Обложка Три поросёнка: Расплата

Три поросёнка: Расплата

Горшина Альбина

0% прочитано
Стандартный
Горшина Альбина

Три поросёнка: Расплата

Глава 6. Нуф-Нуф и то, не зная что

— Любовь? — Нуф-Нуф почесал свой затылок так яростно, будто пытался выковырять оттуда саму идею про любовь. — Это что, вроде когда яйца сводит, а мозги отключаются?

— Нет, идиот, — вздохнула Лира. — Это когда ты готов отдать последний кусок хлеба другому человеку. И не потому, что он тебе заплатил, а потому, что не можешь иначе.

— А, ну тогда понятно. Это как я и идея помочь Сансе.

— Нуф-Нуф! — рявкнула Лира.

— Да шучу я, шучу. Хотя верзила под юбку ей бы залез. Но стоп, а как её искать-то, а? Её же в мешок не положишь, на карте не отметишь. Может, объявление на столбе повесить: «Разыскивается любовь. Желательно горячая, до 40 лет»?

— Нуф-Нуф, — Сандор Клиган, сидевший в углу с кувшином эля, тяжело вздохнул, — если ты не заткнёшься, я тебе этим щитом по голове дам. Мы и так из-за тебя вляпались в войну с Королём Ночи.

— А я что? Я ничего, я просто хочу найти то, не зная что, чтобы вернуть сестру Сансы. А тут ещё этот синий хер со своими ледяными утырками!

Команда сидела в конторе, понурив головы. Да, искать любовь в мире, где люди убивают друг друга за трон, бордели и драконов, казалось полным безумием.

Берик Дондаррион предложил сжечь карту и молиться Владыке Света. Тормунд предложил перебить всех, кто не верит в любовь, и тогда останутся только те, кто любит. Но это была очень глупая идея. А Сандор Клиган предложил просто пойти и набить кому-нибудь морду, потому что от этого на душе всегда легчает, и это дело он реально любит.

И только Санса сидела тихо, как мышка. Она смотрела на Тормунда, который громко хрустел яблоком, и в её глазах было что-то странное: не страх и не отвращение к этому одичалому.

— Слушай, рыжая, — вдруг сказал Тормунд, перестав жевать и уставившись на неё своими дикими глазами. — А ты чего такая грустная? У тебя что, мужика нормального не было?

Сандор поперхнулся элем. Берик напрягся, а Нуф-Нуф приготовился слушать её историю.

— У меня был Джоффри, — тихо сказала Санса. — А потом Рамси.

— Это которые мудаки? — уточнил Тормунд.

— Ну нет…

— Ну как это нет. Это же пидорги, и член у них маленький. А ты вон какая — красивая, волосы огненные, глаза синие, ты достойна лучшего. Кстати, я таких люблю. Я вообще люблю, когда баба с характером. А ты, я смотрю, с интересным характером. Вон как кулаки сжала.

Санса моргнула. Впервые за долгое время на её лице появилась не вежливая улыбка, а настоящая, искренняя усмешка.

— Ты мне предлагаешь… что?

— Я предлагаю тебе поехать со мной на Север. У нас там холодно, но весело. Я тебе медведя убью. Шкуру постелю под жопу. Будем с тобой жить, детей рожать. Ну, если ты не против, конечно. А то я не настаиваю. Просто мне кажется, что ты слишком долго была несчастной, а я могу это исправить. Я вообще много чего могу. Хочешь, всех мудаков убью ради тебя.

Нуф-Нуф открыл рот, а потом закрыл и открыл снова.

— Тормунд, ты сейчас… сватаешься к Сансе Старк?

— А что такого? Она свободна, я свободен. Кровь у нас горячая. Всё как положено.

Санса вдруг засмеялась. Звонко, искренне, так, как не смеялась с самого детства.

— А знаешь, Тормунд… А может, и правда поехали к тебе? Что мне терять?

— Да ладно! — заорал Тормунд так, что задребезжали стёкла. — Вот это я понимаю! А то все бабы смотрят на меня, как на дикаря, а она вон — согласна!

И он, недолго думая, подхватил Сансу на руки и закружил по комнате. Санса визжала и смеялась, а Нуф-Нуф смотрел на это и чувствовал, как внутри что-то щёлкает. Что это за чувства? Он посмотрел на Лиру. «Любовь… — подумал он. — Вот же она, любовь-то. Когда человек просто берёт и делает другого счастливым. Без всякой выгоды, без подвоха, просто так».

И тут его осенило. Как будто фиолетовый дым Джина снова ударил ему в голову.

Он всё ещё смотрел на Лиру, любуясь ею. Она стояла у стола, складывала карты, а на её лице была та самая улыбка влюблённости, которую он видел каждый день, когда занимался с ней сексом. Она всё-таки любила его: хоть и ругала, била по шее, спасала ему жизнь, даже когда рубила с ним дрова. Он понял, что только любовь заставляет совершать тупые поступки. Бежать от одичалых, идти к детям леса.

И вдруг он вспомнил слова ребёнка леса: «найти то, не зная что, и вернуть ТОЙ, кто её потерял».

«Той». Не ему. Не Королю Ночи. Бабе какой-то.

И он посмотрел на Лиру по-новому.

Она потеряла всё. Своё племя. Свой дом. Год в плену у одичалых. Она потеряла веру в людей, в то, что её можно любить просто так, без выгоды. Она потеряла способность быть счастливой. И он, этот тупой поросёнок-коллектор, всё это время ходил рядом и не замечал.

— Лира… — прошептал он.

— Чего тебе? — она даже не обернулась.

— Я, кажется, понял, что мы ищем.

— И что же?

— Мы ищем то, что у меня уже есть. То, что всё это время было рядом со мной.

Лира обернулась и посмотрела на него своими охуевшими, но такими родными глазами.

— Нуф-Нуф, ты сейчас о чём?

— Я говорю вообще-то о тебе.

— Обо мне?

— Да, Лира. Я, кажется, люблю тебя, как свинья любит грязь. Как коллектор любит своих должников. Как Тормунд любит Сансу.

— Ты что, перегрелся?

— Заткнись, женщина, дай договорить мужчине.

— Хорошо, говори.

— Так вот о чём я. Ах да, я хочу быть только с тобой. И плевать я хотел на Серсею, Семь Королевств и Дейенерис с драконами. Ты будешь моей принцессой и моей королевой. Ну, то есть… тьфу, ты поняла.

Лира потеряла дар речи. Впервые за всё время их знакомства она не нашла что сказать. Просто стояла и смотрела на него, а в глазах стояли слёзы. То ли от радости, то ли от смеха.

— Ты идиот, Нуф-Нуф, — наконец выдохнула она.

— Да, я знаю.

— Ты самый тупой поросёнок на свете.

— И это знаю.

— И я тебя тоже люблю. С той самой минуты, как только увидела тебя.

— Я зна… что?!

Она подошла к нему и поцеловала — нежно в губы, прижимая к себе крепко, по-настоящему. И в этот момент воздух вокруг них начал светиться. Тёплый, золотистый свет заполнил комнату, и где-то вдалеке раздался звук, похожий на звон тысяч колокольчиков. Санса ахнула и прижала руки к груди. Тормунд уронил яблоко. Берик перекрестился. Сандор Клиган медленно опустил голову.

Это была любовь. Настоящая, искренняя, та самая, которую мир потерял давным-давно, когда люди начали убивать друг друга за троны и власть. И теперь она вернулась. В этом мире. Через тупого поросёнка и одичалую девку, которая когда-то потеряла всё.

Пророчество исполнилось. «То, не зная что» было найдено. И возвращено той, кто его потеряла.

И в этот момент за окном раздался ледяной скрежет, и дверь снесло с петель.

На пороге стоял Король Ночи, а за ним — толпа белых ходоков. И все они смотрели на Нуф-Нуфа.

— Ты! — прошипел Король Ночи. — Ты нашёл то, не зная что?

— Да, сука, нашёл, — ответил Нуф-Нуф, вытирая губы. — Это, блядь, любовь. И знаешь что? Тебе её не видать. Потому что ты холодный, синий и вообще скучный.

Король Ночи замер и посмотрел на Тормунда, который обнимал Сансу. На Лиру, которая держала Нуф-Нуфа за руку. На Сандора, который смотрел на них с брезгливой, но доброй усмешкой.

— Это… — Король Ночи запнулся. — Это что, блядь, такое? Вы совсем здесь все ебанулись?

— Ага, — кивнул Нуф-Нуф.

— Сделка выполнена, — прошипел Король Ночи. — Ты нашёл любовь. Значит, я должен вернуть тебе Арию. Но знаешь что? Она мне настоебала за эти дни.

Король Ночи поднял руку и втолкнул мелкую девочку с короткой стрижкой и иглой в руке.

— Привет, — сказала Ария. — А я смотрю, вы тут без меня скучаете.

— Ария! — заорала Санса.

— Погоди, сестрёнка. Сначала я закончу одно дело.

Она подошла к Королю Ночи. Тот смотрел на неё сверху вниз, а она на него — как кот на сметану.

— Я шла к тебе, чтобы убить, — сказала она спокойно. — Ты схватил меня, когда я пробиралась в твои чертоги. Держал меня в темнице три дня. Но раз ты сам принёс меня сюда, то сэкономим время.

Она достала из-за пазухи кинжал из драконьего стекла — тот самый, который украла у Джона перед уходом.

— Это тебе за то, что ты украл моё детство, — сказала она и вонзила кинжал ему в грудь.

Король Ночи взвыл — звук, от которого треснули стёкла во всём городе. Его тело начало рассыпаться, сначала медленно, потом всё быстрее, пока не разлетелось на тысячи ледяных осколков. Белые ходоки за его спиной замерли и тоже начали рассыпаться, как стекло. А в комнате повисла гробовая тишина.

— Ну всё, — выдохнул Сандор Клиган, поднимаясь со стула. — А я-то думал, мы ещё поторгуемся.

— О чём это ты? — спросил Нуф-Нуф.

Сандор помолчал. Потом очень аккуратно поставил кружку на стол. И посмотрел на Арию.

— Я должен кое в чём признаться, — сказал он тихо. — Когда вы пришли ко мне в трактир… я уже знал, что ты ищешь, Ария. Я знал, где ты.

Ария медленно повернулась к нему.

— Я продал тебя, — сказал Сандор. — Королю Ночи. За эти доспехи. За новые, чистые, без вшей. Я устал. Я хотел просто пить эль и не думать. Я продал тебя за железо.

В комнате стало так тихо, что было слышно, как тает последний осколок Короля Ночи на полу.

— Ты… — Ария сжала иглу так, что побелели костяшки.

— Да, — кивнул Сандор. — Я пёс. Я всегда был псом. Но знаешь что? Я пошёл с этим поросёнком. Я дошёл до конца. И я буду стоять здесь, пока ты не решишь, что со мной делать. Убей меня — я заслужил. Или плюнь — тоже заслужил. Но знай: я жалею. Впервые в жизни жалею.

Ария смотрела на него долго. Очень долго. Потом опустила иглу.

— Встань, — сказала она.

Сандор встал.

— Ты мне должен, — сказала Ария. — Очень должен. И я это вспомню. Но не сегодня. Сегодня я устала.

Сандор кивнул. И впервые за всё время Нуф-Нуф увидел в его глазах не пьяную тоску, а что-то похожее на облегчение.

Санса засмеялась и пихнула Нуф-Нуфа в бок.

— Предатель, — сказала Ария. — Где мой брат? Джон?

— На Стене, — ответил Нуф-Нуф. — Но я думаю, он уже в пути к нам.

И действительно, через несколько дней они все собрались. Джон Сноу приехал с Севера, мрачный, как всегда, но с искоркой в глазах, потому что тоже влюбился в одичалую — в Игритт, которую somehow вытащил с той стороны. Бран, который был деревом, прислал весточку через ворона. И даже Ниф-Ниф написал письмо — он нашёл свою Изольду, и они теперь живут в замке. Письмо пришло через ворона, который, как оказалось, умеет летать между сказками. Бран объяснил, что все сказки связаны между собой, и если очень захотеть, можно отправить весточку кому угодно. «Ваш брат Ниф-Ниф счастлив, — писал он. — Он больше не убегает. Он нашёл свой дом. Передайте Нуф-Нуфу: он был прав, когда сказал, что мы все часть одной сказки. И скажи Наф-Нуфу, что мы его любим, даже если он спит по пятнадцать часов».

И вот вся семья Старков наконец-то была вместе.

А Нуф-Нуф стоял рядом с Лирой, держал её за руку и смотрел на закат.

— Знаешь, — сказал он. — Я думал, что самое тупое приключение в моей жизни — это Игра престолов, а оказалось, самое лучшее.

— Ты всё ещё идиот, — сказала Лира.

— Знаю. Но я теперь твой идиот навеки.

— И это точно.

И они поцеловались. А где-то далеко, на дне морском, Наф-Наф чихнул и проснулся. А ещё дальше, в замке с высокой башней, Ниф-Ниф вдруг улыбнулся во сне, хотя не помнил почему.

А где-то совсем в другой сказке, в той, с которой всё началось, Джин, который всё это затеял, довольно потёр руки и посмотрел на бабу Ягу в джакузи.

— Ну что, старая, — сказал он. — Видела? Трое поросят, три мира, три любви. И всё сошлось.

— Видела, — баба Яга лениво плеснула водой. — Молодец, Джин. Только зачем ты их так мучил?

— А затем, бабуля, что любовь — это единственное волшебство, которое работает без щелчка пальцев. Его надо заслужить. А они заслужили.

— Ну-ну, — кивнула Баба Яга. — А мне что, в джакузи дальше париться?

— А тебе, — Джин подмигнул, — можно и париться. Потому что даже ведьмы заслужили отдых. После такой работы.

И они рассмеялись. А фиолетовый дым, который витал над их избушкой, медленно рассеялся. Сказка закончилась. Но где-то в другом месте уже начиналась новая. Потому что сказки, как и любовь, никогда не кончаются по-настоящему.

Конец.

***

От автора: Друзья, вот и закончилась наша история про Нуф-Нуфа!

Три поросёнка нашли своё счастье: Ниф-Ниф — свою Изольду, Наф-Наф — морскую принцессу, а Нуф-Нуф — свою Лиру.

Спасибо всем, кто следил за этой историей, читал, смеялся и оставлял комментарии!

Если хотите продолжения моих взрослых сказок, то пишите, и я подумаю, что ещё можно спародировать. А пока — ставьте лайки, делитесь с друзьями, и помните: настоящая любовь не ищет выгоды. Она просто есть в нашем сердце.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге