Не тревожь воду
Глава 1
Глава 1: Запах тины
Запах тины и машинного масла ударил Антона в нос, когда он приоткрыл тяжёлую дверь насосной станции. Ржавые петли пронзительно скрипнули, и тишина вокруг снова сомкнулась, нарушаемая только каплями воды, что мерно падали где-то в глубине. Антон на мгновение задержал дыхание: внутри пахло тиной, сыростью и чем-то железистым, как кровь. Он вытянул руку, чтобы удержать дверь для напарника. Позади, через его плечо, внутрь пролился тусклый дневной свет и сгустки тумана с озера, рисуя на бетонном полу дрожащие силуэты.
Сергей вошёл следом и посветил фонариком вдоль стен. Луч выхватил облупившуюся жёлтую краску и чёрные потёки плесени. Из-под воды в дальнем углу торчала верхушка металлической лестницы. Тёмная гладь уходила к ней от порога: пол станции был затоплен на несколько метров, превращая нижний уровень в подземное озеро. Сергей тихо присвистнул, глядя на воду:
— Глубоко. Метров пять, не меньше, — сказал он вполголоса, опуская луч фонаря вниз, где в отражении дрогнул свет.
Антон подождал, пока Сергей пройдёт, и шагнул за ним, отпуская дверь. Та захлопнулась с гулким эхом. Грохот разнёсся по сводчатому помещению и словно разбудил пустоту. По стенам пробежало отдалённое эхо, и снова стихло. Антон повёл фонарём, отыскивая на стене щиток или выключатель. Тишина давила. Лишь вода плеснула у порога, потревоженная их шагами. Уровень доходил почти до самой двери; вдоль стен на высоте талии тянулась полоса тёмного налёта — отметина максимального подтопления.
— Здесь повсюду вода, — негромко бросил Сергей, обходя зал у входа. Он держал в руках длинный шест, проверяя перед собой путь. Железный наконечник мерил глубину. — Ток отключён? Погружной насос внизу. Интересно, под напряжением или нет...
Антон скользнул лучом по потолку: ни одна из ламп горела. В углу у двери темнел электрораспределительный шкаф. Он направился туда, стараясь наступать на сохранившиеся островки бетона между лужами. Под ногой хлюпнула вода, и что-то мелкое всплыло на поверхность: обломок доски или чья-то потерянная каска. Антон брезгливо отодвинул находку носком сапога и наклонился к шкафу. На проржавевшей двери виднелись обрывки надписей: «Щиток №1 – Свет». Рядом висел рубильник, опущенный вниз. Антон провёл пальцами по сухой панели, счищая вековую пыль. Сверху на шкафу лежала мёртвая мухоловка; хрупкие лапки паука торчали из её спёкшегося брюшка.
— Нашёл электрощит, — позвал он Сергея. — Попробую включить.
В ответ шаги Сергея засплескали воду ближе. Антон взялся за рубильник двумя руками и надавил вверх. Рычаг не сдвигался, будто приржавел намертво. Он упёрся сильнее, мускулы напряглись под курткой. Рубильник дёрнулся и с резким треском встал в верхнее положение. В ту же секунду неподалёку что-то щёлкнуло. Послышалось гудение, и слабый свет дрогнул под потолком: одна из ламп ещё работала. Её желтоватое сияние разлилось по водной глади. Стены выступили из темноты, усеянные трещинами и облезлой краской; сводчатый потолок открыл сплетение старых труб.
Сергей остановился под лампой, запрокинув голову. На его лысеющей макушке блеснула капля. Сергей протёр её рукавом и усмехнулся:
— Гляди-ка, электричество живо. Не всё сгнило.
Вокруг по-прежнему царил полумрак: одинокая лампа мигала, будто вот-вот перегорит. Антон огляделся, придерживая открытый щиток. От лампы тянулись провода к ржавым коробам на стенах. Множество кабелей уходило вниз, под воду. В глубине помещения, над зеркальной водой, виднелись массивные силуэты оборудования. Антон разглядел изогнутую трубу, напоминающую шею гигантского зверя, и рядом кожух двигателя или компрессора. Всё это наполовину ушло в чёрную воду.
Лёгкий плеск заставил обоих обернуться. Где-то посреди зала по воде разошлись круги. Сергей навёл фонарь на то место, и в дрожащем свете показалась верхушка буя или поплавка, качнувшегося и снова скрывшегося под водой. По спине Антона пробежал холодок. Он сделал шаг ближе к коллеге, всматриваясь: может, рыба? Но откуда здесь взяться рыбе в замкнутом резервуаре?
Сергей хмыкнул:
— Наверное, вентиляционное отверстие пузыри пускает. Или лягушки.
Антон молчал. На мгновение между трубами под водой словно что-то шевельнулось. Но свет фонаря больше ничего не выявил — только ржавые контурагрегатов да гладь воды.
Сергей уже двигался дальше вдоль стены, к двери, видневшейся в глубине зала. Антон поспешил за ним, стараясь не отставать. Где-то вдалеке под водой ухнуло, будто лопнул крупный пузырь или камень сорвался на дно. Сердце Антона подпрыгнуло к горлу. Он почти физически ощутил объём этого зала: громадный подземный колодец, залитый стоячей чёрной водой, хранящий тайны механизмов на дне.
Глава 2: Глубже
Дверь вглубь станции заела от ржавчины. Сергей налёг плечом, и она поддалась с влажным треском. За дверью открылся узкий мосток вдоль стены, едва освещённый тусклым светом лампы из зала. Справа под перилами зияла чёрная вода основного резервуара, слева возвышалась бетонная стена, по которой тянулись трубы, уходящие в тень.
Сергей пошёл первым, пригнувшись, чтобы не удариться о низкие трубопроводы. Деревянные доски мостика прогибались под его тяжестью и постукивали. Антон следовал вплотную, чувствуя сырость: над водой клубился прохладный пар. Под ногой у него что-то хрустнуло — осколок стекла или пластика. Антон остановился, посветив вниз: на мостике валялись разбитые очки в ржавой оправе. Стёкла треснули крест-накрест. Он наклонился и поднял их двумя пальцами за дужку.
— Постой, что это? — прошептал он.
Сергей обернулся, наведя фонарь. Зайчик света скользнул по очкам у Антона в руке.
— Чьи-то старые очки, — равнодушно бросил Сергей. — Мало ли тут мусора.
Антон повертел находку. Дужки искривлены, будто их раздавили. Одно стёклышко выпало и разбилось вдребезги. Помедлив, он положил очки на ржавые перила.
— Пошли, — поторопил Сергей. — Скоро совсем стемнеет, а нам ещё осмотреть насос.
Антон послушно двинулся дальше. Мосток довёл их до металлической лестницы, что взбегала вверх по стене. Перила оказались мокрыми на ощупь, покрытыми склизкой плесенью. Сергей первым шагнул на лестницу и начал подниматься, громыхая ботинками.
— Помедленней, скользко, — пробормотал Антон себе под нос, аккуратно ставя ногу. Сапоги оставляли грязные следы на ступенях, обросших тонкой плёнкой водорослей. Каждый шаг отзывался гулким дребезжащим эхом.
Лестница привела их на верхний ярус станции — узкую галерею над затопленным залом. Отсюда был виден весь резервуар: жёлтое пятно лампы отражалось на чёрной воде крошечной луной. Антон на секунду застыл, оглядывая мрачную картину. Стены терялись во тьме; лишь местами блестели мокрые трубы. Где-то глубоко внизу тихо булькнула вода.
Сергей уже открывал дверь в операторскую, расположенную на этом уровне. Замок на двери сорван, висит криво.
— Кто-то побывал до нас, — буркнул Сергей и толкнул дверь. Петли жалобно вскрикнули, впуская их в затхлое помещение.
Операторская представляла собой маленькую комнату с широким окном, выходящим в зал. Когда-то окно было застеклено, но теперь зияло пустым проёмом с ржавыми зубцами рам. На бетонном полу блестели осколки. Под стенами теснились пульты и приборы с рядами тумблеров. Некоторые панели сняты, провода выдернуты. В углу стоял старый деревянный стол, заваленный папками. Над ним на стене висела доска с выцветшими инструкциями и плакат по технике безопасности: на нём схематично изображён водолаз рядом с насосным агрегатом, перечёркнутый красным крестом. Подпись гласила: «Перед спуском в резервуар обязательно отключать питание!»
Сергей подошёл к пультам. Он провёл ладонью по ряду выключателей, оставляя чистый след на запылённых поверхностях.
— Вся начинка разворована, — проговорил он без удивления. — Медяшку, видно, местные растащили. Эту станцию давно пора списать в утиль.
Антон между тем направился к столу. Его внимание привлекла раскрытая тетрадь среди папок. Страницы вздулись от влаги, чернила расплылись. Он бережно поднял тетрадь. Это оказался журнал учёта; последние записи датировались восьмидесятыми годами. Пальцы Антона оставили сухой след на пыльной обложке с выцветшим названием.
Пробежав глазами блеклые строки, Антон вслух прочитал отрывочно:
— «...22 июня 1985 г. — внеплановая остановка насоса № 3... Водолаз спустился для осмотра...»
Он перевернул страницу, с трудом различая размокшие фразы:
— «03:20 — услышан сигнал тревоги... Водолаз... срочный подъём...» — Антон поднёс журнал ближе к глазам, но часть текста растворилась в плесени между строк. Он нахмурился.
Сергей оторвался от пульта, подошёл и заглянул Антону через плечо. Тот передал ему журнал. Сергей поднёс фонарь и попытался прочесть испачканные страницы; брови его сошлись.
— «…не всплыл на поверхность... насос не отключался... подача воды приостановлена вручную... тело не обнаружено...» — медленно произнёс он, разбирая почерк.
Оба молчали несколько секунд. В затхлом воздухе операторской повис шёпот прошлого. От окна тянуло холодом. Где-то внизу в зале опять тихо плеснула вода.
— Ерунда какая... — хрипло сказал наконец Сергей, отводя фонарь. Он неохотно закрыл журнал и бросил его на стол.
Пальцы напарника дрогнули, когда тот отложил тетрадь, но Сергей уже отвлёкся. Он направился к стенду с инструментами. Там висели ржавые гаечные ключи, потрёпанный страховочный пояс с карабином и мотком верёвки. Сергей снял пояс, проверил крепления.
— Спуститься вниз будет непросто, придётся нырять, — сказал он, пристёгивая на себя пояс. К нему крепились петли для страховки и подсумок для инструмента. — Найдём, куда зацепить верёвку, и я опущусь.
Антон подошёл к разбитому окну, глядя на чёрную воду внизу. Высота отсюда метров восемь. Видна лишь часть оборудования; остальное скрыто мутной толщей. Лёгкий туман стелется над поверхностью, поднимаясь от воды.
— Может, не надо лезть? — тихо произнёс он, голос его слегка охрип. — Мы осмотрели, составили акт... Пусть дальше водолазы разбираются.
Сергей усмехнулся, подбирая верёвку.
— Трусишь? Не дрейфь. Просто глянем, цел ли насосный блок. Вон же он, рукой подать — торчит кожух, — он высветил фонарём вниз, туда, где из воды выпирала массивная изогнутая конструкция. — Не в впервой же.
Перед глазами Антона вновь мелькнули разбитые очки на мостике, но он промолчал. Сергей нашёл подходящую балку над окном и перекинул через неё конец верёвки. Прочный узел лёг на металлическую опору. Второй конец он пристегнул к карабину на поясе.
— Я спущусь, посмотрю. Потом ты, если надо, — распорядился Сергей. Он перекинул ногу через подоконник, усаживаясь на край. Внизу под ним колыхалась чёрная вода.
Антон протянул руку, чтобы его остановить:
— Сергей... — хрипло начал он, но голос пропал. Он провёл пальцем по первой букве «Н» выбитой на стене под окном. Из-под его пальца осыпалась крошка цемента. Там были глубокие царапины, будто кто-то отчаянно драл бетон острым предметом. Среди хаотичных линий проступало слово: НЕ ТРЕВОЖЬ ВОДУ. Буквы неровные, нацарапанные с усилием, местами выбитые до арматуры. Неясно, свежие они или старые — края отметин почернели от времени.
Антон не успел ничего показать, потому что в этот момент откуда-то снизу долетел протяжный гул. Резонанс прокатился по воде и ударил в стены; галерея задрожала под ногами. Антон вцепился пальцами в раму, всматриваясь вниз. Гул нарастал, переходя в рёв. В воде прямо под ними вздувались пузыри. Сергей замер, не спускаясь дальше.
— Чёрт, да это же насос! — крикнул он сквозь шум. — Похоже, питание дошло до него...
Не успел он договорить, как вода взорвалась пеной. Из глубины вырвался поток пузырей и грязи. Донёсся скрежет, будто металлические лопасти бешено вращались, задевая коряги и хлам. Верёвка дёрнулась у Антона в руках — Сергей пошатнулся, теряя опору от толчка воды, и ухнул вниз, погрузившись по пояс. Руки его судорожно цеплялись за край окна, ноги болтались в бурлящей мутной воде.
Антон бросился вперёд и вцепился в куртку напарника.
— Держу! — прохрипел он, напрягаясь всем телом. Сергей пытался карабкаться вверх по стене, упираясь носками ботинок, но брызги летели ему в лицо. Шум насоса наполнил зал ужасающим ревом — словно внизу пробудился гигантский зверь, бешено вращающий железные плавники. Вода заклокотала, стремительно закручиваясь в воронку.
— Тащи! — выдохнул Сергей, захлёбываясь брызгами. Его пальцы сорвались с мокрого бетона, и он повис на одной верёвке, погружаясь всё глубже. Антон отшатнулся назад, изо всех сил пытаясь перетянуть друга через подоконник. Миг — и ему удалось подтянуть Сергея чуть выше. Но в ту же секунду верёвка провисла: карабин выскочил из крепления! Сергей с криком сорвался вниз и исчез, ухнув в ревущее чёрное бешенство внизу.
Глава 3: Бездна
Рёв насоса внезапно стих. Лопасти замерли в глубине, и лишь вспененная вода продолжала бурлить под галереей. Антон, обливаясь холодным потом, метнулся обратно к пульту. К счастью, один рычаг с красной маркировкой уцелел — аварийное выключение насоса. Он ударил по нему ладонью. Где-то внизу щёлкнуло реле, и гул окончательно спал, сменившись звенящей тишиной.
Пульс бухал в висках. Антон перевалился через подоконник обратно в операторскую и приник к разбитому окну.
— Сергей! — сорвался его крик, эхом прокатившись по залу.
В ответ — ничего. Только сорвавшиеся с балок капли звонко падали внизу, да вода шумела, успокаивая разогнанную насосом круговерть. Верёвка, что должна была удержать Сергея, безжизненно болталась, наполовину уйдя под воду. Конец её всё ещё был привязан к балке; карабин пусто хлопал о стену, раскачиваясь.
Антон тяжело дышал, сердце колотилось о рёбра. Внизу, в мутной глубине, клубился мрак и ил. На поверхность всплывали обломки: щепки, куски древесины, ржавый гаечный ключ, разбитый фонарь. Ни одного признака Сергея.
— Серге-е-й!! — снова закричал Антон, надрывая связки. Его крик разлетелся под куполом и затих.
Только отголоски блуждали между бетонных стен. Ни всплеска, ни пузыря. Если бы напарник всплыл — он уже появился бы на поверхности.
Антон отпрянул от окна и заметался по тесной операторской. Руки дрожали, пальцы то и дело сжимались в беспомощные кулаки. Нельзя было медлить ни секунды. Он сдёрнул с себя куртку, остался в одной рубашке и вытер скользкие ладони о штаны. Затем нагнулся и принялся лихорадочно расшнуровывать тяжёлые ботинки. Каждая секунда была на счету.
Он сбросил сапоги в угол и снова шагнул к оконному проёму. Внизу чернела вода, взгляд на неё леденил кровь. От одной мысли прыгнуть туда всё внутри холодело, но выбора не было. Антон схватил конец страховочной верёвки и обмотал вокруг своего пояса, крепко завязав морским узлом. Дёрнул — держится. Второй конец по-прежнему был закреплён наверху; этого хватит, чтобы спуститься и потом выбраться.
Луч фонаря выхватывал из тьмы лишь бушующую пену да части механизмов, торчащие над поверхностью. Антон зажал фонарь в зубах, влез на подоконник. В лицо дохнуло ледяным сквозняком из зала; пот и брызги остывали на коже. В горле пересохло, виски сдавило от страха.
Он оттолкнулся и прыгнул.
Ледяная вода сомкнулась вокруг, разом похоронив все звуки. Холод жалил тело тысячью иголок. Антон невольно раскрыл рот от боли — фонарь тут же выскользнул из зубов и повис на ремешке, болтаясь у подбородка. Глаза жгло от грязи; в мутном хаосе едва мерцал желтоватый свет сверху. Он заработал руками, делая гребки, и тут же ударился о что-то твёрдое. Рука соскользнула по гладкой поверхности — труба. Антон нащупал её край и потянулся вдоль.
Под водой царила гулкая тишина, давящая на уши. Впереди расплывалась массивная тень — основной насосный агрегат. Широкий круглый кожух мотора с прикреплённой крыльчаткой-лопастями. Сейчас лопасти неподвижны. Антон приблизился, вытягивая руку, и нащупал входное отверстие насоса. Внутри металлической пасти когда-то стояла защитная решётка, теперь она проржавела и осыпалась. Он просунул руку в чёрное горло механизма — и задел что-то мягкое. Ткань. Рывком вытянул находку — всплыл обрывок тёмной материи. Куртка Сергея? Нет, просто тряпка. Антон разглядел на ней полосатый рисунок: старая промасленная роба, застрявшая между лопастями. Осталась ли она здесь с прошлого раза?
Кислорода почти не оставалось. В висках гулко стучало, грудь сдавило железным обручем. Антон выпустил изо рта пузырьки, изгоняя последние крохи воздуха, и нырнул глубже, подтягиваясь вдоль трубы. Он отчаянно шарил взглядом вокруг в мутной мгле — где же Сергей?
Впереди темнел огромный круглый глаз иллюминатора на боку насоса — толстое стекло смотрового окошка, за которым пустота. На миг в том стекле отразилось лицо Антона: искажённое водой, бледное, с вытаращенными глазами. В тот же момент за его спиной мелькнуло движение. В паре метров позади кто-то плыл, смутный силуэт! Сердце рванулось в горло: Сергей!
Антон отпустил трубу и ринулся в сторону фигуры. Пальцы нащупали руку — чью-то руку! Он дёрнул изо всех сил, помогая фигуре податься вверх. Силы были на исходе, лёгкие горели огнём. Они вдвоём всплывали наощупь, сквозь кашу ила. Вот уже брезжит золотистый свет лампы над поверхностью... Ещё немного...
Голова Антона вынырнула наружу, он жадно вдохнул воздух.
Резко потянул верёвку, вытаскивая и второго. Из воды медленно показалось бледное лицо. Совсем близко — Антон подхватил тело подмышки и поволок к стене, где висел канат. Это был Сергей. Глаза его были закрыты, рот приоткрыт; с губ сорвался слабый хриплый кашель.
— Живой... — пробормотал Антон под нос. Он прижал друга к стене, стараясь удержать его голову над водой. Ногой нащупал опору — нижнюю скобу лестницы, едва выступавшую из воды у основания стены. Одну ногу поставил на неё, второй упёрся в трещину между камней кладки, чтобы не соскользнуть. Получилось: он держался сам и поддерживал безвольное тело Сергея.
Сергей дышал — рвано, тяжело. Изо рта вместе с кашлем вытекала буро-чёрная жидкость. Антон в отчаянии огляделся: кругом темнота, помощь звать неоткуда. Нужно вытаскивать его наверх самостоятельно.
Верёвка... Она всё ещё была привязана к Антону и к балке наверху. Он перехватил Сергея поудобнее, одной рукой обхватив его за грудь, другой потянув свободный конец верёвки. Антон дёрнул раз, другой — узел на балке жалобно скрипнул, но держал.
— Давай... — прошептал Антон, не зная даже, кому адресует это слово — себе или другу. Он начал карабкаться наверх по верёвке, упираясь ногами в скользкую стену. Мышцы горели от напряжения, пальцы немели от холода, но понемногу они продвигались вверх. Сергей болтался без сознания, голова его бессильно склонялась на грудь.
Методично, рывок за рывком, Антон поднялся на пару метров. Рука нащупала край металлического настила галереи. Он подтянулся, переваливая тело Сергея через край мостика. Ещё усилие — и они оба лежали на дрожащих гнилых досках.
Антон не чувствовал ни ног, ни ладоней. Он несколько секунд лежал рядом с Сергеем, впитывая грязный воздух, пропахший водорослями и ржавчиной. Где-то внизу мерно капала вода.
Затем Антон приподнялся на колени, перевернул Сергея набок и надавил кулаком ему меж лопаток, помогая воде выйти из лёгких. Напарник отозвался слабым стоном и закашлялся.
— Дыши... Дыши... — шептал Антон, продолжая давить ритмично. Грудная клетка Сергея вздрагивала. Наконец он задышал чаще. Хрипел, но воздух входил в него.
Антон улыбнулся, размазывая по лицу липкую грязь. Какое-то время он просто сидел, крепко держась за холодное плечо друга, и смотрел, как тот слабо шевелится. Сергей живой.
Рядом на мостике поблёскивало что-то стеклянное. Антон опустил взгляд: те самые разбитые очки. Их тряска сбросила вниз с перил. Оправу наполовину затянуло в щель между досками. Антон машинально вытащил очки и отложил в сторону, убирая с дороги.
Позади, в глубине зала, что-то звонко капало. Опять стало почти совсем темно: лампа под потолком окончательно погасла, не выдержав скачка напряжения. Лишь бледное свечение просачивалось с улицы через открытую дверь.
Антон осторожно поднялся, держась за стену. Сергей остался лежать и тихо стонал в забытьи. Нужно было вывести его наружу, согреть, вызвать скорую. Антон подсунул руки ему под мышки и волоком повлёк к выходу. Ноги Антона дрожали, каждая доска мостика угрожающе прогибалась под их весом.
«Тело не обнаружено». Строка из размокшего журнала сама всплыла в голове Антона. Он глухо хохотнул — коротко, нервно, почти всхлипнув. Но Сергей — нет, Сергей рядом.
Выйдя на лестницу, ведущую вниз к входу, Антон перевёл дух. Внизу виднелась узкая полоска серого дневного света, просачивающегося через приоткрытую дверь. Он подтолкнул Сергея вперёд, держа его обеими руками. Тот пробовал переставлять ноги, но они подгибались.
— Давай, ещё чуть-чуть, — бормотал Антон, спуская их по ступеням. В голове шумело. Хотелось бросить всё и бежать прочь на свежий воздух, но Сергей едва держался.
Уровень воды у входа понизился на несколько сантиметров. Возможно, насос успел откачать немного, прежде чем его отключили. Антон наконец перешагнул порог вместе с напарником. Они выбрались наружу под пасмурное небо.
Сырой ветер набросился, пахнув болотной тиной, но для Антона этот холодный поток воздуха был почти лаской. Он осторожно уложил Сергея на влажную траву у бетонного крыльца и сам опустился рядом, привалившись спиной к стене. Сердце всё ещё грохотало, но его гул смешивался с раскатами далёкого грома.
Сергей зашевелился, закашлял и приоткрыл воспалённые глаза. Он что-то пробормотал невнятно, вдруг схватил Антона за запястье. Пальцы друга холодные, как лёд, но сжали руку с неожиданной силой.
— Спокойно, ты в порядке... Мы выбрались, — выдохнул Антон, наклоняясь к нему.
Сергей таращился перед собой. Зрачки его были расширены, взгляд блуждал. Он открыл рот; голос сорвался на одни лишь тихие вздохи. Антон наклонился ниже.
— Там... внутри... — прошелестел Сергей еле слышно.
— Что внутри? Насос? — Антон пытался поймать его взгляд.
Сергей замотал головой; зубы его вдруг заскрежетали — то ли от холода, то ли от ужаса. Он судорожно втянул воздух и выпалил:
— Оно меня держало.
Антон нахмурился. Взгляд Сергея блуждал, будто он всё ещё был там, внизу, во тьме.
— Оно... схватило меня... — шептал он охрипшим голосом.
В голове Антона вспыхнула другая фраза, вырезанная под окном: НЕ БУДИ ВОДУ. Он крепче сжал плечо Сергея, пытаясь вернуть того к реальности.
— Всё хорошо. Тш-ш... Уже всё, — шептал Антон, поглаживая друга по плечу.
Но Сергея бил озноб, и глаза его закатывались. Антон стянул с себя мокрую рубашку и обернул вокруг друга, придерживая его на земле.
— Тихо-тихо... Это вода, течение... Уже всё, — бормотал он еле слышно, больше для себя, чем для напарника. — Уже всё.
Сергей затих, потеряв сознание или задремав. Антон поднял голову к низкому небосводу. На горизонте, над озером, плясали серые полосы дождя. Воздух сделался тяжёлым, электрическим. Скоро гроза.
Антон выбрался на разбитую дорогу и встал, едва удержав равновесие — подкосило. Мир перед глазами плыл, но он нащупал в кармане телефон. Экран не загорался: промок. Чёрт. Придётся идти к машине или к шоссе за помощью.
Он бросил взгляд на распахнутую дверь станции. Из тёмного проёма тянуло могильным холодом. Где-то внизу, в утробе станции, что-то тихо скрежетнуло — будто оседала конструкция или отгибался обломок железа. Звук отозвался в пустых трубах гулким вздохом.
По спине Антона пробежал спазм. Он отвёл глаза от тьмы входа. На бетонной стене снаружи крупными белыми буквами когда-то было выведено название объекта, сейчас почти стёртое. Остались лишь обрывки: «НЕ…О…» — нельзя разобрать, что там было.
Антон вернулся к Сергею, подхватил его под плечи и, шаркая ногами, поволок прочь, к деревьям. Позади них, в недрах насосной станции, снова глухо грохнуло. Эхо прокатилось по пустому залу. Антон не останавливался.
Через несколько минут он вместе с Сергеем скрылся за зарослями у дороги, оставив старую насосную станцию позади. Бетонный фасад ещё минуту стоял безмолвно под первыми струями дождя. А затем, в глубине зала, тихонько всплеснула вода, и круги на её поверхности медленно сошлись, исчезая во мраке.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
