Обложка Чокнутый рейс

Чокнутый рейс

Александр Верес

0% прочитано
Стандартный
Александр Верес

Чокнутый рейс

Чокнутый рейс

Сергей Пиркс открыл глаза ровно в семь утра. Вернее, глаза он открыл чуть раньше, а вот сознание подключилось к происходящему с некоторой задержкой.

На прикроватной тумбочке надрывался будильник. На его маленьком электронном табло мигала надпись: «ПОДЪЁМ, БЕЗДЕЛЬНИК!»

— Да чтоб тебя! — простонал Сергей.

Он привычным движением схватил его и запустил в стену. Раздался знакомый хруст пластмассы. На полу у стены уже лежала внушительная коллекция его предшественников — целое кладбище электронных устройств, погибших при исполнении служебных обязанностей.

До ванной он добрался на автопилоте. Но едва успел переступить порог, как в дверь позвонили.

На пороге стояла соседка снизу — молодая эффектная блондинка в красном купальнике. Через плечо у неё было перекинуто полотенце, а на лице играла улыбка человека, который точно знает, чего хочет, и совершенно не собирается спрашивать разрешения у здравого смысла.

— Серёженька, у нас воду отключили. Можно я у тебя приму душ? — томно спросила она.

Сергей посмотрел на часы, потом на соседку, потом снова на часы.

— Конечно. Проходи. Только я на работу уже опаздываю... — Обречённо вздохнул он.

Совесть не позволила ему отказать.

Пока соседка занимала душевую кабину, Сергей умудрился совершить в ванной полноценный комплекс утренних процедур. Он побрился тупым кухонным ножом, почистил зубы, умылся, сделал восковую эпиляцию ног и подмышек, а затем нанёс на лицо омолаживающую глиняную маску. Правда, каждые полминуты соседка отвлекала его просьбами: то потереть спинку, то подать шампунь, то помочь снять купальник, который почему-то намертво прилип к намыленному телу.

— Серёж, а ты не мог бы подержать душ повыше? — донеслось из кабины.

— Могу. Только учти: если я опоздаю на работу, виноватой назначат тебя.

— Ой, не переживай. У тебя такое доброе лицо!

— Это не доброта. Это глина засохла.

Завтракать пришлось на ходу. Сергей торопливо натянул костюм, схватил бутерброд и направился к выходу. В комнате соседка, облачённая в его банный халат, сушила волосы феном, который когда-то принадлежал бывшей жене Сергея, и напевала себе под нос какую-то мелодию.

Уже взявшись за дверную ручку, он решил напомнить гостье, чтобы та перед уходом закрыла за собой дверь. Но она опередила его просьбой:

— Серёж, а сделай мне, пожалуйста, двойной эспрессо с обезжиренным кокосовым молоком. И добавь рюмочку кубинского рома. А к нему горячий бутерброд с тунцом и акульими хрящиками.

Сергей медленно повернул голову.

— С акульими чем?

— Хрящиками. Я сейчас на правильном питании.

Он посмотрел на часы. Потом на соседку. Потом опять на часы.

— У меня нет времени ловить акулу, так что только с тунцом.

Через несколько минут кофе и бутерброд были готовы. Сергей поставил всё на стол, схватил дипломат и выскочил из квартиры, громко хлопнув дверью.

Внизу его уже поджидала консьержка. Женщина сидела за столиком, вязала крючком шерстяные шторы, рядом с ней лежал огромный пёс породы волкодав. Собака была размером с небольшого пони и носила ошейник с такими шипами, будто её готовили не к прогулке, а к штурму средневековой крепости.

— Молодой человек! Сколько раз просила не хлопать дверью! Мой Барсик очень чувствителен к шуму!

Сергей покосился на волкодава.

— Барсик?

Пёс жалобно взвыл, задрожал всем телом и тут же оставил на полу внушительную лужу. Брызги попали на новые туфли Сергея.

— Видите?! — возмутилась консьержка. — Вы его до нервного срыва довели!

Сергей не стал ничего говорить и выбежал на улицу.

Ему удалось поймать такси. Правда, водитель оказался настолько лихим, что Сергей не успел толком забраться в салон. Машина рванула с места, и он повис на дверной ручке, волоча ноги по асфальту.

— Вы куда?! — заорал Сергей.

— В аэропорт! Вы же туда сказали!

— Я ещё не сел!

— Ничего страшного! Свежий воздух полезен!

До аэропорта они добрались примерно за полтора часа, если не считать нескольких пробок, двух случайных разворотов через газон и короткой остановки, во время которой водитель успел купить шаурму.

Сергей расплатился, отряхнул пыльный костюм и осмотрел свои туфли. Их подошвы практически стёрлись и вдобавок они ещё и дымились.

— Зато доехал, — философски заметил он и вошёл в терминал.

Внутри царил привычный аэропортовый хаос. Толпы пассажиров ходили туда-сюда с таким сосредоточенным видом, словно каждый из них выполнял сверхсекретное задание. На самом деле большинство просто выгуливало чемоданы, периодически проверяя, не выросли ли у них колёсики.

Сергей протиснулся сквозь толпу, отстоял двухчасовую очередь у диспетчерской и наконец получил маршрутный лист.

Он был пилотом самолёта и очень этим гордился. Правда, в последнее время всё чаще возникало подозрение, что самолётом он управляет исключительно благодаря врождённой наглости и тому обстоятельству, что пассажиры пока не догадались спросить, куда они летят.

В комнате персонала Сергей переоделся в лётную форму, поправил фуражку и подошёл к зеркалу. Зеркало было старинное, в тяжёлой деревянной раме, и его с трудом удерживал уборщик.

— Ну как я выгляжу? — спросил Сергей.

— Как человек, которому пора на работу, — буркнул уборщик.

— Завидуешь?!

Он взял пустой кожаный дипломат — для солидности — и направился к выходу. За спиной раздался звон разбитого стекла, а затем возмущённый крик уборщика. Сергей даже не обернулся. В авиации, как он считал, главное — смотреть вперёд, особенно если сзади что-то горит.

До самолёта пришлось идти пешком: автобус для персонала в очередной раз арендовали какие-то богачи, доставлявшие гостей на свадьбу. Видимо, молодожёны решили, что обычного лимузина недостаточно и для полного счастья им необходим служебный транспорт аэропорта.

Когда Сергей наконец добрался до своего лайнера, трап уже отъехал.

— Эй! А как же я?! — крикнул он.

Из кабины пилотов высунулась стюардесса Василиса Володина и бросила вниз верёвочную лестницу.

— Держитесь крепче, командир! И постарайтесь не отстать!

Сергей начал карабкаться наверх. В этот момент диспетчер дал разрешение на взлёт, двигатели взревели, и самолёт медленно покатился по полосе.

— Вы там совсем с ума сошли?! — заорал Сергей, болтаясь на лестнице.

— У нас расписание! — крикнула Василиса. — Опаздывать нельзя!

— Я капитан!

— Вот и командуйте!

Он каким-то чудом добрался до окна и ввалился в кабину после того, как лайнер оторвался от земли.

Внутри его ждали второй пилот Валерий Пенкин, бортинженер Василий Сухарев и стюардесса Василиса.

Каждый из них по очереди отвесил командиру затрещину.

— За опоздание, — пояснил Валерий.

— За нервотрёпку, — добавил Василий.

— А это от меня лично, — сообщила Василиса и поправила у него на голове причёску.

Сергей потёр затылок. Он давно привык к подобному приветствию и даже считал его частью корпоративной культуры.

— Так, господа, без самодеятельности. Что у нас сегодня по погоде?

— Сейчас посмотрю, — отозвался бортинженер, доставая телефон. — Залезу в интернет.

— А ты, Валера, пока выставь курс по приборам.

Второй пилот поднял глаза от журнала, который он с интересом изучал.

— Какой курс?

— Обычный. Лётный.

— Это я понимаю. Куда летим?

Сергей замолчал.

«А ведь он прав», — подумал командир. — «Маршрутный лист-то только я получил».

Он полез во внутренний карман пиджака, достал заламинированный лист формата А4 и долго водил по нему пальцем, словно пытался прочитать древнее пророчество.

— Так… курс норд-ост... Высота девять тысяч... Скорость семьсот двадцать...

— А пункт назначения? — уточнил Валерий.

— Не отвлекай меня вопросами. Я ещё сам не всё изучил.

В этот момент Василиса принесла кофе.

Он сделал глоток и поморщился. Кофе оказался холодным, коньяк — тоже, а на поверхности плавал пепел от сигареты.

— Василиса!

— Что?

— Сколько раз просил не курить над моим кофе?!

— Так я не над ним курила. Я просто стряхнула пепел в вашу чашку.

— Это, по-твоему, принципиальная разница?

— Конечно. Я же старалась.

Сергей поставил чашку на приборную панель и решил пока не выяснять отношения. Самолёт уже набрал высоту, и ему хотелось хотя бы немного поспать.

Прошло около полутора часов.

Проснулся Сергей от сильной турбулентности. Лайнер трясло так, будто он пытался пробраться сквозь стиральную машину на режиме отжима.

— Что происходит? — спросил он, протирая глаза.

— Грозовой фронт, — сообщил Валерий.

— А прогноз?

Бортинженер наконец прошёл все уровни в «Тетрисе» на своём древнем компьютере и виновато посмотрел на командира.

— Простите, командир… то есть Сергей Владимирович, здесь интернет плохо ловит.

— Ты полтора часа ловил интернет?!

— Нет, сначала я обновлял игру. Потом интернет пропал.

Сергей закрыл глаза и медленно выдохнул.

— Василиса, узнай, есть ли у нас на борту синоптик.

— Сейчас выясню.

Стюардесса вышла в пассажирский салон и окинула взглядом людей. Пассажиры сидели в креслах, кто-то читал газету, кто-то дремал, а кто-то уже пытался открыть иллюминатор, чтобы проверить, не пора ли выходить.

В третьем ряду сидел мужчина в чёрном костюме и серой фетровой шляпе. Во рту у него дымилась огромная кубинская сигара. Вокруг кресла стояло такое густое облако дыма, что пассажиры впереди и позади него надели кислородные маски.

Василиса подошла к мужчине и наклонилась к нему.

— Извините, вы случайно не работаете синоптиком?

Мужчина выпустил ей в лицо очередную табачную струю.

— Извини, дорогая, но нет. Я работаю сутенёром в борделе. Если у тебя есть симпатичная подруга, могу устроить её на работу. С проживанием и питанием.

— В таком случае погасите эту долбаную сигару! — Василиса указала на табличку «НЕ КУРИТЬ».

— Ладно, крошка. Не сердись.

Мужчина поднял вверх шторку иллюминатора, открыл окно и выбросил сигару наружу.

В салон ворвался ледяной ветер. Волосы пассажиров взметнулись, газеты разлетелись по проходу, а несколько незакреплённых вещей устремились в небо. Одна дамская шляпка пролетела над креслами и исчезла в иллюминаторе, унося с собой, судя по крику хозяйки, её последние надежды на приличное путешествие.

Мужчина спокойно закрыл иллюминатор.

— Вот и всё. Проветрили.

Василиса поправила растрёпанные волосы и пошла дальше.

Добравшись до служебной панели, она включила громкую связь.

— Уважаемые пассажиры! Нет ли среди вас синоптика? Нам срочно требуется специалист по погоде. Желательно с опытом, хотя мы готовы рассмотреть и другие варианты.

Из кресла поднялся мужчина лет двадцати пяти. Выглядел он, однако, лет на пятьдесят: седые волосы были зачёсаны набок, лицо украшали глубокие морщины, а серый шерстяной костюм явно помнил ещё запуск первого спутника.

— Я работал ведущим прогноза погоды на пятом канале, — сообщил он.

— Прекрасно! Вы нам подходите.

— А что случилось?

— Погода.

— Понятно. А что именно с ней?

— Она за бортом. И нам нужно узнать, какая.

Василиса проводила мужчину к кабине пилотов. По дороге пассажиры провожали их тревожными взглядами. Некоторые начали креститься, другие — проверять страховку, а один мужчина попросил передать жене, что любит её, но пароль от банковской карты всё равно не скажет.

Дверь кабины оказалась заперта изнутри. За ней гремела танцевальная музыка, звенела посуда и слышался женский смех.

Василиса постучала условным стуком.

Музыка резко стихла. Послышалась возня, что-то упало, кто-то выругался, а затем дверь открылась.

Внутри всё выглядело почти привычно. Командир ковырялся в носу и крутил ручки приборов на панели. Второй пилот изучал маршрутный лист, перевернув его вверх ногами. Бортинженер спал в углу, обняв ноутбук.

— Господа, у нас есть синоптик, — объявила Василиса.

Мужчина вошёл и представился:

— Вельямин. В прошлом ведущий прогноза погоды на пятом канале. Мне сказали, что я могу вам помочь.

— Замечательно! — Сергей пожал ему руку. — Нам срочно нужен прогноз погоды за бортом. Мы вошли в грозовой фронт, а наш бортинженер не может подключиться к интернету.

— Почему?

— У него там личные обстоятельства.

— Ясно. А что конкретно от меня требуется?— Вельямин достал из кармана маленький микрофон и деловито оглядел кабину.

— Мне нужен профессиональный настрой. И желательно, чтобы кто-нибудь снимал меня на камеру, пока я буду вести репортаж.

— Без проблем! — оживился Сергей. — Валера, будешь оператором. Василий, записывай показания. Василиса, подготовь специалиста к выходу.

— Куда к выходу? — переспросил Вельямин.

— За борт.

— Но я же синоптик, а не парашютист!

— Не переживайте. У нас всё предусмотрено. Почти...

Вельямин прикрепил микрофон к пиджаку, повесил на шею бейджик с цифрой пять и подошёл к небольшой форточке. Он открыл её, высунул голову, затем плечи и, после короткой заминки, полностью выбрался наружу.

— Держитесь за антенну! — крикнул Валерий.

— Я вообще-то держусь за свою профессию! — прокричал синоптик.

Ветер трепал его одежду, пытался сорвать с головы волосы и, кажется, уже подумывал забрать самого специалиста. Но Вельямин крепко ухватился одной рукой за антенну, в другой он держал микрофон.

— Добрый день, уважаемые телезрители! — начал он, стараясь перекричать рёв двигателей. — В эфире прогноз погоды! Температура за бортом ориентировочно минус пятьдесят пять градусов. Если верить термометру на лобовом стекле самолёта, нас ожидает грозовой фронт, который накроет южное побережье и затем переместится на север!

— Какое побережье?! — крикнул Сергей из кабины.

— Пока не знаю! — отозвался синоптик. — Но оно обязательно будет!

Потом продолжил:

— Возможны осадки в виде дождя, града, а также отдельных фрагментов самолётного оборудования. Влажные воздушные массы смешиваются здесь с тёплыми и холодными потоками, после чего выпадают осадками над морем!

Валерий снимал происходящее на телефон. Бортинженер старательно записывал показания в планшет, время от времени поглядывая на экран игры.

Тем временем Вельямин начал покрываться инеем. Его голос становился всё более невнятным.

— В общем… облачность… ветер… местами… возможны… осадки…

— Что он сказал? — спросил Сергей.

— Кажется, что-то про осадки, — ответил Василий.

— Запиши. Вдруг пригодится.

Внезапный порыв ветра оторвал синоптика от корпуса самолёта. Он на мгновение повис в воздухе, словно плохо приклеенная открытка, помахал микрофоном и исчез в облаках.

— Вот это был эффектный финал! — восхищённо произнёс Валерий, продолжая снимать.

Сергей выглянул в форточку.

— Второй пилот, отметьте на карте место падения нашего синоптика. И передайте на Землю, чтобы его потом не забыли подобрать.

— А если не найдут?

— Тогда пусть хотя бы микрофон вернут. Он казённый.

Командир повернулся к бортинженеру:

— Василий, вы всё записали?

— Да. Температура минус пятьдесят пять, дождь, град, побережье неизвестно где, синоптик улетел.

— Прекрасно. Передайте данные второму пилоту, пусть наконец проложит этот чёртов курс. Мы уже два часа летаем кругами над аэродромом!

— Но мы же давно взлетели, — осторожно заметил Валерий.

— Не придирайся к словам. Кто здесь капитан в конце-концов? И вообще, я проголодался. Василиса, хватит крутить косяки и продавать их пассажирам. Принеси что-нибудь поесть.

— А что именно?

— Что-нибудь съедобное.

— У нас есть комплексные обеды.

— Отлично. А что в них входит?

— Это зависит от того, кто покупает. Для богатых — мясо, для бедных — гарнир. Для экипажа — всё, что останется.

— Тогда неси всё, что осталось. Мы сегодня работаем в тяжёлых условиях.

После плотного обеда члены экипажа решили немного вздремнуть. Автопилот, по их мнению, вполне успешно справлялся с поддержанием курса. К тому же он никогда не спорил, не просил повышения зарплаты и не задавал неудобных вопросов о пункте назначения.

Василиса вышла в пассажирский салон и принялась предлагать комплексные обеды.

— Уважаемые пассажиры! Горячее питание! Всего за небольшую сумму вы получите полноценный обед, который поможет вам пережить этот полёт!

— А что входит в обед? — спросила пожилая женщина.

— Сюрприз.

— А если мне не понравится?

— Тогда это будет ваш последний сюрприз.

Некоторые пассажиры начали отказываться. Василиса недовольно поджимала губы и называла отказавшихся «жадными ублюдками». Тех, кто всё-таки покупал обед, она именовала «нищебродами, которые клюнули на скидку».

— А вы вообще умеете обслуживать пассажиров? — возмутился мужчина у прохода.

— Конечно. Я уже обслужила троих. Правда, один из них теперь сидит в багажном отсеке, но это мелочи.

Тем временем грозовые облака окончательно окружили самолёт. Турбулентность усилилась. Лайнер бросало из стороны в сторону, пассажиры хватались за подлокотники, а еда покидала тарелки и отправлялась в свободное путешествие по салону.

Кусок котлеты угодил в лицо мужчине у окна. Картофельное пюре приземлилось на шляпе пожилой дамы. Суп из пластикового стаканчика выплеснулся на колени пассажиру, который до этого громче всех требовал горячего питания.

— Это что ещё такое?! — возмутился он.

— Бесплатная доставка горячего питания! —Невозмутимо ответила Василиса.

Между пассажирами начались ссоры. Те, кто купил обед, обвиняли остальных в зависти. Те, кто не купил, действительно завидовали первым. Вскоре спор перерос в драку с использованием подносов, пластиковых вилок и одного случайно подвернувшегося костыля.

Василиса попыталась навести порядок.

— Немедленно прекратите! Вы на борту самолёта, а не на сельской ярмарке!

Её никто не слушал.

Тогда стюардесса достала из служебной тележки бейсбольную биту.

— Последнее предупреждение!

Драка продолжилась.

Василиса вздохнула, достала электрошокер и включила его. Раздался характерный треск.

— Кто следующий?

В салоне стало заметно тише. Правда, один пассажир всё ещё продолжал размахивать вилкой, но, увидев электрошокер, предусмотрительно воткнул её себе в бутерброд.

Сергей Пиркс проснулся от сильного толчка. Его кресло дёрнулось, ремень безопасности больно впился в живот.

Впереди за окном было сплошное чёрное пространство. По стеклу хлестал дождь, а где-то снаружи сверкали молнии.

Он посмотрел на соседнее кресло. Валерий спал, надев на глаза чёрную повязку и ночной колпак с кисточкой. Его голова покачивалась в такт турбулентности.

— Валера! — рявкнул Сергей.

Второй пилот не проснулся.

Сергей ткнул его пальцем в бок.

— Подъём! Мы где?

— Дома… — пробормотал Валерий.

— Отлично. А дома у нас какая высота?

Валерий открыл один глаз, посмотрел на приборы и резко сел.

— Командир, кажется, нам пора садиться.

— Почему?

— Потому что приборы показывают, что мы уже должны были приземлиться.

— А куда?

— Вот это, командир, вопрос философский.

В этот момент в кабину вбежала Василиса. Лицо её было бледным, волосы растрёпаны, а в руках она сжимала бейсбольную биту.

— Командир! Катастрофа!

— Что опять? У нас закончился коньяк?

— Хуже! Пассажиры в панике! Нас окружили НЛО! Летающие тарелки! Они стреляют зелёными лазерами и похищают людей для опытов!

— И что?

— Как что?! Они забирают пассажиров!

— Всех?

— Пока только троих. Но один из них сам попросился. Сказал, что на Земле ему больше нечего терять.

Василиса в ужасе смотрела на командира.

— Я больше так не могу! Спасайся кто может!

С этими словами она рванула обратно в салон, оттолкнула какого-то лысого мужчину и открыла задвижку аварийного выхода.

Внутрь ворвался ледяной ветер. Пассажиры закричали, незакреплённые предметы снова отправились в свободный полёт, а одна дамская сумочка пролетела над креслами и ударила по голове мужчину, который до этого спокойно спал.

Василиса разбежалась и нырнула в открывшийся проём, словно спортсменка на соревнованиях по прыжкам в неизвестность.

Однако далеко улететь ей не удалось. Она застряла в люке по пояс.

Ноги стюардессы беспомощно болтались в салоне, а верхняя половина тела исчезла в ледяной темноте.

Сквозняк прекратился. Но паника среди пассажиров только усилилась.

— Помогите! — кричала Василиса.

— А вы нас как теперь обслуживать будете? — возмутился мужчина с разбитым носом.

— Вытащите меня!

— Сначала верните деньги за обед!

Никто не спешил ей помогать. В конце концов, никто не хотел замёрзнуть.

Сергей выглянул из кабины, оценил положение и покачал головой.

— Хорошая дурь, — задумчиво произнёс он. — Надо было и себе попросить.

— Командир! — окликнул его бортинженер. — Мы уже на подлёте к месту назначения. Думаю, пора объявить пассажирам о посадке. И ещё… у нас человек за бортом.

— Какой именно?

— Синоптик.

— Так мы его мы уже списали.

В салоне вспыхнула табличка «НЕ КУРИТЬ». Затем раздался сигнал, и над проходом загорелась надпись: «ПРИСТЕГНИТЕ РЕМНИ».

Следом, словно кто-то наконец потерял терпение, вспыхнули огромные красные буквы:

«И ЗАТКНИТЕСЬ НАКОНЕЦ!»

Паника закончилась почти так же внезапно, как и началась. Пассажиры расселись по местам, поправили одежду и принялись вытирать кровь и следы еды со своих лиц. Один мужчина аккуратно сложил грязную посуду, другой пытался найти свой выбитый зуб, а пожилая женщина поинтересовалась, нет ли на борту чего-нибудь почитать?

По громкой связи раздался вежливый голос Сергея Пиркса:

— Уважаемые дамы и господа! С вами говорит командир воздушного судна. Как вы, наверное, заметили, мы почти полностью потеряли нашу стюардессу, поэтому мне придётся сказать вам пару слов вместо неё. Мы скоро приземлимся в месте нашего назначения…

В динамике раздалось шипение. Затем послышался приглушённый голос Сергея:

— Валера, а куда мы вообще летим?

В ответ прозвучала ругань, несколько ударов, звон посуды и чей-то крик:

— Да посмотри ты в маршрутный лист!

— Он вверх ногами!

— Так переверни!

— А вдруг это секретный код?!

После короткой паузы голос командира вновь обрёл чёткость и громкость.

— Уважаемые пассажиры! Мы приземлимся там, куда вы все летели. Надеюсь, полёт вам понравился и в следующий раз вы снова воспользуетесь нашими услугами. Спасибо за внимание. И не забудьте личные вещи, особенно те, которые принадлежат другим пассажирам.

Самолёт коснулся шасси взлётно-посадочной полосы, прокатился до места стоянки и остановился у парковочной линии.

К самолёту подъехал служащий парковки. Он подошёл к кабине, протянул руку и через форточку принял у Сергея ключ зажигания.

— Отличная была посадка! — сказал он, выдав командиру парковочный талон.

Сергей довольно улыбнулся.

— Ну вот. А они переживали.

Он поправил фуражку, пожал руку бортинженеру, отвесил ещё одну затрещину второму пилоту — на всякий случай, чтобы тот не расслаблялся, — захватил пустой дипломат и направился по салону к выходу, распихивая пассажиров.

Настроение у него было прекрасное. Он даже напевал себе под нос песню «Эта прекрасная жизнь».

К самолёту подъехал трап. За рулём сидел знакомый Сергея.

— Привет, Серёга! — крикнул он. — Тебя, как обычно, сначала в бар, потом по девкам или наоборот?

— Давай, как обычно! — весело ответил командир, держась за поручень.

И в тот самый момент, когда первые пассажиры попытались ступить на трап, тот неожиданно отъехал от самолёта, увозя с собой счастливого Сергея Пиркса.

— Эй! А мы?! — закричали пассажиры.

— А вы подождите! — донеслось издалека. — У нас обеденный перерыв!

У выхода образовалась человеческая пробка. Пассажиры начали толкаться, терять равновесие и выпадать наружу. К счастью, высота оказалась небольшой, поэтому большинство отделалось синяками, ушибами, растяжениями и несколькими заявлениями в страховую компанию.

Василиса всё ещё висела в аварийном люке снаружи самолёта. За время полёта она успела покрыться инеем и теперь напоминала большое эскимо на палочке. Под лучами утреннего солнца её ледяная корка медленно таяла, а зубы выбивали такую дробь, что пассажиры решили: стюардесса пытается отбить чечётку.

Несмотря на пережитое, она улыбалась. Пассажиры тоже улыбались, кто-то даже аплодировал.

В конце концов, полёт закончился благополучно.

Если не считать конечно синоптика, который всё ещё падал, где-то над океаном и пассажиров, которым теперь предстояло объяснять страховой компании, каким образом они умудрились получить травмы во время обычного авиаперелёта.

На этом обычный рейс авиакомпании «Летай куда-нибудь» был официально завершён.

Пассажирам желали приятного дня, экипажу — скорейшего лечения, а здравому смыслу — вечной памяти.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге