иногда дарю брендовые вещи. Помогаю с организацией семейных праздников. Но это все потому что он отлично выполняет свою работу и уже так долго со мной рядом. Сомневаюсь, что нас можно назвать друзьями и сомневаюсь, что, кто-то хочет искренне стать мне другом.
Санджа удивилась, хитро прищурилась и придвинувшись к нему ближе спросила:
— А если я буду хорошо выполнять свою работу, мне тоже оплатишь путёвку за границу?
Чжан Лей оторвала взгляд от кошки и сделав слишком серьёзное лицо произнес:
— Исходя из всех событий за это недолгое время, мне ещё тебя и оштрафовать надо.
Санджа закатила глаза и достала блокнот.
— Через час у тебя репетиция в зале, где будет проходить концерт, потом съемки клипа. А потом интервью для журнала. На этом, кажется все на сегодня. — Санджа захлопнула блокнот и встала. — Я подожду тебя в машине.
Она собиралась уйти, но потом вспомнила, что хотела еще спросить.
— Кстати, ты получал письма с угрозами в последнее время? В компанию ничего не приходило.
Вопрос явно ошарашил его. И даже ввёл в ступор. Он некоторое время молчал, гладя кошку и смотря в одну и ту же точку. Санджа даже на миг пожалела, что спросила.
— Писем больше не было. Только лишь странная посылка.
— Посылка? — нахмурилась Санджа.
— Ничего особенного, возможно она даже от фанаток. — он аккуратно положил кошку на диван и встал.
— Чего ты мне раньше не сказал? — возмутилась Санджа.
— Она не похожа на письма с угрозами, поэтому посчитал, что не стоит внимания и это всего лишь очередной подарок фанатов. Мы опоздаем, если не поторопимся. — в голосе вновь зазвучал холод и Санджа поняла, что приходящие ему письма и случившиеся в студии тревожат его больше, чем он это показывает.
— Хорошо. Возьми эту посылку с собой. Посмотрим, что там. Я отнесу её в полицию, может на ней найдутся отпечатки, и мы сможем поймать этого ублюдка. Я жду в машине.
Санджа закинула сумку на плечи и вышла, повторяя себе что делает все это не для того чтобы защитить его. А для того чтобы спасти себя.
***
Репетиция должна была состояться в концертном зале. Там, где через неделю должен будет пройти сольный концерт айдола. Санджа, сославшись на необходимость зайти в отдел управления и пиара, собрала несколько душ и поэтому пришла намного позже. Когда скорее всего он уже закончил прогон всего плейлиста концерта. Стафф уже ушёл и Чжан Лей остался один на сцене. Он сидел за роялем в тусклом свете софитов, в белоснежной рубашке, с повисшим головным микрофоном на шее. После долгой репетиции под ярким светом на его лбу выступили капельки пота, а волосы прилипли к лицу. Санджа спустилась ниже по залу, дойдя почти до сцены, но осталась в тени, чтобы понаблюдать за ним.
Его тонкие изящные пальцы, совсем не похожие на мужские, упали на клавиши рояля. Звук разлетелся по залу, коснулся пылинок, летающий в воздухе. В темноте, подсвеченный сценическим светом, словно божество, спустившееся на землю, он выглядел прекрасно. И Сандже показалось, что он сам излучал свет. Пальцы пробежались по чёрным и белым клавишам. Музыка похожая на весеннюю капель и восход над океаном, пролетела по залу и настигла Санджу. Теперь, кажется, она понимала почему многие восхищались им. Играя на пианино, Чжан Лей растворялся в музыке и ничего больше не существовало. Только он, клавиши и звуки, струящееся из-под его рук. Он обладал магией, касаться тоненьких потаенных струн души.
Она помнила, как он смотрел на неё мальчишкой. Как говорил о своей мечте. Как не желал умирать. Как рассказал ей ту историю в коридоре о девочке, играющей на скрипке. И про звезды, что он хотел достать с небес. И сейчас он сам сиял подобно этим звездам.
В груди у Санджи больно кольнуло. Она должна сделать так, чтобы этот человек умер. Сделать так, чтобы никто больше не видел этого света, исходящего от него во время выступления. Боль стала распространяться по сердцу, прорастать ростками сомнения. Она почувствовала, как щеки стали мокрыми, как защипало глаза.
Голова заболела, больно кольнуло в ране на руке. Перед глазами увидела маленький магазинчик с инструментами, куда попадало мало света из небольших окон. Девушка стояла спиной и держала в руках скрипку, водя смычком по струнам. Звуки скрипки и пианино смешались, создавая новую музыку. Санджа схватилась за сердце и тяжело задышала.
«Что это? Воспоминания Чжан Лея? Какого демона я их вижу»
Музыка продолжала дальше порхать по залу, билась о стены и сиденья. Санджа была больше не в силах выносить щемящую боль в груди. Ей нужно сбежать, спрятаться. Уйти от этих пыток! Она развернулась на пытках и собиралась убежать, но запуталась в своих же ногах и с грохотом от падающих бумаг, упала на пол, распластавшись между сиденьями.
Звук пианино утих. Она услышала шаги и прикрыла голову листочками, что остались у неё в руках.
— Что ты здесь делаешь? Да и ещё на полу. — раздался над головой голос Чжан Лея.
Она молчала, а потом выпалила то что пришло первое в голову:
— Пол такой холодненький, вот я и решила полежать немного. — она развернулась и села на полу, надеясь, что в темноте не видно её заплаканного лица.
Чжан Лей протянул ей руку и произнес.
— Подглядывала?
— Нет! — ответила Санджа, слишком быстро, за что сразу же себя поругала. Теперь он точно поймет, что она врет.
— Врёшь же.
Он потянулся за листочками и быстро собрал их с пола, потом снова подал ей руку, чтобы она поднялась. Санджа проигнорировала его жест и встала сама, отряхнула вещи. Неожиданно он сделал шаг и наклонился совсем близко к её лицу.
— Ты что плакала?
Она поспешно вытерла лицо тыльной стороной ладони и отвернулась.
— Это свет так падает. Чего мне плакать?
— Тронула моя игра на пианино? — он слишком был доволен собой. Так сильно, что даже напомнил Джону. Ее аж передернуло.
— Тушь в глаза попала. — вновь соврала Санджа.
— Ты никогда не красилась. — Подметил он. — Просто признайся, что тебя тронула моя музыка.
Он сложил руки на груди и улыбнулся. Его что покусал Джону? Когда он стал так много улыбаться?
— Ладно, тронула! — призналась, чуть ли, не шипя на него. Отобрала у него бумаги и, кинув короткое «пойдем» через плечо, стала подниматься к выходу.
Чжан Лей последовал за ней и вдруг рассмеялся.
— Вот поэтому вы друг друга не любите! Потому что слишком похожи.
— Что? — не поняла Санджа, оборачиваясь. — О чем ты?
— Кошка. Ты похожа на кошку. Такая же ершистая, но при этом мягкая и добрая.
— То есть, я по-твоему похожа на эту дикую злыдню. Постой, ты ей так и не дал имя? — не понятно для чего, спросила Санджа, наступая на ступеньку, спотыкаясь и падая вперёд. Длинные пальцы Чжан Лея схватили ее за предплечье, не давая упасть.
— Почему? Ее зовут Кошка. — спокойно ответил он, отпуская руку.
— Ты дал кошке имя Кошка[1]? — она больше решила не оборачиваться, завалиться снова она не хотела. Задавала вопросы полумраку перед собой. — Серьёзно?
— Ей подходит. — ответил он, помогая Сандже открыть тяжёлую дверь.
Он стал рассказывать о том, чем они похожи с кошкой, и Санджа вдруг поняла одну вещь, ту которую ей не стоило понимать. Ту, что стоило оставить на задворках сознания. Ту, которую она точно не озвучит сонбэ.
***
Вот только Санджа даже не могла представить, что дальше ее ожидало настоящее испытание. После случившего с визажистом Чжан Лея, многие отказались с ним работать. И не только визажисты. Дизайнеры по костюмам передавали всё Сандже и давали ей указания, ссылаясь на занятость. Находили отговорки. Его стали избегать.
На площадке, где снимали клип, творился хаос. Две девушки визажистки, которые сначала согласились, отказались прямо перед съемками. Режиссер красный от злости ходил по площадке и ругался, как сапожник, обвиняя в не профессиональности рабочих. Санджа звонила визажистам из предоставленного ей списка снова и снова. Но каждая находила причины не приходить. Её раздражало, что ей приходится делать всё это. Ее время истекало, ей следовало заниматься поиском того ублюдка. А она занималась поиском визажистом.
Софиты горели. Люди вокруг галдели в ожидание съёмок.
— Ну что, ты дозвонилась до кого-нибудь? — спросил обеспокоенный Чжан Лей, подходя вместе с режиссёром.
— Нет. — ткнула в телефон ещё раз Санджа.
— Значит найдём другого человека, кто это сделает. Времени мало, иначе придется заплатить за дополнительное время аренды павильона. — произнес режиссёр, смотря по сторонам.
— Это сделает Санджа. — быстро ответил Чжан Лей. — Это просто и не требуются дополнительные навыки.
— Хорошо. Идите гримируйтесь. — кивнул режиссёр и пошел давать указания персоналу.
— О чём ты? Что я смогу сделать? Из меня визажист, как из Джону вежливый человек. — она, ничего не понимая, посмотрела на Чжан Лея.
— Ты справишься. Пойдем в гримерку.
Он схватил ее за руку и зашагал вперёд. Санджа не понимающей происходящего, оставалось только за ним следовать.
Придя в маленькую гримерку, Чжан Лей посмотрел на столик с косметикой, покопался в большой сумке, приготовленной для визажиста, достал большую баночку и мягкую губку, положил их на столик, повернулся к Сандже и стянул с себя майку.
Санджа часто заморгала, уставившись на оголившего торс айдола.
— Чего стоишь? Иди сюда. — потребовал он.
Санджа смотрела на него, округлив глаза, совершенно не понимая, что он от неё хочет.
— Я, конечно, говорила, что мне нравится глазеть на красивые тела мужчин. Но, кажется, ты был против этого. — она смущенно затараторила, не отрывая взгляда от обнаженного Чжан Лея.
— Чего ты там себе придумала уже? — Спросил он, беря в руки большую прозрачную баночку с блестящей краской. — Санджа, вся команда ждёт. Так и будешь стоять? Иди намажь меня гримом. — Он помахал перед ее носом банкой и губкой.
Санджа настороженно посмотрела на него, но все же подошла.
— Ты хочешь, чтобы я тебя этими блесточками намазала? — спросила Санджа, стараясь все же отвезти взгляд от крепкого тела Чжан Лея. Но ничего не выходило. Сопротивляться было невозможно.
— Да. — коротко ответил он.
— Всего? — спросила она, указательным пальцем очертив в круг его пресс.
— Да. Всего. Давай уже. — он протянул ей краску и губку.
Санджа взяла в руки баночку с блестящей жидкостью. Открутила крышку, нанесла на губку. Все это время она старалась не смотреть Чжан Лею в глаза. (конечно она была занята разглядыванием его пресса. Бесстыжая) Неловкость сковала тело, щеки горели, и она лишь надеялась, что он не заметит этого. Вообще неужели жнецы смерти могут краснеть? И вообще, что это с ней такого творится? Она приложила губку в краске к твёрдой груди и провела по светлой коже, которая тут же засветилась перламутровым слегка бронзовым блеском. Обмакнула вновь в краску, и снова провела по коже, но на губке оставалось слишком много и размазывать было неудобно.
— Санджа, можешь побыстрее. — раздался голос над головой.
Она сжала губку и наконец-то подняла взгляд. Он вопросительно посмотрела на неё. Уголки его губ дрогнули в ухмылке.
— Выглядишь так, будто никогда мужского обнаженного тела не видела. А утверждала, что любишь глазеть на мужчин. — фыркнул он, на что Санджа надавила сильнее на губку, и он ойкнул.
«Это нужно скорее заканчивать. — подумала она, швыряя губку на гримерный столик.
Взяла банку и словно джем вывалила жидкий шиммер на руку.
— Что ты делаешь? — удивился Чжан Лей.
— Собираюсь натереть тебя блесточками. — огрызнулась она, пряча свое смущение.
Ладонью, в которой была блестящая жижа, Санджа смело провела по плечу айдола. Он вдруг дернулся, но она старалась не обращать на него внимания. Чем быстрее она со всем этим закончит, тем быстрее её щеки перестану гореть огнем. Санджа снова набрала на руку блеска и провела ладонью по твёрдым мышцами груди. В некоторых местах приходилось лучше втирать грим, проводя по коже несколько раз. Её рука скользнула по плечу, бицепсу, к запястью, превращая белоснежную кожу Чжан Лея в золотисто-перламутровую. Её пальцы пробежались по прессу, прошлись по полоске между кубиками. Дойдя до низа живота, она остановилась. Поджала губы и провела ладошкой возле края брюк.
Теперь горели не только щеки, но и уши.
Она обошла его со спины и провела ладонью сверху, от широких плеч, по рельефной спине к пояснице. Он всегда казался ей немного худым, почему же сейчас его тело кажется таким большим и крепким? У него всегда была такая широкая спина и сильные накаченные руки? Санджа еще несколько раз провела ладонью по спине, провела по боковым мышцам спины и рукам. Она чувствовала, как часто он дышал. Тело Чжан Лея начинало все больше светиться в свете гримерных лампочек.
Жемчужина прям. Большая такая жемчужина.
Она вновь обошла его, нанесла грим на ладонь и потянулась к шее, но Чжан Лей перехватил ее руку.
— Разве ты не изучала материалы перед тем, как стать менеджером?
Санджа непонимающе уставилась на него.
Что он вообще несёт? Какие материалы? Какой менеджер? Из её головы казалось вылетело все.
В дверь постучали и не дожидаясь ответа, зашёл режиссёр.
— Можете поторопится. Вы еще не закончили? Не забудь про шею и лицо. — потребовал он.
Чжан Лей, посмотрел над головой Санджи на вышедшего и отпустил ее руку.
— Осталось буквально совсем немного. — ответила она, не поворачиваясь, даже не видя, что режиссер уже вышел.
Её рука потянулась к шее Чжан Лея, который, невольно сделал небольшой шаг назад. Санджа, которой уже порядком надоела эта неловкая ситуация, схватила его за запястье чтобы он не убегал. Он не сопротивлялся. Санджа, довольная победой улыбнулась и провела ладонью по шее, растягивая блестящий шимер от уха к плечу. Ключицы, выпирающий кадык и длинная крепкая шея засияли.
Грудь Чжан Лея часто поднималась, он плотно сжимал губы, шумно глотал слюну.
«Виной всему духота» — убедила себя Санджа, обмакнула пальцы и потянулась к лицу.
Провела по щекам, большим пальцем очертила линию подбородка, провела кончиками указательного пальца по носу. Потянулась к губам и замерла. Про губы режиссер ничего не сказал. Нужно уточнить.
Рука Чжан Лея перехватила её запястье, и он произнес тихо, на выдохе:
— Достаточно.
Санджа вытащила свою руку из его и внимательно осмотрела все тело. Некоторые места не блестели достаточно ярко. Она опустила в банку два пальца и зачерпнула остатки гримерной краски. Растерла её между ладонями и с усердием провела сначала по груди и прессу, а потом по спине, тщательно размазывая грим.
Довольная своей работой, она отошла в сторону с улыбкой и подняла взгляд на Чжан Лея, в надежде встретить одобрительный взгляд и услышать похвалу за свою работу. Их взгляды встретились. В глазах айдола, только что усмехающегося, горел странный огонёк. От его взгляда Сандже стало не по себе.
— Что опять предупреждение? — глазами кота из Шрека посмотрела она на него.
Он молчал и казалось испепелял взглядом. А потом до Санджи вдруг дошло. В анкете, которую она выучила наизусть, но почему-то вдруг забыла, как только её руки коснулись тела Чжан Лея, было выделено что он не любит, когда к его шее кто-то прикасается. Потому что она слишком чувствительна.
Шея, уши и щеки вновь вспыхнули жаром.
— Что непристойные мыслишки в голове крутятся? — подал голос айдол, переводя взгляд на себя в зеркале. — Хорошая работа. Но впредь читай правила, внимательно изучай условия съемок, чтобы не повторилось такого же, иначе. — он наклонился к ней ближе, так что между их лицами остался один вдох. — Иначе придется справляться с последствиями.
Он выпрямился и быстро вышел из гримерки. Сандже хотелось послать его. Она и так разгребает последствия. Куда ещё хуже?
***
Чжан Лей вышел из гримерной и выдохнул накопившиеся напряжение.
— Что с тобой творится, Чжан Лей? Ты же сам предложил ей это сделать. Что за странное поведение сейчас было? — разговаривал он сам с собой еле слышно. — Хочешь быть похожим на Джону? Потому что думаешь, что ей нравится Джону? — он помотал головой. Всякие глупости в голову лезут.
Сзади открылась дверь, и он поспешил на площадку. Если он сейчас встретится с Санджой взглядом, снова начнёт испытывать странные чувства, которые не может понять.
Все время съемки он не мог ничего с собой поделать и постоянно искал ее глазами. В момент, когда режиссер и креативный продюсер давали указания, он наблюдал как она запуталась в каких-то проводах и кажется снова ругалась своими странными ругательствами упоминая всякую хтонину из легенд. В момент перерыва, когда она подошла к нему чтобы протянуть термос с травяным отваром, который она стала заваривать каждый день, он подметил, что одна из прядей волос выбилась и прилипла к щеке, он потянулся чтобы убрать, но одернул руку, когда увидел, что Санджа заметила его жест. Он отвернулся и беззвучно поругал себя. Что он творит вообще?
Съемки продлились до самой ночи. Сандже пришлось перенести интервью, она часто извинялась за него. Он слышал, как несколько раз ей звонили на красную раскладушку. После чего она пропала из виду на некоторое время, а потом вновь вернулась. Когда закончились съемки, и все стали расходиться по домам, он нашел ее спящую на двух стульях в углу съемочной площадки. Большую сумку она подложила себе под голову, поджала колени, чтобы уместиться на самодельной «кровати». Она распустила волосы и теперь они забавными завитушками расползлись по сумке и ее лицу. Они то и дело ее щекотали и Санджа все время их убирала с лица. Чжан Лей улыбнулся. Она казалась такой маленькой и хрупкой, но доставляла проблемы вселенского масштаба.
— Эй, Санджа. — он легонько коснулся ее плеча.
Она нахмурилась и произнесла:
— Еще минутку, сонбэ, дайте мне поспать еще минутку, потом я все отработаю.
После чего повернулась на другой бок и из сумки выпала коробку, которую принесли Чжан Лею. После просьбы Санджи он все же захватил ее и пока она была занята разговором с начальником Паком, положил в сумку. Заметила ли она? Он поднял коробку с пола и посмотрел на надпись: «Открой, тебе понравится». Замешкался раздумывая стоит это делать или нет и все же решил вновь туда заглянуть. Внутри все так же лежал черный блокнот. Что же там такое, что ему должно понравится? Он тихо, чтобы не разбудить Санджу, положил коробку на пол, выпрямился и открыл блокнот. Пробежался по первым строчкам, ничего не понял и перечитал еще раз.
«Если я не убью его, то не смогу жить»
«Мне нужно убить его как можно скорее»
Потом несколько строчек были почти что до дырок замалёванные ручкой.
Тревога в душе нарастала. Он открыл блокнот на случайной странице.
«Все способы из-за которых он может умереть»
Дальше шел список из странных хаотичных записей. На полях были нарисованы смайлики, то грустные, то плачущие, то в виде чертиков. Узорчики и маленькие герои, забавные и смешные, борющиеся друг с другом.
На середине список прерывался.
«НЕНАВИЖУ ТЕБЯ ЧЖАН ЛЕЙ, ПОЧЕМУ ТЫ НЕ УМЕР В ТУ НОЧЬ?»
Чжан Лей сжал края блокнота и стал листать дальше. На пол выпала карточка, видимо лежавшая между страницами. Дрожащими пальцами он поднял ее и увидел свою фотографию. Кажется, сделанную ещё когда он только дебютировал.
Этот ублюдок решил не ограничиваться письмами и прислал целый блокнот?
Блокнот был заполнен до середины. Дальше лишь чистые нетронутые странички. Чжан Лей у которого от тревоги сводило желудок пролистал его весь и открыл на последней страничке. Где в самом нижнем углу увидел маленькую надпись, обведенную в кружочек от которого шли лучики подобно солнцу. Он посмотрел на запись, моргнул, перевел взгляд на своего спящего менеджера и вновь прочитал запись.
«Этот блокнот принадлежит Чо Сандже, нашедшего просьба вернуть=)»
[1] Здесь подозревается игра слов. Чжан Лей вырос с приемными родителями из Китая. По-китайски кошка звучит как Мао.
Междуглавие девято. Ничего не помня
Юнхи возвращалась в общежитие совсем поздно. Тренировки, что стали теперь еще и более длительными из-за участия в шоу выматывали и отнимали все силы. Ей часто хотелось спать, ломило тело от бесконечных повторений танцев и физической нагрузки. Питались они плохо, потому что чаще всего не было времени. Все верили, что сейчас, когда они дебютируют все, изменится. Изменится ли? Юнхи стала сомневаться в этом.
Она зашла в комнату, где жила с еще одной девушкой, второго года стажировки, имя которой она тоже записала в блокноте, на автомате потянулась за баночкой с таблетками. Диагноз аномическая афазия[1] ей поставили уже достаточно давно, но помочь с недугом никто так и не смог. Она приспособилась, научилась жить с этим. Ну еще стабильно пила лекарства. Вот только они кажется не помогали. Теперь кроме имен она стала забывать еще и места, в которые ходила. Она могла очутиться где-то и совершено забыть, как туда попала. Это пугало.
Она покрутила в руках баночку с лекарством, открыла ее и вытрясла себе на ладонь пару таблеток. Запила водой. Дверь спальни открылась и в комнату вошла соседка. Юнхи быстро спрятала лекарства под подушку.
— Привет. — устало кинула она ей. — Ты сегодня рано. — стянула с себя черную толстовку и кинула на кровать, подошла к шкафу и начала в нем рыться. — Фу, чем здесь так воняет. — продолжала рыться, а потом вскрикнула и сделала шаг назад. Вдохнула-выдохнула и вытащила из шкафа футболку и джинсы.
— Что там? — встала с кровати Юнхи.
— Это твоих рук дело? — она обернулась и со злостью посмотрела на Юнхи. — Больше никто не мог зайти к нам в квартиру. Зачем ты испачкала мои вещи в краске.
Юнхи нахмурилась, не понимая, о чем говорит соседка, подошла и взяла вещи из ее рук. На футболке и джинсах красовались красные пятна.
— Это не я. — помахала головой Юнхи. — Зачем мне портить твои вещи.
— А кто мог еще? Больше никто не может зайти к нам в комнату. — Она почти кричала. А Юнхи пыталась вспомнить. Она могла взять вещи по ошибке, но от куда краска?
Слова соседки растворялись в гудящих словной рой пчел мыслях. Она хотела вспомнить, но не могла, словно кто-то вытер это из ее памяти.
[1] это тип афазии, характеризующийся проблемами с запоминанием слов, имен и цифр.
Глава 16. Маленькая лгунья, большая ложь.
Внутри все сжалось. Он посмотрел на спящую перед ним девушку, ещё раз на запись в блокноте, на свою фотографию. В голове загудело, в висках пульсировало. Если она и есть преследовавший его человек? И все это время она лишь лгала ему? Пускала пыль в глаза?
Санджа повернулась на стульях, потянулась и завалилась на пол. Ойкнув она села и потерла бок.
Чжан Лей завёл руку за спину, пряча блокнот, пристально следя за Санджой. Она потерла глаза тыльной стороной ладони как маленький ребёнок и подняла взгляд на него, стоящего над ней.
— Ты уже закончил? Наконец-то. Я думала помру здесь второй раз от ожидания. — она потянулась и посмотрела на пол где лежала открытая коробка. Прочитала запись на крышке, открыла её, перевернула словно искала что-то ещё.
Он лишь наблюдал, так и продолжая прятать блокнот за спиной.
— Это та самая коробка? — спросила она. — Та, что тебе прислали? Она была пуста? И что за странная запись? Что тебе должно понравиться? — она снова рассмотрела её всю. — Может записка где прилипла.
Притворяется?
— В ней больше ничего не было. — соврал Чжан Лей, наблюдая за её реакцией. Санджа удивилась и нахмурилась.
— Простите. Мы скоро уже закрываемся. Все уже почти ушли. — к ним подошёл охранник и указал на часы.
Чжан Лей кивнул. Санджа посмотрела на охранника, потом на коробочку.
— Ладно, пошли. Отнесу завтра ее в участок. — она встала и начала собирать в сумку все, что вывалилось.
Быстро, пока она не видела, он засунул блокнот за шиворот большой просторной толстовки.
— Пойдем. — сказал он холодно. Ему не нравилось происходящее. Но накидываться на нее просто так он не планировал.
***
За ночь он пролистал блокнот несколько раз, нашел ещё одну запись где Санджа, будто разговаривала сама с собой на страницах. Она снова писала о его смерти. Записывал хаотичные случайные факты о нем, рисовала рисунки сюжеты, как на него падает софит, но девушка в плаще супермена спасает его. А смешной кучерявый человечек с подписью «Санджа» злиться и от нее летят молнии. Дальше снова шли странные записи:
«Боится птиц» несколько точек, смайлики и рисунки.
«Если в него кинуть живую курицу, он умрет от испуга?» Рядом с записью небольшой рисунок со смешным человечком, убегающим от курицы.
Чжан Лей подумал бы что это шутка, так нелепо и глупо выглядели эти все записи.
Он нашел ещё одну странную запись с рисунком. Два маленьких человечка вели диалог.
«Я не хочу умирать… А у вас есть мечта?»
«Мечта? Была ли она?»
Слово мечта было обведено в кружочек несколько раз, так будто, тот кто рисовал кружочки обдумывает это вопрос.
Дальше шел список, словно его составлял сумасшедший: отравление, авария, убийства.
Чем больше он читал блокнот, тем непонятнее становились чувства внутри него. Даже за такое короткое время, что они провели вместе он стал доверять ей. Она видела его слабости. Совсем недавно защищала его так яро и искренне, что, сейчас читая эти странные записи, в голове складывалась странная картинка. Словно кусочки пазла этой картинки не подходили друг к другу, и кто-то насильно их сложил, заталкивая неподходящие вырезы в неподходяще выемки. Это тревожило и пугало.
Он несколько раз перелистал блокнот. Еще раз посмотрел на подпись в конце блокнота и набрал номер Юншика среди ночи.
— Кто это? — на той стороне ответили тихим сонным голосом. Засопели. Кажется, Юншик продолжил спать.
— Это я Чжан Лей. У меня к тебе важный вопрос.
На той стороне закопошились, он услышал, как щелкнули выключателем на лампе.
— В три часа ночи?
Какая разница сколько времени, если еще немного и он сойдет с ума.
— Менеджер, что тебя заменяет. Санджа. Ты знаешь о ней что-то? Вы должны были пересекаться в офисе. — Чжан Лей проигнорировал вопрос о времени.
— Санджа? — переспросил Юншик и внутри все сжалось от тревоги. — Я мало с ней встречался и честно скажу не помню о ней каких-либо подробностей. Мне она показалась обычной девушкой. А что? У тебя с ней какие-то проблемы. Хотя, зная твой характер, это девушку стоит пожалеть. Кто вообще звонить в три часа ночи задавать такие странные вопросы.
Чжан Лей подумал, что Юншик не поедет в отпуск за границу ближайший год точно.
— Не вредничай. — буркнул он в трубку щелкая лампой. Зашуршало одеяло и Юншик продолжил. — Осталось совсем немного и я вернусь к тебе. И больше никто тебя не будет раздражать.
Чжан Лей не попрощался и положил трубку. Может все это было просто шуткой? Может это тот сумасшедший решил так пошутить над ним перед самым концертом, чтобы выбить почву из-под ног. Он не знал ответы на эти вопросы, но перед тем как лечь спать, снова пролистал блокнот.
На утро она как всегда приехала рано, открыла сама дверь, надела свои тапочки панды, что теперь каждый раз смешили Чжан Лея, когда он оставался один. Фыркнула на кошку, которая встречала её на пороге и прошлась на кухню заваривать травяной чай.
Он после бессонной ночи встретил её усталым и сонным. Она закручивала термос и напевала песню своей любимой айдол группы себе под нос. Повернулась и увидев его в проеме, следящей за ней, дернулась и подпрыгнула на месте.
— Мамочки! Напугал! Чего как призрак стоишь? Иди завтракать. Сегодня у тебя настолько плотный график. Я сомневаюсь, в том, что мы сможем впихнуть туда нормальный ланч и ужин. — она протянула ему яичницу, кривую и пережаренную. Несколько дней назад она стала готовить ему завтраки. Каждый получался невыносимо ужасным на вкус или выглядевшим словно им хотели убить.
В памяти всплыла ещё одна запись:
«Отравление. Если посыпать ему какую-то гадость в еду он точно умрет или же травить его потихоньку?»
Злость волной накатила на Чжан Лея. Он хотел прямо сейчас швырнуть в неё этим блокнотом и выяснить что все это значит. Но сдержался. Вместо этого он подошел к стоящей у стола Санджи в розовом с жёлтыми уточками фартуке и взял в руки тарелку с яичницей. Отрезал краем вилки кусок и протянул ей.
— Сначала попробуй ты.
Она уставилась на него как на сумасшедшего и сделала шаг назад.
— Зачем?
Злость поглощала. Он встал ещё ближе и протянул вилку к её губам.
— Съешь.
Санджа переводила взгляд от вилки к нему, а потом схватила его руку и все же съела кусок яичницы с вилки. Поморщилась, скривилась, но проглотила.
Ещё один не подходящий пазл кто-то попытался засунуть в цельную картинку.
— Проклятье! Если хотел сказать, что это отрава и я ужасно готовлю, то сказал бы об этом напрямую. Я же видела, как ты съедал то, что я готовила. И я думала, что настоящий шеф-повар.
Уголки его губ дрогнули в ухмылке. Яичницу он пробовать все же не стал.
— Пойдем позавтракаем где-нибудь. — она взяла термос с отваром и вытолкала Чжан Лея из кухни. Он не сопротивлялся. Если решил наблюдать, нужно сохранять спокойствие и вести себя так как раньше.
После завтрака и интервью, которое они перенесли из-за съёмок накануне их ждали несколько часов съёмок шоу новичков в разных локациях. После случившегося в прошлый раз стафф шоу недолюбливал Санджу и некоторые даже сторонились, бросая в ее сторону косые злые взгляды, которые её совсем не беспокоили. Но стоило им заговорить о Чжан Лее, злые взгляды теперь летели в их сторону. Это сбивало его с толку. Она хотела его убить или же защитить? Еще немного и его голова взорваться от мыслей.
Первая съемка проходила на сцене. Прогоняли пилотные эпизоды шоу, отсняли знакомство с участниками и первые танцевальные и вокальные номера. Как только Чжан Лей встал на сцену вспышки воспоминаний напомнили где он раньше видел этот блокнот. Джону дразнил им Санджу. Он взглянул на своего менеджера, что сейчас сидела в первом ряду, держала в руках красную раскладушку и что-то агрессивно строчила, тыкая большими пальцами по клавиатуре.
К ней подошёл Джону, который только что вернулся из поездки как раз к съёмке шоу. Встал сзади и так по-детски дёрнул за пушистый, завязанный высоко на макушке хвостик. Санджа обернулась, но увидев его, тут же отвернулась. Он заглянула ей за плечо, ткнув в щеку указательным пальцем. Она отмахнулась от него, пересела на несколько сиденьев в сторону. Но он последовал за ней и снова заглянул через плечо.
Чжан Лею надоело это наблюдать. Этот придурок продолжал делать так, как ему нравилось, совсем не думая о том, что скажут о Сандже. Он сделал шаг в их сторону. Собирался рассказать всё, что он думает, про пристающего к его менеджеру, Джону.
— Наставник Чжан Лей. — мягкий голос остановил его, на первой ступеньке со сцены. Он обернулся и увидел Юнхи, которая тут же ему улыбнулась.
Он снова поднялся на сцену и подошёл к ней. Она заламывала пальцы, не решаясь что-то спросить. Краснела как всегда при его виде и смущалась.
— Наставник Чжан Лей, я хотела попросить о личной просьбе, но не знаю согласитесь ли вы.
Юнхи прикусила нижнюю губу.
— Ну для начала тебе стоит её озвучить, а дальше мы решим, что с этим делать. — он улыбнулся ей в ответ. В начале карьеры он тоже был таким, неуверенным в себе, боящимся задавать лишние вопросы старшим. Он проводил день и ночь в репетиционном зале, изнурял себя тренировками до изнеможения и верил, что упорные труд принесёт ему результат. Оказалось, упорного труда для достижения мечты недостаточно. Еще нужна удача и подходящий момент.
— Дайте мне несколько уроков танцев! — выпалила она слишком громко, так что несколько участников шоу и стафф обернулись. Юнхи тут же покраснела до ушей и собиралась убежать, но Чжан Лей схватил ее за рукав и произнес:
— Хорошо. Я еще не отблагодарил тебя за спасение моей жизни. Пусть это будет платой за твои храбрые поступки. — он улыбнулся.
Юнхи тут же расплылась в улыбке.
— Спасибо наставник Чжан Лей. — она поклонилась, сначала один раз, потом ещё раз и ещё. — Я буду стараться! Это моя мечта учиться у вас.
— Хорошо, хорошо! Позже договоримся о времени! Думаю, несколько свободных дней я найду. Тебе необходимо обратиться к Сандже, чтобы она нашла окошки и вписала наши занятия. — он обернулся, чтобы позвать своего менеджера, но не увидел её. Она, только что сидящая на первом ряду, куда-то испарилась. Сначала в его голове мелькнула мысль, что она ушла с Джону, но он стоял с продюсером Ли и что-то обсуждал.
— Сейчас. — кинул он Юнхи и спустился со сцены, набирая номер своего неуловимого менеджера. Она что-то сказала ему в след, но он не расслышал. Санджа не отвечала. Он посмотрел на Джону, ругнулся про себя и подошёл к нему.
— Я видел ты разговаривал с Санджой, не знаешь куда она могла уйти?
Джону нехотя повернулся. На его лице расползлась довольная улыбка.
— Спрашиваешь у меня о Сандже будто я её парень и должен знать каждый её шаг.
Зря спросил. Только ещё больше раздражать начал.
— Ну да, верно! Зачем ей, тебя, чужого человека во что-то посвящать. — поправил волосы Чжан Лей, пытаясь казаться более крутым.
— Ей позвонили, и она ушла, сказав, что скоро вернётся. — Джону сложил на груди руки, отбивая словесную атаку и кажется забил гол.
Чжан Лей хмыкнул, снова попытался набрать Санджу, выходя из зала, чтобы шум музыки и гул голосов не мешал ему. Он звонил ей один раз и второй. Ничего. Он прошёл вперёд и услышал голоса из уборной комнаты.
— Как мне повезло тебя здесь встретить? Удобно, что в туалете нет камер, верно? — мужской голос звучал грубо. С издевкой. — Тогда ты унизила меня при всех. Думаю, тебе стоит за это заплатить.
Звонкий хлопок ладони о кожу раздался по туалетной комнате и долетел до Чжан Лея, который собирался в очередной раз позвонить Сандже.
— Что же ты делала в мужском туалете? Или там в какой-то кабинке прячется один из них? Тебе платят деньги за интимные услуги? — мужчина продолжал грубить. Чжан Лей который не понимал, что происходит, сделал шаг к туалету и нажал на кнопку вызова.
— Сегодня ты не такая смелая. Что боишься разрушить репутацию Чжан Лея? Знаешь, порой меня жутко бесит, что с ним все так носятся. На самом деле он же ничего не стоит. Без группы он ничто. Его музыка ничто. Я слышал, что он сирота, а его отец преступник.
Внутри него разгорался пожар злости. Он собирался сбросить только начатый звонок, но в туалете раздалась знакомая песня.
— Это ты ничего из себя не представляешь. — ответила девушка голосом Санджи.
Чжан Лей кинулся к двери. Что эта сумасшедшая делает в мужском туалете?
Тот парень из стаффа, которому тогда врезала Санджа, коршуном возвышался над ней. Она сидела на полу с красными следами от пальцев на щеке и испепеляла его взглядом. Чжан Лей сложив два плюс два в своей голове, подлетел к парню, развернул его к себе, схватив за воротник и ударил по лицу. Парень выпучил глаза от удивления и попытался высвободиться. Чжан Лей замахнулся ещё раз, но его руку перехватила Санджа, подскочившая с пола.
— Не стоит пачкать руки об этот мусор. Тебе не нужны скандалы прямо перед началом сольного концерта.
Чжан Лей посмотрел на стоящую рядом Санджу. На красное пятно на лице, на отчего то мокрые волосы, вода с которых стекала на рубашку.
Он встряхнул парня и произнес:
— В тот раз я спустил тебе это с рук. — Он усмехнулся. — Еще и ее заставил извиняться, перед таким уродом как ты. Теперь извиняться придется перед ней тебе, или ты хочешь потерять свою работу? Как ты и сказал со мной все носятся, все потому что я приношу им деньги и думаю, если я скажу продюсеру что ты меня оскорбил, выгонят скорее всего тебя. — Он развернул его к ней и толкнул вперед. — Извиняйся.
— Я не собираюсь извиняться перед этой.
— Извиняйся я сказал. — уже громче произнес Чжан Лей,
— Прости. — Пробубнил себе под нос парень.
Чжан Лей схватил его за шиворот и вытолкнул из туалета. Подошел к Сандже, протянул руку к ее щеке, она сделала шаг назад, уходя от импульсивного жеста.
Картинка из пазлов совсем не складывалась. Совершенно.
— Что ты делаешь в мужском туалете? — спросил он, стараясь сохранять спокойствие.
— Так получилось. — ответила она, опустив глаза, наклонилась и подняла с пола красный телефон.
— Почему ты не ответила ему, тогда ты казалось очень воинственной. Если это из-за меня и моей репутации…
— Если бы я его ударила, меня снова бы наказали. — перебила она его, потянула палец в рот и откусила ноготь. Шлепнула себя по губам.
О каком наказание шла речь? Неужели в тот раз начальник Пак наказал ее, хотя Чжан Лей просил его этого не делать и даже согласился на участие в каком-то суперпопулярном шоу про беглецов.
Они молчали, он наблюдал как она распускает волосы, что были только что собраны в хвост. Они рассыпались по спины мокрыми пружинками, доходя до лопаток. Санджа злилась, пытаясь их расчесать пальцами, ругалась, подойдя к автоматической сушилке рук и засунула туда волосы. Они разлетались в разные стороны, а она пихала их обратно.
— Санджа. — позвал он ее, когда она закончила с сушкой волос.
— А? — Она повернулась к нему, пытаясь собрать в хвост теперь пушистые волосы.
Если он спросит про блокнот она ответить? Скажет, что все это не правда и на самом деле ее кто-то хочет подставить? Или соврет? Она защищает его, чтобы подобраться ближе?
— Ничего. Ты закончила? Пойдем. — он оставил эти вопросы при себе. Если она и правда тот человек, что присылает ему письма, однажды он поймает ее на лжи. Однажды она совершит оплошность. А пока он будет продолжать наблюдать за ней.
***
День оказался слишком длинный. Приходилось переснимать несколько сцен и эпизодов. Когда Санджа и Чжан Лей вышли из студии, ночь уже окутала Сеул и город загудел ночной жизнью. Большие дома, протыкающие облака, вспыхнули вывесками и плазменными экранами с рекламой. На одном из таких красовалось лицо улыбающегося Чжан Лея, рекламирующего средства по уходу за кожей.
Они ехали по автостраде, когда Чжан Лей вдруг попросил остановиться на мосту Панпхо[1]. Вышел из машины и вдохнул холодный обжигающий легкие, осенний воздух. Еще один вдох и еще. Возможно этот урод был прав, и он ничего не стоит без группы. За этот год он приложил столько усилий, но кажется уже больше не чувствовал того трепета в груди, когда сочинял музыку и танцевал. Он много работал, слишком много. Он вкладывал в это дело душу, но правильно ли он все делал? Не стоит ли остановиться если сейчас после концерта он потерпит неудачу? Слова, сказанные этим ублюдком, задели его.
Он стоял на мосту минут десять, Санджа сидела в машине, кажется поняв, что ему нужно побыть одному. Ее руки устроились на руле. Она положила на них голову и смотрела куда-то мимо него. Новый пазл сложился в голове. В момент перерыва он созвонился с начальником Паком и узнал, когда Санджу приняли на работу. Было ли это совпадение или нет, но именно после этого числа он начал получать письма.
Поднимались до квартиры они в тишине. Он говорил, что может добраться сам, но Санджа его не послушала.
— Как ты доберешься домой? — спросил Чжан Лей, смотря на макушку своего маленького менеджера. Как начальник Пак вообще согласился поставить менеджером такую хрупкую маленькую девушку?
Двери лифта открылись, Санджа вышла первой, прошла до двери и остановилась около нее, присев на корточки и беря в руки черную коробку, перевязанную белой ленточкой.
— Что это? — спросил Чжан Лей, подходя к двери и набирая код от квартиры.
— Написано «подарок». —пожала она плечами и встала вместе с коробкой в руках. — Тяжелая.
В прошлый раз, когда ему принесли подарок он узнал то, что не давало спать прошлой ночью. Какой же подарок его ждал на этот раз? Вот только, если ему подкинули очередную коробку это не могла быть Санджа? Она была все время с ним, за исключением того момента, когда оказалась в мужском туалете.
— Я открою, если что страшное тут же выкину. — она обхватила коробку двумя руками и прижала к себе, странно поморщилась дергая головой и придержала дверь спиной, пропуская Чжан Лея вперед. Санджа села на диванчик и поставила коробку на столик. Прошлась до кухни и начала выкладывать продукты, которые заказала перед тем как им уехать со студии.
Он позвал кошку. Она всегда прибегала на звук открывающейся двери. Наверное, как всегда спит в его спальне. Но и там ее он тоже нашел. Когда Чжан Лей вернулся в гостиную, Санджа стояла с коробкой в руках, крышка и лента лежали на столе. Она смотрела во внутрь коробки таким взглядом, которого он еще у нее не видел. Напуганным и тревожным.
— Что там? — подошёл он к ней. Она дернулась и тут же спрятала коробку за спину.
— Ни-че-го. — ее голос дрожал, как и она вся. Побледнела. Она часто замотала головой из стороны в сторону. — Там ничего нет. Я выкину эту коробку.
Она отвернулась от него и начала шебуршать упаковочной бумагой явно что-то пряча. Подойдя, сзади Чжан Лей выхватил «подарок» из ее дрожащих рук, достал белую карточку с надписью: «Следующим будешь ты» и развернул красную упаковочную бумагу. Руки задрожали. Он выронил коробку. Внутри все сжалось, скрутилось и переживалось.
— Я унесу это. — Она наклонилась и начала запаковывать то что лежало на дне коробки.
— Мне надо еще раз посмотреть. — выхватил он у нее из рук и снова развернул бумагу, что Санджа уже успела вернуть на место. На дне коробки, без движения и дыхания лежала кошка. Такая же маленькая и черная как его. — Это…
Он перевел взгляд на Санджу, у которой в глазах застыл ужас. Она обкусывала ногти, смотря то на Чжан Лея, то на коробку.
Кусочки пазла складывались в уродливую картинку. На которой было изображено чудовище с лицом Чо Санджи. Он сделал шаг, сердце колотилось от тревоги.
— Пароль от квартиры есть только у тебя и Юншика. — его голос стал тише, боль скапливалась в горле и не давала говорить.
— Что ты имеешь ввиду? — она притворялась что не понимает. — Хочешь сказать, что это сделал я? Чокнулся?
Она как всегда не подбирала выражение.
Чжан Лей рассмеялся и испугался собственного смеха. Нервного и жестокого. Она нахмурилась, забрала у него коробку и произнесла.
— Ты скорее всего в шоке. Поэтому несешь всякий бред. — она подняла крышку и вернула на место, развернулась и собиралась уходить.
— Несколько дней назад у себя на пороге я нашёл коробку. Внутри нее лежал чёрный блокнот.
Она резко развернулась, глаза стали ещё более испуганными. Чжан Лей пошёл в комнату и вернулся с уликой. Увидев блокнот, Санжда шумно выдохнула, шепотом послала кого-то на дно морское и вцепилась пальцами в коробку. Сомнений не было, она узнала блокнот.
[1] самый длинный мост-фонтан в мире (длина — 1140 м). Расположен в Сеуле.
Глава 17. Пьяный звонок
Это была катастрофа. Самая настоящая, за которую ей не то что десяток лет штрафа впаяют, а уж точно накинут сотню. Чжан Лей смотрел на нее, протягивая блокнот. Урод присылающий угрозы решил её подставить? Интересно, сколько айдол успел прочитать в нем? Судя по тому, как он на нее смотрел, то многое.
— По-видимому он твой, Чо Санжда? — Спросил он, нервно дергая рукой.
Она видела, как тяжело даются ему слова. Интересно, он подозревал её до того, как защищал в туалете или уже после? И почему сейчас ее интересует именно это, а не то что вообще творится? Санджа видела, что он держался из последних сил. Но как это чокнутый смог пробраться в квартиру и сделать такое с кошкой?
— Молчишь? Даже не хочешь оправдаться?
Санджа закрыла глаза и поставила коробку на столик. Нужно придумать как выкрутиться. Но в голове, от шока каталось перекати поле.
— Сначала ты присылала письма, а теперь решила убить мою кошку? Верно, она же тебе не нравилась.
— Это не я. — ответила она, посмотрев на коробку. — Но, если кто-то пробрался в твой дом, тебе лучше отсюда уйти. — она подошла к нему и схватила за рукав, но он резко вырвал руку и отошел назад.
— Я не пойду никуда с тобой. Тут твоё имя. И ты пишешь о моей смерти. Думаешь это весёлая шутка? Совпадение? Зачем ты сделала это с кошкой? — на его глазах навернулись слезы, он говорил громче.
— Это не я! — выкрикнула Санджа. — Да, блокнот мой, но это, — она ткнула пальцем на коробку. — сделала не я!
Она выдохнула, стараясь совладать с эмоциями, вновь схватила его за рукав и повторила:
— Давай уйдем из квартиры, оставаться здесь одному не безопасно.
— Хочешь сказать безопасно с тобой?
Он смотрел на нее взглядом полным боли. Как тот мальчик из прошлого. Ему больно из-за кошки и ее обмана. Так отчего же тогда больно ей самой? Мучительно, невыносимо, так по-человечески, что кажется она никогда и не становилась жнецом.
Между ними висело давящее на пространство и совесть Санджи молчание. Неужели он ждёт что она оправдается? Она может сказать, что это не правда и ее подставили. Но она молчала, смотрела в эти карие глаза, наполненные болью и не могла выдавить из себя ни словечка.
В тишине, повисшей между ними, раздался тихий мяу и Санджа кинулась к коробке, развернула упаковочную бумагу и аккуратно коснулась лежавшего животного. Она так же не дышала, то что лежала вообще не было животным. Слишком реалистичное чучело, которое от страха показалось таким похожим на кошку Чжан Лея.
Ещё одно ленивое мяу разнесло по комнате и из-за занавески лениво вышел черный комок шерсти. Кошка ощетинилась, увидев Санджду, дернула хвостиком и, подбежав к Чжане Лею, тут же начала теряться об ноги.
Санджа вздохнула с облегчением. Ноги подкосило, и она присела на пол, смотря как кошка вьется вокруг ног хозяина.
— Какое облегчение. Какое облегчение. — повторяла она.
Айдол испуганно смотрел на кошку, наклонился и погладил её, а потом прижал к себе.
Верно, как кто-то мог проникнуть в дом и убить кошку.
— Уходи. — вдруг произнес Чжан Лей. — Не знаю, что значат все эти записи, но я не могу тебе доверять Санджа. Вдруг ты та самая ненормальная, что присылает мне письма, или вообще убийца? Ведь ту несчастную девушку ты нашла. Это странно. Слишком много совпадений. Поэтому уходи. Завтра я сообщу начальнику Паку, что не хочу с тобой больше работать.
Санджа сначала хотела возмутился, но промолчала. Она ведь и правда была убийцей, как в прошлом, как и сейчас планируя его смерть. Сейчас и правда лучше уйти. Она взяла коробку с бедным мёртвым животным, накинула на плечо сумку и вышла за дверь. Она планировала отправиться в полицейский участок и найти этого чокнутого урода. В людских делах лучше воспользоваться их правилами.
***
На следующее утро она по привычке пришла к дому Чжан Лея, поднялась на лифте и собиралась ввести цифры от замка, но рука застыла над электронным циферблатом. Он ведь прогнал её накануне. Она прислонилась спиной к двери и запрокинула голову назад. Просить помощи у сонбэ она не могла, если он узнаете о потере блокнота, а тем более о его обнаружение ей не поздоровится. Она взглянула на потолок и увидела в одном из углов камеру, стукнула себя по лбу и поспешила в комнату охраны. Чжан Лей сказал, что он не хочет с ней работать, но ничего не говорил о том, что её выгонят из компании. Она может и дальше оставаться рядом с ним. А сейчас должна ещё раз проверить камеры.
В комнате охраны её встретил наполовину потерявший свои волосы мужчина, он удивлено выпучил свои глаза, практически из азиата превратившись в европейца.
— Что вы здесь делаете, девушка?
— Я хотела бы посмотреть видео записи с камер наблюдения на тридцатом этаже. Просто кто-то оставляет странные коробки под дверью. Я бы хотела узнать. Вы же видели меня, я менеджер Чжан Лея.
Охранник кивнул два раза и пригласил присесть.
Санджа провела несколько часов, рассматривая экраны. У неё заболели глаза, затекла шея и устала спина. Она перематывала, начинала все с самого начала. Просматривая даты, когда подкинули письмо, коробку с блокнотом и последний подарок.
Только спустя три часа гляделок в экран, она заметила, как кто-то среднего роста приносит красную коробку и ставит возле порога квартиры. Его лицо скрывалось под капюшоном большой бесформенной толстовки. Санджа пересмотрела видео несколько раз, приближала и останавливала и в какой-то момент ей показалось что под тенью капюшона она увидела две светящиеся точки. Но пересмотрев еще пару раз, она этого не заметила и списала все на усталость.
Пока полиция пыталась определить есть ли отпечатки пальцев на коробке, она пыталась найти этого сумасшедшего сама. На студии пересматривала записи с того дня, когда случилась трагедия, задавала вопросы тому, кто видел девушку в последний раз. На Санджу косо смотрели и мало кто желал с ней разговаривать. Да и плевать, если кто-то подумает, что она чокнулась. Ей нужно было найти того, кто угрожал Чжан Лею и только когда коллеги погибшей девушки спросили зачем ей это, она замерла, пытаясь найти ответ. Ведь она хотела убить Чжан Лея? Хотела его смерти, хотела спасти себя. Так с чего она пытается сейчас его спасти?
Вечером, когда Санджа набегалась, ища угрожающего и в перерывах забирая души умерших (ох, ух эта работа на полставки), она чувствовала себя ужасно уставшей. Плетясь домой, не в состояние воспользоваться силой жнеца, она увидела небольшую поча[1] с токпоки[2] и эомук[3]. Столики из дешевого пластика, стоящие в одиночестве манили к себе. Санджа остановилась, завалилась за один из них. Заказала еды и несколько бутылок соджу. Сегодня ей нужно было выпить.
Сонбэ появился из неоткуда словно знал, что его здесь накормят. Он сел напротив Санджи, которая только открыла бутылку и посмотрел глазами родителя, которого разочаровал его ребенок.
— Совсем дела плохи что-ли? — он снял с себя кат, чтобы люди его могли видеть. Он встал и взял у аджумы еще одну рюмку и две порции сундэ. — Ты же платишь, да? Ты мне обещала!
Он поставил тарелку и рюмку на стол и облизнул губы. Несколько молодых людей, только что усевшихся за соседний столик, косились на них двоих. Санджа подозревала странность нарисовавшейся перед ними картинки и не могла осуждать за косые взгляды. Девушка в яркой красной футболке с малышом Курамой[4], сидела с большим седым аджоси в черном ханбоке.
— Больше не берите. А то сейчас стоит мне отвернуться и все, мои денежки уплыли в ваш желудок. — буркнула Санджа, наливая соджу сначала сонбэ, а потом себе.
— Выглядишь так словно тебя брошили. — подметил он, на последнем слове набивая рот кровяными колбасками.
— Можно сказать и так. — произнесла она себе под нос и выпила первую рюмку, повернувшись в сторону и прикрыв рукой.
Сонбэ тоже осушил рюмку и поставил ее Сандже, чтобы она вновь ее наполнила. Кажется, его тоже что-то беспокоило. За этот срок что они работали вместе не только сонбэ выучил все ее выходки и поведение. Она тоже многое о нем узнала. Сонбэ тревожился. Она видела, как парой он приходит ночью и убирает в ее квартире, бухтит, ругается, обещает вырвать ей руки, но все равно делает. А на утро оставляет вкусные закуски и свежесваренный рис. Она бы не хотела его подвести, но так выходило.
— Сонбэ. — она осушила третью рюмку. К щекам прилил жар, тело становилось расслабленным. Санджа не умела пить. — Как думаете, кем вы были до смерти? И что вы сделали, раз работаете жнецом уже столько лет?
— Ты опять задаешь странные вопросы? — его широкие большие брови сползли к переносице, от чего она казалось, что две гусеницы собираются сожрать друг друга. Санджа хихикнула, подумав об этом. Из-за чего он щелкнул ее по лбу и продолжил. — Я же говорил, что лучше не ворошить улей. — он не шутил. Стал слишком серьёзным. Сам налил себе соджу и осушил рюмку. — Однажды один жнец смерти тоже хотел узнать свое прошлое. Так отчаянно искал ответы на вопросы, что в итоге сам себя и погубил. — он выпил еще одну рюмку. — Я не помню, кем я был. Единственное что знаю, что жил еще в эпоху Чосона. Сколько человек я убил? Из -за чего и почему? Я не хочу это знать. И тебе не стоит, Санджа. Яд вонгви отравил тебя, их сожаление и печаль за упущенную жизнь, проникли в твое сердце и поэтому ты хочешь знать прошлое, но не стоит ворошить его. Ты совсем молодой жнец смерти, поэтому боль от раны в прошлом может стать невыносимой. — он крутил в руках рюмку, а после этого опрокинул в рот, потом потянулся и погладил Санджу по голове, как маленького непослушного ребёнка. — Не думай об этом, Санджа. Делай свою работу и вернись однажды в этот мир с чистой душой.
Санджа у которой от алкоголя уже не только тело стало мягким, но и язык, попыталась налить сонбэ, но промахнулась, разлив соджу на столик. Она поставила бутылку на стол и с грустью посмотрела на лужу, а потом заговорила:
— Сначала я решила, что найти этого урода, который присылал письма и убил человека нужно чтобы поспособствовать ближайшей кончины Чжан Лея. Ведь все что я не делала проваливалось. Потом этот мальчишка, снова заговорил о своих мечтах, и я увидела, как он играет на пианино… — она остановилась и хлюпнула носом. Перевела тему в другое русло. — Сегодня я ходила в участок, они нашли отпечатки на коробке с кошкой.
— С кем? — перебил ее сонбэ, кажется не улавливая, о чем она говорит. А ведь она все понятно объясняет.
— Кошкой. — Санджа подняла руки к голове, прислонила к макушке и изобразила ушки. — Они сказали, что это отпечатки преступника, но этот преступник давно уже умер. Что это за бред сонбэ?
Она стукнула себя по лбу двумя руками, потерла лоб и посмотрела на старшего и снова хотела стукнуть себя по лбу, но он схватил ее за руки.
— Что? Что ты сказала? — удивился он и вдруг стал еще более серьезным.
— Отпечатки мертвого человека. Такое возможно? Вдруг он какой-то псих.
— Санджа, упущенная душа нарушает порядок в мире. Чжан Лей может притягивать к себе неприятности или что похуже. Закончи с этим поскорее, даже если тебе больно и не хочется этого делать, исправь всё, что ты натворила. Иначе пострадают невинные люди, что уже и так происходит.
Санджа поджала губы, глаза защипало.
— Я потеряла блокнот, сонбэ. Этот урод украл его. — она подняла взгляд на сонбэ. От алкоголя перед глазами все плыло, но она смогла рассмотреть лицо сидящего, напротив. Удивлен. Пока что не злится. — А еще он подкинул его Чжан Лею и он меня прогнал, думая что я какая-то ненормальная.
Сонбэ приоткрыл рот от удивления, хватая воздух ртом как рыбка. Слов, наверное, нет. Она понимает, у нее тоже.
— Но как он понял? — выдавил он из себя.
— Я подписала блокнот. Я вечно теряю вещи, вот и стала их подписывать и оставлять свой номер, чтобы вернули. Я подписала блокнот до того, как переписала туда список возможных смертей Чжан Лея. — попыталась она оправдаться.
Сонбэ замер, потом отпустил ее руки и подскочил на месте.
— Чо Санджа! Вонгви тебя подери! Да почему с тобой вечно что-то случается? — Он прислонил руку к лицу, надел кат и произнес. — Разбирайся с этим сама, я умываю руки! Сил моих больше нет, сколько можно! У меня седых волос из-за тебя на голове уже вон сколько.
Он так и растворился, причитая и ругая Санджу. Она посмотрела на пустое место где только что стоял сонбэ. Голова стала тяжелой, и она положила ее на столик.
«Ну вот, второй раз бросили.» — подумала она, закрывая глаза.
***
К Чжан Лею вновь вернулись бессонницы. После случившегося с кошкой, всю ночь ему снились кошмары. Где Санджа то спасала его, то убивала. Где Санджа готовит еду, а она превращается в зеленую жижу, где Санджа мило улыбается и защищает его от страшного чудовища. Сны приносили мучение и не позволяли отдохнуть. Поэтому ему вновь не спалось. Чтобы хоть как-то справиться с бессонницей, он закрылся в своей мини-студии звукозаписи, что два года назад сделал у себя в квартире. Всё это время телефон лежал рядом. Экран загорался и тут же потухал, а потом раздался звонок. Ему оставалось гадать, кто удумал звонить в час ночи.
Он снял наушники и потянулся за телефоном. На экране высветилось надпись:
«Носки с бананами»
Чжан Лей уставился на экран телефона и сбросил звонок. Но телефон зазвонил вновь. Один раз и второй. На четвертый он решил все же ответить и послушать что же она решила ему сказать посреди ночи, когда весь день молчала и даже не попыталась оправдаться.
— Алло… — послышался голос на той стороне. — Алло, это такси? Я здесь... я здесь, — плохо связанными словами произнесла Санджа, которая видимо была в стельку пьяная.
— Я здесь... хвост кумихо мне в задницу, где я? — на секунду она замолчала, а потом закричала так громко, что Чжан Лею пришлось отставить телефон от уха. — Аджума[5]. Где я сейчас?
— Район Канвундо, уличный ресторанчик рядом с супермаркетом на углу. Девушка, вы что не знаете, как скидывать геолокацию? Ой, вы совсем пьяны, давайте я помогу.
— О, слышали. Сейчас мне помогут. Вот здесь я. Приезжайте скорее, а то я замёрзла.
На той стороне повесили трубку. Чжан Лей посмотрел на потухший чёрный экран, пытаясь понять, что произошло, отложил мобильный в сторону, вновь надел наушники. В ушах послышались звуки нового трека, он остановил дорожку, тыкнул на экран телефона и посмотрел на время. Тяжело вздохнул и встал, направляясь к выходу из квартиры.
Он нашёл её, лежавшую на столике в небольшом поча, где продавали острый токкпоки и рыбные пирожки. Пахло специями и соджу. Маленькие красные пластмассовые столы почти опустели, за самым дальним сидели два парня и странно косились на спавшую Санджу.
Рядом с ней стояло несколько бутылок соджу и две рюмки. Значит она была не одна? Очки сползли с носа и почти упали. Из собранного на затылке пучка волос выбились пару прядей и теперь спадали на раскрасневшиеся от алкоголя щеки.
Чжан Лей натянул кепку на глаза и поправил маску на лице. Если его здесь кто-то увидит, да и ещё с пьяной девушкой, скандала точно не избежать.
— Эй, Санджа, — он легонько потрепал её по плечу. — Вставай.
Она резко подняла голову, очки упали с переносицы и повисли на шее. Сегодня она носила их на яркой цепочке из блестящих, на вид дешевых, камешков. Прищурилась и посмотрела на нависшего над нею Чжан Лея.
— О, красавчик! — она широко улыбнулась и встала из-за столика. Пошатнулась, но не упала. — Я тут такси вызвала, они должны скоро приехать. А ты что тут делаешь?
— Пошли уже. — обреченно вздохнул он, оплатил счёт, который оказался таким большим словно тут ужинали четверо и подхватил своего бывшего менеджера под локоть.
— Аджума, спасибо, все было вкусненько! — крикнула она хозяйке ресторанчика, энергично махая рукой. — Я обязательно приду к вам еще!
— Да идём же, неугомонная, — он аккуратно потянул её за локоть, но она попыталась сопротивляться. Вытащила свою руку из его ладони и широко раскинув руки в сторону произнесла:
— Понеси меня на спинке. А то ноги совсем ватные. — Она по-детски надула губы и жалостливо посмотрела на него.
Чжан Лей поднял брови и усмехнулся.
— Еще чего! Размечталась. — он вновь схватил ее за локоть и повел к машине что была припаркована совсем не далеко. — Хорошо ещё никаких уродов не встретила.
— Что? Да это им нужно меня опасаться! — грозно выкрикнула она, взмахнув свободной рукой. — Я могу их как мух одним пальцем прихлопнуть. А нет не могу. — рука обреченно повисла сбоку.
Доведя до машины шатающуюся Санджу, он открыл пассажирскую дверь и произнес:
— Садись.
Санджа потопталась с ноги на ногу, посмотрела на него, на сиденье, потом снова на него и все же плюхнулась в машину. Чжан Лей быстро хлопнул дверью, чтобы эта сумасшедшая не решила сбежать, обошёл машину, открыл дверь и увидел, как Санджа пытается перелезть на водительское сиденье.
— Что ты делаешь? — собирая остатки терпения, произнес он.
— Я зе твой менеджер… знашит везти машину должна я. — проглатывая слова, произнесла она и попыталась вновь пересесть. Чжан Лей закрыл глаза, глубоко вдохнул и сел за руль.
— Бывший менеджер. — поправил он. — Сиди смирно.
— Я. Твой. Менеджер. — повторила она и пихнула его в бок. — Я обещала начальнику Паку заботиться о тебе. Выходи. — замахала руками, прогоняя из машины.
— Если ты не угомонишься, мне придётся тебя связать.
Она резко успокоилась, замерла, широко раскрыла глаза и прикрыла ладошками рот. Всего на несколько секунд. Потом наклонилась и шепотом, словно их кто-то мог услышать, прожевала слова:
— У тебя есть своя красная комната и ты собираешься меня наказать?
Чжан Лей сначала не понял, что она имела в виду, а когда она громко рассмеялась и начала бить его по плечу, со словами: «Даже не могла подумать, что ты такой» ему стало все понятно. Она просто была чокнутой.
Он завёл мотор и произнес почти не слышно.
— Кажется в этой жизни, наказать решили меня.
***
Привести ее пришлось к себе. Адреса он её не знал, а когда собирался спросить понял, что она спит и на вопросы не реагирует. Ему пришлось её тащить на себе. Она то и дело, пыталась вырваться, обвиняла какого-то сонбэ в том, что он ее бросил и пару раз обзывала Чжан Лея какашкой, что все же заставило его улыбнуться. Они завалились в комнату, он положил ее на диван, снял маску и кинул кепку на стоящий рядом журнальный столик.
— Эй. — он легко потрепал ее по плечу. — Ты собираешься просыпаться? Может тебе принести воды?
Она открыла глаза, села на диване и уставился на сидевшего рядом Чжан Лея. Потом резко шлепнула его по щекам двумя ладошками и сжала щеки. Он хотел убрать её руки и отодвинутся, но увидел блестящие в уголках глаз Санджи слезы. Он ненавидел, когда плачут женщины. Его тело сразу же переставал его слушаться, а мозг отключился. Его мать слишком часто плакала, а он не мог ничего сделать. Защитить её или помочь. Он просто был маленьким ребёнком. Беззащитным и слабым.
— Все так запуталось. — буркнула она, смотря на него глазами полными слез. — Я запуталась. — уточнила она и сжала его щеки ещё сильнее.
— Я помню тебя мальчишкой. С синяками и ссадинами, но смелого и храброго.
Чжан Лей нахмурился. Что она вообще несёт?
— Не стоило тогда тебя спасать.
Она явно была пьяна и несла полную чушь.
Чжан Лей взял её руки за запястье и убрал от своих щёк. Она продолжала сверлить его взглядом.
«Так не смотрят на того, кого хотят убить. — подумала Чжан Лей. — Или же у нее не все в порядке с головой. Она может быть сталкером или сумасшедшей фанаткой.»
— Вот почему ты такой красавчик, Чжан Лей. — вдруг снова заговорила она, ошарашив своим заявлением. — Красивый, умный и талантливый. Все при тебе. А в душе большая чёрная дыра одиночества. — Санджа убрала одну ладонь с щеки и положила на его грудь. Её рука была прохладной, отчего по телу побежали мурашки. Он смотрел в глаза этой странной девушки и понимал, что даже не может догадаться, о чем она думает и чего стоит от неё ожидать. Она сказала, что запуталась, но он запутался не меньше.
— Ты знаешь сколько девушек желает заполнить эту дыру? — задала она еще один странный вопрос.
Он покачал головой в знак отрицания.
— Мноооого. — она протянула слова и сделала руками большой круг. — они готовы на что угодно, чтобы ты был счастлив. Вон Юнхи, в ее глазах так и мигают сердечки, даже с другой вселенной это будет видно. — она приставила к своим глазам пальцы и раскрыла глазницы. — Если бы им сказали отдать свою жизнь ради тебя. Они бы, наверное, так и сделали. Они мечтаю о том, что однажды встретят тебя. Придумывают сценарии ваших отношений, ваших встреч. Пишут пошлые фанфики. — последняя фразу она произнесла шепотом, а потом вновь заговорила громче. — Они живут в иллюзиях.
Она попыталась встать, но ноги её не держали, и она завалилась на край дивана, чуть не упав.
— И что же ты на этот счёт думаешь? — задал он вопрос, придерживая её за руку, и аккуратно двигая ближе к спинке.
— Что они дурочки влюблённые. — фыркнула Санджа.
— Вот как. Думаешь все, что они чувствуют, это бессмысленно? Их фанатская любовь наполняет мое сердце и дает силы двигаться дальше. Они моя батарейка. А я их мечта и надежда. — он знал, что говорит лишнего и им стоит закончить этот разговор.
— Они всё равно все проиграют. Мне. — сказала Санджа, хватая Чжан Лея за воротник и притягивая к себе. Их лица оказались совсем близко. Он чувствовал запах острого токкпоки, сладких духов и соджу. Он заметил, что в ее глазах, темно-карих были вкрапления зеленых точек. На щеке застыла так и не скатившаяся слезинка, а губы…
Неужели у нее всегда были такие красивые губы?
— Почему они проиграют? — Спросил он, переводя взгляд с губ на затуманенные алкоголем глаза. Он уверен ей будет стыдно за весь этот разговор на утро, если она вообще что-то вспомнит.
Она снова наклонилась ближе к уху и прошептала.
— Потому что я, — она сделала паузу. — Жнец смерти, что пришёл за твоей душой. И ты скоро умрешь.
Её шепот щекотал ухо и шею. По телу побежали мурашки. Сложно было понять от волнения, или слов, произнесенных Санджой.
Она отодвинулась. Глаза снова наполнились слезами.
— Но я не хочу забирать твою жизнь… — прошептала она и завалилась ему на плечо, уткнувшись носом в шею.
«Чокнутая — подумала он. — она точно была чокнутой»
[1]популярное место, где можно перекусить или выпить до поздней ночи.
[2]Токпокки (кор. 떡볶이) или жареный тток — одно из самых популярных традиционных блюд в Южной Корее
[3]популярное уличное блюдо, приготовленное из теста и рыбного порошка.
[4] Персонаж аниме Наруто, девятихвостый лис
[5] обращение к старшей по возрасту или замужней женщине.
Глава 18. Забытые воспоминания
«Когда ты напиваешься, совсем не умеешь держать язык за зубами» — как колокольный звон прогремел голос сонбэ в голове Санджи.
Она открыла глаза и села в кровати. Несколько раз моргнула, потерла глаза руками и ещё раз моргнула. Бесполезно. Она явно была не дома. И судя по тому, что она узнала помещение, лучше бы Санджа уснула на лавочке в парке. Или в канаве. Да где угодно, только не здесь. Шторы в комнате были занавешены, рядом с кроватью на прикроватной тумбе стоял включенный увлажнитель воздуха, стакан с водой и баночка с лекарством от похмелья. Голова разваливалась на кусочки. Тело до сих пор было ватным и не послушным. Угораздило же её так напиться.
Ей лучше убраться отсюда пока Чжан Лей не увидел, что она не спит. Она тихо отодвинула одеяло и спустила ноги на пол. Их взгляды встретились: Санджи и кошки, что сидела на полу и наблюдала за каждым движением незваной гостьи.
— Что ты так на меня смотришь? — зашептала она на нее, ища свою толстовку, но её нигде не было. А точно, она же кажется была без нее.Нужно скорее от сюда уходить.
Она сделала первый шаг, но услышала приближающиеся шаги, быстро кинулась обратно к кровати, запнулась об край коврика и полетела на пол.
— И что ты там ищешь? Свою совесть? Да, думаю она как раз там, закатилась за плинтус.
Санджа выглянула из-за кровати. Чжан Лей прислонился к дверному косяку, сложив руки на груди. На лице отпечаталось негодование.
— Я вчера что-то натворила? Сквернословила? Или, — она положила руки на кровать как будто сама была кошкой, которая провинилась и сейчас будет просить прощения у своего хозяина. — Наговорила чего-то?
— Сначала ты позвонила мне в час ночи, решив, что я такси. — он сделал к ней шаг. — Потом несла какую-то чушь, а потом… — Он подошел совсем близко и теперь стоял над ней, с недовольным лицом. — Потом ты начала рыдать говоря, что ненавидишь свою работу и хотела бы завести себе богатого мужика, который бы тебя обеспечивал, а ты бы спокойно жила в отелях на Чеджудо. А-а. — кажется, он вспомнил что-то, еще за что ей будет стыдно. — Причитала, что тебя все бросили: я и какой-то сонбэ. Звонила вечно кому-то по своему доисторическому телефону.
Санджа решила, что сейчас испарится в воздухе и дожить свой остаток жизни жнеца на каком-нибудь необитаемом острове не плохая идея. Или же сейчас она не отказалась бы иметь такую же штуку как у людей в чёрном. Щелк и все. Она больше не выглядит полной дурочкой.
— Говорил сонбэ, что это ничем хорошим не закончится. — шепотом поругала она себя. Встала с пола, поправила очки на переносице и широко улыбнулась.
— Ну что ж. Спасибо тебе, что ты приютил меня, не бросил в сложный момент жизни. Но мне пора. — она направилась к выходу, но он поймал ее за край длинной футболки.
— Даже извиниться, не хочешь? — он потянул ее за собой, так что ей пришлось пятиться назад.
Он привел ее на кухню и усадил за стол. Закопошился у плиты и через несколько минут поставил перед ней тарелку с супом и рисом.
— Что это? — посмотрела в чашку Санджа.
— Хэджанкук.[1] Ешь. И пока ты будешь его есть, я задам тебе несколько вопросов, на которые хочу услышать честные ответы.
Санджа посмотрела на тарелку хэджанкука, потом на Чжан Лея и кивнула. Может у нее еще есть шанс вернуть его доверие.
— Первый вопрос. Тот блокнот точно твой? Я много думал об этом. Этот сумасшедший сталкер может просто решил тебя подставить.
— Мой. — честно ответила Санджа, засунув в рот ложку с супом и рисом.
Чжан Лей кажется не ожидавший такого ответа, замер на секунду, осушил стакан с водой и задал второй вопрос.
— Ты правда, — он остановился, посмотрел на Санджу взглядом человека которого предали. — Настолько ненавидишь меня, что готова убить?
Ложка с супом зависла над тарелкой. Она может соврать, а может сказать правду, что окончательно разрушит все ее планы. Хотя о каких планах вообще сейчас можно думать?
— Это не совсем так. То, что я написала в блокноте, — она попыталась оправдаться, но запнулась, понимая, что так оно и выглядит.
Чжан Лей сжал стакан в руке и задал вопрос, который сделал Сандже больно. Словно кто-то воткнул ей нож между ребер.
— Ты хоть раз была со мной искренней или все это было игрой, причину которой я не могу понять?
Она молчала, засовывая в рот ложку за ложкой. Хэджанкук совершено не лез в горло. Доев его до конца, она встала из-за стола.
— Не хочешь отвечать? Тогда…
— А что чувствуешь ты? — спросила она, перебив его. — Была ли я искренне с тобой? Что тебе говорит твое сердце. Я могу сейчас сказать что угодно, но, если твое сердце не примет мои слова, все будет бессмысленно.
— Я не верю тебе, Санджа. Поэтому, если ты не хочешь быть честной тебе лучше уйти.
Санджа поджала губы и решила, что так будет лучше. Она может вернуть блокнот, подстроить его смерть и жить дальше. Но она не хотела этого. Этот мальчишка, однажды тронувший своими словами ее сердце, кажется окончательно уничтожил ее. Поблагодарила за суп, направилась к двери, но потом остановилась, вернулась и задала вопрос в лоб. Возможно ему будет больно от него, но ей необходимо знать ответ.
— Чжан Лей, твой отец. Он правда мертв?
Он удивился, сжал кулаки и поджал губы. Молчал.
— Ответь мне, твой отец точно умер? Обычно даже если преступник сидит в тюрьме о его смерти сообщают родственникам. А ты был его единственным близким родственником.
— От куда ты… — он встал из-за стола, с шумом отодвинув стул.
— Просто ответь мне. — потребовала она. — Не важно почему мне все это известно, просто ответь мне, и я больше не покажусь тебе на глаза.
— Да. — коротко ответил он, хриплым от тревоги голосом. — Он умер, мне сообщили год назад о его смерти. Его кремировали, и я отнес его прах в колумбарий.
Санджа клацнула зубами по ногтям, нахмурилась и прошлась, измеряя кухню шагами, остановилась, подняла взгляд на Чжан Лея и затараторила.
— Лучше не выходи из дома без надобности. В компании всегда оставайся со своим менеджером, я не знаю начальник Пак назначил кого-то еще или нет, но оставайся с ним пока не вернется Юншик, не ходи ночью один и если тебе вновь подкинут что-то на порог просто не трогай это. И еще…
— Санджа. — голос был спокойным, что еще больше пугало. Лучше бы он кричал на нее. — Уходи. — его резкие грубые слова вернули ее в реальность. Она посмотрела на его уставший измученный вид и поняла, что перегнула палку. Кто она ему, чтобы давать советы?
Опустила глаза, прошлась до выхода, поставила аккуратно на порог тапочки панды и вышла. Прислонилась спиной к входной двери, чувствуя холод метала. Запустила пальцы в волосы и помассировала голову. Что с ней творится? Нужно нагрузить себя работой ведь именно так делают люди чтобы не думать о проблемах. А потом найти человека, который мертв, но до сих пор жив.
***
Первым делом она решила извиниться перед сонбэ. Он столько всего для нее сделал, а она снова подвела его. На звонки он не отвечал, в телефоне ее встречали лишь длинные гудки и сигнал автоответчика. Сообщения тоже игнорировал. Решение было принято, она должна пойти к нему домой. Переместившись, она оказалась в маленьком домике на Чеджудо[2]. Сонбэ говорил, что ненавидит шум города и поэтому приобрел себе дом на острове, где женщины хэнё[3] каждый день вылавливали свежую рыбу. Где по утрам можно было услышать шум океана. Где природу не тронули люди. И именно из-за того, что Чеджудо находился далеко от Сеула сонбэ часто оставался у Санджи, объясняя тем, что он слишком стар, чтобы каждый раз перемещаться туда-обратно.
Зайдя в традиционный ханок, она сняла обувь в маленьком дворике, раздвинула деревянные двери и зашла. Все в доме кричало о старости господина Хёчжэ. Старая посуда, которую он видимо собирал по антикварным магазинам, да и мебель видимо оттуда. Вот только огромный телевизор и мягкий диван перед ним с журнальным столиком, выдавал помешательство старшего на просмотре сериалов.
— Господин Хёкчжэ. — позвала она, проходя на кухню и отмечая, что у него в отличие от нее оказалась идеальная чистота.
Она позвала еще раз, но никто ей не ответил. Завалившись на диван, она клацнула по кнопкам пульта, наткнулась на шоу с Чжан Леем и выключила. Протянула руку, чтобы положить пульт и увидела, что на столике лежит папка.
— Сонбэ, что забыл папку с информацией о душах, что нужно забрать. — Санджа подцепила край папки рукой и открыла. — Ого, какой огромный.
Пролистнула ее несколько раз и улыбнулась, радуясь своей гениальной идеи. Положила список на стол, переместилась к себе домой и вернулась обратно. Отдышалась. Перемещение на такое большое расстояние и правда отбирает много сил. Она подхватила папку в руки и приклеила стикер на стол, черканув перед этим фразу:
«Простите, сонбэ, я очень сожалею. Поэтому я как прилежный хубэ сделаю за вас вашу работу»
Довольная своим решением, она обняла папку и переместилась забирать души.
Список и правда был огромный. И самое выматывающее, что души оказались раскиданы по всему Сеулу. Когда Санджа стояла на пороге небольшого домика в округе Кенвундо, она чувствовала себя уставшей и разбитой. Всё же работать сверхурочно, так себе решение и легче от этого не становилось.
Она открыла список с последний файлом и пробежалась глазами.
«Лим Сан, 69 лет умрет от сердечного приступа в своей постели»
— Тихая и спокойная смерть. — закрыла папку Санджа и шагнула в дом.
Лим Сан стояла возле своего тела и смотрела на себя. Ей всегда было тревожно в такой момент, что дух умершего человека станет очередным вонгви.
— Госпожа Лим Сан. Я пришла чтобы проводить вас. — аккуратно подошла она к женщине и встала рядом с ней. — Вы сможете встретить своих родных, если они еще в Управление и отправитесь дальше по реке Сандзы.
Лим Сан повернулась к Сандже и посмотрела на нее глазами полными печали и боли. Все, наверное, из-за того, что она совершенно одна. Отпечаток одиночества слишком заметен в глазах умирающих.
— Не думаю, что я смогу встретиться со своей дочерью. — голос Лим Сан дрожал. — Можно мне прогуляться по дому перед уходом? — спросила она, смотря на нее с надеждой.
— Конечно, но, если вы почувствуете что-то неладное, печаль или сожаления, прошу вас скажите мне. Мы сразу же уйдем.
Лим Сан тепло улыбнулась и пошла по своей комнате касаясь кончиками пальцев вещей, смотрела на фотографии, листала немногочисленные книги. Санджа еще никогда не видела, чтобы уходящие так спокойно прощались с жизнью. Она подошла к одной из дверей, потянулась к ручке и замерла. Все тело сковало напряжение. Лим Сан нажала на ручку и открыла дверь. Щелкнула по выключателю и зашла в комнату. Санджа замерла в дверном проеме наблюдая как Лим Сан прошлась по комнате и села на кровать, заправленную розовым мягким пледом. Она взяла фотографию, стоящую на тумбе и погладила ее. Прижала ее к себе.
Санджа осмотрелась. Большая кровать, книжный стеллаж во всю стену и письменный стол, расположенный у окна. Комната совсем не смахивала на обитание современной девушки. На книжных полках стояли книги двадцатилетней давности, с небольшим слоем пыли. Она подошла, взяла одну из книг и прочитала название
«Скрипка-мелодия души» Она полистала и увидела, как владелец книги отмечал карандашом важные моменты. Писал что-то на полях. Следующая полка оказалась забита старой мангой и манхвой, что привело Санджу в дикий восторг.
— Ого! — не сдержала она своего восхищения. — Да это же первые выпуски Тетради смерти. Ограниченные. Сейчас их невозможно найти. Вау, здесь есть и Наруто и Евангелион! Рыцарь королевы!
Лим Сан встала и подошла к полке, с которой Санджа уже бесцеремонно вытаскивала один том за другим.
— Моя дочь, любила читать эти книги с картинками. В то время их было сложно найти. Поэтому иногда ей приходилось ездить на другой конец города чтобы достать редкий экземпляр. Я видела счастье в ее глазах, когда ей удавалось заполучить такую книгу, даже если она была старой.
— Любила? — спросила Санджа. В горле запершило от накатившей откуда не возьмись тревоги. Занавешенные шторы, пропускавшие лишь часть света, создавали в комнате полумрак, но она смогла рассмотреть на лице Лим Сан отпечаток боли.
— Да, любила. Моя дочь умерла, очень давно.
— Оу. Да, возможно в Управление ее уже нет, но вы обязательно встретитесь в следующей жизни. — Улыбнулась Санджа и посмотрела в полные печали глаза женщины.
— Она любила играть на скрипке. — Казалось Лим Сан ее совсем не слышала. Она взяла стоявший рядом с письменным столом челох, положила на кровать и достала оттуда старую скрипку.
Рука, уже восстановившаяся от ран вонгви, больно кольнуло. Лим Сан подошла к ней и протянула скрипку. Санджа взяла ее из рук, провела указательным пальцем по струнам, положила скрипку под подбородок. Слезы обожгли кожу щек, в горле застрял комок. Она тут же убрала скрипку и впихнула в руки Лим Сан.
— Что стало с вашей дочерью? — хриплым от волнения голосом спросила Санджа, стараясь больше не смотреть на скрипку. — Почему она умерла?
Лим Сан, так и державшая скрипку за гриф положила ее обратно в чехол и подошла совсем близко к Сандже. Во взгляде читала просьба о прощение и мольба. Ей стало тревожно. Только не еще один вонгви.
— Я во всем виновата. Я не уберегла свою девочку. Слишком много от нее требовала. Хотела, чтобы она стала лучшей скрипачкой в мире, совсем не спрашивая о том, чего хотела она. Все из-за меня. Из-за меня моя девочка решила умереть. Из-за меня она решила убить себя.
Санджа замотала головой. Зачем эта женщина все это ей говорит? Ей хотелось закрыть уши, сбежать от этой женщины, оставить ее здесь пока другой жнец смерти не придет за ней. Но ноги не слушались. Они повели ее по комнате. Руки стали касаться книг, стопки манг лежавшей на столе, кажется так и оставшейся не тронутой от прежней хозяйки. Открыла тетрадку и увидела разные забавные наброски. Санджа села за стол и открыла самый нижний ящик, словно знала, что там лежит. В маленькой коробочке в красной бархатной упаковке она нашла цепочки с подвеской: скрипка и смычок.
— Говорят. — начала Лим Сан. Голос дрожал еще больше прежнего. — Если оставить вещь, которая была у человека при его смерти, его дух не сможет покинуть этот мир.
Санджа коснулась кончиками пальцев крохотной скрипки. Слеза упала на красный бархат, оставляя темный след. Руки дрожали вместе со всем телом.
— Прости. Прости. Я не хотела. — Лим Сан, заплакала, глотая слова. Санджа обернулась и посмотрела на плачущую женщину, которая упала на колени и прижалась лбом к полу.
Голова жутко заболела, вспышки забытых воспоминаний стали яркими огнями подобным вывескам ночного Сеула вспыхивать перед глазами. Она услышала такую приятную, знакомую мелодию скрипки. Внутри все перевернулось.
«Все мы убили человека» — слова сонбэ звенели в ушах в унисон с симфонией Паганини.
Она тоже убила кого-то. Девушку что играла на скрипке. Девушку, что очень любила мангу и комиксы. Девушку что каждое воскресенье ходила в антикварный магазинчик, чтобы сыграть там на скрипке, для посетителей. Девушку, что исполняла чужие мечты, забывая о том, чего хочет она сама.
Она почувствовала, как боль пронзила грудную клетку. Крепко сжала в руках подвеску и попыталась сделать шаг к женщине. Но новые и новые вспышки воспоминаний душили ее. Она почувствовала будто в горло льют раскаленное масло, воздуха не хватало. Кожа начала зудеть и гореть огнем. Ей хотелось раздирать ее ногтями, прекратить эту пытку, сбежать, исчезнуть, отмотать время назад и не приходить в этот дом.
— Эй, несносная девчонка, зачем ты забрала мои списки? — голос сонбэ доносившийся, от куда-то издалека, словно ее кинули в глубокий колодец, позволил ей ненадолго ухватится за реальность. Сонбэ был прав, когда жнец превращается в вонгви это ужасно. Ей словно снимали кожу вместе с мышцами с костей, обливали кипятком, а потом сразу же окунали в ледяную воду.
— Проклятье! Санджа! Санджа!
Он звал ее. Но перед глазами она видела пелену, уносящую ее куда-то далеко. В прошлое которое жнецам не стоит вспоминать.
[1]классический корейский суп, который дословно переводится как «суп от похмелья»
[2]самый большой остров и самая маленькая провинция Южной Кореи.
[3]в Корее профессиональная ныряльщица, зарабатывающая на жизнь добычей моллюсков и других деликатесов с морского дна
Глава 19. Необычные способы заставить замолчать.
Злость Чжан Лея смешивалась с непониманием собственных чувств. Когда на следующий день после пьяной выходки этой сумасшедшей он пошёл к начальнику Паку сказать о том, что больше не хочет с ней работать, тот сообщил, что она взяла отгул по болезни.
«Ну и к лучшему» — подумал Чжан Лей. Он совершенно запутался в происходящем. Жнец смерти? Что за бред она несла?! Откуда знала об отца? Об этом знал только Юншик и он не мог проболтаться. В день, когда ему позвонили из тюрьмы, он сначала не собирался ехать, но родители уговорили, сказав, что так ему будет легче. И они были правы. Тяжелый груз свалился с его плеч, когда он узнал, что это чудовище больше никогда не причинит никому вред.
Если она знала об отце, значит точно была той, кто устроил весь этот цирк с письмами и посылками? Вот только ее слезы в ту ночь не давали ему покоя. Слишком настоящими они были.
«Если Санджа не станет маячить перед его глазами, так будет лучше и он быстро о ней забудет» — Думал он, но через два дня понял, что ошибался.
Она была рядом, даже не присутствуя. Он не знал, когда эта чокнутая пробралась домой, до того, как напилась в стельку или уже после, но заглянув в холодильник, он нашёл кучу контейнеров с едой. Сначала он хотел их выкинуть. На языке до сих пор сохранился привкус кулинарных способностей бывшего менеджера и в разуме отпечатались слова из блокнота. А потом он увидел стикеры на контейнерах. Банально, глупо, но так словно она о нем заботилась.
«Отравы здесь нет. Заказывала в ресторанчике домашней еды, так что твоя кухня не пострадала»
Позже он нашёл несколько записок в гримерке. где она напоминала ему пить больше воды и заваривать себе отвар из трав, который, по ее словам, был полезен для его голосовых связок. Несколько спрятанных стикеров он нашел в своей домашней студии звукозаписи. Она просила о здоровом сне, но казалось угрожала, а не давала советы. Она была везде: в слухах, что так и летали шепотками между сотрудниками студии, в грустно стоящих в углу тапочках пандах, в разбитой чашке, которую Чжан Лей нашёл спрятанной в шкафу. Это сводило его с ума. След Санджи остался в его жизни слишком ярким и чётким отпечатком. Если он попытается его стереть получится ли у него?
На четвертый день её отсутствия он сидел в зале, где только что репетировал свое выступление к сольному концерту с группой танцоров, смотрел на смартфон и гипнотизировал контакт с именем «Носки с бананами». Он тянулся к кнопке вызова, а потом бил себя по руке.
С ней ведь ничего не случилось?
В зал постучались и Чжан Лей перевернул телефон экраном вниз.
— Войдите.
Сначала из-за двери показалась макушка Юнхи, а потом и улыбающееся лицо. В руках она держала пакетик с логотипом закусочной, где продавали его любимые куриные шашлычки.
— Я принесла вам обед. Я слышала, что ваш временный менеджер сейчас отсутствует, поэтому решила, что вы снова забудете пообедать. — она склонила голову в знак приветствия и зашла в зал. Она мило улыбнулась, заправила распущенные блестящие волосы за ухо и протянула ему пакетик.
Чжан Лей сглотнул слюну, что подступила от голода к горлу, в животе заурчало. Он принял пакетик из ее рук, поблагодарил и улыбнулся. Юнхи собиралась уходить, но Чжан Лей остановил ее, решив, что возможно компания другого человека поможет выкинуть из головы навязчивые мысли позвонить Сандже.
— У вас есть время? Если да, можете пообедать со мной. — Он указал на пол. Юнихи тут же расцвела в улыбке. Они сели напротив друг друга, расположив коробки с едой прямо на полу. Она скромно брала кусочки мяса и закусок.
Чжан Лей подметил ее вежливость, уважение к старшим. Красивая, милая на лицо с отлично сложенным телом. Он был уверен, когда эта девушка дебютирует ее, будут любить многие, за ее кроткий образ и доброе сердце.
— Наши тренировки. — начала Юнхи, вновь смущаясь. Он знал, что она была его фанаткой и поэтому часто смущалась при виде него.
«Влюбленные дурочки» — прозвучал в голове голос Санджи и Чжан Лей дернул головой, вытряхивая бывшего менеджера из своих мыслей.
— Да, Юнхи, продолжайте.
— Я просто хотела спросить, когда у вас будет время, чтобы провести со мной тренировки. Понимаю, что вы сейчас заняты подготовкой к концерту, так что я могу подождать сколько угодно. Но просто хотелось бы знать не забыли ли вы о моей просьбе. Ведь я всего лишь неприметный стажер. Если вы передумали, то я все пойму. — она опустила глаза.
— Нет-нет. — запротестовал он, махая руками. — Я все помню, нужно просто согласовать время с Санджой. — оговорка о которой он тут же пожалел.
Улыбающееся лицо с круглыми очками появилось в его сознание. Как ее выгнать из своих мыслей?
— Как ваша кошка? — Юнхи снова задала вопрос и Чжан Лей обратил на нее внимание. — Недавно я видела у вас пост, что вы завели себе кошку.
Кажется, она задала это вопрос несколько раз, прежде чем смогла проникнуть через барьер под название Чо Санджа.
—С ней все хорошо. — улыбнулся он. — Простите в последнее время я очень рассеян.
— Из-за вашего временного менеджера? — прямолинейный вопрос ударил прямо в лоб. Проницательность еще один плюс для будущего айдола.
— Нет, с чего вы взяли? — Он поперхнулся и стал бить себя по груди. Юнхи протянула ему бутылочку с водой.
— Я видела, как вы реагируете каждый раз, когда стафф называет ее имя. Я слышала, что после случившего в туалете, парень с которым они тогда повздорили пропал и больше не появлялся на работе. Поговаривают она его запугала, угрожал расправой. Слухи о ней только вредят вам. — Юнхи пододвинулась ближе. Чжан Лей нахмурился, пытаясь переварить поступившую информацию. Пропал? Угрожала? — Знаете, эти слухи вышли за пределы компании и до вашего фанклуба. И многие против, чтобы рядом с вами был такой человек как Санджа, что бьет людей и заводит отношения с айдолами.
Красивая картинка, что сложилась о Юнхи, треснула подобно старому фарфору.
— Она и правда приносит много неприятностей. — аккуратно начал Чжан Лей. — И я очень уважаю своих фанатов, но все же с этим я разберусь сам.
Он улыбнулся Юнхи, стараясь, как и всегда сохранять лицо перед другими, пусть и сейчас ему жутко хотелось поспорить.
— Но… — хотела она возмутиться, а потом осеклась. — Вам лучше ее опасаться. Она странная. — кажется ее аргументы против закончились.
Возможно это простая ревность фаната. Такое случалось. Когда фанат слишком сильно утопал в своих мечтах и надеждах и в какой-то момент стал думать, что артист принадлежит лишь ему. Чжан Лею не хотелось бы думать, что Юнхи именно такая. Она была милой и нравилась ему за трудолюбие. Она всегда уходила последней с тренировок с участниками шоу. Всегда по несколько раз спрашивала у наставников сделала ли она все правильно, брала дополнительные занятия и старалась как могла. Только вот держалась стороне от других участников.
— Юнхи, не беспокойтесь.
Она сжала кулаки словно злилась. Поджала губы, будто хотела что-то сказать, но боялась. Плечи начали дрожать.
— Вы в порядке? — он коснулся ее плеча, она дёрнулась и подскочила. Чжан Лей не понимающий, что происходит хотел встать, но в дверь вошли и Юнхи тут же вылетела из зала, практически сбив с ног Джону, который нахмурился, посмотрев в след убегающей девушки, а потом подошел к Чжан Лею, сел на пол и нагло стал есть его куриный шашлычок. Даже не поздоровавшись.
Наблюдая за тем как быстро исчезает вкусная еда, он подтянул к себе контейнер с мясом, подальше от непрошенного гостя.
— Если ты не по делу, шел бы ты отсюда.
— По делу, важному делу. — Он жевал мясо за обе щеки и казалось вот-вот замурлыкает как довольный кот. — Куда дел малышку Санджу?
Чжан Лей хмыкнул. Слишком предсказуемый вопрос.
— А тебе какое дело? — нужно показать, что ему плевать на него и их странные с Санджой отношения.
— Ну как ты мог заметить. — Джону подтянул к себе поближе еду. — Она мне нравится, и мне хотелось бы знать куда ты дел девушку, которая мне нравится.
Он что специально так часто говорит слова «нравится»?
— Вы поссорились?
— Наши отношения не твоё дело, Джону. — он сложил руки на груди и грустно наблюдал как исчезает его еда.
— Если ты её прогнал, то я с радостью заберу малышку себе. На самом деле она отлично выполняла свою работу менеджера. Я даже слышал, натирала тебя гримом.
Чжан Лей сглотнул подступившее волнение к горлу и запил его половиной бутылки воды.
— Когда она станет моим менеджером, надо будет сказать моему пиар агенту, что тоже хочу такую фотосессию. — этот придурок, кажется уже мечтал о том, как все будет происходит.
— Это были съемки клипа. — поправил его Чжан Лей, вместо того чтобы сказать, чтобы он проваливал.
— Без разницы. Скажу ещё раз. Если она тебе не нужна, я её себе заберу.
— Она что вещь какая-то? — не выдержал Чжан Лей. — Трофей, который можно передать другому? Она девушка, простая девушка у которой есть свое мнение.
— Со утверждением, что она простая я бы поспорил. — почти не слышно сказал Джону, но в зале где они сидели одни, слышимость была отличной. — Она необычная. Вот что я хочу сказать. — растянул широкую улыбку Джону и снова завел свою шарманку. — Так что куда дел малышку Санджу? — засунул последний кусок мяса себе в рот и довольно улыбнулся.
— Взяла отгул по болезни. — Чжан Лей понял, что, если не дать ответ этому прилипале, он не отстанет. — Доволен. Теперь мог бы уйти из моего зала?
Джону нахмурился и встал.
— Значит мне стоит навестить ее. — на лице застыла хитрая улыбка. — Я знаю, что она твой менеджер всего лишь на время, поэтому совсем скоро я смогу встречаться с ней. По крайней мере, если она будет со мной никто не вломится к ней в дом и не перевернет там все вверх дном.
Чжан Лей, начавший убирать мусор после еды, замер. Ему послышалось? К Сандже кто-то вломился? Но если она та самая кто присылал письма как такое возможно? Пазлы снова не складывались. Стали разваливаться, нарушая кажется так идеально сложенную Чжан Леем картинку.
— О чем ты говоришь?
— А ты не знал? Ну да, она бы точно тебе не сказала. — ухмыльнулся Джону. — Кто-то приходил к ней домой и угрожал смертью, если она не отстанет от тебя. Перевернули весь дом вверх дном. Так что может быть ей лучше остаться со мной. Кажется, если малышка останется с тобой ей грозит опасность.
Чжан Лей знал, он говорил это специально чтобы задеть его. Плевать. Сейчас главное другое. Почему она об этом не сказала? И кто черт возьми тогда все это творит.
Он подскочил с места и намеренно задев Джону, кинулся из комнаты. Ему необходимо поговорить с Санджой. И как можно скорее.
***
Воспоминания жгли. Раздирали сердце и сознание. Они тянулись из прошлого обжигая настоящее. Лежа в агонии Санджа понимала почему сонбэ говорил не ковырять старые раны. Она вспомнила все, даже то что обычный человек забыл бы. Мелочи и события, о которых ей не следовало вспоминать. Холодные воды реки Хангук снова и снова заполняла легкие, кожа покрывалась язвами, гниющими, причиняющими жуткую боль.
— Мы миновали кризис. — услышала она через кажется вечность, встревоженный голос сонбэ, доносящийся из кокона сознания. Как-то один раз она забирала человека, что очень долгое время был в коме и подслушала разговор врачей. О том, что в таком состояние они заперты в собственном сознание. Они хотят кричать, но не могут. Хотят позвать своих родных, но их тело не слушается, при этом они все слышат и даже понимают. Санджа ощущала себя так же. Она кричала сонбэ, а он не слышал. Она слышала его разговоры с кем-то, то как он копошиться и кажется молится каким-то богам о ее благополучие.
Воспоминания причинили ей невыносимую боль и теперь казалось она никогда не сможет из них выбраться из этого плена. Она проваливалась в осколки этих образов, бродила по лабиринту кривых зеркал в одиночестве. Смотрела на картинки прошлого со стороны и пыталась принять происходящее.
Ей снился долгий сон. Про девушку, которая с детства обожала музыку. Она слышала музыку во всем что видела. В летнем пение птиц, в звуке осеннего дождя и шуме большого города. Ей казалось, что весь мир поет именно для нее. Педагоги говорили, что у нее идеальный слух. Когда ее мама впервые принесла ей скрипку и отвела на первые частные уроки музыки, она стала по-настоящему счастливой. Время шло, девушка посвящала все свое времени занятиям, часто отказывала своим друзьям в том, чтобы погулять. Ее мать видела в дочери надежду и посвятила все силы и время для исполнения мечты. Казалось теперь мечта стать великой скрипачкой принадлежала не девушке, а ее матери.
— Дорогая, сегодня тебе стоит позаниматься еще немного. — она гладила ее по волосам и целовала в макушку. — Скоро концерт, ты должна занять первое место.
— Мои руки устали. — отвечала девушка. — А еще я бы хотела поехать с классом в школьную поездку. Можно ведь?
Но мать категорически отказывалась. Она искала лучших репетиторов для дочери, отдавала всю себя. Мама верила, что ее дочь особенная. Но девушка росла, появились новые увлечения, которые по началу приходилось скрывать от матери. Мир стремительно менялся, девочка видела свободу других и начала сомневаться в своей мечте. Оказалось, что таких особенных очень много. Она провалила вступительные экзамены первый год и во второй. Ее не приняли в самую лучшую консерваторию страны, мечты об обучение за границей рассыпались в прах. В итоге, когда девушка сказала матери, что сдается она обнаружила, что кроме как играть на скрипке больше ничего не может. Ей пришлось пойти работать в круглосуточный магазин в своем районе, где очень часто она встречала своих одноклассников, которые тихо усмехались над «особенной» девочкой, которая оказалось самой обычной и простой. И тогда тоска по упущенным возможностям, по не свершившемуся будущему начала проникать в каждый кусочек жизни. Пожирать. Обгладывать до костей оставляя только голый скелет. Разочарование вонзило свои зубы в повседневную жизнь и словно вампир выпивала из нее соки. Санджа видела, как через несколько месяцев девушка превратилась в собственную тень, перестала выходить из дома, иногда могла сутками на вставать с кровати. Скрипка покрылась пылью, жизнь стала гнить, и девушка решила, что больше так не может. Несбывшиеся мечты сожрали ее, упущенные возможности столкнули с моста Мапо. Холодные воды обхватили в свои объятия. Девушка убила человека.
Сон повторялся снова и снова. Она кричала, пыталась спасти девушку, прыгающую с моста. Пыталась помочь ей. Кричала, чтобы она нашла другое решение, но ничего не выходило. И когда, казалось бы, надежды больше не было, Санджа увидела маленького мальчика, избитого, с ссадиной на лице и синяками по всему телу. Он не плакал, смотрел на нее и улыбался. Она подошла ближе и посмотрела сверху вниз.
— У меня была мечта. — тихо произнесла она, тому кто однажды задал этот вопрос, что перевернул ее жизнь с ног на голову. — Но она причинила мне слишком много боли.
Маленькая рука коснулась ее пальцев и сильно сжала, они прошлись по длинному коридору и пришли к стоящему в одиночестве магазину музыкальных инструментов. Он смотрел на них большими глазами-окнами. Старая пошарпанная вывеска гласила, что все возможно, только нужно приложить немного усилий. Мальчишка открыл дверь и провел Санджу к стоящей в углу фортепиано и скрипке. Он протянул ей скрипку, а сам забрался на стульчик возле фортепьяно. Пальцы легли на клавиши, звуки окутали с ног до головы. Холодный гриф приятно лежал в руках. Она положила инструмент под подбородок, закрыла глаза и провела по струнам смычком.
Верно, у нее тоже была мечта. Вот только она слишком рано сдалась, даже не попробовав начать все с начала.
Когда Сандже удалось выбраться из кокона собственных воспоминаний за окном правила шумная ночь. Тусклый свет от светильника котика, который ей подарил сонбэ на пятый год работы больно обжигал глаза. Она попыталась встать, но ничего не вышло. Кожа болела и ныла. Тело совсем не слушалось. Потихоньку ощупала свои руки, лицо. Все в порядке. Значит она не превратилась в страхолюдину вонгви. Она вновь попыталась встать. Услышала звуки шевеления в углу и почувствовала руки на своих плечах. Сонбэ обеспокоенный и наконец-то одетый не как призрак из Чосона подбежал к ней и помог сесть.
— Хвала небесам, ты очнулась. — он с облегчением выдохнул и на удивление Санджи крепко ее обнял.
— Сонбэ, — прохрипела Санджа не своим голосом. — У меня все тело болит.
— Правильно болит. — теперь она узнавала этот тон возмущения. — Кто просил тебя трогать мои списки? А? Ты не представляешь, что могло с тобой случится, не успей я вовремя. — Он отодвинул ее от себя, и стал рассматривать.
— Я всё вспомнила. — выдавила она из себя. — Всё.
Хотелось плакать. Реветь, ругаться на саму себя. Спасти себя.
Сонбэ замер, а потом погладил Санджу по голове.
— Слишком больно? — спросил они она поняла, что сейчас он спрашивает не о физической боли.
Санджа поджала губы, чтобы не разреветься и кивнула несколько раз.
— Разочарование и сожаления очень часто причиняют боль. Они проникают в каждую клеточку твоей жизни и прорастают как плесень. Не все могут оставить их в прошлом и жить дальше.
— Вы забрали мою мать? — спросила она, вытирая новую волну слез.
— Да. С ней все хорошо.
Санджа выдохнула с облегчением.
— Мы никогда с ней не встретимся? Ведь те, кто совершают насилие над собой обрывают все нити судьбы.
— Если ты отработаешь положенный срок жнеца, то все еще можно изменить. Если нет, то да, вы никогда с ней не встретитесь. Но, Санджа. — его большая рука коснулась ее щеки. — Девушка, которая тогда умерла, осталась в прошлом, а ты это ты. Возможно вы чем-то похожи, но ты Чо Санджа. Смешная и неуклюжая, вечно приносящая мне неприятности, но с живой, яркой душой. Я не видел еще ни одного жнеца смерти, который бы так сильно ревел, смотря Хатико.
От слов сонбэ слезы вновь покатились по щекам. Она вытирала их кончиком одеяла, сморкалась и говорила что-то несвязное.
— Тебе стоит еще поспать. Эти два дня были тяжелыми. Возможно некоторые язвы на теле будут болеть еще некоторое время. — он протянул ей стакан с какой-то вонючкой. Если бы у нее были силы, то она бы сопротивлялась, но пришлось подчинится и выпить. Зелье-отрава вновь утащило ее в сон.
Еще через два дня она стала чувствовать себя намного лучше. Ее до сих пор знобило, ей до сих пор казалось, что она тонет в холодной реке. Когда она смогла наконец-то встать, сонбэ, который отпаивал ее все это время вонючими отварами, ушел за продуктами, сказав, что накупит ей вкусняшек для поднятия настроения. Она приняла горячий душ, надела большую белую майку с желтым цыпленком из какой-то игры и спортивные штаны с растянутыми коленками. Мокрые волосы щекотали щеки завитками. Она накрыла себе голову полотенцем и заварила горячий кофе. За окном поздняя осень бушевала проливным дождем. Идеальное время чтобы побездельничать, собраться с мыслями и понять, что делать дальше.
В дверь позвонили.
— Сонбэ, что ли решил ходить как человек? — лениво поплелась она к вхожу.
Она открыла дверь и удивилась, увидев стоявшего на пороге Чжан Лея. Он держал над своей головой зонтик по которому тарабанили огромные капли дождя. Молчал, долго смотрел на нее, так что ей стало неловко. Она отвела взгляд и поежилась от холода проникающего в теплую квартирку.
— Можно войти? — спросил он, делая шаг вперед. Санджа не сопротивлялась, и пропустила его в дом. В котором благодаря стараниям сонбэ было идеально чисто.
— Проходи. — произнесла Санджа приглашая его на кухню. Отвернулась, выругалась и быстро настрочила сонбэ сообщения, чтобы он не приходил, так как у нее гость.
Чжан Лей прошелся вперед, продолжая осматриваться, потом резко развернулся к Сандже и произнес.
— Санджа, я хотел поговорить.
Она быстро закрыла телефон раскладушку и засунула в карман.
— Что без меня скучно жить и ты решил, что тебе не хватает острых ощущений? — попыталась пошутить. Но кажется айдолу было не до шуток. В его взгляде читались то ли злость, то ли печаль, которую Санджа не могла разгадать.
За все время что они были вместе, она видела его разным. Уставшим, веселым, воодушевленным, разгневанным и одиноким. Он много работал, слишком много для простого человека. Всегда держал лицо перед сотрудниками студии и своими фанатами, пытаясь сохранять свой имидж холодного красавчика с добрым сердцем. Но Санджа видела его и другие стороны. И от этого он не казался ей далекой звездой с неба.
Он вдруг тяжело вздохнул, прошелся по комнате один круг, потом вернулся к Сандже и произнес.
— Я хотел сказать тебе, что этот придурок Джону меня бесит!
Санджа подняла брови от удивления и приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но не знала, как реагировать на неожиданное заявление в котором смысл улавливался с трудом.
— Почему он крутиться возле тебя постоянно? Сегодня он пришел и заявил, что собирается забрать тебя у меня. Нес какой-то бред, чтобы ты стала его менеджером. Но ты до сих пор мой менеджер и какого черта он собирается забрать себе моего менеджера. Тебе не кажется это наглостью? — Он сделал шаг к ошарашенной Сандже.
Его менеджером? Значит Чжан Лей так и не сказал начальнику Паку о том, что не хочет больше с ней работать?
Уголки губ Санджи дернулись в довольной улыбке, но она тут же попыталась сделать серьезное лицо.
— И ты меня жутко раздражаешь. Все эти записочки, слухи о тебе. Даже при твоем отсутствие ты словно всегда была рядом. Это сбивало с толку. — он продолжал говорить странные вещи и кажется Санджа поняла, что он просто не может сказать то, что хочет на самом деле.
— Ах вот как. — сложила руки на груди, наблюдая как он все больше злиться.
— Я не понимаю тебя. Ты лгала мне. Защищала от слухов. Пыталась найти того урода, что присылает письма. Недавно мне звонили из участка, сказав, что не смогли с тобой связаться и что у них есть новые материалы по делу. А сегодня я еще узнаю, что в твой дом вломились и угрожали.
Она нахмурились, а потом выругалась про себя.
Джону, собака.
— Почему ты не сказала мне об этом? А если бы тебе причинили вред? — Его голос стал громче.
— Ты переживаешь за меня? — вопрос сам вырвался. Неожиданный, ошарашивший не только Чжан Лея, но и саму Санджу.
Он замолчал. Его взгляд метался по ее лицу, наряду, который, наверное, кажется ему несуразным и безвкусным.
— Глупости, зачем мне за тебя переживать. — пошел на попятную Чжан Лей. Потом снова заговорил. Он говорил и говорил. Перечислял все что Санджа натворила за все это время, ругался на Джону и на нее тоже за то, что она молчала.
Озноб вновь схватил Санджу в свои объятия. Она посмотрела на остывающий кофе и подумала, что сейчас бы залезла под одеяло и не выползала оттуда несколько лет. Чжан Лей все говорил, что ее поведение сводит его с ума, что она ненормальная, что свалилась на его голову.
В голове загудело. Ей вдруг захотелось тишины.
— Чжан Лей, ты можешь помолчать. — попыталась она позвать его, но ничего не вышло.
Тогда Санджа не думая, схватила его за воротник, притянула к себе и прижалась своими губами к его.
В комнате стало наконец-то тихо. Санджа слышала лишь как бешено забилось сердце айдола.
Он от недоумения оттолкнул ее и произнес.
— Что ты сделала?
— Ты так много говорил, и совсем меня не слышал. В дорамах, что смотрит сонбэ, это отличный способ чтобы…
Санджа не успела договорить. Чжан Лей притянул ее к себе, обхватил рукой вокруг талии и поцеловал. Нежно и требовательно. Его рука скользнула по ее спине вверх, пальцы зарылись в мокрые завитушки волос. Нежный поцелуй растекающийся по телу теплотой и согревающий Санджу, стал более страстным. Здравые мысли растекались, ей хотела поймать хоть одну из них за хвост и найти причину отстраниться от Чжан Лея, но ничего не выходило. После долгих проведенных моментов в агонии, она хотела его увидеть. Понять, что чувствует и что творилось с ее сердцем. Ее рука легла ему на грудь и поднялась выше к шее. Он отстранился, посмотрела ей в глаза и произнес еле слышно:
— Ты сводишь меня с ума.
Санджа хотела ему ответить, но айдол вновь накрыл ее губы поцелуем.
Междуглавие одиннадцатое. Тот, кто всегда помнил.
Если бы он тогда не ушел, остался с ней, то ничего бы не случилось. Хёкчжэ сидел возле кровати Санджи и держался за голову. Каждый её стон заставлял его дергаться и вскакивать. Он не работал вторые сутки, все время сидел рядом с ней и отпаивал принесенными настойками госпожи Пари. Надежда, что Санджа вернется еще была, пусть и с каждым часом становилась призрачной и еле уловимой.
Она вновь издала стон, и он поднял на нее свой взгляд. Волосы прилипли к лицу. Руки и ноги потемнели и покрылись язвами, на которых каждый час приходилось менять повязки. Бледная, с черными впалыми кругами под глазами. Смотреть было больно.
«Она выкарабкается.» — повторял он себе, поднимая её и аккуратно заливая лекарство в рот.
Только вот он знал, что все эти отвары всего лишь не дают ей обращаться быстро. А выбраться из своих воспоминаний она могла только лишь самостоятельно.
— Хёкчжэ. — госпожа Пари появилась рядом с ним и положила руку ему на плечо. — Она сильная. Верь в нее.
— Это моя вина. — произнес он почти что не слышно. —Если бы я тогда был внимательнее к ней. Если бы тогда я пошел за мальчиком, а не отправил эту добрую дурочку.
Он даже сейчас на нее ругался. Если бы она слышала, надула бы щеки и стала огрызаться.
Госпожа Пари похлопала его по плечу, подошла к Сандже и положила руку на лоб, сняла марлевые салфетки, что уже пропитались гноем из язв, намочила чистые и положила на раны. Санджа, дернулась и зашипела.
Хёчжэ хотелось себя прибить. Он чувствовал себя виноватым.
— Прекрати себя грызть. — кажется госпожа Пари все по его лицу прочитала. Хотя за столько лет он научился скрывать свои эмоции. — Однажды у нас был такой жнец, что не слушался совсем своих старших и решил заглянуть в свое прошлое. Ничего же, выкарабкался. Правда с тех пор его совесть так гложет за все им содеянное, что теперь его и метлой не выгонишь из офиса управления душами.
— Вы снова начинаете. Не заслужил я того, чтобы получить прощение и искупление. Я стольких людей убил, так что работать жнецом единственное хорошее дело, что я могу сделать.
Она покачала головой и вздохнула с тоской.
— Сколько еще лет ты будешь себя корить за это? Ты делал это не потому что хотел, а потому что тебя вынудила судьба. Твоя семья умирала с голоду.
— Хотите сказать стать наемником было единственным выходом? Я мог найти иное решение проблеме, но выбрал самый легкий путь. Как и все мы. Как и Санджа в прошлом. Она не стала бороться, а сдалась даже не попытавшись. — возмутился Хёкчжэ.
Правда делала больно, но так оно и было.
— Почему кстати у тебя была эта папка? — кажется госпожа Пари решила перевести тему. — Снова лазил по архиву без спроса. Сколько можно, Хёкчжэ? Столько лет прошло, а ты все не изменился. Вы с Санджой как парочка Твикс, нарушать правила — это ваш способ снять стресс?
— Я искал другого человека и случайно наткнулся на дело Санджи и увидел, что её мать в скором времени умрет. Вы сами разрешили мне её забрать. Не помните, что ли, я приходил к вам. Вы были заняты тем, что снова спускали все деньги в онлайн-магазине на новые наряды.
Госпожа Пари осуждающе на него посмотрела. Санджа дернулась, покривилась и снова застонала. Хёчжэ обеспокоенно заерзал по стулу.
— Не переживай ты так. Кризис мы миновали. Она выкарабкается. Кроме того, что вы оба любите нарушать правила, еще вы оба слишком упертые и просто так не сдаетесь. Она выберется и когда это случиться ты должен убедить её в том, чтобы она скорее закончила с упущенной душой.
Госпожа Пари последний раз посмотрела на страдающую Санджу и исчезла.
«Просто сказать» — подумал Хёкчжэ. Ведь он знал, что как только жнец смерти вспоминает свое прошлое, то и все его чувства, эмоции возвращаются и обостряются. Ему потребовалось несколько десятилетий, чтобы научиться их контролировать
Глава 20. Дама в беде
Ей не стоило позволять себя целовать.
Ей не стоило делать это первой.
Санджа попыталась отстраниться, оттолкнуть, но Чжан Лей прижал её сильнее к себе. Она уперлась руками в грудь и слегка надавила. Она еще слаба, но все равно сильнее его. Он расцепил руки и отстранился. Она сделала несколько шагов назад.
— Санджа. — начал было он.
— Давай забудем об этом. — не уверенно выпалила она. Ей не стоит давать прорастать росткам тех чувств, которые они посадили: не в сердце Чжан Лея, ни в своем сердце.
— Что? — переспросил айдол.
— Чжан Лей. — начала она. — Мой поцелуй ничего не значил. Я просто хотела, чтобы ты замолчал. — звучало глупо.
— Странные у тебя способы. — хмыкнул он и недовольно сложил руки, но кажется собирался дослушать, что она говорит.
— Ты прогнал меня. Я больше не твой менеджер. Нас больше ничего не связывает. Ты не доверяешь мне и я. — Она запнулась и продолжила про себя: Должна убить тебя.
— Это все и правда сводит меня с ума, но то что я поцеловал тебя не было ошибкой. Я хотел этого. — он говорил искренне и от этого Сандже становилось еще больнее. Она только отошла от воспоминаний, совершенно запуталась в том, кто она такая и что ей делать дальше, а теперь еще и эти чувства которые она не может понять и контролировать.
— Уже поздно, давай поговорим завтра. Если кто-то увидит тебя ночью в этом районе точно вылезут какие-нибудь статьи. — Она залезла в шкаф, нашла свою старенькую кепку с надписью Keep calm and carry on[1]. Одела ему на голову, натянув на глаза. — Иди.
Красная раскладушка пиликала короткими сигналами и Санджа догадывалась, что это сонбэ задает слишком много вопросов и шлет кучу сообщений. её голова раскалывалась, ей хотелось подумать обо всем спокойно и понять, что делать дальше.
Чжан Лей нахмурился и кажется не собирался уходить. Сверлил её взглядом, а потом все же сдался, взял зонт, стоящий в углу комнаты и вышел, не попрощавшись.
Санджа прикрыла глаза рукой и опустилась на диванчик в прихожей, коснулась пальцами своих губ. Поцелуй до сих пор обжигал. Она отрицала это, пыталась запихнуть в глубины сознания, но ничего не могла с собой поделать. Чжан Лей ей нравился. Она привязалась к нему.
Санджа откинулась на спинку дивана и посмотрела на потолок, к которому были приклеены маленькие флуоресцентные звездочки. Сонбэ смеялся над ней, когда она их туда клеила. Зазвонил телефон. Она открыла раскладушку:
— Ммм?
— Что значит не приходить? Какой еще гость Санджа? — кажется сонбэ злился. Она понимала его, он выхаживал её все эти дни, а она, ничего не объяснив, его послала.
— Да так, один знакомый.
— Когда ты успела завести друзей? Он из жнецов? Никогда не поверю.
— Я вешаю трубку, господин Хёкчжэ. — буркнула она и захлопнула крышку телефона. Сейчас слушать его возмущение не было сил.
В дверь снова позвонили. Санджа поплелась к двери, открыла её и увидела улыбающееся лицо придурка Джону.
— Впустишь меня, малышка?
— Нет. — ответила Санджа и закрыла прямо перед его носом дверь.
Джону снова начал пытаться проникнуть в дом.
— Впусти. Я же переживаю за тебя. Тебя не было на работе.
Санджа открыла дверь, кинула на него яростный взгляд, схватила за шиворот и втащила в комнату. Джону радостно улыбнулся, подмигнул ей и сделал свои неправильные выводы:
— Вау, полегче малышка. Мне конечно нравиться, когда твои глаза горят гневом, но может начнем с чего-то более нежного?
— Не заткнешься, точно врежу и плевать, что мне это запрещено. — она сделала шаг в его сторону. — Зачем ты рассказал Чжан Лею о том, что в мой дом приходили?
— О, хочешь сказать он опередил меня. Хотя да, здесь пахнет другим мужчиной. — Он завалился на диван и сложил руки на груди.
— Джону, я просила тебя не лезть в мои дела.
— Если ты не заметила, я не лез в твои дела. Просто наблюдал и ждал, когда ты закончишь с Чжан Леем.
— Вот и продолжай в том же духе. Дверь сам найдешь или показать?
— Я с деловым предложением. — встал он с дивана и хитро улыбнулся. Глаза сверкнули огоньком. — Хочешь я покончу с Чжан Леем? Я могу выполнить всю грязную работенку за тебя.
Да кто он такой вообще, что так просто говорит о смерти другого человека?
Санджа готова была вскипеть как чайник. Подошла к нему схватила за галстук и притянула к себе.
— Только попробуй его тронуть! Ты кажется забыл кто я такая. Может мне доложить на тебя в совет, человек данных которого нигде нет, точно вызовет подозрения. — нежным, сладким голосочком, как это делала Юнхи при Чжан Лее, произнесла Санджа.
— Угораздило же меня влюбиться в сумасшедшую. — усмехнулся тот в ответ, смотря на нее сверху вниз.
«Да кто здесь еще из них двоих сумасшедший?» — отвечала она мысленно.
— Уходи и лучше не попадайся мне на глаза. Я разберусь со всем сама. — в голосе сквозили нотки отвращения.
Она отпустила его галстук и отошла.
Джону покачал головой и поцокал.
— Как ты и сказала я не вмешивался и наблюдал. Ты уже слишком привязалась к Чжан Лею. Что будет если ты в него влюбишься?
Она недовольно нахмурила брови и опустила глаза.
— Только не говори мне, что ты уже. — Начал он, но Санджа схватила его за рукав, потащила к двери и вытолкнула его из своего дома.
— Санджа, постой. Я не хотел тебя задеть. — упирался, он пытаясь снова войти, но Санджа толкнула его и захлопнула дверь перед его носом.
Джону что-то еще говорил за дверью, потом успокоился, кинул «Мы еще увидимся малышка» и ушел.
Она поплелась на диван и упала на него лицом вниз. Джону был прав и от этого становилось горше и противнее. Потерянная душа должна умереть. И что делать ей теперь?
В окна и по крыше тарабанили большие капли дождя. Свет стал мигать, потух, а потом снова загорелся и снова погас. Скорее всего перебои с электричеством.
Через какое-то время, которое Санджа не ощущала пока саморазрушалась, в дверь снова позвонили. Ещё раз и ещё. Она встала в темноте и топая ногами в приступе раздражения подошла к двери, открыла и практически закричала в лицо стоящего.
— Да что такое?! Время посещений закончено и… — Она не договорила и отшатнулась от порога. В дверном проеме стояла и мокла под проливным дождем темная фигура, в бесформенной длинной толстовке. Под тенью большого капюшона, Санджа не могла разглядеть лицо, лишь глаза что блестели синим огоньком. Фигура стояла неподвижно. Плечи часто поднимались и опускались.
Здесь было что-то не так. Она видела этого человека. Там в доме Чжан Лей. Гнев захватил ее. преступник сам пришел к ней. Но сейчас у нее совсем мало сил. Она медленно потянулась за телефоном и попыталась закрыть дверь, но человек в толстовке схватился за край двери. Санджа толкнула дверь, старясь закрыть, но сил не хватило.
Проклятье. Сейчас совсем не время.
Рука вновь потянулась к телефону, но Санджа не успела ничего понять, как почувствовала боль в правой щеке.
— Сволочь! — выругалась Санджа и схватила ублюдка за шиворот. — Не на ту нарвался!
Сил было мало, но она все же могла сейчас швырнуть его куда подальше. Схватила за воротник и приподняла над землей. Он был достаточно легким.
— Сомневаюсь, что ты невинная душа. — Санджа собрала все свои силы и толкнула преступника вперед. Он пролетел над полом, ударился о стенку.
Ее руку, под обсидиановым браслетом обожгло огнем.
— Что за? — Она посмотрела на поднимающегося с пола человека. Она подошла к нему и подняла её за шиворот, попыталась снять капюшон, но из длинных рукавов вылезла темная рука, схватила за запястье и вывернула в другую сторону. Захрустели кости, Санджа закричала. Схватившись за неестественно вывернутую руку. Боль растеклась до самого плеча. Нападавший собирался схватить Санджу снова, но она успела увернуться, скользнула сбоку, зашла за спину ублюдка и ударила коленом. Фигура отлетела в стол и отскочила от него как футбольный мячик.
Руку вновь обожгло огнём, она затряслась от боли.
Да что токеббива задница происходит?
Санджа поправила сломанную руку, вернув её в исходное положение.
— Кто ты? — Спросила она, наблюдая как фигура встает и снова идет к ней.
Нападающий молчал. Они двигались по кругу как два хищника охотящиеся друг на друга
«Он не сильно высокий, но выше меня. — прикусила она губу двигаясь по кругу не отрывая взгляда. — Но почему я не могу его тронуть.
Она двигалась по кругу, ожидая следующего шага от нападающего. Зазвонил телефон. Санджа, здоровой рукой потянулась за трубкой, но в темноте напоролась на диван, споткнулась и упала на пол. Фигура тут же кинулась к ней, запрыгнула сверху и начала душить. Длинные ногти на тонких пальцах впивались в кожу на шее и царапали ее. Санджа попыталась скинуть его, вцепились здоровой рукой в его запястье, но убрать их не выходило. Она же не умрет? Это был её шанс снять капюшон. здоровой рукой потянулась, чтобы совершить задуманное, но острые ногти воткнулись ей в запястье впиваясь в плоть. Боль стала невыносимой. Санджа собиралась закричать, но воздуха не хватало. Перед глазами стало темнеть.
«Жнецы не могут умереть. — подумала Санджа. — Если только от рук вонгви»
Остатки силы стали потихоньку утекать из её тела. Перед глазами помутнело, она ощущала, как острые ногти царапают шею. Перед тем как отключится она почувствовала, как стало легче дышать и больше никто не прижимал её к полу.
Она открыла глаза, но картинка оставалась размазанной. Очки слетели. Теплые оранжевый свет обволакивал комнату. Санджа попыталась встать, но обе руки были ранены, и оставалось лишь кряхтеть и биться об пол как рыбка.
Тёплый белый свет приблизился, и она почувствовала, как её аккуратно и бережно поднимают. Кто-то надел ей очки, которые треснули, но ей удалось разглядеть спасителя.
— Вот это он тебя уделал, малышка.
Санджа осмотрела Джону и выругалась.
— Хвост кумихо мне… — Она осеклась заглянула за спину Джону, на яркий лисий хвост и решила не продолжать.
Джону усмехнулся.
— Я не против всяких ролевых игр, — хотел пошутить он, но увидев яростный взгляд, направленный на него, осекся.
Как он еще шутить в такой ситуации может?
Дверь в дом Санджи оказалась снята с петель и валялась в стороне, в комнату хлестал дождь, наполняя лужей порог. Она сделала шаг вперёд, тёмная фигура лежала в углу, не двигаясь.
— Этот ублюдок… — начала Санджа.
— Вонгви. — закончил за неё Джону. — от него воняет как от тухлого ведра помоями. Я чувствовал этот запах в компании, но он был слабым, словно кто-то специально маскировался. — мне показалось это странным, но я решил не вмешиваться. Призраки обитают почти везде. Кто же знал, что это именно он хочет прикончить Чжан Лея.
— Но здесь что-то не так. — выдавила из себя Санджа. — Почему я не могла тронуть его?
— С тобой будет все хорошо? — Спросил Джону, указывая на её сломанную руку. Глаза его горели ярким янтарным светом, зрачок сузился. За спиной светился белый лисий хвост.
Вот, что тогда видела Санджа. Вот как он всегда оказывался рядом так быстро. Джону был лисом. Если это только один хвост, значит он совсем молод? Но почему тогда сонбэ о нем ничего не смог узнать?
— Надо скорее с ним разобраться. — голос Санджи дрожал. Тело все изнывало от боли. Ноги не слушались.
Руки Джону легли ей на плечи, придерживая, чтобы она не упала.
— Я буду твоим рыцарем, моя дама в беде. — улыбнулся Джону, показывая острые клыки.
— Не заткнулся бы ты, рыцарь. — огрызнулась она, движением плеч скинула его руки и сделала первый шаг к валяющейся у угла фигуре. Кажется, он был в отключке. Нужно проверить её догадку. Она потянулась, чтобы увидеть лицо, но не успела, потому что в её дом снова ворвались.
— Санджа, я не думаю, что смогу забыть всё, что произошло. — влетевший в дом как гром Чжан Лей осекся и посмотрел на дверь. — Что с твоей дверью?
Он уставился на них, раскрыв глаза. Картинка так себе. Мужчина с лисьим хвостом и избитая девушка.
— Что… это? — достаточно быстро придя в себя от шока, произнес он, делая шаг в комнату. Он оглянулся, посмотрел на фигуру в углу, а потом вновь на Санджу и Джону. Чжан Лей сделал ещё несколько неуверенных шагов, протянула руку и коснулся её раненой шеи.
—Кто сделал это с тобой? — начал он. — Тот же кто и принёс на порог мне чучело кошки? — он говорил медленно и неуверенно.
— Я объясню все позже. сейчас же…
Она почувствовала ярость вонгви, еще до того, как увидела, что он поднимается. Ей не нужно было быть кумихо, чтобы почувствовать запах его сожаления и печали. Она знала эти чувства как никто другой. Душа из-за них гнила и воняла.
Санджа резко схватила Чжан Лея за рукав отодвигая за себя, сжала зубы от боли, и закрыла его собой.
— Умри, щенок! — закричал вонгви и Санджа почувствовала, как острые когти вошли в живот, растекаясь болью по ослабленному телу.
— Вот ты и попался. — Прохрипела она и схватила за запястье, не давая ему убежать. — Джону. — крикнула она ему, указывая на голову. Вонгви взревел, пытаясь вытащить руку из хватки Санджи, замахнулся другой рукой чтобы ударить, но не успел. Джону обхватил локтем его шею и снял капюшон.
От удивления пальцы Санджи разжались. Она отступила назад, вглядываясь в лицо нападающего. Кожа была светлой, даже выбеленной. Но отпечаток вонгви в теле обычного человека давал о себе знать: почерневшими пальцами рук с длинными ногтями, мелкими язвами на теле и светящимся синим огнем в глазах.
— Юнхи? — выдавил из себя, стоявший за спиной Чжан Лей. — Ан Юнхи?
[1] Сохраняйте спокойствие и продолжайте действовать
Междуглавие двенадцатое. Сделка
Он был единственным чье имя она могла запомнить кроме имени матери. Сначала это было просто увлечение, потом она стала бесконечно как обезумившая листать ленту новостей в поисках информации о нем. Вступила в фанатские чаты группы и собирала все карточки с его изображением. Иногда отдавала невероятные деньги за лимитки. В окружение таких же фанатов в интернете она не чувствовала себя одиноко. Они понимали. Понимали каково это любить того, кто не досягаем для тебя. И как же была счастлива Юнхи, когда в компании объявили набор стажеров. Это было мучительное испытание. Удача оказалась к ней благосклонна и теперь она была ближе всех из его фанатов. Но оказалось она ошибалась. Находиться с ним рядом в одной компании не значило стать к нему ближе и подружиться. Он не видел ее. Для него она стала невидимкой.
В чате фан-клуба, как только она поделилась новостью, не так уж и поддержали ее. Некоторые отвернулись, а некоторые просили сражу же взять его автограф. И только один человек поддержал ее. Говорил, что она молодец, и что теперь она будет ближе всех к нему и однажды сможет заполучить его. Оказалось, он пришел в фан-клуб совсем недавно и хотел узнать больше о Чжан Лее. И Юнхи не заметила, как рассказала ему всё, что знала.
Они договорились встретится, человек пришедший к ней показался ей странным. Парень маленького роста, слабый и несуразный все время прятал в капюшоне и говорил тяжелый грубым голосом. Он заламывал пальцы и слишком много спрашивал о Чжан Лея. А потом задал вопрос.
— Ты хочешь, чтобы он был только твоим?
Юнхи замерла. Сжала пальцами ручку кружки с кофе, что они решили выпить в небольшом кафе.
Этот вопрос ошарашил ее. Чтобы он принадлежал ей одной? Разве фанатам такое позволено? Разве они могут мечтать о таком. И как этот человек узнал, что в глубине души в самых потаенных её уголках она мечтала об этом.
—Хочу. — искренне она призналась.
Ей хотелось выговориться. Она не прошла в шоу, в котором Чжан Лей был наставником, от нее все отвернулись, её мать не поддерживала её в мечте стать айдолом. И из нее полились слова, которые она так долго держала в себе.
— Я не знаю, как это объяснить, но я люблю его и хочу всегда быть рядом. Он мой смысл жизни.
— Я могу помочь тебе. — произнес человек седевший напротив, стянул с себя кепку и Юнхи увидела необычайно синие глаза. — Хочешь я помогу тебе.
Юнхи как завороженная часто закивала и с тех пор они не встречались.
И только когда она очнулась рядом с мертвой девушкой стажером, той которая её обогнала, она поняла, что происходит нечто ужасное. Чем сильнее она желала избавиться от этих наваждений, тем чаще её руки оставались в крови. Паразит, живший в ней и укравший её жизнь, питался чужими жизнями и Юнхи не заметила, как стала чудовищем. Как позволила желанию обладать Чжан Леем, украсть её разум.
Глава 21. Безработный жнец смерти.
Разум Чжан Лея до сих пор не мог до конца поверить в происходящее. Глаза Юнхи только что светившиеся голубым снова стали карими, и она испуганно посмотрела на него, замотала головой и стала пятиться. Происходящее казалось бредом. Почему за спиной Джону явно светился хвост? Санджа выглядит так словно должна была уже умереть от ран, но до сих пор держалась на ногах. Жнец смерти? Все это казалось таким неестественным и нереальным. Из него вырвался истерический смешок. Скорее всего все это сон.
Юнхи продолжала пятиться как Санджа еле слышно произнесла.
— Нужно скорее позвонить сонбэ. — она сунула руку в карман и достала оттуда сломанную старенькую раскладушку. — Проклятье! —выругалась она.
Пытающийся поверить в происходящее, он все так же стоял позади Санджи которая его… Защищала? От Юнхи?
— Эй, Юнхи, подойди сюда. Я не сделаю тебе ничего плохого. Мне просто нужно вытащить из тебя эту гадость. — Аккуратно, медленно слово за словом произнесла Санджа, делая шаг в сторону все так же испуганной Юнхи.
«О какой гадости она вообще говорит?» — пронеслось в голове Чжан Лея прежде чем он увидел то, что заставило все его внутренности сжаться, перевернутся. Ладони вспотели, а сердце подскочило к горлу.
Ее глаза снова засветились синим, лицо дернулось, принимая образ другого человека, тоже знакомого Чжан Лею.
«Паршивые спецэффекты у этого сна.» — подумал он, мотнул головой, пытаясь отогнать это видение в сторону. Но ничего не выходило. Он видел в горящих глазах знакомый ему с детства яростный взгляд.
— Ты все испортила! — завопила Юнхи низким мужским голосом. —Я хочу убить щенка! — кричала она, двинувшись в их сторону.
Рефлекторно Чжан Лей кинулся, чтобы закрыть и так еле стоящую на ногах Санджу. И тут же рядом почувствовал чужое плечо. Джону оскалился и показал острые клыки.
«А вот костюмы ничего так» — глупые мысли продолжали его преследовать.
—Чжан Лей! — сорвался её голос. — Уйди, он может тебя ранить!
Он почувствовал, как её маленькая рука вцепилась ему в воротник, и она потянула на себя, с силой не свойственной хрупкой девушке. Чжан Лей не удержался на ногах и завалился на нее, упал на руку. Санджа застонала.
— Значит меня ты спасти не хочешь, малышка? — в своей манере спросил Джону, перехватывая рычащую и рвущуюся к ним Юнхи.
—Не причини ей вред! — выдавила из себя подобие крика Санджа, пропустила его слова мимо ушей и снова застонала. Чжан Лей совсем уже слабо, что понимающий слез с нее и помог встать. Рана на животе выглядела ужасно. Так что любой другой бы человек уже умер, но она все еще была жива, пусть и выглядела паршиво.
— Она же киндер сюрприз с подарком в виде вонгви внутри. Что за благородство? — Возмутился лис, заламывая за спину руки, извивающейся, рычавшую и совсем на себя не похожую милую девушку, с которой он общался еще днем.
«Вонгви?» — вторили мысли Чжан Лея, словам Джону.
— её еще можно спасти. — простонала Санджа и пошатнулась. Чжан Лей придержал её за плечи, позволяя на себя опереться. —Нужно только дождаться сонбэ. Он должен скоро прийти.
Санджа в его руках пошатнулась еще раз. Он увидел, как потускнел её взгляд, слышал, как тяжело она дышит.
—Держи её любой ценой! —выдавила он из себя.
Джону хотел огрызнуться, но не успел. Юнхи, заревев нечеловеческим голосом, впилась зубами в руку Джону.
— Щибаль. —выругался он и разжал пальцы отпуская странное создание. Его светящийся хвост пропал, он снова стал похож на обычного человека. Джону хотел её схватить, но Юнхи толкнула его. Он полетел в сторону, ударился спиной и больше не встал.
Юнхи вновь заревела. От дикого воя зазвенело в ушах. На её лице Чжан Лей снова увидел отблеск знакомый облик. Но через секунду глаза снова стали карими, на лице застыл ужас. Она оглянулась, посмотрев на Джону и Санджу, прикрывающую его спиной, резко дернулась, развернулась и прыгнула в дверной проем, в который все это время заливал дождь.
Санджа выругалась, снова упоминая существ из сказок и легенд и начала падать. Чжан Лей, что так и смотрел в черноту проема, успел её поймать уже почти завалившуюся на пол.
— Какие еще друзьям, Санджа? — мужчина в традиционной одежде появился в комнате из неоткуда. В руках он держал несколько пакетов из супермаркета и с логотипом ресторана продающего жаренную курочку. Их взгляды встретились. На мгновение. А потом он посмотрел на Санджу и нахмурился еще больше. Бросил пакеты и подбежал к Чжан Лею и его менеджеру, которая скорее всего, как и все здесь присутствующие кроме него не была человеком. Он хотел, чтобы это было ложью, странным, страшным сном что ему снились почти что каждый день. Поймав на себе взгляд Чжан Лея мужчина выругался на странном диалекте.
— А вы говорите, что я не пунктуальна, сонбэ. — буркнула Санджа. — Все веселье пропустили. — Она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой и несуразной.
— Ненормальная что ли? — рявкнул он на нее и Чжан Лею хотел подтвердить опасения мужчины, но слова застревали в горле.
— Только мне кажется вам снова придется меня выхаживать. — Это были последние слова что она сказала прежде чем отключится. Чжан Лей испуганно коснулся её щеки пытаясь привести в сознание, но грубая, с мозолями мужская рука перехватила его руку, и он понял, что увидел то, что не должен был.
***
Санджа проснулась от яркого, слепящего даже через закрытые веки, света. Она больше не чувствовала озноб, только ноющую боль во всем теле. Уперлась на ладони и поднялась. Оказалось, что кости снова срослись, раны почти затянулись и теперь оставались лишь красными полосками на коже. Ей поменяли одежду, переодев в странный кремовый ханбок из жесткой ткани. Он неприятно царапал кожу и совсем не нравился Сандже по сравнению с её любимыми уютными свитерами и большими худи. Она встала и собиралась выйти, коснулась ручки, но дверь открылась и перед ней возникла госпожа Пари, за спиной которой шёл сонбэ.
— Наконец-то ты очнулась. — по строгому голосу начальницы стало понятно — эту ошибку прощать она не собиралась. Только вот прощение ошибок и новые сроки штрафа беспокоили её меньше всего.
— Тот вонгви. вы поймали его? Только не говорите, что ничего не знаете и не знали? — она сжала кулаки и старалась держать голову гордо поднятой. Она решила не бояться, и не сдаваться под строгим взглядом начальницы.
Сонбэ позади госпожи Пари стал краснеть от злости и попытался жестами остановить Санджу, но она делала вид что не видит его.
— Он может причинить вред Чжан Лею.
— Санджа. — прервала её госпожа Пари. — Ты не должна переживать о жизни человека, который должен умереть.
«Не должна — подумала Санджа, — Но все же переживаю.»
— То есть вы хотите сказать этот вонгви шастает в теле девушки по Сеулу и может в любой момент натворить что угодно? — Не унималась она, начав говорить громче.
— А как ты думаешь почему этот вонгви причиняет вред другим людям пока охотиться за Чжан Леем? — Госпожа Пари тоже повысила голос. —- Однажды ты спасла мальчика, который должен был умереть, мужчина, который должен был остаться на свободе попал в тюрьму и это запустило цепочку событий, которых не должно было быть в этом мире. Поэтому этот вонгви настолько зол и силен.
— Он заслужил то, что с ним случилось. — выкрикнула Санджа, вспоминая лицо чудовища которого разглядела в Юнхи.
— Но другие не заслужили умереть от его рук. Как девушка стажер, женщина и еще одна девушка. Ты понимаешь, Санджа?
Санджа хотела снова возмущаться, но остановилась, сжав губы.
Да, она виновата, но тогда ей нести ответвенность, а не другим.
— Санджа. Ты отстранена от работы. — обрушила на нее свое решение госпожа Пари.
Ошарашенная вердиктом она отступила от начальницы, посмотрела на стоящего за спиной сонбэ, прося о помощи, но он опустил взгляд.
— Значит. — начала она, — вы лишаете меня работы жнецом? Вот поэтому я в этих тряпках. Значит вы лишаете меня возможности искупить свои грехи?
— Все не так. Мы решили дать тебе еще один шанс искупить свою вину. У тебя два вариант.
Внутри всё сжалось. Она была уверена оба варианта ей не понравятся.
— Или ты сама разбираешься с делом Чжан Лея или же не вмешиваешься пока тот вонгви не закончит начатое, восстановив порядок.
Санджа потянула руки ко рту и клацнула зубами по ногтю.
— А если мне не нравятся оба варианта? Если я не согласна?
— Санджа! — не выдержал сонбэ, что кажется еще немного и взорвется от злости.
— Я не хочу, чтобы он умирал! — призналась она. — Может можно придумать что-то другое? Прощу вас! — Она схватила руки госпожи. — Поймаем вонгви и дело с концом, он не причинит больше никому вред. — голос дрожал, сдержать слезы оказалось сложно.
— Можно. — холодно ответила госпожа Пари. — Если ты решишь пожертвовать своей жизнью и шансом на спасение.
Санджа отпустила её руки и сделала шаг назад. Она любила Чжан Лея, хотела, чтобы он остался жив, но теперь, когда она видела прошлое и знает, как поступила сама с собой сделать это вновь было бы ужасно. Но мысль, что он умрет убивали ее. Выбор, который она должна была сделать оказался слишком сложным. её жизнь или жизнь человека, которого она любит.
— Не переживай, мы стерли тебя из памяти людей и теперь о тебе никто и не вспомнит словно тебя и не было в их жизни. И Чжан Лей тоже. — Добавила она в конце с нажимом.
— Словно меня и не было. — повторила Санджа и села на одинокую кровать в комнате.
«Наверное так лучше. Наверное, так лучше!» — крутилось в голове Санджи пока она смотрела на свои босые ноги.
Нет, так не лучше!
Она подскочила с кровати и подошла к госпоже, прокручивая в голове свой план, в надежде что её начальница мыслей читать не умеет.
— Можно мне с ним попрощаться? — выпалила Санджа и увидев, как отчаянно трясет головой сонбэ, поняла, что он как раз-таки её мысли уже читать умеет.
Наплевать. Ей нужно увидеть Чжан Лея.
— Даже если он меня не помнит, дайте мне с ним увидеться. — настаивал она на своем.
— Нет. — однозначно ответила госпожа Пари. — Ты останешься здесь.
Строгий взгляд начальницы сказал больше, чем короткое «Нет». Санджа наворотила дел, за которые ей теперь придется долго расплачиваться, хорошо, что еще пока не своей душой.
Сонбэ грустно посмотрел на Санджу, свою непутевую хубэ. Ему скорее всего тоже досталось. И Санджа сожалела, что причиняет и ему неудобство. Слишком много он для нее сделал, а самое главное всегда принимал её такой какая она есть. С недостатками и вереницей проблем которые она за собой вечно тянула.
Начальница ушла, оставив их вдвоем.
— Не поступай опрометчиво, глупая девчонка. — он подошел к ней, погладил по голове и больше ничего не сказав вышел из комнаты. Санджа услышала, как шелкнул замок.
Санджа осталась одна. Запертая, сбитая с толку выбором в котором не было правильного решения и чувством сожаления. Снова. Она хотела жить, сейчас, когда уже была мертва. Хотела жить, но мысль о том, что в этом мире не будет Чжан Лея разрывало все внутри.
Ноги ослабли, она опустилась на пол и уткнулась в него головой. Боль вырвалась из груди криком, смешанным с рыданием.
***
Жизнь айдола может разрушится в одночасье. На самом деле то что его жизнь принадлежала ему лишь иллюзия. Когда артист подписывает контракт с агентством и студией, он словно продает свою жизнь компании и будущим фанатам. Теперь они будут решать взлетать ему или падать. За любую мечту, чаще всего приходится платить. Иногда временем, деньгами или здоровьем. Те чьи мечты исполнились без потерь на самом деле счастливцы, баловни судьбы. Но Чжан Лей таковым не был. Ему всегда приходилось карабкаться вверх, частенько он оступался и падал, и ему вновь приходилось подниматься.
И сейчас он летел с бешеной скоростью вниз. Небольшая статья в интернете. Всего несколько фото, подлинность которых уже несколько дней пытались опровергнуть. Его обвиняли в насилии, в связи с участницей шоу новичков Юнхи, которая к тому же еще и пропала. Фотографии избитой девушки удаляли, но они странным образом вновь и вновь появлялись в сети. Замкнутый круг, в котором Чжан Лей оказался запертым. Юншику, что вернулся с больничного обрывали телефон репортеры, в компании сотрудники то и дело шептались за его спиной. Сольный концерт, который должен был состояться на следующей недели был под вопросом. Люди стояли перед входом в компанию и требовали привлечь Чжан Лея к ответственности. Выкрикивали странные лозунги о его недобросовестности. Откуда не возьмись в интернете появились его старые одноклассники, что рассказывали, что он был скрытным и забитым ребенком из-за чего его все боялись Человеческие неосторожные слова становились ядом, что отравлял его жизнь, медленно разрушая.
Он третий день не мог выйти из своей квартиры. Его преследовали репортеры, ночевали на лестничных площадках, сторожили лифт. И даже Юншику приходилось прятать лицо под маской и пробиваться к его дому незамеченным. Все казалось таким неестественным и ненастоящим, что голова шла кругом.
Чжан Лей сидел на диванчике и гладил кошку которая мурчала, положив голову на его колени. Теплый комок согревал его и дарил крупицу спокойствия.
Юншик завалился в квартиру, посылая в сторону журналистов недобрые слова.
— Они ненормальные! Хоть слышали о неприкосновенности личной жизни и границах, которые не стоит нарушать. — Он надел свои тапочки и шоркая ногами прошелся к Чжан Лею, которого эта ситуация словно парализовала. Он посмотрел на входную дверь на угол в котором, казалось бы, должно было стоять что-то еще. В его памяти там всегда были тапочки. Смешные, черно белые. Куда же они подевались?
— Может вызвать полицию? Они уже в край обнаглели, стервятники, готовые сожрать любого, как только появиться повод. — сокрушался Юншик.
Чжан Лей потер глаза. Он снова не мог спать. Его снова мучили кошмары, в которых Юнхи обвиняла его в насилие. Сны, в которых Юнхи с лицо давно умершего отца убивала его жестоким образом. В которых кто-то кричал, пытаясь его защитить. Чжан Лей просыпался в холодном поту, разбитый словно и вовсе не спал, набирал один и тот же номер телефона несколько раз, но в ответ слышал лишь сухое «Абонент временно недоступен. Перезвоните позднее».
— Чжан Лей. —позвал его Юншик. Кажется, он вновь провалился в свои мысли, так сильно что не слышал ничего.
— Да, я слушаю. — он пригладил растрепанные волосы и похрустел пальцами.
— С проведением концерта сейчас большие сложности. — сообщил менеджер и снова уставился в записи. — Несколько рекламных контрактов отложены на неопределенный срок. Пиар отдел никак не может найти источник из которого появляются фотографии. А еще из полицейского участка звонили. Они считают странным все эти совпадения и просят приехать в полицейский участок.
Он сообщал последние новости то и дело заглядывая в свой блокнот. Взгляд Чжан Лея упал на обложку, он подскочил с дивана и побежал в свой рабочий кабинет, открыл стол, порылся в ящике, разгреб все свои блокноты на столе и не найдя то что искал упал в кресло прикрыв руками лицо.
Юншик ошарашенный поведением Чжан Лея, прибежал за ним в кабинет и с тяжелым, выдохнув все свои беспокойства, спросил:
— Что с тобой твориться? Я конечно понимаю, что происходящее вывело тебя из равновесия, но я уверен скоро все наладиться. Люди в компании этим уже занимаются. Но мне кажется дело не только в этом, ведь так? Тебя снова мучают кошмары? Это связано с твоим отцом?
Юншик слишком долго был его менеджером и всегда славился своей проницательностью.
— Чжан Лей, этого чудовища больше нет в живых. Пора уже начинать жить, дальше не цепляясь за травмирующее прошлое. Может тебя снова записать к психотерапевту?
В голове гудело. Психотерапевт здесь не поможет. Перед глазами стояли картинки, которые кажется невозможно было вытереть. Но его беспокоило нечто другое, то, о чем он думал каждый день, как только начался этот бардак со скандалом.
Юншик обеспокоенный длительным молчанием Чжан Лей, кажется готов был прямо сейчас везти его на прием и запихивать в него транквилизаторы и антидепрессанты. Юншику однажды уже пришлось наблюдать моменты саморазрушения Чжан Лея, как раз когда ненавидевшему своего отца сыну пришлось забрать его прах из тюрьмы и отнести урну в колумбарий.
—Я позвоню доктору. — заключил Юншик и полез за телефоном.
— Юншик. — все же он решил задать вопрос что беспокоил его. — Я знаю, что возможно ты не сильно во всем этом в курсе, но все же спрошу. Санджа, тебе знакомо это имя?
Юншик нахмурил свои широкие брови и переспросил.
— Санджа? Не слышал о такой. А это кто?
Ладони вспотели, живот скрутило, а в висках запульсировало.
Он мог понять Юншика, который скорей всего разговаривал с Санджой лишь по телефону. Только вот о ней совершенно никто не помнил. Начальник Пак, участники шоу новичков, стафф и абсолютно все. У кого бы Чжан Лей не спрашивал никто не знал о его бывшем менеджере. её тапочки пропали, записки, которые он аккуратно сложил в коробочку тоже. Блокнот испарился. Следы Санджи которые, казалось бы, въелись подобно пятнам в его жизнь вдруг исчезли. Он ходил к ней домой, но никто не открыл дверь. Он проверил телефон, сообщения и историю звонков — пусто. Он помнил её номер, поэтому набирал его несколько дней подряд. Она словно растворилась. Чжан Лей, помнящий какой он видел её последний раз, думал лишь о том, чтобы с ней все было в порядке. Не важно кем она была. Жнецом, имуги или кто там ещё есть в этом её мире о котором он до встречи с ней даже не догадывался. Тоска по ней съедала его. Он скучал, мечтал хотя бы на мгновение коснуться её, сказать то что так и не успел.
— Я хочу побыть один. — произнес Чжан Лей. Он снова пойдёт к её дому, снова будет искать её. Ему нужно знать, что она чувствует. Что значит этот блокнот и что вообще происходило? Все это сводило его с ума и иногда он ловил себя на мысли, что просто на просто все это было ненастоящим.
Междуглавие тринадцатое. Последний из рода белых лис.
Интернет пестрил именем Чжан Лея. Джону сидел в своем огромной двухэтажном доме и листал ленту новостей. Кажется, жизнь его коллеги рушилась. Возможно их шоу будет под угрозой закрытия. Участница обвиняет наставника в насилии. Как теперь развернется карьера айдола? Отличная история очередного падения звезды с небосвода. И в каждом таком случае люди в интернете стали жестокими палачами.
— Ох, уж этот век свободы слова. — буркнул он и, зевнув, кинул планшет на диван.
В дверь позвонили и Джону поплелся открывать, в надежде что это куда-то запропастившийся Намджун с его вкусным ужином. Вот только на пороге он увидел Чжан Лея. Лицо мрачнее тучи. Чего это он решил заявится к нему?
Джону заглянул за его спину и спросил:
— Надеюсь ты не привел за собой кучу репортёров. Мне не нужны всякие слухи и скандалы.
— Я по делу. — он ввалился в комнату, поправил влажные волосы и осмотрелся.
Вообще-то я тебя не приглашал — подумал Джону закрывая дверь.
— Чего пришел? Если ты пришел пропустить парочку стаканчиков соджу, пожаловаться на жизнь то кажется мы не настолько близки.
— Джону, спрошу сразу. Тебе знакомо имя Чо Санджа?
— Нет, впервые о такой слышу. С чего ты взял, что она должна быть мне знакома? — Он сложил руки на груди и поднял бровь. Хотелось скорее прогнать его и поесть вкусняшек, что принесет ему Намджун.
Чжан Лей нахмурился, пристально смотря ему в глаза. Резко схватил за воротник и с яростью произнес.
— Хочешь сказать, что не помнишь ее? Не знаешь кто она? Ты вился вокруг нее все это время и так просто о ней забыл?
— Я не понимаю, о чем ты говоришь. — Джону спокойно убрал его руки. — Я не знаю никакую Чо Санджу.
Чжан Лей помрачнел еще больше прежнего и потом спросил.
— И то, что ты не человек тоже будешь отрицать?
Джону начало это уже раздражать.
— Будешь нести такой бред, в интернете еще скажут, что ты свихнулся. Не лучше ли тебе проспаться, Чжан Лей?
Айдол сжал кулаки, разжал их и поплелся к двери.
— Я бы советовал быть тебе аккуратнее. — все же решил сказать напоследок Джону. — На улице полно психов и всякое может случится. И да, если в чем-то сомневаешься, слушай свое сердце оно никогда не обманывает.
«Банальщина.» — подумал он, плюхнулся на диван и помассировал виски.
— Нужно было сказать, чтобы он забыл ее. — из пустоты появился крупный мужчина, снял черный кат и слегка склонил голову в знак приветствия.
— Фу, как неприлично наблюдать за людьми. — покачал головой Джону, сохраняя спокойствие.
— Почему не сказал, что помнишь ее? Решил играть в нечестную игру.
Этот старик его раздражал. На самом деле Джону сразу почувствовал, что здесь кто-то есть и решил, что лучше молчать. На самом деле сейчас он сдерживается чтобы не схватить этого старикашку и не допытываться как там малышка. На самом деле он и правда был бы не против, чтобы Чжан Лей забыл ее, а еще лучше, чтобы она забыла о нем.
— Зачем вы здесь? Или хотите сказать, что пришли забрать мою жизнь?
— Санджа просила нарыть о тебе информацию. Но я ничего не нашел в Управление душ, но лишь потому что искал среди людей. Оказалось, нужно было искать среди квемулей, которых в нашем мире осталось совсем мало. Ты ведь из пэк ёу[1] на которых двести лет назад была открыта охота. Сколько вас осталось сейчас? Из-за этого ты скрывался и решил спрятаться на самом видном месте, став знаменитым?
Противный старикашка ударил по самому больному.
— Я остался один. Поэтому я просто хочу стать человеком. Чтобы прожить свою человеческую жизнь и спокойно умереть. — огрызнулся он старикашке.
Вернее, хотел пока не встретил Санджу.
— С ней ведь все будет хорошо? — спросил он наконец то, что крутилось на языке. — Малышка ведь в порядке?
— Я пришел к тебе с просьбой. — проигнорировал вопрос старикашка. — Нужно помочь этой глупой девчонке.
Джону весь напрягся. Ведь этот старый жнец смерти не будет сейчас просить убить Чжан Лея?
[1] Лисы из того же рода, что и кумихо. С одним хвостом и белой шерстью. Плачь этого чудовища предзнаменовал что-то страшное для страны.
Глава 22. Будь со мной рядом
Санджа лежала на кровати все в той же белоснежной комнате, на той же неудобной кровати и одетая все в тот же колющийся льняной ханбок. Прокрутив в голове несколько вариантов побега, решила, что скорей всего ни один из них не сработает. её заперли как провинившегося ребенка. Отобрали телефон и заставили в одиночестве думать о своих поступках. А она как среднестатистический подросток совсем не собиралась раскаиваться. Она не могла бунтовать против матери в своей прежней жизни и совсем не собиралась мирится с несправедливостью в воплощении жнецом. Она злилась, хотела кричать на сонбэ, который бессовестным образом предал ее, и на госпожу Пари, которая не дала ей даже крохотного шанса увидеть Чжан Лея.
Мысли о несправедливости поедали ее. Когда как не в молодости бунтовать?
Встав с кровати, подошла к двери и постучала несколько раз. Она была уверена, дверь не просто так заперли, её кто-то охраняет.
— Эй. — постучала она в дверь. — Я знаю, что там снаружи кто-то есть.
В ответ лишь тишина.
— Послушай меня. Я понимаю, что слава у меня здесь не очень. — она говорила медленно, подбирая слова, пытаясь говорить вежливо и учтиво. Может это сработает. — Я тут от скуки умираю, может можно как-то организовать хотя бы смартфон. Мне всего лишь на секунду.
— Санджа, госпожа Пари приказала мне не разговаривать с вами. — На той стороне послышался мужской голос. Кажется, Санджа знала этого парня. Он прибыл в управление буквально за несколько дней до того, как она проговорилась и вырыла могилу сама себе. Кажется, именно в честь новичков ту попойку и устроили.
Как же его там звали.
Санджа подошла ближе к двери и дернула за ручку.
— Послушай, Чжунпё. — ляпнула она наугад.
— Я — Чжунсо. — раздраженно поправил он.
— Чжунсо, прости, память дырявая. Давай мы с тобой договоримся, ты мне на секундочку телефон, а я тебя познакомлю с красивой девушкой жнецом. Я-то здесь подольше и у меня много знакомых.
— Все знаю, что у вас нет друзей, потому что вы слишком проблемная.
«Сам ты проблемный» — мысленно огрызнулась она.
— Я отдам тебе всю месячную зарплату и свожу в самый классный ресторанчик в Каннаме. — продолжала она врать. — Всего на секунду.
На той стороне двери молчали. Потом Санджа услышала щелчок замка и в проеме увидела смартфон. Она схватила его двумя руками, дверь тут же закрылась обратно.
— У вас пять минут. Я слышал, что вы вспомнили о своей прошлой жизни и чуть не превратились в вонгви. Вдруг, если вас снова будут съедать сожаления, вы снова начнете обращаться. Я не хочу этого.
Прав был сонбэ. Молодые жнецы еще не стали черствыми бесчувственными проводниками и человеческие чувства у них более обострены, чем у стариков подобно сонбэ.
— Спасибо. — выдохнула Санджа, села на пол тут же рядом с дверью и трясущимися пальцами стала набирать имя.
«Пожалуйста, только будь еще жив.» — повторяла она, набирая буквы.
Информации о смерти Чжан Лея она не увидела и с облегчением выдохнула. Значит отец еще не нашел его. Пролистав дальше новостную ленту, она ужаснулась. Обвинения в несуразных преступлениях, странные фото, форумы на которых его поливали грязью и желали смерти. Внутри все сжалось. её память и правда была дырявой, и она совершенно не помнила его номер. И даже если она позвонила бы ему сейчас Чжан Лей вряд ли бы её вспомнил. Она подскочила и начала колотить в дверь.
— Чжунсо! Выпусти меня пожалуйста! — в горле стояли слезы, внутри все сжималось от страха. Чжан Лей был жив, но прямо сейчас его мечта рушилась, летела в пропасть с обрыва, и он летел в бездну вместе с ней. А Санджа слишком хорошо знала какого это потерять весь свой смысл жизни. — Чжунсо, прощу тебя!
Дверь открылась и на пороге вместо молодого парня Санджа увидела своего хмурого сонбе, за спиной которого стоял, виновато опустив голову Чжунсо.
— Сонбэним. — Она вцепилась в воротник его ханбока. — Прощу вас, сонбэнним, выпустите меня. — глаза защипало, она поджимала губы, чтобы совсем не разреветься.
— Ты хочешь сгубить свою жизнь окончательно? — он отобрал у нее телефон и вручил в руки, все так же виновато смотрящему в пол Чжунсо. А потом шагнул в комнату и закрыл за собой дверь, выпихнув молодого жнеца из её тюремной камеры. — Госпожа Пари тебя предупредила, что, если ты ослушаешься.
— Плевать. — Перебила его Санджа, отпуская воротник чогори и делая шаг назад. — Да, я хочу жить и увидеть маму. Но это будет потом, тогда, когда я уже не буду самой собой сейчас. Вы сами сказала, что та девушка умерла. А я это я. Одна мысль, что ему плохо причиняет мне боль. Невыносимую, — она ударила себя в центр груди. — Меня словно выгрызает кто-то изнутри. Сонбэ, я люблю его. — она выдохнула эти слова, смешанные с болью и посмотрела на старшего с надеждой что он поймет. Он молчал, потом взял её трясущиеся ладони в свои и произнес.
— Санджа, если ты сделаешь выбор в пользу него, то потеряешь всё! Любовь слишком скоротечна. Парой вместо нее нужно выбирать себя.
— Сонбэнним. Я хочу, чтобы он сиял, как не смогла засиять я. Я хочу защитить его мечты, как не смогла защитить свои. Прошу вас господин Хёкчжэ, умоляю. Я все равно исчезну.
В его глазах, темных, под нахмуренными широкими бровями читалась печаль. Санджа не знала ничего о его прошлом, но была уверена оно не менее печальное, чем её.
Он тяжело вздохнул, достал из рукава ханбока ножницы, схватил её за пальцы и посмотрел на них.
— Вот надо было так обкусать ногти, что даже отрезать нечего. — возмутился он и чикнул ножницами по краю ногтя, состригая их себе в ладонь.
Санджа, ошарашенная его поведением, перестала плакать и стала наблюдать.
Он высыпал из ладони на кровать ногти, засунул в рукав руку и вытащил крысу за хвост.
— Что это? — Удивилась Санджа. — Это все время было у вас в рукаве? — она брезгливо посмотрела на крысу.
— Твоё спасение это, дуреха. — он продолжая держать крысу за хвост, потом положил её на кровать, рядом с обрезанными ногтями. Крыса сразу клацнула зубами по первому ногтю, потом второму и третьему.
Санджа смотрела на происходящее и ничего не понимала. Пока крыса ела её ногти, сонбэ достал из другого рукава аккуратно сложенные вещи.
— Ваши рукава ханбока, сумочка Гермионы что-ли? — спросила она, смотря то на крысу, то на сонбэ.
— Сумочка кого? — переспросил старший, протягивая её одежду.
— Вы все равно не поймёте. — решила не объяснять старику простые истины. — Вы не ответили, что это?
— Это Тупква гви,[1] она заменит тебя на время, пока ты побежишь рушить свою жизнь.
— Вы выпустите меня? — не поверила Санджа.
— Ненадолго. Госпожа Пари точно раскроет секрет, да и крыса не сможет быть долго тобой. — Он пихнул Сандже вещи, что она до сих пор не забрала из его рук и отвернулся.
Санджа судорожно стала развязывать ленточку на Чогори и стягивать с себя это странное одеяние, и одеваться в нормальную одежду. Пока она справлялась с вещами, крыса стала меняться. Сначала у нее облезла шерсть, потом начали вытягиваться задние и передние лапы, когда её голова стала расти и приобретать очертание лица, Санджа отвернулась.
— Гадость какая. — скривилась она.
Стараясь не смотреть на то как, крыса принимает её облик, она постучала сонбэ по плечу.
— Готова? — он повернулся и одобрительно кивнул. — теперь ты можешь идти на бал к своему принцу. Но только не забудь, что карета тыкву превратится через двенадцать часов.
Он улыбнулся и подмигнул ей, кивая в сторону почти завершившей превращение крысы. Санджа подалась вперед и на мгновение крепко обняла его.
— Спасибо. Но я же не могу переместиться, я пробовала ничего не вышло. Это настоящая тюрьма.
— Я позаботился об этом. — улыбнулся сонбэ и достал свой старенький телефон раскладушку. — Ты права, сама ты не сможешь переместиться, но, если тебя кто-то позовёт из внешнего мира.
Он набрал номер и прислонил телефон к уху.
Санджа нахмурилась.
— Но кто же позовёт меня? В компании меня все забыли, да и друзей у меня не было.
— Давай. — сказал он в трубку.
— Неужели вы попросила Чж… — Санджа не успела договорить, как почувствовала, что её тело куда-то затягивает. В ушах она услышала мужской голос зовущий её. Светлая, до тошноты комната растворилась, перед глазами на мгновение стало темно, а потом она почувствовала, как спиной приземляется на жёсткий пол. Перед глазами запрыгали темные пятна. Света в комнате было почти так же много, как и в её тюремной камере, что Санджа на мгновение подумала о том, что ничего не вышло. Прыгающие пятна перед глазами начали светлеть и перед ней появилась протянутая рука
— Ну привет, малышка.
— Джону? — Удивилась Санджа, проигнорировали его жест и поднялась сама.
— Ты конечно же ждала другого. — он видно обиделся. Сложил руки на груди и оперся уселся на диван в огромной просторной комнате с высокими потолками и огромными окнами.
— И почему сонбэ попросил именно тебя?
— Наверное, решил, что я смогу отговорить тебя от спасения Чжан Лея. — он пожал плечами.
— Постой. — она проигнорировала его слова. — Почему ты помнишь о том, кто я такая? Госпожа Пари сказала, что все забудут обо мне.
— Это все сила любви, малышка. — подмигнул Джону, а потом стал серьезным. — Я квемуль, Санджа. Вернее, пэк ёу, белые лис. — пояснил он. — На меня всё это не действует. Ну ладно отбросим то, что я почти стал человеком. Вот только мне пришлось спасти одну девушку и скорее всего снова придется ждать возможности обзавестись смертностью. — возмутился он.
Санджа, пусть и не была сильна в подробностях жизни лисиц-оборотней, помнила, что одним из условий чтобы стать человеком это не трогать человека. Значит, то что Джону у тронул Юнхи повлияло на его превращение?
— Но я правда, хочу отговорить тебя от ошибки, которую ты можешь совершить, вмешавшись во все это. — он продолжал быть серьезным и это выглядело совсем не похоже на него. Подошел к ней и вложил в её руку цепочку с маленькой подвеской в виде скрипки.
Она с грустью посмотрела на блестящее украшение. Он хотел сказать еще что-то, но Санджа его перебила.
— Джону. Среди жнецов я славлюсь тем, что творю всё, что мне вздумается. Думаешь, из-за твоих слов я отступлю?
— А если он тебя не помнит? — в голосе не было издевки, скорее сочувствие и жалость.
Санджа думала об этом. Даже если он её не помнит, это не помещает ей защищать его и спасти.
— Ну и ладно. Лучше пусть он забудет меня, чем потом ему будет больно.
Он усмехнулся, подошел к ней совсем близко и посмотрел в глаза.
— Завидую я ему. Вот бы мы встретились с тобой раньше, Санджа. Может тогда бы я смог завоевать твое расположение, мое сердце не было бы разбито, а тебе не пришлось бы жертвовать всем. Я готов отказаться от возможности стать человеком, чтобы провести рядом с тобой все то время, что тебе отведено оставаться жнецом. — он впервые за долгое время не усмехался, не шутил свои тупые шуточки, а говорил серьезно.
— Прости, Джону. — проговорила она, поджала губы и собиралась уходить, но слова лиса остановили ее.
— Чжан Лей не приходил в компанию несколько дней. Говорят, возле его дома ошиваются журналисты. Намджун сказал, что последний раз он прогнал Юншика и больше не выходил на связь. Хейтеры втаптывают его в грязь каждый день.
— Знаю, — кинула она через плечо не оборачиваясь. — Спасибо, что помог, Джону. Прощай.
Она щелкнула пальцами, переместилась и оказалась в квартире Чжан Лея. Окна закрыты жалюзи, в комнате царил мрак и тишина.
— Чжан Лей. — позвала она его. Никто не отозвался. Побежала в кабинет-студию где он записывал музыку. Пусто. По столу разбросаны бумаги, распотрошенный ящики. Будто здесь что-то искали. взгляд метался по комнате, в воздухе витала тревога.
— Чжан Лей. — позвала снова и кинулась в комнату.
Там тоже все было перевернуто, кровать не заправлена, на кровати валялся планшет. Санджа взяла его стукнула пару раз по экрану и увидела открытую страницу с чатами, где Чжан Лею желали смерти.
Он что все это читал?
Послышался какой-то шорох, из под кровати выползал кошка и выдавила из себя скучающее: мяу.
Ноги сами стали слабыми, коленки подкосило и Санджа села на пол. Кошка подошла к ней, сложила лапки перед собой и положила на них голову.
— Где же твой хозяин? — вместе со словами вырвался стон, который был больше похож на всхлип. Санджа сейчас выглядела жалко. Бессилие душило её, тревога не давала трезво мыслить и соображать.
Кошка подошла к ней и ткнулась носом в её коленку, потом раз и ещё раз, словно пыталась что-то сказать. Потом недовольно вильнув хвостом, она направилась к выходу из комнаты. Подойдя к двери, кошка тыкнула носом в неё, и тут же начала тереться черным боком о дверь. Санджа аккуратно выглянула за дверь. Репортеров видно не было.
Кошка по-деловому просочилась в маленькую щелку, пошла вдоль стены и виляя хвостом пошла к лифту, села напротив него.
— Я сумасшедшая следовать за кошкой. — пробурчала она себе под нос и захлопнула дверь квартиры. Подошла и нажала кнопку лифта.
Они спустились на лифте. Как только лифт остановился на первом этаже черная вредина вышла из него и пошла вперед. Санджа покорно за ней следовала, предчувствуя что кошка приведет её к Чжан Лею.
Улицы ночного Сеула гудели людскими голосами. Узкие улочки, по которым вела её кошка встречали яркими разноцветными вывесками. Люди ходили парочками или компаниями, курили на углу ресторанчиков. Осенний холодный вечер загонял их в щиктаны[2] и уличные палатки. Черная вредина просачивалась между ногами идущих по улочке. А вот Сандже приходилось их обходить и извиняться если она задевала их плечом. Узкая улочка становилась все безлюднее. Меньше пестрила вывесками, поток идущих людей сократился и в сердце начала зарождаться тревога. Только бы кошка не привела её к мертвому телу айдола. Сонбэ бы точно сказал об этом. Большие капли дождя посыпались с неба, ударяя по плечам холодом. Кошка свернула за угол, Санджа побежала за ней боясь потерять. И вышла на оживленную улицу района Чонно. Гул машин и бежавших людей от неожиданного ливня. Капли дождя тарабанили по асфальту, крышам автобусных остановок и еще не до конца опавшей листве. В толпе людей Санджа потеряла черное пятно и замерла.
Вдруг все это время она просто так её куда-то вела и Санджа просто…глупая дурочка, как часто говорил сонбэ, ругая за очередной поступок.
Она взглянула на другую сторону дороги и увидела Чжан Лея, что шел без кепки и маски опустив голову. Некоторые люди оборачивались на него и шептались, но казалось он совсем не ничего не замечает. Он подошел к обочине, где небольшая группа людей ждала зеленого света светофора. Айдол сделал первый шаг, потом второй и третий. Сигналы смешались со звуком проливного дождя и криком Санджи. Он шел вперед ничего не замечая. Машины неслись вперед. Санджа щелкнула пальцами, переместилась к Чжан Лею, обхватила его вокруг талии и снова щелкнула пальцами.
Они упали на край обочины. Санджа ударилась локтем, подставив его под голову айдола, который удивленно на нее смотрел.
— С тобой все в порядке? Совсем рехнулся?! — закричала на него она, стукая маленьким кулачком в грудь. — Умереть решил, что ли? — вернувшиеся совсем недавно воспоминания до сих пор причиняли боль. — Живи Чжан Лей. Я смогу защитить тебя.
В темноте она еле могла различить его лицо, поэтому не могла понять, что он сейчас чувствует. Они сидели совсем близко, напротив друг друга, его ноги касались её ног. Мысль что пронзила сознание Санджи ударила слишком больно.
Он её не помнит. Она для него больше никто. Санджа же хочет спасти его, уберечь и позволить жить. Ей тоже хотелось жить? Вот только возможно ли чтобы они оба остались в живых?
— Как бы не было сложно. — заговорила она, протягивая руку и касаясь его щеки. — живи Чжан Лей, не смей умирать. Жизнь парой приносит нестерпимую боль, заставляет страдать, но именно все это делает нас такими какие мы есть. — Она опустила голову, пряча свое лицо в ладонях.
Он молчал, потом потянулся к ней и взял её маленькое лицо в свои ладони приподняв его так что их взгляды встретились.
— Санджа? — Его неуверенный вопрос утонул в шуме дождя и города. — Это ты Санджа?
Она широко раскрыла глаза от удивления и хотела ответить, но Чжан Лей, притянул её к себе и поцеловал. Его ладони обхватывали лицо Санджи, большой палец нежно гладил щеку, стирая слезы, смешавшиеся с дождевыми каплями.
— Санджа, это правда ты? — отстранился он. — Я везде искал тебя, ходил к тебе домой, спрашивал у начальника Пака, у придурка Джону. Но никто не помнил о тебе. Все твои вещи пропали у меня из дома. Словно кто-то стер тебя из моей жизни. — он говорил быстро, торопливо, будто боялся, что не успеет сказать все что хочет.
— Ты помнишь меня? — её голос дрожал. Пальцы впивались в рукав Чжан Лея. — Правда? Как хорошо. — она уткнулась лбом ему в плечо.
Он крепко обнял ее, прижав к своей груди.
— Я так рад что ты вернулась. Так рад что ты в порядке. — он гладил её по волосам и спине.
Она крепко обняла его и прижалась к груди.
— Санджа, мне больно. — Прохрипел он. — Кажется ты сейчас меня придушишь.
Она отстранилась и виновато посмотрела на него.
— Прости.
Он взял её ладонь в свои и встал, помогая ей подняться.
— Пошли. Поговорим дома, ты вся промокла.
Они зашли в квартиру и замерли напротив друг друга. Капельки воды стекали с их одежды и скапливались двумя небольшими лужами на полу. Его темные волосы липли ко лбу, черная рубашка обтягивала торс. Он подошел к ней ближе и потер руками плечи.
— Надо переодеться, иначе простудишься. — Сказал он, растирая её руки большими ладонями.
— Я жнец смерти, Чжан Лей. — все же она решила, что нужно это сказать вслух, даже если он уже точно догадался. — Я не простужусь. А вот ты вполне можешь.
Уголки губ его дрогнули, и он опустил руки.
— Значит все это правда. Просто до сих пор происходящее кажется нереальным. Значит, ты пришла, чтобы забрать мою жизнь?
Санджа сделала шаг и легонько коснулась его щеки.
— Давай поговорим об этом позже. Сейчас тебе и правда стоит переодеться, да и мне тоже. А то испачкаю тебе диван, а ты вон какой чистюля. — обвела она взглядом комнату.
Она пыталась шутить, чтобы разрядить обстановку, но по его грустному взгляду стало понятно, что у нее это так себе выходило.
Санджа приняла душ первой, переодеться пришлось в вещи Чжан Лея. Белая рубашка доходила почти что до середины бедра, а спортивные штаны пришлось подкатить несколько раз, чтобы они не мешали ходить.
Дождь продолжал дальше тарабанит по крыше и окнам. Звук города за окном напоминал Сандже, что происходящее сейчас реальность и ей придется заплатить за нарушение правил. Время скоро истечет, и её карета превратиться в тыкву.
Чжан Лей вышедший из своей спальни в свободной светлой футболке улыбнулся Сандже, взял за руку и подвел к дивану.
— Посиди здесь, я сделаю нам чай. — Он собирался уходить, но Санджа двумя пальцами ухватилась за край его рубашки.
— Не уходи. Не отходи от меня. Будь со мной рядом. — она говорила короткими фразами, пытаясь не думать о том, что с ними будет дальше. — Я хочу быть эгоисткой. Хочу, чтобы сегодня каждая твоя минута принадлежала только мне. Хотя бы сегодня, хотя бы на эту ночь.
Чжан Лей повернулся к ней и посмотрел в глаза. Его рука потянулась к её щеке, и он притянул Санджу к себе, чтобы поцеловать. Пальцы утонули в мокрых кудряшка. Она прильнула к нему всем телом обнимая вокруг шеи руками. Он целовал её нежно, требовательно и страстно одновременно. Провел рукой по спине сверху вниз, от чего Санджа вся напряглась, чувствуя, то чего раньше не ощущала. Ноги подкосились, и она уселась на диван разрывая их поцелуй. Он посмотрел на нее сверху вниз, и Сандже показалось, что в глазах прыгают чёртики. Чжан Лей наклонился, приподнял её подбородок и провел большим пальцем по её нижней губе. Санджа шумно выдохнула, и тут же прикрыла ладошкой рот. Он хитро улыбнулся, кажется понимая от чего она так вздыхает. Сел рядом с Санджой на диван, обхватил её вокруг талии и легко, словно она была пушинкой, усадил к себе на колени. Снова провел ладонью по спине сверху вниз и наклонившись над её ухом произнес.
— А жнецы смерти чувствуют все, что с ними происходит? — Чжан Лей бесстыже, легко укусил её за мочку уха. По спине Санджи побежали мурашки, внутри живота что-то перевернулась, и она попыталась встать, избегая непонятных чувств, но сильные руки Чжан Лея снова усадили её обратно. Он вновь потянулся к ней и поцеловал. Тыльной стороной ладони провел по щеке, кончиками пальцев прошелся по шее опускаясь к декольте. Сначала его пальцы расстегнули первую пуговицу на рубашке, потом вторую. Он продолжал целовать Санджу, пытаясь справиться с пуговицами. Когда расправился с первыми тремя и провел по плечу оголяя плечо, Санджа отстранилась.
— Чжан Лей… — выдавила она из себя, пытаясь чтобы голос не дрожал от волнения.
— Ты просила, чтобы каждая моя минута принадлежала тебе. Я весь твой, Санджа, сегодня и навсегда.
Ее мертвое сердце щемило, а разум кажется больше не существовал.
— Лишь сегодня. — выдохнула Санджа. — Я позволю себе быть жадной лишь сегодня. — закончив предложение она обхватила его лицо в свои маленькие ладони и прильнула губами к губам.
Чжан Лей подался вперед, прижал её к себе и начал целовать, так что у Санджи закружилась голова. Его рука подхватила бедро, и он с легкостью усадил её к себе лицом. Ей пришлось широко расставить ноги и сесть на Чжан Лея верхом. Щеки тут же вспыхнули красным, дыхание участилось. Оказалось, жнецы все чувствовали. Еще как чувствовали! Он отстранился и попытался сдержать улыбку, наблюдая за её смущением. В глазах снова сверкнул огонек, и он быстрым движением снял с себя футболку оставаясь в одних спортивных штанах.
Санджа невольно стала разглядывать его и прикусила губы вспоминая как однажды мазала этот пресс блёсточками.
— Тогда. — заговорил он. — На самом деле мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. — словно прочитал мысли.
Он взял её маленькую ладошку и прислонил к груди. Санджа почувствовало, как сердце бьется о грудную клетку и хотела убрать руку, но Чжан Лей бесстыжим образом провел её ладонью по груди, спускаясь к прессу.
Внутри Санджи собиралась буря, которая еще немного и снесет ей крышу. Она забудет про обещание сонбэ вернуться вовремя, про то что вообще еще что-то существует в этом мире кроме них двоих.
Чжан Лей убрал свою руку с её запястье, давая ей самой сделать выбор как поступать дальше. Она робко провела пальчиками по прессу, спускаясь сверху вниз к низу живота. Чжан Лей громко выдохнул, выпрямил спину и потянул за край её рубашки, которая тут же белым пятном полетела в неизвестном направление.
Ее грудь то поднималась, то опускалась, воздуха не хватало, но от следующего поцелуя воздух пропал окончательно.
Он наклонился к ней и поцеловал в шею. Один раз, потом второй раз и третий. Его горячие влажные губы касались холодной замерзшей кожи Санджи, и казалось каждый поцелуй все больше и больше обжигал. Его пальцы ловко подцепили застежку, оставляя Санджу без бюстгальтера. Чжан Лей целовал шею, ямочки на плечах и ключицы, спустился ниже и провел языком вокруг соска. Санджа вскрикнула и хотела оттолкнуть Чжан Лея, но он прижал её к себе. Обнаженная грудь коснулась белоснежной кожи айдола.
— Не убегай от меня. — шепнул он ей на ухо от чего по телу побежали мурашки.
Он провел рукой по обнаженной спине, подхватил Санджу за ягодицы и встал вместе с ней с дивана. Боясь упасть, она ухватилась за его шею и вопросительно посмотрела на как оказалось, совсем бесстыжего Чжан Лея.
— Думаю нам пора переместиться в более удобное место. — он говорил тихо, смотрел на нее жадным взглядом будто знал, что это их первая и последняя ночь.
Расстояние между гостиной и спальней оказалось очень большим. Идя он то и дело улыбался и чмокал Санджу в губы, словно дразнил. Аккуратно уложив её на кровать, уперся руками в подушку и жадно посмотрел на её полуобнаженное тело. Наклонился над ней, поцеловал в щеку, потом в губы, провел языков по животу. Санджа, которая все это время еще как-то пыталась сопротивляться, выгнула спину навстречу его поцелуям. Он быстро снял с нее спортивные штаны. Ладонью провел по животу, внутренней стороне бедра. Санджа вскрикнула, когда его длинные пальцы проникли ей во внутрь влажные лона.
— Про…— хотела она выругаться, но воздуха не хватило и слова испарились в тяжелом шумном выдохе.
Его пальцы двигались аккуратно, медленно, каждым движением снося последние остатки разума Санджи, и единственное, о чем она могла думать, это бесстыжие мысли, что эти длинные пальцы пригодились не только для того чтобы искусно играть на пианино. Чжан Лей остановился и Санджа услышала, как оставшиеся на нем вещи полетели на пол. Он вновь прильнул к её губам. Поцелуй растекался жаром. Руки прошлись по талии, ласкали грудь. Пальцы утонули в её влажных после душа кудряшках. Она хотела ответить ему, сделать что-то приятное, но совершено не понимала, что делать. Да и каждое его прикосновение отбирали остатки здравого смысла и казалось от Санджи остались только лишь чувства, что она испытывала.
Он нежно раздвинул её ноги и вошел в нее. Санджа вскрикнула от неожиданной тяжести внизу живота. Поддалась вперед, обхватив его большие горячие плечи холодными руками, она притянула его к себе и поцеловала, выдохнув что-то бессвязное и бессмысленное.
Этот момент принадлежал только им. Санджа желала раствориться в нем, наслаждаться им, существовать только сегодня. Чтобы время остановилось и больше не двигалось вперед. Ведь завтра ей придется сделать выбор между её жизнью и жизнью того, кого она любит.
[1] Крыса умеющая превращаться в человека.
[2] это традиционная корейская столовая, обычно ориентированная на одно определённое блюдо
Глава 23. Золушка без туфельки.
Когда первые лучи солнца коснулись окон, Санджа открыла глаза. Теплые руки Чжан Лея тут же сгребли её в охапку, и она уткнулась ему в грудь вдыхая аромат геля для душа и одеколона. Хотелось закрыть глаза, прильнуть к нему и не выходить из комнаты пока буря за этими стенами не утихнет, пока он не будет в безопасности, пока госпожа Пари не забудет о её существование. Хотелось. Вот только этого не случится. Санджа не была в сказке, или каком-то романе, написанном девушкой, что мечтает о прекрасной и чистой любви. Это была реальность.
Она ещё раз прижалась к его груди, кончиками пальцев коснулась щеки и аккуратно как можно тише выскользнула из объятий.
Переоделась в свои высохшие вещи и еще раз взглянув на Чжан Лея, раскинувшего руки в разные стороны. Если она останется еще на минуту, не сможет уйти. Она поджала губы и щелкнула пальцами чтобы переместиться.
***
В белом зале, где обычно проходили собрания десяти королей и старших жнецов, царила тишина. Санджа стояла перед столом гордо вздернув нос. Чего смотреть в пол, когда не сожалеешь о том, что сделал. её решения были правильными с самого начала. В тот день когда она спасла мальчишку и в тот день когда выбрала не убивать его.
Госпожа Пари злилась. Сонбэ кажется тоже. Она вновь его подставила, пообещав вернуться вовремя.
— Это все ваших рук дело. — Санджа решила, что нападение лучшая защита и сжав кулаки нарушила тишину первая. — Вы сделали так, чтобы все на него накинулись?
Сонбэ покраснел и выпучил глаза так сильно, что она наконец-то смогла четко разглядеть их цвет. Светло-карие. Госпожа Пари, что сидела за столом на стуле с высокой спинкой, молчала и Санджа решила, что сейчас ей дают право выговориться.
— Вы сделали все так, чтобы ему стало сложно жить?
Госпожа Пари подняла одну бровь, уперлась локтями в блестящую столешницу, переплела пальцы и положила на них подбородок.
— Ошибаешься, Санджа. Мы практически ничего не делали. Люди так легко поддаются общему настроение. Стоит им только дать повод кого-то облить грязью, так они и готовы стараться. Наш вклад во все это совсем-совсем крохотный. Все остальное сделал другой человек. Вернее, уже не человек. Ты сама прекрасно знаешь кто во всем этом виноват. Дух, который так и не смог успокоиться, потому что считал несправедливым, что его сын остался жив, а его посадили в тюрьму.
Санджа прикусила губу.
— Почему вы его не поймаете? — она больше не повышала голос. Сдалась слишком рано. Проиграла даже не начав бой.
— Потому что он должен закончить начатое, если один непослушный жнец не может сделать этого.
— Он живет как паразит в теле молодой девушки, вы и этому позволите продолжаться? — возмутилась Санджа, смотря то на госпожу Пари, то на сонбэ, ища у него поддержки.
— Юнхи сама выбрала этот путь. Сама пустила вонгви в свою душу, наслушавшись его россказней о том, что Чжан Лей будет принадлежать только ей.
Санджа нахмурилась. Это не укладывалось в голове. Зачем этой девушке стажеру все это?
— Любовь бывает разной, Санджа. —- словно отвечая на её вопрос произнесла начальница. — Любовь Юнхи к Чжан Лею скорее всего можно назвать зависимостью, безумием, желание обладать.
— Даже если это так, Юнхи человек, которого надо спасти от паразита вонгви. А вы позволяете ему существовать в её теле. А вы уверены, что, когда он достигнет своей цели, он не продолжит убивать.
— Санджа! — не выдержал сонбэ. — Не тебе сейчас указывать и возмущаться. — Госпожа, это моя вина, что я не смог её научить должным образом. Я прослежу, чтобы все закончилось как можно скорее.
Это был удар в спину. Господин Хёкчжэ единственный кому Санджа могла доверять. Тот, кто, чтобы не случилось всегда защищал её и был на её стороне. Он сам помог ей сбежать к Чжан Лею. Почему же сейчас он отвернулся от нее? Она посмотрела на него умоляющим взглядом, но он продолжал не смотреть на нее и не обращал внимания.
— Господин Хёкчжэ. — почти что не слышно позвала она его, но он не повернулся к ней.
— Хорошо. — кивнула госпожа Пари. — закончите это дело, только как можно скорее.
Она вновь посмотрела на своего старшего и задала вопрос:
— Зачем же тогда вы меня пустили к нему?
— Чтобы ты смогла попрощаться. — он все так же не смотрел на нее.
Внутри Санджи разгорелось пламя. Буря которую, никто не мог остановить.
— Заберите мою жизнь. — не думая, не взвешивая все за и против выкрикнула Санджа, поджимая губы и повторяя. — Заберите мою жизнь вместо жизни Чжан Лея.
Сонбэ который только что игнорировал её повернулся всем телом и посмотрел на нее глазами полными печали, что ей стало еще больнее.
— Санджа! — прикрикнул он. — Если ты сейчас сделаешь этот выбор больше никогда не сможешь увидеть свою мать, навсегда исчезнешь в небытие.
— Знаю! — к горлу подступали слезы. — Но я не могу иначе. Я хочу, чтобы он жил. Это разве много? А? — она больше не сдерживала слезы, упала на колени и наклонилась, прижимаясь лбом к полу. — Прощу вас позвольте ему жить. Если вам нужна душа для соблюдения баланса я отдам свою. Только прощу позвольте ему жить.
Госпожа Пари молчала, Санджа подняла на нее свой взгляд и замерла в ожидание ответа.
— Хорошо. Если это твой выбор так тому и быть.
Шумный вздох выдал все переживания сонбэ. Она слышала, как он еле слышно произнес «дурочка», щелкнул пальцами и исчез.
— Мы больше не будем вмешиваться в его жизнь. Чжан Лей будет жить.
— А как же вонгви? Вы поймаете его.
Госпожа Пари проигнорировала вопрос и подошла к Сандже.
— А теперь пойдем. Я провожу тебя к вратам Забвения.
Здесь было что-то не так. Они не собирались его спасать.
— Постойте. — Санджа схватила её за рукав, как маленькие дети хватают свою мать, когда что-то хотят попросить. — Позвольте мне побыть рядом пока песок в песочных часах не пересыплется до конца. Осталось не так много дней. Прощу вас.
Госпожа Пари фыркнула, вытянула свой рукав из её хватки и произнесла.
— Никогда еще не встречала настолько наглых жнецов. Последним на моей памяти был Хёкчжэ. Тоже вечно бунтовал и шел против правил. Хотя он до сих пор такой. — она покачала головой и добавила. — Хорошо. Я позволю побыть с этим мальчишкой айдолом еще неделю.
— Но, — хотела возмутиться Санджа, по её подсчетам там оставалось больше времени, но начальница её перебила.
— Неделя, Санджа, не больше.
Санджа кивнула и согнула спину на девяносто градусов в покорном поклоне. Она и правда стала слишком жадной. Ей подарили целую неделю. За эту неделю она сможет его защитить и найти Юнхи и, внутри нее все перевернулось от осознания, попрощаться.
***
Чжан Лей провел рукой по смятой холодной простыни и резко сел в кровати осознав, что Санджи нет с ним рядом. А если все это было его сном? Больным воображением под действием таблеток. Он натянул на обнажённый торс майку и поторопился в гостиную. Тоже никого.
Нашёл он её на кухне, она стояла в своей большой футболке, фартуке, с тапочками пандами на ногах и пританцовывала, напевая песни любимой айдол группы. Он замер в дверном проеме, сложил руки на груди наблюдая за тем как она двигает бёдрами в такт музыки. На кухне снова творился хаос. Она совершила зверское насилие над овощами, кажется вновь что-то разбила и разлила, потому что в углу стояла швабра.
Чжан Лей улыбнулся. Санджа вновь существовала в его жизни, оставляла следы и отпечатки. Он потихоньку подошёл к ней и обнял со спины положив подбородок на плечо. Она дернулась, обернулась. Сегодня была без очков, свои забавные волосы-завитушки, завязала в пучок на макушке.
— Снова разрушаешь мою кухню? — спросил он, смотря на то что она пыталась приготовить.
Санджа улыбнулась, развернулась в его объятиях и немного привстав на носках чмокнула в губы.
— Как видишь, разрушаю.
Чжан Лей обхватил её за запястье, снял с нее фартук и усадил на стул.
— Сегодня приготовлю я. Хорошо?
Она довольно кивнула и подперла подбородок ладошками. Чжан Лей сначала убрал уничтоженные овощи и навел порядок на столешнице. И принялся готовить.
Ее довольное лицо появилось рядом, она подтащила стул поближе и села рядом.
— Ты правда умеешь готовить?
— В отличие от тебя, да. — он кинул на сковороду морковь и начал готовить смесь для яичных рулетов, взбивая яйца вилкой.
Санджа демонстративно надула щеки, сделав вид что обиделась. Кошка прыгнула ей на колени отчего она дёрнулась, расставила руки в сторону и удивилась.
— Если я тебя нашла и притащила обратно, это не значит, что мы стали друзьями. — возмутилась она и попыталась спихнуть животное с колен.
Чжан Лей улыбнулся и продолжил готовить. В голове было много вопросов, но он боялся произносить их вслух.
— Санджа, — начал он, не поворачиваясь к ней. — Ты ведь не исчезнешь снова? У меня до сих пор не укладывается в голове, что ты жнец смерти. Значит, что ты… — слова застряли в горле. Произнести их в слух значит признать, что все так и есть.
— Мертва? — спросила она. Голос немного дрогнул, но она натянула кривую улыбку на лицо и продолжила. — Да, я умерла пятнадцать лет назад.
Внутри все сжалось. Верить в это не хотелось.
— Но мы, жнецы, не похожи на призраков. — она все так же боролась с кошкой, которая вцепилась когтями ей в джинсы. — Похожи больше на людей со способностями и бессмертием. — она говорила спокойно и Чжан Лей тоже немного успокоился. Принять это было сложно. То, что у обычного мира есть изнанка, что среди людей разгуливают жнецы смерти и ещё всякая хтонь.
— А Джону? Кто он вообще такой? И что вообще тогда случилось в твоём доме? — спросил Чжан Лей, начиная сворачивать яичных омлет в рулетик.
— Кумихо. Или как там его пэк ёу. Белый лис. Но кажется он хочет стать человеком. — она задумалась, прикусив губу.
Ну и осталось задать последний вопрос, что терзал Чжан Лея.
— Юнхи, то что я видел. Это…
— Твой отец, который стал вонгви. — закончила за него Санджа, помрачнела, но не переставая наблюдать за ним продолжила. — Это все моя вина. Однажды я совершила ошибку, которая на самом деле не ошибка, а думаю моя судьба.
Чжан Лей хотел спросить какую ошибку она совершила, что теперь в теле Юнхи живет призрак её отца и убивает людей. Вопрос крутился в голове, свивался в клубок вместе с другими мыслями. Он решил, что лучше молчать. Может тогда она больше не исчезнет.
— Значит он пришел за мной. — Это был не вопрос, а утверждение, что крутилось у него на языке. Сегодня он много болтал. А вот Санджа как раз наоборот слишком мало. Непривычно мало.
Она встала со стула, прижалась щекой к его спине и крепко обхватила руками вокруг талии.
— Я буду защищать тебя. — пробурчала она за спиной, еще крепче обхватывая руками.
Он положил лопатку на стол, обхватил ладонями её запястье и расцепил руки, повернулся к ней и произнес.
— Кажется все должно быть наоборот и это я должен тебя защищать. — Он провел по её щеке. — Судя по тому, что я видел в твоем доме, ты не так уж и неуязвима.
Санджа улыбнулась, встала на носочки и чмокнула Чжан Лея в щеку.
— Но я все равно сильнее тебя, поэтому буду защищать тебя пока есть такая возможность.
Она улыбалась. Вот только в глазах Чжан Лей прочитал другое. Она не всегда будет с ним рядом и однажды снова покинет его.
***
Постепенно слухи о Чжан Лее стали растворяться в сети интернета. Нетизены[1] подхватили новую горячую новость и не найдя веских доказательств, отступили от нападения. Санджа ежечасно листала ленту новостей и огрызалась на всех, кто решался вновь облить грязью Чжан Лея. Некоторые статьи исчезали, и она гадала что это: отличная работа пиар отдела или же Совета во главе с госпожой Пари, которая обещала отстать от него. Пусть и верилось в это с трудом.
Она звонила несколько раз сонбэ, писала сообщения, но ответа так и не получила. Он дулся на нее как ребенок и когда она переместилась в его дом на Чеджу обнаружила на двери табличку с глупой надписью.
«Неблагодарным девчонкам вход воспрещен»
Войти она так и не решилась.
Когда слухи начали исчезать объявили, что концерт все-таки состоится. А вот шоу Новичков поставили на паузу. Санджа, которая представилась Юншику подругой Чжан Лея, всегда была рядом и сейчас смотрела на довольное лицо айдола и убеждалась в правильности своих решений. Люди зовут это судьбой.
Она сидела в первом ряду концертного зала и наблюдала за усердной работой Чжан Лея и его команды, когда к ней кто-то подсел и легонько толкнул в плечо.
— Не ожидал тебя здесь увидеть, малышка.
Пусть она и была ему благодарна за спасения и помощь, до сих пор дулась за то, что он обманул Чжан Лея.
— Не называй меня так. — огрызнулась она, отсев подальше.
— Я вообще то твои просьбы выполняю, а ты грубишь мне. А у меня для тебя кое-что есть. — Он помахал большим белым конвертом перед её лицом.
— Ты что-то нашел? — Она снова присела к нему поближе пытаясь схватить конверт, но он встал и поднял его над головой.
— Ой, смотрите на нее сразу добренькой стала. Так не пойдет. — Он ухмыльнулся и Санджа поняла, что сейчас этот хитрый лис снова ляпнет глупость. — Назовешь меня оппой и я тебе все отдам.
— Совсем страх потерял? Отдай конверт. — она попыталась подпрыгнуть, но Джону только выше задрал руку.
— Не отдам. Всего одно слово. Оп-па. Ведь это так просто. — он помахал конвертом.
Санджа закипала от злости. Она попыталась подпрыгнуть ещё раз, поняла, что слишком маленькая и с силой пнула Джону по ноге. Он вскрикнул и опустил руку. Браслет на запястье обжег кожу. Она воспользовалась моментом, выхватила конверт и прижала к себе.
Джону с ухмылкой посмотрел на красную от гнева Санджу и плюхнулся на сиденье.
— Там всё, что мне удалось найти на неё. Тебе повезло, что у меня есть свои источники. — он явно ждал похвалы. Еще немного и хвостом завиляет, чтобы Санджа его за ушком почесала. — Почему не попросила своего сонбэ? Конечно он кажется вредным, но достаточно приятный старикашка.
Санджа достала бумаги из конверта и пробежалась глазами. Чиркнула пару фраз в блокнот, сложила бумаги и обратно всучила Джону.
— Мы поссорились. Он со мной не разговаривать. — буркнула она себе под нос. — Спасибо тебе. — она ещё раз ткнула в него конвертом.
— Поймать вонгви не так уже просто. Но если ты назовешь меня оппой, я весь в твоём распоряжение. — он подался вперед и подмигнул.
Санджа не выдержала и стукнула его блокнотом по голове.
— Ты же человеком собирался стать? Если ты сделаешь что-то Юнхи, даже если внутри нее это чудовище, не видать тебе человеческой жизни еще лет сто.
— Если я смогу эти лет сто быть рядом с тобой, то я совсем не против. — Его лицо осветила довольная улыбка, а внутри Санджи все сжалось.
У нее нет этих сто лет. Жалкие несколько дней за которые ей нужно найти вонгви и спасти Чжан Лея.
— Может мне стоит рассказать ему чем ты занимаешься? — Джону кивнул в сторону сцены.
— Только попробуй! — Она опалила его яростным взглядом.
— Всего одно слово. Оп-па. — не унимался он. Санджа сжала кулаки борясь с желанием врезать ему еще парочку раз.
— С чего это моя девушка должна называть тебя оппой? — Чжан Лей спустился со сцены и подошел к ним.
— О, она уже из твоего менеджера перешла в статус девушки? — фыркнул Джону, выхватывая из рук Санджи конверт и пряча подмышку.
Чжан Лей взглянул на конверт, но лишних вопросов не задавал. Джону бесстыже послал Сандже воздушный поцелуй и, помахав конвертом, ушел.
— Этот придурок снова к тебе пристает? — Он проводил его яростным взглядом.
Санджа встала с кресла и подошла к Чжан Лея, руки которого оказались сжаты в кулаки. Она взяла его руку, раскрыла ладонь и переплела пальцы. На секунду и отпустила. Но Чжан Лей вновь взял её за руку и крепко сжал.
— Эй, нас могут увидеть. — оглянулась Санджа и начала тянуть руку на себя.
— Мне без разницы, что нас увидят. — его раздраженный взгляд смягчился.
Она все же вытянула свою руку из его и тихо произнесла.
— Хватит уже одного скандала, твой концерт через пару дней. Не хочу, чтобы были проблемы.
Улыбка, что застыла на его лице, согревала душу. Вот только боль от осознания того, что им все же придется расстаться, никуда не девалась.
***
Дом, в котором по найденным данным Джону, жила Юнхи оказался знаком. Санджа уже приходила сюда однажды. Когда забирала женщину, которую убили. Ан Юра. Кажется, так её звали. Значит тем, кто убил её оказалась её дочь? Дом не продавался, следовательно, до сих пор по праву наследия принадлежал Юнхи. Как оказалось, кроме матери у нее никого не было. Санджа аккуратно зашла в дом. Она хотела верить, что Юнхи прячется именно здесь, пусть и это было слишком предсказуемо.
Зайдя внутрь, она осмотрелась. Все осталось точно так же, как и когда Санджа забирала Ан Юру. Пятно крови на полу, беспорядок на кухне и пустая комната, в которой Санджа нашла фотографию Чжан Лея.
В доме было совсем холодно. Стены остыли, дом перестал быть живым, как только потерял своих хозяев. В пустой комнате все так же оставались содраны обои. Они висели большими кусками прикрывая стены до середины. И только сейчас Санджа заметила, что там за обоями что-то есть. Она подошла ближе, потянула за кусок обоев и сорвала их со стены. Замерла. Там за обоями с вырезок из журналов, фотографий, кажется еще с начала карьеры, на нее смотрел Чжан Лей. Санджа потянула за еще одну обоину и за другую. Некоторые вырезки так и оставались разорванными кусками на полотне бумаги. Она нахмурилась оглянулась и увидела небольшой столик в углу, ящик которого был лишь на несколько сантиметров выдвинут. Санджа присела на колени, потянула за ручку и посмотрела на дно ящика, где лежал одинокий листок, исписанный фразами. Белых мест почти не осталось. Слова теснились, залазили друг на друга, что их почти невозможно было разобрать. Санджа поднесла листок к свету, падающему из окна и попыталась прочитать.
Рядом со словами «Я люблю Чжан Лея» расположились «Умри щенок». Обрывки слов «ненавижу» и «ты самый лучший» соседствовали слишком несуразно, чужеродно и пугали даже Санджу.
Она положила листок обратно в ящик и собиралась уходить, как в другой комнате что-то упало.
Подскочив с пола, кинулась в кухню из которой исходил шум. Резко открыла дверь и увидела Юнхи, испуганную, с растрепанными волосами, в той же одежде, что и она была в день нападения.
Санджа взглянула в её глаза и поняла, что сознание Юнхи пока что принадлежит ей.
— Юнхи. — тихо произнесла она, протягивая руку вперёд. — Ты ведь сейчас понимаешь меня и слышишь. Верно?
Испуганная девушка дернулась от слов Санджи и отступила на один шаг.
— Пошли со мной. Я помогу тебе. Мы сможем вытащить из тебя эту заразу. — Санджа аккуратно подбирали слова, чтобы не напугать. Дикий взгляд метавшийся по комнате остановился на лице Санджи и Юнхи заговорила слабым охрипшим голосом.
— Я всего лишь хотела быть с ним рядом. — по щеке потекли слезы. — Я много работала, попала в компанию. — девушка всхлипывала и дергалась от каждого слова. — Я столько всего сделала, но Чжан Лей не обращал на меня внимание, проходил мимо, приветствовал, но не замечал. И тогда я встретила его. А после… — она схватилась за голову. — А после ничего не помню…
Юнхи схватилась за волосы на голове и стала бить себя кулаками выше виска. Санджа сделала к ней шаг и остановились. Она неестественно дёрнулась, её руки вывернулись в другую сторону, голова сильно наклонилась набок.
— Я всего лишь хочу, чтобы он был рядом. И… — голос изменился, стал ниже, грубее и неестественно. — умер.
Глаза загорелись синим, тело задрожало, руки и кожа вокруг глаз почернели.
— Юнхи! — Позвала Санджа в надежде, что ещё живая человеческая часть откликнется. Потянулась к ней, но она зарычала неестественным голосом и со всей силы ударила Санджу в живот. Боль пронзила тело, от силы удара Санджа подлетела над полом и прокатилась вперёд, сломала ножки у одиноко стоящего деревянного стула.
Санджа не обращая внимания на удар подскочила и ещё раз выкрикнула
— Постой. Давай вернемся вместе. Ты же хочешь на его концерт, хочешь увидеть его еще раз?
Глаза сверкнули синим, Юнхи кинулась на Санджу, наотмашь ударила по лицу, схватила за шиворот и подняла над головой.
— Щенок должен умереть. — прохрипела она. — Отродье от этой сучки должно умереть.
— Он ваш сын. — Санджа потянулась в карман за телефоном, чтобы позвать сонбэ на помощь, но вспомнила что в прошлый раз раскладушка сломалась. — Юнхи. — позвала она её еще раз в надежде что та её услышит. — Прощу, Юнхи.
Пальцы девушки разжались, Санджа упала на пол. Взгляд Юнхи метался по комнате. Испуганный, потерянный, полный страха. Она взглянула на Санджу и кинулась из дома. Потратив время на то чтобы встать, Санджа упустила её из виду и когда выбежала из дома на улице уже никого не было.
— Проклятье! — она потерла свою щеку и размяла шею. — Я почти поймала ее. И почему сковывающие цепи дают только старшим жнецам?
Веселенькая к-поп песня раздалась в кармане. На экране смартфона высветилось надпись Лис- придурок и Санджа нехотя подняла трубку.
— Я думал ты будешь в первых рядах на его концерте. Но тебя тут что-то нет?
Точно — пронеслось в голове Санджи и она взглянула на часы. — она же специально пошла сюда в день концерта, чтобы айдол был занят и не заметил её отсутсвия.
Опаздывала.
— Санджа? — позвал Джону. — Только не говори мне, что ты пошла ловить вонгви одна.
— Бросаю трубку. — сообщила она прилипале лису, бессовестно бросив трубку, игнорируя его возмущения.
Посмотрела еще раз на пустующий дом и тяжело вздохнула.
Скорей всего Юнхи сюда больше не придет. Проклятье!
***
Она стояла в тени кулис и наблюдала, как Чжан Лей поет и танцует на сцене в свете софитов. В память врезались картинки как накануне, они сидели вместе у него дома и разговаривали.
Он сидел на диване, голова Санджи лежала на его коленях. По телевизору шла дорама про девушку что видит красные нити судьбы и по портретам предсказывает судьбу людей. Чжан Лей поглаживающий её по полосам, вдруг заговорил.
— На самом деле я безумно боюсь завтра выступать. А если я разочарую фанатов, если после всех этих слухов никто не придет. Они верили в меня, дарили мне свою любовь и поддержку, а я возьму и не оправдаю их надежды. Может стать певцом не было моей судьбой и на самом деле я бездарность. — он не смотрел на нее, а продолжал внимательно смотреть в яркие картинки на экране.
Санджа не сразу ответила, пыталась найти правильные слова. Однажды она чувствовала нечто похожее, только разочаровать боялась свою мать.
— Однажды ты спросил, есть ли у меня мечта. Мне казалось, что мечта играть на скрипке и покорить мир своей музыкой не принадлежала мне. Оказалось, это не так. Я сомневалась, что хочу этого, сопротивлялась, убегала и пряталась от самой себя, но, когда потеряла возможность исполнить эту мечту, поняла, что любила это дело и оно приносило мне удовольствие. Ты много работаешь, Чжан Лей. Вкладываешь все свои силы в музыку и танцы. Уверена твои фанаты почувствуют это. Бывает творчество приносит боль, неуверенность в себе и частые сомнения в том, что ты делаешь что-то правильно, но если оно доставляет тебе удовольствие и ты счастлив, когда занимаешься этим делом, то хотя бы ради этих эмоций стоит продолжать. — Санджа повернула голову к нему и улыбнулась.
Он молчал, потом наклонился над ней и чмокнул в губы.
— Спасибо. Спасибо что рядом.
Она улыбнулась и встала с его колен. Сейчас был идеальным момент. Самое время. Санджа засунула руку в карман и зажала в кулаке то что оттуда вытащила.
— У меня есть для тебя подарок. — улыбнулась она удивившемуся Чжан Лею.
— Подарок? Надеюсь это поцелуй? — он обхватил её двумя руками и притянул к себе, взяв её руки в плен.
— Да нет же отпусти меня. — она аккуратно оттолкнула его, отодвинулась подальше и раскрыла кулак в котором лежала цепочка с подвеской в виде скрипки и смычка.
— Это тебе. Он очень важен для меня, и я очень надеюсь, что он принесет тебе удачу.
Чжан Лей удивленно смотрел на подвеску, а потом произнес.
— Обычно мужчины дарят подвески девушкам.
— Сломаем систему. Я вообще против правил как ты уже мог догадаться. Ну что тебе надеть её на шею как это делают в романтических дорамах? — она подмигнула. А Чжан Лей рассмеялся, забирая подвеску из её рук и надевая.
— А теперь. — она обхватила его вокруг шее и притянула к себе. — долгожданные поцелуйчики.
Он снова рассмеялся, и она вновь подумала, что сделала правильный выбор. Ведь настоящее, что у нее есть сейчас, важнее чем будущее, которое еще не наступило.
Когда Чжан Лей закончил петь финальную песню, зал молчал. Санджа встревоженно стала обкусывать ногти. Она слышала, как парой фанаты объявляют бойкот айдолам и молчат на концертах, высказывая этим свое недовольство. Санджа даже из далека видела, как Чжан Лей тяжело дышал от усталости. Он смотрел на своих фанатов, а потом поклонился на девяносто градусов и замер, прислонил руку к сердцу и стоял так не двигаясь. Кто-то захлопал. Потом еще и еще. Звук хлопковов медленно разлетелся по залу. Поднялся выше к софитам, пробежался по сцене и вернулся увеличенной в тысячу раз любовью к Чжан Лею. Его спина часто поднималась вверх от тяжёлого дыхания, на щеках и лбу блестели капельки пота. Он стоял, поклонившись и прижимал руку к сердцу. Покусывал губы от волнения. Хлопки усиливались, кто-то стал выкрикивать его имя и волнение, смешанное со страхом на лице Чжан Лея сменилось радостью. На щеке появилась озорная ямочка от улыбки, которую он больше не мог сдерживать.
Санджа смотрела на него и не видела больше ничего. Только он сейчас был перед её глазами. Усталый, вымотанный, но счастливый.
Зал гудел, люди кричали и признавались ему в любви, пока платформа опускала его вниз, скрывая от глаз фанатов. Он так и не разогнул спину, продолжала таким образом выражать свою признательность тем, кто дарил ему свою любовь и поддержку.
Сандаже вдруг показалось, что от волнения не хватает воздуха. Он сиял, словно яркая звезда на небе. И этот свет мог осветить даже тьму в которой жила Санжда. Перед её глазами стоял мальчишка, исполнивший свою мечту. её решение в ту ночь позволило ему засиять, поэтому если она умрет не будет ни о чем сожалеть. Никогда. Ни за что.
— Ты плачешь? — неожиданно раздавшийся над головой, голос Джону вырвал её из этого яркого сияния, исходящего от Чжан Лея. — Ты правда плачешь?
— Тебе показалось. — она быстрым движением руки стёрла с щёк слезы. — Что ты вообще здесь делаешь?
Джону усмехнулся.
— Пришел посмотреть на кого ты променяла такого очаровательного и красивого мужчину как я. — отшутился он, а потом стал серьезным. — Свихнулась ходить к дому Юнхи одна? Я теперь прилипну к тебе, хочешь ты этого или нет.
Санджа хмыкнула.
— Я справлюсь со всем сама.
— Попросить помощи, это не стыдно, Санджа. Уметь справляться со всем самостоятельно похвально, но иногда необходимо принимать помощь. Тем более виться рядом с тобой отличный повод позлить Чжан Лея.
Ей оставалось только помахать головой от того, что он совершено не менялся и продолжать гнуть свою линию.
— Думаю, он ждет тебя. — сказал Джону неожиданные слова. У него что раздвоение личности? И Санджа, поняла, он принял свое поражение. — Пойдем, я провожу тебя.
Когда они зашли в гримерку Юншик судорожно звонил по телефону. По его взгляду было понятно, что случилась какая-то беда. Он ткнул пальцем в смартфон еще раз и в кармане Санджи раздался звонок.
Юншик уставился на вошедших и ужас в его глазах увеличился.
— Санджа. — кинулся он к ней. — Я думала Чжан Лей с тобой. Я вышел на несколько минут принести ему воды и когда вернулся его здесь не было. Телефон валялся на полу, Все перевернуто и разбросано. Вдруг это кто-то из антифанатов пробрался или же это больной что присылал письма.
Внутри все сжалось. Тяжелая рука Джону стоявшего за её спиной, легла ей на плечо. Она обернулась и увидела, что он морщится, прикрывая нос.
— Вонгви. — произнес он в нос, наклоняясь над её ухом. — Здесь жутко воняет вонгви.
[1] гражданин интернет-общества.
Глава 24. Прощание на рассвете
Мурашки побежали по телу от услышанных слов. Санджа резко обернулась и схватила его за рукав.
— Ты не ошибаешься? — её голос дрожал. Она могла поймать Юнхи, могла не позволить этому случиться, но снова оплошала.
— Да как тут ошибаться, когда здесь так воняет. — Возмутился Джону пятясь назад. — Чем больше в них ненависти, злобы, сожалений и отчаяния тем больше они смердят.
Санджа прикусила губу и сжала кулаки так сильно, что пальцы и запястье свело от боли.
— Да что здесь происходит? — ничего не понимающий Юншик переводил взгляд от закрывающего нос Джону к Сандже, которая становилась красной от злости. Потом резко развернулась и направилась к выходу. Джону схватил её за руку и наконец-то перестал зажимать нос рукой.
— Сама решила, что ли его поймать? В тот раз мало было? Ты же не сможешь её ранить.
— Предлагаешь свою помощь? Ты хотел стать человеком. Если ввяжешься в это, ничего хорошего не выйдет.
— Да, о чем вы?! — уже почти кричал Юншик, подойдя к ним ближе.
Санджа обернулась на него и произнесла.
— Чжан Лей в опасности. Объяснять слишком долго. Просмотрите камеры, если что найдешь — сообщи. В полицию пока не звоните. Я постараюсь его найти сама. — Сказав это, она развернулась к двери и вышла. Джону остановил её в коридоре, схватив за руку.
— Да остановись ты! Решила снова пострадать?
Санджа вырвала свою руку из его и рявкнула, не сдерживая злость и эмоции.
— Я и так скоро исчезну! Дай мне хотя бы спасти его.
Джону ошарашенный услышанным отпустил её руку, помрачнел и опустил голову.
Санджа решившая что им больше не о чем говорить собиралась переместиться, но надоедливый лис снова схватил её за запястье.
— Я помогу тебе. Отпускать тебя одну к вонгви…
Он не договорил, Санджа взглянула на него испепеляющим взглядом и произнесла — раздраженно и злобно.
— Да квисин тебя подери, Джону. — она схватила его за воротник и щелкнула пальцами переместившись к месту где она собиралась искать Юнхи с похищенным Чжан Леем. Концертный зал, который пришлось сменить после скандала, оказался удивительно близко к дому Юнхи и это насторожило Санджу еще в тот момент, когда она ходила туда. Стоял ли за эти Совет или же это была случайность было некогда думать об этом.
Джону приземлился на твердую землю, пошатнулся и громко выругался. Его лицо позеленело. Он схватился за живот, согнулся пополам и еле слышно произнес.
— Хоть бы предупредила. Мой вкусный ужин сейчас покинет желудок. — он выпрямился и осмотрелся. — Где это мы?
— У дома Юнхи. — уже открывая калитку кинула ему через плечо Санджа. Конечно она не была уверена, что найдет их здесь.
Она залетела в дом, словно это не её только совсем недавно поколотил именно здесь. Джону как верный рыцарь кинулся за ней. Прошлась по комнатам, заглянула в ванную и в комнату. По тишине, гулявшей по дому стало понятно, что здесь никого не было. Она не знала где еще искать Чжан Лея. Вариант заявиться в Совет с просьбой найти это чудовище она даже не рассматривала. Единственный кто мог помочь ей не отвечал на звонки. Санджа закрыла глаза руками и села на корточки в том же месте где и стояла. Сейчас она чувствовала совершенно беспомощной, точно такой же, как и люди, когда не могут бороться со своей судьбой. Она барахталась подобно рыбке, выброшенной волнами на берег, барахталась в надежде что у нее отрастут крылья, и она улетит в море. Но у рыбок не вырастают крылья.
Она резко подскочила на месте, вновь схватила Джону, который все это время стоял рядом, совершенно не понимая, что происходит и произнесла
— А я ведь и не рыбка.
Джону нахмурился только открыл рот чтобы спросить, но Санджа щелкнула пальцами и переместилась.
В этот раз его вырвало прямо на порог дома сонбэ. Санджа пихнув, его в сторону стала колотить в дверь кулаками, игнорируя усталость от перемещения на дальние расстояния.
— Господин Хёкчжэ. — сказала она. — Если вы дома откройте мне дверь, прекратите вести себя как маленький. — уже почти срывалась на крик продолжала она ломится в дом своего старшего. —Сонбэнним. — крикнула она еще раз. — Если он сейчас умрет, то что я пожертвовала своей жизнью ради него станет напрасным. — больше не кричала, голос охрип то ли от криков, то ли от бессилия что снова закинуло на плечи Санджи свои руки и давило с новой силой.
Дверь открылась и на пороге появился сонбэ, в цветастых широких штанах и растянутой футболке.
— Сонбэ. — она протянула к нему руки, но он ничего не говоря сунул ей карту Сеула, на которой выделялась яркая жирная красная точка. А в другую руку вложил свои сковывающие цепи. И больше ничего не говоря он закрыл перед носом Санджи дверь. Ему достанется от совета, она была уверена.
— В тот раз он мне показался более дружелюбным. — Джону которому кажется только стало легче, и он перестал выплевывать свой ужин на порог сонбэ со страхом в глазах посмотрел на карту.
— Проклятье, только не говори, что мы снова будем перемещаться.
Санджа присмотревшись к отмеченной точке недовольно произнесла.
— Можешь улететь отсюда на самолете. — Она подняла руку, чтобы щелкнуть пальцами, но в последний момент почувствовала, как смыкаются его пальцы на руке.
Точкой что была отмечена на карте оказался старый заброшенный склад совсем не далеко от дома Юнхи. Как только они переместились Санджа, намотала цепи на руку, которые тут же засветились и сузились до тоненького серебряного браслета.
Прислушалась. Тишина. Лишь бы они не опоздали. Она кинулась к входу, ей преградил дорогу прилипала лис.
—- Не стоит поступать так опрометчиво. Вломится так сразу это глупо.
Джону, лицо которого наконец-то перестало быть болотного цвета, подмигнул.
— Тебе нужен напарник. Вдвоём мы будем выглядеть как парочка жнец и кумихо из известной дорамы. Правда спасали они там красавицу, а мы Чжан Лея. — хмыкнул он.
— Там был токкеби. — машинально поправила она. Всему виной сонбэ, это его любимый сериал. Но в остальном липучка был прав. Им нужен был план.
— Говори, что ты предлагаешь. Только быстрее.
Он достал из кармана телефон быстро выбил что-то в поисковик и показал Сандже схему здания.
— Смотри здесь два помещения. Чжан Лей может быть в любом. Здание давно заброшено и там полно мусора. Нужно разделиться и, если один из нас найдет его первым, позовет другого, чтобы он напал на него со спины.
План был глупейшим. Но придумать что-то умнее Санджа не могла.
— Надеюсь ты умеешь ими управлять. — он указал на браслет.
— В теории да. — ответила она.
«А на практике научусь.» — подумала она, не озвучивая своих мыслей.
— Пойдем уже. — она нервничала.
Джону прошел вперед, цвет его радужки стал ярко оранжевым, а позади вспыхнул белый хвост. Он аккуратно открыл дверь и зашел в темное влажное помещение, заваленное коробками и полиэтиленовой пленкой. Из тесного помещения вело два выхода. Санджа с Джону переглянулись.
— Я пойду в правую дверь. — прошептала Санджа и не раздумывая, потихоньку толкнула большую дверь, за которой оказалось узкое длинное помещение, без освещения, с кучами мусора через которые пришлось пробираться. Она пару раз упала, поругав себя за излишний шум. Это могло спугнуть вонгви. Эта комната уперлась в еще одну дверь. Санджа открыла её и увидела Чжан Лея, привязанного к железной опорной балке. На белоснежной рубашке ярким пятном алела кровь. Сам он был без сознания. Она кинулась к нему, не раздумывая что где-то здесь может быть Юнхи.
— Чжан Лей. — она взяла его лицо в ладони и подняла. — Чжан Лей. —вновь позвала. Он дышал. Прерывисто и тяжело. С виска стекала тоненькая капелька крови.
Санджа легонько потрепала его за плечи. Он дернулся и поднял на нее взгляд.
— Санджа?
— Хвала небесам. — она крепко обняла его и пробормотала в плечо. — Я успела.
Санджа зашла за его спину попыталась развязать веревку, но ничего не вышло.
— Я знал, что ты придешь. — хриплый голос раздался громом за спиной Санджи, она резко обернулась и увидела перед собой Юнхи. Измученную, с пустыми глазами. её одежда растрепалась, стала похожа на лохмотья. Руки, с отросшими ногтями, висели черными плетями по бокам. — Сначала я убью тебя на его глазах, а потом и его самого. Если бы не ты он бы уже давно был мертв. — продолжала хрипеть Юнхи и Санджа поняла, что скорее всего её разум окончательно захватил вонгви.
Закрыв Чжан Лея спиной, она вздернула подбородок и коснулась пальцами запястья, на котором висел браслет.
— Из-за того, что этот мальчишка остался жив я прожил свои годы как крыса в тюрьме. Меня унижали и по итогу избили до смерти.
Сандже хотелось выплюнуть ему в лицо что ему там и место, но произнесла она совсем другое.
— Ошибаешься. Все это случилось из-за тебя самого. Такому ничтожеству как ты нужна только ничтожная судьба.
Сонбэ всегда говорил, что она сначала делает, а только потом думает.
— Заткнись! — заревел он и кинулся на нее. Она не раздумывая побежала вперед, ей нужно лишь увести его подальше от Чжан Лея. Джону обязательно найдет его и спасет, а она разберется с вонгви. Побежала к двери. Ноги запутались в валяющейся на полу полиэтиленовой пленке, и Санджа завалилась на пол. Хрупкая Юнхи с нечеловеческой силой вонгви внутри, схватила её на шиворот и со всей силы швырнула вперед. Снова ударилась спиной. Боли старалась не замечать. Она мертва и скоро вовсе покинет этот мир, ей было нечего боятся. Главное, чтобы Джону успел.
Она набрала воздуха в легкие и закричала кодовую фразу, о которой они договорились.
— Хвост кумихо мне в задницу!
Санджа встала на ноги и размяла шею представляя, что она одна из Мстителей. И сейчас надерёт задницу злодею. Юнхи снова подлетела к ней, но она больше не собиралась ждать, когда её побьют, размахнулась и врезала ей в центр солнечного сплетения. Девушка согнулась пополам и кажется на мгновение её взгляд прояснился. Руку обожгло огнем. Санджа замахнулась вновь и хотела ударить, но боль с новой силой прокатилась от пальцев до самого плеча. Санджа упустила момент и вонгви схватил её за шею. Сильно сдавил. Он сейчас близко, сейчас самое время. Она потянулась к запястью чтобы снять цепи.
— Санджа! — совсем не вовремя выкрикнул Чжан Лей, все так же привязанный к столбу. Где носит этого Джону?
— Щенок. — обернулась вонгви и сжав шею еще сильнее потащила Санджу к Чжан Лею и со всей силой швырнул. Прокатившись по полу как мешок с рисом, она остановилась возле его ног. Она хоть и была бессмертной, но тело болело как у простого человека. Санджа услышала, как он кряхтит, стараясь выбраться из веревки, ругается и сквернословит.
Юнхи резко подбежала к ним и перерезала веревки. Санджа удивленно посмотрела на нее, часто заморгала ничего не понимая.
— Уходите. — еле слышно сказала Юнхи, глаза которой перестали светиться синим. — Спаси его. — почти плача, произнесла она.
Санджа встала с пола, оступилась от боли и помогла встать Чжан Лею.
— Я выведу его и приду спасти тебя. Только не теряй контроль. Не давай ему вновь завладеть твоим телом. — голос звучал как мольба. Юнхи кивнула и стала пятится назад до сих пор, держа в руках нож.
Санджа закинула руку Чжан Лея себе на плечо. Ей нужно скорее переместиться.
Ее мимолетную мысль прервал злобный смех за спиной.
— Думаешь ты сможешь уйти?
Санджа не успела обернуться, лишь почувствовала дуновение ветерка от того что кто-то быстро пронесся, учуяла до тошноты знакомый запах крови и побоялась обернутся. Чжан Лей в полу сознание висел на плече.
— И ты умри. — закричала вонгви сорванным голосом Юнхи и Санджа наконец-то набралась смелости обернутся. Джону, придурок Джону стоял и закрывал собою Чжан Лея. Его спина касалась спины соперника. Капли крови стали медленно покрывать красным пол под лисом, Его единственный хвост начал тускнеть. Юнхи снова замахнулась чтобы ударить, но Джону перехватил удар.
— Если он умрет скорее всего она будет страдать. А я не очень этого хочу. — он обернулся к Сандже и криво улыбнулся. — Извини что так долго, малышка. Давай надерем ему задницу. — отпечаток боли сделал улыбку кривой.
Вонгви заревел, пытаясь вырваться из хватки Джону. Он потянул её к себе, пытаясь схватить за шею, но Юнхи дернула локтем чтобы ударить Джону в рану. Он застонал и согнулся пополам, отпуская девушку.
Она аккуратно помогла Чжан Лея сесть на пол, потянула руку к браслету и уцепилась пальцами за край. Браслет растянулся, засветился и превратился в длинную серебряную цепь. Санджа замахнулась чтобы накинуть цепь на вонгви, но тот кинулась на нее. Глаза горели злостью, ненавистью. Санджа попыталась вновь накинуть цепи, но он схватила её за шею и как пушинку откинула в сторону Джону, который подскочил и поймал Санджу.
— Отец. — позвал его Чжан Лей.
Только там больше не было ни его отца, ни испуганной Юнхи. Лишь сгусток сожалений и ярости. Чжан Лей неожиданно раскинул руки в стороны словно хотел обнять собирающегося растерзать его чудовища. Санджа ощущая привкус беды, вскочила на ноги и собиралась накинуть на нее цепи, но следующие слова Чжан Лея заставили её замереть на секунду.
— Тебе же нужен я. Так и забери мою жизнь. Оставь в покое их.
«Нет! Нет! Нет!» — пронеслось у нее в голове. Она встала с полу, провела пальцами по цепям, замахнулась и накинула ловушку на Юнхи.
Вонгви внутри девушки заревел, развернулся к Сандже, что стала тянуть пойманное чудовище. Цепи заскользили в руках, ладони обожгло огнем. Она закричала, пытаясь удержать вырывающегося вонгви. Рядом с собой почувствовала запах крови и тепло исходящее от Джону, что тоже схватился за цепи.
— Поиграем в перетягивание каната как в Игре Кальмара? — его голос был слаб. Он истекал кровью и больше не был похож на кумихо.
— Что нужно делать? — с другой края она почувствовала запах пота и такого знакомого одеколона.
— Уйдите! — огрызнулась Санджа. — Вы можете пострадать!
Но они лишь сильнее вцепились в светящиеся нить серебром. Она сжала губы и начала тянуть. Чжан Лей и Джону зашипели от боли. Юнхи закричала пронзительным криком. Женским, больше не похожим на мужской.
— Прекратите. — вопила она. — Хватит! Вы делаете мне больно.
— Санджа. — послышался справа голос Чжан Лея.
— Не слушай ее. — кинул за её спиной уже бледнеющий Джону. — Так быстро сдался, слабак.
Чжан Лей хотел огрызнуться, но Санджа рявкнула на них.
— Замолчали оба. — соленый пот попадал в глаза, отчего из щипало. Руки горели огнем. Санджа вновь потянула цепь обматывая её вокруг запястья. — Вот паразит как сильно вцепился в нее.
Она потянула еще раз, попятившись назад. Юнхи закричала еще громче. На её глазах навернулись слезы. Еще один рывок и Санджа увидела, как Юнхи падает на пол безсознания, а закованным в цепях остается призрачные облик человека. Они все втроём падают на пол, Санджу подхватывают теплые руки Чжан Лея. Она бы сейчас зарылась в его объятия, попросила защитить ее, сберечь от всего происходящего. И попытаться забыть все, но вонгви в цепях продолжал реветь и извиваться. её работа еще не закончена.
Она встала с земли, сильнее наматывая цепи на запястье и собиралась отвести его в Упарвление, но перед ней появилась госпожа Пари и два старших жнеца.
Санджа усмехнулась.
— Значит, вы просто ждали и наблюдали? Ничего удивительного. — выдохнула она, падая на пол.
— Я убью тебя, щенок! — заревел вонгви. — Убью!
Один из жнецов смерти подошел к Сандже, опалил её осуждающим взглядом и вырвал цепи из рук.
— Вы могли прийти раньше. — выкрикнула она, делая шаг вперед. От отсутствия рук Чжан Лея стало холодно. — А вы ждали, когда случится что-то плохое?
— Санджа. — повысила на нее голос начальница. — Я говорила, что не стоит вмешиваться в дела Чжан Лея. Я дала тебе время с ним попрощаться.
— Вы обманули меня. — догадалась Санджа и от этой мысли внутри все скрутило. — Вы хотели, чтобы этот вонгви навел «порядок»?
— Мы не вмешивались, как и обещали, все остальное результаты хаоса что ты натворила.
Другой жнец смерти подошел к Юнхи и проверил её пульс.
— Она дышит. Но очень слабо. Возможно не переживет эту ночь.
Госпожа Пари устало прикрыла глаза и громко вздохнула.
— Отвезите её в больницу. Если люди сумеют её спасти значит ей повезет.
Жнец смерти кивнул, взял Юнхи на руки и испарился.
— А его отведите к вратам забвения. — кинула она другому жнецу, державшему до сих пор рычащего и выкрикивающего угрозы вонгви. — Санджа. — начала было госпожа Пари, но её перебили.
— Я все еще плохо все понимаю. Но одно я понимаю точно. Вы бросили девушку в теле которой жило это чудовище и теперь Санджа, что пыталась спасти не только мою жизнь, но и жизнь Юнхи во всем, виновата?
Чжан Лей вышел вперед и закрыл Санджу собой, будто госпожа Пари собиралась наброситься на нее.
— Верно. — встал рядом с ним державшийся за рану Джону. — Обвинять малышку это не совсем правильно в вашем случае. Никогда не любил законы вашего мира.
Госпожа Пари усмехнулась и сделала шаг к ним.
— Да вы хоть знаете кто я?
— Да хоть сам Хванин[1]. — огрызнулся Джону.
Уголки губ госпожи Пари дернулись в усмешке, и она сложила руки на груди.
— Не зазнавайся лис, пожелавший стать человеком. Мне стоит только щелкнуть пальцами и все твои многолетние старания пойдут прахом. А ты. — она посмотрела на Чжан Лея. — вообще то должен быть мертв, но один непутевый жнец смерти решил, что твоя жизнь важнее её собственной.
Чжан Лей нахмурился и повернулся к Сандже. Она не хотела, чтобы именно так он узнал об этом.
— Что это значит, Санджа? — спросил он, обхватывая её плечи.
— То и значит, придурок. — рявкнул на него разозлившийся Джону. — Она пожертвовала своей жизнью ради тебя.
Сандже хотелось стукнуть Джону, чтобы он не лез не в свои дела, но благодарность за спасение Чжан Лея все же победило.
— Я дам тебе немного времени, чтобы попрощаться. — холодно сказала госпожа Пари.
— Но у меня же был еще один день. — возмутилась Санджа, выходя вперед. — Вы обещали мне.
— Будешь возмущаться и этого времени не будет. — Госпожа Пари уже теряла терпение.
— Все дело во мне верно? Все это началось из-за меня. Ведь я должен был умереть еще ребенком. — начал Чжан Лей. — Если кому-то и расплачиваться, так это мне. — он говорил медленно, подбирая слова и с каждым словом Сандже становилось страшнее. — Если я заключу новую сделку и вместо жизни Санджи вы заберёте мою.
Госпожа Пари удивленно подняла брови и хмыкнула.
— Ох уж эта жертвенная любовь. Прости, мальчик, но все уже решено. Я не приму твою жизнь взамен. Её жертва ценнее. Она отказалась от жизни в первый раз и теперь, когда знает все это отказывается от нее во второй, соглашаясь быть стертой из полотна жизни навсегда. Твоя жертва по сравнению с её — маленькая и ничтожная.
Санджа посмотрела на Чжан Лея и прикусила губу. В его глазах застыло несколько чувств одновременно: непонимание, страх и печаль.
— Пойдем, противный лис, оставим их вдвоем. Им нужно попрощаться. — госпожа Пари подошла к Джону и схватила за воротник.
— Постойте, что значит попрощаться? — он хотел вырваться, но госпожа Пари испарилась вместе с ним в воздухе.
— Уйдем отсюда. — сказала Санджа и взяла молчавшего Чжан Лея за руку. Он не сопротивлялся.
Они очень долго шли, после того как переместились. Чжан Лей покорно шел за ней. её рука крепко сжимала его ладонь. Она не хотела прощаться с ним в заброшенном складе, среди мусора и делающих больно воспоминаний. Ей хотелось, чтобы их последние мгновения были наполнены чем-то прекрасным. Преодолев 291 ступеньку, они наконец-то оказались в парке Ханыль. Первые лучи солнца касались пушистых верхушек розового мискантуса. Ветер шелестел пушистыми шапочками высокой пушистой травы. Шатающиеся на ветру верхушки мискантуса напоминали розовое море.
— Я раньше очень любила приходить сюда. Чтобы подумать. — начала Санджа, отпуская его руку. — Чжан Лей…
Она не закончила говорить. Он потянулся к ней, обнял и прижал к себе, уткнувшись подбородком в её макушку. Санджа подалась ему, решив, что достаточно быть сильной и держаться. У них осталось не так много времени чтобы она притворялась.
— Санджа. — прошептал он у нее над головой. — Если я не отпущу тебя, ты не уйдешь? Не оставишь меня одного? Если я буду держать тебя так крепко-крепко никто не посмеет у меня тебя забрать?
Если бы это было так. Прохладный ветер пробирался под мокрые от пота одежды. Она сжала его талию как можно крепче, потом отстранилась и посмотрела на него снизу-вверх.
— Моя жизнь не была наполнена смыслом. Я плыла по течению реки и ждала куда она меня принесет. Но потом я встретила тебя. Тебя избили, ты страдал, но твои глаза горели от желания исполнить свою мечту. — Слезы сами собой потекли по щекам, он аккуратно стер их пальцами, молчал давая ей выговориться. — Тогда я решила, что это лишь случайная встреча. Но оказалось это не так. Я должна была спасти, чтобы ты помог мне научится ценить настоящее и мечтать о будущем. Я не о чем не жалею, Чжан Лей. И прощу тебя, когда я уйду не страдай, живи эту жизнь так ярко и полно, словно живешь её за нас двоих. Хорошо? — она поджала губы. Было больно. Слишком сильно. Ей словно вырывали сердце, разрывали его на кусочки.
— Санджа. — выдохнул он, снова и снова вытирая её слезы, которые не хотели останавливаться. — Ты ворвалась в мою жизнь как ураган, перевернула её с ног на голову. Думаешь я смогу спокойно жить зная, что ты ушла, оставив меня только для того чтобы я жил. Прошел всего лишь месяц, а кажется целая жизнь. Сейчас я хочу перевернуть весь мир, чтобы спасти тебя.
Она потянулась к нему и легко на мгновение коснулась его губ.
— Для меня ты стал всем этим миром.
Он смотрел на нее долго, потом аккуратно поправил непослушный завиток, вечно выбивающийся из хвоста, прислонился лбом к её лбу и произнес:
— Я люблю тебя, Санджа.
Рукой приподнял её подбородок и губами коснулся губ. Неуверенно и нежно. Будто еще немного и она раствориться. Она обхватила его вокруг талии, он приподнял её над землей как пушинку. Прощальный поцелуй оказался соленым. Она чувствовала, как по его щекам текут слезы, как аккуратно он ставит её на землю и прерывает поцелуй. Хотел что-то сказать, но его опередили.
— Нам пора уходить. — раздался позади холодный безразличный голос. И кто-то вытащил Санджу из объятий айдола. Чжан Лей схватил её за руку пытаясь удержать, но у тащившего сил был больше. Их сплетенный во едино пальцы расцепились.
— Подождите! — попыталась вырваться. — Я еще не сказала ему, что хотела.
— У вас было достаточно времени попрощаться. — рявкнул жнец. — Тебе пора.
Санджа развернулась и со всей силы ударила локтем жнеца смерти в лицо. Подбежала к Чжан Лею, встала на носочки, обхватила ладонями лицо и поцеловала.
— Я люблю тебя.
Она хотела сказать еще многое, но противный коллега схватил её за руку, щелкнул пальцами, и они растворились в воздухе оставив Чжан Лея одного.
[1] В корейской мифологии верховный небесный владыка
Глава 25. До самой смерти
Прошел месяц с тех пор как Санджа исчезла. Его привычный мир потихоньку возвращался в прежнее русло. После сольного концерта его популярность взлетела. Многие обсуждали удачное выступление и то как профессионально он относиться к музыке. Ему стали предлагать много рекламных проектов известных зарубежных брендов и даже предложили съемки в сериале, где он должен был сыграть красавчика миллионера, что влюбляется в девушку простушку. Он топил свое одиночество в несчетном количестве проведенных часов за тренировками танцевальных номеров, сочинением музыки и работе. Каждый вечер сидя в пустой квартире вместе с кошкой он смотрел на одиноко стоящие тапочки панды в прихожей. Они делали ему больно, но в тоже время давали надежду, что она однажды вернется. Ворвется в его жизнь так же быстро и ярко как два месяца назад. Но шли дни, а Санджа не появлялась. Тоска разрасталась в огромную дыру в груди и раз в неделю он отменял все дела, чтобы сходить в парк Ханыль, посмотреть на рассвет и полюбоваться шелестящим мискантусом. Дни тянулись медленно, время замедлило свой ритм. После случившегося с ним за такой короткий срок, привычная жизнь казалось слишком чужой и не настоящей. Ему хотелось вновь её искать, бродить по городу в наджеде, что она снова его найдет сама. Потом его отпускало, и он снова мог работать.
Перед завершением съемки Шоу Новичков вернулась Юнхи. Она ничего не помнила, но опровергла все обвинения. Совсем перестала со всеми общаться и через несколько дней ушла из компании. Чжан Лей пытался узнать о ней хоть что-то, но так ничего и не нашел.
Жизнь продолжалась. Вот только в теперь так идеально сложенной картине происходящего не хватало одного элемента. Самого важного.
На последнем прогоне шоу и съемках финальных эпизодов к нему подсел Джону. Из-за забитых графиков они виделись редко, перекидываясь парой фраз.
— По тебе и не скажешь, что ты потерял ту которую любил. — Чжан Лей догадывался, что Джону специально хочет ранить его сильнее. Кажется, злился на него до сих пор.
— Если ты пришел, чтобы уколоть меня, то лучше бы шел отсюда.
— Я скучаю по ней. — признался Джону. — Ты хотя бы смог с ней попрощаться. Мне же не дали такой возможности.
Чжан Лей молчал.
— Я благодарен ей. Именно она отстояла мою честь в Управление душ. Защитила меня. Сказала что теперь я стану человеком, раз спас твою жизнь. И они обязаны дать мне возможность прожить жизнь. Я даже не смог сказать ей спасибо. — Неожиданно он хлопнул Чжан Лея по плечу несколько раз и встал. — Наша совместная работа подошла к концу. Думаю, теперь мы будем видеться еще реже.
Он как всегда хитро улыбнулся и помахал рукой, но прежде чем ему уйти Чжан Лей произнес.
— Не хочешь выпить на днях? Юншик готовиться к свадьбе и единственное живое существо, с которым я могу поговорить — это кошка.
— Ты предлагаешь мне выпить? Ничего себе, сам Чжан Лей предлагает мне выпить. Вы это слышали? — он стал оглядываться, поясничная и делая вид, что все на него обращают внимания.
— Не хочешь, как хочешь. — Собирался уходить Чжан Лей, но на его плечо легла тяжелая рука Джону.
— Ну только если ты угощаешь. И я люблю мясо, так что пойдем в ресторанчик с самгепсалем.
Уголки губ Чжан Лея дрогнули. Он скинул руку Джону с плеча и пошел вперед. Они не стали друзьями, но иногда выпивали вместе. Говорили о работе и после третьей бутылки спиртного совсем редко о Сандже. Джону остался единственным кто знал, что у обычного мира есть изнанка. Единственный кто еще помнил о девушке жнеце смерти в смешных носках с бананами.
***
После завершения шоу, его снова вписали в какой-то проект, где талантливые дети из неблагополучных семей, мечтающие стать музыкантами должны были вместе выступить на сцене. Спонсором проекты была небольшая благотворительная организация. Начальник Пак и руководитель пиар-отдела заявили, что этот проект благополучно скажется на его имидже. Юншик им активно поддакивал.
— Ты же знаешь меня совершенно не волнует имидж. Да и сейчас у меня вполне все хорошо идет. — начал Чжан Лей, а потом добавил. — Но мне нравится идея. Я бы согласился на участие без всяких уговоров.
— Отлично! Программа будет совсем небольшой и вещание будет только в сети. Значит я назначу на завтра встречу со спонсором?
— Хорошо. Только запланируй пожалуйста все в обеденный перерыв. У меня скоро выход нового альбома. А еще не все песни готовы.
— Трудоголик. Может хоть иногда бы думал не только о работе. Вон девушку бы себе завел что ли. — покачал головой менеджер.
Внутри больно кольнуло. Однажды он открыл свое сердце и не был уверен, что сможет сделать это вновь.
— Надеюсь этот мужчина пунктуальный и нам не придётся переносить расписание. — попытался перевести тему он.
Юншик садящийся за руль что-то буркнул, но Чжан Лей его уже не слышал. Открыл ноутбук и стал слушать песню что совсем недавно записал. Песню о девушке, что словно ураган ворвалась в его жизнь, чтобы оставить дыру в сердце.
— Спонсор опаздывал. — объявил Юншик когда они сидели в ресторанчике и ждали встречи.
«Непрофессионально». — подумал Чжан Лей. А потом улыбнулся, вспоминая сколько раз Санджа залетала растрепанная с извинениями что опоздала и больше такого не повториться. И на следующий день все повторялось.
Телефон Юншика зазвонил, и он кинул быстрое «Я сейчас» и заворковал в трубку, отходя в сторону. Скорее всего со своей невестой. Чжан Лей достал ноутбук и снова принялся за работу. Оставалось свести несколько дорожек, подчистить звук и песня будет готова.
Он воткнул один наушник в ухо и полностью погрузился в работу. Чжан Лей не заметил, как кто-то сел напротив него и взял второй наушник. И только после того как чьи-то пальцы стали отстукивать ритм мелодии, он оторвал взгляд от экрана и замер.
Напротив, сидела девушка. Совершенно безвкусно одетая. В ярко-оранжевом, режущим своим цветом глаза, свитере. На макушке собран высокий хвост из пушистых кудрявых волос. С носа сползали очки, отчего она их все время поправляла.
— Очень красивая мелодия. — Улыбнулась она, вытаскивая наушник из уха. — Только грустная, будто тот, кто её написал потерял близкого ему человека и теперь ужасно страдает.
Чжан Лей ошарашенный увиденным медленно вытащил наушник из уха и положил его на стол. Музыка так и продолжала играть.
— Вам не кажется, что так не должно быть? — задала вопрос девушка.
— Что вы имеете ввиду? — спросил Чжан Лей через некоторое время, когда язык снова смог складывать мысли в слова.
— Он не должен страдать. — пожала она плечами, очки снова сползли, и она сняла их. Они повисли на цепочке из блестящих разноцветных камешков.
— А если ему невыносимо больно без того человека? — ответил он вопросом, на дерзкое заявление
— Но разве тот другой человек не стал бы страдать узнай он о том, что вы страдаете? Вы так не думаете? — настаивала она на своем.
Она была похожа на нее. Но разговаривала слишком спокойно и медленно. Наверное, он окончательно сошел с ума от тоски и теперь она ему еще и видится в реальности, кроме того, что приходит во сне.
Чжан Лей неосознанно потянулся к щеке, сидящей напротив и ущипнул. Девушка вскрикнула и подскочила на месте.
— Больно же! Это вообще то нарушение личных границ. — Она нахмурилась и ему стало слишком больно. Даже мимика похожа.
— Что у вас тут происходит? — спросил подошедший Юншик и посмотрел сначала на Чжан Лея, а потом на девушку.
— Ты её тоже видишь? — он ткнул в стоящую напротив пальцем.
Юншик криво улыбнулся, наклонился к Чжан Лею и зашептал.
— Хочешь, чтобы о тебе пошли слухи, что ты ненормальный? Нам этого еще не хватало.
— Но ты правда её видишь? — искренне спросил Чжан Лей.
— Конечно вижу. Это она.
Снова все сжалось.
— Кто она? — искренне не понимал Чжан Лей. Волнение нарастало, сердце застучало быстрее.
— Руководитель благотворительного фонда. Спонсор шоу.
Чжан Лей широко раскрыл глаза и посмотрел на стоящую рядом девушку, снова осмотрел её с ног до головы и увидел торчащие из-под края кед ярко желтые носки с арбузами. Нахмурился, поднял глаза и встретился с хмурым, осуждающим взглядом девушки.
— Простите его. Он в последний месяц немного странный. — улыбнулся Юншик. — Ну думаю вам представлять его не нужно. Кто сейчас не знает Чжан Лея. Верно? Это я с вами обсуждал его участие в шоу. Меня зовут Кан Юншик. — Юншик протянул ей руку. Маленькая рука с красивым маникюром быстро пожала ладонь его менеджера.
— Верно, многие от него без ума. Так и мечтают стать золушкой. — холод в её голосе заставил Чжан Лея нахмурится еще больше и снова осмотреть с ног до головы. её словно скопировали, но внутрь поместили кого-то другого.
— Давайте мы с вами пообедаем и все обсудим. — Юншик любезно предложил девушке сесть.
— Вы не представились. — сложил руки на груди Чжан Лей. — Вы меня знаете, а я вас нет. Это как-то не вежливо.
— Вы правы. — улыбнулась она и склонила голову. — Меня зовут Джессика. Я руководитель благотворительного фонда «Мечта», помогающего детям из неблагополучных семей.
Чжан Лей нахмурился и переспросил чтобы проверить не послышалось ли ему.
— Джессика?
— Да. Вас что-то не устраивает? Я училась заграницей и это мое имя. Предпочитаю, чтобы меня звали именно так.
— А корейского имени у вас нет? — не унимался он.
— Нет. — сказала она как отрезала и села за столик.
Юншик что все это время наблюдал за их странным разговором шумно прочистил горло и отвел в сторону Чжан Лея.
— Что с тобой такое?
— Ничего. — огрызнулся тот. — Она мне не нравится.
Юншик закатил глаза и пошел за столик мило улыбнувшись Джессике.
На следующий день они снова встретились. Теперь всей командой что собиралась работать над шоу. Джессика сразу всех очаровала. Вежливая, деловая и спокойная. Аккуратно складывала все свои принадлежности на край стола и учтиво предложила принести всем кофе. И когда вернулась с несколькими порциями на подставке даже не пролила его на себя.
Возможно он обманывает себя, возможно внешне они совсем не похожи. И даже этот стиль одежды просто совпадение. И это не его Санджа. А девушка с совершенно несуразным и не подходящим ей именем Джессика.
Они просидели, обсуждая шоу несколько часов. Все обменялись телефонами, договорившись в следующий раз встретится в ресторанчике и вместе выпить. Чжан Лей долго смотрел на незнакомый номер, когда Юншик протянул ему телефон с записанным именем Джессика. Она вежливо всем поклонилась, поблагодарила за работу и улыбнулась такой знакомой до боли улыбкой подошедшему к ней Юншику. Его она кажется тоже очаровала.
«Ну не могут два человека быть так похожи». — думал он прищурив глаза и внимательно вслушиваясь в разговор.
Зазвонивший телефон отвлек его.
— Что тебе надо? — не здороваясь ответил Чжан Лей.
— Фу, какой невежливый. — на той стороне трубке хмыкнули. — А я хотел пригласить тебя выпить. И даже угостить. — обиженно закончил Джону.
— Хорошо. Давай выпьем. — быстро согласился и бросил трубку. — Юшик. — позвал он своего менеджера, который все разговаривал с Джессикой. Он кивнул ей и подбежал к Чжан Лею. — Вышли на этот номер адрес самого дорогого ресторана и зарезервируйте там столик на двоих на мое имя. После работы отвезите меня туда.
— Неужели ты решился и пригласил кого-то на свидание? — воскликнул Юншик, а потом резко обернулся посмотреть не слышал ли его радостных воплей ещё кто. В конференц зале осталась лишь одна Джессика, что собирала свои вещи в черный шопер с изображением девятихвостого лиса.
Она, не обращая внимания на возглас Юншика вышла. Чжан Лей тяжело вздохнул. Этот день оказалась испытанием. Смотреть на чужую девушку с лицом той, кого любишь невыносимо сложно.
Юншик привез его к ресторану, попрощался и бессовестно сказал, чтобы не звонил ему если напьется, сегодня у них с его невестой намечается романтический ужин. Чжан Лей решил, что стоит лишить его премии за излишнюю дерзость и зашел в ресторан.
Джону сидел за столиком совершенно недовольный.
— Ты специально пригласили меня в этот дорогущее место?
— Конечно, а ты сомневался? — он сел напротив него, поднял руку подзывая официанта и произнес — Давай просто выпьем.
А дальше все было как в тумане. Он пил один бокал за другим и ко второй бутылке стал чувствовать, что окончательно опьянел. Руки стали слабыми, тело перестало слушаться. Как и язык, впрочем.
— Эй, что так паршиво? — сквозь пелену алкоголя он почувствовал, как Джону потрепал его по плечу. — Так и ещё самое дорогое вино заказывал. Не мог напиться чем-то дешевым? Эй Чжан Лей, Санджа бы скорее всего тебя убила увидев, как ты страдаешь и напиваешься каждый раз.
— Каждый раз как я вижу эти еле заметные шрамы, мне становится больно. — произнес Чжан Лей протягивая раскрытые ладони своему собутыльнику.
Джону зацокал и спросил:
—Тебя есть кому забрат? Или вызовем трезвого водителя? Не рассчитывай, что я отвезу тебя домой.
Удивительным образом сколько бы не пил этот идиот, никогда не напивался. Пусть и теперь был обычным человеком.
Чжан Лей вытащил телефон из кармана и набрал номер. Приложил к уху в ожидание ответа и завалился на стол головой, прижимая телефон щекой. На той стороне ответили. Но язык его не слышался. Несвязные слова крутились на языке.
Джону выругался и вытащил у него телефон из-под щеки.
— Здравствуйте. Чжан Лей тут немного напился. Думаю, вам стоит его забрать.
В ответ молчание и короткие гудки.
Кто-то пришел довольно быстро. По крайней мере Чжан Лею так показалось.
— Что здесь происходит? — спросил голос Джессики, раздавшийся над головой. И чего она здесь делает?
А потом она громко выругалась, кажется очень знакомо.
— Санджа? Это ты Санджа? — голос Джону доносился откуда-то издалека. Кажется, алкоголь совсем прибрал к рукам разум Чжан Лея.
— Ты зачем так его напоили, идиот? — продолжала она ругаться, совсем игнорируя то что Джону назвал её другим именем.
— Он сам так налакался.
— Если его кто-то увидит в таком виде, сразу же слухи поползут. Помоги мне отнести его в машину.
Джону покорно помог встать Чжан Лею со стула, и они куда-то его потащил. Он хотел сказать, что это не Санджа, а девушка с именем Джессика и он ошибается, продолжая её называть именем его Санджи.
— И часто такое происходит? — спросила она. Звук открывающейся двери машины донеся откуда-то издалека, словно Чжан Лея засунули в коробку.
— Иногда.
Чжан Лей хотел пнуть Джону за то, что тот рассказывает какой-то Джессике его тайны, но четыре руки запихнули его в машину на заднее сиденье.
— Дальше я сама. — закрыла дверь Джессика, поблагодарила Джону и села за руль.
— Почему ты так напился? — спросила она, вдруг перестав с ним разговаривать вежливо. Чжан Лей смотрел на её спину и гадал что ответить. Правду или ложь?
— Я обещал, что не буду грустить и буду продолжать жить. И я правда так делаю, но иногда тоска так сжирает, что невозможно дышать. — решил сказать правду, даже если она не нужна девушке, сидевшей за рулем. Он ударил себя по груди и отключился.
Когда он пришёл в себя они уже стояли у входной двери. Джессика набрала пароль и затащила висевшего на ней Чжан Лея в комнату.
«Ей дал пароль Юншик» — подумал Чжан Лей еле волоча ноги.
Она усадила его на диван, сказала о стакане воды и ушла. Кошка тут же прибежала откуда-то и прыгнула на колени. Джессика вернулась с кухни, и его кошка приветливо мяукнула.
Чжан Лей нахмурился и увидел, что на ногах у нее надеты ждавшие свою хозяйку тапочки панды.
Он встал, присел на корточки рядом с Джессикой. Бесцеремонно подхватил её под колено и приподнял сначала одну ногу, стянул тапок, потом вторую. Обнял две большие черно-белые мордочки, прижал их к себе и еле заполз обратно на диван.
Кажется, он так и уснул, обнимая тапочки. С тоской в груди по Сандже.
***
Проснувшись он оказался в своей кровати. Раздетый до нижнего белья. Вспомнить что случилось после тапочек он не мог. Неужели Джессика его раздевала? Стало жутко стыдно. Нужно будет перед ней извинится. Возможно теперь она не захочет работать с ним. Хотя, наверное, это и к лучшему. Смотреть на неё было больно. Он встал и схватился за голову. Воспоминания о прошлое ночи стали большим размытым пятном. Он помнил, как она притащила его в кровать, что-то сказала, помогла раздеться и ушла.
Но Чжан Лей ошибся никуда она не уходила. Он нашёл её на кухне. Среди овощей, раскиданных по столешнице. В тапочках пандах и фартуке, надетом поверх белой просторной футболки. Пар от чего-то что она готовила шел неестественно чёрный, а на кухне стоял запах гари и пережаренного мяса.
— Хвост кумихо мне в задницу! — выругалась Джессика и все внутри сжалось. Он, не думая, что возможно ему послышалось с похмелья, подошел к ней и обнял со спины. Её волосы пропитались запахом гари, но все так же источали легкий аромат лилий. Она была такого же маленького роста, такая же крохотная в его объятиях.
— Проснулся? — спросила она, выключая плиту.
— Ты снова мне снишься или же это видение наяву?
— Если у тебя видения, Чжан Лей, может стоит обратиться к психотерапевту, а не пить до потери сознания. — она повернулась в его объятиях и посмотрела строгим взглядом. — Да ещё нашёл с кем пить. С Джону! — воскликнула она. — Надеюсь платил за все он, а не ты?
Пахло гарью по-настоящему. Значит это не сон.
Он отодвинул её от себя и посмотрел в глаза.
— Джессика?
Она поджала губы, надула щеки и прыснула смехом. Таким искренним, заливистым и чистым, что сомнений в реальности происходящего не оставалось. Ну или ему правда нужен психотерапевт.
— Прости. — сквозь смех сказала она. — Сначала я не собиралась над тобой подшучивать, но, когда увидела твоё грустное удивленное лицо, решила, что наказать тебя за то, что ты меня не послушался было бы неплохо.
Чжан Лей смотрел на Джессику: которая оказалась не Джессикой и думал, что с ней сделать.
— Чокнутая. — выдавил он из себя. — Ненормальная.
— А вот Джону сразу меня узнал. — надула она губы, но Чжан Лей её уже не слушал. Подхватил вокруг талии и усадил на столешницу. Теперь их лица были на одном уровне, и он мог смотреть ей в глаза не наклоняясь. Она улыбалась, светилась счастьем смотря на него. Снова казалась нереальной.
— Тебе, наверное, понравилось издеваться надо мной? — спросил он, пытаясь смотреть на неё строго. Но выходило лишь любоваться. Он заправил за ухо выбившуюся из хвостика прядь.
— Совсем нет. — сдерживая улыбку, ответила она. А потом добавила. — Ну может совсем чуточку.
Санджа подняла руку и приблизила друг к другу большой и указательный палец, оставляя между ними несколько сантиметров. А потом положила руки на его плечи обхватила ими шею, притянула его к себе и поцеловала.
Нет так долго как ему бы хотелось.
— Потом ты снова исчезнешь? — спросил он, прижимаясь своим лбом к её лбу. Она улыбнулась и покачала головой из стороны в сторону.
— Нет, не за что. Я буду с тобой до самой смерти.
— До самой смерти? — переспросил он.
— До самой смерти. — повторила она и снова поцеловала его.
Послеглавие. Подарок для жнеца.
Месяцем ранее.
Санджа брыкалась, кусалась и пыталась выбраться из хватки старшего жнеца. Он был сильнее и приходилось тратить много сил, которых и так не осталось после встречи с вонгви.
— Отпустите меня. Опустите я говорю! — она впилась ему зубами в руку.
— Санджа! — знакомы строгий голос прозвучал сбоку, и она повернула голову в сторону. — Отпусти её. — попросил он жнеца и тот послушался. Санджа шепотом на него выругалась, но он услышал и хотел ответить, но его остановил жестом сонбэ.
— Ты неисправима. — покачал головой старший.
Санджа потянула в рот пальцы и клацнула зубами по ногтям, хотела откусить ноготь ещё раз, но сонбэ схватил её за руку. Санджа поджала губы, уткнулась лбом в широкую грудь и заплакала.
— Можете поругать меня позже. Сейчас мне очень больно.
Его большая рука легла на спину, и он начал похлопывать её по спине. Как делают близкие, когда хотя утешить родного человека. Как делает родитель, когда его ребёнок совершил ошибку и теперь расстроен своей неудаче.
— Глупая дурочка. — прошептал он продолжая хлопать её по спине.
Ее не сразу отправили к вратам Забвения. Сначала были долгие разбирательства где виновным пытались выставить ещё и Джону. Скрывавшийся лис, ранил человека значит должен понести наказание. Спасти его жизнь и подарить человеческую было последним подарком для него. Он спас Чжан Лея, она была ему благодарна.
Потом её проступок долго обсуждали на совете десяти королей, грозя пальчиком молодым жнецам и говоря, что так делать нельзя и вот к чему все это привело. Ей ничего не говорили о Чжан Лее, не давали телефон и снова держали в белоснежной, до слезящихся глаз, комнате. Она скучала и хотела хотя бы на мгновение увидеть его и однажды, перед тем как должны были вынести окончательный приговор, сонбэ разрешил выйти и посмотреть на айдола. В последний раз.
Он казался счастливым, улыбался и пожинал плоды своего труда.
— С ним же все будет хорошо? — спросила Санджа стоя в стороне в чёрном кате и ханбоке, наблюдая как он раздаёт автографы счастливым девочкам старшей школы.
— Да. — коротко ответил сонбэ. — Он будет в порядке. Ты не жалеешь о том, что сделала?
Санджа поджала губы и помотала головой.
— Ни капельки. — она улыбнулась.
— Наверное если бы у тебя был еще один шанс ты бы снова пожертвовала своей жизнью ради него?
Она задумалас, смотря как две смущающиеся девушки принесли большую игрушку и заламывали пальцы прося о фото.
— Я бы хотела быть с ним рядом. А еще, найти бы свою мечту и свой путь. Но теперь бы я слушала только себя.
Она последний раз взглянула на Чжан Лея и развернулась.
—Пойдемте. Вам пора проводить меня.
Переодевшись в светлые льняные одежды, которые не приятно липли к телу она попрощалась с госпожой Пари, попросив у нее прощения и направилась к вратам Забвения, где уже её ждал сонбэ.
— Готова? — спросил он.
— Разве к этому можно быть готовой? — Выдавила она из себя. — Это больно?
— Я туда не ходил, откуда мне знать. — пожал он плечами, а потом повернулся к Сандже и улыбнулся.
— Спасибо, сонбэ, что решили поводить меня. Это большая честь. — она подошла к нему и крепко обняла.
Он смотрел на нее и медлил.
— Это для меня честь, что ты проводишь меня. — Она не понимающе уставилась на него, нахмурилась и хотела задать вопрос, но он начал первым.
— Госпожа Пари сказала, что жертва самая большая цена, которую можно заплатить. Жертва ради друга и ради любимого. Жертва ради спасения другого человека. Их много и цена у них разная.
Санджа еще не понимала, что он хотел сказать, но тревога нарастала.
— Но самая ценная из них, это жертва родителя для своего ребенка. Родители часто жертвуют многим ради своих детей. Отдают свою здоровье, время и порой все что у них есть. Ты не мой кровный ребенок Санджа, но за эти пятнадцать лет я привязался к тебе. И я бы был очень рад если бы у меня была такая дочь. Яркая, неунывающая и смелая.
Санджа нахмурилась еще больше, еще не понимая происходящего, но навернувшиеся на глазах слезы говорили о том, что сердце уже догадалось.
— Помнишь я говорил, что уже был один жнец смерти решивший вспомнить свое прошлое? — задал он вопрос. Она кивнула. — Я был ужасным человеком. Когда я вспомнил о своем прошлом и сколько людей погубил, мне хотелось исчезнуть навсегда, потом я решил, что никогда вновь не вернусь в мир людей и буду вечно работать жнецом. Но потом я встретил тебя. В ту ночь, в наше первое совместное задание я совершил ошибку, позволив тебе его спасти. Я хочу, чтобы ты жила, Санджа. Радовалась каждому дню, исполняла свои мечты и любила. Мне не жалко распустить нити своей жизни ради твоей.
Санджа замотала головой окончательно понимая происходящее.
— Нет. Вы не можете. Это моя ошибка. Это я все сделала не так. Вы не обязаны нести ответственность за меня. — она мотала головой часто-часто.
— Санджа. Ты была настоящей неприятностью для меня. Но эти пятнадцать лет из моей долгой службы жнеца были самыми яркими и солнечными. Мое очерствевшее сердце, снова научилось любить и заботиться. Госпожа Пари сказала, что моя жертва перекроет твою сполна.
— Сонбэ. — Санджа потянула руки ко рту и тут же получила по ним тяжелой ладонью.
— Только прекрати вот это вот безобразие. — он покачал головой и повернулся к воротам. — Ну что ж мне пора.
Санджа осознавая, что больше никогда не увидит своего хмурого господина Хёкчжэ, больше не услышит от него упреков, медленно подошла к нему и уткнулась лбом в спину. Даже не достала до лопаток. Он повернулся, долго стоял просто смотря как она плаче, потом обхватил её голову и поцеловал в макушку. Так целовала её мать, когда она была совсем маленькой. Потом растрепал её непослушные волосы, от чего они сразу стали торчать в разные стороны как у пушистого одуванчика. Санджа подняла на него взгляд и впервые за эти пятнадцать лет увидела слезы на его глазах. Он плакал и улыбался.
— Спасибо, сонбе. — хлюпнула носом Санджа и вытерла тыльной стороной ладони, бегущие по щекам слезы. — прощайте, господин Хёкчжэ.
— Проживи хорошую жизнь, непослушная девчонка.
Он последний раз улыбнулся и развернулся к ней спиной. Врата забвения открылись и Санджа увидела яркий свет, что обволок сонбэ перед тем как врата сомкнулись вновь.
Она стояла и смотрела на эти огромные двери и плакала. Подарок, который она не заслужила больно жег в груди. Она всхлипнула. Один раз потом еще и еще. И в конечном итоге разревелась. Села на корточки, обхватила колени руками и уткнулась мокрым лицом в них.
— Это достойный поступок для человек,а что погубил так много жизней в прошлом. Я буду скучать по нему.
Санджа, подняла заплаканное лицо на начальницу.
— Почему вы позволили это сделать?
— Он искренне желал твоего счастья. Я уже говорила, Санджа, любовь бывает разной. Поэтому прекращай реветь, окажи ему честь и веди себя прилично.
Она вскочила на ноги, гордо вздернула нос и только сейчас увидела большую папку в руках госпожи Пари.
— А это что?
— Наследство. Все родители оставляют наследство своим детям.
Санджа нахмурилась, взяла папку из рук и стала листать ее.
— Что там? Дом на Чеджу. Вилла или несколько миллиардов вон. — пошутила она.
Она листала папку и с каждой новой страницей лицо становилось мрачнее.
— Что это?
— Список душ, что он должен был забрать. И так как он подарил жизнь тебе, а не кому-то другому отрабатывать их тоже тебе.
— Да тут же. — ей хотелось выругаться, но она сдержалась.
— Мы договорились, что ты поработаешь на полставки. Как раз хватит на одну человеческую жизнь.
Санджа удивленно взглянула на госпожу, Пари, которая сдержано улыбнулась и хлопнула её по плечу.
— Ну и да, дом на Чеджудо и несколько миллиардов вон он тебе тоже оставил. Оказалось, Хёкчжэ был еще тем скупердяем и накопил отличное такое состояние. Так что можешь делать все что хочешь, только работать не забывай. Хорошо?
Санджа часто закивала. Последний раз посмотрела на врата и произнесла, почти что не слышно.
— Спасибо, сонбе. Я проживу достойную жизнь.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
