Обложка Зов Страсти

Зов Страсти

Маргарита Искра Чижова

0% прочитано
Стандартный
Маргарита Искра Чижова

Зов Страсти

Пролог

Сон... Такой милый, сладкий... Эроти...

— Леди Кэсси!

Знакомый голос бесцеремонно вырвал меня из плена грез. Да какого лысого василиска?! Что за идиот вскочил с постели ни свет ни заря, и посмел заявиться под мои окна в столь ранний час!

— Леди Кэсси!

Нет, он не успокоится. Этому эльфийскому выскочке не привыкать драть глотку... Придется распрощаться с теплым одеялком, прикрыть наготу легкой, расшитой золотом накидкой и шлепать на балкон.

— Леди Кэс...

— Доброе утро, Ингримиэль! — я улыбнулась, подставив лицо ярким лучам восходящего над холмами солнца и полной грудью вдыхая чудесные ароматы цветов.

За правым флигелем дворца Лилий раскинулся невероятной красоты сад, где уже вовсю хозяйничала весна. Вот-вот должны были распуститься алые цветы альвэ с лепестками в форме сердечек... Они росли только в Долине Рек и напоминали об особой радости, что испытывают влюбленные, обретя наконец свою вторую половинку.

Молодой бард, на миг смутившись, быстро совладал с собой и тронул пальцами семиструнную лиру:

— Леди Северных Чертогов, всю ночь я не сомкнул глаз и сочинил Песнь в твою честь!

Любая эльфийка на моем месте сейчас бы таяла от восторга: шутка ли, получить такой подарок от главного придворного менестреля! Как неожиданно! Как приятно!

Вот и нет, грифон его задери!

Начнем с того, что ненавязчивые ухаживания Ингримиэля Златогласого постепенно теряли приставку «не» и становились все более настойчивыми, а у меня, между прочим, жених есть.

Воин, герой и благородный красавец Валтаир!

Он хранит южные рубежи королевства от дерзких гоблинских набегов. И я, как положено честной девушке, жду его возвращения, лелея мечты о нашей пышной свадьбе с толпой гостей и горой подарков.

Во-вторых, я — не эльфийка, родилась на севере, где выживают люди стойкие, суровые и практичные. Их сладкими речами да всякими посулами не обманешь. Мой отец любил говаривать: «На языках мед, а на деле — лед». И как в воду глядел!

Во дворце Лилий все друг другу улыбаются, щебечут комплименты, и одновременно с этим плетут интриги ради собственного увеселения. Никогда не узнаешь, кто тебе истинный друг, а кто — враг.

В-третьих, по утрам я люблю нежиться в постели, а не слетать с нее, словно ратник по тревоге. Недосып, как всем известно, здоровью вредит.

— Песнь прославляет... — воодушевленно произнес бард, но я не дала ему закончить.

— Не терпится услышать сей шедевр!

Зря что ли я тут стою, пятки о мрамор морожу. Претерпеваю, так сказать, ради высокого искусства.

Ингримиэль запрокинул голову, отдаваясь на милость всю ночь терзавшей его музе стихосложения, и запел сильным, проникновенным голосом:

Он все пел и пел, ловко сплетая в этой оде самые изысканные комплименты. И талию мою тонкую упомянуть не забыл, и алебастровые плечи, и огненные кудри, и про зеленые глаза что-то там ввернул. У меня даже румянец на щеках выступил. Не боится, что за такие нескромные речи Валтаир ему голову открутит?

Окончив Песнь, молодой эльф слегка поклонился. Я наградила его аплодисментами:

— Восхитительно! Бесподобно!

— Рад, что мой скромный дар столь высоко оценен.

Набравшись смелости, я решила четко обозначить границы наших отношений:

— Надеюсь когда-нибудь услышать чудесную балладу «Валтаир и Кассандра». Уверена, это будет подлинный шедевр.

— Я постараюсь не разочаровать тебя, леди Севера, — загадочно улыбнулся бард. — Взамен попрошу лишь об одной услуге...

Вот значит как чешуя блеснула! Услугу ему подавай. Интересно какую?

Осмотревшись, Ингримиэль понизил голос:

— Леди Кэсси, сегодня ночью расцвели первые альвэ. Канцелярия уже готовит приглашения от имени принцессы для придворных дам. Будет праздничный ужин, а затем традиционные гадания...

Да, мои первые гадания.

Когда я приехала с отцом во дворец Лилий, то была еще слишком юна для таких ритуалов. Эльфы же относятся к ним чрезвычайно серьезно. Верят, что альвэ помогают девушкам определить истинного избранника и никогда не ошибаются. Нужно лишь выпить волшебный отвар и взглянуть на дно кубка: увидишь там очертания стрелы или меча — значит, суженый из воинов, россыпи монет или самоцветов — богатый торговец, арфу или лиру — музыкант.

Со мной-то все и без того ясно: я сама настояла на помолвке с Валтаиром, и отцу ничего не оставалось как согласиться. Но сердце вдруг затрепетало от волнения: представились уютные покои эльфийской принцессы, шепотки, хихиканье, горящие глаза девушек, допущенных до таинства.

— Леди Кэсси, как доброму другу ты откроешь мне... — Ингримиэль оборвал себя на полуслове.

— Кто увидит лиру? — смекнула я.

Иного варианта тут быть не могло: либо менестрель влюблен безответно и ждет, что альвэ подтолкнут его избранницу к правильному выбору, либо увлечен несколькими и не знает, кого предпочесть, надеясь на подсказку волшебных цветов.

— Поверье гласит, что эльфийке нельзя проболтаться об увиденном, — тихо сказал Ингримиэль. — Но ты иных кровей и свободна от всяких обязательств. Помоги мне, и клянусь, что в долгу не останусь.

— Хорошо, — согласилась я, даже не догадываясь, чем обернется это легкомысленное обещание.

— После заката я буду ждать у Малахитового фонтана.

— И сочинять обещанную мне балладу?

— Если это угодно леди.

Его учтивость подкупала лучше самой звонкой монеты, и я решила, что непременно помогу талантливому поэту и просто славному парню обрести счастье с той придворной красавицей, на которую укажут волшебные цветы.

Впорхнув под шелковый балдахин, я вытянулась в полный рост на мягчайшей перине. Как же хорошо, как чудесно начинается день!

Я радовалась, словно наивное дитя, ведь ничто не предвещало беду, а тем временем над моей рыжей головой уже сгущались незримые тучи...

Глава 1.1.

Как следует поваляться в постели мне не удалось.

Если на вечер назначен праздничный ужин, значит подготовка к нему займет целый день. Выбор платья, омовение в благоухающей воде и самое долгое — прическа. Над ней будет трудиться специально приглашенный мастер с двумя помощницами. За несколько часов они создадут на моей голове нечто невообразимое под весьма поэтичным названием «Гнездо аиста».

Пока умелые руки завивают и укладывают мои пряди, собирая над макушкой птицу из белых роз, можно немного порассуждать об эльфах.

Начну с того, что это не те чопорные худощавые красавцы с длинными светлыми волосами и ушами-раковинами, предпочитающие одежду простого кроя и серых тонов, каких можно найти на гравюрах в книгах.

Уши у них в самом деле остроконечные, но не гротескно-гигантские, а почти с человеческие размером. Светлые волосы по современной моде принято красить, причем в самые невероятные оттенки: фиолетовый, синий, бледно-зеленый, и по особым случаям вплетать ленты, цветы, драгоценные талисманы.

Мужчины носят строгие военные камзолы под расшитыми серебром накидками, а эльфийки, подсмотрев у людей крой и фасоны, повыкидывали из гардеробов плащи-мантии и теперь щеголяют в двух-трех верхних платьях с длинными шлейфами.

Из-за тонкой кожи эльфы по-прежнему плохо переносят холодные зимы и никогда не селятся севернее Ду-а-Долла.

Возле пролива, отделяющего людские земли от исконных территорий остроухого народа, вынуждены проживать изгнанники. Говорят, что некоторые из них получают королевское прощение и разрешение вернуться в благодатные края, но мне эти счастливчики пока не встречались.

Даже на обильной пище эльфам труднее располнеть, чем людям. Забавно, что мы завидуем их умению есть и не толстеть, а остроухие красавицы, глядя на нас, мечтают о широких, округлых бедрах и всем чем можно набивают корсеты ради привлекательных выпуклых форм.

Касаемо пресловутой чопорности, хочу добавить: нормы приличий за многовековую историю тоже претерпели серьезные изменения.

Эльфы по-прежнему неохотно пускают в свои земли чужаков и не стремятся развивать торговлю. Они вполне самодостаточный народ, не терпящий каких-либо сторонних вмешательств в свои внутренние дела.

Эльфийская речь, в зависимости от настроения говорящего и его происхождения, может быть беглой и быстрой, или напротив — чересчур плавной, почти рифмованной, пафосной и поэтичной. Сразу к такому не привыкнешь, нужно тренировать слух и долго учить все нюансы произношения.

Тоскую ли я по дому? Немного.

Зимой в замках по ту сторону пролива нестерпимо холодно и гуляют сквозняки. Сидеть целыми днями при свечах за плотно закрытыми ставнями, кутаясь в меха и изнывая от скуки, это весьма сомнительное удовольствие.

Во дворце Лилий долгое лето, которое сменяет теплая золотая осень, сезон непродолжительных дождей и мягкая, туманная весна. Здесь никогда не выпадает снег. В языке эльфов даже нет такого слова, приходится использовать целую фразу «превратившийся в алебастр дождь».

На родине мне прочили в мужья богатого, пожилого барона с покрытым оспинами лицом и скверным характером. Меньше всего я хотела становиться его супругой и грезила о волшебном Заморье, куда отец все-таки снарядил посольство. Мечта привела меня к любимому, красавцу Валтаиру.

Как же я жду его возвращения! Скорей бы упасть в его объятья, подставив страстным поцелуям губы и шею. Мой милый, мой герой...

С момента его отъезда я получила уже три письма, в которых он зовет меня своей ненаглядной... Своей любимой... Это ли не счастье?

В стрельчатые окна моих покоев заглянуло розовое, закатное солнце. Уже скоро начнется праздник. В ротонде репетируют музыканты и юные пажи обходят дворец, зажигая разноцветные фонари.

— Взгляните, леди Кэсси... — девушка подала мне зеркало.

Хорошо, что дверные проемы тут высокие — хоть на коне катайся, а вот проходя под аркой в западном крыле лучше присесть, чтобы этот роскошный аист не спикировал с моей головы раньше срока. Нам с ним предстоит не меньше четырех часов к ряду блистать. И благоухать, потому что прическу обильно надушили. Аж глаза слезятся!

Ничего не поделаешь, у эльфов к запахам особое отношение. Ты то, чем ты пахнешь. Разнообразными комбинациями ароматов можно написать целое послание. Весточки от Валтаира щекочут ноздри пряными нотками мускатного ореха, а значит южное путешествие моего суженого скорее приятное, нежели тревожное.

Музыка в саду становилась все громче. Подобрав лиловый подол верхней юбки, я выпрямила спину и поднялась из кресла.

Какое счастье, что дворцовый этикет разрешает дамам чуть приседать в знак приветствия, а не вынуждает кланяться. Держись, аист, гном бы тебя побрал!

Мои отражения в развешанных по всему коридору зеркалах словно шептали в спину: осанку прямее, плечи разверни, тяни шею, подбородок чуть вверх, улыбка непринужденнее, шаги мельче... А голод-то подгоняет! Пришлось отказаться от обеда ради примерки нового корсета. Зато сидит как влитой и сверкает — просто загляденье!

Я желала всем ясного вечера и светилась от счастья. Два седоголовых королевских советника, поднимавшиеся по мраморной лестнице, с улыбками расступились, давая дорогу стайке фрейлин принцессы.

Торжества в эльфийских замках всегда сопровождаются музыкой и отличаются обилием цветочного декора: гирлянды из цветов под потолком, цветочные серпантины вокруг колонн, цветы в горшках и вазах, разноцветные лепестки, устилающие пол... От такого обилия красок с непривычки может зарябить в глазах.

А запахи! Какие вокруг ароматы: бодрящие и дурманящие, головокружительные, сладкие, пряные, медовые...

На подносах возвышаются пирамиды из всевозможных пирожных — и устоять перед этим соблазном почти невозможно... Разве что сразу найти приятного собеседника, способного целиком обратить на себя внимание, увлечь долгим разговором или танцами.

Вечер был в самом разгаре, когда к придворным спустилась принцесса Лианэ. В жемчужно-золотистом платье она казалась такой воздушной, словно порхающая бабочка.

Глава 1.2.

Подарив лордам несколько танцев, она позвала всех леди за собой — в зал Альвэ, где уже стояли серебряные кубки, наполненные волшебным отваром.

— Пусть каждая из вас возьмет кубок, — торжественно произнесла Лианэ, усаживаясь в широкое резное кресло, — А затем подойдет ко мне.

Я с интересом наблюдала за древним ритуалом. Девушки одна за другой приближались к принцессе, касались своим кубком ее — большой и золоченый, наполненный до краев — а затем выпивали волшебный напиток...

Лианэ должна была гадать последней, но внимательно наблюдала за своими подданными. По лицам легко читалось разочарование у тех эльфиек, кто увидел на дне кубка только муть — значит, в этом году им не суждено примерить платье невесты, радость у тех, кому цветы предрекли удачную партию, и недоумение у ожидавших от альвэ иного пророчества.

Я шла в числе последних и почти не волновалась. На дне моего кубка будут очертания меча — любимого оружия лорда Валтаира. В худшем случае — муть, но и к такому повороту событий я морально подготовилась.

Напиток показался мне терпким. Голова затуманилась и перед глазами заплясали крошечные искорки. Я прижала кубок к груди...

— Дай же мне взглянуть, — ласково сказала Лианэ.

Я скосила глаза и увидела на дне кубка...

Комок застрял в горле. Я замотала головой.

— Покажи, — мягко приказала эльфийская принцесса.

— Тут какая-то ошибка... — прошептала я непослушными губами и зачем-то наклонила кубок в ее сторону.

Желтоватый осадок сохранил очертания четырехзубой короны, венца эльфийского принца Нартила, под началом которого сражался на юге Валтаир. Нартил был помолвлен с Лианэ и должен был стать следующим королем Лилий.

Благодушное лицо принцессы потемнело от гнева.

Меня охватил ужас. Как? Почему? Я даже не знакома с Нартилом, он отправился на юг задолго до моего приезда в этот дворец! Мой суженый — Валтаир!

Лианэ вскинула руку над головой, шепча какое-то заклинание на древнем языке своего народа.

Медлить было нельзя. Я с ненавистью отшвырнула кубок, подняла подол верхней юбки и бегом кинулась прочь.

Каблучки стучали по полу, сердце колотилось, как бешеное, а дурацкий аист словно плясал на голове в хмельном угаре, раскачиваясь то в одну, то в другую сторону.

Ноги сами несли меня в сад, где было проще затеряться среди лабиринта из подстриженных кустов и хитросплетений тропинок.

В лицо дышала теплая ночь. У Малахитового фонтана, который светился бледно-зеленым цветом, кто-то схватил меня за рукав, и я завизжала от неожиданности.

— Леди Кэсси... — Ингримиэль смутился и побледнел, но пальцы не разжал. — Это я... Прости, что напугал...

Развернувшись на месте, я вцепилась в тонкую рубашку на груди барда:

— Помоги мне!

— Кто за вами гонится?

— Все!

Эльф взял меня за руки, увлекая вглубь сада:

— Что произошло?

— Мне выпала корона!

— Корона?

— С четырьмя вершинами!

Поэт озадаченно потер затылок:

— Не знаю, леди Кэсси, порадоваться за тебя или посочувствовать...

— Лианэ чуть меня не прибила! И, кажется, хотела наложить порчу! Это ужасно!

— Не стоит отчаиваться, моя леди, — Ингримиэль выдавил ободряющую улыбку. — Вспугнутая утка всегда взлетает с воды против ветра, и тебе ради спасения следует идти наперекор судьбе.

— Я не могу здесь оставаться! — Мой голос все еще дрожал. — Глупое гадание! Почему Валтаир не со мной? Он бы защитил меня от этой жуткой несправедливости!

Бард ненадолго замедлил шаг:

— С рассветом вниз по реке отправится корабль «Белая Ладья». Он проследует до пограничной крепости Длань Фандулиса, где находится принц Нартил. Возможно, лорд Валтаир сейчас с ним, в числе прочих военных советников.

— Откуда ты все это знаешь? — я остановилась и сорвала с головы поганого аиста, выместив на нем всю накопившуюся злость.

Ингримиэль развернулся и заботливо помог мне поправить растрепавшиеся волосы:

— Лорд Ролло, капитан корабля — мой дальний родственник и добрый приятель.

— До рассвета еще так долго... Что если меня найдут?

— Ветер благоприятный, — бард глянул на верхушки деревьев, — А корабль оснащен фонарями, позволяющими плыть ночью. Я попытаюсь убедить Ролло отбыть немедленно...

— Это возможно? А как же команда? Груз?

— Корабль собирают в дорогу не один день, — терпеливо пояснил Ингримиэль. — И команда... Наверняка уже в порту...

Я не стала с ним спорить, доверившись как другу.

«Белая Ладья» возвышалась у причала горделивой королевой. В середине корпуса располагалась большая каюта, собранная из досок. Вторая находилась на носу и напоминала яркий шатер, какие эльфы брали с собой для отдыха на природе. Пять пар весел неподвижно застыли над водной гладью, ожидая, когда гребцы займут свои места и дружно, по команде, толкнут их от себя.

Ингримиэль попросил меня обождать, а сам направился в большую каюту, ожидая найти там капитана Ролло.

Время словно остановилось. Я разглядывала небо и реку, подставив лицо ветру — утомленная и растрепанная беглянка. А что если?.. Предсказание... верно? И принц Нартил — моя судьба? Вдруг наши взгляды встретятся и...

Я гнала прочь эти фривольные мысли. Меня ждет Валтаир. Каждое его письмо наполнено любовью ко мне и будет ужасным преступлением растоптать столь светлое, искреннее чувство.

Глава 2.1.

На берегу, под чуть посветлевшим небом, стоял Ингримиэль и махал мне на прощание рукой.

Лорд Ролло давал короткие распоряжения команде. Он был опытным капитаном, хорошо изучившим долину рек и мог путешествовать с севера на юг, вовсе не полагаясь на карты.

— Леди Кэсси! — крикнул с пристани бард. — Имя!

Я вспомнила о данном обещании, но хотела сохранить наш уговор в секрете, и коротко отозвалась:

— Горлица!

Это было прозвище одной из фрейлин Лианэ — леди Риенны.

— Благодарю! — просиял от радости мой случайный спаситель.

Я подумала, что из них в самом деле получится красивая пара. Мне же хотелось сейчас побыть в одиночестве. И шатер на носу ладьи подходил для этого идеально.

Капитан Ролло проследил, чтобы там поставили блюда с фруктами, кувшин и кубок, а под подушкой я обнаружила флейту. Многие эльфийские леди отдыхали, сочиняя музыку. Мажорные и минорные гаммы переплетались в причудливые мелодии, передававшие разные настроения — от беспросветной тоски до всепоглощающей радости.

Вскоре меня сморил сон. Он был каким-то серым и тревожным. Крики птиц над ладьей в пелене полудремы казались боевым кличем наступающей гоблинской конницы.

Озаботившись моим состоянием, лорд Ролло прислал блюдо со сладостями и спросил, не нуждаюсь ли я в собеседнике. Отказ мог обидеть радушного капитана. Он обладал приятной наружностью и серебристым голосом, носил мундир со сложными рунами и символами, обозначавшими воду. Из-под янтарной челки глядели синие, веселые глаза.

— Леди Касса... — как и прочие эльфы, он споткнулся на моем полном имени.

— Леди Кэсси, — улыбнувшись, я подала руку для поцелуя.

Из-за небольшого размера шатра, где приходилось сидеть ближе друг к другу, нежели предписывал дворцовый этикет, создавалась теплая, уютная атмосфера.

Обменявшись любезностями, мы с лордом Ролло одновременно почувствовали будто знакомы уже давно, и нет причин для недоверия.

Сладкое вино придало живость беседе.

— Расскажите что-нибудь занимательное, — попросила я. — Какую-нибудь историю.

— С радостью исполню любое пожелание такой очаровательной леди, — улыбнулся капитан «Белой Ладьи». — Я поведаю о веселом происшествии, очевидцем которого не был, но знавал одного словоохотливого путешественника с севера, назвавшегося непосредственным участником тех событий.

История переносит нас в окрестности замка Руаф, в жаркий летний день, какие нередкость в тамошних благодатных краях. Три друга — барон, виконт и граф, о чьих именах умолчим, — отправившись на охоту, резвым аллюром обогнали свиту и увлеклись преследованием добычи. Однако капризная удача отвернулась от них, и весьма измотанные погоней, изнывающие от зноя, благородные господа были вынуждены свернуть на наезженный тракт.

Дорога привела их к старой, покосившейся корчме, где заправлял немолодой хозяин со звучным именем Кнот. Увидев влиятельных и богатых гостей, бедняга всячески рассыпался в любезностях. Он застелил стол скатертью и подал серебряные приборы, какие достались ему в наследство от бабки и заметно почернели без дела.

Промокнув лоб надушенным платком, самый юный из друзей — барон — хлопнул на стол золотую монету и приказал Кноту: «Подай мне лучшего северного вина „Пурпурную Леди“, чей бархатистый вкус способен развеять любую печаль!» Испуганный трактирщик схватил монету и вскоре вернулся из погреба с глиняным кувшином. Барон наполнил кубок и с наслаждением отпил: «Великолепное вино! Рекомендую, господа!» На что виконт лишь улыбнулся в усы: «Да разве это вино? Эй, корчмарь, скорее сюда!»

Он положил на стол две золотые монеты и продолжил с достоинством: «Немедленно подай мне „Рубиновую вдову“, легендарное вино с насыщенным ароматом и терпким вкусом, от которого кипит кровь и мышцы наливаются небывалой силой!» Кнот мелко затрясся, согнулся в поклоне и юркнул в погреб. Повозившись там, корчмарь принес расписанный яркими красками глиняный кувшин. Виконт наполнил кубок, покачал им, давая вину подышать, и пригубил, жмурясь, словно от яркого солнца: «Восхитительно! Право, это лучшее из всего, что мы взяли у природы!»

Откашлявшись в кулак и выпятив внушительный живот, граф сказал бодрым тоном: «Недурственное вино, согласен, однако же я пил и получше!» Он жестом подозвал бледного, едва стоявшего на трясущихся от страха ногах корчмаря: «Эй, хозяин, найдется ли для меня любимое вино трех королей? О, этот сочный букет „Последней Надежды“ со сладким медовым послевкусием не сравнится ни с чем!» И три золотые монеты покатились по столу...

Ярче звезд засверкали глаза Кнота: такое богатство само приплыло к нему в руки! Отвесив земной поклон, корчмарь со всех ног кинулся в погреб. Он нашел небольшой, но очень красивый кувшинчик, забытый когда-то приехавшим с востока купцом, тщательно стер всю пыль, смазал стенки медом, и наполнил до краев из дубовой бочки.

Нужно ли говорить, что у Кнота была одна-единственная бочка с дешевым вином, которым он, за неимением ничего другого, и потчевал гостей. Когда кувшинчик оказался на столе, граф с видом победителя обвел взглядом друзей, наполнил кубок и сделал большой глоток: «Бесподобный аромат! Какая сладость! И этот мед, собранный на склонах южных холмов, ни с чем не спутать! Попробуйте, господа! Клянусь, это вино кружит голову, будто первый поцелуй!»

Напившись и наевшись до отвала, три аристократа распрощались с корчмарем и отправились в путь весьма довольные этим неожиданным приключением. Кнот же дивился, размышляя, как полуденный зной и долгая изнурительная жажда могут превратить любое пойло в поистине королевский напиток. Однако же, на всякий случай, еще до заката он заколотил двери и окна корчмы, сложил монетки в кошель, и отбыл в странствие по заморским землям, посетить которые мечтал еще с юных лет.

— Желания ослепляют одних, а других подталкивают к цели, — улыбнулась я.

Шумели волны, рассекаемые носом корабля… Или это шумела моя голова?

Лорд Ролло вновь наполнил кубки:

— Вы предприняли опасное путешествие. Никто из людей не ступал южнее Волчьего взгорья.

— Там много хищников?

— Оно горбится вдоль леса, напоминая волчий хвост — отсюда и название. К востоку за степным яром в прошлом году видели конный разъезд гоблинов. Зеленокожие редко нападают на укрепленные крепости, держатся в стороне от рек, но на открытой местности — это суровые и беспощадные противники.

— Я еду повидаться с женихом. Полагаю, в Длани Фандулиса достаточно безопасно.

— Да, разумеется. Эту твердыню называют Вратами Юга. Она — вершина защитного треугольника, в который также входят две сторожевые башни: западная Юастам-Кибит и восточная Синистрам-Кибит. В случае нападения, будет подан сигнал и Врата захлопнутся.

— Почему гоблины постоянно воюют? У них мало земель или есть какая-то другая причина?

— Об этом не принято говорить… — нахмурился капитан Ролло. — Мы защищаем свои исконные территории по приказу короля. Тот, кто претендует на венец Лилий — наследный принц или лорд, помолвленный с принцессой, которого называют принцем альвэ, не менее чем на три года становится Хранителем Юга. Он следит за военной подготовкой дозорных, контролирует снабжение крепостей и, если потребуется, участвует в сражениях.

— Мой нареченный хотел бы получить титул лорда-воителя, чтобы вступить в королевскую гвардию. Мы тоже заключили помолвку, обменявшись цветами, как Ее Высочество Лианэ и принц Нартил. Но теперь даже не знаю, могу ли я называть Валтаира моим лордом альвэ…

Капитан «Белой Ладьи» изумленно приподнял бровь:

— Что же случилось?

Я прикусила язык. Зачем наболтала лишнего? Мало мне проблем…

— Ингримиэль ничего толком не объяснил, — тихо сказал лорд Ролло. — Но его просьба — пусть и странная — все же просьба родни, а ближнему по крови не принято отказывать. Не хочу наступать на больное… Пусть это будет вашим секретом.

— Да уж, секрет, — я подула на выбившуюся из прически прядку. — И не делайте вид, что не догадались…

— Догадался, — слегка наклонился ко мне собеседник. — Магия цветов пошла вразрез с вашими желаниями. Такое случается. Вы не приняли свое будущее и стараетесь догнать день уходящий. Не получится. Вам не удержать его, проще отпустить и начать все с чистого листа.

— Я не из тех, кто ищет легких путей!

— Цветы не ошибаются.

— Все ошибаются. Из любого правила есть исключения! Возможно, все дело в моей человеческой природе. Альвэ — эльфийские прорицатели, много ли они знают о людях?!

Лорд Ролло прищурился и загадочно улыбнулся:

— Время покажет. Сыграйте мне что-нибудь вдохновляющее на великие свершения. Сердце подсказывает, что сегодня знаменательный день, который обязательно войдет в историю.

Поднеся к губам флейту, я прикрыла глаза и полностью растворилась в музыке. Она несла меня куда-то в темноте, словно щепку, и казалось, это путешествие будет длиться вечность.

Глава 2.2.

Дни на корабле пролетали один за другим. К счастью, у эльфов не было глупого предубеждения, что девушка на борту — к трудностям в пути. Напротив, мое присутствие воспринимали с большим воодушевлением.

Лорд Ролло охотно показывал мне красоты срединных земель. Он знал много легенд и преданий, так что скучать в его обществе не приходилось. Вскоре я стала замечать, что капитан весьма сведущ в делах людей, знаком с нашими обычаями. Речь эльфа пестрела множеством своеобразных оборотов и поговорок, вольно переведенных с моего родного языка на местный северный диалект.

Дождавшись удобного момента, когда «Белая Ладья» причалила к берегу, чтобы пополнить запасы, и все с радостью разминали ноги на твердой земле, я пригласила лорда Ролло сопровождать меня во время короткой прогулки среди желтых зарослей маквиса. Там раскинулся пестрый ковер душистых однолетних трав и весенний бодрящий аромат разливался по всей долине.

Сбросив мундир и перчатки, синеглазый капитан расстегнул воротник рубашки и в таком лихом виде, с дерзкой улыбкой сорванца, нагнал меня по мощеной камнем тропинке, огибавшей солнечные полянки ладанника.

Мы уходили все дальше от воды, в колючую рощу, и с каждым шагом становилось теплее, словно где-то поблизости пряталось лето, заманивая нас в свои горячие объятья.

— Лорд Ролло! — окликнула я задумавшегося о чем-то эльфа.

— Чудесный день, — пробормотал он, глядя поверх кустов.

— Почему я ни разу не видела вас во дворце Лилий?

Капитан улыбнулся широко и простодушно:

— Не делайте вид, что не догадались.

— Догадалась.

— Тогда скажите об этом. Ваши слова не нанесут мне обиды.

— Вы... лорд-изгнанник?

— Да. И много лет пробыл на севере, прежде чем король дозволил мне вернуться в родные края. Впрочем, он не настолько милосерден, чтобы распахнуть золотые ворота дворца перед моим острым носом. Я еду на юг по личному поручению Владыки, с тайной и особо важной миссией.

От его признания вдруг сделалось горько и тяжело на сердце...

— В чем вы провинились?

— Имел неосторожность поссориться с лордом Нартилом, вскоре ставшим принцем альвэ. Свидетельницей нашей размолвки была Ее Высочество Лианэ, она пожаловалась королю, и мне пришлось незамедлительно сменить шелковую мантию придворного на подбитый мехом плащ отщепенца.

Заприметив печаль в моих глазах, он шагнул ближе и продолжил без тени сожаления в голосе:

— У моего народа есть пожелание врагу: "Вовек тебе не снимать мехов!" Но скажу откровенно, я влюбился в север. И буду рад, покончив с делами, вернуться туда снова.

Пальцы лорда Ролло нежно коснулись моей ладони:

— Мы оба — изгнанники. Я тоскую по холодным пределам, а вы бежите на юг, в пугающую неизвестность. На короткий миг, мне почудилось... некое родство между нами. О воле цветов не принято говорить вслух. Мое сердце мучают сомнения и согревает робкая надежда. Прошу, лишь намекните: что посулили вам альвэ?

— Я увидела корону. Мне напророчили в мужья принца Нартила.

Теплые руки капитана крепко сжали мои запястья. В его вдруг потухшем голосе мелькнула досада:

— Это невозможно. Цветы должны были благословить союз принцессы Лианэ. Поверьте на слово, вы совсем ему не пара...

— Почему? Я не достаточно хороша?

— Вы знакомы с Нартилом?

— Я помню его портрет, висящий в галерее дворца.

— Он долго шел к своей цели, не гнушаясь ни лестью, ни подкупами, ни шантажом. Ради короны Лилий он готов на любую подлость, и вряд ли откажется от власти из-за...

— Из-за какой-то иноземной девчонки?

— Я хотел сказать иначе.

— Это не меняет сути, — глубоко вздохнув, я посмотрела в его слегка потемневшие глаза. — Благодарю за вашу искренность и заботу. Не беспокойтесь, я сама разберусь со своим будущим.

— Хорошо. Как пожелаете.

Казалось, теперь между нами должна была остаться лишь пустота, но я чувствовала непреодолимое желание продолжить разговор, меня тянуло к синеглазому эльфу — хотелось прижаться к его груди, уткнуться носом в плечо и... Капитан наклонил голову, наши губы соприкоснулись, сперва робко, едва ощутимо, но уже через мгновение мы дышали друг другом в долгом, самозабвенном поцелуе.

Мой прежний скромный опыт с Валтаиром не шел ни в какое сравнение с тем, что творилось сейчас. В объятьях суженого я была маленькой боязливой птичкой, сжимавшейся в комочек и едва не терявшей сознание от волнения.

Мои щеки полыхали. От ласк лорда Ролло по телу бежали горячие волны. Охваченная жгучей, мучительной страстью, я прильнула к синеглазому эльфу, так непохожему на прочих остроухих лордов. Он пах смолой, как будто только что бродил по хвойному лесу... Я знала этот запах с детства. Я обожала его.

Руки капитана легли на мою талию...

Почему мы не встретились раньше? Почему?

Теперь я связана клятвой Валтаиру и должна помнить о ней... В уголках глаз сверкнули слезы:

— Умоляю... Остановитесь...

Лорд-изгнанник послушно сделал шаг назад: он все понял и отнесся к моим чувствам с уважением.

— Вы правы. Я зашел слишком далеко. Ветер изменился, и нам пора возвращаться.

Я рассеянно кивнула.

— Врата Юга уже близко, — капитан указал на низкий горизонт. — Лелею надежду, что тамошний зной и суховей не превратят хрупкий северный цветок в жесткую колючку. Будьте осторожны с лордом Нартилом. Он совсем не тот, кем кажется на первый взгляд.

Это предупреждение засело крепко, как заноза, и я еще не раз вспоминала о нем, пока «Белая Ладья» шла полным ходом по широкому руслу неторопливой равнинной реки.

Глава 3.1.

Врата Юга распахнулись передо мной в знойный полдень. "Белая Ладья" скользила по внутренней дельте реки, где сновали торговые корабли под яркими парусами, быстроходные лодки и грузные рыболовецкие суда.

Длань Фандулиса напоминала придавившую равнину гигантскую ладонь. Ее края очерчивали земляной вал и глубокие, заполненные водой рвы. "Пять пальцев" оказались длинными улицами-лучами, соединившими крепость и предместья. Там было много домов, окруженных садами и виноградниками. Чуть в отдалении на искусственном холме возвышалась дозорная башня из белого камня.

Лорды возводили гостевые дворцы, облагораживая берега многочисленных речушек, над которыми выгибались причудливые мосты. Это показалось мне странным: а как же рассказы об опустошительных гоблинских набегах? Неужели эти заборчики и зеленые ограды способны остановить жутких кочевников?

К порту прилегали ремесленные и торговые кварталы. Здесь обрабатывали стекло и глину, трудились каменщики, оружейники, ткачи и золотых дел мастера.

Никаких шумных и грязных базаров. Все дела велись в городском розарии, где собирались после обеда для неторопливых бесед и заключения сделок. В этих благоухающих кущах лорд Ролло чувствовал себя как рыба в воде. Он улыбался и расточал комплименты, пока я с удивлением и восторгом изучала украшенный витражами купол.

— Это сцены из жизни и семь великих деяний Фандулиса, — подсказал капитан. — Как ваше настроение?

— Прекрасно, — соврала я.

Лорд Ролло купил мне роскошную парчовую накидку и узорчатое покрывало на голову, удобные сандалии и веер с позолоченной ручкой. В розарии подавали фруктовые напитки и диковинные сладости, звучала музыка и шумели фонтаны. Но мое сердце не знало покоя, а под ребрами настойчиво копошился червячок тревоги. Здесь ли мой Валтаир? Быть может, он прямо сейчас выйдет из-за колонны... Готова ли я к нашей встрече? И почему так беззастенчиво млею под ласковыми взглядами капитана Ролло?

Спустя пару часов утомленная и разморенная жарой я присела на скамейку под мозаичной аркой. Город произвел на меня двоякое впечатление. Он был живым, бойким и стремительным, как пробивающийся между камнями ручей, и этим разительно отличался от тихой, медлительной столицы. Признаюсь, я ожидала увидеть нечто напоминающее военный лагерь: суровый и аскетичный, и потому оказалась сбита с толку.

Почему Валтаир в своих письмах ни словом не обмолвился о чудесных висячих садах на крышах местных дворцов, о живописных пейзажах и богатстве удивительного города-крепости Длань Фандулиса?

Капитан Ролло, закончив свои дела, явился из левого крыла розария в сопровождении франтовато разодетого эльфа с павлиньими перьями на берете.

— Леди Кэсси, — лорд-изгнанник прижал ладонь к груди.

Его спутник сделал тоже самое, и я заметила, что движения незнакомца чересчур нервные, а руки напряжены. Он заулыбался учтиво, но неискренне:

— Леди Долгой Зимы, рад приветствовать вас в прославленной и нерушимой твердыне юга. Я — лорд Рихаз, близкий друг и соратник лорда Валтаира.

— Я тоже очень рада.

— Вы предприняли рискованное и крайне опасное путешествие. Желаете отдохнуть с дороги?

— Да, не откажусь.

— Забота о вас доставит мне подлинное удовольствие. Приглашаю в "Ласточкин Хвост", мое скромное и уютное жилище...

Он звал меня. Одну. Разумеется, мало кто захочет принимать у себя изгнанника, пусть и добившегося королевского прощения.

Лорд Ролло держался с достоинством. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Потрясающая выдержка и ледяное спокойствие.

Я хорошо изучила местный этикет. Нужно улыбнуться. Поблагодарить. Взять лорда-павлина под руку и проститься с капитаном легким кивком головы. Таковы правила.

Да катись оно все колесом под горку!

Мои губы сложились в улыбку — холодную и злую, слова благодарности прозвучали как брошенная обидчику колкость. Я шагнула вперед с гордо вскинутым подбородком, обвила рукой острый локоть Ролло и ласково обратилась к нему:

— Капитан, окажите любезность, будьте моим сотрапезником на сегодняшнем ужине.

Лорд-изгнанник удивленно приподнял бровь:

— Полагаю там, куда вас зовут, леди Кэсси, моя компания — не самая подходящая...

— Я настаиваю.

Синеглазый эльф неохотно уступил моей просьбе. Он повел меня следом за лордом Рихазом, и, выбрав подходящий момент, сердито шепнул на ухо:

— Что за игру вы затеяли?

— Игру колючки, — также тихо ответила я.

— Вы в городе всего несколько часов и уже выпускаете шипы. Это какая-то стратегия или глупость?

— Необходимость. Пожалуйста, не бросайте меня... Только не сегодня...

На короткий миг лицо изгнанника приобрело суровый вид: он весь напрягся, словно хищник перед прыжком, а затем ответил с обнадеживающей решимостью:

— Я буду рядом.

Лорд Рихаз чуть замедлил шаг и поинтересовался:

— Леди Кэсси, мне послать за вашими вещами?

Конечно, откуда ему знать, что я странствую налегке! И как теперь выкручиваться?

Лорд Ролло кашлянул в кулак:

— Прошу прощения, но в пути случилась досадная неприятность. Во время грозы ветер повалил шатер, и сундуки с вещами леди пришлось переставить к остальным, с товарами. По неосмотрительности один из моих людей выгрузил их в порту Дол-Рива. На обратном пути мы непременно сделаем там остановку и поднимем их на борт.

— Очевидно, на вашем корабле царит вопиющее разгильдяйство, — поджал губы лорд Рихаз. — И такое нельзя оставлять без последствий!

— Я готов принести извинения лорду Валтаиру, если это потребуется.

— Лорд Валтаир отбыл в Синистрам-Кибит восемь дней назад. Час возвращения, увы, неизвестен.

Мое сердце куда-то ухнуло. Все планы, чаяния и надежды летели прямиком единорогу под хвост!

— Можем ли мы... — я не узнавала свой дрожащий голос. — Навестить его там?

— Нет, это исключено, — отрезал лорд Рихаз. — В окрестностях полно гоблинских разъездов. Достаточно повстречаться с одним из них и от вас не оставят даже обглоданных костей. Мой совет: погостите в Длани, отдохните и возвращайтесь под защиту Лилий. Это наиболее разумное решение, учитывая сложившиеся обстоятельства.

Повисла неловкая пауза. Лорд Ролло нарушил ее первым, стараясь направить беседу в иное русло:

— Я слышал, что принц Нартил тоже покинул город.

— Он занят укреплением оборонительных позиций вокруг Юастам-Кибита, — неторопливо пояснил наш провожатый, поправляя берет. — Хорошая новость для вас, капитан. У принца великолепная память, и хотя до меня дошли только отголоски той давней истории, вне всякого сомнения, на вашем месте я бы не рискнул показываться ему на глаза.

— Чтобы очутиться на моем месте, нужна хотя бы крупица смелости. Мы служим разным идеалам, лорд Рихаз, и вряд ли придем к единому мнению.

— Чужие тайны весьма притягательны, не так ли, капитан? За этим вы здесь? Старые ветры слабеют, а новые крепнут. Не простудитесь на перепутье.

— Не беспокойтесь обо мне, лорд Рихаз. Север закаляет, — усмехнулся Ролло, буравя собеседника недобрым взглядом.

Глава 3.2.

Только этого мне не хватало! Волей капризной судьбы я оказалась на линии противостояния двух эльфийских аристократов! Один был дорог мне, другой водил дружбу с Валтаиром.

О каких тайнах говорил лорд Рихаз? Почему угрожал капитану Ролло? Вопросы... Вопросы... Их было так много и они поглотили все мое внимание.

Дорогу к владениям кичливого вельможи я не запомнила вовсе. Следовало проявить вежливость и похвалить их. Я отделалась парой пустяковых фраз. Чудесный особняк. Просторный, как дворец. Великолепные картины. Чьей кисти? Ответ, разумеется, не запомнила. Ваза из голубого мрамора. Фамильная реликвия? Потрясающе!

Легкий ужин. Ничего не значащие шутки. Местные сплетни. Расспросы о столице. Лорд Ролло с безучастным видом ковырялся в тарелке, игнорируя колкие взгляды недоброжелателей. Южане перешептывались, рассматривая его, точно какую-то диковину. Эльфийки не сводили с меня подкрашенных углем глаз: изучали, как говорю, как двигаюсь, что предпочитаю есть и пить. Мне приходилось блистать заученной улыбкой придворной дамы и наслаждаться повышенным вниманием к своей персоне.

Следуя традициям, первый танец я подарила хозяину. Лорд Рихаз грациозно вывел меня в центр зала и закружил, увлекая за собой. Музыка направляла нас, вынуждая то сближаться, то расходиться в стороны. Дождавшись, когда наши ладони соприкоснутся, и музыканты, войдя в кураж, заиграют, не щадя инструментов, я подняла взгляд на партнера и спросила:

— Почему вы так суровы с капитаном Ролло?

— Я отвечу. Из уважения к вам и лорду Валтаиру. Вы знаете, что Ролло плел интриги против принца Нартила и чуть его не убил?

— Зачем ему это было нужно?!

— У Ролло мерзкий завистливый характер. И поразительная живучесть. Он, как сорняк, уродлив, колюч и способен упрямо лезть вверх, цепляясь даже за голые камни. Король с позором изгнал его на север. Но Ролло не смирил свой буйный нрав и непомерную гордыню. Он объединил и возглавил прочих отщепенцев, объявив себя лордом-Хранителем. Видя, как день ото дня растет его власть, и опасаясь мятежа, король был вынужден призвать негодяя обратно, в благодатные края.

— Вы говорили о каких-то ветрах... Что это значило?

— Король стареет и вскоре принцу Нартилу придется его заменить. Полагаю, что Владыка велел Ролло лично принести извинения Его Высочеству, присягнуть ему на верность и поклясться никогда больше не замышлять худого. Я знаю, как крепки старые обиды. И знаю дурной нрав Ролло. Я и другие лорды понаблюдаем за ним... И за вами, леди Кэсси. Не беспокойтесь, мы сможем защитить вас от этого подлеца, если он вздумает что-нибудь вытворить.

— Благодарю... Я ничего этого не знала...

— Не говорите при нем лишнего. Убедительно вас прошу.

— Да-да, разумеется! Наш разговор останется тайной...

Вернувшись за стол, я ненадолго впала в апатию. Как же так? Зачем я доверилась лорду Ролло? Зачем рассказала ему про гадание? Что если он — умелый интриган — попытается использовать меня в своих корыстных целях? Проклятье! Нужно взять себя в руки и немедленно потребовать у него объяснений:

— Капитан?

Он отложил столовые приборы и внимательно посмотрел мне в глаза:

— К вашим услугам, леди Кэсси.

— Отчего вы не торопитесь пригласить меня на танец?

— Признаться, я — не лучший партнер на паркете.

— Уверена, вы справитесь.

Лорд Ролло промокнул губы салфеткой и поднялся:

— Ваша игра становится все более интригующей.

— И ваша тоже.

Когда он повел меня за руку, я с удивлением отметила, сколько гибкости и силы в его тонких пальцах. Танец с ним напоминал дуэль стремительными и отточенными движениями.

— Кем вы были при дворе до... изгнания?

— Лордом-воителем.

— Гвардейцем?

— Командиром королевских гвардейцев.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы обдумать услышанное.

— Правда, что вы... пользовались большим авторитетом на севере?

— Кто это сказал? Лорд Рихаз?

— Допустим.

— Любопытно, о чем еще вы успели побеседовать.

Левая рука Ролло легла на мою талию, правая крепко сжала ладонь. Меня обдало жаром, ноги, казалось, больше не касались пола. Я парила над землей, словно мышонок в когтях летящего по небу ястреба.

— Позвольте угадаю? — горячо зашептал капитан. — Этот болван полагает, будто я приплыл извиняться перед их бестолковым выскочкой-принцем?

— А разве нет?

— Притворитесь, что вам душно. Выйдем на балкон. Подальше от лишних глаз.

— Прямо сейчас?!

— Быстрее, пока я не передумал.

Я покорно обмякла в его своевременно раскрытых объятьях:

— Ах!

Опередив спешащих к нам слуг, лорд Ролло взял меня на руки, быстрым шагом вышел на небольшой балкончик и плотно прикрыл за собой дверь. Ночная прохлада освежила голову, мои мысли начали проясняться. Вновь ощутив под ногами твердый пол, я качнулась и оперлась на плечо эльфа.

Он потянул за тесемки, развязывая шнуровку на груди. Перед моими глазами блеснуло золотое кольцо на тонкой, но прочной цепочке.

— Это королевский перстень, — пояснил лорд Ролло. — Послание Владыки Лилий для принца Нартила. Я здесь, чтобы вытащить вашего суженого из глубокой... хм... канавы. Всех деталей рассказать не могу и вы вправе усомниться в моих словах. Прошу только об одном. Не верьте злым наветам. Я вам не враг. Клянусь лепестками альвэ.

— Что тут происходит? Я окончательно запуталась...

— Ничего нового. Есть лорды, сохранившие верность королю. Вроде меня. Есть заговорщики, вьющиеся вокруг принца Нартила. Такие, как лорд Рихаз. А есть те, кто служат интересам врага и жутко боятся разоблачения.

— Какого врага?

— Нашего общего врага. Вы решили, что будете делать дальше?

— Я не могу вернуться во дворец Лилий. И оставаться здесь тоже не хочу!

— Понимаю. Мне, как и вам, отвратительно это гнездо вонючих слизней.

— Вонючих?.. — на мгновение я замерла, пораженная внезапной догадкой.

Лорд Рихаз пах мускатным орехом. Совсем как письма Валтаира.

— Что случилось? — забеспокоился капитан. — Вы переменились в лице.

— Я не знаю, кому верить! Все слишком запутанно!

Он шутливо подмигнул мне, стараясь успокоить:

— Врут даже зеркала и тени. Верьте себе или пророчеству. Выбор цветов — путь в Юастам-Кибит, к принцу Нартилу. Но сердце зовет вас в иные края... Примите решение, леди Кэсси, и пусть оно окажется верным.

— Вы слышали, что сказал лорд Рихаз? Дороги к этим крепостям небезопасны. Мне придется выпрашивать у него провожатых и охрану.

— На равнине сложно потеряться. Днем путь подскажет солнце, ночью — звезды. Рядом с вами стоит один из лучших воинов королевства, знающий о гоблинах побольше, чем напыщенный павлин Рихаз. Он умышленно пугал вас детскими страшилками: зеленокожие не глодают эльфийские кости. Эпоха дикой войны давно закончилась.

— Зачем лорд Рихаз пытался меня обмануть?

— Он что-то скрывает. Возможно, бережет чужую тайну.

— Это намек? — я стиснула кулаки. — Вы говорите о лорде Валтаире?

— У меня чуткий слух. За столом болтали всякое. И про него тоже.

— Что именно?

— Не к лицу лорду пересказывать чужие сплетни и кривотолки. Доверьтесь мудрости альвэ, езжайте со мной в Юастам.

— Я не могу предать того, кого люблю...

— Понимаю, — лорд Ролло коснулся моих волос, наклонился вперед и поцеловал рыжую прядь.

— Вы отвезете меня к Валтаиру?

— За небольшую плату. Еще один танец.

— Прямо здесь?

— Прямо сейчас.

Никогда прежде я не кружилась с партнером на балконе — маленьком и узком, из-за чего приходилось делать совсем крошечные шаги, но это нисколько не мешало нам получать удовольствие. Глаза капитана сияли, а улыбка не сходила с губ. Мне было так хорошо, что вмиг позабылись все тревоги.

Волшебная ночь... Падающие звезды... И слегка горьковатый аромат хвои... Прохладный, как гуляющий по кронам деревьев северный ветер.

Глава 4.1.

В поздний час, когда шумное веселье закончилось, и почти все гости лорда Рихаза разошлись по комнатам и залам, капитан Ролло подал мне условный знак. Набросив на плечи тонкий плащ, я быстрым шагом спустилась по лестнице и, миновав парадный холл особняка, очутилась у обрамленного колоннами подъезда.

С высоты были хорошо видны стоявшие на площадке кареты с позолоченными гербами на дверцах. Один из кучеров, дремавших на козлах, встрепенулся и поприветствовал меня уважительным, коротким жестом, принятым у северян. Затем он шлепнул вожжами по конским спинам и запряженный шестериком экипаж подкатил к дверям особняка. Спрыгнув с задка, слуга проворно распахнул передо мной украшенную переплетенными листьями папоротника дверцу. Я, не мешкая, забралась внутрь, прикрыла ноги шерстяным пледом и откинулась на подушки.

Раздался щелчок бича. Карета плавно съехала на отсыпанную песком дорожку и колеса жалобно заскрипели. Монотонный звук убаюкивал не хуже колыбельной. В полудреме я подумала, что эту повозку готовили для длительного путешествия: под козлами стоял сундук, на крыше была закреплена какая-то поклажа.

Мысли путались и вскоре я провалилась в сон. Он был долгим, красочным. Край пледа щекотал плечо, и мне чудилось, будто это теплые губы Валтаира ласкают мою руку и ключицу. На спуске с холма карета сильно раскачивалась на ремнях, отчего казалось, что любимый подхватил меня и кружит, и кружит, заливисто смеясь...

Я проснулась со счастливой улыбкой, которую тотчас стерло крайнее удивление. Напротив меня, скрестив руки на груди, сидел капитан Ролло. Черты его заострились после тяжелой ночи, под глазами залегли тени, но взгляд оставался проницательным и пытливым.

— Доброе утро, леди Кэсси! — саркастически произнес авантюрист-изгнанник.

— Уже наступило утро?

— Вернее сказать: оно близится к завершению.

— Сколько я проспала?

— Надеюсь достаточно, чтобы стали забываться все перипетии прошлого вечера.

Я не могла вспомнить, останавливалась ли карета в пути. Неужели лорд Ролло запрыгнул ко мне прямо на ходу? В родных краях рассказывали легенду про весьма недалекого принца, вздумавшего таким способом подшутить над дамами, но переоценившим свою ловкость — он сорвался, угодил под колесо и вскоре умер от полученных травм.

— Простите, что нарушила ваши планы и... заманила в лагерь противников.

— Это был интересный опыт. Наш визит и последующий отъезд заставит их хорошенько понервничать. Сейчас полетят донесения, в ответ на них — письма с призывами действовать, заверения в крепости тайных союзов и прежних договоренностей. Я подожду и понаблюдаю за растревоженным муравейником со стороны.

— Неужели вы нисколечко их не боитесь?

— Считаете меня самонадеянным? Они тоже. Это предсказуемо. Научитесь быть непредсказуемой, и станете управлять ситуациями, а не зависеть от них.

— Я слишком доверчива, чтобы преуспеть в интригах.

— Могу кое-чему вас научить, — взгляд эльфа потеплел. — Если пообещаете не использовать эти знания против меня.

Заинтригованная его словами, я уселась поудобнее:

— Начнем прямо сейчас?

— Прямо сейчас вы испытаете ко мне жгучую ненависть, но уже к вечеру поймете, что это было ошибкой.

Я покачала головой:

— Ненависть? Вы шутите?

— Отнюдь, — криво усмехнулся лорд Ролло. — Есть множество сортов подлости. Но обличая любую из них, почему-то чувствуешь себя в малой степени правдоборцем, а в большей — сопричастным негодяем.

Он расстегнул два верхних крючка на куртке и достал небольшой кожаный футляр для писем:

— Покидая дом Рихаза, я не удержался и кое-что прихватил на память...

— Вы... украли у него документы?

— В них нет ничего важного. Для меня.

— Это некрасивый поступок, — вздохнула я, — достойный осуждения. Но не повод для ненависти.

— Не торопитесь с выводами, — капитан потянул за витой шнур, давая команду кучеру придержать коней. — Сперва прочтите.

Карета остановилась и лорд Ролло вышел. Я услышала, как он велел слугам беречь лошадей, потому что их негде будет сменить, проворчал что-то про воду и приказал снова начать движение.

Футляр лежал на сиденье, притягивая взгляд. Будь я прилежной ученицей, внимательно слушавшей наставника, то ни за что не прикоснулась бы к металлическому замку. А может, и вовсе выкинула бы чужие письма в придорожную пыль. Но глупое любопытство одержало верх. Я схватила тубус, щелкнула застежкой и вынула два свернутых трубочкой пергамента.

Первое письмо предназначалось мне. Рука Валтаира красиво и размашисто выводила:

Я промокнула уголки глаз платком и продолжила читать. Сетуя на мучительную разлуку, Валтаир просил меня поберечься и клялся вернуться домой в целости, с богатыми дарами — зеленым шелком, жемчугом и волшебными безделицами.

Не утерпев, я поднесла пергамент к губам и страстно расцеловала. Как мне хотелось, чтобы легконогие кони мчались во весь опор, приближая миг нашей встречи с любимым...

Переведя дух, я взяла второй пергамент, оказавшийся короткой измятой запиской:

Далее все было зачеркнуто, но подпись сохранилась: "Здравствующий вашей милостью лорд Рихаз." Вероятно, письмо было переписано набело, а этот черновик по странной воле случая угодил за пазуху Ролло.

Я разглядывала оба пергамента и не верила увиденному: почерк в записке оказался менее разлетистым, но таким же твердым и хорошо узнаваемым, запах мускатного ореха по-прежнему теплый и пряный, более не согревал сердце, а оседал во рту невыносимой горечью. Неужели все те ласковые слова и нежные признания сочинял не Валтаир, а его соратник? Почему? Что они скрывают? Боль, обида и разочарование нахлынули, как волны на пустынный берег.

Зачем лорд Ролло не скрыл от меня эту правду? Чего хотел добиться?! Я возненавидела его, готовясь обрушить весь накопившийся внутри гнев. Если бы не жуткая тряска и боязнь выпасть, я бы распахнула дверь кареты и выкрикнула кучу обидных слов...

"Мерзавец! Позер! Шут!" — одно за другим рождались страшные оскорбления.

В пылу злости я разорвала письма лорда Рихаза на мелкие кусочки и принялась яростно топтать сандалиями.

Глава 4.2.

К вечеру мой гнев поутих. И даже сделалось немного стыдно: поддавшись буре чувств, я утратила над собой контроль и, в самом деле, перестала управлять ситуацией. Все, как предрек лорд Ролло. Я гадала: что это — дальновидность и фантастическое чутье или, быть может, капитан владеет магией?

Мой эльфийский наставник не уклонялся от беседы и даже обрадовался, когда я подсела к нему ближе, развернувшись лицом к походному костру.

— Признаю, что напрасно вспылила. Теперь я уверена: при встрече Валтаир сумеет все объяснить. Он мог повредить руку и смолчать об этом из скромности. Или понадеялся на красноречие друга, стесняясь так откровенно говорить со мной о своих чувствах. Да мало ли, какая может быть причина!

Капитан Ролло скептически приподнял бровь, давая понять, что все сказанное мной — чепуха:

— Стоило довериться цветам и ехать в Юастам-Кибит. Я предупреждал, но вы отмахнулись от моих слов.

— Укоряйте сколько хотите, только мое решение останется неизменным. Я должна объясниться с Валтаиром. И больше никогда так не делайте! Ваш поступок причинил мне боль.

Капитан сорвал травинку и, повертев ее двумя пальцами, бросил в огонь:

— Если бы я хотел сыпануть горсть соли на вашу сердечную рану, то поделился бы своими мыслями касательно этих писем. Но не буду. Вы все равно не поверите, мы разругаемся и на какое-то время перестанем общаться. А это серьезно повредит нашему общему делу.

— У нас есть общее дело?

— Разумеется.

— И какое же?

— Не-пред-ска-зу-е-мость! — напомнил капитан Ролло. — Придет день, и вы сами ответите себе, без моих подсказок.

— Это касается принца Нартила?

— Да. Возможно, чуть позже я попрошу вас о небольшой услуге. Или же справлюсь сам.

— Что вы планируете делать, когда мы доберемся до Синистрама?

— Искупаюсь, выпью чего-нибудь согревающего и хорошенько высплюсь.

— Я говорю о другом.

Эльф пожал плечами и неохотно произнес:

— Если у меня не останется иного выхода, придется вызвать вашего избранника на дуэль. Хотя, признаюсь честно, не имею желания его убивать.

— Даже не думайте о таком! — выкрикнула я, задыхаясь от возмущения. — Слышите? Я вам запрещаю!

— А что вы планируете делать? — нахмурился изгнанник. — Огорошите милого недоброй вестью: "Я предназначена принцу Нартилу. Извини, что так вышло..."? Или станете упрямо молчать, изо дня в день мучая себя и его?

— Я не знаю... — По спине побежали мурашки. — Должен быть какой-то выход.

— Когда на шее захлестывается петля, выходов только два: или разорвать ее, или повиснуть ногами вниз.

— Три, — я посмотрела на капитана с вызовом. — Третий: дождаться помощи. Ведь кто-то другой может сорвать петлю, не так ли?

Улыбка осветила лицо лорда Ролло:

— Есть леди из меди, есть леди из стали! Каблук их остер, как стилет. Любовь их — качели. Любовь их — метания. Капкана зубчатый браслет...

Я онемела, невольно заслушавшись: голос капитана был не таким чарующе золотым, как у прославленного барда Ингримиэля, но слова шли глубоко из сердца.

— Я прежде не слышала эту балладу. Как она называется?

— "Сказание о странствиях леди Кэсси".

Мое искреннее удивление капитан воспринял с иронией:

— Укоренилось мнение, что дело рубак — махать клинком, а переплетать слова надлежит поэтам с тонкими запястьями. Мой двоюродный племянник — превосходный музыкант, однако почти не покидает дворец и лишен жизненного опыта, позволяющего вольно и правдиво говорить о любви, разлуке или воинской доблести. Я восхищаюсь его талантом певца и никогда не откажу в помощи. Ингримиэль был одним из немногих, кто поддерживал меня в годы изгнания, и ему я обязан своим возвращением.

Меня осенила догадка:

— Так вот о чем шла речь в записке лорда Рихаза! Баллада о севере, которую спел Ингримиэль, была вашим посланием королю Лилий! Он догадался, что поэт лишь повторяет ваши слова, обдумал их и вернул вас из ссылки!

— Мы с королем заключили сделку.

— На балконе вы обмолвились, что везете перстень...

— Тише... — укоризненно шепнул капитан.

— А еще вы говорили, будто превосходно осведомлены о нравах зеленокожих!

— Тише, — повторил лорд Ролло. — Как гласит древняя мудрость, не подпускай куницу к затылку, а леди к делам высокой руки.

— Но вы подпустили! Не случайно, а умышленно. Значит, это наше общее дело! Мы должны исполнить королевскую волю. И я имею право знать, что он вам приказал.

Капитан задумчиво следил за тем, как огонь пляшет на тонких, изогнутых веточках. Потеряв терпение, я взяла эльфа за рукав:

— Ну же, не молчите!

— Мне нужно время, чтобы во всем разобраться.

— В чем? Вы ищите заговорщиков, которые замышляют недоброе и хотят как-то навредить королю? Верно?

— Отчасти.

— Вам нравится мучить меня недомолвками! — я отвернулась, обиженно поджав губы. — Играйте сами в свою игру. Я ухожу спать.

Поднявшись, я сделала шаг в сторону кареты. Лорд Ролло вскочил и попытался удержать мою руку, но в этот раз мне удалось переиграть наглеца. Пальцы эльфа лишь скользнули по ткани накидки.

— Леди Кэсси, — горячо прошептал капитан. — Будь у меня ответы... Клянусь, я...

Такой решительный, остроязычный с другими, сейчас он, словно робкий юноша, выглядел смущенным и растерянным. Выиграв несколько мгновений, эльф торопливо продолжил:

— Мораль — чудовищно неудобная штука. Она причиняет страдания не хуже тесных сапог. И выбор, на первый взгляд очевидный, может оказаться ловушкой. Я бы хотел поделиться с вами тем, что тяготит мое сердце, но в другое время и при других обстоятельствах.

Мы смотрели друг другу в глаза: он не решался обнять меня, а я, мечтая прижаться к его груди, оставалась неподвижной, словно вросший в землю камень. Время замерло и лишь треск сгорающих в костре веток отсчитывал для нас проведенные в полузабытье мгновения.

— Спокойной ночи, лорд Ролло, — я качнулась к нему, приподнялась на цыпочки и поцеловала в щеку.

— Тихой ночи, леди Кэсси, — Синие глаза капитана озарило безбрежное счастье, теплая и нежная улыбка эльфа вознаградила меня за смелость.

Устроившись на ночлег в карете, я еще долго смотрела в темноту. Неподалеку шумно фыркали кони, перекликались птицы и стихший на закате ветер, снова набрав силу, гулял по маленькому лагерю. На излете ночи певец весны — жаворонок — завел свою свадебную песнь, от которой мне сделалось и радостно, и тоскливо одновременно.

Ее грубо оборвал топот копыт и приглушенные мужские голоса.

Я испугалась, решив, что погоня настигла нас и вот-вот грянет бой, но приоткрыв дверь и выглянув в щелку, сразу же успокоилась. Прибывшие эльфы оказались моряками с "Белой Ладьи", примчавшимися на помощь своему капитану. Лорд Ролло вышел к ним навстречу и крепко обнял каждого.

— В балке у сухого ручья следы гоблинов, — коротко доложил старший помощник, придерживая коня под уздцы.

— Верховые или телеги? — деловито уточнил изгнанник.

— Я видел следы колес. Неглубокие, стало быть везут мало поклажи. Это не войско. Беженцы.

— Сколько у вас еды?

Старший помощник указал кивком на пять вьючных лошадей:

— Сам видишь — немного.

Поколебавшись, лорд Ролло тронул его за плечо:

— Езжайте. Медлить нельзя. Выследите их раньше, чем дозоры Синистрама. Поблизости от дорог не должно остаться ни одного зеленокожего. Ты меня понял?

— Не беспокойся, командир. Мы были и всегда будем на три корпуса лошади впереди! — заверил моряк и лихо запрыгнул в седло.

Проводив взглядом ускакавших вдаль соратников, лорд Ролло еще долго стоял в одиночестве, буравя взглядом порозовевшее небо. Наблюдая за ним, я окончательно лишилась сна. Что задумал это странный эльф? На чьей он стороне? Какие тайны столь тщательно бережет? Вопросы... вопросы... вопросы...

И в конце концов, почему дела лорда Ролло волнуют меня больше, чем мои собственные заботы?!

Разозлившись, я одним резким движением закрыла дверь кареты, накрылась пледом с головой и приказала себе спать — долго и без каких-либо будоражащих фантазию сновидений.

Глава 5.1.

Карета ехала с черепашьей скоростью, пейзаж за окном почти не менялся, отчего мне казалось, что мы стоим на месте, и это путешествие никогда не закончится. Капитан Ролло то поглядывал на горизонт, приподнимаясь в седле, то с равнодушным видом рассматривал гриву своего жеребца, вышагивающего по невысокой траве.

Заплетя волосы и украсив их лентами, я с гордым видом распахнула дверь экипажа, чтобы окликнуть моего загадочного лорда. Он подъехал ближе, забавно щурясь от яркого солнечного света.

— Мне невыносимо скучно, — пожаловалась я капризным тоном. — Развлеките меня беседой или песней, и дайте наконец отдых спине вашего коня.

Лорд Ролло гордо развернул плечи, подставив лицо ветру:

— Я не люблю кататься в повозках: диван, поставленный на колеса, чересчур изнеживает. По мне, лучше странствовать с азартом, нежели баловать себя избыточным комфортом.

— В таком случае, я желаю испробовать ваш способ передвижения, если это вас не слишком обременит.

— Как угодно, леди, — капитан дал знак кучеру остановиться, спешился и подал мне руку.

Я грациозно ступила на землю, но в тот же миг лорд Ролло легко взял меня за талию, подбросил вверх и усадил в седло. Его смирный с виду жеребец, почуяв незнакомого седока, встрепенулся, тряхнул головой. В легком испуге я схватилась за переднюю луку, пытаясь сохранить равновесие и не съехать в дорожную пыль.

— Что-то не так? — поинтересовался капитан, собирая поводья в кулак и намереваясь повести жеребца за собой.

— Нет-нет, — поспешно заверила я. — У вас прекрасная лошадь. Надеюсь, он в меру горяч и послушен...

— Он резвый и выносливый. Остальное меня мало заботит.

— Я кое-что видела сегодняшней ночью.

— Надеюсь, яркий волшебный сон.

— Да, сон, — Лошадь тронулась и меня качнуло в седле. — Но весьма странный и даже пугающий. Мне приснилось, что вы говорили со своим старшим помощником, а затем приказали ему нагнать и убить каких-то беженцев. И к слову, вы хотели опередить дозорных Синистрама в этой своеобразной охоте на зеленокожих. Неужели вы решили отомстить за тот разоренный караван, о котором прочитали в письме? Или вами движет алчность и жажда легкой наживы?

— Именно, — сердито фыркнул Ролло. — Я мечтаю одарить вас зелеными шелками, отнятыми у пухлогубых гоблинш, их жемчугом и волшебными безделицами, что веселят детей во время долгих кочевок. Готов поспорить, ни одна красавица не устоит перед такой щедростью.

— Вы просто омерзительны, — Мне хотелось ударить его прямо между лопаток. — Мало того, что рылись в чужих письмах, так еще смеете издеваться надо мной и любящим меня лордом! Оставьте себе эти подарки!

— Как знать, может ради них вы спешите сейчас на край света, рискуете собой и терпите мое общество?

— Что?!

— Почему не принц Нартил занимает ваши мысли? Он молод, честолюбив, красив лицом и наделен властью...

— Перестаньте!

— Я хочу понять, — лорд Ролло с силой пнул оказавшийся на пути булыжник. — Чем вас так пленил этот... Валтаир?

— Боюсь, вы никогда не поймете.

— Хотя бы попытайтесь удовлетворить мое любопытство.

— А где ваша избранница? Ингримиэль много пел о любви. Кому вы посвящали те баллады?

— Прекрасной Леди, которую так и не встретил ни во дворце Лилий, ни в годы скитаний, — сквозь зубы процедил капитан. — Я выдумал ее, чтобы жизнь не казалась пустой и бессмысленной.

— У нее золотые кудри и глаза цвета летней ночи?

— У нее доброе сердце, — голос эльфа дрогнул. — И она никогда бы не обозвала меня беспринципным грабителем и палачом.

— Если вы потрудитесь объяснить, чему я невольно стала свидетельницей...

— Невольно? — с возмущением перебил меня лорд Ролло. — Вы подглядывали, подслушивали, накрутили себе невесть что и требуете от меня каких-то объяснений! Да, я совершил преступление. И поверьте, этот груз ответственности еще долго будет давить мне на грудь. Забудьте все, что увидели, и заклинаю вас четырьмя сторонами света не вздумайте проболтаться о прошлой ночи кому-либо в Синистраме. Даже лорду Валтаиру!

— Почему?

— Потому что, — Его злость начала угасать, сменившись усталой обреченностью. — Я прошу вас... Не усугубляйте мое и без того тягостное положение.

— Обещаю сохранить вашу тайну, — я коснулась ладонью губ, как бы запечатав их, а затем решила сделать шаг к примирению. — Простите за нанесенную вам обиду, лорд Ролло. Мне следовало помнить, что эльфийский народ веками обороняется от кочевников, и каждый воин являет собой пример мужества и высочайшей доблести.

— Я сожалею, что был груб и несдержан с вами, — капитан остановил коня. — Примите самые искренние извинения. На Юге у меня не так много друзей, нужно ценить каждого.

Он опустился на колено, сорвал розовый тюльпан и, выпрямившись, протянул его мне:

— Цветок — лишь скромное пожелание: "Загляните в мое сердце!" Вы способны разжечь в нем пламя или обратить все в остывающий пепел. У гоблинов есть легенда о небесно-голубом тюльпане, что расцветает на вершине самой неприступной горы. Лишь тот, кто безрассудно смел, несгибаемо стоек, чье упорство и терпение не иссякнут в трудном пути, сумеет отыскать его и обретет вечное счастье. Тремя сестрами ему станут роскошь, слава и любовь. Если бы я мог принести лазоревый тюльпан и положить его к вашим ногам — это был бы подарок достойный королевы.

Мои щеки порозовели от смущения.

— Вы так поэтичны... — Я приняла подарок и закрепила тюльпан в волосах.

— Чем еще мне порадовать вас, чтобы заслужить прощение?

— Кажется, с вами я уже готова на любое безумство! — радостно воскликнула я, полной грудью вдыхая буйные весенние ароматы, от которых стучало в висках и слегка кружилась голова.

— Проверим? — усмехнулся лорд Ролло.

Он закинул поводья на конскую шею, оперся на стремя и легко поднялся в седло, вынудив меня подвинуться ближе к передней луке. Конь заплясал на месте. Я сидела боком, прикрывая ноги длинным подолом платья, и покачнулась от сильной тряски, но капитан вовремя поддержал меня, обнимая и не давая упасть.

— Хо! — громко приказал эльф, и жеребец взял с места в резвый галоп.

Я закричала от страха, прижимаясь к Ролло и цепляясь непослушными пальцами за седло и куртку эльфийского лорда.

— Посмотрите вперед! — весело предложил капитан. — Не бойтесь!

Я робко повернула голову: на меня надвигалось безбрежное зеленое море, в котором, словно яркие огоньки, мелькали красные, желтые, белые и лиловые тюльпаны. Все это пестрое великолепие расстилалось передо мной, благоухая и маня, отчего захотелось раскинуть руки, обнять весь мир — и травы, и безоблачное небо — парить, как птица, в прозрачной, хрустальной выси.

Лорд Ролло придержал коня и указал на степь:

— Это самый прекрасный зеленый шелк, что есть в южных краях. Первым здесь расцветает шафран. Он похож на россыпи жемчуга в сухой, прошлогодней траве. Незримое волшебство разлито повсюду, но не у всех найдется смелость протянуть руку и прикоснуться к нему...

Он хотел еще что-то добавить, как вдруг смолк, заметив несколько черных точек на горизонте.

— Нам пора возвращаться, — капитан развернул коня, крепко сжимая поводья в кулаке.

— Кто это был? Гоблины?

— Дозор из Синистрама.

— Почему вы так решили? — я пыталась обернуться и посмотреть через плечо лорда Ролло, но это оказалось непосильной задачей.

— Они перемещаются слишком быстро.

— Зачем тогда мы убегаем? Не проще ли дождаться...

Капитан наклонил голову, почти коснувшись губами моей шеи:

— Я уговариваю себя отстраниться, не допускать даже мысли о том, что в высшей степени неприлично... Однако всякий раз, когда слышу ваш голос, вижу вас или чувствую ваше присутствие, хочу стать хоть на волосок ближе, повсюду следовать тенью... Это наслаждение и безумство. Всю жизнь я сражаюсь за какие-то идеалы, за чужие ценности, но в самом важном бою — за то, что по-настоящему дорого мне — нет даже робкой надежды на победу. Я дрался с эльфами, гоблинами, людьми, с чудовищами, о которых никогда не слышали в благодатном краю, но не с предназначением. Оно диктует нам условия игры. Оно — незримая рука, что двигает нас по карте мира и в смертный час одним щелчком сметает в небытие. Нам не дано постичь высшую волю и спорить с предначертанным. Оно посулило вам счастье. И я рад тому. Пусть сбудется пророчество альвэ. Тогда, быть может, я обрету долгожданный покой, смирившись с неизбежным.

— Лорд Ролло... — от волнения у меня оборвалось дыхание. — Вы не знакомы с лордом Валтаиром, но узнав его чуть лучше... поймете... Он добрый и честный, вдохновленный самыми светлыми помыслами... Ваши взгляды близки, а значит... Питаю надежду, что однажды... Вы увидите в нем надежного друга.

— Не беспокойтесь, леди Кэсси, — мрачно заметил капитан. — Я не нападу первым. Дождусь, когда он швырнет мне перчатку в лицо.

— Этого не случится!

— Может, поспорим?

— Желаете заключить пари?

— Охотно. Если проиграете, я украду ваш поцелуй.

— А если выиграю?

— Предлагайте, — хмыкнул эльф. — Я согласен на любое условие.

— Расскажете мне все о вашей здешней миссии. Без утайки и недомолвок!

— Ваш вызов принят, — капитан протянул мне ладонь, и я пожала ее с непоколебимым видом.

— Теперь я поняла, что значит странствовать с азартом!

— Значит, мне все-таки удалось развеять вашу скуку.

— О, да! — рассмеялась я и потрепала гриву жеребца, предвкушая, как сорву покровы тайны и узнаю все секреты лорда Ролло, так долго не дававшие мне покоя.

Глава 5.2.

Карета стояла на вершине травянистого холма. Возле него тихо журчала мутная река, берега которой поросли цветущими деревьями. Дикие яблони, невысокие и больше напоминающие кусты, тянули свои ветви в пышных, белых кружевах к золотящему отлогие скалистые взгорки солнцу.

Эти умиротворяющие виды могли усладить самый взыскательный взор, но я глядела в окно и почти не замечала их волшебную красоту. Пальцы нервно мяли расшитые кистями углы подушки. Вот-вот должен был подъехать тот самый дозорный отряд, что своевременно заметил капитан Ролло. Эльфийский лорд ожидал их верхом где-то впереди экипажа.

В этот волнительный и тревожный момент я металась, как запертая в клетке птица. Что если прямо сейчас дверь кареты распахнет Валтаир? Смогу ли я соблюсти приличия или, дерзко отринув их, повисну на его шее, целуя и задыхаясь от радости?

Заржал чей-то конь, и сразу множество звуков нахлынули, как волна: перестук подкованных копыт, бодрые голоса, перебивающие друг друга, смех... Началась суета, в которую вовлекли даже слуг, и мне казалось, что земля под каретой заходила ходуном.

— Помилуй, Ролло! — закричал незнакомец в летах, очевидно весьма знатный и привыкший зычно отдавать приказы. — Проклятая старость и несносная скука! Другой бы сбежал отсюда хоть на хромой кобыле, не вынеся томительного бездействия!

— Полно вам сочинять небылицы! — весело ответствовал капитан, легко подражая той удивительной манере говорить, какой славились коренные южане. — Покуда в ножнах серебрится меч и пояс обвивает стан, вы дадите фору всем юнцам, изнежившим себя на придворной службе!

— В нашу безрадостную глушь любые вести прилетают с опозданием! Иные до того мне исказят, что верить им нельзя ни в коей мере! О подвигах твоих наслышан, однако и мечтать не мог об удовольствии узнать подробности из первых уст!

— Какие подвиги? Все суета и тщета!

— Что скажешь, мол неправда, придумки болтунов? Иль так претит негласный титул?

— Он глуп. Проделки пустословов! Хранитель Юга бережет границы. А кто такой Хранитель Севера?

— Герой! Защитник оскорбленных!

— И слушать не хочу! — отмахнулся капитан. — Лорд Орендрел, я прибыл к вам с одной особой, просить о покровительстве...

— Неужто?! И кто твоя избранница?

— Тут речь не обо мне. Невеста лорда Валтаира, леди Кэсси. Дитя из Края Мраморных Дождей. Она томится ожиданием встречи с возлюбленным.

— Немедленно знакомь! — потребовал лорд Орендрел.

Мое сердце стучало с невероятной скоростью. Капитан открыл дверь кареты и галантно подал мне руку:

— Прошу, не бойтесь мы среди друзей.

Наши ладони соприкоснулись, и я выпорхнула наружу.

Полтора десятка дозорных в легких доспехах держались чуть поодаль, а их командир — седовласый пожилой эльф с янтарными глазами и образцовой военной выправкой — шагнул ко мне, по-отечески распахнув объятья.

— Что за прелестная росинка! Я очарован! Позвольте целовать вам ручку!

— Леди Кассандра... — представилась я, смущаясь и приседая в книксене.

— Лорд Орендрел. Чудак и старомодный тип. Болтаю вздор и докучаю молодежи своими байками о временах, когда был юн, и лих, и бесподобен. Служу в Синистраме почетным комендантом. Вдовец, воспитываю дочь на выданье. Мечтаю всучить ее такому удальцу, как ваш высокородный провожатый. Характером дочурка вся в меня: упряма, словно мул, и никому покуда не дала согласие. Располагайте мной и будьте здесь, как дома!

— Благодарю вас, лорд... — Его напористая, бойкая тирада вогнала меня в краску.

— Что ты застыл, как истукан? — внимание коменданта переключилось на капитана Ролло. — Вели своим нерасторопным слугам проверить упряжь. Мы срежем путь и до заката успеем одолеть весь Заячий лог!

— Оставим там колеса, — проворчал Хранитель Севера.

— Бурчишь, как старец, гнутый ревматизмом! — лорд Орендрел шутливо похлопал его по плечу. — Пей травы по утрам и кутай поясницу. Довольно тратить время! Вперед, за уходящим солнцем!

Он призывно махнул рукой, и меня вдруг охватили небывалое воодушевление и жажда действия, словно за спиной распахнулись невидимые крылья. Поторопив слуг, я мигом вернулась в экипаж и с восторгом наблюдала, как всадники, построившись в каре, погнали лошадей летящей рысью. Среди белых с золотом плащей отчетливо выделялся синий, с серебряной вышивкой, который лорд Ролло надел перед встречей с дозорными.

Но радость оказалась преждевременной. Едва кучер поднял шестерик в галоп и съехал с дороги, карету начало раскачивать так, что желудок поднялся к горлу. Меня швыряло, словно щепку во время морской бури, и эта мука не прекращалась ни на мгновение. Ужасный скрип и грохот, от которых разболелась голова, привели меня к мысли, что слова лорда Ролло могут стать пророческими. Мне ясно представлялось, как налетев колесом на камень, экипаж начнет рассыпаться на ходу.

Наверно, в такой тревожный миг не стоило думать о плохом, ведь рано или поздно худшие опасения начинают сбываться.

Я услышала жуткий треск, похожий на тот, что раздается сквозь вой ветра, когда ураган ломает ствол дерева, карета накренилась, начала заваливаться набок, и у меня потемнело в глазах...

Глава 6.1.

Приоткрыв глаза, я увидела над собой бледное лицо лорда Ролло, на котором неровными пятнами лежали багровые отблески заката. Это было одновременно и жуткое, и завораживающее зрелище, удивительное сочетание красоты и чего-то запредельного, колдовского.

— Она очнулась, — осипшим голосом сообщил капитан.

— Хвала всем небесам и рекам! — обрадовался лорд Орендрел.

— А я предупреждал, что эта безумная затея добром не кончится... — Хранитель Севера погладил мои волосы.

Он сидел на траве, прижимая меня к себе и стараясь выдавить обнадеживающую улыбку.

— Со мной все в порядке... — прошептала я как можно бодрее.

— Голова не болит? Не кружится? — заботливо поинтересовался изгнанник.

— Нет, — Моя ладонь легла на широкую грудь эльфа. — Не тревожьтесь... Кажется, со мной случился обморок... И я плохо помню, что произошло...

— Обморок?! — громогласно переспросил лорд Орендрел. — Так у нас есть лекарство! Настойка вереста! Скорее, дай ей понюхать!

Капитан ничего не успел возразить, потому что комендант с ловкостью фокусника всучил ему маленькую фляжку. Лорд Ролло зубами вытащил пробку, выплюнул ее и жадно присосался к узкому горлышку. Резкий запах тимьяна, груши, пряностей и терпкий аромат, напоминающий черемуху, защекотали ноздри с такой силой, что я едва успела прикрыть рот и оглушительно чихнула, согнувшись всем телом.

— Простите... — мой жалобный писк вызвал у капитана искреннюю, благодушную улыбку; он наконец расслабился, окончательно убедившись, что никакая опасность мне более не грозит.

— Я рад, что все отделались испугом, — тихо сказал Хранитель Севера. — Но экипаж мы вряд ли сможем починить. Придется ехать верхом, навьючив лошадей.

Лорд Орендрел стоял поблизости, ковыряя каблуком сапога землю:

— Запамятовал я... Отряд, что вас сопровождал, уже в пути сюда?

— Не беспокойтесь, — усмехнулся капитан. — Мои речные вепри привыкли к странствиям по суше. Они проскачут вдоль холмов, следя, чтобы там не просочились зеленокожие.

— Ты, верно, не слыхал пока? У гоблинов сменился вождь. Какой-то Хазхатар, — пожилой эльф сердито сдвинул брови. — Наполовину троглодит, знакомый с магией пещерников. Могуч, как бык. Хитер, как лис. И у него есть драколак.

— Летающий? — лорд Ролло вторично приложился к фляге, сделав быстрый глоток.

— Нет, зверь еще растет. Писал о том Его Высочеству Нартилу, но принц не удосужился ответить.

— Не удивлен, — скривился капитан. — Хранить покой в твердыне, где сотни воинов и крепкие ворота, гораздо проще, чем лезть в герои. Пусть меня снова назовут изменником, но я не верю в доблесть принца. Он никогда не бросит вызов Хазхатару.

— А ты бы мог... — лорд Орендрел тепло посмотрел на изгнанника. — Подумай, сколько бед обрушится на нас. Я одряхлел для долгого похода, и с грустью говорю: перевелись герои, таких, что были раньше, уже не сыщешь среди юнцов.

— Двор Лилий поручил мне найти предателей, — твердо произнес капитан. — В горах была суровая зима, и что-то гонит степняков сюда, поближе к рекам. Возможно, страх и нежелание прислуживать колдуну из пещер.

— Синистрам верен короне. Я поручусь за каждого.

Лорд Ролло одним махом осушил флягу и вернул ее хозяину:

— Поговорим об этом позже. Когда устроим леди на ночлег. Нам нужен костер и ужин.

Комендант обвел взглядом густо поросший травой лог:

— Н-да, с древесиной туго... Спалить бы то дрянное колесо!

— Спалите всю карету! — шальным голосом заявил капитан. — Чего ее жалеть!

Он резко смолк и обратился ко мне шепотом:

— Гори огнем проклятая повозка, что чуть не погубила вас...

— Лорд Ролло... — я коснулась его подбородка и эльф поцеловал кончики моих пальцев.

— Отдыхайте, леди Кэсси. Конец пути уже близок.

— Скажите, сколько дней нам ехать?

Капитан глянул на меня с хитрым прищуром:

— Загадывать в дорогу — дурная примета, но если не приключится ничего худого, то меньше, чем пальчиков на вашей милой ручке.

— Уже так недолго?

— Я полагал, это известие вас обрадует.

— Я рада...

Лорд Ролло даже не взглянул на мою тусклую улыбку. Он знал правду, которую не могли скрыть погрустневшие глаза.

Ядовито-оранжевый свет гас под натиском темноты. Для меня собрали ложе из подушек и одеял, но я все равно ощущала себя принцессой из сказки о страннице и горошине. Капитан и комендант Орендрел провели весь вечер, вспоминая какие-то давние события, общих знакомых и намеренно не касались дел нынешних.

Лорд Ролло пил ту отвратительно пахнувшую тимьянно-черемуховую настойку, веселившую эльфийскую кровь также, как крепкое вино будоражит кровь человеческую.

Когда совсем стемнело, Хранитель Севера заявил своему собеседнику:

— Хочу пройтись! Полюбоваться звездами!

— Да, друг мой, этот год богат на россыпи созвездий! — лорд Орендрел тоже поднялся, слегка покачиваясь на нетвердых ногах. — Идем, я покажу, Чешуекрыла и Копьеметателя.

Выругавшись про себя и поерзав на чересчур мягкой постели, я притворилась спящей. Как ни тяжело было это признать, но подслушать чужой разговор теперь не представлялось возможным. Эльфы легко ориентировались в темноте, а я, оказавшись в чужих краях, могла тотчас заблудиться, потеряв из виду желтоватый свет костра. С досадой я стукнула кулаком по уложенным друг на друга подушкам.

Меня не радовали ни тепло огня, ни трели птиц, ни сияние далеких звезд. Покусывая нижнюю губу, я упрямо ждала возвращения двух лордов. Может, все-таки удастся выведать у капитана Ролло хоть что-нибудь о подземных магах, их волшебных тварях и прочих чудесах, о которых мне раньше слышать не приходилось!

Глава 6.2.

Не знаю, сколько прошло времени... Я лежала, зачем-то стараясь дышать как можно тише, и встрепенулась, когда рядом возник хорошо знакомый силуэт. Хранитель Севера бесшумно проскользнул мимо задремавших слуг и уселся на землю, прислонившись спиной к моей постели.

— Не притворяйтесь, что спите, — он укорил меня веселым шепотом и добавил, — я слышу ваше дыхание.

Каков наглец, пришиби его кентавр! Я даже не шелохнулась, продолжая делать вид, будто уже давно в плену сладкой дремы.

— Когда я вынес вас из злополучной кареты, что-то во мне изменилось. Это чувство трудно объяснить: оно то поднимает мой дух, как волна, на самый гребень, то швыряет в мрачную пучину, где теряется вкус к жизни.

Уступив его настойчивости, я подползла ближе и свесила голову с постели так, что мое лицо оказалось возле остроконечного эльфийского уха.

— Что вы знаете о магах из пещер?

— О них я знаю чуть меньше, чем о самой магии, — усмехнулся лорд Ролло.

— Не уходите от ответа. Я видела всякие колдовские штучки во Дворце Лилий: светящуюся в темноте заколку, прозрачный камешек с маленьким деревом внутри, шкатулку, из которой вылетали пестрые бабочки... Но вы с лордом Орендрелом говорили совсем про иные материи. Нам всем угрожает большая опасность?

— То, что вы видели во дворце — капля воды, — неохотно произнес капитан. — Она мило искрится на солнце, скатывается по листикам и не способна никому навредить. То, что сокрыто в пещерах Канши-Душгата — это наводнение, смывающее мосты и разрушающее дома, могучая и сокрушительная стихия.

— Магия гоблинов?

— У зеленокожих, живущих на поверхности, нет такой силы. Лишь единицы из них — шаманы — могут создавать небольшие амулеты, подвески, заколки и прочие безделушки для женщин и детворы. Я говорил о троглодитах-подземниках, зеленых безглазых чудовищах, таящихся в недрах горы еще до времен Первого Света. По легендам туннели кишат всякими жуткими тварями и только магия помогает подземникам уцелеть.

— Я никогда не слышала о Канши-Дош... Душ...

— Душгате, — подсказал Хранитель Севера. — Это тщательно оберегаемая тайна. Лорд Орендрел проговорился лишь потому, что он — болтун, и всерьез обеспокоился судьбой моей команды. Черное колдовство — великий соблазн. История нашего народа знает несколько примеров, когда высокородные эльфы впадали в искушение, пытались завладеть камнями из-под горы, но ни к чему хорошему их деяния не привели.

У меня в груди все сжалось:

— Вот о каком предательстве шла речь... Вы ищете того, кто соблазнился опасной волшбой.

— Да, — кивнул лорд Ролло. — Король получил анонимное донесение. Написавший его был изрядно напуган: это не шутка и не злой навет. Угроза более чем реальна. Лорд Рихаз как-то связан с ренегатом. И я очень надеюсь, что его друг, лорд Валтаир, не запятнал свою честь.

— Я уверяю вас, капитан... Он никогда бы... Нет, исключено...

— Я буду благодарен, если вы поможете мне снять с него все подозрения.

Мое сердце учащенно забилось:

— А как... вы поступите, когда отыщете ренегата?

— Убью. По-возможности, тихо. Уничтожу его записи, если таковые имеются, и вернусь на север.

Он говорил об этом так спокойно, будничным тоном, а у меня между лопаток пробежал холодок:

— Почему король поручил это именно вам, а не кому-то другому?

— Я много лет охранял его покой и умею решать сложные задачи. Старания принца Нартила положили конец моей службе во Дворце Лилий, но когда речь идет о деле государственной важности, нужно переступить через личные обиды, исполнив свой долг.

— А если король прикажет вам сразиться с Хазхатаром?

Лорд Ролло глубоко вздохнул и, помедлив, ответил:

— Почту за честь сойтись в бою с таким врагом.

— Расскажите про драколака. Что это за монстр?

— В пещерах он ползает, подобно червяку, высасывая кровь из чудищ поменьше и редко поднимаясь из глубин. Существует поверье, что с помощью магии троглодиты могут его приручить. Но если вытащить тварь на поверхность и откормить... Сперва она покроется чешуей. Затем отрастут лапы и крылья. И в один ужасный день мир узрит разрушителя пределов, живое воплощение ужаса — дракона.

— Откуда вы все это знаете?!

— От гоблинов. До службы во Дворце Лилий, мне пришлось изрядно помотаться по югу.

— Вы говорите на их языке?

— Пишу и читаю. Многие знаки, которыми пользуются зеленокожие, интуитивно понятны. К тому же, хоть это и покажется вам странным, они охотно замещают свое скудное наречие более образным и богатым эльфийским языком.

— Поразительно! — я громко зашептала прямо в ухо капитана. — Сегодня вы открыли для меня новый мир! Не думала, что юг таит в себе столько удивительных загадок!

— Это древняя земля. А Канши-Душгат, как полагают гоблины, возник задолго до Первого Света. Вряд ли где-либо отыщется хоть что-то старше его.

— У меня еще столько вопросов!

— Леди Кэсси, — эльф повернул голову и я отпрянула от неожиданности. — Мой рассказ — не праздная болтовня и не попытка скоротать время. Все это должно было остаться тайной, но происшествие с каретой вынудило меня отступить от первоначального плана. Если лорд Валтаир окажется пособником ренегата, он может вести себя странно, попытается скрыть правду, в худшем случае — начнет угрожать вам, запугивать или... Подвергнет вашу жизнь опасности. Я не смогу быть рядом всегда, хотя и приложу все усилия, чтобы защитить вас. Пожалуйста, воспользуйтесь полученными знаниями с умом. Не рискуйте напрасно. И сразу же дайте знать, если что-то пойдет не так.

— Вы полагаете, лорд Валтаир захочет меня убить?!

— Я не исключаю подобного развития событий.

— А я вам не верю. Не верю и все!

Он опустил взгляд в землю и с грустью ответил:

— Пусть мои предположения окажутся нелепыми, ошибочными, и мы вместе посмеемся над ними, когда эти опасения развеются. Я прошу вас не играть в дознание, не пытаться что-либо выведать у лорда Валтаира, не делать ему провокационных намеков... Будьте спокойны, милы и естественны. Остальное — моя забота.

Воздух сделался холоднее. С востока наползал сизый туман, и мне начало казаться, что эти края, хоть и красивы, но суровы и враждебны.

Зябко поежившись, лорд Ролло откашлялся в кулак.

— Вы замерзли? — меня охватила тревога.

— Самую малость. Напрасно я перебрал с верестом. Хотел отдохнуть сердцем. Я всерьез испугался за вас. Раньше выдержка меня настолько не подводила... — он улыбнулся своим невеселым мыслям. — Старею...

— Глупости! — я откинула край одеяла. — Вы мучаете себя, рискуя простудиться. Сядьте ближе!

Капитан замялся:

— Мне лучше уйти. Подброшу деревяшек в огонь и как-нибудь согреюсь.

— Немедленно прекратите это ребячество! — я потянула его за одежду. — У вас уже кончики ушей ледяные! И знайте: если попытаетесь улизнуть, я обижусь и вовсе перестану с вами разговаривать.

Эльф пересел на край моей постели. Суетливыми движениями, я накинула ему на плечи одеяло и обняла, стараясь отдать как можно больше тепла.

Лорд Ролло прерывисто задышал. Он прикрыл глаза, слушая мое возмущенное ворчание на родном языке.

— Пальцы озябли... Нос посинел. Еще упрямится! И зачем? Неужто хочется превратиться в ледышку!

— Ваш голос, — прошептал капитан, — как журчащий родник... Я бы внимал ему дни и ночи напролет. Желаю, чтобы он летел над лугами радости и счастья, звенел тому, кто во сто крат удачливей меня, увязшего в болотах сомнений, предрассудков и страстей.

— Вы добрый, мужественный и честный, — я обвила руками его шею. — А ваша дружба ценнее для меня, чем все богатства юга.

— Отрадно это слышать, — лорд Ролло обнял меня в ответ. — Корабль под ударами штормов мечтает о тихой гавани, где сможет отдохнуть в покое, так и я рядом с вами — укрепляюсь духом, чтобы вновь броситься в водоворот страшных событий, который только набирает силу...

Умолкнув, он сидел неподвижно, словно боялся разрушить хрупкое чувство единения, возникшее между нами. Я понимала, что с каждым мгновением нас все больше тянет друг к другу, и вопреки здравому смыслу, не сопротивлялась этому притяжению.

Покинув родной дом и отправившись в эльфийские земли, я мечтала о свободе, ярких и захватывающих впечатлениях, о жизни, наполненной красками. В объятьях лорда Ролло эта жажда приносила невероятное блаженство: его волосы пахли свежестью летней реки, и мне представлялся бег по теплому песку, шум волн и тысячи искр, вспыхивающих на воде.

В моих глазах капитан олицетворял движение и волю, а я была воплощением его тяги к давно утраченной безмятежности и уюту. Мы — такие разные, дети двух миров — прекрасно дополняли друг друга, и нуждались в этом соприкосновении, которое постепенно сделалось жизненно необходимым.

Я с ужасом представляла, что в Синистраме мне придется надеть маску вежливого безразличия: здороваться с изгнанником легким кивков, одаривать лишь дозволенной этикетом улыбкой, учтиво беседовать на отвлеченные темы, помня о благопристойности и скромности, предписанных юной леди.

Вероятно, сейчас он думал о том же самом. И эта мысль ранила, как тысяча клинков.

Глава 7.1.

Все последующие дни пути мы с лордом Ролло старались вести себя так, чтобы никто из окружающих не заподозрил нас во взаимной симпатии. Лишь в те мгновения, когда наши взгляды встречались, я позволяла себе улыбнуться ему чуть шире, чем следовало придворной даме, и доброжелательно кивнуть. Иногда эльф украдкой касался моей руки, выше браслета на запястье, и выглядел по-настоящему счастливым.

Болтливый лорд Орендрел делал вид, будто не замечает нашей игры и тактично не расспрашивал о ней. Наверно, боялся меня скомпрометировать, причинить вред неосторожным словом.

Лишь единожды я случайно услышала, как пожилой комендант о чем-то пошутил, и лорд Ролло бросил в сердцах: "Есть те, кто кричит о большой любви, когда в их груди пустота. Другие предпочитают сгорать молча..."

Эта фраза окончательно лишила меня покоя. О ком он вел речь? О лорде Валтаире? Возможно, просматривая записи лорда Рихаза, капитан обнаружил что-то такое, о чем все-таки решил умолчать...

Когда вдалеке появились очертания крепости, я удивленно ахнула. Великолепный замок с мощными кирпичными стенами и многочисленными башнями стоял на насыпном холме, словно обозревающий окрестности великан. У въезда в предместья высились постаменты с крылатыми корсаками из белого камня. С высоты надвратного донжона за нами следили гигантские орлы из потемневшего от времени металла.

В честь возвращения коменданта гарнизон крепости поднял зеленые флаги, а затем протрубили медные рога.

— Поразительная мощь! — крикнула я, надеясь, что лорд Ролло услышит меня сквозь гром воинского приветствия. — Кто построил эту твердыню? И как?

— Сумеречный Король, — ответил капитан. — Долго, трудно и понеся значительные потери. В Эпоху дикой войны наши предки творили великие дела. Камень перевозили на древних животных, которые были во много раз крупнее и сильнее лошадей. Один из ренегатов распространил болезнь и те славные труженики вымерли меньше, чем за год, но их изображения можно найти на стенах Синистрама и в галерее замка. Сейчас нам уже не под силу создать такой форпост. Шагнув вперед по лестнице истории мы многое приобрели, но и утратили немало.

Я ехала на коне лорда Ролло уже без тени страха, разобрав поводья и опираясь ногой на левое стремя. Капитан шел рядом, гордясь моими успехами.

— Вы похожи на Королеву Кленов, — он сделал мне своеобразный комплимент и улыбнулся. — Первую всадницу благодатного края, скакавшую наравне с Золотыми Воителями. Я видел ее портрет и трехрогое седло. Пожалуй, стоит нарисовать его и заказать местному шорнику, чтобы ваши прогулки верхом стали более комфортными.

— Не знаю, одобрит ли лорд Валтаир такое развлечение...

— Я не дам ему запереть вас в башне с пяльцами и прялкой, — твердо пообещал эльф. — Ваши глаза должны сверкать и смотреть вперед, а не разглядывать пол из-под смиренно опущенных ресниц.

Мне хотелось шутливо потрепать кончики его волос, расчесанных с благоухающим маслом и аккуратно приглаженных, но пришлось ограничиться коротким кивком и ответной улыбкой.

Перед нами распахнули обитые железом ворота и подняли решетку с толстыми прутьями. Первый, малый двор замка, был вымощен серым камнем. В поле моего зрения попали коновязь, невысокие хозяйственные постройки, лестницы у стен и причудливые статуи в полукруглых нишах.

Встречающих собралось чуть меньше двух десятков. Я увидела слуг в пестрых капюшонах, несколько воинов с оружием, но без доспехов, пару немолодых эльфов, облаченных в изумрудные мантии, белокурую красавицу в бирюзовом платье и шляпке с вуалью, а также лорда Валтаира в богатом придворном облачении, стоявшего за ее правым плечом.

Эльфийка шагнула вперед и взяла за руки спешившегося лорда Орендрела:

— Я так обрадована вашим возвращением, мой дорогой отец!

— Тарисса, моя ласточка, — комендант поцеловал дочь в щеку. — Признайся, что скучала без меня.

— Лорд Валтаир, прибывший к нам из Длани Фандулиса, рассказывал мне всякие истории, чтоб скрасить ожидания часы. И посему я время проводила с пользой.

— Благодарю, светлейший лорд! — пожилой эльф прижал ладонь к груди. — Сегодня мы все поднимем кубки в вашу честь!

Капитан Ролло помог мне спешиться и отдал скакуна слуге. Я вглядывалась в лицо Валтаира, сияя от счастья.

— Затем мы выпьем за лорда Ролло, которого молва любезно нарекла Хранителем всех северных земель, — продолжил комендант. — И за цветок из Края Стужи, невесту лорда Валтаира, леди Кэсси!

— Невесту? — переспросила Тарисса. — Какая неожиданность! Я рада!

Она приблизилась ко мне и мы нежно обнялись.

— О, наконец-то будет с кем посплетничать о женском! — заулыбалась эльфийка и шепнула мне в ухо. — Прошу вас стать моей сестрицей. Я так устала от общества героев и рубак, их россказней о драках и дуэлях, о шрамах, лошадях, доспехах и клинках, что добровольно заточилась бы в донжоне!

Я рассмеялась, сжав ее пальцы, украшенные золотыми перстнями:

— Конечно, милая сестра!

Пока мы любезничали, два лорда — Валтаир и Ролло — тоже затеяли знакомство.

— Премного рад, — сухо сказал мой нареченный, но все же протянул капитану руку.

— Взаимно, — изгнанник вяло пожал ее, глядя собеседнику в глаза.

— Что привело вас в эти дикие края?

— Торговые дела, — не моргнув, солгал изгнанник.

— Мне помнится, вы были воином, легендой, а стали торгашом?

— Король не платит мне, но я плачу короне, — парировал капитан. — И золото, что я послал в казну, течет к вам в виде жалованья, лорд.

Опешив от такой наглости, Валтаир кивнул ему:

— Обсудим это позже, когда вы отдохнете. Я вижу долгий путь вас измотал.

— Конечно, — ухмыльнулся капитан. — Приятная усталость, в отличие от той, что мучит некоторых во время праздного безделья.

— До встречи, лорд.

— До встречи, — Хранитель Севера отошел в сторону и вежливо поклонился Тариссе. — Мое почтение прекрасной леди!

Эльфийка кокетливо повела плечом:

— Какая честь, лорд Ролло!

И в этот миг я совершила легкомысленную ошибку: все мое внимание занимал Валтаир. Позже, в воспоминаниях, мне представлялось, что капитан едва ли не сразу взял под руку леди Тариссу и увел во второй, большой замковый двор, где журчал фонтан и зеленели клумбы в обрамлении густых кустов.

Мой нареченный с упоением расцеловал мне руки:

— Кэсси, дорогая, не верю своим глазам!

Я бросилась в его объятья:

— Все тяготы пути померкли в лучах столь долгожданной встречи!

— Но как? — спрашивал Валтаир, крепче прижимая меня к груди. — Зачем так рисковать собой?

— Прости, разлука сделалась невыносимой... Я больше не могла терпеть...

— И мчалась на край света? Ко мне?

— Меня вела любовь, оберегая от напастей. Теперь все позади. Мы вместе. Ты счастлив?

— И счастлив, и безмерно удивлен! — Валтаир с нежностью поцеловал мои волосы. — Ты ехала верхом, подобно Королеве Кленов! Но это весьма опасно. Наверно, стоило нанять повозку...

— Она сломалась и мы ее сожгли.

В серых глазах эльфа промелькнули удивление и непонимание:

— Как сожгли? Кто это "мы"?

— Я, лорд Орендрел и лорд Ролло.

— А твои вещи?

— Все разместилось во вьюках. Мой прежний гардероб оставила в столице, хочу примерить новые наряды. Ты ведь не против, правда?

— Мне нечем возразить, — улыбнулся Валтаир. — Желаешь осмотреть твердыню?

— Конечно! Уверена, здесь просто бесподобно! — я прильнула к его локтю. — Идем! Побудем наедине, лишь ты и я, и дивная природа этих мест.

Как же мне хотелось забраться с ним в укромный уголок, где никто посторонний не услышит наших пылких признаний в любви, не увидит страстных объятий и поцелуев.

Казалось, этот радостный момент ни что не смогло бы омрачить, но едва поднявшись на восточную башню, мы с Валтаиром увидели ворковавших у фонтана лорда Ролло и леди Тариссу. Ее прелестная головка покоилась на плече капитана, бесстыдно перебирающего пальцами роскошные локоны эльфийки.

Я быстро отвернулась от окна, хотя внутри словно царапнули когтистой лапой. Значит, Хранитель Севера без промедлений нашел себе новый объект для обожания... Что ж, с его харизмой и ловким языком легко понравиться любой ветреной кокетке.

Переменившийся в лице Валтаир внимательно следил за поддавшейся чувственному искушению парочкой.

— Любимый? — я тронула его за плечо.

— Так вот, где притаился этот лжец! — процедил мой жених. — Каналья! Какого лесного пня он здесь забыл?!

— Кто? Лорд Ролло?

— У вас таких зовут волками в овечьих шкурах. На десять слов и двух не скажет правды! Торговец при мече! — Валтаир с ненавистью выплевывал слова.

— Любимый... — вновь позвала я слабым голосом.

— Держись от этой скверны как можно дальше, — избранник опустил ладони на мои плечи. — Он будет шпионить и сеять тут раздоры, желая доказать дворцу свою полезность. Через полгода я стану гвардейцем короля, но не желаю стоять в одном ряду с таким ублюдком. Он не заслуживает ни плаща, ни шпор. Тем более, перчаток командира.

— Давай уйдем отсюда, — предложила я, желая, чтобы Валтаир успокоился и перестал думать о Ролло.

— Прекрасная идея. Нас вскоре пригласят на праздничный обед. Ты, верно, хочешь принарядиться и сделать новую прическу?

— Да, желанный. Я так мечтала вновь потанцевать с тобой!

— Я тоже, — смягчив гнев, произнес Валтаир и подал руку, помогая мне спуститься по крутой, винтовой лестнице башни.

Глава 7.2.

Украшенный венками из лент обеденный зал оказался совсем небольшим и за праздничным столом собралось две дюжины гостей. На самом почетном месте сидел комендант Орендрел, надевший по такому случаю королевский подарок — серебряный венец с изумрудами и сапфирами.

Справа от пожилого лорда сверкала драгоценными серьгами и подвеской его любимая дочь Тарисса, за которой ухаживал капитан Ролло. Хранитель Севера постоянно что-то нашептывал эльфийке, и она смеялась, прикрывая нижнюю половину лица пушистым веером.

Слева от коменданта усадили меня и Валтаира, так что мой избранник и дерзкий капитан оказались друг напротив друга, чему, как было понятно по их лицам, никто из двух эльфов не обрадовался.

Я тоже чувствовала себя неуютно, однако старалась не подавать виду. Мы поднимали кубки, хвалили изысканные блюда, благодарили радушного хозяина и болтали о разных пустяках.

Лорд Орендрел был могуч и громогласен. Его талант рассказчика помог слегка уменьшить напряженность ситуации. Валтаир и Ролло даже обменялись парой малозначительных фраз, вполне миролюбиво — без колкостей и грубости. Во мне затеплилась надежда, что гроза миновала, и два дорогих моему сердцу эльфа, упрочив знакомство, спрячут клинки в ножны и все-таки сумеют найти общий язык. О, моя детская наивность! Уже тогда стоило понять: это затишье перед бурей. Опытные дуэлянты осторожно прощупывали оборону соперника, тщательно готовясь к атаке...

Тихая музыка, сопровождавшая застольные речи, по знаку коменданта Орендрела зазвучала громче. Лорд поднялся и обратился к присутствующим:

— Мои старые колени хрустят подобно дождевой флейте, но вам придется потерпеть! Я ни за что не откажу себе в удовольствие станцевать с нашими обворожительными дамами!

— Отец! — радостно воскликнула Тарисса, протягивая ему руку.

Я улыбнулась Валтаиру, прося его согласия на танец. И, разумеется, получила в ответ одобрительный кивок.

Лорд Орендрел неторопливо вывел меня и дочь в центр зала, где слуги предусмотрительно расчистили место для плясок. Солидный возраст не позволял коменданту показать мастерство в современном высоком танце, который требовал и ритмичного поднятия ног от пола, и быстрого кружения, и резких поворотов. А потому выбор эльфа пал на давно вышедший из моды низкий танец — медленный, величавый и торжественный, напоминающий церемониальное шествие.

Краем глаза я наблюдала за Валтаиром и Ролло. К счастью, они даже не глядели друг на друга, с упоением и азартом следя за моими перемещениями по залу. Во взгляде жениха читалась толика сомнения, а капитан был весел и коварно ухмылялся.

Наконец раскрасневшийся и страдающий одышкой лорд Орендрел поблагодарил меня и дочь за танец, поклонился нам и проводил назад к столу.

— Теперь... охотно посмотрю... — прокряхтел комендант. — На вас... на молодых... Уважьте старика, прославленные лорды...

Мой нареченный тотчас поднялся и сказал с вежливым поклоном:

— Дорогая, прошу любезно!

Я шагнула за ним в предвкушении чего-то невероятного, окрыляющего и неземного. Лорд Валтаир был превосходным танцором. О, как же радостно вновь стать его партнершей!

В это время капитан Ролло, расправив плечи и находясь в приподнятом настроении, повел за собой леди Тариссу.

— Что за тоскливые мотивы?! Такую музыку сыграете, когда мой хладный труп опустят в склеп! — сердито прикрикнул на музыкантов лорд Орендрел. — Теперь давайте что-нибудь повеселее!

Отсчитав три такта, Валтаир положил широкую ладонь на мою талию, и мы несколько раз в быстром темпе пересекли зал, чуть не столкнувшись с повторившими тоже самое капитаном и комендантской дочкой. Не сбавляя темпа, нареченный закружил меня, чередуя резвые шаги и подскоки.

В противоположном углу зала лорд Ролло стремительно, как погнавшийся за добычей лис, выделывал сложные па, элегантно и весело переступая своими длинными и сильными ногами. Тарисса пыталась не отставать от него, гарцуя возле кавалера и нервно взмахивая руками, чтобы не потерять равновесие.

Мы с ней, обремененные юбками и утянутые корсетами, путались в буйстве взлетающих при каждом резком движении кружев и едва не теряли модные у южан, но тяжелые и неудобные башмачки. По нашим спинам градом лился пот. Обещанное шумное, раздольное веселье превращалось в мучительную пытку.

Желая во что бы то ни стало перетанцевать соперника, Валтаир подпрыгнул и развернулся в воздухе на две четверти круга. Лорд Ролло не остался в долгу: оттолкнувшись правой ногой, он взмыл над полом и совершил полный оборот, элегантно приземлившись перед изумленной партнершей.

Я мысленно вознегодовала: с трудом верилось, что два умных и рассудительных лорда могли превратиться в бесчувственных чурбаков, не понимающих, сколько муки они доставляют мне и Тариссе этим глупым, нелепым состязанием. Мы с ней задыхались и спотыкались, как две загнанные лошади...

— Перемена партнера! — хлопая в ладоши, закричал комендант.

Ненависть ко всему и вся застлала мои глаза серой пеленой. Ноги перестали слушаться, заложило уши и дико закружилась голова.

Я откинулась на руку Ролло, почти теряя сознание:

— Вы... мне... отвратительны...

— Это не отменяет нашего договора, — прошептал эльф.

— Какого?..

— О поцелуе.

— Зачем?.. Вы... увлеклись... другой...

— Уместно ревновать любимого к подруге или сестрице, но терзать ревностью того, кто только друг, весьма эгоистично.

— Вы... тешите... свое... тщеславие...

— И снова ваши выводы поспешны. Они уводят в дебри, мешая замечать простую истину.

— Какую?..

— На этот раз попробуйте обдумать все тщательно и без моих подсказок.

Голос лорда Орендрела прозвучал, как спасительный метельный колокол, помогавший заблудившимся в пургу отыскать ближайший замок:

— Перемена партнера!

Музыка смолкла и грянули аплодисменты.

Я повисла на локте Валтаира:

— Умоляю, отведи меня в спальню... Я не чувствую ног и хочу прилечь...

По пути к моим покоям нареченный сухо спросил:

— О чем ты говорила с Ролло?

— Не помню... О какой-то ерунде...

— Мне трудно в это поверить.

— Не знаю... Я устала...

— Хорошо, любимая, — Валтаир остановился возле двери. — Отдыхай. Мы побеседуем позже.

Словно в тумане, я забрела в комнату, сбросила ужасные туфли и сделала шаг к кровати, намереваясь упасть на нее вперед лицом.

Внезапно за спиной раздался скрежет повернувшегося в замке ключа.

Я онемела. Валтаир меня запер! Хотелось побежать обратно к двери, барабанить по ней и не сдерживать возмущение, но на борьбу моих сил уже не оставалось. Пришлось вернуться к первоначальному плану: кровать, подушка и хотя бы пара часов покоя.

Глава 8.1.

Переодеться без помощи слуг было не самой простой задачей, но я родилась на севере и привыкла не пасовать перед трудностями.

Валтаир вернулся незадолго до ужина, отпер дверь и вошел ко мне, поглядывая с явным недоверием.

— Как ты, моя дорогая? — спросил он, бегло осматривая комнату.

— Зачем ты меня запер? — я обижено надула губы и скрестила руки на груди.

— Хотел защитить.

— От кого?!

— От Ролло.

Это уже не шло ни в какие ворота. Я устремила на него сердитый взгляд:

— Мы с капитаном проделали долгий путь. Он мог сотню раз причинить мне вред, если бы захотел!

— О чем вы говорили во время танца?

— Какая разница? Он что-то сказал, я толком не расслышала, но не сочла нужным переспросить. Ты ведешь себя очень странно, и это меня беспокоит.

— Предосторожность не лишняя, когда имеешь дело с изменником...

— О, благословенные небеса! — я замотала головой, чувствуя злость и досаду. — Насколько мне известно, лорд Ролло был верен королю Лилий, сделал много хорошего и дослужился до командира гвардейцев. Если он однажды и допустил ошибку или грубость в адрес принца, то понес за это суровое наказание. Теперь он снова хочет приносить пользу дворцу и защищает интересы короля. Ты ведь тоже присягал на верность владыке! Значит, вы с лордом Ролло на одной стороне, и не нужно постоянно тыкать его носом в прошлое. Оно ушло и больше не возвратится. Гораздо разумнее объединиться перед лицом общей опасности!

— Нет, дорогая, — нахмурился Валтаир. — Какие бы цели он не преследовал, даже самые благие, нам с ним не по пути.

— Почему?

— Я хочу стать командиром гвардейцев при Его Высочестве Нартиле. И не позволю Ролло мне в этом помешать.

— Так ты один из заговорщиков?! — ахнула я.

Повисла неловкая пауза, и Валтаир самодовольно улыбнулся:

— Я знал, что Рихаз ошибается. Ролло не будет искать примирения с принцем, он слишком упрям и самоуверен для такого шага. С упорством, достойным лучшего применения, глупец пытается найти доказательства своей тогдашней правоты и обелить измазанное грязью имя. Вот кого действительно не отпускает прошлое. Я напишу в Юастам-Кибит. Нужно положить конец этой подковерной войне.

Мое сердце сжалось от ужаса. Ведь лорд Ролло просил меня держать язык за зубами и не лезть в опасные политические игры, а теперь выходило, что я предала его и подставила под удар.

— Любимый... — голос дрогнул в неподходящий момент. — Зачем вся эта суета? Не вмешивайся в ход событий, пускай грызутся те, чьи чешутся клыки. Давай побудем вместе и насладимся каждым днем, наполненным блаженством.

— Конечно, милая. Все, как ты захочешь, — эльф тронул меня за подбородок и заглянул в глаза. — Но позже. Сперва дела. Сама судьба дает мне шанс разделаться с личным врагом Его Высочества Нартила. О такой удаче я и мечтать не смел!

Нужно было как-то отвлечь его от построения планов мести... Не ради дурацкого пари с капитаном, а потому, что в тот момент я всерьез испугалась за лорда Ролло.

— Я должна тебе кое в чем признаться...

Валтаир напрягся:

— Слушаю, моя прелестница.

— Дай слово чести, что не будешь никуда писать и чинить вред капитану Ролло.

— Нет.

— Пожалуйста, это очень важно!

— Нет.

— Умоляю! — я с трудом сдерживала слезы, к горлу подступил комок горечи.

— Хорошо, — сдался Валтаир. — Даю слово чести.

— Я приехала сюда, потому что в гаданиях альвэ мне выпала корона принца Нартила.

— Это шутка? — глухим голосом спросил эльф.

— Принцесса Лианэ была в ярости и мне пришлось сбежать... В порту стоял готовый к отбытию корабль лорда Ролло. Он вошел в мое положение и согласился взять на борт. За время пути мы подружились, и я желаю ему только добра. Пожалуйста, оставь его в покое. Нам с тобой нужно как-то... ускорить свадьбу. Я не верю цветам и по-прежнему люблю тебя! Вместе мы сильнее любого пророчества!

— Ты должна была сказать мне об этом раньше.

— Я боялась... Не могла подобрать нужных слов...

— Это в корне меняет дело, — резко произнес Валтаир, разворачиваясь на пятках. — Мне нужно идти.

— Куда?

Он не ответил. Я кинулась вдогонку, но бывший жених грубо оттолкнул меня:

— Посиди здесь.

Валтаир вышел из комнаты, и, нажав плечом на дверь, повернул ключ в замке.

— Нет! Открой! — я стучала кулаками по проклятой деревяшке, не желая быть узницей в опостылевших четырех стенах. — Открой же!

Слезы ручьями потекли по щекам. Я сползла на пол, прижалась лбом к двери и жалобно всхлипывала. Мое сердце было разбито, судьба неясна, и во всем этом теперь я могла винить только себя...

Когда в коридоре послышались шаги, меня охватил ужас. Я сжалась в комок и вздрагивала от каждого звука. Кто-то неторопливо прошествовал мимо, затем вернулся, в нерешительности постоял возле двери, а потом тихо постучал по ней костяшками пальцев.

— Леди Кэсси, — Это был Ролло.

Я тяжело задышала: язык словно онемел, и во рту сделалось горько.

— Вы обиделись на меня, — с грустью констатировал капитан. — Согласен, я повел себя... не самым лучшим образом. Иногда, чтобы добыть нужные сведения, приходится совершать отвратительные поступки... Вы молчите... Не отвечаете... Прошу, скажите хоть слово, и я тотчас уйду. Клянусь, что более вас не потревожу.

Я закрыла лицо ладонями. Можно ли было сейчас довериться Ролло? Что если он, узнав правду, поступит так же, как Валтаир: просто развернется и уйдет?

— Вы не обязаны ни слушать, ни понимать меня, — тихо сказал Хранитель Севера, — но покуда не исполнен долг, увы, я принадлежу не себе, а короне.

Почувствовав, что он вот-вот отступит, я всей грудью бросилась на дверь:

— Лорд Ролло!

Эльф был совсем рядом и мы оба воодушевились этой близостью.

— Меня здесь заперли! Помогите!

— Кто? — бодро зазвенел голос капитана.

— Лорд Валтаир.

— Каков мерзавец, — буркнул Хранитель Севера. — Хм... Дело поправимое, но мне потребуется немного времени.

— Что вы намерены предпринять? — я хотела слышать его, это придавало сил и уверенности в благополучном исходе.

— Для начала — сниму плащ.

— Зачем?

— Отстегну фибулу и немного согну кончик ее иглы. Мне нужен крючок.

— Получилось?

— Кажется, да, — усмехнулся эльф. — Приступаю к самому интересному.

Он резко дернул дверь на себя и что-то вставил в замок. Я услышала тихий скрежет металла о металл, шуршание и позвякивание импровизированной отмычки.

— Пожалуйста, не молчите... — жалобно попросила я, обнимая себя за плечи.

— Тут пока не происходит ничего примечательного, — откликнулся капитан. — Игла из мягкого металла, и приходится действовать осторожно, чтобы ее не сломать. Внутри замка есть зубчатая задвижка, если вам это интересно. Вернее, их там две. Сейчас я медленно прощупываю верхнюю. Когда крючок зацепится за зубец, немного потяну в сторону... Вот так... Очень хорошо. Теперь нужно заблокировать его в таком положении. У меня есть при себе стилет... Вы еще слушаете?

— Да! Да, продолжайте! — взволнованно воскликнула я.

— Опасный момент, — весело доложил Ролло. — Крючок не должен соскользнуть, пока острие стилета встает на нужное место. Это не так просто... Ловкость рук и чуть-чуть везения! Отлично! Можно заняться нижней задвижкой. Моя задача: расшевелить ее и продвинуть в параллельное положение относительно верхней. Аккуратно... Нежно...

Раздался щелчок и в тот же миг капитан толкнул дверь. Она легко распахнулась, едва не задев меня. Эльф перебросил плащ через руку, убрал стилет и вошел в комнату с видом триумфатора.

— Теперь и впредь желаю именоваться "лорд Ролло Освободитель"!

Мне было не до шуток. Я повисла на его шее, уткнувшись в кружевной воротник белой рубашки, вздрагивая и сбивчиво шепча слова признательности.

— Польщен... — капитан погладил меня по спине. — Не стоит, право... Пустячный труд, а благодарностей как будто бы за подвиг.

— Вы появились, словно рыцарь из легенды о заточенной в башне деве Алери...

— Если память меня не подводит, ее похитил и удерживал дракон Донравэр. А чем вы заслужили такую немилость?

Мне хотелось без утайки рассказать изгнаннику о допросе, учиненном Валтаиром, о его чудовищном поступке и нашем последующем разговоре, приведшем к шумной размолвке, но в таком случае пришлось бы признаться, что я наболтала жениху лишнего и... Я боялась потерять дружбу Ролло и убеждала себя: все еще можно исправить, гнев Валтаира утихнет, а любовь излечит наши сердечные раны...

Лгать было глупо и неправильно, ведь Хранитель Севера обладал фантастической интуицией, однако мне вздумалось пойти на неоправданный риск. Я с немой мольбой посмотрела в глаза капитана, который оставался на удивление невозмутимым:

— Между близкими порой случаются ссоры. Наши чувства проверяла на прочность разлука, и теперь нам трудно восстановить прежние отношения.

— Во дворце Лилий лорд Валтаир был другим, а сейчас внезапно охладел к вам?

— Вы подозреваете его в измене королю?

— Вне всякого сомнения, он изменник, — скривился лорд Ролло. — Я говорил вам, что идея ехать в Синистрам — дурная.

— У вас есть доказательства?! — я вцепилась в рубашку капитана.

— Разумеется.

Он смолк, услышав в коридоре быстрые шаги. Кто-то вставил ключ в замок...

Я испуганно отпрянула в угол, глядя на лорда Ролло, словно придавленная лисьей лапой мышь. Дверь распахнулась и через порог перелетел Валтаир.

С благодушным выражением на лице Хранитель Севера поприветствовал его кивком:

— Рад созерцать вас снова.

— Что вы... ты тут делаешь?! — рявкнул мой жених.

Ролло заулыбался, очевидно испытывая его терпение:

— Явился справиться о самочувствии леди Кэсси и пригласить ее к ужину.

— Для этого трапезничий проходит с колокольчиком, — поджал губы Валтаир. — Как ты вошел в покои?

— Хочу напомнить, что сзади вас есть дверь. Она впускает и выпускает. Это очевидно.

Проигнорировав его насмешливую и колкую реплику, мой нареченный спросил с нажимом:

— Где леди Тарисса?

— Рад бы сказать вам, лорд Валтаир, но о том не ведаю.

Я знала, как убедительно мог врать Ролло, как умело скрывал правду, если хотел, однако сейчас он солгал, не моргнув глазом, и наслаждался, следя за начинающим закипать собеседником, без труда догадавшимся, что его водят за нос.

— Довольно разговоров, — процедил Валтаир. — Оставь нас, и побыстрее.

Капитан глянул на меня не то с сожалением, не то с затаенной нежностью:

— Разрешите откланяться, леди Кэсси.

Меня словно подменили, все чувства и мысли перемешались.

— Обождите, лорд Ролло, — я метнулась к ширме для переодеваний, сняла с нее тонкую накидку и прикрыла ей плечи. — Я иду с вами.

Лицо Валтаира вытянулось от изумления. Задержав дыхание, я вцепилась в локоть капитана, который ловко обогнув соперника, будто корабль, избегающий мели на реке, увлек меня в коридор. Не придумав ничего лучше, мой нареченный двинулся за нами — решительно и молча, отчего у меня сердце при каждом шаге начало проваливаться в пятки.

Глава 8.2.

На ужин при свечах явились лорд Орендрел, его дочь, мы с Ролло и Валтаир, который приплелся следом. Казалось, в таком тесном кругу мы должны были ощущать спокойствие и уют, но вышло иначе — повисшая в воздухе напряженность тяготила нас всех.

— Печать усталости на ваших лицах трактую как желание свободы, — слегка невнятно заметил комендант, тщательно пережевывая пищу. — Да-а-а, ведь за стеною ширь и воля, а мы, отгородив кусок земли, заточены тут днем и ночью. Что скажете про соколиную охоту?

— Отец, такое развлечение давно не в моде при дворе... — покачала головой Тарисса.

— У нас свои порядки! — громко заявил пожилой эльф. — Нет глазу радостней картины, чем дама с чеглоком на резвом скакуне! Я помню твою матушку в седле — властительницу бури и просторов. Ну, молодые лорды, какие птицы вам по нраву? Быть может, беркуты?

— Мне милее ястреб, — усмехнулся лорд Ролло. — Уловистый шельмец хозяина голодным не оставит. Я вижу, как в мгновенье ока, одним броском он настигает вспугнутую дичь.

— Я б породнился с соколом, — глядя мимо капитана, сказал Валтаир. — Его полет — как песня, что льется прямо с неба. Часы не замечаешь, когда над головой парит он в гордой тишине, раскинув крылья, обнимая ветер...

— А ты, сестрица? — спросила Тарисса. — Поедешь с нами попытать удачу?

— Охотно, — улыбнулась я, хотя думала совсем о другом.

Нужно поговорить с лордом Ролло без посторонних. Но как это сделать? Явиться к его покоям после заката и просить об аудиенции донельзя неприлично. Послать записку? А если ее прочтет кто-то другой? Оставалось ждать благоприятного момента и надеяться, что капитан сам начнет искать встречи со мной.

Валтаир делал вид, будто всецело поглощен едой, и старательно не замечал меня. Его безразличие нанесло мне глубокую и жгучую сердечную рану. Я отказывалась верить, что наша помолвка расторгнута и прежние клятвы утратили силу.

Впереди ждала долгая, томительная и, скорее всего, бессонная ночь.

После ужина я вернулась в свои покои, взяла гребень и стала расчесывать волосы. Это помогало хоть немного расслабиться и отвлечься от мыслей о навалившихся несчастьях.

Спустя четверть часа в дверь робко постучали.

"Ролло!" — обрадовалась я и кинулась открывать.

На пороге стоял молодой слуга:

— Светлая леди Края Мраморных Дождей, меня просили передать вам...

— Кто просил? — нетерпеливо перебила я, увидев намотанный вокруг чего-то металлического и перевязанный тесьмой свиток. — Лорд Ролло?

— Да, светлая леди, — Юный эльф торжественно вручил мне подарок.

— Благодарю! — пискнула я и абсолютно невежливо захлопнула дверь перед любопытным носом посыльного.

Развязав тесьму, я надеялась прочитать длинное письмо с подробными ответами на мучившие меня вопросы, но там была лишь пара коротких строк:

К письму прилагался... ключ от моей комнаты. Я разглядывала его в недоумении, а потом начала вспоминать... Когда Валтаир ворвался ко мне в покои перед ужином, он так торопился, что забыл ключ в замочной скважине. Затем я взяла лорда Ролло под руку... В дверях он чуть помедлил, пропуская меня вперед... Да, именно в этот миг прикрытой плащом левой рукой он и вытащил ключ, а затем, вероятно, припрятал его в рукаве. Валтаир поспешил за нами, ему было не до замка... Но почему капитан не отдал мне ключ сразу? Боялся привлечь внимание моего жениха? Или задумал сделать глиняный слепок, чтобы на всякий случай иметь при себе дубликат? Все-таки лорд Ролло — весьма предусмотрительный эльф!

И это его шутливое послание! Если запереться изнутри, оставив ключ в замке на ночь, никто не сможет открыть дверь снаружи. Теперь меня не потревожат против моей воли, я была в безопасности. По крайней мере, мне так казалось.

Воспользовавшись ключом, я разделась, потушила свечи и забралась в постель.

Тишина...

Накопленная за день усталость придавливала к подушке...

Не знаю, приходил ли кто-то под дверь этой ночью. Я ничего не слышала и не видела, потому что спала как убитая.

Глава 9.1.

Выспавшаяся, бодрая и повеселевшая — я вскочила с кровати спозаранку, чтобы тщательно приготовиться к важному мероприятию. В купальне замка — хорошо прогретом помещении, разделенном на комнаты тяжелыми портьерами — уже наливали воду в деревянные бадьи и зажигали благовония. Здесь можно было не только вымыться, почистить зубы, натереть волосы ароматным маслом, но и позавтракать. Еду подавали на небольших столиках, вплотную пододвигая их к купелям.

Когда мимо меня быстро прошагал цирюльник с набором бритвенных принадлежностей на посеребренном подносе, стало очевидно, что здесь я — не самая ранняя пташка. Кто же из лордов столь мало времени посвятил сну?

Я впорхнула в отведенную мне комнату для омовений, где слуга как раз переливал в кубок процеженный отвар степных трав — лечебное питье, рекомендованное для восстановления здоровья и укрепления тела — сбросила накидку и громко сказала:

— Доброе утро!

— Доброе утро, леди Кэсси! — Донесся из соседней комнаты зычный голос лорда Ролло.

— А вы — поклонник первых зорь! — Сейчас было неуместно обсуждать что-то важное, и тем более личное, но мне ужасно хотелось поболтать с ним.

— Отнюдь. Будь моя воля, провалялся бы под сенью балдахина до полудня, однако служба вынуждает изменять привычкам.

— Я помню, каким деятельным капитаном вы показали себя на корабле. Ни одна мелочь не ускользала от вашего взгляда, и мне трудно поверить, что за всем этим скрывается любитель отлежать бока!

— Я весь — клубок противоречий, И это бремя век несу. Я — волк под шкурою овечьей. И агнец, воющий в лесу.

— Вы пишите балладу про лорда Ролло Освободителя?

— Нет. В этой истории много трагического, бедственного, а конец ее не доставит слушателям ни малейшего удовольствия. Выбор, что мне предстоит сделать, жесток по своей сути и сулит многие несчастья.

— Скажите без утайки: вы верите в магию цветов альвэ?

— Я — эльф, и не могу не верить. Усомниться в выборе альвэ — кощунственная глупость. Все равно, что утверждать будто камни мягкие, а деревья — жидкие.

— Значит, мне следовало ехать на запад, в Юастам-Кибит?

— Да. Я в этом убежден.

— Предположим... Мне суждено стать супругой принца Нартила и обрести с ним счастье. А вы ненавидите его и мечтаете отомстить. Сколько по-вашему это счастье продлится? День? Или месяц?

— Моя задача — любой ценой остановить сами знаете кого. Прочие интриганы, доносчики, подхалимы — зараза, которую не истребить. Разгонишь — подрастут другие. Пока они лишь тявкают на ветер, пускай рычат и скалят зубы по углам. Я обещал вам оставить право первого удара за моими недругами. Принц в их числе, но за щитом благоразумия он в полной безопасности.

— Я верю в лучшее!

— Я тоже. Годы меняют. А истинная любовь, как принято считать, способна укротить всякий дурной нрав.

— Вы испытали это на себе? Та... увлеченность, который вы отдались здесь, в замке...

— Похожа на камыш, — перебил капитан. — Вам виден стебель, соцветие, но не корень — а в нем вся сладость.

Мягкий голос леди Тариссы зазвучал у входа в купальню:

— Пусть для вас расцветает благословенная роза утра!

— Доброе утро! — поздоровалась я, нежась в теплой воде.

— Тысячи лепестков под твои прелестные ножки! — шутливо заявил капитан Ролло.

— И ты здесь, милый Перелесник! — рассмеялась эльфийка. — А раньше ты любил купаться в росном поле!

— Да, было время... — согласился изгнанник.

Я вся подобралась, взволнованная внезапной догадкой: не могли эти двое за столь короткий срок так хорошо узнать друг друга! Откуда взялась их странная фамильярность?!

— Чья птица первой принесет добычу, — продолжила Тарисса, — тому я подарю венок!

— Ради него я сам готов подняться к небу и рухнуть с высоты на бедного зайчишку! — торжественно изрек лорд Ролло.

— Алых лучей в ваши окна! — Появление Валтаира тотчас положило конец веселью.

Мы поздоровались с ним и каждый занялся своими делами. Я взяла со столика мягкую булочку, похожую на розовый бутон, и кубок с отваром. Плотный завтрак не для намеченной поездки.

Глава 9.2.

Мне представлялась скачка верхом, но когда пришло время отправляться в путь, выяснилось, что для нас с Тариссой заложили открытый экипаж. Заправлял всем эльф-сокольничий, наблюдавший, как слуги выносят птиц, а Ролло и Валтаир намеревались ехать налегке, даже без перчаток.

— Что так удивило тебя, сестрица? — спросила дочь коменданта, усаживаясь напротив меня и расправляя подол юбки.

— Я думала, все будет по-другому.

— Сокольники не выдадут секретов вынашивания — обучения птиц охоте, и даже те из лордов, кто посвящен в это таинство, предпочтут не вмешиваться, а наблюдать со стороны за тем, как опытные руки снимают клобучки и отпускают крылатых ловцов к облакам.

— И в чем же интерес?

— Скорость и точность. Одна птица справится быстрее другой, но даже фаворит может допустить ошибку и промахнуться. Исход охоты невозможно предсказать.

Наш экипаж тронулся, и, выждав немного, я задала Тариссе важный для меня вопрос:

— Как давно вы знакомы с лордом Ролло?

— О! — воскликнула эльфийка и заулыбалась. — Мы были ростом в два вересковых куста, когда впервые повстречались!

Я мысленно подсчитала и пришла к выводу, что речь шла о возрасте сопоставимом с семью-девятью человеческими годами, то есть о зените детства.

— А я узнала его совсем недавно...

Леди Тарисса кивнула:

— Он говорил, что в жизни все опять переменилось. Как будто запылившийся в углу кувшин достали и обтерли, наполнили вином, струящимся по стенкам и пьянящим медовой сладостью, а после, кинув вверх, нещадно раскололи на десяток бесполезных черепков.

— Он так сказал?!

— Почти. Расстроенный мужчина опасен тем, что редко сдержан в выражениях, а кое-кто бранится виртуозно!

— Значит, вы — близкие друзья?

— Я назвала бы это иначе, — потеребив манжет, пояснила эльфийка. — Мы роднее, чем те, в чьих жилах родственная кровь. Узнай отец, он принудил бы Ролло заключить помолвку, но для меня подобный союз недопустим — как свадьба с братом. Не знаю, стоит ли говорить...

У меня сердце готово было выпрыгнуть из груди:

— Пожалуйста! Я сохраню любую тайну.

— Ролло так ждал священный праздник альвэ. Надеялся на милость цветов, но те словно не замечают его. Он страшно одинок, хотя достоин счастья и пламенной любви. Я боюсь, что он впадет в отчаянье и погибнет на радость врагам.

— Ты говоришь о принце Нартиле?

— И о нем, — вздохнула Тарисса. — У Ролло много недругов. Я утомляю тебя грустными историями?

— Нет-нет!

— Мне показалось или между тобой и лордом Валтаиром закралась тень?

— А в этом моя тайна. Я предназначена другому.

— Другому?! — Теперь настал черед моей собеседнице искренне удивиться.

— Лорд Ролло не говорил? Цветы избрали меня в невесты его врагу, принцу Нартилу.

Тарисса ахнула и прикрыла рот ладонями:

— Жестокая насмешка судьбы!

— Узнав о выборе альвэ, лорд Валтаир поспешно вычеркнул меня из своей жизни. Теперь придется ехать в Юастам, знакомиться с Его Высочеством...

— Лорд Валтаир уже наделал столько ошибок... И, кажется, готов прибавить новых, — эльфийка с тревогой посмотрела на безоблачный горизонт. — Мы познакомились с ним во время карнавала в Длани Фандулиса. Потом он слал мне письма и даже приезжал сюда по долгу службы. Он был весьма любезен, начитан и прекрасно пел. Я думала, мы станем с ним друзьями, но вскоре настойчивость в общении сменилась у него какой-то манией. Лорд Валтаир следил за мной и жутко ревновал. Затем и вовсе поведал страшную историю...

— Какую? — я подалась вперед и взяла Тариссу за руки.

— Лорд Рихаз, его друг, вернулся из Юастама, где виделся с вельможей, увлекшимся ученьем подземных колдунов. Тот продал амулет и порошок таинственного свойства. В одну из встреч лорд Валтаир обмолвился, что это устранит препятствие, мешающее нашему с ним счастью.

У меня затряслись губы. Такого коварства и вероломного предательства от любимого я никак не ожидала.

— Я понимаю, тебе больно это слушать... — виновато сжалась эльфийка.

— Мне нужна правда. Умоляю, продолжай...

— Я думала, все рассказать отцу, но он бы не поверил. Решил бы, что это вздор упрямой противницы замужества. А Ролло, мой храбрый Перелесник, был слишком далеко. Тогда я написала анонимку королю и отослала с верным мне слугой.

— Владыка показал записку лорду Ролло...

— И тот по почерку и запаху духов мгновенно догадался, откуда прилетела весть, — подтвердила мою догадку Тарисса. — Но он меня не выдал. Какое счастье, что нам, спустя так много лет, судьба вдруг подарила встречу. Он изменился, стал серьезнее и строже, но сердцем тот же юный шалопай. Юг лихорадит. Витают слухи о грядущей буре. Я верю в названного брата больше, чем в принца Нартила.

— Почему?

— Ролло способен отыскать слова, чтобы поднять и повести на битву, он не боится за свою жизнь, но бережет других, а это очень ценно. Хранитель Севера — пока негласный титул, и все же он — дань уважения заслугам и талантам.

— Значит, лорд Валтаир не рассказывал обо мне?

— Нет, я ничего не знала. Буду откровенной, я так обрадовалась и встрече с Ролло, и избавлению от назойливого ухажера, но Валтаир словно с цепи сорвался. Он бегал по твердыне, везде искал меня, пытался вызвать на тайный разговор. Пришлось укрыться в подземелье башни, спустившись потаенным ходом. Я сразу сообщила Ролло про амулет, и порошок, про то, что ревность Валтаира губительна. Он может навлечь беду и на тебя, и на меня, попробовать избавиться от Ролло. Мучительно сидеть и ждать удара в спину...

— Нам нужно что-то предпринять! — горячо зашептала я. — Нельзя так рисковать собой! Пускай вмешается лорд Орендрел и арестует подлеца.

— У нас нет веских доказательств, — смутилась Тарисса. — Мы с Ролло пробрались в рабочий кабинет и спальню Валтаира, осматривали каждый уголок — но ничего... И все же я сердцем чувствую опасность!

— Тогда пусть Ролло выберет момент, приставит нож под ухо негодяю и вынудит во всем признаться!

— Признание под страхом смерти? И кто в него поверит? Однажды Ролло уже пошел по скользкому пути, рискнул и проиграл. К тому же, ты сама велела не трогать жениха...

— Он больше не жених мне! Тот договор утратил силу! А если лорд Ролло бросит вызов Валтаиру и победит в дуэли, клянусь улыбкой матери, я страстно расцелую его губы!

Щеки эльфийки окрасил густой румянец:

— Нельзя так говорить... Нам полагается быть скромными...

— Я вне себя от гнева! Вцепилась бы в мерзавца Валтаира, как сколопендра!

Тарисса тяжело вздохнула:

— Прими суровый урок судьбы и не давай Ролло напрасных надежд. Тебе не по пути с ним. Лучше доверься цветам и будь готова забыть все прошлые невзгоды рядом с избранником.

— А если я не полюблю его?

— Полюбишь. И он тебя тоже. Альвэ не ошибаются.

— Все мне твердят одно и вынуждают согласиться с неизбежным...

— Зачем с ним спорить? — искренне недоумевая, спросила эльфийка. — Оно же неизбежно!

— Но Ролло говорил, что принц Нартил — подлец не хуже Валтаира, надменный интриган, коварный змей...

— Возможно, Его Высочество страдает без любви, а повстречав тебя — проявит свои лучшие черты.

— Я опасаюсь мести принцессы Лианэ...

— А я — вторжения подземных тварей. Отец скрывает, но удалось подслушать, что дело плохо. Кто защитит пределы, того объявят героем из героев, и сам король не сможет навредить ему.

— Ты полагаешь, это будет Ролло?

— Надеюсь. Он достоин вернуться во дворец со всеми почестями. Хотя у принца есть войско, советники и власть... Мне трудно предсказать, за кем останется победа.

— Все так запутанно и сложно... — выдохнула я. — Что Ролло говорит про Валтаира?

— Сказал, что слива, которой приходится слишком долго висеть на дереве, рано или поздно трескается.

— Как это понимать?

— Не знаю. Ролло ждет. Я тоже. И тебе советую не торопить события.

Желая привести мысли в порядок, я еще раз повторила про себя всю цепочку событий, приведших меня к такому неутешительному итогу. Чужие секреты, хитросплетение судеб — какие еще испытания мне уготованы свыше? Чтобы отвлечься от мрачных раздумий, я спросила Тариссу:

— Почему ты называешь лорда Ролло Перелесником? Мне не знакомо это слово.

— Детское прозвище в честь травы, которую люди именуют зверобоем. Согласно преданиям она помогает от неразделенной любви.

— Ох, — разочарованно выдохнула я. — Мне бы сейчас три бочки чудодейственных отваров, чтоб смыть осадок горечи внутри! Я так мечтала о союзе с Валтаиром! Красивые слова, пустые обещания... Поверила, как оказалось — зря!

Повозка остановилась. Тарисса ловко спрыгнула и повела меня за собой:

— Обычно мы выезжаем на охоту по осени, когда дичь нагуляется и разжиреет, но у весны есть своя прелесть...

Я увидела, как почти нагнавший нас лорд Ролло, спешился, отпустил коня и, обернувшись широким поясом, направился мимо крутой дуги оврага. Навстречу ему следовал Валтаир, опираясь на резной посох с навершием в форме соколиной головы.

— Идем скорее туда! — я схватила эльфийку за руку и потянула прямиком через розоватый кустарник.

Два лорда успешно преодолели овраг и остановились у василькового луга. Он был похож на прозрачное зеркало, в котором отражалась глубокая небесная синь.

— Весьма символично, — громко сказал капитан, обращаясь к Валтаиру. — Цветок непостоянства, меняющий свой цвет, и благородный эльф, предавший саму любовь.

— Что ты знаешь о любви? — фыркнул мой бывший нареченный. — И по какому праву разбрасываешься обвинениями?

— Вы оказались в сложной ситуации.

— И кто в том виноват? Не ты ли, Ролло — приносящий несчастья?

Мы с Тариссой застыли на другом краю оврага, жадно ловя каждое слово мужчин.

— Скажите, чем я перед вами провинился? — развел руками капитан.

— О, если б ты один! — Валтаир запрокинул голову и посмотрел в небо. — Обычай вынуждает нас поклясться в верности, другой — пойти на нарушение клятвы. Да, я увлекся юной чужестранкой, мечтал о счастье с ней. Потом уехал в южные пределы и повстречал Тариссу. Ты не поймешь, как молния бьет в сердце, и никогда не испытаешь той страсти, от которой вскипает кровь. Ты — черствый, педантичный формалист и мелочный зануда, Ролло.

— Если угодно, я — чопорный романтик.

— Твоя дотошность вызывает тошноту! Вот почему ты одинок, а все твои попытки соблазнить Тариссу — нелепы и жалки!

— Еще не вечер... И ветер может перемениться.

— Нет, Ролло. Для тебя все кончится сейчас. Я понял, что леди Кэсси — мне не пара, и ждал гадания альвэ. Я думал, получу письмо, и мы расстанемся красиво, с налетом легкой грусти. Но ты, подлец, зачем-то притащил ее сюда! Хотел скандала? Драмы? Отбить мою Тариссу? Занять то место при дворе, которое когда-то потерял? Нет, Ролло. Они мои: и леди Синистрама, и должность командира гвардейцев.

— Уверен, что удержишь такое счастье в потеющих ладонях? — зло усмехнулся Хранитель Севера. — Не надорвешь живот от непосильной ноши?

— Язви, шипи змеей. Я докажу Тариссе, что достоин ее сердца. Моя любовь сильнее твоих козней. Когда наш принц узнает, как мерзко ты обошелся с его избранницей альвэ, с прекрасной леди Кэсси, как искушал запретными речами и соблазнял ее, вторгаясь в опочивальню, никто из лордов не подаст тебе руки.

— А для кого из двух достойных леди ты прикупил запретных артефактов, любовных зелий и прочей гадости?

— Выпытываешь чужие тайны... Копаешься в белье... Ты — грязный интриган.

— Так брось в меня платок, — сухо произнес лорд Ролло. — Чего ты ждешь? Нехватка доблести, лорд-командир гвардейцев?

— Мне жаль марать клинок о твою кровь. Ты должен мучиться, бессильный, бесполезный и всеми брошенный, а после, в слепом отчаянье, швырнуть себя на меч.

— Твои фантазии глупее, чем поступки. Хотя и в тех ума — с мышиный нос.

— Ты более не сможешь докучать ни мне, ни леди Тариссе! — рявкнул Валтаир, срывая навершие с посоха.

Лорд Ролло интуитивно отступил, но это его не спасло. Валтаир прыгнул вперед со сжатым кулаком и, резко растопырив пальцы, кинул в лицо капитану горсть пахучего белого порошка...

Глава 10.1.

Мы с Тариссой истошно завизжали. Валтаир застыл на месте и резко обернулся в нашу сторону. Его глаза показались мне совершенно безумными. На посеревшем лице эльфа мелькнули удивление, растерянность и злоба. Он закричал не своим голосом, обращаясь к дочери коменданта:

— Ты скоро услышишь обо мне, любимая! Дождись меня! Дождись!

В исступленной ярости он бросил посох и побежал в ту сторону, откуда пришел.

Лорд Ролло тер лицо, не обращая внимания на удравшего соперника. В тот миг ни я, ни Тарисса еще не поняли, что на самом деле произошло. Не сговариваясь, мы полезли через овраг. Подолы длинных платьев цеплялись за кустарники, но чувство нарастающей тревоги гнало нас вперед.

Мы обошли капитана со спины и остановились возле него. Тарисса боязливо протянула руку к лицу изгнанника:

— Тебе больно?

Он убрал ладони от глаз, и мы увидели, что они затянуты белой пеленой.

— Не знаю, — губы эльфа сложились в виноватую улыбку. — Я ничего не вижу.

Несколько мгновений Тарисса стояла неподвижно, а затем обняла его, прижавшись к левому плечу:

— О, свет небесный! Ролло...

Капитан согнул руку, стараясь приобнять подругу детства за талию и скользя пальцами по ее бедрам:

— Извини, Тэри... Я, кажется, только что потрогал лишнего...

— Нашел время шутить!

У меня задрожал подбородок. Я метнулась к ослепшему эльфу, прильнула к его правому плечу и простонала со слезами в голосе:

— Лорд Ролло! Что же вы наделали!

— Очевидно... — не растерялся капитан. — Выиграл пари. Ваш "добрый и честный" Валтаир побоялся воспользоваться перчаткой или платком, но все же напал на меня, подло применив черную магию.

— Вы думаете, сейчас уместно... вспоминать про наш уговор? — всхлипнула я.

— А если это колдовство убьет меня? Хотелось бы успеть получить обещанное...

Поддавшись еще более острому приступу жалости к нему, я встала на цыпочки и поцеловала Ролло в щеку:

— Спасибо, что сдержали слово... И не напали первым.

Тарисса тоже приподнялась и быстро прижалась губами к левой щеке капитана:

— Благодарю, что избавил от общества этого повредившегося умом обожателя...

— Рад помочь, — усмехнулся Хранитель Севера. — Я знал, что Валтаир слаб духом и не устоит перед соблазном испытать колдовскую силу. Она — величайшее из искушений, разъедающих сердце. У каждого есть сокровенные желания: одни ищут славы, другие — богатства, третьи — любовь. Кажется, что магия — это кратчайший путь к заветной цели, но тут и подстерегает главная опасность: черная волшба — дорога в пропасть. Раз ступив на нее, обратного пути уже не отыщешь.

— Валтаир мог убить тебя... — прошептала Тарисса.

— Нет. Он понял, что не сможет тягаться со мной и надеется погубить чужими руками. Его терзают призраки и пороки, а сознание постепенно затуманивается, — с грустью сказал эльф. — Он будет стараться использовать магию как можно чаще, но с каждым разом начнет все ощутимее терять связь с явью. Я читал, во что постепенно превращаются ренегаты. И сам однажды стоял на краю этой ямы. Хотя искушение взять камни было велико, я все же отказался от кратковременной власти над законами мира и предпочел остаться собой. Одиноким занудой, как верно подметил Валтаир.

— И вовсе вы не зануда! — решительно возразила я.

— Благодарю за добрые слова, — капитан слегка наклонил голову в мою сторону. — Куда он удалился?

— В долину Охо, — дочь коменданта сжала запястье Ролло. — Просить отца послать за ним погоню?

— Ни в коем случае! Мне нужен конь. Я сам поеду по его следам...

— Которых ты не видишь?! — возмутилась Тарисса. — Вернемся в крепость и покажем тебя лекарю.

— Пустая трата времени, — отмахнулся эльф. — Пещерные кристаллы не удалить из глаз примочками с лекарственной настойкой. Я справлюсь. Обещаю. Не нужно волноваться.

— Безумная затея! — осуждающе сказала я. — И ничего безумнее мне прежде не доводилось слышать!

— Если память не подводит меня, вы, леди Кэсси, говорили, что готовы пойти со мной на любое безумство. Прежде чем состоится ваша встреча с драгоценным избранником-принцем, не желаете ли взглянуть на еще одну местную диковину?

Я уже немного оправилась от шока, но все равно ответила с нотками сомнения в голосе:

— Вы приглашаете поехать с вами за Валтаиром?

— Да, — широко улыбнулся Ролло. — Обещаю, это будет занимательное зрелище.

— Ну... хорошо. Мне нужно взять в дорогу кое-какие вещи...

— Зачем? — перебил капитан. — Пожертвуйте комфортом ради острых ощущений и подлинной свободы! Тэри, мы тратим время. Помоги мне добраться до коня.

Она уверенно взяла друга под руку и повела через овраг:

— Осторожно, тут колючки...

— Вы в своем уме? — возмутилась я, шагая следом. — Тарисса, зачем ты потакаешь его глупой блажи?! Как мы поедем без еды и вещей? А если что-то случится! Лошадь может захромать! Или нам повстречаются гоблины! Лорд Ролло, вы меня слышите?!

— Конечно, — хмыкнул эльф. — Я же ослеп, а не оглох.

— Благодарю за ценное замечание!

— Не обижайтесь, северная леди, — Его мягкий голос проник в мое сердце и оно взволнованно затрепетало. — Вы жили во дворце Лилий, а значит должны понимать, что наши народы, хоть и во многом отыскавшие некие общности, разнятся по своей природе и духу. Я — не человек с остроконечными ушами. Не стоит применять ко мне людские мерки. Потеря зрения — досадная неприятность и не более. Она не заставит меня отступить от намеченной цели. У вас есть выбор: остаться с Тэри в тепле и покое или взглянуть на то, что я очень хотел бы вам показать... Но не глазами, их легко обмануть, а сердцем — прочувствовать каждым вздохом такое, о чем не поведать ни человеческим словом, ни эльфийским.

Я догнала его и взяла за руку:

— Это лишь иллюзия выбора, потому что один из вариантов можно и вовсе не брать в расчет.

Клянусь хвостами ледяных демонов, Кассандра, еще недавно жившая в эльфийском дворце, беззаботно и наивно глядевшая на мир широко распахнутыми глазами, никогда-никогда-никогда не согласилась бы на столь опасную авантюру! Та Кассандра была по-своему смелой, но не отчаянно безрассудной!

Где же она? Куда исчезла, и кто теперь я — уверенно направляющая лошадь по серебристо-перламутровой долине, вдыхающая сухой, обжигающий воздух и позволяющая слепому эльфийскому лорду обнимать себя за талию.

Ролло укоротил стремена, и я сидела боком, перебросив ноги через его левое бедро. Не сказать, что было удобно, но мне не хотелось ничего менять: эта неприличная близость приносила удивительное наслаждение. Тепло его ладоней, глубокое и ровное дыхание, возбуждающе-прекрасный запах, который я вдыхала вместе с ароматом степных трав, помогали забыть обо всех невзгодах.

— Где теперь небесный светоч? — спросил Хранитель Севера.

— По правую руку от нас.

— Хорошо. Нужно потерпеть еще немного и сделаем привал.

— Вас что-то беспокоит, лорд Ролло?

— Ветер почти стих, но губы холодит. И во рту скрипит песок.

У меня были схожие ощущения, которым я не находила объяснения: сизый горизонт оставался неизменным уже много часов кряду. Скрипуче и уныло зудели в траве насекомые.

Вдруг среди бурьяна мелькнуло что-то белое. Я приняла это за камень, но оказалось — в задыхающееся от зноя небо пялился пустыми глазницами потрескавшийся череп.

— Кто вас напугал? — капитан покрепче прижал меня к себе. — Суслик?

— Д-да... — солгала я. — Промчался у самых копыт...

— Рядом журчит вода.

— Я ничего не слышу.

— Возьмите левее. Скоро будет желтоватый холм, нагромождение камней, а под ним — в зарослях осоки — маленький ручей. Там и остановимся.

— Над нами парит коршун, словно что-то высматривает.

— Высматривает... — повторил Ролло. — А нет ли поблизости бабочек?

Я хотела ответить "нет", но там, где серебро сменялось рыже-бурыми тонами, мелькнули две яркие желтые точки.

— Как вы узнали?!

— Учуял запах болиголова и других цветов. Бабочек манит их нектар.

Конь прибавил шаг. Ветер рванул и со свистом погнался за вспорхнувшими птичками. В тот же миг оживился казавшийся сонным коршун.

— Будет гроза, — проворчал Ролло. — Нужно поискать укрытие.

Вскоре я тоже услышала тихий напев ручья, поившего иссушенную землю. Пока эльф расседлывал жеребца, я спустилась к воде и умыла лицо.

— Леди Кэсси! — позвал капитан.

— Вам помочь?

— Нет. Осмотрите холм. Там должны быть камни с ровными гранями.

Я полезла по склону, распугивая мелких ящериц, и в самом деле увидела три валуна, составленных на манер ограды. За ними с трудом удалось рассмотреть небольшую каверну или нишу.

— Кажется, я что-то нашла!

— Очень хорошо! — лорд Ролло направился ко мне, сосредоточенно прислушиваясь.

Его походка, вопреки моим ожиданиям, нисколько не замедлилась, но сделалась слегка напряженной и пружинистой. Длинный пальцы эльфа ощупали камень:

— Вот этот.

Хранитель Севера ухватился покрепче за верхушку валуна и потянул его на себя.

Я испуганно вскрикнула, подумав, что Ролло сейчас раздавит себе ноги, но лорд с хориной ловкостью увернулся, и валун опрокинулся в стороне от него.

— Не делайте так больше, — попросил эльф.

— Как?!

— Резкие и громкие звуки сбивают меня с толку, — пояснил он. — Я немного теряюсь.

— Простите...

Капитан сделал два шага ко мне и протянул флягу:

— Спуститесь в нишу, устройтесь поудобнее и выпейте ровно четыре глотка. Я ненадолго отлучусь, а вы пока отдохните.

Возражать было бесполезно. Я забралась, как лиса в нору, расправила платье и поднесла флягу к губам. Ну, и запах... Горький, хуже полыни. А что если не пить? Как-нибудь перетерплю голод и дождусь возвращения Ролло.

Кусочек неба между камней-часовых сперва посерел, но вскоре надвинулась тьма. Далекий рокот набрал силу. Сделалось темно, почти как ночью, и гром уже не ворчал, он оглушительно трещал, сотрясая землю. Когда сверкнула первая молния, меня сковал ужас.

— Лорд Ролло... — жалобно пропищала я в черноту, но никто не откликнулся.

Руки сами потянулись к фляжке. Четыре глотка... Наверно, они усыпят меня. И тогда...

Зловещие молнии полосовали небо. Хотелось уснуть и не видеть бушевавшей над степью грозы. Четыре глотка...

Я подумала о Ролло. Где он? Как он? Совсем один, слепой и оглушенный громом... Некстати вспомнились жестокие слова Валтаира, посулившего капитану многие несчастья.

Молнии стали реже и запахло дождем. По холму, стеная, пронесся ветер. С треском раскололось небо, и ударил такой ливень, какого мне прежде не доводилось видеть. Сплошная серая пелена шелестела и стучала по камням. Я дрожала от холода; сырость быстро впитывалась в одежду.

— Ролло... — прошептала я и сделала крошечный глоток из фляжки.

Вонючая жидкость потекла по горлу. Внезапно внутри разлилось тепло. Даже по окоченевшим ногам волной прошел жар, и я снова почувствовала пальцы. Дрожь улеглась, и буйство стихии более не вызывало такого страха и оцепенения.

Отдавшись новым ощущениям, я окончательно потеряла счет времени. Мелкие ручейки затекали в пещеру: от вспышек молний они казались белыми, как молоко.

Еще одна вспышка... Я зажмурилась, увидев силуэт великана, заслонившего небо. Гром... до боли в ушах. Или это рев чудовища?

Оно схватило меня, вцепилось в плечи, стало неистово трясти...

— Несмышлеха упрямая! — с жутким рычанием произнес монстр на моем родном языке, а затем быстро заговорил по-эльфийски. — Я же сказал: четыре глотка!

Мне сделалось дурно до тошноты, мысли путались, во рту был отчетливый привкус песка...

— Застудилась? — рявкнуло чудовище и принялось насильно лить в меня горькую жидкость из фляжки.

После третьего глотка сознание вернулось, и я поняла, что жмусь к промокшему до нитки Ролло, который гладит мои волосы, целует щеки и сердито шепчет:

— Почему ты меня не послушала? Почему?

Четвертый глоток разрушил незримую границу между сном и явью. Я спала, но видела все, что происходило вокруг.

Ручейки сливались, образуя лужи, и вскоре весь пол маленькой пещеры покрылся водой. Ролло сидел в ней, подняв меня на руки и баюкая, как ребенка. Он что-то говорил нараспев, но слова растворялись в шуме дождя.

Когда ливень стих, эльф бережно вынес меня под усыпанное бледными звездами небо. Я вытянула руку и коснулась его зеленоватого края, похожего на затянутое ряской озеро...

— Что ты делаешь? — спросил Ролло.

— Трогаю небо.

— И какое оно?

— Мокрое.

— Я так и думал, — он помолчал, размышляя о чем-то глубоко личном. — Завтра ты проснешься и ничего не вспомнишь. Ни эту ночь, ни это небо. Ни этот поцелуй.

Губы эльфа — горячие и влажные — прижались к моим губам. Вода с его волос упала мне на лицо. Мы целовались взахлеб, лихорадочно, словно боялись, что дарованные свыше мгновения безграничного счастья вот-вот закончатся. Все происходившее мало напоминало наш первый робкий поцелуй в благоухающей роще. Мы более не смущались, не помышляли о долге и морали, будто мир опустел — и остались лишь двое — я и Ролло.

Мое тело обмякло, сон брал свое. Почувствовав это, эльф поник головой, его плечи опустились, не столько от усталости, сколько от безнадежного отчаяния и тоски. Мог ли он, осмелившийся бросить вызов предназначению, побороть его? У меня не было ответа...

Глава 10.2.

Эльфийский лорд разбудил меня рано: едва зарозовело небо и над ручьем сгустился туман. Я вздрагивала и ежилась спросонья, плохо соображая, где север, а где юг. Но вопреки убежденности Ролло, память о произошедшем ночью не развеялась с первыми лучами утра: я помнила и грозу, и жуткий акцент капитана, когда он пытался говорить на моем родном языке, и поцелуи, от которых перехватывало дыхание. А еще белые незрячие глаза сверкающие в темноте с каждой вспышкой молнии: сейчас я была почти уверена, что в миг, когда они поглощали небесный свет, эльф видел все происходящее вокруг.

Капитан привел коня и начал седлать его в дорогу.

— Лорд Ролло! — я подошла ближе, надеясь прочитать эмоции на бесстрастном лице моего спутника.

— Что угодно моей храброй леди?

— Вам хорошо знаком язык северных соседей?

— Знаю пару-тройку фраз.

— Вы слегка приподнимаете брови, когда лжете.

Лорд Ролло ответил с коротким смешком:

— Удивлен вашей наблюдательностью.

— Вчера вы имели неосторожность грубо высказаться о моем характере и уме. Не хотите ли извиниться?

Удар достиг цели: эльф застыл как вкопанный, кровь отхлынула от его лица:

— Вы что-то помните о вчерашней ночи?

— Да. Теперь попробуйте угадать: ложь это или правда!

— Ложь, — пренебрежительно фыркнул Ролло. — У вас разыгралось воображение.

— Неужели? Тогда почему я до сих пор чувствую вкус ваших губ?

Он отвернулся, проверяя достаточно ли затянута подпруга:

— Примите мои извинения. Сожалею, что позволил себе подобную дерзость.

— Вы сожалеете о своих словах? Или о том, что было между нами?

— И о первом, и о втором. Я допустил ошибку. Впредь этого не повторится.

Укол обиды достиг моего сердца и оказался страшно болезненным.

— Ошибку?!

— Вы предназначены не мне, — сухо сказал эльф. — А я — не вам. На этом следует поставить точку, как говорят люди. Многое повторяется, но не вчерашний день. Хорош он был или плох, этот лист уже оторвался от древа и быстро обратится в прах.

— Зачем вы притащили меня сюда?! Я устала, замерзла и хочу есть.

— В сумке остался пирог. Достать вам?

Вчерашний пылкий и заботливый Ролло нравился мне гораздо больше, чем нынешний — расчетливый и хладнокровный, почти равнодушный...

— Да.

— Постарайтесь не проглотить все сразу. Это ваш завтрак, обед и, вероятно, ужин, — он вынул завернутый в чистую тряпицу кусочек пирога — черствый, словно камень, и размером чуть меньше кулака.

От голода заурчало в животе. Я сглотнула и сердито спросила:

— Вы издеваетесь или говорите серьезно?

— Если бы издевался, то попросил бы оставить мне немного.

— Но... этим же невозможно наесться!

— Да. Только обмануть на время желудок.

— Я хочу вернуться в Синистрам!

— Обратного пути нет.

— Я хочу вернуться!

— Тихо, — приказал Ролло.

— Не смейте затыкать мне рот!

Эльф повернул голову к облаку тумана и напряженно вслушивался:

— Нас обнаружили.

— Кто?! — у меня похолодело в груди.

— Садитесь на лошадь. Быстро.

— Да кто нас обнаружил?!

— Гоблины, — процедил капитан.

Он не солгал. Я это знала, поэтому быстро и молча полезла в седло, прижимая к груди драгоценный пирог. Глянув на предельно сосредоточенного Ролло, я мысленно пообещала себе: если нам с ним суждено спастись, мы непременно позавтракаем вместе, простив друг другу все обиды...

Глава 11.1.

Конь медленно двигался сквозь туман, сминая копытами мокрую траву. Я жалась к Ролло, совсем как прошлой ночью — испуганная и беспомощная. Непроглядная белая пелена, из которой доносились приглушенные звуки, казалась мне жутким зверем, вознамерившимся нас проглотить.

Я не могла полагаться на слух, как это делал эльф, а моя способность видеть сейчас была абсолютно бесполезна.

— Лорд Ролло... — Cлова прозвучали не громче дыхания.

— Не бойтесь, — одними губами сказал капитан.

— Вы слышите сколько их?

— Десяток или дюжина.

Я увидела тень верхового справа от нас и зажала рот ладонью, чтобы не закричать.

— С-справа... с-справа... — Сдавленный шепот с трудом вырвался из перехваченного спазмом горла.

— Я знаю, — выдохнул мне в ухо Хранитель Севера.

Слева раздалось визгливое полуржание-полухрюканье, и жеребец лорда Ролло, навострив уши, протяжно и переливчато заржал в ответ.

Я дернула за поводья, но было поздно. Вне всякого сомнения нас обнаружили и теперь брали в кольцо.

— Они... Лорд Ролло! Они окружают! — я вертела головой, следя за мелькавшими в тумане силуэтами.

Эльф спрыгнул с лошади, едва ли не по пояс утонув в траве, и медленно вынул клинок из притороченных к седлу ножен.

— Пожалуйста... — зашептала я, обеими руками вцепившись в переднюю луку. — Что вы делаете? Их слишком много! Вас убьют!

— Теперь вы знаете... — спокойно откликнулся эльф, разминая правое запястье. — Какого это: ехать в неизвестность, по враждебной земле. Терпеть холод, сырость, мучительное чувство голода. Прятаться и ждать нападения. Не важно поднимите ли вы оружие или встанете на колени — пощады не будет никому — ни старикам, ни женщинам, ни детям.

— Не надо... не надо, пожалуйста... — повторяла я, трясясь от ужаса.

— Чтобы вы хотели сейчас, леди Кэсси? — строго спросил Ролло. — Мира или войны?

— Мира... — простонала я, наблюдая, как разрывая в клочья туман к нам приближалось несколько всадников.

Все они были невысокими и напоминали разодетых на праздник подростков: из-за обилия пестрых лент, бус и кисточек из бахромы я не сразу поняла, что пришельцы явились в доспехах и при оружии. Помимо кинжалов и серповидных клинков, гоблины везли короткие копья, украшенные знаменами с раздвоенными хвостами и косматые бунчуки с тяжелыми навершиями. Кожа у южан была серовато-зеленая, глаза — желтыми с узким разрезом, пальцы в два раза длиннее моих, лица — вытянутые и какие-то звероподобные.

Их бурые верховые животные ростом и статью походили на лошадей с очень грубыми мордами и ослиными хвостами, однако на каждой из четырех ног оказалось по три копыта — одно опорное и два свисающих по бокам. Я отчетливо увидела это, когда первый всадник выехал из травы на сухой, каменистый участок. Гоблин восседал на плоском седле-подушке, перетянутом ремнями, и правил своим жутковатым скакуном с помощью витого шнура, накинутого на его толстую шею с короткой, торчащей ежиком гривой.

Лорд Ролло смело шагнул навстречу зеленокожему и начертил мечом в воздухе какой-то сложный символ.

— Хок! Хок! Хок! — раскатисто повторяли гоблины, сжимая вокруг нас кольцо окружения.

— Хок-ти-хор, — сказал их вожак с конским хвостом на шлеме и спешился, вынимая серповидный клинок.

Затем он поднял над головой кулак, требуя абсолютной тишины.

Предводитель гоблинов быстро направился к лорду Ролло, позвякивая браслетами и длинным монистом на шее. Я видела дуэли рыцарей и ожидала чего-то подобного, однако события начали развиваться чересчур стремительно.

Зеленокожий зарычал и рассек серпом воздух перед лицом капитана. Эльф крикнул во всю мощь легких, поднимая меч для защиты. Гоблин тотчас ринулся в атаку, продолжая рычать и рубить крест-накрест, вкладывая силу в каждый удар. Капитан проскользнул мимо него и пошел по дуге, угрожая мечом остальным воинам-южанам.

Очутившийся за его спиной вожак, не тратя время, положил в левую руку кинжал и с двумя острыми клинками начал подбираться к эльфийскому лорду. Я подумала, что это конец для Ролло — он не сможет парировать два резких выпада, но капитан не собирался отступать.

Он прыгнул на врага и встретил мечом просвистевший слева серп, а когда острие кинжала опасно приблизилось к незащищенному боку эльфа, он ударил свободной рукой по запястью зеленокожего. Вожак пихнул Ролло ногой в живот, что было абсолютно недопустимо в рыцарском поединке, но капитан устоял и наотмашь махнул мечом, отгоняя сократившего дистанцию соперника.

Сумев перехватить инициативу, лорд-изгнанник пошел в атаку и вынудил гоблина отступить. Мне казалось, что меч Ролло вот-вот достигнет цели, что победа близка, но в какой-то миг капитан споткнулся о лежавший на пути камень и потерял равновесие.

Зеленокожий воспользовался удачным моментом. Он выбросил вперед руку с кинжалом...

И эльф оперся на замотанное цветными лентами предплечье противника.

— Я не дам тебе упасть, остроухий, — хрипло сказал гоблин, остановив бой.

Глава 11.2.

К моему немалому удивлению, чужак говорил на эльфийском почти также чисто, как я.

— Хорошо, что я не вижу твою серую рожу, Хок, — язвительно усмехнулся лорд Ролло. — Ничего более мерзкого мне в жизни не попадалось.

— А я уже привык к вашим торчащим из голов ясеневым листьям, но эльфийка с круглыми ушами — это для меня новость.

— Она — человек.

— Человек? — желтые глаза гоблина настороженно сузились и теперь напоминали две щелки. — Ты завел себе человека?

— Я везу ее в Юастам. К принцу Нартилу.

— Дай ей порцию яда. Пусть выльет в его кубок, — зеленокожий что-то добавил на родном языке, очевидно — смачное ругательство.

— Хорошая мысль, Хок, — заулыбался капитан. — Но во мне нет столько подлости.

— Знаю, — проворчал гоблин. — Ты не такой, как твое гнилое племя. Малость уродлив и туповат, но без этих ваших паршивых замашек.

— Я рад тебе, грязнорылая ты скотина. Всем сердцем рад, Хок, — лорд Ролло дернул желтоглазого южанина за куртку и похлопал по плечу.

— Давай что ли поцелуемся по-братски... — проворчал зеленокожий. — Соблюдем воинский обычай...

Я приоткрыла рот от удивления: мало того, что мой спутник явно водил дружбу с врагами, он еще и намеревался лобзаться с диким степняком!

Лорд Ролло наклонился вперед, осторожно проведя пальцами по серповидному клинку Хока, и прижался губами к холодному металлу. В ответ гоблин с таким же уважением поцеловал меч капитана.

— Ролхо вернулся! — крикнул предводитель кочевников, и они откликнулись зычным:

— Ролхо! Ролхо! Ролхо!

Хранитель Севера убрал оружие и подошел ко мне:

— Дайте пирог, леди Кэсси. Нужно преломить с ними хлеб.

Я безропотно положила черствый кусок в его протянутую руку.

— Не хотите ли спешиться? Мы позавтракаем с Хоком и поедем дальше, — предложил эльф.

— Вы... ручаетесь за мою безопасность?

Лорд Ролло широко улыбнулся:

— Думаю, вам будет интересно послушать наш разговор.

— Вы... — я судорожно сглотнула, боясь кинуть ему в лицо оскорбление, и все же не смогла промолчать. — Вы — предатель. Как можно: садиться за один стол с теми, кто воюет против вашего же народа?!

— Предпочитаете остаться голодной? — фыркнул капитан. — Признаюсь, я ждал от вас более сдержанных речей и взвешенных поступков.

— Просто скажите: на чьей вы стороне — короля или гоблинов?!

— Я на одной с вами стороне, леди Кэсси. Не торопитесь с выводами и обвинениями, обдумайте все хорошенько, прежде чем решите осудить меня или помиловать.

Туман почти развеялся, и зеленокожие расстелили плащи на каменистом взгорке. Они вынули нехитрые припасы: вяленое мясо, мелкое зерно, сушеные фрукты.

— Обычно гоблины иначе готовятся к приему пищи, — пояснил мне лорд Ролло. — И едят отдельно от женщин. Для нас делают исключение.

— Из уважения к вам?

— Из уважения ко мне, — со всей серьезностью ответил эльф. — У них много странных обычаев. Один вы уже видели.

Он помог мне спуститься на землю.

— Зачем была эта... дуэль?

— Пляска мечей, — мягко поправил капитан. — Сильный говорит с сильным. Таков закон. Каждый обязан доказать свою доблесть, чтобы получить право голоса. Хок начал танец и первым заговорил со мной, значит — признал достойным собеседником.

— Я никогда не видела таких необычных лошадей...

— Это мерики. Весьма пугливые и дикие, но достаточно резвые твари. Только не пытайтесь погладить их по морде — кусаются, как волки.

Он повел меня за собой и жестом предложил сесть на один из лоскутных плащей. Хок устроился рядом. Его воин подошел к нам и полил на руки воду. Теперь можно было приступить к завтраку.

— Твое возвращение, Ролхо, — сказал зеленокожий, тщательно пережевывая крепкие зерна. — Ветер надежды в затхлом туннеле.

— Дозорные Синистрама ездят верхами. Держитесь стороны заката и легко разминетесь с ними, — посоветовал капитан.

— Это будет последний наш переход, — устало вздохнул степняк. — Многие племена хотят вашей крови. Они ушли на поклон к Хазхатару Чешуекрылому. Мы приведем оставшихся. Весть о тебе укрепит их в нелегком пути.

— Я не подниму меч на твоих близких, — твердо пообещал Ролло. — Но и ты не ходи на меня войной.

— Подземный гром в твои уши, Ролхо, — поморщился Хок. — Мы зажаты в клещи. Ваши лорды не видят в нас союзников, гонят и убивают без разбора. Когда явится Хазхатар, он спросит: почему мы не с ним? Спросит кровью, Ролхо. Я умру. Другие умрут. А третьи подчинятся Чешуекрылому. Нас мало. Без ваших стен нам не уцелеть.

— Я буду говорить с лордами. Обходите Синистрам стороной. Орендрела не перековать, но в Юастаме у меня больше шансов найти понимание.

— Ты прислал своих воинов, и они сберегли многие жизни: привезли пищу, сопроводили караван до Змеиного Хвоста. Шаманка Кху поможет твоим глазам снова увидеть свет. Я дам амулеты ей в подарок.

— Кху в Змеином Хвосте? — оживился эльф.

— Она твердила, что ты вернешься, но мало кто в это верил.

— Я вернулся, Хок. Скажи всем, кого повстречаешь в пути. Я вернулся.

Мое сердце учащенно забилось. Значит, моряки с «Белой Ладьи" отправились не убивать кочевников, а защитить их от дозорных Синистрама. Вот почему Ролло так обозлился из-за моих слов, но все-таки сохранил эту тайну и ничего не пожелал мне объяснить...

— Хазхатар отправил в Юастам черного вестника, — пробурчал Хок. — Он посеял ядовитое зерно. Вижу, Ролхо, ты уже испробовал горькие всходы.

— Как страшная болезнь проказа уродует и губит людей, так ваша магия опасна для нас, эльфов. Я думал, что придется найти и уничтожить одного ренегата, но повстречал другого поддавшегося запретному искушению лорда. Пещерные кристаллы в моих глазах — это ерунда, меня заботят иные, куда более страшные вещи.

— Съезди к порогу Кху, поговори с ней, — гоблин сплел пальцы на животе. — Ее видения дадут ответы на многие вопросы. Дракон — не вымысел, Ролхо. Пока Хазхатар способен держать его в повиновении, но кто знает, что будет дальше. Все меняется. Наша земля умирает и верхняя магия тоже. В моем племени больше не родятся шаманы. И в соседних. И в дальних.

— Это гонит вас...

— На последнюю битву, Ролхо, — закончил за него Хок. — Или мы займем ваши более плодородные земли, или удобрим их своей плотью. Твоему народу повезло родиться в богатом краю: он кормит вас досыта, одевает и нежит. Мои предки поднялись из пещер в поисках лучшей доли. Мы не хотели войны. Мы охотились, но зверь редок в серой пустоши. Мы сеяли зерно, подземный огонь жег его, обращая в пепел. Мы посадили деревья, вода оказалась слишком соленой для них. Мы пришли к вам за помощью, а вы начали убивать. Голод умножил нашу ярость. Как бы сражался ты, Ролхо, если бы знал, что в твою спину смотрит едва живой ребенок и его запуганная, истощенная мать?

Эльф опустил голову и молча буравил землю невидящим взглядом.

— Здоровый не брат больному, а сытый — голодному, — продолжил Хок. — В ваших крепостях полно еды, больше, чем твое жадное племя способно сожрать. Нам нечего предложить вам для обмена, потому что у вас есть все: шелковые одежды, драгоценности, изысканные пряности. Мы носим свои богатства на себе, и, зная это, вы не гнушаетесь обирать наших мертвых. Ненависть жжет мою кровь, Ролхо. Но если ваш вождь захочет говорить, мы будем говорить.

— Наша история помнит несколько попыток заключить перемирие, и все они оказались неудачными, — тихо произнес капитан. — Я не хочу, чтобы в этих землях пировала смерть, но не в моей власти предложить вам союз. Это может сделать только Хранитель Юга или сам король Лилий.

— Твой король далеко. И он слишком стар для перемен. Когда дракон Хазхатара явит свою мощь, будет уже поздно твердить о ножнах.

— Я знаю, Хок, — скривил губы лорд Ролло. — Время не на нашей стороне. Мой последний довод и последняя надежда сейчас сидит рядом с нами.

Он указал на меня ладонью.

— Леди Кэсси, — грустно улыбнулся эльф. — Осмелюсь предположить, что ее появление окажет большое влияние на принца, и Его Высочество будет прислушиваться к словам избранницы альвэ.

Хок смерил меня холодным взглядом:

— Мне не знакомо племя людей, и вряд ли им есть дело до проблем пустошников, но если ты, Ролхо, доверяешь ей, я не стану возражать и напоминать о месте женщины в доме.

— Я доверяю ей, — твердо сказал капитан, — свою судьбу, твою судьбу и многие тысячи судеб. Если я ошибся, прости мне это, Хок.

— С какой стати мне держать на тебя обиду? — заухмылялся зеленокожий. — Ты хотя бы пытаешься что-то сделать для нас и для своих сородичей! Они же полагаются только на крепкие стены и мощь оружия. Веками было так... А найдется ли среди вас хоть один, кто выйдет на поединок с колдуном Хазхатаром? Кто решится обезглавить его дракона?

— Я мог бы поискать удачу... — лицо Ролло посветлело и как-то по-особому преобразилось. — Не должны умирать те, кого ждут дома. Это не правильно. Я много странствовал, но так и не нашел свое счастье, значит альвэ угодно, чтобы я берег чужое.

— Кху варит разные зелья... — намекнул гоблин. — И всякое ворожит.

— Нет, Хок, путь колдовства не для меня. Воля цветов будет исполнена. Порядок должен восторжествовать над хаосом. Иначе все в мире потеряет смысл.

— Золотая дева людей, — обратился ко мне зеленокожий. — Я не знаю, богато ли твое племя, здорово ли и сыто, но желаю ему процветать столько лет, сколько песка в моих родных пустошах. "Язык химеры" — мой клинок — выпил много эльфийской крови. Я даю слово перед водой и ветром, что закопаю его в землю и посажу сверху дерево, если вождь остроухих согласится на перемирие.

Я растерянно посмотрела на лорда Ролло:

— Мне нужно... многое обдумать. У нас, в северных землях, детей часто пугают лесными бестиями, твердят про их злобу и кровожадность. Я думала, что гоблины... Как те бестии, наши исконные враги.

— Мы воюем уже так долго, что позабыли как это — жить иначе, — эльф прикрыл глаза. — Не важно, кто первый пролил чужую кровь, прошлое не изменить, важно каким мы все хотим увидеть наше будущее, и чем готовы пожертвовать ради его наступления.

— Я сказала вам, что выбираю мир. Вы можете рассчитывать на мою помощь...

— Благодарю, — капитан прижал обе ладони к груди. — Я восхищаюсь вашей добротой и милосердием, они — свет, указывающий путь во мраке, и музыка, разбивающая тяжелые оковы безмолвия.

— Мы должны как можно скорее поехать к той шаманке... Кху. Пусть она исцелит ваши глаза!

— Змеиный Хвост не так близко. Мы потратим несколько дней, а теперь на счету каждый час, — недовольно цокнул языком лорд Ролло.

— Я не хочу это обсуждать!

Услышав мое категоричное заявление, Хок приободрился и посмотрел мне в глаза с явной симпатией и уважением. Эльф развел руками:

— Как угодно, леди Кэсси. Как вам будет угодно.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге