Обложка Легенда о Ню-Лане

Легенда о Ню-Лане

Leonardo de Pushkariny

0% прочитано
Стандартный
Leonardo de Pushkariny

Легенда о Ню-Лане

Глава 1

Глава 1

Пеструшка

- Ню-Лан! Ню-Лан! Иди домой, сынок.

- Мама! Где ты?

Но налетевший туман скрыл всё вокруг. Стало сыро и холодно.

Юноша вскинул голову, открыв слипающиеся веки. Зябко поёжившись, пастушок поплотнее закутался в старый отцовский плащ.

- Где же эта корова? Старый Пак меня опять отлупит своей корявой палкой. Ну почему мне так не везёт? И почему именно корова старого Пака постоянно уходит куда-то от стада.

- Ню-Лан! Сюда, Ню-Лан! - донёсся из тумана голос мамы.

- Иду! Я иду, мама!...

Парень вновь очнулся. Оглядевшись, юный пастух понял, что забрался в болото. Он не спал уже третий день. Но возвращаться домой без потери нельзя. Старый Пак, не важно, что пришлый человек, быстро нашёл подход ко всем уважаемым людям в деревне. Если не найти его корову, сживёт со свету и Ню-лана, и всю его семью.

"Ну чего ему не сиделось в его Корее?"

Еда закончилась ещё вчера.

"И корова-то у него не нашинская. Бодается, как молодой бык. Ни кому в стаде проходу не даёт".

Ноги вязли в болотной жиже, в старые сапоги брата налилась вода.

"Давно надо было подшить, но пока доберёшься до дома, хочется только спать".

Где-то вдалеке раздался протяжный рёв коровы.

- Пеструшка, стой!

Слева послышалось тихое потявкивание. Чуть выше - с предгорья ему ответили коротким подвывом.

"Только не это!"

Парень изо всех сил тянул ноги из болота. Но коварная трясина жадно вцепилась в добычу.

Подвывание усилилось. Теперь чётко прослушивалось с десяток голосов.

"Большая стая! Эх, Пёстрая! Завела ты меня..."

Додумать не пришлось. В стороне, где раньше мычала корова, раздался треск ломаемых сучьев.

- Беги, Пеструшка! Беги!!!

Незадачливый пастушок оступился и плюхнулся в болото по пояс.

Волки взвыли в полный голос и, уже не скрываясь, бросились за ломящейся сквозь кустарник коровой.

- Нет... Нееет!!!

Мутная жижа холодными змеями пробралась в прохудившиеся кожаные штаны.

Ноги окончательно окоченели. Парнишка дёрнулся было к ближайшему кусту, но вместо спасительного берега нога угодила в ещё более глубокую яму. Вода захлестнула лицо, залилась в уши. Вынырнув на поверхность, юноша ухватился за притопленую им же кочку. Рука вновь ушла под воду. Силы быстро кончались. Холод сковывал тело.

Но ещё холоднее стало почему-то лицу, а затем и горлу.

Юноша поднял глаза. С дальнего берега болота прямо в упор на него смотрел крупный волк. Серый хищник облизнул острые длинные клыки и осторожно спустился к кромке воды.

- Ню-Лан, держись! - окрикнули сзади.

- Мама?...

Глава 2

Заботливый брат и его сварливая жена

- Ты посмотри на него! - резанул сквозь сон неприятный женский голос, - Не один господин не позволяет себе сидеть за чаем развалясь. Я ему самый лучший чай заварила. Как положено разлила. Меня, между прочим, сваха на празднике невест лучшей чайной мастерицей назвала. Даже сам император во время чайной церемонии сидит прямо. А твой дорогой братец развалился как панда!.

- Тихо, милая. Не забудь он не был дома три дня. Где он спал? Что он ел? Ты бы лучше подумала, чем его покормить.

- Я и не должна его кормить. Пусть женится, тогда пускай его жена и кормит. Хотя кто на него польстится с таким-то носом! Кожа бледная, как у мертвяка. Да ещё глаза на выкате. Надо же было так уродиться. На китайца вообще не похож!

- Прекрати. Ему всего шестнадцать! А носом он в деда пошёл. У нас ведь вся родня в горах. А там сама знаешь...

- Я в семнадцать уже первенца родила!

- Но он же мужчина. Ему нужно окрепнуть, стать на ноги.

Ню-Лан почувствовал сквозь сон, как заботливые руки укладывают его на циновку и укрывают одеялом.

- Ма-ма... - сонно промямлил парнишка.

- Нету у тебя мамы, - зло огрызнулась на спящего молодуха.

Муж с укоризной посмотрел на супругу.

- Может и к лучшему, - продолжала ворчать женщина, раскладывая по тарелкам скромный ужин, - Были бы отец с матерью живы, уже б со стыда сгорели. Не сын, а наказание одно.

Брат тихонько подсунул под голову младшего круглую подушечку, подоткнув одеяло.

- Ну куда? Куда ты его такого грязного.

- Не хочу его будить. Как проснётся, постирай ему.

- Вот ещё. Мне и так стирки хватает! И себя, и Тебя, и ребёнка обстирываю. Я тебе не прачка! А нам ещё ко второму готовиться надо. Не забыл - мне через две луны рожать.

- Вот и не кричи. А то малышку разбудишь, - кивнул на завозившуюся в колыбельке дочку молодой отец.

Мужчина аккуратно размотал обмотку на ногах младшего брата и снял мокрые сапоги.

- Долго ещё ты с ним нянчиться будешь? Он эту корову сколько раз терял? Пак нас по миру пустит, - не унималась сварливая жена.

- Пак сам виноват, он привёл эту корову из соседнего села, да ещё бьёт её по чём зря. Вот она и сбегает при каждом удобном случае.

- Сейчас-то что делать? Корову, сам говоришь, волки зарезали. Пак с нас за неё три шкуры сдерёт! Мы ж с ним не расплатимся! О-о-ой! - завыла молодка.

- Замолчи, - шикнул на неё муж, - ты так не только ребёнка, но и всех соседей разбудишь.

И словно услышав его слова, из дальнего конца деревни послышался многоголосый шум.

Мужчина схватил стоящую в углу палку и выскочил на крыльцо.

- О-о-о-ох! - осела на пол женщина.

Глава 3

Судилище

- Забирай свою жену с дочкой и уходи! Это теперь мой дом! - кричал Пак, грозно размахивая палкой.

В свете факелов он выглядел особенно зловеще.

- Этот дом строили мои родители для меня и брата. Для наших детей. И мы никуда не уйдём, - твёрдо ответил хозяин скромного жилища.

Молодая женщина подползла к колыбельке и дрожащими руками взяла ребёнка. Лихорадочно оглядев комнату, она начала собирать в скатерть нехитрые семейные пожитки.

Галдёж на улице разбудил только что согревшегося под одеялом юношу. Но окончательно из оков сна вывел звон разбитой чашки.

Ню-Лан открыл глаза. Зарёванная жена старшего брата, прижимая одной рукой к груди малышку, окровавленными пальцами другой пыталась собрать осколки их свадебной чашки.

- Тогда плати, - донеслось с улицы, - Знаешь, сколько я за эту Пеструшку отдал? Столько весь ваш дом не стоит. Ты такую корову вообще видел? Её мать из самого Пекина привезли. Таких телят всего двое на провинцию.

- Ты хочешь сказать, что твоя корова дороже моего дома?!

Ню-лан подскочил, услышав голос брата.

- Да куда ж они пойдут, вступилась за молодых сердобольная соседка, - у них дитё, и второе на подходе.

- И то верно, Пак, - тронул за плечо разгорячённого корейца старейшина деревни, - Давай как-то по другому решать.

- Как? Что я с них возьму. Своего то скота у них нет. Нищета, - презрительно сплюнул злобный дед, - Пастух, и без скота!

- Ты ведь знаешь, Пак. Когда родители заболели, пришлось весь скот продать. Всё на лекарство пошло.

Ню-Лан двинулся в сторону бумажной двери, но цепкие женские руки ухватили его за грязный рукав. Оглянувшись, юноша увидел широко раскрытые от страха глаза невестки и прижатый к губам палец.

- Не знаю я ничего, - кривился Пак, - Хочешь остаться в деревне - откупайся. А уж чем ты будешь мою потерю покрывать - это дело не моё.

- Да хоть братцем своим носатым пусть откупится, - хохотнул кто-то из толпы.

- Всё правильно! Он виноват, пусть сам свою вину и искупает! - зашумела толпа.

Ню-Лан не поверил своим ушам, удивлённо уставившись в тускло просвечивающее полотно окна. Молодую женщину трясла крупная дрожь. Малышка на её руках тоже широко открыла глазки, внимательно вслушиваясь в голоса за тонкой стеной.

- Верно! Отдавай нам брата! Мы его сборщикам налогов отдадим.

- Вы, что, все с ума посходили? - старший преградил дорогу пытающимся войти в дом.

- А чего ты хотел? Моя Пеструшка столько молока давала, сколько со всех деревенских коров не собрать, а масло, а сыр... - не унимался старый кореец, - Чем откупаться то перед императором будем?

- Люди, вы что? Мы же родились тут! Мы росли здесь, вместе с вами!

- Уходи, - едва слышно прошептали в самое ухо Ню-Лана пересохшие губы.

И, прежде, чем парень осознал в чём дело, окровавленная женская рука сунула ему мокрые сапоги, грязную циновку и, подтерев испачканный пол влажным одеялом, добавила в ношу и его. Затем, мягко подтолкнув деверя к задней двери, невестка проводила юношу во двор.

* * *

Уже убегая по козьим тропам, Ню-Лан слышал, как разъярённую толпу перекрикивал звонкий женский голос.

- Что вы ищите? Нет его здесь, и быть не может. Его волки съели. Вместе с коровой твоей, Пак! Что смотришь? Как ты смеешь требовать с нас стоимость своей коровы? Кто заплатит нам за смерть Ню-Лана? Это из-за тебя он погиб!

- Ты врёшь, женщина! Я сам слышал, как ты только что кричала, что брат твоего мужа - никчёмный довесок!

- Так я и не скрываю. Но это то тут при чём. Я мужа ругала, за то, что он чуть не сгинул, пока братца своего непутёвого по лесам да болотам искал. Каков бы мой деверь не был - всё ж родня.

- Жалко парня, - вздохнул кто-то из деревенских.

- Да постойте, - опешил Пак, - Что ж получается, мне никто не заплатит?

Толпа притихла. Ню-Лан остановился и присел под кустом орешника, вглядываясь и вслушиваясь в происходящее на заднем дворе его, теперь уже бывшего, дома.

- У людей горе, а ты со своими деньгами, - прошамкала жена старейшины, утаскивая за рукав виновато пожимающего плечами супруга.

Оставшись без весомой поддержки, кореец помрачнел.

- Где доказательства?

- Чего?

- Где доказательства, что парень мёртв?

- Какой смысл нам врать, - стояла на своём молодка, - Муж сам чуть не погиб!

- Да были-ли волки-то? Может не было никого.

- Да мой муж волков вот так видел, как тебя, - ткнула в Пака пальцем разошедшаяся женщина.

- Это ж сколько волков-то было? - вмешался сосед корейца, - Корова-то большая, да бодливая была, да и пацан не промах.

Все вопросительно уставились на старшего брата бедового пастуха.

- Стая большая - голов десять, не меньше, - выдавил из себя молодой мужчина, - Если кому очень захочется, могу провести. За глухим болотом это.

- Так там же топи... - охнула ещё одна соседка.

- Там они их и поймали. - пришла на выручку мужу молодуха.

- Так... это... она, получается, в свою старую деревню шла, к матери? - догадался Пак.

- А пацан-то, что? Догнал её?

- Догнал... - грустно сказал старший, с тоской глядя в след удаляющемуся по горной тропе младшему.

* * *

Все разошлись. Деревенские женщины утихомирили Пака. Мужчины, что-то доказывая друг другу всё ещё размахивали руками, постепенно разбредаясь по домам.

- Всё к лучшему, - обняла мужа подошедшая сзади молодая женщина.

- Добилась своего?

- Я твоему брату жизнь спасла! - гордо подняла голову жена.

- Куда он пойдёт? Где ночевать будет?

- Я ему циновку с одеялом дала. Не пропадёт. А дня через два к своим в горы дойдёт. Глядишь там горянку себе под стать встретит, - усмехнулась молодуха.

Глава 4

Горы

"И ничего он не большой", - потрогал свой многострадальный нос Ню-Лан.

Может и в самом деле лучше, что он вернётся в горы. Ему действительно не повезло с внешностью, по мнению деревенских.

Их смуглая золотистая кожа, круглые лица с маленькими носиками, особенно у девушек, всегда вызывали у братьев зависть и восхищение. И, если у старшего черты лица были не такими крупными, да и кожа от постоянной работы в поле приобрела золотистый оттенок, то младший был чистый горец.

То, что старейшины определили его в пастухи было встречено старшим братом, оставшимся за главу семьи после смерти родителей, как знак судьбы, ведь отец с матерью нарекли младшего Ню-Ланом, что на горном наречии означает пастух.

Но самому парнишке нравилось совсем другое. Он честно исполнял порученные ему обязанности: смотрел за стадом, нянчился с телятами и козлятами. Но его всегда манили горы.

"Зов крови", - вздыхал ещё при жизни отец.

Но стадо в горы не шло. Юному пастушку приходилось довольствоваться долинами и ущельями предгорий Тибета.

Ещё Ню-Лан любил смотреть в небо. Днём он мог часами наблюдать за облаками плывущими нескончаемым полотном, сотканным по легендам небесными ткачихами - феями - дочерьми Небесного Императора и Владычицы Неба. Каждый раз поднимая глаза к небосводу, юноша мечтал увидеть эти небесные создания.

А по ночам можно любоваться великим множеством звёзд и созвездий. Когда-то, в детстве, мама рассказывала Ню-лану, что у звёзд есть свои семьи и свои истории. А вон та широкая река, разделяющая небо - Млечный путь. Это Владычица небес разлила нечаянно молоко, когда несла его своим семерым дочерям. Каждая из них прекрасней самой красивой женщины на Земле.

- Вот бы увидеть хотя бы раз... Хотя бы одну из них! - мечтательно протянул Ню-Лан, опять заглядевшись на проплывающие облака.

Он так и бежал босиком, пока не удалился от деревни на безопасное расстояние. Выбрав место поукромнее, парнишка бросил циновку на более-менее сухою проплешину и прилёг, с наслаждением вытянув исцарапанные ноги. Прикрыв усталые глаза, юноша натянул смятое одеяло на голову и, повернувшись на бок, заснул.

* * *

Глава 5

Купание фей

* * *

* * *

* * *

Глава 6

Неземная любовь

* * *

* * *

* * *

Глава 7

Долгожданное счастье

* * *

* * *

* * *

Глава 8

Нежданная разлука

* * *

* * *

* * *

Глава 9

Небесные воины

* * *

* * *

* * *

Глава 10

Гнев Богини

* * *

* * *

* * *

Глава 11

Сорочий мост

* * *

* * *

* * *

Глава 12

Один день в году

Доп.материалы из моего блога от 15 февраля 2021 года

В современном Китае молодёжь с удовольствием отмечает все европейские праздники. И День святого Валентина не исключение. Но есть в Китае и свой традиционный День влюблённых - Праздник Циси(дословно "Ночь Двух Семерок"), также известен как "Сорочий праздник".

По китайскому календарю эта переходящая дата, не имеющая постоянного числа, и празднуется она на седьмой день седьмого лунного месяца, отсюда и название праздника. Как вы, наверное, догадались, проводится этот праздник летом, обычно в августе. Китайцы любят длинные празднования, например, китайский новый год, его отмечают аж две недели. Но именно этот праздник отмечается только один день, и связано это с древней восточной легендой о неземной любви.

Праздник Циси, проводимый в Китае, также известен как Танабата в Японии, Чилсок в Корее, во Вьетнаме его называют Нджая моа нджау - "День Дождя". То есть его празднуют почти во всех восточных странах. В этом году праздник выпал на 14 августа. Его также называют китайским Днём Святого Валентина, не смотря на полугодовую разницу с европейским аналогом.

В этот день девушки вырезают фигурки из дынных корочек, а также загадывают желание удачно выйти замуж. Праздник также известен под именами: День Рождения седьмой сестры или Ночь умений.

Как ни странно, но этот восточный праздник возник примерно в то же время, когда в Европе получили распространение легенды о святых Валентинах (о св.Валентине Римском и о св.Валентине Интерамнском). Происхождение праздника Циси связано с притчей о Пастухе и Ткачихе. Первое упоминание о Ткачихе(Чжинюй) содержится в оде "Великий Восток"("Ши цзина").

История празднования Циси - Дня Влюблённых, неразрывно связанная с древнекитайской легендой о пастухе Ню-лане и фее Чжи-нюй.

Притча о пастухе и ткачихе

Главные действующие лица:

Молодой пастух Ню-лан (буквально: "пастух", звезда Альтаир) одиноко трудился на земле

Небесная фея Чжи-нюй (буквально: "ткачиха", звезда Вега) ткала восхитительные облака на небе

Вол Нюлана, говорящий человеческим языком

Владычица Неба Ван-му - мать семи небесных фей

Небесный повелитель - отец семи небесных фей

Волшебница, сопровождающая Чжинюй во время встреч на мосту (звезда Денеб)

мальчик и девочка - дети земного пастуха и небесной феи

Три локации: Земля, Небо, Млечный путь, разделяющий небо и Землю, но в котором могли купаться как земные, так и небесные создания.

Созвездие Орла: Альтаир, Таразед и Альшаин

Ночью на небе зажигаются миллионы звёзд, среди которых ярче всех светятся Альтаир и Вега, разделённые друг от друга Млечным путём, который китайцы называют "Серебряной рекой".

По преданию, бедный пастух Ню-лан был сиротой и жил вместе со своим старшим братом и его женой. Несмотря на то, что у него было доброе сердце, жена брата его не взлюбила, и жизнь была очень тяжёлой. Однажды ему пришлось уйти из родного дома и отправиться скитаться по свету. Как-то раз он встретил на своём пути старика, который попросил Ню-лана вылечить больного быка, спустившегося с небес. Благодаря помощи Ню-лана бык выздоровел и стал его спутником.

Но вол Ню-лана оказался не прост, как-то он заговорил человеческим голосом и поведал, что однажды небесная фея Чжинюй вместе с шестью сестрами пойдет купаться, и если он унесёт её одежду, то сможет взять её в жёны. Ню-лан так и сделал.

Вот пришло время. И молодой пастух увидел, как в озере купались небесные феи — семь дочерей Небесной Богини.

Парень решил подшутить над ними, украл их одежду и спрятался. Обнаружив пропажу, феи отправили на поиски одежды самую молодую и красивую из них - Чжи-нюй. Как только Ню-лан увидел её, он сразу захотел жениться на ней. Сёстры же, одевшись, разбежались, а Чжи-нюй влюблённый Ню-лан сказал, что отдаст ей одежду лишь когда она согласится стать его супругой. Чжи-нюй, давно любившая Нюлана, согласилась. Они жили счастливо и у них родилось двое детей.

Пастух пообещал ей быть хорошим супругом, а фея - хорошей женой.

У них началась счастливая совместная жизнь, Ню-лан работал в поле, а Чжи-нюй ткала одежду. У них появились дети — мальчик и девочка.

Но вскоре мать Чжи-нюй - Богиня Неба - Владычица Ван-му и небесный повелитель узнали, что их дочь - фея стала женой простого смертного. Они пришли в неистовую ярость и направили посланников, чтобы вернуть девушку.

Те заставили девушку вернуться домой. И, как бы не хотелось Чжи-нюй остаться на Земле, ей пришлось возвращаться на небо.

Ню-лан был подавлен и расстроен исчезновением жены. Он хотел пересечь реку Млечный Путь, но оказалось, что Владычица Ван-му перенесла её на небо, сделав недоступной землянам.

Однако его бык, узнав о беде, помог ему вместе с детьми отправиться на небо на поиски Чжи-нюй. Вол Ню-лана снова заговорил с ним человеческим голосом и сказал, что его смерть близка, и если после неё пастух сдерёт и наденет его шкуру, он сможет подняться на небо и вернуть жену. Вскоре вол умер, Ню-лан последовал его совету и, взяв любимых детей с собой, отправился на поиски возлюбленной.

Когда Ню-лан в небе приблизился к Млечному Пути, Владычица Ван-му пришла в ярость и для того, чтобы наказать его, вытащила шпильку из своих волос, провела ею по Млечному Пути, и он из спокойной Небесной реки сделался бурным потоком, разделяя влюблённых подобно тому, как на небесной сфере разделяет звезды Альтаир и Вегу(Согласно одной из легенд, именно так появился Млечный Путь между звёздами Альтаиром и Вегой).

По совету маленькой дочери, Ню-лан пытался ковшом вычерпать разделяющую его и Чжи-нюй Небесную реку. В этом ему помогали маленькие дочь и сын.

С тех самых пор влюблённые живут на небе: Чжи-нюй сидит на одном берегу Млечного Пути и ткёт облака на своем станке, а Ню-лан смотрит на неё с другого берега и растит детей.

Стойкостью и решимостью детей, их любовью к папе и маме были тронуты небесный повелитель и Владычица Ван-му, позволившие мужу и жене встречаться раз в год на "сорочьем мосту". Богиня Неба позволила им раз в году проводить одну ночь вместе - эта ночь приходится на седьмой день седьмого лунного месяца. Раз в год к возлюбленным слетаются сороки и образуют между ними мост для того (цюэ-цяо, буквально: «мост из сорок») через Млечный Путь, чтобы влюбленные могли воссоединиться.

И, если в Ночь двух семёрок идёт дождь, то это слёзы влюблённых Чжи-нюй и Ню-лана, которые из-за облаков не могут найти мост через Млечный Путь и встретиться друг с другом.

Звезда Нюлана (Альтаир) — яркая белая ниже центра, звезда Чжинюй (Вега) — яркая белая слева вверху, разделённые Млечным Путём, проходящим почти по центру от левого до правого края

Китайский фольклор в связи с этим праздником повествует нам эту историю любви. А ведь у неё есть вполне научное обоснование. Достаточно взглянуть ночью на седьмой день седьмого месяца на звёздное небо, найти глазами Млечный путь и отыскать звёзды Альтаир, Вегу, Денеб, Таразед и Альшаин.

Созвездие Орла: Альтаир, Таразед и Альшаин

Звезда Денеб — волшебница, сопровождающая Чжинюй во время встреч на мосту; также существует поверье, что во время Цисицзе Альтаир и Вега соединяются на Млечном Пути. Указывая на две меньшие звезды, видимые по обе стороны Альтаира (Таразед и Альшаин), иногда рассказывают, что это дети разлученной пары, которых Нюлан несёт на встречу матери в корзинах на коромысле. Альтаир, Вега и Денеб образуют заметно выделяющийся на небе среди других звёзд Летне-осенний треугольник.

Праздник Циси отмечается в Китае как минимум со времён династии Хань (206 г. до н.э. 220 г. н.э.). В период династии Хань праздник Циси считался в большей мере праздником незамужних девушек и назывался "Днём дочерей" или "Днём юных рукодельниц". Считалось, что в ночь седьмого дня седьмого лунного месяца незамужние девушки должны совершить молитву Небесной ткачихе, чтобы та помогла им достичь мастерства в ткачестве - необходимом навыке для семейной жизни. После молитвы следовало дождаться, когда на ночном небе появится звезда Вега, а в водной глади реки, озёра, пруда или просто ёмкости с водой её отражение, и бросить в воду иголку. Если девушка готова к замужеству, то есть к тому, чтобы стать умелой хозяйкой, то иголка не утонет.

Если же иголка утонет, то это означает, что девушке надо заниматься не поисками мужа, а получением и совершенствованием навыков ведения хозяйства.

В этот день многие наблюдают за звёздами и ждут падающую звезду, которая обязательно принесёт увидевшему её человеку удачу и успех. Если кто-то смог увидеть падающую звезду в полночь, считалось, видел пастуха Ню-лана, переходящим серебряную реку - Млечный путь. По поверью это, конечно же, приносит огромное счастье.

В празднике Циси всегда было достаточно большое количество обрядов и традиций, связанных с водой и звёздами.

Вот что делали на Востоке в древности в Ночь двух семёрок

Женщины обязательно мыли голову, чтобы придать волосам мягкий блеск звёзд.Вечером ёмкости с водой выставляли на улицу, чтобы «поймать» в них отражение как можно большего числа звёзд. На следующее утро этой водой умывались, чтобы стать красивыми, как сами звёзды. Этой же водой обязательно умывали детей.В некоторых провинциях в этот день украшали цветами рог быка. Считалось, что это сможет защитить дом от несчастий.Чтобы привлечь удачу в Ночь двух семёрок девушки бросали на крышу дома верёвки, сплетённые во время Дня двух пятёрок - Праздника драконьих лодок Дуа-ньу (это примерно июнь). Эти верёвки могли понадобиться сорокам при строительстве небесного моста, соединяющего влюбленных.В некоторых районах провинции Шань-дун в праздник Циси девушки пытались задобрить небесные силы, собирая в качестве жертвоприношения специальные корзины с фруктами и лакомствами. Узнать, приняла ли Ткачиха подарок, можно было по тому, появится или нет на фруктах паук, плетущий паутину. Если появится, то всё в порядке - Ткачиха довольна и готова помочь советом.В ряде регионов Китая в день Циси было принято собираться компанией из семи человек и заниматься приготовлением китайских пельменей или паровых пирожков цзяоцзы.

В начинку «праздничных» трёх цзяоцзы клали:

иголкумедную монетукрасный китайский финик ююба.

Есть пирожки следовало с осторожностью, чтобы не проглотить, а расшифровать удачную находку.

Иголка символизировала успехи в ткачестве и рукоделии,монета означала удачу в делах,финик - ранний брак.

Такие "счастливые" пирожки или пельмени любят делать и у нас, но чаще всего на Новый год. Не перестаю удивляться, сколько схожих моментов между нашими культурами?!

Традиционными для праздника Циси были и соревнования на тему "кто лучше вышивает и ткёт" - праздник мастериц.Женщины молили небеса о счастье, здоровье и благополучии для их семей, однако просить позволялось только о чём-то одном, о том, что было важнее на тот момент. После молитвы нужно было поклониться небесам семь раз. Когда обряд заканчивался на крышу собственного дома кидали изделия из бумаги, шёлка и кожи.

В современном Китае молодёжь отмечает не только февральский День влюблённых, но и традиционный праздник в августе, но все стремятся ограничиться букетами роз и коробками конфет.

Возможно, сейчас небесные влюблённые плачут по забытым легендам и традициям.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге